Розовое Лето

«Никогда не знаешь, что придёт завтра — следующее утро
или следующая жизнь».

Тибетская мудрость

Конец апреля, 2018 год

—Лера, вставай! — хлопнула по двери моя мачеха. — Давай уже быстрее! Завтрак готовить некому!

Ну, как вы уже поняли, меня зовут Лера, а курица, стучащая в мою дверь, — моя мачеха, которую мне приходится терпеть по причине того, что мой отец считает нашу общую театральную постановку идеальной семьей. Длинное предложение, я понимаю, но не переживайте, как у Толстого не будет. Мой отец — дипломат. Он довольно известней и влиятельный человек, поэтому, естественно, его часто нет дома. Можно сказать, что мне дико повезло быть дочуркой «большого» папы. Я должна как сыр в масле кататься, жить на широкую ногу. Нет, не в моем случае. Моя жизнь больше напоминает сказку о Золушке. У меня действительно есть мачеха и сводная сестра, а также папа-«купец», который вечно в разъездах, и моя мама умерла четырнадцать лет назад от рака. Согласитесь, похоже, поэтому, когда отца нет дома, я делаю домашку за Милену - мою сводную сестру - и всякую работёнку, которой меня загрузят эти две заразы. Для мытья полов, готовки и стирки у нас работает тетя Света — домработница. Хоть что-то делать не приходиться. Тогда, зачем я должна готовить завтрак? Потому что вчера вечером домой вернулся папа. Сейчас я буду корячится у плиты, потом пойду к себе и выйду под радостные визги мачехи или Милены, что еда остывает. Папа упрекнёт меня в том, что я не сделала для нашей семьи ни одного завтрака. Собственно, мне придётся промолчать, и начнётся веселый рассказ Милены, чем мы все занимались, пока папы не было дома. Идеально? Идеально, только жизнь в этой семье кажется такой всем, кроме меня.

Я вынуждена оторвать свою пятую точку от кровати и идти на кухню. Чтобы состряпать еды на целый стол, пришлось потратить ровно час. Я ушла, бросив фартук на кухне, и упала на кровать. Я начала разглядывать свою комнату. Так как потолки в нашей квартире высоченные, мама к моему дню рождения заказывала расписать его в звездное небо, по которому летают райские птицы. Она говорила, что хочет, чтобы моя жизнь была сказочной. Где же тогда мой спаситель-избавитель? Эх, мама, как я скучаю. Я её плохо помню, но каждый раз, когда становится трудно натянуть улыбку и играть роль всем довольной девчонки, тёплый огонёк греет мне душу. В принципе в моей комнате не так много мебели: шкаф, кровать, тумбочка и консоль с зеркалом. Все, кстати, белое. Единственная мелочь, которую я позволила себе добавить в эту комнату из холодных бежево-серых тонов, — это новомодная светодиодная гирлянда из звёздочек, наклеенная на стены по всему периметру. Моя комната — мой уголок уюта и тепла. Милена не смогла отобрать у меня мое укрытие от семьи.

—Завтрак готов, папа, мама! Все к столу! — завопила Милена.

Меня упомянуть забыли. Папа привык этого не замечать. Я привыкла не расстраиваться. Войдя на кухню, картина маслом: папа во главе стола расхваливает блинчики, Милена театрально смущается, мачеха накладывает папе в тарелку варенье. Ты сможешь, Лера. Тебе не впервой. Я сажусь на противоположную сторону стола напротив Милены. Она самодовольно ухмыляется мне и продолжает мило беседовать с папой. Итак, Милена. Даже не знаю с чего начать. Она чертовски красивая сорока, так как любит всякие побрякушки. У нее в комнате тонны шкатулок с бижутерией и косметикой. Я не представляю, как такое возможно. В любом случае своей безотказной красотой, а точнее каштановыми кудрями и зелено-карими глазами Милена пошла в свою мать. Впрочем, характеры у них одинаково невыносимо склочные. Мне хочется верить, что в них всё-таки есть что-то хорошее. Вот такая я наивная и глупая.

—Привет, пап. Как поездка? — улыбаюсь я папе, мастерски скрывая натянутость своей улыбки.

По папиному лицу я вижу, что его устроило мое поведение. Сегодня он в домашнем. Не могу отрицать, что даже в пижаме харизмы у него не занимать. Мой отец привлекателен как внешне, так и внутренне, именно благодаря этому ему удалось построить отличную карьеру.

—Доброе утро, котёнок. — довольно говорит папа. — Все прошло как обычно успешно.

Действительно, успешно. У тебя всегда все успешно, папа. По крайней мере тебе так кажется. Как я уже много раз говорила, мой отец дипломат, кроме своей карьеры он считает, что живет в «идеальной американской семье» на русский лад. Дело в том, что, однажды побывав в Америке, он привёз оттуда свой идеал семьи: красавица и хранительница домашнего очага жена, работящий и хозяйственный муж, умные и воспитанные дети на фоне взаимопонимания и поддержки. Собственно, так мой отец и заразился невыносимым эгоизмом. Он не допускает даже мысли, что может быть как-то иначе. Отношения в этом доме строятся на иных принципах: кого любит папа, того и тапки. Печально, но факт. Сейчас сами все поймёте, когда увидите.

—Я рада. — еще шире улыбаюсь я и замолкаю.

Далее по сценарию длинный монолог Милены о том, в скольких ночных клубах она побывала за прошедшую неделю. Первое время у меня вяли уши, но потом я привыкла. Я все время привыкаю. В последние месяцы я постоянно ловлю себя на одной и той же мысли, что меня все это уже бесит. Этот идеальный мир моего отца стал моей клеткой со змеями, из которой мне никак не вырваться. Вы не представляете, как давят замкнутость и безнадёга этого дома.

—А ты чем занималась? — вдруг спросил у меня папа с необычайно важным видом.

А ты сам как думаешь? Конечно, я училась, много и долго училась за себя и за Милену. Порой в МИДе слишком тяжело зубрить, когда тебя донимает курица из МГУ со словами, что ей не даётся эта журналистика. Журналистика, вашу Машу! Понимаете, это не так и сложно, если язык хорошо поставлен, а Милене просто лень.

—Вчера готовилась к зачету по ораторскому мастерству. Позавчера защищала курсовую про французский молодежный слэнг. — сфальшивила я, делая вид, что мне это нравится. — Еще мы с Тиной ходили в кино. С нами за компанию был Игорь. Помнишь, они ещё заезжали за мной с Мишей и Никой?

Папа наморщил лоб, припоминая Игоря. Он все равно не вспомнит. Как бы ни старался, он плохо знает моих друзей, хотя за завтраком мне приходиться рассказывать ВСЕМ, куда и с кем я ходила. Пожалуй, только такие регулярные доклады бесят меня больше Милены и мачехи.

—Игорь, да? Это тот, который твой однокурсник? — уверенно выдал папа. — Если хочешь, пригласи сегодня его к нам на ужин. Ты же не забыла про ужин?

—Нет, пап, конечно не забыла. — натянуто улыбнулась я, вспоминая об этом вечере пыток. — Игорь — мой школьный друг. Одноклассник, если точнее.

—Вспомнил, из параллельного класса. Замечательно, пригласи его, если хочешь. — обрадовался папа и снова обратился к Милене. — Кстати, Мили, пригласи Марка. Будем знакомиться.

—Обязательно, папочка! — воскликнула Милена и пододвинулась ближе к папе. — Ты не представляешь, какие у Марка классные родители.

Понеслась, Милена снова начала в красках расхваливать своего этого Марка. И, нет, Игорь не из параллельного класса. Мы сидели с ним за одной партой два года. Он — моя первая любовь, и Милена об этом знает. Папа же не в курсе, потому что он перестал запоминать моих друзей, ведь их можно по пальцам пересчитать, зато они верные.

—Ладно, мне пора, а то на учебу опоздаю. — встаю из-за стола я. — Спасибо за еду, Милена.

Последняя фраза далась мне особенно тяжело. Почему я не могу больше делать вид, что все нормально.

—Все учишься. Лучше бы ещё и о мальчиках подумала, а то так совсем одна останешься. — решила вставить свои пять копеек мачеха, а я уж обрадовалась, что она подозрительно молчит. — Марк — перспективный молодой человек, с таким не пропадёшь. Милене повезло найти такого, но и ты не сиди. Нужно как-то действовать.

—Ира права. Не сиди все время дома. — по привычке согласился папа. — Послушай, что говорит тебе твоя мама.

«Мама». Я вскипела. Моей мамы давно нет со мной. Отец женился на Ирине, не успели мы мамину годину справить. Чем старше я становилась, тем отчетливей понимала, насколько мой отец эгоист. Он заботится только о своих чувствах, ему важна Ирина. Она же его женщина, конечно. Милена — его избалованная дочурка, которую папа холит и лелеет. Нужно отметить, что по поводу меня у него тоже есть пунктик. Я должна жить дома, как мебель, чтобы у моего отца было две дочери: одна веселая красавица и центр Вселенной, другая её тень — умница и домоседка. В этом спектакле я играю роль некрасивой подруги. Собственно, поэтому меня не отправили в интернат. Если бы моя мама была рядом, моя жизнь была бы другой. По крайней мере мне не пришлось бы претворятся перед всеми, что в семье дипломата Андрея Викторовича Розова царит полная гармония. На самом деле мой дом — тот еще гадюшник.

—Да, конечно, пап, я непременно прислушаюсь. — проворчала я, удерживаясь от закапывания глаз. — Ну, я пойду.

—Андрюш, а давай мы Лерочку сами с кем-будь познакомим? — неожиданно предлагает мачеха своим невинным голоском. — У меня как раз есть кое-кто на примете.

ЧТО?! Я обернулась, хотя еще минуту назад была так счастлива покинуть этот адский завтрак. Подозрительно. Что Ирина задумала на этот раз. Этот ее тон, будто она просит у папы денег на что-то очень и очень дорогое.

—Отличная идея! — восклицает папа. — Пусть приходит этим вечером на ужин.

—Минуточку, пап, но ты же разрешил мне пригласить Игоря. — мило улыбаюсь папе я, хотя по коже у меня пробежал холодок от растущего напряжения. — Так же нельзя.

—Лер, а ты случайно не опаздываешь? — подала голос Милена. — Да и у Игоря, насколько я знаю, девушка есть.

—Действительно, Лера, не будь ханжой. Бери пример с сестры. Мили никогда не откажется с кем-нибудь познакомиться. — настоял папа и смерил меня недовольным взглядом.

—Да, папуля, я всегда рада. — поддержала его Милена, улыбаясь мне своей кошачьей улыбкой.

Класс, я снова проиграла. Очевидно, день уже не задался.

—Конечно, пап. Ты всегда прав. — пришлось отступить мне. — Я в универ.

Я ушла в свою комнату собираться под перешёптывания мачехи и отца. Проходя по коридору до винтовой лестницы, я осознала, как сильно хочу сбежать. Когда наша квартира стала настолько вульгарной? После ремонта, который Ирина поторопилась сделать, чтобы стереть все воспоминания о маме. Эта женщина ничего не оставила. Она нещадно сдирала обои, выбрасывала мебель, картины, вазы и прочую мелочь. По ужасной «случайности» краска вылилась на семейный фотоальбом, и все наши фотографии с мамой и папой были испорчены, а те, что уцелели, хранятся в тайнике в моей комнате. После ремонта, мой дом в нежной классике, как любила мама, стал похож на серую новомодную коробку с угловатой мебелью. Лишь моя комната осталась нетронутой. Я смогла отвоевать только её. Тогда мне помогли слезы невинного ребёнка, и папа запретил в ней что-либо менять.

Я открыла шкаф и достала оттуда брючный клетчатый костюм. Хорошо хоть одеваюсь не как Золушка. В моей жизни есть всего один плюс — папины деньги. Я действительно живу на широкую ногу и могу позволить себе достаточно много всего, но от мысли, что мой отец работает с утра до ночи, чтобы заработать эти деньги, у меня пропадает желание их тратить. Тем не менее, одеваюсь я неброско, зато дорого. В сравнении с Миленой, я буду выглядеть серый мышкой. Не количество побрякушек красит человека, правильно? Я не могу назвать себя особой красавицей. Да, я блондинка. Это в папу. Да, у меня бирюзовый цвет глаз. Это в маму. Во мне вообще много маминого: у меня ее нежные черты лица, её пухлые губы, её белая кожа, даже веснушки летом появляются как у нее, зато нос папин. Не могу сказать, что он большой или острой. Такой средненький носик.

Да, я ещё тощая. Это не повезло. Я не худая, я именно тощая. У меня нет идеальной фигуры, как у Милены, хотя талия шестьдесят имеется. Не говоря уже о том, что в шестнадцать я подпихивала себе в лифчик носки, чтобы выглядеть не совсем доской. Потом, я открыла для себя пуш-апы. И, нет, размер ноги у меня не как у Золушки. Какой у нее там? Тридцать пятый? А у меня тридцать восьмой. Какая-то закомплексованная Золушка с огромным размером ноги из меня получается.

Нужно отметить, что я практически не пользуюсь косметикой. Я не тот человек, который полгода будет рисовать себе идеальные стрелки на глаза. Я предпочитаю чуть-чуть тушью на ресницы намазать, чуть-чуть тональника для свежести, еще немного консилером чёрные круги замаскировать, губы накрасить помадой. Никаких теней. Тени — только на выход.

Пора идти в университет. Только я чувствую себя комфортно. Спускаясь вниз, я слышу хохот Ирины и Милены. Я здесь лишняя. Впрочем, это для меня не новость. Взяв свою сумку с ключами от машины, я направилась на парковку. Не скажу, что я обладатель дорогущей иномарки. Милена выклянчила себе именно такую. Кажется, «Лексус»? Я езжу на приличной «Тойоте», большего не надо. Эта машина удовлетворяет всем моим нуждам.

Постояв в пробке, я наконец доехала до МИДа. Пожалуй, помимо огроменного количества денег, я могу похвастаться тем, что по рекомендациям папы-дипломата могу учиться в таком потрясном ВУЗе. Я пошла на дипломата не по папиным стопам, потому что эта работа мне нравиться и даст возможность сбежать из дома в другую страну, где ни Милена, ни Ирина не смогут меня достать. Не так уж и плохо, хотя важны не деньги, но если бы их не было, то я бы впахивала по дому как Золушка.

Бросив машину на парковке, я поднялась в аудиторию. МИД — это прекраснейшее учебное заведение. Ну, вообще-то, не МИД, а МГИМО, простите. Просто я привыкла сокращать место своей учебы. Внутри здание больше тянет своим интерьером на СССР и не конкурент филиалу НИУ ВШЭ на Покровке, но всё-таки в нем есть свой шарм. Я еще не говорила о новом корпусе. Вот там все очень даже современненько, оборудовано по последнему слову техники. Вообщем, все для студентов. Я люблю место, в котором учусь.

Сегодня мое утро начнётся с потоковой лекции в «высокой» аудитории. Мы обозвали её так, потому что парты там становятся по ступеням все выше и выше. Это очень удобно. Таких кабинетов у нас очень много. Я села повыше. Тинка как всегда опаздывает. Тина — моя подруга с первых минут с момента поступления в МИД. Она тоже дочка дипломата, но их семья очень отличается от моей. У них все свободно выражают своё мнение. Родители спокойно спорят при детях, и дети вполне спокойно спорят с родителями, благодаря этому они доверяют друг другу. Попробуй я рот открыть, папа скажет, что я неблагодарная девчонка. Печально, конечно. Он не слышит, что говорю я. Типичный патриархат и тоталитаризм одного человека, ведь с ним боится спорить даже Ирина, поэтому она нашла другой способ дергать за ниточки.

Естественно, меня заботит сегодняшний ужин. Что удумала мачеха? Одним словом, меня колотит от мысли, что она через моего отца будет кого-то навязывать. Стоп. СТОП! Она этого и добивается. Ирина хочет от меня избавится, выдав замуж как можно скорее. Черт возьми, я попала.

—Привет, Лерка. — в поток моих мыслей врывается Тинка, садясь рядом вместе со своим парнем Мишей. — Чего закисла с утра пораньше?

—Я по уши в одной дряни. — вырывается у меня. — Доброе утро, Тин, Мих.

—Так, а с этого места поподробней. — моментально становится серьезной Тинка.

За что я обожаю Тинку, так это за её характер. Она очень легко сближается с людьми. Тина — тип людей, который может заговорить и с легкость поладить с незнакомцем. При этом это совсем не делает её легкомысленной. Помимо всего прочего, Тинка очень красивая несмотря на пару лишних килограммов. Она не модель и никогда не собирается ею становится. Есть среди ваших друзей люди с натуральными рыжими волосами? Думаю, что нет. А у меня есть Тина.

Что касается Миши, то он, собственно, тоже парень не атлетического телосложения, но и откровенно толстым его не назовёшь. Среднестатистический молодой человек не из богатой семьи. Он поступил сюда, не имея денег и связей, зато амбиции через край. Мы с Тиной уважаем его за это, ведь в МИД крайне сложно поступить и учится нелегко. Кстати, отношения Тинки и Миши — тайна, покрытая мраком, о них не знают ничьи родители. Что поделать, они не хотят афишировать до свадьбы, как обычно оправдываю этих двоих я.

—Ну-с, приехал папа, и Ирина решила выгнать меня из дома. — тяжело вздохнула я. — Надо срочно что-то придумать, иначе она сошлёт меня куда-нибудь замуж папиными руками.

—Тогда надо найти тебе кого-нибудь, чтобы твоя мачеха не смогла ничего с этим сделать. — предложила Тинка и добавила, чуть призадумавшись. — Хм, смотри, у Машки можно одолжить тебе какое-нибудь красивое платье. Ты ж знаешь, она всегда согласна помочь.

—А смысл? Придёт она в платье на ужин, там будет сидеть придурок, приглашённый Миленой или Ириной. Дальше что? — встрял Миша и вылупился на Тинку. — Какой-то нежизнеспособный план получается.

—Мих, ты меня сначала дослушай, а потом комментировать будешь. — отмахивается Тинка и с пугающим меня задором продолжает излагать свой план. — Ты придёшь при параде, продемонстрируешь папе, что он хочет увидеть, а потом приведёшь в дом кого-то другого, сославшись на то, что с прошлым у вас не сошлись интересы. Нет! Лучше! Скажешь, что у тебя давно есть молодой человек.

—А это уже вполне может прокатить. — закивал Миша и полез к Тинке целовать её в щечку. — Умняшка моя!

—Так-так, придержи свои поцелуйчики до вечера. — отстранила его Тинка и обратилась ко мне. — Лер, чего молчишь? Не нравится?

—Я уже на все согласна. — отрицательно замотала головой я. — Надеюсь прокатит.

Мы хотели обсудить детали, но в аудитории вошёл преподаватель. Тем не менее, мы договорились сразу после занятий поехать к Тинке. В целях конспирации Миша поехал со мной. Тина живет в большом доме в коттеджном посёлке. Я уже говорила, что её родители примерно так же успешны, как мой отец. Сама Тинка средняя дочь. Правда её старшая сестра Маша не так давно вышла замуж и потихоньку переезжает, хотя сама она уже живет у мужа, но вот гардероб частично обитает здесь. Младший брат Тины учится в десятом классе, хотя мы его почти не видим. Илья вечно где-то зависает с друзьями. Что поделать, такой возраст.

На импровизированный шоурум расположился в гостиной. Я, как в кино, выходила в разных платьях и вертелась перед Тиной и Мишей. Маленькое чёрное платье забраковали. Роскошное в пол винного цвета пошло туда же. Дескать образу не подходят. Допустим, а что подходит тогда? Я не знала, что ещё такое надеть, чтобы этим двоим понравилось, но моему взгляду подвернулось васильковое платье со звездочками. Это шедевр, друзья мои! Оно было средней длины с прозрачной сеткой! Моя мечта. Я нацепила его за пять секунд и вышла на модный приговор. По десяточке от Тинки и Михи. Платье прошло отбор.

Спустя два часа я была полностью готова. Морально было неспокойно. Плохое предчувствие? Может быть, хотя в мистику я не верю. Приехав домой, я ещё раз посмотрела в зеркало. Тина сделала мне шикарный макияж. Ну, собственно, она и подрабатывает стилистом-визажистов. По крайней мере ей нравиться. Плюс, в Москве за это платят неплохие деньги. Тина всучила мне свой белый клатч и подобрала туфли. Точно, я была похожа на Золушку из экранизации. Завитые в локоны волосы. Легкий макияж. Васильковое платье. Белые туфельки. В таком образе чувствуешь себя уверенней.

В столовой все сидели на местах. Милена в шелковом изумрудном платье не была рада меня видеть, но при отце злобная сводная сестра не порвёт мне платье. Она нацепила на себя ожерелье с жемчугу — папин подарок — и скривила красные губы в кошачьей улыбке. Я никогда не удостаивалась такой чести, как дорогие украшения, уж простите. Мачеха сидела скромнее, однако это не помешало ей зло зыркнуть на меня. Предостерегает, чтобы не открывала рот. Главная звезда вечера — Милена. А что я? Я просто красиво одета сегодня. Разве это плохо? Место, которое мне отвели, находилось подальше от гостей на другом конце стола. Стул передо мной никто не отодвинул. Не сомневайтесь. Это не бал, на который попала Золушка.

—Добрый вечер. — тихо сказала я.

—Здравствуй, Валерия. — с важностью в голосе сказал папа.

Я опустила глаза, чтобы не видеть остальных гостей. Тип, напротив которого я сидела, изучал меня взглядом, сложив руки на столе. Папе не понравится. Забыла сказать, в этом доме этикет в почете. Руки на стол не складывают. К ужину не опаздывают. Ведут светские беседы по всем правилам. И обращаются друг к другу на «Вы». Не шибко уютная атмосфера, не так ли?

Двумя часами поднее

Я не заметила, когда наш разговор перешел в скандал. Это было довольно спантанно. Я бы даже сказала, неожиданно. По идее мне стоило сидеть и помалкивать, выслушивая, как Ирина рекламирует меня перед Димой. Да, конечно, так мило с ее стороны, если бы она не делала это, чтобы выжить меня из дома. В принципе это уже не так важно. Папа-то всему этому бреду верит и, конечно же, поддерживае все начинания своей женушки. Благими намерениями мачехи вымощена моя дорога в Ад! Я терпела. Терпела. Да, молча игнорировала в то время, как мой глаз нервно дергался. Что же такого говорила обо мне Ирина? В общем и целом правду с одной маленькой оговорочкой. Она навязывала мне Диму и пыталась заставить меня с ним пообщаться. С этим отмороженным нарциссом пусть Милена и мило беседует. Меня бесил однин видок этого идиота: весь такой накрахмаленный брюнет с женоподобными чертами лица. Фу, он больше похож на гея, чем на адекватного мужика, который уважает чужое мнение.

Мое терпение лопнуло на папиной попытке стать сводником:

–– Валерия, не вежливо молчать, когда ты принимаешь гостей. Дмитрий, очевидно, сам хочет с тобой пообщаться.

—Хватит! Я сама разберусь! — вскрикнула я и встала из-за стола. — Перестаньте планировать за меня мою жизнь!

—Валерия, как ты разговариваешь со своей матерью! — вспылил папа, так же поднявшись из-за стола. — Ира желает тебе только добра, вот как ты платишь ей за заботу!? В кого ты такая неблагодарная!?

—Моя мама умерла четырнадцать лет назад! Я сыта по горло этим спектаклем! — воплю я, глядя отцу в глаза, и указала на мачеху. — Открой наконец глаза! Эта женщина желает добра только себе и Милене! Твой идеальный мир не такой уж идеальный, раз ты хочешь видеть лишь то, что хочешь! Я уже пять лет готовлю для тебя эти чертовы завтраки и молчу, когда ты нахваливаешь Милену. Ты никогда не веришь мне — собственной дочери!

Я развернулась и ушла. Черт возьми, я неудачница. Я больше так не могу. Меня эта семья уже достала. Пора папе узнать, что его успех дома и на работе основан на лжи. Пойти поплакать в своей комнате, а потом вернуться и извиниться? Нет! Однозначно нет! Я взяла ключи от своей машины, схватила сумку и уехала кататься по Москве. Хорошо, что вина выпить не успела. Я объездила центр вдоль и поперёк. Телефон на беззвучный. Не звоните мне сегодня, даже если вы меня с собаками искать будте. Я не хочу вас всех слышать. Не сегодня. И не завтра. Поговорим как-нибудь потом вечером.

В конце концов мне надоело бесполезное сжигание бензина с целью привести мысли в порядок. Не приводятся! Мне так захотелось оказаться ребёнком. Когда мне было пять, мама и папа гуляли со мной по Красной площади. Ай, гулять так гулять. Я припарковалась, влезла из авто, долго бродила по площади, предаваясь детским воспоминаниям, упала, подвернула ногу, разодрала коленки, благополучно разревелась и уселась на скамейку. Меньше всего меня заботили мои ноги. Пусть болят себе там фоном.

Когда же все это кончится!? Почему я такая невезучая!? Почему я не могу быть такой, как Милена?! Я просто ревела и ревела от несправедливости и обиды. Я люблю отца, но он уже не тот человек, которым был при маме. Холодный, горделивый дипломат, которому закрыла глаза пелена успеха. Он довольно давно не обращает на меня внимание. Я его не виню. Папа любил маму, после её смерти в нашу жизнь пришло опустошение. Без мамы дома стало слишком тихо и пусто, поэтому отец привёл Милену и Ирину, считая, что мы сможем стать одной большой, дружной семьей. Так и не стали. Я не могу вспомнить момент, когда меня превратили в Золушку. Я и не Золушка. Девушка из сказки верила в добро, во все хорошее и волшебное. Она надеялась, что есть те, кому приходится еще хуже, чем ей. Я не такая. Я не верю в добро, не жду чего-то хорошего. За столько лет я научилась принимать суровую действительность, но не смогла с ней бороться.

Кто мне поможет в одиннадцать вечера? Никто. Конечно, никто. Я так думала.

—Девушка, у Вас все хорошо? — вдруг раздаётся мужской голос. — Вам помочь?

Парень в джинсах и футболке стоял предо мной с весьма обеспокоенным видом. Это я его так взволновала? Эх, он мне все равно ничем не поможет.

—Н-нет, с-спасибо. — бормочу я и утираю слезы с глаз. — Я-я в п-полном п-порядке.

—Понятно, тогда рассказывайте, что у Вас стряслось. — он сел рядом со мной и протянул платок.

Вы не поверите, но я выложила ему всю свою историю. Первому встречному рассказала всю свою жизнь со всеми подробностями, начиная с того момента, как в нашем доме поселились две гадюки спустя год после маминой смерти, и заканчивая сегодняшним вечером. Этому парню было интересно. Он внимательно слушал и, когда я закончила, сказал:

—Может, пришло время приложить к своей жизни подорожник?

Я от удивления выпучила на него глаза. Наверное, такими странными его слова казались лишь первые две минуты, а потом я начала смеяться. Подорожник?! Блин, подорожник! Гениально! Это отличная идея. Я не сошла с ума, просто его слова произвели на меня неизгладимое впечатление. Знаете что? Этот парень не обиделся из-за моего хохота. Он на это и рассчитывал? В любом случае он встал и куда-то пошёл. Решил бросить меня?

—Ты куда?- вырвалось у меня.

—Сейчас вернусь. — крикнул он мне.

Я прождала его полчаса. Думала, он реально ушёл, но в конце концов я заметила его силуэт в темноте. Этот парень вернулся с листьями подорожника, лейкопластырем и еще чём-то в пакете. Он протянул мне подорожник и улыбнулся.

—Держи, прикладывать надо каждый раз, когда чувствуешь усталость от жизни. — улыбнулся он и нагнулся, чтобы посмотреть на мои разбитые колени. — Сильно ты упала. Болит?

—Не очень. — улыбнулась ему я и пробормотала. — Спасибо.

—Не за что. — бросает парень и сосредотачивается на моих ногах. — Сейчас будет щипать.

Он обработал царапины перекисью водорода и наклеил на них пластыри. Боже, как мне было приятно чувствовать чью-то заботу. Никто уже давно обо мне так не беспокоился. Я даже не заметила, как он закончил и снова уселся рядом.

—Тебе лучше? — спросил он и посмотрел на меня.

—Намного, ты меня спас. — закивала я и первый раз обратила внимание на его лицо, засмотрелась даже.

Боже, какой же он привлекательный. У него былы темно-русые, кудрявые волосы и карие глаза. Его лицо не выделялось ничем примечательны среди всех симпатичных парней, но что-то такое было, что заставляло мое маленькое разбитое сердечко трепетать. Казалось бы, просто лицо с добрыми карими глазами. Доброта этого человека заставила меня улыбнуться.

— Эм, прости, уже очень поздно, а ты тут со мной застрял. — опомнилась я и попыталась сгладить неудобную паузу, которая ушла на рассмотрение внешности моего спасителя. — Я, кстати, Лера.

—Кирилл, очень приятно. — он улыбнулся мне уголком рта и протянул мне руку. — Будем знакомы.

—Очень рада! — радостно воскликнула я, пожав ему руку, и вдруг вспомнила кое-что очень важное. — Можно спросить?

—Да. — буркнул задумчиво Кирилл. — Что такое?

—А ты сам что делаешь на Красной площади в такое время?— замялась я, смотря Кириллу в глаза.

—Собираюсь с мыслями, как и ты. — тяжело вздохнул Кирилл и признался. — Сегодня у меня был ужасный день.

—Вот как. — задумчиво бормочу я. — Семья?

—Мне просто не везёт. — тяжело вздыхает Кирилл. — Чёрная полоса все никак не хочет заканчиваться.

Кирилл не хочет об этом говорить. Это очевидно. Впрочем, ладно. Я хочу отблагодарить его за доброту. Оказывается, ему тоже плохо, а он решил помочь мне. Теперь моя очередь. Я включаю веселую музыку на телефоне и делюсь с ним одним листком подорожника:

—Приложи, легче станет. Правда, очень полезная штука.

Кирилл засмеялся и принял листок. Он протянул мне руку:

—Потанцуем?

—Давай. — коротко отвечаю я. — Но предупреждаю, из меня ужасный танцор.

Кирилл осторожно обхватил меня за талию, закружив в танце. Мы кружились по всей площади в свете фонарей. Стены Кремля подсвечивались на фоне. Майские белые ночи подчеркивали романтику этого вечера. Кружиться и кружиться в импровизированном танце из простых движений стало для меня сказкой. Золушка встретила своего Прекрасного Принца и танцевала с ним на балу. Вдруг пробили куранты. Двенадцать. Точно, скоро все закончится. Принц исчезнет. Золушка превратиться в служанку, а платье придётся вернуть Тинке. И моя сказка обернётся тыквой и исчезнет в глубинах памяти. Мне стало грустно. Я не хочу, чтобы все заканчивалось. Я давно не чувствовала себя такой счастливой. Как спокойно и тепло на сердце.

Я позволила себе прижаться к Кириллу. Вдруг я почувствовала, как часто бьется его сердце. Он взволнован? Не знаю, но мои щёки стали красными от смущения. Я никогда ни с кем не танцевала. Даже в школе я стеснялась танцевать с кем-то медляки на дискотеке. Дело не в том, что меня не приглашали, а в том, что там всегда была Милена и мешала веселиться.

—Знаешь, я не думал, что умею танцевать. — шепнул мне Кирилл. — Ты просто потрясающая девушка. С тобой легко общаться.

—Ты о-особенный. — смутилась я и спрятала глаза. — Я очень тебе признательна за помощь.

—Принцесса с ободранными коленками. — вдруг усмехнулся Кирилл.

—Точно. — засмеялась я и замолчала.

—Тогда, позвольте пригласить прекрасную даму на ночную прогулку. — Кирилл чуть отстранился и протянул мне руку. — Ты когда-нибудь гуляла по набережной всю ночь?

—Нет. — замотала головной я и улыбнулась.

—И я нет. — засмеялся Кирилл, не убирая протянутой руки. — Мы должны это немедленно исправить! Какие же из нас жители столицы!

—Постой!— опомнилась. — У меня тут припаркована машина.

—Тогда, потом я отвезу тебя обратно. — не раздумывая, предложил Кирилл. — Согласна?

—Согласна! — воскликнула я и протянула руку.

Кирилл отвёл меня к своей машине. Это оказался белый «Мерседес». На таком ездит только мой папа. Кирилл открыл передо мной дверь и, дождавшись, пока я усажу себя на переднее сиденье, закрыл её за мной. Он завел машину, за минуту до включив радио с убойной музыкой. Наверное, нас слышали кучки зевак и влюблённых парочек, сновавших по центру города, настолько громко было в машине. Мы же ехали и подпевали. Нет, орали, как идиоты. Кирилл не умеет петь, но ни меня, ни, уж тем более, его это не заботило. Столица в огнях и фонарях. Подсвечивалось все: проезжая часть, тротуары, фасады зданий. Я, ревевшая полтора часа назад, в чужой машине с первым встречным чувствовала себя кем-то очень важным и особенным. Что-то незабываемо хорошее случилось со мной первый раз в жизни.

Почему-то я была необъяснимо счастлива. Так по-детски. Я ощущала легкость. Мне не хотелось плакать. Мне хотелось только смеяться и улыбаться феноменально много. Буря эмоций завладела мной целиком. Этих ярчайших мгновений мне хватит на всю жизнь. Мы долго катались по городу. Иногда наши взгляды встречались. Кирилл немного смущенно улыбался мне, а я, донельзя краснея, отводила глаза. Говорят, глаза — зеркало души, тогда эти добрые карие глаза оставили свой след в моем сердце. Никто никогда не смотрел на меня так нежно, с каким-то неведомым наивной мне огоньком. Что он значил? Если бы я могла узнать. Боже, с другой стороны, как страшно знать.

На набережной никого не было. Пахло свежестью с реки. Кирилл вышел из машины и помог вылезти мне. Он обходился со мной, будто я действительно принцесса. Как глупо так думать, но так приятно. Подул прохладный ветерок, я поежилась, и, знаете, Кирилл приобнял меня, чтобы согреть. Я крепче прижалась к нему. Только сейчас я заметила, наступал рассвет. Солнце показывалось из-за линии горизонта, окрашивая небо в алые тона. Мы встречали рассвет, прижавшись друг к другу. Подняв глаза, я увидела расслабленное лицо Кирилла. Он всем своим видом излучал спокойствие и уверенность. Наступил драгоценный миг умиротворения. Нет, вся эта ночь стала моей драгоценностью. Никто о ней не узнает, разве что Тинка. Ей я расскажу, но больше никому. Пусть эта ночь станет моим маленьким секретом.

—Спасибо, Лер. — вдруг тихо сказал Кирилл. — Спасибо, что провела со мной это время. Мне еще никогда не было так весело.

—И мне. Я и не подозревала, что мне может быть так велело. Просто петь во все горло оказалось так круто! — захихикала я и посмотрела на Кирилла. — Благодаря тебе я поняла, что могу быть по-настоящему счастливой.

—Хм, и я. — хмыкнул и тут же улыбнулся Кирилл. — Пусть сегодня наконец начнётся наша белая полоса.

—Пусть она будет длиться всегда. — добавила я, на секунду прикрыв глаза.

Произошло то, чего я так хотела и одновременно боялась. Кирилл крепко обнял меня и поцеловал. Я не захотела открывать глаза. Все мое тело заполыхало огнём. Кожа покрылась мурашками. Создавалось чувство, будто сотни бабочек роились в моем животе. Странно, как много новых ощущений может подарить всего один человек. Если мне суждено проснуться, прошу, не будите меня. Я не хочу очнуться дома в окружении холодных и жестоких людей. Остановите время! Позвольте навсегда остаться с этим незнакомым парнем, который заставляет мое сердце биться чаще. Все, что я могла, — ответить Кириллу на поцелуй. Все было взаимно. Я поняла это, когда Кирилл двумя руками схватил меня за плечи. Не отпускай. Только не отпускай. Прошу, останься со мной. Не повторяйся, сказочный сюжет. Пусть волшебство продлится вечно. Золушка хочет остаться с Принцем навсегда.

Кирилл отпустил, позволив увидеть его глаза. В них столько нежности и ласки, но больше всего все той же доброты. Я захотела отчаянно тянуться к этой доброте и свету, которые излучал Кирилл. Своим появлением он подарил моей душе долгожданный покой и сердцу повод биться. Чувствовала ли то же, что и я, настоящая Золушка? Да, иначе сказка перестанет быть сказкой. Иначе все, во что верила Золушка, окажется ложью. Она хотела быть с Принцем всегда несмотря на то, что ей был отведён краткий миг. У меня тоже есть лишь краткий миг.

Подарок судьбы — встреча с Кириллом. Он — доказательство того, что в мире все еще есть добрые люди. Погодите, а разве Тинка не добрая? Добрая. Тинка очень добрая. Миша — добрый. Мои друзья очень добрые. Само того нее подозревая, я начала смотреть на вещи по-другому. Моим глазам открылась правда, которую я упорно не хотела замечать, прячась под маской жертвы. Да, я — жертва, однако я являюсь ей до тех пор, пока сама того желаю. Кажется, теперь все изменится. Как и сказал Кирилл, я приложу к своей жизни подорожник. Я уйду из дома без скандала, как не хотела бы Милена. Я добьюсь разрешения и уйду с гордо поднятой головой. Так должно быть.

Кирилл провёл рукой по моей щеке. Он смотрел на меня, я — на него. О чем он думает? Мысли мелькали в его голове и находили отражение в глазах. Затем он сморгнул их и, улыбнувшись, сказал:

—Вернёмся на площадь?

—Д-да. — замялась я и позволила отвести себя до машины.

Кирилл делал все в отношении меня так уверенно. Если раньше он вёл себя сдержано, то теперь нет. Он что-то для себя решил? Понятия не имею, ведь всю дорогу мы молчали. Я смотрела в окно и не поворачивалась к нему лицом, но, когда мы подъехали к местам для парковки, где стояла одна моя вишнёвая «Тойота», я занервничала. Не так я представляла наше прощание. Заметив, что уже почти рассвело, я начала искать в сумке телефон, не обратив внимание на приборную панель с часами.

—Лер, подожди. — попытался обратить на себя внимание Кирилл. — Я хотел...

Он не успел договорить. Я нашла свой телефон и вылупилась на часы. Почти шесть часов утра!? В этот момент я осознала, что пора бежать. Нет, не от Кирилла. Нужно вернуть Тинке платье! Я еще успею переодеться у нее в свой клетчатый костюм, принять душ и поспать даже часок. Чувствую себя кроликом из «Алисы в стране чудес»:

—Я опаздываю! Боже, как я опаздываю. — вырвалось у меня, когда я спешно вылезала из машины. — Спасибо за все, но я правда больше не могу.

—Лера, подожди!— крикнул мне в след Кирилл.

Он попытался догнать меня, но не успел. Я быстро прыгнула в свою маленькую «Тойоту» и умчалась к Тинке, толком не соображая, что вообще творю. Кирилл остался стоять у тротуара с потерянным лицом. Я увидела его в правое зеркало. Подъезжая к дому Тины, до меня наконец дошло, что это конец, что Кирилл хотел мне что-то сказать, а я поддалась какой-то необъяснимой панике и убежала. Я остановилась у ворот дома своей лучшей подруги и заревела от безнадеги, обхватив двумя руками руль. Почему все закончилось так нелепо? Золушка эпично убежала под бой часов, боясь предстать пред принцем в обрезе служанки. А я? Унеслась как ошпаренная, потому что почти шесть утра. Все так испортить!

Разве так бывает? Разве так бывает?! Я разревелась за рулем, не веря, что все закончилось. Все закончилось, Кирилл исчез. Началась наша обычная жизнь. Лера Розова, ты патологическая идиотка. Почему ты убежала, когда он хотел тебе что-то сказать? Я стояла пред домом Тинки и только начинала приходить в себя, понимая, что натворила. Буквально через пару минут ко мне в пижаме выбежала Тина. Она была еще в большем шоке увидеть зарезанную меня в шесть часов утра. Я возненавидела это время!

Тинка вытащила меня из машины. Изначально она думала, что моя истерика связана с неудачным ужином. Нет, из-за этого я проревелась ещё ночью. По ее словам, папа звонил ей много раз, потому что я не отвечала на звонки, и спрашивал номера телефонов моих друзей. Друзей? У меня мало друзей. Самые близкие Тинка и Миша. Школьными подругами я не обзавелась в принципе из-за Милены. Это печально на самом дела.

Уже в доме Тина напоила меня чаем и заставила рассказать, где я пропадала всю ночь. Я выложила ей историю знакомства с Кириллом в деталях. Она смотрела на меня, выпучив от удивления глаза. Действительно, если бы я стала на ее месте слушателем, отреагировала бы подобным образом. Ошарашенное и расстроенное моим побегом лицо Кирилла стояло у меня перед глазами. Он не покидал моих мыслей. Пока я рассказывала обо всем Тинке, в моей голове всплывали другие концовки нашей ночи. Еще один поцелуй? Признание в любви? Или просто прощание и благодарность за вечер? Просьба, сделать вид, что ничего не было? Последнее убивало и разочаровывало меня сильней всего. Наверное, об этом и собирался попросить Кирилл. Забыть. Я забуду. Сегодня больно, а завтра все снова станет в порядке, будто нам все приснилось. Спать. Черт, как я хочу спать. Мои глаза начали слипаться, но нельзя засыпать.

Тина любезно выделила мне свою ванную. Я приняла душ и переоделась в свой брючный костюм. Восемь утра. Первая пара начнётся в девять, то есть через час. Нужно ехать. Я решила проверить пропущенный. Больше всего мне звонил отец. На втором месте Тинка. На третьем — Мишка. По паре вызовов от Милены и Ирины. Стоя в пробке, я написала отцу СМСку, что ночевала у подруги. Не у Тинки. Он ответил тут же звонком, который мне пришлось сбросить, потому что я проезжала мимо сотрудников ГАИ. Ни к чему мне еще и штраф. Тинка приехала следом за мной на своей машине. Нам так удобнее, ведь потом она собиралась на работу. Круто, меня снова засасывает рутина. На парковке мы с Тиной пошли в Универ. Казалось бы, все как обычно, но на проходной я долго рылась в сумочке в поисках пропуска.

—Блин, где же он. — ворчала я, чуть ли не вытряхивая все содержимое сумки. — Вчера же доставала.

—Ты не могла его ночью потерять?— спросила Тина и достала свою пропускную карточку. — Пойдём, пройдёшь по моему.

Я прошла через турникет и остановилась, вспомнив кое-что. Когда я искала телефон в сумке, пропуск мог случайно выпасть в машине Кирилла. Наверное, так и было. Он скорее всего выкинет его или уже выкинул. Зачем ему этот хлам. Пропуск именной, но вся информация о владельце записана в чипе, внутри карточки. Правда, я таскала его в силиконовом чехольчике с красивой картинкой старого здания МГИМО и, собственно, аббревиатурой моего Универа, выведенной красивыми, печатными буквами.

Кирилл не будет искать меня. Он хотел сказать, что тот поцелуй ничего не значит. Мы просто искали утешения друг в друге и спасения от своих внутренних демонов. День начинается с семинара по истории, к которому я оказалась совершенно не готова. Спасением стали мои одногруппники и Тинка. Если бы меня спросили, то минуты позора была бы неизбежна. Так прошёл весь день. На одной лекции я умудрилась даже заснуть. Благо, препод не заметил. Сколько денег я извела на кофе? Каждый перерыв я проводила у кофейного автомата. Просто валюсь с ног, но от мысли, что придётся вернуться домой, бросало в дрожь.

Делать нечего, пары кончились. Пора домой. С порога меня встречал отец. Я не скажу, что он выглядел сильно обеспокоенным. Скорее злым и раздражённым из-за моей выходки. Мне стало до чертиков обидно. Твоя дочь вынуждена была уйти, потому что над ней при тебе издевались. Ты воспринимаешь все иначе, папа. В памяти опять всплыл Кирилл с листиком подорожника в руках. Приложи к своей жизни подорожник, Лера. Я сняла обувь и прошла навстречу папе.

—Добрый вечер, папа. — спокойно ответила я и попыталась пройти к лестнице на второй этаж, но он преградил мне путь собой. — Дай мне, пожалуйста, пройти.

—Сейчас же объяснись, Валерия. — рыкнул папа и указал на гостиную. — Немедленно иди и извинись перед матерью и сестрой.

Извинятся? За что? Перед «матерью» и «сестрой»? Я вскипела. Я хотела возразить. Закричать? Но что мой крик изменит? Милена и Ирина сидели в креслах и хищно мне улыбались. Не трудно догадаться, кто их добыча. Сейчас я вынуждена стать жертвой из-за свой импульсивности. Стоп. Сегодня я в последний раз буду жертвой.

—Андрюш, не кричи так на нашу Лерочку. Она же не виновата, что родилась такой вспыльчивой. — пропела Ирина, и в этот миг я услышала, как клетка за спиной захлопнулась. — Она переучилась. Устала. Мы тоже должны её понять.

—И что ты предлагаешь? — заинтересовался папа. — Ир, как жаль, что она не такая, как Милена.

—Пап, не говори так. — сразу же отозвалось Милена. — Лере просто трудно из-за отсутствия личной жизни. Я думаю, ей нужен молодой человек, и тогда она сразу же изменит своё отношение к нам!

—Дима идеально ей подойдёт. — добавила Ирина, хитро улыбнувшись мне. — Сейчас она не хочет, но Дима так на нее смотрел. Я сразу поняла, что это любовь.

Любовь? Нет никакой любви. Но почему так колит в груди? Образ Кирилла до сих пор ясен и свеж в моей голове, от него сердце снова забилось чаще. Я не знаю, как называется это чувство, которое Кирилл умудрился пробудить во мне всего за одну ночь, но оно приносит необъяснимое счастье и дает сил бороться. Я не выиграю сегодня, а завтра все получится.

Папа замер в раздумьях. Ирина еще тот манипулятор. По его выражению лица мне стало очевидно, что меня силой заставят встречаться с Димой.

—Отличная идея! С этого момента мы будем проводить ужины с Марком и Димой каждую неделю. — довольно улыбнулся папа и уже строго бросил мне. — Ты должна присмотреться к Диме. Если тебя не будет хоть на одном ужине, ты не выйдешь из этого дома. Поняла, Лера?

—Да, папа. — печально проговорила я и пошла к себе.

«Все хотят, чтобы что-нибудь произошло, и все хотят,
чтобы что-нибудь не случилось.»

Булат Окуджава

Прошел один месяц

Япросыпаюсь в ужасном настроении каждый божий день. Что может быть хуже утра понедельника? Правильно, утро понедельника в семье дипломата Андрея Розова. Почему? Потому что мои отношения с отцом трещат по швам. Мы не разговариваем благодаря Милене. Ее руками меня заставляют встречается с этим идиотом Димой. Он во всех смыслах отвратительный! Меня бесит в нем даже его одеколон, не говоря уже о привычках. Пару раз этот тип позволил себе лапать мою пятую точку прямо при отце, но его отвлекла Ирина, так что никто благополучно не заметил этих домогательств. В тот момент внутри меня случилась истерика. Кирилл. Это не Кирилл. В Диме нет ничего стоящего, зато перед папой он ведёт себя, словно лучше него никого не найти на роль моего мужа. Тинка в свою очередь выяснила, что этому козлу поставили условие жениться в течение двух месяцев, в противном случае его лишат денег. Как гадко, мелочно и низко.

Дима считает, что я — легкая добыча. Меня просто так не взять. Я сделаю все, чтобы это животное свалило из моей жизни раз и навсегда. Сейчас вы услышите забавную вещь. Чтобы на мне жениться, нужно быть таким, как Кирилл. Как по мне, Дима же — воплощение семи смертных грехов. Этот человек — мажор с большой буквы «М». Он прогуливает все папины деньги в ночных клубах, снимая «девочек по вызову». Конечно, он боится их лишиться, поэтому ему нужна тихая скромница-жена, которая будет закрывать глаза на все его похождения и страдать в одиночестве. Может быть, я и серая мышка. Не спорю, меня так легко назвать, только вот мой характер все ещё при мне. Я не такая слабовольная, как считают Милена и Ирина. Я хочу быть любимой! После встречи с Кириллом я поняла, что больше не буду притворятся перед папой идеальной дочерью. Я и не притворяюсь, что в принципе не нравится моему отцу. Идеальная ханжа больше не такая идеальная.

Сегодняшнее утро отличается ото всех предыдущих в этом доме. Я проснулась от визга Милены. Если эта курица там помирает, я буду праздновать этот день всю свою жизнь. Выскочив из комнаты, я устремилась вниз и увидела, как курьеры заносят в дом огромные вазоны с красными розами. Милена прыгает от счастья, очевидно полагая, что это все для неё. Ирина спокойно наблюдает за происходящим, сидя на диване. Отец чинно ходит вперед-назад. Ну, я на этом празднике лишняя и хотела было вернуться в свою комнату, но один из курьеров остановился в прихожей:

—Заказчик попросил передать это Валерии лично в руки. — совершенно обыденно сказал он и достал письмо с моим пропуском.

Кирилл! Я уставилась на него в изумлении. Откуда у Кирилла мой адрес?! Почему он не выкинул пропуск?! Получается, мой пропуск всё-таки я выронила у него в машине. Я широко улыбнулась. Впервые за месяц мне захотелось запрыгать от радости, как пару минут назад Милена. Кирилл нашёл меня. Как?! Как ему это удалось?! Я подошла и взяла письмо у курьера:

—Вы можете передать заказчику, что я безумна рада этому подарку? — искренне и безотказно улыбнулась я, и парнишка сам расплылся в улыбке.

—Разумеется. — кивнул курьер и поспешил удалиться. — До свидания.

—Всего доброго. — попрощалась с ним я и наконец обернулась.

Лучше бы не оборачивалась. Милена прожигала во мне дыру взглядом. Ирина хотела придушить меня на месте. Папа неодобрительно смотрел на меня. Твоей дочери подарили целую гостиную роз, а ты расцениваешь это так, будто я только что согрешила! Эти люди даже порадоваться за меня не в состоянии. Не привыкла я к такому вниманию к моей персоне. Нужно сбежать к себе в комнату, пока Милена только пыхтит от гнева. Ее лицо побагровело и стало одного оттенка с розами. Разница в том, что им шло, а ей — нет. Эх, мне влетит так или иначе. Наша огромная гостиная в розах, подаренных мне. Слова девочки-подростка, но сегодня лучший день в моей жизни. Ощущение бабочек, переполнявшее меня в момент поцелуя Кирилла, вернулось, буквально окрыляя. Пофиг, что скажет моя семейка. Я счастлива!

—Лера, от кого эти цветы?! — опять потребовал отец.

—От самого потрясающего человека на Земле. — ответила я и уличила момент, чтобы вернуться к себе.

Милена погналась за мной, но я вовремя успела закрыть двери изнутри. Кирилл. Только об одном воспоминании о нем, вновь хотелось улыбаться. Я подошла к окну и аккуратно вскрыла простой белый конверт с надписью: «Моей Золушке». Я развернула листок бумаги, сложенный в четыре раза, и начала читать:

«Я не умею писать писем, поэтому скажу, как есть. Ты постоянно в моей голове после той ночи. Я скучаю, Лера. Обещаю, мы очень скоро увидимся.
Твой Подорожник.
P. S. И петь я тоже не умею.»

Милена затарабанила в дверь и что-то закричала. А я? Я засмеялась и заплакала. Я знаю, что тебе медведь на ухо наступил. Я тоже скучаю, Кирилл. На сердце стало так радостно и легко. Жду не дождусь нашей встречи. Я уже даже и не надеялась, что такое может случится. Это точно не сон? Боже, пусть это будет не сон! Не верю! Тем временем моя надоедливая сводная сестра продолжала гробить свои ручки, стуча в дверь. Нужно срочно позвонить Тинке. Подруга берет трубку почти сразу:

«Лер, что у тебя стряслось в такую рань?» — бормочет она сонным голосом.

«Через полчаса в кафетерии. Случилось невероятное! Не об этом дома!» — воплю в трубку я и начинаю одеваться.

«Поняла, встаю и выезжаю.» — бормочет Тинка.

Десять минут, и я при полном параде вылетаю из своей комнаты, прорываюсь через Милену и бегу к машине, бросив быстрый взгляд на тысячу роз. В девять утра никого, учитывая, что нам ко второй паре, то все просто замечательно. Тина опоздала на пятнадцать минут. Я уже предусмотрительно купила для неё ее любимые ореховый латте и сливочный круассан. Зевая, она падает на соседний стул и с порога говорит:

—Вау, кто-то в отличном настроении. Что стряслось? Давай не томи!

Я многозначительно протягиваю ей письмо, чуть прикусив нижнюю губу. Я всегда так делаю, когда взволнована. Тинка быстро пробегается по тексту и непонимающе изгибает одну бровь:

—«Подорожник»? При чем тут подорожник? Зачем он называет себя сорняком?

—Потому что мне пора приложить к своей жизни подорожник. — выдаю я и краснею, повторяя. — Мой подорожник.

—Так, давай по порядку. От одного письма ты обрадоваться не могла. — хитро улыбается Тина. — Плюс, на письме нет ни одной марки. Значит, тебе доставили его лично.

—Его доставили вместе с розами. Вся моя гостиная в розах! — восклицаю я и открываю «Инстаграм», показывая фото Милены в моих розах. — Вот, видишь, эта зараза уже в моих цветочках.

—Как она только посмела! — ворчит Тина и смотрит на комментарий к фото. — Это ей тайный поклонник прислал. Ага, как же. Эта зараза даже вшивой гвоздички не стоит.

Дальше последовал хохот на весь кафетерий. Я ждала Кирилла. Я даже ездила на красную площадь, но его нигде не было. Он передумал? Если бы у меня был его телефон, я бы позвонила ему. Честно? Мы с Тиной пробовали искать его в соцсетях. В Москве оказалось так много Кириллов, что мы с досадой бросили это дело. Толку никакого. Тем не менее, каждое утро Кирилл отправлял мне цветы, желая доброго утра в записках, которые приходили вместе с букетами. Милена багровела от злости и однажды позвонила Марку с требованием присылать ей цветы. Мачеха пыталась выудить у курьера имя отправителя, однако ей ответили, что заказчики доставки пожелал остаться неизвестным. В записках, которые Ирина, конечно же, читала, всегда было написано: «Доброе утро. Твой Подорожник». Да, мой дорогой Подорожник. Получается, только я знаю имя адресанта цветов, что добавляло интригу и напряжение в мои отношения с семьей.

Я давно не переживаю. Благодаря этим букетам каждое утро я чувствую себя особенной. Если потребуется, я буду ждать Кирилла. Папа же считает, что самым лучшим человеком я назвала Диму, поэтому он успокоился. Пусть думает, как хочет, хотя Ирина ездит ему по ушам, что отправитель не Дима. Я решила играть на нервах у Милены и Ирины и самым невиновным голоском щебечу, что это Дима. Я понимаю, таким образом приближаю дату своей свадьбы, которой не будет. Не переживайте, я не самоубийца, просто пока мне удобно, чтобы папа думал именно так.

Сегодня день возвращения отца из командировки — проклятый ужин, на который всегда зовут Марка и Диму. Такие вечера начали проводится буквально каждую неделю, даже если папы никуда не уезжал. Как же бесит. День начался с букета белых лилий. Почему мне так не по себе? Я отказалась от завтраков с семьей. Теперь я перекусываю в кафетерии, хотя мне давно кусок в горло не лезет. Первое время я была слишком расстроена и подавлена происходящим, поэтому фактически не ела. Не хотелось, и дело не в депрессии или анорексии. Ни того, ни другого у меня нет. Голодающий образ жизни вошёл в привычку. В принципе никто кроме нашей домработницы не обращает на это внимание.

Я приняла у курьера цветы и пошла к себе. Защёлкнув дверь на замок, я включила светильник. Погода на улице с утра пораньше серая и унылая. Тучки явно намекают на то, что в Москве будет хороший ливень. Замечательно, подстать моему настроению. Я развернула записку:

«Жди меня сегодня. Прости за ожидание.
Твой Подорожник.»

Кирилл действительно придёт сегодня? На ужин? Учитывая, что я рассказывала ему про это дебильное сборище по приезде папеньки, вполне может быть. Но откуда он знает, что именно сегодня, а не завтра или, например, вчера? Нет, вряд ли Кирилла придётся ждать к ужину. Я сомневаюсь в этом. В моих мыслях Кирилл уже давно несмотря на то, что я пытаюсь о нем забыть. Доброта, с которой он ко мне относился, поселилась в моем сердце и защищает его от жестокости мачехи, грубости Милены, безразличия отца и похоти Димы. Это так странно, но иногда я думаю, кто же Кирилл на самом деле? Я в принципе ничего о нем не знаю, однако все равно доверяю, как самой себе. Если бы можно было обернуть время вспять, я бы хотела спросить у него об этом.

Эх, Кирилл, почему в этот раз твои цветы тревожат меня? На самом деле я боюсь не цветов и, тем более, не Кирилла. Дима снова может начать домогаться. Глаза Димы, когда он ищет момент, чтобы затащить меня куда-нибудь, наводят куда больший ужас. Безжалостные. Жадные. С огоньками похоти. При одном воспоминании об этих глазах по коже пробежал холодок. Иногда кажется, что этот тип рано или поздно изнасилует меня. Я его боюсь.

Я упала на кровать, прикрыв глаза на секунду. Кирилл, приходи скорее. Надеюсь, с тобой будет не так страшно. Запах лилий мгновенно разнесся по моей комнате. Я расслабилась. Точно, мамочка больше всего на свете любила лилии. Она говорила, что это цветы святой Девы Марии, символ чистоты. Лили, их чарующих запах напоминают мне о маме.

Пары в универе сегодня кончились рано, поэтому мы попрощались с Тиной на парковке и разъехались по делам. Вроде как она собиралась с Мишей в кино после работы. По её задумчивому виду мне стало ясно, что планы на вечер у них грандиозные. Что ж, пусть веселятся. Сегодня всё-таки пятница. Дома, слава Богу, никого не было кроме домработницы. С тетей Светой я здороваюсь всегда. Она помогает мне шпионить за мачехой и Миленой. Зайдя на кухню, я уселась за барную стойку.

—Добрый день, теть Свет. — воскликнула я, наблюдая, как она хлопочет на кухне. — Вам помочь чем?

—Ох, Лерочка, не заморачивайся. Я все успеваю. — отмахнулась тетя Света. — Дать чего покушать? Вон, тощая стала, как щепка.

—Нет, спасибо. Я не голодна. — замотала головой я и обратила внимание, что еды на кухне вдвое больше. — А мы банкет на сто человек устраиваем?

—Какой там. Ирина Леонидовна сказала сегодня самое лучшие блюда готовить для кого-то особенного гостя. — проговорила тетя Света, нарезая овощи. — Андрей Викторович так нахваливал его Милене. Как я поняла, какой-то богатый бизнесмен. Милена тут же в салон красоты убежала.

—Понятно, скоро у Милены появится новый жених. Марка на помойку. — заключаю я и тяжело вздыхаю. — Как хоть его зовут?

—А вот этого не знаю. Они его только по фамилии называли. — покачала головой тетя Света. — Шведов у него фамилия. Знаешь такого? Милена визжала на весь дом, только услышав.

—Нет, не знаю. Наверное, какой-нибудь очередной понтовый придурок, как Дима. — отмахнулась я и встала со стула. — Ладно, не буду отвлекать.

—Ой, мясо! — вскрикнула тетя Света и побежала доставать мясо из духовки.

Я улеглась на кровать и начала рассматривать потолок. Боже, я устала. Надо как-то пережить этот вечер, а завтра закроюсь в своей комнате и буду смотреть «Ривердейл» в оригинале, хоть язык попрактикую. Поставив будильник на пять вечера, я улеглась спать. Делать все равно ничего не хотелось. Вставать мне не хотелось ещё больше. Может, никто не заметит моего отсутствия? Заметят. Ирина устроит скандал и обвинит меня в том, что я позорю нашу семью, чего я хочу меньше всего. Я и так неблагородная девчонка.

Специально, чтобы избежать домогательств, я надела самые закрытую наглухо кофту и брюки. Нечего пялится. Я вышла не сразу. Придётся поприветствовать Диму. Когда мы сели за стол, одного гостя всё-таки не было. Опаздывает. Знал бы этот несчастный человек, что в этой семье опозданий не терпят ни на минуты. Хоть на миллиметр, но наш гость уже упал в глазах моего отца. Дима завел скучный разговор о делах своего папеньки. Марка из-за некого господина Шведова даже не пригласили. Что ж, одной противной рожей меньше. Спустя пятнадцать минут звонок зазвонил. Тетя Света открыла ему дверь. Из столовой лица мужчины мне не разглядеть.

—Прошу меня простить за опоздание. — раздался знакомый голос, заставив меня встать.

Кирилл. Он тот самый почетный гость? Милена собиралась бежать и встречать его, но я опередила её за секунду:

—Папа, позволь встретить гостя.

Отец кивнул, остановив Милену рукой. Пожалуйста, пусть это будет Кирилл. Я быстрым шагом вошла в прихожую. Едва удержалась от бега. Когда я вошла, человек в деловом костюме с русыми кудряшками снимал обувь, но, как только он встал в полный рост, мои брови поползли вверх от удивления. Кирилл. Значит, он тот самый неотразимый господин Шведов? Почему-то я засомневалась, что он здесь, чтобы встретить меня. Кирилл пришёл познакомиться с Миленой. Наверное, и цветы были для нее. Зря я так радовалась. Движением руки он подозвал тетю Свету и взял у нее роскошный букет цветов.

С улыбкой и нежностью в глазах Кирилл вручил его мне. Как оказалось, самые прекрасные цветы подарили моей скромной персоне. Милене и Ирине достались невзрачные веники. Папе же перепала бутылочка дорогого американского коньяка. Несмотря на опоздание наш гость сумел сохранить о себе хорошее мнение.

За столом я молчала, разглядывая еду в тарелке. Папа хвастался Миленой — его умницей и красавицей дочуркой. Про меня он сказал, что я скоро выхожу замуж за Диму. Действительно, это же так «здорово». Аж передернуло. Мое раздражение нарастало. Держись, Лера. От того, что ты уйдёшь, лучше не станет. Ирина приторно улыбнулась Кириллу и начала сама переводить стрелки на Милену, ведь до этого наш гость болтал исключительно с папой на тему дорогой выпивки и европейских традиций. Я здесь просто массовка.

—Кирилл, Вы такой интересный молодой человек. Неужели у Вас до сих пор нет второй половины? — пролепетала Ирина, состроив саму невинность.

—У меня есть кое-кто на примете. — спокойно ответил Кирилл и бросил на меня быстрый взгляд, которого, надеюсь, никто не заметил. — Одна совершенно особенная девушка.

—Если не секрет, кто же это? — засмущалась Милена, думая, что это о ней.

—Я пока не могу Вам сказать. Она очень недоверчивая и ранимая. — сохранил интригу Кирилл.

—Интересно, очень интересно. — умело скрыла своё недовольство Ирина. — Хотя бы опишите нам Ваш идеал?

—Что ж, она очень честная, добрая и красивая девушка. — отмахнулся Кирилл, но Ирина восприняла это так, будто в нее бросили гранату. — Ей очень идёт улыбка. Для меня, когда она смеётся, на улице будто становится светлее.

—Боже, Кирилл, Вы влюблены в нее! — воскликнула Милена и хитро прищурилась. — Где же Вы её впервые встретили?

—К сожалению, это секрет. Только та самая девушка скажет Вам. — непринуждённо бросил Кирилл и улыбнулся мне глазами. — Возможно, когда она захочет, Вы сами обо всем узнаете.

Кирилл дразнит Милену и Ирину. Эти две гадюки едва ли удерживались, чтобы не побагроветь от злости. Наш гость, оказывается, ещё тот манипулятор. Так, подождите. На что это намекает Кирилл? Предлагает сдать себя? Если его в этом доме облизывают, то меня убьют этим же вечером. Милене нужен «кошелёк» для безбедной жизни.

—Кажется, Вам придётся запастись терпением. — открыла рот я и чуть-чуть отрицательно покачала головой. — Думаю, ей нужно время подумать. Всё-таки Вы — бизнесмен, известная личность.

—Я буду ждать, но, готов заверить, не приму отказа. — мгновенно ответил Кирилл.

На этом мои реплики в сегодняшней постановке закончились. Я сидела за столом, стараясь игнорировать цепкий взгляд Димы. Бьюсь об заклад, он пытался выискать на мне хоть одно открытое место, на которое можно пялиться. Только на лицо, придурок, но ты не настолько высокоинтеллектуальный человек, чтобы до такого додуматься. Про воспитание я и говорить не хочу. Благо, я заранее попросила тетю Свету отсадить этого мужлана подальше от меня. Лапать будешь дешёвую проститутку в ночном клубе, а ко мне не смей тянуть свои ручонки.

Вечер пыток затянулся. Милена расспрашивала Кирилла о том, как он попал в Форбс. Я и не знала. И не нужно было, собственно. Кирилл рассказывал и был милым с ней так же, как и со мной. Из-за этого мое сердце кольнуло иголкой. Он такой же глупый мужчина, ведущийся на красоту этой стервы. Я расстроилась. Стало грустно. Все мои надежды и ожидания не оправдались. В моей жизни всегда так. Как только я встречаю кого-то стоящего, приходит Милена и все портит. Странно, в этот раз мне действительно больно. Я думала, что уже не реагирую на такое.

Ужин подошёл к концу. Наконец-то. На прощание Милена как бы случайно коснулась руки Кирилла и, натянув свою кошачью улыбку, пригласила его на следущий ужин. Он согласился, отсыпав моему отцу дюжину комплиментов, какая замечательная у него семья. Мачеха подтолкнула меня к Диме, из-за этого я упала на него, хотя со стороны это, наверное, выглядело, как искренне прощание с моим женихом. Нет! Дима ущипнул меня за пятую точку и оставил на ней свою лапу, пока Милена отвлекала папу. Кажется, Кирилл стал свидетелем домогательства, однако ничего не сделал, сохранив непроницаемое лицо. По моей щеке прокатилась одна маленькая слезинка. Гости ушли.

—Следи за языком и заодно убери со стола. — брезгливо бросила мне мачеха, когда отец поднялся наверх, и ушла.

Досада не давала мне дышать. Я не ожидала, что сегодня будет именно вот так. Ничего не поменялось, зато я вижу Кирилла каждую неделю за ужином, которые неожиданно удлинялись. Одежда на мне никогда не менялась, но домогаться Дима стал наглее. Он чувствовал свою власть надо мной. Кирилл же проявлял интерес к Милене. По крайней мере мне так казалось. Он был с ней довольно любезен. Я же избегала общения с ним. Просто молча слушала его истории. И с каждым разом я влюблялась в него сильнее и сильнее. Кирилл — грамотный человек. Он разбирается в экономике, торговле, юриспруденции, однако помимо знаний у него есть опыт. Глубина его осведомлённости о криптовалюте поражает! Когда Милена от скуки закатывала глаза, я слушала с удовольствием.

Проблема в том, что мне нельзя выбирать. Я уже давно лишена права голоса. Если бы можно было поговорить с Кириллом с глазу на глаз, то я бы осталась с ним. Я разрабатывала план побега. Я пыталась убежать на край Земли. По итогу всех размышлений в моей голове возникла гениальная идея уехать в Англию и доучиться там. От моих бабушки с дедушкой мне достался домик в провинциальном городке графства Йорк. Я люблю это место. Поеду туда. Я забронировала билеты на самолёт на конец июня, чтобы сдать сессию и уехать тайно. Никакой свадьбы. Все! Пожалуй, это самое отчаянное решение в моей жизни.

Мои планы изменились буквально за один вечер. Дима был особенно наглым. Ужин, как обычно, стал издевательством. Я сидела и слушала пустую болтовню Милены. Она рассказывала, как ездила с друзьями на выходных в пансионат в Подмосковье. Оторвалась она там чересчур достойно. Я была вынуждена слушать этот бред, как вдруг от Ирины поступило приглашение, адресованное Кириллу, чтобы он поехал с Миленой на горнолыжный курорт. Лицо Кирилла из скучающего сделалось раздражённым:

—Простите, но я домосед. — быстро отказал он и посмотрел на меня. — Но я бы очень хотел поближе познакомиться с Валерией. Если она не против, конечно же.

Ирина зло уставилась на меня, веля отказать Кириллу. Милена щелкнула языком. Папа же бросил на меня удивленный взгляд.

—Чем это наша серая мышка Вас так заинтересовала? — наконец-то не выдержала Милена. — Посмотрите на неё! Она же постоянно в одном и том же!

Кирилл одарил Милену ледяным взглядом, под которым она тут же умолкла.

—Совершенно с Вами не согласен. Валерия очень умна и скромна. — смягчился Кирилл, глядя на меня. — По крайней мере она одна слушает мои скучные рассказы с неподдельным интересом.

Все на меня смотрят. Мачеха с Миленой не спускают с меня глаз. Дима тоже напрягся. Он был раздражён пристальным вниманием Кирилла ко мне. Как же поступить? Я задумалась. Кажется, пора раскрывать карты на зло всем. Надоело!

—Сдаюсь, завтра на Красной площади. — улыбнулась Кириллу я и с усмешкой добавила. — И не забудьте подорожник. Он очень мне пригодится.

—Вы же снова не разобьете колени? — широко улыбнулся Кирилл. — Будет очень жаль, если Вы поранитесь.

—Но Вы же их мне обработаете? — невинно захлопала глазами я и совсем засмеялась.

—Непременно. — вместе со мной засмеяла Кирилл. — А потом гулять до самого утра?

—До самого утра. — кивнула я.

—А потом Вы останетесь со мной? — неожиданно спросил Кирилл. — Я предельно серьёзен в своих чувствах, Лера.

А я? Я серьёзна? Да, черт возьми, серьёзна! Я так хотела, чтобы Кирилл обратил на меня внимание. Я ревновала. Я не могла видеть, как с ним флиртует Милена.

—Будь уверен в серьёзности моих. — радостно сказала я. — Я согласна.

Происходящее шокировало всех. Папа не ожидал. Полагаю, он уже заверил Милену, что она станет избранницей Кирилла Шведова. Ирина что-то зашептала ему на ухо. Проблемы неизбежны.

—Как ты смеешь! — завопила Милена. — Как ты смеешь так фамильярно говорит с господином Шведовым!

—Мы с Лерой достаточно знакомы, чтобы обращаться друг к другу на «ты». — отрезал Кирилл.

—На минуточку Лера — моя невеста! Ты не можешь просто взять и увести её у меня. — самодовольно встрял Дима. — Подготовка к нашей свадьбе уже ведется. Моя семья вкладывает в это дело много денег и времени!

—Я не одобряю ваши отношения, Кирилл. Лера тихая, невинная, беззащитная девочка. Ей нужен кто-то, как Дима. — отмахнулся папа. — Милена намного больше подходит Вам и Вашему образу жизни.

Кирилл старался сохранять самообладание. Видимо, ему было, что сказать моей семье, но он промолчал ради меня.

—Давайте позволим Лере самой решить, чего она хочет. — решительно сказал Кирилл.

—Согласен. — кивнул папа и указал глазами на Диму. — Лера, чего ты хочешь?

Мне конец. Сегодня вечером меня запрут под замком дома. Запретят выходить до самой свадьбы. Я стану заложницей. Ирина добилась, чего хотела. Раз уж я проиграла, то могу выразить своё мнение хотя бы однажды. Пусть его услышат все.

—Я хочу быть с Кириллом. — твёрдое сказала я.

—Закроем эту тему. — рыкнул папа. — Валерия, с тобой мы поговорим отдельно.

После ужина папа пригласил всех послушать, как Милена играет на пианино. Я сказала, что мне нужно ненадолго отлучиться. Никто не возражал. Кирилл повернулся, чтобы что-то мне сказать, но на него прыгнула Милена и отвела в гостиную. Дима спросил, где уборная на первом этаже, и якобы пошёл ее искать. Он идёт за мной! Боже, что делать?! Я попыталась сигануть в свою комнату и быстро закрыть дверь. Не вышло. Дима успел зайти. Мой замок сыграл со мной злую шутку.

Я закричала во все горло, когда Дима прижал меня к стене и содрал блузку. Он с силой зажал мне рот рукой, чтобы никто не услышал. Все на первом этаже наслаждаются тем, как Милена играет на пианино. Неужели меня изнасилуют в собственной комнате!? Я пыталась вырваться, но Дима оказался слишко сильным. Я ничего не могла. Своим языком он водил по моей груди. Меня пробила дрожь. Из глаз потекли слезы. Мое положение казалось безвыходным. Пожалуйста, не надо! Помогите! Кирилл, помоги мне!

В этот момент, кто-то забил в дверь. Я застонала так громко, как только могла. Дима притих:

—Заткнись, сука. — рыкнул он и еще сильнее прижала меня к стене. — Со Шведовым мутить удумала. Нет, тебя уже продали мне.

Стук в дверь прекратился. Дима запустил руку мне под брюки. От отвращения и ужаса мне захотелось умереть прямо здесь и сейчас. Нет! Как вдруг дверь слетела с петель. В комнату влетел Кирилл и тут же набросился на Диму, отшвырнув его в сторону со всей дури. Дима поднялся и попытался ответить. Кирилл был первым, кто вмазал Диме под дых, затем по челюсти. Дима упал на мой туалетный столик. Кирилл отвернулся от него и подошёл ко мне. Он был чертовски зол. На его шее выступили жилы. Лицо донельзя напряжено. Буквально каждый мускул на руках Кирилла выступал, натянув пиджак. Впервые вижу его таким. Я забилась в угол, прикрывая свою наготу. Фигура Кирилла нависла надо мной. Я уже практически не понимала, что происходит. Перед глазами все мелькало. Кирилл снял с себя пиджак и накинул его на меня.

—Тише. — ласково сказал он. — Все закончилось. Он ничего тебе не сделал.

Кирилл присел на корточки передо мной и сам попытался дотронуться до моей руки:

—Лер, не плач. Я никому не позволю тебя обидеть.

—Забери меня отсюда. — прошептала я, чувствуя, как голова начинает кружиться.

—Хорошо. — едва улыбнулся Кирилл и растеряно крикнул. — Лера?!

Я потеряла сознание. Последнее, что я поминала, как Кирилл взял меня на руки и вынес из комнаты. Кажется, на него волком орал мой отец. Фоном заверещала Милена. Папа же попытался схватить Кирилла за руку. Он дёрнулся, но не уронил меня. Действительно, куда уносят его дочь, которую только что чуть не изнасиловали, пока ты слушал Бетховена. Злой рёв Кирилла отпечатался в моей памяти, потому что против него папа-дипломат не смог возразить ничего.

Проснулась я в большой и тёплой постели только следующим утром. Осмотревшись, я поняла, что это не моя комната. Чья это спальня? Здесь немного пустовато, учитывая, что кроме кровати, тумбочки и трехстверчатого шкафа ничего не было. Я забыла про белый мохнатый ковёр. Зато какие красивые светло-бежевые стены с вертикальными прямоугольниками из белых молдингов. Какая восхитительная спальня. Пожалуй, самым потрясающим было панорамное остекление во всю стену, на котором висели легкие шторы. Я в раю?

—Проснулась? — вдруг я услышала знакомый голос Кирилла. — Как ты себя чувствуешь?

Он стоял, оперевшись на дверной косяк, в домашних белой футболке и серых брюках. Привычка видеть его в деловом костюме и белой рубашке сыграла свою роль. Мне было немного непривычно, не говоря уже о его растрепанных волосах и легкой небритость. Ну, он у себя дома. Может себе позволить.
Несколько минут недоумения, только после этого в моей памяти всплыли омерзительные подробности вчерашнего вечера. Кирилл спас меня от Димы. Какое счастье. Этот гад касался меня там, где можно только мужу. Из моего горла вышел сдавленный писк. Я обхватила себя двумя руками. Кирилл испугался и подошёл ко мне, но при этом оставался достаточно далеко, чтобы не пугать меня еще сильнее. Осознание того, что произошло, ударило по моей психике приступом истерики, к которому даже Кирилл не был готов. Он не знал, как меня успокоить. Думаю, он посчитал, что это моя реакция на него. Нет. Я не боюсь Кирилла.

—Он меня... — вырвалось у меня между писком, пытаясь объясниться. — Он чуть не... Там...

Этих несвязных слов было достаточно, чтобы Кирилл примерно понял масштабы моей трагедии. Он залез на соседнюю половину кровати и обнял меня. Я прижалась к нему и заплакала. Кирилл дал мне выплакаться. В итоге я свернулась калачиком, положив голову ему на колени, когда мне полегчало. Снова начло клонить в сон.

—Как странно, мне кажется, я знаю тебя всю свою жизнь. — пробормотала я, посмотрев на задумчивое лицо Кирилла.

Кирилл улыбнулся и нежно погладил меня по щеке:

—Когда я услышал твой крик и увидел, что делал с тобой этот урод, мне хотелось убить его на месте. — проговорил Кирилл и нагнулся, оказавшись очень близко к моему лицу. — Твой отец еще та сволочь. До тебя очевидно домогались, а он ничего не замечал. Я должен был раньше вмешаться, не тянуть так долго.

Дома мы не могли как следует поговорить без посторонних глаз. Сейчас я могу узнать у него все, что до сих пор волнует меня.

—Как ты вообще узнал мой адрес? — спросила я, позволив себе погладить Кирилла по его, оказывается, сказочно мягким кудряшкам. — Я думала, ты хотел попросить меня обо всем забыть.

—Как? Могу сказать, что чуть не сошёл с ума, пока искал тебя. Ты постоянно была в моих мыслях. Я влюбился в тебя всего за одну ночь. Я еще никогда не встречал таких искренних и добрых девушек, как ты. — усмехнулся Кирилл и прищурился. — Первой и самой главной уликой стал твой пропуск в чехле с лого МГИМО. Это особо не помогло, зато я открыл, что у нашего МГИМО есть два корпуса. Потом я начал вспоминать все, что ты рассказывала о себе и своей семье. Так, путём долгих изысканий через своих знакомых я вышел на твоего отца. Пришлось вступить в частный клуб, в котором он состоит, чтобы подобраться к нему поближе. Познакомился, втерся в доверие и узнал твой адрес, добившись приглашения на ужин. На следующий же день я решил порадовать тебя и послал цветы с письмом. Пообщавшись с твоим отцом, я понял только одно — редкая сволочь со своим эгоистичными идеалами, которые он пропагандирует абсолютно всем. Все, как ты описывала.

—Так и есть. Но раньше он таким не был. Когда была жива мама, мы очень хорошо жили. — тяжело вздохнула я и позволила обнять себя. — Получается, ты хотел обменятся со мной номерами, когда я сбежала?

—Почти, я хотел признаться, что ты мне нравишься. Влюбился, как мальчишка. — хмыкнул Кирилл. — Я ревновал, когда увидел тебя с этим козлом. Хотелось врезать ему по морде почти с самого начала.

—Ты, оказывается, ревнивец. — прошептала я, прижимаясь к Кириллу. — Кстати, мы квиты. Милена так терлась вокруг тебя, что я готова была прибить её на месте.

—Влюблённые идиоты? — громко засмеялся Кирилл и вскочил с кровати со мной на руках, закружив меня по комнате. — Лера, ты останешься со мной?

—Это твоё вчерашнее предложение? — хитро улыбнулась я, уже зная свой ответ заранее.

—Да, ты выйдешь за меня? — остановился и переспросил Кирилл, весьма посерьезнев и очевидно занервничав.

—Да, я согласна! — воскликнула я. — Мы уже успели узнать друг друга даже слишком хорошо для людей, которые познакомились всего два с половиной месяца назад.

—Вот, почти один квартал мы уже знакомы. — отмахнулся Кирилл и вернул меня обратно на кровать. — Что мы будем делать сегодня? Я специально взял выходной.

Подождите, сегодня же четверг. Черт, МИД! Я буквально схватилась за голову. Нужно срочно как-то связаться с Тинкой, а то я проблем не оберусь. Мой телефон валяется где-то дома. Собственно, до меня только сейчас дошло, что я-то все это время светила своей грудью перед Кириллом. Ну, не совсем грудью, лифчик все ещё со мной. Нужно отдать ему должное, он не пялился и смотрел мне в глаза, но я все равно покраснела. Кирилл к моему удивлению и сам покраснел, отвернувшись. Странно, он производит впечатление опытного человека в «этом» деле. Почему смущается как в первые раз? В любом случае мне приятно, что он подумал о моих чувствах и не стал смотреть.
—Прости, дать тебе мою футболку? — бубнит он.

—Если можно. — бормочу я.

—Не стесняйся. Теперь это и твой дом. — совершенно легко отмахивается Кирилл. — Ты можешь делать, что хочешь.

Кирилл подходит к шкафу и достаёт оттуда свою чистую футболку, затем хмыкает, сдерживая порыв неудержимого смеха, через спину кидает её мне. Я вскакиваю, пытаясь словить футболку, летящую в свободном полёте. Поймала. Быстро надела.

—Готово. — говорю я и неуверенно спрашиваю. — Можно попросить тебя кое от чем?

—М? — мычит Кирилл, падая в кровать и заворачиваясь в одеяло.

—Ты можешь дать мне воспользоваться твоей страничкой в «ВКонтакте» или «Инстаграмме»? — спрашиваю я и сажусь на кровать. — Не подумай, я должна написать подруге, чтобы она не беспокоилась из-за того, что меня сегодня не было, и временно одолжила немного вещей.

Кирилл покопался, доставая из кармана штанов телефон, и без вопросов протянул мне, высунув руку из-под одеяла. Выглядел он немного замученным и усталым. Меня поразило его спокойствие. Как только телефон оказался в моих руках, Кирилл укутался в пуховое одеяло с головой и стал похож на гусеницу. Я хихикнула и спокойно разблокировала телефон. Нет пароля? По-моему, я стала слишком бдительная за столько лет жизни под одной крышей с Миленой и Ириной. Я тыкнула на значок «ВКонтакте», где мне вылез профиль Кирилла. На фото он стоял у какого-то небоскрёба в своём деловом костюме. Ему очень идёт строгий стиль в одежде, хотя в простой футболке и обычных домашних штанах он выглядит круто. Я заметила синюю галочку рядом с его именем в профиле:

—Ого, верефицированный аккаунт! Я сейчас нахожусь в одной комнате со знаменитостью?

—Это была вынужденная мера. После того, как я вошёл в Форбс, количество Кириллов Шведовых резко увеличилось. — проворчал Кирилл и перевернулся на бок. — Только не говори, что никогда не слышала обо мне?

—Никогда не слышала. Я не вхожа в «элитную» тусовку, где зависает Милена. — слегка раздраженно ответила я и принялась искать в поисковике Тинку. — Более того, я не хожу в ночные клубы. Я из тех, кто сидит дома, смотрит сериалы и делает домашку. Скучно живу. Наверное, поэтому меня до сих пор не отчислили из МГИМО.

—Значит, у меня наконец появится повод приходить домой. — довольно буркнул Кирилл и добавил. — В последние годы я живу на работе и редко бываю дома. Эта квартира слишком большая для меня одного.

Почему тогда ты до сих пор не женился, а ждал меня? Хотела бы я спросить, но это очень неуместный вопрос. Я слишком мало знаю о нем, и при этом мне известно, что он ненавидит пафос и шумиху вокруг своей персоны, ему нравятся тишина, спокойствие и уют. Кирилл не из тех, кто любит хвастаться своим состоянием и успехом. Он уверен в себе и трезво отцеживает себя и свои возможности, при этом я сижу здесь, когда есть куча девушек более достойных.

—А почему именно я? — неожиданно спросила я. — Неужели просто потому, что влюбился?

Кирилл ответил не сразу. Он долго молчал. Видимо, я спросила от чём-то слишком личном.

—Ладно, забудь. — быстро отказалась от своих слов я. —Прости, я не хотела тебя обидеть.

—Нет, просто тем вечером, когда мы встретились, девушка, которую, как мне казалось, я любил, ушла от меня к более богатому парню, сказав, что я слишком беден для нее. Я позвонил ей, чтобы попросить помощи. Она просто добавила меня в чёрный список в соцсетях и СМСкой потребовала больше ей не звонить. Ранее в тот же день моя мама попала в реанимацию с инсультом. — погрустнел Кирилл. — Я был разбит и пошёл бродить по Красной площади. Понадеялся, что смогу собраться, и увидел тебя. Я подумал, что это судьба, и решил подойти. Ты просто рассказала свою историю мне — первому встречному. Я был тронут твоей искренностью, тогда же и влюбился в тебя по-детски. Ты — особенная для меня, Лера. В сравнении с тем, что я испытываю к тебе, мне кажется, будто и не любил никогда.

—А как твоя мама сейчас? — взволнованно спросила я, ведь для меня это важно.

Кирилл удивленно посмотрел на меня. Что я такого сказала? В конце концов он заметно расслабился и вытянулся на кровати.

—Маме уже намного лучше, но она до сих пор в больнице. — пробубнил Кирилл. — И она очень хочет познакомиться с тобой.

—Это здорово. Погоди! Со мной?! — удивилась я и засмеялась, увидев это блаженное лицо Кирилла. — Ты напоминаешь мне червячка. Так и хочется тебя пощекотать в таком виде.

—Да, с тобой. — сделал важное выражение лица Кирилл и закивал. — Я рассказал о тебе, как только ей стало чуть лучше. Она сказала, что не простит мне, если я тебя упущу.

Я смутилась. По-моему, меня переоценили. В любом случае, Кирилл очень близок со своей матерью. И это прекрасно! Интересно, как моя мама бы отнеслась к Кириллу. Он бы ей точно понравился, зато с папой, чувствую, я ещё хлебну по полной. Из того, что сказал Кирилл, его мама производит впечатление хорошого человека. Надеюсь, что так и есть. Я посмотрела на Кирилла. На его лицо в коконе из одеяла. Руки сами потянулись к нему, чтобы защекотать. Кирилл с ужасом посмотрел на меня и начал отползать на другой конец кровати.

—Не надо, я боюсь щекотки! Вчера я понял, что не знаю ничего в своей квартире. Ты отключилась и спала на кровати в то время, как я провёл сегодняшнюю ночь на диване с подушкой, но без пледа. — по-детски пожаловался Кирилл и зевнул, погладив одеяло. — Я замёрз и соскучился, и диван ужасно неудобный. У меня затекло все, даже пальцы на ногах!

—Бедняжка, ты пострадал из-за меня. — виновато улыбнулась я и наконец вернулась к поиску Тинки. — Кто-то любит поспать?

—Никогда этого не отрицал. Кровать — это святое. — захохотал Кирилл. — Пустишь меня к себе? Теперь это твоя кровать.

Я покраснела. В свете последних событий я бы отказалась и сама ушла, выбрав диван, но Кирилл этого не одобрит. Он только что делился со мной весьма личными вещами. Он сказал, что любит меня и объяснил почему. А я? Я не боюсь Кирилла и, если мы захотим, пересплю с ним по собственному желанию. Кирилл притягивает, как магнит. Я не могу сопротивляться этому.

—Пущу, я хочу быть ближе к тебе во всех смыслах. — кивнула я, найдя страничку Тинки. — Я убежала в прошлый раз, потому что боялась, что ты попросишь меня обо всем забыть. На самом деле я не хотела, чтобы та ночь заканчивалась. Из всех людей, кого я когда-либо встречала, ты тоже особенный для меня. Твоя доброта, забота обо мне. Ты заставил взглянуть на вещи по-новому. Я влюбилась в тебя.

Черт, когда Тина закрыла свой профиль? Придётся добавится к ней в друзья. Кирилл подполз ближе и заглянул в телефон:

—Добавляйся к ней. — разрешил Кирилл и устроил свою голову на моих коленках. — Теперь подождём.

Тинка добавила меня буквально через пять минут. Думаю, она была в большем шоке, чем я, когда Кирилл пришёл ко мне домой, и написала кучу сообщений ему в личку:

«Где Лера?»

«Зачем ты похитил нашу Лерку?!»

«Немедленно верни её домой!»

«Мне все равно, какое ты место занимаешь в Форбс, я не позволю тебе обижать Лерку!»

«Если ты удерживаешь её силой, я напишу заявление в полицию!»

—Грозная у тебя подруга. — захохотал Кирилл и тыкнул на фотокамеру. — Давай отправим ей фото? Пусть убедится, что ты в порядке.

Кирилл развалился на фоне, а я помахала Тинке рукой на селфи, затем написала сообщение:

«Не знаю, что тебе наговорил мой отец, в любом случае Кирилл ни в чем не виноват. Я бы сказала, что с ним намного лучше, чем дома.»

«Кирилл Шведов в пижаме валяется в одеялах? На тебе его футболка? Ребят, вы ничего не натворили?»

Кирилл возвращает голову на мои колени. Я почувствовала, что привыкаю к нему, и начала поглаживать его по мягкой шевелюре. В ответ Кирилл, как милый пёсик, прикрыл глаза. Кажется, он оценил.

«Натворили, я ушла из дома и теперь буду жить с Кириллом.»

Тинка начала что-то печатать, но быстро прекратила, и на телефон прошёл вызов через приложение «ВКонтакте». Тинка решила все мне высказать по телефону.

—Возьми, я уже давно так не смеялся. — бормочет Кирилл, не в силах сказать что-то большее от удовольствия. — Твоя подруга очень веселая.

—Ну, Тина очень обо мне заботится. — протянула я. — Вообще-то, да, с ней очень весело. Тебе она тоже понравится. Я больше чем уверена.

—Не сомневаюсь. — буркнул Кирилл. — За ушком, пожалуйста.

Я усмехнулась и начала чесать Кириллу за ушком. Он совсем закрыл глаза, кайфуя. Мне кажется, ещё чуть-чуть и Кирилл заснёт.

—Привет, Тин. Как дела? — невинным голосом отвечаю я.

«Это я хочу спросить! Вчера мне позвонил твой отец и заявил, что тебя похитил Кирилл Шведов прямо из дома. Как он мне сказал, Кирилл якобы по твоей просьбе вынес тебя в неглиже на улицу и увёз к себе домой. Это правда?!» — восклицает Тинка в трубку.

Кирилл фоном захмыкал, сдерживая подступающий хохот.

—Знаешь, смешно даже Кириллу, как папа преподнёс случившееся. Это почти правда. — посерьезнела я и пояснила, чуть притихнув. — Дима чуть не изнасиловал меня вчера. Если бы Кирилл не вмешался, не знаю, чтобы со мной было. Я действительно попросила Кирилла забрать меня. Так что я не вижу ничего криминального в его поступках. А про то, что он вынес меня в неглиже, хочу сказать, что на мне был пиджак Кирилла, потому что Дима сорвал с меня блузку. Все!

«То есть, ты хочешь сказать, что тебя чуть не изнасиловал этот урод в присутствии твоего отца?» — у Тины дрогнул голос.

—Практически так и было. — согласилась я.

«Ну, ребята, вы даёте. Твой отец сегодня приезжал, увести тебя домой, как я поняла. В отношении Кирилла он весьма агрессивно настроен.» — мрачно проговорила Тинка.

—Включи громкую связь, пожалуйста. — подал голос Кирилл.

—Готово. — кивнула я.

—Привет, Тина. Это Кирилл. — заворчал Кирилл, скрывая недовольство. — А что Андрей Викторович говорит по поводу поведения Дмитрия? Он не считает странным, что я врезал этому уроду, вынес его дочь без сознания очень бледной?

«О-он утверждает, что ты первым накинулся на Диму. Более того, сам Дима наплёл ему, что у них с Лерой это все было по обоюдному согласию и это она сама предложила.» — у Тинки дрогнул голос под давлением Кирилла.

—Кто бы сомневался. Он покрывает того, кого не надо. — проворчал Кирилл. — Вот идиот.

—Добро пожаловать в мой мир. — тяжело вздыхаю я. — Тин, ты не могла бы мне одолжить что-нибудь из одежды, пока я не перевезу свои вещи. Еще желательно любую обувь. Ты думаешь, почему я в футболке Кирилла?

«Без проблем, диктуй адрес.» — раздался шум на фоне голоска Тины.

—Кирилл, а где ты живешь? — немного смутилась я и посмотрела на Кирилла.

—Москва-Сити, «Город-Столиц», башня «Москва», 44 этаж. — ответил Кирилл, а я встала и подбежала к окну. — Лер, не пугайся, хорошо?

—Как высоко! — завопила я, увидев Москву как на ладони. — Офигеть! Весь город видно!

—Тебе нравится? — Кирилл подошёл сзади и положил руки мне на плечи. — Если нет, мы можем подыскать что-то другое.

—Шутишь? У тебя классная квартира! —замотала головой я. — Всегда хотела однажды жить здесь.

—Мечты сбываются. — улыбнулся Кирилл и добавил. — Правда, у меня необжитая холостяцкая берлога. Обустраивать её предстоит тебе, ты согласна?

—Нам обоим. — поправила Кирилла я. — Если это теперь наш дом, то обживать его стоит вдвоём.

—Замечательно. — хмыкнул Кирилл и обернулся на голос Тины.

«Видимо, я уже не кстати. Пока, ребят, я скоро приеду.» — положила трубку Тинка.

Надеюсь, она на меня не обиделась. Кирилл отстранился и махнул в сторону двери. Сейчас будет экскурсия? По небольшому переходу мы вышли к лестнице. Кирилл открыл маленькую дверь справа от меня и сказал, что там ванная. Включив свет, я увидела не просто какую-нибудь ванную комнату, а произведение искусства. Все в матовой бежевой плитке с выпуклыми узорами-завитками. В углу стояла огромная ванная за однотонной белой шторкой, рядом раковина с большой чашей с зеркалом и, собственно, гвоздь программы — унитаз. Помимо всего прочего в ванной были высокий, однодневный шкафчик и плетеная корзина для белья.

Закрыв дверь ванной, мы спустились в гостиную с таким же шикарным панорамным остеклением. Места было очень много! У стены стояли две минималистичные витрины, тумба под телевизор и маленький журнальный столик в неоклассике. Большой, дутый диван с кнопками напоминал мягкое золотистое облачко, но он действительно был весьма узким и, скорее всего, скользил. Теперь я понимаю, почему Кирилл пожаловался, что на нем неудобно спать. Самое любопытное, что не было ковра, хотя какая-нибудь махровая прелесть отлично вписалась в общий интерьер.

—А где телевизор? Почему вместо него рамка из молдингов? — удивилась я.

Кирилл ухмыльнулся и вытащил проектор из телевизионной тумбы. Необычно.

—Я не смотрю телевизор. Предпочитаю скачивать фильми и сериалы и смотреть через проектор по вечерам. — пояснил Кирилл и убрал проектор обратно.

—Это прекрасно. — улыбаюсь я и в моей голове появилась гениальная идея. — А давай сегодня вечером заделаем попкорн и посмотрим кино?

—Принимаю предложения. Что будем смотреть? — скрестил руки на груди Кирилл и ухмыльнулся.

—Все что угодно, кроме ужастиков. Мне иногда кажется, что я стала героиней триллера. — вздрагиваю я и краснею из-за урчания в моем животе.

—Кажется, кухня уже нас заждалась. — говорит Кирилл и берет меня за руку. — Пойдём.

За трёхстворчатой стеклянной дверью по соседству с аркой в прихожую находилась кухня. Казалось бы, всего лишь классические, матовые фасады кухни, а смотрятся, так мощно зачёт фактуры и обработки под натуральное дерево. Сам по себе кухонный гарнитур был большим и заканчивался барной стойкой, есть где поставить бытовую технику и развернуть пресс приготовления еды. Удобно, ничего не скажешь. У стены стоял огромный стол и восемь стульев. Даже чересчур много места для кухни.

На самом деле вся квартира Кирилла сделана со вкусом. Возможно, описать её словами недостаточно. Самое интересное, что везде были такие же стены, как и в спальне. Меня смутило отсутсвие комнатных растений. У Кирилла не растёт даже кактус. Мда, может предложить ему посадить пару комнатных цветочков?

Я села за барную стойку и стала наблюдать, как Кирилл ищет нам что-нибудь перекусить. Он открыл холодильник, потом с разочарованным видом закрыл его и полез по шкафам. В результате поиска на столе оказались молоко, яйца и кусок масла. Кирилл убрал руки за голову и с досадой посмотрел на меня.

—Не густо. — буркнул он. — Как я уже говорил, меня чаще не бывает дома.

—Уступите место повару. — поднялась со стула я и встала рядом с Кириллом. — Завтрак с меня. Дай, пожалуйста, соль, сахар, как-нибудь глубокую миску, ложку и венчик. А, и еще сковородку.

—Что такое венчик? — изогнул бровь Кирилл, доставая из шкафчиков все необходимое.

—Маленький веник для взбивания яиц. — перефразировала я, разбивая яйца в миску. — Ты совсем далек от приготовления еды.

—Это так заметно? — бросил Кирилл, ему явно было неловко, и выставил передо мной подставку с поварешками. — Я ем либо в ресторане, либо заказываю еду на дом. Из всей этой техники я пользуюсь только кофемашиной.

—Отлично, с тебя кофе. — улыбаюсь я и наглядно показываю Кириллу венчик. — Вот этой штукой взбивают тесто для омлета.

—Это венчик? — переспрашиваете Кирилл, уставившись на вещицу в моих руках. — Им мама в детстве мне йогурт делала.

—Кстати, могу сделать тебе йогурт. Я этим иногда балуюсь. — хихикнула я и вернулась к омлету.

—Лера, ты умеешь готовить? — на полном серьезе спросил Кирилл. — Правда?

—Умею, еще как умею. — воодушевилась я и начала взбивать омлет. — Я готовила за Милену и Ирину завтраки каждое утро, когда папа был дома, и помогала нашей домработнице с семейными ужинами.

—И борщ тоже? — брови Кирилла поползли вверх.

—Ты любишь борщ? — спросила я и посолила омлет. — Мне подсахарить тесто или не надо?

—Я обожаю борщ. Время от времени мама подкармливает меня домашней едой, но сейчас некому. — засиял от счастья Кирилл. — А важно добавлять сахар?

—Я, например, ненавижу сладкий омлет, но папе очень нравиться, поэтому мне приходилось его готовить и есть. — пожала плечами я. — Погоди, ты постоянно ешь на ходу?

—Да, иногда подкармливаю себя фастфудом. Что не так? — опешил Кирилл.

—У тебя желудок в норме? — немного обеспокоено спросила я. — Нельзя есть всухомятку.

—Честно? — Кирилл достал металическую коробочку с таблетками и отвёл глаза. — Болит периодически.

—Можно, я займусь твоим питанием? — расстроилась я, увидев целую коробку лекарств. — Я не хочу, чтобы у тебя болел желудок. Думаю, завтра будет борщ.

Кирилл улыбнулся и на секунду застыл в каких-то своих мыслях. Я что-то не так сделала? Почему-то мне стало страшно, что я могу ошибиться и его расстроить. Точно, это не мой дом. От этой бескорыстной доброты и заботы Кирилла я совсем забыла, что у меня нет ничего своего. Есть только я сама. Неприятное чувство заерзало в груди. Я хочу остаться с Кириллом.

—А можно сегодня? — улыбнулся Кирилл и заметил, что я опустила голову. — Эй, ты чего?

—Все хорошо. — сказала я и включила электроплиту. — Ладно, только надо продуктов купить.

—Лера, запомни, теперь это твой дом. — вдруг посерьезнел Кирилл, развернув меня к себе лицом, и, глядя в глаза, продолжил. — Если ты захочешь здесь все изменить, не спрашивай меня. Просто делай. Не бойся того, что мне может не понравится. Захочешь что-то купить, покупай, даже если ценник будет огромным. В конце концов кто-то должен тратить мое огромное состояние. Говори мне, когда я не прав. Не стесняйся выражать своё мнение. Не вздумай подстраиваться под меня. Мы здесь на равных. Ты и я одинаково важны. Запомнила?

Я уставилась на Кирилла в изумлении. Он так быстро смог понять и развеять все мои страхи. Еще минуту назад сомнение и беспокойство грызли меня изнутри, а сейчас я безумно счастлива.

—Как ты так легко меня понимаешь? — улыбнулась я и сама обняла Кирилла, прижавшись к нему покрепче. — Я так рада. Спасибо! Ты лучший!

—Я принимаю благодарности исключительно борщом. — обнял меня в ответ Кирилл и ласково погладил по спине. — Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, потому что раньше сам был таким. Когда я учился, мной всегда пользовались. Я был наивным мальчишкой, шиковавшим на деньги своего папы, а потом он внезапно умер. Весь бизнес достался мне. Было нелегко. Я много ошибался, часто обжигался в отношениях с разными девушками и каждый раз чувствовал себя пустым и использованным, когда меня бросали. Знаешь, что тебе нужно? Перестать всех жалеть. Тебя никто не пожалеет.

—Иногда мне кажется, что я такая слабохарактерная ханжа. — призналась я, уткнувшись в грудь Кирилла. — Я со стороны правда неудачница?

—Ты не неудачница. У тебя есть характер, просто тебе не давали его показывать. Ты очень сильная, Лер. — мягко прошептал Кирилл. — Я бы не выдержал столько лет с твоими отцом, мачехой и сводной сестрой под одной крышей. Если бы в тебе не было силы, ты бы не стала такой искренней и доброй, а твоему ангельскому терпению можно лишь позавидовать. Я понял это, когда услышал твою историю впервые на Красной площади. Ты заслуживаешь быть любимой, как никто другой.

Никто ещё никогда так хорошо обо мне не отзывался. Милена всегда издевалась надо мной. Мачеха называла жалкой дурой. Отец больше чем уверен в моей неблагодарности. Я заплакала. Я всерьёз почувствовала себя любимой и желанной. Кирилл всегда честен. Он никогда не врет и говорит то, что думает. Мне захотелось выразить все, что я сейчас чувствую. На меня нахлынула буря эмоций.

—Ты мне нравишься. — пробормотала я. — Я постоянно думала о тебе весь прошлый месяц.

—Я тоже мне очень нравишься. — ответил Кирилл и аккуратно отстранилось меня. — Не плач, Лера. Придёт Тина, увидит твои красные глаза и откусит мне голову за то, что я тебя обидел.

—Она может. — смеюсь сквозь слёзы я и вспоминаю, что на плите разогретая сковородка.

—Лично у меня в желудке вой китов. — улыбнулся Кирилл и стёр слезы с моих глаз. — Я хочу, чтобы ты всегда смеялась и улыбалась, но, если случится так, что ты заплачешь, я буду рядом и утешу тебя. Не грусти. Я запрещаю.

—Слушаюсь. — киваю я и в шутку отдаю ему честь. — Разрешите продолжить говорить?

—Разрешаю. — гордо заявил Кирилл и отправился готовить нам кофе. — Тебе чёрный или капучино?

—Капучино. — коротко ответила я, выдавая тесто на сковородку.

Омлет, впрочем, и кофе приготовились за пять минут. Кирилл подал мне две тарелки, и я разложила наш поздний завтрак, поворчав, что нет никакой зелени. Было бы ещё вкуснее! Нужно сказать, что из тарелки Кирилла еда исчезла слишком быстро. Он долго восклицал, что это божественно, нежно и вкусно. Я отмахнулась, ведь омлет — это банально. Кириллу так не показалось. За чашкой кофе мы обсуждали план действий на ближайшую неделю другую. Я сказала, что нужно как-то съездить домой и забрать свои вещи, хотя мне откровенно не хочется туда возвращаться. Мало ли что выкинут Милена и Ирина. Папа может просто не выпустить из дома. Кирилл заверил, что он поедет со мной и не позволит моему отцу удержать меня силой. Также он предложил пройтись по магазинам и купить мне что-нибудь новое из одежды. Сначала я отказалась, но потом согласилась, вспомнив, что только что сказал Кирилл. Он был рад моему выбору.

Когда пришла Тинка, она одарила Кирилла подозрительным взглядом. Ей было все равно, что он крутой бизнесмен. Её взгляд предостерегала Кирилла, чтобы он не обежал меня. Тина притащила пакет с одеждой Маши. Пару кофт, футболок, одно платье и босоножки, которые оказались чуток великоваты, но пока сойдёт. Тына не захотела оставаться дольше из-за работы и убежала очень быстро. Оценивая меня в спортивной кофте с вышитыми цветочками, Кирилл поставил этому образу твёрдую тройку и тут же потащил меня по магазинам.

По пути в торговые центры мы снова пели в машине. Заезжая на парковку, Кирилл включил запись видеорегистратора, который записал наши попытки взять высокие ноты. Хохот раздался на всю машину и, собственно, парковку. Кирилл закрыл глаза рукой и пробурчал, что больше никогда не будет петь. Я заверила его, что мой голос на записи ещё хуже. Мы посмеялись и вышли из машины. В торговом центре я обходила все свои любимые магазины. Кирилл покорно ждал, когда я открою шторку примерочной, чтобы оценить мой образ по шкале от одного до пяти. Образов на два и на три не было. Чаще всего ему нравилось, и мы все покупали. Тем не менее, я смотрела на ценники и иногда хотела отложить вещь, потому что даже с зарплатой моего папы это оказывалось дорого. Я периодически экономлю. Что делал Кирилл? Он просто брал то, что я отложила, и оплачивал на кассе после примерки.

Не знаю, сколько мы потратили, но пакетов было много, которые нёс, конечно же, Кирилл. Я держала его за руку, что ему очень нравилось. Кирилл широко улыбался. Нужно сказать, девушки периодически на нас пялились и обсуждали больше Кирилла, чем меня. Он сногсшибательно привлекательный даже в джинсах и футболке, а вот я выглядела откровенным бомжом. Никто же не знает, что вчера я ушла из дома. Вернее, вчера меня на ручках утащил мой спаситель-избавитель к себе в замок. Я одобрила свою кражу.

В обувных магазинах оказалось жарко в переносном смысле, естественно. Именно там я впервые обратила внимание на рост Кирилла. Очевидно, не метр семьдесят три или четыре, как у среднестатистического парня. Метр восемьдесят с хвостиком! При моих ста шестидесяти шести на каблуках с Кириллом я чувствовала себя комфортно, а в обуви с ровной подошвой совсем чуть-чуть коротышкой. Обходив все магазины, по итогу я купила себе одну пару кроссовок к спортивному костюму и две пары босоножек на каблуке и без для вечернего платья и джинсов с футболками. Что касается Кирилла, то его порыв скупить все магазины не увенчался успехом. Я была чересчур избирательна в одежде. Возможно, из меня никудышная светская львица подстать Милене. Я могу не выглядеть также шикарно, как она, потому что не в дорогих шмотках счастье. Я не стремлюсь к роскоши, поэтому предпочитаю стиль без побрякушек и понтов, то есть простые и элегантные образы, чтобы мне самой было удобно.

В ЦУМе, проходя мимо витрины одного магазина, мой взгляд привлекла женская сумка-портфель с милейшими замочками. Я остановилась посмотреть, что это за магазин. Блин, там слишком дорого, но Кирилл заметил, что сумка запала мне в душу. Просто я влюбилась! Он затащил меня туда и попросил показать сумку. Мне понравилось! Честное слово, она была среднего размера с кучей кармашков и идеально подходила к моему стилю, если б не цена. Я тяжело вздохнула и хотела вернуть её обратно, как вдруг Кирилл приготовился оплачивать покупку. Я бы остановила его, правда, однако достаточно взглянуть с каким довольным и расслабленным лицом он собирался купить для меня эту сумку. Кириллу просто нравилось делать то, что он сейчас делает. Если это приносит удовольствие нам обоим, то почему бы и нет?

Когда пакет с моей новой сумочкой оказался у меня в руках, Кирилл предложил подобрать к ней ещё и кошелёк из этой же коллекции. Боже, как красиво! По выражению полного восторга на моем лице он понял, что я не против. Кирилл подарил мне кошелёк и вложил в него свою банковскую карту, обосновывая это тем, что так будет удобней и спокойней для него, пока моя собственная карта изготавливается.

—Если есть деньги, можно выпутаться почти из любой ситуации. — бросил он и протянул мне кошелёк. — Отказ не принимается.

Беспроигрышный вариант улыбнуться самой невинной улыбкой. Безотказно на меня действует. Далее мы пошли закупаться всякой мелочью. Я выбрала милейшую пижаму с медвежатами, халатик и тапочки с кроликами. Кирилл усмехнулся и не мог удержаться от комментариев, что я и правда смахиваю на белого и пушистого зайчика. Я смутилась и покраснела. Эх, когда придёт время, я тебе такого зайку покажу, что мало не покажется. Без магазина косметики тоже не обошлось. Пришлось купить себе временную бюджетную косметичку. Я никогда не видела Кирилла в большем недоумении, чем во время покупки тонального крема и туши. Он ходил за мной и, наморщив лоб наблюдал, как я намазываю себе на руку пробники косметики в поисках самого хорошего. Для него все одинаковое, поэтому пришлось объяснить доступно на примере виски и конька. На вид одно и то же, а на деле совсем разное. Кирилл посмеялся и все понял, кажется, правильно.

Когда мы вышли из последнего торгового центра, было шесть вечера. Кирилл хотел вернуться домой, но я попросила заехать в супермаркет. Он вопросительно на меня посмотрел.

—Кто-то хотел борщ. — напомнила я.

—Понял. — просиял Кирилл и повернул в сторону гипермаркета.

Кирилл катил тележку, разглядывая по сторонам. Я же прикидывала, сколько продуктов нужно купить, чтобы прокормить нас обоих. Если возьму относительно мало, нам может не хватить, а если много, то что-то испортиться. Обычно я питаюсь молочной продукцией и иногда булочками. На этом не потолстеешь, учитывая, что в МИДе я торчу довольно долго, потом падаю на кровать и засыпаю до утра. Голодный образ жизни — это мое. Ладно, возьму побольше, будем баловать Кирилла. Я натаскала в тележку много йогуртов, творога, сыра, пару пачек молока, овощей, фруктов и всякой мелочевки. У прилавка с мясом мы застряли надолго. Я выбирала самые аппетитные кусочки свинины, говядины и курицы. Про рыбу я уточнила у Кирилла отдельно. Кроме форели наш гурман ничего не признаёт, поэтому пришлось кинуть пару замороженных рыбных стейков. Надеюсь хватит. Нужно отметить, что Кирилл тоже внёс свой вклад в тележку, положив туда попкорн, газировку и соки, о которых напроч забыла я.
Пакетов было очень много. Кирилл предположил, что нам не утащить все за раз, но нам удалось благодаря раздеванию труда. Я взяла на себя пакеты полегче, а Кирилл понёс самое тяжёлое. Когда все сумки оказались на полу, он скривился, схватившись за плечо. Я подошла к нему и нахмурилась, требуя объяснений. Выяснилось, что он сильно ушиб плечо, когда пытался выбить дверь ради моего спасения. Честно? Я расстроилась и обиделась на него за то, что он не сказал сразу и делал вид, будто у него ничего не болит. Мало того, поднимать такие тяжести! С плечом нужно срочно что-то делать. Кирилл виновато отвёл глаза. Как маленький провинившийся ребёнок. Я попросила показать, где болит. Пришлось оказывать первую помощь. Благо, у него нашлась мазь с обезболивающим. Забыв про покупки, я помыла руки и начала медленно втирать лекарство массирующими движениями. Кирилл кряхтел от удовольствия и облегчения. Когда массаж закончился, я заставила его сидеть на диване. Пришлось ходить от прихожей до холодильника и обратно, таская в руках продукты из особо тяжелых пакетов. Кирилл хотел помочь. Я запретила, потребовав больше не напрягать больное плечо просто так.

Кирилл покорно сидел на диване, выбирая для нас фильм. Вернее, он сделал подборку из того, что может нам понравится. Борщ мы решили оставить до завтра. Просто было уже слишком поздно для готовки. Я переоделась в новую пижаму и прыгнула к Кириллу на диван. Он уже сидел с попкорном и ждал меня. Мы пересматривали старые советские фильмы. Не знаю, как нас угораздило, зато весело. Сама того не заметив, я уснула на плече Кирилла. Нет, не подумайте. Не на больном. На здоровом. Повинуясь моему приказу не напрягать руку, Кирилл разбудил меня, добавив, что сам бы перенёс мою тушку в кровать, но побоялся, что я опять расстроюсь. Это еще раз доказывает, что он заботится о моих чувствах. По очереди мы побывали в ванной и улеглись спать. Конечно, мы соблюдали дистанцию. Мне было откровенно неловко. Вдруг я сделаю что-то не то во сне? Например, начну ворочаться во сне или, того хуже, храпеть?!

—Спокойной ночи. — улыбнулся Кирилл и поцеловал меня в щеку.

—Спокойной ночи. — засмущалась я.

Кирилл быстро вернулся на свою половину кровати и, кажется, заснул. Расслабься, Лера. Кирилл не кусается. Он уже спит, и тебе пора бы. Тем не менее, я полежала ещё чуть-чуть. Думая обо всем случившемся. Сегодня был лучший день в моей жизни. Стоп, я уже так говорила про целую ночь, проведённую с Кириллом. Ладно, то было ночное свидание, а в этот раз день. И сколько ещё таких дней будет? Боже, пожалуйста, пусть их будет очень много. Меня переполняли эмоции. Я хочу всегда засыпать с Кириллом в одной постели и просыпаться тоже. Так я и заснула.

Утро было добрым. Нереально добрым! Кирилл разбудил меня чуть позже, чем прозвенел будильник на его телефоне. Я проспала? Нет, кажется, нет, раз Кирилл был спокоен. Ворот его футболки немного намок, а вчерашняя легкая щетина исчезла. Значит, он умылся и побрился. Я предположила, что на моей голове сейчас гнездо из спутанных волос. С просини пощупав свою голову, я поняла, что все не так печально. Кирилл посмеялся.

Мы пили кофе и ели мои фирменные блинчики. Кирилл опять начал хвалить мою стряпню. По мне обычные блинчики. Мы договорились, что он заберёт меня из МИДа, чтобы наведаться ко мне домой и забрать вещи. Моральная поддержка, так сказать. Кирилл подвёз меня до универа. Я встретилась с Тинкой у входа. Она ждала меня, чтобы мы смогли пройти по её пропуску. Мы сели повыше. Я и подумать не могла, что привлеку столько внимания только потому, что меня подвезли на дорогущем «Мерседесе». Стоп. Вчера приходил мой отец. Он определенно навёл здесь шуму. Класс, я теперь главный повод для сплетен. Плевать. Интересно, мой отец заявится сюда ещё раз? Надеюсь, что нет.

Ожидаемо, что мои одногруппники, а точнее одногруппницы, подходили полюбопытствовать, кто подвёз меня сегодня утром. Мой жених. Имени я не уточняла. Достаточно того, что каждая удостаивала меня шокированным взглядом и кучей вопросов, касаемо материально благополучия Кирилла. На самом деле в этом счастье? Правда? Почему-то я не знала. Окажись Кирилл обычным, бедным студентом, я бы не изменила к нему своего отношения. Важен лишь его добрый взгляд и нежная улыбка. Я люблю его за это. Да, я окончательно осознала, насколько люблю его, после всего, что нам вместе удалось пережить. Если подумать, за два месяца я испытала больше, чем за все свои девятнадцать лет, и выхожу замуж. Очень спонтанно, нужно отметить.

После пар я попрощалась с Тинкой и Мишей и побежала к белому «Мерседесу», который уже ожидал меня у входа. Чувствую, своим нежеланием называть имя своего жениха я нажила на себя кучу проблем в виде сплетен.

—Привет, ты чего такая задумчивая? — улыбается Кирилл и отъезжает от МИДа. — Что-то случилось?

—Нет, просто о тебе теперь будет болтать половина МИДа. — с наигранной непринуждённостью сказала я. — Я не захотела говорить своим одногруппницам твоё имя. Видимо, зря.

—А почему? — нахмурился Кирилл и немного обиженно добавил. — Со мной что-то не так? У меня вырос хвост?

—С тобой все так! Ты даже слишком хорош для меня! — тут же воскликнула я. — Поэтому я не хочу, чтобы эти глупые, меркантильные курицы думали, что я с тобой из-за денег! Невыносимо бесит только одна мысль об этом!

—Ладно-ладно, я все понял, пока не будем афишировать. Если честно, мне тоже больше нравится вариант тихих, домашних отношений. Журналисты бывают чересчур наглыми. — расслабленно сказал Кирилл. — Кстати, по-моему, это ты слишком хороша для меня.

—Я тоже так считаю. — одобрительно закивала я и неожиданно опомнилась. — Стоп, а чем это ты недостаточно хорош?!

—Честно?— вскинул бровь Кирилл и остановился на светофоре.

— Только честно. — уставилась на Кирилла я.

—Во-первых, по мне не скажешь, но я тот ещё обжора и любитель вкусно поесть. Я не похож на шарик только благодаря спортзалу и быстрому обмену веществ. Моим бывшим это не нравилось, и они постоянно упрекали меня в этом. — начал перечислять Кирилл, загибая пальцы. — Во-вторых, иногда я бываю упрямым занудой, что тоже не нравилось моим бывшим. Бывает, если меня не попросить заткнуться, я так и буду надеть о своём. А еще я разбрасываю носки!

—Последним прям удивил. Я — барахольщик, знаешь ли. Мой шкаф забит всяким хламом, которым я не пользуюсь, но с которым очень тяжело расстаться. — хохочу я, закатывая глаза. — Зато ты предельно честный, упёртый и прямолинейный нелюбитель показухи! Это сто раз перекрывает твои недостатки. Кстати, когда ты говорил о криптовалюте за ужином, мне было реально интересно! Ты прекрасно в этом разбираешься, и это круто. Про поесть, ручаюсь, что в зал мы будем ходить вместе и завтраками, обедами, ужинами я тебя обеспечу. А еще ты веселый и общительный!

—Борщ?— забавно заиграл бровями вверх-вниз Кирилл. — Кто-то меня перехвалит, и у меня появится корона на голове. Вообще-то, быть барахольщиком — это не недостаток. Вдруг потом лет так через тридцать я продам какую-нибудь раритетную штуковину за десять миллионов баксов. Мы оба будем только в плюсе.

—Да, будет борщ! — воскликнула я, скрестив руки на груди. — И вообще у меня намного больше недостатков, чем кажется.

—Например? — удивился Кирилл. — Мне кажется, моих тараканов уже никому не переплюнуть.

—Ещё как переплюнуть. — усмехнулась я. — Моя мнительность раздавит твоих тараканов. Мне частенько кажется, что я что-то сделала не так, случайно кого-то обидела. Иногда это переходит все границы! Быть мнительным человеком сложно. Еще со мной, наверное, скучно жить, потому что я предпочитаю домашний образ жизни. Мой рекорд в ночном клубе всего три часа. Я — тоже правильная зануда.

—Отлично, правильная зануда и упрямый зануда встретились. Мы просто обязаны пожениться. — заключил Кирилл, подъезжая к моему прежнему дому. — Ты не представляешь, как я люблю добрых и красивых зануд с отличным чувством юмора.

Я смутилась, чуть покраснела. Мне еще никто не говорил, что я красивая. Вернее, говорили, но в сравнении с Миленой. Она ведь намного симпатичнее меня, спуская кучу денег в салонах красоты. Кирилл заметил мое смущений и добавил:

—Твоя естественная, непринужденная красота просто поражает. У тебя нет накаченных губ, деланной-переделанной задницы, лица, обколотого ботексом от морщин, крашенных волос и этих жутких ресничек. Более того, тебе это не нужно. Ты красивая сама по себе, Лера. Чувствую, я ещё буду отпугивать от тебя всех желающих с тобой познакомиться и дико ревновать.

—М-можешь не беспокоиться, я с тобой. Я так решила. — засмущалась в конец я. — Ты первый, кто об этом говорит.

—Я не сомневаюсь, но парочка моих друзей ещё те бабники. Они не пропустят ни одной юбки. — усмехнулся Кирилл и выключил двигатель. — Да и вообще ты не замечаешь, но многие на тебя заглядываются, но я — твой поклонник номер один.

—Не сомневаюсь. — улыбнулась я и вдруг вспомнила. — Но у такого красавчика, как ты, тоже должно быть много поклонниц. Девушки не должны тебе давать проходу. Я уже ревную.

—Им нужен не я, а мои деньги. — тяжело вздохнул Кирилл. — Для меня их просто не существует. Есть только ты одна. Так что пойдём и заберём твои вещи.

Я замерла. Есть только я одна? Я одна. Ему больше никто не нужен, кроме меня. Я вспыхнула от радости и, выйдя из машины, решилась сказать:

—У меня есть только ты один.

—Я рад. — улыбнулся Кирилл и взял меня за руку. — Не бойся, пока я с тобой, никто не посмеет и пальцем тебя тронуть.
Уже в подъезде я нервничала. Повезёт, если никого не окажется дома, кроме домработницы. Нет, дверь нам правда открыла тетя Света, но по её виду я поняла, что мой отец дома и он рвёт и метает из-за моего ухода. Боже, как странно, я не живу в этом доме всего сутки, а ощущение, будто просто в гости зашла к чужим людям. Да, я в гостях. Знаете, начать так считать, оказалось очень удобно.

—Светлана, кто там?! — рявкнул мой отец и вышел сам из гостиной.

Он посмотрел на меня как на позор семейства Розовых. Действительно, я всегда была тихоней, соглашающейся со всем, что ей скажет папа. Даже если он попросил бы спрыгнуть с десятого этажа, я бы спрыгнула, потому что я хотела внимания. Точно, я хотела, чтобы меня любили так же, как и Милену. А что в ответ? В ответ я получала грубость и унижение. Это не семья.

—Явилась! Неблагодарная девчонка! — рявкнул папа и скрестил руки на груди. — Прощения проси после своей! Так опозорить нашу семью!

Выходки? Он назвал случившееся моей выходкой? То есть, папа отрицает, что Дима пытался меня изнасиловать. Он подошел и попытался схватить меня за руку, чтобы отвести в гостиную. Я уже и забыла, что он так обходился со мной, когда я от чего-то отказывалась. Я не жертва домашнего насилия, нет. Меня никогда не били. Когда папа зол, он позволял себе только это. Кирилл встал между нами, поймал руку отца, не дав ему дотронуться до меня.

—Мы пришли забрать мои вещи. — сухо сказала я и, взяв Кирилла за руку покрепче, прошла вперёд. — Нравиться тебе это или нет, я ухожу. Я устал быть твоей «плохой» дочерью.

—Ты никуда не пойдёшь! — заорал папа и пошёл за мной, опять преградив наш путь. — Выбирай: либо он, либо мы — твоя настоящая семья.

—Тут и думать нечего. — не раздумывая, ответила я. — Я выбираю человека, который выслушал и понял незнакомую девчонку на улице в одиннадцать часов вечера! Я выбираю Кирилла. В нем больше человечности и доброты, чем в вас троих вместе взятых! А сейчас я хочу забрать свои вещи.

Папа опешил, но не отступил. Он побагровел от злости и, вмазав кулаком по стене, заговорил:

—Вот такая твоя благодарность за все, что я для тебя сделал? Я — твой отец, и этим ты платишь за то, что я любил и заботился о тебе?

Глядя на лицо отца, я поняла, что его идеалы рушатся. Вуаль, закрывающая ему глаза, постепенно падает. И это делаю я. Скоро он осознает, насколько мелочны Милена и Ирина. Я всё-таки люблю отца, как своего единственного родственника. Но ещё больше я хочу, чтобы он прочувствовал, как же будет в этом доме без меня. Пусть это жестоко. Папа должен сам все узнать. Рано или поздно все заканчивается.

—При этом ты никогда не заботился о моих чувствах. Ты живешь в угоду своему собственному эгоизму. — отмахнулась я и вынудила папу дать мне пройти.

Заходить в свою комнату после того, что здесь случилось, было жутковато. Неожиданно, но это сказалось на мне очень сильно. Кирилл стоял в дверном проеме, охраняя вход. Двери, конечно же, не было. Я принялась быстро собирать вещи в дорожную сумку, валявшейся в шкафу, запихивая только самое важное, памятное и значимое. Документы. Ноутбук. Учебники. Конспекты. Телефон. Косметика. Одежда. Обувь. Прихватила даже парочку любимых книг, несколько открыток от дедушки и бабушки и сувениры из Франции и Англии, хотя, конечно, это малая часть моих вещей. Все, теперь точно все.

Кирилл взял сумку в здоровую руку, я проследила, и вышел из комнаты. Мысленно я попрощалась с моим маленьким убежищем от всех и всего. Отец стоял и смотрел мне в след. На прощание я всё-таки сказала:

—Я ушла, папа. Спасибо за все.

Дверь за мной захлопнулась. Навсегда. Я больше никогда не вернусь сюда. Почему-то я предчувствовала это. Накатила грусть. От этого дома не осталось ни одного воспоминания о маме. Меня здесь всегда обижали. От чего же так больно и грустно? Я всегда была чужой. Отец не интересовался моими чувствами, проявляя к моей жизни в основном поверхностный интерес. Однако я где-то глубоко в душе верила, что это не так. Только что я убедилась в обратном. Кирилл закинул мою сумку в багажник и выехал на дорогу. Я молча смотрела в окно, сдерживая подступающий к горлу комок из слез. Хватит плакать Лера. Тебя ждёт совершенно другая жизнь.

—Мы едем домой, Лера. — бросил Кирилл.

Да, у меня теперь есть настоящий дом. Я больше не обязана вариться в котле из страстей семьи дипломата Андрея Викторовича Розова. Я свободна!

«Если не видишь недостатков в человеке,
значит, ты влюбился.
Идиот.»

А. П. Чехов

Прошло две недели

Жизнь с Кириллом — это нечто невероятное! В хорошем смысле этого слова, разумеется. Я никогда ещё не чувствовала себя настоль уютно и комфортно рядом с кем-то. Конечно, первые пару дней нам обоим было немного неудобно, нет, скорее непривычно в такие моменты, как, например, поход в ванную. Однажды я случайно зашла к Кириллу, когда он только вылез из душа. До совсем пошлого и неприличного не дошло. Спасибо полотенцу. Я покраснела и вылетела из ванной. Кто ж знал, что Кирилл любитель поплескаться утром, а мне нужно было умыться и накраситься. Самое забавное, что на двери нет защелки. Для меня это была странная неожиданность. Кирилл обосновал отсутсвие замка тем, что ему нечего стесняться. Действительно, он абсолютно спокойно вышел из ванной и обнаружил мои ярко-красные щечки. Я не могу на него смотреть. Как увижу, так теперь и мелькает перед глазами накаченный пресс, сильные руки и мускулистая грудь. Ух, оказывается, я ещё та пошлячка. Кирилл догадывается, о чем я думаю, когда отворачиваюсь от него, и посмеивается. Собственно, мои отнюдь не детские желания заставляют задуматься об их исполнении.

Почти на следущий день после того, как я распаковала свои вещи, Кирилл ещё раз сделал мне предложение. Для меня это было необычно, ведь он доставал кольцо утром из своей подушки. Сделал, конечно. Эпично. Я оценила с учетом того, что после он принёс нам завтрак в постель. Выходные мы проводили с пользой. От меня в копилку идей по усовершенствованию квартиры поступило предложение съездит в «Икею» или ещё куда-нибудь и купить пару нужных-ненужных вещей. Кирилл отнёсся к этой затее с большим энтузиазмом. Первое, что он схватил в магазине, был плед. Да, именно плед. Порой он напоминает мне добермана. Вы не ослышались, именно добермана. Дома Кирилл милый, заботливый и добрый человек, который любит поесть и просит почесать за ушком, зато когда дело доходит до работы, то на смену приходит жесткий, строгий и серьезный бизнесмен. Однажды во Франции я видела добермана и жила с этим грозным псом под одной крышей у принимающей семьи. Могу сказать, что он вёл себя так же, как и Кирилл. Я пересмотрела своё отношение к этим собакам.

За выходные мы накупили очень много всякой мелочевки. В первый день был написан список из того, что нам просто кровь износу хочется купить и что нужно обязательно. В жизни бы не подумала, что у Кирилла нет такой фигни, как электрический чайник. Кастрюль насчиталось всего две штуки и бедный ковшик. Не густо, согласны? Сковородка тоже имелась в единственном экземпляре маленького размера исключительно для яичницы. Про всякие мерные мисочки, просто мисочки и контейнеры можно не вспоминать. Кирилл не представляет, как они выглядят. С его слов, он их видел пару раз у мамы дома. Я смело присвоила ему почетное звание махрового холостяка.

После ревизии нас ждал тур по магазинам, как в Турции за шубами. Самым крупногабаритным грузом оказался мохнатый ковёр, который случайно заметил Кирилл. Оказывается, он и сам думал купить ещё один в зал. Коврик с трудом влез в машину, но мы-таки запихали его, чтобы не ждать доставки. Нам хотелось все расставить сегодня. Два дня подряд «Мерседес» Кирилла возил наши пакетики с покупочками. Да-да, всю кухонную посуду, ковёр, всякие статуэтки, подсвечник в виде ангелочков, плед, полотенца и так далее. Неожиданно мы купили вешалку в прихожую, полочки и лавочку. В необходимости этих вещей Кирилл убеждался каждый раз, когда приходил домой, но ленился специально выбирать. В итоге наши старания увенчались успехом. Дома стало уютнее. Кирилл был очень доволен. Он даже отметил, что с такой пользой раньше выходные не проводил.

Пока я варила на кухне борщ, тестируя новые кастрюли, Кирилл пытался прибить вешалку и повесить полочки. Место мы определили заранее. Я сама не видела это зрелище, но по ворчанию Кирилла пришла к выводу, что в прихожей происходило сражение «КириллVSВешалка». В первом раунде победила вешалка, а проигравшая сторона пошла искать что-то в интернете. Великая вещь — интернет. Готовить борщ — занятие долгое и кропотливое. Когда я наконец закончила и позвала его кушать, Кирилл все ещё пытался выиграть у вешалки. Без перфоратора оказалось никак, как сказал сам Кирилл, поэтому, чтобы его приободрить, я налила ему огромную тарелку борща. Он все съела за пару минут и потребовал добавки. Чувствую, теперь мне придётся варить борщ постоянно.

Как только начал работать центральный ЗАГС, мы подали заявления на начало августа. Раньше никак. Что поделать, подождём. Постепенно наши разговоры с Кириллом затрагивали организацию свадьбы. Правда, для начала нужно сказать об этом его маме. Мы приехали к ней в больницу. Оказывается, она уже не в как таковой больнице, а в реабилитационном центре. Кирилл зашёл как к ней в палату обычно, я же порядком стряхнула. Вдруг я ей не понравлюсь? Я боялась этого больше всего. К будущей свекрови с пустыми руками не пойдёшь. Я испекла для нее яблочный пирог, который хотел умять Кирилл, но его пришлось отогнать и пообещать испечь второй, хотя он и так питается как в лучшем ресторане. Надеюсь, маме Кирилла понравиться моя стрежня. Судя по всему, она готовит лучше меня. Заранее нарезав и упаковав пирог в дышащий большой контейнер, я несла его в руках.

Мама Кирилла оказалась проще, чем я думала. Она встретила меня тепло, даже крепко обняла. Я не ожидала настолько хорошего отношения ко мне. Как оказалось, инсульт её сильно задел. У нее парализовало всю левую сторону, то есть она не могла шевелить рукой и ногой. Несмотря на это Елена Александровна держалась бодрячком. Конечно, в ней виднелась в прошлом светская львица, жившая исключительно в достатке при хорошем муже, сейчас же Елена Александровна веселая пенсионерка. Она не зазналась. Она не стала такой циничной и злой, как Ирина. Она сохранила в себе человечность и воспитала ее в Кирилле. Я зауважал эту женщину. Мы долго болтали, будто хорошие знакомые. Это круто! Кирилл пытался спереть кусочек пирога. Вот ребёнок. Пришлось искать салфетки. Больше всего я переживала, что Елене Александровне не понравится. Нет, я ошиблась. Она попросила поделиться рецептиком. От себя Кирилл добавил, что теперь его регулярно кормят на убой.

С Еленой Александровной мы просидели довольно долго за рассказами о детстве Кирилла. Оказывается, отец Кирилла разбился на машине четыре года назад, когда Кириллу было девятнадцать. Он был хорошим человеком. Кирилл любит и гордиться своим отцом. А я горжусь папой? Да, горжусь его достижениями, даже беру пример, но не хочу буть таким человеком, как он. В семье Кирилла наоборот. Это здорово! Сергей Владимирович был заботливым отцом и внимательным мужем. Он дал Кириллу образование и достойное воспитание. Правильно говорят, каков отец, таков и сын. Я хочу быть частью этой семьи. Надеюсь, однажды я смогу стать кем-то близким Кириллу.

Мама Кирилла одобрила нашу свадьбу и добавила, что ждёт её с нетерпением. Я же спросила, нужно ли ей чем-то помочь. Вдруг что-то потребуется. Елена Александровна сказала, что не хочет меня беспокоить по пустякам. По её тону я поняла, что она оценила мой порыв помочь. Я делаю это не ради того, чтобы к ней подлизаться. Надеюсь, она знает об этом. После знакомства с мамой Кирилла я почувствовала, что потихоньку становлюсь частью их маленькой семьи. Не такой, как была у меня. Кирилл очень любит и заботиться о своей маме. Он искренне переживает и всегда приходит к ней только с хорошими новостями, никогда не говорит о проблемах. Мы не рассказали ей о случившемся за ужином. Для нее Кирилл предложил мне жить с ним, и я согласилась. Все. Так будет правильней и спокойней для Елены Александровны.

Всю прошлую неделю я занималась очень важным делом. Каким? Спросите вы меня. Я поинтересовалась у Кирилла, что он думает по поводу комнатных растений. Он не против, просто раньше ему было жалко цветочки. Кактус и тот не выжил. Вот, теперь у нас дом с богатой флорой. Я лично заходила в цветочные магазины после учебы, выбирала, покупала и пересаживала цветы в горшки. Получилось уютно. Кирилл вроде бы доволен. Я встречаю его с горячим ужином. Если он задерживается по работе, всегда звонит.

Каждое утро Кирилл подвозит меня до МИДа, потому что свою машину я предпочла не брать. Не я её купила, не мне её и забирать. Конечно, жаль, ведь я любила свою маленькую «Тойоту», но ничего не поделать. Мои одногруппники каким-то чудесным образом узнали, что я выхожу замуж за самого Кирилла Шведова. Предполагаю, что разболтала Милена, пустив множество нелестных слухов обо мне. С того момента в мою сторону направлено много завистливых взглядов. Я не выхожу за «кошелёк». Я люблю Кирилла. Тем не менее, золотое кольцо с небольшим бриллиантом теперь всегда у меня на пальце. Оно мне дико нравиться. Чувствуется, что Кирилл долго выбирал его, исходя из моих предпочтений. Помимо орды завистниц появились и те, кто пытался ко мне подмазаться. Ненавижу таких двуличных людей, поэтому даже не заговариваю с ними. В любом случае отношение ко мне изменилось.

Я готовилась к последней паре. Тинки ещё не было. Она отходила по делам с Мишей. Кажется, за булочками и кофе? Она скептически относится к нашим отношениям с Кириллом. Говорит, что я — дура и что Кирилл меня бросит, когда ему надоест со мной возиться. Я обиделась. Мы не разговаривали с Тинкой пару дней. Она думает, будто я легкомысленная. Вы, наверное, обо мне такого же мнения. Нельзя связываться с парнем, которого знаешь от силы месяц. Да, это правда. Я до сих пор сомневаюсь в чувствах и своих, и Кирилла. Наши отношения развиваются слишком быстро. Тогда, зачем я выхожу за него замуж? Потому что я так хочу. Я влюбилась, и так же сильно любят меня. Я верю Кириллу. По крайней мере он не ограничивает меня ни в чем. Если я куда-то хочу сходить с ним или без него, я туда иду. Он делает точно так же, хотя мы знаем о местоположении друг друга, как в любых других нормальных отношениях. Доверие — это то, чем мы наполняем наш дом. Мы учимся доверять. Вдруг мой телефон зазвонил.

—Алло? Привет, Кирилл. —ответила на звонок я.

«Лер, привет. Ты не занята? Можешь говорить?» — немного взволнованно заговорил Кирилл.

—Не совсем, у меня перерыв. Что случилось? — я сразу поняла, что что-то не так.

«Вообщем, очень нужна твоя помощь. Переводчик заболела, и фирма отказалась предоставлять другого. Якобы у них больше никого нет. Куда бы я ни обращался, там та же история. Мы никого не может найти. На кону стоит крупная сделка. Встреча начнётся через полчаса. Если у тебя получится, ты...» — Кирилл был весьма обеспокоен и взволнован.

—Я уже еду. Не вопрос. — быстро ответила я. — Диктуй адрес.

«Я сейчас вызову тебе такси.» — с облегчением сказал Кирилл.

—Объясни в общих чертах, что нужно переводить и на каком языке. — начала собираться я.

«Канадцы.» — бросил Кирилл, параллельно что-то кому-то сообщая.

—Английский или французский? — начала собирать вещи я.

«Английский. Мы долго вели с ними переговоры. Речь пойдет о перевозке и поставке дорогостоящего оборудования. Большой контракт. Справишься?» — проговорил Кирилл.

—Да, все будет нормально. — заверила Кирилла я.

«Такси уже подъехало. Я встречу тебя на улице.» — ответил Кирилл.

Я собиралась подойти к преподавателю, чтобы отпроситься, как вдруг меня окликнула Тинка:

—Лерка, ты куда? Через пять минут пара начнётся.

—Тин, прости. Кирилл срочно попросил ему помочь. — виновато говорю я, опустив глаза. — Давай в другой раз в кафе сходим?

—А если Кирилл скажет из МГИМО отчислиться, ты тоже побежишь? — разозлилась Тинка. — Не делай такое выражение лица! Ты только о Шведове думаешь. Кирилл то, Кирилл сё! Бесит!

—Прости, конечно, но, когда ты с Мишей ходишь на свидания, или в кино, или ещё куда-нибудь, на выходных меня бросаешь, я молчу! — вспылила я, глядя Тине в глаза. — Сейчас ты говоришь, что я тебя кидаю из-за Кирилла? На себя со стороны посмотри, Тина.

—И катись к своему Шведову! — бросила Тина и пошла искать себе место.

—Замечательно! — крикнула ей в след я. — По крайней мере он меня не кидает без повода!

Какая муха её укусила?! Тина в последнее время очень странно себя ведёт. Такое чувство, будто мне нельзя иметь парня, ведь она изменилась после того, как мы с Кириллом познакомились. Я могу понять, когда Тинка беспокоиться за меня и постоянно твердит, что наши отношения слишком быстрые, не известно, ради чего Кирилл вообще связался со мной. Сейчас она просто заявляет, что я её кидаю одну. Сколько раз Тина со мной так поступала?! Миллион! Все мои подруги рано или поздно бросают меня из-за парней просто так! А мне, выходит, нельзя перенести поход в кафе, потому что Кирилл очень просил помочь. Он никогда не залезает в мои дела. Если я занята, Кирилл покорно сидит и ждёт, пока я освобожусь. Я делаю точно так же. Кирилл на работе, значит, я просто еду и жду его дома. Тем более, что до этого ни одного похода в кино или кафе не было сорвано. Случилось ЧП, раз Кирилл просит приехать и его выручить. Я приеду. Жаль, что Тина этого не понимает.

Первым делом я отпросилась с последней пары, сказав, что у меня очень срочное дело. Если бы я не была хорошей студенткой, то меня бы не отпустили. Дело действительно неотложное. Я прыгнула в такси и доехала до большого офисного здания в центре Москвы. Обычно все крупные сделки совершаются именно там. Очевидно, это знак престижа. Кирилл ждал меня у входа. Весь на иголках. Напряжен до критического уровня. Буквально доведён до точки кипения. Не говорю даже о выражении его лица, оно излучало тревогу и усталость, но в то же время пыталось сохранять спокойствие. Так, Лера, ты — будущий дипломат. Ты здесь для того, чтобы эта сделка прошла идеально. Секрет успеха дипломата Андрея Розова всегда заключался в его остром уме. Я ничуть не хуже.

Кирилл подлетел ко мне. Обнял! Крепко сжал меня в своих объятиях. Боже, у него совсем дела плохи? Кто-то умирает? Ладно, сегодняшний контракт для него слишком важен, чтобы упустить его. Я даже немного недооценила масштаб бедствия. Как бы его успокоить и приободрить? Придумала! Я осторожно погладила Кирилла по спине, слегка потерлась щекой о его грудь. Расслабляется. Тяжело вздыхает. Понемногу отпускает. Фух, помогает. Кирилл отстранился и взял меня за руку:

—Спасибо, что бросила все и приехала на помощь. Самому смешно, в Москве ни одного свободного передничка. — бубнит он, смотря мне в глаза.

—Не сомневайся, тебе достался лучший переводчик из всех, которые могут быть. Я — билингв, если что. — уверенно киваю я и со всей серьезностью добавляю. — И будущий дипломат в придачу. Можешь положиться на меня. Я не подведу.

Кирилл выдохнул и ещё раз посмотрел в мои глаза. Черт возьми, я так хочу ему помочь. Я ещё никогда на столько не была уверенна в себе и, тем более, в своих способностях, как сейчас. Ссора с Тинкой отступила на вторй план. На данный момент это никак не заботило.

—Я полностью полагаюсь на тебя, Лера. — немного успокоился Кирилл и неожиданно чмокнул меня в макушку. — Что бы я без тебя делал.

Он смущенно отвёл глаза. Я покраснела. Вашу Машу! Средь бела дня в толпе людей меня поцеловали. Я ещё сильнее покраснела. Кирилл провёл меня в свой офис. Там кипела работа. Компания располагалась на нескольких этажах. По-моему, это выглядело как отдельное здание, выстроенное на заказ. «Москва-Сити» отдыхает. Раньше я думала, что здесь сидит множество контор, но оказалась всего одна, которой руководит Кирилл. Мы прошли через турникеты по мраморному холлу, затем по обитому деревянными панелями лифту поднялись на верхние этажи. Царство стекла, металла и хайтека! Типичные офисные помещения со столами. Серо и повседневно, но очень прилично.

Вся команда Кирилла носилась туда-сюда, что-то обсуждала, звонила, распечатывала бумаги. Нужно отметить, толпа офисных рабов переключилась на нас, когда Кирилл вёл меня за руку до своего кабинета. Он остановился, чтобы представить мою скромную персону тем, кто сопровождает сегодняшнюю сделку. Мужчины в строгих костюмах и галстуках. Женщины в юбках и блузках. Все они уставились на меня. Я выгляжу школьницей по сравнению с этими хищными и уверенными взглядами. Скосив глаза на Кирилла, я увидела его с другой стороны. Привлекательный и харизматичный босс с серьёзным, непроницаемым лицом. Как быстро он переключается на «рабочий режим»! Интересно, смогу ли я когда-нибудь так же? Кирилл вдохновляет.

—Это Валерия. — строго начал Кирилл. — Сегодня она будет переводчиком.

Платиновая блондинка в очках и с ярко-красными губами недоверчиво прищурилась. Действительно, с виду по мне и не скажешь, что я дипломат. Так, просто посидеть сегодня с вами пришла. Она подала голос:

—Кирилл Сергеевич, Вы уверены, что она справиться? Никого лучше, чем неопытную студентку, нам прислать не могли?

Кирилл слегка нахмурился и задумался. Не могу сказать, что расстроилась из-за того, что он помедлил с ответом. Я никогда не рассказывала ему о своей маме. Однажды на Красной площади, да, было дело, хотя и в общих чертах. Перестань молчать, Лера. Действуй!

Я подошла на шаг ближе к блондинке и спокойно заговорила:

—Может быть, я и выгляжу совсем «зелёной», но, поверьте, переводчика-билингва с дипломатическим образованием Вы не найдёте нигде.

Блондинка от неожиданности ослабила защиту и захлопала глазами всего на секунду. Она не выглядела высокомерной. Карьеристка — это про неё. Кирилл на фоне довольно хмыкнул. Что такого? За два года обучения в МИДе я побывала на стольких международных конференциях, что им всем даже не снилось, и получила колоссальный опыт общения с иностранцами.

—Надеюсь, мы сработаемся? — извила бровь блондинка и протянула мне руку. — Жанна.

—Очень приятно, Валерия. — пожала ей руку я.

Жанна познакомила меня с командой. На Кирилла работают профессионалы. Каждый из них худо-бедно владеет бизнес-английским, но этого мало. Я быстро поняла, что придётся переводить в две стороны. Ладно, прорвёмся. Кирилл отвёл меня в свой кабинет и попросил у секретарши два кофе. Канадцы опаздывали. Кабинет Кирилла располагался на верхнем этаже. Большой. Светлый. Обитый деревянными панелями. Дорого-богато! Кирилл сидел за массивным столом, по бокам от него шкафы с документами. Имелся даже небольшой диванчик и кофейный столик. Круто! Пока я осматривалась, Кирилл подкрасился сзади:

—Зайка показала зубки? — шепнул мне на ушко он.

—Учусь у лучших, Кирилл Сергеевич. — хитро прищурилась в ответ я и решила подразнить его. — Или мне называть Вас «босс»?

Кирилл смутился и хотел что-то ответить, но секретарша принесла кофе, зыркнула на нас, с любопытством рассматривая удачный кадр, и удалилась плодить слухи о новой интрижке своего начальника. Замечательно, теперь я — главная героиня сплетен не только МИДа, но и целой транспортной компании. Я в очередной раз покраснела. Кирилл быстро отстранился и указал мне на диванчик. Мы удобно расположились.

—Твои комментарии? — изогнул бровь Кирилл и в ожидании уставился на меня.

—Из тебя чертовки хороший босс. — решила быть оригинальной я и взяла кофе. — Ты создал достойную команду. По ним видно, что они знают своё дело. Здесь нереально круто!

—Зазнаюсь. — расплылся в широкой улыбке Кирилл и хитро посмотрел на меня. — Жанна не ожидала твоего быстрого ответа. Она, эм, как бы поточнее выразиться, очень прямолинейна и жестка в выражениях, зато отлично знает свою работу.

—Твой заместитель, помощница? — почему-то спросила я и добавила. — Или твоя бывшая? Или все сразу?

—Бывшая? Это вряд ли. Жанна привыкла добиваться своего как угодно, но только не через постель. Мы друзья, правда. — быстро опроверг мои догадки Кирилл и добавил. — Почему ты билингв? Я думал, английский — твой второй язык. Всё-таки ты будущий дипломат и должна хорошо владеть языком, поэтому я предположил, что ты можешь спасти наше бедственное положение.

—Мама была английским дипломатом, работала в посольстве. Там с папой они и познакомились. Мои родители считали, что для меня будет лучше расти в семье, где говорят на двух языках. Дома был только английский. На улице русский. — тяжело вздохнула я, вспоминая о маме. — Когда она умерла, некоторое время я жила в Англии у бабушки с дедушкой. Каждое лето проводила у них. Папа расценил это, как отличную возможность практики языка. На самом деле я просто сбегала из дома. Не переживай, у меня есть опыт общения с иностранцами. На моем счету ни одна международная конференция.

Погодите, я сейчас что-то жизненно важное сказала? Кирилл немного погрустнел, затем расстроено проговорил:

—Лер, прости, я даже не спрашивал у тебя. Про свою семью всего понарассказывал, а про твою так ничего не узнал.

—Не извиняйся, мне все равно рассказывать нечего. — отмахнулась я, хотя стало так приятно. — Ты видел мою семейку. Похвастаться особо нечем.

—Можно похвастаться только тобой. — Кирилл отпил кофе и облокотился на спинку дивана. — Я рад, что ты теперь часть нашей семьи.

—Зазнаюсь, знаешь ли. — ответила я, копируя Кирилла, и начала пить кофе. — Я очень рада быть частью вашей семьи. У вас она такая замечательная!

—Будь дома, Лера. — бросил Кирилл и хотела добавить что-то ещё, но нам помешала секретарша.

—Кирилл Сергеевич, канадцы ждут в переговорной. — сказала она, едва хихикая.

Ох, нас подслушивали. Кирилл и сам это понял. Он мгновенно посерьезнел и недовольно посмотрел на секретаршу, та нервно сглотнула и уступила нам дорогу. В роскошной переговорной за стеклянными дверями мы встретились с шестью мужчинами — эдакими хомячками. Не могу назвать их в меру упитанными бизнесменами. Такие среднестатистические мужчины с возрастными пузиками. Вполне обычное зрелище. Кирилл на их фоне просто Аполлон.

По началу все шло гладко. Канадцы, не буду уточнять имён и фамилий, выслушали финальную презентацию. Я переводила, но что-то не так. Когда человек уверен в своём решении, он выражается довольно прямо. Я своими переводами завуалировано намекала команде Кирилла, что есть какой-то подвох. Кирилл и сам догадывался об этом. Не нравиться мне все это. Тревога заставила пульсировать висок. Лера, ты — дипломат. Что ты будешь делать в будущем, если сейчас не можешь справить со стрессом? Напряжение в переговорной нарастала. Все, кто здесь находиться, это чувствовала. Конечно, я знала, что Кирилл владеет крупной транспортной компанией, но никто мне не говорил, что дочерняя фирма производит комплектующее для различной дорогостоящей аппаратуры. Как я поняла, это очень прибыльно, но конкуренты, готовые предоставить похожие услуги, не дремлют.

Кирилл сидел, как на иголках, но умело скрывал своё беспокойство. Не знаю, по его едва заметному постукиванию указательным пальцем по столу я догадалась, что он нервничал. Для Кирилла не свойственно нервничать. Обычно он излучает железобетонную уверенность. Я же пыталась сохранять спокойствие. Сначала канадцы переговаривались по-английски, все шло гладко, но потом они резко перешли на французский. Быстрый взгляд на Кирилла. Он ничуть не изменился в лице. Вся его команда держалась наигранно спокойно. Бьюсь об заклад, эти чертовы канадцы специально перешли на другой язык. Они начали обсуждать другого поставщика и перевозчика, который предложил покрыть налог на ввоз и страховку. Насколько я поняла, Кирилл предложил им схожие условия. Если бы все было так просто. В чем проблема? Поняла! Другая компания включила в стоимость поставки оборудования транспортировку и предложило более низкую цену. Они пришли сюда отказать в заключении сделки. Нет, так не пойдёт. Нужно аккуратно сообщить Кириллу. Увидев лист бумаги и ручку, я по возможности неприметно нацарапала послание, потом «случайно» задела его руку и обронила ручку. Кажется, Кирилл смекнул, что я хочу сказать и посмотрел на мой лист:

«Они пришли сюда отказаться, другая компания в последний момент предложила отпустить оборудование по более низкой цене. Но они сомневаются. Им нравиться, что ты предложил покрыть растоможку.»

Кирилл удивленно посмотрел на меня, подумал пару минут и заговорил. Я начала переводить. Канадцев заинтересовало его новое предложение. Теперь они согласились и подписали контракт, сославшись на то, что компания Кирилла внушает большее доверие. Конечно, это трюк, чтобы скрыть неловкий момент с переходом на французский. Если в общих чертах, то Кирилл предложить снизить стоимость перевозки и самого оборудования в обмен на оплату всех таможенных сборов. Что ж, канадцы сочли этот вариант более выгодным. Я сопровождала сделку и удалилась, когда настоящий переводчик наконец приехал. Кирилл, естественно, остался в офисе. Я отправила ему СМСку, что поеду домой. Он ответил незамедлительно, пообещав прийти пораньше. Я упала на диван, только зайдя в квартиру. Ох, от сегодняшнего дня уже голова трещит. Отвыкла я от такого напряжения. Еще и Тина в душу плюнула. Зашибись денёк выдался. Почему-то мне все равно. Если раньше после слов Тины я задумывалась, то сейчас мне все равно. Она несёт полный бред. Жизнь с Кириллом определенно расслабляет. Поудобней устроившись на диване, я уснула, сама того не заметив.

Проснулась я ближе к шести вечера под пледом. На кухне кто-то звенел тарелками. Кирилл? Нужно прокрасться туда и понаблюдать за этим увлекательным процессом. Я шла на цыпочках и, приоткрыв дверь кухни, смотрела, как Кирилл раскладывает по тарелкам пиццу и суши. Нет, погодите, там была гора еды из разных ресторанов и бутылка вина.

—Проснулась? — заметил меня Кирилл и улыбнулся самой радостной улыбкой, которую я когда-либо видела.

Я села за барную стойку и, облокотившись на столешницу, полюбопытствовала:

—По какому поводу застолье?

—Одна невероятно гениальная девушка помогла скромному московскому бизнесмену подписать контракт на целых пять лет, о котором бизнесмен мечтал полгода. — ответил Кирилл и открыл бутылку вина штопором. — За это надо выпить.

—Брось, я всегда рада тебе помочь. Если надо, обращайся. — отмахнулась я.

—Когда они заговорили по-французски, я думал нам конец. Они неохотно шли на сделку. Переговоры, начиная с тендера на поставку, велись полгода. — возбужденно говорил Кирилл. — За все время это один из самых дорогих контрактов. Кстати, сколько ты знаешь языков?

—М? Языков? — удивилась я. — Моя мама была англичанкой, благодаря ей я без барьеров говорю на английском, не считая русского. Плюс, иногда я летала к бабушке с дедушкой в Англию, но они умерли почти восемь лет назад. Мой второй язык — французский. Его я учила в школе и ездила по обмену во Францию. Еще я бегло говорю по-немецки. Очень поверхностно. Половины не понимаю.

Кирилл удивленно вылупился на меня. Да, большинство людей шокируют мои познания в языках. Для некоторых выучить один язык — это проблема. Папа всегда хвастался моими способностями, но я училась говорить не для него. Моя тяга к языкам была моим хобби. Я хотела знать больше. Думала, что смогу сбежать из дома в любую страну.

—Моей мечтой в детстве были путешествия. Я хотела объездить всю Европу, познакомиться с новыми людьми, а потом осесть где-нибудь подальше от России. — добавила я, глядя на задумчивое лицо Кирилла. — Папа не заставлял меня становиться дипломатом и поступать в МГИМО. Я сама так захотела. Мне нравиться эта работа.

—А я и не знал. Вот идиот. Я не задумывался, сколько всего о тебе ещё не знаю. — виновато опустил глаза Кирилл и немного растерянно продолжил. — Давай познакомимся ещё раз?

—Давай. — кивнула я и протянула Кириллу руку. — Привет, меня зовут Лера. А тебя?

—Я — Кирилл. Люблю много поесть и поспать. — усмехнулся Кирилл. — А ты?

—А я люблю фастфуд, мультики и мягкие игрушки. — смутилась от правды я и добавила, отведя глаза. — Ещё мне нравятся русые кудрявые парни. Нет никого например?

—Есть, правда ему не везёт на личном, но пару месяцев назад он тут случайно наткнулся на алмаз с разбитыми коленками. — интригующе прищурился Кирилл, разглядывая мое лицо. — Знаете ли, он влюбился, как мальчишка. Она его очаровала с первого взгляда, а потом сбежала, когда он хотел ей признаться. Наш товарищ ещё никогда таких очаровательных, милых, умных и добрых девушек не встречал, а она слиняла, даже телефончик не оставила. Что за девушки пошли?

—Не говори, девушки такие идиотки. Влюбляются и убегают, чтобы не слышать, как их отшивают красавцы с самыми добрыми на планете глазами. — негодующе качаю головой я и хитро улыбаюсь в ответ на такую же улыбку Кирилла. — Радует, что они нашли друг друга. Как засчитаешь?

—Если бы и мы не успели, я б с ума сошёл. Ты мне ночами снилась. Поберегите мое психическое здоровье! Даже не знаю, что бы я делал в таком случае. — заключил Кирилл, протянув мне бокал вина.

—Прям ночами?— удивленно вскинула бровь я.

—Ночами! — воскликнул Кирилл. — Я даже секретаршу твоим именем называл пару раз случайно.

Я засмеялась в голос. Секретаршу?! Да моим именем. Похоже, он правда бредил. Кирилл пожал плечами в ответ на мой смех. Я потянулась к его кудряшкам. Он подставил голову и позволил его почесать:

—Какие мягкие! — вырвалось у меня. — Кудрявая нежность!

—За ушком, пожалуйста. — пробурчала излюбленную фразу Кирилл.

—В кого ты такой кудрявый? — решила спросить я.

—В папу. Кудри — это наша семейная черта. — пробормотал Кирилл и обиженно буркнул, когда я оторвала руку. — Эй! Я хочу ещё!

—На диване. — замотала головой я. — Как насчёт посмотреть мультики с едой и вином?

—Я «за». — Кирилл взял в руки бокал. — Выпьем за нас?

—За нас! — воскликнула я и брякнула своим бокалом о бокал Кирилла.

Нашим решением было пить вино, кушать, смотреть мультфильм и болтать, что мы и делали. Кирилл улёгся на диване, положив голову мне на колени. Я незамедлительно запустила руку ему в волосы на начала почесывать. Он балдел, прикрывая глаза. Разве не одно удовольствие? Одно удовольствие. Выпив чуточку больше, я случайно сболтнула Кириллу, что всю жизнь мечтала завести собаку. Да, мы смотрели мультик про собак. Я их просто обожаю! Кирилл ничего мне на этот счёт не ответил. Может, не любит животных? Нет, любит. Когда мы гуляли по парку, нам на встречу шёл парень с собакой. Пёс прибился к Кириллу, и он начал его гладить, так что дело не в этом. Когда стало совсем поздно, мы решили закругляться. Кирилл пошёл в душ первым. Я осталась убрать остатки еды в холодильник и запихнуть грязную посуду в посудомойку. Вроде как спать пора. А может и нет? Я не могу сказать, что была пьяна. Фронтовые сто грамм для храбрости. Я помылась, надушилась духами и надела белую, просвечивающую, кружевную ночную сорочку, а под неё белое белье.

Да, я хочу Кирилла. Так сильно, что уже нет сил терпеть. Наверно, я озабоченная. Ладно, пусть так, но рано или поздно «это» должно случиться. Иногда, мне кажется, что Кирилл испытывает примерно то же, что и я, судя по его поведению. Он не приближается ко мне слишком близко, когда я в пижаме. Во время сна он тоже соблюдает дистанцию. Что уж, вчера Кирилл случайно зашёл, когда я переодевалась. Знаете, он застыл на минуту, покраснел и вышел. Я поняла, что пора надеть белье, которое мне приспичило купить на своё восемнадцатилетие. Захотелось быть взрослой девочкой. Оно лежало в коробке ровно до сегодняшнего дня.

Я вышла из ванной и тут же от смущения покраснела, хотя в спальне стало прохладно. Маленький светильник, стоявший на тумбочке, освещал огромное пространство комнаты. Сонный Кирилл лежал, завернувшись в одеяло. Я знаю, он засыпает. Из панорамных окон спальни Москва горела ярко-желтыми огнями. Почему я раньше не обращала на этот вид внимания? Ночная Москва приворожила меня. Она манила к окну. Несмотря на познаю ночь, на улицах кипела жизнь. Возможно, где-то там на улице рыдает такая же одинокая девушка и, кто знает, встречает свою любовь. Москва — город страстей. Кого-то она ломает. Кого-то возносит до небес к самым вершинам успеха. Но все равно это мой любимый город. Я положила руку на стекло и всмотрелась вдаль. С высоты сорок четвёртого этажа небо кажется так близко. Раньше я думала, что звёзд не видно. Как же я ошибалась. Звёзды! Они здесь, смотрят на меня с высока и падают, чтобы исполнить все мои желания. Самонадеянно, и все же звёзды этой ночью светят для нас.

Тёплая рука коснулась моего плеча, затем нежно провела по спине и замерла на бедре. Вторая ладонь проделала те же ласкающие движение. Руки Кирилла сомкнулись в кольцо на мое животе. Кирилл прижал меня к себе. Я никогда ещё не была так близка с ним. Это вдохновляет и окрыляет. Обычно он уже спит, но в этот раз нет. Не спорю, мы оба были слегка пьяны. Выпитое вино раскрепостило нас. В отражении оконного стекла я увидела, как Кирилл хитро прищурился и улыбнулся уголком рта:

—Ты хочешь? — немного неуверенно забормотал он. — Я думал, мы подождём, пока ты оправишься от...

—Я в порядке. — перебила Кирилла я и, отведя глаза, расстроено добавила. — Ты не хочешь? Я понимаю, я неопытна, но...

В этот миг Кирилл аккуратно опустил бретельки лифчика и сорочки, нежно поцеловал мое правое плечо. По телу пробежал мурашки. От одного прикосновения я испытала прилив жара внизу живота. Кирилл продолжил целовать меня в шею, распаляясь все сильнее, и между делом прошептал мне на ушко:

—Не бойся, я научу тебя.
Кирилл осторожно снял с меня сорочку и продолжил целовать грудь, постепенно залезая под чашки лифчика. Я помогла ему избавиться от футболки и дотронулась до мускулистой груди. Он не идеален, я поняла это. Кирилл не тот человек, который будет выдирать себе волосы, чтобы без майки казаться секси плейбоем. Естественная не сильно густая растительность, которую выбрал Кирилл, нравилась мне намного больше, чем искусственная гладкость. Каждая мышца была напряжена. Я стремилась изучить тело Кирилла. Я провела рукой по в меру накаченному прессу, затем коснулась груди и широких плеч. От моих прикосновений он вздрагивал. Кирилл провёл языком по моей груди. Я издала стон удовольствия и обвила руками его шею. Черт возьми, он невероятен. Я ощупывала каждый сантиметр на теле Кирилла. Для ровного счёта Кирилл расстегнул на мне лифчик взял меня на руки, прижав к себе. Он увидел мое далекое от идеала тело. Он рассматривал меня, как я изучала его. Жар внизу живота усилился. Я сгорала от желания. Пусть это был мой первый раз, но инстинктивно каждая клеточка моего тела предвкушала сегодняшнюю ночь. Это заложено в нас природой.
На полпути к кровати между нами случился страстный поцелуй. Я крепко вцепилась в плечи Кирилла и поцеловала его. Кирилл ответил. Это не было по- детски, как на набережной. Серьезный, пламенный поцелуй, раскрывший нам полноту наших чувствую друг к другу. Если это не любовь, тогда что же? Кирилл был таким нежным и горячим. Он не делал нечего, что могло бы смутить меня. Даже если бы сделал, это никак не испортило бы момент. Я оказалась на кровати в одних трусиках. Кирилл выключил свет, дотянувшись рукой выключателя. Лампа погасла. Огни ночной Москвы ворвались в комнату, наполняя каждую секунду волшебством. Магия! Я прониклась ею. Никогда бы не подумала, что «это» произойдёт со мной в настолько романтичной обстановке. Я оказалась с нужным человеком в правильном месте.

Кирилл плавно спускался все ниже и ниже. Он ласкал поцелуями мое тело. Я стонала от наслаждения. То и дело Кирилл рычал, будто дикий зверь. Когда мои кружевные трусики полетели на пол, я решилась попробовать быть такой же дерзкой. Осторожно мои руки схватили резинку на штанах Кирилла и потащили её вниз. Глаза Кирилла сверкнули в темноте. Видимо, я до «чего-то» случайно дотронулась. Он поднял голову и простонал:

—Лера, что ты делаешь со мной.

Я не знаю, что я делаю с ним, но то, что он делает со мной, не описать словами. Я потянула за резинку ещё чуть-чуть, невинно касаясь бугорка, резко вставшего в штанах. Кирилл рычит и стонет:

—Ты сводишь с ума.

В этот момент я дернула рукой, и штаны Кирилла оказались спущены. Он отшвырнул их в сторону и мне в отместку провёл языком по коже ниже пупка, чуть раздвинув мои ножки. Я вспыхнула! Волна возбуждения накрыла меня с головой. Я пискнула, оторвав руки от кровати, и запустила их в кудряшки Кирилла. Своим языком он делал невероятные вещи, но мне было мало. Я хотела больше, чем Кирилл давал ощутить сейчас. Мои руки гладили его по голове.

—Я хочу тебя! — вскрикнула неожиданно я.

—Уверена? — проговорил Кирилл.

—Если ты сейчас остановишься, я обижусь. — вырвалось у меня. — Я больше не могу ждать!

Кирилл снова потянулся к тумбочке и, покопавшись, достал оттуда что-то в шуршащей упаковке. Очевидно, презерватив. Я ждала, пока он его наденет. Своим руками Кирилл пригвоздил меня к кровати и прошептал на ушко:

—Потерпи, хорошо?

Я кивнула. Сейчас должно быть больно. Мне даже Тинка так рассказывала. На миг я зажмурилась, будто Кирилл делает мне укол. Как комарик куснёт. Ага, конечно. Нет, неправильно так думать. Я ощутила боль и давление, даже запищала. Кирилл навис надо мной и медленно нагнулся, чтобы поцеловать меня. Я чувствовала его всем своим телом. Мы стали одним целым. Подождав, когда я перестала пищать и привыкла, Кирилл просунул дальше. Он сам немного поморщился:

—Тесно. — едва слышно вырвалось у него.

Нам обоим некомфортно, но Кирилл не пытался ускорят процесс. Он в очередной раз заботился обо мне. Я протянула руку, чтобы погладить его по щеке. Оставалось терпеть. За считанные минуты неприятные ощущения сменились полным блаженством. Кирилл даже вспотел. По его лицу покатились капельки пота. Наши стоны удовольствия, наверное, слышали даже соседи. Я чувствовала, будто мы одно целое. Феноменально близки с Кириллом. Ради этого стоило немного потерпеть боль. Я будто летала благодаря Кириллу. Я осознала, насколько глубоки и искренни его чувства ко мне. Этой ночью между нами произошёл не только секс. Если бы Кирилл расценивал меня, как его очередную девушку, он не был бы со мной так осторожен и нежен. Все произошло бы намного грубее. Меня бы особо не спрашивали. Хочу ли я? В самом начале согласилась, и на этом опрос закончился бы, но не в нашем случае. По утрам или вечерам Кириллу периодически звонят из офиса. Он не церемониться ни с кем так, как со мной. Нет, он не груб с подчиненными. Он серьёзен и по-деловому строг, даже с банальной секретаршей. Кирилл не даёт повода усомниться в нем и его чувствах. Как вы уже наблюдали на переговорах.

Сами того не ожидая, мы делали «это» всю ночь. Нам было слишком мало друг друга. Иногда Кирилл вёл себя, как голодный зверь, который никак не мог удовлетвориться. Самое смешное, что он начал называть меня «зайкой». Как приятно быть только его зайкой. Первый раз случайно, но это значит, что про себя Кирилл давно меня так зовёт. Очень приятно. Папа иногда звал меня «котенком», но чаще всего нет. Я никогда не ждала от Кирилла такого. Усталость и желание поспать заставили нас наконец угомониться. Кирилл улёгся, прижав меня к себе покрепче. Он объяснил это тем, что я могу замерзнуть. С ним не замёрзла. Я помню, как утром Кирилл целовал меня в щеку и, кажется, уходил. Он не стал меня будить. И, нет, пары никто не отменял, просто Кирилл решил дать мне поспать. Не знаю, как я отобрала у него тёплое одеяло, но проснулась к полудню, закутавшись полностью.

Раз уж последняя пара все равно кончится через полчаса, я пришла к выводу, что вскакивать с нагретого места и бежать в МИД не стоит. Не хочу видеть или, уж тем более, слышать бред Тины. Она права в одном — я действительно пропустила уже много пар. Ну, как много, два дня и одну пару. Пора завязывать. Серьезно поговорю с Кириллом на эту тему. В остальном мне не хочется сейчас разговаривать с Тинкой. Я обижена. Эх, вчера была такая волшебная ночь. Я смогла выкинуть нашу девчачью ссору из головы.

Полежу. Тело ноет. По-моему, для первого раза мы перестарались ночью. Каждая мышца болела. Но я не жалею. Я потянулась к телефону, лежавшему на тумбочке. Куча сообщений от Тинки. Я зашла в «ВКонтакте», и, знаете, кто сиюминутно мне написал. Конечно, Кирилл.

«Доброе утро, зайка». — печатает он.

«Ты специально караулил меня в «ВК»?» — спрашиваю я.

«Ну, почти. Как тебе спалось?» — последовал быстрый ответ.

«Замечательно». — пишу я.

«Я тут забыл кое-что вчера тебе сказать. Я сегодня не стал будить по двум причинам: во-первых, ты устала, и мне хотелось, чтобы ты выспалась, а, во-вторых, канадцы были в полном восторге от тебя и ждут нас вдвоём на банкете в честь заключения контракта». — выдал длинное сообщение Кирилл.

«Что?!» — мгновенно набираю я чуть ли не большими буквами.

«Я заеду за тобой в семь». — Кирилл отправил мне подмигивающий стикер.

«Ты бы вспомнил сразу в пять вечера!» — в дополнение Кириллу летит обиженный смайлик.

«Я компенсирую, обещаю». — этот стикер Кирилла виновато улыбается и просит прощения.

«Эх, пойду-ка я в ванной полежу». — пишу я, чтобы подразнить Кирилла.

«А меня пустишь?» — хитро прищуривается стикер Кирилла.

«Я подумаю». — решила сохранить интригу я и не стала отправлять никаких смайликов или стикеров.

Отложив телефон, я прям в одеяле пошла к двери в ванную. За отсутствием бомбочки или соли для ванной пришлось налить чуть-чуть геля для душа. Кстати, сливала я его у Кирилла. Надеюсь, он простит. Запах балдежный. Мне всегда так нравиться одеколон Кирилла. Я просто наслаждаюсь, когда принюхиваюсь. В горячей воде удалось понежится полчасика. Я включила музычку и расслаблялась, краснея только об одном воспоминании прошлой ночи. Мы сделали «это». Я больше не такая наивная девочка. На пару секунд я погрузилась с головой в воду. Наши отношения — это по-настоящему. Раньше я сомневалась. Думаю, каждая адекватная девушка сомневается, когда ей спонтанно делает предложение человек, которого она едва знает. Все присходит слишком быстро. В мою серую, унылую и посредственную жизнь ворвался Кирилл и перевернул в ней все вверх тормашками. Мой подорожник. Чем дольше я с ним, тем больше невидимое притяжение между нами растёт. Я с удовольствием иду домой, зная, что придёт Кирилл и мы вместе будет веселить и страдать фигней. Да! Именно фигней. Моя детская влюбленность или, может быть, привязанность становится чем-то сильным, однозначным и вечным. Я никогда не испытывала таких чувств, но я рада, что они накрыли меня с головой благодаря Кириллу. Я хочу свой хэппи энд. Я счастлива быть с Кириллом. Он подарил мне уют и тепло близкого человека.

Я вылезла из ванной. Кирилл продолжал отправлять мне кучу веселых стикеров, тем самым выражая своё желание ко мне в ванную. Он так же клянчит добавку и не уступит никогда. Я решила подразнить его, сфотографировав свои коленки, показывающиеся из воды. Все прилично, не подумайте.

«Остальное додумаешь сам. Фантазия у тебя прекрасно работает». — отправлять я Кириллу вместе с фотографией.

«Так неинтересно». — отвечает Кирилл.

«Эй! Все прилично». — возмущаюсь я и подмигиваю.

«Мы залезем в ванную. Завтра. Дебильный банкет». — ворчит в сообщениях Кирилл.

«Кому-то целой ночи мало?» — Кириллу улетел мой шокированный смайлик.

«Я голодный маленький бизнесмен». — пишет Кирилл.

«Ну, тогда с этим нужно что-то делать?» — хитро улыбается мой стикер.

«Хулиганка». — прилетает от Кирилла вместе с такой же хитрой ухмылкой.

«Хулиганим в ванной?» — невинно спрашиваю я.

«Кажется, прошлой ночью я создал монстра». — хохочет стикер Кирилла.

«Кто из нас ещё монстр? Ты не давал мне спать всю ночь!» — написала я.

«Да, я, но ты и не возражала. Теперь я пью уже седьмую кружку кофе, а моя секретарша что-то подозревает». — продолжает хохотать смайлик Кирилла.

«Значится так, сегодня мы кое-как выспимся, а потом я вся твоя». — смутился мой смайлик.

«Договорились». — Кирилл отправил мне поднятый вверх палец в знак согласия.

«Пойду теперь собираться. Кто-то неожиданно напряг меня своей светской вечеринкой». — удручённый стикер полностью выражает мое недовольство.

«Мы уйдём оттуда пораньше. Сама понимаешь, это часть бизнеса». — без смайликов пишет Кирилл.

«Я понимаю». — отвечаю я.

«Правда, я приготовил для тебя сюрприз. Небольшой такой. Скоро сама увидишь». — написал Кирилл и отправил мне много «коварных» стикеров.

«Так и быть». — согласилась я.

«Зайка, прости, я забыл про совещание!» — вдруг пришло от Кирилла вместе с шокированным стикером.

«Беги, конечно, Кирюш». — отправила сердечко я.

Кирилл покинул чат. Печально, но мы ещё увидимся. Я соскучилась. Да, и вообще почему он может называть меня «зайкой», а я не могу как-нибудь ласково и по-домашнему к нему обращаться? Был Кирилл, станет Кирюша. Он ведь такой хороший! Заслужил, но, если ему не понравиться, придумаем что-нибудь ещё. Помилее.

Я глянула на часы. Ёлки зелёные! Уже три доходит. Я перехватила пару бутербродов и побежала в первый попавшийся салон красоты. Кстати, уж не думаю, что в «Городе Столиц» на первом этаже откроют фиговую парикмахерскую. Цены, правда, зашибись. Если бы Кирилл предупредил заранее, я бы позвонила и записалась к своим знакомым. Прости, карта, но сегодня придётся списать с тебя приличную сумму. Я попала в Рай на ближайшие два часа. В педикюрном кресле обновили маникюр, сделали педикюр и укладку, а потом и макияж. Не буду озвучивать, сколько я угрохала денег. Много! Знаете, я, видать, — жмот. Жаба душит до сих пор. Пусть простит меня Кирилл. Тем не менее, я довольна. Мои ноготки давно требовали коррекции. Последний педикюр состригли ещё зимой. Раньше я не уделяла таким мелочам должного внимания. Зря. Теперь без фанатизма следует больше ухаживать за собой.

На одеться у меня осталось всего полчаса. Надеюсь, успею. А если не успею, то Кирилл сможет хоть пару минуточек подождать? Я внеслась домой и в спешке отрывала в шкафу то самое платье, купленное Кириллом. Красиво! Я влезла в шелковое платье нежно-кремового цвета и повертелась перед зеркалом. Девочки, это просто волшебно! В сочетании с нюдовым макияжем и аккуратными локонами я выглядела настоящей принцессой.

—Лера! Ты где?! — вдруг закричал Кирилл, когда послышался хлопок в дверь.

—Я тут! — радостно крикнула я и выбежала к Кириллу. — Как тебе?

Кирилл застыл в дверях. Его глаза неожиданно округлились. Лицо стало красным, как помидор. А брови поползли вверх. Это как? Я не поняла столь бурной реакции. Пришлось подойти чуть ближе к нему и покрутиться:

—Это настолько плохо?

—Нет! — закричал Кирилл, выйдя из транса. — Это даже лучше, чем хорошо! Необыкновенно!

Теперь залилась краской я. Что же делать?! Я подбежала к шкафу в прихожей и достала оттуда пару босоножек, идеально подходивших к платью. Все, я готова. Кирилл подошёл ко мне ближе с игровой фразой:

—Нужен ещё один маленький штрих.

Он отвел меня в гостиную и усадил на диван. Передо мной открылась квадратная, бархатная коробочка, в которой лежали сережки и колье непередаваемой красоты. Я подняла волосы, позволив Кириллу одеть мне на шею подвеску капельку с большим камнем. Это бриллиант?! Он эротично поцеловал меня в шею! По телу побежали мурашки. К низу живота волной накатил жар. Я взвилась на месте как пружина. Затем Кирилл, как ни в чем не бывало, защелкнул английский замок серёжек-капелек, свисающих с моих мочек. Он ещё раз оглядел меня и хитро сузил глаза.

—Так и знал, что они тебе подойдут.

—Спасибо. — опустила глаза я, сдерживая слезы. — Очень красивые.

Кирилл смутился, анализируя происходящее. Согласна, конфуз. Девушка опускает глаза и начинает чуть ли не плакать от подарка. Нужно объяснить:

—Мне никто ещё не дарил настолько дорогих вещей. — пробормотала я.

—Привыкай, теперь я постоянно буду дарить тебе подарки . — интригующе сказал Кирилл, улыбаясь глазами, словно шкодливый мальчишка.
—Не обязательно. — я положила указательный палец на губы Кирилла и прошептала. — Я не нуждаюсь в дорогих подарках. Дари мне своё время. Для меня важно время, проведённое рядом — наши общие воспоминания.

Кирилл многозначительно кивнул. Он протянул мне свою руку с добротой и нежностью в глазах, к которым так отчаянно тянется мое сердечко. Я хочу быть только с ним. Только так. Никак иначе.

—Давай создавать наши воспоминания. — сказал Кирилл, закрывая дверь квартиры.

Мы ехали в люксовом такси. Кирилл откровенно зевал. Выглядел он, конечно, уставшим, поэтому положил голову мне на плечо. Пусть вздремнёт хоть немножко. Машина привезла нас ко входу в дорогущий ресторан, подсвечивающийся огнями. Красиво! Я разбудила Кирилла. Он проснулся, зевнул и хотел уснуть снова, но пришлось его вовремя растолкать. Боже, какой Кирилл милый, когда сонный. Мы вошли в фойе. Все в мраморе блестит! Это и есть светская тусовка, куда вхожа Милена? Интересно, смогу ли я? Я ведь не такая. Я — тихоня. Скромница! Сегодня скорее всего будут бизнес-партнеры и друзья Кирилла. Я могу им не понравиться. Честно, взгрустнулось.

Под руку с Кириллом мы вошли в банкетный зал. На нас обрушился шквал вспышек фотокамер. Помимо прочего гости кучками рассредоточились у круглых столиков с едой, с любопытном разглядывая нас. Не знаю, хорошо это или плохо, но я понемногу привыкаю к сплетням вокруг себя. Тут на днях в МИДе даже услышала, что сплю с Кириллом за деньги. Это наглая ложь, хотя, если я кинусь опровергать каждый нелепый слух, со стороны будет выглядеть ещё более правдоподобно. Да, и узнавать реакцию Кирилла на эту мерзость мне никак не хочется. Официанты разносили напитки. Кирилл взял для нас по бокалу шампанского. В свете хрустальных люстр атмосфера создавалась ещё более изысканная. Канадцы ходили своей кучкой. Я краем уха слышала длинные предложения на английском. Все было престижно. Мы встали в углу. Незамедлительно к нам начали подтягиваться люди. Кирилл зевал, потирая глаза.

—Мне бы кофейку, а не вот эту шипучку. — шепнул мне на ухо он, поболтав шампанское в бокале.

—Тебе бы в кроватку. — едва слышно поправила я.

—Тоже верно. — согласился Кирилл, отпив немного из бокала. — Не переживай, здесь все свои.

—Да? — вопросительно изогнула бровь я. — Я все равно никого не знаю.

—Сейчас узнаешь. — отмахнулся Кирилл. — Мои друзья не такие конченные отморозки, как Дима или другие знакомые твоей сводной сестры.

—Уже радует. — выдохнула я и осмелилась спросить. — А я им точно понравлюсь?

—Точно, они уже наслышаны о тебе. Без них я бы тебя не нашёл. — глаза Кирилла озорно сверкнули, и сам он в очередной раз довольно улыбнулся мне. — Они сильно помогли тебя искать.

—То есть, они уже в курсе нашего интересного знакомства?— удивленно вылупилась на Кирилла я.

—Да. — коротко ответил Кирилл и зевнул, а затем перевёл глаза группу людей, медленно приближавшуюся к нам. — А вот и они.

Первыми к нам подошла компания из двух парней. Они совершенно по-приятельски поздоровались с Кириллом. Бьюсь об заклад, это трио раньше считалось завидными холостяками, а вообще закадычные друзья. Выглядели они в принципе так же солидно, как и мой Кирилл, но всё-таки чего-то им явно не доставало. Не выделялись они ничем на фоне остальных гостей. Просто привлекательные мужчины, однако меня не цепляли. Искры, которая есть в Кирилле, отсутсвует в этих двоих. Возможно, это мне так кажется, потому что Кирилл — единственный, на кого я хочу смотреть. Да, именно мой Кирилл. А чей же ещё? Все, этот кудрявый красавчик только мой, ручки прочь. Самой смешно. Вам, наверное, тоже.

—Лера, позволь представить Олега и Филю. — усмехнулся Кирилл, подшучивая над друзьями.

Значит, коротко стриженный блондинчик в очках — это Филипп. Неплохо, по крайней мере он производил впечатление умного, интеллигентного человека. Стоп, или это так очки действуют? Может, мне тоже надеть, и я буду казаться серьезнее? Как вариант, нужно рассмотреть. Филипп закатил глаза и сделал вид, будто его достало это прозвище. Ну, видимо, кличка приклеилась к нему очень давно.

А тот сексуальный брюнет, буду объективна, с брутальной стрижкой и легковой щетиной, что рядом с Филиппом, и есть Олег. Я, конечно, все понимаю, но так передо мной даже Кирилл не выпендривался. Олег нагнулся и поцеловал мне руку. Теперь ясно, кто в этой компании Казанова. Извините, не впечатлило. Сотни роз с утра пораньше — это тема. Кирилл напрягся и прожигал в Олеге дырку. Ревнует. Олег отпустил мою руку, хотя мне не было особо приятно, что какой-то там первый встречный облобызал меня. Правда, мы живем в двадцать первом веке, пора бы отказаться от этой привычки. Боже, злой из-за ревность Кирилл такой милый. Это так приятно.

—Вижу, Кирилл отхватил себе крутую девушку. — сказал Олег. — Я думал, такие, как Вы, уже вымерли.

—Правда? Давайте на «ты», хорошо? — не удержалась я. — Очень рада познакомить.

—Ты очень красивая, Лера. Кирилл не преувеличил с твоим описанием. — добавил Филипп, чуть усмехнувшись, и продолжил. — Видела бы ты, как кое-кто сидел и смотрел в потолок пару дней из-за того, что его впервые в жизни отшили.

—Филя, ты не помнишь, сколько раз в день нам звонил Кирилл и спрашивал, не узнали ли мы чего-нибудь? — с явной насмешкой выдал Олег. — Мы еще гадали, чем обычная девушка с улицы может зацепить нашего Кирилла, а в итоге перед нами гений чистой красоты.

—Как мимолетное виденье сразила нашего Кирилла. — тихо засмеялся Филипп.

Я покраснела. Чересчур все это. Бросив быстрый взгляд на Кирилла, я поняла, что Кирилл смущён. Он напрягал всех, чтобы найти меня. Он так сильно хотел увидеться со мной? Я неожиданно покраснела. Опять. По-моему, последний месяц я только и делаю, что смущаюсь и краснею. Кирилл же по-собственнически притянул меня поближе к себе.

—Вы как хотите, но Лера уже занята. — довольно грозно сказал Кирилл.

—Он, кстати, тоже занят. — хитро улыбнулась я и прижалась к Кириллу в ответ. — Уж извините, если забираю у вас друга.

—Но ты же будешь выпускать его погулять? — вскинул бровь Олег. — Хоть иногда на волю, а?

—Ну, только если под присмотром Филиппа. — подмигнула самому Филиппу я и обратилась на прямую к нему. — Похоже, ты серди вас троих самый ответственный.

—Что есть, то есть. — горделиво ответил Филипп.

—Я действительно так сильно похож на бабника?! — вылупился на меня Олег.

—Разве ты не бабник? — с сарказмом спросил Кирилл, прижимая меня к себе. — Ты не собирался пока менять свой образ жизни. Я что-то пропустил?

—Нет, зато ты одной ногой по уши в семейной жизни. — съязвил Олег и скрестил руки на груди. — Что в этом хорошего?

—Во-первых, дома меня встречает вот эта красавица. — начал перечислять Кирилл. — Во-вторых, благодаря Лере моя берлога больше не выглядит, как берлога. В-третьих, Лера потрясающе готовит! В-четвёртых, с Лерой никогда не скучно, и на выходных мы...

—Эй, бро, все хватит! — раздраженно вскинул руки Олег и, быстро сменив гнев на милость, продолжил. — От Леры в восторге даже канадцы.

—Эти еврейские рожи тут всем рассказывают про «прекрасную женщину господина Шведова». — подтвердил Филипп. — Но здесь большинство понятия не имеют, что у господина Шведова появилась женщина.

—Вот если бы ты повесил на всю Москву банер, что ищешь Леру, как и хотел, то все бы уже знали, что господин Шведов втрескался по уши. — снова подшутил над Кириллом Олег.

—Как остроумно, Олег. — закатил глаза Кирилл, не оценив шутки друга. — Тогда, нам придется вас покинуть. Надо бы исправить мою нелепую оплошность.

Я вопросительно посмотрела на Кирилла. Какой ещё банер? Нет, зачем так заморачиваться. Кирилл заметил мой взгляд и пожал плечами, уклоняясь от ответа. Понятно, значит это был ещё один вариант моего поиска. Если так посмотреть, то я бы не отозвалась, просто посчитала бы, что это не я, а кто-то другой.

Тем временем Кирилл увёл меня от своих друзей и потихонечку начал знакомить со своими деловыми партнерами. Естественно, пришлось говорить, что я — дочь дипломата Андрея Викторовича Розова. Отношение ко мне сразу менялось. Я не оборванка с улицы, которую притащил в свой дом Кирилл. Хоть в чём-то пригодилось папино имя, хотя такой метод завоёвываемся репутации ничем не прельщал. В любом случае некоторые гости интересовались моим знанием языков. Отвечала я честно. Люди удивлялись и пытались выпытать у Кирилла, где же мы познакомились. Он молчал. Это секрет. Да, наш секрет. Мы сохранили интригу.

Ближе к середине мероприятия, канадцы наконец добрались до меня в момент, когда Кирилл отошёл за закусками. С его слов, в такие вечера ему нравится только еда. Я ждала его под разговоры канадцев о русской кухне. Оказывается, они ещё те любители поесть. Переводчица, сопровождавшая их сегодня, нервно курила в сторонке. Кирилл все никак не возвращался. Пойти поискать? Может быть, он уснул где-нибудь на лавочке? Я занервничала. Только сейчас я осознала, насколько уверенно, спокойно и раскрепощённость чувствую себя, когда Кирилл рядом. Без него казалось, будто зал слишком большой, а я слишком маленькая мышка. Паника? Совсем чуть-чуть.

Аккуратно попрощавшись с канадцами, я отправилась на поиски Кирилла. Обойдя весь зал, я никак не могла его отыскать, даже спросила у Олега и Филиппа, не выдели ли они случайно Кирилла. Нет, не видели после того, как мы вдвоём их покинули. Я запаниковала ещё сильнее. Выйдя в фойе, я увидела, как Кирилл обнимается с кудрявой шатенкой в брючном костюме. Вернее, она радостно прыгает ему на шею. Кто она? Я в шоке застыла на месте. Что это значит? Кирилл меня обманывает? Выяснить все самой прямо сейчас смелости не хватило. Надеюсь, Кирилл меня не заметил. Откуда это ощущение использованности? По-моему, я себя накручиваю. Все не так, как я думаю, но поговорим мы все равно дома. Точно, поеду-ка я домой. Устала.

—Лера! — раздался голос Кирилла за моей спиной. — Погоди! Ты все не так поняла!

Я остановилась. Обернулась. Кирилл быстрым шагом шёл за мной, а за ним шатенка цокает каблучками. Я смогла разглядеть эту самую таинственную незнакомку. Красивая. Каштановые кудри обрамляли белое лицо. Из-под длинных ресниц на меня смотрели пара серых глаз. Я думала, таких не бывает. Она намного красивее меня. Даже черты лица мягче. Походка женственней. Одно из двух: либо эта девушка бывшая Кирилла, либо его любовница. Очевидно, ни один вариант меня не устраивают.

—Лер! Это не то, что ты подумала. — воскликнул Кирилл и поймал меня за руку. — Подожди, пожалуйста.

—А что я должна понять? — тихо проговорила я, вскинув бровь. — Ты внезапно исчез и на моих глазах обнимался с другой девушкой. Давай поговорим дома.

—Катя — моя двоюродная сестра. — быстро сказал Кирилл. — Она прилетела из Голландии, как только узнала о свадьбе.

—И решила сразу познакомиться. — шатенка догнала нас и вышла вперёд. — Я понимаю, ситуация двусмысленная. Я бы тоже ушла на твоём месте, но я правда двоюродная сестра Кирилла.

Я молчала, переводя взгляд то на Кирилла, то на Катю. Двоюродные брат и сестра? Сходство между нами есть, если приглядеться. Хотя бы кудри. Оба кудрявые, пусть и цвет разный. Черты лица похожи. Они не врут, но с первых минут Катя смотрит на недоверчиво или даже не одобрительно. Как жаль. Она явно не плохой человек. По крайней мере это так, если судить по первому впечатлению. Она просто переживает за Кирилла. Я бы тоже волновалась. Это естественно.

—Простите, я, наверное, выгляжу как истеричка. Кирилл не рассказывал, что у него есть двоюродная сестра. — пробормотала и потупилась назад я, опустив глаза. — В любом случае приятно познакомиться, Катя.

—Просто забудем. — немного смягчилась ко мне Катя. — Собственно, это моя вина. Я не предупредила заранее о прилете. Думала устроить сюрприз.

—Кое-кто, как вышел замуж, совсем забыл о своей исторической Родине. В России Катерина бывает еще реже, чем я дома. — недовольно буркнул Кирилл. — Ты надолго к нам, сестренка?

—Надолго, братик. — хитро улыбнулась Катя и добавила. — Отто скоро прилетит.

Отто? Кто такой Отто? Лера, только не показывай своего недоумения, иначе совсем будешь выглядеть нелепо. Лучше помолчу.

—Мы, пожалуй, домой. — Кирилл осторожно взял меня за руку и зевнул. — Ты не против, Зайка?

—У-у. — замотала головой я.

—Ладно, поеду, поздороваюсь с папой. — отмахнулась от нас Катя и пошла к выходу. — До встречи.

—Пока, Катюх. — помахал ей рукой Кирилл.

—До свидания! — вырвалось у меня, но Катя уже ушла.

—Домой?— спросил ещё раз Кирилл.

—Д-да. — буркнула я. — Я устала.

Ничего криминального не случилось, но осадок остался. По дороге домой мы молчали. Дома тоже особо не разговаривали. Я чувствовала, как что-то колит, неприятно ёрзает в груди. Досада от случившегося. Разочарование в самой себе. Я даже не смогла подойти и все выяснить. Значит ли это, что я не доверяю Кириллу? Я ведь так стараюсь. Почему-то стало обидно за своё поведение. Что обо мне теперь подумает Катя? Она такая яркая! Удивительная! В ней так много уверенности в себе, чего не хватает мне. Я блекну на её фоне, как это было с Миленой. Что уж там, я серая мышка даже на фоне Тинки. Это разочаровывает.

В кровать залез Кирилл и притянул меня к себе, заставив отвлечься от мыслей.

—Зайка, что тебе так расстроило? — спросил он. — Это из-за того, что внезапно ушёл? Просто позвонила Катя, и я продиктовал ей адрес. Хотел, чтобы вы познакомились.

—А? Нет. Нет, не из-за этого. — отмахнулась я, завернувшись в одеяло. — Все в порядке, правда.

—Если бы все было хорошо, ты бы разговаривала. — сузил глаза Кирилл, пристально разглядывая меня. — Зайка, расскажи. Ты же мне доверяешь?

—Да, доверяю, просто я выгляжу нелепо на твоём фоне. — пробормотала я, уткнувшись лицом в одеяло. — Вокруг все такие уверенные в себе, яркие, а я какая-то никчёмная мышка.

—Мышка не сможет заключить контракт на миллиарды баксов. — сказал Кирилл и взял меня за плечи. — Мышка не сможет всех очаровать. Ты не такая, как все эти дерзкие, самоуверенные девицы. Ты — не мышка. Ты — моя белая, пушистая, очаровательная Зайка.

—На ручки. — пискнула я и угодила в тёплые объятия. — Разве не ты предложил канадцам лучшие условия? При чем тут я?

—А кто так тонко смог сообщить мне, что говорят эти гады? — пробурчал Кирилл и снова зевнул. — Другая бы на твоём месте растерялась, а ты быстро смогла с этим справиться.

—Это не отменяет тот факт, что я — мышка. — тяжело вздохнула я и запустила руку Кириллу в волосы, почёсывая за ушком. — Засыпай, Кирюш. Кто-то зевал весь день.

—Ты — не мышка. — на этот раз строго буркнул Кирилл и поцеловал меня в макушку. — Я тебе ещё это докажу, моя Зайка.

«Прошлое не имеет значения, найди себя в настоящем
и будешь править в будущем.»

М. Булгаков

Я уснула в объятиях Кирилла. Наверное, он отключился первым. Следящим утром на дворе была суббота, половину которой мы проспали. Кирилл встал ближе к вечеру. Я же сидела на кухне за домашкой из МИДа. Когда-то же надо её делать, пока я из отличниц в двоечницы не переквалифицировалась. Завтрак-обед для Кирилла приготовлю после того, как наш медвежонок проснётся, чего он делать пока не хочет. Мой мозг пух от огромного количества домашнего задания, но я не сдавалась. Писать Тинке и спрашивать, как делать некоторые задания? Нет! Я долго отхожу после ссор. Тина тоже больше не заваливала мою личку сообщениями. Затишье. Что же делать? От нервов я начала грызть колпачок от ручки, смотря на Москву через панорамное окно. Придумала! Напишу Михе или ещё одной девочке из группы.

«Мих, привет! Подсоби, пожалуйста. Понятия не имею, что Павлов от меня хочет». — набираю сообщение я и добавляю кучу умоляющих стикеров.

«Приветик, Лерка. Ты куда пропала?» — быстро отвечает Миша.

«Эм, веселая ночь была. Кирилл не стал меня будить, и я проспала». — аккуратно объясняю я. Не говорить же, что я всю ночь занималась, кхэм, сексом, а потом отрубилась на полдня.

«Я, кажется, понял, о чем речь». — Миха прислал наше с Кириллом фото из утренней прессы.

«Когда это нас успели?! Бог ты мой, ещё и с канадцами!» — от меня улетает шокированный стикер.

«Бурная политическая деятельность?» — хитро прищурилась смайлик Миши.

«Тип того, у Кирилла не нашлось переводчика на заключение сделки с этими товарищами, поэтому я и отправилась с последней пары». — объяснила я.

«Я видел. Вы ещё с Тиной из-за этого повздорили». — написал Миша.

«Мне кажется, мы поссорились не из-за этого». — мой стикер отрицательно мотал головой.

«Твоя версия?» — смайлик Миши пристально смотрел на меня.

«Тина ревнует». — коротко ответила я.

«Да, Тина ревнует. Она теперь сравнивает меня со Шведовым. Говорит, что я должен быть таким же, как он». — выдал Миша и прислал разочарованный стикер.

«Что!? Но ты — это ты, а Кирилл — это Кирилл! Низко и подло вас сравнивать». — быстро напечатала я.

«Я спросил у нее, в чем я не такой, как Шведов? Я не дарю ей достаточно дорогих подарков? Или в том, что у меня нет своего бизнеса и огромного состояния? Я сейчас неудачник, но я гарантирую, что смогу стать даже лучше этого вашего Кирилла». — ответил Миха, не прислав никаких стикеров.

«А что Тина?» — спросила я.

«Она не смогла ответить, чего мне не хватает. Она хочет богатого принца, как Кирилл, но я — не принц, скорее огр из "Шэрека"». — напечатал Миша.

«Мих, ты не в коем случае не неудачник! И Кирилл не такой уж и принц. Нет, он очень заботливый, добрый, веселый, с ним мне очень хорошо. Дело совсем не в деньгах, понимаешь? Дело в человеке. Вчера я познакомилась с людьми такими же богатыми и успешными, как Кирилл, и поняла, что все люди со стороны кажутся идеальными, а ты сам на их фоне выглядишь серым пятном. При этом никто не знает, что у них внутри. Сравнивать вас Кириллом — глупо, потому что вы с ним в какой-то степени похожи». — накатала поэму я, чтобы ободрить Миху.

«Думаешь? У меня же нет многомиллионного бизнеса? Я не такой красавец, как Шведов. Это факт. Тут даже не спорь». — Миха отправил мне расстроенный стикер.

«Знаешь, мой красавец сейчас дрыхнет без задних ног на кровати в весьма неэстетичной позе, завернувшись в одеяло. Он больше похож на червячка, чем на бизнесмена». — мой стикер хохочет во всю.

«Правда, что ль?» — удивился за Миху стикер.

«Правда, еще как правда. Кирилла в выходной день может отодрать от подушки только желание поесть и побриться. Поэтому он спит, а я делаю домашку и жду его пробуждения». — подмигивает мой смайлик Мише.

«Спасибо, Лерка! Что там тебе нужно объяснить?» — значительно воспарял духом Миха.

Где-то полтора часа мы провели за выполнением домашки. Натикало три часа дня. Чувствую, Кирилл сегодня будет ужинать. В любом случае я теперь свободна от дипломатии и готова провести выходные с Кириллом. Только нужно дождаться медвежьего пробуждения. Теперь у меня есть время подумать. Как подозрительно поведение Тины в отношении нас с Мишей. Конечно, плохо подозревать своих друзей, но это действительно странно. Разве можно сравнивать человека, которого любишь, с кем-то чужим? Ладно, с парнем лучшей подруги. Я в замешательстве. Интуиция подсказывает держаться подальше от Тины. От моей лучшей подруги. Почему я об этом думаю? Она ведь не может мне ничего сделать. Тина всегда помогала мне, когда нужно. Она была рядом в самые паршивые моменты моей жизни. Отказываться от дружбы из-за кого-то непонятного предчувствия — бред. Все сложиться замечательно. Я уверена.

Голова гудит. Пора перемещаться в зал. Я положила голову на подлокотник и вытянулась на диване. Кайф. Забудь обо всем, Лера. Помирись с Тинкой. В конце концов мы обе не правы. И без того скучаю по папе. Как ни крути, я скучаю по нему. Строгий, временами твердолобы и самолюбивый, но он — мой отец, просто мое «хорошо» и его координатно отличаются. Все равно он по-своему желал мне добра, хотя без мачехи и Милены я чувствую себе свободнее и комфортнее. Не нужно быть каждую минуту начеку. Дом Кирилла потихоньку становиться и моим домом тоже. Теперь я знаю здесь почти каждый уголок. На полках лежат вещи, которые мы с Кириллом вместе купили. Я имею место, куда с радостью возвращаюсь. Что может быть лучше?

Из спальни послышались шаги. Кирилл наконец встал. Лохматый. Кудряшки в разные стороны. Милашка. Я хихикнула. Он по традиции зевал и потягивался.

—Который час? — пробубнил он и плюхнулся ко мне на диван.

—Половина четвёртого. — ответила я, подлезла поближе, чмокнув Кирилла в щеку. — Доброе утро. Кушать будешь?

—Голоден, как волк. — закивал Кирилл. — Предлагаю погреть остатки еды.

—Принято, но с тебя кофе. — вскочила с дивана я.

—Договорились. — Кирилл покорно пошёл следом за мной.

Пять секунд потребовалось, чтобы погреть кучу еды. Мы сидели за столом. Кирилл уплетал за обе щеки. Пропылесосил тарелки, так сказать.

—Чем займёмся, Зайка? — спросил Кирилл.

—Не знаю, принимаю любые предложения. — пожала плечами я.

—Есть у меня одна идейка. Я планировал сегодня утром кое-куда съездить. Надеюсь, они ещё работают. Я думал, ты растолкаешь меня утром. — Кирилл посмотрел на меня взглядом самого настоящего заговорщика. — Собирайся, мы выдвигаемся.

—Да?! — удивилась я, что даже привстала со стула, выдвинувшись вперёд. — А куда?! Хоть намекни, во что мне одеваться.

—Секрет. — Кирилл дотронулся до моего носа указательным пальцем. — Я переодеваться.

По майке и джинсам на Кирилле я сообразила, что в место по типу театра или балета мы не собираемся. Значит, я быстренько напялила на себя свои любимые джинсы-бананы и толстовку с капюшоном. Всё-таки к вечеру становится прохладно как-то. В машине мы обсуждали свадьбу. Почему-то на этапе планирования мы вспоминаем, что до нее уже не так долго, только в машине. Вариантов каждый раз много. Проблема в одном — мы сами не знаем, чего хотим. Кирилл внимательно смотрел на дорогу:

—Давай еще раз. Какую мы хотим свадьбу?

—Давай по-домашнему? Только самые близкие. — предложила я.

—Согласен, не хочу видеть лица, которые впервые вижу. — усмехнулся Кирилл и добавил. — Ещё меньше хочу видеть рожи моих конкурентов, которые обязательно притащат свои задницы, чтобы засветиться на «событии месяца».

—Мы просто на дух не переносим любую интервенцию в нашу приватную жизнь. — закивала я, посмотрев на Кирилла. — Допустим, с форматом определились. Где?

—Где-нибудь. — засмеялся Кирилл и повернулся ко мне, когда остановился на светофоре. — Предлагаю арендовать загородный комплекс на сутки. В московских ресторанах будет слишком много зевак, проходящих мимо, и риск привлечения журналюг чересчур велик. За городом летом хорошо: свежо, красиво, много места. Главное, конечно, что территория закрытая.

—Свадьба на природе, говоришь? — задумчиво проговорила я. — Мне нравиться. Кто будет составлять список гостей?

—Только не моя мама! Ты хочешь познакомиться со всей моей роднёй?! — испуганно воскликнул Кирилл. — Они невыносимо тошные люди! Помню, как в последний раз мамина сестра пыталась женить меня на дочери её подруги, которая, эм, визжала при одном моем виде. Этого шабаша я не переживу!

—Бедненький! Хорошо, что не женила! — вылупилась на Кирилла я. — Но твоя мама обидеться, если она не займётся этим. Мы же не можем так поступить, правда? Да, и нам вдвоём не упомнить всех твоих родственников.

—Мда, мама точно расстроится. Может, пусть Катерина её обработает, чтобы она не звала всех подряд? — начал Кирилл и вдруг запнулся. — Подожди, а как же твои родственники?

—Ну, мама была единственной дочерью, больше детей у моих бабушки и дедушки нет. Вроде как, у бабушки была сестра, но я её никогда не видела. — заразмышляла вслух я. — Все мои родственники по папе никогда не принимали участия в моем воспитании. Никто не хочет связываться с моим отцом. Сам знаешь, он заткнет за пояс любого.

—Думаешь, никто из них не захочет прийти? — немного расстроился Кирилл. — Андрей Викторович тоже? Не понимаю, как можно не пойти на свадьбу родной дочери.

—Вряд ли он придёт, даже отправь я приглашение. Папа больше мне не звонил даже просто узнать, как у меня дела. — развела руками я и опустила глаза. — Я — предатель в его глазах. В любом случае Милену и Ирину я видеть не хочу, а папа без них не придёт. Это как ещё один удар по его самолюбию.

—Приглашение мы ему отправим. Дальше пусть сам решает. — слегка рассержено буркнул Кирилл и с надежной продолжил. — Лер, я понимаю, ты скучаешь по дому, но ты ведь не жалеешь, что переехала ко мне?

—Нет. — твёрдо и однозначно ответила я, на эмоциях продолжив. — Кроме папы из родных у меня никого. Чисто как дочь, я привязана к нему. Всё-таки он не бросил меня после маминой смерти, хотя его методы воспитания оставляют желать лучшего. Кирюш, с тобой я чувствую, будто дышу полной грудью. Я не знаю, как передать словами то, что чувствую к тебе.

—И я, Зайка. — голос Кирилла чуть дрогнул, но потом он снова стал по обыкновению уверенным. — Со мной ещё никогда такого не было. Даже моя рутина стала чем-то приятным. Я спешу домой, ведь меня ждёшь ты. Я теперь не представляю свою жизнь без тебя и твоего борща!

—Я рада. — самопроизвольно широкая улыбка появилась на моем лице.

—А теперь мы едем выбирать нового члена семьи. — интригующе сказал Кирилл, паркуясь. — Такого мохнатого, знаешь ли, с ушами и хвостом.

—Собака, что ль? — я застыла в недоумении. — Ты серьезно?

—Вполне, нам пора расширяться. — улыбнулся Кирилл. — Всегда хотел завести собаку, но потом подумал, что это плохая идея. Я слишком безответственный. Не приду домой, и пёс будет сидеть один. Или, того хуже, забуду его покормить, и бедное животное останется голодным. Меня потом совесть загрызет.

—А сейчас что изменилось? — решила поинтересоваться я.

—Ты надаёшь мне по башке, если я забуду выгулять нашего мохнатого товарища. — засмеялся Кирилл. — Чур, выбираешь ты. Только не таксу!

—По рукам. — я дала Кириллу «пять» прежде чем вылезти из машины.

По питомнику мы ходили очень долго. Смотрели всех щенков. Исходили кучу вольеров. Все маленькие, миленькие крошки. Я умилялась без конца, но никто не привлекал внимания. Как быть? Кирилл, очевидно, тоже был в замешательстве. Он смотрел по сторонам, не зная, кто нам лучше подойдёт. Как только мы проходили мимо клеток, песики сразу же радостно подбегали и смотрели, кто идёт. Мой взгляд упал на былого щенка, который был меньше всех. Его отталкивали другие, не давая подойти ближе, а он не сдавался и с боем и писком лез вперёд. Прямо как я. Это он. Я выбрала. По моей просьбе сотрудник питомника вынесла нам нашу беленькую кроху. Щенок тут же перелез мне на руки и явно не собирался слезать назад. Кирилл понял меня без слов.

В специальной комнате нам дали время познакомиться. Щенок бегал за нами, велят хвостиком и ластился то ко мне, то к Кириллу. Бойкий мальчик скакал туда-сюда, изучая игрушки, лежавшие на полу. Собаки тоже умеют искренне радоваться. Я посмотрела на Кирилла. Он на меня. Мы кивнули друг другу. Щенок уезжает с нами. Это любовь с первого взгляда. Оказалось, заполнить документы на покупку собаки занимает достаточно времени. Нужно было прихватить с собой хотя бы переноску. Придётся вести малыша на руках.

Домой мы ехали с пушистым другом на коленях. С именем мы пока не определились. Всю дорогу между нами шёл спор. Как назвать собаку? Жуть! Кириллу не нравились мои варианты, мне — его. На светофоре я подняла щенка и ещё раз посмотрела на него: белая, в мере вытянутая мордочка, чёрный носик, пара умных глаз и большие ушки. Порода вест-хайленд-уайт-терьер просто очаровательна! Кого он мне напоминает? Я задумалась и потом выдвинула предложение:

—А если Тедди?

—Принято! — воскликнул Кирилл и обратился к щенку. — Ну, дружище, ты теперь будешь Тедди.

Щенок радостно пискнул. Кажется, оценил своё новое имя. Я думала, мы едем домой, но нет. Кирилл свернул на подземную парковку торгового центра. Он объяснил это тем, что для Тэдди у нас даже миски нет. Это не порядок. Я полностью согласна. Наш путь лежал в зоомагазин. Тэдди покорно сидел на руках. Знаете, если посмотреть на нас со стороны, то мы очень напоминали детей, которым раньше все время запрещали завести собаку, а сейчас они наконец это сделали. На кассе нам пробивали кучу игрушек, два лежака, две миски, поводок и ошейник. К выбору корма мы подошли особенно ответственно. Везли понемногу на пробу всего: сухого корма, консервов для щенков и всяких вкусняшек. Тем не менее, натуральное питание никто не отменял. Что Тедди понравится, тем и будем кормит, но никакой еды со стола. Все для нашего красавчика.

Дома Тэдди осматривался, пугаясь огромных размеров квартиры. Собственно, и я долго привыкала к габаритам жилища Кирилла. Надеюсь, пес быстро обживется. На скорую руку я состряпала нам ужин. Тэдди дали консервы для щенком. Не знаю, но мне на запах не понравилось. Как можно кормить этим собаку? Кажется, теперь у Тэдди натуралочка. Никаких химических консервов, о чем я заявила Кириллу. Ради интереса он сам понюхал содержимое баночки. Уговаривать долго не пришлось. Нам стало жалко щенка, но в этот раз ему придётся это съесть, раз открыли.

Весь вечер Тедди ходил хвостом за Кириллом. Они идеальный дуэт. Оба кудрявые. Оба такие милые. Странно сравнивать Кирилла и собаку, но я ничего не могу с этим поделать. Пока Тедди хорошо ладил с нами, а мы — с Тэдди. За вечер щенок успел нашкодить. Кирилл предложил купить вольер, пока мы ликвидировали следы преступления в виде лужицы подранной записной книжки. Хорошо, что в ней не было ничего важного. Как бы жестоко это ни было, эту ночь Тедди проведёт в туалете на первом этаже с целью обезопасить и его, и весь дом. Мы оставили ему кучу подушек, плед, лежак, воду и сухого корма. Малыш плакал за дверью. Мое сердце обливалось кровью от этого крика. Ребёнок рыдает! Я так не могу. Я отношусь к щенку как к ребёнку. Что же будет, когда у нас появятся свои дети? Кирилл тяжело вздыхает. Его руки тянуться к дверной ручке, но потом падают:

—Если мы выпустим его оттуда, он может пораниться ночью. — бубнит Кирилл, виновата смотря на дверь. — Совесть мучает, когда Тедди так надрывается.

—Уф, ребёнок. — пискнула я, закусила нижнюю губу. — Ему нужно много любви, заботы, ласки и терпения.

—Что есть, то есть. — согласился Кирилл. — Пойдём в кроватку?

—Пойдём. — кивнула я и сорвалась с места. — Чур, я первая в ванную.

—Эй, уступите дорогу кудрявым красавчикам! — воскликнул Кирилл и помчался за мной.

Я быстренько забежала в ванную, захлопнув за собой дверь, и, собственно, сходила в душ, опередив Кирилла. Дверь закрылась прямо перед его носом. Развалилась звездочкой в пределах своей половины кровати. Хочется мне спать или нет? Вроде бы и не устала. От безделия я начала пересчитывать светильники на потолке. Столько всего произошло за это время. Теперь у меня есть своя семья, но это ещё не все. Сегодня она пополнилась новым членом. Это произошло только благодаря Кириллу. Ничего бы не случилось, если бы не он. При мысли об этом на сердце потеплело. Мои мечты исполняются одна за одной.

Свет в спальне погас. Кирилл с разбегу плюхнулся на кровать и защекотал меня. Нападение! Я завизжала и завернулась в одеяло в попытке спрятаться, но он был неумолим. Меня аккуратно достали. Щекотка постепенно переросла в горячие поцелуи. Я прогнулась под натиском Кирилла. Черт возьми, я хочу его. Нам всегда будет мало друг друга, сколько бы мы ни пытались унять желание. Кирилл снял с меня ночнушкк. Да, именно розовую ночнушку с кроликами. Я, вообще-то, не планировала сегодня, иначе подготовилась бы соответсвенно. Видимо, энергия в Кирилле через край. Что ж, я не против.

Знаете, чем закончилась наша ночь? Нет, не как в прошлый раз. Того, о чем вы думаете, и того, на что надеетесь, не случилось. Вместо этого Кирилл всячески тискал меня. Гладил, целовал, обнимал, при этом залезая в весьма интимные места. Он был ко мне так близко, что не описать словами. Я старалась доставить ему такое же блаженство, поэтому припоминала все пошлые истории Тинки и пыталась воспроизвести что-нибудь эдакое из них. Честно, с непривычки было стыдно. Я краснела, смущалась, но все равно продолжала пробовать Кирилла, как он пробует меня. Конечно, все это делают, но я — не все. У меня есть свои планки приличия, за которые я заходить не буду. Важно, чтобы Кириллу было так же хорошо, как и мне сейчас. Остальное не имеет значения.

Вдруг Кириллу не понравиться? Такого развития событий я боялась больше всего. По его бурной реакции, когда я провела языков по его шее, стало ясно обратное. Жарко! Черт возьми, как горячо! Каждое прикосновение Кирилла вызывало у меня мурашки, пробирающие до самых костей. Возбуждение захватило сознание. Я постанывала каждый раз, когда Кирилл делал что-то невероятное с моим телом. Он приучает меня к себе, своим ласкам, привычкам, сокрушительному напору.

Сегодняшнюю ночь мы окрестили «ночью неприличных вещей». В конце концов Кирилл угомонился, улёгся на свою законную половину и достал ноутбук, и мы начали лазить в интернете в поисках загородных комплексов. Я лежала на груди Кирилла, слушая, как постепенно успокаиваться его сердце.

—Меня привлекает в тебе даже запах твоей кожи. — проговорил Кирилл, гладя меня по плечу. — Когда ты рядом, меня тянет к тебе магнитом. Последние пару недель я едва мог сдерживаться.

—Я как-то не так пахну? — хихикнула я, на самом деле понимая, что он имеет в виду.

—Не так. Твой естественный запах меня буквально будоражит. — спокойно ответил Кирилл. — Если бы утром у нас было больше времени, я бы не упустил возможности сказать тебе это.

—Ты ушёл, и мне было немного досадно просыпаться одной. — прошептала я, прижимаясь плотнее к Кириллу. — Больше никогда так не делай, хорошо? Если просыпать, то только вместе.

—Убедила, на работу опаздывать будем вместе. — усмехнулся Кирилл и включил компьютер. — Давай искать идеальное место для свадьбы.

—Угу. — кивнула я, щурясь от экрана.

У нас будет выездная церемония, мы так решили. Из всего списка нам понравилось всего два. Оба напоминали замки и находились в сосновом бору. Воздух-то какой там. А атмосфера! По мнению Кирилла, главное — высоченный, непреступный забор и хорошая охрана. Для принятия окончательного решения я позвоню и на неделе договорюсь о встрече. Нужно все один раз лично увидеть.

Вся следующая неделя прошла в суете, обоснованной подготовкой к нашей свадьбе. Нам помогала Катя и словом, и делом. Она сказала, что в Москве ей скучно сидеть без работы, поэтому взяла на себя обязанности организатора нашей церемонии. Не просто так, я думаю. Катя присматривается ко мне. Не обижает, не ставит палки в колеса, но и не доверяет. Я могу это понять. У них с Кириллом тёплые отношения. Она за него переживает. Сначала, честно сказать, меня задевало ее безразличие и будничность. Катя не знает, на сколько я задержусь в этом доме. Я это прекрасно вижу, понимаю и принимаю. Я для нее чужая, а Кирилл — родной человек. Она заботится о нем. Такое поведение заставляет меня ее уважать.

В связи с организационными моментами нам с Катей приходится тесно взаимодействовать. Пока успешно. Скандалов и непонимания между нами не случалось. Катя — спокойный, прямолинейный человек. Кирилл же отказался принимать в этом участие специально. Много работы у него, поэтому он слишком занят. Охотно верю, но чисто гипотетически можно было бы найти хоть пятнадцать минут своего драгоценного времени на собственную свадьбу. Как думаете? Очевидно, можно. Я догадываюсь, что Кирилл пытается заставить нас Катей поладить. Он этого очень хочет. Я не против, только вот Катя все ещё присматривается ко мне. К делам она относиться очень ответственно, не оставляет работу не сделанной, поэтому мы и создали беседу в «ВКонтакте». Кирилла, кстати, туда тоже запихнули. Он стенографирует регулярно, подкидывает нам идеи. Ему не все равно. Замечательно.

Сегодня утром Кирилл подозрительно напомнил, что я могу списать с карточки абсолютно любую сумму. Даже обиделся, что я трачу деньги либо на такси, либо на метро, либо на продукты. У меня все есть. По крайней мере я так думала, но потом Кирилл тактично напомнил, что замуж выходят в свадебном платье. Угадайте, кто ещё даже не начинал выбирать? Я! Мои глаза напоминали блюдца. Кирилл рассмеялся и предложил позвать на это важное дело Тину и Катю. Да, конечно, Тину. Мы до сих пор не разговариваем. Правда, Кирилл об этом не знает. Как бы он себя чувствовал, если бы узнал, что мы поссорились частично из-за него? Хотя я не считаю, что Кирилл причина нашего конфликта. Тина просто привыкла, что я всю жизнь живу в чьей-то тени. Сам идти Кирилл отказался. Хочет сюрприз. Да и жениху до свадьбы нельзя видеть платье своей невесты. Повезло, что сегодня у меня всего две пары. Побегу выбирать.

В МИДе многие судачили у меня за спиной по поводу нашей ссоры с Тинкой. Мы не разговариваем. Никак не контактируем друг с другом. Повод для сплетен отменный. Я даже слышала, как в коридоре «тихо» шептались, что мы Кирилла не поделили. Это наглая ложь. Кирилл не вещь, чтобы его делить. При этом, нужно отдать должное, у меня появилось больше знакомых. Так получилось из-за того, что периодически я садилась к новым людям на лекциях. Они не спрашивали у меня о моих отношениях с Кириллом Шведовым. Некоторые действительно удивлялись. Да, я выхожу замуж за того самого Кирилла из «Форбс». Приходилось подтверждать это многим, но в общем и целом я завела новые и интересные знакомства. Здорово? Круто! Тина в это время даже не смотрела в мою сторону, зато они с Михой помирились. Радует. Пора заканчивать эту игру в молчанку:

—Привет, можно к вам? — подошла и спросила я у Тины и Миши.

—Нет. — бросила Тина, залипая в телефоне.

—Конечно. — приветливо я улыбнулся Миша. — Доброе утро, Лерка.

—Эм, Тин, извини. Я была не права. — решила наступит на горло собственной песне я, ведь наша дружба мне дороже.

—Ладно, проехали. — цинично бросила Тина и похлопала на место рядом. — Рада, что ты поняла свою ошибку.

Внутри все вскипело. Сознание притупилось от гнева. Свою ошибку?! Я по наивности и доброте душевной первая решила извиниться, просто потому что мне надоело избегать лучшую подругу! В последнее время я Тину вообще не узнаю. Как будто подменили. Раньше она никогда не говорила ничего подобного. Сейчас было даже обиднее, чем сама ссора. Лера, держись, раз уж ты помирилась с Тиной, то не напрашивайся на новый скандал. Всю скучную лекцию я тайком смотрела в телефоне свадебные платья и предложила Тине пойти со мной. Она задумчиво посмотрела на меня, потом согласилась. Я написала Кате с тем же и призналась, что понятия не имею с чего начать. Всё-таки советчик из неё отменный. Без сарказма. Катя сказала, что будет ждать нас у первого свадебного солона, и выслала адрес. Замечательно. Кажется, сегодня будет насыщенный день.

Мы с Тиной успешно добрались до места встречи. Катя стояла, ждала нас у входа в салон. Она была одета совсем по-обычному: в белые брюки, шёлковую кофту и джинсовую куртку сверху, а на ногах, естественно, кроссовки. При этом создавалось впечатление, будто она после бала приехала. Понятия не имею, как у нее это получается. Я оглядела себя со стороны. Моя серость бросается в глаза. Рядом с Катей мне было немного неуютно из-за этого.

Завидев Катю, Тинка хмыкнула каким-то своим мыслям, изменилась в лице и выпрямилась. Это я что-то не так понимаю, или она ведёт себя чуточку надменно? Я не узнаю свою лучшую подругу. Катя никак не отреагировала, когда я представила ей Тинку. Она вежливо поздоровалась и предложила наконец войти. Со слов Кати, это лучший свадебный салон в Москве. Так много платьев! Бесконечно длинные консоли, увешанные свадебными нарядами в чехлах. Глаза разбегаются.

Мы пробежались по всему ассортименту, но выбрать было сложно. Я с трудом объяснила, чего хочу. А чего я хочу? Красивое свадебное платье? Да. Хорошо, Лера, конкретизируй хоть самой себе. В детстве я часто представляла своё свадебное платье, как у принцесс из мультиков. Утончённое, красивое, нежное, изящное, лёгкое. Образы всплывали у меня в голове, их никак не описать словами. Нужно всего один раз увидеть. Я не знаю, как точно это называется, но надеюсь, это что-то есть в этом салоне.

Нас проводили к диванчикам. Девушка-консультант начала показывать наряды. Тинка постоянно твердила, что мне следует выбрать платье с поетками и стразами. Подойдут даже камни Сваровски. Я должна сиять. А должна ли? Почему-то я так не думаю. Мне спокойно с Кириллом, поэтому я хочу такую же свадьбу. Катя по-партизански молчала. Оценивающе её глаза пробегались по каждому платью. Часто она оборачивалась, наблюдала за моей реакцией и понимала, что это не то. Тинка без конца восхищалась. Может быть, шелковое платье с обилием страз и поеток — это её мечта, однако явно не моя.

Выдержка Кати меня поражает. За час я благополучно забраковала более тридцати платьев. Тина злилась, бесилась и раздражалась, каждый раз, когда я просила принести следующее. По ее мнению, я могу выбрать любое, даже самое дорогое. Действительно, могу, хотя смысла в этом нет. Платье должно отражать меня, мой характер, мои мечты. Я нахожу это важным, поэтому буду искать дальше. Если мне придётся объездить все свадебные салоны, так тому и быть. Тем не менее, по просьбе Тины я всё-таки отложила то самое платье с поетками и одно со стразами Сваровски.

Почему-то положение становилось в моих глазах все более безвыходным, пока не вынесли то самое платье в пол. Оно было достаточно простым. В нём не было ни грамма страз и всего того, что может блестеть. Особый шарм ему предавали воздушные, шифоновые юбки, на которых сидели бабочки. На корсете были вышиты синими, темно-зелёными, розовыми, красными и даже желтыми нитками цветы. Много цветов. В довершении кружевные рукава.

—Это оно! — вырвалось у меня. — Что скажите?

—Нет, Лер, оно какое-то простое и старомодное. Такое уже давно никто не носит. В этом сезоне актуальные блестки. — фыркнула Тинка. — Давайте следующее.

—А мне кажется, Лере подходит. — строго и однозначно возразила Катя, бросив недовольный взгляд на Тинку. — По-моему, Лера здесь выбирает.

Девочки сейчас сцепятся. Мне бы этого не хотелось. Я встала и сказала, что хочу примерить отложенные платья. Примерила. Безоговорочно победило «то самое платье». Ещё пару часов мы занимались выбором фаты, туфель, чулок и прочих аксессуаров, включая нижнее белье. Надеюсь, Кирилл оценит наши старания.

Когда все закончилось, Катя предложила оставить платье у себя, чтобы Кирилл случайно не нашел его раньше, и подвести меня до дома. Нет, у меня осталось одно незаконченное дело. Я хочу купить для Кирилла особенный подарок. Напоминание обо мне. Тратить я буду свою стипендию. Пусть это будет исключительно мой подарок, купленный на честно накопленные деньги. Катя высадила меня напротив ЦУМа, где я блуждала по магазинам. Исходила все. Вариантов много, но мне хочется, чтобы мой подарок был полезен и всегда под рукой. Вот, наконец в канцелярском магазине я наткнулась на потрясный набор из ручки, ежедневника и кошелька из мягчайшей, изумрудной кожи. Потрясный подарок, достойный Кирилла, получится. Правда, на это ушли все мои сбережения, а накопила я не мало, зато к качеству не придерёшься.

Запихнув подарок в сумку, я довольная вышла из ЦУМа и пошла к метро. На улице темнотища. Деньги на такси не буду тратить. Откуда ощущение, будто меня преследуют? Чьи-то глаза следящие за мной. Лера, не будь параноиком. Кому ты вообще нужна? Правильно, никому. На всякий случай я позвонила Кириллу и попросила встретить меня у метро дома. Всё-таки уже темно. Он без промедления согласился. Весь путь я периодически оборачивалась назад, там никого. Зайдя за угол в переходе, ещё раз оглянулась назад. Чёрное пятно в капюшоне подкралось и усыпило меня. Хлороформ? Как такое может быть в людном переходе?! Я не знаю. Закричать и то не успела.

Я очнулась в дачном доме от солнца, бившего мне в глаза. Все деревянное, старое и слегка убогое, включая стены и пол. Справа от меня находилось окно, пространство перед которым было заставлено паллировананной мебелью. Ну, той, что у бабушек в квартирах стоит. Слева дверь. По общему впечатлению не сложно догадаться, что это дачный дом, в котором давно никто не жил. Похититель усадил меня на стул и накрепко связал. Возможности вырваться? Нет. Я слишком туго привязана к стулу. Одной моей надежной стал Кирилл. Я звонила ему. Значит, он должен был ждать меня у входа в метро, но я так и не появилась. Кирилл должен заподозрить что-то неладное и начать искать меня. Вопрос в другом. Сколько времени у него это займёт? И что хочет от меня похититель?

Передо мной выросла фигура в капюшоне. Черт возьми, Дима! Одним своим видом он моментально привёл меня в лютый ужас. Он быль пьян! Пошатывался и улыбался безумной улыбкой. Гримаса на его лица присуща всем сумасшедшим. Алкоголики так не выглядят. Наркотики? Возможно, но мне от этого не легче. Как быть?! Что делать?! Дима стоял и хищно смотрел на меня. Я почувствовала, как мурашки бегают по коже, как мороз пробирает до костей. Если я закричу, заплачу, заверещу, позову на помощь, только раззадорю или разозлю этого психа. Главное — последствия. Нельзя действовать опрометчиво.

—Вот мы и встретились. — немного невнятно сказал Дима, подходя ближе ко мне. — Хорошо со Шведовым? Зато мне паршиво. Это ты во всем виновата, тварь!

Погодите, ему паршиво живётся? Значит, его всё-таки лишили денег из-за того, что я, грубо говоря, сбежала с Кириллом. Он мне мстит сейчас? Я оцепенела. Дима навис надо мной. От него разило спиртным, но не так сильно. Мое внимание привлекли его глаза, а точнее зрачки с пятирублёвые монетки. Наркотики. Он точно под чем-то. Страх сковал сознание. Не подавай виду Лера. Если этот урод заметит, что тебе до чертиков страшно, он начнёт измываться ещё хуже. Кирилл, пожалуйста, быстрее!

—Язык в одно место засунула? Жаль, я хочу услышать, как ты ещё будешь умолять о прощении. — бросил Дима, проводя указательным пальцем по моей шее. — Шлюха, я твоей мачехе кругленькую сумму за тебя выложил. Давай, отрабатывай мои последние денежки!

Ч-что? Ирина продала меня, как товар на рынке!? Значит, это правда. Она хотела выкинуть меня из дома и денег получить. Суровая реальность шарахнула по голове. Пора спуститься с небес на землю. Жизнь с Кириллом — просто Рай. Верно, из-за этого я совсем забыла, что такое плохо. Все это время было только хорошо. Моя бдительность притупилась. Счастье ворвалось в мою серость. Я ещё раз посмотрела на Диму. Его чёрная фигура олицетворяла зло, коварство и подлость Ирины. Я не буду так жить! Я должна справиться с этим сама.

—Сейчас ты мне все отработаешь! — заорал Дима, схватив меня за горло. — Все мои денежки вернёшь до копеечки.

Я молчала. Игнорируй этого морального урода, Лера. Будь сильной девочкой. Дима достал мой телефон и разбил его, совсем дури шмякнув им об пол. Там были все мои фотографии! Там было все! Нет!

—Не позвонить теперь своему Шведову! — злорадно выдал Дима и расхохотался, как безумный.

Дима начал домогаться. Он приставал все наглее и наглее, держа мою шею в своей лапе. Как только я начинала сопротивляться, эта тварь усиливала хватку. Я задыхалась, плакала, пищала. Воздуха становилось все меньше. Мое тело обмякло. Сил сопротивляться больше не было. Прости, Кирилл, я не смогу выйти за тебя. Я прощалась с жизнью. Не хочу умирать! Только не так. Только не сейчас. Не при таких обстоятельствах. Понемногу мне начало казаться, что это все происходит не со мной. Я просто наблюдаю за этим всем со стороны, но нет. Увы, я все ещё жертва.

Я закрыла глаза. Перед собой я видела только образ Кирилла, его улыбку, добрые карие глаза. Боже, как я его люблю! Порой такие вещи отчетливо понимаешь, когда осознаёшь конец. Конец. В сердце закололо и заныло. Кирилл, я так хочу тебя увидеть, но кислорода становилось все меньше. Я столько ещё не сделала. Я...

Что-то упало. Глухой удар о стену. Дима завыл. Я больше не чувствовала его прикосновений.

—Ты! Вот дерьмо! — рыкнул Дима.

Я открыла глаза и увидела, как Кирилл дерётся с Димой. Всерьёз колотит его. Я даже не подозревала, что он так хорош в драках. Впрочем, это же Кирилл. Меньшего от него не стоит ожидать. Удар по рылу Димы. Один. Второй. Затем ему прилетало в пах. Моему бедному Кириллу-таки разбили губу. Дима — тварь! Пусть он хоть весь будет синий, а Кирилла не трогать. В конце концов Дима вырубился. Все случилось в мгновенье ока. Я в шоке от всего происходящего.

Кирилл осторожно подошёл ко мне, развязал. Я уставилась на него, не веря своим глазам. Помню дрожь. Мурашки, пробегавшиеся по телу. Я все это помню, но не представляю, как выглядела со стороны. Кирилл замер. На его лице застыла гримаса ужаса, шока и страха. Хочу обнять. Так хочу его обнять. Я встала упала в руки Кирилла, ноги подкосились. Такой тёплый. Такой любимый. Такой знакомый и родной. Он крепко-крепко прижал меня к себе, погладил по спине и зашептал:

—Тише, Зайка. Я засажу этого урода далеко и надолго.

—У-у-у. — сдавлено вырвалось у меня.

Когда я маленько отошла, Кирилл усадил меня на стол, накинул мне на плечи свою куртку и принялся связывать Диму. Я внимательно наблюдала за ним и спросила:

—Как ты так быстро нашёл это место?

—По камерам видео-наблюдения, ещё очень подсобил Олег. Он знает всех особо опасных богатых уродов. — бросил Кирилл, кряхтя, пока туго привязывал Диму к стулу.

—Как губа? Сильно болит? — обеспокоено взглянула на Кирилла я.

—Пустяки. В школе я часто ходил с разбитым лицом. — усмехнулся Кирилл и внимательно посмотрел на мою шею, прищурившись. — Что это сине-красное на шее? Дай-ка посмотрю.

Кирилл приблизился ко мне ближе, нагнулся и осмотрел мою шею. Его тёплые пальцы дотронулись до кожи. Осознав, что со мной делал Дима до его прихода, он помрачнел и побагровел от злости. Я видела его таким лишь однажды, когда Кирилл спас меня от изнасилования.

—Он душил тебя? Вся шея синяя. — стальным голосом сказал Кирилл и достал из кармана телефон. — Нужно позвонить в полицию.

Кирилл подошёл к окну и начал быстро сообщать о случившемся в полицию. Я встала и подошла к нему. Рядом с ним было спокойнее. Я ощущала себя в безопасности. Бросив взгляд на стул, я заметила, что Дима понемногу просыпался. Мда, хорошо его Кирилл приложил. Лицо опухло, но он это заслужил. Я отвернулась от него. Видеть эту рожу нет никакого желания.

—Сдохни, сука! — выплюнул Дима и достал пистолет.

Я не поняла, что случилось. Все произошло слишком быстро, чтобы успеть среагировать. Вдруг возле меня возник Кирилл и, вышвырнув из рук свой телефон, оттолкнул в сторону. Раздался оглушающий выстрел. Я упала на пол рядом со столом. На моих глазах Кирилл отшатнулся назад и упёрся спиной в стену, зажимая рукой красное пятно на груди. Пистолет выпал из руки Димы, а сам он упал со стула.

—Кирилл! — в ужасе вскрикнула я и подбежала к нему.

На моих глазах он медленно сползал по стене, оставляя за собой кровавый след. Я положила голову Кирилла себе на колени и зажала рукой его рану, но кровь не останавливалась. Меня затрясло. Я начала плакать. Кирилл все ещё был в сознании. Он тяжело дышал и кряхтел, пытаясь опереться о стену и встать, но вскоре оставил попытки. Его взгляд становился стеклянным.

—Погладь меня за ушком. — постарался улыбнуться он, превозмогая боль. — Я люблю тебя.

Не время для прощаний! Я не смогу просто вязать и отпустить тебя, Кирилл. Нет! Скоро должна приехать полиция. Скоро! Когда!? Почему их, черт возьми, до сих пор нет?!

—Кирюш, держись... — пробормотала я и, сделав своего пиджака подушку, подложила её под голову Кириллу. — Сейчас приедет скорая, все будет хорошо. Слышишь!

Скорая! Я должна вызвать скорую. Подойдя к связанному Диме, я в слезах ударила его по щеке для приведения в чувства и схватила за куртку. Как!? Он был без сознания и накрепко связан! Как?! Пистолет оказался в моих руках, вспомнив, что однажды увидела, как Миша стреляет в тире из такого же, я сняла его с предохранителя и приставила дуло ко лбу Димы.

—Либо ты сейчас скажешь, где телефон, либо я пристрелю тебя к черту! — во все горло заорала я и уже тише прошептала. — Если Кирилл умрет, я не побоюсь замарать свои руки и сесть в тюрьму.

Дима выпучил на меня глаза. Я была в отчаянии, а человек на грани способен на все. Он это понимал так же, как и я боялась потерять Кирилла. Он слишком много сделал для меня, чтобы я в момент, когда ему больше всего нужна помощь, просто сидела и ревела над ним. Нужно действовать. Я не смогла найти общий язык с отцом. Я не смогла самостоятельно вырваться из домашнего плена. Я много чего не смогла, но Кирилл дал мне крылья. Он выпустил меня из клетки, которую захлопнули давным давно. Он подарил мне свою любовь и сказал, что хочет построить со мной наш дом. Я больше не жертва! Поэтому Кирилл не умрет.

—Твоё решение?— огрызнулась я и постепенно начала нажимать на курок. — Считаю до трёх. Раз. Два. Тр...

—Он в рюкзаке в шкафу! — заорал поросячьим визгом Дима.

Я убрала пистолет ото лба Димы и выкинула его в окно, чтобы никто до него не добрался сейчас. Вывалив все содержимое, я нашла телефон и нажала на «экстренный вызов». Пофиг, что телефон запаролен. Длинные гудки до ответа диспетчера казались часами. Я села рядом с Кириллом, держа его за руку. Кирилл холодел. Он смотрел на меня глазами, полными отчаяния.

—Ты будешь жить. — тихо прошептала я, дожидаясь ответа диспетчера. — Все будет хорошо.

Ровно секунду спустя мне ответили. Я быстро заговорила, что мой жених тяжело ранен в грудь. Диспетчер тут же спросила адрес. Черт, я не знаю адрес! Меня охватила паника. Я забегала глазами по комнате, ища адрес или что-то, на чем он мог быть написан.

—П-посёл-лок С-сахарова, дом д-два. — едва выдавил Кирилл.

—Посёлок Сахарова, дом два. — повторила я.
Диспетчер сказала, что скорая выезжает. Кирилл медленно закрывал глаза. Я не давала этого сделать и успокаивала его, непрерывно твердя, что он поправится. Кирилл слушал меня, иногда моргая для подтверждения моих слов.

—З-за у-уш-шком. — снова пробормотала Кирилл едва слышно.

Я начала гладить его по голове аккуратными массирующими движениями. Кирилл смотрел на меня, постанывая от боли, но держался. Мое сердце обливалось кровью. По коже пробежал холодок. Время до приезда скорой тянулось бесконечно долго. Сирена! Это оказались полицейские. Скорая подъехала на пятнадцать минут позже. Я положила голову Кирилла обратно на пиджак и выбежала встречать полицию. Сотрудники спецназа быстро оказывали первую помощь. Они одели на Диму наручники и опросили меня. Я честно все рассказала и спросила, могу ли поехать с Кириллом в больницу. Полицейский сказал, что со мной ещё раз свяжутся позднее.

В больнице я сидела в приемном отделении и молилась. Я никогда не верила так сильно в Бога, как во время операции. Пожалуйста, пусть с Кириллом все будет хорошо. Пусть он поправиться. Пусть его жизни ничего не угрожает. Наверное, это был самая долгая ночь в моей жизни. Я смотрела на время. Один час. За ним другой. Потом третий. Кирилл, держись! Натикало шесть часов. Я не спала. Я просто сидела и ждала, когда мне выйдут и скажут, что с Кириллом все в порядке. Другого и не представляла. Грудь раздирала тревога. Тревога. Беспокойство. Ожидание. Я сходила с ума от собственных мыслей. Увидев, как возрастная дамочка влетает в приемное отделение следом за своим мужем, которого везли на каталке, я вспомнила, что взяла с собой свою сумку, которую Дима заложил в шкаф к своему рюкзаку. Нужно достать что-нибудь подтереть глаза. Я начала рыться в поисках носового платка. Эта сумка — подарок Кирилла. Раньше я даже не замечала, что она лежит рядом.

Дамочка увидела меня и села на соседний стул. Честно? Уже было без разницы. Хоть пусть стадо слонов передо мной прыгает.

—Муж? Или парень? — спросила она встревожено.

—Ж-жених. — пробормотала я.

—Ты не плачь, девочка. Мой муж уже здесь с третьим инфарктом. — тяжело вздыхает она и смотрит на двери реанимации. — Судьба у моего такая, видимо. От нее не убежишь, и мириться с ней не хочется. Только нужные, важные для тебя люди из жизни просто так не уходят, и твой не уйдёт. Это со временем приходит.

Она несёт полный бред. Она сама себе противоречит. То есть, эта дамочка смирилась, что её муж может умереть сегодня? Я не смирюсь. Кирилл мне не просто нужен. Он необходим! Я не представляю, что со мной без него будет. Даже думать не хочу об этом. Женщина не ушла. Она сидела рядом. Наверное, я бы сказала ей что-нибудь по этому поводу, но сил скандалить уже не было.
Из дверей реанимации вышел врач. Я вскочила и двинулась к нему.

—Вы приехали с Кириллом Шведовым? — устало спросил он, а я кивнула. — Кем вы ему приходитесь?

—Невеста. — едва выговорила я.

—Могу Вас обрадовать, операция прошла успешно. Жить будет, не переживайте. — улыбнулся мне врач.

—Как он сейчас? — проговорила я.

—Кирилл находится в стабильно тяжелом состоянии. Поймите, пуля чудом прошла мимо сердца, но задела легкое и крупный сосуд. — немного напрягся врач, видя, что я в полуобморочном состоянии. — Его вовремя доставили в больницу, пневмоторакс не успел развиться.

—А можно к нему? — пробормотала я.

—Вы можете побыть с ним. — ответил врач и провёл меня в реанимацию.

Кирилл лежал в двухместной палате. На койке у соседний стены спал какой-то дедок, явно адекватный нужно сказать. От него Кирилла закрывала белая ширма. Хорошо, что не с коматозником. Я присела на стул. Кирилл был бледным. На нем кислородная маска и куча приборов. Это всё-таки реанимация. Должно быть, из-за сильного кровотечения. Из-под одеяла, которым был хорошо укрыт Кирилл, виднелись бинты от повязки. Скорее всего послеоперационная рана приличного размера. Меня съедало чувство вины. Глядя на Кирилла в таком состоянии, опять захотелось плакать. Во всем виноваты Милена и Ирина. Это они привели Диму. Нет, не так. Во всем виновата только я. Кирилл попал в больницу из-за моей бесхребетности. Я не смогла жестоко отказать Милене с Ириной, отцу, даже Диме, но заплатил за мою слабость Кирилл.

Сколько я просидела, я не знаю. Точно даже не помню, когда уснула, зато, проснувшись, меня ждал приятный сюрприз. Кирилл уже был сознании. Слава Богу! Он, не отрывая глаз, смотрел на меня. Что-то мне подсказывает, видок мой ещё хуже, чем у него. Я улыбнулась.

—Борщ? — немного хрипло проговорил Кирилл.

—Да, завтра будет борщ. — традиционно ответила я и добавила. — На этот раз с пампушками.

Кирилл попытался усмехнуться, но ему было больно. Я тут же изменилась в лице, как только он чуть поморщился. Тем не менее, Кирилл поднял вверх большой палец. Он чуть не умер, при этом все равно пытается взбодрить меня.

—Зачем ты это сделал? — спросила я, пустив слезу. — Не нужно так рисковать ради меня.

Кирилл нахмурился и чуть замотал головой. Я не могу сказать, что он злился, но мои слова ему не понравились.

—Если бы ты была сейчас на моем месте, я бы никогда себе не простил. Я не жалею. — выдавил из себя Кирилл.

—Не напрягайся, пожалуйста. — вымученно прошептала я. — Тебе нужно отдыхать и поправляться.

—Едь домой. Ты выглядишь ещё хуже, чем я. — все не умолкал Кирилл. — Отдохни.

—Я ещё приду. Я буду сидеть с тобой до выписки и после неё, слышишь. — забормотала я.

—Договорились. — кивнул Кирилл и строго проговорил. — Домой.

—Ладно, домой. — встала со стула я. — А потом я привезу тебе все необходимое.

Кирилл опять кивнул, провожая меня взглядом. Вернувшись домой, я приняла душ и легла спать.

В квартире меня встретил Тедди. Пёсель весело прыгал вокруг моих ног и тявкал. Он меня ждал, пусть я оказалась не в состоянии хорошо с ним поздороваться, вместо этого взяла его на руки и заревела. Кирилл — живой. Повода нет для крокодильих слез, как и для веселья. Просто накопилось, наверное. Я сидела на полу и безутешно плакала, размышляя о жизни. Тедди слизывал мои слёзы и жалобно скулил. Чем я так согрешила, что мне досталось все это?! В голове прокручивались все самые трагические события минувших лет. Мамины похороны. Опустевший дом. Отец, пропадавший на работе и иногда выпивавший вечерами. Приход Ирины и Милены. Унижения, подлости, колкости и издевательства с их стороны. Потом Дима. В его отношении даже добавлять нечего. Все складывалось отвратительно. Если бы Кирилл не появился, то все, что мне пришлось вытерпеть, можно считать ужасным, напрасным, неудачным.

Я вдоволь выплакалась. Обошла ещё раз всю квартиру с Тэдди на руках, усадив его в вольер в гостиной. Здесь было слишком пусто без Кирилла. Я чувствовала себя совершенно разбитой и расстроенной. Кровать казалось чересчур большой и холодной. Я привыкла, что Кирилл нагревает мне место. Это так странно. Без него плохо. Мысли раз за разом возвращались к событиям минувшего дня. На сердце тяжело. На душе тревожно. Как там Кирилл? Даже позвонить или написать ему не могу. Мой телефон сломал Дима. Ненавижу этого человека. Я долго ворочалась в кровати, лёжа на половине Кирилла. Подушка пахла запахом его шампуня. Боже, как мне страшно. Нужно срочно купить новый телефон и себе, и Кириллу. Одним словом, какое-то безумие.

Я заснула совершенно неожиданно. Мне снилось, будто я снова ребёнок, и мама гуляет со мной в парке, потом появляется Кирилл и уводит меня. Мама остаётся стоять и смотреть, как мы уходим. Я не кричу, не вырываюсь. Я понимаю, что её больше нет. Раньше мне было больно и обидно. Сейчас же пришло смирение с маминой смерью. Она будто передала меня в надежные руки Кирилла, потому что так должно быть. С мамой было так же хорошо, как с Кириллом. Когда со мной происходит что-то ужасно плохое, я часто вижу сны, в которых мама успокаивает меня. Хочется верить, что она всегда рядом и приглядывает за мной.

Проснувшись, я опомнилась и начала носиться в поисках коробки с фотографиями. Я перерыла все возможные месте, куда могла положить коробку с ними, но её нигде не было. Если бы Кирилл увидел этот бардак, был бы в шоке. Они остались в тайнике! Я должна их забрать. Я не могу каждый раз, когда чего-то боюсь, цепляться за Кирилла или ждать, пока он придёт и поможет мне с этим справиться. Пора становиться независимой, Лера. Нужно перестать всех жалеть, как и сказал Кирилл. Он всегда прав и видит глубже, чем я.

Так уж вышло, что я проспала весь день. Срочно к Кириллу! От беспокойства за него крыша едет. Даже позвонить не могу. Забирать фотографии после больницы решила я. Все необходимые вещи были упакованы в мою дорожную сумку. Пришлось порыться на полке с одеждой Кирилла. У него, оказывается, есть свитер с оленями. Я пошучу ещё по этому поводу. Перед поездкой в больницу я заехала в первый попавшийся салон телефонной связи и купила нам телефоны. Себе взяла бюджетный вариант, а Кириллу айфон, чтобы он смог поковыряться в интернете. Повезло, что утиный полицейский отдал мне разбитый тефлон Кирилла, так что СИМ-карту восстанавливать не пришлось. Теперь у меня новый номер. Я заранее вбила его в телефонную книжку, чтобы Кирилл мог мне позвонить. В палату меня пустили без проблем. Сумки на входе забрал медбрат, так что я шла налегке. Дедок на соседней койке во всю травил анекдоты и не всегда приличные. Кхэм, такое разве бывает в реанимации? Кирилл молча слушал его. Не могу утверждать, что ему было интересно, но, похоже, это был единственный источник развлечения.

—Привет, Кирюш. — помахала Кириллу рукой я и села на стул. — Как ты тут?

Я осмотрела Кирилла с головы до пят. Мы не виделись сутки. Он выглядел лучше. Намного лучше. По крайней мере не такой бледный и измученный, хотя хирургическая рана и, собственно, легкое просто так быстро не заживут. Мда, очень жаль.

—Не переживай, красавица. Ничего с твоим ненаглядным тут не случилось. — весело сказал дедок.

—Спасибо, что присмотрели за ним. — улыбнулась ему я.

—Он слишком активный для инсультника. — шепчет мне Кирилл и одобрительно кивает. — Вот, выспалась. Теперь похожа на человека.

—Раненых не бьют. — усмехнулась я и протягиваю Кириллу коробку с телефоном. — Надеюсь, тебе понравиться. Он примерно похож на твой прошлый, но я подумала, что новая модель лучше. Если что, думаю, можно будет починить старый, так что...

—Мне нравиться, не беспокойся. — Кирилл взяв в руки телефон и покрутил его в руках. — Давно хотел купить себе новый, да времени не было. Я искал одну сбежавшую Золушку.

—Нашёл? — чуть улыбаюсь я.

—Ещё как нашёл. Она превзошла все мои ожидания. — широко улыбнулся Кирилл и положил свою ладонь поверх моей. — За такую умереть не жалко.

—Эй! Только попробуй! — нахмурилась я. — Ты мне должен пообещать, что побьешь все рекорды по выздоровлению и долгожительству.

—Слушаюсь, генерал! — воскликнул Кирилл и засмеялся.

Я просидела с Кириллом, пока меня не попросили из реанимации. Кирилл сказал завтра не приходить и заняться сессией. Я забыла о ней напроч. Кажется, придётся впархивать. Приходить мне теперь только с отличными оценками и хорошими новостями. Я пообещала это Кириллу. Он улыбнулся и сказал, что на меньшее за все свои страдания не расчитывать. Послезавтра первый экзамен. Голова кругом. Так, фотографии.

На улице было ещё светло. Кажется, часов шесть вечера. Обычно в это время проводили ужин в моей семье. Сюрприз. На такси я приехала к отцовскому дому. Со стороны мое появление смотрелось как в анекдоте: вы не ждали, а мы приперлись. Сделав глубокий вдох, я вошла в подъезд. Ты справишься, Лера. Позвонила в дверь. Тетя Света открыла. Она не ожидала меня увидеть.

—Добрый вечер, я пришла забрать мамины фотографии. — вежливо сказала я.

—Лерочка, проходи, конечно. — с радостью тетя Света впустила меня в дом. — Андрей Викторович как раз ужинает.

—Нет, спасибо. Мне не до веселья. — отказалась я и добавила. — Я очень быстро.

—Хорошо. — кивнула тетя Света.

После месяца отсутствия дом, в котором я провела все своё детство, стал окончательно чужим. Это и не мой дом вовсе. Я живу в «Москва-сити» в квартире под облаками. Я могу быть по-настоящему счастлива только там. В столовой щебетала Милена. Папа весело беседовал с Марком. Класс, они вернули Марка, раз с Кириллом не прокатило. Как мерзко. Впервые я посмотрела на свою семью со стороне, не как участник этого цирка. Я поняла одно — им и без меня хорошо. У них все прекрасно. Пусть так и останется, как есть. Я не ревную и не злюсь. Я не чувствую ничего по отношению к этим людям.

Я прошла в свою комнату. Странно, её до сих пор не переоборудовали во что-то более стоящее. Все осталось стоять на своих местах, как при мне. Только дверь вернулась на место. Я отодвинула шкаф и достала металлическую коробку, примотанную скотчем к задней спинке. Мои воспоминания о маме. Пора уходить. В прихожей меня поймал папа:

—Даже не поздороваешься? — совершенно спокойно спросил он.

—Добрый вечер. — быстро бросила я, надевая кроссовки.

—Ничего не хочешь мне сказать? — продолжал наседать папа.

Отец явно намекает на извинения. Не дождётся. Мне не за что извиняться, но все же кое-что я должна сказать.

—Хочу. — согласилась я и прошла в гостиную. — Но не тебе.

Ирина попыталась скрыть своё удивление. Милена замолчала, увидев меня в дверном проеме. Марк откровенно уставился, рассматривая. Для него я — девушка, которую обожает Кирилл Шведов. Я ему интересна. Он такой же. Ничем не отличается от Димы. Пора кончать с этой семьей. Пора порвать все связи. Своим появлением Кирилл не выпустил меня. Он всего лишь открыл клетку. Вылететь я должна сама навстречу лучшей жизни. Сейчас я это сделаю. Я своими руками создам будущее, в котором желаю быть.

—Прежде чем продавать меня безумному сексуальному маньяку за бешеную сумму, подумайте о последствиях. — сказала я, глядя Ирине в глаза. — Жаль, что Вы делаете то же самое с Миленой.

—Лера!? — потребовал папа, однако смягчился, как по взмаху волшебной палочки. — Ну-ка, объясни, что ты имеешь в виду.

—Я имею в виду, папа, насколько корыстна твоя жена. — обернулась к отцу я и грозно проговорила. — Она познакомила меня с Димой не из благих побуждений. Дима заплатил Ирине, чтобы быстро жениться на мне, иначе его бы лишили денег. Более того, его и лишили. Поэтому он едва не отправил на тот свет и меня, и Кирилла.

—Быть не может! — истерично рассмеялась Ирина и посмотрела на папу. — Андрей, что за бред несёт твоя дочь?!

—Если бы я лгала, Кирилл не лежал бы сейчас в реанимации, а стоял рядом со мной. — огрызнулась я. — Надеюсь, Вы усвоите урок. В противном случае я не поступлюсь репутацией этой семьи и сделаю так, чтобы Вы ответили по закону.

—Лера, ты в своём уме?! — нахмурился папа. — Ты — часть этой семьи. Не смей произносить такие ужасные слова в собственном доме.

—Я уже давно не имею никакого отношения к твоей идеальной семье, папа. — я наконец сказала папе то, что так хотела сказать, и для наглядности похлопала по металлическому ящику в руках. — Моя семья осталась на вот этих фотографиях. Теперь я верю, что у нас с Кириллом получится создать семью намного лучше, чем твоя. Прощай, папа.

Я развернулась и ушла, перевернув страницу в жизни. Теперь пусть начнётся глава, которая будет лучше предыдущей. Я верю, что случится именно так. Тем вечером я позвонила Кате. В слезах рассказала ей, что случилось в деталях. Я не стала умалчивать ни о гнусном поступке мачехи, ни о Диме. Она долго молчала, а потом сказала, что уже едет ко мне. Через полчаса звонок в дверь. Она стояла на пороге с пакетом из «Перекрёстка» и, пройдя на кухню, выставила три бутылки дорогого вина:

—Рассказывай. — томно вздохнув, сказала Катя.

—Не знаю с чего даже начать. — прикусила нижнюю губу я. — Много чего было.

—Вот это и рассказывай. — Катя села за барную стойку. — Где у Кирилла бокалы?

Я открыла шкафчик и достала оттуда два глубоких бокала. Катя наблюдала с интересом в глазах. Она уже сделала выводы на мой счёт.

—Ты уже все знаешь. — хмыкнула Катя, рассматривая меня. — Раньше у Кирилла много девушек было, и ни одна не знала, где лежит посуда. Они предпочитали не готовить и не заходить сюда.

—Я заметила. — пробормотала я и достала из ящика штопор. — Как таковой посуды и не было. Одна приличная сковородка. Открывать умеешь?

—И ты ничего не хочешь узнать о бывших Кирилла? — спокойно, весьма заманчиво произнесла Катя. — Конечно, умею.

—Нет, я не буду капаться в «грязном белье» Кирилла без его ведома. — однозначно ответила я и села за барную стойку. — Если Кирилл захочет, сам расскажет.

—Святая простота, но мне это нравится. — тяжело вздохнула Катя, откупорив бутылку вина. — Лучше всяких проституток, которые были раньше, прости уж за сравнение.

—Спасибо, нашла с кем сравнить. — не удержалась от закатывания глаз я.

—Не обижайся. Я наоборот рада, что Кириллу наконец повезло встретить нормальную, адекватную девушку. Прошлые не выдерживали меня и уходили сами. — призналась Катя и налила нам вина. — Куклы Барби, которые считали, что могут командовать в этом доме быстро убегали, стоило мне заявится и устроить им краш-тест.

—Например? — удивилась я.

—Например, я претворялась домработницей Кирилла и утверждала, что Кирилл попросил их помочь мне прибрать в квартире. Одна сломала ноготь и ревела на взрыв. — засмеялась Катя и протянула мне бокал, наполненный вином. — Больше их никто не видел.

—Ты намекаешь на уборку? — вскинула бровь я, приняв бокал. — Швабру нести?

—Не надо, ты, видимо, тут регулярно прибираешься вместо клининговой компании. — развела руками Катя, покрутив бокалом в руке. — Обычно Кирилл звонит им, отдаёт ключи рано утром, и они капитально все вычищают раз в месяц. Чувствую, Кирилл на этом сэкономит, но, мой тебе совет, не превращай себя в домработницу. Тебя никто заставлять не будет. Иногда можешь смело сказать, что тебе лень и заказать еду домой.

—Мне нравится готовить для Кирилла. Уборка — это второстепенное, когда скучно. — сказала я, решив признаться. — В моей семье приняты совместные завтраки. Еду готовила я, а моя сводная сестра говорила, что это она. Я всегда хотела, чтобы кто-то по-настоящему оценил мою готовку.

—Почему ты не возразила мачехе? Ты могла сказать, что завтраки готовишь ты. — задала, пожалуй, самый очевидный вопрос Катя.

—Почему? Потому что мачеха уже не раз подставляла меня перед папой, когда я пыталась открыть рот. — с грустью ответила я. — Однажды она под предлогом школы отвезла меня на другой конец Москвы и выкинула там без денег на проезд. Мне пришлось идти пешком до дома весь день. Вернулась я после одиннадцати. Папа уже успел позвонить в школу и узнать, что меня там не было. В его глаз это выглядело, как я прогуляла школу и шлялась где-то до ночи, а мачеха — святая, решившая подвести меня.

—Это жестоко! — воскликнула Катя. — На кол твою мачеху!

—На кол пусть её сажают без меня. — фыркнула я, разводя руками.

Мы долго говорили сначала всё-таки с чаем, затем с одной бутылочкой вина, потом с другой. Перебирали фотографии из коробки. Болтали. Почти всю ночь, а на утро позвонили Кириллу. Он запретил мне приезжать и попросил Катю не пускать меня к нему до конца сессии, хотя я порывалась. Катя поехала одна, пообещав хорошо позаботиться о Кирилле. Всего за одну ночь мы стали лучшими подругами. Она наконец смогла понять меня, как я — ее. Недопонимание и недоверие между нами навсегда исчезло.

Я осталась готовиться к первому экзамену. Бессонные ночи зубрения. Сначала один экзамен сдан на «отлично». За ним второй. Так и пролетела сессия в суматохе и безумии. Я носилась в больницу к Кириллу с докладами о моих оценках и едой. Я разрывалась. Ничего не успевала. И прыгала от радости, когда Кирилла наконец выписали на долечивание домой.

Прошло несколько недель

Я не могла уснуть. Ворочалась всю ночь. В ногах ползал Тедди. В этот раз он спал со мной. Пытался занять подушку Кирилла. Правда, я переместила его на одеяло и чесала за ушками. Малыш сопел в три дырки, свернувшись калачиком. Ребёнок, честное слово. Боже, как волнительно. Через несколько часов я стану женой Кирилла. Не верю! Мы столько всего пережили за это лето и стали настоящей семьей только благодаря трудностям. Мы справились вместе. Я размышляла о многом. Вспоминала дом, свою маму, бабушку с дедушкой, и в сердце возникло знакомое тепло. Думаю, они наблюдают за мной и искренне рады тому, что я выхожу замуж за хорошего человека. За моего Подорожника. Как волнительно. Как здорово. Как чудесно.

Наконец-то этот день наступил! Мы с Кириллом не могли дождаться. Конечно, я переживаю за него. Всё-таки после выписки из больницы прошло не так много времени — всего месяц. Я, как могла, уговаривала Кирилла передвинуть дату свадьбы. Скажем, сыграть ее в ноябре или октябре. Какая разница когда? Кирилл был непреклонен. Он всегда хотел свадьбу летом, чтобы было тепло, свежо и красиво. Ждать следующего года Кирилл тоже отказался. Упёрся, как принципиальный баран, и не переубедить. Пробовали все: и Катя, и Филипп, и Олег, и даже его мама. Да, она обо всем узнала, как только Кирилла перевели в обычную палату. Елена Александровна пытаясь сохранить самообладание. Я же боялась, что она возненавидит меня за то, что случилось с ее сыном. Не отрицаю, Кирилл пострадал из-за меня. Я всегда буду так считать, но мои страхи не оправдались. Елена Александровна сказала, что Кирилл поступил, как поступил, потому что сам захотел, а это значит, что я ему дорога и стою того, чтобы меня защищать. После разговора с ней тема Димы была официально закрыта. Собственно, поэтому свадьба в конце августа.

Сегодня я выхожу замуж. Кирилл, дабы соблюсти традиции, ночует у Кати. Я наконец дождалась. Утром в квартиру ворвалась толпа из стилистов и визажистов во главе с Катей и Тиной. Интересно, как там Кирилл. Обработал ли он рану? В плане привязок он как маленький. То пропустит перевязку, то неправильно забинтует, то мазь забудет положить. Я за ним слежу и делаю все сама. Кирилл смеётся и говорит, что я лучше и сексуальней любой медсестры в больничке. Вот пошляк, согласны? Катя, хихикала в попытке сдержать смех. Оказывается, Кирилл ходил по квартире кругами всю ночь и уснул только под утро.

Тедди успешно облаял всех, пока меня готовили к церемонии. Утомительно! Как это утомительно! Я просидела неподвижно примерно три часа. Кирилл, наверное, уже меня заждался. Тедди бегал вокруг от скуки и ждал, когда мы уже поедем. Он с нами. Для моего маленького красавчика я заготовила клетчатую бабочку.

Из дома я вышла невестой. Платье. Волосы, убранные в высокую прическу. Фата, надежно скрывавшая лицо. Букет лилий в руках. Я чувствовала себя настоящей принцессой из сказки. Садясь в лимузин, меня уже переполняли самые нежные чувства. Легкий мандраж, как перед экзаменом. Только когда мы наконец доехали до места, я поняла, что это сущий пустяк. Кирилл стоял на крыльце в ожидании моего приезда. На нем был надет изумительный белый костюм, придававшей ему харизмы и мужественности. Роскошные кудри зачесали назад. Я влюбилась еще раз. При одном взгляде на Кирилла мое сердечко трепетало. Он выглядел, точно Принц.

Лимузин подъехал ко входу в основное здание комплекса. Красиво! Везде росли высоченные сосны и ели. Более романтичного места для свадьбы не найти. Здесь мы не прогадали. А хвойный запах просто не передать словами. Дверь открылась. Кирилл подал мне руку. Я вылезла. Ох, в свадебном платье так неудобно! Боюсь его помять или испачкать!

—Ты выглядишь просто прекрасно. Глаз не оторвать. — восторженно проговорил Кирилл, улыбаясь мне глазами. — Мне сегодня нельзя отходить от тебя ни на шаг.

—Это почему? — удивилась я. — Думаешь, убегу?

—Боюсь, такую прекрасную невесту могут неожиданно украсть. Я бы точно украл. — усмехнулся Кирилл и потянулся, чтобы откинуть фату. — Можно?

—Нужно. — улыбнулась я и подошла поближе. — Как тебе?

—У меня нет слов. — замер Кирилл, смотря мне в глаза. — Зайка, мне досталась самая красивая невеста на Земле.

—Смущаешь. — я покраснела и отвернулась, но потом осторожно положила руку на грудь Кирилла. — Ты пил таблетки и перевязывал рану? Ничего не забыл?

—На сегодня забудь, пожалуйста, об этом. — Кирилл взял и поцеловал мои руки. — Со мной все в порядке. Катя проследила утром.

—Фух, ладно. — выдохнула я и робко спросила. — Ты готов?

—Только если ты готова. — воскликнул Кирилл и повёл меня в главное здание. — Нас уже ждут.

Кирилл отвёл меня на открытую веранду. Гости уже собрались и ждали только нашего появления. Я медленно шла под руку с Кириллом к столику, где под цветочной аркой нас ждал сотрудник ЗАГСа. Музыки, игравшей на веранде, я не слышала. Елена Александровна сидела на стульчике с Тедди на руках. Рядом с ней стояла Катя с каким-то мужчиной под ручку. Я удивилась и шепнула Кириллу:

—Кто с Катей?

—Это Отто — её муж. — быстро пробормотал Кирилл.

Катя замужем? Ого, а я и не знала. Пялиться на людей невежливо, поэтому я незаметно отвернулась. Что сказать. Отто выглядел по-европейски привлекательно, но не так божественно, как Кирилл. Красивый темноволосый мужчина с выразительными зелёными глазами. Я не могу назвать его особенным. Вру, для Кати он — точно особенный, ведь она смотрит на него с любовью. У них, похоже, семейная идиллия.

Пока мою голову занимала Катя и её муж, мы подошли к арке. Долгая речь. Я стояла с нетерпением ожидая того момента, когда нас наконец спросят, согласны ли мы вступить в брак. Кирилл ответил «да» незамедлительно и посмотрел на меня с любовью. Я растаяла, прониклась самыми прекрасными чувствами, и с улыбкой на лице сказала «да». Мы надели друг другу обручальные кольца. Под крики «горько» Кирилл притянул меня к себе. Мы целовались. Так сладко. Так страстно. Так неописуемо нежно. Мы теперь женаты.

У нас был насыщенный день. Самая лучшая свадьба, которую только можно было придумать. Вечером на веранде зажглись фонарики. Более романтичной обстановки и представить нельзя. Я была счастлива. Гости разошлись по своим номерам. Мы отправились к себе намного раньше. Кирилл устал. Он выглядел бледным и был чуточку расстроен из-за того, что не смог выпить даже шампанского. Ну, я тоже отказалась от алкоголя в пользу газировки, чтобы его поддержать. В спальне нас ждала кровать, усыпанная лепестками роз. Как думаете, кто помог мне снять платье? Конечно, Кирилл. Наша первая брачная ночь прошла незабываемо волшебно.

Утром Кирилл обрадовал меня завтраком в постель и моим телефоном. Достал ведь где-то, хотя я сама не помню, куда его закинула. Опять же куча сообщений с поздравлениями, но это не было так важно. Папа прислал мне СМСку:

«Поздравляю со свадьбой. Живи хорошо и будь счастлива. Люблю тебя.
Твой папа».

Я расплакалась. Папа не отвёл меня под венец. Он просто не пришёл. Не ответил на приглашение. Я и не ждала его после всего, что случилось. Его идеальная семья разрушена. Розовые очки наконец упали с глаз. Это больно, но так будет лучше. Жить в бесконечной лжи намного хуже. Кирилл подошёл и обнял меня, поглаживая по спине. Я протянула ему свой телефон и показала сообщение.

—Тише, зайка. — прошептал Кирилл. — Значит, он всё-таки переживает за тебя. Это ведь хороший знак.

—Угу. — пробормотала я, прижимаясь к Кириллу. — Теперь все будет хорошо, потому что ты со мной.

Однажды Александр Грин сказал: «Мы любим сказки, но не верим в них». Я не верила, что могу попасть в сказку. Я сама видела свою жизнь в сером цвете, но сейчас все изменилась. Для меня наступило золотое время. Пусть будущее не определено, но теперь я знаю, что дальше будет лучше, ярче и красочней. Дальше — выше.

«Если ты меня любишь, значит, ты со мной
всегда, везде и при всяких
обстоятельствах».

В. Маяковский о любви

Середина мая, 2021 года

Будильник ударил по моей голове режущей слух сиреной, будто кирпич промазал по вискам. Не хочу вставать! Телефон на редкость быстро отключился. На мою грудь навалилось что-то тяжёлое. Это отлетел кирпич, только что приложивший мою голову? Я нехотя разлепила глаза. Спальню залил солнечный свет. Влажный язык лизнул в щеку. Тедди развалился на моем животе, сложив передние лапы у меня на груди, облизывал мое лицо. Этот пес всегда знает, когда надо вставать. Уж поверьте, у него режим. В девять — отбой. В семь — подъем. Я переложила Тедди на край кровати и перевернулась на левый бок. Кирилл спал сном невинного младенца. Ох, он действительно очень устал. Так поздно прилететь из командировки, приехать домой, упасть на кровать и уснуть. Вчера мне пришлось стягивать с него одежду и укладывать спать. Он слишком занят в последнее время расширением своего бизнеса. Я, честно, рада, ведь Кирилл покоряет новые высоты, но из-за этого мы стали реже видеться. Как не прискорбно, у моего мужа не хвастает на меня времени.

Я всмотрелась в лицо Кирилла. Усталое. Видны синяки под глазами. Перелёт из Владивостока был очень долгим. Поверьте, бизнес-класс не спасёт, когда летишь из такой дали. Не буду пока будить, пусть поспит ещё немного. Тэдди начал стягивать с меня одеяло. Я встала с кровати и взяла его на руки. Пойдём-ка мы стряпать завтрак. Сегодня будут блинчики. Я разложила еду по тарелкам и притащила ее на подносе в спальню. Кирилл все ещё спал. Будильником в его случае никогда не разбудить. Поставив поднос на тумбочку, я присела на край кровати и подгладила нашего соню за ушком:

—Кирюш, вставай. Уже утро. На работу опоздаешь.

—М-м-м, который час? — промычал Кирилл, просыпаясь.

—Половина восьмого. — ответила я, продолжая гладить Кирилла по голове, и с тревогой в голосе продолжила. — Может, останешься сегодня дома? Выспишься и отдохнёшь? Я волнуюсь, совсем себя загонишь.

—Голова чугунная. Во Владивосток только на сверхзвуковом самолете летать. — буркнул Кирилл. — Напишу сообщение Жанне, что сегодня меня не будет.

—Слава Богу, отдохнёшь по-человечески. — шумно выдохнула я и поманила Кирилла запахом блинчиком. — А теперь кушать.

Кирилл сел в постели, облокотившихся спиной на изголовье кровати, взял в руки тарелку. Как всегда, кудряшки в разные стороны. Лицо заспанное. Из-за яркого света в спальне он щурил глаза. Шрам на его груди бросился в глаза. Для меня это напоминание о том, что Кирилл едва не погиб по моей вине. За три года в нем практически ничего не изменилось. Разве что Кирилл стал выглядеть чуточку старше и серьезней.

—Божественно, зайка. Лучше тебя никто не умеет готовить. — сказал Кирилл, отправляя первый блинчик в рот, и, прожевав, хитро прищурился. — Давай останемся сегодня дома?

—Давай! — воскликнула я. — Я так соскучилась!

—Лер, прости, из меня отвратный муж в последнее время. — виновато процедил Кирилл. — Все время на работе, а ты одна дома.

—Я не одна. У меня есть Тедди. — пожала плечами я, надежно маскируя под улыбкой свою грусть. — Ты же знаешь, я все понимаю. Бизнес — это важно.

Вот на последнем, кажется, сфальшивила. Кирилл заметил, что я расстроена. Я правда расстроена. Вчера был мой день рождение. Кирилл забыл. Много кто звонил меня поздравить. Радует, что я познакомилась и подружилась с потрясающими людьми. Чужие вспомнили и пожелала мне много всего хорошего, некоторые прислали цветы и небольшие подарки, а самый близкий человек даже не написал. Сказать, что я просто расстроена, ничего не сказать. Устроить сейчас скандал? Закатить истерику из-за того, что Кирилл забыл? Я буду эгоисткой, если так поступлю, ведь он мог быть занят, поэтому у него просто физически не получалось. Плюс, перелёт и разница в часовых поясах. Во Владивостоке же день начинается раньше, чем в Москве. Возможно, Кирилл сделает мне сегодня сюрприз? Он любит неожиданности. Это в его стиле, иначе бы он не попросил не ходить сегодня на пары.

Конечно, это все отговорки и оправдания. Катя негодовала. Она была зла и хотела прилететь из Голландии, чтобы убить Кирилла, но из-за работы не смогла. Я попросила ее ничего ему не говорить. Всё-таки Кирилл не прохлаждался во Владивостоке. Он работал.

Я продолжила улыбаться. Вчера мы повеселились с Тиной, Михой и парочкой моих подруг, с которыми я познакомилась не так давно, в ресторане. Я вернулась домой заранее, ведь решила приготовить романтический ужин на двоих. Кирилл обещал, что где-то в семь будет в аэропорту. В итоге я прождала его весь вечер и всю ночь. Как по заказу прилетел Кирилл в час ночи и прибыл домой в два. Он ничего мне не сказал и рухнул спать. Вот, собственно, вся история.

—Лер, что-то случилось? Тебя кто-то обидел? — спросил Кирилл, разглядывая мое лицо и отпихивая от тарелки Тедди. — Как прошли эти два дня, пока меня не было?

—Отлично! С чего ты взял, что что-то случилось? — сделала удивленное лицо я и взяла на руки Тедди-антистресс. — Ну, позавчера я целый день торчала в МИДе. Думала, чокнусь там. А вчера мой научный руководитель клевал мне мозг с дипломом. Сказал, что вторая глава у меня написана некорректно! Как же он меня бесит.

—Придурок, ты её в третий раз переписывала. — рыкнул Кирилл и взял кружку кофе. — Денег, что ли, хочет?

—Нет, это вряд ли. Он принципиальный. — покачала головой я, почухивая Тедди по животику. — Я перепишу её ещё раз. Все равно делать нечего. На выходных этим и займусь, а, может, сейчас начну.

—Лер, давай сегодня проведём время вместе. — виновато проговорил Кирилл. — Будем делать все, что захочешь.

—Давай посмотрим кино и выгуляем Тедди в парке. — предложила я. — Как тебе такой план?

—Я думал, мы сходим по магазинам, в кино, в театр или ещё куда-нибудь. — удивился Кирилл и обратил внимание, что я не притронулась к еде. — Ты чего не ешь? Лер, ты себя хорошо чувствуешь?

—Я не голодна. Если хочешь, можешь съесть и мою порцию, ты всё-таки устал. — отмахнулась я и добавила в ответ на обеспокоенный взгляд. — Да, все со мной нормально, просто я вчера ещё наелась на год вперёд.

—Точно? — переспросил Кирилл с тревогой в голосе. — Ты сама не своя. Грустная совсем. Это из-за меня?

Да, Кирилл, это из-за тебя. Я так сильно захотела на него накричать. Я прождала его вчера весь вечер! Я уже и забыла, когда мы в последний раз проводили время вместе. Постоянно я утешаю себя тем, что это временно и мой любимый Кирилл будет, как раньше, рядом. Осталось потерпеть чуть-чуть. Нервы сдают. Кирилл действительно забыл про мой день рождения. Повод для истерики и скандала. Только вот это будет совсем несправедливо по отношению к Кириллу. Он очень старается, буквально спит и видит, как прибыль и репутация его компании взлетят до небес. То, как мечтательно и воодушевленно Кирилл говорит об этом, по истине вдохновляет. Своим криком я его лишь расстрою, отвлеку от работы, чего мне совсем не хочется.

—Нет, просто нервы сдают перед госами и защитой диплома. Голова кругом. — бросила я и растянулась на кровати. — Повалемся подольше?

Кирилл шкодливо на меня посмотрел и набросился с щекоткой. Я визжала, пищала и умоляла перестать, но нет. Не тут-то было. Я оказалась на руках у Кирилла. Его губы так близко. Добрые карие глаза смотрят на меня, совсем как раньше. Я почти простила ему свой день рождения. Не буду сердиться долго. Хм, целовать или не целовать? Ладно, не могу удержаться. Для страховки ухватившись за плечи Кирилла, я его поцеловала. Кирилл ответил, распыляясь с каждой минутой. Ещё бы чуть-чуть, и его не остановить.

—Нет. — однозначно отстранилась я. — Я не хочу.

—Зайка, ты просто не в настроении. — не собирался отставать Кирилл и не отпустил меня, повалив на кровать. — Предлагаю просто попробовать.

—Кирюш, я не хочу сейчас. — оттолкнула Кирилла я, выскользнув из его рук. — Давай потом.

—Лер, что я сделал?! — крикнул Кирилл, следуя за мной.

—Ничего. — замотала головой.

—Где я накосячил? — начал перебирать все варианты Кирилл. — Ты обиделась из-за того, что я все время торчу на работе?

—Нет, я же понимаю, ты стараешься для всех нас. — опровергла его догадку я. — Если бы я обижалась, то ты остался бы дома один и без завтрака.

—То есть, все в порядке? — брови Кирилла поползли вверх от удивления. — И я ни в чем не виноват? Ты правда просто не хочешь?

Честно? Кирилл наказан. Я больше не дам ему и намёка на то, что хочу заняться любовью. Нет, пока нет никакого желания. Пусть поголодает. Я ведь тоже хочу его внимания или банального присутствия дома. Кажется, я веду себя, как ребёнок. Просто день рождения всего раз в году, и Кирилл про него благополучно забыл. Вот это обидно. Обычно, он устраивал для меня сюрприз: водил куда-нибудь, радовал чем-нибудь и всегда дарил много цветов. Приятно, но не так важно как то, с какой любовью, теплотой и нежность он это все делал. Пусть Кирилл принесёт мне одну розу, если она куплена и подарена с любовью, я буду безмерно счастлива. Большего не надо.

—Да, ты ни в чем не виноват. — нагло вру я и запихиваю посуду в посудомойку. — Просто я больше хочу смотреть кино, а Тедди — в парк. Мы должны уважать его желания.

—Ладно, я одеваюсь. — с облегчением выдохнул Кирилл, налил себе водички, посмотрел на стол, заставленный букетами цветов, и чуть не поперхнулся. — Лер, откуда у нас столько цветов? Вечера был какой-то праздник?

Говорить или промолчать? Меня распирает. Сейчас самый лучший момент, чтобы сказать правду. Ладно, не всю жизнь мне быть всепрощающей зайкой:

—Да, был. — совершенно непринуждённости ответила я.

—Так, годовщина свадьбы у нас в августе. Познакомились мы в начале мая, а уже середина, так что не подходит. — начал размышлять вслух Кирилл, смотря на букеты. — Мамин день рождения в сентябре. У Катюхи вообще первого апреля. Вроде ничего важного не пропусти...

В этот момент мои руки опустились в прямом и переносном смысле этого слова, и чашка так и не достигла посудомойки. Кирилл даже сейчас не вспомнил. Действительно, мама и Катя — важные для него люди. А кто тогда я? Закусив нижнюю губу, я сказала:

—Я вспомнила, сегодня важный семинар. Я еду в МИД. Погуляешь с Тедди.

Не знаю, какое у меня было лицо, но Кирилл стоял, как вкопанный. Выбежав из кухни, я быстро собралась. Только не плач, Лера. Кирилл, когда вышел из транса, в недоумении смотрел, как я ухожу, пытаясь остановить. В машине я разревелась. Наглухо забыл, черт возьми. Значит, в этом году мой день рождения — это ничего важного. Пусть бы он просто из-за работы закрутился, замотался и не вспомнил, но в этот раз. За три года мы почти не ругались. Так, по мелочи. Ничего страшного. Потом буквально через час-два мирились. А тут видеть его не хочу. Нужно ехать на учебу, раз уж собралась.

Весь день Кирилл обрывал телефон. Он писал во все месенджеры, которые только были установлены. Их пришлось удалить. Остался только «ВКонтакте», там просто уведомления отрубила на сутки. Надоел. В МИДе я не подавала признаков того, что мы с Кириллом капитально поссорились. Как такое возможно?! Идеальный брак разрушается?! Неужели чета Шведовых разводится!? Нечего радовать окружающих, даже Тине не рассказала. На этот счёт могу сказать, что все мы не идеальны, и она в том числе.

Пары кончились ближе к пяти, но я посидела в библиотеке, переписывая злополучный диплом. Нужно привести мысли в порядок. За работой отвлечься получается лучше всего. В итоге библиотекарша почти пинками выгнала меня на улицу под закрытие. Было темно. Домой? Не хочу видеть Кирилла сейчас. В гостиницу? Кирилл вычислит по месту списанию денежных средств. Ночевать в машине тоже не вариант. Страшно и неудобно. Да, забыла сказать, Кирилл для моего удобства пару лет назад купил мне навороченный «Мерседес». Зачем? Кто ж его знает. Первое время я сильно скучала по своей маленькой «Тойоте», потом свыклась с новым железным конем. Куда же мне ехать? Придумала! На дачу! И ключики есть.

Я отъехала от МИДа и по газам. У Кирилла раньше не было дачи, у мамы загородный дом. Хотя, наверное, нашу «дачу» всерьёз дачей назвать сложно. За полтора года Кирилл построил огромный коттедж, в котором мы обычно живем летом, иногда зимой во время праздников. Приходилось устраивать вечеринки. Вообщем, это огромный кирпичный дом на тридцати сотках земли с гаражом, бассейном, баней, теннисным кортом, маленьким садом и двумя верандами. Кирилл расстарался. На самом деле идея построить нечто подобное пришла к нам спонтанно. Мы просто захотели место, где можем отдохнуть от шума, пыли и гама Москвы. Так у нас появился коттедж в умеренной дали от города.

Въехав на территорию коттеджного посёлка, я поплутала по улочкам, потом открыла ворота и зачихала во двор. Красотень! Даже если темно, все равно воздух чистый и свежий. Я отключила сигнализацию и очутилась в доме. Хочу в ванную. Отмокла. Легла спать. Утром пришлось проверить телефон и увидеть сотню пропущенных от Кирилла. В личке сообщений ещё больше. Переживает. Он правда переживал. Всю ночь не спал и строчил мне сообщения. Даже совестно стало. Я вздрогнула от неожиданности. Телефон в моих руках завибрировал. Кирилл звонит. Увидел, видимо, что я зашла на страничку. Отвечу.

«Алло?» — сонно протягиваю я.

«Зайка! Где ты?!» — раздался встревоженный голос Кирилла.

«Сплю». — бросила я.

«Лера, где ты!? Я думал, чокнусь!» — не унимался Кирилл.

«В кровати». — буркнула я, перевернувшись на другой бок.

«А где твоя кровать?» — чуть успокоился Кирилл.

«Где-то». — отмахнулась я.

«Лер, я серьезно». — подозрительно притих Кирилл.

«Здорово, я тоже. Чего хотел?» — съязвила я.

«Прости, я забыл про твой день рождение. Мне очень жаль, что так вышла. Ещё эта командировка. Совсем из головы вылетело». — виновато выдал Кирилл.

«Допустим, соглашусь, что день рождения твоей мамы — это святое, но про Катин ты никогда не забываешь. Я не претендую, Катя — моя подруга. Просто ты даже подумать не мог, что те цветы мне прислали, потому у меня праздник». — пробормотала я.

«Я знаю. Я облажался, но ты могла бы вернуться домой. Говорить со мной не обязательно. Я испугался за тебя». — шумно вздохнул Кирилл.

«Нет уж, эти выходные мы проведём раздельно. И дело уже даже не в забытом дне рождения. Кстати, когда оно?» — буркнула я, завернувшись поплотнее в одеяло.

«Восемнадцатого мая». — обреченно ответил Кирилл.

«А сегодня?» — ровно спросила я.

«Уже двадцатое». — пробубнил Кирилл.

«Отлично, теперь в календарь можешь не записывать. Если в следующий раз забудешь, я не расстроюсь. Сюрпризов больше не надо». — с обидой проговорила я.

«Лер, скажи хоть, где ты. Я волнуюсь». — выдал Кирилл весьма жалобно.

«Не скажу. Ты тут же будешь стоять под дверью». — фыркнула я.

«Зайка, пожалуйста. Пожалей мои нервы. Мне жизненно необходимо знать, где ты». — умоляюще прошептал Кирилл.

«За городом». — бросила я.

«На даче?» — решил уточнить Кирилл.

«Да». — прошептала я.

«Мне точно не приезжать?» — переспросил Кирилл.

«Да». — раздраженно сказала я.

«Это значит приезжать?» — начал играть словами Кирилл.

«Это значит, ты остаёшься дома». — рыкнула я.

«Зайка, пусти меня!» — взмолился Кирилл.

«Ещё одно слово, и я опять тебя заблокирую». — отрезала я.

«Понял». — моментально загрустил Кирилл.

«Молодец». — сказала я и завершила вызов.

Чувствую, он ещё не раз позвонит. Я завернулась в одеяло и уснула по новой. Кто мне запретит? Я дома одна. Готовить завтрак голодному Кириллу не нужно. Пусть сам ищет себе пропитание. Я обижена. Блин, и всё-таки как он там один? Обижена — не обижена, а переживаю. В принципе доставку пиццы ещё никто не отменял. Плюс, для неудавшегося романтического ужина я наготовила всего и побольше. В холодильнике куча еды. С голоду не умрет. Надеюсь. Без меня Кирилл же как-то жил. Помню я, как именно. Из съедобного только молоко и яйца. Для освежения отношений нам полезно побить отдельно друг от друга.

Я провела свой день за переписыванием главы диплома. Переписала. Отправила руководителю. Скучно. Нудно. Зато с пользой. Надеюсь, на этот раз мне повезёт и он её примет. Кирилл звонил мне раз восемь и спрашивал, где что лежит. Боже, какая прелесть. В своем доме без меня он не в состоянии найти сковородку. Зачем Кириллу понадобились ножницы и клей? А бумага? Альбом с фотографиями? Последний раз уже поздно вечером, когда я ложилась спать, Кирилл уточнял место положение швабры или веника. Он что-то грохнул. Сто процентов. Я не стала уточнять, что именно, чтобы на ночь не расстраиваться. Если он позвонит мне ночью, в понедельник я точно придушу его. Позвонил. Он спрашивал есть ли у нас сухой корм для Тедди. Черт возьми, в четыре утра Кирилл решил покормить собаку! В трубку раздался мой стон и разъярённый крик. По фамилии я называю Кирилла только в тех случаях, когда готова его убить! Это значит, Кирилл довёл меня до кондиции. Или до ручки? Довёл. Я пригрозила, что не вернусь домой, если он продолжит мне по ночам названивать. Испугался. Пообещал больше так не делать.

На следующие утро я проснулась от того, что меня облизывали в лицо. Я вскочила. Кто это!? Зверь с улицы?!

—Тедди?! — удивленно воскликнула я и посюсюкала с моим красавчиком. — Что ты тут делаешь, сладкий?

На первом этаже послышались шаги. Тедди мог привести сюда только один человек — Кирилл. Я шумно выдохнула. Принесла его нелегкая. Закутавший в халат до пят, я спустилась на первый этаж. Да, до пят. Нечего давать любвеобильному Кириллу повод пристать ко мне с извинениями. День рождение заново не переиграть. Стоп, который час? Восемь утра! Мать его, что Кирилл забыл на даче в восемь утра?! Как он вообще смог самостоятельно подняться в такую рань. Чтобы добраться сюда, нужно потратить часа два. Ну, полтора, если быстро ехать и не попасть ни в одну пробку. Получается, Кирилл вышел из дома часов в шесть утра. Логично, если он звонил мне в четыре.

Кирилл сидел на кухне и пил кофе с самой довольной улыбкой, будто нашкодил, но ему все равно приятно. При этом чёрные круги под глазами даже тоналкой, наверное, не замазать. Я изогнула бровь и скрестила руки на груди:

—А ты вообще спал?

—Да. Нет, почти нет. — пробубнил Кирилл. — Я был занят.

—Ну да-а-а, конечно. — с сарказмом протянула я. — Занят настолько, что позвонил мне в четыре утра. Ты меня проверял, что ли?

—Нет, я просто забыл покормить Тедди, и он ночью приволок мне миску. — совершенно серьезно выдал Кирилл. — Я тебе вообще-то доверяю и пытаюсь реанимировать наши отношения. Загладить свой косяк.

—Шведов, по-твоему, забыть наглухо про мой день рождения — это просто косяк? — начала закипать я. — Так, ладно, я забираю Тедди и еду в город. Можешь оставаться тут.

—Ладно-ладно, Зайка, это не просто косяк. — запаниковал Кирилл и привстал со стула. — Я же говорю, облажался по полной программе. Я тебя очень обидел. Сглупил, правда. Идиот.

—Ты хотя бы это признаёшь. — тяжело вздохнула я. — Зачем приехал? Я бы перебесилась и успокоилась.

—Может быть, но меня совесть мучает. Грызёт не по-детски. — заговорил Кирилл. — Знаю, ты не любишь дорогие подарки, но всё-таки я решил подарить тебе кое-что. Погоди, сейчас принесу.

Кирилл подорвался и убежал на улицу. Что он приволок? Эх, не знаю. Я поднялась к себе и плюхнулась на кровать в спальне, прикрыв за собой дверь. Почему-то я испытывала раздражение по отношению к своему собственному мужу. В халате жарко. Я откинула его на кресло. Бесит меня. Тедди залез ко мне под одеяло. Я почесала его по спинке. Мой красавчик скучал. Постучались. Кирилл опять будет пытаться залезть ко мне.

—Лер, можно войти? — проговорил Кирилл.

—Ладно. — отмахнулась я и чуть смягчилась. — Не обижаться же мне вечно.

Дверь распахнулась. Громко кряхтя, Кирилл втащил в комнату огромную рамку, накрытую тканью и напоминающую багет для картины. Одним движением руки он сдернул ткань, и я увидела кучу наших фотографий, наклеенных в хронологическом порядке, включая самую первую в день моего переезда. Я подошла, чтобы поближе рассмотреть этот шедевр. Кирилл делал это своими руками. Он клеил каждую фотографию, вырезал наклейки, засыпал блестки. На саму рамку Кирилл приделал гирлянду, чтобы красиво светилась. Все сам. Вот зачем ему понадобилась швабра. Ему важна я и наша семья. Он случайно забыл. Не специально. Я растаяла.

—Тебе нравится? — Кирилл подошёл ближе ко мне и взял за руку. — Я забыл про твой день рождения, и мне очень стыдно. Я должен был быть первыми из тех, кто поздравил тебя с твоим днём, и изначально не улетать в командировку, не подумав.

—Этого больше чем достаточно в качестве извинений. — я повернулась и поцеловала Кирилла в щечку. — Прощен.

—Это ещё не все. — хитро ухмыльнулся Кирилл и, взяв меня за плечи, посмотрел в глаза. — На сегодня я забронировал для нас столик в ресторане. Ты ведь хотела поужинать со мной в пятницу?

—Допустим, хотела, но рейс же не по твоей вине задержали. — тяжело вдохнула я. — Еду ты уже съел, да? Я оставляла тебя дома из расчёта, что с голоду ты не умрешь.

—Было дело, съел. Тедди спер у меня кусок индейки, и я гонялся за ним по квартире. Он перемазал все и прогрыз мой тапок из-за того, что я не погулял с ним днём. Что за мстительная собака. — признался Кирилл и притянул меня к себе.

—Чтобы разозлить нашего красавчика до такой степени, ты должен был его не кормить и не гулять с ним целый день. — прищурилась я и поймала Кирилла на том, как он отводит глаза. — Ты не покормил Тедди! Я же тебя просила!

В этот момент Тедди под одеялом жалобно затявкал. Сначала мы увидели только белую морду, торчавшую из-под одеяла, которая рычала в сторону Кирилла. Пойди, подумай, что все собаки глупые и неразумные. Пёс вылез и попросился на ручки, жалобно заскулив. Я не могу ему отказать, когда он так просит. Тедди сидел у меня на ручках и рычал всякий раз, когда ко мне подходил Кирилл и пытался оттяпать хоть чуточку моего внимания.

Часом поздее

Наш дом — наша крепость. Нас вдохновила на постройку дома свадьба в бору. Да, у нас тут растут настоящие сосны. Оздоравливаемся, как умеем. По крайней мере нашей нервной системе нравится. Наверное, первое, что заказал Кирилл, — это высоченный забор, чтобы, не дай Бог, кто-нибудь что-нибудь увидел из нашей приватной жизни. Я даже шутила, что сам проект дома не важен, важен только забор. Помимо всего прочего он ещё и неприступный, как и сам дом. С высокими потолками на этапе проектирования мы заморачиватся не стали, но большие комнаты и кухня — обязательно. В итоге все получилось даже лучше, чем мы рассчитывали. У нас установлена система «Умный дом». Во внутренней отделке мы решили использовать бежевые, тёплые тона и дерево. Получилось очень уютно. Просторно и по-домашнему. В гостиной есть настоящий дровяной камин. Изволил Кирилл. Мы любим сесть вечерком и расслабиться под треск дров.

Я удобно устроилась с Тедди в кресле. Мой кравчик очень обиделся на Кирилла. Он рычит и постоянно требует, чтобы ему почесали пузико. Кирилл развалился на диване, пялясь в потолок.

—Это он мне мстит. — бурчал он и, привстав, крикнул Тедди. — Эй, я тебя вообще-то люблю, мохнатый!

Тедди не оценил порыва Кирилла к примирению и отвернулся от него.

—Сладкий, ты хочешь извинений? — погладила я собаку. — Кирюш, давай.

—Мохнатый, я тебе куплю индюшачью ножку высшего качества. — усмехнулся Кирилл, обращаясь к Тедди. — И ещё одну баранью сверху. Будешь есть неделю. Согласен?

Вот это уже другой разговор. Тедди вылупился на Кирилла, подумал, тявкнул и слез с моих рук. Как говорится, с этого надо было начинать. Пёс удалился искать приключения, оставив нас наедине. Кирилл повернулся ко мне и помахал рукой. Он здесь. Я решила, что пора, и подошла, усевшись ему на коленки. Кирилл схватил меня за талию и притянул поближе к себе. Я обвила руками его шею, обняв покрепче.

—Люблю тебя, Кирюш. — пробормотала я, оказавшись в сильных руках Кирилла. — Прости, что не отвечала на твои звонки. Ты ведь переживал.

—Брось, иногда это полезно. Сразу вспоминаешь, насколько ты дорога мне. — отмахнулся Кирилл и ласково погладил меня по голове. — Я просто не знаю, как ещё тебе об этом сказать.

—Ты уже сказал. — улыбнулась я. — Это самый лучший подарок на день рождения, который когда-либо был. Лучшее доказательство того, что ты очень сильно меня любишь.

—Правда? — удивился Кирилл. — Я думал, чтобы ты была счастливой, тебя нужно постоянно удивлять и баловать.

—Глупенький, я люблю тебя не за то, что ты устраиваешь мне сюрпризы. Это меня, конечно, радует. — я погладила Кирилла по щеке, хихикнув. — Но ничто не заменит времени и внимания, которое ты мне уделяешь. Будь то кино или поход по магазинам, больше всего я люблю быть с тобой рядом.

—Тогда ты точно заслуживаешь цветов и самых дорогих подарков. — ухмыльнулся Кирилл, глазами примеряясь к моим губам. — Зайка, ты самая лучшая зайка.

—Если ты хочешь, чтобы твоя зайка оставалась белой и пушистой, начни приходить домой хотя бы к шести и предупреждать заранее о командировках, а не из аэропорта за час до вылета. — строго сказала я. — Зайка может прождать дома целый вечер, а ты на другом конце света.

—Поэтому Зайка зла на своего Кролика. — заключил Кирилл, тяжело вздохнул. — И как ты меня терпишь?

—Сама не знаю. — развела руками я и, чуть помедлив добавила. — Любовь зла, полюбишь и...

—Меня. — засмеялся Кирилл, подбираясь все ближе и ближе к моим губам. — Никогда бы не подумал, что буду скучать так сильно всего сутки дома. Когда бегаешь по встречам, машинам и аэропортам, время летит быстро. Я забываюсь, а вчера мне было грустно без тебя.

—Мне всегда дома грустно без тебя. — я запустила руку в волосы Кирилла.

—Ты имеешь полное право обидеться и дать мне по башке. — улыбнулся Кирилл. — Проси все, что хочешь, моя королева.

—Я хочу своего короля. — улыбнулась я, первая поцеловав Кирилла.

—Сею минуту. — прошептал Кирилл, на миг оторвавшись от моих губ.

Кирилл оттащил меня в спальню, прикрыл дверь и понеслась. Сцена строго для совершеннолетних. Могу сказать так, я не выдержала и кричала от удовольствия. Мы уже довольно давно не были настолько близки друг с другом, как сегодня. Кирилл все время занят и работает иногда даже на выходных. Дома он идёт в душ, падает на кровать и засыпает, даже не ужинает зачастую. Я бываю просто не в настроении из-за этого всего. Плюс, добивает МИД. Периодически мне начинает казаться, что это замкнутый круг какой-то. Раньше у Кирилла был нормальный график. Хочу его обратно!

Мда, что-то пошло не так. Спустя полчаса мы завалились на свои половинки кровати. Кирилл пыхтел, как конь. Вспотел?! Я выпучила от удивления глаза. Мой муж в постели обычно любвеобилен, вынослив и голоден. Если Кирилл заводится, то это надолго. Мне ночами не давали покоя. Сейчас нет. Со мной что-то не так? Почему Кирилл не смог? Я занервничала, начав перебирать все варианты, по какой причине не продержался дольше одного раза, зато какого. Черт, меня это не устраивает совсем.

—Что такое? Я разонравилась? — опасливо спросила я.

—Нет! Дело не в тебе! Когда вижу тебя в этих твоих коротеньких ночнушках, хочу до дрожи в коленках! — резко встрепенулся Кирилл. — Просто я устал. Голова болит и кружится. Всю энергию продолжать как выкачали.

Я подползла к Кириллу. Полагаю, это из-за бессонных ночей, но все же стоит проверить температуру. Горит! Кирилл весь горячий! Как я не заметила этого?! Прошляпила. Ещё и жена, блин. Кирилл ничего не говорил. Он вообще засыпал. Я вскочила, схватила свой халат и побежала вниз за лекарствами. Поставила чайник. Нам нужен горяченький чай. Из дачной аптечки достала аспирин и таблетки от простуды. Нужно сбить температуру. Через пятнадцать минут я вошла полностью экипированная лекарствами и чаем с лимонным мёдом — моим любимым. Кирилл все ещё клевал носом и ждал меня.

—Пей быстрее. — протянула ему стакан воды я. — Ты ж приехал без температуры. Колись, вечера забыл закрыть окно?

—Д-да, есть такое. Задремал под утро, меня и развезло. — проговорил Кирилл и принял таблетки. — Мне больше не к кому идти болеть.

—Нельзя болеть! Ух, не проследишь за тобой, так ты сразу простыл. — надулась я и аккуратно дала в руки Кириллу кружку чай. — Пей, болезный, и поспи. У тебя больничный. Я тебя завтра на работу не выпущу.

—Зайка, а как же ресторан? — немного расстроено проговорил Кирилл. — Мы же договорились.

—Потом сходим. Твоё здоровье дороже. Сводишь меня ещё куда-нибудь. — отмахнулась я. — Горло болит? Принести ещё одно одеяло?

—Нет, не надо одеяло. Только голова трещит. — пробубнил Кирилл и протянул руку, как маленький. — Побудь со мной.

Я осталась с Кириллом. Я всегда буду с ним. На его стороне. Он уснул и встал только вечером. Поболел пару дней, а дальше опять на работу. Рутина. Стабильная рутина. С работы — домой. Из дома — на работу. И где-то там паузы на поход в продуктовый. Скукота, скажите вы, но я так живу и хочу жить дальше. Мне нравится, а Кирилл своё обещание приходит домой пораньше так и не сдержал, зато теперь заранее о командировках предупреждает. Прогресс. Согласны? Но мне все равно грустно и обидно, и мое расстройство проявляется в игнорировании Кирилла. Теперь я понимаю всех женщин, которые, если обижены, особо не церемонятся со своими мужьями. Держи обед и не приставай. Как-то так. Думаю, до Кирилла дошло, поэтому он продолжает приставать и без цветочков домой не возвращается. Рано или поздно он добьётся прощения, однако не сейчас. Я слишком занята МИДом. Мои нервишки шалят.

Я готовлюсь к защите диплома. Моя студенческая жизнь била ключом прошлые несколько лет. За эти три года я побывала на огромном количестве международных конференций, на двух стажировках во французском и английском посольствах благодаря таланту к языкам и отличным рекомендациям из МИДа. Дома меня не было где-то по два-три месяца. Кирилл переживал нашу временную разлуку тяжеловато и не горел желанием меня отпускать даже в аэропорту. Не ожидала от него такого. Он звонил каждый день. Мы много разговаривали по видео-связи. Был момент, когда Кирилл прилетел в Париж, потому что скучал. Сюрприз! Он ждал у посольства целый день. Знаете, это один из самых романтичных поступков, которые делал Кирилл. Выходные мы проверить вместе, а потом он улетел в Москву. Собственно, вся наша жизнь наполнена приятными неожиданностями и красивыми мелочами, от которых на сердце становится тепло. Я люблю Кирилла так сильно, что готова простить ему все, что угодно.

Покинув отцовский дом, в мои серые дни ворвалось солнце. Кирилл согрел меня. Он научил быть сильной. Показал, как стать смелой. Да, теперь все хорошо. Теперь все изменилось, но я все равно скучаю по папе. Он никогда больше не звонил и не встречался со мной. Через знакомых мне удалось узнать, что папа больше с обожанием и восторгом не говорит о своей «идеальной семье». Вообще ничего не говорит. Надеюсь, он назвал вещи своими именами. Пусть понимание своей ошибки болезненно, однако я не перестаю верить, что так действительно правильно. Правильно. А что такое это папино «идеально»?Я много об этом думала. Порой спрашивала об этом Кирилла. Мы долго обсуждали эту тему вместе. Наша семья далека от идеала. При этом мы все равно вместе. Ни у кого нет идеальных отношений. Кирилл — не подарок. Я — не ангел. Нас связала любовь. Мы держимся вместе благодаря этому стойкому чувству. Папино фиаско — отсутствие любви. Мой отец и Ирина вместе ради меркантильных интересов. Это печально.

Я сидела на кухне. Ковыряла еду в тарелке. Листаю ленту в соцсетях. Читаю всякий бред. Чувствую себя какой-то разбитой. Кого я обманываю, я уже с месяц так себя чувствую. Я волнуюсь. Переживаю. Накипело. Наболело. Разбилось. Вот так. Я похлопала себя по щекам. Нужно собраться. Не получилось. Из глаз потекли слёзы. От чего так хреново? От того, что Кирилл по уши в работе? От того, что мне одиноко? Или от того, что я переживаю за нас? Для меня важна наша семья. Потерять нашу с Кириллом связь означает для меня потерять все. Дело не в том, что я боюсь лишиться материального благополучия. Финансовая сторона вопроса не имеет никакого значения. Я люблю Кирилла и не раз скажу об этом. Я так привязалась к нему.

Я понимаю, что выгляжу нелепо, рассуждая в этом ключе. Не скрою, был период, когда я почувствовала, что перегорела. Как бы выразиться. В тот момент мы часто-часто по мелочи ругались, потом быстро мирились, а потом сели за стол с бутылкой вина поздно вечером и долго говорили. Мы трезво оценили наши отношения и нашли причину скандалов. Вся влюбленность сошла на нет. Порыв нежности, страсти, горячего желания быть друг с другом прошёл. От непонимания или отрицания этого начались ссоры на пустом месте, беспричинные обиды. Наверное, поэтому многие браки распадаются в первый год. Наш устоял. Мы так решили. Мы смогли в глаза с настоящим чувством сказать друг другу: «Я тебя люблю». Кризис не закончился разрывом.

Знаете, наши отношения вышли на новый уровень. Мы стали лучше понимать и научились уважать личное пространство друг друга. Теперь никто из нас не сомневается в искренности и доверии. Влюбленность прошла. Осталось стойкое желание заботиться и оберегать. Осталась любовь. Помимо прочего Кирилл — мой самый лучший друг. Да-да, в сто раз отзывчивее Тинки. Я — его самая верная подруга. Никогда его не брошу. Он об этом знает, поэтому мне остаётся только ждать дома.

Правда, сейчас лично у меня такое ощущение, будто я живу в этом доме одна. Раньше мы встречались хотя бы на кухне или бегали на перегонки в ванную, а еще раньше каждый день в шесть мой муж возвращался с работы и банально болтал со мной на кухне. Про поездки по магазинам, походы в кафе, кино, рестораны, вечеринки у друзей я лучше промолчу. Кирилл уже даже не звонит днём. Подбешивает, если честно. Кстати, он не придёт к ужину. Не буду готовить, чтобы потом разогревать часиков в десять вечера! Да, сейчас только три часа дня, но, чувствую, так и будет. Хочу спать. Я не выспалась. Иногда нужно позволить себе ленивый вечерок, чтобы прийти в себя.

Погуляла с Тедди. С моим красавчиком нужно погулять, иначе он рассердится. Насыпала ему полную миску мяса индейки. Да, Кирилл купил обещанное мясо для собаки. Набрала себе ванну. Засыпала туда любимую соль с лавандой. Включила музыку. Релакс в пузырьках. Как вдруг мне позвонила Катя:

«Катюш, привет». — ответила на звонок я.

«Приветик, Лер. Как дела?» — просила она с тонким, но очевидным намеком.

«Если ты переживаешь за наши отношения, то я простила Кирилла. Он пообещал, что все будет как раньше. Правда, лучше после этого не стало». — честно сказала я.

«Вот балбес! Я же ему говорила завязывать! Не расстраивайся, а лучше проучи Кирилла, чтобы опомнился». — разозлилась Катя.

«Проучить? У него и без меня проблем хватает. Максимум, что я могу сделать, — перестать ему готовить. Собственно, к ужину Кирилл уже не приходит». — шумно вздохнула я.

«Лера, выскажи ему все. Я серьезно. Конечно, это прекрасно, что ты переживаешь за Кирилла, но о себе лучше подумай. Он своих проблем уже обрешался». — чуть смягчилась Катя, но все равно была зла.

«Может перестать с ним разговаривать и переехать на дачу? Кого я обманываю, по ощущениям я уже живу одна». — пробормотала я.

«Скажи Кириллу об этом. Не заботься так сильно о его чувствах. Не сахарный, не растает!» — рыкнула Катя.

«Подвернётся повод, обязательно скажу. Жестокая ты девушка, Катя». — усмехнулась я.

«Мне тебя просто жалко. Кирилл вечно со своими тараканами». — проворчала Катя.

«Кирилл пусть сидит на своей работе в горе бумажек. Лучше расскажи, как поживает мой очаровательный племянник?» — взволнованно спросила я.

«Ревет по ночам, а вообще цветёт и пахнет. Он так похож на Отто в детстве! Даже удивительно!» — сменила гнев на милость Катя.

Год назад Катя родила мальчика, и теперь не может прилетать в Россию, когда захочет. Вся её жизнь посвящена сыну. Она может разговаривать о маленьком Дэниеле часами. По паспорту этот малыш Дэниел, а дома мы зовём его Данечкой на русский манер. Катя обожает своего сына. Это правильно. Временно с работы ей тоже пришлось уйти. Пожалуй, декретный отпуск стал для нее самой большой трагедией. Не может Катя усидеть без дела и пяти минут, поэтому она продолжала работать вплоть до дня родов, пусть её муж был против. Отто оказался добрым парнем и хорошим мужем. Не знаю как, но мы быстро нашли общий язык. Катя предполагает, что это из-за моих европейских корней. Мы иногда обсуждали с ним политику относительно ведения бизнеса. Круто! Я была в шоке, когда Катя сказала, что мои советы помогли Отто в делах. С того момента Кирилл периодически советуется со мной, когда заходит в тупик. Приятно.

Мы закончили болтать, когда вода в ванной совсем остыла. Вылезла. Завернулась в мягкий халат. Выпила чаю. Переоделась в пижаму. Уснула под кино на ноутбуке. Помню, как смотрела какую-то драму. Ко мне прилез Тедди. Я чесала его за ушком. Поревела в конце фильма. Тедди слизывал с моих глаз слезы. Настроение такое было. Как уснула, увы, припомнить не могу. Утром Кирилл материализовался в постели вместе с завтраком. Удивилась. Он вошёл в комнату с алой розой в зубах.

—Как это понимать? — вскинула бровь я, потягиваясь.

—Я уже не могу приготовить своей любимой женщине завтрак в постель? — обиженно пробурчал Кирилл. — Я взял выходной.

—И? — не поняла, к чему клонит Кирилл, я. — За завтрак спасибо.

—Лер, ты похудела. Мне это не нравиться. — нахмурился Кирилл. — Ты ничего не ешь. Я не настолько плохой муж, чтобы не заметить твои торчащие кости.

Я оглядела себя и тяжело вздохнула. Правда. Когда я расстроена, нервничаю или все сразу, перестаю есть. Эх, а ведь целый вечер убила на избавление от стресса, но напряжение никуда не ушло.

—Все не так плохо. — отмахнулась я, рассматривая яичницу на подносе. — Потолстеть всегда успею.

—Эй, Зайка, кушай. — пододвинул ко мне ближе тарелку Кирилл. — Уж яичницу я готовлю идеально. Не переживай.

—Спасибо. — я приняла тарелку и силой запихнула в себя завтрак, отпихивая нахального пса.

Кирилл внимательно наблюдал за тем, как я медленно ем яичницу, затем, стоило мне только закончить, сунул тарелку с кофе и тортиком. Мой желудок не хочет. Он не принимает пищу.

—Вкусно? — спросил Кирилл.

—Очень. — кивнула я. — А откуда у нас торт?

—Я вчера ехал домой, по дороге решил купить нам десерт под кино, а ты уже спишь. — пылко сказал Кирилл. — Лер, что случилось? Давай только честно.

—А во сколько ты пришёл? — поинтересовалась я.

—В шесть. — пробубнил Кирилл.

—Почему? Я не ждала раньше десяти. — искренне удивилась я.

—По-моему, ещё пару недель, и ты меня возненавидишь вместе с моей работой. — виновато произнёс Кирилл и осторожно положил руки мне на плечи. — Эй, Зайка, не делай вид, будто все хорошо. Что-то случилось? Расскажи мне.

Я опять загрустила. Катя советовала не беречь Кирилла и высказать ему все. Пожалуй, так и сделаю.

—Ты невыносимый человек. Ты обещал приходить домой, как раньше! В итоге мы не просто редко видимся, мы даже не разговариваем! — бросила я, глядя Кириллу в глаза. — Так больше не может продолжаться. Ещё чуть-чуть, и ты забудешь, что у тебя есть жена, которая скучает по тебе дома. Должны же быть какие-то границы! Или ты охладел ко мне и не знаешь, как об этом сказать?!

Кирилл опешил и потупился назад. Моя тирада вывела его из равновесия. Буквально за секунду лицо Кирилла изменилось. Он посмотрел на меня так, будто мои слова его только что обухом по голове ударили. Наверное, ударили. Я испугалась, вдруг мой Кирилл правда ко мне охладел? Раньше я не позволяла себе и мысли об этом. Сейчас я начала уверяться в том, что чувства исчезли. Подсознательно мне всегда было страшно, что наш брак однажды закончится вот так.

Из глаз полились слёзы. Я не контролировала свою истерику. Я вскочила и собиралась пойти умываться. Нужно привести себя в чувства. Кирилл в шоке. Он смотрел на меня буквально минуту. Как только я попыталась встать, Кирилл поймал меня за руку и с силой дернул, тем самым вернув на кровать, затем заключил в объятия.

—Прости меня, Зайка. — жалобно пробубнил Кирилл, игнорируя мои попытки вырваться. — Я не заботился о твоих чувствах. Я думал, что все в порядке, но ты не обязана терпеть. И я не охладел. Наоборот, ты самая важная женщина в моей жизни. Ты — мой идеал. Ты — мое все. Я просто заработался. Слишком много амбиций. Дурачина.

—Ещё какой дурачина! — воскликнула я, прижимаясь к Кириллу. — Мой папа внимательней, чем ты!

—Эй, вот сейчас обидно было. — усмехнулся Кирилл. — Прощаешь?

—Прощаю. — шепнула я. — Если ты правильно извиняешься, я всегда прощаю.

—И как правильно нужно извиняться? — усмехнулся Кирилл, тиская меня, как игрушку.

—Ты банально должен признать свою ошибку. — ответила я, укладывая голову поудобнее на грудь Кирилла. — И не искать отговорок.

—Зайка, я тут начал задумываться, а не завести ли нам зайчонка? — вдруг выдал Кирилл, слегка неуверенно. — Мне уже почти двадцать семь, тебе — двадцать два. Плюс, ты заканчиваешь учиться. Разве не самое время?

Я замолчала. Кирилл действительно думает о детях? Как Америку открыла, ей Богу. В принципе он с удовольствием играл с Данечкой, когда мы были в Голландии, и завалил любимого племянника подарками. Я не против. Сама помогала выбирать. Наверное, после той поездки полгода назад Кирилл и начал задумываться о детях. А я хочу? Нет, не так. Я хочу сейчас? Я задумалась. Дети меняют своих родителей. Хороший пример — Катя. Она ведь раньше была отпетым трудоголиков и рьяной карьеристкой с характером. Сейчас по ней и не скажешь. Катя смягчилась, сбавила обороты ради сына. Типичная мать! Смогу ли я стать хорошей мамой? Возможно. По крайней мере из Кирилла точно выйдет замечательный, добрый отец. Гораздо лучший, чем мой. Я знаю. Я каждый день это вижу. Сможет ли наш ребёнок исправить нашу ситуацию? Мы начнём называть себя родителям и будем все свободное время уделять нашему малышу. Я не против отложить свою карьеру ради рождения чуда. Не сомневаюсь, что уход за ребёнком ляжет на мои плечи, но Кирилл тоже почувствует себя настоящим папой и будет мне помогать.

Прикрыв глаза, я представила, как мы вместе гуляем по парку. Я качу коляску, в которой сладко спит наш малыш. Кирилл идёт рядом, ведя на поводке Тедди. Боже, как мне этого хочется! Моя настоящая семья! Ребенок — это то, чего не хватает. Нам элементарно некогда. Нет, не подумайте. Серьезное отношение — это важно. Легкомысленность в нашем вопросе никак не уместна. Я посмотрела на Кирилла:

—Ты ведь понимаешь, что ребёнок — это важный и ответственный шаг? Что я не справлюсь одна? Что я потолстею и перестану быть привлекательной, пока не похудею? Что какое-то время нам нельзя будет заниматься любовью? — для подстраховки серьезно спросила я прежде, чем принять окончательное решение. — В конце концов я могу стать зацикленной на ребенке? Со мной может случиться депрессия? Ты правда готов ко всему этому?

—Я уже давно стал думать об этом, Зайка. И я понимаю твои страхи. Нам обоим будет какое-то время сложно особенно психологически. — спокойно ответил Кирилл, поглаживая меня по голове. — Я люблю тебя не только за красоту. Конечно, мне нравится, как ты выглядишь, но это не так важно, как твои нежность, забота, ласка, рассудительность. Поэтому не бойся, если мы идём на это, то мы идём вместе.

—Вообще-то, я люблю детей. — с облегчением проговорила я. — А ты?

—И я. — кивнул Кирилл, довольно решительно добавив. — Попробуем?

—Попробуем. — согласилась я. — Кстати, чего это ты так резко детей захотел?

—До меня наконец дошло, что через пару лет мне стукнет тридцатник и самое правильное и важное, что я сделал за почти двадцать семь лет, — это женился на тебе. Раньше я специально не поднимал эту тему, потому что тебе нужно было учиться, а потом об этом забыл и ударился в работу. — пробурчал Кирилл. — По-моему, я не за тем гонюсь. Даже Филя мне по секрету шепнул, что его девушка сейчас беременна.

—Ого, а чего он не женится на ней? — удивилась я, вопросительно посмотрев на Кирилла, затем нежно погладила его по щеке. — Кирюш, я тоже хочу детей, но немного этого боюсь.

—Ты будешь не одна. — мягко сказал Кирилл. — Филя поэтому мне и рассказал про свою девушку. Я её не знаю. Он утверждает, что она не хочет за него замуж.

—А ребёнок? Она его оставит и будет шантажировать им Филю? — предположила я. — Как это мерзко. Дети — это не повод для шантажа!

—Филя сказал, что она не такая. Из простой семьи, но не хочет выходить за него, потому что он богатый человек. — пояснил Кирилл и вдруг спросил. — Зайка, а ты почему согласилась выйти за меня?

—У тебя глаза были самые добрые. Ты смотрел на меня, как на кого-то чрезвычайно особенного. — не раздумывая, ответила я. — Мне хотелось тянуться к твоей доброте. Я влюбилась в тебя с первых минут на Красной площади, поэтому и вышла за тебя.

—Так и знал. — усмехнулся Кирилл и прижал меня покрепче. — К чему я упомянул Филю. Он попросил нас поговорить с его девушкой. Точнее не нас, а тебя. Ты — его последняя надежда.

—А почему я?! — воскликнула я.

—Потому что Филя утверждает, что вы с ней похожи. — буркнул Кирилл, закатив глаза. — Я не согласен, моя Лера одна такая. Никому не отдам!

—Ладно, поговорим. — вздохнула я. — Эй, ревнивец, я от тебя уходить и не собиралась. Прикинь?

—Вчера я думал обратное. Довёл тебя. — признался Кирилл. — Поэтому пришёл домой пораньше.

—Какой сообразительный. Катя посоветовала переехать на дачу. — засмеялась я.

—Ну, Катюха, удружила! — проворчал Кирилл и резко запустил свою руку под мою пижаму.

—Что ты делаешь?! — вскрикнула я, пытаясь отползти назад.

—Щекотка? — ухмыльнулся Кирилл и начал пытать меня щекоткой.
 

«Всё меняется. Чужие становятся родными. Родные чужими.
Друзья превращаются в прохожих.
Любимые в знакомых».

Ф. Достоевский

Вечер субботы обещал быть домашним. Я сидела за барной стойкой на кухне, перечитывая учебники перед экзаменами. У меня мандраж. Мне все время кажется, что я что-то не доучила. В понедельник я вытяну несчастливый билет. Всё! Прощай моя карьера дипломата. Казалось бы, выходной день, а я зубрю с утра до ночи. Кирилл обижается, что я даже перестала с ним разговаривать. Ладно разговаривать, больше всего он ворчит из-за отсутствия, кхэм, «клубнички». Господи, не маленькая, а все равно стыдно называть вещи своими именами. Тедди бегал под стулом, пытаясь обратить на свою персону внимание. Даже моего красавчика обделила. Каждого обязательную порцию ласки не выдали.

Я планирую стать затворником на эти две недели. С целью максимизации своих усилий все соцсети полетели к чертям из моего телефона. Бывает откроешь «Тик Ток», так два с лишним часа драгоценного времени спустишь в никуда. Так не пойдет. Никакой Тинки, Михи и даже Кати. Я всех предупредила, что засяду за учебники. Никаких помех. Идем за красным дипломом!

Нарушил мои планы телефонны звонок. Я нехотя взяла трубку. Голоса, звонившего я не узнала. Если мне хотят одобрить кредит, ипотеку, дать займ под несусветные проценты или кредитную карточку я выключу свой телефон до вторника. Звонивший долго молчал, затем все-таки подал голос:

«Лера, привет. Это Валя, узнала?» — сказала моя бывшая одноклассница.

Класс, как я вышла замуж за Кирилла Шведова, мои чикнутые одноклассницы, поливавшие меня грязью за моей спиной, удостоили даже сами звонят. Почему-то я рассердилась. Не хочу слышать этих людей.

«Привет. Что хотела? Я в магазине на кассе. Не могу долго говорить.» — соврала я, желая узнать, чего Валя нужно.

«Сегодня в шесть в нашей школе будет встреча выпускников. Приходи и ты.» — не обрадовалась моему тону Валя.

Зашибись, меня зовут на оргию. Только я не сектант. Я скромный дипломат. Первое, что пришло мне на ум, — грубо отказать. Меня всегда дразнили в школе. По иронии судьбы именно Валя, потакавшая Милене, а теперь она звонит и приглашает на встречу выпускников. Поборов свою старую обиду, я пораскинула мозгами и спросила:

«Маша придет?»

«Да, мы ей звонили.» — раздраженно ответила Валя.

«Мы придем.» — быстро ответила я и положила трубку.

Кирилл валялся на диване, бороздя просторы интернета. Я плюхнулась рядом, довольно улыбаясь. Мое лицо говорило само за себя. Сегодня будет что-то интересненькое. По крайней мере больше, чем просто вечер у телевизора. Мой муж тут же отлип от телефона и уставился на меня.

—Мы куда-то собрались, моя Зайка? — хитро ухмыльнулся Кирилл.

—Что ты думаешь по поводу встречи выпускников? — ещё шире улыбнулась я.

—Хм, дай-ка подумать. — задумался Кирилл, при этом притянув меня к себе. — Я слишком часто прогуливал.

—Хулиган! — захихикала я и прилезла обниматься. — Тогда, ты просто обязан пойти со мной этим вечером. Или ты отпустишь меня одну?

—Ты говорила, что ненавидишь школу из-за Милены. — с любопытством пробубнил Кирилл. — Почему ты решила пойти?

—Потому что у меня всё-таки была одна подруга, которой я очень дорожила. — тяжело вздохнула я и принялась объяснять Кириллу. — Пусть мы учились вместе в лицее, куда кого попало не берут, она была из бедной семьи. Вообщем, родители развелись. Отец их бросил и ушёл к другой женщине, и её маме пришлось тяжко. После школы я переживала за неё. Она мне первое время писала, а потом перестала.

—И ты хочешь увидеться с ней? — Кирилл убрал прядь волос с моего лица. — И ещё ты хочешь, чтобы мы пошли вместе?

—Да, Кирюш, хочу. — закивала я и ласково добавила. — И с Машей увидеться хочу, и с тобой пойти хочу. Куда я без тебя.

—Я пойду с тобой, если ты скажешь, что хочешь похвастаться своим мужем-красавчиком. — заиграл бровями Кирилл.

Я обвила шею Кирилла двумя руками, невинно поцеловала его в щечку и, глядя в ему в глаза, прошептала:

—Конечно, я хочу тобой похвастаться. Все мои одноклассницы будут локти кусать, какого симпатягу я себе в мужья отхватила.

—М-м-м, мне нравится твой боевой настрой. — бросил Кирилл и украл у меня ленивый поцелуй, затем взглянул на меня глазами озорного мальчишки, задумавшего пакость. —Собирайтесь, готовьтесь, Принцесса. Мы идём утирать им всем носы.

—Что ты удумал? — хитро посмотрела на Кирилла я. — По глазам вижу, мне должно понравиться.

—Правильно видишь. — потянулся Кирилл и оторвал свою пятую точку от дивана. — Собираемся, госпожа Шведова.

Я подошла к Кириллу и игриво провела пальчиком по его груди, рисуя на ней хаотичные узоры. Он напрягся, тяжело задышал. Готов к нападению на меня. Я подняла глаза на Кирилла. Улыбается, как немецкий заговорщик.

—Господин Шведов, я в долгу не останусь. — подмигнула Кириллу я и по взмаху волшебной палочки отстранилась. — Через полчаса выходим.

Кирилл опомнился не сразу. Думаю, его буйное воображение уже нарисовало пошленькие картинки, которые пришлись ему по вкусу. Я поспешила смыться, пока он не уволок меня в кровать или на диван. Плюс, сам факт того, что мы решились на ребёнка, упрощает нашему Зорро задачу. Не надо бегать за презервативами. Эм, о нашей личной жизни я могу лишь сказать, что мы перепробовали много разных мест, иначе это превратятся в пародию на «Пятьдесят оттенков серого». Мы не настолько озабоченные. Совсем нет!

Я закрыла от Кирилла дверь и начала краситься. Так, ничего особенного: тушь, тени, тональник и помада. Мне хватило пятнадцати минут. Дальше наряд. Что надеть? Я открыла шкаф. В этот момент вошёл Кирилл и встал рядом, задумчиво разглядывая платья на вешалках, затем посмотрел на меня и сунул в руки маленькое чёрное платье длины два пальца от коленки и откровенным верхом с сеткой. Мой муж не против таких образов, хотя его подбешивает, когда на меня пялятся другие мужчины и даже пытаются найти повод со мной заговорить. Тем не менее, он любит подбирать мне наряды. Я только рада. Дело не в том, что ему не нравится, как я одеваюсь. Кирилл знает, что я буду долго перебирать шкаф и расстраиваться, что мне нечего надеть. Он упрощает нам обоим жизнь. В довершение к образу я взяла золотистые босоножки, клатч в цвет туфель и накинула на плечи драповый объемный пиджак, чтобы не замёрзнуть. Кирилл натянул на себя белую рубашку, оставив расстегнутыми две последние пуговицы, чёрные брюки и клетчатый выходной пиджак.

Я заметила, что лацканы пиджака немного замялись, и подошла к Кириллу их поправить. Ох, мой любимый свежий запах с нотами сладости. Одеколон, которым уже давно пользуется Кирилл, меня заводит.

—Ты опять за своё. — хмыкнул Кирилл и прошептал мне на ушко. — Когда ты так близко, мне хочется только уволочь тебя в кровать и никуда не отпускать от себя.

—Тебе всегда будет мало, не так ли? — пробормотала Кириллу в ответ я. — Всегда, не так ли?

—Всегда. — коротко буркнул Кирилл и незаметно для меня приблизился к моим губам.

Когда он целует меня просто потому, что так хочет, я летаю. Кирилл не романтик, я — тоже. Атмосфера в спальне изменилась. За секунду появилось волшебство уютного субботнего вечера, настраивая нас на нужную волну. Кирилл очень чувствителен к окружающей его обстановке. Возможно, на работе, когда дело доходит до напряженных переговоров, по нему и на скажешь, но он тяжело переносит стрессовые ситуации. Поэтому дома я стараюсь создать для Кирилла максимально спокойную и тихую гавань, где можно отдохнуть. Казалось бы, кудрявый, серьезный красавчик, а на самом деле такой нежный.

Кирилл начал меня целовать, скользя рукой по моей спине. Нет, пора на встречу выпускников.

—Не-а, мы идём. Кстати, опаздываем. — отстранила я Кирилла. — Кирюш, потерпи немножко. Мы вернёмся, и я все компенсирую.

Недовольно бурча, Кирилл угомонился и, взяв меня под руку, вышел из дома. В машине мы обсуждали предстоящий выпускной. Интереснейшее и долгожданнейшее событие. Как забавно, я еду на встречу выпускников, когда заканчиваю МИД. Ирония? Возможно. Не сказать, что я рада. Я просто хочу увидеть Машу. Может, ей нужна помощь? Только подумаю о встрече с Машей, так начинаю сгорать от нетерпения. Моя единственная школьная подруга!

Видимо, я начала ерзать на месте. Кирилл это заметил:

—Ты чего? Нервничаешь? — протянул он.

—Нет, в предвкушении. — закивала я и с любопытством продолжила. — Кирюш, а как ты себя вёл в школе?

—Я был драчуном и почти двоечником. Меня постоянно вызывали к директору вместе с родителями, за что отец все время надирал мне зад ремнём. — усмехнулся Кирилл. — Я не хотел учится и в институте. Часто прогуливал пары. Однажды даже хотели отчислить, но вмешался отец и приплатил ректору. Я до сих пор думаю, если бы папа постоянно не давал мне по башке, ничего путного из меня так и не получилось.

—Драчун и шалунишка, значит. — протянула я и, едва сдерживая смех, заключила. — Что мы имеем? Зубрилку и хулигана. Ой, какое комбо! Не представляю, сколько проблем нам доставят наши дети.

—Мда, чувствую, в кабинете директора мы будем бывать, как на планерке в офисе. — не обрадовался перспективе Кирилл и тяжело вздохнул. — Все равно детей любят не за оценки, иначе бы мой отец давно отправил меня в армию, хотя пару раз он порывался.

—Нет! Тогда мои любимые кудряшки сбреют! — с сарказмом воскликнула я и замотала головой. — Я этого не переживу.

—Зайка, а кое представление обо мне у тебя сложилось? Я имею ввиду школу. — с неподдельным интересом в глазах уставился на меня Кирилл.

—Ну, весь такой первый красавец школы. Не медалист, но и не двоечник. Все девчонки от тебя тащатся и падают в обморок при одном твоём взгляде на них. — задумчиво проговорила я, глядя на Кирилла. — По тебе и не скажешь, что ты в школе двоечник. По тебе золотая медаль плачет!

Кирилл помедлил. Он помолчал немного, силясь в чём-то признаться. Я что-то не так сказала? Порой есть темы, которых я специально не касаюсь, чтобы не расстраивать Кирилла. Например, его отец. Кирилл им гордится. Он всегда старается быть похожим на него. Но есть что-то, чего я не знаю, о чем сам Кирилл не хочет либо боится мне рассказать. Я не тороплю и не настаиваю, ведь у нас у всех должно быть личное пространство. Хранить секреты — это нормально. Тем более, в каком-то плане Кирилл избегает разговоров о своём отце. Что-то его гложет. Никак не даёт покоя. Я давно это заметила. Ладно, пусть будет так, как есть.

Кирилл ничего мне так и не ответил. Он углубился в свои мысли. Не буду беспокоить. Я просто прикрыла глаза в тишине. Тишина. Только шум дороги и негромкая музыка в салоне автомобиля. Комфортно. Москва — красивый, ухоженный город. Сколько смотрю в окно, никак не могу налюбоваться, будто ребёнок из глубинки. Этот город не устаёт приводить меня в восторг. Я люблю Москву. Я всегда буду её любить. Знаете, будучи ребёнком, рождённым от союза англичанки и русского, меня часто спрашивают, где мне нравится больше: в России или в Англии. На мой взгляд странно задавать такой вопрос человеку двух культур. Честно, я и сама не знаю и никогда не дам вам четкий ответ. Я люблю Англию за атмосферу, а Россию — за людей. От отца мне присуща его строгость нрава, поэтому приятней, конечно, в Москве.

Машина остановилась на парковке возле моей школы. Я бросила взгляд на современно здание и испытала некоторое нежелание туда идти, прям как в детстве. Слишком много плохих воспоминаний, но там Маша. Я пришла только ради неё. Кирилл закрыл машину и взял меня за руку. Хитро улыбнувшись, он без слов сообщил, что мы просто обязаны войти красиво. Я кивнула ему в знак ответа. Да, пора показать всем этим уродам, которые издевались надо мной по приказу Милены, каким человеком я стала. Неосознанно моя спина выпрямилась. Походка стала уверенней. Действительно, я бывала на сходках и похуже. Не отправлять же Кирилла одного в всевозможные рассадники крыс и гадюк. Мой мужчина слишком не стрессоустойчивый, хотя ведёт себя как царь.

В школе ничего не изменилось. Проходя по коридорам до актового зала, я столкнулась с парочкой своих одноклассниц. Они были не одни. Замужем. Их реакция меня поразила. Шарахнулись, как черт от ладана. Странно, но не особо важно. Мда, оживленненько сегодня. Приперлась вся параллель. Моя классная руководительница обнималась со всеми и радостно лепетала, как мы все выросли. Завидев меня, она вскинула руки и замерла в удивлении. Как на это отреагировала я? Никак. Кирилл же издал нервный смешок и шепнул мне:

—Зайка, они тебя не любят или тихо ненавидят? Это принципиально важные вещи.

—Скорее первое. — чуть скривилась я в брезгливой улыбке и, оглядев зал, добавила. — Пожалуй, некоторые меня и правда ненавидят, но какая мне разница? Мне все равно на них.

—Правда-правда? Эти уроды никак не расстроят мою Зайку? — слегка раздраженно спросил Кирилл. — Предлагаю обменятся контактами с твоей подругой и вернуться домой. Что скажешь?

—Звучит заманчиво, но хоть ненадолго мы здесь останемся. — заявила я с неимоверно умным видом. — Все должны увидеть самого обаятельного мужчину в этой школе.

—Льстите мне, госпожа Шведова. — усмехнулся Кирилл. — Как Вам не стыдно.

—Зачем скрывать, когда все видно? — с иронией сказала я и направилась к своей классной руководительнице. — Пойдем здороваться.

Кирилл неохотно последовал за мной, скрывая свое недовольство всеми известными ему способами. Меня не проведешь. Он в принципе был не в восторге от моей школы. Нет, не так. От людей, с которыми я, к сожалению, имела честь учиться. Классный руководитель принялась обниматься со мной, переборов то самое неприятное удивление. Почему? Спросите меня вы. Потому что я была паршивой овцой в классе. Я доставляла ей много проблем в виде моего требовательного и строгого отца, который желал знать о моей жизни все. На самом деле мы просто не ладили. Это связано с личной неприязнью друг к другу и ничем иным. Не нравится человек. Хоть стреляй!

Спустя пять минут, классуха провела целый блиц-опрос. Не буду описывать её внешний вид. Думаю, заурядного учителя русского языка и литературы, озлобленного жизнью из-за неудач на личном и маленькой зарплаты, вы можете себе и сами представить. Все вопросы так или иначе касались Кирилла. Прикольно, да? Он скорчил недовольное лицо и резко прижал меня к себе, как только к нам приблизилась толпа любопытных зевак. Я теряла законные матры личного пространства все потому, что моим одноклассникам хотелось рассмотреть нас поближе. В Америке за это на кол посадят. Кирилл заслонял меня с собой. Через минуту мы окончательно поняли, что пришло время уходить. Я пыталась придумать путь к отступлению. Напряженная обстановочка. Плохо! Вдруг нас окликнули:

—Кирилл! Лера!

Мы с Кириллом переглянулись. Чуть ли не на крейсерской скорости к нам в парадном костюме приближался Филя. Скромное семейство Шведовых выпучило на него глаза. Кирилл застал в «легком» изумлении. Я же шепнула ему на ухо:

—Что здесь забыл Филя? Вы же с ним одну школу заканчивали!

—Вот сейчас у него и спросим. — буркнул мне Кирилл и крепко обнялся с другом.

—А вы как здесь? — немного занервничал Филя, озираясь по сторонам. — Пойдемте, я вас познакомлю с Машей. Кирилл, тебе про нее рассказывал?

—Погоди, с Машей!? — вытаращилась на Филю я и переспросила. — С Машей Романовой?!

—Да, есть какие-то проблемы? — замялся Филя.

—Филя, тебе очень повезло с девушкой. — хитро улыбнулась я. — Мы как раз с Машей повидаться пришли.

—Вы знакомы? Давно? — снял очки Филя и устало потер глаза. — Лерка, хоть ты ей объясни, что я серьезно настроен, а не как Олег.

—Школьные подруги, знаешь ли. Лучшие! Но потом я потеряла с Машей связь. — призналась я и схватила Кирилла по крепче за руку. — Кирилл рассказывал, что у вас все сложно. Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте?

—Эм, Маша думает, что я, как все, бездушный мешок с деньгами. — отвел глаза Филя и расстроено продолжил. — А я серьезен. Я собираюсь на ней женится даже не из-за ребенка. Мне Маша нравится, не хочу её отпускать.

—Видишь, совсем голову потерял от этой вашей Маши. — усмехнулся Кирилл и похлопал Филю по плечу. — Не переживай, мы её мигом переубедим.

—Три года назад кто-то Лерой откровенно бредил. — язвительно бросил Филя. — Уже забыл?

—Кто бы говорил, я хотя бы не ныл, что Лера меня не любит, и действовал. — закатил глаза Кирилл уже жёстче.

—Мальчики, не ссорьтесь. — не дала этим двоим поругаться я. — У каждого методы разные. Вот Кирилл, например, не умеет так галантно ухаживать за девушками, как ты, Филя. У каждой вкусы разные.

—Правда? — воодушевился Филя.

—Эй! Это кто о тебе не заботится! — возмутился Кирилл.

—Чистая правда. — закивала я, игнорируя возгласы Кирилла.

—Ну ладно, пойдемте. Маша там одна. Не хорошо её оставлять. — заулыбался Филя.

Я ущипнула Кирилла за локоть. Он замолчал и обижено надул губы. Правильно говорят, что мальчики до сорока все еще такие мальчики. Ох, я не хотела его обижать. Чуть замедлившись, я клюнула Кирилла в щечку и ласково прошептала:

—Я люблю кудрявых плохишей, но Филя об этом не должен знать.

Знаете, что сделал этот гений? Он остановился и поцеловал меня при всех! При Маше! Она стояла и наблюдала за нами. Боже! Губы Кирилла такие сладкие. Не хочу, но должна отлипнуть. Дилемма на ровном месте! Так и быть, отвечу. Я закинула руки Кириллу на спину. Он довольно причмокнул и отстранился от меня, с самой довольной улыбкой. Здорово, я прощена. Даже как-то совесть отпустило. Краем глаза я заметила, как мои злобные одноклассницы смотрели на нас с гримасами лютой ненависти и черной завести. Пусть так.

Кирилл взял меня под руку и, как ни в чем не бывало, продолжил путь до Маши. Она стояла в объемном платье, которое никак не могло похвастаться своим качеством. Неужели Филя не сводил её по магазинам? Точно, это Маша горделиво ничего не приняла у него. В каждой девушке скрывается своя маленькая феминистка. Моя, например, уже давно привыкла, что, сколько бы я ни упиралась и ни отказывалась, пытаясь быть самодостаточной, Кирилл все равно купит и сделает. В любом случае это еще раз доказывает, что Маша не доверяет Филе. Это плохо.

Мы подошли совсем близко. Маша выглядела все так же: брюнетка с зелеными глазами. Только взрослее. Точно, все-таки пять лет прошло. Я обняла Машу. Она меня в ответ. Узнала! Какое облегчение. Завидев Кирилла, она сжалась, неловко отступила назад к стене, словно ягненок среди волков. Ей, очевидно, не приятно общество двух «богатеньких мальчиков» в один вечер. Она их боится.

—Мальчики, мы не на долго выйдем подышать свежим воздухом. — бросила я, взяв Машу за руку. — Душно тут как-то.

—Лер, а ты не беременна? Чего это тебе душно стало? — остановил меня Кирилл, зашептав. — Ты делала тест?

—Дурень, совсем ситуацию не понимаешь? — закатила глаза я, указав на Машу, и едва сдержалась, чтобы ему не треснуть.

—П-понял. — нервно сглотнул Кирилл.

—Молодец. — буркнула я и потащила Машу к выходу.

Мы сели на лавочке у школьного крыльца. Погода отменная. Июньский ветерок дул нам в лицо. Свежо! Теплые летние ночи такие, как эта, мне по душе. Веет воспоминаниями. Маша шумно вздохнула и вытянула ноги. Она устала. По ней видно.

—Как ты, Лера? — спросила неожиданно Маша. — Твой отец до сих пор ходит под каблуком у мачехи?

—Не знаю, три года уже с ним не общалась, как я ушла из дома. — непринужденно сказала я. — А ты как?

—Я всем говорю, что замечательно, но на самом деле не очень. — натянуто улыбнулась Маша. — Почему ушла из дома?

—Потому что Ирина собиралась выдать меня замуж за сексуального маньяка. Скандальная история. Ты могла о ней слышать. — отмахнулась я. — Кирилл сказал, Филя пытается на тебе жениться. Это ты называешь «не очень»?

—А ты хорошо знаешь Филиппа Эдуардовича? — замялась Маша и сквозь зубы сказала. — Это он из-за ребенка.

—Эм, я живу с Кириллом Сергеевичем в законном браке уже три года и Филиппа Эдуардовича знаю столько же, а Кирилл даже дольше! — с набивной серьезностью проговорила я и уже с усмешкой прошептала Маше на ушко. —Именно поэтому наша квартира каждый месяц превращается в спорт-бар. Это еще то зрелище.

—Правда? Но они же могут купить любую. Как ты вообще можешь жить с таким человеком? — воскликнула Маша. — Они же все одинаково бездушные!

Значит, Маша так плохо думает о Филиппе и Кирилле. Я расстроилась. Она заблуждается. Кирилл и Филипп не заслуживают того, чтобы о них так плохо думали.

—Нет, не правда. Бездушный человек не закроет собой, когда в тебя собирается выстрелить чокнутый наркоман. — с теплотой проговорила я.

—Что? В тебя стреляли? — вытаращилась на меня Маша.

—Кирилл тогда чуть не погиб. Я до сих пор не могу забыть, как он без промедления оттолкнул меня, как у него медленно гасли глаза. На самом деле Кирилл только на первый взгляд весь такой серьезный. На самом деле он любит много смеяться и улыбаться. — сказала я. — Не равняй всех под одну гребенку. Уверена, ты и сама знаешь, что Филипп не такой.

Маша замолчала, задумалась. Она должна понять. Не глупая.

—Ты права. Филипп Эдуардович не такой. Просто не серьезно это все. — с досадой проговорила Маша. — Лер, сама подумай, зачем ему я такая? У меня ни образования, ни приличной семьи.

—А я лучше, что ль? С чокнутой мачехой и неадекватным папашей. Кому мы такие надо? — с иронией проговорила я, а потом мне пришла в голову идея. — Я звоню Кириллу.

—Зачем? — тяжело вздохнула Маша.

—Вот у него сейчас и спросим зачем я ему такая. — хитро улыбнулась я.

—Не надо! — смутилась Маша. — Еще поссоритесь из-за меня!

—Последний раз мы с ним ссорились из-за того, что готовить на обед: плов или борщ. — в голос рассмеялась я, набирая Кирилла. — Сейчас вызовем.

Пошли долгие гудки. Кирилл взял через минуту. Я включила громкую связь:

«Слушаю, моя Зайка. Ты наговорилась со своей подругой и готова ехать домой?» — довольно выдал Кирилл.

«Не совсем. Ты не мог бы выйти на улицу. Ответишь нам на один маленький вопросик.» — пролепетала я.

«Один? Филя тут уже сопли на кулак наматывает. Можно я его спою?» — уточнил Кирилл.

«Филя нам пока нужен трезвым. Не вздумай! Как мы его домой потом транспортировать будем!?» — воскликнула я.

«Слушаюсь, госпожа Шведова! Я сейчас выйду. Один.» — засмеялся Кирилл.

Маша находилась в легком шоке от услышанного разговора.

—Да, у нас всегда так. — ответила на негласный вопрос Маши я.

Мы немного подождали Кирилла. Он появился на крыльце буквально минут через пять и поверх моего пиджака накинул еще и свой.

—На улице прохладно. — сказал Кирилл. — Спасибо, что освободили меня от этого нытика.

—Эй, не делай Филе антирекламу! Он же твой лучший друг. — захихикала я и вернулась к теме. — Ответишь на вопросик?

—Давай. — засунул руки в карманы Кирилл.

—Вот смотри. Ты на мне женился несмотря на то, что у меня чикнутая мачеха, деспот-папаша и идиотка-сестра. Как ты меня терпишь со всем эти багажом? — по пальцам перечислила я.

—Вот смотри. В мире стерв, проституток и «Барби» ты была, как алмаз. Добрая. Искренняя. Заботливая. Красивая. — с горделивым видом выдал Кирилл. — Мне еще надо следить, чтобы тебя не увели, а то уже один раз похищали. На твоего отца я давно забил. Он нам ничего не сделает. Мы тоже не лыком шиты.

—Слышала? Кирилл — эксперт. — довольно заулыбалась я. — Филя, может, с виду сухарь сухарем, но…

—В душе он еще тот нытик. — закончил за меня Кирилл. — Маша, ты учти, что найти адекватную жену — это та еще проблема.

—Правда? — пробормотала Маша. — Филипп Эдуардович хочет на мне жениться не из-за ребенка?

—Просто Филя-простофиля. — поправил Кирилл и показал поднятый палец вверх. — Мы тут с Лерой спорили, что Филя никогда не женится. Он не из тех, кто заводит случайные связи. Он даже меня переплюнул.

—Не обращай внимание. Кирилл просто бесится, что у вас с Филей будет ребенок, а он все это время побивал рекорд по трудоголизму. — захихикала я.

—Ничего, мы это исправим. —гордо заявил Кирилл.

—Вы хотите? — переспросила Маша и негодующе покачала головой. — Лер, зачем тебе это? Крики, визги, пеленки. Я бы на вашем месте еще пожила для себя.

—А мы уже достаточно пожили для себя и хотим. Очень хотим, потому что мы — семья. — улыбнулась Кириллу я, и он ответил мне тем же. — И мы морально готовы ко всем крикам и визгам. Маш, если ты боишься отвественности, лучше обсуди этот вопрос с Филей.

—Да, наверное. — пробормотала Маша. — Правда, как у вас все равно не будет. Вы хорошо ладите.

—Не надо, как у нас. Надо, чтобы у тебя было все как у тебя. — я взяла Машу за руку. — Дай Филе хотя бы шанс. Не получится, он все равно тебя не бросит. Да, Кирюш?

—Подтверждаю. — с умным видом закивал Кирилл.

Маша прикусила нижнюю губу и задумалась, опустив глаза. Ох, эти мысли, которые она пыталась скрыть. Я знаю какого не быть способной решиться на что-то крайне важное. Это желание попробовать и страх провалиться, так и не оправдав своих же надежд. Я могу сказать Маше, что боятся — нормально. Могу. Но это будет означать, что я пытаюсь навязать ей свое мнение. Такие вещи люди должны решать сами. Да, это нелегкий выбор и правильного ответа не знает никто. Жизнь — это не школа, где можно сделать ошибку в тесте. Жизнь — это борьба.

Я встала и подошла к Кириллу. Он по-собственнически обвил мою талию рукой. Запахло моим любимым одеколоном. Уютно. Я расслабилась и прижалась плотнее. Обратив внимание на Машу, я заметила, что она смущенно смотрит на нас. Что? Эти искорки в глазах! Маша хочет так же.

—Филя против не будет, если ты пойдешь и обнимешь его. — пробормотала я. —Видишь, они не кусаются.

—Если ты почешешь за ушком, я еще пофырчу, как Тедди. — довольно пробубнил Кирилл. — Но в Филю такая опция не встроена.

—Да, вы правы, я пойду. — уверенно вскочила на ноги Маша и зашагала к крыльцу. — Спасибо огромное!

—Позвони мне! — крикнула Маше в след я. — У Фили есть мой номер. Или в «Вк» напиши!

—Ладно! — обернулась Маша и умчалась в школу.

Кирилл подхватил меня на руки. Я от неожиданности взвизгнула и тем самым обратила на нас внимание прохожих. Вцепившись в Кирилла, я забормотала:

—Господин Шведов, поставьте, где взяли.

—Я не потащу тебя к твоему папе домой. — усмехнулся Кирилл и уволок меня до парковки.

Пока Кирилл бережно тащил мою тушку, прохожие откровенно пялились на нас. Мда, я, конечно, привыкла, что девушка шепчутся при одном взгляде на моего мужа, но в этот раз гвоздем программы была я. Только стоя у машины, Кирилл соизволил поставить меня на место. Фух, этот «добрый вечерочек» наконец закончился. Я с облегчением выдохнула и собиралась дунуть за ручку и отрыть дверь, но не тут-то было. Меня снова окликнули:

—Лера!

Я, сдерживаясь, чтобы не закатить глаза, обернулась. К нам подходил Игорь — моя школьная первая любовь. Сколько лет я тайно сохла по нему, пока он встречался с Миленой и знал о моих чувствах? Под выпускной ему рассказала Милена. Меня отшила на выпускном у всех на глазах, когда я осмелилась подойти и пригласить Игоря на медляк. Он ничего криминального не сказал, просто отказал. За него добавила Милена, и Игорь промолчал. Это было ужасно. Как мне казалось, самая большая трагедия в моей жизни. Я ошибалась.

По характеру Игорь чем-то отдаленно напоминает Кирилла. Нет, ошибочка, он такой же тактичный, как Кирилл, а в остальном они небо и земля. Даже внешне — полные противоположности. Игорь брюнет с серыми глазами. Глядя на него сейчас, я могу только гадать, что мне могло в нем понравиться? Заурядный парень в строгом костюме. Серость и посредственность! То ли дело стоит мой Кирилл в белой рубашке при своих шикарных кудрях.

Как выяснилось чуть позднее, Игорь на парковке не один. С ним приперлась Милена с подруженциями. Какая встреча! Кирилл напрягся. Один видок Милены чего стоил. Ох уж эти шпильки и коротенькое платье.

—Оделась, как на пилон. — шепнул мне Кирилл. — Кто это с ней?

—А это моя первая любовь. Знакомься, это Игорь. — с сарказмом проговорила я.

—Зайка, что ты в нем нашла? — раздраженно проговорил Кирилл, скривив бровь.

—Сама уже не знаю. — шепнула в ответ я. — У меня, видать, были проблемы со вкусом.

—Я не хочу обижать твой вкус, но согласен. — закивал Кирилл, горделиво выпятив грудь вперед.

Ой, не к добру это. Кирилл напоминал петушка или павлина, распушившего свой шикарный хвост. Нужно уносить ноги, пока я не стала свидетельницей петушиных боев. По Кириллу видно, что он не прочь помериться с Игорем силами. Разнимать этих двоих точно буду не я. Тем временем, Милена подошла к нам поближе:

—Давно не виделись, сестренка! — приветливо сказала она. — Вы тоже только приехали?

Еще бы столько тебя не видеть. Ох, как же меня это бесит.

—Мы уже уходим. — ответил за меня Кирилл. — Приятного вечера.

—Как? — удивился Игорь. — Я надеялся, пригласить тебя, Лера, на медляк.

Игорь окинул меня взглядом. Понравилось. Раньше я была плоской доской, сейчас же там, где надо немного подросло, и я стала выглядеть намного сексуальнее. Могу сказать, что девушки хорошеют от любви. Это правда.

На танец он меня приглашать вздумал. Я не забыла выпускной.

—Нет, я танцую только со своим мужем. Полагаю, Кирилл — лучший танцор. — хитро улыбнулась я, подавая знак Кириллу.

—Извини, но место занято. — пожал плечами Кирилл. — Вы что-то еще хотели?

—Да. Как дела? — не отцеплялась Милена. — Папе очень интересно знать, все ли у вас хорошо?

—Как видишь, не жалуемся. — съязвил Кирилл. — Андрей Викторович мог бы и сам позвонить.

—Надеюсь, мы ответил на твой единственный вопрос, сестренка. — отмахнулась я и потянула Кирилла к машине. — Передавай папе привет.

—Ладно, обязательно передам. — немного притихла Милена, явно рассчитывавшая на более теплый прием, и помахала нам рукой. — Хорошего вечера.

—И тебе. — бросила я и села в машину.

Кирилл тронулся. Я уткнулась на спинку кожаного сиденья. Хочется спать. Сегодня был эмоционально тяжелый вечер. Отвыкла я от напряжения. Первые пять минут мы дружно собирались с мыслями, затем я из чистого любопытства спросила:

—Мою первую любовь ты уже видел, а как выглядела твоя?

—Я был глуп и слеп. — неоднозначно ответил Кирилл. — С пятого класса я по уши втюрился в свою соседку по парте. Цветы и подарки ей носил вплоть до одиннадцатого.

—А потом? — медленно отвисала моя челюсть.

—А потом она сказала, что я не в её вкусе и уехала учиться в Лондон. — с тяжелым вздохом ответил Кирилл. — Если так повспоминать, то в ней тоже не было ничего особенного.

—А моя первая любовь отшила меня на выпускном, когда я хотела потанцевать. — развела руками я. — Но сегодня я еще раз убедилась, что ты самый лучший.

—Как думаешь, Филя делает правильный выбор? — с тревогой сказал Кирилл. — Эта Маша вроде ничего, но не превратиться из нее со временем избалованная принцесса?

—Это вряд ли. — успокоила Кирилла я. — Маша не из тех, кто меряет толщиной кошелька. Скажем так, её отец очень состоятельный человек. Денег у него чуть меньше, чем у тебя, а вот её мама была простой секретаршей. Чувства остыли, и отец Маши их бросил и женился на женщине своего круга. О Маше он даже вспоминать не хочет, поэтому она так предвзято к Филе и относится.

—Понятно. — с облегчением протянул Кирилл. — Тогда, пусть устраивают дальше сами свою жизнь. Чем смогли, мы помогли.

—Что верно, то верно. — ответила я и громко зевнула.

—Потерпи, сейчас до дома доедем и спать. — пробубнил Кирилл. — Поспи пока в машине.

—Угу. — кивнула я и прикрыла глаза.

Я проснулась на парковке. Кирилл пытался осторожно вытащить меня из машины, но все-таки своим ходом лучше. Поднявшись в квартиру, мы разделись. В душ я убежала первой. Кирилл развалился на диване, почесывая Тедди. Теплая вода расслабляла. Клонило в сон еще сильнее. Я намылила голову, задумалась о Маше и Милене. Почему она так любезничала со мной? Подозрительно. Меня это тревожит. Странное предчувствие пронзило грудь, будто иглой. Не к добру.

Никто не ожидал, что медленно ко мне подкрадется Кирилл. Он залез сзади и обхватил мои плечи двумя руками. Я слишком устала, чтобы сопротивляться. Что Кирилл творит? Он проводил двумя пальцами по моему позвоночнику, считая каждый позвонок. Хочу. Чего я больше хочу? Спать? Или своего мужа? Желание Кирилла победило сон. Я не стала оборачивать. Просто расслабилась и поддалась на весьма настойчивую провокацию. Кирилл ухаживал за мной сам. Ласкал языком. Целовал. Гладил руками, прижимая к стенке, а потом взял решительно и деликатно. Сколько я не кормила своего котика? Недели две уже?

Да! Я так этого хотела. Сгорала от нетерпения. И вот Кирилл сново близко. Я будто провалилась в толщу воды. Я закричала от удовольствия. Кирилл оперся двумя руками о стену и издал стон блаженства. Один. Второй. Третий. Он больше не использовал защиту, и ему это явно доставляло куда большее удовольствие.

Вода смывала с нас пот, но никак не усталость. Когда Кирилл отстранился, я поняла, что все те эмоции, которые он заставил меня испытать, выпили остатки энергии. Глаза слипались. Спать хотелось настолько, что я готова была прямо в ванной залечь. Кирилл искупал и вытащил меня, высушил волосы феном и, завернув в халат, отнес в кровать. Что за заботливый муж?

Прошла пара недель

Сегодня такой чудесный день! Солнце било в панорамные окна. Кирилл забыл задернуть шторы. В принципе ему было не до того, согласна. Он занимался мной. Под прикрытием делал мне расслабляющий массаж, а потом и не только. От сидения у меня правда спина уже болит. Нужно отметить, Кирилл исключил себя из рядов трудоголиков, хотя темпы развития его бизнеса не замедлились. Он аргументировал это тем, что перекроил свой рабочий день. Теперь с бумажками мается исключительно по утрам. Даже пришлось поучаствовать в переговорах по заключению сделки. Теперь такие мероприятия проводятся вечером. Пришлось отпрашиваться из МИДа. На что только не пойдёшь ради любимого мужа.

Ой, какой сегодня день? Уже в обед я стану квалифицированным дипломатом! Столько крови попил у меня диплом и госы, но это того стоило. Сейчас я чувствую эйфорию, будто монстра завалила. Кирилл пообещал прийти на вручение диплома. Сейчас он на работе. Тедди спал на соседней половине кровати. Не хочу вставать, а нужно, иначе в салон красоты опоздаю. Большой день, как никак. Я перевернулась с одного бока на другой, недовольно постанывая. Как вы уже поняли, ни Кирилл, ни я не выспались. Мы предприняли очередную попытку для рождения ребёнка, ибо более чем успешно экзамены сданы. Я не сижу, как на электрическом стуле. Представьте, что бы было, если бы меня в это время донимал ещё и токсикоз. Ничего хорошего, поэтому мы приняли решение начать именно сейчас. Первым делом я иду наивно делать тест. Конечно, вряд ли он покажет две полоски. А вдруг? Увы, мимо. Я даже немного расстроилась. С Кириллом сегодня ночью было прекрасно. Кто бы мог подумать, что без защиты столько новых ощущений. Нам понравилось. Сам Кирилл говорит, что без обертки конфету есть вкуснее. Я его понимаю.

Тедди скулил и не хотел, чтобы я уходила. Прости, мой красавчик. Я переоделась в праздничный деловой костюм. Я влюбилась в него в магазине, когда мы с Кириллом гуляли. О этот клетчатый костюм! Кирилл сказал, что выгляжу очень сексуально, поэтому берём. Я схватила в руки сумочку и попрощалась с Тедди. Он так жалобно на меня смотрел. Куплю ему косточку. Так, на укладку. Да, все тот же салон красоты рядом с домом. Я так полюбила его, что теперь, когда мне нужно быть при полном параде, обращаюсь только туда. Мне завили кудряшки. Сделали красивый макияж. В этот раз у меня алые кубы. Не красные. Именно алые. К старому корпусу МИДа я подъехала немного с опозданием. Кирилл уже заждался. Он стоял с огромным букетом розовых роз. Мои одногрупницы пялились на моего мужа и перешептывались. Боже, какой Кирилл был обаяшка в белой рубашке и брюках. Я подошла к нему и взяла за руку. Мое! Нечего пялится на чужое! Своё ищите! Кирилл усмехнулся. Видимо, мои мысли написаны у меня на лице.

—Поздравляю, Зайка. — с широчайшей улыбкой на лице Кирилл вручил мне букет. — Ты выглядишь красивее все этих дамочек.

—Спасибо. — засмущалась я. — Пойдём?

—Давай. — кивнул Кирилл.

Мы сделали всего пару шагов, как нас окликнули:

—Лерка! — Тинка неслась к нам из-за угла.

Кирилл закатил глаза. Не выдержал. Он однажды сказал, что Тина действует ему на нервы. Когда она видит Кирилла меняется по щелчку. Собственно, поэтому я не делюсь с ней ничем важным. Когда мне приспичит поговорить, я звоню Кате. Даже если я жалуюсь на Кирилла, она никогда не передаст ему. Я могу ей доверять, Тине — нет. Мы были подругами только тогда, когда все принимали меня за серую мышку, которая только тихо пищит из своей норки. Я изменилась. Уже не та, что раньше. Спасибо Кириллу.

—Привет, Тин. — помахала ей рукой я. — А где Миха?

—Понятия не имею. — отмахнулась Тина. — Сказал, что задержится. Он с утра из дома ушёл.

Забыла сказать, Тина и Миха все ещё вместе. С недавних пор они съехались и вдовьем снимают квартиру. Вроде как у них все прекрасно на личном, но поглядывая Тинки в сторону Кирилла меня напрягают. Тина уже не та Тина, какую я знала три года назад. Она изменилась не в лучшую сторону. Заметно, не правда ли? Я частенько замечала, как Тина трется рядом с Кириллом и строит ему глазки, когда Миша не видит. Кирилл её игнорирует и отшивает прилюдно. Он не заботится о чести Тины. Не могу его винить. Гнать таких «подруг» нужно, но я не могу. Тинка дорога мне. Я чувствую, что вдолгу перед ней, поэтому мы все еще дружим. Честно сказать, Кирилл этого не одобряет. Он считает, что поведение Тины аморально. Приставать к чужому мужу! Конечно, Кирилл прав, хотя продолжаю с ней общаться. И всё-таки я бы чокнулась, если бы не знала, где задерживается Кирилл. Эта схема работает, как вы понимаете, и в обратную сторону.

Тина подошла ближе к Кириллу и сказала скорее ему, чем мне:
—Пойдем? В актовом уже все собрались.

—Давайте всё-таки позвоним Мише? — предложил Кирилл, намекая на то, что у Тины есть свой молодой человек. — Некрасиво идти без него. Тем более, он твой парень.

Ой, точно! Кирилл подружился с Михой. Это важная информация. Они теперь закадычные друганы, как в шутка их тандем называю я. Как это получилось? Спросите меня вы. Очень просто. Выяснилось, что у Кирилла и Михи схожие интересы. Да-да, в том числе футбол. Эти двое болеют за одну и ту же команду, поэтому периодически наш дом превращается в спорт-бар. В такие дни Кирилл устраивает сходку футбольных фанатов из Фили, Кири, Михи и Олежика. Прикольно, да? Мне нет, когда эти четверо пуляют в стену чипсы или попкорн и вопят, будто их режут, когда команда продувает матч. Потом мне приходится убираться. Бардак после вечера футбола остаётся нехилый. Эх, мальчики такие мальчики. Поэтому я уматываю по магазинам и еще куда-нибудь с Тинкой. Кирилл говорит, что все компенсирует, вручая банковскую карту, и советует ему в отместку списать с нее такую большую сумму, что бы у него глаза на лоб полезли от количества нулей. Я не против, но нет. Если тратить деньги, то, пожалуй, не на шмотки, а на массаж и всякие процедуры по уходу за собой. Так что Кирилл смотрит футбол, пока мне делают массаж и всякие обертывания. Все довольны.

Я неодобрительно посмотрела на Тинку, которая уже собиралась бежать внутрь. Она, кстати, похудела. Я предполагаю, с чем связаны все перемены в её имидже. Кирилл. Страшно представить, сколько девушек завидует мне чёрной завистью. Я вытянула счастливый билет, и кто-то воспринял это как вопиющую несправедливость. Моя когда-то лучшая подруга не исключение, поэтому я стараюсь ничем не делиться с Тиной. Знаете, у всего есть две стороны медали. Поведение Тины — это ее обратная сторона. Обидно и досадно немного, но больше всего я испытываю разочарование. Впрочем, многие девушки подражают мне, после интервью для журнала, которое я дала полгода назад. Из этого лишь следует, что ближе Кирилла для меня никого нет. По-настоящему я могу верится только ему.

—Кто звонит Михе? — настаиваю я, вскинув бровь.

—Ладно, я позвоню. — тяжело вздохнула Тина, сдавшись.

Пока она рылась в сумочке в поисках своего телефона, я обратила внимание, что её нежелание звонить Мише нельзя не заметить. Что она задумала? Я занервничала, прикусила нижнюю губу. Видимо, я покусывала её все время, пока Тина, отойдя от нас, разговаривала с Мишей.

—Что тебя беспокоит? — шепнул мне Кирилл.

—Ничего. — замотала головой я, глядя на Кирилла. — С чего ты взял?

—Ты начинаешь кусать губу, когда тебя что-то тревожит. — пробубнил Кирилл, тяжело вздохнув. — То есть, не мне одному кажется, что Тина ведёт себя странно?

—Не тебе одному. — кивнула я, приглядываясь к Тине. — Тина сегодня одета примерно так же, как и я. И макияж такой же.

—Она тебя копирует, чтобы охмурить меня. Я серьезно. — помрачнел и нахмурился Кирилл. — И Миша где-то «задерживается» по этой же причине. Зайка, это уже не дружба, пора заканчивать.

—Ты прав, хотя я это и сама знаю. С Тиной у меня так же, как у тебя с твоим любимым макбуком. Он постоянно виснет и лагает, а выкинуть или отдать в ремонт ты не можешь. — привела пример я. — Понимаешь?

—Выкину я этот дебильный ноут ради тебя, договорились? — раздраженно пробурчал Кирилл. — Только больше не подпускай эту заразу к нам. Я не суеверный, но у меня плохое предчувствие на её счёт.

—Ладно, пора нам расстаться. — согласилась я. — Но она девушка Михи? Что с этим будем делать?

—Я с ним поговорю. — отмахнулся Кирилл. — Объясню ситуацию, так сказать. Миша не дурак, должен понять.

—Хорошо. — пожала плечами я, опустив глаза.

Как бы меня не напрягали поступки Тины, я к ней привязалась, но Кирилл все равно прав. В дальнейшем Тинка может создать своим поведением лишние проблемы. Я этого не хочу. Как грустно. Мы с ней столько всего поведали и хорошего, и плохого. Сколько забавных историй! Наша дружба коту под хвост. Я и сама это вижу. Не слепая. И Кирилл просто так никогда не скажет. Такой уж он человек.

Откровенно говоря, я приуныла, смотря, как Тина разговаривает по телефону. Кирилл ободряюще взял меня за плечи и ласково сказал:

—Мы не позволим испортить этот день всякими мелочами.

—Да! — громко вырвалось у меня.

На нас уставились абсолютно все. Кирилл засмеялся и в шутку встал передо мной на одно колено, поцеловав мне ручку. У многих особо озабоченных моей личной жизни девушек глаза из орбит вылезли. Некоторые быстро зашушукались. Я же смутилась, покраснела. Мои щёки горели огнём. Кирилл же улыбался. Вот ведь проказник! Честно, я не знала, куда мне смотреть. Стоп, чего это я? Надо подыграть. Я улыбнулась во все лицо и потянула Кирилла за руку. Он прижал меня к себе. Сцена удалась. Что поделать, мы любим выкидывать такого рода штуки на публику. Нам интересна реакция зевак. Самое забавное, как парочки начинают пилить друг друга, почему они не могут так же.

—Зайка не из робкого десятка. — засмеялся Кирилл и отстранился, завидев в толпе Тину вместе с Михой. — Я же говорил, что Миша не по своей воле исчез.

Они подошли к нам. Миха выглядел помятым. Он вагоны ночью разгружал? Мы с Кириллом переглянулись. У дураков мысли сходятся, видать. Кирилл пожал Мише руку. По-братски, так сказать.

—Ты где был? — спросил Кирилл. — Мы уж хотели тебя искать.

—Проспал с ночной смены, Тина не разбудила. — недовольно пробурчал Миша, косясь на Тинку.

—Ой, я же как лучше хотела! — воскликнула Тинка, виновато отводя глаза. — Думаю, поспишь подольше, а потом по будильнику встанешь.

—Ты же знаешь, что я не слышу будильники! — рыкнул Миша.

—Я вообще-то о тебе забочусь! — недовольно возразила Тинка.

Ещё немного, и они эти двое разругаются. Так не пойдёт. Нужно что-то сделать. Как-то их отвлечь. Я встала между Тиной и Михой. Кирилл для наглядности поступил так же.

—Ребят! Мы так опоздаем! — встряла я. — Давайте забудем. Главное, что Миха тут и не проспал церемонию.

—Пошли уже, а то мы и так стали достоянием общественности. — добавил Кирилл.

—Окей. — коротко ответил Миха, не смотря на Тину.

В актовом зале все расселись по местам. Полпути даже встретились с родителями Тинки. Глядя на них, я почему-то вспомнила папу. Когда я только поступила в МИД, буквально со дня первокурсника я представляла, как папа будет сидеть в этом зале и гордиться мной. Видимо, не судьба. Зато рядом Кирилл. Он сегодня здесь и искренне радуется за меня. На сердце стало очень тепло от мысли, что кому-то действительно важно быть рядом. Кирилл даже отменил все свои встречи и совещание с инвесторами. Он сказал, что его жена важнее. Когда меня пригласили на сцену, я занервничала. Сердце ушло в пятки от волнения. А что, если я оступлюсь и упаду? Черт, а если выроню диплом на глазах у всех? От страха опозориться по мне пробежали мурашки. Я замешкалась. Нужно вставать. Вставай, Лера. Я оторвала свою пятую точку от сидения. Мой муж заметил мое волнение и поймал меня за руку:

—Ты — самая красивая девушка в этом зале. — быстро шепнул он и подмигнул мне.

Я поняла намек. Да, я самая красивая в этом зале! Не спеша, выпрямив спину, я пошагала с гордо поднятой головой и поднялась на сцену, где мне вручили его — мой красный диплом. Я окинула глазами весь зал. Все смотрят на меня. За одну секунду все изменилось. Люди исчезли. Был только Кирилл, с улыбкой наблюдавший за мной. Диплом оказался в моих руках. Знаете, это так трогательно. Кирилл встал и зааплодировал мне. За ним поднялся Миха. И ещё куча людей. Лера, только не плачь. Боже, я этот день на всю жизнь запомню.

Церемония кончилась. Мы с Кириллом вышли на улицу. Тинка нехотя сделала пару наших фоток на мой телефон. Эх, нам уже не мало лет, а на камеру покривляться для домашней съемки мы ещё те любители. Весело! Кирилл прижимал меня к себе, а я целовала его в щеку для фотографии. Махала дипломом. Ставила Кириллу рожки. Кирилл смеялся. Вдруг нас опять окликнули в самый разгар фотосессии. Я обернулась и увидела папу. Он медленно походил к нам с букетом цветов в руках. Непринуждённая улыбка исчезла с лица Кирилла. Он напрягся. Включился режим «защиты». Что нужно моему отцу в такой хороший день? Я забрала у Тины телефон. Миха, стоявший рядом, увёл её в сторону. Правильно, это наши семейные разборки.

Папа подходил все ближе. Теперь я могла в деталях разглядеть его лицо. Он постарел. Правда, за три года похудел. Раньше при одном взгляде на него создавалось впечатление, что ему море по колено. Настолько уверенным в себе он был. Сейчас гордыня исчезла. Лицо стало проще. Такой папа нравится мне куда больше.

—Не думаю, что он пришёл ругаться с нами. — тихо пробормотала Кириллу я.

—Угу. — сосредоточенно бросил Кирилл.

Кирилл, как лев, готов к броску, если это ради моей защиты. Он крепко взял меня за руку. Нас не разлучить! Папа может говорить, что угодно, но мы не воспримем его мнение объективно. Раньше все, что он только и делал, что кричал и требовал объяснений. Почему я так поступаю? Честно? Когда я ушла из дома, немного я скучала. Постепенно я поняла, что скучала не по отцовскому дому, а по месту, где жили папа, мама и я. Я всегда скучала по этому времени. Сейчас у меня есть Кирилл. Вместе мы построили тёплый дом. Мне больше незачем скучать. Пора создавать что-то новое. Что-то исключительно мое.

Папа наконец стоял перед нами. Не могу назвать его поведение вызывающим. Скорее, это выглядело, как будто ему с трудом удалось заставить себя подойти к нам. Он неуверенно протянул мне букет:

—Поздравляю, дочка. — зажато пробубнил папа, будто не знал, как к нам подступиться.

—Спасибо. — кивнула я без стеснения. — К чему все это?

Возможно, мне следовало бы быть более мягкой и тактичной. Но зачем? Папа никогда не обращался со мной подобным образом. Если говорил, то только по существу. Весьма строго. Что я вообще могу чувствовать по отношению к отцу, который ни разу не захотел со мной увидеться? Можно подумать, что поводов не было. Нет, я поздравляла папу со всеми праздниками. Отправляла сообщения, ответа на которые не приходило. Легко просто забыть о проблеме в лице моего отца. Я прекрасно понимаю, что так не проще. Да, я не часть его семьи, но это не значит, что следует отказываться от единственного
родного человека. Знаю, это все формальности. Кирилл мне ближе и роднее всех и всего по духу.

Папа занервничал. Впервые вижу его таким. Глядя ему в глаза, я поняла, что он не может подобрать слова. Подождём. Я честно собиралась ждать, но Кирилл, видимо, нет. Он не переносит моего отца с тех самых пор, как поругался с ним.

—Андрей Викторович, что Вам от нас нужно? Давайте быстрее. — холодно и раздраженно сказал Кирилл. — У нас есть свои планы.

Я тяжело вздохнула. Жестко Кирилл с папой. Даже я так не научилась. Когда Кирилла кто-то бесит или раздражает, он включает режим «плохого мальчика» или «строго босса». Поверьте на слово, это дома Кирилл весь такой белый и пушистый лапочка-засоня, а на работе просто Цербер. Не дай Бог, такого начальника. Требовательный. Строгий. Блюститель порядка. Ух, бедные люди, но своего плохого мальчика я люблю больше всего. Тем временем папа переминался с ноги на ногу под давлением моего мужа. Это то самое редкое зрелище, которое, пожалуй, бывает раз в жизни.

—Папа, если тебе нечего нам сказать, то мы пойдём. — не выдержала я.

—Нет, подожди, вы не хотите пообедать со мной? — быстро пробубнил папа. — Я думаю, нам нужно поговорить и все прояснить.

—Вообще-то, у нас забронирован столик на два часа дня. — выдал Кирилл, сомневаясь, и скосил на меня глаза. — Если Лера не против, то Вы можете присоединиться к нам.

Хитрюга. Скинул бремя выбора на меня. По лицу вижу, что Кириллу не нравится эта идея. А мне? Мне тоже. Следует ли отказать папе? Он ведь пришёл сам. Я не могу его отшить так просто. Обстоятельства не те.

—Полагаю, нам нужно расставить все точки над «i». — подала голос я, но решила предупредить отца заранее. — Но если ты снова будешь указывать нам или пытаться поссориться с нами, то лучше тебе сразу уйти.

—Я пришёл только поговорить. — кивнул папа, немного расслабившись.

—Ресторан в пятнадцати минут езды. — вступил Кирилл, ища в кармане ключи от машины. — Вы с нами или сами доберётесь?

—Я сам. — коротко ответил отец.

—Адрес сейчас скину тебе СМСкой. — безразлично добавила я.

Через полчаса мы втроём сидели в ресторане и листали меню. Обстановка? Мне казалось, между папой и Кириллом искры пролетали, и это они ещё слова друг другу не сказали. Что будет дальше, я представить боюсь. Мда, живем. Никогда бы не подумала, что окажусь за одним столом с моим отцом после всего, что случилось. Чувствую себя невинным зверьком рядом с двумя тиграми. Хорошо, хоть один из них за меня. Мы сделали заказ. По иронии судьбы Кирилл заказал сочный стейк. Я выбрала жаркое и салат. Папа взял свою любимую курицу. Пока неплохо держимся, друзья мои. Даже не нарвались на скандал.

Наш заказ готовили. Тишина за столом давила все сильнее, вынуждая меня смотреть по сторонам. Я ещё никогда не была в этом ресторане, только пару раз говорила Кириллу, что хочу сюда сходить, когда у него будет время. Местечко атмосферное. Очень уютное благодаря винтажному стилю и точечному, приглушенному освещению. И еда, по слухам, просто пальчики оближешь. Народу было много. Обед всё-таки. Ну ладно, так тоже неплохо.

Через пятнадцать минут официант принёс нам наш заказ. Незамедлительно мы приступили к еде. Вкусно! После первого же кусочка мяса, Кирилл повернулся ко мне и довольно закивал, протягивая мне ещё один, наколотый на вилку. Папа его не смущает. Улыбнувшись, я открываю рот и прожевываю кусочек сочного стейка. Отец неодобрительно смотрит на нас. Нарушаем этикет. Не этому он меня учил в детстве. Орудовать ножом и вилкой я умею. Осанку держу. Руки на стол не кладу. Все по правилам. Не вижу ничего плохого в том, чтобы мой муж поухаживал за мной. Мы всегда так делаем в ресторане, когда кушаем одни или в компании друзей. Кирилл заимствует у меня жаркое и поднимает большой палец вверх. Зачёт. Он доволен, что пришёл сюда, ведь еда выше всяких похвал.

—Кхэм, вы не забыли, что мы находимся в общественном месте. — прочистил горло папа, решив напомнить, что так себя за столом не ведут.

—Андрей Викторович, на минуточку мы можем себе позволить. — вроде бы спокойно ответил Кирилл, но в то же время резко. — Вы хотели с нами поговорить. Если Вам что-то не нравится, Вы всегда можете уйти.

—Я не с тобой разговариваю, Кирилл. — грубо одернул Кирилла папа и обратился ко мне. — Лера, я бы хотел, чтобы ты иногда навещала нас.

—Для начала, папа, Кирилл имеет прямое отношение ко мне. Он — моя семья и ничего плохого тебе не сделал. — напряглась я, глядя отцу в глаза, и одарила Кирилла строгим взглядом. — Поэтому я попрошу вас обоих хотя бы попытаться не конфликтовать открыто.

Кирилл довольно хмыкнул, скрестив руки на груди. В этом раунде он победил. По выражению лица отца, я поняла, что ему не нравится уже сам факт присутствия Кирилла за столом. Да, я заступилась за Кирилла. Папа этого не оценил и продолжил игнорировать моего мужа:

—Лера, я хочу наладить с тобой отношения. Признаю, я был во многом не прав. Сейчас все изменилось. Возвращайся домой. В семью. Ты не пожалеешь.

Изменилось? Что? Я посмотрела папе в лицо. Глаза стали мягче. Возможно, что что-то в мировоззрении моего отца примерялось, но сделать, как он хочет, я не могу по многим причинам. Главная из них сидит на соседнем стуле и смотрит на меня. Чего отец добивается, ставя меня перед выбором? Думаю, все очевидно. Я всегда за Кирилла, потому что он за меня горой. Пора сказать отцу ещё одну правду:

—У меня есть семья. Когда я была разбита, раздавлена, расстроена и вынуждена беспрекословно подчиняться твоим правилам, Кирилл первым смог понять и принять меня такой, какая я есть. Ты снова заставляешь меня выбирать между тобой и Кириллом. Но что ты сделал, чтобы я захотела остаться с тобой? Например, Кирилл научил меня быть самой собой. Он помог мне раскрыться. А ты?

Папа задумался. Он отвёл глаза. Добьём. Внесём ясность в наши и без того сложные отношения.

—Я ушла потому, что больше не могла терпеть издевки Милены и Ирины, и прекратила свои попытки достучаться до тебя, папа. Теперь я счастливо живу и благодарна за все Кириллу. Поэтому если ты действительно хочешь помириться, то тебе стоит принять во внимание, что я замужем и иду в комплекте только вместе с ним.

—Ты хочешь сказать, что я должен мериться с тем, что моя единственная дочь замужем за невоспитанным грубияном, который лезет не в свои дела? — изогнул бровь папа, кивнув в сторону Кирилла. — Мне не безразлична ты, поэтому я пытаюсь найти компромис, чтобы вернуть тебя в семью.

—Дальше, может быть, попросишь меня развестись? — неожиданно спокойно ответила я, хотя в душе была зла до чертиков. — Или обвинишь Кирилла во всех смертных грехах?
Кирилл просиял. Папа помрачнел. Он шёл сюда для того, чтобы выставить мне свои требования, ожидая, что я соглашусь. С прошлой Лерой сработало бы. С моей повзрослевшей на три годика версией уже не прокатит. Такие нюансы нужно учитывать, идя на переговоры.

—Нет, но, тем не менее, я не одобряю ваш брак. — немного сбавил обороты папа. — Кирилл дурно на тебя влияет.

—Извините, конечно, я бы не хотел встревать в чужой разговор. — подался вперёд Кирилл, приствольной посмотрев на моего отца. — То, что Вы называете моим «дурным влиянием», на самом деле является характером Леры, которые ей приходилось подавлять. Отсюда вопрос. Андрей Викторович, Вы действительно готовы принять Леру такой, какая она есть? Или Вы хотите опять заткнуть ей рот?

Папа все это время держался под взглядом моего мужа, но, услышав последние вопросы, изменился в лице. Железная уверенность в своей правоте как рукой сняло. Впервые в жизни вижу, как отец сомневается. Бог мой! Наверное, я, в качестве послушной дочери, должна одернуть Кирилла и заступиться за папу. Сказать, что Кирилл не прав. Я не чувствую нужды. Моя совесть молчит. Значит, я не виновата перед папой.

—Кирилл правильно говорит. Так мы ни к чему хорошему не придём. — заключила я. — Папа, я всего лишь хочу, чтобы ты принял меня и Кирилла или хотя бы попытался, как я в своё время ради тебя попыталась поладить с Миленой и Ириной. Если нет, то давай просто разойдёмся и оставим все, как есть.

—Хорошо, пусть будет, как вы хотите. — тяжело вздохнул папа и добавил. — Я жду вас на ужин.

—Хотелось бы уточнить состав. — буркнул Кирилл, скрестив свои лапки на груди. — И на чьей территории?

—Я бы предпочёл видеть вас у нас дома. — довольно осторожно проговорил папа. — Есть возражения?

—Почти никаких. — встряла я. — Но ты не ответил на вопрос, папа.

—Иры не будет. — сдался папа. — Вас обоих это устраивает?

—Да. — коротко ответила я. — Более чем.

—Тогда, жду вас завтра в шесть. — папа встал из-за стола и, положив на стол несколько купюр из своего бумажника, собираясь уходить.

—Не нужно. — возразил Кирилл, глядя на деньги. — Мы способны оплатить этот обед.

—Я не сомневаюсь. — буркнул папа. — Но я сам. Всего доброго.

—Нет, папа. — воскликнула я. — Мы оплатим.

—Как знаете. — удивленно буркнул папа и в этот раз ушёл. — Спасибо за обед. До свидания.

Все, выдохнули. Только сейчас я поняла, в каком напряжении находилась все это время. Мы с Кириллом молча уставились друг на друга. Оба вздохнули. Он взял меня за руку. Я не уверена, каким было выражение моего лица, раз это дало повод для его лишнего беспокойства. Мы с отцом разговаривали недолго. От силы минут тридцать, но ощущение, будто часы. Более того, я чувствую какое-то необъяснимое разочарование. Почему «необъяснимое»? Потому что я уже давно потеряла веру в своего отца. Ради меня он не изменится. Не смягчится. Не переступит через свою гордость. И я побаиваюсь давать папа второй шанс, ведь, возможно, все мои усилия будут напрасны.

—Все в порядке? — неожиданно для меня спросил Кирилл. — Кто бы мог подумать, что Андрей Викторович согласится на наши условия.

—Свалился как снег на голову. — шумно вздохнула я. — Не знаю, радоваться или огорчаться этому. Толь мой отец может предъявлять свои требования после всего, что случилось.

—Забей на это, Зайка. — хмыкнул Кирилл и отрезал кусочек мяса от своего стейка. — Он пришёл сюда сам. Для человека, от которого не было ни слуху ни духу целых три года, уже неплохо.

—И что ты предлагаешь? — с надежной посмотрела я на Кирилла.

—Отпустить ситуацию и плыть по течению. — ухмыльнулся Кирилл. — У тебя, как у твоего отца, есть дурацкая привычка держать все под своим контролем, даже когда надо забить. Не усложняй себе жизнь. Ты теперь квалифицированный дипломат. Мы решили сходить за ребёнком. Что плохого?

—Ты прав. Все прекрасно. —сбавила обороты я и облокотилась на спинку стула. — Я просто дам папе последний шанс, и будь, что будет.

—Отличненько. — ухмыльнулся Кирилл и протянул мне свою руку. — Пойдём гулять дальше?

—Ого, я думала, ты вернёшься на работу. — удивилась я, вытаращивавшись на Кирилла.

—Нет, у меня два дня отпуска. — заиграл бровями Кирилл, подозвав официанта с счетом. — Учитывая, что через два дня наступит суббота, то у нас мини-отпуск.

—Ты целых четыре дня будешь дома?! — не поверила я. — Правда?! Или опять убежишь на работу?

—У меня для тебя есть целых два сюрприза. Тебе понравится. — загадочно проговорил Кирилл. — Никакой работы.

—Сюрпризы? Разве четыре дня выходных — это не сюрприз? Что ты ещё мог такого задумать, от чего я буду в шоке? —вскинула бровь я.

—Во-первых, ты должна быть не в шоке, а приятно удивлена. Во-вторых, ты закончила МГМИГО с красным дипломом, я, как твой муж, должен закатить грандиозное пати с салютом на всю Москву. — подмигнул мне Кирилл и встал, вложив в счёт деньги. — Но это завтра. Сегодня у нас культурная программа.

—Что?! Какая ещё пати с салютом? — я встала следом и взяла Кирилла за руку. — Ты что удумал? Мы же договорились о непьющем режиме. Вдруг я беременна, а мы собрались напиться. Я не собираюсь травить нашего малыша алкоголем.

—Я все предусмотрел. Алкоголь для гостей некрепкий, а мы пить не будем. — усмехнулся Кирилл и открыл передо мной дверь машины. — Я уже представляю кислую мину Олежика. Ты же знаешь, он любит все, что покрепче.

—И спаивать окружающих, хотя сам сильно не пьянеет. — захихикала я и решила кое-что припомнить Кириллу. — Я помню, как кое-кто так набрался благодаря Олегу, что отлеживался сутки. Твоё бледно-зелёное лицо я не забуду никогда.

—Я не думал, что он будет заказывать «адское пойло». — засмеялся Кирилл. — Кажется, мы мешали водку с коньяком и запивали ромом. Эх, не будем о грустном. Пойдём ностальгировать.

—Что делать? — недоверчиво переспросила я.

—Пойдём по маршруту для всех влюблённых парочек. — бросил Кирилл и врубил музыку на полную. — Мы же толком даже не встречались. Филя тут понарассказывал, как свою девушку и на ВДНХ, и в кино, и просто в парк водил, а мы этот момент упустили.

—Ну, у нас был свой конфетно-букетный период, которым я смело всегда хвастаюсь. Мой будущий муж нашёл мой адрес и отправил мне целую гостиную роз и любовную записку, что может быть романтичнее? — горделиво ответила я, задрав носик. — Ты переплюнул всех по девчачьим меркам! Парки, рестораны, цветы — это все скучная банальщина.

—Правда? — удивился Кирилл и вылупился на меня, остановившись на светофоре. — Я думал, все девушки хотят, чтобы их водили в кино, гуляли с ними в парках, дарили дорогие подарки. Стоп, забыл, ты у меня особенная. Тебе важно только мое внимание и все.

—Попал в яблочко. — воскликнула я, и мы поехали гулять.

«Жизнь — это длинная дорога. Зачем обижать тех,
кто готов пройти её вместе с Вами?»

Джим Керри

Я ходила по дому в поисках носков Кирилла, которые пятнадцать минут назад спер Тедди, пока сам Кирилл подбирает себе рубашку. Модник, блин. Обычно он так не заморачивается, но у нас особый случай. На ужин к папе нужно явиться строго по времени и при полном параде. Ладно, можно не при полном, хотя Кирилл хочет утереть моему папе нос. Граф недоделанный. Я оделась скромнее. Всего лишь белое платье с красивыми золотистыми цветами-нашивками. Нет, не свадебное. Просто эстетичное платье.

Из спальни Кирилл вышел аки супер-звезда. Его идеально выглаженная рубашка с незатейливым рисунком, идеально подобранные темно-синие брюки и волосы, зачёсанные назад, вызвали у меня смех. Я не смогла не улыбнуть. Постепенно моя улыбка перешла в неудержимый хохот. Кирилл сам на себя не похож. Кирилл непонимающе уставился на меня. Немного успокоившись, я подошла и разлохматила ему волосы.

—Эй! Госпожа Шведова, что Вы творите с моей прической! — возмущенно бросил Кирилл.

—Вот, теперь ты похож на моего Кирюшу. — улыбнулась я. — Спасибо, что хоть не лаком их назад зачесывал. Дальше отпустишь усики, как у итальянской мафии?

—А что тебе не нравиться? — немного обиженно спросил Кирилл.

—Все мне нравится. Просто вспомни, ты даже в самый первый раз пришел не такой накрахмаленный, а на Красной площади вообще гулял в джинсах и футболке. Ты всегда был таким красивым и естественным. — погладила Кирилла по груди я. — Я тебя сразу узнала. Странно, если б нет.

—Правда, прям сразу? — потеплел голос Кирилла.

—Да. — кивнула я и добавила. — Поэтому не делай так больше.

—Но ты и таким будешь меня любить? — ни с того ни с сего Кирилл взял мои в свои и посмотрел мне в глаза.

—Любым. — прошептала я. — Я буду любить тебя любым.

—То есть я могу сделать себе ирокез? — заиграл бровями Кирилл. — Или набить себе огромную татуировку на все спину?

—Я сказала, что буду тебя любить, но не сказала, что не вломлю тебе за это сковородкой. — дала Кириллу подзатыльник я.

—Ау! Госпожа Шведова, вы зря на меня наговариваете. — усмехнулся Кирилл и взглянул на часы. — Ой, кажется, если мы сейчас не выйдем, опоздаем.

—Бежим! — воскликнула я и потащила Кирилла к выходу.

Я сидела в машине спокойно. Разглядывала Москву. Кирилл был на взводе, хотя не понятно почему. Когда мы подъехали к дому моего отца, я не испытала никакой радости. Странно, я ведь там выросла. Мне не хотелось идти. Хотелось провести этот вечер в каком-нибудь другом месте. Я разглядывала красивый фасад малоквартирного дома. Элитная застройка, знаете ли. Веет холодом и грустными воспоминаниями.

Я прикусила нижнюю губу. Тяжело вздохнула. Никогда не думала, что настолько сильно не захочу возвращаться. Кирилл встал рядом и взял меня за руку:

—Я понимаю, это сложно. — спокойно начал Кирилл. — Но, Лера, мой отец попал в аварию и умер после того, как мы с ним поссорились. Я бы все отдал, чтобы извиниться перед ним. Не упускай возможность помириться, пока у тебя есть шанс.

Я сразу догадалась. Его отец попал в аварию, когда они поссорились, теперь это не дает Кириллу покоя. Вот как, теперь понятно, почему Кирилл никогда не препятствовал моему общению с папой, даже если он сам не в восторге. Лучше так, чем никак.

—Ты прав. — я покрепче сжала руку Кирилла в своей, чтобы взбодрить его. — Тем более, папа сам сделал первый шаг к примирению.

Для Кирилла его отец — это авторитет. Я говорила это много раз и, уж извините, повторюсь еще раз, ведь только так можно выразить степень всеобщего уважения к этому человеку. Кирилл всегда восхищался им, но раньше у них были совсем другие отношения. Они часто ссорились, потому что Кирилл «плохо себя вел» и сейчас искренне сожалеет об этом. Как мне кажется, мальчик вырос, когда ему пришлось взвалить себе на плечи ответственность за огромную компанию, за мать, за всё, чем занимался его отец, в девятнадцать лет. Он попробовал взрослую жизнь на вкус. Но дома Кирилл все тот же мальчишка — веселый и беззаботный. Я рада, что он все еще может быть таким.

Вместе мы поднялись на лифте до квартиры. Позвонили. Кирилл нес чисто символический коньяк папе. В квартире ничего не изменилось. Колорит хай-тека никуда не делся, а жаль. Даже запах ароматических свечей с корицей, которые Ирина периодически жжет стоит железо-бетонно. Мне хочется уйти. Папа лично встретил нас на пороге. Кирилл вручил ему коньяк. С неохотой папа принял подарок из рук моего мужа. Нет, это не бомба. Бутылка не тикает.

Мы прошли в столовую. Милена сидела за столом и, как только мы появились в дверях, вскочила. Выражение её лица изменилось. Раньше она смотрела на меня с неким пренебрежением. Точно, как на таракана. Сейчас я резко стала для нее авторитетом. Как так вышло? Черт знает. Нет, извините. Я догадываюсь, я замуж вышла удачно! Кирилл отодвинул передо мной стул, затем уселся рядом со мной. Ирина и впрямь не вышла. Не уверена, что она даже в этом доме.

Тетя Света вынесла первую перемну блюд. Мы ели не спеша. Папа не решался с нами заговорить, но я видела, как Милена то и дело пытается подбить его сделать первый шаг. Кирилл едва заметно дотронулся до моей коленки и, когда я обратила на него внимание, указал глазами на папу. Это не пошлый знак. Таким образом он намекает на начало разговора с отцом. Я сделала томный вдох и спросила самый банальное:

—Как твоя карьера, папа?

Отец немного разочарованно взглянул на меня, ведь все незнакомцы спрашивают его именно о карьере. Я не буду никак оправдывать свой вопрос. Просто самолюбивые люди обожают перетягивать на себя одеяло, рассказывая о своих успехах на работе. Моего отца как раз можно причислить к ним.

—Довольно неплохо. — коротко ответил папа. — Ты еще не нашла работу после выпуска? Я могу порекомендовать тебя в МИДе.

—Не стоит, меня завалили предложениями еще до окончания института. — спокойно ответила я.

—И куда ты хочешь пойти? — прищурился папа, глядя на меня.

—Пока не знаю. На данный момент я не ставлю свою карьеру на первое место. — честно призналась я, ожидая, что мой ответ отца взбесит.

—Позволь узнать, почему? Ты так талантлива. Очень глупо с твоей стороны пренебрегать карьерой. — немного нервно сказал папа и, немного погодя добавил. — Возможно, Кирилл не хочет, чтобы ты работала?

Кирилл чуть водой не поперхнулся. Он не ожидал, что его держат за домашнего тирана.

—Лера, ты ответишь или я? — встрял Кирилл, сдерживаясь от скандала с папой.

—Мы планируем завести ребенка. — сказала я, пронзая папу недовольным взглядом. — Я информирую своих потенциальных работодателей о перспективе декретного отпуска, иначе это будет нечестно с моей стороны.

—Я бы не спешил с этим. Умные люди сначала думают о любых перспективах карьерного роста, а потом уже о семье и детях. — строго ответил папа.

—Именно из-за этой твоей политики мы сидим по разные стороны стола и общаемся, как знакомые. — одернула отца я.

Наступила тишина. Я молча ела салат, не смотря в сторону отца. В связи с этим в столовой накалилось атмосфера. Облака сгустились. Еще один неудачный разговор. Досада ерзала в груди. Папа снова попытался подмять меня под себя. Опять. В очередной раз.

—Лера, а как у вас в целом дела? — вдруг откликнулась Милена, пытаясь возобновить разговор. — Может быть, что-нибудь интересное?

—Мы построили большой дом с бассейном. — поддержал инициативу Кирилл. — И время от времени путешествуем.

—Ого, наверное, круто иметь свой бассейн! — немного наигранно удивилась Милена, но в нашем случае ей простительно. — И часто вы там бываете?

—Мы живем там с июля по ноябрь. — продолжил развивать тему Кирилл. — Я думаю, было бы неплохо нам всем собраться у нас. Как считаешь, Лер?

—Неплохая идея, только нужно привести сад в порядок после зимы. Он уже до неприличия зарос. — напомнила Кириллу я.

—Лер, ты сама ухаживаешь за садом? Разве не проще нанять садовника? — вот сейчас уже действительно удивилась Милена.

—Я еще сама готовлю, а садоводство — это всего лишь хобби. Мои розовые кусты мы притащили из Франции. В России вы нигде таких не найдете. — ответила я и нашла в телефоне фотография. — Смотри, они очень красивые.

Я протянула телефон Милене со мной в розах, оплетающих арку, — моей маленькой гордостью. Её глаза округлились от восторга. Она выхватила у меня телефон с восхищенным возгласом:

—Ух ты! Папа, смотри! — Милена протянула телефон отцу. — Лера здесь хорошо получилась.

Впервые на моей памяти глаза отца потухли, будто он увидел что-то, на что боялся взглянуть довольно давно. Папа резко перевел взгляд на меня. Он будто видел совершенно другого человека, сидящего на моем месте. И тут я поняла. Отец много лет забывал мою мать, иначе бы на его лице никогда не проявилось столь печального выражения.

—Роуз гордилась бы тобой. — нервно сглотнул отец. — Я и забыл, что ты её точная копия. Вылитая Роуз в двадцать два.

Роуз — это имя моей матери. Имя, которое уже с теплом и светлой печально совсем никто не произносит, — Роуз Джульетт Донован. Я так давно не слышала этого имени. В далеком детстве папа ласково обращался к маме «Рози». Как странно, я и сама начала забывать, как счастлива была, будто этого никогда и не было. Стало тоскливо. Если бы мне было снова восемнадцать, я бы запретила отцу даже произносить мамино имя. Погодите, а что если?

—По крайней мере такая же упрямая. — улыбнулась отцу я.

—И добрая. — добавил папа, дрожащим голосом.

—Кирилл, не хочешь помочь мне настроить пианино? — Милена резко встала из-за стола.

—Да, пожалуй. Заодно посмотрю, как это делается. — Кирилл быстренько свалил за Миленой, оставив меня с папой наедине.

Повисло удушающие молчание. Я не могла собраться с мыслями. Мне было, мягко скажем, некомфортно находиться в одной комнате с отцом.

—Я знаю, ты во всем винишь меня. — неожиданно сказал отец.

—В чем, например? — не поняла признания я.

—Ты думаешь, я забыл Роуз. Ты считаешь, что я был не прав, когда привел в дом Иру и Милену. Ты ненавидишь меня за то, что я позволил Ире сломать все, что когда-то построила Роуз. — то и дело переводя дыхание, проговорил папа. — Но я делал все это ради твоего же блага. Мне казалось, тебе нужна мать.

—Ты серьезно думаешь, что я поверю? Это отговорки. — жестко вырвалось у меня, зато правда. — Ты всегда заботился только о себе. Ты делал все, что хочешь, и не замечал, как Ирина водит тебя за нос. За всю жизнь ты создал лживый образ идеальной семьи, из которого год за годом меня выживали. Если бы ты действительно заботился обо мне, ты бы не перестал меня слышать.

—Я пытался, но ты закрылась от меня. — возразил папа. — Ты не разговаривала ни с кем. Ты избегала меня. Я думал, Ира сможет найти с тобой общий язык.
—Закроем эту тему. Ты никогда мне не верил. — решила прекратить бесполезный разговор я. — Уже поздно начинать. В любом случае я рада, что смогла освободиться от твоей семьи.

—Я не забыл Роуз. — внезапно произнес отец. — Если это причина нашего недопонимания, то я никогда не пытался её забывать.

—Правда? Тогда почему? — спросила я.

—Потому что я запутался в себе. Когда ты ушла, я начал это понимать. — голос отца дрогнул. — Я хотел тебе позвонить. Мне не все равно, что происходит в твоей жизни. Тем не менее, я бы не мог принять действительность, но теперь все будет по-другому.

—Ты признаешь, что был не прав? — неуверенно спросила я.

—Да. — тихо признался папа. — Я был не прав.

Я улыбнулась. Искренне. Неожиданно стало так легко. С плеч упала огромная гора. Кто бы мог подумать, что я все это время в себе таскала такую тяжесть. Мириться так мириться.

—Мир? — нежно улыбнулась я папе.

—Мир. — папа одарил меня широкой улыбкой и вытянул в стороны руки. — Иди, я тебя обниму.

Я подошла к отцу и позволила себя обнять. Так непривычно. Я не помню, когда в последний раз обнималась с отцом, но это кардинально отличается. Папа осторожно прижал меня к себе, медленно погладил по спине. Кирилл делает это иначе: пылко, нетерпеливо, крепко, не желая отпускать. Собственно, и чувства разные, но приятные. Значит, я сделала все правильно. В душе появилось некое спокойствие.

Вскоре вернулись Кирилл и Милена. Не могу сказать, что мой муж был чем-то не доволен. Скорее наоборот, его все устраивало. Он не хотел сбежать из этого дома при первой же возможности. Обычно у Кирилла все на лице написано. Остаток ужина прошел даже лучше, чем просто хорошо. Неформальные разговоры за чашечкой чая — вполне неплохо. Папа и Кирилл смогли нормально побеседовать про нашу дачу. Точнее сказать, про стройку. Оказывается, папа задумал расшириться, поэтому Кирилл в красках описал ему все тридцать три круга ада, связанные со строительством дома и облагораживанием территории.

Милена мило болтала со мной, будто мы с ней подружки. Неожиданный поворот. Тем не менее, я не стала сопротивляться и пошла на контакт охотно. Я рассказывала ей сначала про розы, потом она болтала про какую-то тусовку, на которую меня по делам таскал Кирилл на прошлой неделе. В таких случаях я даже не особо в курсе, зачем мы туда идем, просто чета Шведовых обязана там появиться. Милена удивилась, что я не знаю даже имени организатора. Да, крутилась рядом со мной какая-то непонятная, назойливая девица в красном платье, которую я пыталась осторожно отвадить в частности от Кирилла. Кто бы мог подумать, что это дочь крупного нефтяного магната, который и устроил то сборище. От себя Кирилл добавил, что та девица была невыносимо настырной. Как правило, цели посещения таких мероприятий у нас разные. Милена для развлечения в поисках потенциального мужа, а мы только ради бизнеса.

Папа пытался скрыть свое удивление, узнав, что я посещаю подобного рода тусовки. Кирилл же сказал, что это рабочие моменты, на которые мы заявляемся исключительно вдвоем. Впрочем, мой отец не стал отрицать, что пару раз слышал обо мне от своих знакомых. Только хорошее, разумеется. На этом мы закончили нашу беседу и попрощались. В прихожей папа еще раз обнял меня. Я напомнила ему, что мы ждем его и Милену у нас на даче в эти выходные. Он согласился. Ирину ни Кирилл, ни я приглашать не собирался, но от себя я добавила, что будет уместным пригласить Елену Александровну. Все-таки свадьба сыграна три года назад, а наши родители до сих пор не знакомы. Папа кое-как принял этот факт, пытаясь перебороть смущение. На минуточку он сам не пришел, теперь ему неудобно. Ничего. Надо наверстывать упущенное время.

По пути домой Кирилл занялся обсуждения нашего плана на выходные. Он почувствовал себя настоящим хозяином, и теперь ему хочется, чтобы перед папой все было идеально. Выпендрежник. По выходе Кирилл тут же набрал своей маме и сообщил, что три года спустя она наконец познакомиться с моим отцом. Елена Александровна засмеялась в трубку, расценив слова Кирилла как шутку, потом поняла, что он серьезно. Вообщем, наделали мы шумихи. Весь путь между нами шло планирование выходных. Нам точно понадобятся услуги клининговой компании. Дважды. В субботу гости, а в воскресенье вечеринка. Самим нам не успеть.

Кирилл и я сидели у нас на кухне. Мы были под впечатлением и молчали. Он достал из холодильника яблочный сок и налил его в стаканы, затем протянул мне со словами:

—Никогда не думал, что с твоим отцом можно адекватно разговаривать.

—Сама в шоке. — закивала я и добавила. — Мы помирились.

—И в чем была причина такого отношения Андрея Викторовича? — брови Кирилла поползли вверх от удивления.

—Папа сказал, что был не прав в своих методах моего воспитания и что он хотел, как лучше для меня. — проговорила я, отпив немного сока.

—И ты простила его за все? — немного зажато спросил Кирилл, чувствуя себя не комфортно.

—Да, хотя мне до сих пор немного тяжело понять, чем руководствовался мой отец все эти годы. Тем не менее, он извинился. Эгоистично — не принять извинения из-за личной обиды. — объяснила я.

—Везет. — опустил глаза Кирилл, разглядывая сок в стакане. — Я, вот, не успел.

Кирилл хочет поговорить. Он хочет мне что-то рассказать, но побаивается это сделать. Я вижу, как он мучается, силясь принять решение. Как бы помочь? Как? Кирилл так и не смотрел на меня, продолжая молчать с мрачным лицом. Я взяла его за руку:

—Эй, ты же знаешь, я приму и сохраню все твои секреты.

Кирилл шумно вздохнул и поднял на меня глаза:

—Помнишь, я говорил, что меня хотели отчислить из университета? — неуверенно начал он.

—Да. — коротко кивнула.

—Мой папа решил эту проблему за час, бросив все дела. По выходе из универа, я сказал ему, что ненавижу его за это, потому что я не хотел учиться. — Кирилл сглотнул и замолчал, выдержав паузу на приведение мыслей в порядок, продолжил. — Отец назвал меня самым неблагодарным сыном и добавил, что ему стыдно, что он воспитал такого придурка, как я. Вечером моего отца не стало, и я так и не смог извиниться за свои слова.

Глаза Кирилла увлажнились. На стол упало несколько слезинок глубокого сожаления. Я не представляю, как тяжело ему было хранить все это в себе, одновременно стыдясь своих поступков. Порой я бы все отдала, чтобы сказать еще раз бабушке и дедушке, как сильно я их люблю, по-человечески с ними проститься. Когда умирала мама, папа и я были рядом до последнего дня, но все же мне кажется, что в её последние дни я могла сделать для нее больше. Отец Кирилла неожиданно погиб. Так сложились обстоятельства. Этого никто не изменит, однако Кирилл отчасти не может принять его смерть, поэтому ему настолько тяжело.

Я обняла Кирилла так крепко, насколько могла, с моих губ сорвались самые искренние слова:

—Ты уже извинился перед ним. Ты стал лучше. Ты исправился и многого добился. Под твоим управлением компания вышла на новый уровень. Я уверена, твой отец сейчас гордился бы тобой, но он расстроился бы, узнав, что его сын никак не может простить себя. Кирюш, отпусти его и живи дальше, храня воспоминания о нем в памяти.

Послышался сдавленный стон, который всячески пытались подавить. Кирилл изо всех сил прижал меня к себе, хотя я видела, как поочередно поднимаются и опускаются его плечи, и слышала, как он тихо шмыгает носом. Мой бедный маленький мальчик. Кирилл слишком резко стал взрослым. Несомненно, он бы повзрослел, но не так. Не при таких обстоятельствах. Из-за этого он жил под тяжестью вины и сожалений. Нельзя. Это постоянно тянет его вниз. Не дает раскрыться.

Я погладила Кирилла по голове, ласково почесала за ушками. Даже Тедди пришел утешать нашего мальчика. Песель терся у ног Кирилла, всячески ластился к нему. Какое-то время Кирилл так и просидел, прижимая меня к себе, но потом отпустил и хриплым голосом сказал:

—Я бы без тебя пропал.

—Не говори глупостей. — нежно пробормотала я, прикоснувшись к щеке Кирилла. — Я просто сказала правду.

—Всегда ты так. — хмыкнул Кирилл, приходя в чувства. — Какие у нас планы на ночь?

—А давай притащим проектор в спальню, откроем бутылку колы и сядем за какое-нибудь кино? — воодушевленно предложила я, положив руки на грудь Кирилла. — Или ты устал?

—Учитывая, что мы переезжаем на дачу и у нас будут насыщенные выходные, я не против расслабиться. — пробубнил Кирилл, притянув меня за талию к себе.

Мы включили первую попавшуюся комедию и разлеглись на кровати. Кирилл положил голову мне на колени. Он выглядел немного опустошенным. Надеюсь, ему стало легче, выговорившись мне. Я чесала его за ушком. Тедди понял, что сегодня все мое внимание принадлежит Кириллу и пристроился рядом с нами. Неожиданно мы заснули, а утром начался наш запоздалый переезд.

Утро субботы

Кирилл и я готовились к приему гостей. Рано утром собрали вещи и на дачу. Тедди бесился на улицу и валялся в моих цветочных клумбах. Пес был в экстазе от поездки. Он любит ездить на машине, сидя у меня на руках. Я возилась в саду примерно сутки. Розы очень заросли, но цвели. Весь мой маленький садик благоухал в цвету. Пока я удобряла и формировала кусты, обреза отцветшие бутоны, Кирилл вытащил из подсобки в гараже столик и лавочку, которые мы убираем каждый год на зиму, а также открыл маленький сарайчик со всеми моими инструментами настоящего садовника. Таким образом, за день общими усилиями все кусты были подстрижены, газон скошен, а участок готов к приему гостей. Клиниговая компания тоже не подкачала и вылезала нам весь дом.

Я стояла у калитки. От моего мужчины разит одеколоном, как из парфюмерного магазина. Я решила промолчать, ведь все равно они с папой продолжат мерятся силами. Со стороны даже забавно. Интересно, что в отместку выкинет мой отец. Как бы объяснить. Если бы мне было все еще девятнадцать, штамп о замужестве в моем паспорте отсутствовал, а папа настойчиво вторгался в мою личную жизнь, я бы не относилась к данной ситуации спокойно. Но свидетельство о браке лежит в сейфе у нас дома, так что я спокойна. Правда, Кирилл решил прислушаться ко мне и оделся обычно. Брюки и футболка-поло. Я в принципе тоже. Джинсы и худи. Сегодня прохладно. Первыми приехали папа и Милена. Они позвонили нам заранее, чтобы мы успели их встретить.

Милена вылезла из такси в юбке-теннисистке и футболке с завязанной на плечах кофтой. На ней было феноменально мала украшений, хотя козырек, который она надела якобы от солнца, отличался множеством блестящих стразиков. Впрочем, Милена не Милена без всех этих сверкающих стекляшек. Она не пикничок приехала, а скорее на светскую пати, но, увидев насколько просто я была одета, сообразила, что у нас все-таки домашние посиделки. Между прочем, я сегодня в своем парадном бледно-розовом худи с надписью «GUESS». Мне иногда кажется, что толстовками с капюшоном я запаслась на все случаи жизни. Кирилла, кстати, устраивает. Он говорит, что кофту с меня снять проще, чем платье. С джинсами ворчит, хотя быстро с ними справляется. Это не мне сотню пуговок на его рубашках расстегивать. Про ремни я вообще молчу.

В своих бардовых кроссовках на толстой подошве она прошла на территорию и восхищенно ахнула. Дом у нас, действительно, просто огонь. Мы с Кириллом старались. Он отвевал за проект и стройку, а я — за внутреннюю отделку и благоустройство территории. Мой отец пребывал в полном восторге. Я рада, что ему понравилось. Кирилл водил папу по участку, обращая особое внимание на деревце, которое он лично своими руками посади, как только рабочие закончили ремонт. За полтора года маленькая елочка подросла и укоренилась. Да, конечно, у нас на участке есть и другие сосны, которые Кирилл завозил специально, но эта елка растет прям перед домом.

—Когда у нас появятся дети, мы будем наряжать её на улице. — гордо выдал Кирилл, приобняв меня за талию.

—Дом ты уже построил, дерево посадил, осталось только родить сына, и жизнь удалась. — засмеялась я.

—Ну, не факт, что сына. — улыбнулся мне Кирилл и обратился к папе. — А Вы как считаете, Андрей Викторович?

—Иметь двух дочек тоже неплохо, а дом хорош, без преувеличения. Особенно забор. — пожал плечами папа, но я видела, что ему него сейчас нам сказать.

—Правда, а почему такой высокий? — подала голос Милена.

—Ну, я охраняю нашу личную жизнь от подглядывателей. — пробубнил Кирилл, ведя гостей по дорожке. — Теперь в сад? Лера вчера целый день возилась.

—Я же не виновата, что розы заросли до неприличия. Во всем виноваты диплом и госэкзамены! — воскликнула я.

—Ладно-ладно, Лера. Не ворчи. — засмеялся папа. — Показывай свои богатства.

Мы дошли до садика. Милена начала фотографироваться в моих розочках. Ох, хоть что-то в ней не изменилось. Меня немного это успокаивает. По крайней мере Милена по поведению походит на прежнюю свою прежнюю версию. Постояв немного в саду, мы прошли исследовать теннисный корт, баню и уличную веранду. Кирилл по-хозяйски все показывал и рассказывал папе. Впервые я увидела, что моему отцу интересно, как мы живем. Пока Милена загружала очередную историю в «Инстаграм», а папа осматривал вид из веранды, я посмотрела на часы и уличила момент подойти к Кириллу:

—Кирилл, а где мама? Может ей позвонить? — шепнула на ушко довольному Кириллу я.

—Она сама звонила, не переживай. — ответил мне Кирилл, быстро погладив по плечу. — Сказала, что что-то там не успевает и припоздает.

—Точно? Вдруг что-то случилось? — занервничала я.

—Зайка, не переживай, если бы что-то случилось, мама бы сто раз позвонила. — расслаблено выдал Кирилл. — Получай удовольствие, пока мы не выпустили Тедди, хорошо?

—Не обижай моего красавчика. — легонько ударила Кирилла в бок я, и он засмеялся.

—Не ты вчера весь вечер его ямы закапывала. — усмехнулся Кирилл, в отместку пригрозив мне пальчиком.

—Кто такой Тедди? — услышала наш разговор Милена. — Вы завели кота?

—Эм, почти. Зайка, как его там по родословный? — едва сдерживал безудержный хохот Кирилл.

—Граф Теддиус фон Флаффи. — прикрыла рот рукой я, чтобы не засмеяться вместе с Кириллом. — Это Кирилл придумал записать его так в родословной.

—Так, это кот? Или кто? — хихикнула Милена.

—Лер, показывай нашего вредителя. — развел руками Кирилл. — Вчера он был наказан, так как накопал кучу ям в клумбах и зарыл туда мои тапочки.

—Ты сам вчера отказался с ним играть. Сколько раз Тедди за обедом приносил тебе мячик? — пожала плечами я и махнула рукой в сторону дома. — Кирилл закрыл его в доме. Заодно бассейн посмотрите.

Как только я открыла заднюю дверь, белый комок шерсти в парадной бабочке вылетел и облаял папу и Милену. Он незамедлительно попросился ко мне на руки и только после этого начал принюхиваться. Взяла, не могу отказать своему красавчику. Кирилл указал на собаку и с сарказмом протянул:

—Та-да-да-дам.

—Это Тедди. — погладила Тедди по голове я. — Он у нас живет три года.

—Это с ним все журналы твои свадебные фото печатали? — удивленно заморгала Милена. — Я думал, он не ваш.

—Еще как наш. Больше Леры этот мохнатый любит только мою маму. — закатил глаза Кирилл.

—Он тебя тоже любит. Правда, по-своему. — решила заступиться за собаку я. —Если бы ты не забывал кормить его, когда меня нет дома, он мог бы не закапывать твои тапочки вчера.

—Не буду отрицать, пока он не притащит мне миску, я не вспомню. — замялся Кирилл и в свое оправдание добавил. — Зато ты регулярно стучишь мне по башке за это.

После этих слов Тедди недовольно тявкнул, жалуясь всем на Кирилла. Папа выпучил на моего красавчика глаза, будто такого у обычной собаки даже не предполагал. Недооценил гения нашего Тедди, так сказать. Кирилл скрестил руки на груди и негодующе покачал головой.

—Это у них такая особая форма любви друг к другу. — пояснила папе и Милене я и отпустила Тедди на пол.

—А где Елена, эм. — папа замялся, забыв имя матери Кирилла.

—Мама в пути. — не стал злиться на моего отца Кирилл и снисходительно добавил. — Она предупредила, что задержится, и сказала не ждать её.

—Давай я ей позвоню. — сказала я, отойдя в сторону.

Я набрала номер свекрови, но ждать, когда она ответит не потребовалось. Система «Умный дом» оповестила о приезде гостей. Тедди ринулся к калитке с радостным лаем. Кирилл устремился следом за ним. Все-таки мама приехала. И, нет, Кирилл не сидит под маминой юбкой, просто он очень сильно любит Елену Александровну.

Я с облегчением выдохнула. Фух, хоть что-то хорошее, а то я уж испугалась.

—Елена Александровна приехала. Надеюсь, вы с ней поладите. — радостно сказала я и, посерьезнев, обратилась к папе. — Надеюсь, вы поладите, и прежде чем что-то говорить, пожалуйста, сто раз подумай. У Елены Александровны не очень хорошее здоровье. Ей никак нельзя нервничать.

Папа немного опешил. Он не ожидал, что я могу так о ком-то беспокоиться, по крайней мере не о нем. Это его весьма смутило. А что я? Мама Кирилла за три года стала мне как родная. Она приняла меня очень тепло. Я искренне пекусь о ней. Сказав это моему отцу в глаза, я пошла к калитке. Папа предпочел остаться ждать в доме.

Елена Александровна шла с Тедди на ручках. Этот пес вечно к кому-нибудь залезет. Маленький изменник. Кирилл покорно тащил весьма эстетичную корзинку большого размерчика, которую несомненно выхватил у своей мамы. Как я уже давно говорила, Елена Александровна типичная жена богатого и именитого человека. Ну, только с виду. Сама она называет себя светской львицей на пенсии. Суть пенсии заключается в том, что Елена Александровна занимается своим журнальчиком для женщин её возраста, который издается каждые две недели. Благородное занятие, не так ли? Сегодня она медленно шла, опираясь на палочку, к дому в модном велюровом спортивном костюме.

Я выбежала к ней с радостным воплем:

—Елена Александровна!

—Лерушка! — воскликнула мама Кирилла и, спустив Тедди на землю, раскинула руки. — Иди сюда, я тебя обниму!

Я кинулась обниматься со свекровью. Кирилл с самой довольной улыбкой наблюдал за нами и выдал:

—А ты переживала. Мама уже тут как тут.

—Лерушка, совсем похудела. Кирилл тебя не обижает? — Елена Александровна укоризненно посмотрела на Кирилла. — Чувствую, обижает. Сейчас я его быстро отвоспитываю.

—Зато Вы прекрасно выглядите! — улыбнулась я и добавила. — О нас беспокойтесь.

—Мам! — заныл фоном Кирилл. — Я уже исправился!

—Слышала я от Катюши, как ты исправился. Она тебя мне на прошлой неделе, как облупленного, сдала. — строго сказала Елена Александровна. — Отца нет, так я вместе него на тебя управу найду.

—Мам! Я уже не маленький. Мне все-таки почти двадцать семь. — возмутился Кирилл и решил надавить на жалость. — Мы между прочем задумались о твоих внуках. Не бей меня!

—Мама, прошу Вас, Кирилл уже все осознал. — улыбнулась я и взяла Елену Александровну за руки. — Не переживайте, у нас все хорошо.

—Раз уж Левушка так говорит, я поверю. — улыбнулась Елена Александровна, сменив гнев на милость, и обняла Кирилла. — Ох, сынок, выхватил сумку, даже обнять тебя не успела. Смотрю, потолстел. Хорошо тебя кормят.

—На убой, мамуля. — засмеялся Кирилл.

—Пойдемте в дом. Папа уже заждался, наверное. — опомнилась я.

—Д-да уж. — замялся Кирилл. — Мам, Андрей Викторович довольно резкий человек. Если что, не принимай его слова близко к сердцу.

—Сынок, совсем меня со счетов сбросил? Не таких видали. — бодро ответила Елена Александровна. — Нас не возьмешь!

—Кирюш, не переживай. Профилактическую беседу с папой провели. — серьезно пробубнила я. — Все должно быть хорошо.

—Не переживайте вы так. Я еще ого-го, и не таких на место ставили. — воодушевилась Елена Александровна и, схватив нас за руки, потащила Кирилла и меня в дом. — А с внучком это вы молодцы. Я уж думала не доживу.

—Отставить разговорчики! Доживете! — замотала головой я. — Мы не планируем останавливаться на одном внуке.

—Двоих точно понянчишь. — согласился Кирилл. — Так что не смей сдавать позиции, чтобы мы тебя обрадовали.

—Ладно, ребятки. — заулыбалась Елена Александровна.

Когда мы вошли под руку с Еленой Александровной, папа рассматривал наши семейные фотографии, стоявшие в рамках на камине. Он обернулся, когда услышал наш громкий смех. Его глаза немного погрустили, ведь я вела себя так, как никогда с ним. Думаю, мои слова обидели его пару минут назад, но я всего лишь расставила приоритеты. Елена Александровна с первых минут отнеслась ко мне снисходительно и с душой. Папа же предпринял попытки помириться только сейчас. Все гениальное просто. Свекровь мне ближе родного отца.

Папа обернулся. Елена Александровна посерьезнела. Впервые вижу её такой. Атмосфера накалилась. Милена даже отложила в сторону телефон. Мы с Кириллом встали рядом, взявшись за руки. Ой, что-то будет.

—Елена Александровна, мое почтение. — с глубоким уважением сказал папа. — Андрей Викторович Розов — отец Валерии.

—Елена Александровна, очень приятно. — кивнула Елена Александровна, держа оборону. — Как жаль, что Вы не посетили нас на свадьбе. Лерушка очень ждала Вашего появления.

—Извините, семейные обстоятельства. — замявшись, ответил папа. — Рад встрече, пусть и запоздалой.

—Полностью согласна с Вами. — Елена Александровна прошла в перед к Милена. — А Вы, наверное, Милена. Наслышана о Вас.

Мы с Кириллом одновременно выдохнули и посмотрели друг на друга. Пронесло. Милена же напряглась и выпрямилась по стойке смирно.

—Добрый день. — едва выговорила она.

—Добрый, добрый. — проговорила Елена Александровна и, оценивающе оглядев Милену, добавила. — Вам, девушка, в Ваши годы нужно одеваться чуточку скромнее. Не школьница все-таки.

—Я-я учту. — растерялась Милена.

—Что ж, думаю, аппетит мы уже нагуляли, пойдемте к столу? — спасла ситуацию я.

—Полностью с Лерой согласен. Я уже проголодался. — интенсивно закивал Кирилл. — Я со вчерашнего вечера хочу попробовать, что там Лера наготовила. Сгораю от нетерпения.

Я подбежала и ухватила за локоть папу, Кирилл — маму. Вместе мы отвели их на веранду, пристроенную к дому. Ох, еще чуть-чуть и подрались бы. На веранде я заранее украсила круглый стол белой скатертью и салфетками с бабочками и развесила по окнам вазоны с петуниями. С учетом легких шторкой на распашных окнах, на которых висел полупрозрачный воздушный тюль, получилось очень нежно. Специально для сегодняшнего случая я достала дорогущий фарфоровый сервиз, который притащила за собой из Англии. Он предназначен только для особых гостей.

Кирилл помог Елене Александровне сесть и отправился через соседнюю дверь ко мне на кухню. Я доставала салаты из холодильника, когда он подкрался сзади, ухватив тяжелую миску с верхней полки. Чуть не уронила. Вовремя он. Начнем с горячего, но прежде я решила заглянуть в корзинку, принесенную Еленой Александровной. Ох, там изобилие теплых булочек. Кажется, я догадываюсь, почему мама опоздала.

—Кирюш, смотри сколько вкусненького! — воскликнула я, подозвав Кирилла. — Ты только глянь! А запах-то какой.

Кирилл подошел, понюхал и взглянул, желая что-нибудь умять. Нет, ручки прочь. Это десерт! Я отогнала Кирилла, заставив его нести еду к столу. Стояла гробовая тишина. Честно, даже кусок в горло не лез при таком раскладе. По крайней мере у меня. Кирилл же молча уминал мясо в тарелке. Тедди клянчил еду со стола, но папа этого не переживет, если увидит, как кто-то дает ему что-то. Прости, мой красавчик, я бы дала тебе кусочек тушёной говядины, но не сегодня. В принципе подкармливать Тедди таким образом — табу в нашей семье.

Атмосфера угнетала. Я бросила взгляд на Кирилла. Ох, ему тоже не нравится, только вида не подает. Боже, заговорите уже кто-нибудь, а? Мои молитвы услышаны, и папа наконец подал голос:

—Хорошо, Кирилл и Лера, вы тут устроились.

—Лерушка и Кирилл очень долго обговаривали проект дома. Все время что-то переделывали, изменяли, переставляли. Я думала, не дождусь, когда они наконец его утвердили. — ответила Елена Александровна, желая явно поддеть моего отца. — Сколько сил и нервов в это все было вложено, Вы не представляете. Но без Леры здесь бы все равно не было так уютно. Квартира моего сына преобразилась, как только там появилась наша Лерушка.

—Это верно подмечено. — кивнул Кирилл. — Из моей берлоги Лера конфетку сделала. До её появления у меня даже кастрюли не было.

—Не так уж много я и сделала. — засмущалась я, чуть покраснев. — Всего лишь сводила Кирилла в «Икею» и по другим таким магазинам.

—Тур длился все выходные. Я даже не думал, что можно столько всего купить. — усмехнулся Кирилл. — Пакетов было очень много. Еле-еле утащили.

—Правда? А что такого можно купить в хозяйственном магазине? Мне очень любопытно. — продержала тему Милена.

—Кастрюли и сковородки. Плед. Вешалку. Набор посуды. Ковер еще был. — начала перечислять. — Кирюш, что еще мы покупали?

—Комнатные цветы в горшках. Помнишь, ты их пересаживала долго. — напомнил мне Кирилл и усмехнулся. — Еще я впервые в жизни купил шуруповёрт.

—Сынок, ты ли это? — с усмешкой спросила Елена Александровна. — Урок труда был твоим самым нелюбимым предметом в школе, который ты прогуливал чаще, чем физкультуру и биологию.

—Как выяснилось, очень зря. — пожал плечами Кирилл. — Зато я никогда не прогуливал математику.

—Ну, это ты в отца. У Сережи тоже был математический склад ума. — проговорила Елена Александровна. — Лерушка, поделишься рецептом своей говядины? Сколько не пыталась ее приготовить, все равно такая нежная и сочная не получается.

—Конечно, в деталях все распишу. — закивала я и предложила. — Попробуйте еще салатик. На днях нашла рецептик, решила, что для сегодняшнего застолья подойдет.

—Лерушка очень вкусно запекает буженину. Когда первый раз попробовала, чуть тарелку не облизала. — расслаблено сказала Елена Александровна.

—Ох, мама, Вы же знаете, я фанатею по Вашим фирменным булочкам! Как Вы, мне не сделать. — покачала головой я.

—Лера у нас в свою мать. У нее поразительная склонность к языкам. Ты и правда очень вкусно готовишь. — вновь присоединился к нашему разговору папа. — Кириллу очень повезло, что его каждый день вкусно кормят. У кого ты так научилась?

—Меня тетя Света научила. — ответила я и, немного помедлив, добавила. — Если ты не знал, это я готовила тебе завтраки.

—Блинчики Леры — это просто нечто. Первое время мне казалось, что я попал в гастрономический рай. — восхищенно сказал Кирилл, накладывая себе и маме салат. — Но борщ в исполнении Леры не сравнится ни с чем!

—Я помню эти блинчики. Правда, они были очень вкусные. — замялся папа. — А борщ ты нам никогда не готовила.

—Иногда мне сложно находить время, чтобы организовать Кириллу обед или ужин, но борщ — это святое. — отмахнулась я, так как не хочу развивать эту тему. — Тетя Света очень вкусно готовит.

—Не так, как ты. — буркнул папа, явна стараясь избегать острых углов, но он чувствовал себя зажато.

—В любом случае мы рады Лерушке в нашей семье. — заключила Елена Александровна, улыбаясь мне.

Папа слегка поник, но делать нечего. Я теперь не часть его семьи. Только что ему прямо об этом напомнили. Тем не менее, сейчас я расхотела отказываться от отца, раз уж он действительно прилагает усилия, чтобы наладить наши отношения. Я тоже приложу, так будет честно. День прошел довольно не плохо. Честно сказать, Кирилл и я ожидали худшего исхода. Папа и Милена вели себя как нормальные люди. Снобизма мы не наблюдали вообще! Приятно.

Папа, Елена Александровна и Кирилл остались в доме, когда мы с Миленой решили прогуляться. Они предпочли посидеть у камина в гостиной и вспомнить наше с Кириллом детство. Я быстренько смылась, оставив моего мужа отдуваться одного. Бедный Кирюша. Вечером он еще поворчит на меня. Мы с Миленой медленно шли по дорожке, любуясь видами. Дул прохладный ветерок. Пахло хвойной свежестью.

—Спасибо, что пригласила и меня. — неожиданно проговорила она, хотя ей явно было неловко.

—Не за что. — пожала плечами я. — Я просто подумала, что будет невежливо пригласить только папу.

—Он очень обрадовался, поверь. — ответила Милена. — Папа долго не мог решиться на разговор с тобой.

—Почему? — тихо спросила я. — Я думала, ему просто стыдно за то, как я некрасиво ушла.

—Нет, папа так не думает. Совсем нет. — немного активнее отвергла мою догадку Милена. — После того, как ты ушла дома многое произошло. Я точно знаю, что папа гордится тобой. На самом деле ему и правда стыдно, но не за тебя, а за себя.

—Неужели? — удивилась я и немного жестко спросила. — Папе может быть стыдно за себя?

—Да, так и есть. Он много работал над собой. Сейчас даже тайно ходит к психологу. — проговорила Милена. — Только не говори ему, что это я выдала его секрет.

—Ладно, не буду. — проговорила я и слегка сухо спросила. — А ты почему подобрела? Я к тому, что раньше ты плохо ко мне относилась. В чем причина таких изменений?

Милана отвела глаза, сконфуженно хмыкнув, но потом быстро заговорила:

—Помнишь, ты пришла к нам одна? Ты еще была так зла на маму и папу.

—Да, Кирилл лежал в реанимации, я была, эм, немного не в себе. — пояснила я, хотя объективно преуменьшила тяжесть той ситуации.

—Ты помнишь, ты сказала, что мама пытается продать меня замуж? — продолжила Милена и, убрав руки за спину, заключила. — Ты была абсолютно права. Я думала, если удачно выйду замуж, буду всегда жить так же хорошо, как и сейчас. А потом я увидела, какая вы с Кириллом красивая пара, и поняла, что счастье не в деньгах.

—Хм, вот как. — хмыкнула я, мне нечего было больше сказать.

—Прости меня, Лера. Я несправедливо к тебе относилась. — смущенно выдала Милена, но, нужно отдать должное, смотрела мне в глаза.

—Я вижу, это искренне. — улыбнулась я и протянула Милене руку. — Друзья?

—Друзья! — радостно воскликнула я.

«Разлука научит тебя любить по-настоящему».

Антуан де Сент-Экзюпери

Воскресенье

Родители ушли поздно вечером. Мы предлагали остаться на ночь, но Елена Александровна и мой отец предпочли уехать. Честно, Милена подумывала остаться на тусовку и неожиданно передумала. Нужно подготовиться. Она обещалась приехать к пяти. Мы все с этим согласились, а ночью Кирилл устроил мне безбашенный марафон. Он неожиданно подкрался и буквально соблазнил меня. Кирилл знает куда нажимать, чтобы я завелась. Свои методы, так сказать. Я не думала, что он настолько любвеобильный мужчина. Или озабоченный? Все-таки сегодня была самая благоприятная ночь по моему календарику. Оторвался так оторвался, что я едва разлепила глаза к обеду. Что ж, по крайней мере наши труды должны окупиться, я точно должна забеременеть после сегодняшнего.

Солнышко не резало глаза, как дома. Мы проектировали расположение комнат так, чтобы утром в нашей спальне было темно, а вечером солнечно. Я в принципе рада переезду загород. Здесь атмосфера другая. Пахнет хвойной свежестью и сладостью ароматических с корицей. Двери на маленькую террасу открыты. Кириллу, видимо, стало душно. Я перевернулась на другой бок. От моего мужа остались скомканная простыня и вмятина на подушке. Бегать ушел, что ли? Он любитель утренних пробежек. Как у него только сил хватает после ночных «приключений». Тедди тоже нет. Ох, меня оставили одну в кроватке. Заняв место Кирилла, я глубоко задумалась. Папа подружился с Еленой Александровной. Я не верю. Все действительно может быть так хорошо?

Плохое предчувствие заерзало в груди. Почему мне страшно? Я не знаю. Это не объяснить. Я натянула одеяло на голову. Хочу спрятаться. Вдобавок Милена сказала, что папа ходит к психологу из-за того, что что-то произошло дома. Я чувствую себя виноватой перед ним. Возможно, я была слишком резкой. Ух, сложно! Я вновь перекатилась на другой бок.

Брось все это, Лера. Брось. Нужно сделать тест. Я встала с постели и поползла в ванную. Судя по всему Кирилл и Тедди на улице. В шкафчике лежат две упаковки тест-полосок. Этим добром я запаслась в прок до победного.

—Тест будешь делать? — в этот момент Кирилл материализовался у меня за спиной и взволнованно спросил. — Не рано ли? До этого у нас было всего два раза.

—Ох, не пугай! — вскрикнула от неожиданности я и добавила, вскрывая коробочку. — Но было же. Выйди, пожалуйста.

—Ладно, я жду за дверью. — шумно вздохнул Кирилл.

Я все сделала по инструкции. Результат — одна полоска. Вторая даже проявляйся не начала. Расстройство. Блин, я так надеялась увидеть две. Кирилл постучал:

—Зайка, все хорошо?

На меня накатила паника. Моральный упадок. Хочу обняться. Я вышла и обняла Кирилла. По моим шмыгающему носу и вздрагивающим плечам он быстро догадался, что тест отрицательный. Меня погладили. Взяли на ручки. Отнесли назад в кроватку.

—Не расстраивайся. Мы еще добьемся наших двух полосок. — обнадёжил он меня. — Тест ведь тоже не покажет, если ты забеременела сегодня. Давай подождем недельку и сделаем новый?

—Ты откуда столько знаешь? — удивилась я, шмыгая носом.

—Женских форумов начитался. — смутился Кирилл, отведя глаза. — Я должен быть в курсе, что с нами происходит.

—С нами? — удивленно переспросила я.

—Зайка, не забывай, что для меня тоже наступает ответственный период. Беременная жена — это новое, поэтому я должен выработать тактику, как правильно тебя поддержать. — погладил меня по голове Кирилл.

—Ох, как мне повезло иметь такого замечательного мужа, как ты. Где вы только такие водитесь? — усмехнулась я, прижимаясь к Кириллу. — Кирюш, ты самый лучший муж на свете.

—Я — лимитированное издание. Нас таких буквально десять штук. — усмехнулся Кирилл и мягко спросил. — Тебе лучше?

—Лучше. — уверенно кивнула я.

—Где ты хочешь кушать? Я уже все приготовил. — привстал Кирилл, как вдруг в спальню внесся Тедди, обратив на себя внимание громким лаем.

—Иди сюда, малыш. — позвала собаку я.

—В каком месте нашкодил, мохнатый? — изогнул бровь Кирилл. — Мои тапочки опять в клумбе?

Тедди не оценил шутки, но лизнул нам руки. Подлиза. Кирилл потрепал песика по голове. Тедди прилез поближе к Кириллу и перевернулся на спинку, вытягивая передние лапки. Он готов чесаться. Я же говорю, у них особая форма любви. Мы позавтракали-пообедали на террасе. Затем я отправилась готовиться к вечеринке, а Кирилл пошел встречать курьера с едой из ресторана. Плюс, официанты должны приехать. Вообщем, кто-то же должен остаться на хозяйстве.

Через пару часов приехала Милена, но одета она была скромнее, чем мы с Кириллом ожидали. Мой муж даже сказал мне, что она серьезно изменилась в лучшую сторону. Что же такого могла надеть Милена, чтобы Кирилл так отозвался о её внешнем виде. Ну, думаю, стоит начать с того, что на Милене не было тонны штукатурки и коротких платьев, едва ли прикрывавших её задницу. Все очень прилично. Удивительно! Удивительно! Удивительно! Я в шоке.

Мы попросили Милену подождать в гостиной и налили ей пока только чаю. Я убежала собираться. Правда, видимо, прокопалась долго, и она поднялась на второй этаж в спальню. Ох, хватит фигней страдать. Я опять стояла в гардеробной напротив консоли с платьями. Что бы такого выбрать? Кирилла позвать, что ли. Милена заглянула ко мне.

—Посоветовать что? — предложила свою помощь она.

—Можно. — кивнула я.

Милена прошла вперед и просмотрела платья, вытащив перископ кружевное платье от кого-то дорогущего бренда. Сразу вспомнилась история его покупки. Кирилл подарил его, когда мы были в Италии. Сказал, что оно идеально мне подходит. Милена мигом подобрала к нему серебристые босоножки.

—Попробуй вот это с этими туфлями.

—Неплохо. — согласилась я и взяла платье. — Обычно мне помогает Кирилл, но он занят внизу, так что пришлось самой.

—Вы красивая пара. — замялась Милена и зажато добавила. — Вот бы мне так же.

Прошлая я восприняла бы её слова как оскорбление или новый виток приторных, неискренних комплиментов. Не в этот раз. Если б это было действительно так, то Милена не боялась встретиться со мной глазами. Ей неудобно, но она говорит то, что думает о нас без цели польстить нам. Мне нравиться её подход.

—Ну, не такая уж мы и красивая пара. С виду, может быть, так и есть, но на самом деле первый год после свадьбы был очень непростым. — призналась я.

—Почему? Вы идеально ладите друг с другом. — присела на пуфик Милена.

—Понимаешь, когда проходит влюбленность, вслед за ними остывают и чувства. Нам важно было понять, почему мы вместе. — объяснила я, прикрыв дверь гардеробной, чтобы переодеться, и уже из-за двери продолжила. — Мало просто выйти замуж, нужно еще научиться доверять и понимать.
—И как? — тихо спросила Милена. — Научились?

—Да, но не сразу. До этого еще сто раз поругались. — крикнула из-за двери я.

—Сейчас у вас все хорошо? — обеспокоено спросила Милена. — Если что не так, ты всегда можешь переехать назад. Папа никогда не откажет в помощи.

—Нет, у нас все замечательно. Не беспокойся. — отмахнулась я и мягко добавила. — Кирилл лучший муж, и я его очень люблю, так что все хорошо. Ни на кого его не променяю.

В этот момент в спальню влетел Кирилл в поисках своего телефона. Точно там у стеночки подслушивал. У него глаза были такие щенячье, немного влажные. Он тронут. Явно. Я незаметно закатила глаза. Кирилл подошел и положил руки мне на плечи:

—Нигде не видела мой телефон? — спросил он, пытаясь выровнять хриплый голос. — С обеда не могу найти.

—Не знаю, Кирюш. — пожала плечами я. — Может тебе набрать?

—Давай. — намного энергичнее сказал Кирилл и подал мне мой телефон. — Держи.

—Мерси. — улыбнулась я и нажала на номер Кирилла. — Звоню, слушай.

Кирилл прислушался. Шли длинные гудки, но на втором этаже мы не слышали мелодии звонка. Милена пошла за нами на первый. Мы заглядывали во все комнаты, где даже чисто теоретически мог забыть свой телефон Кирилл. Нету. Перевернув весь первый этаж, наш путь лежал на улицу. Во всех кустах мы искали потерянный аппарат. Пришлось постараться. Ничего. Кирилл попрощался со своим телефоном. Я начала перебирать все возможные варианты. Украсть его не могли. Только если кто-то из нанятого персонала, но они пришли позже, когда телефона уже не было. Вдруг Кирилл и я посмотрели друг на друга и вместе вскрикнули:

—Тедди!

Милана удивлённо вытаращилась на нас. Она не поймет нашей семейной логики. Мы с Кириллом метнулись кабанчиком к «секретной» клумбе нашего мохнатого вредителя. Пришлось бежать на другой конец участка. По пути я снова позвонила на номер Кирилла, приближаясь к тайнику Тедди, мы услышали телефон. Лицо моего мужа не передать словами. Кирилл хотел прибить моего красавчика. Он буквально побагровел от злости.

—То-то у него лапы грязные были. — пробурчал Кирилл, обнаружив свежую ямку. — Ну что, девочки, откапываем?

—Лопату дать? — пробормотала я, сдерживая смех.

—Не, мы люди не гордые. Ручками справимся. — прорычал Кирилл, присев на корточки, и начал капать яму. — Вот зараза.

—Лер, и часто у вас так? — шепнула мне на ушко Милен, пока Кирилл откапывал свой телефон.

—Бывает. Тедди организовал тайничок, куда закапывает вещи. Тырит он их незаметно. Однажды он закапал мой лифчик. — объяснила я, тяжело вздохнув.

—Красный такой и прозрачный, что мне все видно? — уточнил Кирилл, услышав наш разговор, и, не постеснявшись добавил. — Это было самое сексуальное твое белье. Жаль, что Тедди продрал кружево зубами.

—Эй, может мне еще рассказать про твой свитер с оленями, который тебе мама сама связала? — смутилась я и возмущенно уставилась на Кирилла. — Или про тот случай, когда Елена Александровна подарила тебе год назад трусы с утеплением, потому что боялась, что ты себе что-нибудь застудишь и у нее не будет внуков?

—Вот про те позорные трусы могла бы и не рассказывать. — занервничал Кирилл и обернулся к нам, показав нам свой телефон. — Наконец-то! Куча пропущенных.

—В дом? — предложила я, подойдя к Кириллу. — Тебе после поисковых работ надо бы в душ.

—Нет! Пойду надеру Тедди хвост. — рыкнул Кирилл и увидел, как что-то белое лазит по кустам. — Иди сюда, противной комок шерсти! Я тебе на цепь посажу и в будку запихну, чудо мохнатое!

Кирилл погнался за собакой, положив мне в руки свой телефон. Тедди с лаем пустился наутек, поняв, что ему сейчас влетит по наглой морде. Я взяла Милену за руку и с самым невозмутимым лицом предложила:

—Еще чаю? Это надолго. И не воспринимай увиденное всерьез. Они всегда так.

—Если бы это увидели мама или папа, они бы уже заругали вас. — неловко улыбнулась Милена. — А тебе все равно.

—Мне не совсем все равно, просто Кирилл дома выедет себя раскрепощено, ему некого стесняться, а на работе он — строгий босс и блюститель порядка. На мой взгляд, так и нужно. — пожала плечами я и кое-что вспомнила. — Знаешь что, у меня в холодильнике есть офигенный торт с ореховыми бисквитами. Предлагаю опробовать.

—А давай! Черт с ней, с этой диетой. — воодушевилась Милена.

—О-о-о, семья Шведовых и диета — это две несовместимые вещи. — решила пошутить я.

Мы с Миленой довольствовались тортиком на уличной трассе под жалобный лай Тедди и гневные высказывания Кирилла. Со стороны это было слишком смешно. В конце концом Кирилл изловил песеля и приволок его к нам. Наказания не избежать, но Кирилл знает, что из моих уст это будет звучать строже. Закрыв дверь веранды, тем самым отрезав все пути к отступлению, Тедди спустили на пол. Пес решил надавить на жалость и попытался прелесть ко мне на ручки. Не пройдет, я спустила его обратно.

—Ты зачем закопал папин телефон? — строго спросила у собаки я. — Ты же знаешь, папа тебя очень любит.

Тедди попятился назад, поджав хвостик, и жалобно заскулил.

—Тедди, не смей давить на жалость. Ты взрослый мальчик. Все прекрасно понимаешь. — пригрозила песику пальчиком я.

Песель опять потупился назад и пошел искать защиты у Кирилла, но его отфутболили.

—Что тебе сказала мама? Нельзя закапывать чужие вещи. Особенно телефоны. — тяжело вздохнул Кирилл и демонстративно скрестил руки на груди. — Тебе игрушек мало, что ли?

—Папа тебе все покупает, но ты все равно портишь вещи. — недовольно покачала головой я. — Ты теперь наказан.

Тедди жалобно заплакал. Мама и папа обидели. Не оценили шутки. Шутка, правда, не смешная. Кирилл присел ко мне на диванчик, выпустив песеля на улицу. Я потрогала лоб Кирилла. Ох, даже кудряшки к затылку прилипли. Милашка. Почему-то сейчас мне захотелось с ним прилечь, а не вечеринку устраивать. Все дурная голова, рукам покоя не дает, но надо держаться.

—Кирюш, ты весь мокрый. — проговорила я и протянула Кириллу блюдце. — Тортик будешь за все страдания?

—Буду, а потом в душ. — ухмыльнулся Кирилл и отломил ложкой кусочек тортика. — Ладно, я пошел, а то так и буду гостей встречать потным и мокрым.
Начали съезжаться гости. Мы встречали друзей у калитки. Пришли даже Филя и Маша. В этот раз у Маши из-под платья был заметен живот, хотя это её никак не смущало. Филипп вел Машу за руку. Кажется, они по-тихому расписались. На руках у обоих имелось по обручальному кольцу. Странно, но на свадьбу нас никто не позвал. Кирилл тоже это заметил. Он поприветствовал друга спокойно, без наездов. Ох, что говорить, Маша и Филя поступили некрасиво по отношению к нам. Филипп был у нас на свадьбе. Что уж там, он вхож в наш дом. Нет, не так. Мы всегда рады Филе. Как он мог.

Я по-дружески обняла Машу. Несмотря на то, что эти двое обошлись с нами плохо, они наши гости, и мы должны показать им, как нужно встречать друзей. Кирилл позвал только наш близкий круг отметить начало моей карьеры и профессиональной деятельности. Некоторые принесли маленькие подарки. Боже, как это мило. Честно, я тронута до глубины души. Олежек пришел один. Обычно он приходит с какой-нибудь фифой, которая висит на нем, как мартышка. Кирилл пожал ему руку.

Когда все гости приехали, мы с Кириллом разбрелись по территории. Я с Миленой и Машей сидела на веранде. Кирилл с мальчиками играли в бильярд и пили виски. Все было замечательно, пока не пришел Миша. Нет, дело не в моем лучшем друге. Дело в том, что с ним приехала Тина. Они опоздали нехило. Миха поздоровался со мной. Кирилл уволок его в бильярдную, пусть ему не нравилась Тинка. Что мы можем сказать? Идите домой? Ну, так дело не пойдет. Пришлось пригласить Тину на веранду.

Первая реакция Милены на Тину и Тины на Милена была похожа на кошек перед броском. Вроде бы и не рады неожиданной встрече, но все еще прощупывают почву. Тина села в отдельное кресло, подтянув вниз короткое платье, чуть доходившее до середины бедра, и подозвала официанта:

—Бокал вина. — властно бросила она, будто здесь хозяйка не я.

—Хорошо Кирилл все устроил. — начала Маша, обращаясь ко всем. — Лер, может, кстати, представишь свою подругу, а то мы даже не знакомы.

Не знакомы? Я еще не успела ничего сказать, а Маша уже вставила свои пять копеек. Почему мне стало так не по себе? Я сделала глубокий вздох и спокойно сказала:

—Тина, это Маша. Помнишь, я тебе про нее рассказывала?

—Да, точно! Очень приятно, Маша. Лера столько хорошего о тебе говорила. — вполне нормально проговорила Тина.

—Как здорово! Правда, Лер! — воскликнула Маша. — Так, о чем я? Мы как раз обсуждали сегодняшний вечер.

—На чем остановились, а то мы припоздали маленько. Я ждала Мишу с работы. — отмахнулась Тина. — Красиво все украсили. Я ведь у вас с Кириллом первый раз. Обычно Лера с Кириллом никого сюда не зовут.

Зовут, но не тебя. Я сделала тяжелый вздох. Не рада я Тине. Никогда бы не подумала, что когда-нибудь буду не раза своей собственной подруге.

—Лер, как можно не звать гостей в такой красивый дом? Это прям преступление! — поддержала разговор Маша.

—Кирилл так тебя любит, ты могла бы попросить у него что-нибудь на свой выпускной. Уверена, он не откажет. — отмахнулась Тина, перекинув ногу на ногу.

—Мой муж достаточно меня балует, чтобы у него просить что-то еще. По-моему, это уже дурь. — отрезала я, пытаясь сохранить самообладание. — Тин, ты устроилась на работу?

—Я в процессе. — смутилась Тинка, ведь, насколько мне известно, предложений у нее не много, а высокую должность ей никто не предлагает. — Папа сказал, что поговорит. А как твой отец? Вы все еще люто ненавидите друг друга?

—Да, так ненавидим, что даже помирились. — съязвила я и решила заткнуть Тину раз и навсегда. — Тин, если работу не найдешь, я могу поговорить. Сама знаешь, у меня предложений тьма. Вдруг кто-то захочет взять тебя на работу.

Тина умолкла. По её озлобленному взгляду я сообразила, что мои слова её поддели. Раз приперлась, пусть держит язык за зубами.

—А почему Милена сегодня здесь? В школе вы не ладили. — насела Маша, взяв горсть винограда.

—Никто не мешает нам с Лерой подружиться. Или кто-то из вас против? — острый язык Милены вступил в бой.

—А почему сразу кто-то должен быть против? — доброжелательно улыбнулась Маша, поудобнее устроившись на диванчике.

—Тина, например. — продолжила Милена, указав на Тину кивком. — Может быть, я много чего сделала Лере, но в отличие от некоторых я изменилась и искренне пытаюсь наладить наши отношения.

—Милена дело говорит. — подняла большой палец я, взяв в руку стакан с газировкой. — Она реально стала другим человеком. Я этому очень рада.

—Смотри внимательней, Лера. Общение с ней тебя до добра не доведет. — продолжила свои нападки Тина.

—Это мы еще посмотрим. — ответила Милена, гордо расправив плечи. — Как сиживаешь?

—Не жалуюсь, а ты, я смотрю, к Лере прибилась. — фыркнула Тина, забрав свой бокал вина. — Марк много чего о тебе рассказывает.

Милена потеряла дар речи. Уж не знаю, что там произошло, но история очевидно неприятная.

—Полагаю, не стоит воспринимать всерьез бредни меркантильного идиота. — заступилась за Милену я. — Семейка Димы оскорбляла меня во всех интервью, если ты не забыла. Какая разница?

—Абсолютно никакой, ты права. — прикусила язык Тина, будто я наступила ей на хвост. — Тем не менее, я более чем уверена, что Марк прав.

—И что же говорит Марк? — спросила Маша, аки сама невинность. — Я, правда, не знаю, кто это, но мне от этого только интереснее.

—Марк утверждает, что Милена три года назад сделала аборт и отказалась от свадьбы с ним. Из первых уст это звучит более чем правдоподобно. — подколола я.

—О Боже! — воскликнула Маша, погладив свой живот. — Как же так можно! Он же живой!

Милена побледнела и отвела глаза. Впервые вижу её такой. Она сама себя сдала. Видимо, это правда. Бьюсь об заклад, во всем виновата Ирина, не просто так они с папой объявили ей бойкот. Ну, я так предполагаю. Сами посудите, папа бы точно притащил её вчера с собой. Плюс, ужин. Она бы никогда не упустила возможности поиздеваться надо мной и обязательно поприсутствовала. Нужно срочно что-то сказать. Только вот что? Оправдывать Милену? Нет, не пойдет. Точно, придумала!

—Маш, ты еще скажи, что это грех. Аборт — это выбор каждого. Разве нет? Про меня тоже ходило много слухов, что Кирилл женился на мне по залету. Я молчу о том, что кто-то говорил, что я сплю с ним с шестнадцати лет. — бросила я, отпив газировки. — У людей весьма бурная фантазия.

—Лер, а если ты правда спишь с Кириллом с шестнадцать лет? — выпалила Маша, прикрываясь тем, что новенькая в наших кругах. — Я много статей про тебя читала. Вот теперь хочу спросить лично.

—Госпожа Шведова до девятнадцати лет оставалась девственницей. Это я подтверждаю лично. — позади меня послышался недовольный, весьма грубый голос Кирилла. — На твоем месте, Маша, я бы сто раз подумал прежде чем задавать такие вопросы. Ты не в том положении.

—Или тебе напомнить, что ты выскочила за Филиппа по залету? — добавил хмурый Олег.

Увидев Олега, Милена засмущалась. Она покраснела, догадавшись, что мальчики слышали конец разговора. Кирилл встал за мной, положив обняв меня двумя руками. Навис надо мной устрашающей фигурой. Казалось бы, оставшаяся без защиты Милена нашла свое спасение в лице Олега. Он подошел к ней и протянул руку:

—Не хочешь пройтись? Я знаю у Леры и Кирилла одно очень красивое место.

—Оу, то самое? — хитро улыбнулась я. — Которое мы для гостей придумали?

—Олежек, ты и ловелас. — засмеялся Кирилл.

—Не портите мне имидж! — возмутился Олег. — Пусть дама сама решает.

—Хочу. — приняла предложение Милена, особо не раздумывая, и встала. — Мы пойдем.

—Благословляю вас, друзья мои. — наигранно пробубнил Кирилл, потирая руки.

Милена и Олег благополучно смылись. Это и хорошо. Он уведет её в тайничок для романтических свиданий в нашем лесочке. Эх, надо предупредит Милену, что за Олегом нужно только глаз да глаз. Он — парень хороший, добрый, общительный, но за ним числится излишняя любвеобильность. От юбки к юбке. Казанова, что уж там. Я не оставляю надежд, что когда-нибудь Олежек втрескается так, что жить не сможет. Перевоспитание оно такое. Жестокое.

Кирилл присел на освободившееся место и с умным видом сказал:

—Девочки, я у вас Леру изымаю.

Зачем он тогда садился? Без понятия, но в ту же минуту Кирилл потянул меня за руку и увел отсюда прогуляться. По иронии по пути мы набрели на Олега и Милену. Вау, дела у них шли замечательно. Оба улыбались и шли за ручку по дорожке, смеясь каким-то странным шуточкам. Кирилл затащил меня в кусты. Подглядывать будем. О-о-о, никогда не видела смущенную Милену. Олег всегда себя ведет с девушками галантно и очень обходительно. Он — мастер обольщения.

—Ну дает. — шепчет мне Кирилл.

—Это он как обычно, или у него другой посыл? — бормочу Кириллу я.

—Как обычно. — отмахивается Кирилл с нотками фальши в голосе. — Смотри-ка, уже ручку ей на талию закинул. Какой хитрец.

—Стоп, вы поспорили? — раскусила Кирилла я.

—Если он не соблазнит Милену, мне перепадет одна четвертая его акций. — мечтательно сказал Кирилл. — Она на сто процентов уверен, что ему это удасться.

—А если нет? — решила уточнить я, держа свои кулаки по швам, чтобы не вмазать Кириллу прямо сейчас, ведь подвохом разит за версту. — Ты же ничего не ставил?

—Ты меня убьешь. — голос Кирилла дрогнул.

—Кирилл? — я уставилась своим фирменным тяжелым взглядом на Кирилла, требуя объяснений.

—Ну, что? — заиграл бровями Кирилл и, замявшись, процедил сквозь зубы. — Ты станешь женой Олега на день.

—Чт…! — хотела заорать я, но Кирилл вовремя прикрыл мне рот рукой. — Ты идиот?!

—Олегу дороги свои акции, мне — ты. Вот мы и поспорили. — начал быстро или объяснять, или оправдываться Кирилл. — Если что, ты ведь мне поможешь? Я все компенсирую. Честное слово, только подыграй мне.

—Нет уж, я тебе не кукла и, воообще-то, люблю тебя. А ты споришь на меня со своими друзьями. У тебя совсем мозгов нет? Или вот так ты меня ценишь? — обиженно сказала я и ушла.

—Лер… — замялся Кирилл и посмотрел мне вслед. — Ну, прости.

—Поговорим чуть позже. — фыркнула я.

Я решила найти место, где можно уединиться и подумать, что теперь делать. Мой садик идеально подойдет. На улице чуть стемнело. Начались сумерки. Ветерок дул, смешивая ароматы цветущих роз и хвои. Мои прекрасные розы. Как же я вас люблю. Усевшись на лавочку, я начала размышлять. Если я подговорю Милену отказать Олегу, будет ли это честным? Да, Кирилл получит акции, но это неправильно. Ладно бы, если Олежек нам был чужим. Черт, придется участвовать в этой афере, но с Кириллом все равно не буду разговаривать. Вот балбес. Поспорить на собственную жену. Как же бесит.

Послышался чей-то топот. Сбитое дыхание. Кирилл бежал по дорожке. Не хочу с ним разговаривать. Я сделала вид, что его не замечаю. Он сел рядом со мной. Может быть, со стороны я выглядела той самой хмурой кошечкой, которая довольно долгое время была популярна в интерне.

—Скажи хоть что-нибудь. — проговорил Кирилл. — Когда ты молчишь, это в хуже, чем ты кричишь на меня.

—Можно я тебя ударю? — буркнула я.

—Можно. — кивнул Кирилл и расстроено добавил. — Я заслужил. Мне так захотелось акции, что я без раздумий поспорил.

Я отвесила Кириллу подзатыльник. Хороший такой, что он тут же потер затылок. Знаете, стало легче. Вся злость, конечно, до конца никуда не делась, зато её поубавилось. Заметно так.

—Дурачина. Если еще раз на меня поспоришь, я от тебя уйду. — скрестила руки на груди я. — Запомнил?

—Зайка, ты же не серьезно? — забегал глазами Кирилл.

—Серьезно. Это обидно. — погрустнела я, опустив глаза. — Сегодня ты на меня поспорил, а завтра в ломбард заложишь? Я совсем для тебя так мало значу?

—Ты чего? Конечно, ты для меня значишь намного больше. Давай я пойду к Олегу и скажу, что заложу свой «Мерседес»? — Кирилл осторожно взял меня за плечи и посмотрел мне в глаза. — Или можем отдать ему Тедди?

—Только моего красавчика в это не впутывай. — нахмурилась я. — Вы оба домашние вредители, но я же не спорю на тебя с Тиной.

—Не отдавай меня в руки этой заразе! У нее даже рыбки сдохнут. — замотал головой Кирилл и нежно улыбнулся. — Прощаешь?

—Куда тебя девать. — тяжело вздохнула я и потрепала Кирилла по голове. — Пообещай, что больше никогда так не сделаешь.

—Да, Зайка, обещаю, что впредь буду думать. — выдохнул Кирилл и приобнял меня. — Пойдем к гостям и скажем Олегу, что ставка отменяется?

—Раз уж поспорили, я буду отдуваться за тебя. Некрасиво получится, если ты так легко сольешься. — пожала плечами я.

—Правда? — с надеждой спросил Кирилл.

—Правда, но это в первый и последний раз. — пригрозила Кириллу я.

—Спасибо, моя Зайка. — Кирилл клюнул меня в щеку и протянул руку. — Идем?

—Идем. — базрадостно ответила я.

—Так, эти девицы тебя обидели? — спросил Кирилл, остановившись и помрачнев. — Я попрошу Тину уйти, если она тебя подкалывает. И эта Маша. На встрече выпускников она такой не была.

—Ты тоже заметил? Она резко изменилась, прям как Тина. — наморщила лоб я. — Не нравится мне все это.

—До свадьбы корчила из себя недотрогу, а уже после показала свое истинное лицо. Двуличная стерва. — огрызнулся Кирилл и обнял меня. — Хрен бы с ней, но у нее ума хватила унижать тебя в собственном доме.

—И что будем делать? Выгнать мы её не можем. Филя нам этого не простит. Он за нее на все что угодно готов пойти. — обняла Кирилла в ответ я.

—Нужно поговорить с Олегом, насколько я понял, Маша ему тоже не нравятся. Он нам что-нибудь подскажет. — Кирилл потер глаза.

—Он просто обязан нам что-нибудь подсказать. — уверенно закивала я.

—Пойдем вылавливать? — Кирилл протянул мне руку.

—Ага. — улыбнулась я и пошла за Кириллом.

Мы нашли Олега, ухаживающего за Миленой под тихую музыку у нас в гостиной и в кругу гостей. Официанты разносили напитки, мелькая туда-сюда. Я не подала виду, что знаю об их идиотком споре. В той же гостиной весело чирикали Тина и Маша, которую обнимал Филя. Олежек явно был не в восторге. Кирилл подошел к нему и что-то шепнул ему. Я не знаю что. Не разобрать. Реакция Олега меня поразила. Помрачнел. Отведя нас троих в сторонку, он сказал нам:

—Эта девица из Фили веревки вьет. Она даже запретила ему звать вас на свадьбу.

—Олег, ты уверен? — у меня на миг пропал дар речи.

—Да, мне Филя ныл, что Маша запретила звать вас на свадьбу. — продолжил Олег, касаясь по сторонам, и тихо-тихо прошептал. — Филя сказал, что это из-за Леры, поэтому вас не позвали. Насколько я понял, Маша хотела пригласить одного тебя, Кирилл.

—Что эта девица имеет против моей Леры? — грозно спросил Кирилл, надувшись.

—Понятия не имею. — недовольно пожал плечами Олежек. — Спросите у нее сами.

—Она явно не хорошим человеком. — добавила Милена и решила высказать свою теорию. — Вам не показалось, что они с Тиной знают друг друга?

—Откуда? — замотала головой я. — Это невозможно.

—Понятия не имею. — пожал плечами Олег.

—То, как они с Лерой разговаривали. С ходу такого не выдумать. По своему горькому опыту знаю. — тяжело вздохнула Милена.

Эти слова Милены стали последней каплей. Кирилл вскипел, услышав все это. Никого не спрашивая, он подошел к Филе и указал ему пальцем на дверь:

—Немедленно выметайтесь из моего дома.

—Тебе последние мозги отшибло? — рыкнул Филипп.

—Скорее у тебя последняя совесть исчезла. — парировал Кирилл, скрестив руки на груди.

Все разговоры стихли. Внимание гостей было обращено на Кирилла и Филю. Я почувствовала напряжение. Это все неправильно, но Кирилла уже не остановить. Филя встал, закрыв собой Машу, и гордо поправил очки:

—Раз так, мы уйдем. Пойдем, дорогая, нам здесь не рады.

—Действительно, так рады, что ты даже нас на свою свадьбу не пригласил. — грозно ответил Кирилл, глядя Филиппу в глаза.

—Лера еще та стерва. Ты был нормальным мужиком, пока не связался с ней. — бросил Филипп с непередаваемой напыщенностью.

После этого кулак Кирилла промазал по челюсти Филиппа. Я не знала, как себя вести. Визжать? Кто-то всего лишь охнул. Попросить Кирилла остановиться? Разозлиться и накричать на них обоих? Я не сделала ничего из вышеперечисленного. Все просто. Я стояла столбом, будто окаменела. Я чувствовала свое бессилие. Меня накрыло волной тревоги.

Филя отшатнулся. Маша толкнула его назад. Мой муж чуть не схлопотал в глаз, но все-таки ему разбили губу. Улучив момент, Филипп схватил Машу за руку и ушел. С позором сбежал. Следом за ними постепенно утекали гости. Тина оказалась в числе первых. Какая «жалость». Сразу бы так. Впрочем, никто не расстроился. В доме даже как-то уютней и спокойней стало. Кирилл сел на диван потирая губу. Он вытирал кровь, текшую по губе. Драчун. Что сказать.

Тем временем я увела разъярённого Кирилла в спальню и, прихватив с собой аптечку, обработала ему губу перекисью водорода. Кирилл фырчал. Щиплет, жутко, хотя и не должно. Ох, бедный мой Кирюша. Не стоило ему ради меня бросаться с кулаками на лучшего друга. Фух, нам всем нужно успокоиться. Тедди сидел на кровати и грыз косточку. Во время вечеринок этот пес вечно куда-то испаряется, что его не видно и не слышно. Героический поступок. Мой красавчик еще не нашкодил ни на одной наше тусовке. Правда, моя совесть не на месте. Вечер кончила из рук вон плохо. Больше всего на свете мне хотелось лечь спать и забыть сегодняшний концерт без заявок телезрителей. Нет, погодите, не просто лечь спать, а залезть в объятия Кирилла и уснуть. Мой муж был того же мнения.

Могу сказать, что Кирилл был расстроен намного больше, чем я. Он ходил в каких-то своих мыслях и не отпускал меня ни на шаг. Что же такое? Да, вечер не удался таким, каким его планировал Кирилл, но все не так плохо. Наверное. Ладно, утешу и себя, и Кирилла этим. Мы танцевали. Потом ужинали. Еда была очень вкусной. Много болтали с гостями. Никто не зарекался про инцидент с Филиппом и Машей. По ощущениям должно быть неплохо.

На улице окончательно стемнело. Показались звезды. Про мой излюбленный ветерок я молчу. Вы и сами знаете, чем пахнет у нас на даче. Официанты немного прибрались на кухне и уехали. Дом опустел. Последними собрались домой Милена и Олег, как не странно, а до этого остались до часу ночи. Конечно, очень приятно, хотя мне и перед ними неловко.

У калитки мы прощались. Милена изволила ехать с Олегом. Пока Кирилл и Олег что-то обсуждали, я отвела Милену в сторонку и спросила:

—Ну и как тебе Олежек? — шепнула ей на ухо я.

—Я не знаю. — засмущалась Милена, переминаясь с ноги на ногу. — Со мной такое впервые.

—Не возлагай на него слишком больших надежд. — аккуратно предупредила Милену я. — Олег всем хорош, но он бабник и никогда не скрывал этого.

—Я в курсе, что он бабник. — проговорила Милена. — Просто за мной еще никогда так не ухаживали. Понимаешь?

—Понимаю. — томно вздохнула я, вспомнив ласку и заботу Кирилла, которые я воспринимала, как нечто самое лучшее, что когда-либо со мной случалось. — Тем не менее, не поддавайся так просто. Побудь немного неприступной.

—Да? И чем мне это поможет? — настороженно спросила Милена.

—Олег будет настойчивей, чем сейчас. В большинстве случаев он воспринимает женщин, как цель. — с досадой сказала я и уже более радостно добавила. — Но ты можешь все изменить. Перевоспитай его.

—Думаешь, у меня получиться? — неуверенно шепнула Милена, покосившись на Олега. — Разве можно изменить бабника?

—Ты должна заставить его захотеть измениться ради тебя. — с улыбкой сказала я, кивнув на Олега. — Если что, звони, пиши, стенографируй. Готова помочь всем, чем смогу.

—Спасибо. — воодушевилась Милена и шагнула назад к Олегу.

Мы помахали Олегу и Милене ручкой и вернулись на территорию. Кирилл выглядел огорченным. Я не хочу, чтобы он расстраивался. Как только дверь ванной открылась, Кирилл угодил в мои объятия. Он был достаточно напряжен. Мне это не нравится. Я погладила Кирилла по спине и проговорила:

—Не расстраивайся. Все уладится.

—Я знаю, просто все пошло наперекосяк. Еще и этот спор. Я проиграл. — пробубнил Кирилл уткнувшись носом в мою макушку.

—Черт с ним. Все в порядке. — проговорила я.

—Ты не злишься? — осторожно спросил Кирилл.

—Ну, как сказать. С одной стороны, мне неприятно, что ты так легко поддался, но, другой стороны, ты мне доверяешь. Так ведь? — высказала свою точку зрения я.

—Конечно, доверяю. — нежно погладил меня по голове Кирилл. — Спать?

—Уже глаза слипаются. — кивнула я.

Завалились спать.Тедди не взяли. Наказан. Все. Больше ничего, нам не хотелось.
Несколько недель спустя

После вечеринки Кирилл и Филя так и не общались. Не могу сказать, что мой муж не переживает по этому поводу. Просто виду не подает, а меня гложет совесть. Я так не могу. Кирилл расстроен и подавлен. Филя — его лучший друг с детства. Со слов Елены Александровны, они кашу в детском саду из одной тарелки ели. Теперь у меня такое чувство, будто я разрушила их дружбу. Как это гложет на самом деле.

Я сижу на кухне, пью кофе. Кирилл ускакал на работу. Надо бы найти и мне. Предложений много, но ребенок. Пока я подрабатываю у Кирилла переводчиком. Кстати, мне сегодня нужно к нему на переговоры с французами. Тест сегодня утром оказался снова отрицательным. Я уже и не знаю, что думать. Может, к врачу сходить? Тедди прыгал под барным стулом. Я взяла его на руки и прижала к себе. Почему у нас с Кириллом не получается. Неожиданно с моих глаз потекли слезы и закапали на спинку на спинку Тедди. Пес извернулся в моих руках и облизал мои щеки. Действительно, нельзя унывать или отчаиваться.

Фух, нужно собираться. У Кирилла встреча в час. На дворе половина одиннадцатого. Я не стала допивать кофе и отправилась одеваться. Строгий костюм в тему. Из меня обычно должна получиться бизнесвумен. Получилась. Я оставила Тедди мягкую подстилку, поменяла воду, насыпала корма и оставила горку игрушек. Мой красавчик все равно плакал у двери. Чмокнула его перед уходом. Сидя в машине, мне позвонила Маша. Я удивилась, но ответила на звонок:

«Алло».

«Лер, привет. Нужно поговорить». — быстро сказала она.

«Хорошо, когда?» — так же быстро проговорила я, заводе машину.

«Сегодня в двенадцать. В кафе в центре, в которое мы любили ходить после школы». — сухо бросила она.

«Договорились, только у меня есть примерно полчаса. У меня собеседование». — соврала я, не захотев говорить Маше, что помогаю Кириллу.

Маша положила трубку. Я обрадовалась, что этот весьма сухой разговор наконец окончен. В принципе цель одна — уговорить Машу поговорить с Филей, чтобы тот в свою очередь вышел на контакт с Кириллом, а уж самого Кирилла я сама обработаю. Для моего душевного спокойствия им нужно помириться. Хорошо, что она позвонила.

Я кинула телефон на подставку и выехала с парковки в сторону кафе. Так, стоп, рано я обрадовалась. Кирилла-то я предупредить забыла. Я схватила мобильник и на ближайшем светофоре набрала мужу. Кирилл взял практически мгновенно:

«Привет, Зайка. Ты уже к нам едешь?» — с наигранным спокойствием проговорил Кирилл.

«Кирюш, я могу совсем ненадолго задержаться. Буквально на пару минуточек. Появилось очень важное дело». — с мольбой проговорила я.

«Что-то случилось?» — с двойной тревогой выдал Кирилл.

«Нет, наоборот, ты будешь рад, если все выгорит». — попыталась успокоить я Кирилла.

«М-м-м, ты беременна и срочно идешь к врачу?» — довольно протянул Кирилл.

«Н-нет, но по важности для нас это примерно то же самое». — замялась я, пытаясь скрыть свое расстройство от отрицательного теста на беременность.

«Ладно, позвони, как подъедешь к офису. Я встречу тебя на улице». — выдохнул Кирилл.

«Обязательно. Кладу трубку». — попыталась взбодриться я.
Я доехала до кафе, нервно поглядывая на часы. Маша уже ждала меня внутри. С улицы было видно, как она смотри что-то в телефоне. Господи, вот бы все выгорело. Кирилл должен обрадоваться. Войдя внутрь, я огляделась. Здесь все изменилось. Раньше в этом кафе мы могли дешево поесть, и, не сложно догадаться, что какой-то необычной обстановки ожидать не стоит. Сейчас, судя по новейшему ремонту, создававшему непередаваемую уютную атмосферу, цены выросли.

Лицо Маши, когда я появилась у столика, было непроницаемым. Я не могла точно понять, на что она рассчитывала, позвав меня меня в это кафе именно сейчас. Маша оторвалась от телефона и махнула мне рукой. Я присела на свободный стул со словами:

—Привет. Хорошо, что пригласила.

—Привет еще раз. Рада, что ты пришла. — ответила Маша весьма буднично.

—О чем ты хотела поговорить? — перешла сразу к делу я, у меня мало времени.

—Так вот, я хотела поговорить о твоем муже. — совершенно спокойно проговорила Маша, поглядывая в телефон. — Кирилл несправедливо обошелся с Филиппом.

—И? — решила подойти к нашему разговору дипломатично я.

—Я хочу, чтобы Кирилл изменился перед Филлюшкой. — сказала Маша, вертя в руках телефон.

—Вот как. — мои брови поползли вверх от удивления, вызванного неслыханной наглостью Маши. — Допустим, я поговорю с Кириллом, но как на это отреагирует Филипп?

—Исключительно положительно. Мы договорились? — невинно улыбнулась Маша своей ангельской улыбочкой.

—Практически. — кивнула я, перекинув ногу на ногу, аки стерва. — Со своей стороны я бы хотела, чтобы ты попросила Филиппа извиниться за тот инцидент со свадьбой. Мне-то все равно. Это как никак ваше личное дело, но Кирилла это сильно задело.

Вот теперь Маша задумалась. По её лицу скользнула тень лютого недовольства. Она должна согласиться, поэтому я решила мягко на нее надавить:

—Ты же сама понимаешь. Мы делаем это не для себя. Кирилл и Филипп друзья с самого детства. Я не хочу, чтобы они ссорились из-за такой мелочи. — жалобно пропела я, погладив Машу по руке. — Ты согласна?

Маша сомневалась и не хотела идти на уступки, однако я была неумолима. По итогу она сломалась, стоило проявить чуточку упорства.

—Так и быть, я попрошу Филюшку войти в положение. — буркнула Маша. — Я позвоню тебе, как только он согласиться.

—С нетерпением жду звонка. — радостно улыбнулась я и встала, взглянув на часы. — Ну, а мне пора. Благодарю за приглашение.

Получив, что хотела, я побежала к своей машине и на переговоры к Кириллу. Мне невероятно повезло, что офис находиться очень близко от кафе, поэтому я припозднилась всего на пять минут. Что сказать, французы задержались на полчаса. Пробки, видите ли. Я не против. Хотя бы Кирилла не подвела. До приезда французов Кирилл и я разместились в его кабинете с чаем— на островке спокойствия. Все сотрудники носились туда-сюда. Впрочем, это обычное зрелище. Я пила чай с невозмутимым лицом.

—Завидую твоему спокойствию. — тяжело вздохнул Кирилл, отпив чаю. — Ну что? Ты сходила на свою встречу?

—Да, сходила. — кивнула я, держа горячую кружку в руках.

—И как? — скрестил руку на груди Кирилл, отставив кружку на кофейный столик.

—Удачно. — довольно проговорила я и потянулась к кудряшкам Кирилла. — Поэтому и твоя сделка сегодня пройдет удачно. Слышишь, красавчик?

—Есть, товарищ генерал. — отдал честь Кирилл. — Французы такие свободолюбивые. Лер, я не знаю, как с ними разговаривать.

—Отставить переживания. Все будет хорошо. Главное — соблюдай деловой этикет. Бизнес и в Европе бизнес. А в остальном я тебе помогу. — спокойно проговорила я и с нежной улыбкой добавила. — Эй, я с тобой.

—С тобой хоть в космос. — улыбнулся до ушей Кирилл и собирался поцеловать меня, но нас прервали.

В дверь постучали. Мы с Кириллом обернулись. В кабинет вошла секретарша, хихикая, она сказала:

—Кирилл Сергеевич, французы поднимаются в переговорную.

—Передайте им, что мы уже идем. — бросил Кирилл и строго обратился к девушке в короткой юбке. — Надеюсь, Вы знаете, что уволить Вас я могу по любому поводу, если захочу. Вы понимаете, о чем я?

—Д-д-а, Кирилл Сергеевич. — пробормотала секретарша, сжавшись под тяжелым, строгим взглядом Кирилла, который был, очевидно, чем-то очень недоволен.

—Надеюсь, такого больше не повторится. — бросил Кирилл, оглядев секретаршу с ног до головы. — И, будьте добры, надевать юбки подлиннее. Вам некого здесь соблазнять.

—Я Вас поняла. Такого больше не повториться. — пропищала секретарша. — Я могу идти?

—Да, Вы свободны. — чуть ослабил хватку Кирилл.

Секретарша побледнела и унеслась, будто её в кабинете никогда и не было. Строго Кирилл с ней. Я бы даже назвала это жестоким. Я привыкла, что дома мой мужчина белый и пушистый котик. Как видите, Кирилл имеет и «темную сторону». Он объяснил свое поведение в ответ на мой вопросительный взгляд:

—Меня уже бесит, когда она за нами подслушивает и подглядывает. — недовольно рыкнул Кирилл.

Я охнула от неожиданности. Привыкла уже не замечать выходки секретарши Кирилла. Он протянул мне руку. Я с удовольствием её приняла. По пути мы встретили Жанну. Она сегодня была какой-то рассеянной. Краем уха слушала, какие инструкции ей давал Кирилл. Странно, что она так себя ведет. Вся в мыслях. За три года впервые вижу её такой. Кирилл слегка прикрикнул на нее, попросив сосредоточится. Жанна растерялась. Ох, какой-то странный день.

Менеджеры сопровождали французскую делегацию до переговорной. Кирилл скептически взглянул на кучку разодетых бизнесменов. Вроде бы они выглядели согласно бизнес стилю, но этот французский лоск. От этих мужчин веяло романской. Или мне показалось? С ними в группе была одна единственная женщина. На мой взгляд, слегка сконфуженная. Она стучала каблуками по плитке, испуганно озираясь по сторонам. Я вижу такое второй раз за время работы с Кириллом.

—Bonjour, chers messieurs. (Добрый день, уважаемые господа.) — сказала я доброжелательно, учтиво кивнув французам.

Накрахмаленный мужчина в белой рубашке вышел вперед и нагнулся, попросив мою руку. Я протянула ему, и тот на глазах у всех поцеловал её. Я уже чувствовала ревнивый, недовольный взгляд Кирилла. Лазерными лучами он прожигал дырку в мужчине, который только что облобызал мне ручку. Нет, спасибо. Я не любитель подобных знаков внимания, поэтому попыталась выдернуть её по возможности быстрее. Кстати, француз был не очень. Этот нос с горбинкой и черные кудрявые волосы, со стороны напоминавшие солому, мне не пришлись по вкусу. Его французское обаяние не сразило меня наповал. Скорее даже вызвало во мне волну отвращения. Я, на минуточку, — верная жена. Налево даже мысли себе посмотреть не позволяю, зато за мужем хоть в огонь, хоть в воду.

Захотелось возмущенно отвернуться и резко выдернуть руку. Более того, Кирилл на заднем плане заслуживал большего моего внимания. Если его сейчас не успокоить, то мой ревнивец, не задумываясь о последствиях, выкинет французов из своего офиса.
—Enchanté, Madame Shvedova. (Рад встреча, муадмазель Шведова) — сказал он и хитро добавил, глядя на Кирилла. — Monsieur Shvedov, Vous avez une femme incroyablement belle. Vous êtes un vrai chanceux. (Господин Шведов, у Вас потрясающе красивая жена. Вы настоящий счастливчик.)

—Je vous remercie pour le compliment. M. Shvedov est heureux de vous accueillir de tout cœur en Russie et dans notre société. (Господин Шведов от всего сердца рад приветствовать Вас в России и стенах нашей компании.) — проговорила я, указав на Кирилла, и быстро отошла назад, чуть ли не спрятовшись за своего мужа от этого гада.

—Лера, что эта иностранная морда говорит? — шепнул раздраженно Кирилл.

—Говорит, что у тебя красивая жена. — пробормотала я. — Он еще тот бабник.

—Вот гаденыш. — рыкнул Кирилл и уже спокойнее продолжил, выйдя вперед к французу. — Кирилл Шведом, искренне рад встрече.

Я поспешила перевести:

—M. Shvedov dit qu'il est très heureux de vous rencontrer (Шведов говорит, что он очень рад встрече с Вами).

Француз разразился комплиментами в мой адрес и адрес компании Кирилла. Зря это он. Как красной тряпкой перед быком махать. Из Кирилла буквально пар валит. Это не есть хорошо.

— Maintenant, je propose de passer à l'affaire et de passer à la salle de négociation. (А теперь предлагаю прейти к делу и пройти в переговорную.) — решила поддержать разговор и, собственно, ускорить процесс я, встав у двери в переговорную.

Обсуждение контракта заняло часы долгих, напряженных переговоров. Слишком тяжело, но, тем не менее, к вечеру Кирилл и Господин Жак, который ранее облобызал мне руку, сошлись на взаимовыгодных условиях. Контракт подписан. Кирилл счастлив. Я же без сил рухнула на диван в его кабинете. Мой язык отваливался. Я больше не могу и не хочу говорить. Кирилл в целях гуманитарной помощи моим голосовым связкам попросил секретаршу принести мне горячий чай.

Ох, как только в моих руках оказалась кружка ароматного напитка, напряжение понемного исчезало. Ну, я так думала. Кирилл сел за свой стол и хотел взять какие-то документы из сейфа, как его телефон зазвонил. За долю секунды его лицо исказилось в гримасе раздражения и нежелания брать трубку. Сделав над собой усилие, он-таки ответил:

«Привет, Олег».

Оу, так это Олежек. Скорее всего он звонит по поводу спора. По итогу разговора я поняла только одно — завтра у меня тяжелый день. Правильно догадалась. По дороге домой Кирилл изложил, что от меня в счет спора потребовалось Олегу. Замечательно, завтра мне придется претворятся его женой перед американским инвестором, у которого буквально фетиш на семье и семейных ценностях. Втрой мой папа. Кто лучше всего подыграет Олегу? Конечно, жена Кирилла Шведова, известная своей хозяйственностью и обаянием. По крайней мере так обо мне люди говорят.

Следующим утром Кирилл с неохотой отпустил меня к Олегу домой. Он ныл или скорее даже ворчал себе под нос, как накосячил с этим спором. Не хочет человек делиться женой. Олег скинул мне адрес, и я отправилась к нему. Заворотом у него шикарный дом. Коттедж в шаговой доступности от Москвы. Эдакий храм современного искусства. Для меня абсолютно унылое место. Не фанатка модерна, как и металла, стекла и угловатых форм. Олежек идет в ногу со временем, а я же предпочту классический уют. В этом наши с Кириллом вкусы сходятся.

Я сняла обувь и прошло в гостиную. Домработница в годах протирала везде пыль. Олег следил за мной взглядом и предложил сесть на диван. Диван. Ну, в моем понимании диван — это нечто большое и мягкое. У Олега же скорее ломаная софа какая-то. Бог с ним, у каждого разное понимание того, что такое диван. Зал в принципе был обставлен кофейным столиком, двумя минималистичными стеклянными витринами, погретыми белой краской, но гвоздь программы — это картина полуголой девушки во всю стену. Извините, я на такие интерьеры не подписывалась. Олег есть Олег.

—Я знаю, всем нравится эта картина. — засмеялся Олег. — Хочешь чаю?

—Не откажусь. — согласилась я и перешла к делу. — Что я сегодня должна делать?

—Кирилл разве не сказал? — удивился Олег и подозвал домработницу. — Надежда Ивановна, сделайте чаю, пожалуйста.

—Хорошо, Олег Вадимович. — быстро ответила домработница и удалилась на кухню.

—Нет, Кирилл сказал, просто я бы хотела услышать это еще раз из первых уст. — объяснила я. — Насколько я поняла, мы имеем дело с американцем.

—Да, именно. Его зовут Джеймс Харрисон. — щелкнул пальцами Олег и устало сказал. — Понимаешь, мой образ жизни не стыкуется с его представление о русских семьях. Харрисон — примерный семьянин и молится на институт семьи, как на икону.

—Тебе нужен контракт, правильно? И чтобы его получить, тебе нужна русская жена. — вскинула бровь я, не ведясь на обольстительные комплименты Олега. — Знаешь, мой папа примерно так же раньше думал.

—Вот поэтому мне не обойтись без идеальной жены Кирилла Шведова, которая подписала своему мужу не один миллионный контракт. — усмехнулся Олег. — Лерка, о тебе уже легенды слагают. Красавица-дипломат и жена долларового миллиардера. Ум, красота, темперамент — все, что хочет увидеть Харрисон. То, что мне нужно.

—Допустим, я согласна, но взамен ты тоже мне кое в чем поможешь. — хитро улыбнулась я, скрестив руки на груди. — Одно маленькое дельце.

—Так-так, что же тебе такого потребовалось, что тебе не в силах помочь твой безотказный муженек? Насколько маленькое дельце? — с интересом буркнул Олег, выдвинувшись вперед.

—Вот как раз Кирилл не должен об этом знать. — посерьезнела я. — Это подарок для него.

—Вау, что ты все-таки удумала? — с любопытном нетерпеливого мальчишки проговорил Олег, сузив глаза.

—Кирилл давно хочет обновить машину. Вот, я решила, что на нашу годовщину свадьбы подарю ему новый «Мерседес». — начала объяснять я. — У меня есть друзья в Германии, которые помогли мне связаться с представительствам «Мерседес». Мне сказали, что они изготовят одну единственную машину для Кирилла.

— Ты собралась дарить Кириллу именное авто? — глаза Олега округлились, а его челюсть отвисла до пола. — Которое изготовят в Германии и привезут в Россию?

—Угадал. — подтвердила я и добавила. — Только мне нужен грамотный советчик, я же в этих машинах ничего не смыслю.

—Ты понимаешь, что делаешь для Кирилла? — потрясено сказал Олег.

—Да, я дарю ему машину, которая будет одна единственная в мире. — невинным голоском говорю я. — Ты мне поможешь?

—Согласен, ради такого дела не жалко и время потратить. — бросил Олег и дал мне руку.

—По рукам. — я пожала руку Олегу. — А теперь приступим к делу.

Дело оказалось нешуточным. Обсудив детали, мы с Олегом решили, что будем встречать американского гостя хлебом-солью. Засучив рукава, я вытряхнула весь холодильник Олега и изготовила разнообразные блюда русской народной кухни. Что поделать. Работаем. Работаем! Пришлось заставит Олега мне помогать. Время поджимало. Он с лихвой взял в руки нож и, чтобы выпендриться, нарезал овощи, пританцовывая. Я проводила инструктаж, как разговаривать с американцами. Уточнила, про знание английского. В отличие от Кирилла Олег свободно болтал по-английски. Сразу видно, кто хорошо в школе язык учил.

К вечеру приехал Харрисон вместе со своей семьей. Такой, знаете ли, толстый колобок вкатился в дом, с разочарованным видом разглядывая обстановку. Не то, что он ожидал увидеть. Ну, извините, в деревянных избах с каменной печью русские не живут уже давно. Мы за комфорт. Класс, еще один неприятный типок за последние два дня. Следом за Харрисоном пожаловали его жена и сын с дочерью. Жена напоминала бывших первых американских леди. Сын сошел с экранов фильмов об американских мажорах. На скидку он одного возраста с Кириллом, но я могу ошибаться. Про дочь я не особо хочу говорить. Знаете, такая все пантовая девица на высоченных каблуках, которой едва ли стукнуло двадцать.

С широкой улыбкой я встретила их по русской традиции с караваем. Харрисон оценил. Куда денется, не таких ломали. Откусив по кусочку каравая, гости прошли в гостиную, где был накрыт стол. Мой фирменный борщ был. Начали с первого, то есть с борща. Дочь Хприссона отвернула носик. Не для её фигуры. Нет. Нет, и не надо. Попробовав ложечку, Олег шепнул мне на ухо:

—Это тот самый борщ, который нахваливает Кирилл?

—Да, он самый. — быстро ответила я.

Так, отвлеклись. Теперь продолжим. Олег завел непринужденную, легкую беседу о русском фольклоре. Прекрасно, я поддержу. В середине ужина жена Харрисона решила задать мне личный вопросик:

—Valeria, what do you do? (Валерия, чем Вы занимаетесь?)

—I'm a diplomat by training. Recently graduated from University and looking for a job. (Я по образованию дипломат. Недавно окончила университет и ищу работу.) — ответила я, не медлив ни сикунды, иначе будет казаться, что у меня есть какие-то секреты.

—What an interesting profession! You must be used to dealing with foreigners. (Какая интересная профессия! Должно быть Вы привыкли общаться с иностранцами.) — начал допытываться Харрисон.

—Yes, you are right. During my academic career, I had the opportunity to attend many international conferences. (Да, Вы правы. За свою академическую деятельность мне выпала возможность побывать на многих международных конференциях.) — улыбнулась я, сдерживая нарастающее напряжение.

—How strange. Haven't we met anywhere before? For example, in England or France? (Как странно. Мы с вами нигде не могли раньше встречаться? Например, в Англии или Франции?) — неожиданно спросила жена Харрисона.

—Who knows? You may have seen me in England or France. I'm half English. My mother was working at the Embassy when my parents met. (Кто знает. Возможно, Вы могли видеть меня в Англии или Франции. Я наполовину англичанка. Моя мама работала в посольстве, когда мои родители познакомились.) — объяснила я.

—And your father, Valeria, who is he? (А Ваш отец, Валерия, кто он?) — задумчиво спросила жена Харрисона.

—He's a diplomat. Have you ever heard of Andrew Rozov? (Он дипломат. Вы когда-нибудь слышали о Андрее Розове?) — наигранно дружелюбно ответила я.

—I had the honor of receiving him in my home! So you're his daughter. No wonder you look so much alike. Your character is exactly like Andrew’s. (Я имел честь принимать его в своем доме! Значит, Вы его дочь. Не удивительно, что вы очень похожи. Ваш характер в точности, как у Эндрю.) — заопладировал Харрисон.

—You're right. Sometimes it interferes with our communication, but we manage. Let me tell my dad that you've come to Russia. He will be happy to welcome you and your family at home. (Вы правы. Порой это мешает нашему общению, но мы справляемся. Мне передать папе, что вы приехали в Россию. Он будет рад принять Вас и Вашу семью дома.)— отшутилась я.

—How is your mother's health, Valeria? The last time I saw her, she was ill. Your father was restless, looking for money for her treatment. I hope she's well now (Как здоровье вашей мамы, Валерия? Когда мы виделись в последний раз, она была больна. Ваш отец места себе не находил, искал деньги на ее лечение. Надеюсь, она сейчас здорова). — весело пролепетала жена Харрисона.

Сердце пронзило сотнями иголочек. Мама. Эти люди знали мою маму. Они до сих пор её помнят. Злость из-за того, что мне причиняли неудобство столь личными вопросами, сошла на нет. Я не могу на них злиться.

—My mother died many years ago of cancer. Unfortunately, she never managed to overcome her illness. Dad is now married to another woman. (Моя мама умерла много лет назад от рака. К несчастью, ей так и не удалось справиться с болезнью. Сейчас мой отец женат на другой женщине.) — с тоской проговорила я.

—My God, I'm sorry! We're sorry. We knew her intimately. She was a very good person. (Боже мой, простите! Нам очень жаль. Мы были с ней близко знакомы. Она была очень хорошим человеком.) — ударилась в извинения жена Харрисона.

—Please don't. I'm glad you remember my mother (Прошу вас, не стоит. Мне приятно, что вы помните мою маму). — отмахнулась я.

—Valeria, do you remember my son? You played together as a child (Валерия, Вы помните моего сына? Вы играли вместе в детстве). — заговорил сам Харрисон, указав на своего сына, сидящего по правую руку от него.

—I'm sorry, but no, I don't remember (Извините, но нет, я не помню). — замотала голвой я в поддержку своих слов.

—But Justin remembers you very well. (Зато Джастин очень даже тебя запомнил.) — съязвила дочь Харрисона.

—Niki! (Ники!) — шикнула на нее жена Харрисона.

—Valeria, are you married to Mr. Pavlov? (Валерия, Вы замужем за мистером Павловым?) — спросил сам Джастин, хитро поглядывая на меня.

Этот вопрос завел нас с Олежеком в тупичок. Мы переглянулись. Что же делать? Сказать, что это все на спор. Позору не оберемся. Я не знала. Олег снова шепнул мне на ушко:

—Раз они знают твоего отца, лучше сказать правду.

—Уверен? — переспросила я.

—Да. — быстро прошептал Олег.

—За контракт не переживай. — бросила я и вернулась к беседе.

—I see you have a great relationship. You are a good family and a beautiful couple (Вижу, у Вас отличные отношения. Вы хорошая семья и красивая пара.). — моментально развила тему жена Харрисона, радостно лепеча.

—Yes, I'm married, but not to Oleg. He's my husband's best friend, and he asked me to help give you a proper welcome (Да, я замужем, но не за Олегом. Он лучший друг моего мужа, попросил помочь оказать Вам достойный прием). — незамедлительно поправила я.

—Let me know the name of this lucky man who got such a good wife (Позвольте узнать имя этого счастливца, которому досталась такая хорошая жена). — с неподдельными напыщенностью и любопытном выдвинулся вперед Дастин.

—Have you ever heard of Kirill Shvedov?(Вы что-нибудь слышали о Кирилле Шведове?) — ответил за меня Олег, поняв, что Джастин предпринял попытку выпендриться, унизив Кирилла.

—Russian dollar millionaire?! This sexy hunk of a man?! Why isn't he here?! (Русский долларовый миллионер?! Этот сексуальный красавчик?! Почему его здесь нет?!) — восторжено вскрикнула дочь Харрисона.

—Kirill is busy at work. He's a man who works all the time, but I don't think it matters (Кирилл занят по работе. Он человек, который все время работает, но, думаю, это не важно). — одернула дочь Харрисона я, как вдруг мой телефон зазвонил у меня в кормане. — Excuse me, I need to take a call (Прошу прощения, мне нужно ответить на звонок).

Я быстренько вышла на улицу. Кирилл звонит. Хочу его услышать. С утра его не видела, а уже вся извелась.

«Привет, Кирюш. Ты не представляешь, как я по тебе соскучилась». — с облегчением выдохнула я.

«Я тоже, Зайка. Поэтому и звоню. Как ваши с Олегом дела? Играете парочку?» — расстроено проговорил Кирилл.

«Не пришлось. Американский партнёр Олега оказался другом папы, поэтому нам не пришлось врать. Харрисон и его семья уже знают, что ты — мой любимый и единственный мужчина». — радостно проговорила я.

«Фух, это лучшая новость за сегодня». — голос Кирилла повеселел.

«Полностью с тобой согласна. Огромное облегчение, что мне не пришлось становиться девушкой или женой Олега. Неправильно это даже на спор». — согласилась я.

«Прости, что втянул тебя. Когда ты вернешься домой? Может, мне забрать тебя, чтобы ты не ехала по темноте?» — предложил Кирилл.

«А как же моя машина?» — спросила я.

«Пусть постоит у Олега. Вернемся за ней завтра». — совершенно спокойно ответил Кирилл.

«Было бы неплохо. Кирюш, я устала, хочется к тебе». — позволила себе минутку слабости я.

«Мне тоже, Зайка. Во сколько приезжать?» — ласково проговорил Кирилл.

«К одиннадцати». — тихо произнесла.

«Я приеду». — подтвердил Кирилл и положил трубку.

Вечер на мой взгляд тянулся неимоверно долго. Харрисоны расспрашивали меня о том, как мы с Кириллом познакомились. История так история. Хоть книгу пиши. Золушка убежала из дома и встретила на Красной площади Принца, переодетого в простолюдина, потом убежала от него, обронив пропуск. Дочь Харрисона была в полном восторге. Я в принципе тоже. Поступки Кирилла бывают необоснованно чересчур романтичными, поэтому теперь для Николь наша история выглядит приторно сладкой и розовой. Она просто не знает, что было потом, но вы-то знаете, что Кирилл чуть не погиб, а меня похитил маньяк.

Я поглядывала на часы. Уже почти одиннадцать, а Харрисон и не думает уходить. Джейсон так и пытался меня разговорить. Фух, устала. Отведя Олега на террасу, Харрисон согласился подписать с ним контракт. Они обговаривали детали, когда в дверь позвонили. Домработница открыла. Кирилл! Наконец-то пришел повод выпутаться из разговоров об американских тусовках Джейсона, который рьяно поддерживала его сестра, чтобы только я никуда не ушла.

Извинившись, я встала. Из гостиной всем было видно, как Кирилл обнимает и целует меня. Правильно. Я объяснила ему, что американцы все еще здесь, а Олежек одной ногой с контрактом, поэтому мы не можем уйти, не попрощавшись с ним. Тяжело вздохнув, Кирилл прошел в гостиную. У Николь едва ли слюнка не потекла. Красавец Кирилл Шведов стоит перед ней в белой рубашке и брюках. Он с работы, только дома пиджак и галстук бросил. Ох уж эти две расстегнутые пуговички на воротнике. Брутальней, чем сейчас, Кирилл может быть только голым.

На ломаном английском Кирилл смог поздороваться и молча расположился на диване. Сейчас ему было неудобно. Если говорить о деловых переговорах, то он чувствует себя комфортно, когда ему переводит переводчик. Попал, Кирюша. Может быть, после этого он выучит-таки язык. Уже три года заставит не могу, зато РБК читать целыми днями ему ничто не мешает.

Николь строила Кириллу глазки. Мой муж, слова Богу, не реагировал. Никак. Джастину же реально не понравилось появление Кирилла, потому что мое внимание полностью переключилось на него. Дубина, я изначально не хотела с тобой общаться. По закону подлости мне опять позвонили. Я не хотела отвечать, чтобы не бросать Кирилла одного на съедение кучки американцев, но это была Маша. Ура, Кирилл мириться с Филей! Я вскочила с места и убежала.

«Алло». — проговорила я шепотом, озираясь по сторонам.

«Привет, Лера. Звоню сказать, что Филя согласен и готов поговорить». — бросила Маша.

«Как я рада! Когда мы можем встретиться?» — незамедлительно спросила я.

«После завтра у нас дома. Только Филюшка пригласил только Кирилла. Тебя он почему-то видеть не хочет». — с наигранной жалостью сказала Маша.

Меня словно обухом по голове ударило. Филя не хочет меня видеть. Почему? Что я ему такого сделала? Я очень расстроилась, но все же дружба Филиппа и Кирилла мне намного дороже, чем какие-то там личные разногласия.

«Хорошо, он будет. Во сколько?» — сглотнула горечь обиды я.

«Пусть приходит вечером в любое время. Ладно, пока». — отмахнулась от меня Маша.

«Л-ладно, пока». — запнулась я.

Еще минут пятнадцать я стояла, пытаясь прийти в себя. Ничего не понимаю. Что случилось такого с Филиппом, что он теперь даже видеть не хочет? Сколько бы я не вспоминала, не могла найти в памяти момента, когда сказала или сделала что-то плохое Филе. Я помогла ему уговорить Машу выйти за него. Это просто невероятно. На душе сделалось гадко и обидно. Возможно, вы меня отругаете, скажите, что я идиотка, но жаловаться Кириллу не вариант.

Успокоившись, подышав прохладным августовским воздухом, я вернулась назад. Знаете, что я увидела. Николь сидела рядом с Кириллом и что-то лепетала по-английски. Мой муж молчал. Вдруг она положила руку ему на грудь. Мое сердце бухнуло вниз. Кирилл незамедлительно вскочил. Самое интересное, что жены Харрисона в гостиной не было, но её голос послышался на террасе.

Спустя минуту они вышли. Олежек сиял, как медный таз. Все получилось. Кирилл пожал Олегу руку, тот в свою очередь представил его Харрисону. Правда, мы не задержались надолго. Тут же ушли, хотя Олег предлагал остаться. В машине Кирилл спросил:

—Кто тебе звонил?

—Помнишь, я говорила вчера, что еду на встречу и ты будешь рад, если все выгорит? — начала я загадочным тоном.

—Помню, но, если ты думаешь, что это мне о чем-то говорит, то это не так. — растерялся Кирилл, выезжая на трассу.

—Ну, я поговорила с Машей. Она сейчас мне звонила и сказала, что Филя хочет помириться. Они ждут тебя послезавтра. — радостно проговорила я.

—Что, прости? — вылупился на меня Кирилл.

—Ты огорчен? — вот теперь уже удивилась я. — Думаешь, я не вижу, как ты переживаешь по поводу вашей ссоры? Я не хочу, чтобы ты расстроенный ходил.

—Меня больше бесит Маша. — замотал голой Кирилл. — Но ты права, меня напрягает сам факт, что Филя со мной не разговаривает.

—Ты пойдешь к нему домой мириться!? — радостно воскликнула я.

—Почему он не пригласил тебя? — немного раздраженно решил уточнить Кирилл.

—Я занята послезавтра вечером. — быстренько решила придумать что-нибудь я. — Встречаюсь с Миленой. Она хотела либо пожаловаться на Олега, либо, наоборот, им повосхищаться. Сказала, что не определилась. Мы договорились, что к послезавтру определиться.

—Раз такое дело, то ладно. — пожал плечами Кирилл, и мы поехали домой.

Наступило послезавтра, которое изменит все

Я выпроводила Кирилла из дома, пожелав ему удачи. Он так и не знает, что меня не пригласили. Мысли о причине такого поступка не давали мне покоя. От чего я все больше чувствую себя в западне. Плохое предчувствие не дает мне спокойно вздохнуть. День ото дня тревога нарастала. Знаете, как будто пташка зашла в клетку за зерном и озирается назад, опасаясь, что клетка вот-вот захлопнется. Я чувствую себя так же. Нужно расслабиться. Дома тишь да гладь. Ничего не может случиться. Я так думала.

Что-то мне нехорошо последние два дня. Голова кружиться. Надеюсь, я не завалюсь где-нибудь. Почему я не скажу об этом мужу? Я честно пыталась, но он не слышит. Кирилл сосредоточен на двух вещах: на работе и на моей беременности, которой нет. Про остальное ему хоть из громкоговорителя ори, не услышит. Поэтому, раз Кирилл уходит, сегодня я буду отдыхать. Это все от усталости. От расстройства. От стресса. Никогда не думала, что что-то меньшее, чем учеба, может заставить меня так поволноваться.

Удобно устроившись на диване с Тедди, я взяла в руки ноутбук и проверила почту впервые за день. В плане посмотреть кино. Драму. И пореветь. Хочу поплакать. Меня должно отпустить после этого. Много накопилось. Отлично, в письме из Германии компания «Мерседес» предложила выбрать позиции, из которых они соберут машину. Ох, если с экстерьером и интерьером я справлюсь, но с «начинкой» вряд ли. Так, ответ нужно отправить… Сегодня! Я проглядела это письмо. Черт, его прислали еще вчера.

Отложив ноут в сторону я метнулась к телефону.

«Олежек, спасай!» — прокричала в трубку я.

По телефону я быстро пробубнила всю суть ситуации. Олег согласился спасти мое бедственное положение и назвал адрес ресторана, где он ужинал с Миленой. Круто, я не соврала Кириллу два дня назад. Уже неплохо. Я действительно встречусь с Миленой. Правда, незапланированно. Натянув на себе спортивный костюм, я схватила ключи от машины и помчалась в кафе. Улетное местечко, а я в спортивных. Ладно, очень дорогих спортивных. Приплатив немного, меня пустили. Какой дресс-код, о чем вы? Когда тебе суют в карман сто долларов, ты напрочь забудешь об одежде. Я плюхнулась к за стол к Милене и Олегу с фразой:

—Простите, что нагло вторгаюсь и срываю ваш романтический вечер.

—Фиг с ним. — отмахнулась Милена и с любопытством посмотрела на меня. — Рассказывай, по какому поводу тебя к нам занесло. Я думала, вечер пятницы вы с Кириллом проведете вдвоем. Свечи, ужин и все такое.

—Не в этот раз. — бросила я и достала ноутбук, издав жалобный стон. — Олег, спаси меня. Я вообще не разбираюсь в этих двигателях, коробках передач, трансмиссиях.

—Стесняюсь спросить, как ты свою нынешнюю машину выбирала? — едва ли сдерживал смех Олег и пододвинул к себе ноутбук. — Давай-ка посмотрим.

—Как? Кирилл притащил меня в автосалон. Я тыкнула в понравившуюся машину, а остальное он сам там выбирал. — объяснила я и развела руками.

—Понятно, Кирилл в этом деле шарит. — кивнул Олег и сказал. — Записывай.

Таким образом, Олег обсудил со мной все детали Машины, Я согласилась и тут же написала письмо в компанию «Мерседес». Раз уж все равно припелась, заодно поужинаю. Сделав заказ, я убрала ноутбук в сумку и завела разговор с Миленой, когда Олег отлучился на пару минут по делам:

—Ну что? Как у вас дела, друзья мои? — протянула я и скрестила руки на груди. — Есть подвижки в воспитании строптивых?

—То есть, то нет. Я не понимаю, что он обо мне думает. — зашептала Милена, косясь назад, чтобы не пришел Олег. — Лера, что мне делать?

—Как бы мне не хотелось тебя расстроить, но Олег воспринимает тебя, как временный вариант. — тяжело вздохнула я. — Я уже говорила тебе, сейчас ты должна заставить его пожалеть, что расстался с тобой.

—Как!? — громко зашептала Милена. — Что мне сделать?

—Давай проясним. Только, прошу тебя, не обижайся. Тебе все-таки нравиться Олег? Или ты хочешь найти богатый «кошелек»? — немного сухо спросила я.

—Я знаю, тяжело изменить мнение о человеке, поэтому не обижаюсь на тебя. Мне правда нравиться Олег. — взгрустнулось Милене, и она опустила глаза.

—Раз такое дело, ты должна показать Олегу свою искренность, чувственность, то, что никогда не делали все его бывшие. — спокойно и серьезно проговорила я. — Запомнила?

—Да. — немного повеселела Милена.

—Главное, всегда помни, что все познается в сравнении. — нравоучительным тоном произнесла я.

—Я запомню. — кивнула Милена и обернулась назад. — Олег идет.

Мне принесли мой ужин. Я большим удовольствием улопала салат и говядину, запив все это горячим чаям. Плюс, вдоволь наговорилась. Все! Довольна. Вечер прошел не зря. Олег вызвался проводит меня до парковки. Все-таки я — его друг. Очень приятно. Милена отреагировала вполне адекватно. Она даже поддержала инициативу Олежека. Когда я хотела дернуть за ручку машины, чтобы сесть в машину, мои ноги резко подкосились. Голова закружилась. Обморок застал меня в самый неподходящий момент. Скорее, это даже не обморок. Знаете, как вспышка. Раз, а ты упал. Два, и уже проснулся. Я даже не поняла, что случилось, очнувшись на руках у Олега. Он сказал, что я резко потеряла сознание и провалялась в отключке где-то с минуту. Мне нужно домой. Я упала в обморок. Пойду завтра же к врачу. Меня это напугало.

Олег настаивал на такси, как только я села в машину. Нет. Не надо такси. Я сама. Сама доеду до дома. Как-нибудь. Медленно. Скоро домой должен прийти Кирилл. Олег спросил, знает ли о моем состоянии Кирилл. Я призналась, что не он не в курсе. Пришлось соврать, что не хочу его волновать. Опять я защищаю и выгораживаю Кирилла. Мне кажется, Олег поймал меня на лжи, но говорить ничего не стал. Не его дело, правильно? Он согласился отпустить меня домой с условием, что я обязательно ему позвонить. Что ж, ладно.

Зайдя в квартиру, я увидела Кирилла на кухне. Он был мрачнее тучи. Что-то случилось. Они не помирились с Филей? Я не знаю, зато хочу узнать. Под тяжелым взглядом Кирилла, я не смогла открыть рот. Знаете, что сделал Кирилл? Он бросил передо мной телефон с фотографией, где кажется, будто я обнимаюсь с Олегом. Со спины не понятно. Там есть еще. Черт, что происходит?

Тревога ударила по вискам. Мне не нравится сложившаяся ситуация. Это очевидное недоразумение. Кирилл же это знает? Правда ведь? Я решила разъяснить ситуацию. Да, тогда все будет в порядке.

—Откуда это? — растерялась я.

—Это уже не важно. — пробурчал Кирилл и, закрыв свое лицо рукой, проговорил. — Я все это время жил с дешевой шлюхой.

—Это неправда! — вскрикнула я. — Между нами никогда ничего не было!

—Ты звонила ему! Ты думала, я не замечал!? — заорал во все горло Кирилл и указал на меня пальцем. — Тебе, как и всем, нужны были только мои деньги!

—Нет! Ты же знаешь, это неправда! Я позвонила ему только сегодня вечером! Мне нужна была его помощь! — замотала головой я и подошла ближе к Кириллу в попытке успокоить. — Ты бы все узнал.

—Ничего не хочу слышать. Ты предала меня. Убери от меня свои руки! — Кирилл оттолкнул меня, и я упал на пол, ударившись о подставку с вазой.

Ваза разбился. Подставка с грохотом рухнула вниз. Тедди зарычал на Кирилла, пытаясь защитить меня. Он пнул собаку и ушел. Мой малыш громко завизжал и спрятался под стол. Дверь громко-громко хлопнула. Мое сердце бухнуло вниз. Оно точно бьется? Я замерла, перестав дышать. Я не понимала, что случилось. Все случилось слишком быстро. Так быстро, что я не могла придумать этому ни оправдания, ни объяснения. Это все происходит не со мной!

«Если ты чувствуешь, что сдаешься, вспомни,
ради чего ты держался до этого».

Джаред Лето

Москва

Лера

Кирилл ушел. Хлопнул дверью. Тедди приполз ко мне. После того, как Кирилл его пнул, пес жалобно скулил. У него что-то болело. У меня тоже. Я долго смотрела в одну точку на стене. Почему? Почему?! Что я сделала не так?! Вот ведь черт. Я всю жизнь боялась, что Кирилл отвернется от меня. Знаете, когда умерла мама, я думала, что нет ничего страшнее терять близких. Я верила, что можно удержать любимых, пока они живы. Так думать — это самое большое мое заблуждение. Сердце медленно билось в моей груди. Еще чуть-чуть. Осталась буквально пара мгновений, и оно остановится, не выдержав этой боли. Если именно так умирает любовь, то ничто не сравнится с дырой в моей груди. Её уже однажды заполнили добротой и светом. Теперь же снова пусто. Никакое физическое мучение не сравнится со страданием душевным. Мертвого можно и нужно отпустить, сохранив о нем самые светлые воспоминания, потому что его не вернуть.

Как быть с живыми? Как быть с привязанностями? Как быть с бессознательной тягой к предателям? К людям, которые разбивают нас просто потому, что они так хотят. Чем больше я думала, тем больнее мне становилось. Тедди залез мне на руки и слизывал мои слезы. Пожалуй, нет никого вернее и преданнее собак. Он даже защищал меня от Кирилла и пострадал, но не бросил. Мой маленький красавчик. Если, как по щелчку, жизнь имеет пугающее свойство обрываться, то и любовь когда-нибудь заканчивается. Моя прожила три года и разбилась, как ваза на полу.

Несколько часов спустя я начала пытаться звонить Кириллу. На улице начало светлеть. Я даже не замечала этого. С рассветом в груди все еще теплился огонек надежды, что он одумается и вернется хотя бы под утро. Не вернулся. Выключил телефон. А я сидела и ждала в лютой истерике. После двадцати неприятных вызовов я поняла, что больше так не могу. Почему-то все плохое происходит со мной именно в России. Здесь умерла мама. Здесь надо мной издевалась мачеха. Здесь рухнул мой брак. В Англии все было не так. Там я жила счастливо. Я хочу в Англию. Я хочу домой.

Вспомнился мой план побега от Димы в дом дедушки и бабушки. Навязчивая идея уехать так крепко засела в моей голове, что ничем её оттуда не вышибить. Я уеду. Мне предлагали работу в русском посольстве в Англии. Это мой шанс. Возможность начать жизнь с чистого листа.

Медленно я поднялась на ноги и начала собирать вещи. Заберу все. Не хочу ничего оставлять в этой квартире. Пусть Кирилл никогда не вспоминает больше обо мне. Пусть он все забудет. Пусть катится к чертям та жизнь, где был он. Пусть я наконец буду свободной! Одежда из шкафа небрежно летела в чемодан. За ней документы и всякая мелочь. Я забрала все фотографии, а огромная фоторамка, которую в качестве извинений мне подарил Кирилл, полетела на помойку. Ничего не оставлю. Безразличие заполнило пустоту. Всякое желание ждать Кирилла потеряло смысл. Я взяла лист бумаги и написала:

«Если ты не выкинул это письмо, как только его увидел, знай — все было зря. Я ухожу. Мне никогда не были нужны твои деньги. Я не возьму у тебя ни копейки. Очень жаль, что ты этого так и не понял. Ты больше никогда меня не увидишь. Я не отниму ни секунды твоего драгоценного времени. В замен я прошу не искать меня. Сейчас я, наверное, уже на полпути к месту, где я должна на самом деле быть. Я верю, что тебе будет лучше без меня. Прощай.
Лера»

Пока я писала это письмо, по моим щекам бежали слезы и огромными каплями падали на бумагу. Чернила растеклись. Плевать. Я даже не уверена, что Кирилл прочтет мою записку. Утерев с глаз слезы, я бросила листок на барной стойке и сняла обручальное кольцо. Пусть оно останется в этой стране вместе со всеми моими неудачами.

Тедди крутился под ногами и лаял. Глядя на него, я поняла, что он едет со мной. Вместе веселее, не так ли? Плакать мне больше не хотелось. Абсолютно бесполезное занятия, учитывая, что оно ничего не изменит. Пора заканчивать. Оттащив свой чемодан и пару пакетов с вещами к порогу, я обернулась и поняла, что оставляю этот дом таким, каким он был три года назад, — пустым и холодным. Пускай.

Тедди уже сидел в переноске, когда я закрывала дверь, садилась в такси и уезжала, будто бы в отпуск. На самом деле в новую жизнь. Только в такси я осмелилась позвонить отцу:

«Пожалуйста, помоги мне». — прошептала я.

«Лера, где ты?!» — встревоженно моим звонком в семь утра проговорил папа.

«Я еду к тебе». — пропищала я.

«Что случилось?!» — еще более обеспокоено спросил папа.

«Это не телефонный разговор». — ответила я.

«Я жду тебя на улице». — быстро сказал папа.

Отец встретил меня, как и сказал, стоя у подъездной двери. Я была на грани очередной истерики. Только без слез. Немая истерика, если точнее. Он забрал мои вещи и оплатил такси. Ирина вышла позлорадствовать, но отец тявкнул на нее, и та умолкла и скрылась на втором этаже. Папа выпустил Тедди из переноски. Пес был напуган чужим домом и, прихрамывая на переднюю лапку, опять попросился на ручки. Нужно держаться вместе. Я не могу отказать моему красавчику. Тедди заскулил. Лапка болит. Во всем Кирилл виноват. Надеюсь, он ничего не сломал моей собаке.

Милена сделала мне кофе. На вопрос о том, что же все-таки случилось, я ответила не сразу. Мне понадобилось около часа, чтобы немного опомниться. Мой рассказ о злом Кирилле, обвинившем меня в измене, отца не порадовал, однако, нужно отдать должное, он не стал упрекать меня в моем выборе мужа. За это я ему благодарна. Реакция Милены на всю эту истории меня сильно удивила. Я ожидала скрытого злорадства, но нет. Она обняла меня, искренне посочувствовав. Такое вообще возможно?

Я была в некой прострации и толком не понимала, что происходит. От нервного перенапряжения меня затянуло в сон прямо на диване. Это был пустой, тяжелый сон, после которого совершенно не чувствуешь отдыха, наоборот, — еще большую усталость. Моя нервная система просто сделала временную передышку.

Кирилл

Если начинать конструктивно и по порядку, то мой вечер не задался еще с поездке к Филе. Да, я хотел помириться со своим лучшим другом, но я не знал, что Лера сделала это для того, чтобы убежать на свидание к Олегу. Вернемся к Филе. На пороге меня встретила Маша. Она не вызвала у меня особого доверия, однако вела себя сдержанно. Соблюдала дистанцию, помня, что я — не её муж. Я это оценил. Филя ждал меня за столом и бутылкой виски. По его дружелюбной улыбке, мне стала ясно, что он настроен на примирение. Что ж, я приехал не зря. Маша оставила нас одних и ушла наверх. Я был не против. Мне не нужно, чтобы она подслушивала наши разговоры.

Под третью стопку мы с Филей извинились перед друг другом. Закопали топор войны и пожали друг другу руки. Я был этому очень рад. Огромны камень с плеч свалился. Стало как-то легко на душе. Но потом Филипп начал говорить, что Лера не такая белая и пушистая, как кажется. Он утверждал, что в школе она издевалась над Машей и на самом деле ничем не лучше Милены. Я не поверил. Я не могу поверить в такой бред. Мы с Лерой знакомы уже три года, и она всегда и везде была со мной. Что бы я ни сделал, куда бы ни пошел, Лера шла за мной. Всегда.

Я не был слишком пьян, чтобы послать Филиппа к черту. Мне дорога дружба с ним. Мы только что извинились перед друг другом. Прошел час. Филя никак не унимался. Он приводил все более убедительные аргументы, заставляя меня начать верить, что Лера — мой враг. У меня закралось подозрение, что на Красной площади Лера все подстроила. Она претворялась. Она мне врала и корчила из себя недотрогу. Слова Филиппа звучали настолько убедительно, что я не находил внятного опровержения. Мой друг чисто теоретически может быть прав? Нет, это бред. Нет.

Я не мог поверить Филе, пока Маша не прибежала к нам со второго этажа. Она показала мне фотографию, как Лера обнимается с Олегом. Она сказала, что её подруга работает официанткой в ресторане, где Лера ужинала с Олегом. После посыпались откровенные детали. Филипп резко вскрикнул, что он был прав. Я же замер, хлопая глазами, напоминая деревянного болванчика. Неужели моя Лера все это время меня обманывала? Её чистый и невинный образ разбился в моих глазах. Значит, Филя не врет. Лера предала меня. Она никогда не любила так сильно, как любил я.

Я потребовал переслать мне эту фотографию и помчался домой. Меня одолела злоба и ярость. Я захотел посмотреть Лере в глаза. Её не было дома. Значит, она и правда была с Олегом. Усевшись за стол на кухне, я прождал её около пятнадцати минут. Увидев бледное лицо Леры, я понял, что поймал её на измене. Я больше не хотел иметь с ней ничего общего. Ревность и боль от предательства затуманили мое сознание. Дальше мои воспоминания обрываются. Всю ночь я пытался забыться в стриптиз-клубе. Кажется. Возможно, я был где-то еще.

Когда я вернулся в квартиру под вечер следующего дня, там не было ни Леры, ни её вещей. Пропала даже собака. Сначала я не предал этому значения. «Вернется, куда денется.» — отмахнулся я и завалился. Голова гудела адски. Меня затягивало в сон. Нужно было послушать свой здравый смысл и не пить так много в стриптиз-клубе. Кажется, стодолларовых купюр в трусах стриптизерш я оставил еще больше. Почему она так со мной? Я же делал все, чтобы она была счастлива. Ярость и обида от её предательства заполнили мои мысли. Я не мог ни видеть, ни слышать Леру. Я хотел, чтобы она исчезла. Навсегда.

Я проснулся где-то через сутки. Никогда не верил, что могу пролежать так долго. Чей-то рекорд точно побит. Как я мог так нажраться? Обычно в состоянии, в котором нахожусь я, люди клянутся, что больше никогда не будут пить. Я больше никогда не буду пить. Голова уже раскололась на две половинки. Хотелось водички так, будто меня бросили посреди Сахары. Пошатываясь, я пошел в ванную. Надо засунуть себя в душ. Холодный. Вдруг полегчает. Нет. Мне не везет.

Сейчас мне нужна женщина. Подойдет любая. Все они двуличные проститутки. Может вызвать? Я плюхнулся на диван. Подумал. Не хочу толпу шлюх в этой квартире. Сколько таких у меня было? На одной я даже женился. Пить. На кухне я открыл кран с водой и начал хлебать воду ведрами. Нужно поесть. В холодильнике я нашел ужин. Стряпня Леры. Мне было необъяснимо противно даже прикасаться к кастрюле. Поборов отвращение, я начал есть холодный борщ. Эта зараза умела готовить.

Моя рука поехала и что-то сшибла. Какая-то железяка брякнула о кафель и покатилась. Не понял. Я бросил борщ и начал искать упавший кусок металла. Нашел. И был неприятно удивлен. Это оказалось обручальное кольцо. Я сел на пол и внимательно посмотрел на свою правую руку. Мое на месте. Выходит, это Леры. Посидев немного, я начал искать улики. Она не могла уйти просто так? Или могла? Доем-ка я лучше борщ.

Подняв пустую кастрюлю, я наконец-то заметил, что поставил её на какую-то бумажку, и та приклеилась. Отлепил. Прочитал. Понял, что от меня ушла жена и обрадовался. В оправдание своих дальнейших действий хочу сказать, что я был не в себе. Я начал танцевать. Скакал по всему дому. Теперь понятно, почему нет её вещей. Еще час спустя я нашел свой мобильник и включил его. Лера звонила. Она никогда не брала трубку, если обижалась. Теперь не ответил я. А не позвонить ли ей? Вот так я совершил роковую ошибку в своей жизни. Умные люди говорят: «Бойся своих желаний». Я? Не, это не про меня. Я набрал Лере.

«Ал-ло?» — дрожащим голосом проговорила она.

«Я рад, что ты сама ушла. Катись из России к чертям и больше никогда не возвращайся.» — излил остатки своей ненависти я и очень зря.

Я навсегда запомню тихий писк Леры перед тем, как бросить трубку, которым мы с ней простились.

Лера

Я не проспала долго. Мне снился кошмар, в котором меня своими руками душил Кирилл. Отвратительно жуткий сон. Места разные. Сюжет один. Мои нервы не выдерживали. Даже во снах Кирилл не дает мне покоя. Он преследует меня. Он сломал меня. Нужно успокоиться. Мою проблему уже ничто не решит. Интересно, где папа? Тедди тоже не видно и не слышно. Странно.

Я прошлась по квартире. Дома никого. Даже тети Светы нету. Интересно, куда все ушли. А важно ли мне знать? Я надолго не останусь в этом доме. И без того доставила столько неудобств. Устала. Я так устала. Голова болела и кружилась. После такой-то истерики вполне ожидаемо. Меня даже тошнит, тошнит? Нет, мне все это только кажется. Я не могла еще и отравиться вчера. Не может быть. Хочу чаю. На кухне я поставила чайник. Я села за барную стойку, ожидая, когда он закипит. Из гостиной донесся какой-то глухой звук. Все равно жду чайник, убью время и посмотрю, что это. Мой телефон звонил в сумке. Кирилл. Что еще он от меня хочет? Может, он понял, что ошибся и звонит извинить? Господи, пожалуйста!

На свой страх и риск я ответила на звонок. За секунду до этого внутренний голос сказал, что я напрасно надеюсь. Не ошибся.

«Ал-ло?» — едва ли выговорила я так тихо, что можно было и не услышать моего голоса.

«Я рад, что ты сама ушла. Катись из России к чертям и больше никогда не возвращайся». — этими словами Кирилл уничтожил мою жизнь.

Время вокруг меня будто остановилось. Дар речи пропал. Мое сердце замерло. Я перестала дышать. Из моего горла вырвался лишь отчаянный писк. Телефон выпал из мох рук. Короткий разговор заставил меня возненавидеть свою жизнь, себя и свой характер. Я больше так не могу. Я устала. Электрический чайник подал звуковой сигнал, что вода вскипела. Да, я сделаю себе чайку. Сделаю. Меланхоличная мысль засела в моей голове. Кинув в чашку заварку, я достала ящик с лекарствами. Снотворное. Мне подойдет. Я не замечала, что происходит вокруг меня. Я не истерила. Я просто захотела поспать. Поспать. Все равно я больше никому не нужна. Принц так и не пришел спасти меня.

Все было зря. Все всегда было зря. Что бы я ни делала, куда бы я ни пошла, все зря. Никто не ценит меня, моих стараний. Как мне надоело. Я хочу к маме. Хватит. Я положила заварку на блюдце, насыпала сахар в чай и смотрела на горсть белых таблеток прежде чем выпить их. Мысль о том, что я усну и весь этот кошмар закончится грела душу. Стало спокойно. Очень спокойно. Я ссыпала в руку таблетки и собиралась их выпить, но кто-то оттащил меня в сторону, не дав их положить в рот. Досадно. Я не понимала, что творю.

Этот человек усадил меня на диван. Я разглядывала кофейный столик стеклянными глазами. Кто этот изверг, лишивший меня возможности спокойно умереть? По ощущениям меня уже не было в это комнате. Я не чувствовала себя собой.

—Лера, очнись! — все те же руки затрясли меня. — Зачем ты собиралась пить эти таблетки?!

Минут через пять до меня наконец дошло, что это был мой папа. Он смотрел на меня испуганными глазами, искренне не понимая. Я молчала. Что я ему скажу? Я ничего не могу. Накатила такая усталость. Папа в отчаянии тряс меня. Я не могла собраться. Не хотела. Вдруг к нему кто-то подошел, держа мой разбитый телефон в руках.

—Папа, смотри. Он валялся в прихожей. — по голосу Милена протянула телефон папе и тихо прошептала ему на ухо. — Смотри, кто ей звонил.

—Это он во все виноват. — бросил папа и снова обратился ко мне. — Лера, котенок, не важно, что сказал тебе этот подонок. Это не так.

Что не так? Я не могла понять. Мысли сбились в один большой, тяжелый комок. Я не могла понять, что происходит. Я запуталась. Отчаялась. Устала. Неожиданно папа обнял меня с самыми ласковыми словами:

—Тише, моя девочка, все будет хорошо. Я тебе обещаю.

Что-то лопнуло. Надорвалось во мне. Слезы потекли из моих глаз фонтаном. Я бормотала, что больше так не могу, что устала, что хочу к маме, что сил продолжать бороться не осталось. Под конец моей истерики папа отвел меня в мою комнату.

На следующее утро я проснулась с Тедди на кровати. Мой красавчик лежал рядом со мной на соседней подушке. Я погладила его по голове. Мой самый верный друг. Он тут же проснулся и облизал мне руки. Какое ласковое животное. Когда Тедди попытался встать, я заметила на его левой передней лапе толстую повязку. Я сразу догадалась, откуда это. Позавчера Тедди хромал на переднюю лапку. Какая я плохая хозяйка. Из-за своих проблем не позаботилась о своем мальчике.

—Прости меня, Тедди. — пробормотала я, прижимая собаку к себе. — Мама совсем о тебе не позаботилась. Тяжело нам с тобой пришлось.

Тедди жалобно заскулил и начал целоваться. Я осторожно стиснула его в своих объятиях. Мой маленький защитник. Как тебя можно не любить. Буквально через минуту в дверь постучали:

—Можно войти? — спросил папа.

—Д-да. — замялась я.

Папа вошел в комнату и принес на подносе чай и пару бутербродов. Он присел на край кровати.

—Как ты? — спросил папа.

—Лучше, чем вчера. — опустила глаза я, не зная, что сказать еще, но все-таки выложила отцу правду, едва подбирая слова. — Папа, я… Прости, за вчерашнее. Я просто… Он был моим лучшим другом. Он был моим всем…

—Я знаю, однако это не повод сдаваться. Ты еще молодая, красивая. В самом рассвете сил. — пытался объяснить папа. — Послушай своего старого, наученного горьким опытом отца. Сейчас тяжело, но со временем тебе станет легче. Ты поймешь, что без него твоя жизнь изменится только к лучшему. Поверь, со мной так уже было однажды.

—Когда? — зашмыгала носом я.

—Когда ты ушла. Я выгнал Ирину. Теперь она появляется здесь крайне редко. Вчера был как раз один из таких дней. — папа улыбнулся папа и взял меня за руки, сделав строгое лицо. — Лера, больше никогда не позволяй себе даже мысли о самоубийстве. У меня есть лишь одна родная дочка, и я не могу представить, что бы случилось, вернись мы на минуту позже.

—Пап, п-прости… — снова пробормотала я. — Я не знаю, что мне делать. О-он позвонил и сказал, чтобы я п-проваливала из его ж-жизни. У меня опустились руки.

—Шведов не понимает, что потерял. Ты обязательно найдешь того, кто будет по-настоящему ценить тебя, мой девочка. — папа неожиданно очень крепко обнял меня.

—Н-н-надеюсь, что т-т-так. — прошептала я и добавила. — П-пап, я планирую уехать из России. Я д-д-думала об этом еще до замужества. Ты не мог бы мне помочь?

—Ты всерьез хочешь уехать? — с досадой спросил папа, отпустив меня. — Куда?

—В Англию. От бабушки и дедушки мне достался домик. — подняла глаза на отца я. — Я хочу там поселиться и начать начать новую жизнь. Хочу работать там дипломатом. Ты мне поможешь с трудоустройством?

—Я не хочу, чтобы ты уезжала, но, если ты сама так для себя решила, останавливать не буду. — кивнул папа. — Я поговорю со своими коллегами. С твоими академическими достижениями, тебя возьмут на работу с радостью. Уверен, предоставят хорошую должность.

—С-спасибо, папа. — замялась я и решила сама еще раз обнять отца. — Я очень тебе благодарна.

—Не стоит. Я должен хоть что-то для тебя сейчас сделать. — тяжело вздохнул папа и потянулся за подносом. — Держи, ты должна сейчас поесть. Иначе сил совсем не будет.

—Пап, а почему у Тедди лапа перевязана. — проговорила я, потрепав Тедди по голове.

—Он сильно скулил, хромал, ничего не ел и лежал рядом с тобой с горячим носом. — ответил папа, убрав руку за голову. — Мы с Миленой решили отвести его к врачу и оставили тебя со Светланой. Ты проснулась, когда она вышла в магазин.

—Что с лапкой Тедди? — пропустила все мимо ушей я, сосредоточившись на больной лапке Тедди.

—Он где-то её сломал. Врач нашел у него пару ушибов. Это не так серьезно, как перелом. — сказал папа и решил спросить. — Что с ним случилось?

—К-кирилл пнул его ногой, когда Тедди налетел на него во время нашей ссоры. — в очередной раз дрогнул голос у меня.

—Вот как. Мы сказали, что ребенок на детской площадке наехал на него на велосипеде. — слегка замялся папа. — Шведов поступил как последняя сволочь.

Это ты еще не знаешь, что он поднял на меня руку и толкнул на подставку. Неосознанно я потрогала голову. Шишка свидетельствовала о том, что на меня упала подставка. Не хилая такая. Так, Лера, убери руку от головы. Папа заметил. Он потащил меня за руку и потрогал мой затылок.

—Он бил тебя? — рыкнул папа и начал рассматривать мои руки. — Есть еще синяки? Немедленно напиши на него заявление в полицию.

—Папа, не стоит. Я не намерена опускаться до его уровня. — пробормотала я. — Пусть делает все, что его душе угодно. Лишь бы подальше от меня.

—Я не буду лезть в ваши отношения. Вы взрослые люди и, я надеюсь, сами разбираетесь. — попытался спокойно сказать папа.

—То есть, ты никак не будешь вмешиваться? — неожиданно для себя спросила я, уложив Тедди себе на коленки.

—Никак, моя девочка. В прошлый раз ты не общалась со мной три года, когда я пытался запретить тебе общаться со Шведовым. — пожал плечами папа.

—Ты был прав. Все было зря. — с грустью сказала я.

—Нет, я думаю, так нужно было. — папа взял меня за руку. — Если бы Шведов не забрал тебя, я бы никогда не смог понять свою ошибку.

—Д-да, точно. — замялась я и зевнула.

— Поспи, ты устала. — папа поднялся и пошел к двери. — Я зайду попозже.

Кирилл

Моя жизнь последние пару дней будто замерла. Я не мог смириться с изменой Леры. Если сутки назад, я был рад освободиться от обязательств перед моей почти уже бывшей женой, то теперь стало пусто и грустно. Неожиданно. Утром — работа, а вечером — пьянка. Я думал, мне не хватало свободы, живя с Лерой. К концу недели до меня дошло, что это совсем не так. Я вспоминал, как жил до нее. Чем я вообще был занят? В прошлом я слишком много времени уделял бизнесу, но сейчас я не могу работать. Перед глазами Лера. Она везде. Она преследует меня, будто наваждение. Я не могу отделаться от мысли, как она сейчас, но знаю, что без меня прекрасно. Какой женщине будет плохо в объятиях Олега? Я – тюфяк по сравнению с ним. Девушкам нравятся «плохиши».

Мысли не отпускали ни днем, ни ночью. Мне хотелось забываться. Забыть. Дома я оставался один на один с собой и буквально истязал себя догадками, за что Лера так со мной. Фото и слова Фили крутились в моей голове, как проклятье. В моей груди образовалась пустота. Это не объяснить словами. Я столько времени провел с Лерой. Она была моим смыслом. Моей самой главной причиной, по которой я хотел работать и зарабатывать деньги, рваться и приходить домой. Когда я увидел, как она обнимается с Олегом, вокруг меня будто мир замер. Земля из-под ног ушла. Пора ехать в бар. Я так не могу.

На дворе было воскресенье. Я был в каком-то баре, приложившись к стакану. Бармен то и дело подливал мне попеременно виски и текилу. Боль утихала, затем возвращалась. Так нельзя. Напившись в хлам от грусти и отчаяния, мне взбрело в голову выяснить отношения с Олегом. Дело было в баре. Я сидел в компании сексуальной рыжей красавицы, которая подсела ко мне где-то час назад, и поливал Леру грязью, будто знает её лично. Насколько я помню, голова моя болела слишком сильно, чтобы в понедельник выйти на работу. Рыжая слушала мои бредни и кивала. Она ничего не говорила, кивала, поглядывая на телефон. Правда, потом эта стерва раззадорила меня фразой:

—А почему бы тебе не выяснить отношения со своим «другом»? — заманчиво тонким голоском проговорила она.

Выгнав Леру из дома, я совершил первую глупость. Послушав эту тварь, я потерял лучшего друга. Глупость номер два. Не задумываясь, я поймал первое такси и поехал к Олегу. Эта рыжая девица согласилась отправиться со мной до эскорта. Этим я хотел показать, что у меня все прекрасно. Я не один. Во мне взыграла ревность. Неосознанно я спрашивал себя, что со мной не так. Почему Лера выбрала его? Почему она воткнула мне нож в спину. Правильно говорят, на двух стульях не усидеть. Она, как и все, не смогла.

Мысли роились в моей голове, подливая масло в огонь моей ярости. Он был не один. В компании Милены. Здорово, я сорвался. Олег встретил меня тепло, проигнорировав мое пьяное в хлам состояние. В дом он меня не пригласил, там ведь Лера. Так мне думалось на тот момент.

—Кирилл, я надеюсь, ты пришел поговорить? — сказал Олег и указал мне на беседку. — Пошли, присядем.

—Нам не о чем говорить. — пробубнил я, едва ли выговаривая слова заплетающимся языком.

—Тогда, зачем приехал и её сюда притащил? — Олег указал пальцем на мою спутницу.

—А вот за этим. — огрызнулся я и вмазал Олегу по челюсти кулаком. — Спасибо з все, дружище.

Олег отшатнулся назад, вытирая кровь с губы. Милена взвизгнула. Я был в пьяном угаре и не соображал, что делаю. Кулаки чесались, я бил. Дубасил Олега, что есть силы, а тот мог только защищаться. Я думал о Лере, как она обжималась с этим уродом, а может и не только. Я не мог остановиться. Все было в какой-то дымке. Милена пыталась оттащить от меня Олега и прекратить наши разборки. Она кричала, умоляла меня успокоиться, но я не мог и не хотел. Горячая кровь приливала к голове. Это было бесполезно до тех пор, пока мне не надоело. Олег перестал отвечать на мои удары. Он упал на плитку и с жалостью смотрел на меня. Я бы ударил его еще, но этот взгляд будто отталкивал меня. Не смей делать вид, будто я сам во всем виноват. Не жалей меня, себя жалей.

Издав нечленораздельный звук, я сел в такси и велел таксисту везти меня домой. Пора мне уже. Рыжая девица прильнула ко мне и смотрела на мои губы хищным взглядом. Гулять так гулять. В лифт с ней мы уже заходили в самых пошлых позах. Рыжая красавица распалялась. Своими руками она хваталась за мое самое чувствительное место, но я невольно представлял Леру, хотя она все равно так не умела. Слишком скромная была тихоня. Я подхватил рыжую красотку на руки и потащил прямиком в спальню. К слову о моих желаниях, передо мной все равно стояло лицо Леры. Я впервые осознал, насколько ей одержим.

Утром я проснулся крайне поздно. Что было вчера, я не помнил. Главная моя проблема – жуткое похмелье. По ощущением голова моя уже на две половинки раскололась. Вернее сказать, меня разбудил телефонный звонок. Я мог бы и не отвечать, но по звуку я определил, что это звонила мама. Специально, чтобы отличать звонки моей матери от прочих, я поставил на её контакт другой рингтон. Пришлось оторвать свою задницу от кровати выйти на поиски телефона. Вокруг валялись мои вещи и не только. Что вчера было? В моих руках оказались кружевные женские трусики. Лера? Нет, я не мог так облажаться. В этом миниатюрная задница моей жены утонет. Ладно, разберусь позже. Вытащив телефон из внутреннего кармана пиджака, я снова упал на кровать.

«Да, мам». — вымученно проговорил я.

«Ты опять напился? Кирилл, я тебя не узнаю». — строгим тоном начала мама.

«Мама, давай потом? Я сейчас не в состоянии тебя слушать». — выпалил очень раздраженно я.

«Нет, сейчас ты послушаешь свою старую мать, поедешь и поговоришь со своей женой!» — огрызнулась мама, что я потерял дар речи.

«Она наставляла мне рога с Олегом! Как ты можешь защищать эту шлюху?!» — вырвалось у меня.

«Прежде чем напиваться до поросячьего состояния и делать какие-то выводы, лучше бы позвонил и поговорил». — рычала в трубку мама.

«Я лучше помру, чем ей позвоню, поняла?» — грубо огрызнулся я.

«Ты как с матерью разговариваешь?! Я тебе добра желаю! Ты понимаешь, что натворил?! Избил до полусмерти Олега, ничего не выяснив! Если он напишет на тебя заявление, тебя посадят за причинение тяжкого вреда здоровью!» — кричала в трубку мама, кипя от злости.

«Это все, что ты хотела мне сказать?» — спросил я.

«Поговори с женой!» — не унималась мама.

«Да заткнись ты уже! Надоела ты мне со своими нравоучениями! Не о чем мне с ней разговаривать!» — рявкнул я.

«Может, мне на тот свет сразу к твоему отцу, а?» — голос мамы дрогнул, но она была все так же строга и категорична.

«Помаши ему от меня ручкой». — ляпнул я.

«Ты мне больше не сын». — тихо проговорила мама и положила трубку.

Чувства были смешанные. С одной стороны, мама больше не будет мне навязчиво названивать. Я свободен от её нравоучений. Отныне никто не будет мне указывать. С другой стороны, я уже тогда ощущал, что все делаю неправильно. И сколько ошибок я еще натворю, я не знал.

Я лежал на кровати и отходил от разговора. На душе появилось чувство тотального опустошения. Ничего родного и святого у меня не осталось. Раньше было все, а сейчас ничего. Я открыл приложение «Сбербанк.Онлайн» и смотрел на огромную сумму у меня на карте. Теперь у меня есть только деньги. Больше ничего нет. А не купить ли мне свою счастливую жизнь? С чугунной головой, я поднялся и пошел искать красавицу, с которой спал вчера ночью.

На кухне стояла Тина в одной моей футболке. Какая ирония. Когда-то я давал её Лере. Я замер, моргая в недоумении. Так, получается, это я с ней вчера кувыркался до потери пульса? Она подошла ко мне и обвила мою шею двумя руками.

—Привет, Котик. — промурлыкала Тина. — Завтракать будешь?

—Да. — скупо ответил я.

Тина налила мне кофе и выложила на тарелку омлет. Я сел за стол, пытаясь понять, что теперь делать дальше. Я не вернусь назад. Не буду ни перед кем извинятся. Поразительно, как легко от меня отвернулась мама. В груди сжалось сердце. Теперь я сам по себе. Без этого человеческого мусора, который отнимал у меня столько времени и сил. Все те, кто ушел, – никчемный мусор, который только вытирал об меня ноги.

Тина села рядом со мной и наблюдала, как я ем, а потом тоненьким, жалостливым голоском сказала:

—Миша меня выгнал.

—И? — я поднял на нее глаза, желая услышать, чего эта женщина от меня хочет.

—Он сказал, что любит другую. — пустила слезу Тина.

—И? — буркнул я.

—Он сказал, что всю жизнь любит Леру и что всегда пытался отбить её у тебя, поэтому встречался со мной. — тихо заплакала Тина, и я поверил. — Мне больше некуда идти. Мама и папа не пустят меня домой из-за того, что они никогда не одобряли наши с Мишей отношения. Я осталась совсем одна.

Я внимательно посмотрел на Тину. В моих глазах тогда она виделась мне несчастной овечкой, пострадавшей из-за Леры, как и я. Если у меня так много денег, почему бы мне не купить себе новую жизнь? Я решил приобретать людей за деньги, как мебель. Я не останусь один с продажными людьми. Так будет лучше, чем жить с двуличными суками, которые будут вешать мне лапшу на уши, будто они со мной не из-за денег. Хватит.

—Будь моей женщиной, Тина, и ты получишь все, о чем мечтаешь. — уверенно сказал я, смотря в мокрые от слез глаза Тина.

—Да, как скажешь. — тяжело вздохнув, проговорила Тина, но в её глаз я увидел радость.

Лера

Прошла неделя. Понимаете, неделя, как я не больше не живу с Кириллом. Я отходила. Постепенно. Понемногу. Свыкалась с мыслью, что в моей жизни больше его никогда не будет. И все же это ночной кошмар наяву. В моей голове сложилось ложное представление, что все это происходит не со мной. Это не моя жизнь. Я должна счастливо жить с Кириллом. Наступило полное опустошение. Безнадега. В попытках скрыться от всего этого я купила билеты до Лондона. Осталось только подготовить ветеринарную книжку Тедди. Все в порядке. Да. Все прекрасно. Уже завтра я улечу из России. Я тешила себя этой мыслью. Я пыталась заставить себя поверить во все хорошее. Не знаю почему, но ночами мне становится настолько грустно, что так и тянет поплакать. Только Тедди меня и утешает. Лежит рядом со мной и лижет мне руки.

Папа взял двухнедельный отпуск ради меня. Он сказал, что после моей попытки свести счеты с жизнью глаз с меня не спустит. Может, так будет лучше. Для себя я решила больше никогда не звонить Кириллу. Я добавила его номер в «черный список». Никогда. Слышите, никогда не хочу его слышать. Несмотря на мой, если так можно выразиться, оптимистичный план, мой маленький пессимист ревет в уголочке и рвет мне душу грустными мыслями. Знаете, это как спрыгнуть с крыши. Будто бы моя жизнь в один миг рухнула. В принципе все, что я так долго и усердно строила, разлетелось по кирпичикам. Сердце болит. Несправедливо. Что я сделала не так? Неужели я была плохой женой? Или я никогда не заслуживала доверия? Я всю жизнь жила на коротком поводке у Кирилла? Я испугалась этой мысли. Меня будто током ударила. Этого не может быть. Мы всегда были вместе. Время от времени путешествовали. Вместе. Даже если это и ложь, мне все равно захотелось освободиться. На тот момент я придумывала любые предлоги, чтобы уехать.

Ладно, я скоро уеду. Москва на меня давит. Этот город не мой. Москва – город Кирилла Шведова. Мне здесь неуютно. Поэтому я сменю фамилию. Неожиданно, но отныне меня будут звать Валери Донован. Мама всегда называла меня на английский манер. Что ж, в новую жизнь с новым именем, а папе я сказала, что это мой способ спрятаться от Кирилла. Да, конечно, скорее мой очередной бзик. Отец расстроился, ведь я отвергаю старое ради нового. Все ради моей новой жизни. Так уж вышло, что Лера Розова пала жертвой домашнего насилия, Лера Шведова покончила с собой из-за предательства мужа и вместо них родилась Валери Грейс Донован. Пусть это имя принесёт мне удачу.

Мое последнее утро в Москве было неожиданным. Мой рейс до Лондона сегодня. Папа был немного мрачным. Милена сидела за столом тихо. По её глазам я видела, что что-то стряслось, а по выражению лица догадалась, что это «что-то» зовут Кирилл Шведов. Я молча села за стол. Ничего не хочу ни слышать, ни знать, пусть Шведов живет сам по себе. Неожиданно мои чувства захватила волна холодного равнодушия, будто Кирилла нет и никогда не было в моей жизни. Удивительно, как быстро я начала забывать. Я больше не несу за него ответственность. Папа читал газету и косился на меня, проверяя мое моральное состояние. Всего одного моего тяжелого вздоха оказалось достаточно, чтобы он все понял и отрицательно мотнул головой Милене. Та охнула и опустила глаза, будто надеялась, что я её выслушаю. Я горазда, если бы Шведов не наделал дел. Я знаю, он может. Легко и непринуждённо.

Тетя Света вынесла нам завтрак. Мы молча начали есть. Я потянулась за солеными огурцами, которые тетя Света время от времени приносила к нашему столу из закромов своей консервации. Так захотелось, как только их увидела, аж зубы сводило. Папа и Милена вылупились на меня.

—Вы чего? — спросила я, откусив кусочек огурца.

—А ты чего? — ответила вопросом на вопрос Милена, указав на огурец. — Ты никогда их не ела.

—Лера, у тебя все хорошо? — деликатно поинтересовался папа.

Вдруг я поняла, на что они намекают. Беременность, которая не наступала.

—Не беременна я. Все тесты отрицательные. — отмахнулась я и продолжила наворачивать огурец.

—Когда ты делала тест в последний раз? — не отставала Милена.

—Неделю назад. — бросила я и решила больше не притрагиваться г огурцам, раз мой аппетит вызвал у них такую бурю эмоций, хотя хотелось умять еще парочку божественных солений.

—И? — попытался вытянуть их меня информацию папа.

—Слава Богу, мимо. — отмахнулась я, закатив глаза. — Нет, папа, внуков у тебя в ближайшее время не ожидается.

Не хочу детей. По крайней мере сейчас. Я накануне развода. От того, что я неожиданно залечу, нам решать наши семейные проблемы легче не станет. Какой скандал сумеет учинить Кирилл, если ему скажут, что я беременна? По меньшей мере он откажется от ребенка. В худшем случае заявит, что это нагулянный от Олега ребенок, а дальше все закрутиться по нарастающей. Как бы не повернуло, я все равно останусь проституткой в глазах людей. Мне нужно спокойствие и тишина. Моя нервная система должна отдыхать.

—Я бы не был на твоем месте так категоричен. — мягко поправил меня папа.

—Папа прав. Вы же так хотели детей. — неожиданно проговорила Милена.

—Тогда хотели, а сейчас Кирилл даже вряд ли поверит, что это его ребёнок. Я его слишком хорошо знаю. — чуть рыкнула я и от злости стукнула по столу. — Упертый, импульсивный баран!

Бедная Милена от неожиданности подскочила на стуле. Извините, не рассчитала с яростью. При одной мысли о Шведове такое зло берет. Удушила бы заразу неблагодарную.

—Ой, простите. — опомнилась я. — Что-то настроение шалит.

—М-мы заметили. — удивленно заморгал папа.

Он хотел еще что-то сказать, но не успел. В столовую прибежала тетя Света и шокировано выдала:

—Лерочка, э-это к тебе.

—К-ко мне? — непонимающе изогнула бровь я. — А кто?

—Н-не знаю. Гостья не представилась и попросила позвать тебя. — тяжело задышала тетя Света.

—Что ж, проводите её сюда. — взял слово папа и бросил быстрый взгляд на меня. — Будем разговаривать.

—Поняла, Андрей Викторович. — кивнула тетя Света и умчалась к названной гостье.

Я не стала гадать, кто там пришел по мою душу. Какой смысл? Мысленно я уже провозгласила август «месяцем всякой фигни», поэтому кого там принесло на разборки со мной совершенно не имеет значения. Мой уход от Кирилла – это самое худшее, что случалось в моей жизни, так что ко всему остально я морально готова. Пожалуй, я не переживу только двух вещей: конца света и падения метеорита. В принципе эти вещи тождественны. Хотя, еще к этому обязательно надо приплюсовать лишение моего второго английского гражданства, а разрыв со Шведовым я уже пытаюсь пережить.

Тем временем папа принял свой дипломатический вид, вальяжно усевшись на стуле. Дипломат в деле. Самой себе я сказала внимательно наблюдать за ним и, эм, записывать все его действия себе на жесткий диск. Милена же, наоборот, притихла и с нотками прирожденного журналиста уставилась на дверь в ожидании гостя. А я? Я наколола на вилку новый огурчик и продолжила мирно его жевать. Моя команда поддержки уже собралась отстаивать мои права, не взирая на то, что я натворила.

Дверь открылась и в столовую вошла мама Кирилла. Боже правый, я думала она со мной даже разговаривать не станет, поэтому не стала оповещать её о нашем разводе. В конце концов Кирилл сам должен был как-то ей рассказать, что мы разводимся, а я уматываю от него подальше в Англию. Все же я люблю и уважаю Елену Александровну, поэтому не потерплю к ней предвзятого отношения. Ладно, по крайней мере если она сама первая не начнет огрызаться, дальше посмотрим.

Елена Александровна выглядела подавленной и разочарованной. Во мне? Я смею предположить, что так и есть. Как говорится, ожидаем худшего, но верим в лучшее. Она оглядела меня и помрачнела. Мой видок настолько плох? Видимо, да, раз уж она поспешила отвести глаза. Я предложила ей чаю. Войны не будет, по Елене Александровне мне стало очевидно, что она не за этим к нам.

—Здравствуйте, мама. — выдавила я из себя, обратившись после этого к тете Свете. — Принизите, пожалуйста, еще чаю.

—Слушаюсь. — с этими словами тетя Света медленно пошла на кухню.

Она присела за стол. Мы выдержали пятиминутную паузу прежде, чем Елена Александровна набралась смелости заговорить.

—Лерушка, ты прости Кирилла. Он с горяча. Ты же знаешь, у него есть такая плохая черта, как вспыльчивость. — сказала она, осторожно смотря на меня и проверяя мою реакцию.

—Я все понимаю, но Кирилл сам велел мне уезжать. — замотала головой я, едва сдерживая слезы.

—Я поговорю с ним. Вы помиритесь, не принимай необдуманных решений. — продолжила настаивать на своем Елена Александровна.

—То есть, Вы верите, что все то, в чем Кирилл обвинил меня, ложь? — решила прояснить я.

—Да, я видела эти фотографии и знаю, что это всего лишь какое-то недоразумение. Смею сказать, что это все было кем-то подстроено! — воскликнула Елена Александровна, рьяно взявшись за дело.

—Допустим. Почему бы Вам не начать разговор с Кириллом, а не с Лерой? — весьма сдержано высказался папа.

—При всем моем уважении к Вам, но после того, как он поступил с Лерой здесь должен сидеть Кирилл, а не Вы. — по-журналистски поддела Елену Александровну Милена.

—Кирилл, эм, немного не в себе, а я хочу сохранить вашу семью. — Елена Александровна осознала, что запрею в клетке с тиграми, которые за меня растерзают её без раздумий.

—Простите, но все уже решено. Я приняла решение уехать из России. В Англии меня ждут на работе. — отрезала я.

—Елена Александровна, я полагаю, наши дети сами разбираться в сложившейся ситуации. Сам же я не считаю правильным, чтобы моя дочь жила с человеком, посмевшим поднять на нее руку. — папа оказался весьма точен и суров в выражениях.

—Я не понимаю, о чем идет речь. Об этом мне Кирилл не рассказывал. — прищурилась Елена Александровна.

—Кирилл толкнул Леру. Мало того, что она сильно сильно ушиблась, так на нее упала подставка с вазой. — предъявила матери Кирилла Милена и с укором на нее посмотрела. — Досталось даже бедной собаке! Кирилл пнул Тедди и сломал ему лапу. Он не контролирует свой гнев, и Вы предлагаете Лере вернуться и попробовать наладить отношения?

—Как бы мне не хотелось это говорить, но в сложившейся ситуации Кириллу следует поработать над собой. — заключил папа. — У Леры на голов огромный синяк, и Тедди сломал лапку в двух местах после того, как Кирилл, не разобравшись в ситуации, позволил себе рукоприкладство. Вы прекрасно понимаете, что это недопустимо!

В этот момент на втором этаже заверещал Тедди. Малыш проснулся и теперь хочет, но не может спускаться к нам вниз с гипсом. Я вскочила и побежала за своим красавчиком. Он очень обрадовался моему появлению, тут же забрался ко мне на ручки и спустился по-королевски. Удивительно, но Тедди не попросился к маме Кирилла. Пес не ластился к ней. Он просто сидел и смотрел на нее с моих рук. Не рычал. Не скулил. Просто обиженно поглядывал. После этого Елена Александровна окончательно поняла, что эту историю мы не накрутили и не выдумали.

—От лица моего сына я приношу свои извинения. — Елена Александровна неожиданно побледнела и замолчала для женщины, у которой есть что ответить на все, чтобы ей не предъявляли. — Кирилл действовал импульсивно, оправдывать его я не буду.

В этот момент тетя Света вернулась с чаем и поставила перед Еленой Александровной кружку. Образовалась пауза, которая позволила нам всем подумать. Мне предоставился шанс вернуться к Кириллу. Возможно, помириться. Но насколько безболезненно? Мне придется унижаться и делать первый шаг к нашему семейному спокойствию, хотя я ни в чем не виновата. Настало время прислушаться к себе и твердо решить, чего хочет мое сердце на самом деле. В этот миг меня передернуло, как по щелчку. Я не вернусь. По крайней мере не сейчас. Я не готова. Сил бороться за счастье, которое я все эти три года так отчаянно пыталась сохранить, не осталось. Я не могу. Меня предали и предадут снова. Пора менять свою жизнь.

Я еще разок посмотрела на Елену Александровну. Она всегда была ко мне добра. Не хочу прощаться с ней со скандалом. Она не заслужила такого отношения к себе. Я хочу попросить её меня отпустить. За добро надо платить добром. Тем более, мне есть, что ей сказать.

—Папа, Милена, вы не могли бы оставить нас наедине? — вежливо обратилась я и посмотрела сначала на папу, затем на Милену.

Не прошло и пяти секунд, как папа поднялся и ответил:

—Мы будем в гостиной.

Как только они с Миленой прикрыли за собой дверь, я смогла начать новый разговор с Еленой Александровной.

—Простите, но извинениями уже ничего не исправить. Кирилл сам все решил за нас обоих. — закусила нижнюю губу я.

—Лерушка, я понимаю, в свете последних событий ты зла и обижена на Кирилла. Я бы и сама не смогла бы его простить за такое, но я верю в твое великодушнее. — вновь заговорила Елена Александровна. — Я же вижу, ты любишь моего сына, и он любит тебя. Ему сейчас очень плохо без тебя.

—Я не знаю, что Вам на это ответить. Я… — заминалась я, ища нужные слова. — Я очень благодарна Вам за все, что Вы для меня сделали. Я никогда не думала, что у меня будет такая добрая, мудрая и справедливая свекровь.

—Ты не вернешься к Кириллу. — тяжело вздохнув, заключила Елена Александровна. — Прошу тебя, просто хотя бы подумай.

—Да, нам обоим нужно время, чтобы просто все осознать. Я не знаю, что мог подумать Кирилл, но Олег всегда был для меня просто другом. — замотала головой я и решила пояснить, как именно получилась та фотография. — Вы, наверное, и сами знаете, что Кирилл поссорился с Филиппом из-за меня. Я хотела их помирить и попросила Машу – его новую жену – как-то подтолкнуть Филиппа на примирение с Кириллом. За пару дней до нашей ссоры Маша сказала, что Филипп готов помириться и попросил, чтобы Кирилл пришел к нему один.

—Тебя Филиппушка не пригласил? Как грубо с его стороны. — мама Кирилла начала хмуриться все сильнее и сильнее, чуя в этой истории подвох. — Все замечают, что после женитьбы Филиппушка начал вести себя подозрительно агрессивно, но к чему такая волна неприязни к тебе?

—Я не знаю, Елена Александровна. Вы же понимаете, если бы я сказала Кириллу, что Филлип меня не пригласил, они бы так и не помирились. Я хотела, чтобы они поговорили и наладили отношения. Мне было больно видеть, как Кирилл переживает из-за этого. — призналась я, погладив Тедди по голове.

—Но как ты оказалась с Олегом? — недоверчиво прищурилась Елена Александровна. — Вы были одни?

—Наша вечерняя встреча с Олегом – это стечение обстоятельств. Видите ли, до этого я просила его помочь с выбором подарка для Кирилла на нашу годовщину свадьбы. — чуть улыбнулась я и с грустью опустила глаза. — Я хотела сделать ему самый невероятный подарок. Учитывая любовь Кирилла к «Мерседесам» я договорилась, чтобы специально для него в Германии сделали именную машину. В тот день я прервала свидание Олега и Милены и напросилась к ним на ужин, чтобы выбрать и быстро отправить комплектующие для машины. Я же ничего в этом не понимаю.

—То есть, в ресторане вы были не одни? — глаза Елены Александровны округлились, и она задумчиво проговорила. — Когда ты сказала Кириллу, что он сам бы узнал о ваших отношениях, ты имела в виду, что он узнал бы о машине. Я правильно понимаю?

—Да, именно так. Олег вызвался проводить меня до стоянки. Мне неожиданно стало плохо, я чуть не упала, и Олег поймал меня. Я опомнилась толко у него на руках. — продолжила историю я.

—И в этот самый момент вас и щелкнули… — закончила за меня Елена Александровна.

—Получается так. — томно вздохнула я и вскочила на ноги, бросив. — Подождите здесь. Я должна Вам кое-что отдать.

Не знаю зачем, но я решила отдать матери Кирилла документы на машину. Пусть он все-таки её получит. Даже если её подарю не я, а кто-то другой. В груди закололо иголочками. Я ведь представляла, как вручу Кириллу ключи от машины его мечты. Я так этого ждала. Что ж, видно, не судьба нам это сделать.

Я достала папку с документами и вернулась в столовую. Тедди продолжал сидеть у меня на ручках, будто маленький защитник.

—Вот, отдайте это Кириллу. Соврите ему что-нибудь. Все-таки я списала крупную сумму с его счета на эту машину. Он обязан её получить. — тяжело вздохнула я и села на свою место, сглатывая комок из обиды и слез.

—Отдай ему их сама. — настойчиво проговорила Елена Александровна. — Ты так старалась.

—Я… — запнулась я и опустила глаза. — Прошу, отпустите меня. Нам обоим стоит подумать обо всем.

—Я не имею права держать тебя здесь. — глаза Елены Александровны увлажнились. — Только не разводись с ним вот так. Он же любит тебя. Они, Шведовы, все такие, что отец так себя вел при жизни, что сын. Кирилл поймет со временем…

—Кто знает… — мне больше нечего было сказать Елене Александровне. — Я не буду разводиться, если Кирилл сам не захочет.

—Он не захочет, Лерушка. — мама Кирилла осторожно утерла платочком слезы с глаз и тихо спросила. — Ты точно уезжаешь?

—Да, вопрос о моем переезде уже решен. Рейс сегодня. Пока буду в Лондоне, а дальше как пойдет. Возможно, еще где-нибудь. Работа дипломата – она такая суетная… — пооткровенничала я. — Вы, если что, звоните папе. Он обязательно Вам подскажет, как меня найти.

—Не теряйся, дорогая. — Елена Александровна встала и, подойдя ближе, крепко обняла меня. — Ты для меня за эти три года как родная доченька стала.

—А Вы для меня словно вторая мама. — призналась я.

Елена Александровна ушла. После разговора с ней мне стало легче. По крайней мере она не держит на меня зла. Мы прояснили ситуацию, даже если это был не Кирилл, а его мама. Недосказанности между нами больше нет. На сердце от этого стало легче. Я поблагодарила Елену Александровну за все, что она для меня сделала. Настояло время отпускать прошлое ради чего-то нового.

Мне пора собираться в дорогу, но под занавес я поняла, что осталось еще одно место, где нужно побывать. Не уверена, что я когда-нибудь вернусь. Будет очень жаль, если я не попаду туда до отъезда. Папа вошел в столовую и сел за свое место. Он вопросительно посмотрел на меня. Возможно, мои глаза были слегка увлажнились после разговора с Еленой Александровной, но я в порядке. Милена разговаривала по телефону. Она упомянула имя Олега пару раз. Значит, на другом конце провода говорил именно Олег. Я бы удивилась, будь это кто-то еще. Неожиданно Милена сорвалась с места и убежала, под одобрительный взгляд папы. Что ж, получается, волноваться не о чем.

—Пап, ты не занят сегодня? — решительно спросила я, как только мы остались вдвоем.

—Я свободен. Ты что-то хотела? — изогнул бровь папа.

—Да, давай навестим маму? — чуть улыбнулась я.

—Давно мы у нее не были. — кивнул папа и встал со своего места. — Через пятнадцать минут в прихожей?

—По рукам. — сказала я и побежала собираться.

Я помчалась в свою комнату и быстро нацепила на себе дежурные джинсы и худи. На улице в конце августа холодает. Папа стоял в своем необычном для меня виде. В чем же? В джинсах, кофте и куртке, на ногах носки с кроссовками. Я не помню, когда в последний раз видела его не в костюме. Кажется, это было очень давно. В детстве? Возможно, вместе мы сели в его «BMW» и поехали на Новодевичье кладбище. Одно время я одна навещала мамину могилу. Там можно было поплакать, и никто об этом не узнает. Только мама.

Мы ехали в тишине. Папа был сейчас слишком грустным для махрового оптимиста. С маминой смерти, если задуматься, он никогда не унывал. Всегда держался бодрячком, не то что я вечно сгущала краски. Наверное, все было не так плохо? А сейчас-то плохо, как мне кажется? Смотрите, я жива. Здорова. Меня ждут на новой работе в Лондоне. В конце концов отец меня не бросил. Наоборот, поддержали. Так что же в этом все плохого?

Я не успела додумать свои думы до конца. Машина остановилась. Пора идти. Мы с папой купили четыре лилии – мамины любые цветы – и вошли на территорию кладбища. Увидев белый мраморный памятник, мы ускорили шаг. Два плачущих белых ангелы держали огромную резную каменную плиту с маминой фотографией и золотыми буквами её имени. Мама была слишком молода и красива, чтобы умирать. Глядя на её фото, я подловила себя на мысли, что забыла. Забыла, как красиво она улыбалась. Как ярко горели её глаза, когда она смеялась. Каким нежным был её голос. И с какой теплотой и заботой она укладывала меня спать, напевая колыбельные. Несправедливо, что её так рано забрали у нас.

Мы с отцом молча стояли напротив памятника, и только ветер шелестел листьями деревьев неподалеку от нас. Мама спит в тихом и умиротворенном месте, это должно радовать, но все же лучше бы она была с нами. Я нагнулась и положила четыре лилии на каменную плету. Мысленно я еще раз прощалась с мамой, ведь не знаю, вернусь ли еще в России. Папа стоял рядом со мной. Сначала он был бледен, будто вспоминал день маминой смерти и похороны. Такое не забывается, нами лично проверено. Неожиданно, я заметила, как по папиной щеке бежит маленькая слезинка. Он быстро стер её и обратился ко мне:

—Она была слишком молода и талантлива.

—У нее должно было быть все еще впереди. — добавила я.

—Да, но она успела оставить после себя кое-что более ценное. — проговорил папа и тихо добавил. — Она успела оставить тебя.

На этом время Москвы для меня закончилось.

«Дайте человеку цель, ради которой стоит жить,
и он сможет выжить в
любой ситуации».

Гёте

Лондон

Лера

Англия встречала меня дождиком и серостью. На улице было достаточно мокро. Пришлось потрудиться, чтобы не промочить кроссовки. В этой стране всегда так осенью. Получив свой багаж и маленького Тедди в переноске, я вышла ловить такси. Да, это обойдется мне в копеечку, зато в целости и сохранности доеду до дома. Путь мне предстоит неблизкий – в пригороды Лондона. Люди, поддаваясь суетливым ритмам мегаполиса, быстро огибали меня в то время, как я стояла и вдыхала влажный лондонский воздух. Здесь нет Кирилла Шведова. Здесь есть только я – Валери Донован. Здесь пахнет свободой. Здесь дует ветер перемен.

Перепрыгивая лужи, я поймала такси. Таксисты в Англии весьма вежливые и обученные люди, знаете ли. Они никогда не нахамят вам, наоборот, быстро упакуют чемоданы в багажник и отвезут, куда попросите. По пути я рассматривала лондонскую архитектуру. Давно я тут не была. Неожиданно я подловила себя на мысли, что мне всегда не хватало этого города. В груди появилось чувство ностальгии. Лондон – это мое детство. Это каждое незабываемое лето, которое я проводила с бабушкой и дедушкой. Это кусочек мамы. Это частичка меня.
Я стояла у калитки своего нового дома и не верила, что нахожусь в совершенно другой стране. Думаю, еще не скоро прикину. Это чувство уже посещала меня однажды, когда Кирилл впустил меня в свою жизнь. Теперь он остался где-то там за спиной. В Москве. Дом бабушки и дедушки обветшал. Сад, за которым так следила бабушка опустел и зарос. Здесь уже много лет никто не живет. Тем не менее, это был очень уютный двухэтажный домик. Не коттедж, конечно, но вполне жить можно. Я рада, что теперь буду здесь. В этом доме из серого кирпича, опутанном плющом, прошло все мое детство. Самые счастливые воспоминания. Все здесь очень дорого моему сердцу. Каждый куст. Каждый камешек.

Таксист выгрузил мой чемодан и уехал. Я открыла декоративную калитку и поняла, что мне придется её смазывать и красить. Проржавела. Я выпустила Тедди из переноски, но малыш не захотел выходить. Устал после долгого перелета. Он лежал на подстилке и водил носом, принюхиваясь к новым запахам. Тедди узнавал Англию, а точнее пригороды Лондона. По каменной дорожке я прошла к крыльцу и достала ключи от входной двери. Замок не поддавался, но в конце концов мне удалось провернуть ключ. Вот и все. Я дома.
С легким сердцем я поставила чемодан в прихожей и прошла внутрь, чтобы оценить масштабы моей уборки. Тедди все никак не хотел выходить и лежал в переноске. Он смотрел на меня, как я ухожу от него вперед и начал скулить.

—Мама идет смотреть дом. — сказала песику я и взяла его на ручки, поглаживая по белой пушистой мордочке. — Ну, что у моего красавчика случилось? Малыш устал и не хочет знакомиться?

Тедди прижался ко мне и прикрыл глаза. Пес устал после долгого перелета. Плюс, он летел отдельно от меня, а это двойной стресс для любого животного. Надеюсь, Тедди быстро отойдет от перелета и привыкнет к своему новому дому. Мы с песелем осматривали наши владения. Боже, как давно я не была в этом доме. Здесь все пронизано моим детством. Из небольшой прихожей, мешеной камнем, стояли все вешалка и полка для обуви. Я сразу подметила, что мне стоит купить коврик, а то вся грязь в дом пойдет. Из прихожей открывался вид на гостиную. Пусть широкий мягкий диван и два кресла на громоздких кресла на массивных деревянных ножках были в чехлах, я уже представляла насколько они запылились от времени. Кофейный столик был накрыт тканью так же, как и невысокие, длинные стеллажи с книгами из дедушкиной коллекции. Я перевела взгляд на окно. Шторы подлежат немедленной стирке. Ковер стоит как минимум пропылесосить. Это касается и абажуров с кисточками у люстры и светильника.

Я прошла по коридору на кухню. Простенькие коричневые фасады мне не забыть никогда. Стеклянная банка, из которой бабушка выдавала мне печеньки, стояла на своем законном месте рядом с холодильником. На дне все еще осталось несколько древних печенек. Ох, детство-детство. Я провела пальцем по запылившейся столешнице обеденного стола, стоявшего у окошка в уголке. Из кухни наверх вела лестница на второй этаж. Там находилось всего две спальни и ванная комната. Вполне прилично для такого маленького домика. Я дернула за ручку двери в комнату бабушки и дедушки. На большой кровати не лежало бабушкино любимое покрывало. На шкаф и туалетный столик набросили белую ткань. Пусто. Без своих хозяев дом утратил свой уют и душевную теплоту.

Прикрыв за собой дверь, я вошла в свою детскую комнату. Моя маленькая кровать и куча плакатов с феями «Винкс» заставили меня улыбнуться. Я помню, как я с нетерпением ждала выхода новых серий этого мультика, а выбор между Скаем и Бренданом давался мне особенно тяжело. Моим самым любимым детским были споры с местными девчонками о том, кто лучше Блум или Стелла. Преследование с девчонками местного парня, у которого по иронии было имя Брендан, стало традицией моих летних каникул. Я повернула голову и обнаружила плакаты с «Барби». Ах, сколько всего у меня с этим пригородным городком связано. Столько историй. Меня в самое сердце тронула ностальгия. Давно это было. Я неожиданно поняла, что никогда не должна была уезжать из Англии.

Неожиданно на меня накатила усталость. Захотелось прилечь и поспать. Я обратила внимание на Тедди. Малыш уже сопел у меня на руках. Мы оба устали с дороги. Быстро достав хоть какое-то постельное белье, я сходила в душ и устроилась на кровати бабушки и дедушки. Мой красавчик спал рядом со мной. Утром я принялась за уборку, ведь мой первый рабочий день только послезавтра, поэтому я могла позволить себя вычистить до блеска хотя бы половину дома. Тедди бегал за мной, пока я перебирала старые вещи бабушки и дедушки, смахивала пыль с полок в гостиной, мыла полы в чулане и прачечной, а также перестирывала весь домашний текстиль.

К обеду я поняла, что ничего ни ела, ни пила со вчерашнего дня, поэтому, взяв Тедди с собой, пошла в местный магазинчик за едой. Может, сразу в кафе? Там перекушу, а потом уж зайду в магазин. Не питаться же мне все время в ресторанах. Нужно и домашнего поесть. Не успела я закрыть калитку, как мне на встречу вылетела соседка. В моем детстве она была домохозяйкой, чей муж работал в Лондоне и оставлял её дома одну, ведь дети выросли. Предполагаю, она из любопытства вышла поздороваться и рассмотреть нового жильца, однако все новое – это хорошо забытое старое.

—Миссис Говард, давно не виделись. — быстро бросила я, мечтая отделаться заранее от её навязчивых расспросов.

—Валери, ты ли это?! — охнула миссис Говард, вскинув руки. — Как выросла! Как повзрослела! Не узнать красавицу!

—Спасибо, а Вы с годами совсем не изменились. — прельстила старушке в очках я.

—Брось, не ври бабуле. Лучше расскажи, как ты здесь оказалась? На каникулы приехала? Замужем? — запрыгала вокруг меня миссис Говард и заметила Тедди. — А это кто тут у нас? Твой?

—Д-да, его зовут Тедди. Я здесь на совсем. Теперь работаю в Лондоне дипломам. — скомкано ответила я, пытаясь прорваться вперед. — Вы простите, мне нужно за продуктами.

—Неужто по стопам Рози пошла? Вылетая она в твои годы. — задумчиво проговорила миссис Говард и замерла, предавшись воспоминаниям.

—Я пойду, а Вы как-нибудь заходите на чай. — уличила время для побега я. — Хорошего дня!

Фух, сбежала. Тедди шел рядом со мной по тротуару, косясь по сторонам и вздрагивая от каждого шороха. Для него вылазка в новый город оказалась перебором. Малыш не акклиматизировался еще. Не стал английским песелем, так сказать. Я увидела вывеску кафе и зашла внутрь, спросив у хозяина, может ли Тедди посидеть со мной на веранде. Рыжий мужик в клетчатой рубашке согласился, сказав, что рад четвероногим друзьям, и даже предложил печенье для собак своего собственного приготовления. Негласно я провозгласила сие заведение с довольно миловидными персиковыми стенами моим любимым местечком. Что сказать, в целом обычное кафе.

Я присела за столик и смотрела, как по узкой дороге проезжают машины. Кстати, нужно подумать о транспорте. В разгар рабочего дня народу было немного. Все люди заняты выполнением своих обязанностей. Тедди изволил пристроится у меня в ногах и сопеть, наслаждаясь моим обществом. Завязывая находу фартук, ко мне подбежала официантка. Её ненатурально золотистые волосы были собраны в тугой хвост. В зубах она держала блокнот для записи заказов. Когда девушка подошла поближе я не поверила своим глазам:

—Мэди? Правда, ты? — удивленно вырвалось у меня.

—Вали, Боже, тысячу лет тебя не видела! — воскликнула Мэди и заключила меня в своих объятиях, а затем прокричала. — Папа, как ты мог не узнать нашу Валери!

На крик дочери прибежал хозяин кафе и изумленно уставился на меня.

—Ох, Валери, ты так похорошела, тебя и не узнать! — сказал он, убрав руки за голову.

—Признаться, и я Вас сразу не узнала, мистер Эндрюс. — смущенно улыбнулась я и добавила. — Славное у Вас кафе. Верно, Тедди?

Песель весело тяфкнул из-под стула и забил по брусчатке хвостом. Одобряет нашу сегодняшнюю компанию.

—Как ты? Как твой отец? Это он отправил тебя из России? — присела на соседний Мэди. — Мы так долго гадали, почему ты перестала приезжать. Твои дедушка и бабушка сказали, что тебе запретил отец.

—Я в порядке, просто стечение обстоятельств. — закусила губу я, пытаясь заставить себя забыть прошлое.

—Хорошее стечение обстоятельств. Англия – твой второй дом. Ты же знаешь, мы нашем городке все тебе только рады. — завелась со своим оптимизмом Мэди.

—Девочки, вы тут болтайте, а я пойду принесу вам что-нибудь на свой вкус. — весело сказал мистер Эндрюс.

—Все, папа ушел. Мне ты можешь рассказать. Я – могила. — уверенно зашептала Мэди.

—Ну, я закончила русский университет и стала настоящим дипломатом, теперь буду работать в посольстве в Лондоне. — скромно ответила я.

—Вау, прям как твоя мама. — вдохновенно проговорила Мэди. — Ты просто оставила свою семью в России? Неужели, у тебя не было бойфренда?

—Был, но с ним мы расстались не так хорошо, как хотелось бы. Наверное, если бы мы не расстались, я бы здесь не оказалась. — опустила глаза я, ведь в груди все также больно.

—Ты любила его, а он тебя бросил? — сболтнула Мэди, совершено не подумав, и закрыла свой рот рукой. — Ой, прости. Я не хотела.

—Ничего, все так и было. — отмахнулась я. — Мы прожили вместе три года. Это были мои лучшие три года.

—И как твой отец это позволил? — Мэди с любопытством уставилась на меня, чуть подавшись вперед и подперев рукой подбородок.

—Ты не поверишь. — с тоскливой улыбкой замотала головой я. — Это полнейший бред.

—Ты расскажи, а я разберусь. — ухмыльнулась Мэди.

—Ну, мы познакомились случайно. Я постилась с папой и уехала кататься по Москве, потом ревела на скамейке на Красной площади. По пути я еще разбила колени. — тихо начала рассказывать я. — Вот, значит, сижу, реву, вдруг подходит ко мне парень и спрашивает, чем мне помочь. Обычный такой в джинсах и футболке. В итоге он сходил в машину за аптечкой и принес листики подорожника.

—А что такое «подорожник»? — пока что спросила только об этом Мэди.

—Это растение такое. Русские верят, что, если приложить на рану подорожник, все сразу пройдет и перестанет болеть. — пояснила я и продолжила рассказывать. — Он мне обработал коленки, а потом сказал, чтобы я прикладывала подорожник на свою жизнь. Мы гуляли по Москве, а под утро я сбежала.

—Ты же ему адрес свой оставила? — вытаращилась на меня Мэди.

—Ноуп, ни адреса, ни телефона. Ничего, только пропуск свой забыла, но это было неинформативно. А потом через месяц он прислал мне целую гостиную роз и в записке написал, что скоро придет. — мечтательно проговорила я, но через минуту рухнула с небес на землю. — Это в прошлом. Между нами все кончено.

—А если он возьмет и приедет за тобой? Что тогда будешь делать? — неожиданно сказала Мэди с задумчивым лицом. — Он нашел тебя, как Принц Золушку. Значит, его чувства больше, чем просто слова.

—Нет, он глубоко убежден, что я виновата в нашем разрыве. — не уточняя детали, проговорила я. — Я сама больше ничего не хочу иметь с ним общего. Слишком много плохого мы наговорили друг другу.

Я могла бы рассказать Мэди правду, но это неправильно. Если я решила начать новую жизнь, то мне не нужно тянуть за собой багаж из прошлого.

—Но вы же любили друг друга. — пыталась отстоять свою точку зрения Мэди своими возгласами.

—Как оказалось, и у любви есть свой срок годности. — одернула Мэди я и строго проговорила. — Между нами все кончено. Лучше расскажи, как вы тут все живёте?

—Ну, все разъехались на поиски новых ощущений по городам. Многие нашли работу в Лондоне после учебы и сюда заезжают на праздники навестить родителей. Теперь из молодежи только я и Брендан. — с грустью опустила глаза Мэди.

—А на личном как? Со мной все понятно, но ты-то у нас девушка в самом соку? Неужели мужчины не бегают за тобой табунами? — заиграла бровями я.

—Никого. От слова совсем. В нашем городке одни старички и остались. — развела руками Меди.

—Что ж, мы исправим эту нелепую оплошность, познакомим тебя с каким-нибудь дипломатиком, и все будет в шоколаде. — широко улыбнулась я.

—Можно попробовать. — задумчиво кивнула Мэди.

—По рукам. — протянула я руку для рукопожатия.

Мэди пожала мне руку, и мы продолжили болтать под десерты, которые принес её отец. Что ж, я довольна. Посидев еще полчасика, мы попрощались, но заручились обещаниями снова встретиться. Мэди оставила мне свой номер телефона и сказала, что по будням её всегда можно найти в кафе. Говоря о телефоне, я вспомнила, что мне нужно купить новую SIM-карту. Избавляться от Валерии Шведовой, так с концами. Да, её больше нет. Этот городок напоминает мне о моих английских корнях, и, знаете, я не чувствую себя как-то неуютно или некомфортно. Я в очередной раз убеждаюсь, что вот здесь мое настоящее место.

Тихие спальные улочки с миловидными домиками наполняли этот город уютом. По пути домой с пакетами из магазина я рассматривала местные виды, ползя по тротуарам прогулочным шагом. Умиротворенно. Небо потихоньку затягивало тучками. Кажется будет дождь. Кириллу здесь бы понравилось. Стоп! Никакого Шведова! Я по привычки подумала о нем, но на самом деле не хотела. Шведов – мебель. Вы ведь тоже вспоминаете о диване, когда хотите присесть? Вот, аналогично и я припомнила Кирилла. Меня охватила волна раздражения. Нельзя думать об этом бесполезном человеке. Он только все портит! В очередной раз выкинув Шведова из головы, я направилась домой, чтобы продолжит уборку.

Поднажав, я смогла за полтора дня разобраться со всеми домашними делами и привела домик в божеский вид. Конечно, это не конец моего ремонта. Мне нужно будет покрасить забор, но для этого нужна краска. И, наверное, стоит вызвать бригаду рабочих починить калитку и кое-что в доме. Все-таки здесь давно никто не жил, но в целом я довольна результатами. Вызвав такси одним ранними утром, я поехала на работу. Тедди был очень против оставаться за главного. Ничего не поделать. Малыш долго упирался, однако смирился с неизбежностью. Надеюсь, он ничего не погрызет в отместку.

Стоя у посольства, у меня пробирал легкий монтаж. Сегодня мой первый рабочий день в качестве третьего секретаря. По идее, я должна занять должность, как и все, атташе, но в соотвествии с моими академическими достижениями и достижениями, мне присвоили ранг «третьего секретаря». Да, я новичок, зато готов усердно трудиться. На проходной охранник спросил мою фамилию и сказал выписать пропуск. Ладно, займемся этим чуть позже. Я ужасно волновалась. Фух, хоть бы все хорошо прошло. Так, Лера ты справишься. Поднявшись на нужный этаж, я встретились с самим главой дипломатического представительства. На языке дипломатов его еще называют «полномочным посланником первого класса». Друг моего отца, иначе зачем ему так напрягаться и представлять меня моему непосредственному начальству? По взглядам окружающих я догадалась, что здесь все поняли, что имеют дело с чьей-то «дочуркой». Отчасти так и есть.

Глава представительства был примерно одного возраста с моим отцом. Это был солидный мужчина. Он одним своим видом давал понять, что в рабочее время только о работе и детально отвечать на вежливый вопрос о том, как поживает мой отец, не стоит. Все дипломаты с возрастом начинают носить очки, и глава представительства не исключение. Что у там, папа сам в один момент начал носить этот занятный аксессуар. От чтения бумажек зрение садиться. Мне кажется, практически все мужчины на одно лицо. Так, Лера, нужно себя правильно падать. Первое впечатление самое важное.

—Валери Донован, приятно познакомиться. — пожала руку главе представительства.

—Вячеслав Сергеевич Пожарский. Никогда бы не подумал, что у Андрея такая пробивная дочь. — сосредоточенно посмотрел на меня Вячеслав Сергеевич.

—Благодарю, что нашли время лично встретить меня. — коротко ответила я. — Чтобы не занимать Ваше время, приступим к работе?

—Да, пожалуй. — Вячеслав Сергеевич явно оценил мой порыв работать.

Не могу сказать, что ко мне отнеслись по-доброму. Скорее это была вежливая и в основном наигранная доброжелательность. Особенно раздосадовано и обиженно на меня поглядывали атташе. Я вычисляла из по гневным, громки перешёптываниям, которые были направлены на то, чтобы указать мне на мое настоящее место. Понятно, помощи ждать не от кого. Впрочем, так даже лучше. Вячеслав Сергеевич представил меня моему непосредственному начальнику, похлопал его по плечу с просьбой не обижать меня и ушел. Я осталась наедине с обрусевшим англичанином около тридцати лет. Это был весьма невзрачный мужчины, но с по-настоящему приветливым лицом. Он был рад со мной познакомиться.

—Уильям Харис. — он протиснул мне руку.

—Валери Донован. — слегка занервничала я и пожала ему руку.

—Приятно уметь в своем подчинении человека с английскими корнями. — одобрительно кивнул мистер Харис.

—Мне тоже очень приятно работать под началом человека, который, должно быть, гордиться своим английскими корнями. — согласилась я.

—Вы очень проницательны, мисс Донован. Это очень хорошее качество для начинающего дипломата. — задумчиво хмыкнул мистер Харис.

—Да, но все же я неопытная выпускница университета. Я верю, что смогу многому у Вас научиться, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — я вежливо кивнула головой.

—Разумеется, мисс Донован. — посерьезнел мистер Харис. — Пойдемте, я введу Вас в курс дела.

Весь день я усердно вникала в работу. Могу сказать, что это было нелегко. Уже в самом начале нашлись завистливые атташе, готовые подставить мне подножку и высмеять после первого же прокола. Учтем и запомним. Под конец рабочего дня, когда большинство сотрудников расходились по домам, ко мне подошла молоденькая девушка в очках с круглыми линзами и двумя косичками. Очень необычно. Она явно из атташе, но от нее не исходило враждебности.

—Здравствуй, меня зовут Даша. — первой представилась девушка с нотками искреннего сочувствия в голосе.

Несмотря на странный вид Даши, она смогла чем-то расположить меня к себе. Не наблюдалось в ней амбициозной спеси, как в остальных атташе. Особо не раздумывая, я улыбнулась Даше:

—Очень приятно познакомиться.

—Взаимно. — обрадовалась моей реакции Даша и добавила. — У тебя есть какие-нибудь планы на вечер?

—Нет, дома меня ждет только собака. — пожала плечами я.

—Ты не хочешь посидеть с нами в кафе? — предложила Даша, нетерпеливо ожидая моего ответа.

—С нами? — решила уточнить я, опасаясь подвоха.

—Прости, «с нами» то есть: со мной, Пашей и Валей. — пояснила Даша.

—Хм, звучит заманчиво. Не откажусь, спасибо за приглашение. — одобрила предложения я.

На выходе из посольства мы встретились с некими Пашей и Валей. Я уставилась на них, чтобы получше рассмотреть. Обычные офисные клерки, но с умными глазами. Ничто так хорошо не характеризует нас, наши мысли и чувства, как глаза. Неосознанно мне снова вспомнились добрые карие глаза Кирилла, но приятное тепло воспоминания о них мгновенно разбилось о холодный, разочарованный взгляд, которым он одарил меня в момент нашей ссоры. Снова стало больно. Так, Лера, ты в компании совершенно незнакомых людей. Не порть о себе впечатление пережитками прошлого. Да, Шведов – это прошлое!

Паша приветливо махнул мне рукой. Валя доброжелательно улыбнулась. По виду они были чуть старше меня. Разница в год-два не имеет значения. Я решила быть с ними милой и первой завела беседу, давая понять, что они мне понравились. Судя по слащавым мурлыканьям Паши и Вали, эти двое находились в отношениях не так давно. На первых порах мы со Шведовым липли друг к другу похлеще и так же, как и худощавый Паша и низкого роста Валя, мурлыкали о романтике. Влюбленные идиоты. Пожалуй, для того, кто недавно пережил предательство, я слишком строга к этим двоим. Остается только надеятся, что их любовь переживет все и не сломается от малейшего ветерка сомнений.

Паша и Валя шли за ручку до кафешки, облизывая друг друга. Даша всем своим видом показывала, что её раздражает эти проявления сопливой любви. Она замедлила шаг и медленно поплелась вместе со мной со спинами Паши и Вали. Выражение ее лица говорило само за себя. Даша чувствовала то же, что и я. Ситуации могут быть разные, а боль одна для всех.

—Предательство или безответные чувства? — спросила у нее я.

—А ты откуда знаешь? — недоверчиво прищурилась Даша.

—У меня все на лице написано, разве нет? — ответила вопросом на вопрос я.

—Да, точно. — присмотрелась ко мне Даша. — Он ушел от меня к другой. Сказал, что ему надоел мой безвкусный стиль и эти глупые очки.

—Он обвинил меня в измене и выгнал из дома. — проговорила я совершенно без эмоций.

—Ты изменяла? — тихо спросила Даша.

—Я похожа на изменницу? Нет, меня подставили. — пожала плечами я. — сколько вы были вместе?

—Полтора года. — с грустью проговорила Даша. — А вы?

—Три года. — хмыкнула я. — Знаешь, они того не стоят.

—Не стоят, но мне жалко свое время. — бросила Даша.

—Время действительно жалко. — задумчиво согласилась я.

—Я пытаюсь найти в этом что-то хорошее. — бодрее сказала Даша. — Я, например, теперь свободна, как птичка, и могу не париться по поводу него и его дебильного мнения.

—Хм, а мне теперь не надо готовить его любимый борщ. — радостно проговорила я.

—Тоже неплохо. — ободряюще улыбнулась мне Даша и указала на кафе. — Мы пришли.

Мы сидели в уютной кафешке и ужинали. Вечер прошел в расспросах о Москве и пустой болтовне. Как оказалось, Даша, Паша и Валя не были на своей исторической Родине уже два года, поэтому им хотелось узнать у новоприбывшей, как же там дела. Нормально. Москва цветет и пахнет. Никто из ребят так и неспроста обо мне. Что ж, пусть находятся в блаженной неведении. Я бы тоже хотела стереть Шведова из памяти, как все наши совместные фото. Они были удалены довольно давно. Паша заказал нам всем по бокалу пива. Как только нам принесли четыре бокала, как своему я не смогла притронуться. От одного запаха алкоголя к горлу подступил комок. Если бы я всерьез начала пить, меня бы непременно вырвало. Странно, не припомню у меня подобной реакции на пиво.

В целом вечер прошел достойно. Я вернулась домой поздно и отправилась выгуливать моего красавчика. Тедди обиженно рычал, но, завидев поводок, сменил гнев на милость. Нужно отвести его к ветеринару, чтобы с лапы сняли гипс. Я прогуливались по безлюдной улице в свете фонарей. Это был момент умиротворения. Серое-синее небо намекало на дождик. Собственно, пахло дождем. Я приняла решение закругляться с прогулкой и идти домой. Тедди потянул меня вперед, и мне пришлось, не смотря по сторонам, побежать. Бам! Я врезалась в прохожего. Боже, я даже не поняла, как так вышло. Я столкнулась нос к носу с каким-то парнем. Стоп, парнем?

—Брэндон! Эй! — вдалеке закричала Мэди и принеслась к нам, пока мы отходили от шока.

Присмотревшись к тому несчастному, в которого мне «посчастливилось» врезаться, я узнала Брэндона. Раньше он был смуглым мальчишкой с вечно взъерошенными каштановыми волосами, а сейчас на одном тротуаре сидел накаченный красавчик. Ох, как меняются люди.

—Вали? — вылупился на меня Брэндон. — Мэди мне не наврала, что ты вернулась в Англию?

—Эм, нет, я правда вернулась. — замялась я и, наконец опомнившись, приступила к порции обязательных извинений. — Прости, пожалуйста! Тедди потащил меня вперед, и я сшибла тебя с ног.

Кстати, Тедди умостился у меня на руках. Не хочет больше идти. Брэндон внимательно посмотрел на меня, затем на собаку и засмеялся в голос. Смех заразительная штука. Я захохотала вместе с ним. Мы сидели вдвоем на тротуаре, сбитые с толку, и смеялись. Мда, ну и дела. Чуть позже к нам подбежала Мэди и, кивнув на меня с Тедди на руках, еще громче рассмеялась. Брэндон помог мне подняться. В качестве извинений я пригласила своих старых друзей к себе домой на чай. Мне кажется, или сегодня какой-то вечер знакомств и воссоединений? Не знаю, но меня это радует.

—Ну что, рассказывайте. — начала разговор я, усадив друзей за стол и налив им чаю.

—Что ты хочешь узнать? Я думал, Мэди уже все подробно тебе про нас выложила. — развел руками Брэндон и засмеялся.

—Не все. — закатила глаза Мэди. — Я не рассказывала, что ты у нас теперь «муж на час» и бросил колледж.

—Серьезно? — удивленно вылупилась на Рондона я и, немного поразмыслив, добавила. — Мне как раз нужны твои услуг. Как видишь, дом бабушки и дедушку нуждается в ремонте.

—Не проблема. Скажи, когда приступать. — засучил рукава Брэндон, готовый к работе. — Мэди не говорила, но бизнес моего отца прогорел, поэтому мне приходится выплачивать его долги.

—Поэтому ты бросил учебу? — сочувственно проговорила я.

—Ну, учеба на юридическом – это не самое главное. У меня есть еще младший брат. Я должен как-то обеспечить ему успешное будущее. — развел руками Брэндон и отпил немного чаю. — Отец не смог пережить крах своей компании, сразу после этого заболел и через несколько лет умер. С того момента я помогаю маме. Да и платить за мою учебу у нас все равно нет денег.

Услышав гарусную историю Брэндона, я поняла, что в моей жизни не все так однозначно плохо. Мой отец жив, здоров. Он помогает мне встать на ноги. Нет причин грустить.

—Если тебя нужна помощь, ты можешь обратиться ко мне. — незамедлительно предложила я. — Начнем с того, что я готова заказать у тебя ремонт этого дома.

Немного посомневавшись, Брэндон согласился. Остаток вечера мы провели в болтовне о нашем детстве. Рассказах о том, кто куда уехал из наших общих друзей. Мне было любопытно узнать, как сложилась их судьба. Мэди и Брэндон ушли поздно.

Всю следующую неделю я провела в работе и ремонте. Брэндон, как мы и договаривались, вызвался помочь мне с этим. По глазам Мэди я догадалась, что парня ей искать не стоит. Он уже есть, только не смотрит на нее, как на девушку. Для Брэндона Мэди – всего лишь старый друг, но другое дело я. Только это не правильно и может быть губительно для нашей дружбы. Таким образом, я в очередной раз оказалась втянута в любовный треугольник. Пока Брэндон красил забор, я подозрительно нюхала краску. Это была очередная странность после запаха пива. После этого меня начало тошнить. Отравление? Но чем? Я ничего такого не ела и не пила. Из-за шока в прошлом месяца я совершенно забыла о «своих днях» и решила удостовериться, что как таковой задержки нет, открыв календарик в телефоне. Огромными черными цифрами на красном фоне мне написали: «задержка 1 месяц». На меня накатила паника.

После работы я зашла в аптеку и купила новый тест на беременность, однако помедлила идти его делать. Сначала я выгуляла Тедди, потом поужинала чаем и булочкой и, обходив весь дом руками, пошла в ванную. Если раньше я боялась, что тест окажется отрицательным, то теперь мысль о раннее желанных двух полосках готова была вызвать у меня истерику. Мужайся, Лера. Сделав все по инструкции, я стояла у раковины в ожидании, когда не проявится вторая полоска. Тогда, я просто схожу на прием к врачу, чтобы исключить всякую гадость, и буду спокойно жить. Через пять минут начала отчетливо проявляется вторая полоска. На тот момент для меня это была трагедия.

Сжав в руке тест на беременность, я упала на кафель в ванной. Господи, я беременна. И не просто беременна, а довольно давно. В моем случаем спрашивать, как такое возможно не имеет смысла. Я и сама прекрасно знаю, откуда берутся дети. И вопрос даже не в том, кто отец. Отец моего ребенка — Кирилл. Весь вопрос в том, что ни один тест в России не показал две полоски. Стоп, Лера, не сиди на холодной плитке голым задом. Ты же будущая мать. Я встала и пересела на диван. Тедди запрыгнул ко мне и положил голову на мой живот. А я все думаю, почему этот хитрый пес начал так делать. Он все чувствует, знает, понимает и намекает мне, что пора бы сделать новый тест на беременность.

Я стану матерью. Боже, почему именно сейчас, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову? На меня нахлынула паника. Внезапно в голове проскочило осознание того, что моего ребенка могло не стать еще раньше, выпей я тех таблеток. Он бы умер вместе со мной. У меня задрожали руки. Меньше всего я хочу губить малыша, но мысли о материнстве, детях и всех проблемах, связанных с их воспитанием, пугали меня еще сильнее. Я так думала. Правда, быт матери-одиночки далеко не лучше. Когда был Кирилл, была и уверенность, что я справлюсь. Сейчас нет. Мне придется отказаться от работы и сидеть с ребенком дома, то есть о карьере можно забыть на год-два точно. Плюс, дети часто болеют. Что уж там, я не в том положении, чтобы сидеть с грудничком. Все на самом деле упирается в мои амбиции и деньги. Если с перым можно повременить, то со вторым нет. Мне нужно движение, люди и новые впечатления, чтобы окончательно выкинуть Россию из головы. Я перевернула страничку в своей жизни и, как Гоголь, сожгла второй том своей истории. Растить ребенка — дорогое удовольствие.

Я окончательно запуталась и не знала, что мне делать. Куда бежать? Кому звонить? Стоп. Я хочу этого ребенка? Приблизительно, мой срок где-то два месяца. Чисто гипотетически я все еще могу от него избавиться. Взгляд упал на тест. Дрожащей рукой я погладила свой живот. Опять вскочив на ноги, я подбежала к зеркалу и задрала кофту. Либо у меня проблемы со зрением, либо с мозгами. Внизу у самых костей таза выпирал маленький животик, что еще раз подтверждает результат теста. Так, прежде чем принимать какое-то решение, нужно сходить к врачу. Тем же вечером я позвонила и записалась на прием, после уже серьезно подумаю, посоветуюсь с врачом и решу, как теперь быть.

Перед кабинетом меня уже колотило. Сидела как на электрическом стуле вокруг беременных мамочек с огромными животами. Если я оставлю ребенка, меня ждет то же самое. Не могу сказать, что я была в восторге, ведь беременность — это акция прощай фигура. Когда подошла моя очередь и мне велели заходить, все внутри сжалось от необъяснимого страха. Врач во время осмотра подтвердила все мои опасения. Я действительно беременна уже десять недель. Внутри меня кто-то живет. С одной стороны, жутковато, но, с другой стороны, ничего аномального в этом нет. В очередной раз наступила паника. Как быть? Пока мне выписывали направление на УЗИ и анализы, я решила спросить:

—Еще возможно прервать беременность?

Женщина-доктор прекратила писать и сочувственно посмотрела на меня:

—Да, Вы можете прервать беременность, но я должна предупредить, что Ваш срок достаточно большой и могут возникнуть осложнения. — сказала она, как можно мягче. — Вы не хотите этого ребенка?

—Дело в том, что сейчас я нахожусь не в той ситуации, чтобы быть полностью уверенной, что смогу справиться с ребенком. — прикусила нижнюю губу я и опустила глаза.

—Вы не имеете материальной поддержки? — спросила врач, тяжело вздохнув. — У нас существует программа помощи матерям-одиночкам.

—Нет, я — дипломат. — покачала головой я. — В Соединенном Королевстве я живу одна. Все мои родственники остались в другой стране.

—Понимаю. Давайте, мы поступим следующим образом: сейчас Вы сдадите все анализы, сделаете УЗИ и подумаете пару дней. — сказала врач.

—Говоря о последствиях, Вы имеете в виду, что после аборта в будущем я не смогу забеременеть? — уточнила я.

—Как врач, я должна объяснить, что на Вашем сроке мы не сможем медикаментозно прервать беременность. — по-медицински строго и одновременно тактично ответила врач. — Процедура будет выполнена механическим способом. Вы понимаете, о чем идет речь?

По коже побежали мурашки. Словосочетание «механическим способом» пугало. Примерно я догадываюсь, о чем говорит врач.

—Да. — кивнула я. — Я подумаю.

Я вышла из кабинета с дрожащими руками. Я, наверное, уже в сотый раз спросила и, судя по условиям моей жизни спрошу еще не один раз. Боже, за что мне это все? По талону я прошла в кабинет ультразвуковой диагностики, где на маленьком черно-белом мониторчике мне показали моего малыша. У него уже есть ручки ножки. Крохотное тельце. Головка. Затем я услышала, как бьется его сердечко. Желания убить эту кроху оставалось все меньше, а ведь где-то через семь месяцев я смогу держать его на руках. Он живой. Рассматривая снимок, который мне дал врач, я понемногу осознавала, что внутри меня маленький человек. Было немного жутко, но в то же время тепло на душе.

Вернувшись домой, я помылась, улеглась на кровать, включила компьютер и начала читать про механические аборты, а Тедди облизывал мой живот. Ох, я такого за вечер насмотрелась, так впечатлилась, что, закрыв глаза, мне вся эта гадость мерещиться. Представив, что моего ребенка убьют подобным образом, привело меня в лютый ужас. Разве он заслужил? На ровном месте я разревелась. Решения принято. Черт с работой. Плевать, если отец будет настаивать на аборте. Я не позволю убить мою крошку, которую до этого очень хотели. Как я плакала, когда видела отрицательные тесты. Уже забыла.

—Мама и сейчас тебя хочет, малыш. — пробормотала я, поглаживая свой живот. — А папа…

Не уверена, что Кирилл обрадуется. А он вообще поверит? Точно, он будет глубоко уверен, что этот ребенок от Олега. Что за бред! Пусть уверяется дальше. Будет тяжело. Придется работать до последнего. Мне нужны деньги, чтобы прокормить и себя, и ребенка. Не исключаю, что отец снова перестанет со мной общаться, но меня уже не переубедить.

Походив немного по квартире, поразмышляв над своим будущим, я решила, что терять мне уже откровенно нечего, и «обрадовать» отца этой новостью. Я не прошу у него денег. Я уже живу на свою зарплату. Поддержит он меня или нет, не понятно. Для начала нужно просто поговорить. Удобно разместившись в одеяле, я взяла в руки телефон и набрала отцу. В Москве сейчас около одиннадцати. Не думаю, что он спит. Шли длинные гудки. Никто не брал трубку. Я хотела сбросить, но папа ответил:

«Добрый вечер, Лера».

«Добрый вечер, папа. Ты не занят? Можешь говорить?» — проговорила я.

«Нет, я ждал, когда ты позвонишь. Собственно, сам хотел. Ты хорошо устроилась?» — замялся папа.

«Да, прости, привыкала к новому месту. Плюс, дом дедушки и бабушки немного, эм, обветшал и запылился. Я занималась его благоустройством. Ты сам как?» — виновато пробормотала. Совесть гложет. Обещала позвонить, а сама забыла за две недели.

«Прекрасно, спасибо. Я думал, ты не хочешь мне звонить. Тебя хорошо приняли в посольстве?» — с облегчением ответил папа.

«Все хорошо в посольстве. Мне нравится новая работа. Конечно, по сравнению с некоторым я еще совсем новичок, но я быстро учусь». — оживилась я.

«Я рад, что ты довольна. Как в целом Англия?» — пытался поддержать умирающий разговор папа.

«Лучше, чем Россия. Правда, иногда не хватает солнышка, но к этому постепенно привыкаешь». — неохотно выплюнула я.

«Надеюсь, тебе там будет лучше». — с грустью ответил папа.

«Пап, у меня к тебе есть серьезный разговор. Я не знаю, порадует ли тебя это или, наоборот, расстроит, но, пожалуйста, выслушай меня до конца. Хорошо?» — перешла к самому главному я.

«Я слушаю». — тихо ответил отец.

«Вообщем, я беременна и решила оставить этого ребенка». — нервно сглотнув, рубанула с плеча я.

Папа шумно и тяжело вздохнул в трубку, затем замолчал. Я не прошу его войти в положение. Возможно, ставить перед фактом тоже не есть хорошо. Просто я не знаю, как иначе сказать ему.

«Шведов уже знает?» — первое, что папа спросил у меня.

«Н-нет, и, наверное, не узнает». — у меня дрогнул голос от напряжения.

«Ну и правильно. Я не хочу, чтобы у моего внука или внучки был такой никчемный папаша». — спокойно ответил папа.

«Ты не против, если я оставлю этого ребенка? Я думала, честно сказать, ты не оценишь моего порыва». — призналась я.

«Знаешь, это даже хорошо. По крайней мере ты не будешь совсем одна в другой стране. Ребенок приучит тебя к ответственности». — с целью подшутить выдал папа.

«Как будто я безответственная мамаша». — обиженно пробормотала я.

«Не обижайся. Ты себя хорошо чувствуешь? Ничего не беспокоит?» — уже серьезно спросил папа.

«Я в порядке. Я бы не догадалась сделать тест, если бы не задержка. У меня нет никаких признаков». — ответила я, немного замявшись.

«Тебе повезло. Твоя мама не могла даже подняться с кровати». — усмехнулся папа.

«Не смущай меня, пожалуйста!» — воскликнула я.

«Не буду. Какой у тебя срок?» — осторожно спросил папа.

«Десять недель». — коротко бросила я.

«Много. Тебе нужно поговорить с начальником. Если он не войдет в положение, я подключу своих знакомых, чтобы с ним договориться». — начал размышлять папа.

«Я пойду к нему завтра, поставлю его в известность». — расслаблено ответила я.

«Что ты планируешь делать дальше?» — задал мне весьма прагматичный вопрос папа.

«Буду работать до последнего. Я не могу подвести людей, но так или иначе мне все равно придется уйти в декрет». — вздохнула я, подтянув ноги к себе.

«Не перенапрягайся и больше следи за собой. Я в любом случае поддержу тебя. Если понадобиться, прилечу в Лондон». — уверенно пробубнил папа.

«Спасибо, папа». — прошептала я папе.

«Не стоит, Котенок. Я всегда должен был думать о тебе». — ласково ответил папа.

«Спасибо, что смог понять». — пробормотала я.

«Который час в Лондоне?» — спросил папа.

«Девять часов вечера, а что?» — удивилась я.

«Думаю, тебе особенно в твоем положении пора отдыхать. Как я уже говорил, больше заботься о себе: правильно питайся, много отдыхай и не нагружай себя лишней работой. Заботься о моем внуке, поняла?» — обеспокоено сказал папа.

«Да, папа. Я запомнила и иду спать. Спокойной ночи». — зевнув, ответила я.

«Спокойной ночи». — проговорил папа и завершил вызов.

Я выключила ночник. Хочу спать. Сильно. Меня ждет тяжелый день. Следующим утром я поехала на работу. Поговорила с начальником. Было неловко, ведь в прошлый раз я призналась, что ближайшие пату лет ни семьи, ни детей у меня не предвидится. Тем не менее, мистер Харис вошел в мое положение. Неплохо. Теперь я могу выйти в декрет, когда захочу. Вернее, когда захочу после достижения обязательного срока беременности, разумеется. Чувства были странные. Вроде бы ничего не изменилось, но внутри меня растет живой человек. Мне еще привыкать и привыкать.

В свой выходной я сидела на диване и пыталась отодрать Тедди от своего живота. Сидит и облизывает его, а мне щекотно. Повестка моего выходного звонок Кириллу. Я разглядывала его контакт в моем телефоне и думала, что делать. Порадовать его долгожданным пополнение или нет. Цепочку моих рассуждений прервал звонок Милены.

«Привет, как дела?» — ответила я.

«Лера, только не вздумай делать аборт!» — громко вскрикнула Милена, что я решила отодвинуть трубку от телефона.

«Не собираюсь. Милена, кто тебе вообще такой бред сказал?» — спросила я, пытаясь немного успокоить Милену.

«Никто, папа проболтался, что ты беременна, и я подумала, что ты тоже решилась». — замялась Милена.

«Значит, слух, что ты сделала аборт, правда?» — догадалась я.

«Д-да». — голос Милены дрогнул.

«Можно спросить? Как так вышло?» — решила все-таки уточнить я.

«Это был ребенок от Марка, но с ним не сложилось. Вернее, я не захотела, и тогда мама заставила меня сделать аборт. Это больно, Лера. Не делай так, как бы Кирилл тебя сильно не обидел». — зарыдала в трубку Милена.

«Знаешь, я как только поняла, что беременна, сразу очень хотела избавиться от ребенка. Потом как-то перехотелось, ведь не важно, кто его отец. Главное – я его мама». — пустила слезу я, поглаживая свой живот.

«Вот, а мы тебе говорили, что не просто так тебя на солененькие огурчики потянуло». — засмеялась сквозь слезы Милена.

«Я его так теперь называть и буду – мой маленький соленый огурчик». — захохотала я.

«Скажешь Кириллу? Или нам сказать его маме? Все-таки хоть кто-то из его семьи должен знать, что Кирилл скоро станет отцом». — немного успокоилась по голосу Милена.

«Я не вижу в этом необходимости, но ты права. Маме надо сказать, только обязательно попросите её ничего не говорить самому Кириллу». — задумалась я.

«Я поговорю с папой. Думаю, он озадачится этим вопросом в ближайшее время». — повеселела Милена.

«Как на личном? Вы все еще вместе?» — решила оценить масштабы трагедии я.

«Пока да, я не ожидала, что наши отношения продержатся настолько долго». — взволнованно ответила Милена.

«Все равно будь бдительна. Бабника тяжелее перевоспитать, чем обычного мужчину. Они – особый подвид». — хихикнула я.

«Согласна, кабель обыкновенной, однако, сволочь, красивый и обаятельный». — мечтательно проговорила Милена.

«Зато, если процесс перевоспитания пройдет отлично, будет тебе лучший муж и защитник. Мне, например, достался урод обыкновенный. Ненавижу, придурок». — зарычала я.

«Эй-эй! Мамаша, сбавь обороты. Не нервируй ребенка, ему нужна спокойная мама». — одернула меня Милена, пока я не разразилась гневными выражениями в адрес Шведова.

«Ты права, прости. Настроение скачет, как чья-то кардиограмма, в последнее время». — успокоилась я.

«Это кто-то просто беременный. Гормоны у тебя, Лера, шалят, так что ты не бросайся на людей, если услышишь имя «Кирилл Шведов». Мы с папой понимаем твое положение, но вот английский народ наш суровый русский нрав может и не пережить». — засмеялась очень громко Милена.

«Ну-ну, пока я еще ни на кого не напала». — подхватила шутку я и разразилась таким же хохотом, что и Милена.

Четыре месяца спустя

На дворе в католической Англии светлый праздник Рождества. На улице землю припорошило снежком в то время, как суетливые англичане в попытке все успеть украшают свои дома, массово скупают подарки, а я сижу на диване и вяжу своей маленькой малышке носочки. Да, я увлеклась вязанием. В принципе довольно подходящее занятие для беременной мамочки, у которой по вечерам уйма свободного времени. Плюс, это успокаивает после работы и помогает расслабиться. Нет, я все еще работаю, иначе дома волком взвою. Тедди спит рядом со мной в своем новом красном свитере с елочкой. Ручная работа! Я не люблю отмечать Рождество в декабре. Все-таки мои русские корни дают о себе знать. Сейчас меня заботят немного другие проблемы. Кто собирает детскую кроватку? Я накупила столько мебели в детскую, но крепких мужских рук для сборки нет. Хоть Брендана проси. Я не считаю это уместным. Мэди влюблена в него, зато Брендон продолжает смотреть в мою сторону. Этого парня даже не смущает, что я беременна от своего мужа, пусть мы и живем отдельно друг от друга. Я не хочу нажить себе проблем, поэтому ради всеобщего спокойствия изолируюсь от Брендана. Так проще.

Параллельно я пялилась в телевизор, довязывая узорчик в виде мордочки Тедди на носочках-чулочках, потом займусь теплым комбинезоном. Новорожденным малышам очень важно находится все время в тепле. Типичная курица-наседка. Мало того, что я стала до ужаса неповоротливая, так еще и сильно растолстела., точно слониха. Беременной мне так казалось, ведь живот к седьмому месяцу стал очень большим. Я постоянно покупаю себе новые вещи на вырост. Такое чувство, будто у меня там двойня. Для того, чтобы исключить недопонимание, поправлюсь: у меня не двойня, просто, как говорит врач, такое анатомическое строение тела. Все в пределах нормы. Если продолжать ныть о тяготах беременной, то не стоит забывать об обуви зимой. Из-за живота я не могу застегнуть молнию на ботинках. Пришлось купить угги и влезать в них, как есть. Я не буду даже углубляться в подробности, насколько сильно у меня отваливаются спина с поясницей, а мои отекшие ноги покинули чат. В комбо с моим вечным желанием поесть и попеременными порывами закапать Шведова живьем на заднем дворе за то, что он целенаправленно сделал мне ребенка и свалил, бросив меня страдать в одиночестве, это был адский коктейль.

Сейчас вы подумаете, не все же так утрированной плохо, как я говорю. Плюсы есть. Я скупаю детскую одежду, читаю кучу форумом для мамочек и всячески готовлюсь к появлению моей дочери. Если верить Интернету, то сейчас я живу в самое тихое и спокойное время, когда я просто жду, а не вожусь с пеленками, подгузниками и вечно плачущим ребенком, которого нельзя оставить одного даже на минуту. Пожалуй, я уже никогда не забуду тот момент, когда малыш впервые зашевелилась. Кому-то покажется это жутким, но я тогда всерьез осознала, что это это моя дочь и она живой человек. До того дня я воспринимала свое положение как что-то, что происходит не сомой. Как Шведов, мать его за лапку, вроде бы по паспорту есть, а на деле нет. Интересно, ему сказали? И где уведомление о разводе? Милена говорила, что папа встречался с Еленой Александровной и они образовали тандем счастливых бабушек и дедушек. Вот уж правда. Никогда не думала, что мой отец так будет рад внучке. Он звонит каждую неделю и спрашивает о моих делах. Честно, я тронута. Все неплохо. Дома тихо и уютно. На работе обыденно суетливо и продуктивно. По крайней мере лучше, чем было в России. Вообщем, моя жизнь шаг за шагом приходит в норму.

Неожиданно в дверь позвонили. Тедди спрыгнул с дивана и пустился с лаем к двери кусаться и ругаться. Странно, я вроде ничего по интернету не заказывала. Отложив спицы, я поднялась с дивана и пошла к двери:

—Кто там? — первым делом спросила я.

—Санта Клаус! — раздался громкий папин голос.

Я незамедлительно открыла дверь и увидела папу. Он стоял в рождественском колпаке, держа в руках чемодан и красный мешок подарком. Улыбка не могла не появиться на моем лица. Я бросилась папе в объятия. Отец обнял меня и, когда я отстранилась, погладил мой живот. А что? Внучка же.

—Пап, ты не предупреждал. Я бы встретила тебя в аэропорту. — воскликнула я, махнув рукой в дом. — Заходи скорее! Холодно на улице.

—Я хотел сделать сюрприз, а гонять тебя по аэропортам в такую даль не хорошо. — папа занес в дом чемодан. — Почему это я не вижу нигде ни одного украшения? На дворе же Рождество.

—Ну, я не очень люблю отмечать Рождество в декабре, и настроения как-то нет. Ты кушать будешь? Устал с дороги. — призналась я, провожая папу до гостиной.

—Собственно, я догадывался, что у тебя тут ни гирлянды, ни елочки, ни веночка. Будем исправлять. — энергично сказал папа, оглядев мою будничную гостиную, и протянул мне красный мешок. — А пока пойдем за подарками.

—Подарками? — удивленно переспросила я, усаживая папу на диван. — Чаю принести?

—Именно, Милена, Олег, Миша, Елена Александровна и я приготовили тебе и малышке подарки. Нам не хотелось отправлять это все по почте, поэтому я вызвался поработать Дедом Морозом. — улыбнулся папа и указал мне на соседнее кресло. — Торжественную выдачу подарком объявляю открытой! Не зря же я за перегруз платил.

—Стишок читать, Дедушка Мороз? — подыграла папе я и уселась в кресло.

Первым делом папа вытащил из мешка косточку, перевязанную красной ленточкой. Это для Тедди. Песель перестал рычать на папу, как только просек, что ему сейчас обломится вкусняшка. Ленточка нам не нужна, поэтому кость песику отдали без нее. Тедди слинял в свой тайничок в чулан её грызть. Может, даже где-то спрячет. Он это дело любит. Следующим папа достал коробочку, завернутую в розовую обёрточную бумагу и обвязанную белой лентой.

—Это у нас для самых маленьких от Елены Александровны. — сказал с широкой, довольной улыбкой папа.

—Правда? — удивленно проговорила я, разорвала бумагу и увидела молочный комплект из костюмчика, носочком, царапок и чепчика. — Это так красиво! Передавай ей от меня огромное «спасибо»!

—Лена очень старалась. Она передала еще кое-что и для тебя. Сейчас найду. — папа начал капаться в мешке и достал из него еще один подарок поменьше, завернутый в обычную крафтовую бумагу.

—Уже Лена? — восторженно протянула я. — Пап, для людей, которые чуть больше полугода назад ненавидели друг друга, вы неплохо подружились.

—Общий враг объединяет. — неохотно буркнул папа и уже более расслабленно добавил. — Лена оказалась приятной в общении женщиной и очень мудрым другом.

—Вот как. Она же ничего не говорила обо мне Шведову? — опасливо проговорила я.

—Не переживай, она не сдаст наше убыточное предприятие. — замотал головой папа, выдержав всю полноту иронии в своих словах. — Эх, я бы рассказал тебе больше, но ведь ты и сама не захочешь слушать.

—Правильно, я хочу его забыть. — прошептала я и погладила свой живот. — У меня теперь есть новый смысл жизни. Мне не нужен Шведов, чтобы быть счастливой.

—Тебе просто нужно время, и все пройдет. Знаешь, когда я потерял Рози, часто думал, как теперь жить дальше. Мне казалось, я не справлюсь с тобой, твоим воспитанием и всеми девчачьими проблемами. — проговорил папа с грустью и сожалением в голосе. — В итоге не справился, но уже не потому, что остался один и попытался растить тебя, а потому, что поспешил жениться на Ирине и спихнуть твое воспитание на нее. Сейчас я жалею обо всем этом. Из-за меня ты лишилась того детства, которое я хотел тебе дать.

—Пап, перестань. Если бы люди не делали ошибок, то они не становились бы умнее. Главное, что ты все вовремя понял. Куда бы я сейчас пошла без тебя? Ты меня спас! — возразила я и посмотрела на коробку. — Ты не знаешь, что внутри?

—Открывай и узнаешь. — улыбнулся папа и указал на коробку. — Мне тоже любопытно посмотреть.

Сначала я потрясла коробочку. Внутри что-то зашуршало. Пару раз звякнуло. Надеюсь, не разбилось. Так, ладно, распаковываю. Я быстро докопалась до красивой коробочки, внутри которой лежали листочки. Это были рецепты пирожков, которыми меня баловала Елена Александровна. Я их обожала. Под листочками лежал флакончик духов. Очень вкусных духов. Оу, я не знаю такой фирмы, но запах очень приятный. Чуть левее от духов ждал своего часа маленький футляр. Так, откроем. Боже! Это брошка. Елена Александровна говорила, что это их фамильная драгоценность. Она надевала её на различные приемы и благотворительные мероприятия. Винтаж! Уже рядом с брошью я нашла письмо, но его прочту чуточку позже. Хочу оставить этот момент на потом, ведь не представлю, что мама могла мне написать.

Папа доставал подарок за подарком. В основном это были подарочки для малышки, зато какие. Люксовые комбинезоны на вырост. Милена отличилась и прислала шифоновое воздушное платье на первый годик моей дочери. Круто! Я довольно. Нет лучше подарка для беременной мамаши, чем миленькие детские вещички, хотя было кое-что и для меня. Прекрасно. Закончив выдачу подарков, папа достал из сумки маленькую бархатную коробочку и протянул её мне со словами:

—Я никогда не дарил тебе ничего такого, поэтому хочу, чтобы это был твой талисман.

Немного насторожившись, я взяла в руки подарок и незамедлительно его открыла. Внутри коробочки лежал золотой цветок розы. Подвеска была настолько хорошо исполнена, что был виден каждый излом на лепестках, как на настоящей розе. Я не представляю, сколько она стоила, но явно очень много. Папа впервые подарил мне нечто дорогое. Я имею в виду не в материальном смысле, а в духовном. Это был искренний подарок, сделанный от всей души, ведь папа улыбался в предвкушении, когда я наконец открою. Он очень старался.

—Пап, не стоило так тратиться. — прослезилась я и полезла к папе с объятиями. — Спасибо.

—Не за что, родная. — папа крепко обнял и погладил меня по спине. — Я хочу, чтобы эта роза напоминала тебе, что ты не одна. У тебя есть люди, которым ты очень нужна.

—Да, я знаю. — зашмыгала носом я. — Спасибо, папа.

Папа остался до самого русского Нового года. В первые же дни он заставил меня празднично украсить дом и сам растопил камин. Никогда не думала, что папа мастер в обращении с отопительной техникой. Мы вместе наряжали елку. Конечно, он не позволял мне заниматься тяжелой работой, но лучшего Рождества и Нового года я и пожелать для себя не могла. Еще папа собрал всю детскую мебель. Он занимался сборкой очень сосредоточенно и закончил быстро. Так что теперь у малышки готова детская. Не мудрено, мне скоро сдаваться в больницу. Это было немного странно для меня, будто так было всегда. Папа во всем мне помогал и выполнял любую мою прихоть, а потом заявил, что останется до самых родов. А как же работа? На это он сказал, что взял отпуск за свой счет, так не хочет оставлять меня одну в чужой стране в самый ответственный момент. Приятно, что он заботится о моих чувствах.

Время летело быстро. Мой животик стремительно подрастал. Папа помогал мне с делами по дому. Готовкой он, естественно, не занимался, зато влажную уборку освоил прекрасно. Мы проводили вечера за разговорами о маме, чтением книг и всякими историями из прошлого. Иногда папа заводил разговоры о будущем. Он пытался уговорить меня вернуться в Россию. Собственно, того же в своем письме хотела Елена Александровна. Она снова просила меня рассказать обо всем Кириллу. Утверждала, что он поймет и признает свою ошибку. Елена Александровна просто хотела спасти нашу семью. Справедливо отметить, что она не настаивала и не грозила сама сообщить Кириллу о моей беременности. Это была попытка все вернуть. Разве время возможно обернуть вспять? Нет, так не бывает. Поэтому и я не хочу оборачиваться и наступать на одни и те же грабли дважды. Тем не менее, я снова начала сомневаться в правильности своих действий: нужно ли лишать ребенка видеться со своим отцом только из-за личных обид его матери.

Уже третий раз я сидела с телефоном в руках и пялилась на номер Кирилла. Папы как раз не было дома. Он поехал встречаться со своими коллегами, а точнее с моим начальством пить виски. Да, Андрей Викторович Розов и в Англии не брезгует в свободное время выпить с давними друзьями. Чует мое сердце, папа хочет поговорить с ним по поводу моего нынешнего положения. Я скоро рожу, и это многое для меня меняет. Я теперь буду ответственна не только за себя, но и за жизнь и благополучие еще одного маленького человека. Не скажу, что меня это пугает. Я просто пытаюсь понять, как для моей дочери будет лучше, пытаясь исключить свое предвзятое отношение. Это не так-то просто.

Тедди подлез ко мне и умостился рядышком. Ладно, позвоню Шведову. Будем ли мы с ним делить ребенка – не ясно, однако он такой же отец, как я мать. Не вижу смысла скрываться. Для моей дочери так будет лучше, но если Шведов не ответит, то вопрос закроется сам собой. Я больше не позвоню ему сама. Я нажала на «вызов». Шли длинные гудки. В глубине души я надеялась, что никто не ответит.

«Алло? Кто говорит?» — раздался вполне довольный и счастливый женский голос.

Мои руки едва не уронили телефон. Тина у нас дома? Что она там делает? Неужели Кирилл так быстро нашел мне замену! Наш брак ничего для него не значил, раз он успел поменять меня на мою подругу. Сердце перестало болеть от обиды на Кирилла. Оно покрывалось корочкой льда. Я серьезно. В тот момент я чувствовала, как сердце равнодушно замедляет свое биение. Кровь холодела в жилах. И этому мужчине я хотела посвятить всю свою жизнь? Три года, поведенные с Кириллом, поблекли и семимильно растворились в память. Вся радость от времени, проведенного с ним, померкла. Правильно люди говорят, нет незаменимых людей. Меня уже заменили. Наша любовь прошла, будто её никогда и не было.

«Почему Вы молчите? Это мошенники!? Не звоните сюда больше!» — огрызнулась Тина.

Она хотела еще что-то сказать, как вдруг за её спиной раздалось:

«Тина, принеси полотенце!» — это кричал Кирилл, а на фоне лилась вода.

«Иду, Котик!» — слащавым голоском ответила Тина и бросила трубку.

В динамик раздались короткие гудки. Что ж, я услышала все, что хотела. С этого момента меня не тяготят муки совести. Моя дочь не нужна своему отцу. Он занят несколько другими делами. Пусть «любит» Тину, как дешевую проститутку, дальше, а я обязательно изменюсь. Мне не хотелось плакать. Мои слезы уже высохли. Этот звонок помог всем моим сомнением исчезнуть. Теперь я знаю, что поступаю правильно. Кириллу не место в моей жизни. Он не должен быть здесь, но в душе на миг образовалась пустота. До этого момента Кирилл продолжал занимать в моем сердце особое место, теперь оно официально свободно. Только я больше никому его не отдам.

Тедди жалобно заскулил у меня под боком. Мой красавчик плакал. Из его глаз текли самые настоящие маленькие слезинки. Думаю, он понимал все так же хорошо, как и я. Мы больше никогда не вернёмся в Россию. Отныне я больше ничем не связана с Кириллом Шведовым, ведь он уже успел избавиться от меня. Только что на своей шкуре я узнала, насколько могут быть жестоки мужчины: сначала дают все, а потом забирают. Пожалуй, не зря говорят, что самая страшная вещь в этом мире – безразличие. Мне стало все равно на все свои прошлые заморочки. Я явственно ощутила, как красная нить судьбы, связывавшая нас с Кириллом, окончательно порвалась. Мы сами перерезали её раз и навсегда. Не будет никаких вторых шансов.

В животе запиналась моя дочь. Этот ребенок только мой. У нее не будет отца, но я постараюсь его заменить. Она не будет обделена вниманием, заботой и лакской. Моя дочь будет расти самой прекрасной девочкой на всей земле. Она заранее лучшее, что со мной случалось. В груди потеплело от мыслей о моей малышке. Я иду верной дорогой. Настало время долгожданных перемен. Приложу к своей жизни новый подорожник, и звать его будут Соней. Я почувствовала, что должна измениться и внешне, и внутреннее. В первую очередь Это нужно мне. Это нужно, чтобы почувствовать себя по-настоящему живой. Лера, у тебя все еще впереди, а ты хотела оборвать свою прекрасную жизнь из-за какого-то никчемного козла. Какая же ты дура! Больше такого не повториться. Я прожитую самую счастливую жизнь, какую только можно.

Открыв в телефоне контакт «Кирюша», я нажала на «удалить». Что ж, прощай, моя первая и единственная любовь.

«Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни
на одной из многих миллионов звезд, этого довольно:
смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым.
И говоришь себе: «Где-то там живет
мой цветок…»

Антуан де Сент-Экзюпери "Маленький принц"

Прошло три года

Москва

Кирилл

Утро понедельника я провожу в постели с просто отвратительной женщиной. Тина – ужасная девушка без преувеличений. Она спускает мои деньги на ветер и раскатывает по дорогущим курортам в то время, как я сижу дома. Один. Сейчас по отработанной схеме я встану, достану из холодильника остатки еды из ресторана, проглочу таблетки от гастрита и пойду на работу. Вспоминая о Лере, она всегда готовила для меня завтрак. Прошло три года, но я до сих не могу простить ей измену. Я не знаю, где она. Никогда не думал её искать. С ней даже рутина была приятнее. Филя настоятельно рекомендует мне забыть о женщине, которая буквально воткнула мне нож в спину. Маша считает так же.

Все мое ближайшее окружении обрушило на Леру и Олегу волну хейта. О них писали в журналах, газетах, снимали передачи и тем самым разжигали всеобщую ненависть. Я сменил друзей. Как оказалось, если у тебя есть имя и деньги, это так чрезвычайно просто. Есть одно «но»: от меня отвернулась мама. Она больше не хочет разговаривать со мной, не отвечает на звонки и не пускает в дом. Я никогда бы не подумал, что моя мама может так со мной поступить. Она считает, что я виноват в этой истории, будто бы Лера мне не изменяла. Более того, так было написано в её журнале. Так было сказано в интервью с ней. На какое-то время, когда скандал остро воспринимался общественностью, люди разделились на две группы: за Леру и против нее. Со временем об этом забыли. Мне от этого не легче. Совсем.

Как я уже говорил, помимо моей матери от меня отвернулась и Катя. Первое время она пыталась сохранять нейтралитет, зато потом взорвалась, как атомный реактор. Под горячую руку попали Филя и Маша. Катя выругалась на них благим матом и ушла. Все началось с разговора Тины и Маши о Лере. Пару лет назад я даже поощрял это, но Катя не смогла вытерпеть. Постепенно я избавлялся от мусора, который не хотел принимать правду о Лере.

С целью соблазнения Тина закинула на меня свою руку, затем тонкую, худую ногу и промурлыкала:

—Доброе утро, Котик.

Я проигнорировал и встал с кровати. Тина не устраивала меня по многим критериям: манера общения, неумение готовить, внешний вид. До какого-то момента я закрывал на это глаза. Филя всегда отзывался о ней очень хорошо, даже время от времени восхищался. Со временем я начал понимать, что видел только красивый фасад. Для меня этого не достаточно.

—Котик, дай мне денежку на спа и шопинг. — проговорила Тина, поймав меня за руку.

—Переведу на карточку. — отмахнулся я. — Это все?

—Мы сегодня идем к Маше. Ты не забыл? — Тина подвела глаза, состроив саму невинность.

—Нет, буду к вечеру. — буркнул я и резко выдернул руку.

Тина, довольная и счастливая, осталась нежиться под одеялом. Не жизнь, а Рай. На работу она так и не устроилась и живет в кайф за мой счет. Хотя бы я не один. Наверное. Сейчас я уже в этом не уверен. Окружи я себя хоть сотней людей, все равно чувствую себя одиноким. В последнее время меня заботит значение слова «счастье». Что оно на самом деле? Пару лет назад я меланхолично думал, что счастье продается и покупается за деньги. Одно время я действительно покупал людей. Только все они прибегают лишь на звук шуршащих банкнот. Такая же мелочная и жадная личность каждый вечер ложиться со мной в одну кровать. С Тиной и постель кажется холодной. Еще вчера я не придавал этому особого значения. Сейчас все начало меняться, и я не уверен, что вновь хочу этого.

Я медленно брел по коридору своей квартиры и видел голые стены. Перед уходом Лера выкинула все вещи, которые напоминали бы о ней. С одной стороны, как предусмотрительно, что от нее ничегошеньки не осталось. Ладно, я не смог выкинуть её записку и переплавить обручальное кольцо. Иногда, когда Тины не дома, я перечитываю записку, пытаясь найти в словах Леры правду, а потом долго верчу ее кольцо в руках. У нее были такие маленькие тонкие пальцы. Сколько бы усилий я не прилагал, чтобы избавиться от воспоминаний, она до сих пор в моей памяти, как что-то нежное и теплое. Что-то, что так просто не выкинуть. Тем не менее, я не доверяю этим чувствам, ведь, исходя из анализа поступков Леры, все, что у нас с ней было, является ложью. И это ранит гораздо сильнее, чем то огнестрельное ранение, которое я получил в результате в процессе освобождения Леры.

Мне противно думать, что вся моя жизнь связана с этой подлой женщиной. Насколько я стал от нее зависим. Она была для меня моим наркотиком. Я делал все для нее искренне, и чем Лера отплатила? Сейчас боль и эмоции поутихли. Я начал смотреть на вещи более трезвым взглядом и увидел Тину такой, какая она есть на самом деле – алчной сукой. Ничто и никто не мешает мне бросить её, но тогда в моей жизни не останется никого и ничего. Пусть лучше все останется так, как есть.

Спустившись по лестнице вниз, я вспомнил, как Тина хотела сломать все в моей квартире и сделать здесь ремонт. Вы издеваетесь? Эти стены – моя крепость. Конечно, раньше было уютнее, но и так сойдет. Я не хочу ничего менять. Тина могла заново украсить мои холостяцкие хоромы, а не рушить мой дом изнутри. В итоге она палец о палец не ударила. Я открыл холодильник. Пустота. По идее я должен поорать на Тину за то, что она опять забыла сходить в магазин. Зачем? Мне не хочется ничего делить с этой стервой. Просто сварю себе кофе и позавтракаю, чем есть.

Попав в пробку по пути на работу, я знатно выругался. Иногда мне хочется сбежать из Москвы куда-нибудь на Сахалин, в степь, в тайгу, тундру или еще куда. Подойдет любое место, лишь бы там не было километровых пробок. Сегодня даже кофе казался невкусным. Включив автопилот, чтобы не следить за дорогой, я взял в руки телефон и залип в нем. В актуальных мне вылетел пост Миши. Он женится!? Я не верю! Кто же она? Кто?! Неужели Лера?! Нет, не она. Миша стоял с молоденькой брюнеткой. У него был довольный видок. Я бы сказал, что его материальное положение улучшилось, ведь на нем был надет дорогущий костюм. На фото он целовал ручку прекрасной даме. Это не Лера. Кто-то другой. Я начал читать комментарии. Некая «Miss_Lolipop2000» оказалась особенно рада сему событию. Длиннющий коммент с поздравлениями и пожеланиями среди прочих скупых двух строчек. Так искренне мог писать написать только один человек. Я зашел на страничку. Пусто и закрыто. Фото какого-то ободранного котяры меня не впечатлила.

У меня возникли вопросы. Много вопросов. Все хотели Леру, но в итоге её кто-то кроме меня получил? Миша, с которым я оборвал все связи, жениться на другой. Олег больше никогда мне не звонил после того случая, но я слышал, что он женился на какой-то светской львице. И ни одного упоминания о Лере. Она словно растворилась. Бесследно исчезла. Она не подала на развод, хотя могла. Мне это показалось как минимум странным. Уж если откровенно, я давно чувствую, будто не иду не по тому пути. В груди пусто. Пора все выяснить.

Сидя у себя в кабинете в середине рабочего дня, я пригласил к себе в кабинет Жанну. Она способна мне помочь. Жанна шла, как на ковер к боссу. Последние годы, признаю, мое поведение было слишком резким и жестким к своим сотрудникам. Так делать не стоило. Я срывался и выплескивал свои гнев и разочарование на других людей. Моя секретарша даже составила классификацию моего настроения: «умеренно злой», «злой» и «злобный хрен». Она скидывает в чат команды свою оценку моего настроения, чтобы все знали, что их сегодня ждет. Утром сотрудники шарахались от меня, как черт от ладана, следовательно, Вика присвоила моему настроению статус «злобный хрен».

Жанна осторожно прокралась в кабинет. Я могу и уволить, когда вызываю в свой кабинет. После того скандала мы не были с ней друзьями, так как она оказалась на стороне Леры.

—Кирилл Сергеевич, вызывали? — осторожно прощупала почву она.

—Да, я бы хотел поговорить с Вами на личные темы. Это никак не связано с работой. — я оперся на локти, сделав пальцы домиком, и серьезно посмотрел на Жанну. — Мне нужно приглашение на свадьбу от человека, который никогда мне его не отправит.

—Что, простите? — Жанна пыталась сохранить невозмутимое лицо.

—Я слышал, Вы знакомы с Кирой Мемеловой. Так вот, насколько я знаю, она выходит замуж за человека, который просто так не захочет со мной разговаривать. — объяснил я. — Мне нужно приглашение на свадьбу.

—Простите, Кирилл Сергеевич, но я не собираюсь подставлять свою подругу и того, о ком Вы говорите. — не долго думая, ответила Жанна. — Уж не знаю, по какой причине Вы не общаетесь, я не хочу портить чужую свадьбу.

—Хм, справедливо. — напрягся я и решился её подкупить. — Что Вы хотите за это?

—Я не продаюсь. — отрезала Жанна, скрестив руки на груди. — Это все, о чем Вы хотели поговорить? Тогда, я пойду работать.

—Нет, это не все. Я помню, ты уважала Леру. — пошел ва-банк я. — Я хочу во всем разобраться.

—Валерия Андреевна была прекрасным специалистом. Она идеально справлялась со своей работой. По моему мнению Вы несправедливо с ней обошлись. — высказалась Жанна. — Если Вы хотите ей навредить, то я попрошу Вас больше никогда не беседовать со мной на личные темы.

—Нет, я не хочу ей навредить. Я пытаюсь разобрать в сложившейся ситуации. Возможно, уже поздно, но меня интересует, что же все-таки произошло. — сказал правду я. — Жанна, я не чувству, что поступил правильно.

—Ладно, но только из уважения к Валерии Андреевне я попрошу у Киры еще один пригласительный. — сдалась Жанна и добавила. — Вы готовы пойти со мной?

—Да, разумеется. — кивнул я. — Спасибо, Жанна, передайте, что код «умеренно злобный».

—С языка сняли, Кирилл Сергеевич. — смягчилась Жанна. — Я пришлю Вам на почту пригласительный, как только получу его от Киры.

Я откинулся на спинку кресла, шумно выдохнув. Хорошо, мне удалось уговорить Жанну добыть для меня приглашение. Что бы я делал, откажись она мне помогать? Практически не осталось таких же принципиально честных и ответственных людей, согласный мне помочь. Последнее время я много думаю над нашей дружбой с Филей. Мне снова идти к нему в гости. Дружим ли мы по-настоящему. Очень частно я подлавливаю себя на мысли, что это все превратилась в культ обожания его жены Маши. Она не хочет, чтобы мы смотрели футбол. В принципе. Особенно у них дома. Она никуда не отпускает Филю одного. Она должна обязательно идти с ним. Это вообще нормально?

В сравнении Лера только была рада гостям. Да, футбол – это шумно и накладно для нее, но она не отказывала. Я уже долгое время сравниваю. Раньше мне было очень комфортно. Сейчас я сам по себе. Никто не заботиться о том, чтобы меня все устраивало. Доволен ли я своей нынешней жизнью? Счастлив ли я? Я давно думаю об этом. Кажется, купить идеальную жизнь у меня не получилось. Я не хочу в этом признаваться, но когда-то было и лучше. Теперь просто плыву по течению. Все попытки взять себя в руки увенчиваются провалом, упираясь во вранье и измену Леры. Только сейчас меня посетило осознание, что идти дальше не получится, не разобравшись в той ситуации.

Закончив с работой, я поехал к Филе. По пути заскочил в детский магазин и прикупи там кое-что. Пришлось заставить себя идти в гости. Больше хотелось попасть домой и выспаться. Постоянные восхищения Машей меня выбешивают, из-за этого мне вдвойне не хочется тратить на поход к своему лучшему другу свое драгоценное время. По прихоти Маши Филипп даже переехал из своего загородного дома в душную квартиру в центре Москвы. Видите ли, ей неудобно постоянно ездить туда-сюда, но Филя – махровый астматик, ему нужен свежий воздух, чтобы избежать приступов астмы. Жуткое зрелище, если уж так рассуждать.

Подъехав к дому, где живет мой лучший друг, я достал подарок для его сына. Я не прихожу с пустыми руками. Меня приучила к этому Лера. Если есть ребенок, для него всегда нужно что-то купить. В конце концов крестный должен приносить своему крестнику сюрпризы в виде машинки на пульте управления. Маша обойдется. Пусть Тина меня как-нибудь оправдает. Я вошел в квартиру.

—Филя, позови Ярика. — пробубнил я, держа в руках огромную машинку на пульте управления.

—Ох-хо-хо, Кирилл снова не с пустыми руками. — захлопотала Маша и ужалила меня своим острым языком. — Правильно, своих детей нет, пусть хоть крестник порадуется.

—Ярик, иди сюда. Тут дядя Кирилл пришел! — крикнул Филя.

Топот и радостный визг раздались на всю квартиру. Ярослав выбежал из своей комнаты. Когда я смотрю на него, всегда думаю, что мой собственный ребенок был бы всего лишь на год или на полгода младше него. Мне становится необъяснимо грустно. Я не знаю, как описать то, что чувствую каждый раз, когда вижу Ярослава. Наверное, я элементарно завидую Филиппу. У него есть сын, с которым он проводит много времени, водит его на футбол и периодически ездит с ним куда-нибудь попинать мячик. Зависть – плохое чувство. Я же крестный Ярика. Я даже был на выписке Маши из роддома, но это невыносимо. Я невольно вспоминаю Леру. Мы хотели детей. В итоге это счастье получил один Филя. Эх, я снова пропустил свой поезд.

Ярослав подбежал ко мне. Благо, мальчик похож на Филиппа и практически ничего не взял от матери. Он потянулся за машинкой.

—Я не знаю, как это работает, но вы с папой точно разберетесь. — шепнул на ушко крестнику я.

—Спасибо, дядя Кирилл! — радостно закричал Ярослав и потащил машинку себе в комнату.

—Не за что, Ярик. — выдавил я.

—Дядя Кирилл всегда приносит тебе дорогие подарочки. — подчеркнула Маша и подтолкнула Ярослава в сторону детской. — Иди-ка пока поиграй у себя в комнате.

—Мам, можно я буду с вами? — невинно спросил Ярик.

—Нет, детям ни к чему слушать взрослые разговоры. — возразила Маша.

—Машуль, чего ты? Пусть поужинает с нами. — согласился с Яриком Филя.

—Я сказала, нельзя. — жестко отрезала Маша.

—Хорошо, мам. — загрустил Ярослав и ушел к себе.
Как человеку, выросшему с демократичными родителями, мне этого отношения Маши к своему родному сыну не понять. Что плохого в том, что Ярослав посидит с нами? Я не знаю. Самое забавное, что Филя проглотил очередной выпад Маши и ничего ей не сказал.

Через пять минут в дом вошла Тина. Выглядела она расфуфыренной клушей, как обычно. Как только она получила доступ к моим деньгам, она начала тратить огромные суммы на всякие дизайнерские, бредовые шмотки. Я молчу. Мне все равно. Она села за соседний стул. От нее пахнула духами. Шлейф очень вульгарный. Ох, какая мерзость. Домработница Фили вынесла еду. Мы начали ужинать. Сначала Маша завела ни к чему не обязывающую беседу о планах на выходные, но потом перешла на меня.

—Кирилл, ты так долго с Тиной. Почему бы вам не пожениться наконец? — неожиданно спросила Маша, будто подкралась со спины. — Сколько можно жить в незаконном браке? Про бы уже и семью завести.

—Котик, даже Маша так считает. Почему же ты не хочешь? — Тина накрыла мою руку своей и жалобно посмотрела на меня.

В этот момент я почувствовал себя в западне. Попал в сети этих охотниц. Я никогда раньше так не считал, но сейчас. Я действительно не хочу жениться на Тине, потому что не хочу разводиться с Лерой. Наш брак – это нечто все еще дорогое для меня. Обычно люди, которых предали, стремятся выпутаться из токсичных отношений, а я – нет. Странность – мое второе имя. Пока я не разберусь с прошлым, не разведусь в настоящем. Это то мое решение, на котором я буду стоять до конца.

—Еще не время. — отмахнулся я.

—Как же? Три года прошло. — вступил Филя, которого заранее обработала Маша. — Ты её не забыл? Лера использовала тебя. Она – дешевка, которая была с тобой ради денег. Как ты этого не видишь?

—Значит, мне нравиться быть использованным. — парировал выпад Фили я.

—Котик, я не понимаю. — Тина обиженно на меня посмотрела. — Я столько для тебя сделала. Почему ты не можешь понять, что я лучшее, что было с тобой?

Пора валить отсюда. Трое против одного – нечестно. Если только я не хочу поругаться с ними, то можно и остаться. Повод уйти сам попал мне в руки в виде звонка Жанны.

—Извините. Это с работы. — бросил я и вскочил с места.

Выйдя на лестничную клетку, я взял трубку:

«Алло, Жанна».

«Кирилл Сергеевич, Кира дала мне еще одно приглашение. Свадьба в субботу». — объявила Жанна.

«Отлично, где и в какое время?» — уточнил я.

«В пять вечера. В том же самом загородном комплексе, где была свадьба у Вас». — прямо сказала Жанна.

«П-понял, мне заехать за тобой?» — запнулся я, услышав о месте проведения свадебной церемонии Миши.

«Не стоит, я буду не одна». — прямо отказала Жанна.

«Хорошо». — коротко ответил я и завершил вызов.

От Тины и Маши я сбежал, сославшись на не предвиденные проблемы на работе. На самом деле я уехал домой, едва и дожидаясь субботы.

Суббота

Я ускользнул от Тины рано утром. Прекантуюсь на работе полдня. Меня терзал вопрос. Почему именно в «нашем» загородном комплексе Миша надумал игра свадьбу? Это какой-то прикол? Я понятия не имел. Тина обвинила меня в том, что я не хочу на ней жениться. Никто с этим и не спорит. Я и не планирую. Не в этой жизни. Даже не в следующей. К пяти я сорвался с места и поехал на свадьбу. По пути купил конверт и положил в него кругленькую сумму в качестве свадебного подарка. На чужую свадьбу стыдно идти без ничего.

Предоставив пригласительный на проходной, мне позволили заехать на территорию. Я сразу вспомнил день нашей свадьбы с Лерой. Она была по-настоящему красивой. Припарковавшись, я остановился на том самом месте, где ждал её приезда. Мое дыхание перехватило. Здесь все напоминало о ней. Пред глазами предстала Лера в свадебном платье. Для меня это были болезненные воспоминания, но тень сомнения, которую они отбросили, указывала на неоднозначность той истории. Возможно, все действительно не так, как я считал до этого. На улице зажглись фонарики. Мы с Лерой ведь танцевали в их свете несколько лет назад. Какое печальное место.

Я затерялся среди гостей, но потом-таки нашел Мишу. Он стоял со своей прекрасной невестой таким счастливым. Три года назад и я так же улыбался, но потом перестал, о чем и сожалею. Собрав всю волю в кулак, я подошел к ним. Рядом со мной материализовалась Жанна в платье подружки невесты. Ноги несли меня вперед, когда мои глаза реально боялись.

—Кира, рада представить тебе моего босса. — доброжелательно улыбнулась Жанна.

—Кирилл Шведов, какого черта тебя сюда принесло? — узнал меня Миша и огрызнулся. — Проваливай отсюда. Здесь не место таким неудачникам, как ты.

—Я тоже рад тебя видеть, Миша. — тяжело вздохнул я. — Удели мне пять минут, и я свалю обратно в Ад.

—Миш, вы знакомы? — спросила девушка в белом свадебном платье.

—Кир, это муж Леры, хотя какой он ей муж. Так, жалкое подобие мужчины. — снова оскорбил меня Миша.

—Т-так это он? — Кира прикрыла вот рукой и, отойдя от шока увидеть меня, вскрикнула. — Уходите!

—Я его провожу. — Миша схватил меня за локоть.

В итоге меня грубо вытащили на парковку. Особой радости от подобного отношения к своей персоне я не испытывал, но ради информации готов потерпеть. Кира знает Леру. Значит, Миша поддерживает с ней связь. Это весьма любопытно.

—Зачем ты портишь Кире настроение? — спросил Миша с недовольным лицом. — Тина тоже здесь?

—Упаси Боже, притаскивать её сюда. — поднял руки вверх я. — я пришел задать тебе пару вопросов.

—Лера тебе не изменяла, если ты пришел за этим. Как и я не выгонял Тину. Смекаешь? — буркнул Миша и скрестил руки на груди.

—Тина меня обманула? — догадался я.

—Она все и подстроила. Это Тина выгнала Леру, чтобы подлизаться к тебе. — тяжело вздохнул Миша и с иронией похлопал меня по плечу перед тем, как вернуться в банкетный зал. — Спасибо, что открыл мне глаза на Тину. Теперь я рад, что все так вышло.

—Почему именно в этом ресторане? — поспешил спросить я.

—Его посоветовала Лера. — ответил Миша. — Это все, что ты хотел знать?

—Нет, не все. Ты знаешь, какие дела были у Леры с Олегом? — не унимался я.

—Это лучше спроси у него сам. — буркнул Миша и пошел по направлению в здание, крикнув мне. — Не ищи Леру!

—Поищу! — бросил в ответ я.

Уже в машине реальная картинка потихоньку начала складываться у меня в голове. Все указывала на то, что я был не прав и сглупил. Еще не разобравшись до конца, у меня появилось чувство, будто пустота внутри начала заполняться снова. Мне было не больно, как раньше. Поразмыслив немного, я бросился звонить отцу Леры. Зачем? Не знаю. Лучше поговорить с Лерой, чем с Олегом, но Андрей Викторович добавил меня «черный список». В принципе я догадывался, что так будет. Ладно, у меня еще есть Олег. Я погнал к нему в какой-то неведомой спешке, будто боялся упустить свой последний шанс узнать правду.

Лондон

Лера

В пригородах Лондона сегодня светит солнышко, поют птички. Вообщем, теплая погода без намека на дождик. В моем розовом саду стоит чудесный аромат цветочков. Мой ленивый летний день занимала книга. Жизнь в принципе чудесна. Я осознала это в ту самую секунду, когда на свет появилась моя дочь. Мои эмоции не описать словами. Взяв Соню на руку, я была будто очарована ею с самого первого взгляда. Прошло уже целых три года. Даже не верится. Могу сказать так: я ничуть не пожалела, что решилась родить ребенка и стать матерью-одиночкой. Да, было нелегко. Первые полгода я вешалась от бесконечных криков моей дочери. Что уж там, её нельзя было оставить даже на пять минут. Только отойдешь, как вдруг из детской сразу плач, который утихнет минимум через пятнадцать минут. Для моего ребенка самое главное – это, чтобы мама была рядом. Ситуация стала улучшаться, когда Соня начала проявлять интерес к окружающему миру.

Сама по себе моя дочь – неугомонный ребенок. Не сидит на месте ни минуты. Везде влезут гены Шведова, однако малышку это никак не портит. Тут мне на помощь пришел ушастый нянь. Тедди повсюду следует за моей девочкой. Были случаи, когда пес оттаскивал её от опасных предметов, например, острых углов мебели. Он просто не давал ей подходить близко или тявкал, предупреждая меня об опасности. Мама прибегала и брала ситуацию в свои руки. Вы не подумайте, я не оставляла свою дочь одну. В моей практике был случай, когда Соня проделала дырку в манеже и, буквально вывалившись из него, отправилась исследовать дом. Слава Богу, мой красавчик бегал рядом. Теперь Тедди и Соня неразлучны. Всегда вместе. Собака настолько сильно полюбила ребенка, что такой крепкой дружбе стоит только позавидовать. У людей бы так.

В целом моя жизнь наладилась. Наладилась во всех отношениях. Я смогла научиться сочетать работу и ребенка и, каюсь, иногда оставляю Соню с Мэди или Брэндоном. Пользуюсь услугами няни, так сказать. Не бесплатно, разумеется, ведь я сторонник того, что любой труд должен быть оплачен. Бывает, меня дергают в командировки. Мистер Харис, положа руку на сердце, клянется, что мне светит повышение. Я нахожусь в поисках замены. Думаю, стоит рекомендовать на мое место Дашу. Она до сих пор не продвинулась вверх по лестнице успеха и застряла в ранге атташе, но, насколько я поняла, её устраивает. Дарья не хочет ничего менять и советует мне предложить кого-то другого, поэтому я считаю, что она заслуживает эту должность больше остальных.

—Мама! — вскрикнула маленькая девочка, неся в руках цветочек. — Мама!

Напомню, я сидела на качели с книгой в руках и наслаждалась всеми прелестями жизни за городом. Мне на встречу бежала моя кудрявая малышка с белой розой в руках. Соня внешне очень похожа на Шведова. Я до сих пор помню, как он говорил, что у него в семье все-все кудрявые. Одним из весенних дней я в этом убедилась. Вот, перед вами носится еще одна кудрявая история любви. Думаю, про мою жизнь пора роман писать. Она встретила свою судьбу на Красной площади. Он влюбился в нее с первого взгляда, но хэппи энд не предусмотрен. Пожалуй, конец весьма грустный.

Говоря о Шведове, я обязательно должна сказать, что он так и не развелся со мной. Фактически несчастливые годы нашего брака все еще идут. Почему я сама не подам на развод? Все очень просто. Я не хочу делить с ним мою дочь. Серьезно, ребенок рожден в браке, то есть автоматически записывается в послужной список Шведова. Врать, что он не является отцом, не прокатит. С моей работой не факт, что суд оставит Соню со мной. Вывод? Я прячу свою дочь ото всех: ограничила круг лиц, которые знают о Сонечке, не выкладываю фотографий в интернет и стараюсь избегать людей из России. На данный момент только у Елены Александровны и папы есть в рамках и фотоальбомах фото Сони. Милена хранит пару штук в телефоне, но папка запаролена. Из самых близких, кому я разрешила рассказать, стал Олежек. Только потому что Милена вышла за него замуж, но об этом чуть позже.

Я тот самый человек, который удалил все свои соцсети. Меня нет нигде: ни в «Инстаграм», ни в «Вконтакте», ни в «Телеграмме», ни еще где-либо. Я веду только публичную страничку в «Фейсбук» и имею левый аккаунт в «Инстаграм», и то Шведов в жизни не догадается, что это я. Только посвященные в курсе, что за ником «Miss_Lolipop2000» и аватаркой с кошечкой скрывается Валери Донован. Для приличия я написала еще парочку постов о бисероплетении на русском языке и сфоткала на улице соседского кошака, будто это мой. Все продумано. Я еще фотки комментировать безнаказанно могу. Ох-хо-хо, берегитесь курицы из Москвы, Лера нещадно идет по головам. Шучу. Мне будто больше заняться нечем.

—Мама! Тебе цветочек! — воскликнула Соня, подойдя к качели с розой в руках.
Я посмотрела на руки дочери. Фух, не порезалась о шипы. Соня опять сорвала её с кустика в моем розарии, пусть я и запрещаю. Не хочу, чтобы моя девочка поранилась. Тедди бежал за ней и радостно тявкал. Этот пес больше всего на свете любит свою маленькую хозяйку. Тут и говорить не о чем. Соня залезла ко мне на качели и протянула цветочек.

—Какая красивая роза. — ласково сказала я, поцеловав дочку в щечку, и убрала кудрявую прядь с её лица. — Спасибо, родная, но что я тебе говорила? Ты можешь сильно порезаться о шипы.

—Но мама так любит лозы! — надула губки Сонечка. — Я хочу всегда далить маме лозы!

—Мама больше всего на свете любит тебя, а не розочки в саду. — я прижала Соню к себе по крепче, и она устроилась у меня на коленка. — Ты – мамин самый красивый цветочек.

—Плавда? — Соня внимательно посмотрела на меня своими ясными голубыми глазами. — Я тоже люблю маму.

—Конечно, я не буду врать своему самому-самому прекрасному в этом мире цветочку. — улыбнулась я и посмотрела на часы у себя на запястье. — Кажется, цветочку пора обедать и укладываться на тихий час.

—Но я не хочу спать! Хочу иглать! — возразила мне Соня.

—Зато Тедди очень хочет. Посмотри, он уже ждет не дождется, когда мы пойдем кушать и укладываться спать. — уговоры с участием Тедди всегда прокатывают, когда Соня противится тихому часу, хотя я знаю, что она уснет очень быстро.

—Тедди хочет спать? — посмотрела на моей красавчика Соня.

Пес затявкал в знак подтверждения и начал принюхиваться, повернув голову в сторону дома. Соня тут же потянула ко мне свои ручки. Она согласна на покушать и поспать и просит, чтобы я донесла её до дома. Малыш любит, когда я таскаю её на руках. До года она вообще не слезала с рук. Сейчас ситуация обстоит куда лучше. Кто-то скажет, что нельзя приучать ребенка к рукам, иначе разбалуется. Моя дочь целыми днями носиться в саду с перерывами на еду и сон. Тедди любезно составляет ей компанию. Так как нам только исполнилось два годика, в детский садик нас пока не успели зачислить. Ничего, я пока справляюсь и своими силами.

По дому у нас разбросаны мягкие игрушки. Папа регулярно присылает для Сони что-нибудь любопытные. Он не может бывать у нас так часто, как ему хотелось бы, но, тем не менее, частенько отправляет подарки. Как правило, посылку они собирают на пару с Еленой Александровной. Бабушка и дедушка души не чают в своей внучке. Что же касается Елены Александровны, то она больше не поднимала тему разговора с Кириллом после того, как я рассказала ей, что трубку взяла Тина. Мама призналась, что знала, что Шведов приволок её в дом почти сразу после моего отъезда. Она искренне извинилась за это недоразумение. Наверное, сейчас, как мать, я действительно могу её понять. Каждый родитель хочет для своего ребенка только лучшего.

Я не хочу ничего знать о жизни Шведова. Бывает, Елена Александровна по телефону хочет мне что-то о нем рассказать, но я прошу её остановиться. Не нужно. Я не могу принимать проблемы Кирилла и цеплять весь его негативчик. Пусть вязнет в своем болоте один. Он сам все решил за нас двоих, и, раз так, я имею полное право больше не слушать о его делах. Достаточно того, что Шведов быстренько заменил меня Тиной. Я подозреваю, что она сфотографировала нас с Олегом и отправила Кириллу. Только чего-то не хватает в этой истории. Шведов на дух не переносил Тину. Он сам просил меня прекратить с ней общаться и тут вдруг верит присланным ею фото. Я что-то упустила, однако продолжать разбираться не буду, потому что больше никогда не смогу доверять мужчинам. Всем. Без исключения.

Соня сидела на своем детском стульчике в ожидании обеда. Ребенок голоден. По ней видно. Она стучала ложкой по столу. Аппетит у Сони тоже в отца. Хотя бы попытка накормить ребенка не превращается в квест, как для многих мамочек. Одной проблемой в воспитании дочери меньше. Зато появляется другая: как справиться с перееданием и ожирением. Я переживаю за дочку, поэтому стараюсь кормить её малыми порциями и исключительно низкоколлорийными продуктами. Короче, пытаюсь формировать у ребенка правильные привычки пищевого поведения. Я – прошаренная мамаша.

—Ам? — проговорила я, поднося ложку с супом ко рту Сони.

—Ам. — ответила Сонечка и открыла ротик.

Мой малыш умял супчик и получил в награду печеньку. Именно, я – та самая неистовая мать, которая работает с утра до вечера, а по ночам еще и умудряюсь печь для Сонечки шоколадные овсяные печеньки. Много печенек. И храню я их в бабушкиной любимой банке. За хорошее поведение Соня получает угощение с молоком. Так, пора укладываться на тихий час. Переодев дочку в пижаму, я присела на краюшек кровати с книжкой в руках. Тедди свернулся калачиком в одеяле, запрыгнув к нам, и приготовился дремать вместе с Соней.

—Какую сказку хочешь? — спросила я, открыв оглавление книжки. — Твою любимую «Золушку»?

—Неть, хочу «Лусалочку». — замотала головой Соня. — Как в мультике.

Соня не выговаривает букву «р». Совсем никак ей она не дается, сколько я не билась. Мне кажется, еще немного, и я потащу её к логопеду. Ох, чокнутая мать, но я переживаю, ведь мало времени уделяю ребенку из-за работы. Соня чаще с няней, чем со мной. Меня это гнетет, потому что у моего ребенка должно быть лучшее детство. Не такое, какое смог дать мне отец. Шведов не принимает участия в её воспитании от части и по моей вине. Я знаю, что Соне тяжело дается понимание того, что наша семья отличается от других. Она просто смотрит на других детей в парке, которых ведут за ручку и папа, и мама, и спрашивает у меня, почему мы только вдвоем. Что я, как мать, могу ей ответить? Что папа выгнал маму из дома и теперь живет с другой тетей, поэтому нас всего двое? Или, может быть, что мама не захотела сообщать папе о скором рождении нашего совместного чуда? Какая-то часть меня до сих пор сожалеет, что я так и не дозвонилась до Шведова, однако ничего уже не исправить. Если бы можно было отмотать время назад, я бы не изменила своему решению.

—А почему «Русалочку»? Разве тебе раньше не нравилась «Золушка»? — уточнила у дочки я.

—Мы с тетей Мэди смотлели мультик! Там Лусалочка такая класивая, и Плинц её намного больше любит. — выдала Сонечка с умным видом. — А Золушку все обижали.

—Принц тоже? — удивилась я, наклонив голову чуть в бок.

—Плинц не защитил Золушку от мачехи и злых сестличек. — Соня начала кивать. —Мама, Лусалочку Плинц спас от злой ведьмы.

На секунду я задумалась. Шведов не защитил меня от выходки Тины. Чего ему стоило? Надо было всего лишь мне довериться. Вообщем, Принц разочаровал мою малышку даже в сказке. Показывать ей ходячие недоразумение в виде Шведова – грех. Незачем расстраивать ребенка еще больше. Устами младенца глаголит истина. Верно говорят.

—Мой малыш такой умный. — я поцеловала дочку в щечку. — Ладно, читаем про Русалочку.

Открыв книжку на нужной странице, я начала читать. Художественная и детская литература на завтрак, на обед и на ужин. У нас книжки всегда. Сказок и рассказов много не бывает. Я пытаюсь привить ребенку любовь к литературе. Без разницы будет ли Соня сама читать, или захочет слушать аудиокниги. Главное – интеллектуально развиваться, а это возможно только через чтение и впитывание знаний и опыта других людей.

Малышка заснула на середине. Она любит, когда я читаю для нее пред сном. Это помогает нам сблизиться и сократить пропасть, которая образуется между нами, пока я пропадаю на работе. Тедди улегся спать, прижавшись к Сонечке. Все спят. Я чмокнула свою дочку в щечку. Она особенно сладкая и милая, когда спит. Кудряшки валяются по всей подушке. Лицо беззаботно счастливое. Для матери нет ничего радостней, чем видеть улыбку своего ребенка.

Я накрыла Соню одеялом и тихо ушла, осторожно захлопнув за собой дверь детской. Правда, пришлось пробираться через разбросанные на полу детские игрушки. Не всегда они бывают мягкие. Я начала понимать боль родителей, которые наступали ногой на пластмассовый конструктор. Адская боль. А детальке хоть бы что. Прочные игрушки делают однако. Следует сказать, что детская моей малышки напоминает комнату принцессы. Я не делала в ней капитальный ремонт. Просто содрала свои старые плакаты, освежила краску. Ванильность и воздушность я добавляла с помощью наклеек из мультиков. Эдакие тематические стены получились. Слева тебе стенка с принцессами. Справа с пони. Впереди у окна с Винни Пухом, а за спиной облачка и все дела. Зачем так много? Все просто. Когда ребенок засыпает, он смотрит на красивые картиночки и сам по себе успокаивается. Плюс, это моя детская мечта. Соня тоже обожает свои рисуночки на стенах. Все её любимые мультики.

Нужно приготовить ужин и немного поработать. Работа не отпускает даже в выходной. С ноутбуком я умостилась на диван. Сейчас все быстренько напечатаем и бежим брать в руки поварешку. В дверь позвонили. Видно не судьба. Я отложила в сторону ноутбук и пошла проверять, кого там ветром в мою тихую гавань задуло. Выходной день. Без предупреждения. Сейчас мне весь дом перебудят. Соня только-только заснула. Тедди проснётся и побежит тявкать. Начнется самый настоящий балаган из плачущей дочки, кричащий собаки и меня, которая будет метаться из угла в угол, не зная как успокоить источники шума. Вот как тут не ворчать.

Заглянув в глазок, я увидела женщину. Она стоял на пороге, нервно озираясь по сторонам. Она не пряталась. Я могла разглядеть её лицо, но это все равно казалось очень и очень подозрительным. За три года я знаю всех местных жителей. Перезнакомились и обжились, так сказать. Женщина была примерно моего возраста. Может чуть старше. Стоп, если она моего возраста, то какая она женщина? Девушка. Да, именно.

—Добрый день. Чем могу помочь? — спросила я, не отпирая двери.

—Здравствуйте, я ищу Валерию Розову. Здесь живет такая? — ответила вопросом на вопрос девушка.

—Допустим, живет. Что Вы хотели? — продолжила диалог я.

—Меня зовут Кэтти Джонс. Я – дочка сына сестры её бабушки, которая жила в этом дом раньше. — объяснила девушка.

Честно? Я ничего не поняла. Какая дочка сына сестры? Чьей бабушки? Минут пять я пыталась переварить информацию. У моей бабушки есть сестра, это я знаю. Мне даже фотографии показывали. Вроде как у нее реально есть сын, но что эта барышня забыла на пороге моей дома. Мы в глаза друг друга не видели никогда! Папа запрещал бабушке Линде знакомить меня с маминой родней. Я не понимала почему, но особым желанием встречаться с ними не испытывала. Либо я сейчас звоню папе и уточняю причину запрета на общение с родственниками. Либо узнаю об этом по факту. Я за первое.

—Подождите пару минут, пожалуйста. Валерия сейчас подойдет. — ответила я и взяла телефон в руки.

Я смылась на второй этаж, чтобы меня не услышала эта девушка. Папа, возьми трубку. Прошу тебя. Шли длинные гудки.

«Алло, Лера. Как дела, милая?» — наконец ответил папа.

«Пап, привет. Можно задать тебе вопрос? Надеюсь, ты не занят». — быстро начала я.

«Я могу говорить. Что ты хотела спросить?» — спокойно сказал папа.

«Почему ты запрещал мне общаться с мамиными родственниками?» — спросила я.

«Они немного, э-э-э, как бы помягче выразиться, фанатики. Кто-то из них хочет с тобой встретиться?» — раскусил меня папа.

«Да, папа, стоит у меня под дверью некая Кэтти Джонс и утверждает, что она приходится мне троюродной сестрой». — объяснила я.

«Не выгоняй её, но не привечай тоже. Когда я сказал, что они – фанатики, начиная от сестры твоей бабушки, я имел в виду, что они помешаны на патриархате и религии. Линда тоже была не в восторге от подобного фетиша. Сделай так, чтобы они больше приходили». — посоветовал мне папа.

«А насколько они фанатики?» — уточнила я.

«Не говори им, что ты ушла от мужа и растишь одна дочку. Не поймут и осудят». — буркнул папа.

«Баба должна знать свое место на кухне? Так?» — помрачнела я.

«Так. В прошлом наши интересы по поводу нашего с твоей мамой брака не сошлись. Они считали, что католичка должна выходить замуж только за благопристойного католика. Потом они сказали, что смерть Рози – это кара небесная за то, что она предала веру, и хотели забрать у меня тебя. После этого Линда и Майкл с ними перестали общаться, как и я». — прокомментировал папа.

«Ох, папа, как хорошо, что я тебе позвонила». — тяжело вздохнула я.

«Если она будет что-то тебе навязывать, гони её взашей». — строго ответил папа.

«Хорошо, я тебе потом позвоню и расскажу, чем все закончилось». — пробубнила я.

«Обязательно, милая. Мне очень любопытно узнать, что им нужно от нас». — обеспокоено ответил папа.

Я положила трубку и глянула в окно. Разговор в отцом занял у меня семь минут. Эта девушка никуда не ушла. Ладно, уже её не отправить отсюда. Я прошла на первый этаж и открыла дверь. Кэтти подошла ближе ко мне, чтобы рассмотреть. Так, дистанцию держите. Она прошла в дом и расположилась на кухне. При более детальном рассмотрении я поняла, что она чем-то похожа на мою бабушку. У нее были такие длинные каштановые волосы, однако кроме этого ничего общего с ней она не имела. Я принесла чай.

—О чем Вы хотели со мной поговорить? — перешла сразу к делу я без прелюдий, как я рада её видеть.

—Моя семья хотела бы с тобой познакомиться. Мы знаем, что ты поссорилась с мужем, поэтому подумали, что могли бы тебе помочь. — Кэтти одобрила меня неодобрительным взглядом. — Валерия, ты же понимаешь, женщина должна жить с мужем.

—Боже мой, мне очень жаль, раз Вы, живя в двадцать первом веке, продолжает позволять мужчинам вытирать об Вас ноги. — не утерпела и прищелкнула языком я. — Позвольте узнать, сколько Вам лет?

— Это не имеет никакого отношения к твоей проблеме. — рассержено ответила Кэтти.

—К моей нет, а к Вашей – да. У Вас проблема, Кэтти. В Вас не воспитали потребности в независимости и самореализации. Если верить Вам, то я должна упасть в ноги своему мужу и жить под одной крышей с его любовницей. — дала достойный отпор я.

—Да, естественно ты должна попросить прощения. Мужчина – глава семьи, и его слово должно уважаться женщиной. — положа руку на сердце, сказала Кэтти. — Ты должна брать пример с нас. Я счастливо живу со своим мужем уже девять лет.

—Тогда, я уважила слово моего мужа. Он сказал мне уезжать из страны. — сказала я, поняв, что не смогу прорваться через стену этих глупых убеждений, как вдруг заметила на запястье Кэтти синяки. — У-у-у, я вижу, как Вы счастлива.

—Да, счастлива. — гордо отрезала Кэтти. — Ты можешь быть такой же счастливой, как я.

—Русские говорят, бьет – значит любит, но так считают только глупые женщины. Я – не феминиста, но я не хочу стелиться перед мужчинами, как Вы. Вы сделала себе жалкой женщиной. — сказала я и встала. — Прошу Вас уйти.

—Я еще вернусь. — начала настаивать Кэтти. — Мы переубедим тебя.

—Что ж, тогда, я вызову полицию. — мило улыбнулась я. — Уходите.

Кэтти, не став препираться со мной, все-таки встала и ушла. Что за люди! Мда, теперь понятно, по какой причине папа запрещал бабушке Линде нас знакомить. От контакта с такой родней мое бы детство счастливее не стало. Взглянув на часы, я осознала, что мне пора начинать стряпать что-нибудь легонькое на ужин, иначе не успею, ведь скоро проснется Сонечка.

Вечер прошел спокойно. Малышка проснулась и пошла играть в сад вместе с Тедди. Я села за работу. Никто нас больше не посещал. Слава Богу! Появление некой Кэтти Джонс меня насторожило. Кто она? Зачем людям, которые не виделись со мной всю мою жизнь, появляться сейчас? Честно сказать, меня это пугало. Может, мне уехать в Лондон? Нет, бегство от проблемы не является истинно верным её решением. Убегу, и родственнички помчаться за мной. Нужен другой выход, но для начала тем же вечером я обошла всех соседей и предупредила, чтобы они сразу звонили в полицию, если около дома нарисуют незнакомцы. Последней в списке оказалась моя самая близкая соседка. Миссис Говард как раз хлопотали с мужем в саду, поливая газончик. Соня и Тедди старались не хулиганить.

—Валери, садись, дорогая. — миссис Говард предложила мне присесть на кованный стул в её летней беседке. — Что-то случилось?

—Соня! Не шали! — крикнула дочке я и присела рядом. — Да, Вы не могли бы приглядеть за домом, когда я буду на работе. Видите ли, сегодня к нам приходила незнакомка. Она представилась внучкой сестры моей бабушки. Вы ничего об этом не знаете?

—Кэтти? Странно, что они пришли. Линда в свое время запретила Минди – своей сестре – общаться с тобой после смерти Рози. — покачала головой миссис Говард, прижав ладонь к щеке. — Когда ты гостила тут летом, Минди и её муж пыталась выкрасть тебя из дома. Ты, наверное, и не помнишь уже. После этого твоей отец перестал отпускать тебя на каникулы сюда, побоялся. Линда тогда была очень расстроена.

—Что? Правда? — удивленно заморгала я. — Я действительно не помню. То есть Кэтти не мошенница? Она действительно существует?

—Да, дорогая, но лучше бы она была аферисткой, чем кем-то из твоей семьи. — обеспокоено проговорила миссис Говард и наклонилась, чтобы шепнуть мне на ушко. — Сама Линда никогда об этом не говорила и не опровергала, что Минди в молодости вышла замуж за католического священника. С того времени она и слетела с катушек и пыталась заставить Линду следовать этим омерзительнейшим правилам.

—С-священника? — мои глаза стали больше похожи на два яблока от шока. — Он так основательно промыл ей мозги… Кэтти походила больше на монашку, чем на современную женщину. Теперь мне все ясно. Она пыталась заставить меня помириться с мужем, я отказала и попросила её уйти.

—Мужем? Так ты все-таки замужем? Какая прелесть. — миссис Говард, любившая свежие сплетни, восторженно всплеснула руками. — И кто же он? Не бойся, дорогая, это останется между нами. Слово старушки.

—Бизнесмен. Мы познакомились, когда мне было всего девятнадцать. В тот же год мы и поженились. Он мне очень помог в отношениях с отцом и мачехой. — с грустью проговорила я. — У нас была хорошая семья.

—Если бы не одно «но»? — миссис Говард правильно все поняла. — У каждой пары есть что-то, что все разрушает. Так было с моим первым мужем. До чего, как мне казалось, сильная любовь была, но потом все рухнуло.

—Он нашел себе любовницу? — предположила я.

—О-о-о, так ты понимаешь меня, девочка. — по-настоящему удивилась миссис Говард. — Он нашел себе любовницу, пока нянчилась с нашим первенцем. Крики и визги его раздражали, поэтому он подыскал себе кого-то «получше». Я долго терпела и взорвалась. Сейчас ни о чем не жалею, ведь я встретила Мориса. Ты тоже кого-нибудь обязательно встретишь, и тебя непременно полюбят.

—Я не хочу больше никого любить. То, как мой бывший муж поступил со мной, отбивает всякое желание доверять «сильному полу». — замотала головой я. — Это был худший день в моей жизни. Я тогда была такой наивной, хотела сделать самый лучший подарок ему на годовщину нашей свадьбы, попросила его лучшего друга помочь. Я еще тогда не знала, что беременна Сонечкой, у меня закружилась голова. Хорошо друг поймал, иначе бы сильно ушиблась. Нас сфотографировала моя лучшая подруга и отправила мужу. Мы поссорились, и он сказал мне убираться из его жизни.

—Печальная история, но в конце концов ты бросила его и правильно поступила. — миссис Говард хитро улыбнулась мне. — Думаю, он уже осознал, сколько в твоем лице потерял.

—Это больше не моя проблема. Моя бывшая подруга уже въехала в наш дом и прекрасно там обжилась. — развела руками я. — Так долго было быть. Мы изначально не должны были встречаться.

—Знаешь, дорогая, я живу на этом свете уже не один десяток лет. Как опытная старушка, могу сказать, что все в этой жизни происходит не случайно. Когда мы встречаем кого-то и расстаемся с кем-то, мы становимся другими. Растем. Умнеем. Взрослеем. К нам приходит мудрость. — с задумчивым лицом произнесла миссис Говард. — В конце концов без встречи с твоим мужем, не родился бы твой ангелочек.

Закончив фразу, миссис Говард увидела, как Соня и Тедди сшибают содового гнома и разбивают его в дребезги. Боже, без приключений не обошлось. Я начала извиняться. Мистер Говард сказал, что это пустяки. Это всего лишь какой-то там гном. Мелочь. Мне так не показалось. Я заставила Соню извиниться. Девочка с собакой на руках просила прощения, признавая свою ошибку. Правильно, так и нужно. Нечего проступкам оставаться безнаказанными. Я пообещала купить для мистера и миссис Говард нового гномика взамен уничтоженного. Старички остались не в обиде. Они понимают, что дети всегда так.

На этом мой выходной подошел к концу.

Москва

Кирилл

Я неистово звонил в дверь. Говорить о том, что мне стыдно обращаться за помощью к человеку, которого три года назад не за что отметелил, не стоит. При этом я подготавливал себя к тому, что Олег меня пошлет. По крайней мере я бы поступил именно так и еще полицию вызвал, чтобы мне жизнь медом не казалась. В прошлом Олег спас меня, не написав заявление, и сейчас, когда все самые близкие люди от меня отвернулись, мой старый лучший друг остался последним человеком в списке тех, к кому можно обратиться за ответами. На данный момент у меня слишком много вопросов. Через пятнадцать минут дверь мне открыла домработница и пригласила внутрь. В доме громко кричал ребенок. Маленький достаточно. Я слышал, что Олег год назад женился, но не думал, что он так скоро обзаведётся детьми. Ладно, это не важно.

Домработница оставила меня в гостиной и попросила подождать. В моей ситуации я готов сидеть здесь хоть часами, лишь бы Олег поговорил со мной. Как только ребенок на втором этаже дома наконец успокоился, послышались шаги. В общей сложности я просидел около часа, перебирая варианты, как пройдет наш разговор. Сказать, что Олег изменился – значит преуменьшить. Он спускался с огромными черными кругами под глазами, зато в общем и целом со стороны производил совсем другое впечатление. Раньше Олег был моим лучшим другом, а от него исходила враждебность в частности по отношению ко мне. Я чувствовал агрессию. За ним по лестнице ползла Милена. Я не разбираюсь во всех этих тонкостях, но мне кажется, она родила совсем недавно. Она была, эм, не в форме. Интересно, какого быть родителями? Я сразу вспомнил про наши с Лерой попытки завести детей. Мне стало необъяснимо досадно.

Честно сказать, я был немного шокирован тем, что Олег женился именно на Милене. Мне казалось, что Лера ушла к нему, поэтому ничего не хотел знать. Сейчас, еще ничего не спросив и не узнав, я заранее чувствую себя козлом. Олег и Милена сели подальше от меня – на соседний диван. По их выражениям лиц я понимал, что они мне не рады, но хотят что-то сказать. Что ж, я готов принять все оскорбления. Олег подался вперед, оперевшись на локти, и долго смотрел на меня:

—Зачем ты пришел? — спросил он, прищурившись, и гневно продолжил. — Как у тебя наглости хватает заявиться сюда после всего, что ты натворил. Я сейчас даже не о себе говорю.

—За этим и пришел. Как все было на самом деле? — спокойно отозвался я, чтобы не накалять обстановку.

—Ничего не было, в том-то и дело. — устало бросил Олег. — Лера попросила помочь с твоим подарком на вашу годовщину свадьбы. Я не мог ей отказать. Все, что она делала, было только для тебя.

—Каким еще подарком? Впервые слышу. — от неожиданности мои брови поползли вверх.

—Она ради этого со мной и встречалась. — Олег соединил руки в кулаке, опустив вниз голову. — Не веришь, сейчас покажу.

Олег поднялся и ушел на второй этаж. Милена смотрела на меня с жалостью. Она знала больше, чем собирался рассказать Олег. Скорее всего они до сих пор общаются с Лерой. Если так, то Милена в курсе всех её дел. Через пять минут Олег вернулся и швырнул мне под ноги папку документов. Я начал читать и понял, что это была машина. Там было все, начиная от серийного номера и марки, заканчивая техническим паспортом и комплектацией.

—Заберешь сейчас или придешь потом? Три года уже о твой подарок спотыкаюсь. — буркнул Олег. — Себе бы оставил, но совесть не позволяет. Она у меня есть в отличии от некоторых.

—Что это? Лера хотела подарить мне темно-синий «Мерседес»? — переспросил я, внимательнее всматриваясь в бумаги.

—Эта машина одна во всем мире. Лера договорилась, чтобы в Германии выпустили именную машину. — безразлично ответил Олег. — Ты осознаешь, что выгнал её из дома из-за простого недоразумения?

У меня закружилась голова. Я закивал, словно деревянный болванчик, ведь это правда. Все встало на места. Когда я пришел домой и начал кричать, Лера сказала, что я сам бы все узнал. Я бы узнал, что она хотела подарить мне «Мерседес» на годовщину свадьбы. Для меня слишком жирно. Лера действительно пыталась организовать сюрприз. От понимание своей ошибки руки так и норовили схватиться за голову. Что я натворил!

—Лера чуть не покончила с собой из-за тебя. Папа вовремя успел вытряхнуть у нее из рук таблетки. — мрачно добавила Милена, прожигая меня взглядом. — Она не знала, как ей жить без тебя, и чуть не натворила глупостей после твоего звонка. Ты когда-нибудь задумывался, что бы было, если бы мы с папой опоздали? Я – да. Это было бы страшное будущее без Леры.

—Ты сам все решил за вас обоих и не дал ей все объяснить. — заключил Олег.

—К-как я могу её найти? — спросил я, хватаясь за спасительную соломинку. — Я должен все исправить.

—А хочет ли этого Лера? Ты подумал об этом? — Милена, которая раньше расслаблено разговаривала со мной, напряглась и, едва ли не тыча в меня пальцем с упреками, подалась вперед.

—Для тебя, Кирилл, никак ее не найти. Ты ей больше не нужен. Она сама так просила тебе передать. — отрезал Олег. — Не ищи её.

—Лера уже не та, что была три года назад. Ты её не узнаешь, если однажды встретишь. Изменилась даже ее манера общения. — пояснила Милена, скрестив руки на груди, выказывая тем самым свое неодобрение. — Если тебя это успокоит, она сказала, что сейчас даже рада, что все так вышло. Лера не жалеет, что ушла от тебя. Она путешествует и живет так, как всегда хотела.

—Она бывает в России? — все еще пытался узнать что-нибудь я.
—Нет, не бывает. Лера ненавидит Россию. Для нее Москва ассоциируется с тобой, поэтому она сразу предупредила, что больше никогда сюда не вернется. — жестко ответила Милена.

—Лера больше бесполезно не тратит на тебя свое время, Кирилл. — решил добить меня Олег. — У нее сейчас все хорошо.

—Ты будешь лишним. Не будь эгоистом и не лезь к ней. — согласилась с ним Милена. — Насколько я знаю, она до сих пор не подала на развод только потому, что Елена Александровна сильно её об этом просила. Чисто из уважения к ней Лера согласилась.

—Мама? Она виделась с Лерой? — удивился я и посмотрел Милена в глаза. — Когда?

—Это не важно. — отрицательно качнула головой Милена. — Это ничего не изменит.

—И все-таки? Когда? — надавил я.

—В день отъезда. Деталей я не знаю. — буркнула Милена, нахмурившись. — Еще я знаю, что за день до этого ты избил Олега.

Черт возьми, в тот же день мне звонила мама и просила поехать и поговорить с Лерой. Выходит, она пошла к ней сама и умоляла её не подавать на развод от моего имени. Засосало под ложечкой. Моя совесть приговорила меня к вечным мукам. Я наломал столько дров, что можно целую страну зимой отапливать.

—Еще что-то? — брезгливо спросил Олег и указал мне на дверь. — Если нет, выход там.

—Да, есть еще кое-что. — я поднялся и встал перед Олегом, склонив голову. — Прости, если сможешь.

—Иди отсюда и, желательно, больше никому не порть жизнь. Я всегда знал, что ты та еще гнида. — закатил глаза Олег, но по его голосу я понял, что мои извинения приняты. — Не передо мной тебе надо на коленях прощения просить.

—Спасибо. — тихо сказал я.

—Документы от машины не забудь. — бросил Олег. — Забери её в ближайшее время, чтобы она не занимала место. Ты мне должен за аренду гаража.

—Присылай счет. — тяжело вздохнул я и, забрав папку, ушел.

Оказавшись на свежем воздухе, я понял, что мне нечем дышать. Я оскорблял и винил во всех своих неудачах Леру. Из-за моих поступков она едва не свела счеты с жизнью. Я был тем, кто хотел показать ей весь мир, но вместо этого бросил её одну. Я своими руками сломал нашу идеальную жизнь, развалил нашу семью. У меня было все, что делает счастливым. У меня была женщина, которая меня любила, которая прощала каждый мой недостаток, которая никогда не жаловалась, не ныла и ничего не просила. Лера поступала так, как лучше для нас, а не для себя. В отличие от меня.

Заведя машину, я начал думать, как все исправить. Извиняться перед фотографией – не мой вариант. Андрей Викторович уже меня послал. Милена только что наглядно продемонстрировала, что не хочет ничего со мной обсуждать по поводу Леры и её жизни без меня. Остается пойти к маме. Я не звонил и не виделся с ней три года. Лучше не иметь сына, чем иметь такого, как я. Надеюсь, мама сможет простить меня за все. Я поехал к ней домой. На дворе вечер, так что она вряд ли куда-то могла пойти. Хотелось бы мне в это верить.

Я не был у мамы три года. За это время с виду её дом ничуть не изменился, но от него веяло отчаянием. Такое же чувство я испытывал в последний раз, когда умер отец. Мама казалась достаточно бодрой и собранной, но на самом деле морально ей было очень плохо. Тогда она чувствовала себя так из-за несправедливого стечения обстоятельств, а сейчас в этом полностью виноват я – её собственный сын. Вина за случившее навалилась на сердце еще более тяжким грузом. Если до этого вы думали, что у меня нет совести, то ошибаетесь. Она есть, просто такая же тормознутая, как я.

Набрав полную грудь воздуха, я позвонил в звонок. По домофону мне ответила какая-то девушка. Кто она? Никогда не видел её прежде. Я и маму три года уже не видел, так что это может быть кто угодно.

«Здравствуйте, Вы кто?» — спросила девушка.

«Я – сын Елены Александровны». — уверенно ответил я.

«Но у нее нет никакого сына». — возразила девушка.

«Послушайте, девушка, позовите Елену Александровну сюда или передайте ей, что её сын-идиот приполз просить прощения». — проговорил я, пытаясь усемерить свое внутренне расстройство.

«Ладно, подождите, но, если Вы – аферист, я вызываю полицию». — грозно ответила девушка.

Хм, я уже хитрый аферист и гнусный мошенник. Вот этого я точно не ожидал. Досадно было то, что мама считает, что у нее теперь нет сына. Возможно, в чем-то она и права. Я действительно плохо со всеми обошелся. Лучше бы я слушал мать, а не ударялся в алкоголь с криками и пьяными бреднями. Сейчас мне кажется, будто это был вовсе не я, а какой-то другой Кирилл Шведов. Бред какой-то.

Я ходил вокруг калитки кругами, мне долго не открывали. Создавалось впечатление, что меня не хотят пускать в дом. Когда я подумал, что мне стоит лучше уйти и вернуться завтра, девушка, обдавшаяся со мной, вышла и открыла дверь. Это была эдакая серая девочка-студентка с сильными финансовыми проблемами в растянутом свитере и очках. Деревенщина. Тут и говорить нечего. Не моя Лера. Моя? А имею ли я теперь право называть её «своей» женщиной. Девушка, не церемонясь со мной, провела меня в дом. Она молчала. Я разулся и вошел в дом. Внутри ничего не изменилось, как в детстве. Приятно находиться внутри.

Мама сидела в отцовском кресле у камина и сурово смотрела на меня. Я растерялся и прогнулся под этим тяжелым взглядом, точно провинившийся мальчишка. Если бы мне не стукнул тридцатник, мама бы с удовольствием взяла ремень и исполосовала им мою задницу да так, чтобы я целый год сидеть не мог. Хотя что ей мешает? Я нервно сглотнул, опустил глаза вниз и застыл на месте. В гостиной стояла гробовая тишина. По факту на меня смотрела не только моя мама, но и отец, чей огромный портрет висел над камином. Я застыл в ожидании, когда мама наконец хоть что-то мне скажет. Находиться под этим её взглядом было невыносимо мучительно.

Прочистив горло, мама тихо, но как разочарованно и обиженно произнесла:

—Пришел проверить: жива я или отправилась махать твоему отцу ручкой?

Я упал на колени, вспомнив тот самый момент, когда сказал своей родной матери отправляться на тот свет. Да, я – тряпка. Из меня можно веревки вить. Тогда я раскис, но я никогда не должен был позволять себе говорить маме такие слова. Я долгое время жил с сожалением о том, что поссорился с отцом, и поклялся больше никогда не поступать так же с матерью. И что? Что я сделал? Ничего достойного своих родителей. Ляпнул ей примерно одни слова, что и папе. Хотя бы сейчас есть у кого просить прощения.

—Ладно, вижу, раскаиваешься. Все вы – Шведовы – такие. Твой отец как сгоряча что-то ляпнет, потом погода извинялся. — продолжила отчитывать меня мама. — Зачем явился?

—Прости меня, мама. — прошептал я.

—За что? — продолжила мое воспитание мама. — За то, что мне достался самый неблагодарный на свете сын? Не таким мы с отцом тебя воспитывали.

—Я-я… я знаю. — замялся я и добавил, не смея поднять глаз. — Я не достоен быть вашим сыном.

—Над этим еще нужно подумать. — смягчилась в голосе мама. — Садись и рассказывай, с чем пришел на этот раз.

—Спасибо, мама. — проговорил я и сел на диван, продолжив. — Ты знаешь, как найти Леру?

—Ну, дорогой, «рано» ты спохватился. — с нотками явного сарказма бросила мама. — Лера не хочет о тебе ничего даже слышать, а ты про видеть.

—Ты разговаривала с ней? — с надежной поднял глаза я.

—Да, буквально утром. — честно ответила мама. — Она как раз пришла с работы.

—С работы? Она живет на Сахалине? Это вообще в России? — вывалил на маму кучу вопросов я.

—Да, ты не ослышался, она пришла с работы. Лерушка рассказывала, что ей светит повышение по службе, и теперь не знает, как уговорить свою подругу принять её должность. — непринуждённо ответ мама. — Только ни адреса, ни телефона я тебе сказать не могу, прости, сын.

—Почему? — вымученно произнес я. — Разве ты не хотела, чтобы мы поговорили. Я готов ехать за ней, куда угодно.

—Лерушка презирает тебя. Я пыталась подтолкнуть её к разговору с тобой. Она должна была тебе кое в чем признаться, но трубку взяла твоя эта Тина. — брезгливо произнесла мама и в отчаянии продолжила. — Из всей этой истории я поняла, что не ты должен делать первый шаг, а именно Лерушка. Кирилл, ты слишком сильно её ранил.

—В чем признаться, мама? — надавил я, смотря матери в глаза. — Я вообще ничего не понимаю в этой истории.

Мама посмотрела на камин, подскочила и быстро положила фотографией вниз рамку. Там фотография Леры? Я хочу её увидеть, но мама заранее забрала рамку с собой, опередив меня.

—Ты знаешь, что Маша специально настроила Филиппа против Леры? — задала мне очень неожиданный вопрос мама. — Ты знал, что у Леры не было никаких дел, из-за которых она не пошла с тобой мириться к Филиппу? И ты знал, что ей просто сказали не приходить, но она так хотела, чтобы Филипп и ты помирились, что специально соврала тебе?

—Нет, не знал. Те фотографии сделала Тина, ведь так? — тяжело вздохнул я. — Я случайно побывал на свадьбе у бывшего бойфренда Тины. Он сказал мне, что я – олень, раз повелся на слова Тины. С этого и началось мое «расследование».

—Да, сын, ты самый настоящий олень. — невозмутимо кивнула мама. — Тина следила за тобой и подсела в баре, когда ты нажрался до неприличного состояния. Она и её подружка рассорила тебя с Лерушкой и воспользовалась ситуацией, чтобы занять место твоей жены.

Я схватился за голову. Лера не виновата. Наконец я знаю правду, но от этого мне не легче. У меня была идеальная, тихая, семейная жизнь. Жена, которая меня по-настоящему любила и готова была на все ради меня. Только я мог так легко потерять самое дорогое и ценное, что нельзя купить за любые деньги.

—И что мне теперь делать, мама? — проговорил я, смахивая с глаз слезы.

Мама пересела ко мне на диван и погладила меня по спине:

—Для начала выгнать эту вертихвостку из вашего с Лерушкой дома. Проучи их всех и жди. Она обязательно вернется, но тебе придется заслужить её доверие. Да, это будет нелегко, зато ты получишь намного больше, чем вы имели в прошлом.

—Да, мама, мне нужно ехать домой. — нервно сглотнул я и крепко обнял мать. — Спасибо тебе за все.

—Так или иначе я – твоя мама. Запомни, сынок, только мать способна простить своему ребенку абсолютно все, так что отныне заглядывай ко мне почаще. Мне тебя очень не хватало. — мама обняла меня в ответ и прослезилась.

—Обязательно, мам. Кажется, теперь у меня будет много времени подумать над своим поведением. — огорченно вздохнул я и намекнул еще разок матери. — Ты точно не хочешь мне ничего сказать?

—Нет, сынок, я не хочу. К несчастью, есть вещи, которые я вынуждена утаивать от тебя. Иначе Лерушка вряд ли продолжит поддерживать со мной связь. — мама обреченно вздохнула и отстранилась от меня. — Как я уже говорила, мы сделаем только хуже, если будем заставлять её силой. Ты ведь сам прекрасно знаешь.

—Да-а уж, если Лера что-то для себя решила, то она решила и с трудом сможет передумать. — грустно улыбнулся я.

—Она передумает, сыночек. Я давно заметила, что Лерушке тоже тебя не хватает. — утешила меня мама.

—Да, наверное. — я встал с дивана. — Ладно, мам, я пойду.

—Удачи, сын. — мама подняла кулак вверх в знак моральной поддержки.

Только сейчас я заметил, как мама постарела за эти три года. Просто не узнать. Изначально её подкосил инсульт, но не так сильно, как наше расставание с Лерой. Морщин на мамином лице стало больше. Она начала выглядеть заметно старомоднее. Еще пару лет назад мама старалась молодиться в разумных пределах. Сейчас создавалось такое чувство, будто ей уже ничего не надо было. Она сыта всем этим по горло.

—Мам, давай, ты будешь жить со мной? Или я могу переехать к тебе. — пред уходом предложил маме я.

—Нет уж, ты – взрослый мужчина. Ни к чему тебе жить с мамой. — отрезала мама. — Тем более, десять лет назад ты усвистал из дом так, что только пятки сверкали. Кричал: «Мама, я должен быть независимым». Для компании я надела себе сиделку. Так делают все одинокие дамы моего возраста.

—Все-то ты помнишь, мама. — сконфужено отвел глаза в сторону я. — Ты еще не такая старая для сиделок.

—Иди уже домой да поаккуратней за рулем. — нагладила меня строгим взглядом мама и пригрозила пальцем. — Я теперь тебе похулиганю.

—Понял и принял. — кивнул я и пошел к выходу. — До свидания, мам.

—Пока, сын. — устало вздохнула мама.

Мамина сиделка закрыла за мной дверь. Она смотрела на меня с осуждением. Непутевый ты сын, Кирилл. Бестолковый муж. Никчемный мужик. Раз профукал все, что только было в жизни хорошего. Радует, что хоть мама простила. Я ехал домой, переваривая полученную информацию. Выходит, Лера не виновата. Наоборот, моя Зайка стала жертвой Тины и Маши, а я повелся на их бредни о том, что моя жена всегда так себя вела. Идиот. Я должен был быть тем, кто будет оберегать Леру от всего и вся. Никудышный из меня защитник.

А ведь я мог стать в скором времени отцом. Отцом? Всего на секунду в мою голову прокралась мысль, что бы было, если бы Лера забеременела от меня. Нет, это бред. Она бы сказала и развелась со мной, чтобы наш ребенок не видел всего этого позорища в виде моих отношений с Тиной. Мда, эти три года можно описать словом «позорище». Не стала бы терпеть, ведь по своей натуре очень честный человек. Честный. Почему я вспоминаю об этом только сейчас? Нет, это бред. Мы пытались два месяца и ничего. Видимо, это судьба. Лера не смогла забеременеть, потому что свыше за нас все уже решили. Боже, я не такой уж и верующий человек. Не атеист, но и не сама набожность. И сейчас я думаю о таком. Видимо, это судьба.

Так как был вечер пятницы, я попал в пробку и приехал домой достаточно поздно. За это время Тина ни разу не позвонила. Мысленно я снова начал сравнивать. Если бы дома меня ждала Лера, то на мой телефон прошла бы уже сотня звонков. Она реально беспокоилась обо мне, когда я забывал предупредить, что задержусь на работе. Для нас такое поведение означало заботу и беспокойство друг о друге. Поднявшись на лифте до квартиры, я увидел следующее: Тина по-царски возлежала на диване, ковыряясь в телефоне. Класс, то есть она не захотела мне позвонить.

—О, Котик, ты наконец дома. А я как раз думала, что заказать в ресторане на ужин. — буднично и наиграно ласково произнесла Тина, не поднимая на меня глаз.

—Собирай свои вещи и катись из моего дома. — так же обыденно и отрешенно ответил я. — Чтобы я тебя больше никогда не видел.

Вот тут-то Тина занервничала и вскочила с нагретого места. Я собираюсь заставить её уйти по-хорошему из моего дома. Желательно безболезненно для меня, но как раз этого никто не обещает. Тина подлетела со скоростью электрического веника и прильнула к моей груди, аки белая и пушистая кошечка. Я решительно и однозначно отстранил её от себя.

—Котик, что случилось? — пробормотала Тина, глядя на меня испуганными глазами. — Почему ты так груб со мной?

—Выметайся, я сказал! — зарычал я, указав ей на дверь. — Можешь прям так. На улице тепло.

—Объясни, в чем дело? Я ничего не понимаю. — помрачнела Тина, скорчив недоумевающее лицо, но по ней было очевидно, что она догадалась о причине моего поведение.

—Зачем Маша и ты оговорили мою жену? — спросил я и схватил Тину за плечи. — Что она вам плохого сделала!?

—Потому что ей всю жизнь везет. Потому что она захапала тебя, прикидываясь невинной овечкой! Разве это справедливо?! — заорала Тина, смотря разгневанно мне в глаза. — Лера все время претворялась бедной и несчастной серой мышкой, которую гнобят дома. И что дальше? В один день она встречает тебя и получает счастливую, беззаботную жизнь, и где я? Слушаю бредни Миши о том, как он разбогатеет и будет обеспечивать меня лучше, чем ты Леру?! Разве Я такое заслужила!?

—Ты разрушила нам жизнь из зависти? — на секунду опешил я, но потом собрался с мыслями. — Ты была её лучшей подругой! Лера ценила тебя и всегда готова была помочь! Знаешь что, Тина, ты не заслуживала такого парня как Миша. Тебе идеально подходит какой-нибудь конченный отморозок вроде Димы.

—Ты и есть конченный отморозок, Кирилл Шведов, ведь не я выгнала Леру из дома. Не я толкнула её на вазу. Не я сломала собаке лапу. И не избила лучшего друга, что тот провалялся в больнице два месяца. — Тина вырвалась из моей хватки и затыкала в мою грудь пальцем. — Это все сделал ты! Или ты думал, об этом никто не знает. Твоя мамаша чудом замяла эту историю, чтобы спасти твою задница!

—Ты врешь! — рявкнул я, пытаясь спрятать свой шок от услышанного.

—Я?! Вру?! — в голос рассмеялась Тина. — Все это время Маша и я давали тебе то, чего ты так хотел. Ты хотел, чтобы все говорили, какой ты святой, сочувствовали тебе. Не претворяйся, будто ничего этого не было!

—Проваливай. — сказал я, указав Тине на дверь рукой, и сорвался. — Проваливай!

—Варись теперь в котле из сожалений один. — злорадно усмехнулась Тина и, похлопав меня по плечу ушла.

Я впал в глубочайший ступор. Что я натворил!? Что я наделал!? Сколько вреда я причинил Лере. Возвращаясь домой, я думал, что все не так плохо. Я забыл, как все было на самом деле. В моей памяти всплыл момент, когда Лера попыталась подойти ко мне, чтобы все спокойно объяснить. Я действительно толкнул её на подставку для цветов. Я поднял руку на женщину, которую до безумия обожал. До безумия. То, что происходило во мне и тогда, и сейчас можно назвать самым настоящим безумием.

Нужно найти письмо Леры! Я побежал в спальню и из сейфа достал смятый лист бумаги и обручальное кольцо. Слова, которые Лера адресовала мне впервые стали так очевидны. В них нет обиды. В них есть только сожаление из-за того, что я не смог правильно её понять. Мне даже показалось, будто Лера дала мне обещание начать все заново. Теперь она живет там, где нет меня. Возможно, на моем месте уже есть кто-то более достойный её руки. Я не романтик, но точно знаю, что такая женщина, как Лера, никогда не останется без внимания других мужчин. Среди них должен был найтись кто-то, кто бросит к её ногам весь мир.

От мысли, что моя добрая и заботливая Зайка больше не моя, а чья-то другая, я умирал от ревности. Правду говорят, что, когда кого-то теряешь, осознаешь подлинную важность этого человека. Теперь Лера не подойдет ко мне и на пушечный выстрел. Что делать мне? Что? Как я должен жить дальше? Я сожалел обо всем. Я сидел на полу и смотрел на маленькое обручальное колечко, которое носила моя Зайка. Она никогда его снимала. Оно всегда было на её безымённом пальчике и теперь скучает по ней в сейфе.

Я опустил руки. Честно сдался на волю своей судьбы. Мне остается только смириться с тем, что Лера никогда не вернётся. Мама сказала, что я должен ждать того дня, когда моя Зайка одумается и сама сделает шаг к нашему применению. Давайте рассуждать объективно. Я бы вернулся к человеку, который так несправедливо жестоко со мной поступил? Я – никогда. Лера не простит меня, какой бы великодушной она ни была по своему характеру. Я это знаю. Мне остается дать ей свободу покорять новые высоту. Отпустить её навсегда. Я не хотел это принимать. Я не мог отпустить кого-то настолько незаменимого.

Неожиданно меня посетила идея. Я сорвался с места и поехал к Филиппу, прихватив с собой все документы на «Мерседес». Моего лучшего друга одурачили так же, как и меня. Я не мог оставить Филю плавать в этом дерьме. То, что Маша пытается навязать ему, не настоящее счастье – фальшивка. Просто подделка под то, чему она так завидовала. Да, уже поздно, но пойду-ка я по горячим следам. Я не позволю себе потерять еще одного близкого друга. Филя открыл мне дверь.

—Кирилл, ты в своем уме? Два часа ночи! — попытался вразумить меня Филя, впуская в квартиру.

—Знаю я, это не могло подождать до утра. — сказал я, войдя в квартиру. — Речь пойдет об отношениях моей жены и Маши.

—Ты про Тину? По-моему, они прекрасно ладят. — недоуменно спросил Филя. — Ладно, располагайся.

—Моя жена – Лера. — постарался сдержать раздражение я. — Речь пойдет о том, что случилось три года назад.

—Я думал, мы и так все давно выяснили. — настороженно сказал Филя и проводил меня в гостиную.

—Не все. Осталось кое-что, что мы должны прояснить. — посерьезнел я и присел на диван.

—И что же? — Филя сел на соседнее кресло.

—Помнишь, мы сидели, пили виски, когда мне на телефон кто-то прислал фотографии Леры и Олега? Почему ты не захотел, чтобы Лера пришла со мной? — по существу начал я.

—Что, дружище, я никогда такого Маше не говорил. Она сказала, что связалась с Лерой, чтобы мы помирились. Да, Лера не хотела, чтобы мы разговаривали, но я никогда не запрещал Машуле приглашать её к нам. — недоуменно покачал головой Филя. — В чем, собственно, дело?

—Лера мне не изменяла. Маша и Тина подставили мою доверчивую жену и без труда развели нас с тобой. — мое лицо сделалось мрачнее тучи.

—С чего ты взял? — начал надуваться Филя. — Не приплетай в эту историю мою Машулю.

—А с того, что, если бы Лера сказала, что ты не пригласил её, я бы не пошел с тобой мириться. Она соврала мне, чтобы с тобой помирились. Лера рассказала об этом моей маме, а мама всегда очень быстро распознает, когда ей врут. Сколько раз нас так ловили? Лера и Маша расходятся в показаниях. Значит, кто-то из них что-то скрывает. — начал разжёвывать для Фили я.

—И ты обвиняешь во лжи именно мою Машу? — Филя начинал раздражаться все сильнее. — На минуточку это Леру застукали с Олегом.

—Оказывается, там была и Милена, и ездила она к ним вот за этим. — я кинул на кофейный столик папку с документами на мой подарок. — Лера хотела сделать мне сюрприз и каким-то образом заказала эту машину прямо в Германии. Она ездила к Олегу, чтобы он помог ей с этим.

—Тогда, фото? Или они позировали на камеру? — усмехнулся Филя, глядя мне в глаза с насмешкой.

—Их сделала Тина. Она сама в этом созналась. При каких обстоятельствах я не знаю, но теперь я верю Лере. — честно ответил я, проведя дыхание, и продолжил. — Маша и Тина водили нас вокруг пальца. Филя, разуй глаза, она претворяется всей такой хорошей.

—Раз так, спроси это у Машули сам. — Филя явно не желал принимать правду.

Буквально за несколько минут Филя вернулся с Машей. Она уже знала, что я выгнал Тину. Думаю, та быстренько сообщила, что у нее проблемы. По невозмутимому лицу Маши я догадался, что она не собирается спасать «подругу», скорее, наоборот, рада от нее избавиться. Видимо, без скандала мне сегодня не уйти.

—Машуля, здесь Кирилл утверждает, что Тина и ты подставили Леру. — по голосу Фили, я понял, что он принимает мои слова за неудачную шутку на первое апреля. — Скажи ему, что это не так.

—Как Тина могла такое устроить и приплести в это меня? — мастерски сыграла ангельскую невинность Маша и, положа руку на сердце, добавила. — А я считала её своей подругой.

—Лера тоже доверяла тебе, Маша. — я одарил Машу злым взглядом. — Она всегда беспокоилась о тебе.

—И? Я-то тут при чем? — удивилась Маша. — Лера имела все и сама виновата, что подпустила Тину так близко к себе. Я могу лишь искренне посочувствовать.

—Ты сам все слышал, Кирилл. — Филя попытался разрядить обстановку. — Поэтому, пожалуйста, извинись перед Машей.

Хм, пора уходить. Только что я получил еще один удар в спину. На этот раз настоящий. Морально я был готов потерять дружбу с Филей. Зачем мне друг, который бревна в глазу не видит? Мне стало обидно не только за себя, но и за Леру. Скорее всего больше за мою Зайку. Она всегда с теплотой относилась к своим друзьям, потому что у нее их никогда не было особенно много. Сейчас эти так называемы «подружки» до последнего отрицают, что целенаправленно навредили ей. Что с Филей, что без него – я все равно остался один наедине со своими сожалениями.

—Я тебя услышал и извиняться не буду. — тяжело вздохнул я, собрав документы в папку, и встал с дивана, указав на Машу кивком. — На этот раз я точно уверен в своей правоте и прогибаться под тобой не буду ради извинений, которые она точно не заслуживает. Видимо, наша дружба должна была закончиться еще три года назад. Тогда бы Лера сейчас была счастлива рядом со мной.
—Как ты смеешь заявляться в мой дом посреди ночи и оскорблять мою жену?! — огрызнулся Филипп, возмущенно насупившись.

—А как ты смел оскорблять Леру в день её вечеринки по окончанию университета? Ты испортил нам праздник, Филя. И извинений Лера тогда так и не получила. Все справедливо. — невозмутимо ответил я.

Я прошел чуть вперед, пока Филя пыхтел от злости и глотал ртом воздух от душившего его возмущения. Маша схватила меня ща руку и, упиваясь своей победой, прошипела:

—Она должна была заплатить за свое счастья. Где оказалась я? И где она? Туда ей и дорога.

—Завистливая сука, однажды ты вылетишь из этого дома с таким треском и будешь на трассе дальнобойщиков обслуживать. — шепнул ей в ответ я таким же тоном.

Маша цыкнула, а я двинулся дальше. Спектакль окончен. Гаснет свет. Хэппи энда не будет, в отличии от песни Гагариной.

«Чтобы найти верную дорогу, сначала
надо заблудиться».

Бернард Вербер

Лондон

Лера

Желание переехать в Лондон не покидает меня уже неделю. Родственнички атаковали со всех фронтов. Они везде. И это не преувеличение. Я звонила в полицию, но увы. Какова их главная цель? Заставить меня помириться с Кириллом и, собственно, упасть ему в ноги. Я себя не на помойке нашла, чтобы унижаться перед Шведовым. Пусть наслаждается Тиной. Родственники этого не понимают. Папа уже рвется приехать и отвадить их из дома своими руками. Я не вижу в этом смысла. Он занят! В последнее время папа слишком много времени проводит на работе. Кажется, недавно ему предложили новый контракт с посольством Франции. Для него это весьма заманчиво, ведь тогда у него появится больше возможностей, чтобы видеться со мной и Соней.

Как такое может быть? Дело в том, что Милена вышла замуж. Да, именно за Олега. Как я ожидала, наш Казанова вернулся спустя восемь месяцев после их очевидного разрыва. Только помучить его решила сама Милена. Олежек к ней и с цветами, и с бриллиантами, и с дорогущими ресторанами, а она ни в какую. Ничего, наш герой не сдавался и разработал новую тактику обольщения, раз старенькая не прокатила. Он купил журнал, в который устроилась работать Милена. Против босса не попрешь, учитывая, что писать всякие обзорчики новинок и трендов ей очень нравилось. Только служебного романа не сложилась. Милена проигнорировала все ухаживания Олежка. Тогда, он пошел ва-банк. Тут уж нет дыма без огня. В офисе они поругали, подрались и, со слов Милены, не только помирились. Если в красках, то «это» у них было жарким. Чувства вспыхнули, видите ли.

Через пару месяцев мне прислали пригласительный на свадьбу, но я вынуждена была отказаться. Ладно, быть в онлайне с ними на церемонии тоже неплохо. Мы с Соней приоделись по случаю. Сейчас у этой сладкой парочки родился сынишка. Конечно, я тут же раскошелилась и отправила им подарки прямиком из Лондона. Круто же? Насколько я знаю, молодые родители спят по три часа, если совсем повезет. Не спасает даже нянечка, которую уже успели нанять. Вообщем, папа пришел к выводу, что вторгаться в их семейную идиллию нет смысла. Что касается его отношений с Ириной, то они не живут вместе около четырех лет. Не исключаю, что может быть больше, ведь точной даты их разъединения я не знаю. Папа редко ей звонит, однако пока разводиться не хочет. Он считает, что старость есть с кем встретить, так что пускай так. Что ж, не буду их судить.

В общем и целом моя жизнь напоминает рутинное шатание на машине из Лондона в пригород и обратно. По сути ничего не меняется. Брэндон все еще пытается подлизаться ко мне, поэтому я максимально дистанцировала себя от него. Не сдается парень! Я намекала ему уже раз сто, что у нас с ним каких отношений быть не может по двум причинам: во-первых, формально я замужем, во-вторых, с меня хватит всех этих недосказанностей, любовных треугольников и интриг. Я сыта этим по горло. Однажды обожглась, что теперь до сих пор раны зализываю в своей норке.

Ух, я говорила много раз, но не объясняла почему нет Брэндону железно. Вам известно, что дело в Мэди. Она ни один раз прибегала, как только Брэндон крутился рядом со мной. Она пыталась привлечь его внимание выпечкой, нарядами и даже интрижками. Ревность это не у Брэндон не вызвало. Он не реагировал и порадовался за личную жизни Мэделин. Я боюсь, что Мэди тихо ненавидит меня. Боже, в моей жизни так мало настоящих людей. Даже друзья детства выросли и стали какими-то синтетическими. Один сплошной фейк. Я смирилась, честно. О, нет, я не разочаровалась. Не думайте, я разучилась доверять старым друзьям после того инцидента с Тиной. Оказалось, что дружба – штука весьма относительная. Есть люди, в которых я уверена, и есть те, кому не стоит доверять, – приходящие и уходящие друзья. Теперь я знаю, меня научили.

Я собиралась на работу. Соня должна остаться дома с нянечкой, которую я наняла совсем недавно в одной компании, перед тем, как пустить чужого человека в дом, проверила её документы и провела собеседование. Опять же в гостиной, детской и на улице я спрятала камеры. Наслушалась я об этих нянях всякого и теперь побаиваюсь за дочь. На лацкан своего пиджачка я прицепила брошку Елены Александровны. Я горда тем, что могу её носить. Украшение вписывается в любой мой образ, а духами я вообще пользуюсь только в исключительно важных случаях. Берегу. Пусть мама умерла, Елена Александровна смогла мне её практически заменить. Она заботится обо мне. Надеюсь, это все не из-за Сонечки. Не хочу так о ней думать, однако лучше не исключать, чем жить в бесконечных иллюзиях, чего-то там себя выдумав.

—Mammy! Ты куда? — Соня подкралась сзади и схватила меня за ногу.

Малышка тащила за лапу своего любимого плюшевого мишку, который был по размеру чуть больше неё самой, и свободной ручкой терла глаз. Она хотела спать. На часах время почти семь утра. Мне пора выезжать на работу. Няня должна прийти ровно в семь. Ребенок обычно в это время спит в своей кроватке сном невинного младенца. Собственно, Соня и есть тот самый невинный младенец.

—Mammy, I do not wanna you go! — захныкала Сонечка, вцепившись в мою ногу.

—Я знаю, но маме нужно идти. Солнце, ты же понимаешь, если я не пойду на работу, у нас не будет денежек, чтобы ходить в парк развлечений. — я опустила голову вниз и погладила дочку по голове.

—Мы will go to the палк лазвлечений? — Сонечка в предвкушении посмотрела на меня. — When?

—Скоро. На выходных поедем в Лондон. Договорились? — я протянула дочери мизинец, чтобы скрепить сделку.

—Deal! — радостно воскликнула Соня и оторвалась от моей ноги.

Возвращаясь к вопросу о том, на каком языке болтает моя малышка, я должна сказать, что дома у нас правило общаться только по-русски. С дедушкой Соня тоже разговаривает по-русски. Папа делает вид, что не знает английского. Правда, есть проблемка. Сонечка путает языки. Когда она взволнована, расстроена или все сразу, получается сборная солянка из русского и английского. Мы с папой понимаем, но дети на детской площадке путаются. Это одна из таких наиболее существенных проблем в воспитании ребенка-билингва. Не представляю, какая каша у Сони в голове. На каком языка она вообще думает? Не представляю. Папа говорит, что это еще нормально. Он рассказывал, что в детстве, когда я начинала вредничать, болтала только на-английском. Сами посудите, обычные русские люди меня не понимали. Мда, хочется верить, что моя дочь так делать не будет.

Я отнесла ребенка обратно в кроватку. Тедди заметил пропажу хозяйки только тогда, когда я переместила его с середины кроватки в изножье, чтобы уложить Соню. Вообщем-то с моей малышкой легко договориться. Я, конечно, не идеальная мамаша, но изначально выбрала демократичную политику воспитания. Я верю, что нельзя просто сказать Соне нет. Нужно аргументировать свое «нет», чтобы у ребенка возникло хоть какое-то понимание, не знаю, осознание, почему «так» нельзя. Чтобы я ни сказала Соне, дальше всегда следует объяснение почему. Возможно, это не особо правильно, зато пока работает.

Убаюкав обратно Сонечку, я спустилась вниз, чтобы дождаться няню. Пришла. Ура! Я ввела женщину лет сорока семи в курс дела и попросила её звонить мне во всех непредвиденных ситуациях. Мне пора на работу. Вот так я уехала, думая, что тем же вечером вернусь домой. Ой, зря. Прогревая машину, ко мне подошел Брэндон. Честно, не ожидала. Зачем он вообще трется у моего дома в такую рань. Я опустила стекло, чтобы спросить его об этом:

—Доброе утро. Что ты здесь делаешь?

—Ты не позвонила и не попросила посидеть с Соф, и я подумал, что у вас что-то случилось. Пришел вас проведать. — Брэндон был слегка недоволен происходящим и не скрывал этого.

—Да, прости, забыла сказать. Я решила нанять няню для Сони. Так будет правильней, чем лишать тебя возможности заработать больше на заказах. — честно сказала я, игнорируя тон Брэндона.

—То есть, ты все сама за нас решила? — неожиданно выпалил Брэндон.

—Что решила? — моя пятая точка уже почуяла подвох.

—Я думал, что тебе нравлюсь. Мы ведь почти пара, так ведь? Поэтому ты доверяешь мне свою дочь. — с неподражаемой уверенностью выдал Брэндон.

—Ты шутишь? Я не понимаю. — мои глаза округлились в неприятном удивлении. — Брэндон, я тебе намекала, что нет. Свет красный. У меня формально до сих пор есть муж. Между нами ничего не может быть.

—Но ты сама дала мне понять, что хочешь быть со мной. Я же вижу. — не унимался Брэндон.

—Послушай, я не знаю, что ты себе выдумал, но между нами ничего не может быть. Да, я просила тебя посидеть с Соней, чтобы помочь тебе с деньгами, когда у тебя не было заказов. Сейчас у тебя все в порядке с работой, поэтому я не смею больше занимать твое время. Лучше посмотри по сторонам, если хочешь найти себе девушку. — отрезала я и посмотрела на часы. — Мне нужно ехать на работу.

—Ты смеешься надо мной?! — закричал мне в след Брэндон.

—Нет, я говорю правду! — ответила я, остановившись, затем уехала.

День не задался с самого утра. Отношения? Я? Вы издеваетесь. В моем сердечке не осталось места для этой вашей любви. У меня даже сердца нет. Увы, разбилось. Собирать его по осколочкам бессмысленно. Не тратьте время. Я, наверное, стала жестче. Черствее, что ли. Казалось бы, Брэндон помогал мне нянчится с Соней, а я его так жестоко отшила. И за что? Есть причины. Он обнаглел. Я не давала ему никаких намеков. За всеми этими словами виднеется подвох. Знаете какой? Брэндон, возможно, решил поправить положение своей семьи за мой счет. На данный момент в посольстве я хорошо зарабатываю. Плюс, помогает папа. Думаю, Брэндону подумалось, что он сможет покрыть все свои долги из моего кармана, но это не точно. Я могу и заблуждаться, просто у меня пропала привычка доверять людям.

Доехав до работы, я вошла в здание и умостилась за свое рабочее место. Сегодня мне предстоит бумажная работенка. Документов много накопилось. Нужно разгребать. Я включила рабочий компьютер. Поле разговора с Брэндоном остался осадочек, но не более того. Это пустячок. Бывало и хуже. Ох, я утешаю саму себя. За соседним столом сидела Даша. Она тоже разбиралась в бумажках. Да, действительно, мы с ней в чем-то да похожи. Дело даже не во внешности, а в нашем мировоззрении. Кажется, Даша и я стали настоящими подругами. Я дорожу этой дружбой, хотя с Тиной все так же начиналось. Не будем о грустном.

Даша что-то сосредоточенно печатала. Она в работе. Я махнула ей рукой. Нельзя же не здороваться. В ответ кивок. Примерно до обеда я планомерно разгребала бумаги, пока меня не попросили к начальству. Шеф у меня добрый обычно, но сегодня он был мрачнее тучи. Что-то случилось. Знаете, в Посольстве частенько так бывает. Мы не стабильный департамент, так сказать. Меня же не съедят? Помолимся. Я постучала в дверь:

—Вызывали, мистер Харис?

—Да, проходите, мисс Донован. — однозначно расстроено проговорил мистер Харис.

Я вошла в кабинет. Что сказать? Мистер Харис выглядел, эм, хмурым. Очень разочарованным. Надеюсь, это не из-за меня. Я не пришла косячить.

—Что-то случилось? — спросила я, присев на стул.

—Да, именно, сегодня Вам придется лететь в Вену с докладом на конференцию. Видите ли, человек, который изначально должен был этим заниматься слег с температурой. Кроме Вас, мне некому поручить это задание. — сосредоточенно объяснил ситуации мистер Харис.

Сразу же я решила отказаться, особо не задумываясь. У меня дома маленький малыш и собака. Я не могу просто все бросить и уехать в Вену. Учитывая, что у Сони и так сегодня стресс. Няня-то новая. Пусть я знакомила дочь с ней заранее, но все-таки ребенок есть ребенок.

—Мистер Харис, я… — я хотела открыть рот, чтобы сказать «нет».

—Мисс Донован, я понимаю, у Вас маленький ребенок, однако у нас нет более подходящей кандидатуры на должность спикера. — перебил меня мистер Харис. — Всего два дня. Также не следует забывать, что это благоприятно отразится на Вашей карьере.

Желание пробиться вперед победило. Я уже давно поняла, что той должности, которую я занимаю сейчас, и ту, на которую меня со дня на день назначат, мне чертовски мало. Зачем останавливаться, когда всегда можно выше? Знаю, из-за моих попыток все успеть страдает Соня, но это временно. Только что у меня появился шанс дать моей маленькой малышке лучшую жизнь, чем у нас есть на данный момент. Уверена, мой отец в свое время хотел того же.

И, нет, дело не в успехи моего папы. Не в моем очевидном желании превзойти его и достичь чего-то большего. Ладно, да, вся суть в этом и в том, что маленькая обиженная девочка, сидящая внутри меня, тайно хочет, чтобы Шведов, Тина и компания узнали о моих достижениях и умерли от зависти. Я мечтаю, как один очень добрый человек в минуту отчаяния им скажем, что у меня все хорошо, что я не просто дипломат или кто-то там еще, а элита дипломатии. Я не хочу больше сожалеть о том, что что-то сделала не так. Поэтому давай, Лера, хватай Птицу Счастье за хвост и не отпускай больше никогда.

—Ох, хорошо, но при условии, что я найду человека, с которым смогу оставить ребенка. — решилась-таки я выручить шефа.

—Тогда, я даю Вам полдня на подготовку и сбору. Самолет вечером. — мистер Харис одарил меня широкой улыбкой. — Вы уже решили, кто займет Ваше место.

—Да, это будет Дарья. — объявила начальнику я, умолчав, что Даша не считает нужным занимать мое место.

—Замечательно. — кивнул мистер Харис и добавил. — Вы можете быть свободны.

—Хорошо, спасибо. — кивнула я начальству и ушла думать, с кем можно оставить мою маленькую мисс на два дня.

Обед. Я сидела в кафешке рядом с Посольством и пила чай с сэндвичем. Как-то есть не хочется. Боже, какая проблема найти человека, который готов хоть бескорыстно, хоть за плату посидеть с Соней. Сердце болит, ведь оставлять мою крошку дома с чужим человеком нет никакого желания. Мой малыш – только мой малыш. Сонечка такой милый, чистый и невинный ребенок. Моя дочь очень добрая, ранимая и чувствительная особенно к переменам в окружении. Нам комфортно быть только вдвоем. Я уже начинаю глубоко сожалеть о том, что повелась на продвижение по карьерной лестнице и так быстро согласилась. Ух, горе-мамаша.

В момент, когда я, схватившись за голову, хотела поплакать, ко мне за столик подсели Даша и компания. Под «компанией» я имею в виду Валю и Пашу – нашу сладкую парочку, которая поженилась в прошлом месяце. Теперь эти двое мозолят всем девушкам с разбитыми сердечками глаза со своими мурлыканьями и воркованиям буквально на каждом шагу. Идиоты. Интересно, на долго ли их хватит? Я бы хотела сказать Вале и Паше, что скоро они столкнуться с кризисом первого года семейной жизни, да не поверят. В их мире все прекрасно. Не надо туда лезть. У нас со Шведовым тоже было, пока кораблик не напоролся на рифы бытовухи и едва ли не потонул. В принципе он затонул чуть позже по причине того же. Не хочу больше любить так же пылко и страстно, как в прошлом. Собственно, поэтому я и выгорела до самого пепла изнутри. Ничего не осталось от той любви, что жила раньше. Только горькие сожаления. Впрочем, я просто теряю свое время, рассуждая обо всем этом.

Что касается Даши, то её попытки найти новую любовь ни к чему хорошему не приводят. С прошлым парнем она благополучно провстречалась ровно сутки. Именно этого времени ей хватило понять, что это не её судьба. Даша все еще не сдается, не теряет оптимизма и пытается подбить меня сходить с ней на свидание вслепую. Нет уж, я практически вслепую уже встретила одного козла, с которым хлебнула всякого. Матери-одиночке нужно заботиться о своем любимом чаде, чтобы у него было абсолютно все и даже больше. Ладно, Лера, соберись и подумай, кому ты можешь доверить самое дорогое, что у тебя есть в этой жизни.

—Чего грустишь? — спросила Даша на позитиве.

—Мне нужен срочно babysiter. — удрученно проговорила я, положив голову на стол. — Мне нужен надежный человек, которому я могу оставить одного ребенка и собаку и уехать со спокойной душой.

—Может мы? — неожиданно предложил Паша. — Ну, а что? Мы планируем детей.

—Паш, не издевайся надо мной. У вас, уж прости, еще медовый месяц не кончился. Соня очень напоминает своего папашу. Приключения к ней примагничиваются за секунду. — вымученно сказала я.

—Ого, ты никогда не рассказывала о её отце. Кто он? — спросила Валя, а мне в это время на голову упал кирпич.

—Русский бизнесмен – Козел Сергеевич. — съязвила я и, раз уж Валя сама начала этот разговор, решила поделиться кое-чем с ними. — Вы только не обижайтесь, мы, когда с ним только поженились, тоже такие же были, а через годик на нас свалился первый криз – бытовая рутина.

—Секса мало было. Если есть секс, то рутина уже не рутина. — отмахнулся Паша, думая весьма тривиально и цинично.

—Он в постели был как чертов Аполлон по три подхода за ночь пять раз в неделю и не уставал. — закатила глаза я, одернув Пашу.

—У-у-у, кто-то завидует, потому что так не может. — захихикала Валя, прикрыв половину лица ладошкой. — Максимум два, и валится с спать.

—Валь, ты чего? — Паша смутился и покраснел, подбирая отговорки. — Лера явно преувеличивает.

—Н-е-ет. — протянула я, вспоминая о сексе со Шведовым, хоть какие-то приятные воспоминания о нем остались. — Этот человек не унимался всю ночь, на утро вставал и шел на работу без исключений.

—Монстр какой-то. — наконец возмущенно фыркнула Даша. — Он тебя будто в сексуальное рабство взял.

—Да, самый настоящий козел: три года пользовался, потом приревновал и выгнал. — буднично выдала я и с умным видом добавила. — Теперь вместо меня с ним живет моя бывшая лучшая подруга. Гений!

—Печально. — Даша сочувственно похлопала меня по плечу и опустила глаза.

—Соня в этого мудилу такая кудрявая? — уже более осторожно спросил Паша.

—В него, но попрошу не смахивать под одну гребенку с этим рогатым мою дочь. Это у них в семье по наследству передается. Все, как один, темно-русые и кудрявые. — томно вздохнула я. — Я к чему это все начала. У нас с ним до того злополучного дня-то все огонь было. Жизнь – супер. Любовь-морковь, взаимное уважение, доверие и так далее. Вы лучше на этом не зацикливайтесь, а учитесь друг друга принимать такими, какие вы есть на самом деле.

—Ты это из собственного опыта разведёнки говоришь? — Паша определенно не оценил моего порыва наставить их на путь истинный.

—Ну, как хотите, но отмечу, что годики моего несчастливого брака все еще тикают. — пригрозила пальцем Паше я, чтобы не дерзил мне тут.

—И сколько уже натикало? — в очередной раз втиснулась Валя со своими вопросиками.

—Почти семь лет. — фыркнула я, откусив кусочек от сэндвича.

—А что не развелись, раз ненавидите друг друга? — Паша явно чувствовал себя оскорбленным моими словами, поэтому, аки петух, пытался доказать мне мою же собственную неправоту и отстоять честь его семьи.

—Фиг знает. Мы не уверены, что ненавидим друг друга. По крайней мере у меня есть объективная причина не разводиться: я не хочу, чтобы он узнал о нашей совместной дочери и не забрал у меня ребенка. — я была весьма безразлична к своим же словам.

—Класс, ты боишься собственного мужа. — заключил Паша.

—Я? Да, боюсь, потому что я знаю, на что способен Козел Сергеевич. — не стала убегать от ответа я. — Вот поэтому я в экстренном порядке ищу няню для дочери, чтобы в будущем быть в состоянии дать ему достойный отпор.

—Ну-ну, это все просто отговорки. Ты зависима от своего почти бывшего. — Паша ткнул в меня пальцем.

—Вы, ребятки, меня еще вспомните. — я честно разозлилась и, не став доедать сэндвич, встал. — Я тоже думала, что всю жизнь буду счастливо жить замужем, но этого не случилось.

—Не сваливай на нас свои личные неудачи! — крикнул мне в след Паша.

—А я и не сваливаю, я констатирую факты! — не устояла от ответа я и ушла.

К концу дня няня так и не нашлась. Я начала думать, что это карма. Все сегодня прирастают ко мне с вопросами о моей личной жизни. Утром Брэндон мне в женихи набивался. Я бы попросила его посидеть с Соней, но гордость не дает мне этого сделать. Нечего ребенка с этим донжуаном оставлять. Пусть засунет свою любовь в одно место. Паша, сплетник проклятый, растрындел всем о моей неудачной личной жизни мне в отместку. Ненавижу мужиков! Где их стержень? Почему они все такие подлые, как девочки? Не расстраивайся, Лера. Ты что-нибудь придумаешь.

Наконец-то рабочий день кончился. Я решила обратиться к Мэди за помощью. Должно прокатить. Боже, я так редко к тебе обращаюсь, но, пожалуйста, помоги мне! Должно же мне повезти хоть однажды. Весь офис собирался домой. Я внимательно изучала материалы конференции и имела наглость внести в них несколько поправок, дабы искоренить неточности. Поверьте, предыдущий спикер был весьма талантлив, однако упустил пару демографических и геополитических моментов. Должен получится огонь. Как в самом начале, когда я только пришла на работу в Посольство, ко мне подошла Даша:

—Ты не нашла няню? — спросила она немного виновато.

—Ох, нет. На худой конец попрошу соседку или возьму Соню с собой. — я потерла лоб, оперевшись о стол локтями.

—Тогда я могу. Ты же знаешь, у меня двое племянников и богатый опыт общения с детьми. Соне я вроде бы тоже нравлюсь. — Даша была весьма сосредоточенна в своем намерении стать нянькой.

—Правда? Ты меня очень выручишь? — внезапное предложение Даши меня оченнь обрадовало. — У тебя точно нет никаких планов? Вдруг я тебя отвлеку от дел.

—Какие дела? Я тут подумала, что было бы неплохо тебя выручить. Мы подруги как никак. — Даша уверенно закивала.

—Что ж, тогда поехали. — широко улыбнулась я.

Мы не говорили на тему нашего междусобойчика с Пашей. Мне хватило осадочка после разговора с Брэндоном. Достаточно. По приезде домой Сонечка тотчас вылетела ко мне и повисла на шее с радостными визгами. Сердце в груди сжалось от мысли, что сейчас мне придется сообщить этой маленькой крошке, что уезжаю и оставляю её с Дашей. Из глаз по щекам покатились слезы. Я слишком сильно люблю мою крошку. Не отдам! Блин, не хочу уезжать.

—Mummy, ты чего? — Соня дотронулась до моего лица. — Мамочку кто-то обидел?

—Маме придется уехать, вот я и плачу. — прошептала я, крепко обняв дочь. — Мама не хочет оставлять с тебя с тетей Дашей, а надо.

Ребенок все понял и заплакал. Все, приплыли. Запишите меня в самые ужасные матери на свете.

—Мама, ты плиедешь назад к Соне? — пробормотала Сонечка.

—Да, мама всегда будет бежать только к своей малышке. — я погладила дочь по головке. — Ты меня отпускаешь?

—Если мама лаботать. — пробурчала Сонечка, опустив глазки.

—Какая ты же у меня хорошая. — я поцеловала дочку в щечку.

С тяжелым сердцем я быстренько собрала вещи в чемодан и вызвала такси до аэропорта, закидав Дашу наставлениями, как нужно ухаживать за Сонечкой. Она у нас натура сообразительная, чувствительная и гиперактивная. К ней нужен подход. Особый. Ладно, если что, Даша позвонит. Вот така меня и занесло на международную конференцию.

Москва

Кирилл

Это была запойная неделя. Может быть даже две недели? Я точно не помню. Сначала я держался. Честно. Потом в квартире стало пусто. Но я все равно не отчаивался и пытался искать следы Леры. Валерия Розова пропала из соцсетей. Страничка Леры Шведовой была удалена много лет назад. В «Инстаграмм» – пусто. Я проверял даже зарубежные сети. Ничего. Будто моей жены никогда не существовало. Очевидно, она скрывается от меня. Лера не хочет, чтобы я нашел её, поэтому в ход пошли настойчивые звонки Олегу. Я даже денег ему предлагал. Не взял. Этот тип решил отыграться на мне несколько иначе, заставив сидеть со своим двухмесячным сыном, а сам умотал в кино с Миленой. Да, я согласился и пытался совладать с маленьким ребенком целый день. Это было сложно. О чем вообще думал Олег, сбагрив на меня своего вечно орущего сына? Каков отец, таков и сын. В этом вопросе люди не дадут соврать. Если бы не домработница, мне конец. Не представляю, как мы бы с Лерой справлялись с нашим собственным ребенком. В обмен на информацию я едва ли не повесился и следующим утром нашел у себя несколько седых волосков.

Все началось со звонка Олега несколькими днями ранее. Сказал, что прислал мне видео. Шантажист. Не зря же я страдал в няньках? Оговорюсь сразу, до этого я сохранял самообладание и готовил план мести Тине и Маше. Если не я, то кто? Лера не приедет. Она послала Москву и меня в лице нашего прекрасного города к чертовой матери. Многие винят меня в том, что Лера отказывается возвращаться, ведь с ней на территории России не может встретиться никто. Без исключений. Лера оказалась весьма категорична в этом вопросе. Насколько я понял, для этого придется чесать заграницу. Страну мне не называют, однако я догадываюсь, что моя Зайка в Англии. Это не точно. Лера ограничивается телефонными звонками, но мне удалось узнать, что у нее гостили как минимум четверо наших общих знакомых: Миша и Кира, Олег и Милена. По-партизански молчат. Из этого я уяснил, что они от меня что-то скрывают. Все. Никто не хочет посвящать меня в дела Валерии Шведовой.

Дело было вечером. Я сидел на диване. После звонка Олег выслал мне видео, сказав, что выполняет свое обещание. Он прислал мне выступление Леры. Она стояла на трибуне с непроницаемым лицом. Казалось, ничто не заставит её отвлечься от темы своего монолога. Раньше Лера не любила выступать на публике. Стеснялась. Лишнее внимание вызывало у нее дискомфорт. Сейчас она не замечала огромный зал, смотря на всех присутствующих и одновременно не обращая внимания ни на кого. Пусть я не знаю английского и не могу понять, то она говорила, но у нее была блестящая речь. Я так чувствовал. Запал в глазах не передать словами.

Для меня это был действительно другой человек. Я раньше не знал такую Леру. Дело даже не в её короткой стрижке, а в том, как Лера себя подавала. Такая суровая, строгая и принципиальная. Женщина, которая не умеет улыбаться, которая лишила себя эмоций, которая не прощает и не жалеет. Раньше она была совсем другой и звонко смеялась со мной по утрам и вечерам. Теперь я догадываюсь, почему с годами девушки черствеют, добиваются своего и, находясь при должности, становятся невыносимыми старыми грымзами. Просто в жизни тоже они имели дело с мужчиной таким, как я, который в один день их сломал.

Одинока ли Лера? Счастлива ли моя Зайка? Вспоминает ли обо мне? Нет, она совершенно точно исключила меня из своей жизни. Мда, теперь я у нее в «черном списке». Я чувствовал пропасть, разразившуюся между нами. Моя Зайка больше не моя, потому что она исчезла. Мое воображение нарисовало мне картинку: я стою на одном конце обрыва и смотрю Лере в спину. Моя жена ушла. Она не обернется, и мне не докричаться. Она так далеко, что я не могу до нее дотянуться. Захотелось выпить. Я налил себе виски из бара и пересматривал запись выступления снова и снова, постепенно опустошая бутылку. Надежда медленно исчезала. Я изучал видео раз за разом, чтобы понять, что сейчас чувствует Лера. Моя одержимость моей маленькой Золушкой сводила меня с ума, заставляла сожалеть и горевать.

Сначала прошел один день, затем другой, а потом я потерялся и сбился со счета. Из офиса до меня не могли дозвониться. Я не отвечал. Не хотел. Наступило моральное опустошение, будто все чувства вытащили и оставили только разочарование. Глубокое разочарование в себе и своей жизни. Гордость, которую я испытывал, когда другие мне завидовали, глядя на Леру, стала душить, будто петля на шее. Я понял, что потерялся, зато есть бутылка дорогого пойла. Мне ничего не хотелось, кроме как тихо пить и в одиночестве пересматривать видео с выступлением Леры. Дурак, ты не станешь от этого к ней ближе. Уже никогда не стану. Ворота нашего маленького Рая захлопнулись перед моим носом. Небесная канцелярия выписала мне путевку в Ад.

На бесчисленный день моего запоя, когда сам я отсыпался в кресле, в мой дом вошла Катя. Честно сказать, я и забыл, что отдал ей дубликат ключей. Впрочем, это уже не так важно. Она была не одна. По мою душу пришли еще мама и Олег. Мне кажется, я уже в Аду. Мерещились черти. Прошлой ночью я видел Леру. Она приходила и говорила, что ненавидит меня, закусывая нижнюю губу. Она всегда так делала, когда общалась с человеком, который ей не нравится. Лера не стесняется своих чувств. Ненависть – тоже чувство! Боже, как я её люблю. Катя похлопала меня по щекам, но это не принесло результата. Мое тело не хотело реагировать, хоть я сам осознавал происходящее.

—Ле-ра, не у-у-у-уходи… — выдавил я и продолжил мычать. — Я-я с-стану л-луч-ше…

—Надеюсь, он не словил «белочку». — обеспокоено проговорил Олег.

—С-словил, О-Олежек. — запнулась мама. — Сережа тоже любил выпить, но я предположить не могла, что это предастся Кириллу в «таком» варианте.

—Теть Лен, у нас два варианта: либо вызвать нарколога сюда, любо везти его в больницу. — голос Кати звучал весьма испуганно.

—Если журналисты узнают, что с ним стало, Кириллу не отмыться во веки вечные. — проговорила мама дрожащим голосом.

—Судя по всем этим бутылкам, в Москве алкоголя стало вполовину меньше. — брезгливо прозвучала Катя.

—Елена Александровна, сами мы его из запоя не выведем. Тут как минимум нужен нарколог. Капельница. Может, укольчик какой. — Олег звучал весьма убедительно.

—Н-не на-до м-ме-ня к г-гипо-к-кратам… Я т-трезв, к-как стек-лыш-к-ко… — начал возникать я, силясь встать и пройтись.

—Сиди! Я за врачем. — заключил Олег, усадив меня обратно в кресло.

Вроде бы мама и Катя звенели бутылками, затем попытались переложить меня на диван, но безуспешно. Мама обозвала меня здоровым бугаякой, матерясь не по-детски. Никогда не думал, что она знает такие слова. Где же её любимая цензура? Из уст Катерины вылетела парочка выражений иностранной брани в мой адрес, естественно. Правильно, обматерите меня всем стадом. Это выводит, если честно. В конечном счете все закончилось тем, что Катя вылила мне на голову ведро ледяной воды. Кресло не пожалел никто. Я не разлеплял глаза. Веки оказались слишком тяжелыми, чтобы их открыть. Нервы у дам сдали. Лера во время таких вот эпизодов нашей семейной жизни говорила, что меня еще надо выдержать. Катя пару раз чертыхнулась. Мама опять добавила в красках. На тот момент я не отдавал себе отчета и воспринимал происходящие как какое-то немыслимое новоюждене.

Вскоре вернулся Олег с врачом. Начались суета и толкотня. Кое-как меня переложили на диван, назвав жирным. На себя посмотрите, уроды. Нарколог начал меня щупать. Он только одно мое место не потрогал. Ну, давай, и там потискай меня вместо Леры. Извращуга проклятый. Под мои нечленораздельные бормотания врач поставил мне капельницу. Надеюсь, я после этого не проснусь. Эдакий смертельный укольчик. Может быть, Лера приедет со мной проститься. Как моей жене, все достанется ей. Потянуло в сон, но я слышал разговор с врачом:

—И сколько он пил по времени? — спросил гиппократ весьма буднично, ведь богатых алкоголиков вроде меня он видит каждый божий день.

—Две недели, не просыхая. — ответил Олег весьма недовольно.

—И часто он так? — сухо уточнила морда в белом халате.

—Это первый раз. Слетел с катушек после того, как от него жена ушла. — шумно вздохнула Катя.

—Оговорка. Он сам её выгнал, а теперь вернуть не может. Вот теперь бесится. — зачем-то поправил Катю Олег с явным намеком на упрек.

—Ясно. Я бы порекомендовал ему обратиться к психологу. Он сейчас на грани алкоголизма. — сурово отозвался о моем нынешнем состоянии врач.

—Мы и сами понимаем. Во всем виновата депрессия. — наконец заговорила мама.

—Вот её он и запивает. — заключил Олег. — Не представляю, что бы я делал, если бы от меня ушла Милена и забрала с собой Шурика.

—Уж точно не это. — мама в голосе весьма категорично, тыкнув на мою тушку.

—Ну, он сам до этого довел. Если бы Кирилл поговорил с Лерой тогда, сегодняшнего инцидента можно было избежать. — Олег звучал без всякой обиды на меня из-за того случая, скорее ему было жать меня.

—Мы все прекрасно знаем, что Кирилл от природы слишком гордый и Лера чересчур правильная и честная. — встряла Катя весьма мрачно. — Им поможет только время.

—Главное, чтобы Кирилл до этого момента не спился. — мама была весьма обеспокоена сегодняшним открытием моего запойного состояния и наконец обратилась к коновалу в белом халате. — Что скажите, доктор?

—У него сейчас кровь загажена убойной дозой алкоголя. Потребуется далеко не одна капельница, чтобы все это вывести и облегчить работу его печени. — тяжело вздохнул гиппократ. — Я бы порекомендовал начать курс психотерапии. Если не поможет, то кодировать, пока не стало слишком поздно.

Очевидно, что слова врача не понравились ни маме, ни Кате, ни Олегу. Они отреагировали на все это томным вздохом.

—Мы поняли, спасибо. — сникла мама.

—Пожалуйста, сохраните все в тайне. — тихо проговорила Катя, и в её руках зашуршали банкноты.

—Разумеется. — гиппократ прозвучал весьма учтиво, ведь его меркантильный интерес удовлетворен.

Что было дальше я, увы, не в состоянии вспомнить. Уснул, простите, но по ощущениям кости мне мыли долго. Тело ломило. Голова не работала. Не могу сказать, что вечером того же дня отличался особой рассудительностью, зато всяко был трезвее. Капельницу убрали. Мне подложили под голову подушку и любезно прикрыли пледом. Я приподнялся на локтях, пытаясь сконцентрироваться на происходящем.

—Проспался? Или похмелиться дать? — мамин голос звучал устрашающе.

Мама и Катя сидели за столом на кухне и пили чай, наблюдая за мной за распахнутые настежь двери. Как раз открывался хороший вид на диван, который я вчера отвернул от стены, чтобы не видеть картинку на проекторе. Я бы сделал вид, что до сих пор в беспамятстве, да здравый смысл подсказал, что не вариант. Мама уже знает, что я пришел в себя. Симулировать, как в детстве, в почти тридцатник не сработает. Я опущусь еще сильнее в маминых глазах. В принципе уже и не важно, что сейчас она скажет. Здесь нет Леры. Мне все равно, что будет дальше.

—Оправдания? — предоставила мне слово Катя.

В ответ тишина.

—Правильно, дорогой мной, не поможет. — мама одарила меня своим фирменным испепеляющим взглядом, под которым прогибался даже мой отец, что уж говорить обо мне. — Лерушка правильно сделала, что ушла. Ты ведешь себя по меньшей мере несерьезно.

—Ты позоришь всю нашу семью, Кирилл. Посмотри нас себя? До чего тебя довела гордыня. — голос Катерины был ледяным, словно айсберг.

—Такими темпами Лерушка посмотрит на тебя и решит развестись. Я бы тоже не стерпела, если бы мой муж спился. — мамино лицо не выражало никаких эмоций.

В ответ на обвинения в моей собственной слабости я молча встал и включил видео выступления Леры. Мама как-то подозрительно отвернулась от экрана. Катя отвела глаза, чтобы не встречаться с моими. Что-то с видео? Или у меня глюки? Я что-то не то включил? Нет, Лера снова вещала с трибуны, и только сейчас мой взгляд натыкается на мамину фамильную драгоценность – брошку. У Леры на лацкане брошка, которая передается от матери к дочери в маминой семье. Я посмотрел на маму со словами:

—А теперь вопросы задавать буду я.

—Лера в Англии. Да, у нее моя брошка. Да, я передала её через Андрея. Адрес сказать? — мама сдалась и созналась. — Только она тебя на порог не пустит в таком виде.

—Вместо того, чтобы бороться за свою счастье, ты просто сдался и взял в руки бутылку. Ты такой Лере нужен? Слабый. Жалкий. Ты – нытик, Кирилл. — Катя раскатала меня катком из железных аргументов. — В отличие от тебя Лера не стала сидеть на месте. Она пошла дальше, начала новую жизнь.

—Катюшка умные вещи говорит. Лерушка не зацикливается на вашем совместном прошлом. Она живет настоящим и думает о своем будущем. Ты же просто подстроился под ситуацию, в которую ты себя и загнал. — мама развила мысль Кати. — Хочешь спиться? Пей. Ты сам не замечаешь, как морально разлагаешь.

—Продолжая заниматься самобичеванием, ты не вернешь Леру домой. Ты просто угробишь свою жизнь и сведешь себя в могилу. — Катя подвела под нашим разговором черту.

—Как только ты докажешь мне, что готов, я поговорю с Андреем. Уверена, он скажет адрес. — заключила мама. — Но для начала изменись.

—А я тебе в этом помогу. Если ты не против, конечно. — поставила точку Катя и замолчала.

Они правы. Я все это время ныл и жалел себя. Бедный я. Выгнал Леру и плачусь теперь с бухлом в руках. Что-то пора меня. Пора вернуть мою Зайку назад. Соображал я, собственно, не особо быстро. Не знаю, сколько я думал над тремя простыми выводами, но по выражению мамы до меня дошло, что очень долго.

—Ладно, вы обе правы. Я завязываю. — решительно говорю я.

—Наконец-то. — с облегчением выдохнула Катя. — Чтобы ты не сорвался, я поживу с тобой. Это обязательное условие, понял? Еще с завтрашнего дня ты начинаешь посещать психолога. Все договорено.

—Но мне не нужен психолог. — возразил я.

—Нужен. — отрезала мама таким тоном, будто сейчас даст мне ремня.

—Н-ничего против не имею. — поднял руки я в знак своего поражения.

—Хороший мальчик. — мама поднялась со стула на кухне. — Катюш, я передаю тебе это оболдуя на перевоспитания. Сделай из Кирилла человека.

Катя подошла поближе. Принюхалась. Брезгливо отвернула от меня нос. Прикинула что-то у себя в голове. Я узнаю этот взгляд Кати. Она задумала поиздеваться надо мной. Нет! Я попал в переплет. Выхода нет. Мама и Катя три шкуры с меня спустят. Чувству, страдать я буду долго. Что уж там, Кирилл, ты сам поставил себя в невыгодное положение.

—Фу, от тебя несет потом и перегаром. А мылся ты когда? Иди-ка глянь на себя. — Катя опять раскритиковала меня и указала на дверь в гостевой теалет на первом этаже.

Сказали идти, пойдем. Я дошел ползком. Серьезно, силы выветрились. В туалете перед зеркалом стоял большой, волосатый мужик. От длительного запоя мое лицо отекло особенно под глазами. Про свою бороду я молчу. Лера бы убежала от меня, как только бы увидела. Она не терпела бородатых, неотесанных мужчин и всегда просила меня бриться. Мои волосы свились в какой-то непонятный комок. Где мои роскошные кудри, которые так любила Зайка? Кирилл, что с тобой стало? Я и впрямь сам нэпа себя не похож. Появилось желание принять контрастный душ. Девушки клеят себя под глаза какие-то кружочки от отеков. Интересно, у Кати есть с собой? Я больше смахиваю на бомжа, чем на бизнесмена.

—И тебя вылечим. — Катя похлопала меня по плечу с нотками сарказма. — Вычешем. Облагородим. Будешь, как огурчик.

—Уж пожалуйста. — съязвил я.

—Катюшка, ты ему по шапке надавай. Если не будет слушаться, я с ремнем приду отцовским. — крикнула мама.

—Теть Лен, это тот самый? С пряжкой? — Катя специально акцентировала внимание на огромной пряжке на любимом ремне моего отца, которая оставляла на моей заднице огромные красные следы, что сидеть нельзя.

—Тот самый. Символ плохого поведения Кирилла. — мама звучала весьма убедительно в своем желании надрать мне задницу именно этим ремнем.

—Мам! — испуганно вскрикнул я, вспомнив, как в детстве мне было больно и обидно после ремня.

—Я тебе дам, а не «мам». Ишь чего устроил. Уже взрослый мужик, а кривляешься как мальчишка. — мама накинула на себя пальто у двери и показала мне кулак.

—Данечка так себя не ведет, к слову. — Катя везде найдет повод похвалить своего сына.

—Сейчас дети умненькие пошли, в отличие от некоторых. У моей знакомой дочка – кнопочка еще совсем, а все в этой жизни понимает для ребенка. — мама одарила меня разочарованным взглядом.

—Хорошо, что она в мать пошла. Это моя подруга. Если бы девочка в отца уродилась, то это все. — засмеялась Кать, оценив шутку.

—Вы о ком? — ничего не понял я.

—Это тебя не касается. — отрезала мама и открыла дверь. — Так, заболталась я с вами. Мне домой пора.

—До свидания, теть Лен. Я о Кире позабочусь. — Катя встала рядом со мной и со всей дури хлопнула меня по спине.

— Ау! — вырвалось у меня.

—Правильно, Катюш. Выбей из его непутевой головы всю дрянь. — бросила мама и закрыла за собой дверь.

Как только мама ушла, Катя хитро посмотрела на меня, как в детстве. Я поежился. Она уже придумала что-то, что заставит меня делать, и не факт, что я буду в восторге. Хотелось спрятаться в шкаф, залезть под кровать или еще куда-нибудь еще. Каким бы я в детстве ни был хулиганом, когда к нам в гости приходила Катя, я становился образцовым ребенком. Папа даже шутил, что она должна к нам переехать и учиться со мной в одном классе. Я все время кричал «нет» и убегал. Почему? Потому что Катюха – еще тот ушлый управленец. По сравнению с ней, я – просто второсортный гастарбайтер. Так строить людей мне не дано. Это врожденный талант.

Бинго! Катя вынесла мне швабру и торжественно вручила вместе с ведром. Дальше эта женщина открыла окна, включила кондиционер и веселенькую музычку. Пахнуло свежесть. Хоть что-то в этой квартире свеженькое. Класс. Вариантов у меня не было. Вход и выход она закрыла на ключ. Я попал! Нытье о своем похмелье усугубило положение. Короче, я всю ночь убирал свое же жилье. Катю не смущалось, что я это делал крайне медленно. Она просто сидела и отправляла фоточки, где я ползаю под столом, собирая пустые бутылки, Олегу и Милене. Они все равно не спят. У них сын. Какое унижение. Чувствую себя дегенератом, хотя, может, так оно и есть? Я вымотался. Мне хотелось только спать, но я все равно натирал до блеска полы. Катя следила за тем, чтобы я не пропустил ни одного пятнышка, и каждый раз тыкала мне во всякую хрень. Бесит.

К утру я закончил с уборкой и присел за барную стойку.

—Закончил? — с насмешкой спросила Катя.

—Да… — вымученно произнес я.

—Оу, совсем умираешь? В принципе это не важно, потому что сейчас ты идешь знаешь куда? — предоставила мне право подумать Катя.

—Спать? — мечтательно предположил я.

—Нет. Работать! — с наигранной радостью и очередной издевкой воскликнула Катя. — Ты думал, мы тебя все пожалеем здесь? В попу подуем?

—Д-да. — вырвалось у меня.

—Обойдешься. Лера всю эту квартиру за вечер убирала, а ты за ночь и чуть не помер по пути. Совесть есть? Возвращайся в строй, алкоголик недоделанный. — Катя налила мне стакан воды. — Жизнь идет. Сам мне говорил, что время – деньги.

—Я такого не помню. — включил заднюю передачу я, отведя глаза.

—Шведов Кирилл Сергеевич, ты сам свои яйца подберешь, или мне их тебе платочком подвязать? — Катя была весьма категорична и груба в своих формулировках.

—К-Катя, ты же у нас леди. — удивленно заморгал я, пытаясь предъявить Кате претензии по поводу жестокого обращения со мной.

—И что? Ты по-другому не понимаешь. Объясняю на доступном языке для тряпок. Швабра, которой ты полы мыл, тверже, чем твой характер. — опять попрекнула меня Катя и закатила глаза.

—Катюха, я все понимаю, но замолчи уже! — сорвался на Катю я. — Ты гоняла меня со шваброй всю ночь! Теперь всеми изощрёнными способами обозвала меня неудачником!

Губы Кати растянулись в хитрой улыбке, которая разозлила меня еще сильнее. Надоело все это.

—Оу, у нашей тряпки голос прорезался. — голос Кати звучал удовлетворенно. — Чего ты хочешь?

—Я хочу вернуть Леру. — быстро сообразил я, что вопрос был не про поспать.

—Замечательно, тогда пошли. — Катя встала и махнула мне рукой.

«Опыт бесценен, плохо только, что за него приходится

платить своей молодостью".

Стив Харви

Москва

Кирилл

Психология – это фигня, а не наука? Если вы так думали, то ушли не далеко от меня, уж извините за прямоту. Буквально на следующий день после протрезвления, Катя за руку отвела меня на сеанс к психотерапевту. Я неохотно шел на контакт, потому что наивно полагал, что со мной все в порядке. До этого просто сорвался. Оказалось, что все не совсем так, как я представлял. Незаметно психолог вытягивал из меня информацию, заставлял признаваться в самых постыдных вещах, которые я когда-либо делал в своей жизни. По итогу десяти сеансов мне доходчиво объяснили, что все мои проблемы исходят от моих же завышенных ожиданий.

Когда Лера еще была со мной, я слишком многого требовал от нее и наших отношений, ничего не давая взамен при этом. Что я делал для Леры? Просто любил её? Да, любил, и от этого сейчас тихо и одновременно громко страдаю. Тем не менее, Лера делала в сто раз больше. Она ждала меня с работы. Она прощала все мои выкрутасы, когда я звонил ей из аэропорта и говорил, что у меня командировка. Она более-менее стерпела, когда я забыл про её день рождения. Она встречала меня с улыбкой и вкусным ужином. Мне должно быть стыдно за себя. Весь прикол не в этом, а в том, что я хотел еще больше. Я хотел, чтобы Лера родила мне ребенка, но при этом сам не был готов. В конце концов я бы снова скинул ответственность на Леру, пропадая на работе.

Самое смешное, что тяга к завышенным ожиданиям у меня взялась от родителей. С детства папа хотел, чтобы я был золотым медалистом, спортсменом, примерным сыном. Слишком много всего на одного меня, поэтому я всячески отбрыкивался и вел себя не лучшим образом. Короче, вместо золотой молодежи я выставлял себя гнилым мажором, для которого кроме денег нет ничего святого. Собственно, поэтому я решился перебороть себя и измениться ради себя, Леры и нашей семьи. Чтобы не сорваться и довести дело до конца, за мной теперь следит Катя.

Отныне больше никакого алкоголя. Катерина посадила меня на строжайшую диету. Знаете, где я сейчас нахожусь? Вы не поверите.

—Давай, пельмень, я знаю, что ты можешь. — голос Кати звучал требовательно.

Я сейчас сдохну. Мой надзиратель стоял надо мной в тренажерном зале и считал количество отжиманий, которые приходилось делать мне. Ноги уже трясутся, дыхалка не работает, печень колит и болит, но мы выполнили лишь половину от нормы, которую установила Катя. Она теперь еще и за фитнесс-тренера. Почему так? Ну, потому что конкретно эта женщина живет по строгому расписанию. Данная занудная привычка у нее со школы. Методом нехитрых вычислений, Катя разработала план мести Маше и Тине. Первым пунктом стало привести меня в надлежащий вид. Замеры и контрольное взвешивание показали, что мне предстоит сбросить почти десять килограммов лишнего жира. Не спрашивайте, как я разъелся до таких размеров. Это все Тина и перекусывания находу. Я думал, мне нужно только побриться и подстричься. Петух, индюк, гусь и все остальные тоже что-то думали перед тем, как попасть в суп. Теперь Катя варит из меня похлёбку.

Мама, кстати, довольна моими первыми результатами. В качестве вознаграждения она рассказывает мне о Лере. Оказывается, её скоро повысят. Вообще, моя Зайка живет очень насыщенной жизнью. Мама обмолвилась, что за ней ухаживает какой-то американец. Катя детализировала его, как молодого, образованного, высокого, накаченного сына и наследника американского магната с хорошей репутацией. Мда, куда ж мне до такого «идеала». Меня для мотивации теперь обзывают «пельменчиком». Сначала было обидно, зато потом я и сам понял, что мама и Катя правы. Я действительно растолстел. По сравнению со мной почти четыре года назад, сейчас я, мягко говоря, не в лучшей форме. Лера такая худышка на видео. Мне кажется, она раньше выглядела чуть полнее. Наверное, она снова забывает кушать.

Еще Катя случайно сболтнула, что к Лере клеился её сосед и друг детства. Почему всякие, не буду говорить кто исключительно из-за цензуры, вьются вокруг моей жены? Да, Лера очень красивая, и привлекательная, и воспитанная, и умная, и добрая, и веселая, и обаятельная… Кого я обманываю, она – идеальная. Даже я искал Леру по всей Москве, потом похитил её из дома, потом моментально женился, чтобы не увел никто. В прошлом ревность меня и сгубила. Даже сейчас я продолжаю ревновать мою Зайку к людям, которых даже в глаза никогда не видел. Не дурак ли? Причем они на данный момент могут иметь больше прав на нее, чем я. Иногда я думаю, что без меня Лера всерьез чувствует себя счастливее или свободнее, только отпустить её навсегда – не выход. Скорее всего я действительно тот еще эгоист, но попрощаться с Лерой означает навсегда остаться одиноким, прожить унылую жизнь и встретить печальную старость. Если Лера не будет сидеть со мной на одной лавочке лет так через тридцать-сорок в окружении наших детей, внуков и правнуков, то все мои миллионы, бизнесы, машины, дома нажиты зря.

—А теперь сорок приседаний по три подхода, пельменчик. — Катерина захлопала в ладоши, начав считать. — Раз. Два. Три. Четыре. Хороший пельмень. Интенсивнее! Интенсивнее!

—Я сдохну, но допреседаю. — пробубнил я, стиснув зубы.

—Так, ты там не отвлекайся. Только за тобой перестала следить Лера, сразу раскабанел, от рук отбился. Фух, даже говорить тошно. — Катя махнула на меня рукой. — Отдохнул?

—Да. — закатил глаза я.

—Тогда, у тебя еще на два подхода хватит. — Катерина рьяно взялась за мои тренировки.

—Мне остался один. — взмолился я.

—Будешь ныть, еще один накину. — Катя демонстративно скрестила руки на груди.

Я начал снова приседать. Спорить бесполезно. Придется мучиться. Катя не выпустит меня из спортзала, пока я не отработаю норму. Блин, ладно, придется потерпеть. Сейчас я готов пойти на все, чтобы вернуть Леру. Если для этого мне нужно выглядеть качком, то заметано. Всем здесь собравшимся, наверное, любопытно узнать, что же такого задумала Катя, чтобы отомстить Тине и Маше. Сразу оговорюсь, что план придумала Катерина вместе с моей мамой, так как тонко и жестоко отомстить одной женщине может только другая женщина. Катя и мама очень злопамятные. В чем суть? Суть в уничтожении Тины и Маши моими руками. Начнем с малого, а закончим большим. Чем именно? Друзья мои, какой вор перед ограбление звонит в полицию? Терпение. Только терпение.

Закончив с сеансом трудотерапии в спортивном зале, я пошел домой. Надеюсь, объяснять не стоит, что в «Москва-Сити» все удобства заключены в одной стеклянной высотке. Я всего лишь поднялся на лифте к себе в квартиру. Принял душ. Катя уже поджидала меня на кухне, чтобы выкинуть на работу. Порывшись на полках с косметикой, которую «забыла» Тина, я откапал те самые кружочки, которые девушки лепят себе под глаза от отеков. Соблазн велик. Не пропадать же добру? Ай, Тине они все равно уже не понадобится, а я в последнюю неделю хожу с мешками под глазами. Не стоит говорить, что я не специалист по всем этим бабским штучками, но все равно надежна умирает последней. Косметику любила Лера. Не до фанатизма, как Тина. Однажды я застал Леру с этими самыми кружочками под глазами утром и, конечно, посмеялся над ней, потому что это выглядело максимально странно. Мда, на что только не пойдешь ради разглаженной рожи.

Переборов реального мужика внутри себя, который кричал, что это самая дебильная идея, из всех когда-либо приходивших мне в голову, я наклеил два полукружочка себе под глаза. М-м-м, пахло от этих силиконовых фиговин розочками. Бьюсь об заклад, их изобрели девушки, чтобы мужские кошельки становились на несколько тысяч пустее. Посмотрел я, значит, на себя в зеркало и понял, что полный лох. Не содрать эту хрень мне позволила мысль о возможном эффекте. Лера иногда мне маски делала, черные точки выдавливала и чем-то мазала мой фейс по приколу. Сам я лично никогда у косметолога не был. Пора пить кофе и идти на работу. Катя должна была мне приготовить.

Отклеивать кружочки я, конечно же, не стал. Вышел во всей красе: в костюме да с силиконом под глазами. Катя сначала не заметила из-за барной стойки, потом как давай тыкать в меня пальцем и смеяться. Я обиделся и притворился, что её вообще нет на кухне.

—Хватит ржать. — надулся я, отсев от Кати за стол.

—Кирюш, может, еще ботокс в носогубную складочку, а? Или в губки? Что-то ты весь в морщинах. — Катю накрыл приступ безудержного смеха. — Или, нет, давай проколем тебе правое ухо? Это сейчас модно.

—Катя, я не гей, чтобы уши прокалывать. Понабралась всякого в своей этой Голландии. — пробурчал я и содрал кружочки из-под глаз. — Ты скоро лопнешь со смеху. Я не собираюсь отшкрябать тебя со стен квартиры.
—Какой ты суровый. Даже прикольнуться не даешь. — Катя прикрыла рот рукой в попытке успокоиться. — Не забыл, что у тебя сегодня психолог после работы?

—Помню, сегодня в семь. — я допил кофе и ушел. — Пока.

—До вечера. — Катя продолжала ржать надо мной. — Эх, жаль, фотку не додумалась сделать.

Я поспешил свалить на работу. Лера никогда так надо мной не издевалась. Прикалывалась на первое апреля, но не жестко. Вы, наверное, уже очень долгое время задаетесь одним вопросом. Кто же такая Катя? Кто? Катюха – моя двоюродная сестра. Дочь маминого брата. По совместительству она – мой бывалый партнер по играм. Мы с ней погодки. Насколько я знаю, мама спорила с моим дядей, кто родит быстрее: она или тетя Марина. Так как дядя заключал пари с моей мамой, дядя проиграл. Зато когда дядя решил отыграться за прошлое поражение и подбил маму на новый спор, выгорал он. В чем они соревновались еще раз? Катерина вышла замуж первой. Мама мне до сих пор просить не может, что в первый год нашей семейной жизни у нас с Лерой не появилось ребенка. Знаете почему? Потому что она снова поспорила и продула. Обо всех проигрышах моей мамы мне рассказывала Катерина. Собственно, ей звонит обычно дядя с криком: «Лена опять мимо!». Цирк какой-то, а не семейка! Я не могу сказать, что мой дядя легкомысленный человек, просто у нас так шутят. Бывает несмешно, признаюсь.

В принципе наши с Катериной отношения с детства такие. Родители по первости нас даже разнимали. Она всегда находила повод, чтобы поиздеваться надо мной. Я подсовывал ей в кровать жуков, которых искал часами, когда она гостила у нас на даче. Теперь Катюха боится любых насекомых. У нее фобия. Катя же приклеивала мои кроссовки к полу на «Момент». Я прочертил носом по кафелю и сломал его нахрен. В углу стояли оба. Однажды нас вдвоем заставили мыть пол в гараже, а потом папа загнал туда свою грязную машину, как только мы закончили. Обидно было до жути. Папа сказал, что ему тоже уже надоело ликвидировать последствия наших выходок. Шутники!

«Веселые» игры у нас были, хотя со временем мы это переросли и начали вести себя более-менее прилично. Ладно, годики идут, а Катюха все так же надо мной издевается. Ничего не меняется. Я сам дал повод. Блин. Как же бесит. Ненавижу! Могу сказать точно: я готовлю план мести. Катя точно где-то проколится. Она, конечно, на четверть киборг, но все-таки с парой недочетов. Теперь вы понимаете, почему Катюха живет по расписанию? Чтобы я не нашел повод для сарказма и приколов. Я найду. Скоро что-то будет. Чую своей задницей. Подождем.

Я отсидел на работе положенные часы. Сразу скажу, что мой подход к видению бизнеса не изменился из-за грандиозного феила в личной жизни. Ладно, может стал чуточку мягче, а в целом нет. Я – злой и требовательный босс. Драть своих лоботрясов так драть. Нечего штаны просиживать с девяти то шести. Мне нужно, чтобы они работали продуктивно. Тимбилдинг – штука хорошая. Помогает сплотить сотрудников неплохо, но не так, как злобный шеф. Общий враг объединяет.

Ровно в шесть, я собрал свои вещички и двинулся на выход. Не могу отрицать, что не осознал свою потребность в сеансах психотерапии. Осознал. Принял. Готов работать над своими проблемами. Тем не менее, все равно иду с неохотой. Не знаю почему. Психолог плохой? Нет, хороший. Это просто я такой. Я такой нелогичный. Самым лучшим психологом была Лера. Он хороша меня понимала, умела поддержать и выслушать. Мда, сейчас мне сложно.

Я зашел в кабинет к психологу, расположился на кресле. Психолог, которого я теперь посещаю раз в два дня, был, знаете ли, такой тетенькой, практически бабушкой. И все-таки эта стильно одетая женщина каким-то немыслимым образом умудряется меня разговорить. У нее весьма уютный кабинетик, в котором она и работает. Мы начали без приветствий. По факту с вопроса. Это для меня приемлемо.

—Как Ваши дела, Кирилл Сергеевич? Ничего не тревожит? — спросила психолог, начав что-то записывать в своей блокнот.

—Меня раздражает, что за моей женой ухаживает какой-то американец, Нелли Владимировна. — признался я.

—И давно Вы об этом узнали? — Нелли Владимировна начинает вытаскивать из меня информацию по чуть-чуть.

—Два дня назад. Я не могу с этим смириться. Как кто-то пытается ухаживать за Лерой, когда она все еще в законном браке со мной? — попытался верить свой гнев я.

—Вы боитесь, что Валерия встретит кого-то лучше Вас и подаст на развод? Вам неприятно, что Ваша жена заводит романы, даже если это не доказано? Вы снова ревнуете, Кирилл Сергеевич. — психолог вкопалась в самую суть моей проблемы.

—Да, именно. Мне неприятно знать, что Лера может найти кого-то лучше, чем я. — признался я, не стесняясь своей ревности. — Я хочу найти Леру, но все, кто знают её адрес, тщательно все скрывают. Меня это злит еще больше.

—Вы пробовали искать сами? Разве для того, чтобы начать поиски, нужно чье-то одобрение? — психолог вальяжно расположилась в кресле.

—Мне не нужно чье-то одобрение, просто… Я понимаю, что, увидев меня вот так, Лера разочаруется. Это может показаться странным, но я очень хорошо знаю, как она доверяет людям и как может ненавидеть. Я уже подорвал её доверие. — признался я, не скрывая своего стыда.

—Что Вы можете сделать, чтобы вернуть доверие Валерии? Вы думали об этом? — психолог уже давно подводила меня к этой теме.

—Хм, я могу все. — уверенно заявил я.

Я рассказал Нелли Владимировне о своем плане мести Тине и Маше. Она не поддержала, но и не отговорила. Мы пришли к выводу, что я отомщу из чувства справедливости, а не из ненависти и желания расплаты за все страдания Леры. От того, что я собираюсь сделать, мне в конечном итоге не станет лучше. Это «бумеранг отмщения», так сказать. Удовлетворения я не получу, зато в московском «высшем обществе» Лера снова будет выглядеть почти святой. Эм, чистой и невинной точно. Репутация моей жены будет восстановлена. Наглецы и хитрецы получать по заслугам. Я делаю это ради Леры.

Во мне что-то щелкнуло после беседы с психологом. После разговора с психологом я воспарял духом. Мне снова начало казаться, что в этом мири нет ничего, чего бы я не смог осуществить. Меня переполняли двоякие чувства. С одной стороны, грудь раздирала ревность и злость. С другой же, я был полон самых нежных чувств к своей жене, которую так хотел вернуть. Я будто проснулся. Очнулся от кошмара. Раз проснулся, то поехали. Сев в машину после сеанса психотерапии, я позвонил Кате:

«Катюха, мы начинаем». — объявил решительно я.

«М-м-м, наконец-то наш Кирилл вернулся». — хитро бросила Катерина.

«Рада за меня, сестренка?» — я намекнул Кате на наши детские приколы.

«Пошли веселиться, Кирюня. Дома, кстати, у меня для тебя сюрприз». — Катя не отставала в подборе детских кликух.

«Лера приехала?» — с надеждой спросил я.

«Не, не она, но информация, которая тебя взбодрит. Отто мне кое-что прислал». — отмахнулась Катерина.

«Понял, мчу». — буркнул я и закончил звонок.

Слова Кати меня заинтриговали. Обычно она говорит все сразу, не утаивая от меня, а тут вдруг сюрприз. Надеюсь, приятны. Не как обычно какая-то подстава. Приехав домой, я увидел картину маслом: Катя, Олег, Милена и мама сидят за столом и пялятся на ноутбук. Не хватает только отца Леры до кучи. Эх, Андрей Викторович с вероятность сто процентов готов закопать меня живьем за все «хорошее», которое я сделал Лере. Этот человек готов переступить через свои принципы интеллигента и плюнуть мне в лицо. Не сомневаюсь, что он так и сделает. Я тихо закрыл дверь и прокрался поближе. Буду подслушивать. Может, узнаю что-то любопытное, чего эта компания никогда не скажет мне в лицо. М-м-м, кажется, у них там интересное обсуждение.

—Не, ты посмотри, как он её за талию обнял. — цыкнула мама, говоря весьма раздраженно.

—Где Лера это платье взяла? Она в нем как принцесса. — проговорила восхищенно Милена.

—Кхэм, он ей его и подарил. — сдавлено проговорил Олег. — Я так раньше делал.

—Ты в нашей компании вообще Казанова со стажем. — Катя подколола Олега.

—Ну, ничего, он завязал. — довольно угрожающим тоном проговорила Милена.

—Вашу личную жизнь обсудим как-нибудь в другой раз. — мама звучала крайне напугано. — Если Кирилл об этом узнает, он же полетит в Европу разбираться. Андрей ясно дал понять, чтобы Кирилл не вмешивался в жизнь Леры, иначе будут проблемы.

—А что папа конкретно сказал? — уточнила Милена. — Насколько я знаю, он очень рад, что у Леры все так удачно складывается.

—Он сказал, что поможет оформить развод в обход Кирилла, если Лера в ближайшие пару лет того захочет. — мама звучала как никогда мрачно.

—Так, пока Лера не надумала развестись, нам нужно помирить их с Кириллом. — оживил разговор Олег. — Какие есть идеи, дамы?

—План давно готов. — вступила Катя, словно настоящий заговорщик.

Сея компания не успела начать обсуждения, так как я распахнул двери кухни. Возникла тишина. Выражение того самого неприятного удивления отпечаталось на лицах мамы, Кати, Милены и Олега. Поначалу это смотрелось очень и очень забавно. В другой ситуации я бы даже сфоткал их фейсы на память. Эффектно я появился, ничего не скажешь. Я скрестил руки на груди и встал в проеме, ожидая объяснений. На экране ноутбука была фотография Леры с каким-то мужиком. Он обнимал Леру за талию. Лера, стоя в белоснежном шелковом платье, в момент съемки смеялась. В принципе я уже понял, что они собрались, чтобы показать мне «это», и вроде как у меня не должно быть никаких претензий, но нет. За секунд я побагровел от злости. В виски ударила ярость. Моя Зайка да с каким-то чужим мужиком. От ревности на секунду перехватило дыхание.

—Какого черта? — рыкнул я, тыкнув пальцем на ноутбук.

—А что ты сейчас-то злишься, сынок? — мама таким образом попыталась привести меня в чувства. — Раньше надо было думать, когда Лерушку из дома выгонял.

—И это, Кирилл, не измена, а всего лишь скромная попытка Леры найти свое счастье. Или ты думал, что в её жизни все всегда будет вертеться вокруг тебя?— Милена не хотела быть мягкой со мной и точно так же, повторяя за мной, указала пальцем на фотографию.

После этих слов я в момент остыл. Они, блин, правы. Мы не общались с Лерой уже почти четыре года. Я не знаю, как и чем она живет. У меня нету даже её адреса. Я много раз признавался себе в том, что я разрушил нашу семью своими словами и необдуманными поступками, только раньше мне не хватало смелости собраться и все вернуть назад. Я не верю, что Лера может быть счастлива с кем-то, кроме меня. По крайней мере я точно не могу. Буду ли я эгоистом, заявив, что весь смысл моей жизни ищет мне замену? По меньшей мере это обидно, но терпимо, учитывая, как все было. На данный момент мне хватает сил, чтобы взять и восстановить наш с Лерой разрушенный дом. Я молча сел во главе стола и, оперевшись на руки, серьезно сказал:

—Каков план?

Где-то на конференции в самом сердце Европы

Лера

Мое сердце бешено колотилось. Я жутко нервничала. Боже, помоги не не облажаться перед огромной толпой квалифицированных дипломатов. А это покажут по телеку? Если да, то мне страшно вдвойне. Когда я соглашалась на выступление, мне никто не сказал, что все настолько глобально. Сейчас в огромном зале около тысячи зрителей, включая волонтёров и прессу. Так, Лера, дыши. Пора выходить. На миг закрыв глаза, я прошептала:

—Мама, дай мне сил.

Не знаю, как это мне поможет, но я верю, что мама со мной. Она наблюдает. Лера, ты сама уже мама, а все туда же. Так, собрались. Вдох-выдох. Пошла. Меня уже объявили. Дальше все как в тумане. Если бы не трибуна, зал бы увидел мои трясущиеся ноги. Соберись! Давай. Ты сможешь. Поприветствовав зал, я начала говорить. О чем? О проблемах наших дней. Это был наполовину мой доклад. Я переделала его всего за сутки в самолете. Зачем? Мне не хотелось представлять того другого своего коллегу, который не смог поехать из-за болезни. Я поняла, что должна не сплагиатить человека, а внести что-то и от себя. Надеюсь, у меня получилось хорошо.

Меня фотографировали объективы десятков фотокамер. Сотни глаз с интересом разглядывали мое лицо. Обстановка давила. Я вспомнила тот день, когда Кирилл приволок меня на банкет в честь заключения контракта с канадцами и оставил одну. В тот день я почувствовала свою незначительность и серость по сравнению с приглашенными гостями. Это прошло через год. Я научилась держать себя на мероприятиях. Я раскрепостилась. Никогда бы не думала, что снова ощущать себя блеклой по сравнению с залом. Если света не достаточно, значит я научусь сиять еще ярче и начну прямо сейчас. Плечи расправлены. Спину прямо. Подбородок выше. Правильно, Лера, покажи чего ты стоишь.

Я окинула зал быстрым взглядом. Нет, не бегай испуганно глазами. Смотри на свою аудиторию так, будто беседуешь всего с одним человеком. Вложи в свои слова всю ту бурю эмоций, которая бушует в твоей груди. Сияй так ярко, как никогда раньше. Возможно, это видео увидит Шведов. Пусть он глубоко пожалеет, что обидел меня. Мы потеряны друг для друга навсегда. Я так решила. Кто знает, это новая глава в моей жизни? Да, определенно да. Еще минуту назад мне было некомфортно вещать на столь большую аудиторию. Сейчас я освоилась. Может быть, я уделяю слишком много внимания сегодняшнему дню, но мне кажется, что что-то изменилось. Я почувствовала, что нахожусь на своем месте. Ради этого непередаваемого ощущения я слишком много страдала, корпя без устали над учебниками. Должна была закончится одна моя маленькая жизнь, чтобы началась следующая, о которой я мечтала с первых дней учебы в МИДе.

Дело не в Шведове, папе или Ирине. Дело в моем окружении в целом. Выходя замуж, мне казалось, что отныне ничто и никто меня не удержит дома. На миг я даже была готова отказаться от своего будущего ради семьи и рождения ребенка. Стать домохозяйкой? Наседкой, которая высиживает дома птенцов? Сейчас я понимаю, что в один прекрасный день меня бы сломал такой образ жизни. В итоге прошлую Леру уничтожил Кирилл, но вместе с ней исчезли все барьеры, которые сдерживали меня. Я хотела быть свободной. Долгожданная свобода в моих руках. Я хотела заводить новые знакомства. Мой телефон переполнен контактами. Я хотела увидеть этот огромный мир. С каждой новой командировкой мой кругозор расширяется. С самого начала я хотела, чтобы весь мир узнал обо мне. Тем не менее, одновременно боялась, что меня и моего потенциала не хватит, чтобы воплотить мои мечты в жизнь. Хм, хватило.

А как же Соня? У меня есть дочь. Я говорю так, будто я совсем забыла о родном ребенке. Не забыла. Я пытаюсь сделать так, чтобы она росла счастливой. Это сложно с моими амбициями, поэтому я не самый лучший родитель. Не такая, как моя мама, которая бросила карьеру, семью и Лондон. Она оборвала все связи с Англией ради меня и моего отца. И как все обернулось? Мама умерла в расцвете лет. Мне даже не спросить у нее: не сожалела ли она о своем выборе. Вдруг, умирая, она поняла, что все это было зря? Я больше всего боюсь повторить мамину судьбу. Поэтому я пообещала себе прожить жизнь на полную катушку, чтобы не сожалеть никогда. Думаете, я не понимаю, что для Сони нужна норная, нормальная семья? Понимаю и пытаюсь дать своему ребенку теплый дом, какой был у меня до маминого ухода из этого мира.

Для своей дочери я пытаюсь быть не только мамой, но и другом, которому не страшно открыться. Я пытаюсь не перекладывать на ребенка все свои не сбывшиеся детские мечты. У нас дома свобода слова. Пусть Соня сама решает, хочется ли ей обливать комнату наклейками или нет. Безусловно её нужно контролировать, но каждый понимает слово «контроль» по-разному. Имея дружеские отношения, за ребенком легче приглядывать. Надеюсь, мы с можем избежать конфликта, который был у нас с отцом.

Мое выступление закончилось. Зал зааплодировал мне. Только сейчас я заметила камеры. Кажется, я засвечусь на весь Интернет. Хорошо это или плохо пока не понятно. Я поблагодарила зрителей, поотвечала на вопросы и ушла, вернувшись обратно в зрительный зал. Был ли это мой дипломатический дебют или, наоборот, фиаско, узнаем на банкете этим вечером.

Основные мероприятия в конференц-зале закончилось достаточно поздно. У меня не оставалось времени, чтобы подготовиться к банкету. Я бегала по номеру в попытке собраться. Когда мои руки дошли до чемодана с одеждой, я погрузилась в недоумение. Черт, кто положил мне это платье? В футляре лежало шелковое платье, которое я купила по глупости. У меня белье-то под него есть?

А? Почему по глупости? Ну, это случилось, когда я только родила Соню и была, мягко скажем, не довольна своей фигурой после беременности: расжиревшие живот и бока, краснющие растяжки и обвисшая из-за пришедшего молока грудь. В общей сложности я поправилась почти на двадцать пять килограмм. Адская смесь. Говорила мне Милена не есть как ни в себя, но зачем слушать умных людей? Я была недовольна сама собой, не могла спокойно на себя смотреть. Как-то прогуливалась я, значит, расстроенная с Соней в коляске по торговому центу и увидела в новомодном бутике дорогущее платье из натурального шелка. Ой, влюбилась я в эту вещицу с первого взгляда и пообещал себе, что похудею. Около двух тысяч евро за это платье отвалила. Сами понимаете, шелковая ткань обтягивает все «изъяны» фигуры. Вот я и решила, что нацеплю его только тогда, когда у меня будет идеально плоский живот и подтянутые бочка. Так и не надела. Берегла.

Кто закинул мне это платье в чемодан? Если это была Даша, по приезде я придушу её. Как предусмотрительно, она положила белое кружевное белье. Я-таки надела платье. Оно было в пол. Шелк и мелкие паетки переливались, попади на них свет. Тонкие лямки и ткань подчеркнули мою маленькую, многострадальную грудь, которая так и не оправилась после восьми с половиной месяцев кормления Сони. Спасает ситуацию только хорошее нижнее белье. По идее я могла бы вставить себе силиконовые импланты, но мысль о непонятной штуке внутри моей «боевой подруги» меня определенно отталкивает.

Я осмотрела свое отражение в зеркале. Мда, в таком виде я бы точно выперлась куда-нибудь со Шведовым под ручку, сейчас – нет. Он любил «такое». Собственно, потом этот козел с меня бы его и снял тем же вечером. Так, стоп. У меня есть выбор? Правильно, его тоже нет. Вы не подумайте, я не выгляжу плохо. Просто перестала наряжаться в красивые платья. Не говоря уже о том, что я больше не трачу деньги на шмотки для себя. Так, донашиваю то, что есть в шкафу. В основном я покупаю много милейшей деткой одежды Соне. Обычно меня одевает Милена, когда приезжает в Лондон. Видите ли, ей больно на меня смотреть в старомодном барахле из шкафчика. Вот так и живу.

Надев каблуки к платью, я взяла в руки небольшой бежевый клатч и пошла отбывать свое дипломатическое наказание в банкетном зале. За мной приехала машина и отвезла к месту назначения. Людей было слишком много. Я вначале растерялась, зато потом даже вошла во вкус. Банкетный зал какого-то дорогущего ресторана оказался шикарным местом с изысканной музыкой и спокойной атмосферой. Официанты разносили алкоголь и закуски, пока приглашенные гости сбивались кучками по интересам. Я же не увидела ни одного знакомого лица. Из приличия я взяла бокал шампанского и встала у окна. Признаться, на приеме такого масштаба я впервые. Хм, надеюсь, я и дальше смогу посещать подобного рода мероприятия. Я откровенно кайфовала, когда со мной разговаривала дипломатическая элита, ведь они знают свое дело. Не скажу, что зазналась из-за оказанного внимания, но это прекрасный опыт.

—Валери, где-то я Вас видел. Вы мне точно кого-то напоминаете. — сказал мужчина во фраке, служивший при французском посольстве в высших чинах.

—Верно, Вы похожи на… — женщина в накидке из шкурки лисицы посмотрела на меня в попытке вспомнить. — Вы говорили, что из России?

—Ваши родственники не служат в Министерстве Иностранных Дел? — русский мужчина из Франции продолжал вспоминать.

—Да, верно, мой папа служит в Министерстве в команде министра. — без фамилий согласилась я.

—Папа? — женщина окинула меня внимательным взглядом. — Не дочь ли Вы Андрея Розова?

—Да, все верно. — кивнула я, чуть смутившись.

—Почему же Вы сразу не сказали? — мужчина оказался приятно удивлен.

—Простите, но я не люблю выгораживать себе за счет достижений моего отца. — честно отрезала я, понимая, что сейчас кто-нибудь вспомнит о моем неудавшемся браке.

—Не удивлен, что у такого вдающегося человека, как Ваш отец, такая талантливая дочь. Повторюсь, Вы блестяще выступили. — французское Посольство раскланялось в комплиментах.

—Передавайте папе «привет» от коллег из Польши. — женщина с лисичкой решила поймать меня на лести.

—Непременно. — кивнула я и поняла, что пора уходить. — Прошу меня простить.

Время, Лера, время. Уже дело к двенадцати. Регистрация-то открыта. Переодеваемся. Хватаем чемодан и бежим. Так как мой самолет сегодня ночью, мне нужно покинуть прием раньше, чем он должен закончится. Я выполнила свою миссию. Плюс, меня дома ждет ребенок. Я обещала Соне, что это всего на пару дней, поэтому пора ехать в Лондон. Нужно успеть на сегодняшний рейс, чтобы завтра утром быть в «Хитроу». Такое чувство, что по мне проехался трактор. Я устала. Конференция и прием высосали все мои физические и моральные силы. Нелегкая это работа – быть дипломатом.

Я проносилась по залу так быстро, как только могла на высоченных каблуках. Не знаю, каким образом Золушка неслась от Принца на своих этих хрустальных ходулях, но я едва ли не сломала себе что-нибудь. И, нет, я не убегала ни от кого. Я просто опаздывала на один такой маленький самолетик, который увез бы меня к себе домой. Как вдруг меня окликают.

—Валерия! — раздался голос позади меня с английским акцентом.

Если бы это был кто-то, кто позвал бы меня моим новым именем «Валери», то претензии никаких. Но! Меня окликнули моим русским именем. Это человек из прошлого. Ноги в одночасье прекратили идти. Появилась навязчивая идея не отзываться и сделать вид, будто вообще не знаю кого только что позвали. Так, голос мужской. Это значит что? Правильно, этот мужик бывал в Москве. Правда, это не точно. Какая-то нелогичная цепочка рассуждений получается. Стоп, а откуда акцент? Лера, хватит гадать. Стоя спиной к незнакомцу, ты все равно ничего не поймешь. Перед смертью не надышишься. Наверное… На счет «три» ты обернешься. Раз. Два. Три.

Мужчина в идеально черном фраке за приличную сумму в долларах смотрел на меня с лукавой улыбкой. Выглядел он весьма подтянуто. Волосы зачесаны назад гелем. На самом деле не мой тип. Мне всегда симпатизировали роскошные русые кудри Шведова. Тем не менее, какая-нибудь другая девушка на моем месте все бы отдала, чтобы познакомиться с таким красивым мужчиной. Кто он? Его лицо выглядит знакомым, но не настолько, чтобы с ходу вспомнить.

—Вы снова меня не узнали. Как досадно. — зелено-карие глаза незнакомца смотрели на меня с усмешкой.

—Простите, но я опаздываю. Если Вы не желаете представляться, я пойду. — отшила мужчину я, точно колючка.

—Почему же? Меня зовут Джейсон Харрисон. — мужчина улыбнулся своими тонкими губами еще шире.

Вот тут-то я и вспомнила того парня, который клеился ко мне прямо при Кирилле. Не удивлена, что он помнит только мое русское имя. Неожиданно уже то, что он смог вспомнить меня после всего одной встречи. Тогда даже был Кирилл. Почему-то мне стало не приятно, что назвал меня «Валерия». К этому имени у меня возникло необъяснимое отвращение. Собственно, как и к фамилии «Шведова». Валерии Шведовой больше нет. Она наглоталась таблеток и умерла от безысходности три года назад.

—Что ж, Валери Донован. — я протянула Джейсону руку. — Какая неожиданная встреча, мистер Харрисон.

—Донован? Разве Вы не замужем? — лицо Джейсона исказилось в недоумении, но затем он поспешил не упустить свой шанс подкатить ко мне. — Очень приятно, мисс Донован. Как проходит Ваш вечер? Вам не нужна компания?

—Нет, спасибо. Я опаздываю на рейс до Лондона. — призналась я.

—Как жаль, что Вы уже уходите, но, если бы Вы остались ненадолго, я бы предложил подвести Вас до Лондона на своем частном самолете. Как думаете? — решил пойти с козырей Джейсон.

—Не стоит тратить на меня свои ресурсы. — попыталась тактично отказать я.

—И все-таки соглашайтесь. Организатор данного мероприятия – мой близкий друг. Ближе к полуночи он обещал шоу-программу. — продолжал уговаривать меня Джейсон, нагнувшись и зачем-то поцеловав мою руку. — Мне было бы приятно пообщаться с Вами немного, мисс Донован.

Боже, я по идее должна отказать, но… Почему мне не хочется этого делать? Я так давно не чувствовала себя настоящей девушкой, за которой ухаживает воспитанный, внимательный мужчина. По первости Шведом двери мне открывал, пальто подавал, в институт отвозил и потом забирал, а потом все. Прошла любовь. Завяли помидоры. Наши отношения из горячего, ароматного кофе превратились в холодный, прокисший компот, который мы в итоге слили в унитаз. Остался только графин в виде штампа в паспорте. Эх, да простит своей матери её сегодняшнее легкомыслие Сонечка. Если хоть на одну ночь я снова стану Золушкой, которую окружит вниманием Принц, то пусть будет так. Я сдаюсь. Лера, почему ты так легко соглашаешься на подобного рода авантюры. Не наступи на одни те же грабли дважды. Помнишь, как все закончилось с Кириллом? Впрочем, если продолжения не будет, то один вечер в моей судьбе роли не сыграет.

—Ладно, но Вы должны пообещать отвести меня домой. — тяжело вздохнула я.

—Разумеется. Я – джентельмен и должен держать свое слово, данное прекрасной даме. — Джейсон довольно улыбнулся и протянул мне свою руку.

—И еще. Не льсти мне без причины. — я приняла руку, объявив правила игры. — Я этого не люблю.

—Разве Ваш муж не говорил Вам комплиментов? — Джейсон явно предпринял попытку разузнать о моем семейном положении.

—Нет, почему же. Говорил. — усмехнулась сама себе я. — Поэтому и не люблю комплименты. Они напоминают мне о нем.

—Что же случилось? Вы были красивой парой три года назад. — напрямую спросил Джейсон, вернувшись со мной в банкетный зал.

—Это не имеет значения. Между нами все давно кончено. — закрыла тему я. — Меньше всего мне хочется говорить об этих нелепых отношениях.

—Хм, Валери, Вы изменились. — Джейсон хитро улыбнулся, посмотрев на часы. — Вы умеете танцевать?

—Да, немного. А что? — удивленно посмотрела на Джейсона я, как вдруг заиграла музыка.

—Как насчет танца? — Джей протянул мне руку в качестве предложения.

—Я не любитель танцевать. — я отрицательно махнула головой, не скрывая своего очевидного сомнения.

—Ну же, сделайте ради меня исключение. — зелено-карие глаза Джея смотрели на меня весьма уверенно, убедительно или так, будто гипнотизировал меня принять предложение.

—Вам не возможно отказать. — лукаво улыбнулась я и протянула свою руку Джейсону.

Джейсон повел меня в центр танцевальной площадки. И вот мы уже кружимся в танце, смотря друг другу в глаза. Кажется, мы с Кириллом никогда так не танцевали. В нашей жизни со временем стало очень много секса и мало романтики, с чем я постоянно смирялась. Конечно, я утрирую, но сейчас те времена кажутся такими далекими. Это точно было с нами? Сколько боли и обиды осталось лично у меня на Кирилла Шведова. Джейсон напомнил мне о нем. О человеке, который забрал мое сердце и безжалостно его разбил. Мучительная, но тупая боль от раны напомнила о моей самой счастливой жизни.

Тем временем Джейсон внимательно смотрел в мои глаза, а я – в его. Он видел мою боль. Боль, которую мне не заглушить одной. Боль, которая останется со мной всегда, куда бы я ни пошла. Здравый смысл кричал, что это безумие, в то время, как сердце тихо раздирало двойственное на части чувство. Мне было и хорошо, и плохо. Моя старая рана открылась и закровоточила. Разве я не заслуживаю счастья? Разве хоть раз я не могу позволить самой себе быть чьей-то драгоценностью. Но я не хочу обнадёживать себя столь неблагодарной вещью как любовь. Разве любовь – вещь? Да, она покупается и продается за деньги, и её очень легко предать. В мире научно-технической революции, Интернета и машин больше нет места настоящей любви, поэтому официально мертва и моя. Лера, настало ли время приложить к сердцу новый подорожник? Или я снова выпью яду? Любовь к мужчине – это самый главный яд.

Я заглянула Джейсону в душу. Он прижал меня крепче, вальсируя со мной по залу. Нет ничего проще, чем вальс. Танец сближает. Во взгляде Джейсона было что-то такое, что я не могла понять до конца. Он будто ждал новой встречи со мной, и, когда так совпало, оказался не готов отпускать меня снова. Джейсон собирался воспользоваться моим разбитым сердцем. Для меня ценны даже осколки. Никого не пущу. Почему-то мне вспомнились самые добрые на свете глаза Шведова. Этот непередаваемый заводной огонек любви и нежности, который я так любила. Никто не может посмотреть на меня так снова, от этого мне и больно. Мне всегда обидно, что этот взгляд сменился полным холодом и ненавистью.

Танец закончился. Джейсон галантно ухаживал за мной весь вечер, знакомил со своими друзьями. Откуда у меня странное дежавю, будто мы идем по одному и тому же сюжету. Снова знакомимся с чьими-то друзьями. Снова находимся на мероприятии в ресторане. Захотелось бежать, ведь, исходя из опыта прошлого раза, это ни к чему хорошему не приведет. Только я хотела попросить Джейсона отвести меня домой, как он и обещал, к нам подошел человек, которого даже вы не ожидали увидеть.

—Отто? Сколько лет, сколько зим. — я встретила мужа Кати довольно тепло, ведь он не сделал мне ничего плохого.

—Взаимно, Лера. — Отто поправил очки и улыбнулся. — Я также видел твое выступление. Это было замечательно.

—Тебе понравилось? — я восторженно ждала отзыва Отто, как некого самого важного критика в этом зале.

—Да, безусловно ты прекрасно изложила материал. Полагаю, тебя здесь запомнили. — Отто воздержался от более лестных высказываний, впрочем как и всегда.

—Как Данечка? — поинтересовалась я.

—Готовиться к школе. Спасибо, что спросила. Ты сама как? — Отто был явно тронут тем, что я спросила о его сыне, так как очень любит Дэниела.

Мне хотелось рассказать Отто о том, что я теперь живу в Лондоне и рощу дочь, но не могу. Он передаст мои слова Кате или напрямую Кириллу. Что мы получим? Будем делить дочь, которая Шведову даже не нужна. Я на такое не готова. Еще не достаточно силы и власти в руках.

—Я в порядке. — коротко ответила я. — У вас всех все хорошо в Москве? Я просто уже очень давно потеряла связь с этим городом, поэтому не знаю, как вы поживаете.

—Кирилл изменился. — Отто попытался на свой страх и риск поднять тему моего бывшего. — Кэтти помогает ему с…

—Кто такой Кирилл? — я ясно, с нотками безразличия дала понять Отто, что ничего не хочу слышать о Шведове. — Я не знаю, о ком ты сейчас говоришь.

—Лера, прошу тебя, будь к нему добрее. — попытался переубедить меня Отто.

—Отто, а кто будет добрее ко мне? — ответила вопросом на вопрос я, снова вспомнив свое «прошлое». — Прости, если повела себя по отношению к тебе очень резко и грубо, просто я хочу все забыть. Кирилла для меня больше не существует. Это пройденный этап в моей жизни. Я уверена, он прекрасно живет и без меня.

—Да, я понимаю. Мне не стоило и говорить об этом. — Отто неожиданно поник. — Ты где сейчас обосновалась. Я слышал, что в Лондоне.

—В доме бабушки и дедушки. — ляпнула я и поняла, что очень зря. — Но, вообще-то, собираюсь переезжать.

—Вот как. Если тебе понадобиться помощь, позвони мне, ладно. — Отто протянул свою визитку и наконец заметил Джейсона, который внимательно следил за происходящим. — Кстати, рад снова встретиться с Вами, мистер Харрисон. Мы с Лерой немного увлеклись, прошу прощения.

—Полагаю, все в порядке, мистер Ван Аллер. — Джейсон выдал себя довольной улыбкой.

—Лера, вы знакомы? — Отто нервно поправил очки.

—Да, так совпало, что родители мистера Харрисона друзья моего отца. Мы встречались три года назад в гостях у Олега. Вообщем-то, это довольно долгая история. — пояснила я и позволила Джексону положить руку мне на талию.

—Вот как. — Отто выглядел весьма и весьма ошарашенным.

—Что ж, пожалуй, нам нужно идти. — Джейсон воспользовался реакцией Отто и увел меня прочь.

—До свидания, Отто. Была рада тебя увидеть. — успела проговорить я перед тем, как Джейсон меня увел.

Несомненно, Отто расскажет Кириллу, что у меня появился мужчина, с которым я могу быть очень близка. Пусть Шведов сгорит от собственного эгоизма и ревности. Сегодня я бросила ему вызов. Почему я должна быть одна в то время, как он живет и здравствует с Тиной под одной крышей. Знаю, я не собираюсь заводить какие-либо отношения с Джейсоном. Просто так должно быть правильно. Мы вышли на улицу. Подул прохладный ветерок. Я поежилась от холода. Джейсон накинул на меня свой пиджак. Как мило с его стороны. Наверное, я бы сказала, что не стоит, однако подобное внимание со стороны мужчины оказалось мне приятным. Я снова почувствовала себя женщиной. Очень приятно, нужно сказать.

Джейсон ухаживал за мной. Ухаживал так, как никогда Кирилл. Я знаю, мужчины склонны требовать за нечто незначительное буквально все от женщины. Только мы не любовники. Даже не друзья. Хм, тогда кто мы после сегодняшнего танца? После этого вечера. В любом случае я попрошу Джейсона забыть о сегодняшнем. И вот мы уже в аэропорту. Все это время Джейсон молчал. По его лицу я видела, что он жаждет задать мне парочку вопросов о моем новом семейном положении. В его глазах мелькали фазные догадки на тему того, как же Шведов и я расстались. Он услышал слишком много о моей личной жизни. Жаль, что русское выражение: «Не хорошо греть уши», Джейсон не поймет.

Когда мы пролетели приличное время в полной тишине, я-таки сама подняла эту тему:

—Спрашивай, я вижу, что ты хочешь.

—Хм, а Вы догадливая девушка, Валерия Шведова. — Джейсон обратился ко мне моим прошлым именем с весьма хитрой улыбкой. — Почему же вы расстались?

—Он предал меня тогда, когда я этого совсем не ждала. — я устало потерла глаза. — Теперь мы стали абсолютно чужими, и в этом только его вина.

—И как же именно он Вас предал? — задал новый вопрос Джейсон.

—Вы думаете, я буду делиться этой весьма неприятной историей с первым встречным? Вдруг Вы захотите слить это все журналистам. — я облокотилась на спинку кресла и, нарушая все правила этикета, закинула ногу на ногу.

—С тобой. Делиться с тобой. Зовите меня по имени. — Джейсон выглядел так, будто его ожидания в нашем разговоре оправдывались. — И я не собираюсь выдавать эту информацию журналистам. Зачем мне это? Мне, скажем так, любопытно узнать, почему расходятся идеальные пары.

—Нет ничего идеального. Выражаясь языком Библии, все люди грешны, и мы с Вами в том числе. — я проигнорировала предложение Джейсона перейти на «ты». — Если Вам так хочется знать то, Кирилл перестал мне доверять. На этом наши отношения закончились.

—Перестал доверять? Серьезно? Что за глупость. — Джейсон начал смеяться, не стесняясь меня, а потом потянулся и открыл шторку иллюминатора. — Посмотри, какое ясное небо. Вот поэтому я люблю ночные перелеты. А что до твоего бывшего, если бы в ваших отношениях была любовь, то они были бы такими же ясными, как это небо.

—Так Вы в душе романтик или философ? — хихикнула я, подавшись чуть вперед. — Вы довольно занятный человек.

—Человек? Как мужчину ты меня не рассматриваешь? — Джейсон хитро прищурился, по-хозяйски расположившись в кресле. — Совсем?

—Хочу напомнить, я все еще замужняя женщина. И с чего бы мне рассматривать Вас как мужчину? Мы практически незнакомы. — я решила ответить с той же хитростью, с которой спросил меня Джейсон.

—Насколько я помню, ты познакомилась со своим бывшим совершенно случайно и сразу же увидела в нем мужчину. При этом ты сказала, что твой муж первым тебя предал, а это значит, что ты ему уже ничего не должна. — Джейсон скрестил руки на груди с довольной ухмылкой.

—Уж извините, но мы сами как-нибудь разберемся с тем, кто кому что должен. — отрезала я с лукавой улыбкой на лице.

—Зови меня просто Джей. — все пытался подбить меня перейти на «ты» Джейсон. — Ну, вы, русские, странный народ. Мы так не ругаемся.

—Да-да, вы и не женитесь до сорока лет, чтобы не нажить себе проблем. Мы, те самые русские, как раз этого понять и не можем. — с сарказмом в голосе ответила на упрек Джейсона я. — Нам друг друга не понять.

—Зато каждый американец хочет в жены русскую. — Джейсон снова попытался перевести тему на личности.

—По-моему наш разговор постоянно уходит куда-то не туда. — заметила я, заметив огни аэропорта и Лондона. — Кажется, мы уже близко.

—Может я намекаю на то, что ты мне уже очень давно нравишься. — бросил Джейсон, окинув меня весьма серьёзным взглядом. — Что думаешь об этом?

Теперь мне все ясно. Сегодняшний вечер только что был испорчен всего лишь одной фразой. Нравлюсь я ему. Ха, а дальше что? Я много кому и нравлюсь, и не нравлюсь. Лавочка закрыта. Мои чувства не продаются. В прошлый раз Шведову повезло. Он встретил меня в тот сложный период моей жизни, когда я носила почетное звание наивной дуры. Еще один Брэндон. Спасибо, откажусь. Мне не нужна ничья любовь. Я не хочу, чтобы кто-либо вторгался в мою жизнь. С меня довольно этих циничных клятв в вечной верность. Я не обожгусь снова. Никогда. Мое сознание начало закипать от нарастающего раздражения.

—Как ты относишься к детям? — пошла с козырей я.

—Положительно. — кивнул Джейсон. — Ты не любишь детей?

—О-о-о, еще как люблю. — я решила сыграть женщину-вамп. — Так вот, у меня есть дочь.

—И кто её отец? — Джейсон был явно ошеломлен и сбит с толку. — Стоп, ты шутишь, не так ли?

—Это не шутка. Отцом является мой муж, но я воспитываю её сама. Шведов ничего не знает. Он, эм, занят другими делами… — попыталась объяснить я и замялась.

—Понятно. — Джейсон выглядел весьма задумчиво.

Мое неожиданное заявление о существовании Сонечки определенно выбило Джейсона из колеи. Гораздо проще подкатывать к одинокой, почти разведенной девушке чем к той, у которой есть ребенок. Дети у хороших матерей стоят на первом месте, а потом все остальное и мужики. Джейсон это осознает. Плюс, я непременно уйду, если он не примет Сонечку. Ребенок добавит в его жизнь намного больше отверженности, чем кажется на первый взгляд. Сейчас он испугается и убежит, и я избавлюсь от проблемы, которую я сама себе и создала.

В аэропорту мы без лишних и ненужных слов проходили паспортный контроль и все формальности. И вот я снова в Лондоне. Бежим ловить такси и к малышке. Я безумно соскучилась по своей крошке. Только я хотела оторваться от компании Джейсона и его телохранителей, как на мой адрес поступило новое предложение:

—Тебя подвезти до дома? — Джейсон устало зажмурился, чтобы снять напряжение с глаз.

—Я своим ходом. Поезжай-ка сам в гостиницу и отдохни. — я замотала головой.

—Не против, если я еще позвоню? Например, завтра? — Джейсон пытался не потерять со мной связь.

—Посмотрим. — пожала плечами я и перешла к формально вежливым прощаниям. — Спасибо за все. Мне было приятно провести с тобой время.

—Не за что. — Джейсон опять принял мои слова за чистую монету.

—Пока! — я по-дружески похлопала его по плечу и побежала ловить такси.

На улице было уже практически светло и очень облачно. Природа намекала на то, что в Лондоне будет пасмурно и дождливо. Ладно, все равно в посольство ехать. На работу… Мне бы поспать. Нет, очень хочется обнять Соню. Она еще спит. Я невольно вспомнила тот день, когда родилась моя дочь. Я думала умру в родах. Было очень долго и больно. Схватки начались около девяти вечер, а родила я только к шести утра следующего дня. За эти девять часов врачи чего только со мной не делали, зато потом, когда они дали мне моего малыша, я поняла, что ради своего родного и единственного ребенка готова страдать сколько угодно. Сонечка была такая маленькая, пухленькая с папиными фирменными кудрями. Моя дочь очень похожа на Шведова внешне. Она так мило кряхтела, когда кушала. Папа, как увидел её первый раз, сразу растаял. Просто милашка-малышка. Нечего тут и добавлять. И как я могла думать об аборте? Дура.

Такси наконец-то подъехало к дому. Я расплатилась. Водитель достал мой чемодан из багажника, и я припустила к двери. Соскучилась! Соскучилась! Боже, как я скучилась! Сердце болит, когда я свою малышку не вижу целый день, а тут два дня. Я больше пока не готова на такие расставания. Позвонив в дверь, я стала ждать, когда Даша проснется и откроет. Замок хрустнул. Дарья запустила меня внутрь и закрыла обратно дверь. Все, я дома. Бросив чемодан, мои ноги на автомате несли меня в детскую. Мой кудрявый ангел мирно сопел в окружении мягких игрушек. Тедди досматривал десятый сон пузиком кверху, лежа в одеяле у ног. Я максимально тихо присела на краюшке кровати и погладила дочку по головке. Мое солнышко. Так хочется её чмокнуть в щечку, но точно разбужу. Ладно, обниматься и целоваться будем утром за завтраком.

На цыпочках я выползла и спустилась вниз. Даша уже более-менее проснулась и ждала моих историй.

—Ну, колись. — она точно ожидала чего-то от меня. — Это платье не могла не привлечь мужчин.

—А я думаю, кто запихал мне в чемодан мой символ вечного похудения. — я не была особо довольна тем, что сделала Даша, и закатила глаза.

—Ну извини, извини. Я просто подумала, что в этом платье ты сможешь наладить личное. — Даша похлопала меня по плечу.

—В наказание тебе переходит моя должность. Я уже сказала шефу. Хватит и тебе топтаться на одном месте. — решила отыграться на Даше я, раз уже она подсунула мне «запретное» платье. — Это не обсуждается.

—Что!? Блин, ты сама прекрасно знаешь, как я отношусь ко всему новому. — Даша возмущено скрестила руки на груди.

—Знаю, но так же я верю, что это пойдет тебе на пользу, как мое платье. — заинтриговала я и откинулась на спинку дивана, устало вздыхая.

—Ты кого-то точно встретила. Давай уже не томи. — Даша легонько пихнула меня в плечо.

—Он просто друг. Нет, скорее даже старый знакомый. — отмахнулась я, недовольно фыркнув на улыбку Даши. — Я ясно дала понять, что ничего быть не может.

—Он просто друг? Или друг с тех самых времен, когда ты была замужем? — огоньки любопытства заиграли в глазах Даши.

—Он знает, что я замужем. Стоп, а какое это имеет отношение? — возмутилась я.

—Самое прямое. — лицо Даши довольно просияло, будто все шло так, как она и хотела. — Почему бы тебе не попробовать, а?

—Я сказала ему, что у меня есть дочь. Ребенок на первом месте. — отрицательно мотнула головой я. — О новых отношениях и речи быть не может.

—Соне нужен отец. Ты сама все прекрасно знаешь. — Даша посерьезнела. — Разница между девочками, у которых были и папа и мама, и с девочками из неполных семей колоссальна. Ты ведь не хочешь, чтобы Соня выросла с постоянным ощущением незащищенности и неуверенности в своей привлекательности.

Слова Даши тронули за живое. Правда. С папой и Милена, и я чувствовали себя беззаботными девчонками. Мы росли с ощущением защищенности. Ладно, из моих уст это звучит не особо убедительно, учитывая, что я буквально сбежала от папы из дома. Тем не менее, даже сейчас у меня есть его поддержка. Он меня вырастил какой-никакой, но принцессой – папиной дочкой. Благодаря тому, что у меня с детства есть отец, я никогда не боялась других мужчин, поэтому так легко доверилась Шведову. Я не смотрю на жизнь с опаской и знаю себе цену. Так меня воспитал папа.

—Ты права. Нужно подумать. — я зевнула, устало потерев глаза.

—Подумай об этом. — Даша попыталась подбодрить меня и пихнула в бок. — Ай, блин, тебе надо вздремнуть.

—Именно. Я в душ и спать. — я поспешила подняться наверх.

Тогда моей мечтой было помыться и плюхнуться в кроватку. Я чувствовала себя физически истощенной. Морально держалась. Честно, все еще бодрячком. Встала я по будильнику в девять утра. Поспала я всего пару часиков. В момент, когда твои глаза слипаются, а тебе надо бы перед начальством отчитаться, начинаешь жутко ненавидеть свою работу. Ничего, мне выделили премию и два дня отгула. Кайф, наконец свожу дочку в парк развлечений. Обещала же.

После моего возвращения прошли сутки. Мысли не дают мне покоя. Правильно ли я поступаю, что лишаю свою дочь отца? Мне было сложно. Чрезвычайно сложно. Я не могла решиться на что-то. Что там Джастин? Вы, прям как Даша, уже запись этим вопросом. Ну, он, к счастью, скорее всего понял, что ни к чему ему немножечко замужняя баба с ребенком – балластом. Не звонит, хотя спрашивал разрешение. Ну, ладно. Я не жду звонка, однако все равно почему-то вспоминаю о нем. Почему? Не знаю. Джастин просто напомнил мне, что я девушка и могу позволить себе быть хрупкой и нежной рядом с сильным мужчиной. Плечо Джастина безусловно запомнилось. Оно отдавалось в груди забытым и одновременно приятным теплом.

Утро первого выходного началось с любимых блинчиков Сонечки. Малыша была очень рада меня видеть. Не выпущу своего ребенка из рук все эти два дня. Я так по ней скучала. Жарю я, значит, на кухне блинчики, как мой телефон зазвонил. Вымазанными в блинном тесте руками я хватаю звонящий аппарат:

«Привет, пап! Как дела?» — как вы уже поняли, я была очень рада услышат своего отца.

«Поэтично я хочу сказать, что мне тут птичка нашептала о твоем выступлении на конференции. В МИДе все в шоке и заваливают меня комплиментами, какая талантливая у меня дочь». — голос папы звучал очень довольно.

«Ну, я так не думаю, пап. Били и ляпы, которых ты не смог бы не заметить, если бы был в зале». — засмущалась я.

«Я смотрел в записи, так что прошу тебя не скромничать. Моя первая конференция такого масштаба прошла отвратительно. Я получил по голове от начальства, и еще три года меня не посылали на подобного рода мероприятия». — папа говорил с нотками досады.

«А? Нет, не верю. Папа, ты никогда не мог так облажаться». — на миг я встала в ступор из-за признания папы.

«Поверь, дочка, у меня тоже были падения. Тебе тогда был всего годик. Ты очень сильно простудилась, и тебя ночью перед моим отъездом с мамой на скорой увезли в больницу. На тот момент я думал только тебе и не смог до конца сосредоточиться на своем выступлении. Очень много мямлил, говорил невнятно, забывал текст. Дали мне, конечно, по шапке в тот раз». — папа тяжело вздохнул в трубку.

«Мда, мне тоже пришлось неожиданно оставить Соню в Лондоне и уехать. Пап, только честно, я плохая мать?» — спросила у отца я с грустью и тревогой в голосе.

«Нет, с чего такие мысли? Никто не идеален, Лера, ты не можешь сидеть дома, постоянно опекая Соню. Вы обе должны двигаться дальше и познавать новое». — папа был как всегда точен и тактичен в своих выражениях.

«Как думаешь, я все делаю правильно?» — продолжила задавать вопросы отцу я.

«В каком смысле «все»? Ты – хорошая мама для Сонечки». — папа точно немного не понимал, что я хочу сказать.

«Ну, знаешь… Ты помнишь Джейсона? Мне нужен твой совет». — замялась я, но потом решила подвести разговор к моей больной теме.

«Джейсон? Да, как я могу его не помнить. Наши общие коллеги дипломаты сказали, что тебя видели с ним на приеме после конференции. Лена звонила узнать, что у тебя с ним. Я попросил её не вмешиваться. В кой-то веки мою дочь заметили с мужчиной». — папа пытался быть мягким со мной и не заползать на тему моей неудавшейся личной жизни.

«Пока ничего у меня с ним нет, пап. Он сказал, что я ему нравлюсь. Звучит нереально, правда?» — потихоньку начала выговариваться папе я.

«Почему же? Ты – красавица, дочка. С годами ты расцветаешь еще больше, как Рози в свое время, но тебе не нужно отталкивать от себя молодых людей. Не все они такие же, как Кирилл Шведов». — папа попытался мне сказать, что я не должна бегать от сильного пола, как черт от ладана.

«Да, пап, ты совершенно прав, только, когда я сказала Джейсону, что у меня есть дочь, он уже не был так рад проводить со мной время». — призналась я, вернувшись к блинчикам.

«Это его проблема, дочка. Ребенок – это не критерий для отбора. Плохо, когда нет детей». — слова моего отца звучали однозначно.

«Я знаю, папа. Даша мне тут сказала, что я совершенно не думаю о Соне. Малышке нужен отец, иначе она может вырасти недоверчивой и закрытой. Я переживаю, вдруг это действительно так, но так же понимаю, что не готова к новым отношениям. Может, мне стоило-таки рассказать Шведову?» — в очередной раз вывалила на папу все я.

«Ты сейчас действительно готова ему обо всем рассказать?» — слова папы заставили меня замереть на секунду.

«Я… Нет, я просто пытаюсь быть хорошей матерью и ставить интересы Сонечки на первое место, а не свои собственные». — мои мысли понемного начали поясняться.

«Дай Джейсону шанс. Он – хороший парень. Как твой папа, я его одобряю». — папа звучал уверенно, а его мнению можно верить.

«Наверное, если, конечно, он не перегорел, то я дам ему шанс». — тяжело вздохнула я.

—Мама! — раздался визг Сонечки где-то на лестнице.

Тедди перебирал лапками за Сонечкой, которая спускалась по лестнице. Дуэт. Ничего не скажешь. Это не может не заставить улыбнуть.

«Соня проснулась? Дай ей телефон, пожалуйста». — попросил папа таким счастливым голосом, что не передать словами.

—Сонечка, иди говорить с дедушкой! — позвала дочку я.

—Деда звонит? — Соня прибежала ко мне и потянула ручки к телефону. — Give мне, please.

«Пап, передаю трубку Сонечке». — невольно улыбнулась я, когда увидела, как Сонечка пытается достать до телефона.

Я передала телефон дочке. Сонечка с выражением лица депутата Госдумы приложила яблочный аппарат к уху и зашагала к дивану. Милота! Боже, какой ребенок!

«Деда, пливет!» — Соня залезла на диван и начала свои «переговоры» с дедушкой.

Не будем им мешать. Не сейчас. Сонечка очень любит дедушку. Папа старается бывать в Лондоне по возможности чаще, чтобы видеться с внучкой. Хах, сначала я думала, что он будет не рад тому, что я беременна и хочу оставить ребенка. Я боялась, что папа не примет Соню, ведь у нас со Шведовым не семья, а черти что. Не разведены, но и не живем вместе. Папа смог принять мой выбор. Более того, он поддерживает меня. Я и не мечтала о таких теплых отношениях. Мне казалось, мы не сможем общаться с ним настолько легко. Я люблю звонить папе, потому что с ним очень приятно разговаривать. Он не осуждает, как это было раньше, и всегда помогает делом или советом. Правильно говорят, что Бог одно дает, второе забирает. Моя жизнь с Кириллом накрылась медным тазом, зато наш семейный провал помог нам с папой сильно сблизиться.

Я продолжила стряпать завтрак. Такими темпами я никогда его не приготовлю. Ну да, Лера, позабивай еще голову всякой фигней вроде Джастина. Папа, прав, если предлагают, надо пробовать, но не размышлять о нем 24/7. Не заслужил. Пока Соня мило болтала с папой об игрушках и садовых гномах, в дверь неожиданно позвонили. Пришлось выключить газ и сходить открыть. Наш утренний гость заставил меня охнуть:

—Джейсон?!

Промо!!!

Здравствуй, мой дорогой читатель!

Это в очередной раз я, NastasiaStory

Возможно, тебе может показаться, что "Розовая весна" далека от завершения, но это не так. Конец уже очень близко, поэтому я думаю над новой историей для тебя. Сейчас я готова приоткрыть немного завесу тайны и поделиться с тобой фрагментом из "Странной жизни королевы его сердца". Я хочу услышат твое мнение) Если не сложно, напиши его в комментариях!

"Странная жизнь королевы его сердца"

Это был один из незабываемых вечеров в моей жизни. Конец одного волшебного дня. Я стояла в толпе людей и ждала салют с человеком, которого любила. Вернее, я была всего лишь пылко влюблена. Никогда бы не подумала, что могу так страстно влипнуть. Ох, это не я, но тогда мне не хотелось думать о чем-то настолько гарусном. Я – в моменте. Больше меня ничто не интересовало. Мы крепко прижимались друг к другу, чтобы восторженные зеваки, занятые своими делами, случайно не разлучили нас. Только вот нам тогда не стоило бояться какой-то малозначительной толпы, ведь мы все решили сами.

Я подняла глаза на пухлого европейца. Он не отличался особой красотой или харизмой, одевался весьма сомнительно. Просто парень с немилыми щечками и самомнением императора. Ветер на Красной площади лохматил его мягкие каштановые волосы в то время, как серо-голубые глаза, обрамлённые очками, внимательно вглядывались в небо. И как меня угораздило втрескаться в такого «красавца»? Я искренне не узнаю саму себя. На улице стремительно темнело. Оставалось ждать совсем недолго. Мы хотели увидеть салют, будто заранее обо всем догадывались.

—Ты выйти за я? — спросил он на корявом русском, опустив на меня глаза.

—Have you proposed to me again? — тихо ответила вопросом на вопрос я.

—Yeah… — неуверенно протянул он, смотря мне прямо в глаза.

Как я уже говорила, он был европейцем, который ко всему прочему не говорил по-русски. Просто такой вот нежный (в плохом смысле этого слова) и неприспособленный к жизни парень, которого мне поручили в деканате, ведь я ответственная и исполнительная студентка. Ладно, без прикрас меня им наделили, потому что все мажоры моего ВУЗа отказались. Одно дело покатать по Москве европейского плейбоя, выкладывать каждые пять минут с ним кучу сторис в «Инстаграм», даже записать парочку видосиков в Тик Ток, а другое – вот этот толстый злыдень.

Сейчас меня должны заругать за то, что я оскорбляю человека, в которого сама же и влюбилась. Нужно быть толерантной к людям в теле, но Рич ведет себя как валенок. А что поделать, если так и есть? Раньше я думала, что все европейские мужчины – это некие альфа-самцы, сексуальные мачо с дрянным характером, благодаря чему и притягивают к себе девчонок. Тоже так думали? Нет! Вот в пример толстый, совершенно не обаятельный Рич. Боже, как зла любовь. Он забрался в мое сердечко совершенно случайно. Я сама открыла ему дверцу, когда Рич начал меняться, однако я не расскажу об этом сейчас, иначе дальше будет неинтересно.

Тем не менее, я знаю, что это все закончатся, когда Рич уедет. Это логично. Правда, я не хотела много об этом думать, потому что меня устраивали те отношения, которые у нас были тогда. Наверное, в этом и заключается главная прелесть романов. После него должно было остаться сладкое послевкусие, которое кружило бы голову при малейшем воспоминании. Я готовила себя к этому и планировала расстаться с Ричем друзьями. Возможно, писала бы ему иногда в «Фейсбуке» или созванивалась с ним по «Скайпу». Так должно было быть правильно.

Я планировала, что моя первая любовь безболезненно пройдет, но Рич думал иначе. Он уже третий раз делает мне предложение. И вот уже третий раз я не могу понять: шутит ли он или серьезно? Сейчас просто переведу тему, ведь Рич ничего не рассказывал о себе. Для ни к чему не принуждающего рома мне не принципиально знать о нем что-либо. В старости я даже посмеюсь над этим, наверное. Какой опыт? Закрутить романтик с первым встречным. Со стороны мы даже похожи на сказку «Красавица и Чудовище». Здесь совершенно очевидно кто есть кто. Нас это не смущало. Он мне нравился таким, какой он на самом деле.

—И? Кто ты? — прошептала по-английски я, смотря знакомому незнакомцу в глаза.

Дальше мы продолжили разговор на английском.

—Я? Я – это я. — совершенно непринуждённо сказал мой незнакомец так, будто я спрашиваю нечто для всех очевидное. — Ты согласна?

—Нет. Я так не играю. — прошептала я и развернулась, чтобы уйти. — Это нечестно по отношению ко мне.

—Ты боишься меня? — спросил он, поймав меня за руку.

—Нет, не тебя, а той неизвестности за тобой. — попыталась выдернуть руку я.

—Ты не любишь меня? — его голос звучал тихо и разочарованно.

—Я люблю тебя, но ты сам все прекрасно знаешь. Я не из тех сентиментальных девочек, которые побегут за своим «принцем» на край света. В отличие от них у меня есть что терять. — опустила голову я, пару раз отрицательно потянув ей пару раз.

—И я тебя, так в чем дело? — его лицо исказилось гримасой недоумения.

—Когда люди любят друг друга по-настоящему, они искренне друг с другом. — быстро проговорила я, пытаясь вырваться и убежать от этого неприятного разговора.

—Я не понимаю, почему ты отказываешь мне? — он все еще смотрел на меня щенячьим глазами, не отпуская моей руки. — Почему? Потому что я не из России?

—Послушай, нам не по пути. Я ничего о тебе не знаю. Думаю, мне это запрещено в то время, как ты бывал у меня дома, знаком с моими друзьями. Я не пойду за человеком, о котором мне ничего не известно. Пойми меня правильно. — мое сердце сжалось в груди от боли и обиды. — Это был всего лишь наш мимолетный роман.

—Я не согласен! — вскрикнул он, сжав мою руку крепче. — Я не отпущу тебя.

—Я сохраню в памяти воспоминания о наших двух месяцах, договорились? — предприняла очередную попытку вырваться я и посмотрела ему в глаза довольно строго, проговорив. — Рич, отпусти. Я уверена, на этом мы должны остановиться.

В этот момент Рич ослабил хватку, и моя рука выскользнула. Я помчалась прочь, прорываясь сквозь толпу. В ночном московском небе запестрил яркими красками праздничный салют. День Победы окончился для меня весьма грустно, а люди вокруг с радостными воплями фотографировали чудо пиротехники, на которое потратило огромные деньги наше государство. Досадно. Рич остался за спиной. Я не должна была влюбляться в него, ведь только что он разбил мне сердце. Он в очередной раз промолчал. Дура, ты же прекрасно знала, что этот человек никогда ничего о себе не расскажет. Слезы покатились по щекам огромными каплями. Рич предал мое доверие. Он слишком многого от меня хотел. Я шла до метро, хлюпая носом и утирая слезы. Никому не было до меня дела. Окружающие были слишком опьянены атмосферой праздника или гулянкой, устроенной в Москве.

В метро я ехала, молча размышляя о том, почему же мне в эти минуты так паршиво. Рич не оправдал моих ожиданий? Этот человек так и не рассказал мне о себе. Значит, для него тайна его личности стоит намного выше этих наших «отношений». При этом Рич предлагает мне выйти за него замуж на полном серьезе, как выяснилось пятнадцать минут назад. У него все в порядке с головой? Зачем я это у себя спрашиваю, когда сама заблаговременно знаю ответ. Он – чмокнутый. Он не может определиться, что ему нужно, и от этого страдаю я. Ладно, не буду таить, где-то в глубине души я надеялась, что Рич честно во всем признается, тогда наш роман получил бы заслуженное продолжение. Из двух сценариев, которые я нам составила, мы пошли по третьему – непредвиденному.

Всю ночь я проплакала в подушку под утишения моей соседки по комнате. В конце концов Даша достала из своего тайничка бутылку вина. Я впервые в жизни напилась и не пошла на учебу. Пусть Рич проживет следующий день как-нибудь сам. Мне хотелось только есть мороженное и спать. Собственно, этим я и занималась…

Прошел один год

В Москве утро. На дворе осень. Не могу сказать, что в восторге от сегодняшней погодки. В принципе от времени года. Дождик в начале октябрея явление совершенно обыкновенное, но именно он заставил меня несколькими часами ранее натянуть все самые теплые вещи. Не сказать, что мне не нравится дождь, просто я не люблю во время него высовывать свой нос наружу. Вчера было крайне неприятно ехать в метро мокрой насквозь, потому что какой-то зажравшийся мажор на «БМВ» окатил меня из лужи, не отходя от универа, и даже не извинился. Ненавижу! Один такой уже попользовался мной. После бегства Рича я стала намного жестче и злее. Спасибо безразличию моей семьи.

Шагая по улице, аки многослойный пирожок, морально я готовилась к тому, что какой-нибудь козел на своей машине обрызгает меня еще раз. Моя мнительная натура сегодня утром настоятельно рекомендовала мне взять с собой второй комплект одежды. Про запас, вот. Здравый смысл победил. Снаряд дважды в одну лунку не падает. Ага, наивная я душа. Настроение, собственно, не отличалось особым оптимизмом. Скорее напоминало угрюмого брюзгу. В последнее время мне хочется, чтобы все оставили меня в покое.

Почему? Потому что мой папа почему-то вбил себе в голову, что я должна нянчится с дочерью его новой жены. Девочка поступила на первый курс в МГУ. Платно. Я, как хорошая сводная сестра, не могу бросить её одну. Ха! Могу. Умею. Практикую. Пусть познает жизнь без моего участия. Родители мне не особо помогали. Насколько я знаю, папа снял ей отдельную квартиру и сказал, чтобы я переезжала к Нике, чтобы присматривать за ней. Все должно было быть наоборот. Год назад папа должен был озаботиться вопросом моего проживания в столице Российской Федерации. Еще и мама пристала со своим Виктором и помощью с выбором подарка для его ненаглядного сыночка. Будь они все неладны. Мне только кажется, или все мои родственники – немножечко эгоисты? Так, все, собрались. Во мне сейчас говорит обиженный ребенок. Я не должна злиться на родителей. Они меня любят. По-своему. Наверное…

Находясь в ста метрах от входа в корпус университета, черная иномарка опять пронеслась по лужам и обрызгала меня водой и грязью. Что я там говорила про снаряд? На миг я почувствовала себя максимально беспомощной. Захотелось расплакаться и убежать обратно в общагу. Уже там наварить себе чайку и сесть за сериал, завернувшись с головой в одеяло так, чтобы торчали только глаза и нос. Присмотревшись, я поняла, что это та же самая машина, которая была вчера. Разодетый в костюм и пальто парень вылез из черного «БМВ» и чинно-важно прошествовал в здание цеплять первокурсниц. Вот пижон. Едва удержала себя в руках, чтобы не крикнуть ему в след что-нибудь обидно-оскорбительное.

Половину первой пары я провела в женском туалете, пытаясь привести себя в порядок. Привела. Только настроение мое было очень не очень. Если кто-нибудь докопается до меня, ему откровенно конец. Остаток пары я просидела в столовке с кофе и новостями из «Яндекса». Нужно успокоиться и согреться. Периодически сжимая в руках бумажный кофейный стаканчик, я листала новостную сводку. Ничего интересного. В Москву приехал король Альдавии пожать ручку нашему достопочтенному президенту. Альдавия? Это вообще где? Ради интереса я загуглила. Между Англией и Францией есть клочок земли, на котором и располагается Альдавия. Стоп, так это маленькая группа островов. То есть, это как вторая Дания только меньше? Прикольно однако.

Получив партию абсолютно бесполезной информации, я потащилась на следующую потоковую лекцию по менеджменту. «Застрелись и утопись» – мой девиз на сегодня. Зоя ждала меня на самой верхотуре лекционной аудитории с шоколадкой. Как я успела заметить, она уже готова к порции моего ворчания о том, какой дерьмовый сегодня день. Мне иногда кажется, что она слушает мое нытье и пишет по мотивам моей жизни вторую «Санту-Барбару». А что? Главная героиня есть. Чокнутая семейка есть. Скандальный любовный роман был. Ой, чувствую, в один прекрасный день с Зои я потребую свои 50% за идею.

—Привет. — махнула мне рукой Зоя. — Ты просохла?

—Звучит двусмысленно, но в целом да. Я полчаса сидела мягким местом к батарее. — пояснила я и плюхнулась рядом. — Я не пропустила ничего интересного?

—Не, Федорова опять вопила, что мы тупые. — отмахнулась Зоя и положила передо мной шоколадку. — Ну что там у тебя с папой?

—Этот человек не понимает слова «нет». — устало проговорила я, отломив кусочек шоколадки, протянула его Зое. — Он все еще пытается со мной договориться, как на суде с прокурором. Только я – не прокурор. Я – хуже.

—Ну, ты загнула, конечно. — усмехнулась Зоя и приняла шоколад. — А папа?

—Он же адвокат. Пытается выиграть на суде своей совести. Вообщем, мы, как два упертых барана, каждый вечер припираемся друг с другом по телефону и ни к чему не приходим. — беспомощно развела руками я.

—Слушай, а может тебе все-таки согласиться. Все-таки квартира в центре Москвы. Тебе всяко проще до уника добираться. Столько плюсов. — задумчиво предложила мне Зоя.

—Эм, да, но папа будет меня прессовать, чтобы я следила за Никой. С моей работой и двумя халтурами это проблематично. — тяжело вздохнула я. — В любом случае, ты права. Нужно еще раз все обдумать.

В этот момент наш разговор прервал незнакомец, на виснув над нами. Не, я же предупреждала, что убью любого, кто ко мне сегодня пристанет. В этого человека явно намерения докопаться до меня. Чтобы не нападать с самого начала, я сжала руки в кулаки. Нужно сдержать раздражение. Присмотревшись к парню, я узнала этот идеальный костюм и, соответственно, того козла, который обрызгал меня утром. Если он подошел извиниться, то я, так и быть, приму извинения.

—У вас свободно? — спросил парень с акцентом и указал на место рядом со мной. — Здесь все занято. Я подумал…

—Нет, здесь тоже занято. — я плюхнула свою сумку на место, раздраженно прорычав. — Глаза раскрой.

—Твоя сумка постоит на полу? — парень не собирался сдаваться.

—Моя сумка настрадалась сегодня достаточно, чтобы постоять на этом месте без тебя. Прежде чем обливать её дважды водой из лужи, ты мог бы подумать, что хозяйка этой сумки весьма злопамятная. Вопросы есть? — для устрашения я хрустнула пальцами несколько раз.

—Ты была? — корявенько спросил парень. — Я приношу свои извинения. Мой водитель нечаянно. Я опаздывал.

—А я пропустила лекцию, на которую ты опаздывал, потому что сушила одежду. Вчера я ехала в метро до дома мокрой. «Спасибо» твоему водителю. — от порции наглости и неуклюжих оправданий этого иностранца мне захотелось ударить. — Лучше тикай отсюда сейчас, если не хочешь получить по башке этой сумочкой.

—П-понял, извините. — голос парня дрогнул, и он ушел.

Не дожидаясь момента, когда он отойдет на безопасное расстояние, чтобы нас не слышать, я спросила у Зои:

—Что. Это. За. Фрик? — моя нервная система с трудом справлялась с волной раздражения и злости.

—Это? Это очередной иностранец по обмену. Декан представил сегодня на лекции. — пояснила Зоя, посмеиваясь надо мной. — Я знаю, как ты относишься ко всем иностранцам после «того» раза, поэтому не решилась злить тебя еще больше.

—О да, это ты правильно сделала. Меня он уже бесит. — закатила глаза я. — Такой же бесячий и надменный, как был Рич.

—Не рычи. — засмеялась Зоя, протяну мне новую плитку шоколада. — Скушай и успокойся.

—Пожалуй. — приняла вкусняшку я.

—О, смотри, Васильев пришел. — Зоя указала на препода и спрятала шоколадку за пеналом.

На этой радостной ноте мы включили на планшете кино и погрузились в мир супергероев. Скучная пара по истории экономики прошла очень быстро. Я не могу сказать, что мне не нравиться история. Просто метод подачи материала у Васильева очень нудный. Мне кто-то говорил, что его заставили читать нам эти лекции, потому что больше некому. Сам он у нас статистику преподает. Вот там интересно, да. Мы с Зоей быстренько собрали свои вещички и потащились на последний по распинаю семинар по той же истории. Вру, у нас их сегодня два, но предмет-то один. Эту неприятность мы переживем. Я открыла ежедневник. Так-с, у меня халтура в шесть. Нужно поднажать и отпроситься пораньше, чтобы успеть доехать.

Ничего необычного с появлением в наших рядах нового иностранца не произошло. Девчонки подходили к нему знакомится. В отличие от толстого и злобного Рича этот гаденыш не особо проявлял интерес к моим одногруппницам и косился на меня. Такое чувство, что он приперся по наводке Ричарда. Да, конечно, есть одна Алина, которая заменит всем богатеньким мажорам гида по России. Еще и бесплатно. Отказываюсь. В бан всех. Даже за зачеты не подпишусь на это издевательство снова. Я честно старалась игнорировать взгляды иностранца, но нет. Не вышло. Мою вспыльчивую натуру бесит сегодняшний день в целом. Выждав момент, во время пятиминутки он нашел повод заговорить со мной снова.

—Послушай, я готов искупить свой вину. — сказала он с щенячьим глазами. — Куда я могу тебя подвести?

—Никуда. Буду очень признательна. — с сарказмом выдала я и натянуто улыбнулась.

—Я говорю серьезно. — парень был настойчив, а затем подозрительно спросил. — Ты не помнишь меня? Или претворяешься?

Я оглядела парня еще раз. Худой. Накаченный. Не удивлюсь, если под этой рубашкой скрываются кубики пресса. Плечи широкие. Мускулистые. Сам он в хорошей форме, не то что толстый очкарик Рич. Лицо тоже незнакомое. Острые, идеально правильные черты лица. Каштановые волосы, прилизанные лаком или гелем. Ну, не помню я его. Для меня все красавчики одинаковые. Вроде бы… Нет, не встречала я никого с такой шикарной внешностью.

—Ты чего ко мне прицепился?! — сорвалась я на парня. — Отцепись уже от меня, а? Тут много желающих с тобой пообщаться.

—А так? — парень надул щеки и надел черные очки с прямоугольными стеклами.

Моя челюсть отъехала вниз. Это Рич, мать его за лапку! Он похудел и заменил очки на линзы! Не узнать его совсем в божеском виде. И как я докатилась до жизни такой? В ту же секунду я поняла, что не хочу ни видеть его, ни слышать после всего, что между нами было, поэтому встала и молча собрала свои вещички. Зоя не стала меня останавливать, так как сама находилась в глубоком шоке. У меня появились дела, которые требует моего сию минутного пристукивая. Нервы мои сдают.

—Ты ничего не сказать мне? — Рич встрял в образовавшуюся паузу.

—А что говорить? — снова ответила вопросом на вопрос я. — Только ты мог дважды облить меня водой. Я должна была сразу догадаться.

—Нет, я хотел сказать, что мы не договорить тогда, поэтому… — Рич не успел закончить свою мысль, потому что я прошла мимо него. — Вернись!

—Нам не о чем с тобой говорить, Рич. Все уже давно кончилось. — пробубнила я и ушла.

—Я так не думаю. — Рич припустил за мной.

—Не преследуй меня. — огрызнулась я. — Полтора года назад ты не удосужился догнать меня, так зачем сейчас что-то менять?

—Ты хотела, чтобы я быть честен с тобой. Сейчас я приехать все объяснить. — Рич шел за мной быстрым шагом. — Я измениться для тебя.

—Ты не думал, что я не хотела, чтобы ты менялся для меня? Я всего лишь хотела узнать хоть что-нибудь о тебе. — не оборачиваясь, крикнула я.

—Спрашивай. Я отвечу! — Рич поймал меня за руку, чтобы я обернулась. — Посмотри на меня.

—Смотрю. — я не побоялась посмотреть Ричу в глаза и увидеть в них мольбу о прощении, только для нас это не играет никакой роли. — Между нами все кончено, Ричард. Неужели за полтора года ты не понял, что это был ничего не значащий роман?

—Я так не считать. — заключил Рич и крепче взял меня за руку. — Это было больше чем роман. Я так чувствовать. Ответь честно, ты рада меня видеть?

—Я… Я не знаю. — замялась я.

—Я очень рад видеть тебя…

Что ты об этом думаешь? Пиши в комментариях)

«Жизнь – как служба доставки: получаем то,
что заказывали».

Стивен Кови

Москва

Кирилл

Полагаю, все, кто ждал моего нового выхода, хотят знать, каков же план мести. Ладно-ладно, томить больше не буду. Только вставлю пару слов, чтобы было понятнее. История такая. Я сидел у себя на кухне и внимательно слушал, как Катя пересказывает рассказ Отто о Лере, пялясь на фото с Джейсоном. Я был в ярости. Мама была права, говоря, что я помчусь в Лондон, как только это увижу. Сразу вспомнилась моя молодость. Я, наверное, еще пока не старик. Мне почти тридцать… Опустим этот момент. В универе, впрочем, как и в старших классах я заводился с полуслова и легко ввязывался в драки. Сегодня тот самый случай, когда простое фото довело меня до точки кипения. Кулаки чесались разукрасить эту американскую морду, которая решила отбить мою жену.

Джейсона я узнал сразу. Как я мог не вспомнить эту смазливую иностранную морду. Он еще тогда пытался подлезть к Лере! Заигрывал с ней, а теперь кот из дома – мышки в пляс. Не позволю! Никому не отдам мою Зайку. Чтобы я не натворил в прошлом, Лера все еще моя. Моя.

—Так, я в Лондон. — я встал из-за стола. — Мне нужно дать ему в рожу.

—Не самая лучшая идея. Он тебя засудит. — с очевидной иронией сказал Олег.

—А ну стоять. — мама одарила меня строгим взглядом, тем самым пригвоздив к стулу. — Никуда ты не пойдешь.

—Это с какой стати? — я в изумлении изогнул бровь, пытаясь контролировать свой гнев.

—Отто сказала, что давить на жалость бесполезно. Что ты будешь говорить ей при встрече? Нытье про то, как тебя ужасно жаль, не прокатит. — Катя вовремя включила логику, оперевшись локтями о стол, точно детектив. — Ты сможешь сблизиться с Лерой только с помощью кое-кого. Теть Лен, передаю слова Вам.

—Спасибо, Катенька. — мама, сложив руки на столе, одарила меня своим фирменным взглядом непреодолимого хитреца. — Значится так, сынок, ты должен подружиться с Андреем.

—Чего?! — вырвалось у меня на всю кухню. — Андрея Викторович ненавидит меня с самого нашего знакомства.

—Нет, Кирилл, ты все неправильно понял. Папа на самом деле тебе очень благодарен за помощь. Просто он очень гордый и с трудом признает свои ошибки. — вступилась за отца Милена.

—Может, Андрей тебя на дух и не переносит, но для Леры он желает только добра. Или ты думаешь, что он сам в восторге от этого Джейсона? — мамины слова звучали крайне убедительно. — Андрей мне признался, что если Лера решит сблизиться с американцем, то вряд ли хоть раз еще вернется в Россию из своей этой Европы или вообще из Америки.

—Так что в твоих интересах помириться с Андрей Викторовичем. — воткнул в меня очередную шпильку Олег, подытожив все сказанное. — Мы с Милой, так и быть, тебе в этом поможем.

—Но мы это делаем исключительно ради благополучия и счастья Леры, а не ради тебя. — Милена была жестка, как бетонная стена, в своих выражениях и переглянулась с Олегом.

—Ладно, договорились. — слегка раздраженно проговорил я и протянул Олегу руку.

—В рожу бить не будешь, сучонок? — подкусил меня Олег, ведь вряд ли теперь перестанет мне припоминать «тот случай».

—Завязал, но специально для тебя сколько захочешь, извращенец. — бросил в отместку я, пожимая руку Олегу.

—Мальчики, попрошу без этих ваших сцен. — одернула нас Катя. — Кирилл, весь следующий месяц ты должен играть на публику сущую невинность с крылышками и нимбом над головой в то время, как Маша и Тина будут гореть в Аду.

—Продолжай. — я подался вперед к Кате. — Я слушаю во все свои два уха.

Катя, аки сыщик-следопыт, достает из сумочки папку с надписью «Маша» и протягивает её мне со словами:

—Вот, ознакомься, затем дай почитать другим.

Я начал ознакомление с кратким досье на Машу, аж зачитался. Столько всего интересного. Хм, любопытно. Маша работала шлюхой с трассы до встречи с Филей! Мои глаза чуть не вылетели из орбит. Немыслимо. Ну-ка, что там еще есть. После окончания школы вступительные в театральный ВУЗ она провалила и пошла работать уборщицей в офис к Филе, но до этого зарабатывал на жизнь исключительно эскортом и тем, что сосала богатым дядям в дорогих иномарках. Какой успех! От поломойки-проститутки до секретутки! Растет девочка. Как Катюха это делает? Моя двоюродная сестра бросила маме взгляд, полный удовлетворения от проделанной работы. Ну, Маша! Придушу. И это жалкое подобие человека посмело обидеть мою Леру! Мою девочку! Мою Зайку!

Так-так, с карьерой более-менее понятно, а что у Маши с семьей. Лера говорила, что её родители в разводе. Почему? О-о-о, тут есть ответ. Отец Маши застукал её мамашу с любовником в ресторане. Вернее сказать, ему прислали фото измены. Твою мать, эта стерва даже не придумала ничего нового, кроме как подставить Леру так, как в попалась в свое время её мамаша. После развода Маша некоторое время жила с отцом, но потом этот мужик от нее отказался и отдал матери. Оу, опять денежки не поделили. Все папинькины кровные баксики Мария сливала матери на счет. Гениальные схемы. В итоге мамаша нашла себе нового мужичка и скакала из койки в койку, тем самым зарабатывая на жизнь. Порочная семейка. Ничего не скажешь.

От прочитанного у меня появилась только жалость к Филе. Он ведь простофиля. Душа нараспашку. Не мудрено почему Маша так строга и груба с Яриком. Она его просто-напросто не любит. Мать, для которой собственный сын пустое место, – это нечто жуткое. Мне сразу вспомнилось, как Лера плакала, когда видела отрицательные тесты на беременность. Если бы у нас все-таки родился ребенок, моя Зайка была самой лучшей мамой на свете. Не сомневаюсь в этом ни на грамм. Я протянул листки бумаги дальше прямо в руки Олегу. Милена заглянула к нему в бумажки и начала читать вместе с ним.

—Что тут у нас? Ночная бабочка. — протянул Олег слегка ошеломленно.

—Она провалила вступы в ГИТИС? Куда же её понесло с таким-то рыльцем и «талантом». — Милена звучала цинично и брезгливо, как при нашей первой встрече.

—Зато Филюшка сейчас ей все-все купил. — фыркнула мама между делом, устало потирая глаза. — Куда только Лиля смотрит. За ухо надо было Филюшку хватать и тащить от этой, пока не поздно.

Лилия Васильевна – это мама Фили. Они с моей мамой очень близкие подруги еще с тех времен, когда мы пешком под стол ходили. Очень демократичная женщина, воспитанная и образованная. Филипп очень многим пошел в нее. Это я для справки. Не берете в голову.

—Лера определенно не умеет выбирать себе друзей. — заключил Олег, дочитав до конца. — Не при тете Лене сказано, что мне такие дамы в свое время выделывали.

—Уж воздержись, Олежка. — мама щелкнула языком, что для нее несвойственно, хотя слушать про проституток определенно неприемлемо женщинам её статуса.

—Как и мужей, кстати. — подчеркнула Милена.

—Ну, как посмотреть. — развел руками я и решил напомнить. — Ты тоже особой доброжелательностью к Лере не блистала.

—Зато ты был таким чутким мужем, что не смог отличить чужую подставу от реальной измены. — только что я почувствовал, как Милена воткнула мне в самое сердце осиновой кол.

—Чем ты думала, когда издевалась над Лерой в школе и лишала её возможности завести нормальных друзей? — не собирался признавать поражение я.

—А чем думал ты, когда позвонил Лере, наговорил гадостей и подтолкнул её к тому, чтобы наглотаться таблеток? — Милена слово за словом закипала от злости.

—Так! Хватит, мы здесь собрались, потому что у нас есть общий враг. — Олег попытался вклиниться в назревающий конфликт между мной и Миленой.

—Да, будь добр, угомони свою благоверную. — бросил я, сбавив обороты.

—Девочки, не ссорьтесь. — встряла Катя со своей очередной издевкой в мой адрес.

—Лучше подумайте, что, рассказав правду о Маше, мы разрушим семью Фили. Пусть мы сейчас не общаемся, но я все равно считаю этого простофилю своим другом. Собственно, как и тебя, Кирилл, беря в расчёт, что я чуть не помер после твоего приступа ревности. — Олег обреченно вздохнул.

—Мы знаем, поэтому тетя Лена уже говорила на эту тему с мамой Филиппа. — по-деловому подступилась к делу Катя. — И? Что тетя Лиля?

—Лилечка дала добро. Невестка их не устраивает, а Филюшку они с отцом поддержат. — мама явно не в восторге от нашей затем, однако другого выбора у нас нет. — Мы должны делать, что должно.

—Хорошо. — мрачно кивнул Олег. — Что дальше?

—А дальше коротенькая справка о Тине. — Катя протянула нам вторую папку. — Здесь история поприличней, чем у Маши.

Я открыл худенькую папочку. Скудненько. Мы с вами и сами прекрасно знаем, что Тина из семьи дипломатов, иначе в МГИМО ей не пробиться. Чем занималась наша-не-наша Тина в школьные годы? В модельном агенстве своей старшей сестренки. Вот это поворот. Также у нашей злодейки есть старший брат-бизнесмен. Причем он от первого брака её матери. Получается, Тине он братик только на половину. Занятно. Что там еще? После косяка её отца в МИДе пути-дорожки в дипломатию для Тины оказались закрыты. Плюс, училась она крайне плохо по сравнению с моей Зайкой. Переваливалась с тройки на четверку, имела хвосты, которые попал ей закрывать кто? Правильно, моя бедная Лера. Вот я осел.

Закончив изучение, я снова швырнул папкой в Олега со славами:

—Почему я сам не додумался до того, чтобы проверить биографию Тины и Маши?

—Хм, дай-ка подумать. Потому что ты – доверчивый придурок, как Филя? — напомнил мне Олег, просматривая досье. — По сравнению с Машей банальщина какая-то.

—Ну, про Тину уже давно ходят слухи, что её папаша сильно накосячил с документами и международными протоколами. Папа как-то обмолвился, что он просил у него помощи, но не судьба. Зачем ему так подставляться. Дело серьезное. — пояснила Милена.

—Таким образом, мы имеем две озлобленные этой жизнью девицы, которых заело счастье Леры. — подытожила Катерина с весьма печальным лицом.

—Зря они с нами связались. — зашипела Милена. — Лера, конечно же, давно забила на эту компанию. Кирилл, если что, она догадалась, что это все подстроила Тина на пару с кем-то уже очень давно. Просто она не захотела бегать за тобой и унижаться.

—Чисто как девушка, я бы поступила так же. — кивнула Катерина, чтобы поддержать Милену.

—В этом что-то есть. Согласен. — Олег томно вздохнул. — Девочки, давайте к делу.

—А я по твоему мнению тоже девочка? — надулся я, вскинув руки.

—Фактически. — хмыкнул Олег весьма и весьма задумчиво.

—Хватит, заладили тут о своем. — одернула нас мама. — Катюш, статья в журнал уже почти готова.

—Легко Тина повелась. — зааплодировала Милена. — Как можно быть такой доверчивой после того, как она так легко развела Леру и Кирилла.

—На каждую киску найдется своя мышка. — мама хищно улыбнулась.

—А теперь поподробнее. — на этом подготовка к нашей авантюру закончилась.

Пару недель спустя

—Кирилл Сергеевич, как Вы относитесь ко всему, что произошло между Вами и Валерией Розовой? — этот вопрос я ждал все интервью.

—Хотел бы Вас поправить, моя жена все еще Валерия Шведова и, надеюсь, ею и останется. Я искренне сожалею о каждом обидном слове, которое я произнес в адрес Леры. — держа руку на сердце, отозвался я.

Журналистка сразу же принялась фиксировать сказанную мной фразу у себя в блокноте. Прекрасное начало моего искрометного плана «Как уничтожить Машу и Тину». Пора нам всем пожинать плоды собственных зависти и эгоизма. Собственно, ради этого я, по-хозяйски расположившись в кресле, выкладываю журналистке подробности своего фиаско в личной жизни. Делаю я это не просто так. Видите ли, в своем интервью Тина поделилась с прессой, что в отношениях со мной она была несчастна. Видите ли, я никогда не любил её и был настоящим уродом по отношению к ней: не уделял ей достаточно внимания, оскорблял и унижал её. Нет, девочка кое-что попутала. Настоящим уродом я стал, когда обидел мою Зайку. Пренебрегал ли я Тиной? Да, пренебрегал, потому что она сама кроме денег больше ничего у меня не просила. Желтой прессе Тина, естественно, этого не рассказала.

Где я сейчас нахожусь? Где? Где? Ну, у себя на даче. Я не приезжал сюда уже четыре года. И, знаете, когда я открыл дверь, какого было мое удивление понять, что в доме до сих пор пахло Лерой. На постельном белье в нашей спальне держался легкий запах её тела и волос. Это звучит так, будто я самый настоящий извращенец, но сейчас я осознал, как сильно по ней скучаю. До приезда журналистки я ходил по дому с подушкой Леры, вдыхая едва заметный аромат её духов. Моя нежная красавица-Зайка. Мне так её не хватает. В груди аж щемит.

—Вы никогда не думали о том, чтобы наладить отношения с Валерией? — подступилась издалека журналистка. — Если Вы искренне сожалеете, то все можно вернуть. Это же так легко.

—Возможно, со стороны это кажется легким, но на самом деле нет. Как я могу заставить Леру снова разговаривать со мной против воли. — развел руками я.

—Боже, Кирилл Сергеевич, все мы здесь взрослые люди. Раньше о Вас писали, как о непревзойденном романтике. Вы влюбились в Валерию с первого взгляда и буквально украли её из дома. Я никогда не поверю, что сейчас Вы отнекиваетесь фразой: «Все сложно». — чуток усмехнулась надо мной журналистка.

—Вовсе нет. Что Вы хотите знать, чтобы понять, почему так все сложно, что мне не до романтических поступком? — решил пойти с козырей я.

—Что ж, я бы хотела спросить Вас об отношениях с Тиной Лазовской? Все, что она говорит правда? Или кто-то всё-таки врет. — журналистка изящно перекинула ногу на ногу.

—Я бы сказал, что кто-то всё-таки врет. И это точно буду не я. — я не уступал журналистке в наигранно дерзкой подаче информации. — После того, что Тина рассказала обо мне, многие думают, что я точно так же обращался с Лерой. Это абсолютная ложь. Наши отношения с Тиной были построены исключительно на деньгах. Я давал ей столько, сколько она просила, и все были довольны.

—То есть, Вы утверждаете, что слова Тины – это всего навсего клевета. Хм, немного неожиданно. Тогда почему Вы в итоге её выгнали, раз вам было так хорошо вместе? — это был тонкий, но весьма колкий вопрос, адресованный мне.

— Я узнал правду. Наверное, этим все будет сказано. — таинственно произнес я. — Лера мне никогда не изменяла. Это все было подстроено.

—Кем, если не секрет? — журналистка почувствовала горяченькое для первой странички её журнала, за что ей светит премия.

—Тиной и её закадычной подружкой Машей. — я произнес это так, будто выплюнул из себя искрометное признание. — Моя вина тоже имеет место. Яму вырыли для Леры, но я не протянул ей руку, чтобы помочь выбраться. Наоборот, сам её туда и толкнул. Повелся на чужой план.

—План? Звучит как описание сцены из русской мелодрамы. Она его любила, но обман разбил их семью. — надменный тон журналистки заставил меня разозлиться.

—Считайте, как хотите. Тем не менее, после того, что Вы сейчас услышите, Ваше мнение поменяется. — в ответ на надменность журналистки я ответил железобетонной уверенностью.

—Интрига интригой, но я жду от Вас признания. — журналистка хитро прищурилась.

—Пожалуй, начну с вопроса Вам. Что Вы знаете о Тине и Маши? — буркнул я.

—Относительно немного. О своем имидже Тина и Мария заботятся достаточно неплохо. Они не были замечены ни в одной подозрительной компании, не участвовали ни в одном скандале за исключением сегодня. — глаза журналистки хищно сверкнули в предвкушении сенсации.

—Тогда, Вам следует сначала узнать, что Тина и Маша были инициаторами нашего разрыва с Лерой. Мотивы уходят корнями в прошлое этих двоих, потому мне пришлось капнуть поглубже. — я сменил позу, оперевшись локтями о колени, подавшись вперед, и только после этого продолжил. — Вы знали, что до того, как залететь и удачно выскочить замуж за моего лучшего друга, Маша и Лера уже были знакомы со школы. Лера пошла учиться дальше, поступила в МГИМО, а потом встретила меня и жила со мной долго и счастливо. В то время как Маша провалила вступительные в ГИТИС. Отношения с родителями у нее были не очень в силу давнего конфликта. Денег не особо, поэтому она пошла днем работать поломойкой, ночью – проституткой. Тут ей «везет», и она цепляет на крючок Филиппа, встречает Леру в моей компании. Как думаете, удачный повод, чтобы возненавидеть мою добрую, великодушную жену, если завидовать ей всегда?

— Интересно Вы рассуждаете. На ваш взгляд именно Тина и Мария подставили Валерию перед Вами из зависти. Начнем с того, что в данной ситуации подло поступили Вы, Кирилл Сергеевич. — журналистка метнула в мой огород кирпич и побила им мои помидоры.

—Я никогда не отрицал своей вины перед Лерой. Да, я виноват и хочу искренне попросить у нее прощения. На самом деле я никогда не был для нее хорошим мужем. Скорее Лера была для меня слишком хорошей женой, потому что никогда не жаловалась и не выносила сор из избы. — согласился с журналисткой я и метнул в нее образным помидором.

—Например, Валерия скрывала ваши ссоры и не рассказывала о них подругам. Мне кажется, это больше походит страх перед Вами. — ответочка от журналистки повергла меня в шок.

—Лера никогда меня не боялась. Вы заблуждаетесь. Она, как любая уважающая себя девушка, закатывала мне громкие скандалы. — вступился за Леру я и направил разговор в нужное русло. — Был случай, когда я забыл про её день рождения. Лера, если верить Вашей теории, должна была промолчать, но вместо этого она разбила тарелку и ушла из дома на дачу, в которой мы сейчас находимся. Она уже давно сомневалась в честности и искренности Тины, поэтому ничем с ней не делилась.

—Вы были в отношениях с Тиной. Зачем Вы это сделали? — спросила журналистка, хитро прищурившись.

—Как говорят мои друзья, потому что я – олень. — начал свое разоблачение я. — Леру оговорили Тина и Маша, а я повелся. Если Маша очень неожиданно появилась в нашей жизни, то Тина довольно давно предпринимала попытки соблазнить меня. Лера в силу своей безобидности и желания видеть в людях только хорошее постоянно оправдывала действия Тины, хотя должна была прекратить их дружбу уже очень давно.

—Чем докажите? — журналистка что-то быстро накорябала в своем блокноте.

—Тина не разбудила своего парня, чтобы он не пришел на вручение диплома и у нее была возможность открыто флиртовать со мной. Она даже оделась практически как моя Лера. Когда мы дозвонились до Миши, выяснилось, что Тина фактически отключила его будильник. — выдал я свои козыри. — На вечеринке в честь окончания университете Тина очень подозрительно вела себя вместе с Машей. Они нигде не пересекались, но общались так, будто уже знакомы. Это я заметил в тот момент, когда они вдвоем начали унижать Леру.

—Весомо. Полагаю, Вам есть что рассказать об этих двоих. — журналистка раскопала золотую жилу.

Я начал интереснейшее повествование о «хобби» Маши. Нелегкая это работа – быть ночной бабочкой? Пожалуй, буду называть вещи своими именами. Проститутка она и в Африке проститутка. Древнейшая профессия, между прочем. Я никогда не прощу Маше такую подставу. Актрисой из побирушек стать захотела? Захотела заполнить экранное время «Первого Канала» своей дурацкой кулинарной передачей? Девочка захотела стать звездой и светиться по телеку? Филя все-все устроил, и я даже помог, став спонсором этой бодяги. Я не против, если бы она не трогала мою Зайку. Пора рубить канаты. Моя наполовину утопленная яхта отплывает в долгое плавание по возвращению Леры. Главное – не потонуть на каком-нибудь рифе.

Журналистка записала от меня много фактов о нашей Машеньке. Например, история о том, как она сливала матери деньги отца после их развода, показалась представительнице прессы с хищной улыбкой очень любопытной. Вот так она потеряла поддержку папочки и осталась с голым задом на трассе. Мамаша, конечно, тоже хороша. Звать любовника к себе в койку, пока муж в командировке. По классике пошли. Могли придумать схему поизощренней, чтобы не спалиться. При этом у них хватило смелости тянуть деньги с этого бедного мужика дальше. Вот это я понимаю, неудачно женился бедолага, а ведь сам образцовый муж. Семейные разборки – хлеб и соль хорошего журналиста. Нет, я не говорю о тех людях, которые футбол обозревают или в «горячих точках», рискуя собственными жизнями, репортажи снимают. Сейчас я имею в виду исключительно «желтых», чья стезя скандалы, разборки и «любопытные ситуации». Наше расставание с Лерой относится к последним. Попались Маша и Тина практически за руку. Я выложил все самое сочное о Марие. Пусть опубликуют её биографию на первой полосе с кучей разоблачающих снимков.

Дальше мой рассказ плавно переполз на Тиночку, потому что Мария не должна почивать на лаврах одна. Тина составит ей достойнейшую компанию. Я рассказал журналистке, как Тина поймала меня пьяного в хлам в баре и залезла ко мне в постель. Изменник в нашей ситуации – это я. Я позволил себе секс с Тиной. Собственно, это она подтолкнула к избиению Олега. С какими словами эта хитрая лиса пришла ко мне? Тина плакалась, что её предал Миша. Журналистка, естественно, записывала. Не стоит забывать о косяках Тины в учебе, о неудачах её папаши в дипломатии. Давайте также скажем о семье, которая её не поддержала и выкинула за порог валяться в дерьме одной. Или нет? Старшая сестра научила Тину, как охмурить богатого мужика, то есть меня. Я же научу её тому, что бывает, если богатый мужик всё-таки умеет думать не тем, что между ног, а мозгами. Звучит даже забавно, но факт.

Я также поведал все, в чем призналась мне Тина, когда наконец очищала мою квартиру. Зависть. Зависть. И еще раз зависть. Во всем виновата зависть. Кто после всего этого еще обманутый, обиженный и оскорбленный? Леру выгнали, чтобы занять её место у нас дома, среди близких друзей и в обществе. Жаль, что я осознал это только сейчас, когда Лера вряд ли захочет снова вернуться. Я понимаю, что, отомстив Тине и Маше, останусь совсем один. Тотальное опустошение уже пришло в мою жизнь, иначе бы я не закрылся у себя в квартире и не запил, как последний алкаш. Ничего не поделать. Пора и мне платить по счетчику. Буду до победного один.

Интервью с журналисткой я закончил следующими словами:

—Если Лера захочет развестись, то я буду ходить и говорить, что не хочу разводиться. Суд должен учесть мои пожелания. А если Лера так и не вернется ко мне, то Вы можете заранее написать, что я больше никогда не женюсь.

—Хорошо сказали, Кирилл Сергеевич. — журналистка хитро улыбнулась и пожала мне руку. — Спасибо, что уделили мне время. Нужно всё-таки разобраться в этой истории.

Уж эта женщина с красными губами и взглядом орлицы точно разберется. Я почему-то в этом не сомневаюсь ни на грамм, хотя мог бы. Дело сделано. Теперь осталось только подождать того дня, когда выйдет разгромная статья. Злой, обиженный, маленький дьяволенок, сидящий недалеко от моей совести, уже предвкушал масштабы своей пакости. Даже не шалости. Если делать гадость людям, так громко и красиво. Так меня Катя с детства научила. Око за око. В моем случае я должен протереть Тину и Машу об асфальт и потом размазать о стеночку. Две стервы хорошо пригрелись на груди у Фили, а он и рад быть у них на услужении. Наивный придурок.

Остаток дня я провел в каком-то трансе. Стены дачного дома очень давили. На каждом углу мне мерещилась Лера. Зайдешь на кухню, так она там стоит перед глазами и готовит, как радостно и светло улыбается. За душу берет. Сядешь на диване в гостиной, и там моя Зайка книжку читает и звонко смеется над смешными моментами. Не стесняется меня. Наоборот, хочет, чтобы я тоже услышал. В спальне мне морально совсем поплохело. Сколько мы там, кхэм-кхэм, ночей бессонных провели. Сколько ласковых слов было там сказано. Сколько любви и нежности Лера мне принесла. Сколько счастья… Сколько!

Настоящие мужики не плачут, Кирилл. Я упал рядом с кроватью и прижал ладони к рукам, пытаясь сдержать слезы. Стало так паршиво. Нет, мне не просто паршиво, а хреново. Херово… И по нарастающей. Нельзя пить. Алкоголем все это не запьешь. Как говорила психолог, нужда дать волю эмоциям. Если я продолжу себя подавлять, то никогда не вылезу из этого всего. Может, у меня и не депрессия, но я близок к ней. Я в отчаянии, смятении, тоске. Раз слезинка. Два слезинка. Я разрыдался, как девчонка, прикрывая свою слабость руками. Через полчаса стало легче. Больше не хотелось затравить свою печень убойными дозами спиртного. Не зря я плачу такие бабки психотерапевту. К вечеру я очухался и уехал. Больше на дачу не вернусь. Без Леры ноги моей здесь не будет. Слишком тяжко одному, хотя и желания все это продать к чертовой матери не было. Просто нужно подождать, когда этот дом снова будет радовать нас двоих.

Утро после выхода долгожданной статьи

В офисе утром уже кипела работа. Я морально готовился заключить нехилый такой контрактик. Знаете, в моем понимании все эти тендеры как игра в покер или карты. Нужно быть умелым шулером, чтобы выиграть приз. А сколько азарта и адреналина. Меня будто затягивает. Я подсадил себя на работу, чтобы меньше думать о Лере. Мысли о ней будоражат память. Будоражат настолько, что взвыть на весь мир хочется. Заняться чем-то полезным – лучшее из всего, что можно придумать. Тем не менее, банкет я не давал команду заказывать. Не будем скакать с одного пункта плана на другой. Нужно делать все поэтапно.

—Вам туда нельзя! — закричала моя секретарша, вбегая в кабинет.

Чуть ли не с ноги открывается дверь. Я отрываю глаза от компьютера. Батюшки! Какие люди и без охраны. Из ноздрей Фили… Вру, изо всех дырок Филиппа валит пар. Сам он красный, как помидор. Астматик хренов. Того и гляди задохнется от собственной злость, а эту сучку подзаборную защищать притащился аж ко мне в офис. Только скандалов перед сделкой не хватало. Прорвался буквально с боем. Он в ярости пришел разбираться. Значит, вышла статья. Почему мне Катюха не сказала? Я бы хоть слова «благодарности» бывшему лучшему другу подготовил и себя заодно морально. Ну вот, придется действовать по ситуации.

Я глянул на часы. Сделка через час. Значит, через тридцать минут Филюнчик покинет стены моей конторы. Без разницы как. Он мне все равно больше не друг. Пусть охрана на крайняк выпроваживает его со всеми почестями за шкирку.

—Кирилл Сергеевич, простите ради Бога. — начала извиняться секретарша и схватила Филю за руку. — Уходите немедленно, Кирилл Сергеевич сейчас не принимает!

—Рита, все в порядке. Данное поведение подстать уровню нашего гостя. — начал я, облокотившись на спинку кресла. — Оставьте нас. Через полчаса вызовите охрану, если Филипп не уйдет сам.

—Слушаюсь. — Рита кивнула и в страхе попасть под мою горячую руку увольнения убежала, захлопнув дверь.

Филя швырнул мне на стол газету, оперевшись о столешницу двумя руками, чтобы внимательно посмотреть в мои глаза. А я что? Правильно, я ничего: чист и невинен. И за что этот лох на меня взъелся? Собственно, мой взгляд говорил сам за себя. Я не при делах, друг мой. Осталось только похлопать глазками.

—Я тебя внимательно слушаю. — совершенно спокойно выдал я, сложив руки на груди.

—Зачем ты наговорил всякую ересь о моей жене? — Филя неистово затыкал в газету указательным пальцем.

—А зачем твоя жена столкнула нас с Олегом? — все еще сохранял невозмутимость я.

—Маша никого не сталкивала! Лера сама виновата в том, что попалась. — начал катить бочку на мою жену Филя.

—Ты никогда не задумывался, кто отправил мне эти фотографии? — мне было абсолютно плевать, как громко орет Филипп. — Или почему я пришел к вам без Леры?

—Ты пришел к нам один, потому что Лера нашла повод, чтобы убежать на свидание к Олегу. А фотографии тебе отправил… — глаза Фили забегали по окну за моей спиной.

—Ну? Кто? — подтолкнул этого глупца я.

—Не знаю я! Факт есть факт! Твоя жена тебе изменила! — огрызнулся Филя и ткнул на сей раз в меня пальцем. — Я сейчас же звоню газетчикам, и ты даешь опровержение!

—Правда глаза колит, Филя? — мой голос был холоден, а взгляд – безжалостен.

—Скорее это тебе правда глаза колит. — отмахнулся Филипп, встав в позу. — Я не сдвинусь с это места, пока ты не извинишься.

—Не собираюсь. — я тяжело вздохнул и решил пойти с козырей. — Ты сам признал факт того, что не знаешь, кто отправил мне фотографии. Я отвечу на твой вопрос. Это была Тина. Они сговорились с твоей женушкой, чтобы подставить мою Леру.

—Врешь. — огрызнулся Филя. — Ты прекрасно знаешь, что Маша на такое не способна.

—Не способна? Ты правда в это веришь? Как она обращается с тобой? Как с Яриком? Если бы она не держала тебя у себя под каблуком, то была бы такой же «ласковой кошечкой», как Тина. Разуй глаза, дебил. Нас обоих облапошили, развели как последних, а ты все еще защищаешь эту лживую суку. — я говорил предельно откровенно, не стесняясь цензуры.

—Забери свои слова обратно. Ты все равно один. Какая тебе разница? На кону стоит моя семья. — Филя звучал несколько неуверенно, но решительно в части своих намерений заставить меня извиниться.

—Кто вернет мне Леру? Кто принесет ей извинения, которых она объективно заслуживает? — слова Фили взбесили меня так сильно, что на моей шее напряглись жилы. — Мне нет дела до тебя, так что разбирайся с Машей, как хочешь, но у меня была семья, которая оказалась намного лучше твоей. Верни мне мою прежнюю счастливую жизнь!

Я долбанул со всей дури по столу двумя кулаками, которые успел хорошо накачать в зале. Стол еле-еле вынес всю тяжесть моего морального состояния. Правда, столешница захрустела под моим натиском. Подскочил даже компьютер. Папки документов попадали вниз. Рассыпался стакан с ручками. Моей ярости не было конца. Это нонсенс! Городить такой бред мне в лицо. Все эти годы я уважал семью Фили и Маши и наивно думал, что мой лучший друг раньше относился к нам с Лерой так же. Я, что, слишком многого прошу? Просто извиниться! Сказать правду! Сказать, что моя милая Лера не виновата. Я уже взял на себя ответственность за все свои злодеяния и покаялся перед журналисткой. За столько лет нашей с Филей дружбы я считал, что мы ставим баб на второе место. Наше трио мушкетеров, видимо, больше не трио.

Что я получил в итоге? Моя жизнь в руинах. Лера убежала от меня в Лондон и больше не хочет иметь со мной ничего общего. Я вынужден быть один – вдали от своей прекрасной Зайки. Как оказалось, для счастья мне нужна только моя жена. С ней хорошо даже в шалаше. Даже если я все потеряю, Лера пойдет за мной, как жена декабриста. Ох, уже не пойдет. Она смотреть-то на меня не может. Вон, уже какой-то американец пытается меня подвинуть с моего насиженного за три года места. Обойдется, русские не сдается. Жаль, что он не немец. Было бы более символично, что ли.

Какое-то время Филипп стоял, засунув язык в одно место. Он и в детстве всегда себя так вел: прыгал в кусты, когда пахло жаренным, или прятался за наши с Олегом спины. Не бейте бедного очкарика! Пусть он хоть от астмы при мне задохнется, я не побегу его спасать. Попросить Риту вызвать скорую – это максимум. Понятия не имею, каким сердитым и мрачным сейчас было мое лицо, но Филюнчик едва ли не наложил в штанишки.

—Ты… Как ты можешь. — Филипп шипел на меня, как крыса из-под канализационного люка.

—Охрана, проводите нашего гостя. — я нажал на кнопку связи с пунктом секьюрити.

В сотый раз я убеждаюсь, как легко облапошить добрячков. Злодеи правят этим миром. Хм, как-то Лера говорила, что мы с ней похожи на Золушку и Принца. Может быть и так, но, судя по моей теории, Принц тоже был отчасти злодеем, просто в сказке детям об этом не говорят. Почему так? Потому что добрых королей не бывает так же, как и бизнесменов. Поправочка, их убивают раньше, чем успевают взойти на трон и что-либо сделать для этого мира. Собственно, честные бизнесмены тоже долго не живут. Все мы частично проходимцы и сволочи так или иначе, так как это бизнес, а здесь нужно выживать и конкурировать. Не под запись сказано, но я-то тоже не такой уж и святой. Налоговый на лапу давал? Давал. Откаты, чтобы выиграть тендеры, платил? Платил. Когда совсем туго было, черную бухгалтерию вел? Вел. За конкурентами шпионил? Шпионил. И это далеко не весь список злодеяний, за которые меня можно сжечь на одном костре с Машей и Тиной. Думаю, в шкафу у того самого Принца тоже были подобные скелеты. Зато Лера совсем другая. Она – настоящая Золушка, и я хотел, чтобы у нее была жизнь королевы.

Охранники вывели изнеженного книжками Филюнчка под ручки. Сам он оказался горазд нагло стоять на своем. Никуда не пойдет, пока я не подую ему в попу и не извинюсь. Пусть уж идет плакать к Маше на грудь, чтобы та его побила. Пора раскрыть глаза. Пусть скинет уже свою лапшу с ушей. Там её хватит, чтобы накормить всех бомжей Америки. Филя вырывался, но он с детства был хиленький, так что это ему не помогло. Прежде чем переступить порог моего кабинета, я жестко и однозначно сказал:

—Ты мне больше не друг.

Дружба окончена. Минус один товарищ. Надеюсь, меня простит Олег. Кстати, надо забрать у него машину – подарок Леры. Это вечером, а сейчас я пойду заколачивать бабки. Тендер выигран. Банкет заказываем. Это было трудно. Из-за моего английского дебилизма я не мог контролировать ситуацию с австралийцами. Когда была Лера, любая сделка проходила превосходно. Моя Зайка обставила всех переводчиков. Плюс, потом все мои партнеры были ею очарованы. Теперь мучатся мне одному со всем этим. Очарованы настолько, что отчасти подписывали со мной говор, чтобы поближе пообщаться с госпожой Шведовой. Бесило ли это меня? Да! Но я терпел, потому что знал, что английская половина Леры буквально примагничивала к себе иностранцев.Лера этим обязана своей покойной маме. Очень милая и красивая женщина. Я видел её фотки. Парочка даже стоит в рамке на камине на даче рядом с фотографиями моих родителей. Мы решили сделать уголок памяти.

Наступил вечер и, выходя с работы, я позвонил Олегу. Милена, наверное, дома, так что я смогу забрать машину.

«Алло, неудачник». — выпалил Олег, ответив на звонок.

«Как всегда красноречив». — проглотил оскорбление я.

«Ну, я сегодня в ударе, не принимай близко к сердцу. Мне с утра звонил Филя и жаловался на тебя. Как жаловался, скорее предъявил, что это я тебя надоумил наболтать всякую ересь о Маше». — выдал Олег, посмеиваясь.

«Неужели? А ты что?» — удивился я.

«Я сказал этому дурню, чтобы поспрашивал у других о Маше, раз не верит нам». — тон Олега сменился на более спокойный.

«Неплохо, пусть послушает чужое честное мнение. Ты читал, кстати, статью?» — я заглушил машину.

«Наболтал ты в ней, конечно, основательно. Милена лично контролировала, чтобы журналистка все правильно написала. Если что, она делала это ради Леры. Правда, контролировать там особо не пришлось, так что ты молодец. Все четко сказал». — голос Олега звучал как никогда восторженно.

«Рад, что ты оценил. Слушай, ты же еще не продал мой подарок, да?» — решил уточнить я.

«Нет, твой подарок все еще занимает место в моем гараже. Из-за него я не смог купить новую тачку». — разразился ворчанием Олег.

«Отлично, я сегодня его заберу. Вызываю такси и еду». — воодушевился я.

«Давай-давай, шевелись. Заодно поужинать с нами». — сказал Олег очень и очень подозрительно.

«Я не хочу вас отвлекать». — замялся я.

«Брось, просто придешь и поужинаешь. Вечер все равно свободный. Не боись, Катя тебя уже отпустила». — отмахнулся Олег и положил трубку.

Я откинулся на сидение в машине. Тяжелый сегодня какой-то день. Хочется к Лере. Хочется прижаться к ней. В последнее время я слишком много о ней думаю. Это только подливает масло в огонь. Хуже уже не будет. Ха-ха, вот я наивный. Да, мы с Олегом уже не в тех дружеских отношения, как раньше, но мне казалось, что так же больше и не на ножах. Дурень я, раз так подумал. Когда я пришел к Олегу забрать машину, то был просто в шоке от этого подарка. Просто бомбическая тачка оказалась. Я о такой задумывался. Сказать, что я о ней «мечтал», у меня язык не поворачивается. Как так? За душой слишком много денег, чтобы на что-либо долго и упорно копить. Я задумывался о по покупке чего-то нереального: в свете прожектора огромный темно-синий Мерседес горел огнем. Засосало под ложечкой. Моя Зайка хотела сделать мне настолько крышесносный подарок на годовщину свадьбы, а я в тот год даже про её день рождения забыл.

Вблизи машина оказалась более офигенной: везде карбон, двадцатые литые черные диски, адаптивная диодная оптика и агрессивный внешний вид. «Агрессивный» в хорошем смысле этого слова. Вроде бы и не седан, и не мощный джип. Что-то между городским кроссовером и высоким внедорожником. Кто бы подумал, что скучный Мерседес, который я и люблю за свою простоту форм и надежность, может быть одновременно таким интересным. Темно-синий цвет только подчеркивал индивидуальность этой машины. Люкс, который нигде не купить. Я дрожащей от восторга рукой нажал на ключ. В салоне оказалось все, как я люблю. Серьезно! Лера выбирала. Она знала, что мне не нравятся сенсорные кнопки. Вместо низ я предпочитаю старые-добрые крутилки и полноценные кнопки. Так и было в сочетании с огромным дисплеем почти на всю приборку. Салон в коричневой коже. На потолке панорамная крыша. В принципе в машине было столько всяких разных примочек, в которых я бы с удовольствием еще очень долго разбирался. И это я ее даже не завел.

Мягко скажем я был в восторге, как мальчишка, которому купили новую игрушку. Олег подошел ко мне и, облокотившись одной рукой на дверь и другой о крышу машины, заглянул внутрь со словами:

—Под капотом у этой малышки турбина, которая выдает двести восемьдесят семь лошадей, и шести-ступенчатый робот. Пневмоподвеска. Адаптивный круиз-контроль не хуже, чем на топовых Теслах. Мы с ребятами её один раз пробовали. Разгон до сотни за пять и семь секунды. Заведешь, потом и проверишь.

—Ты помогал Лере выбирать, так? — меня зажрала совесть.

—Мы с ней договорились, что я ей помогу, еще когда она отрабатывала наш спор. — Олег развел руками и неожиданно напомнил. — Кстати, ты должен мне полтора ляма за хранение. Тетя Лена предлагала забрать её себе, но нет. Это твой подарок от всего сердца. Цвет, дизайн кузова и большинство опций Лера выбирала сама, так что теперь береги эту машину.

—Сколько? Всего полтора миллиона? Это еще по-божески. — съязвил я и вылез из машины. — Спасибо, что сохранил её у себя.

—Ок, ты мне должен три ляма, раз тебя цена не устраивает. — Олег явно насмехался надо мной. — Пошли уже ужинать.

Из гаража мы поднялись на лифте в дом. По пути я заметил, что все машины Олега выглядели в разы хуже, чем мой подарок. Чего только у него нет: Ламборгини, Бентли, Ролс-Ройс, Порш, Мерседес и одето в конце в хвосте плетется BMW. Признаюсь, у меня нет такого гаража. Я предпочитаю откатать одну машинку, сдать её в трейд-ин и купить себе что-нибудь поинтереснее. Что ж, у каждого свой подход.

Жаренным мне пахнуло, когда я заметил в прихожей три инородные пары обуви: две пары дамских туфель и столько же мужских ботинки. Конечно, обувь Олега и Милены я в расчёт не брал. Из гостиной тоже доносилось чужие голоса. На свой страх и риск я пошел в комнату и увидел то, к чему не был готов. Родители Олега мило болтали с отцом Леры. В уголке притихла Ирина. И эту… нехорошую женщину позвали. В принципе логично. Какие бы злодеяния не совершила Ирина, она все равно приходиться Милене матерью. Иногда нужно уметь прощать. Что я вообще несу?! Из моих уст это звучит наиболее странно. Господи, если ты так ненавидишь меня, то мог бы сразу пригласить сюда еще и мою маму. Убивать так сразу всем. Лучше бы мне провалиться на этом месте. Андрей Владимирович меня прикончит. Родители Олега тоже не в восторге встретить человека, который едва ли не сделал их сына инвалидом, наверное… Я так в газете на днях вычитал, когда готовился к интервью.

Я посмотрел на Олега. Он стоял с весьма довольным лицом, засунув руки в карманы. Милена нянчила на руках сына и даже бровью не повела. Спасибо за подставу, друзья мои. Мои глаза опустились на мои ноги. Там пол еще проваливаться не собирается, чтобы затянуть меня сразу в Ад? Вроде нет, но стыдно мне так уже давно не было. Андрей Владимирович издал громкий, тяжелый вздох, потирая под очками глаза. Зашибись реакция. Я ожидал чего-то большего. Как минимум того, что он попросит меня из этого дома. И что теперь мне делать? По логике извиниться и уйти. Хорошенький вечер.

—Я пойду, пожалуй. — стыдливо предпринял первую попытку к бегству я.

—Стоять. — Олег схватил меня за локоть. — Некрасиво с твоей стороны отказываться. Ты же не убегаешь от нас, дружище?

На слабо хочет меня взять, хитрый сучонок. Я всегда знал, что у него татаро-монголы в крови. Олег ушлый, как тот самый китаеза. Зла не хватает. Раскрутил меня на эту авантюру. Теперь у меня варианта только два: либо я признаюсь и с позором убегаю, либо остаюсь и позорюсь за ужином. Так или иначе придется позориться. Ладно, останусь.

—Если ты настаиваешь. — свалил всю ответственность на друга я.

—Настаиваю. — Олег прищурился и ухмыльнулся так, будто я качусь на своей тележке в его пропасть.

—Тогда, давайте садиться. Да, Сашенька? — оживила это унылое сборище Милена.

—Я его уложу. Начинайте без меня. — Олег забрал сына у Милены и потащился с ним на второй этаж.

Отец Леры встал и посмотрел на меня так, будто сейчас придушит.

—Не ожидал, что у тебя совести хватит заявиться сюда, Кирилл. — выплюнул Андрей Владимирович. — Как хорошо, что Лера не видит тебя сейчас.

Что значит «хорошо, что Лера не видит меня сейчас»? Мне, например, не хорошо. Я хочу к своей Зайке. Я уже раскаялся до такой степени, что готов ползать перед ней на коленях и целовать её следы. Твою ж мать, до чего я докатился. Сказать даже Андрею Владимировичу нечего. Ясен пень, это провокация, чтобы вытурить меня отсюдова.

—Я понимаю. — процедил я, отведя глаза.

—Понимай дальше. — огрызнулась мать Олега. — Как ты мог, Кирилл. Если бы Лена не умоляла нас по старой дружбе простить тебя, ты бы, помяни мое слово, уже отбывал срок за причинение тяжкого вреда здоровью.

—Вера, успокойся. Ты все сама прекрасно знаешь. — отец Олега обнял Веру Алексеевну за плечи. — Жизнь Кирилла и так уже наказала, а у Олега все замечательно сложилось.

—Хм, наказала так наказала. Вот и сиди теперь один без семьи и детей. — из уст Веры Алексеевны это звучало как проклятье.

В этот момент Андрей Викторович с жалостью на меня посмотрел. Он вообще выглядел старше своих лет. Намного более измотанным, чем три года назад. Наверное, это из-за Леры. Дочь не хочет возвращаться на Родину. Хорошенькое дело. Я бы на его месте уже взвыл. Ох, если так дело пойдет, то скоро начну по ночам волком выть на луну от одиночества.

—Пойдемте за стол. Я там сама пару блюд по рецепту Леры приготовила. — смущенно призналась Милена.

—Правда? Как там Лера? — спросил Андрей Викторович, усевшись на свое место за большим столом. — После её возвращения с конференции, она мне пока не звонила.

—Эм, пап, Лера уезжает в Америку с Джейсоном. Ей предложили работу в Вашингтоне, и она уже согласилась. — Милена отвела глаза, но потом продолжила. — Лера не знает, как тебе сказать. Она боится тебя обидеть.

Честно, никогда не видел Андрея Викторовича таким потерянным. У него вилка из рук вылетела. Как так! Моя Зайка бежит от нас в Америку! Это даже не наше полушарие! Ладно, Англию мы все еще могли стерпеть, но Соединенные Штаты Америки – явный перебор.

—Пап, все в порядке? — Милена немного испугалась. — Может, тебе налить водички?

—Здесь нужно что покрепче. — отец Олега плеснул Адрес Викторовичу виски в бокал.

—Стас! — Вера Алексеевна попыталась одернуть Станислава Денисовича. — Мы собрались праздновать полгодика Сашеньки. Не надо давать Кириллу повод снова уходить в запой.

Не переживайте. Не уйду. Так хотелось нахамить матери Олега в ответ, аж распирало. Челюсть сводит. Не могу, как тяжело проглатывать эти нелепые упреки и оскорбления.

—Надо будет ей позвонить. — тихо произнес Андрей Владимирович и более бодро продолжил. — Если Лера так решила, то ладно.

—Она ничего не говорила о разводе? — с нотками издевки вступила Ирина и злорадно покатилась на меня. — Можем сразу обсудить этот вопрос, раз уж Кирилл сегодня почтил нас своим присутствием.

—Нет, ничего. — Милена нахмурилась на мать, будто ей было неприятно, что она портит чужой разговор.

—Что она вообще говорит о Джейсоне? — Андрей Викторович прозвучал довольно растерянно.

—Ну, Лера говорит, что на её взгляд он настроен очень серьезно. Они были на свидание, и Джейсон признался, что он влюблен в нее еще с тех пор, как увидел её у нас дома. — хмыкнула Милена и поспешила закончить разговор явным намеком Андрею Викторовичу. — Папа, если ты не хочешь, чтобы Лера уезжала, ты можешь кое-что предпринять.

—Я подумаю. — кивнул Андрей Викторович.

Повисла тишина, которую развеял своим неожиданным появлением Олег:

—Что я пропустил?

Почти ничего. Для него ничего важного. Для меня же все обстояло намного сложнее. Лера уезжает. Опять. Снова. В очередной раз. Вчера она улетела в Лондон, сегодня – в Америку, а завтра куда? В Австралии её вылавливать? Боже правый, у меня уже голова кружиться т собственной жены. Неуловимая женщина. Ловишь её, ловишь, и ничего! Мне кажется, Лера на полставки секретным агентом подрабатывает. Серьезно. Это как же надо не хотеть меня видеть, чтобы жить настолько тихо, что на поиски ФСБ подключать надо. Я в шоке, друзья мои. Просто в шоке от всего. От Леры. От американца, которому кулаки уже давно чешутся морду набить. От этой жизни в целом. Вот и что мне теперь делать? Нужно подружиться с тестем. У него на лице написано, что он хочет, чтобы Лера уезжала в США еще меньше. Это недовольное, ошеломленное лицо. Эффект «неприятного удивления» заставил Андря Викторовича выронить столовый прибор из рук. Он никогда себе такого не позволял, а тут на тебе. Не вытерпел. Сорвался.

Весь вечер посиделок мы разговаривали о Шурике – сыне Олега и Милены. Бабушки и дедушки вместе с счастливым отцом пили за здоровье мальчишки. Я же думал о том, как бы мы с Лерой праздновали первый месяц, первые полгода и годик нашего ребенка. Радости было бы даже больше. Наверное, я просто завидую. Завидую, что даже у Олега, который раньше бегал от одной юбки к другой, теперь есть семья. В такие моменты думаешь, сколько на самом деле потерял. Все мои друзья устроились в этой жизни, а я своего будущего без Леры не представляю. Какая ирония. Раньше все завидовали мне, какая у меня красавица и умница жена, которая в скором времени подарит мне детей. Теперь я сижу и завидую им, потому что все потерял и не могу вернуть назад. Моя прекрасная Зайка сейчас с другим. Это невыносимо болезненные мысли о утерянном будущем, несбывшихся надеждах, неоправданных ожиданиях.

К девяти вечера застолье потихоньку переместилось в гостиную смотреть кадры со свадьбы Олега и Милены. Все довольны. На досуге посмотреть видео с нашей с Лерой свадьбы, что ли? Все равно делать нечего. Катюха скоро уедет к мужу. Наконец-то! При всем моем уважении я готов выкинуть её хоть сегодня. В печени уже её спартанский режим. Я наконец-то смогу выспаться и поесть что-то кроме вареной капусты-брокколи. Я мужик и хочу мяса! Борщ наваристый хочу! С пампушками! Да, такой едой меня давно не кормили. Мда, кажется, меня заморили голодом. Несмотря на всю мою тягу набить свое пузо до такого состояния, чтобы все съеденное назад полезло, у Олега кусок в горло не лез. Не могу сказать, что было невкусно, просто это в моих глазах подделка на еду Леры. Я узнаю её «Цезарь» где угодно. Милена не приготовила этот салат так же вкусно, как Лера.

Пора уходить. Пора валить из этой семейной идиллии. Меньше всего мне хочется видеть довольную рожу Олега на свадьбе. Блин, я веду себя как обиженный ребенок. Кто-то должен меня выпустить. Пусть Олег оторвется немного от своих сладких посиделок. Я попрощался со всеми. Наконец я ухожу. Они все так подумали. Как в Тик Токе раньше было модно говорить, и пожалуйста. Мне от вас все равно ничего не нужно. Нас с Олегом подловил отец Леры у самой двери в гараж.

—Олег, ты мог бы оставить нас? Нужно поговорить. — процедил Андрей Викторович и махнул рукой на веранду.

Олег смылся, посмеиваясь. Класс, я ему это вспомню однажды. На веранде никого. Можно говорить. За закрытой дверью нас никто не услышит.

—О чем Вы хотели поговорить? — начал издалека я.

—Я наслышан о твоем намерении помириться с Лерой. Более того, Елена Александровна и Милена активно уговаривали меня дать тебе второй шанс. — отец Леры стоял ко мне спиной, но по его вздрагивающим плечам я понял, что ему очень непросто или неприятно продолжать.

—Что Вы решили? Я полагаю, Вы позвали меня сюда, чтобы сообщить мне лично. — не тяни, старик, иначе я за себя не ручаюсь.

—Тебе известно, что Лера едва не совершила самоубийство после разрыва с тобой? — Андрей Викторович звучал угрожающе. — Ты осознаешь, что она решила наложить на себя руки из-за тебя?

Осознаю ли я? Он серьезно? Как нужно было меня любит, чтобы решиться покончить с жизнью. Лера слишком сильно любила. Я запил частично по этой причине. Моя Зайка так страдала из-за меня, пока я сидел и винил весь мир в своих неудачах… За то, что произошло между нами, несу ответственность только я один. Это я сделал Леру несчастной, хотя хотел для нее другого. Стоя перед отцом Леры, я невольно прогнулся под его давлением. Раньше никогда бы, но в данный момент он безоговорочно прав. Мне стыдно говорить, поэтому подтвердил все медленным кивком.

—Молодец, что молчишь. По крайней мере я вижу, что ты признаешь себя виноватым. Твое безрассудное поведение чуть не забрало жизнь моей единственной родной дочери. Как отец, который всего однажды увидел стеклянные глаза своего ребенка, я не могу простить тебя. Тогда я чудом успел вытряхнуть из рук Леры таблетки. Она даже не плакала. Она просто хотела покончить с собой, потому что ты её бросил. Когда Лера немного оправилась, то сказала, что ты был для нее всем. Не дай Бог, тебе побывать однажды на моем месте. — Андрей Викторович обернулся, и его глаза были переполнены злостью. — Я не позволю тебе еще раз разрушить жизнь моей дочери.

Мои мысли хаотично бегали туда-сюда в голове. Я был под впечатлением. Что ж, возможно, Андрей Викторович в чем-то прав. У нас с Лерой так и не родилось детей, чтобы я понимал его чувства, как отца, но просто отступить сейчас… Человек передо мной пытается защитить Леру от меня. В свое время я пытался защитить её от него. Андрей Викторович боится потерять Леру. Из-за моих поступков в прошлом мы оба могли потерять её навсегда. Просить прощения у холодного памятника в сто раз хуже.

—Я дал Вам шанс помириться с Лерой. Мои намерения чисты так же, как и Ваши три года назад. Прошу Вас, войдите в мое положение и позвольте хотя бы извиниться перед ней. — мой голос звучал тихо и немного сдавлено. — Я знаю, Лера не хочет меня видеть, но она должна хотя бы знать, что я искренне раскаиваюсь в содеянном.

—Хорошо, ты меня убедил. — Андрей Викторович тяжело вздохнул и протянул мне бумажку. — Это адрес Леры. Советую тебе поспешить.

—Спасибо! — я схватил бумажку и выбежал на парковку.

Я мчался до дома на новой машине. Я летел стрелой. Мне нужен только загранпаспорт. В Лондон! Просто в Лондон с адресом. Нет время поковать чемоданы. По пути я позвонил Жанне и попросил её прикрыть меня завтра на работе. Она, конечно, офигела, но выбора у нее нет. Если повезет, я помирюсь с Лерой. Ради этого я готов бросить все свои дела. И вот я уже лечу в Лондон. Сижу в самолете. Нервно подбираю слова, которые скажу моей Зайке при встрече. Или же разминаю кулаки, чтобы вытурить с моего законного места американца. Я не мог думать ни о чем другом. В мыслях одна Лера и наша семья. Вдруг она выгонит меня? Посижу под дверью соседям на смех. Вдруг захочет развестись? Буду кричать в суде, что не согласен. Вдруг не поверит моим словам? Куплю квартиру в Лондоне и буду мозолить ей глаза, пока не простит.

Я был, мягко скажем, взволнован и возбужден. Мой полет до Лондона длился будто вечность. Англия слишком «мокрая» страна для меня. Шел дождь. Зонт я, конечно же, оставил в России. Самая непродуманная штука в моей жизни – это незнание английского. С телефоном в руках я на пальцах объяснял таксисту, что мне нужно до места на бумажке. Спасибо, Андрей Викторович написал адрес по-английски, иначе я мог приехать не туда. По карте я оплатил такси и вылез наружу из машины. Лера живет в таком тихом местечке. Даже не в самом Лондоне – в пригороде. Какой кайф. И домик у нее ухоженный. Газон зеленый, коротко подстриженный. Клумбы с цветами шикарные. Вообщем, тишь, гладь и умиротворение. Хотел бы я жить с ней вот так.

Находясь под впечатлением, я не сразу обратил внимание, что какой-то местный забулдыга стучал в дверь моей жены. Лера опять вляпалась в неприятности, или мне показалось? Вот черт, и не объяснить этому пьянчуге по-нашему, чтобы шел отсюда, пока не поздно. Нет, пока я еще добрый. Прохожие в городке косились на меня, но подходить не решались. Я так странно выгляжу? Ну, да, рубашка у меня не свежая. В чем был, в том вчера прыгнул в самолет. О каком душе может идти речь. Или я так сильно похож на неотесанного русского? Кого я обманываю, ясен пень похож.

Парень колотил в дверь, как безумный, и что-то неразборчиво бурчал по-английски. С чего я вообще взял, что он пьян? Его выдала бутылка какого-то пола на ступеньке. Вспоминая мои запойные будни, я вообще ходил с бутылкой в обнимку. Алкаш алкаша поймет из далека. Только я завязал, а он – нет.

—Valerie! (Валери!) — заорал парень. — Open the door, damn you! We need to talk! (Открой дверь, черт бы тебя побрал! Нам нужно поговорить!)

Так, он сказала Валери. Это, наверное, моя Лера. Дверь открыть он её просит, что ли? И поговорить? Так, значит, передо мной тот самый «друг детства». В любви, как в бизнесе, конкурентов надо знать в лицо. Такой себе соперник. Я ожидал большего. Что за позорная клетчатая рубашка? Брезгливость бизнесмена с часами десять тысяч евро вошла в чат. Я в самые худшие моменты своей жизни так облезло не выглядел и без часов. Джейсон-то понарядней на фото. Не зря Лера его отшила! Теперь я понимаю, для чело Катерина посадила меня на строгую диету. С толстым пузом фиг посоперчиешь с этими двумя качками. «Другу детства» рубашку снять, бицепс оголить, в руки гаечный ключ дать и получится муж-на-час из эротического женского журнала.

В ответ тишина на все стенания и мольбы. Правильно! Правда, не факт, что меня не отфутболят тем же способом. Моя Зайка забаррикадировалось в доме и ни в какую не хочет открывать дверь. Такое чувство, что я следующий идиот, которого она не пустит в дом. Осталось на этот праздник позвать американскую морду. Вот и сядем мы втроем в рядок на ступеньках: американец, англичанин и русский. Анекдот какой-то.

—Well, that's fine! Fuck you up! (Что ж, прекрасно! Пошла ты!) — перед уходом крикнул парень.

Вашу Машу, вот вам и английская брань, которую я слышал только в американских фильмах с дерьмовой озвучкой из уст потных американских мачо-актеров. Я не знаю, в каком контексте эти слова были сказаны, но мне это точно не нравиться. Здесь интуитивно догадаться можно, что этот забулдыга не про цветочки в клумбах только что орал. Фак он и в России фак, за который в адрес моей Зайки я ему уши то и надеру. Кастрирую! Кулаками махать еще в школе научился. Да, ходил побитый, зато вылезал из любой драки только победителем. Только я срываюсь с места, как мимо меня пролетает какая-то девица и выпевает меня из колеи. Кажется, сейчас будет второй акт. Лучше постою-ка я на безопасном расстоянии в портере. Эх, жаль попкорна не купил в аэропорту.

В момент к нему подбегает девушка. Фе, по ней видно сразу, что местная мымра. Она кинулась парню на шею. Что-то мне это напоминает. Точно, Тина точно так же прилезла ко мне в баре. Сейчас эти двои пойдут трахаться в кустики, прям как я с Тиной. Этот пьяный и обиженный на весь белый свет парень хочет секса. Он готов облюбовать даже дерево, лишь бы выместить свои обиду и разочарование. Уж извините за мое сегодняшнее красноречие, просто сказать что-то приличное в этой ситуации язык не поворачивается. Мне это очень знакомо. Твою мать, каким жалким и убогим я выглядел со стороны. Сейчас должна из такси вылезти Катюха и с нотками очевидного злорадства похлопать меня по плечу со словами: «Это жизнь, Кирюнчик». Я нервно обернулся. Никого. Фух, бестия осталась в России гадать, куда меня занесла нелегкая, хотя нет. Они подстроили мой ужин с семьей Олега и отцом Леры. Знали, гады, что добровольно я туда не пойду, вот и заманили, применив чудеса кооперации.

—Brandon, that's enough. She's not worth it all! You know, Valerie only looks for the rich like her ex-husband.(Брэндон, хватит. Она не стоит всего этого! Ты же знаешь, Валери ищет только богатых, как ее бывший муж.) — девушка, будто актриса большого кино, обхватила лицо парня двумя руками, чтобы их взгляды встретились.

—I loved her, you know. I have loved her since childhood! (Я любил ее, знаешь. Я любил ее с детства!)— на пьяном английском кричал парень.

Мне стало противно. Спасибо небу за то, что моя Зайка его отшила. Позвольте поработать сегодня комментатором? Разрешаете? Да? Что ж, тогда я продолжу. И тут их взгляды встречаются. Между двумя влюбленными проноситься незримая обычному глазу стрела Амура и пронзает их в самые сердца. С губ девушки срываются слова:

—Hey, I know. I know, but I've loved you since I was a child. Why do you need her, who will leave at any moment, when you have me, who has always been and will always be there? (Хей, я знаю. Я знаю, но и я люблю тебя с самого детства. Зачем тебе она, которая в любой момент уедет, когда у тебя есть я, которая всегда была и будет рядом?) — тихо шепчет она.

Заиграла романтическая музыка. Атмосфера становится настолько приторно сладкой, что сподвигнет влюбленных на страстный поцелуй прямо под дверью той самой злодейки, которая не давала им быть вместе. Лера повержена. Ага, конечно, обойдутся. От сентиментальности и романтики сего момента какая-нибудь сентиментальная девушка перед экраном сейчас расплачется. Все киношные штампы собрали. Я еле-еле досматривал с Лерой мелодрамы. Чуть ли не стошнило под конец, когда эта парочка, не отлипая друг от друга, понеслась обжиматься в кустики. Надеюсь, они подыщут себе более подобающее место для любовных игрищ.

Злобные дураки ушли, теперь под балкон петь серенады к Принцессе идет Принц. Правда, по музыке у меня было три пишем два в уме. Еще школьная учительница говорила, что у меня нет ни слуха, ни голоса и ставила мне иногда четверки из жалости. Меня выгнали даже из хора! Сказали, чтобы я искал свое творческое призвание в чем-то другом. В детстве было немного обидно. Папа даже ходил в школу разбираться. В итоге передо мной извинились со словами, что не хотели оскорбить мои чувства. Вот такой у меня был отец. Из-за какой-то фигни, которую в кто-нибудь другой пролонгировал, он нашел время, чтобы сходить и заступиться за меня. Наверное, сейчас папа разочаровался бы во мне. Знаете, я прекрасно живу уже почти тридцать лет без этой музыки, но поступок моего отца, как родителя, вдохновляет.

Я подождал несколько минут и позвонил в дверь. Не открывает. Еще позвонил. Нуль реакции. Опять позвонил. Ничего. В итоге вместо обычного звонка, у меня в кармане каким-то чудом зазвонил телефон. Блин, точно, я ж подключил себе какую-то услугу, с которой роуминг копеечный, так как часто бываю заграницей по работе. Катюха. Везде эта назойливая сестрица. Зла не хватает, как вовремя она всегда звонит.

«Алло». — скупо буркнул я и уселся на ступеньки.

«О, братик, звоню узнать, как успехи». — Катерина звучала весьма злорадно.

«Никак. Я начинаю думать, что дома никого нет». — обреченно вздохнул я.
«Ты на часы смотрел? Может, Лера на работе». — предложила Катерина.

Я не успел ничего ответить, потому что за соседским забором показалась старушка.

—Young man, what are you doing there? I don't remember you in our town. (Молодой человек, что Вы там делаете? Я не припомню вас в нашем городке.) — крикнула мне она.

Я растерялся. Что делать? Я нихрена не понимаю.

«Включи громкую связь. Я тебе переведу, двоечник». — Катя немного посерьезнела.

«Включаю». — произнес я и подлетел к старушке.

—Здравствуйте, I do not, эм, talk. — кое-как выговорил я, что старушка захихикала.

«Hello, my name is Kate. This is my cousin Kirill. He does not understand and does not speak English». (Здравствуйте, меня зовут Кэйт. Перед Вами мой двоюродный брат Кирилл. Он не понимает и не разговаривает по-английски.) — тут же перевела Катерина.

—Oh, I see. My name is Mrs. Howard. I'm Vareli's neighbor. You're looking for her, aren't you? (О, я вижу. Меня зовут Миссис Говард. Я соседка Варели. Вы ведь ее ищете?) — бабулька хитро улыбнулась.

«Катя, что она говорит? Чувствую себя идиотом». — спросил я, растерянно улыбнувшись старушке.

«Говорит, что её зовут миссис Говард и она соседка Леры». — на удивление спокойно отозвалось Катя.

«Скажи ей, что я муж Леры и приехал с ней помириться. Да, и спроси, как я могу её найти». — процедил сквозь зубы я.

«Nice to meet you, Mrs. Howard. Kirill is Lera's husband. He came to ask her for forgiveness and return her to her home. Can he see her? Could it be that Lera is at work?» (Очень приятно, миссис Говард. Кирилл – муж Леры. Он приехал попросить у нее прощения и вернуть ее в домой. Он может с ней увидеться? Может ли быть так, что Лера на работе?) — проторахтела Катя на нерусском.

—I immediately guessed that you were her husband. You're very similar to... Ah, but it doesn't matter. What a pity, you're late. Valerie left last night. She has a new boyfriend from America. Nice boy. Always says hello. (Я сразу догадалась, что ты ее муж. Ты очень похож на... Ах, впрочем не важно. Какая жалость, вы опоздали. Валери уехала сегодня ночью. У нее появился новый бойфренд из Америки. Милый мальчик. Всегда здоровается.) — старушка драматично покачала головой и прижалась ладонью к щеке.

«Она уехала в Америку, Кирилл». — заключила Катя так, будто сама не ожидала такого поворота.

«Спроси, вдруг Лера оставила свой новый адрес». — предложил Кате я.

«Mrs. Howard, let me ask you, did Lera leave you her new address or phone number for communication? I understand that from the outside we seem like outsiders, but in fact we are a family and we love it very much». (Миссис Говард, позвольте спросить, не оставляла ли Лера Вам свой новый адрес или телефон для связи? Я понимаю, со стороны мы кажемся посторонними, но на самом деле мы – семья и очень ее любим.) — Катюха пыталась надовить на жалость старушки.

—I understand, but I can't help you. Valerie has been worried about you for a very long time, young man. How broken and devastated she looked when she first came here, and how fresh and full of hope she left for America. I do not doubt the sincerity of your intentions about Valerie, but I do not have her new address. Even if I had such information, I would not dare to share it with you guys, because Valerie said that she wants to start a new life with another person. (Я понимаю, но ничем помочь не могу. Валери очень долго переживала из-за Вас, молодой человек. Какой разбитой и опустошенной она выглядела, когда впервые здесь появилась, и какой свежей и полной надежд уехала в Америку. Я не сомневаюсь в искренности ваших намерений насчет Валери, однако у меня нет ее нового адреса. Даже если бы я обладала такой информацией, я бы не посмела поделиться ею с вами, ребята, потому что Валери сказала, что хочет начать новую жизнь с другим человеком.) — выдала старушка с настоящей жалостью ко мне.

«We understand, Mrs. Howard. I am very grateful that you have given us your time. If you change your mind, please call the number on the business card that Kirill will give you now». (Мы понимаем, миссис Говард. Я очень благодарна, что Вы уделили нам свое время. Если Вы передумаете, пожалуйста, позвоните по номеру на визитке, которую Вам сейчас даст Кирилл.) — я сразу узнал этот недовольный, растерянный тон Катерины, когда она не получает того, чего хочет.

«Катюха, что мне делать? Я ничего не понимаю, что происходит. О чем вы разговаривали?» — засыпал Катю вопросами я.

«Кирилл, дай миссис Говард визитку и возвращайся домой. Она сказала, что Лера уехала в Америку за новым мужчиной попытать счастье еще раз. Прости, но мы больше ничего не сможем сделать. Мы пытались». — Катя впервые на моей памяти потерпела наудачу и была расстроена этим.

Я и сам, признаться, поник и протянул старушке свою визитку из бумажника. Гейм Овер. Просто проигрыш. Катюха отключилась. Боже, как же так. Я с этим не согласен.

—Сэнькю. — выплюнул я и ушел.

Старушка тоже не стала ничего мне говорить и молча ушла к себе. Я же вызвал такси до аэропорта и улетел в Россию тем же рейсом. Все мои надежды рухнули. Остается ждать, когда Лера или её адвокат свяжутся со мной, чтобы обсудить условия нашего развода. В браке у нас так и не родилось детей. Брачный договор мы не составляли и не подписывали. Мне даже в голову не могло прийти, что наш брак закончится вот так. Нас разведут без вопросов, и я стану вновь холостяком, только больше никогда не женюсь. Что ж, видать, я однолюб. Если за три года не разлюбил Леру, то уже и не разлюблю.

Весь путь домой я искал наши фото с Лерой. Желание её увидеть никуда не делось. У нас даже был семейный Инстаграм, который я забросил, но не удалил. Столько всего мы вместе пережили. Конечно, хорошего больше. Какого «хорошего» – прекрасного! Иначе и быть не могло. Кирилл, а теперь сядь и подумай: готов ли ты сдаваться. Готов ли ты отпустить свою Зайку? Она только моя Зайка. Ничья больше. Решено! Пусть Катерина сдается. Пусть мне все говорят, что мы проиграли. Я. Не. Сдамся. Я добьюсь своего прощения. Еще не поздно все вернуть, нарожать кучу детей и счастливо греться у семейного очага всем вместе. Я так хочу. Я так сказал, а значит так и будет.

По прилете я стрелой пустился к тестю в Министерство Иностранных Дел на первом пойманном такси. В Москве десять часов утра. Он как раз на месте. Уповая на то, что у меня назначена встреча с Андреем Розовым, я пролез в его кабинет. Секретарша не особо хотела меня пускать, будто её кто-то спрашивал. Андрей Викторович сидел в кресле за своим столом и изучал какие-то бумажки. Увидев меня в дверях, он снял очки и одарил скептическим взглядом.

—Почему Вы не сказали мне, что она уехала!? — раздражено заорал я. — Вы знали, что она уезжает.

—Допустим, я знал, но хотел дать тебе шанс. Если бы ты успел до отлета моей дочери, то это судьба. Вы должны были помириться. Видимо, нет. Лера должна быть с другим. Оставь её в покое. — Андрей Викторович излучал спокойствие, игнорируя мож раздраженный тон.

—Никогда, Вы должны дать мне её новый адрес. Неужели Вы самы хотите, чтобы Лера жила на другом континенте, на другом полушарии от Вас? — я слегка успокоился.

—Знаешь, Кирилл, в детстве я слишком многое ей запрещал, поэтому она так легко убежала от меня замуж за тебя. Если Лера теперь хочет жить в Америке, пусть будет так. Я не хочу терять с ней связь. — отмахнулся Андрей Викторович. — Уходи, у меня есть работа.

—Так, значит? — в тот момент я не понимал, насколько безумен был. — Будте готовы видеть меня каждое утро на этом месте, пока я не получу адрес.

С этими словами я очистил кабинет тестя от своего присутвия. Вот так начался мой трехлетний квест по выпытываю адреса Леры.

«Один важный секрет: нужно идти туда,
куда хочется, а не туда,
куда якобы надо».

Макс Фрай

Лондон

Лера

Вот уже пятнадцать минут Джейсон сидел у меня в гостиной и мило беседовал с моей трехлетней дочерью так, будто они всю жизнь знакомы, а я пялилась на них и не могла понять, что здесь происходит. Это в голове не укладывалось. Сонечка вообще тяжело принимает незнакомцев. Ну, как тяжело… Она – умная, очень любознательная девочка и лезет к людям с расспросами, но не всем это нравится. Кто-то находит излишнюю общительность моей дочери косяком в её воспитании. Что вы мне предлагаете одергивать маленькую девочку всякий раз, когда она захочет быть самой собой, и тем самым ломать её психику? Нет уж, лучше увольте.

Соня дрыгает ножками, сидя на диване, и, хлопая своими длинными ресничками, смотрит на Джейсона. По нему видно, что взгляд этих невинных голубых глаз его свалил наповал. Как можно не влюбиться в мою малышку? Джейсон рассказывал ей об американских черных медведях и заповедниках с другим зверьем. Короче, телеканал «Дискавери» в действии. Оговорка, Сонечка очень любит животных. Вон, мой красавчик бегает хвостиком за ней. Я это поощряю, потому что в «Век Интернета» тягу к фауне у ребенка надо беречь всеми возможными способами, потому что приблизительно лет в восемь Соня окончательно увлечется телефончиком. Так было со мной. Завести собаку всегда запрещала Ирина. Эх, грустненько.

Вернемся к нашей сцене. Тедди хорошенько облаял Джейсона и лег между ним и Соней, рыча всякий раз, когда чудо мужчина хотел приблизиться к моему ребенку. «Охранник» сотого левела. С моим красавчиком не страшно в разведку.

—Здолово, дядя был в зоопалке, а мы с мамой еще не поехали. — Сонечка опустила глазки.

—Лера, что вы делаете сегодня? — недолго думая, спросил у меня Джейсон.

—Мы хотели пойти в аквапарк. — быстро ответила я, разводя руками. — Но если Сонечка хочет пойти в зоопарк, то я не против.

—Плавда?! — глаза моей дочери заблестели от счастья.

—Да, все для тебя, мой цветочек. — кивнула я без лишних эмоций, ведь появление на пороге Джейсона выбило меня из колеи.

—Могу я пойти с вами? Сто лет не бывал в зоопарке. — Джейсон перешел ближе к делу.

—Я не знаю. — замялась я, отведя глаза, чтобы не встречаться ими со взглядом Джейсона.

—Мамочка! Ну, пожалуйста, пусть дядя с нами! — Сонечка принялась весьма умело клянчить. — Дядя будет холошо себя вести. Честное слово!

—Серьезно? — с издевкой бросила я, скрестив руки на груди.

—Да. — Джейсон поднял большой палец вверх.

—Так и быть. — томно вздохнула я, не в силах устоять. — Иди, собирайся.

—Ула! — воскликнула радостно Сонечка и вскочила с дивана. — Тедди, мы в зоопалк!

Песель среагировал мгновенно и побежал за Соней наверх. Я же пододвинулась поближе к Джейсону и спросила:

—А теперь давай начистоту. Зачем ты пришел?

—Я ждал, когда ты задашь мне этот вопрос. — Джейсон улыбнулся мне лукавой улыбкой и, прочистив горло, продолжил. — Я все обдумал и решил, что хочу быть отцом для твоей дочери.

Не знаю, отвисла ли моя челюсть, но дар речи у меня пропал. Выгнать его сразу или выслушать требования? Лера, ты же дипломат. Пойдем по накатанной схеме: выслушать–подумать–отказать. Что? Я так уже не только Брендону отказывала. Нечего мне мозг выносить со своими «я тут решил». Я тоже много что для себя решила. Зачем мне мужчины? Вот возьму и стану феминисткой. Приходят тут всякие мне утро портить. Все так хорошо начиналось.

—И? Это все, что ты хотел мне сказать? — я более-менее оправилась от неприятного удивления. — Ты же понимаешь, что я не откажусь от дочери ради тебя и всегда буду ставить её интересы на первое место?

—Ты знаешь, это очень хорошее качество для женщины. — подмигнул мне Джейсон. — Такая мать точно не бросит наших детей.

—А это уже наглость. — не выдержала я.

—Прости, я слишком опережаю события. — замахал руками Джейсон. — Ничего страшного. Скоро мы обговорим этот момент.

—Я еще не сказала тебе «да». — с каменным лицом выплюнула я.

—Но скоро скажешь. — подмигнул мне Джейсон.

—С чего ты взял, что я хочу снова связывать свою жизнь с кем-либо? — скрестила руки на груди я, маскируя свое удивление.

—Потому что я – идеальный вариант для тебя. — Джейсон широко улыбнулся своей белоснежной, голивудской улыбкой.

—Сколько девушек до меня падали от этого смазливого личика в обморок? — спросила я, съязвив не по-детски.

—Эм, с десяток. — Джейсон мне подмигнул.

Сколько еще вариантов пикапа он на мне протестует? Я не поведусь на такое больше. Хватило Шведова. Он как поцелует меня в шею, как за руку возьмет, как посмотрит на своим пронзительным взглядом, что за душу берет и тогда, и сейчас. Джейсон не такой. Фальшивый, что ли. Точно искренности в этих жестах маловато. Я хотела отшить Джейсона, но Соня выбежала вниз палестинце с радостным визгом, что затряслись перекрытия дома.

—Соня, не бегай по лестнице. Это опасно! — закричала я.

Соня подбежала ко мне и встала во всей красе. Она умело натянула на себе юбку, гетры, свитер и свою панамку. Почему так умело? Просто в один прекрасный день ребенок сказал мне: «Мама, я хочу сама». Сразу не получалось. Сразу ни у кого не получается, зато потом мы освоились. Боже, какая она милашка. Я поправила Сонечке чуть съехавшую юбочку. Ребенок действительно готов.

—Прости, мама. — Соня состроила невинные глазки и наигранно поникла, чтобы не сильно ругали. — Я больше так не буду.

Знаете, моя дочь далеко не глупая девочка. Она давно просекла, что своими ангельски честными глазками и милым личиком может шантажировать людей и детей, а точнее водить бедолаг за нос. Соня подходит, делает невинное лицо, очень жалобно просит и получает все, что хочет. Схема накатанная и безотказная, только на мне больше не работает. У меня, как у матери, иммунитет. Вот точно чадо Шведова. Яблочко от яблоньки не далеко падает. Он мог раскрутить меня на секс с закрытыми глазами, хотя не только на секс. Была же я безотказной дурой-то, а.

—Ладно, малыш. Ты готова ехать? — спросила у дочери я, косясь на Джейсона.

—Да! А Тедди можно с нами? — Соня опять начина клянчить, подтащив моего красавчика за ошейник.

—Нет. В зоопарк с Тедди нельзя. Отпусти Тедди, ему может быть больно. — строго отказала я и взяла дочку за ручки. — Это может быть опасно для Тедди. Вдруг какой-нибудь дикий зверь его обидит?

Дочка обдумала мои слова и неохотно согласилась. Мой красавчик вынужден остаться дома. Тандем Соня и Тедди временно распался по причине поездки в зоопарк. Вроде как я должна быть рада ехать на Линкольне, который пригнали специально из Америка, потому что деньги девать некуда, но что-то как-то нет. Шведов уже покатал меня на своем Мерседесе. Хватит. Этого достаточно. Дух у Сони, конечно, перехватило. Высоченный, навороченный джип, из окон которого идеально видно Лондон. Плюс, симпатичный дядя, метящий ей в папы. Нет, что-то меня больше не вдохновляет. Собственно, поэтому я и выглядела блеклым, уставшим пятном в джинсах и футболке на фоне разодетого с иголочки Джейсона. Петух он и в Лондоне петух.

По зоопарку мы гуляли как-то очень странно: Джейсон и я вели Соню за ручки. Дочка довольна. Вроде как у нее есть два родителя, которые её любят. Это не так должно было выглядеть. Остановите! Я сойду. Раньше я представляла, как Шведов и я будем растить нашего ребенка, как все вместе будем гулять по набережной рядом с домом, как Шведов будет катать Соню на плечах. До маминой болезни у меня были вот такие замечательные отношения с родителями, и я хотела воссоздать их в нашей семье. Если наивная молодежь думает, что брак – не работа, то они слишком глупые или «умные». Я пахала и день, и ночь, чтобы у нас со Шведовым были крепкая семья и теплый дом.

У клеток со зверями Сонечка постоянно рассказывала про то, что услышал в передачах. Удивительно, сколько разного рода информации о животных она уже запомнила. За такое ребенка можно и нужно только похвалить. В сувенирном магазине я купила Соне огромного плюшевого медведя ей в коллекцию. Джейсон же сводил нас в кафе. Я прикинула, что они с Соней неплохо ладят. Может быть, мне стоит согласиться на его предложение? Даже Даша советовала мне рассмотреть кандидатуру Джейсона на роль нового папы для моего ребенка. Кто подумает обо мне? Это слишком тяжело для меня. Мысль о том, чтобы вновь начать с кем-то встречаться, всячески отторгалась в моей голове. Старая рана на сердце не зажила и не заживет никогда. Шведов ранил слишком сильно.

Целый день с Джейсоном прошел поразительно неплохо. Навязчивый и на первый взгляд хитрый Джейсон оказался довольно приятным мужчиной с отменным чувством юмора. Думаю, ради Сони я могу вляпаться в новые отношению. Это все только ради благополучия дочери. Прощались мы у нашего дома. Позвать Джейсона на чай? Нет, не стоит. Сегодня у меня будет разговор с карманным экспертом в отношениях – с Миленой. Давно ей не звонила. Мне иногда кажется, что меня вот-вот начнут упрекать в том, что я постепенно забываю свои московскую родню. Серьезно, с каждым годом я звоню им все реже. Нас больше не объединяет одна «территория», так сказать. Соответственно, точек для соприкосновения меньше.

—Попрощаешься с дядей? — подтолкнула Соню я.

—Спасибо, дядя Джейсон. Ты такой клутой! — воскликнула Соня, протянув руку Джейсону.

—Ты тоже, малышка. — Джейсон присел на корточки пожал и Сонечке руку с широкой улыбкой.

Соня любит, когда с ней обращаются как со взрослой. Она чувствует себя важной. Опять же здесь вес имеет самомнение её горе-папочки. Может быть, это даже шикарное качество особенно для девочки, так как Шведов всегда знал, чего он хотел. В конце концов он каким-то образом откапал мой адрес и заявился ко мне домой. Я, к слову, всегда сомневаюсь и долго что-либо обдумываю до того, как принять какое-то конкретное решение. Каждый ребенок мечтает поскорее стать взрослым, большим и важным. Ладно, кто-то хотя бы просто взрослым.

Папа-дипломат оказал очень большое влияние на мое мировоззрение. Так или иначе это правда. В раннем детстве я смотрела на отца, чей телефон не умолкал даже в выходной, и представляла себя на его месте. Признаться, я воображала себя такой деловой тетей на каблуках, в костюме и с размером груди так третьим или четвертым. Боже, чем я думала? Сейчас безумно стыдно, так что, пожалуйста, не говорите об этом никому. Пусть это останется между нами. Договорились?

В доме залаял Тедди. Мой красавчик нас услышал и решил напомнить, что он не собирается сидеть взаперти ни секундой дольше. В принципе справедливо. Я бы тоже возмущалась, если бы меня незаслуженно бросили в доме одну на весь день. Внимание Сони тут же переключило на Тедди. Минуту назад она смущенно улыбалась, а сейчас уже несется открывать дом, чтобы выпустить моего красавчика. Теперь я осталась с Джейсоном наедине. Верните моего ребенка обратно! Хотя бы было не там неудобно. Ай, Лера, «неудобно» спать на потолке. Включи «настоящую русскую бабу» и покажу этому изнеженному американцу свой суровый характер, благодаря которому ты не только в горящую избу войдешь.

—Спасибо за сегодня. — сухо бросила я без намека на продолжение или флирт.

—Я зайду завтра? Кажется, я ей понравился? — Джейсон замялся, ухватив себя за локоть правой рукой.

Это мне как воспринимать? Что значит: «Кажется, я ей понравился?». Он о ком? Как я должна интерпретировать слова этого чудика. Вот правда. Сначала он заявляется ко мне домой и заявляет, что хочет быть отцом моей дочери. Теперь несет всякую ересь. О ком Джейсон?! О моей дочери или обо мне? Меня не впечатлил. Честно, видали и покруче. Я не в восторге. По сравнению со Шведовым твердую троечку поставить можно.

—Ну, Сонечке ты понравился. — замялась я, решив воспринять вопрос буквально, не признаваться же, что по сравнению с моим бывшим так себе.

—А тебе? — прямо спросил Джейсон.

Теперь ясно, почему Джейсон так замялся. Такие вопросики задавать в лицо девушке. Хотя бы стыда у него хватило.

—Хм, я не люблю лесть. — задумчиво проговорила я, смотря Джейсону прямо в глаза. — Ты, наверное, в курсе истории моих отношений с Кириллом Шведовым. Мы, знаешь ли, познакомились при очень «сказочных» обстоятельствах и потом пережили слишком много всего, так что теперь меня очень сложно чем-либо удивить.

—Я не особо хорошо знаю, как вы познакомились, и не хочу вдаваться в подробности, потому что имею на тебя виды. — проговорил Джейсон более уверенно в своих словах, разочарованно вздохнув. — Я обещаю, что переплюну «этого парня».

—Хах, то есть ты готов закрыть меня собой, если в меня будет стрелять чокнутый извращенец-наркоман? — я издала саркастический смешок, который бесконтрольно сорвался с моих губ.

—Да. — Джейсон позволил себе схватить меня за плечи и максимально близко приблизиться к моему лицу. — Мне ничего не жаль ради тебя.

—Он тоже так говорил, но это не помешало ему поднять руку на свою беременную жену и уйти. — эти слова исходили из глубины моего сердца, а затем еще кое-что. — С того момента я больше в любовь не верю. 
Во мне говорила обида. Такая жгучая, что словами не описать. Та самая Лера Шведова только что напомнила о своем присутствии. Она до сих пор таит злобу на Кирилла Шведова за то, как легко и непринужденно он её уничтожил. Смогу ли когда-нибудь от этого избавиться? Нет, нужно сосредоточится на настоящем, я не позволю Шведову снова утянуть меня вниз.

—Я – не он. Я лучше, чем он. — прошептал Джейсон, попытавшись приласкать меня.

—Время покажет, потому что только оно нас судит. — пробубнила я, уклонившись от мужской руки, которая хотела погладить меня по щеке. — Пока.

Своими действиями я ввела Джейсона в ступор. Посмотрим, сможет ли он «любить» разрушенную Леру. Мое разбитое сердце ранит других своими осколками, но это не важно. Пусть вонзаются другим в души, будто я не предупреждала, что мне не нужно внимание. Я не прошу других меня любить. Я не ищу любви, чтобы в животе пахали бабочки. Я больше не поведусь на красивые слова и самоотверженные поступки. Все мы живем моментом. Наши сердца переменчивы, как ветер. Сегодня он дует на север, а завтра – на запад. Мы просто должны перестать доверять лживому голосу сердце и слушать только расчетливый разум, тогда счастье точно надет нас.

Я ускользнула в дом и захлопнула за собой дверь. Джейсон заставил вспомнить. Теперь болит в груди. Мне нужен совет психолога с дипломом журфака. Милена в силу своей профессии хорошо научилась копаться в чувствах других людей. У нее прекрасно получается найти в моих поступках смысл, которого даже я, увы, иногда не нахожу. Раньше мы с ней пили вино по скайпу. Сейчас она – кормящая мать, так что без вина, уж извините. Предварительно я написала Милене, что хочу поговорить. Она сказала, что выгонит Олега куда-нибудь вместе с Шуриком погулять, и будет полностью в моем распоряжении. Как и договаривались, я уложила Соню спать и засела с чаем на кухне.

«Привет». — махнула Милене рукой я.

«Привет, давно ты нам не звонила. Мы уж думали, что совсем нас позабыла. Давай, рассказывай, чем живешь». — Милена приветливо мне улыбнулась, так как очень рада была меня слышать и видеть.

«Ко мне клеится Джейсон». — грустно выдавила я.

«А что с ним не так? Я бы на твоем месте радовалась. Наконец-то у тебя появился нормальный мужик». — по виду Милены, я поняла, что она в курсе Джейсона.

«Я не знаю. Я вот за тем тебе и звоню, что уже ничего не понимаю». — призналась я, убрав руки за голову.

«Тяжелый случай, подруга. Давай начнем по порядку. У меня тут есть актуальная информация про твоего бывшего. Хочешь услышать?» — Милена начина разбираться в ситуации и копаться в комке моих мыслей.

«Нет. Если только, он не умер». — мое каменное выражение лица сказало все за меня.

«Ну почти. Кирилл где-то неделю провел в запое. И, да, я знаю, что ты сейчас попросишь меня больше ничего тебе не говорить, но Кирилл запил из-за тебя. Точнее даже из-за того, что его грызет совесть». — сочувственно проговорила Милена.

«Ты знаешь, вот слушаю тебя и радуюсь, что мы больше не вместе». — внезапно облегченно выдала я.

«Значит, вариант с Кириллом мы отметаем. Переходим к Джейсону. Что ты чувствуешь, когда общаешься с ним?» — Милена звучала немного разочарованно, но умело и крайне быстро подавила в голосе эти эмоции.

Вот тут я призадумалась. Как я себя чувствую рядом с Джейсоном? Комфортно или нет? Скорее да, чем нет, но здесь вопрос неоднозначный. А как я себя чувствовала рядом с Кириллом? Я не помню, просто в груди до сих пор болит, а это вы и так сами знаете. Остыли ли мои чувства к Шведову? Появились новые к Джейсону? Рядом с обаятельным, чуточку дерзки или, наоборот, скромным американцем я не ощущаю себя спокойно. Да, местами он меня подбешивает, но не до такой степени, чтобы послать его на три буквы и вообще не иметь с ним никаких дел.

«Понятно, ты не знаешь. Тогда, зайдем с другой стороны. Для чего ты начала общаться с Джейсоном? И не отнекивайся, что это произошло случайно. Ты после разрыва с Кириллом никогда ничего не делаешь просто так». — пробубнила Милена, после томно вздохнув.

«Он когда ко мне подошёл на банкете, я хотела его отшить. Пристал так, что не отцепишь. Я решила побыть снова принцессой, вот и подпустила Джейсона ближе к себе, а он прилип как банный лист». — через силу призналась я.

«Ну вот, приплыли. Ты снова захотела быть чьей-то принцессой. То есть, после Кирилла ты начала интересоваться мужчинами». — подчеркнула Милена, хихикая крайне осторожно.

«Ты все не так поняла. Да, каюсь, я хотела побыть женщиной, но помимо этого у меня еще есть дочь, за чье эмоционально-психологическое благополучие я, как мать, переживаю. Я боюсь, что Соне будет очень тяжело и некомфортно рядом с чужим дядей». — пробурчала я, пытаясь скрыть свое сомнение и смущение.

«Но Соне нужен папа. Настоящий папа, который будет её всегда любить и оберегать. Лер, я все понимаю, что ты ни в чем не уверена и долго еще будешь принимать свое окончательное решение, зато, подумай, ни одно детство не длится вечно. Э-э-э, хотя у некоторых оно всю жизнь в одном месте играет, но не в нашем случае». — заключила Милена, пододвинувшись к экрану ноутбука.

Милена права. Детство бывает всего один раз. Мое детство прошло в уныние на контрасте с маминой смертью и издевками Ирины. Я не была особо счастливым ребенком, а из таких детей, как я, вырастают неполноценные взрослые. Почему «неполноценные»? Все наши мысли и взгляды в зрелом возрасте формируются в детстве. Этим никого не удивить. Америку я не открыла, но только подумайте, насколько разные мы с Миленой, хотя семья одна и та же. Так или иначе папа любит Милену. Мама любит Милену. А кто любил маленькую Леру? Правильно, папа в глубине души, но особо никогда этого не показывал. Вот Лера и выросла закомплексованной, зажатой и слабой девочкой, которая смирялась и молча терпела бесконечное количество раз. Растить из Сони феминистку я тоже не намерена. Это несколько неправильно. Девочка в любой ситуации для мужчин должна оставаться девочкой.

«Про детство верно подмечено. На самом деле я уже над этим думаю. Соне нужен папа, чтобы она росла в нормальной семье». — зашла на новый круг размышлений я.

«На роль отца я бы все-таки рассмотрела старого-доброго Кирилла. Да, он тот еще придурок, учитывая все, что между вами произошло, зато он родной папа Сони и, если мне не изменяет память, очень хотел детей. Он, скажу по секрету, и сейчас страдает по этому поводу и наивно думает, что вы так и не успели зачать ребенка. Да, Кирилл бессонные ночи не спал, на ручках не качал, первые слова не слышал и первые шаги делать не помогал, но и тебя, и Соню без сомнений встретит с распростертыми объятиями, даже прощения попросит». — снова перевела стрелки на Шведова Милена, потянувшись в кресле.

«Только смогу ли вытерпеть Шведова я? Однозначно не смогу. Мне будет некомфортно. Мне уже при одной мысли, что снова придется терпеть его закидоны и целыми сутками стоять у плиты, в холодный пот бросает». — пробубнила я, взяв из вазы конфетку.

«Ну, давай проведем детальный анализ Джексона. С ним сложнее в плане того, что Соня ему не родная. В мире не так много мужчин, которые готовы взять на себя ответственность за чужого ребенка. Наш папа, конечно же, составляет исключение из этого списка, но его мы трогать не будем». — у меня сложилось впечатление, что у Милены, как во время интервью, в блокнотике вопросы написаны.

«Вообще-то, его зовут Джейсон». — поправила Милену я.

«Пока он мне никто, поэтому не важно. Лучше скажи мне, ты его хочешь?» — отмахнулась Милена, будто Джейсон таракан какой-то.

«Что значит «хочешь»?» — смутилась я, не понимая вопроса.

«Валерия Розова, если бы ты не хотела своего наполовину бывшего мужа, у тебя бы сейчас не было дочери. Ты мне зубы не заговаривай». — Милена хитро скрестила руки на груди.

«Причем тут вообще секс?» — удивилась я.

«Лера, я тебя умоляю. Секс – это та самая штука, на которой каком-то смысле держатся здоровые отношения. Если женщина не хочет своего мужчину, то это откровенное фиаско. Можно даже не начинать и не пытаться. Вот ты на какой день вашего совместного проживания с Кириллом переспала? Только честно, нам все не по шестнадцать, чтобы стесняться такой фигни». — Милена даже драматично закатила глаза.

«Я не помню, но, да, мне Кирилла хотелось. Я даже не помню, когда мне впервые его захотелось. Боже, почему именно этот моральный урод?» — тяжело вздохнула я, признавая тот постыдный факт, что Шведов меня привлекал.

«Вот! Видишь, ты сама призналась, что Кирилла тебе хотелось. Ой, настоящий «плохиш» у меня Олег. Кирилл всегда казался паинькой и нигде не светился особо. Мне тоже Олега хотелось, но я не давала ему из принципа, как ты меня научила. В нашем случае помогло. В вашем справедливо сказать, что секс объединяет». — распалилась Милена, налив себе водички.

«Ты к чему ведешь свои пошленькие разговоры?» — негодующе изогнула бровь я.

«Переспи с Джейсоном. Я не шучу. Переспи с ним, и ты поймешь, «твой» он человек или нет». — Милена и звучала, и выглядела как никогда серьезно.

Сказать, что слова Милены меня шокировали, – ничего не сказать. Заняться любовью с Джейсоном?! Мне? Нет, знаете, это не для меня. Я же поклялась, что больше ни одного мужчины в жизни никогда не будет. Этот храм, институт или так далее навсегда закрыт для особей противоположного пола. Исключение составляют только геи, сами знаете почему. Но Соне нужен папа. Лера, признайся уже себе наконец, что ты устала быть одна. Я закрыла лицо руками и локтями оперлась о столешницу. Подумать только, после того, как сильно я обожглась, голос разума тихо шепчет, что можно и нужно пробовать снова. Сердце тихо стонет и обливается кровью. Оно не готово любить заново. Сейчас есть только потребность в сильном плече, но никак не в любви. На высокие чувства, которые я искренне питала к Шведову, увы, не поселятся в груди. Они утрачены навсегда.

Как бы идея того, чтобы переспать с Джейсоном, не звучала абсурдно, в ней есть некий смысл. Я не могу согласиться с Миленой в части того, что все отношения строятся на платонической любви и банальном увлечении, но и не отрицаю, что без внутренней тяги к Шведову мы бы далеко уехали. Если мне будут хотя бы не противны прикосновения Джейсона, то я точно смогу с ним жить в пределах общей территории без внутреннего сопротивления и отвращения. В противном случае вариант «друзей» меня вполне устроит.

«Да, ты права, секс нас и рассудит». — уверенно согласилась я.

Наш разговор постепенно ушел в безобидную болтовню о Сашеньке и материнстве Милены. Тяжко светской львице в декрете. Хочется в люди, в свет. Я никак не осуждаю. Это просто привычка. Образ жизни, сменить который тяжело, потому что Милене всегда хочется быть яркой и в центе всеобщего внимания. Когда она вышла замуж за Олега, о свадебной церемонии на восемьсот человек писали все, кому не лень. Признаюсь честно, как бы я не абстрагировалась от Москвы, но статейки по поводу свадьбы сестры почитывала с удовольствием. Интересно же! История у Милены и Олега получилась не менее романтичная. Бабник и Сердцеедка не устояли друг перед другом. Олег ведь, как я и предсказывала, бросил Милену, но потом как вернулся с щенячьим глазами, подарками и цветами. Он осознал, что его по-настоящему просто так любили. Вот так эти двое и побежали под венец.

Я надеюсь, совсем скоро мечта Милены исполнится. Орущий днями и ночами Александр Олегович уже свел с ума ни одну нянечку, не говоря о своих родителях. Когда я днями и начал нянчилась с Сонечкой, мысли сбежать у меня не возникало, потому что было только в радость. Мне повезло, так сказать. Соня не была особо привередливым и требовательным ребенком. Иногда я даже уделяла слишком много внимания уходу за ней. Как правило моя малышка ищет себе занятие сама, то есть без моего ведома засунуть пальцы в розетку или разбить бабушкин сервиз вполне реально. Благо, есть хвостатый нянь, который в случае моего недосмотра оттаскивает Сонечку от опасности. Милена подумывает завести собаку, чтобы поспать хоть одну ночку. Эх, я вообще в принципе рада, что у нее все хорошо. После аборта она, эм, немного побаивалась новой беременности. Я переживала, что у нее возникнет отвращение к Сашеньке или что-то в этом роде, но мои опасения не подтвердились. У них все замечательно.

Вот приспичило мне встать и на цыпочках прокрасться в детскую. Сонечка громко-громко сопит и очень сладко спит, обняв двумя руками подушку. Спит точь-в-точь, как Шведов. Кудри во все стороны. Моя сладкая девочка. Я присела на край кроватки и поцеловала дочку в щеку. Ох, были времена, когда я с рук свою малютку не хотела спускать. Какие же у нее были пухленькие щечки. Иногда в моей голове проскакивает мысль о том, что бы было, если бы я сделала аборт. Я бы не справилась. Мой малыш стал моим новым подорожником. Тем незаменимым смыслом, за который и в огонь, и в воду. Да, возможно, из меня такая себе мать, но я правда стараюсь. Невозможно думать обо всем одновременно. Будущее тоже не предугадать. Я все равно пытаюсь сделать так, чтобы Соня и я были счастливыми, пусть это сложно.

Тедди в ногах и бровью не повел. Действительно, все свои же. Поправив одело, я ушла спать сама. У меня появилась дурная привычка обдумывать свой завтрашний день перед сном. Завтра на работу. Завтра поручу Соню нянечке и буду разгребать завал из документов. Завтра все будет хорошо. С этими мыслями я и заснула.

Прошла неделя

Я сейчас сижу за своим столом в Посольстве и, образно говоря, стою перед сложнейшим выбором. Каким? Это несколько неожиданно, ведь прошла всего неделя после конференции. Согласитесь, что такое неделя? Просто пшик. Ладно, начну по порядку. Вернемся на пару часов назад. Я пришла в офис, ожидая, что сегодня меня повысят, ведь после конференции мой рейтинг в дипломатических кругах значительно повысился. Коллеги начали меня узнавать. Я даже получила приглашение на следующую международную конференцию, просвещённую проблемам экономического развития Евросоюза. Конечно, я поеду. Там бывает даже мой папа! А Андрея Розова куда попало не посылают, учитывая его ранг и вклад в развитие дипломатических отношений между Россией и странами Евросоюза и Европы. День задался, так сказать.

Извините, отвлеклась. Сижу я, значит, никого не трогаю, как вдруг меня вызывает к себе начальник. Не буду пересказывать наш разговор, потому что это было около двух часов. Если коротко, то у меня теперь есть выбор: либо меня повышают и продлевают контракт в Англии, либо я получаю повышение и перезаключаю новый контракт с Посольством в Соединённых Штатах Америки. Мое выступление заинтересовало коллег из Штатов! Меня хотят взять на работу! Обычно я веду себя весьма сдержанно на службе, но в тот момент мне хотелось визжать от радости. На самом деле, если бы мне предложили работу только в Америке, то я бы заподозрила в этом Джейсона, но нет. Есть еще варианты службы во Франции, Польше, Дании и Германии. Почему именно Штаты? Потому что это самое «жирное» предложение! Что ж, теперь я в замешательстве.

Под конец рабочего дня я решила написать Джейсону, что освобожусь в шесть. Мы знакомы две недели. Вернее, знакомы мы не две недели, но близко только две. Знаете, шлейф отвращения выветрился. Джей оказался приятным молодым человеком. Может быть, так даже лучше. Кирилл с самого начала казался идеальном, и что из этого вышло? Правильно, ничего хорошего. Мысль про «переспать» до сих пор крутиться в моей голове. Она жива и ищет удачного момента для исполнения. Я не настроена на секс как таковой. Я настроена на «попробовать полюбить телом», так сказать. Ох, последствия общения с Миленой дают о себе знать. Мне иногда кажется, что я собираюсь использовать Джейсона как какую-то игрушку. Это вообще адекватно?
Вечер после работы начался с того, что Джейсон ждал меня у посольства. Он не первый раз так делает, хотя на СМСку не отреагировал, но прочитал. Он стоял в костюме. Хм, я тоже в деловом прикиде.

—Какие планы на вечер? — неожиданно спросил Джейсон.

—Никаких, если честно. Нужно добраться до дома и отпустить няню. Соня заскучала без меня. — проговорила я весьма задумчиво.

—Я думал, мы сможем вместе поужинать. — мило расстроился Джейсон и, опомнились, достал из машины букет роз.

—Спасибо. — приняла букет я и в этот самый момент поняла, что тот самый шанс разобраться в своих отношениях с Джейсоном настал. — Я попробую уговорить нянечку посидеть с Соней еще немного.

—Хорошо, я жду. — с надеждой кивнул Джей.

Отойдя в сторонку, я пообещала нянечке двойную оплату, если она согласиться посидеть с Сонечкой еще немного. Согласилась, фух. Ползем в ресторан.

—Да, она согласна. — вернулась к машине я.

—Тогда едем? — Джей открыл предо мной дверь машины.

Вечер проходил в дорогом ресторане. Везде красивые интерьеры в мраморе и золоте. Несколько не тот интерьер, чем я люблю, но еда была очень вкусной. Я робко намекнула Джейсону, что между нами что-то может произойти. Сказать, что я надела специально самое сексуальное белье из своего арсенала? Нет, не надела. По крайней мере принято считать, что, если на девушек надеты трусики под цвет лифчика, она готовилась к сегодняшнему ужину. Для своего оправдания хочу заявить, что на мне всегда белье надето одного цвета. К занятию любовью это не имеет никакого отношения.

И вот я уже в номере Джейсона. Я бы сказала, что он снял себе жилище королевских размеров. Так как было темно, я не особо разглядела интерьер. В принципе я и не уделала этому особого внимания. Почему? Потому что я осознала, что не планирую жить с Джейсоном ни под каким предлогом. Начну с банального, но важного. Мне не понравился запах. Все началось с робкого поцелуя и инициативы Джейсона. Боже, это не Кирилл Шведов. Это не он. Пытаясь заняться любовью с другим мужчиной, я впервые осознала, насколько изменилась. В прошлом я была такой нежной и податливой. В прошлом я легко позволяла Шведову нежно касаться себя. От прикосновений Джея я не чувствовала той нежности и любви, к которым привыкла. Это не мой нежный и чувственный подорожник, а какая-то сухая губка или мочалка.

Перед глазами промелькнул Шведов. Я вспомнила, как он сладко и возбуждающе пах. В молодости я любила изучать тело Кирилла. Мне нравились его широкие плечи, подтянутый торс и живот с едва заметными кубиками. С Джейсоном дело все-таки дошло до раздеваний. Джей предстал передо мной рифлёным атлетом. По сравнению со Шведовым, предо мной мужчина с обложки журнала. Вот что делает с женщинами опыт. Кирилл всегда грешил лишним весом. Без шуток. Он быстро потолстел на моих борщах, потом также быстро сбросил все, что успешно наел. Пресс у него был с неидеальными кубиками и жирком. Если призадуматься, то у скольких мужчин вообще есть рифлёный пресс? В наши дни нам попадаются либо тощие, либо толстые, либо нормальные непримечательной комплекции. Пока везет только мне. Все как на подбор.

Джейсон предпринял первые попытки расстегнуть мою блузку. Как только его губы коснулись моей груди, я поняла, что мне хочется плакать от нежелания продолжать. Я не была готова отдаться этому мужчине, хотя наивно допускала, что смогу. Вспомнился день, когда меня пытался изнасиловать Дима. Примерно тот же страх я испытала сейчас. А что если Джейсон не остановиться? Стоп, никто не заставит меня делать то, чего я не хочу. Я отстранила Джексона рукой и застегнула на пару пуговиц блузку.

—Прости, кажется, я не могу… — пробормотала я, смотря Джейсону в глаза.

Джейсон шумно вздохнул и сел на край кровати, будто заранее допускал, что я отвергну его. Рубашки на нем не было, а брюки едва ли держались на месте. Он подпер голову руками так, что локти воткнулись в согнутые ноги, и о чем-то задумался. Я замерла у стены в ожидании хоть чего-то.

—Ты все еще любишь его, да? — вдруг выдавил огорченно Джейсон, повернув голову в мою сторону. — Признайся честно, мне ты можешь доверять. Это никак не повлияет на меня, так что не бойся говорить откровенно. Я просто хочу знать.

—Я… Я его сейчас ненавижу так же сильно, как и любила в прошлом. — предельно честно ответила я. — На данный момент я пытаюсь понять, на что способно мое сердце в том состоянии, в котором оно находится уже три года.

—Ты представляла его на моем месте? — задал новый вопрос Джейсон, будто видя меня насквозь.

—Нет, не представляла. — отрицательно мотнула головой я. — Вы совершенно разные. Представлять тебя с головой Шведова – нелепица какая-то.

—Тогда скажи мне вот что. Что ты собираешься делать дальше? — уже тихо прошептал Джейсон.

—У меня есть два пути: я могу остаться в Европе или уехать в Соединенные Штаты Америки. Сегодня мне предложили новый контракт, но я не знаю, как будет лучше. В Штатах у меня нет никого и ничего. В Англии все уже знакомо: здесь дом моих бабушки и дедушки, здесь мои друзья, здесь прошло мое детство, здесь родилась моя дочь. Это слишком сложный выбор. — предельно откровенно выдала я, присев на пол у стены.

—Когда я тебя увидел, то подумал, что это мой последний шанс. Я рассчитывал, что завоевать тебя даже с разбитым сердцем будет очень просто, но ты оказалась крепким орешком. Если тебе нужно время, я готов тебе его дать, только не бросай меня. — Джейсон не собирался утаивать от меня свои намерения и мысли, что было приятно.

—Почему именно я? Неужели в Америке нет других девушек, которые могли бы тебе понравиться? — я поняла, что настала моя очередь спрашивать.

—Хм, потому что это была любовь с первого взгляда. Ты отличалась от других девушек. Ты была намного умнее, добрее и искреннее, чем все остальные. Мне уже тогда стало без разницы, кто твой муж. Я просто понял, что должен увести тебя. Пока я наводил справки на твоего мужа, ты уже уехала из страны. — Джейсон выглядел глубоко опечаленным.

—У тебя бы ничего не вышло. Если бы Шведов меня не предал первым, я бы никогда от него не ушла. Мне казалось, мы любили друг друга. Он встретил меня пугливой, неуверенной в себе девчонкой и сделал слишком много, чтобы помочь мне раскрыться, поэтому я никогда бы его не бросила. — я томно вздохнула и провела руками по волосам, убрав их назад.

—Значит, судьба не просто так свела нас вместе. — подвел некий итог в нашем разговоре Джейсон. — Я не хочу на тебя давить, но, прошу тебя, прими решение.

—Я должна поговорить со своими близкими. — поправила Джейсона я.

—Если ты решишь переехать в Штаты, то я всегда буду рядом, чтобы помочь. Я хочу, чтобы ты это знала. — Джейсон наконец встал с краюшка кровати и протянул мне руку. — Пойдем, я отвезу тебя домой.

В машине между мной и Джейсоном повисло гнетущее молчание. Мы ехали, не проронив ни слова. Я почему-то склонялась к тому, чтобы принять предложение о повышении и работе в Америке. На первое время у меня есть Джейсон. Вопрос в том, как на это отреагирует папа. Ради меня он готов переехать во Францию, только я-то прекрасно понимаю, что его место в Москве. Какими бы теплыми наши отношения ни стали, папа все равно в некотором роде Милену любит намного больше. Возможно, не стоило уезжать из Москвы, но особых сожалений у меня тоже нет. И все же бывает одиноко, однако было бы еще хуже, если бы не родилась Соня. Сейчас я должна спросит свою дочь, захочет ли она переехать в другую страну. В конце концов в Англии мы с ней вдвоем. С нами не живет папа. Я понимаю, что нужно учитывать его пожелания, но в приоритете ребенок.

На переднем сидении я прикрыла глаза, а когда проснулась, то уже была рядом с моим домом. На пороге сидел Брэндон. Нянечка не пустила его в дом. Зачем он пришел? Я обреченно вздохнула и потерла глаза.

—А это кто? — спросил Джейсон, заглушив машину.

—Это Брэндон. Раньше он сидел с Сонечкой и надумал себе лишнего. — призналась, не желая раскрывать детали нашей ссоры.

—Понятно. — Джейсон в очередной раз все понял и открыл дверь со словами. — Пойдем, я помогу ему убраться отсюда.

Я ничего не стала отвечать, просто вылезла из машины, не дожидаясь, когда Джейсон в роли джентельмена откроет мне дверь. Подходя к входной двери, к нам подбежал Брэндон. Это что за сериал такой? Я на Амазоне любовных треугольников в не заказывала. Господи, за что мне все это? Брэндон схватил меня за руку:

—Валери, нам нужно поговорить.

—Нам не о чем разговаривать. Ты очевидно надумал себе лишнего. — отрезала я, пытаясь выдернуть руку. — Отпусти мою руку сейчас же.

—Я так не думаю. Мы знакомы достаточно давно, чтобы тебе задуматься о серьезных отношениях. — начал городить всякий бред Брэндон.

—Ты разве не слышал, о чем она тебя попросила? Отпусти её. — вступился Джейсон, спрятав меня за своей спиной.

—А ты вообще не лезь. — Брэндон, как питух, выкатил грудь вперед.

—Я думаю, это тебя здесь не спрашивают. — Джейсон приготовился к разборкам.

Назревает драка или скандал. Впрочем, я не хочу встречаться лицом к лицу ни с тем, ни с другим.

—Я предлагаю вам обоим убраться из моего дома сразу или начать выяснять отношения за моим забором. Особенно это касается тебя, Брэндон. — расставила приоритеты я крайне жестко.

Я прошла вперед, оставив двух петухов позади. Если они начнут драться, вызову полицию. Оказавшись у двери, я посчитала своим долгом поблагодарить Джейсона за сегодня.

—Джей, спасибо за вечер. Я позвоню, как только решусь. — с этими словами я закрыла за собой дверь.

Мальчики выясняли отношения без меня. Я отпустила нянечку домой, хорошо так ей доплатив. Сонечка уже спала, поэтому я решила не терять время и позвонить Милене. Даже если она спит, то точно знает, что это вынужденная мера. Настолько вынужденная, что мне уже самой тошно от собственно нерешительности и робости. Голос Миланы был сонным. Рядом послышалось громкое ворчание Олега. Где-то вдали раздалось хныканье Сашеньки.

«Лера, алло». — проговорила Милена.

«Это конец. Мы не переспали. Он обещал, что будет ждать, когда я буду готова». — вывалила все на Милену я.

«С кем переспали? Кто?» — пробормотала, никак не просыпаясь, Милена.

«Проснись, красавица. Мы с Джейсоном едва ли не переспали». — попыталась разбудить Милену я.

«Мила, а зачем Лера собиралась переспать с американцем?» — на фоне пробурчал Олег.

«Ну, она пыталась понять, нужен ли ей Кирилл или нет». — пояснила Милена, явно не отрывая голову от подушки.

«Не Шведов, а Джейсон. Вообщем, Мил, я собираюсь переезжать в Америку. Скажи как-нибудь об этом папе». — почему-то неожиданно быстро решилась я.

«Ок, он послезавтра к нам придет на ужин». — сказал Олег и положил трубку.

Мда, что-то как-то неожиданно наш разговор закончился. Быстро я определилась. Я немного в шоке, но чего только не сделаешь, чтобы избавиться от сомнений. На следующий день я поговорила с Соней. Дочка сказала, что хочет увидеть всю-всю Америку. Ладно, будем в перерывах путешествовать. Каким бы тяжелым и сложным ни оказалось мое решение о смене места работы, я приняла его достойно. Врочем, никто не в праве мне запретить, но особой радости в голосе папы или Елены Александровны я не услышала. Оно и понятно. Надеюсь, они поймут. Не долго думая, я улетела в Вашингтон. Джейсон помог с багажем и улетел тем же рейсом вместе с нами. Мне кажется, это новая глава в жизни. Прощай, Лондон. Здравствуй, Америка.

«Самая большая ненависть возникает к тем,

кто сумел дотронуться до сердца,

а затем плюнуть в душу».

Эрих Мария Ремарк

Прошло 3 года после переезда Леры

Вашингтон

Лера

Жизнь такая штука: никогда не знаешь, что именно случится с тобой завтра. Вот так я стою посреди ночи перед входом в свою служебную квартиру в Вашингтоне – столице Соединённых Штатов Америки, а в груди чувство полного опустошения. Пустота ходит за мной по пятам, куда бы я от нее не бежала. Причина ли во мне? Или в моем окружении? День за днем жизнь выбивает из меня самоуверенность и максимализм. Я приняла предложение Джейсона. Я пустила другого мужчину в свою жизнь. Боже, почему мне тогда так паршиво, как будто что-то когтями царапает лед моего сердца. Он не тает. Кто-то пытается отодрать его силой, делая мне больно. Этот «кто-то» – Джейсон Харрисон. Ради своей дочери я готова терпеть. Я делаю это только ради Сонечки, ради того, чтобы моя малышка не росла закомплексованной девочкой.

Знаете, я перестала понимать себя. Я оторвалась от реальности и больше не слышу голоса своего сердца. Ох, нет, не совсем так. Оно начинает болеть каждый раз, когда Джейсон обнимает или целует меня. Иногда мне хочется обернуться назад и увидеть там улыбающиеся лица людей, которых я эгоистично оставила за спиной. По крайней мере то, к чему я пришла сейчас, не внушает никакого оптимизма. Ни намека на светлое будущее. Скоро мне исполниться тридцать. На самом деле мне не так много лет, чтобы углубляться в старческие раздумья о прожитом, но периодически я это делаю. Зачем? Потому что я потерялась. Запуталась. Нет, я не жалуюсь, а просто чувству, что медленно иду не туда. Иду ли вообще? Хомячок в клетке, наверное, тоже наивно думает, что, крутя свое колесо, куда-нибудь приедет.

Зачастую обращение к прошлому помогает нам осознать чувства настоящего. Так или иначе «настоящее» – это итог действий, совершенных в неком «прошлом». И я не могу понять, довольна ли «настоящим». За три года наши отношения с Джейсоном никуда не продвинулись. Более того, однажды я ловила его на измене с девочкой на одну ночь. Скандал? Какой скандал, что вы. Наши отношения можно описать только словом «никак». Вроде бы мы и ходим на свидания, иногда видимся то у меня, то у него дома, но между нами нет никакой близости. Выражаясь точнее, секса или намека на что-то очень личное, интимное нет. Не могу. Я бы сказала, что полнейший бесперспективняк. К Шведову меня тянуло магнитом настолько сильным, что с катушек слететь легче легкого. В Джейсоне мне не нравится все, хотя, казалось бы, мужчина с обложку глянцевого журнала, входящий в «Форбс» и всякие другие престижные рейтинги. Чего еще надо?

С годами интерес Джейсона ко мне угасает. Что уж там, я сама не спешу его поддерживать. Поверьте, в Штатах со мной пытался закрутить роман не только Джейсон, но все они не те. Я начала мерить мужчин в «Шведовых» по десятибалльной шкале. По своим внешним данным я бы дала Джейсону целых девять Шведовых, а по внутренним – всего пять. Почему так? Давайте зайдем с другой стороны, и все станет ясно как божий день. Сколько Шведовых в самом Кирилле Шведове? Все-таки классификация введена в обиход именно из-за него. Ну, чисто внешне – десяточка. Сейчас, когда прошло уже почти семь лет и моя обида на него слегка утихла, я могу уверенно заявить, что Шведов вышел и лицом, и телом. Джейсон уж больно весь такой безупречный и пластмассовый. Идеальное тело, чьим владельцем он и является, дурачит любую неопытную девчушку. Это мне в нем и не нравиться.

По поводу внутренних качеств Кирилла я затрудняюсь ответить. Мое общее представление о нем подразделяется на «до» и «после». Вот сколько Шведовых поставите ему вы? За «после», за все хорошее и не очень я бы, не задумываясь, влепила ему минус десять. Согласны? С Джейсоном дела обстоят несколько сложнее. В самом начале он показался Принцем с картинки: добрый, заботливый, чуткий, понимающий. Плюсом, еще и богат, и успешен. Тем не менее, своя ложка дёгтя тоже нашлась спустя пару месяцев, когда кое-что случилось. Джейсон не приехал, когда был мне очень нужен, а потом сказал, что от этого никто не застрахован и это вина моей дочери. Я долго с ним не разговаривала, однако потом он все-таки скупо извинился. Еще одно напоминание о Шведове исчезло. Думаю, он был рад, что все так произошло.

Ладно, не будем о грустном. Лучше поговорим о хорошем. В Америке я нашла огромное количество плюсов за исключением налогов и медицинской страховки. Если бы мне её не оплачивало полностью посольство, то я бы разорилась. В этой стране страшно даже скорую помощь вызвать, потому что сея роскошь влетит мне в такую копеечку, что проще и дешевле сразу купить себе гроб и организовать заранее похороны. Честное слово, очень дорого. Плюс, это нескончаемые налоги и поборы на все. Например, вы решили заказать себе кофе и круассан в кафешке. Ладно, по американскому этикету вы обязательно или должны ставить неплохие чаевые официанту, в чеке с вас обязательно возьмут налог на что-нибудь. Даже если эта судьба вывезла меня из России, русского частично жадного человека из меня не вывести никогда. Морально я не готова платить за малейший чих. Спасибо, что воздух пока еще бесплатно.

Знаете, сейчас я вас шокирую. В Америке нет стиральных машинок в домах! Для меня, которая всегда стирала и сушила вещи в квартире, это стало дикостью. Видите ли, стиралка в старых зданиях запрещена. Ходить в эту дурацкую прачечную, стирать и сушить вещи в общественных машинках оказалось выше моих сил. Понятия не имею почему, но я брезгую до сих пор. Меня передергивает при мысли, что снова надо переться с авоськами из грязного белья, чтобы просто постирать. Хочешь ходить в чистом, то плати и стирай. Пожалуй, это чересчур. Ах да, пастельное белье. Уж если проходиться по всем недостаткам нашего с Соней быта в Штатах, то я скажу следующее: американцы не придумали пододеяльник. Вместо него у них три простыни в комплекте! Это все моментально выворачивается. А на картиночках и в кино кровати в американских домах выглядят как самое настоящее произведение искусства. Спал бы и спал. Не верьте. Большего геморроя, чем заправлять эту кровать, возясь с этими простынями, я не встречала.

Пожалуй из достоинств Штатов я бы хотела назвать уровень жизни и нравственные качества самих американцев. Они не грубят на улицах. Они могут даже сделать тебе комплимент просто так. Они не ходят угрюмыми. Согласитесь, временами в таком обществе жить приятнее. Отморозков везде хватает, однако в общем и целом жители США доброжелательные и очень воспитанные люди, которые привыкли с детства уважать себя и личное пространство окружающих. За отношение к труду я от чистого сердца зауважала эту нацию. Они не презирают человека, окажись он уборщиком. Могут косо посмотреть, но ничего не скажут. А почему? Потому что зачастую какой-нибудь «большой босс» прошел долгий путь от официанта до директора.

В России несколько иначе. Сами знаете, что у нас высшее образование – это просто хлеб и соль. В Штатах оно тоже безусловно важно, однако подход в оценке несколько иной. Кто такой слесарь в России и в Америке? Разница, наверное, в основном в зарплате и в отношении к работе. Даже обычный сантехник способен получать приличные деньги, то есть на жизнь так или иначе хватит всем. Черта бедности у них повыше, чем в России. Трудовые будни американцев начинаются еще в школе. Родители с детства учат своих детей тому, что у них есть, во-первых, право выбора, во-вторых, обязанности. Это просто супер, потому что русские студенты и школьники сидят на шее у родителей лет так до двадцати пяти. Каюсь, сама такая была, поэтому приспособиться к работе было несколько тяжеловато.

Сама по себе моя служебная квартира оказалась таунхаусом в спальном районе. Знаете, как в американском кино. Два этаже. Одна узкая лестница, в которую ты утыкаешься буквально с порога. Направо – кухня. Налево – гостиная. Наверху две спальни. Еще выше – чердак. Ремонт не такой старый, но довольно потрепанный. Все какое-то серое. Мебели мало. Потом я узнала, что американцы в основном при переезде таскают мебель за собой. Какое издевательство. По факту только кухонный гарнитур, стол, четыре стула и диван в гостиной. Пришлось что-то прикупить, иначе так жить нельзя. Нам здесь не один год жить, я так думала. В итоге я не особо вкладывалась в ремонт. Облагородить облагородила, чтобы поуютнее жилось.

Сонечка ходит во второй класс «Elementary School» в США. У нее замечательно получается учиться. Я горжусь своей малышкой. Как мама я все еще не дотягиваю. Я слишком много времени провожу на работе. Знаете, хоть в чем-то я преуспела. Меня опять повысили. Ценой детства моего ребенка. Хочется порой застрелиться и не жить.

Сегодня ночью меня разбудил странный звонок. Спать мне около трех-четырех часов. До того, как залезть в свою тепленькую постель, я ввалилась домой около двух часов ночи после затяжного мероприятия в посольстве. Моя нервная система была не настроена принимать звонки особенно, если это с работы. Завтра, а точнее уже сегодня мне надо отодрать свою пятую точку от кровати в шесть утра, чтобы приготовить Соне завтрак и полноценный ланч-бокс на обед, потом разбудить и собрать её в школу, затем усадить на автобус. Тот самый знаменитый школьный автобус из кино. Когда я его впервые увидела, пыталась сдержаться, чтобы не завизжать от восторга на всю улицу.

—Алло? — протягиваю я сонно, даже не знаю на каком языке. — Кто говорит?
—Лера, узнала? — узнаю я голос Милены. — Это Милена.

—Да, узнала. — бормочу я и обнимаю свободной рукой. — Сколько сейчас по Москве?

—Ой, прости, в Америке сейчас ночь. — замялась Милена и замолчала.

—Мил, что-то случилось? Ты мне давно не звонила. — вынужденно проснулась я и включила светильник.

Милена по-партизански молча минут пять, а то и все десять. Во время этой весьма затянувшейся паузы какое-то невиданное беспокойство и напряжение в моей груди росло. В России остались всего один человек, за которого я действительно переживаю, – папа. Я давно говорила ему завязать с работой дипломата. Для него частые поездки – это тяжело. Плюс, у него больное сердце и плохие сосуды. Какие могут быть самолеты? Здоровье дороже! Пусть папа и обижается на меня за нескончаемы просьбы хотя бы убавить темп, но его визиты к врачу тоже участились. Откуда я это знаю? Мне все сливает Елена Александровна. За годы их совместного членства в клубе «Бабушка и дедушка Сонечки Донован» они неплохо так подружились. По крайней мере у них есть внучка, которая заставляет как-то ладить друг с другом. Папа передает Сонечке подарки от Елены Александровны. К сожалению мама не выезжает из России, чтобы Кирилл ничего не узнал. Сами понимаете, она раньше особо никуда не ездила после смерти мужа, а тут вдруг ей на французский курорт захотелось. Вот так и живем.

—Лер, понимаешь, мне тяжело говорить тебе такие вещи. Ты моя подруга, пусть мы давно не виделись. — заговорила Милена, но потом её голос задрожал и сорвался. — Па-па… папа у-умер.
У меня шок. Я не могла произнести ни слова. Мой папа не мог. Он не мог. Вот так просто взять и умереть. Нет! В моей голове это никак не укладывалось. Ни в каком виде в голове не укладывается. Вообще не вяжется.

—Вылетаю в Россию. Завтра буду в Москве. Терминал и время прилёта скину позже, хорошо? — быстро пробормотала я и вскочила с кровати. — Можно тебя попросить снять мне какую-нибудь квартиру поближе к центру.

—Ладно, я подыщу для тебя что-нибудь. — тихо согласилась Милена и добавила. — Эм, мама заявила, что не будет заниматься организацией похорон, как только обо всем узнала. Она аргументировала это тем, что ей слишком тяжело осознавать происходящее. Кирилл сказал, что сам этим займётся. Не знаю, зачем ему это. Они с папой не разговаривали после «того случая».

—Передай Шведову, что я сама обо всем позабочусь или верну ему деньги, которые должна буду за организацию, если он не отвяжется по-хорошему. Мне ничего от него не нужно. — раздраженно ответила я, доставая чемодан. — А Ирина как на это отреагировала?

—Никак, мама спросила про наследство. — ответила Милена, шмыгая носом.

—Кто бы сомневался. — тяжело вздохнула я и решила закончить этот тяжелый телефонный разговор. — Милена, спасибо, что сообщила. Все равно рада была тебя услышать.

—Лерка, держись там. — попыталась взбодрить меня Милена.

—Пойду приложу к своей жизни подорожник. — ответила я и положила трубку.

Подорожник. Так мне всегда говорил Кирилл. Милена никогда не понимала смысла этой фразы. На самом деле с первых минут нашего знакомства Кирилл был моим подорожником, потом им стала Сонечка – наша дочь. Я раньше никогда не вспоминала Кирилла. Я благополучно вычеркнула его из своей жизни, но почему-то не помышляла о разводе с ним. Впрочем, он тоже не проявлял никакой инициативы разорвать окончательно наши отношения. Наверное, все так, потому что мы были слишком счастливы вместе. Думать о погибших чувствах и испорченных отношениях много лет спустя очень странно. В любом случае я избегала моего возвращения в Россию. Для меня это острая пика. Кирилл, как моя самая большая проблема, из Москвы никуда не денется, зато в Америку благополучно делась я.

Я снова упала на кровать. Мою голову забили совсем не те мысли. Мой папа умер. Так внезапно. Наши отношения никогда не были такими уж тёплыми, но он поддержал меня, когда это было необходимо. Отец помог мне уехать в Англию, устроил на работу в посольство в Лондоне и всячески поддерживал как морально, так и материально, когда это было крайне необходимо. Думаю, после того, как я вышла замуж и три года не разговаривала с ним, он понял свою ошибку. Отношений, которые папа выстроил с Миленой годами, ему не создать со мной просто потому, что девочка-то выросла. Вдруг я почувствовала усталость. Усталость от того, что я слишком долго убегала от проблема. Действительно, проще спрятаться в другой стране, так ни в чем и не разобравшись. Я не я, если не убегу в самый неподходящий момент.

Собрав чемодан, я хотела забронировать билеты на прямой рейс до Москвы, если таковой найдется конечно же, но вспомнила про одну маленькую девочку, мнение которой нужно учитывать. Соне уже шесть с хвостиком. Она должна сама научиться принимать решения. Я же, как мама, должна считаться с её желаниями. Тем более, Кирилл не оставит меня в покое и вытрясет всю душу в попытке узнать, чья Соня дочь. Конечно, не Джейсона. Это просто смешно. Откуда ему знать? Интересно, что всё-таки было бы, если бы я набралась смелости в тот вечер дозвонилась и сказала, что у нас будет ребёнок. Кирилл любил детей, но поверил бы он мне, что это его дочь после скандала? Очень сомневаюсь.

Сколько у нас времени натикало? Семь утра? Отлично, пойду будить малышку. Для меня моя дочь всегда малышка. Ничего с этим не могу поделать. Я зашла к ней в комнату и увидела полный бардак из учебников. Мой ребёнок спит в одежде у себя на кровати. Нет, в Америке так не принято, просто я вчера слишком поздно вернулась с работы, чтобы проконтролировать происходящее дома. На полу валялись тетрадки. Соня ненавидит все гуманитарные предметы. Вылитый Кирилл. Для него математика, анализ и статистика – раз плюнуть, но попросить написать поздравительную открытку и все в этом духе станет просто бедой. Соня давно с этим мается. Бедолага. Однажды я писала за неё какое-то небольшое сочинение про детскую книжку после истерики. Учительница нас спалила, утверждая, что она ребенок во втором классе не напишет полноценнее рецензию на книжку из десяти страниц.

Я присела на край кровати и погладила дочь по голове, торчавшей из-под одеяла:

—Сонечка, вставай. Малыш, просыпайся.

Соня нехотя потянулась и посмотрела на меня сонными глазками. Ее длинные волосы спутались и валялись по всей подушке. Чувствую, сегодня у меня будет много проблем с их расчесыванием. Однажды мы сломали расчёску. Помимо характера Соня унаследовала папины кудряшки, которые зачастую доставляют нам обеим кучу проблем, но они до безумия густые, блестящие и шелковистые. Поэтому я приучила Соню заботиться о своей шевелюре. Моя дочь – маленькая русская красавица без преувеличения.

—Мам, чего? — пробормотала Соня и нехотя разлепила глаза.

Она посмотрела на меня своими голубыми глазками и хотела их закрыть, но я усадила её на кровати, чтобы не дать этому сонному человечку уснуть назад.

—Ты сегодня не идёшь в школу, а может быть и завтра. — тяжело вздохнула я и собралась с мыслями в минутной паузе. — Твой дедушка умер. Нужно лететь в Россию на похороны. Ты хочешь поехать со мной или останешься в Штатах?

—Это тот, который дипломат? Который к нам на отдых во Францию приезжал в прошлом году? — немного удивилась Соня. — Как? Когда?

—Я не припоминаю, чтобы у тебя было много дедушек. Был всего один. — сказала я и потёрла разболевшийся висок. — Сегодня от сердечного приступа. Малыш, тебе нужно решить. Я улетаю сегодня.

Соня задумалась. Заплакала. Папа хорошо знал мою дочь. Им не доводилось встречаться к. Он приезжал в Америку, когда мы только-только обживались в новой стране, потом звонил часто. Между ними так и не появилось тесной связи. Откуда же ей взяться? Мы редко виделись, много общались. Не самые лучшие отношения близких людей. Сейчас мне даже досадно, что у них не хватило времени узнать друг друга получше. Да и у меня тоже. Хотя кроме досады я больше ничего не чувствую. Наверное, если бы мне позвонили и сообщили, что что-то с Кириллом, я бы урыдылась и билась в истерике, а сейчас была бы уже в аэропорту. Одни словом, безумная я.

—Я с тобой. — наконец ответила Соня, потирая глаза. — Когда едем?

—Предварительно через пару часов. Я забронировала два билета. — я аккуратно утерла слезы с щечек дочки. — Пойдем, соберем чемодан и приведем твои волосы в порядок.

Москва

За бортом самолета уже показывались огни большого города. Города, в котором мне перестало хватать места семь лет назад. Боже, я ведь зареклась никогда сюда не возвращаться. Сказать, что мне было страшно возвращаться в Москву, – это не сказать ровным счетом ничего. В самолете у меня тряслись коленки. Сонечка была спокойна и даже немного в предвкушении нового «приключения». Конечно, она подавлена и расстроена из-за смерти дедушки, ведь так его любила. Ничего не поделать. Жизнь такая. Я же до сих пор находилась в шоковом состоянии. Моего отца больше нет. Одна мысль об этом уже пугала. Становилось жутко от мысли, что за моей спиной теперь пусто. Ох, я имею в виду, что больше некому меня поддержать. Раньше я не осознавала, насколько папа был важен. Его роль в моей жизни слишком велика, и сейчас на сердце стало чересчур одиноко. Мне не чем заполнить образовавшуюся пустоту наряду с непринятием того факта, что папа умер два дня назад. Это нечто абсолютно немыслимое.

На выходе из терминала «Шереметьево» нас с Соней встречали Милена и Олег. Никогда бы не подумала, что буду настолько рада их видеть. Вернее, нет, я всегда рада их видеть, просто сейчас мне кажется, что я не одна. Это немного иначе чувствуется в свете последних событий. Сонечка изрядно устала и начинала клевать носом, пусть в самолете еще выглядела бодренько. Я вела дочку за руку, чтобы не потеряться, и, как только к нам подошли Милена и Олег, взяла её на руки. Мне было тяжеловато нести Соню на ручках, но мой малыш утомился сильнее.

—Привет. — кивнула Милене и Олегу я, заметив, как Соня засыпает, положив голову мне на плечо.

—Спит? — Милена указала на Соню, которая уже не реагировала на людей вокруг.

—Да, перелет был долгим. У нее есть чудная особенность засыпать где угодно, когда она очень устала. — прошептала я и добавила. — Олежек, ты не мог бы помочь мне с чемоданом?

—А? Да, конечно. — Олег все это время интенсивно о чем-то думал, а потом неожиданно произнес. — Последний раз мы видели Соню, когда ей был год шесть. Тогда она была не так сильно похожа на Кирилла, чем сейчас. Ты знала? Он тоже в детстве засыпал даже на уроках.

—Да, Соня очень похожа на Шведова, но она – моя дочь. — поправила Олега я.

—Да, но Кирилл… — попытался что-то сказать мне Олег, но Милена пихнула его локтем в бок. — Ладно, я понял.

Вот это я понимаю, Милена из бабника воспитала подкаблучника. Ну, возможно, не совсем подкаблучника, однако очень близкого к нему мужа. Эх, хорошая семья у них сложилась. Я искренне рада.

—Лер, может, все-таки вы поживете у нас? Зачем тебе на эту чужую съемную квартиру. — Милена звучала с мольбой.

—Я не хочу вас стеснять, да и к вам может припереться Шведов. Я не хочу, чтобы он видел Соню. — я закусила нижнюю губу, потому что не могла никак иначе.

—Так и быть, но я останусь с вами сегодня. — с сочувствием произнесла Милена и коснулась до моего плеча.

—А как же… — начала я, замявшись.

—Я не против. Мы с Шуриком денек переживем без нашей мамы. — быстро отозвался Олег и открыл багажник своего «Лексуса». — Поехали, уже очень поздно. У нас всех завтра тяжелый день.

Мне не хотелось ничего добавлять. Олег выразился как никогда точно. Завтра будет очень тяжелый и нервный день. Я не знала, как я его переживу. В машине мы ехали в тишине. Соня спала, не слезая с моих рук. Детское авто-кресло было у Олега в машине, но я решила не будить лишний раз ребенка. Атмосфера в салоне угнетала. Я посмотрела на Милену. Только сейчас мне выдалась возможность рассмотреть её поближе, чтобы узнать, что на ней не было лица. Она плакала. Плакала не так, как я в Вашингтоне. Намного сильнее, хотя папа не был ей родным по крови, но… Мне стало стыдно за себя, за то, какой неблагодарной дочерью я стала.

За окнами проносился комплекс «Москва-Сити». Я смотрела на стеклянные высотки, которые ничуть не изменились за семь лет. Захотелось отвернуться. Сердце замерло в груди. В ушах эхом раздался звук разбивающейся вазы. Точно, тогда еще Шведов толкнул меня на подставку, и она упала на меня. Я не забыла. Не так. В груди все еще болит. На меня нахлынули воспоминания. Странно, плохое затмило все хорошее. Не думала, что увижу это место еще раз. Благо, мы его быстро проехали. Вообще, Москва радовала меня своими видами. Это немного странно в сравнении с Вашингтоном, чья серость убила меня с первых минут. Впрочем, это не отменяет того факта, что столица Российской Федерации раз за разом делает меня несчастной. Здесь почему-то умирают все мои близкие. Здесь умирает моя любовь.

—Жаль, что тебе пришлось приехать в Москву при таких скорбных обстоятельствах. — не затыкался Олег, пытаясь разрядить обстановку.

—Возможно, при иных я бы и не вернулась. — буркнула я, размышляя о своем.

—Лер, ты должна знать. Кирилл взял на себя организацию похорон от твоего имени. — Милена дотронулась до моей руки с целью предупредить мою гневную реакцию.

—От моего имени? Вот жук… — сдержалась я, хотя хотела громко выразить свое негодование.

—Хах, «жуком» его еще никто не называл. — усмехнулся Олег. — Может быть, ты всё-таки дашь ему шанс извиниться?

—Как думаешь, его легко простить? — спросила у Олега я.

—Честно, меня заставили его простить, а мои ранее переломанные ребра и нога до сих пор ноют на погоду. — проворчал Олежек, косясь на Милену через зеркало заднего вида.

—Стоп, что? Какие ребра? Какие ноги? — я непонимающе вздернула бровью.

—Точно, тебе так и не рассказали, как меня отметелил Кирилл за то, что я соблазнил тебя. — тон Олега был весьма мрачен и грустен. — Я думал, умру, не доехав до травмы.

Вот тут я вспомнила, как перед самым моим отъездом Милена и папа сидели на кухне очень хмурыми и хотели что-то мне сказать по поводу Кирилла, но я была так зла, что не захотела их слушать. Милена еще по телефону поговорила и убежала. Я думала просто к Олегу, хотя, наверное, к нему в больницу. Это моя вина. Я сконфуженно отвела глаза. Почему я такая невнимательная к проблемам и бедам других людей.

—Лучше бы ты написал на него заявление, и Шведова за все «хорошее» закрыли лет так на десять. — я томно вздохнула и погладила по спине сонную дочь. — Мы всегда его прощаем и спускаем ему с рук все бесшабашные выходки. Мне очень жаль, что ты пострадал из-за моего дебильного желания сделать Шведову подарок. Прости, что так вышло…

—Ничего страшного. Я никогда не держал на тебя зла. Никто из нас не виноват. — Олег отреагировал на мои слова достаточно расслабленно и спокойно. — А про заявление… Я хотел, но уж очень меня тетя Лена умоляла этого не делать. Не смог ей отказать. Тем более, ты и без моего заявления хорошенько потрепала Кириллу нервы.

—Хм, я? — удивилась я. — Это чем же?

—Во-первых, у него была дикая депрессия из-за того, что он тебя выгнал. Во-вторых, закрылся в квартире и бухал, не просыхая, неделю или даже две из-за одиночества. В-третьих, его очень беспокоит, что у вас так и нет детей. Мы замечаем, как он с завистью смотрит на нас с Шуриком. — Олег звучал довольно злорадно без какого-либо сочувствия. — Теперь Кирилл живет как монах – целомудренно и праведно.

—Это да. Он наивно считает, что ты так и не забеременела. Дети для Кирилла больная тема. — закатила глаза Милена и фыркнула на Олега. — Ты бы лучше не злорадствовал. Да, он тебя избил, зато ты живешь в семье и достаточно неплохо, а Кирилл остался один.

—Он сам виноват. — отмахнулся Олег. — Не надо было разводить скандал из пустоты. Лучше бы сел, разобрался во всем спокойно, а не слушал Машеньку.

—Бросается сначала на всех с кулаками, а потом прощения приползает просить. Только помогите ему, бедному. — раздраженно добавила Милена.

—Так, друзья мои, заканчивайте эту демагогию. Шведов пусть живет так, как ему больше нравится. — фыркнула я и устроила Сонечку поудобнее у себя на руках. — Не надо давить на жалость. Я все равно его не прощу.

Олег помог поднять чемодан до квартиры. Кажется, он хотел поговорить еще, но Милена его буквально выгнала. Прощались они как милейшая парочка. Олежек поцеловал Милену в щеку и пообещал приехать утром. Хороший однако муж из него получился. Мужчина. Защитник. Даже завидно немного. Ох, Лера, не время для этого. Мы осторожно переодели и уложили Сонечку в кроватку, а сами пошли на кухню. Милена достала бутылку вина из пакета и открыла, разлив красную жидкость по бокалам.

—Нам надо выпить. Пожалуй, завтра будет слишком тяжелый день, чтобы оставаться трезвыми. — пробубнила она, усаживаясь за стол. — У нас есть то, что без вина не обсудить.

—Да… — скупо выдавила я. — Москва как неродная. Или я стала другая? Не знаю, вроде ничего не изменилось, а чувство какое-то странное.

—Все меняется все-таки. Ты действительно изменилась. Ты начала смотреть на вещи несколько взрослее. — шепнула Милена, взяв в руки бокал вина. — Как ты там в Америке?

—Я? А я не знаю. Мне там не на что жаловаться. Есть, конечно, всякие бытовые заморочки, но в целом я живу, как сама хочу. — томно вздохнула я, пригубив из бокала. — Карьера в гору идет. Сонечка растет такой смышленой девочкой, а ведь только-только я её на ручках качала.

—И ведь правда. Как быстро летит время. Глазом моргнуть не успеешь, а детки уже и взрослые. — кивнула Милена. — Знаешь, я ведь очень долго ждала этого разговора. Некоторые вещи не сказать по телефону.

—Согласна. — сдавленно отозвалось я и слегка улыбнулась. — Вы очень красивая пара с Олегом. Понимаете друг друга с полуслова. Я искренне за вас рада.

—Хах, раньше, когда я смотрела на вас с Кириллом, думала точно так же. Вы были даже более красивой парой, чем мы с Олегом. — осторожно начала Милена. — Я не вправе вмешиваться в ваши отношения, но все-таки считаю, что ты должна знать обо всем, что происходило здесь в твое отсутсвие.

—Почему ты так считаешь? — проговорила я.

—Потому что вы с Кириллом все еще пусть и формально, но существуете. Бегать от него почти в тридцать лет, не выяснив ничего, больше не вариант. В конце концов ты уже взрослая женщина и мать. — Милена тяжело вздохнула и подалась вперед, делая паузы, чтобы тщательно подобрать слова. — Я все понимаю, взять и решиться на разговор с человеком, который тебя предал, нелегко. На твоем месте я бы поступила точно так же, как и ты. Просто поговори со Шведовым. Если посчитаешь нужным, разведись с ним. Папа тебе не говорил, но он очень хотел, чтобы ваша эта ситуация наконец разрешилась. Будем считать, что это его последняя воля.

Милена заплакала, опустив глаза. Она опять в чем-то да права. Сколько можно бегать? Сколько еще? Я не была готова к такому повороту, возвращаясь в Россию. Да я бы вообще никогда уже не приехала в Москву, если бы папа был жив.

—Да, я понимаю. Возможно, и стоит поговорить, но не сейчас точно. — проговорила я, пытаясь собраться с мыслями. — Расскажи мне, как вы тут живете. Только давай не завтра, вернее не сегодня. В день папиных похорон меньше всего мне хочется выяснять отношения со Шведовым.

—Наверное, это правильно… — Милена попыталась улыбнуться. — Так вот. Мы тут очень весело живем, знаешь ли.

Тема разговора была переведена на более располагающую к себе. В свете последних событий это все казалось каким-то сном. Я не принимала происходящее, цепляясь за воспоминания из прошлого. Папа же сейчас позвонит и спросит, что мы тут устроили, да? Мой ночной кошмар наяву. К утру мы легли спать. На таком стрессе я не чувствовала усталости. Правда, нахождение какое-то. Милена улеглась спать на диване и отрубилась без задних ног. Что-то мне подсказывает, что придется будить еще и её, а то проспит. Сонечка встала сама. Очень странно для нее. Моя малышка, точно как папаша, встает исключительно по будильнику, то есть когда её приду будить я.

Я попросила своего цветочка почистить зубки, а пока достала из чемодана траурную одежду. При виде черного платьица Сонечка как-то задрожала. Дочка выглядела напуганной. Она подошла ко мне, дергая за мою штанину.

—Что такое, мой цветочек? — просила я, нагнувшись к дочке.

—Мама, я боюсь идти на похороны. — пробормотала дочка.

Я встала в ступор. Что сказать дочке? Да, Сонечка развита не по годам, но она все равно еще ребенок. По идее ей нужно проститься с дедушкой. Так будет правильнее всего, но она серьезно напугана. Думаю, папа бы не хотел, чтобы у Сонечки остались детские травмы, связанные с сегодняшним днем. Я сама-то не уверена по поводу своей реакции на похоронах. На данный момент просто пытаюсь держать себя в руках, пусть это и сложно.

—Почему? — спросила я, тяжело вздохнув. — Ты боишься прощаться с дедушкой?

—Д-да. — жалобно протянула Соня.

—Цветочек, ты точно не хочешь? — переспросила у дочки я, погладив её по головке.

—Д-да… — Сонечка закивала, шмыгая носиком.

—Ладно, я позвоню твоей бабушке Лене. Надеюсь, она посидит с тобой. — я снова погладила Сонечку, утирая слезинки, бежавшие по её щечкам.

Елена Александровна согласилась приехать. Она вошла в квартиру в траурном. Видимо, ей хотелось пойти на похороны. Я же верю, что папа нас простит. На лицо мама постарела. Как-то морщинок больше стало, а глаза все те же – такие добрые и преданно ласковые. Я говорила когда-нибудь? У Кирилла глаза матери. Ох, столько лет прошло, а я все никак не перестала называть её мамой. Совсем как родная стала. Первое, что она сделала, это крепко обняла меня. Было несколько неожиданно.

—Ох, Лерушка, мне так жаль. — Елена Александровна погладила меня п спинке.

Когда Елена Александровна отстранилась, я немного успокоилась. Мама тихонько потрепала меня по щеке.

—Ты так изменилась, дорогая. — проговорила Елена Александровна.

—Мамочка! — прокричала за моей спиной Сонечка, выглядывая из-за двери.

Елена Александровна ахнула, всплеснув руками. Она видит Сонечку впервые, а до этого они только разговаривали по видео-звонку. Елена Александровна прослезилась, застыла на месте не в силах оторвать взгляд от внучки. Сонечка была в неком недоумении. Бабушку она в каком-то смысле не узнала. Сами понимаете. Какое общение может быть по интернету особенно с родными людьми? Мама сдвинулась к Сонечке и, попытавшись присесть на корточки, чтобы встретиться с девочкой глазами, погладила её по растрепанным кудряшкам.

—Ты моя маленькая куколка. Не узнала меня? — нежно проговорила Елена Александровна. — Ну, маленькая.

Сонечка замотала головой. Не помнит. Елена Александровна принялась рассматривать курносое, слегка конопатое личико моего сладкого цветочка.

—Как на папу-то похожа. — тихо прошептала мама.

—У меня есть dady? — пробормотала Сонечка, как обычно застеснявшись.

—Мой сын, конечно, тот еще обормот, но ты так на него похожа, наша Принцесса. — продолжала Елена Александровна. — Я рада, что ты наконец приехала.

В ход пошли крепкие объятия. Соня растаяла. Обнимашками всегда можно проложить дорожку к невинному сердечку ребенка, учитывая, что Елена Александровна очень любит Сонечку. Вроде как Кирилл не настрелял за семь лет ни с кем детей, хотя мог бы. Так что Соня единственная внучка. Может, она и не узнала, но точно приняла, что перед ней её бабушка. Родная и теперь единственная.

Оставив Соню с бабушкой, мы поехали на похороны. Церемония прощания с отцом проходила в большом зале с высокими потолками. Вместе с нами приехала Ирина. Она вышла из такси эдакая страдающая вдовушка. Помимо черного платья-футляра на ней была надета черная шляпка с сеткой, закрывающей лицо полупрозрачной вуалью. Перед началом церемонии я часто ловила на себе косые взгляды. Инициатором всего этого судачества выступала Ирина. Конечно же, кому еще, как не ей, распускать обо мне сплетни, принимая во внимание, что они с отцом не жили вместе около десяти лет.

Никто не ожидал меня здесь увидеть. За своей спиной я услышала негодующие, слегка пренебрежительные перешептывания о том, что папа очень ждал, когда я вернусь в Россию. Не дождался. Пошел к черту этот Шведов. Я всегда избегала Москву из-за того, что здесь живет Кирилл. Я забыла, что кроме него здесь мой папа – моя единственная семья. Я подвела отца. Если бы я только допустила мысль, что все может так закончится. Эта жизнь меня расслабила. Мне казалось, что папа будет всегда… Какая же я была дура.

Я стояла и смотрела на гроб. В моей голове до сих пор не укладывалось, что это происходит со мной снова. Мои воспоминания перенесли меня в день маминых похорон. Тогда я точно также стояла, смотрела на её гроб и не могла в это поверить. Со мной был папа. Вместе мы поддерживали друг друга. Сейчас за моей спиной не было никого, кто мог взять меня за руку. Мне было страшно. Священник начал церемонию отпевания. Я едва ли могла стоять на ногах. По коже побежали мурашки. Я оглянулась по сторонам. В противоположном углу Милена тихо плакала в объятиях Олега. Нет, мне не нужен Шведов. Он и не пришел. Я была не готова позволить себе даже минутную слабость. Все это было слишком для меня.

Моего отца больше нет. Сколько раз я уже произнесла эту страшную фразу? Он ушел от меня к маме. Интересно, они сейчас вместе? Наверное, да. Наверное, я даже должна обрадоваться, что они снова счастливы друг с другом. Только я осталась совсем одна… Стоя перед гробом родного отца, я вдруг почувствовала, как моя невидимая связь с детством рвется. Ничего не осталось. Теперь у меня есть только я. Больше нельзя отрицать, что в этом мире я никому не нужна так, как была папе. Грудь раздирала боль. Это трудно описать словами. Это чувство, которое никак нельзя назвать. Эдакая адская смесь из разочарования, страха пред неизвестностью и отчаянного нежелания принимать действительность, которые заставляют опустить руки. Я уже чувствовала это раньше, поэтому перед похоронами мне казалось, что будет не так больно. Не впервой терять близких. Ошибка. Это словно упасть с десятого этажа. Все равно невыносимо.

Я смотрела на отца. Это не мой папа? Да? Скажите, что это не он! В один момент меня прорывает. Тихо плакать не получается. Я кидаюсь к гробу и начинаю биться в истерика, прося отца вернуться. Никто не спешит меня успокаивать. Все просто смотрят, как на аттракцион. Шоу. Здесь даже телевидение. Только один человек выбегает из толпы и подбегает ко мне. Когда я упала на колени, зажав рот руками, кто-то своей сильной рукой помогает мне подняться. Я поднимаю глаза. Это был он. Да, он. Увидев Шведова, мне захотелось под землю провалиться. Кирилл Шведов – главное напоминание о другой Лере, которую он уничтожил. Кирилл постарел. Сколько ему сейчас? Да, точно, через пару лет стукнет сорок.

При виде Кирилла Шведова я испытала самый настоящий страх. Страх того, что он снова толкнет меня и я больно ударюсь. На меня всего однажды подняли руку. Любимый человек толкнул меня на подставку с вазой, а я уже боюсь Шведова до дрожи в коленках. Как минимум мне было тяжело от чувства собственной уязвимости перед большим и сильным Кириллом.

—Я… Н-не п-подходи к-ко мне. — выдавила я дрожащим голосом и попыталась выдернуть руку. — Н-не надо… О-о-отпусти.

—Лера, тебе нужна помощь. Просто позволь мне тебе… — Шведов все еще пытался что-то мне сделать, но растерялся, когда заметил страх в моих глазах, который я не в силах скрыть. — Почему ты боишься меня?

Серьезно? Шведов не понимает, почему я так на него реагирую? Он сломал собаке лапу на моих глазах, пнув бедного Тедди со всей дури. Он отшвырнул меня в сторону, словно тряпочку. Он позволил себе поднять руку на меня, даже не задумываясь, что на тот момент я находилась в «положении». Шведов никогда не думает о последствиях прежде чем что-то сделать. При этом ему не жаль. При этом он даже не догадывается, сколько слез я выплакала, сколько боли пережила. Из-за его дури я стала матерью одиночкой. Из-за его дебильного характера моя дочь не понимает до конца, кто такой «папа». Впрочем, я не жалею. Я не жалею, потому что судьба избавила меня от этого гнилого мужчины. Гнать Шведова надо поганой мытной, чтобы даже не смел приближаться ко мне и на милю, а не что-то решать с ним. Не известно, какая жизнь ждала бы меня дальше, если бы я осталась с ним.

—Она не хочет с тобой разговаривать. — чужая, мужская рука аккуратно прижала меня к себе. — Тебе что-то не ясно, Кирилл Шведов?

Я была искренне благодарна человеку, который вступился за меня и отогнал Шведова. Кирилл моментально изменился в лице и помрачнел, чуть ли не зарычав на моего спасителя. Я осторожно подняла глаза. Миха?! Рядом с ним стояла его жена, придерживая меня за другую руку. Они заступились за меня.

—Не превращай прощание с моим отцом в громкие семейные разборки. — набралась смелости сказать я, глядя Шведову в глаза.

—Ты услышал Леру? — поставил точку в этом разговоре Миха.

—Лера, пойдем. Тебе нужно присесть. — вступила жена Михи.

Шведов прожигал нас недовольным взглядом. Полагаю, мне все равно придется поговорить с ним. Нужно обсудить, как я смогу вернуть ему деньги за организацию похорон. Миха и его жена отвели меня к скамейке. Я немного пришла в себя, но не надолго. Принимать циничные соболезнования на пару с Ириной оказалось еще тяжелее. Так или иначе меня упрекали в том, что я приехала не повидаться, а проститься со своим отцом. Отлично подкусывала по этому поводу и Ирина, пусть Милена пыталась всячески её одергивать. Не помогало. Благо рядом был Миха. Это немного облегчило мою боль, но не сильно. В толпе стоял Шведов. Я замечала, как он мелькал туда-сюда, даже ловила на себе его взгляды. Гад!

В данной ситуации меня поражало спокойствие Ирины. Ладно бы, оно было абсолютно набивным или наигранным, но нет. При этом играла она плохо. Фальшь за километр чувствуется. Никто ничего не говорил. Очень тяжело было положить цветы в гроб отца пред тем, как крышку закрыли. Я не хочу запоминать лицо моего отца таким измученным и болезненным. Папа… за что нам все это? Крышку закрыли. Кладбище я уже не помню. Все как в тумане. В ресторане на поминках ко мне подсел Шведов. Это подобие человека спланировало все так, чтобы в для каждого гостя было свое отдельно подписанное место. Миху и его жену отсадили в дальний угол.

Кирилл ухаживал за мной, аки настоящий джентльмен. Я не была довольна этим вниманием. Наоборот, только линий повод для сплетен. Люди перешёптывались. Поминки моего отца приняли вид некого балагана из сплетен и обсуждений моей семейной жизни. Пришлось дотерпеть до конца. Встать и уйти я не имела никакого права, к несчастью. Милена уехала чуть раньше, поэтому я вызвала себе такси и вышла ждать его на крыльцо, где меня опять подкараулил Кирилл.

—Мне очень жаль, Лера. — тихо сказал он, встав рядом. — Прими мои соболезнования.

—Спасибо. — сухо ответила я, не оборачиваясь. — Ты вовремя пришел. Завтра я жду от тебя письмо с счетом за организацию похорон. Можешь сегодня, если тебе не лень.

—Почему сразу лень? Мы могли бы поговорить где-нибудь в тихом месте. — не отставал Кирилл, скача передо мной, словно пес на задних лапках. — Или встретимся завтра? Я смогу в любое время, в которое ты только скажешь.

—Нет, никакого завтра точно не будет. От тебя меня интересует только счет за организацию похорон. — отмахнулась я, закипая от возмущения и раздражения. — Или ты хочешь поговорить о нашем разводе?

Зачем я это ляпнула? Я же не хочу разводиться. Или хочу? Кирилл тоже не ожидал, захлопал глазами, совершенно выбитый из колее. Надеюсь, ему больше нечего будет сказать, потому что сегодня я уже не в состоянии оценивать ситуацию трезво. Адекватно реагировать? Не про меня вечером после папиных похорон.

—Я не разведусь. Я сожалею обо всем, Лера. — возразил Кирилл и огляделся по сторонам, заметив, что на нас все смотрят. — Знаю, уже поздно просить прощения, выслушай меня в любое время, когда тебе будет удобно.

—Не устраивай лишних сцен. — холодно одернула Кирилла я. — Так или иначе я работаю в Америке. Из уважения к памяти моего отца мне разрешили уехать. Встреча с тобой в мои планы не входила.

—А я ждал тебя. Все эти семь лет ждал. — уверенно бросил Кирилл.

—Вижу, ты кое-чего не понимаешь. Я не возвращалась в Москву из-за тебя. — буркнула я, пытаясь держать себя в руках. — Запомни, я служу в русском посольстве в Америке дипломатом. Тебе нет места в моей жизни, Кирилл Шведов.

—Разве Мы не пара? Почему бы нам не обсудить нашу дальнейшую семейную жизнь? — Кирилл безустанно пытался вывести меня на разговор.

—Эй, Шведов, я понимаю, ты за эти семь лет что-то там себе надумал, чтобы реабилитировать свое задетое эго, но на меня это не подействует. — пробубнила я, отстраняясь от Шведова, который незаметно приближался ко мне по маленькому шажку. — Мы теперь живем в совершенно разных плоскостях.

—Я могу переехать в Америку. Скажем, открою там новый филиал или представительство своей конторы и буду пытаться строить с тобой новые отношения? — неожиданно предложил Кирилл. — Или вернем все назад, ведь у нас было все.

Я замерла. Вернуть все назад? Ничего уже не вернуть. Мое разбитое сердце не хочет его прощать, но, не буду себя обманывать, все ещё тянется к нему. Меня тянет магнитом. Мою грудь раздирают любовь и ненависть по сей день.

—А что было? — спросила я, обернувшись.

—Я любил тебя. У нас была семья. Мы были счастливы. — хрипло ответил Кирилл, дрожащим голосом добавив. — Я и сейчас тебя люблю.

—Любишь? Нет, это была не любовь. — вырвалось у меня. — Ты всего лишь жалел меня.

—Если бы я жалел тебя, я бы стоял сейчас здесь? — выдал Кирилл с непроницаемым лицо, скрывая от меня свои эмоции, и неожиданно заорал. — Я бы был здесь, Лера?! Я бы искал тебя столько лет?! Семь гребаных лет!

Я сдвинулась с места. Горячая кровь прилила к голове. Ярость и жгучая обида заставили меня поступить импульсивно. Опрометчиво, я бы сказала.

—Тогда, ты должен знать, что девочка, которая любила тебя до беспамятства, до дрожи в коленка, до сумасшествия, наглоталась таблеток и умерла от безнадеги! — вскрикнула я, схватив Кирилла за лацканы пальто, и посмотрела ему в глаза. — Она днями и ночами рыдала в подушку от депрессии и отчаяния! Она не знала, как ей жить без тебя дальше! А теперь ты стоишь передо мной и говоришь, что прождал каких-то семь лет ради того, чтобы вернуть все назад?! Эта девочка чуть себя на тот свет не отправила! Есть вопросы?!

Откуда-то во мне появились силы взять и оттолкнуть Шведова в сторону. Я спустилась с крыльца ресторана, чтобы быть подальше от Кирилла. Просто сам факт его присутствия в моей жизни сегодня невероятно утомлял. Никаких сил больше нет.

—Лер, просто дай мне шанс и послушай, что я хочу тебе сказать! — максимально растерянно проговорил Кирилл.

В этот момент подъехало такси. Очень удачно и вовремя. Перед тем как сесть в машину я обернулась и решила для ясности сказать Шведову на прощание:

—Я улетаю в Америку завтра. Счастливо оставаться.

Кирилл остался стоять одиноко на крыльце, смотря мне в след. Только не надо этого. «Нас» больше не существует. Есть отдельно Валери Донован и Кирилл Шведов. Доехав до съемной квартиры, по приезде я просто обняла свою дочь и разревелась так громко и безутешно, что мама тихо ушла. Виной всему частично её сын. Она это понимала и никак этому не обрадовалась. Стоило мне чуть оправиться, как я тут же понеслась собирать вещи. Все. По лицу Сонечки я поняла, что она тоже хочет домой. Наш рейс днем. Утром я съезжу к нотариусу, вступлю в наследство и улечу в Штаты. Милена расстроилась, когда я ей об этом сообщила, но ничего с этим поделать не смогла.

Ирина была обескуражена, когда узнала, что в своем завещании папа предпочел откупиться от нее деньгами. Вернее тем минимумом, который положен ей как жене. Милена фактически не получила ничего. Правда, почему-то не расстроилась. Больше всех возмущалась Ирина, бросаясь фразами, что еще подаст на меня в суд и отсудит все, что по праву должно принадлежать ей. Признаться, я не ожидала, что папа вообще составил завещание. Я не понимаю, зачем он это сделал. Неужели предчувствовал свою смерть? Мне неприятно осознавать, что мой отец побеспокоился о таких вещах заранее. Тем не менее, в наследство я получила все имущество, которое нажил папа. Ощущения у меня были такие, что остатки чувств буквально высосали. Я молча подписала бумаги и ушла. Вроде как Милена пообещала разобраться, чтобы Ирина не создала мне дополнительных проблем.

Дожидаться счете, который я ждала от Шведова глупо. Он его мне так и не прислал, зато вместо него опять завалил мой съемный дом розами. Доставку пришлось принять только ради того, чтобы не загонять в неудобное положение курьера. Чертов Кирилл Шведов. Чтоб ты провалился со своими розами и записочками. Я уже собиралась запаковала свой чемодан и даже открыла ноутбук, чтобы проверить свой рейс до Вашингтона, как вдруг у меня зазвонил телефон. Катя? Да ладно! Откуда у нее мой номер? Не спрашивайте, как её узнала я. У меня в телефоне сохранилась база данных.

«А-алло?» — замялась я, так как забыла, когда в последний раз вообще разговаривала с Катей, и с Отто как-то нехорошо получилось.

«Лера, здравствуй. Это Катя. Ты же помнишь меня, да?» — Катя звучала очень растеряно и даже больше напуганно.

«Да, Катя, как я могу тебя забыть». — сделала голос пободрее я.

«Лер, умоляю тебя, помоги». — Катерина звучала с реальной мольбой.

«Возможно, помогу, только с чем, Кать?» — затормозила я.

«Я прислала тебе ссылку. Посмотри, пожалуйста». — Катерина все еще была обеспокоена.

«Л-ладно, тогда я тебе перезвоню». — проговорила я, и положила трубку.

Да, действительно, ссылка на новости действительно была:

«Сегодня утром по подозрению в убийстве был задержан бизнесмен и зять, найденного в своем кабинете мертвым дипломата Андрея Розова, Кирилл Шведов. По предварительным данным, Кирилл Шведов подмешал Андрею Розову, страдавшему болезнью сердца, сильнодействующий наркотик, в результате чего и наступила смерть»…

Дальше я читать не стала. Мне просто стало тошно. Мог или не мог Кирилл убить моего отца? Зачем?! Самое главное за что?! Да, папу нашла в своем кабинете. Судмедэксперт сказал, что он скончался из-за сердечного приступа. Чем был вызван приступ? Ну, нет. Я не верю. Честное слово, Кирилл не мог, потому что Кирилл не такой. Он бы не пошел на убийство. Пока я медленно разбиралась со всеми своими подозрениями и сомнениями, на мой телефон поступил следующий звонок:

«Лерушка, милая, Христом Богом прошу, помоги Кириллу!» — раздалось в трубку.

«Елена Александровна, мама, я все понимаю, но чем я могу помочь в данной ситуации?» — честно спросила я.

«От Кирилла все отвернулись. Никто не хочет за него поручиться. Я знаю, что он не мог убить Андрея. Да, Кирилл часто бывал у него на работе, прося твой адрес. Ты нам веришь?» — Елена Александровна горько заплакала в трубку.

«Эм, я не знаю, но пока, обещаю, точно не улечу в Вашингтон сегодня». — проговорила я.

«Лерушка, я пред тобой на колени встать готова. Только не бросай Кирилла в беде». — пробормотала Елена Александровна.

«Мама, не надо на колени. Я не уеду. Обещаю, что помогу как-то разобраться в сложившейся ситуации». — тяжело вздохнула я в трубку, посчитав своим долгом хоть как-то успокоить Елену Александровну.

«Не побывав во тьме, не узнаешь реальной
цены света».

Омар Хайям

Кому-то может показаться, что все, что я делаю, изначально лишено всякого смысла. Смысла действительно нет. Я наделала ошибок. Наломала дров. Теперь позволяю себе наступить на одни и те же грабли дважды. И сколько бы я не спрашивала у себя: «Зачем?», не могу дать осмысленного ответа. Я так чувствую? Однажды я уже поступила импульсивно. Нет, не так. Я влюбилась и, испугавшись потерять эту любовь, сбежала, пытаясь заглушить боль. Все эти годы я трусливо зализывала свои раны. Уклонялась от ответственности. Пряталась от человека, которым так сильно дорожила. Я потерялась. Запуталась в бесчисленном количестве догадок, а что бы было, если бы я осталась. Это «если» заставляло меня ненавидеть Кирилла. Замкнутый круг какой-то.

Сейчас ему нужна моя помощь. По крайней мере я точно смогу вытащить его из следственного изолятора: во-первых, связи, во-вторых, показания. Только я не знаю, зачем я это делаю. Цель? У всего есть своя цель. Что касается меня, старые чувства велят так поступить. Оплатить давний долг. Я еду к следователю. Мой ребенок не может иметь отца-уголовника. Не хочу, чтобы Соне было стыдно, когда она узнает правду. Кого я обманываю?! Я сама раза три пыталась позвонить и помириться с Кириллом, а он, если верить его словам, тоже искал меня. По-моему, мне просто его жаль.

Соня на кухне болтала со своей подружкой по видео-звонку. Я подкралась сзади и, помахав Саре рукой, по-русски сказала:

—Малыш, давай устроим аукцион.

—Мам, мы не идем в зоопарк, когда приедем? Мы не летим домой, да? — тут же нахмурилась Соня. — У тебя опять дела в Посольстве?

—Почти, я должна кое-кому помочь. Посидишь дома немного одна? — начала издалека я. — А в замен я тебя познакомлю с одним очень важным дядей и отвезу в место покруче зоопарка. Договорились?

—Нет. — надула губки Соня. — Ты говорила, что мой папа живет в России. Даже бабушка сказала, что папа в Москве ждет нас. Мы приехали в Россию. Почему мы до сих пор не встретились? Папа меня не любит?

Когда моя шестилетняя дочурка стала такой проницательной? Я попятилась назад, оперевшись о столешницу кухни. Даже не знаю, стоит ли врать. Я и так вру своему ребенку о её отце. Я слишком много вру своей дочери. И это уже точно не ложь во благо. Это не есть хорошо. Соня так похожа на Кирилла. Особенно внешне. Слава Богу, характером она пошла в меня.

—Твой папа тебя сильно-сильно полюбит, когда узнает, что у него есть ты. Он уже тебя очень любит, просто нам сейчас нужно помочь ему, чтобы вы с ним смогли познакомиться. Он попал в беду, понимаешь? — честно ответила я, погладив Сонечку по голове. — Цветочек, у него некоторые жизненные трудности, но мы с тобой совершенно точно сможем исправить положение.

—И как же? Чем я могу помочь папе? — спросила Соня с неподдельным интересом в глазках.

—Ну, я ему помогу сменить локацию, а ты его взбодришь. — с умным видом ответила я. — Только давай мы не будем говорить ему, что он твой папа. Проверим, догадается он или нет. Как тебе такой план?

—Мы же скажем ему, если он не догадается? — немного расстроилась Соня. — Обещаешь?

—Да, конечно, скажем. Он же твой папа. — кивнула я. — Отпустишь меня ненадолго?

—Ладно. — буркнула Соня, посмотрев на меня так же недовольно, как смотрел Кирилл. — Только ты придешь вечером.

—Куда же я денусь. — кивнула я и поцеловала дочку в макушку. — Я очень быстро.

—Ты всегда так говоришь. — погрустнела Соня. — Я делаю это только ради папы.

—Он оценит твою жертву. — тяжело вздохнула я и напомнила дочке. —Помнишь: дверь незнакомцам не открывать, газ не включать, по высоким шкафчикам не лазить, к окнам не подходить и, если что, сразу звонить мне. В холодильнике есть мороженое и тортик. Можешь кушать.

—Мам, я не маленькая! — недовольно воскликнула Соня.
—Я знаю, но для меня ты все равно малышка. — улыбнулась я и пошла к выходу. — Будь осторожна, ладно?

Я ехала в такси до следственного изолятора, параллельно обзванивая всех своих знакомых. Знаете, что я поняла, адвокат Кирилла та еще крыса. Его купили. Он не взял трубку, хотя я звонила ему десять раз. Я сделала вывод, что кто-то хорошо ему заплатил. Во что же Кирилл вляпался? Он точно перешел кому-то дорогу. Плюс, убийство моего отца. Отрицать не буду, на сердце мой отец жаловался уже года три. Давление и все дела. Но я никогда не поверю, что Кирилл мог подсыпать папе что-то и вызвать у него сердечный приступ. Никогда. Мы все не святые. Уверена, если бы папе при Кирилле стало плохо, он вызвал бы скорую. То, что вменяет ему следствие, — полный бред.

Ох, голова кругом. В любом случае я нашла для Кирилла нового адвоката — друг моего отличного знакомого из посольства. Что может быть лучше чем друзья друзей? Правильно, ничего. Подождав минут двадцать, я увидела адвоката. Цель дня — вытащить Кирилла из СИЗО. Хоть под залог. Хоть под подписку о невыезде. Хоть под домашний арест. Я на удивление готова даже поручиться за него. Пусть он лучше сидит на даче, если не продал её к чертям, разумеется.

Внешний вид адвоката пришелся мне по душе. Такие люди губительно влияют на психику сотрудников органом дознания. Спокойный, уверенный в себе человек с равнодушными глазами. То, что нужно. Мы пожали друг другу руки и вошли на КПП. Для начала нужно поговорить с Кириллом. Сначала пошла я. Когда его привели под конвоем, я его не узнала. За два дня нервы Кирилла совсем съели. Он вообще никак не переносит стрессовые ситуации. Не знаю, как это описать. Я привыкла видеть его другим. Не таким разбитым.

Кирилл будто сломался. Он шел, даже не смотря по сторонам. Я не хочу видеть его таким. Да, сейчас никто не хочет ему помогать. Катя бестолку сотрясает воздух. Она не может ничего сделать. В ситуации Кирилла все решают связи, но никто не хочет рискнуть. Мне терять нечего. Я в России проездом. Через пару недель, когда здесь разберусь, я вернусь в Америку. На этом эта история закончится. Мы заживем счастливо, как раньше. На разных континентах. Так будет лучше.

Завидев меня, Кирилл помрачнел еще сильнее. Молча он сел на стул и неожиданно резко сказал:

—Ты пришла лично сообщить, что подаешь на развод? Зачем портить карьеру связью с убийцей. Я согласен.

—Кто знает. Еще вчера ты говорил обратное. — ровно проговорила я, а внутри все сжалось и задрожало.

—Тебе ведь все равно. — отвел глаза Кирилл. — Ты сама так сказала. Уже не помнишь?

—Ответь мне на один вопрос. — уверенно начала я, проигнорировав издевательский тон Кирилла. — Ты причастен к смерти моего отца?

—Нет. — коротко бросил Кирилл.

—Тогда, расскажи мне, что случилось, когда вы виделись в последний раз. — насела на Кирилла я.

—Ты пришла меня допрашивать? Еще вчера ты не собиралась со мной даже разговаривать! — раздраженно рыкнул Кирилл и продолжил на повышенных тонах. — Чего ты от меня хочешь? Пришла пожалеть? Мне не нужна твоя жалость!

Кирилл в отчаянии. Он посмотрел на меня с огромной обидой в глазах. Точно, еще недавно я избегала встречи с ним. Кирилл, должно быть, зол на меня за это. Я не виню его. Я бы тоже так себя почувствовала. Тем не менее, я не позволю, чтобы на меня орали.

—Заткнись и послушай меня! — рявкнула на Кирилла я и шлепнула его по щеке для приведения в чувства. — Я, может, и не хотела сюда приходить, но с тобой прошли лучшие годы моей жизни, поэтому совесть не позволяет мне бросить тебя здесь. Уяснил?

—Кхэм, да. — захлопал глазами Кирилл, потирая руками в наручниках покрасневшую щеку.

—Если ты не хочешь сотрудничать, я уйду. — продолжила воспитывать Кирилла я. — Пока все твои друзья зарыли головы в песок, тебя упекут в тюрьму, и никто против не будет. Я же хочу тебе помочь, поэтому ты должен честно ответить на мои вопросы. Согласен?

—Да. —прошептал Кирилл. — Я сделаю, как ты скажешь.

—Отлично. Тогда, продолжим. — сказала я и выдвинулась вперед, оперевшись на руки. — Что произошло утром перед тем, как моего отца нашли мертвым?

—Ничего. Я в очередной раз пришел к нему, чтобы узнать твой адрес. Мы, как обычно, поругались, и я ушел. Все! — немного нервно ответил Кирилл. — Я уже говорил это следователю, но он ссылается на показания секретарши, якобы из кабинета доносились странные звуки и крик твоего отца.

—Во сколько ты ушел от него? — спросила я.

—Около одиннадцати. Я не помню. В двенадцать у меня была встреча. Я не мог на нее опоздать. — ответил Кирилл.

—А когда секретарша услышала странные звуки? — нахмурилась я.

—В районе одиннадцати, но это не мог быть я. — начал настаивать Кирилл. — Ты мне веришь?

—Да, я тебе верю. — кивнула я. — Ты не заметил ничего странного в поведении секретарши? Когда ты вышел от моего отца, она была на месте? Может быть, она уходила куда-то?

—Точно! Её не было. — глаза Кирилла округлились и стали по пять рублей каждый. — Как я сразу не заметил. Она спутала меня с кем-то другим.

—Хорошо, с кем? Ты не видел никого подозрительного? — тяжело вздохнула я.

—Нет, но по камерам видно, как я выхожу и захожу от твоего отца. Поэтому следствие думает на меня. — опять занервничал Кирилл.

—Хм, откуда секретарша может быть уверена в том, что это был именно ты, если во время твоего ухода она отсутствовала? — хмыкнула я.

—Лера, ты мне правда веришь? — с надеждой переспросил Кирилл.

—Да, не задавай глупых вопросов. — тяжело вздохнула я. — Ты, конечно, не подарок. Впрочем, и я не святая. Но я жила с тобой под одной крышей и знаю точно, ты не убивал моего отца, потому что ты далеко не такой человек.

—Правда? — слегка улыбнулся Кирилл.

—Правда. — улыбнулась в ответ я и, прочистив горло, в ту же минуту посерьезнела. — Так как я не смогла связаться с твоим адвокатом, я нашла тебе другого. Проверенный человек. Вместе мы вытащим тебя отсюда. В крайнем случае я рискну и поручусь за тебя, но для этого мне нужно было удостовериться, что ты здесь ни при чем.

—Спасибо. — погрустнел Кирилл. — Послушай, я подло поступил с тобой, но я всего лишь пытался найти и вернуть тебя домой.

—Ты опоздал. Мой дом теперь в Америке. Там мои друзья и любимая работа. — замотала головой я. — Я больше не могу вернуться. Я не хочу.

—Я не сдамся, даже если сейчас я не в том положении, чтобы говорить тебе такие вещи. — усмехнулся Кирилл и добавил. — Я не сдамся.

—Десять минут назад ты предлагал развестись. Может, стоило согласиться? — отмахнулась я и перевела тему. — Ты не продал дачу?

—А должен был? — удивился Кирилл. — К чему ты это?

—Отлично, вот там ты и посидишь. Мы с твоим новым адвокатом прикинули, что сидеть ты будешь под домашним арестом. — томно вздохнула я. — В доме тебе будет намного удобнее.

—Беспокоишься обо мне? — хмыкнул Кирилл.

—Думай, как хочешь. — бросила я и увидела за спиной у Кирилла полицейского, или как их там называют в СИЗО. — Время вышло.

Кирилла увели, но потом привели назад уже для встречи с адвокатом. Дальше началась беготня. Следователь явно не хотел отпускать Кирилла на волю. Пришлось мне с ним побеседовать. Допрос так допрос. Я не против, если после этого он выпустит Кирилла. Долго! Я ждала часы у кабинете. Затем под запись дала показания. Не верю в виновность Кирилла. Да, они с моим отцом откровенно не ладили, однако это не повод его убивать. Я много кого терпеть не могу. Все мы кого-то тихо ненавидим. Если убивать каждого, то мир погрязнет в жестоких пресечениях.

Стоя у двери в кабинет следователя, я ждала, но он показался совершенно неожиданно. Знаете ли, такой обычный мужичок лет сорока пяти с сединой на висках, у которого на лице написано, что он за правду, а не за деньги. Может быть, в нашей ситуации это не так хорошо. Я бы купила Кириллу билет на свободу до разбирательства. Он подошел ко мне:

—Гражданка Шведова? Чем обязан? — спросил следователь, сурово обведя меня взглядом.

—Добрый день, Сергей Станиславович, не могли бы Вы уделить мне пять минут своего личного времени? — встала со стульчика я, чтобы взглянуть следователю в глаза.

—Вы по поводу Вашего мужа? Вас мы вызовем для дачи показаний позже. — отрезал следователь и попытался пройти в свой кабинет, но я закрыла ему проход. — Будте так любезны освободить мне путь.

—Я хочу поговорить, это не займет и пяти минут. Тогда, Вам не придется тратить чернила, бумагу и свое время, вызывая меня формально для дачи показания. Главное – сколько времени Вы сэкономите, выслушав меня сейчас. — резко ответила я.

—Что ж, прошу. — Сергей Станиславович дернул за ручку двери, как только я отошла в сторону, услышав положительный ответ.

Я присела на стул для посетителей у стола следователя. Сергей Станиславович собранной походкой прошел к своему рабочему месту, сел за стол и, выдвинувшись вперед, сказал:

—Насколько я знаю, Вы не разговаривали со своим мужем около семи лет после ссоры. Зачем сейчас Вы решили прийти сюда?

—Вы абсолютно правы, у меня нет оснований заступаться за человека, который подозревается в убийстве моего родного отца. — сухо начала я и помедлила, выждав паузу. — Тем не менее, я точно знаю, что Шведов не причастен к убийству.

—С чего Вам быть такой уверенной? Следствию известно, что гражданин Шведов в течение двух с половиной лет регулярно навещал Вашего отца с требованием выдать Ваш адрес.

—За Шведовым числится много грехов нравственного характера, но на убийство он не способен. Если он чего-то хочет, то терпеливо ждет и добивается рано или поздно своей цели. — пояснила я, наблюдая за реакцией следователя.

—Семь лет назад Вы уехали из России после ссоры с мужем. Что именно произошло между Вами, из-за чего Вы и приняли решение покинуть Родину? — задал новый вопрос Сергей Станиславович с абсолютно каменным лицом.

—Меня оговорила моя лучшая подруга. Шведов обвинил меня в измене и выгнал. Много лет я таила на него обиду за все, что он мне сделал, но сейчас я не могу бросить его в тюрьме. — весьма эмоционально проговорила я, чтобы было понятно, что мои слова – не ложь.

—Почему же? Вы спокойно можете уезжать. — следователь чуть отодвинулся от меня.

—Скажите, у Вас есть дети? Может быть, внуки? — задала встречный вопрос я.

—Какое это имеет отношение к делу? — весьма категорично бросил Сергей Станиславович.

—По глазам вижу, что есть. Представьте, что чувствует шестилетний ребенок из неполной семьи, когда видит, как других детей ведут за ручку их отцы? Я сама виновата в том, что не удосужилась сообщить Шведову о своей беременности, из-за чего сейчас страдает мой ребенок. — разразилась длинной речью я. — Представьте, как разочаруется моя дочь, когда подрастет и узнает, что отец, о котором она так мечтала, отбывает срок в колонии за убийство её родного деда? Лично как мать, я этого не переживу.

—Допустим, я поверю и отпущу Вашего мужа под домашний арест. Вы готовы за него поручиться? — следователь прямо смотрел на меня.

—Да, я готова. Я уверена в его невиновности. — кивнула я и добавила. — А также я понимаю, что теперь после моих слов негласно стала проходить подозреваемой.

—Вы совершенно правы. — неожиданно подал голос Сергей Станиславович. — Вы не общались с мужем много лет. Отношения с отцом Вы поддерживали последние полтора года только по телефону. Насколько я знаю, материальных проблем Вы в Америке не испытывали. Вдруг Вы захотели убить отца и получить отписанное Вам наследство, затем поделить его с Вашим мужем, у которого как раз были некоторые финансовые сложности.

У Кирилла проблемы? Ранее его бизнес можно было сравнить с непотопляемым крейсером, который уверенно бороздил просторы океана предпринимательства без риска повторить судьбу «Титаника». Что ж, мысленно я сделала себе пометку уточнить у Шведова о состоянии его непотопляемого предприятия. Сказать по правде, я немного не ожидала подобного поворота, но это делает подозрения следователя более-менее обоснованными. Нет смысла рьяно отстаивать свою непричастность к делам Кирилла. Я только подогрею интерес сотрудников органов к моей скромной персоне.

—Я не общалась со Шведовым последние семь лет. Он даже не знал моего местоположения. О его проблемах в бизнесе мне также ничего не известно. Как мы могли с ним сговориться? — пошла с козырей я, а дальше банальный блеф. — Если Вы сомневаетесь моей невиновности, то может арестовать меня прямо сейчас.

—Во-первых, не арестовать, а задержать до выяснения обстоятельств. Во-вторых, я не думаю, что Вы лжете, гражданка Шведова. — следователь неожиданно усмехнулся в ответ на мои слова. — Так или иначе Вы должны понимать, что совсем отпустить главного подозреваемого я не могу, но, возможно, домашний арест устроит обе стороны.

—Да, более чем. — кивнула я, не ослабляя бдительности. — Благодарю за понимание.

Из всей беседы я уяснила, что прямого намерения засадить за решетку моего мужа у него нет. С горем пополам мы договорились вместе с адвокатом на домашний арест. Этим же вечером Кирилл вышел из СИЗО и под конвоем был сопровожден на дачу. Теперь он может передвигаться по территории участка, но за забор выход заказан — нельзя. Мальчики из полиции установили несколько меток по всему участку и надели на Кирилла заветный браслетик. Ну, хотя бы Шведов освободился от давления тюремных стен. Морально ему должно стать несколько легче и свободнее.

Кирилл ликовал от домашнего комфорта. Он был готов упасть мне в ноги. Я не дала. Нечего тут сопли распускать. Войну мы еще не выиграли. В итоге я уехала, пообещав завтра вернуться. Он не хотел меня отпускать, говоря, что на улице темно и я не могу ехать одна. Могу. Меня дома ждёт ребёнок. Я должна бежать. Правда, Шведов об этом не знает. Придётся привести ему вещи. На даче не густо. Класс, идти в рассадник заразы и забирать пожитки Кирилла. Интересно, как квартиру переделала Тина? Насколько все плохо? Ладно, прорвёмся.

Кирилл вызвал мне такси. Я не заходила в дом. Стояла на пороге. Как бедный родственник. Нелюбимая жена. Кирилл пытался затащить меня в дом. Я боюсь туда заходить. При виде нашего дачного дома уже покалывало в груди. Мы в тишине стояли в ожидании такси.

—Ты точно вернёшься завтра? — неуверенно спросил Кирилл.

—Да. Я надеюсь, Тина не накинется на меня с обвинениями. — тяжело вздохнула я. — Почему ты не попросил её привести тебе из дома вещи?

—Причем здесь Тина? — нахмурился Кирилл.

—Вы же вместе. — отвела глаза я. — Разве нет?

—Я выгнал её ещё три года назад, как только узнал, что она натворила. — вскипел Кирилл и попытался взять меня за руку. — Я поэтому пытался найти и вернуть тебя. Ещё ведь не поздно?

—Уже поздно. Я не буду тебе врать, в Америке у меня есть мужчина, с которым я решила попробовать. У нас все серьезно. — призналась я.

Тоненькая красная нить судьбы, все это время казавшаяся мне разорванной, будто снова натянулась между нами. Почему я все еще чувствую нашу связь? Мое сердце заболело. Я не могу простить ему все, что он сделал. Это будет несправедливо. Нечестно! Немного помолчав, Кирилл раздраженно ответил:

—И он знает, что ты замужем?

—Да. — сухо и скупо на лишние фразы кивнула я.

—Он не против этого? — продолжал спрашивать Кирилл.

—Если все сложится, я подам на развод. — нехотя выплюнула я, сохраняя наигранное спокойствие.

—Ты хочешь, чтобы все сложилось? — раскусил меня Кирилл.

—Я не знаю. — попыталась безразлично ответить я.

—Ты его любишь? Хоть немного? — отрывисто бросил Кирилл.

—Нет, пока мне хорошо одной. — едва слышно проговорила я.

—А меня? — на этой фразе голос Кирилла дрогнул.

—Теперь не знаю. — переведя дыхание, я посмотрела Кириллу в глаза и добавила. — Раньше я чуть таблеток не наглоталась от отчаяния, а сейчас я понимаю, это того не стоило.

—Ты… — больше ничего не смог выговорить Кирилл.

— Послушай, все давно в прошлом. — быстро пробубнила я, желая отделаться от этого разговора. — Мы уже не те, что были раньше. Раз ты так поступил, значит, у тебя были на это причины и нам изначально не стоило встречаться. Ты вообще любил меня?

—Да! — вышел из себя Кирилл. — Если б нет, я уже давно развелся с тобой и женился на той же Тине. Я бы не сидел один в ожидании, когда ты наконец дашь о себе знать! Я бы не искал тебя столько лет!

—Лжец. — холодно вырвалось у меня. — Я доверяла тебе. Я думала, что мы строим наши отношения на доверии, но ошибалась. Ты бы никогда так не поступил, поверь мне. Почему-то Тина оказалась убедительнее, чем я.

—И тебя устраивает так думать о нас? — возмущенно выдал Кирилл.

—Да, я больше никогда так сильно не обожгусь. — выпалила я, услышав звуки подъезжающей ближе машины, и тут же двинулась с места. — Думаю, это за мной.

—Будь осторожна по дороге. — растерянно крикнул и помахал мне рукой на прощание Кирилл. — До завтра!

—Пока! — бросила я, садясь в машину.

Я вернулась поздно ночью. Соня уже спала в своей комнате. Боже, что за ангел. Сама себя накормила и спать уложила. Мне так стыдно, я не сдержала свое обещание и не вернулась вечером. Я, наверное, просто ужасная мать, раз бросила своего ребенка на целый день одного. Прокравшись в детскую, я поцеловала дочку в щечку.

Утром моя дочь не смотрела в мою сторону. Я приготовила её любимые блинчики. Не помогло. Ребенок отказывался со мной разговаривать, зато, когда я принесла ей одежду, пошел на контакт. Слово «папа» — это слово, которым можно поднять моей малышке настроение. Я не могу отобрать у нее Кирилла просто потому, что не хочу с ним разговаривать. Моей девочке нужен отец, но она расстроится, если узнает, что «тот самый» человек отсидел в тюрьме за убийство её деда, которого не совершал.

—Мы едем к папе! — радостно завизжала и запрыгала на месте Соня.

—Да, но для начала нам нужно заскочить к нему домой и собрать его вещи. — пикнула по носику дочки я и положила на кровати джинсы и футболку для нее. — Есть вероятность, что мы останемся у папы с ночёвкой. Хочешь?

—Да! — забегала по комнате Соня. — Ура! Мы едем к папе!

—Собирайся, малыш. Или тебе помочь? — хитро прищурилась я, собираясь натягивать на дочку джинсы.

—Нет! Я сама! — воскликнула Соня и выхватила у меня из рук джинсы.

—Договорились. — подмигнула дочке я.

Думаю, при одном взгляде на меня было ясно, что я не хочу возвращаться в квартиру Кирилла. Даже заходить в его берлогу противно, а копаться в вещах еще хуже. Тем не менее, Соня шагала за мной, с интересом рассматривая здания. Уже в лифте сердце болит. Я вспомнила, как ушла, словно вчера. Сердце забилось чаще. Лера, все ведь в прошлом, правда? Я пыталась уговорить себя все забыть, но тихий голос сердца шептал обратное. Повернув ключ в замочной скважине, я будто бы сама открыла себе дверь. На пороге прошлая я смотрела мне в глаза. Она была счастливей, чем сейчас. Она была открыта людям и готова постоянно осваивать что-то новое.

Интерьер квартиры ничуть не изменился. На стене даже висели картины, которые я в спешке забыла выкинуть, когда избавлялась от всех напоминаний о нас. Никогда не думала, что однажды снова войду в этот дом, однако второй раз в жизни почувствовала себя здесь совершенно чужой. В прихожей все еще висела вешалка, которую мы покупали с Кириллом. На ней были набросаны какие-то куртки и парочка не особо свежих пиджаков. Гора из пар ботинок и кроссовок на коврике. У зеркала ключи от машины. Стоп, на чем тогда Шведов уехал на работу? Не на метро же? На крайний случай на такси, хотя вряд ли. Странно.

Разувшись, я прошла в гостиную. Какого?! Везде вещи Шведова. Он тут показ мод устраивал? На диване валялись плед и его домашняя одежда. Рядом грязные носки. Как я это поняла? Они когда-то были белыми. На кофейном столике лежал проектор и грязная тарелка. Вот ведь свин. Такое чувство, что я в берлоге у медведя. Серьезно. Там даже пара пятен на посеревшем от времени ковре. Пусть бы нанял себе домработницу, раз один не справляется.

—Мам, а почему стена пустая? — неожиданно спросила Сонечка.

—Видишь, там проектор. Она пустая, чтобы смотреть фильмы как в кинотеатре. — пояснила я, припомнив, как в свое время мы в обнимку со Шведовым смотрели кино ночами.

—Да? А кто тут живет? — Сонечка решила пойти в атаку с вопросами.

—Твой папа. — не стала уклонятся от ответов я.

—Если тут живет папа, то мама тоже тут жила? — вопросов у Сонечки стало только больше.

—Да, жила. — буркнула я.

—Почему ты уехала? — Соня захлопала своими невинными глазками.

—Потому что твой папа сделал меня самой несчастной. — в этот момент по моим щекам покатились две маленькие слезинки.

—Мама, ты чего? Папа тебя сильно-сильно обидел? Значит, он и меня может обидеть? Мой папа – плохой? Бабушка Лена сказала, что папе ужасно жаль. — Сонечка попыталась обнять меня, насколько позволял её маленький росточек.

—Ах, ничего. Если бабушка так сказала, значит папе правда жаль. — я нагнулась к Сонечке, чтобы разговаривать с ней на равных, и, убрав кудрявые прядки волос с личика дочери, продолжила. — Ты не должна страдать из-за того, что мы с твоим папой что-то не поделили в молодости.

—Это получается, мама больше не любит папу? Бабушка сказала, что папа любит маму. — Сонечка огорченно вздохнула.

—Цветочек, я не знаю, поймешь ли ты меня сейчас, но ты должна услышать правду такой, какая она есть. Когда я еще не знала, что ты живешь у меня в животике, папа поверил словам плохих людей и выгнал меня из дома. — предельно просто попыталась объяснить дочери я. — Он сделал мне очень больно. Если бы твой покойный дедушка и тетя Милена не поддержали меня, я бы уже пропала.

—Мама больше не любит папу. — обречено заключила Соня, потерев глазки.

—Нет, мама не знает, любит ли папу. Когда ты чуточку подрастешь, ты поймешь меня. — попыталась утешить дочку я.

—Мама может полюбить папу, да? — Сонечка с надеждой проговорила.

—Да, конечно. Раз папа меня любит, то и я могу полюбить его снова. — солгала, чтобы не расстраивать дочь, я.

—А папа будет против, если я тут немного похожу? — Соня сгорала от любопытства, моментально оправившись от огорчения.

Пока Сонечка носилась туда-сюда изучаю берлогу Кирилла, я подошла к углу, в котором прорыдала всю ночь. Здесь умерла Лера Шведова. Она плачет в этом углу до сих пор. Ладно, что было то, прошло. Нужно двигаться дальше. Я прошла на кухню, чтобы обнаружить там горы немытой посуды, недопитый кофе, надкусанный бутерброд и… Нет, Шведов, это уже перебор. Когда-то давным-давно я собрала Кириллу аптечку и поставила её на полку на кухне. Аптечка представляла собой такой большой контейнер с крышкой, в котором лежали все необходимые таблетки и мази. Все содержимое Шведов зачем-то высыпал по барной стойке. Рядом стоял стакан с недопитой водой и сильные болеутоляющие. Судя по всему у Кирилла болел желудок. Видимо, у него была веселая ночка. Точно, а ведь на похоронах он выглядел уж очень худым. Даже в день нашего первого знакомства Кирилл был пухлее. Желудок всегда его слабость.

На верху творился какой-то кошмар. Пастель не убрана. Все валяется. С сумкой из кладовки я начала собирать вещички Кирилла. Он не соврал. В кафу ни одной женской кофточки. Тина бы не стала жить в этом свинарнике. Соня прыгала на кровати, разворотив её еще сильнее. В принципе пусть так. Этому хламохранилищу уже ничто не поможет. Только генеральная уборка, но зачем она мне? Здесь обитает Кирилл, пусть и разбирается, когда его выпустят из-под ареста.

В такси я ехала в предвкушении лица Кирилла, когда он увидит мою малышку. Я сгораю от нетерпения. Соня с любопытством разглядывала русскую природу. Для девочки, привыкшей к американской флоре и фауне, она была впечатлена и взволнована. Когда я была ребенком, удивлялась ли я так же Англии? Нет, это вряд ли. Просто привыкла, что живу в двух странах. Я с детства считала себя жительницей и России, и Англии. У меня никогда не возникало вопросов, почему именно так. Не удивлюсь, что Соня захочет остаться на даче. Плюс, там Кирилл. Пусть присмотрит за нашим общим чадом.

Машина въехала на территорию коттеджного поселка. Соня ничуть не удивилась домам. Она уже видела подобные в Америке, но, нужно отметить, что такое разнообразие фасадов её впечатляло. В Штатах, на мой взгляд, все однотипное и скучное. В каком-то смысле даже мода. Россия же изобилует несравненным великим множеством экстравагантных дизайнов, начиная от мебели и заканчивая архитектурой и искусством. Моя малышка такого поворота событий не ожидала.

У дома с высоченным забором, таксист выгрузил сумки, а я позвонила в домофон. Дверь мне открыли быстро. Кирилл ждет. Он стоял на крыльце, засунув руки в карманы, в спортивках и футболке. Видок у него был свежее и жизнерадостнее, чем вчера. Я захлопнула калитку и потащила две огромные сумки с пожитками Кирилла. Естественно, он моментально сорвался с места и отобрал у меня свой багаж. Соня все это время пряталась у меня за спиной, стесняясь «большого дядю». Я взяла дочку за руку и повела её к крыльцу.

Кирилл бросил сумки в прихожей и только сейчас заметил девчушку, выглядывавшую из-за меня. На его лице выступило недоумение, легкий шок. Мысли роились в его глазах. Они носились туда-сюда, не находя ни своего места, ни внятного ответа. Всем своим видом я показала Кириллу, на сколько не довольна его реакцией на моего ребенка. Я, мягко говоря, не довольна. Соня, может быть, умная и развитая не по годам, но все же по-детски застенчивая и стеснительная. Мою малышку порой легко обидеть.

По привычке прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать растущее раздражение, я двинулась вперед прямо к Кириллу, оставив буквально на пару минут Соню, и с угрозой прошептала ему на ухо:

—Моя дочь очень застенчивый и умный ребенок. Если ты и дальше будешь стоять с этим тупым видом, она подумает, что ты не хочешь с ней играть.

—От кого она? — единственное, что спросил Кирилл. — Кто её отец? Твой новый ухажёр?

—Ты уже знаешь ответ. — отмахнулась я. — Еще вопросы?

—Почему ты не сказала? — насел на меня Кирилл.

—Как будто ты хотел знать. — фыркнула я. — Когда я предприняла свою последнюю попытку сообщить, трубку взяла Тина, а ты попросил её принести тебе полотенце. Разве можно нарушать чужое спокойствие своими «проблемами».

—Ты называешь мою дочь «проблемой»? — оцепенел Кирилл.

—Как ты все выворачиваешь в свою пользу. — усмехнулась я. — Я растила её семь лет, пока ты кувыркался с Тиной. Мой ребенок — для меня самый лучший и желанный. С твоей стороны не знаю.

—Ты специально это делаешь? — перевел дыхание Кирилл. — Мстишь мне?

—Нет, просто вон та маленькая девочка хочет познакомиться со своим папашей. Для нее ты сродни НЛО. Она мечтает, чтобы у нее был ты, поэтому я не могу выкинуть тебя из своей жизни. — проговорила я.

—А ты хочешь выкинуть меня? Какая жестокая ты женщина, Лера. — прищелкнул языком Кирилл и еще раз посмотрел на Соню. — Она и правда похожа на меня.

—Доброе утро. — с сарказмом выдала я, похлопав Кирилла по плечу. — Шведов, а теперь подойди к ребенку и нормально поздоровайся. Не заставляй её думать, что она тебе не нужна.

Кирилл снова нервно сглотнул. И где, скажите, его железобетонная уверенность в себе? Он подошел к Соне и, сев на корточки, с улыбкой протянул ей руку:

—Привет. Давай дружить.

Соня чуть опустила голову, смущаясь. Со стороны они с Кириллом выглядели одинаково, начиная от кудряшек, заканчивая тоном кожи. Здесь даже тест ДНК можно не делать, и так все видно.

—Hello. — пробормотала Соня, от волнения перепутав языки.

—Меня зовут Кирилл, а тебя? — расслабился Кирилл.

—Соня. — ответила моя малышка. — А ты здесь живешь?

—Я раньше здесь жил с твоей мамой, а потом она уехала, и я давно здесь не был. — признался Кирилл, не убирая протянутой руки, которую Соня не решалась пожать. — Приятно познакомиться.

—Почему ты сюда больше не приезжал? Здесь красиво. — спросила неожиданно Соня и все-таки пожала Кириллу руку.

—Потому что без твоей мамы мне здесь грустно. — притих Кирилл и обернулся, чтобы посмотреть на меня.

—Правда? И мне без мамы грустно, когда она на работе. — закивала Соня и неожиданно спросила. — Ты тоже мою маму любишь, как я?

—Я по ней скучал. — признался Кирилл и с усмешкой добавил. — Я люблю твою маму еще больше, чем ты.

—Нет! Я больше! — засмеялась и закричала Соня.

—Нет, я! — усмехнулся Кирилл и сделал моей малышке весьма заманчивое предложение. — Хочешь, я покажу тебе дом?

—Да! — радостно взвизгнула Соня, привыкнув к новой обстановке.

—Пойдем? — Кирилл опять протянул ей свою руку. — У нас тут есть сад и большой бассейн.

—Ух ты! — запрыгала на месте Соня и ухватила Кирилла за руку.

Кирилл отправился проводить моей крошке экскурсию по участку. Я не сомневалась, что они быстро поладят. Не знаю, что обо мне подумал Кирилл, но я едва сдерживала слезы. Соня давно никому так искренне не улыбалась. В Штатах у нее мало друзей из-за того, что дети упрекают её в отсутствии отца. Порой даже неадекватные родители позволяют говорить гадости о нашей семье. Какие злые люди, не находите? Иногда я замечала, что мой ребенок с завистью смотрит на других в «День отца». Сейчас Соня счастлива. И меня гложет чувство вины за то, что я сама эгоистично лишила её возможности хотя бы знать Кирилла.

Я плюхнулась на диван. Нужно сделать пару звонков. Сегодня у моей малышки должен быть самый лучший день. Закажу-ка я доставку еды. И шашлык! Пусть Шведов пыхтит у мангала. Лето все-таки. Оформив доставочку еды, я решила поискать Соню. Она радостно визжала где-то на улице. Интересненько. На заднем дворе Кирилл уже вовсю катал мою малышку на спине. Быстро они. Ладно, Соня довольна. Счастливую улыбку ребенка не купить ни за какие деньги. Вот этому достойное подтверждение. Кирилл бегал по дорожке, а Соня сидела у него на плечах. Нужно это документально засвидетельствовать для семейного архива. Я шла за ними и вела съемку, как вдруг они добежали до места, где росли розы. Мои прекрасные алые розы разрослись везде огромными кустами. Их не сломил мороз, ведь о вряд ли кто-то берег этот сад после моего ухода. Дикие розы были везде. Они оплетали посеревшую от времени скамейку, арки, которые я специально заказывала. Мои розы стали такими же дикими, как и я.

Соня слезла с плеч Кирилла и завороженная розами пошла их рассматривать. Мои прекрасные цветы надежды. Кирилл заметил меня и подошёл ближе со словами:

—Я думал, они завяли.

—Я не завяла, и они не завянут без боя. — с нотками раздражения в голосе ответила я.

—Точно, твои цветы такие же красивые, как и ты, но имеют острые шипы. — заметил Кирилл и посмотрел на меня. — Нужно было за ними ухаживать, тогда бы я не укололся так сильно.

—Не думаю, что ты должен ухаживать за ними сейчас. У всего есть память. Даже у роз. — фыркнула я, задумчиво отпустив глаза, всматриваясь в розы.

—Посмотрим, что мне в конце скажет моя роза. — хитро улыбнулся Кирилл, будто у него уже был план.

—Что ты задумал? — опасливо бросила я.

—Ничего, просто хочу один день провести со своими женой и дочерью. — отмахнулся Кирилл и пошел вперед.

У дальнего куста Соня рассматривала цветы. Кирилл подошел к ней и встал рядом.

—У нас дома в Англии такие же росли. Мама запрещала мне к ним подходить, чтобы я не укололась. — восторженно проговорила Соня, сорвав один цветочек, и протянула Кириллу. — Это тебе!

—Спасибо. — улыбнулся Кирилл и принял розу.

Моя малышка быстро сорвала еще один цветок и отдала его мне:

—Это для мамочки.

—Спасибо, цветочек. — я чмокнула дочь в щечку.

На миг я закрыла глаза, заглядевшись на алую розу. Точно, со стороны это была та семья, которую я всегда хотела иметь. Семья, которую я так и не получила. Осознание этого помогло мне посмотреть на Кирилла иначе: его съело время. Оно нещадно уничтожает роскошь молодости. Совсем чужой. Сколько любви мы потратили впустую? И впустую ли? Я не могла ответить на самые элементарные вопросы. Вот он, Кирилл Сергеевич Шведов. Стоит с розой в руках и смотрит на меня. Я понимаю, что я его не помню. Самое хорошее, что только между нами было, безвозвратно испорчено клеймом печали. И все же. С Кирилла слетели доспехи самоуверенности и величия, но осталось кое-что, что напоминало мне о нас. Взгляд заботливый взгляд добрых карих глаз сравним с теплым лучиком солнца в холодное февральское утро.

Кирилл подошел ближе и попытался взять меня за руку. Я незаметно одернула руку. Для таких жестов либо уже слишком поздно, либо еще рано. Все эти семь лет я никогда не просила ни от кого любви и тут вдруг захотела, чтобы эти глаза Кирилла посмотрели на меня снова. Неожиданно сердце откликнулось теплом. В груди что-то будто треснуло. Лера, забудь. Твой разум лучше знает. Он говорит тебя не поддаваться на безнадежные попытки Кирилла Шведова вновь вторгнуться в твой разрушенный мир.

—Не трогай мои осколки голыми руками. Порежешься. — шепнула Кириллу я и отстранилась, взяв Соню за руку.

Кирилл замер в ступоре. Не понял смысла моих слов. И не нужно. Мое дело предупредить. Не он один пытался приласкать мое разбитое сердце. Столкнувшись с первыми трудностями, они убегали. Пока остался только Джейсон. Надолго ли? Я не знаю и гадать не буду. Собственно, ни за кем бегать тоже. Сказать, что я в порядке, означает соврать. Морально мне плохо. Папу похоронили два дня назад. Моего отца больше нет. Кирилла обвиняют в его убийстве. Задумываясь о событиях всего трех дней, я прихожу к тому, что этот мир, мягко говоря, перевернулся с ног на голову. Хочется залезть по одеяло и поплакать. На душе паршиво, а на сердце – больно. Я осталась одна. Это как отсечь ниточку у пуговки. Она укатилась куда-то под шкаф и лежит там одна, прям как я, когда улечу в Америку.

—Предлагаю пообедать. — неожиданно прервал поток моих мыслей Кирилл.

—А? — опомнилась я, оглядываясь по сторонам. — А где Соня?

—Убежала по дорожке в дом. — напрягся Кирилл. — Лер, у тебя все хорошо?

—Нет, но для тебя все хорошо. — я устало потерла глаза, в которой снова что-то защипало.

—Разве я чужой? — понял мой намек Кирилл.

—Разве нет? — ответила вопросом на вопрос я, уставившись прямо на Кирилла.

—Конечно, нет. Нас роднит хотя бы тот факт, что мы женаты. — Кирилл скрестил руки на груди.

—То, что мы женаты, еще ни о чем не говорит. Люди могут жить без штампа в паспорте годами и быть роднее всех родных друг для друга. — фыркнула я.

—Ну вот, ты снова рычишь на меня. Какая кусачая Зайка. — вдруг сказал Кирилл с легким намеком на шутку.

—Не смей называть меня так! — прикрикнула на Кирилла я. — Я тебе никакая не «Зайка».

—Эй, ладно тебе. — Кирилл растерялся и поднял руки вверх, признавая поражение. — Я просто пытаюсь возродить, так сказать, наши прежнее отношения.

—Что? Какие могут быть отношения с человеком, который уже однажды попался на домашнем насилии? — решила внести в наши отношения со Шведовым я. — Нет уж, лучше увольте сразу, чем жить с тобой.

—Ты о чем? — Кирилл замер в недоумении. — Что плохого в жизни со мной? Раньше мы жили лучше, чем многие сейчас.

—Конченный человек. — зашипела на Кирилла я, указав на него пальцем. — Ты даже не отдаешь отчет своим действиям.

—Т-ты про «тот раз»… — по лицу со лба Кирилла побежали капельки пота, когда он наконец вспомнил. — Послушай, я…

—Ты понимаешь, что мы могли лишиться Сони, упади я менее удачно? — упрекнула Кирилла я, не дав ему договорить. — Ты сломал собаке лапу, живодер проклятый.

—То, что проклятый, это в точку. — Кириллу больше нечего было сказать.

—Ну, хоть это признаешь. — попыталась успокоить нервы я.

—Лер, пока ты не порезала меня на тряпочки, выслушай меня до конца, пожалуйста. — в голосе Кирилла прозвучала явная мольба.

—Фух. — шумно выдохнула я и махнула вперед легкой рукой. — Вперед, ты все равно ничего не исправишь.

—То, что я сейчас хочу сказать тебе сейчас, никак меня не оправдывает, но я верю, что мои слова заставят тебя одуматься и дать нам еще один шанс. — Кирилл перевел дух и, не прерываясь, заговорил. — Лера, за эти семь лет многое случилось, и многое изменилось, однако мои чувства к тебе остались прежними. Семь лет назад я совершил роковую ошибку, поверив словам Маши и Филиппа. Я поступил как последняя тварь по отношению к тебе и нашей семье. Я… Я обидел всех, кто был мне по-настоящему дорог. Сейчас я пожинаю плоды своей глупости. Возможно, ты поступила правильно, что не сказала мне о нашей дочери, потому что я вел себя как полнейший неадекват. Я бы только ранил тебя еще сильнее. За свои тридцать три года я совершил столько ошибок, что уже заслужил почетное место в Аду. Все эти семь лет я горел в Аду без тебя. Я был на грани. Я начал употреблять алкоголь. Я едва не стал запойным алкоголиком. Это было полнейшим безумием. Словами не описать, как сильно я хотел тебя увидеть. Клянусь, я изменился. День за днем я работал над собой и менялся. Я больше не буду тем узколобым идиотом, который был в прошлом. Просто останься со мной, и я докажу тебе свою свою верность. Лера, прошу тебя, выбери меня.

В конце Кирилл встал передо мной на колени, схватив обе мои руки. И что я должна ему ответить?

"С тобой было как ни с кем.

Так больше ни с кем не будет".

Джон Фаулз

Пауза затянулась. Я смотрела на Кирилла, разинув рот. Он специально поставил меня в это неудобное положение, встав на колени. Так или иначе мне придётся отреагировать на его слова. Верю ли я им? Может быть, где-то глубоко в душе и верю. В этом мире так мало вещей, в которые я до сих пор не утратила веру. Эта жизнь в принципе уже дважды раскатала меня о бетонную стену. Ошибаться в третий раз я не могу себе позволить, просто потому что потом не оправлюсь. Тем не менее, глаза Кирилла молили о прощении. Это были те самые пронзительные, добрые карие глаза, которые я так сильно любила в прошлом. В настоящем я не понимаю, ведь знаю, каким еще эти глаза могут быть. Тот холодный, злой взгляд Кирилла навсегда врезался в мою память. Насколько эти глаза на данный момент были искренны, мне не узнать пока.

Попытка Кирилла обратиться к былому частично удалась, частично провалилась. Не принять извинения будет справедливым. Почему-то мне захотелось сделать Кириллу так же больно, как он сделал когда-то мне. Думать о каких-либо высоких чувствах бесполезно. Я не уже не понимаю себя. Я давно поняла, что иду не туда. Сейчас мне предоставили шанс обернуть время вспять. Стоит ли? Для начала я не знаю, что мне вообще надо. Нужен ли мне этот кудрявый предатель? С другой стороны, сколько я буду искать то, что потеряла семь лет назад? Вы, наверное, скажите, что мое счастье стоит предо мной на коленях, но я устала от этого самого «счастья» в лице Шведова так сильно, что можно сразу повеситься. Это сложнее, чем может показаться.

Какие бы усилия Шведов над собой не предпринимал, он не измениться. Он просто не сможет никогда измениться. Я не увидела в нем никаких перемен. Я увидела того старого Кирилла, который был раньше, то есть того мужчину, друга и мужа, в которого у меня больше нет веры. Я ему не доверяю. Я больше никому не доверяю. То, что безвозвратно утрачено, теперь нет смысла даже пытаться возвращать.

—Ты понимаешь, что просишь невозможного? Твои слова такие же пустые, как и ве то, что ты говорил мне раньше. — сказала я и позволила себе толкнуть Шведова.

Кирилл не ожидал подобного поступка от меня и ошеломленно упал на спину, пытаясь осознать происходящее. Я же с обидой произнесла:

—Тебе приятно? Приятно падать? Жаль, что у меня нет этой проклятой вазы.

—Л-Лер, я… Я все понимаю, но… Но дай м-мне еще один шанс. — не отступал Кирилл, хотя явно пытался перебороть то самое неприятное удивление.

—Скажи на милость, ради чего? — я присела на корточки рядом со Шведовым.

—Ради нас. Ради нашего ребенка. Ради всего, что у нас в будущем. Я ни за что не поверю, что этот американец способен дать тебе столько же, сколько готов я. — с чувством и расстановкой бурчал Кирилл клятвенным голосом.

—Твои слова да Богу в уши. — отмахнулась я и протянула Кириллу руку. — Я не вернусь к тебе, но помочь выпутаться из данной ситуации помогу. Сухим вылезешь, не бойся.

—Я разве говорил тебе, что боюсь? — усмехнулся Кирилл и принял мою руку. — Если ты не вернешься, мне будет все ровно, если я сяду.

—Ты не умеешь блефовать. — поймала Кирилла на вранье и не совсем я, затем перевела тему. — Такой себе из тебя греть в покер. Хватит уже с этим, поговорим о деле. Вместо твоих пустых клятв и обещаний лучше расскажи мне, что с твоим бизнесом. Ты банкрот?

Кирилл нервно сглотнул, отведя в сторону глаза, будто он не хотел, чтобы я об этом узнала. Пахнуло жаренным. Реакция Шведова только подогрела мое подозрение в его причастности к убийству. Не подумайте, в нашем случае я просто подозреваю всех: Кирилла, Ирину, Милену, Олега. Это только те, кого я знаю. Мой прирежет – найти убийцу. Мне нужна правда, поэтому я не могу просто проигнорировать странную реакцию Шведова.

—Откуда тебе это известно? — голос Кирилла стал более тихим и менее уверенным, чем минуту назад.

—Следователь поведал мне о том, что в последнее время тебе нужны деньги. — честно ответила я. — Он подозревает тебя не только потому, что ты был последним, кого видели в кабинете папы, но и потому что у тебя есть проблемы, которые могли стать мотивом.

—Это не то, что ты подумала. Я проиграл тендер. Проигрыш влетел мне в копеечку, но я до сих пор не пониманию почему. Все шло хорошо, как я планировал. — эти слова Шведов выплюнул с такой досадой, что не передать словами, а затем, резко посерьезнев, сказал. — Кто-то целенаправленно меня топит.

—Топит? Но зачем? «Такое», как ты, как правило не трогают. — с издевкой произнесла я.

—Такое золотце, как я, трогать просто опасно. — не оценил шутки Кирилл и, скрестив руки на груди, тяжело вздохнул. — Я почти вычислил своего конкурента, который и подстроил мне эту фигню, но меня забрали тем же утром по подозрению в убийстве Андрея Викторовича.

—Хм, подозрительно. Если верить твоим словам, то убийство подстроил тот же человек, который сорвал твой тендер. — я задумчиво поднесла руку ко рту. — Ты выяснил, кто подстроил срыв сделки?

—Логично, что к этому причастна компания-конкурент, но примечательно не это, а то, что на рынке они от силы полгода. — признался Кирилл, взяв меня за руку. — Они не могли выиграть, потому что у меня, во-первых, были лучшие условия, во-вторых, моя фирма зарекомендовала себя на рынке. Дело двигалось к подписанию контракта, как вдруг заказчик передумал. Я влетел на три миллиона долларов. Капитализация моих акций падает. Мне фактически нечем платить. Хорошо, на черный день резервы откладывал. Совет директоров в шоке так же, как и я.

—Понятно, тебя обезвредили. Пока ты сидишь под домашним арестом, тебя добьют в ближайшие дни. — заключила я и бросила взгляд на Кирилла, который едва ли сдерживал слезы. — Шведов, ты чего? Плачешь, как девочка?

—Это даже не мой бизнес. Это бизнес, на который мой отец потратил всю свою жизнь. Если я его запорю, то точно буду глухим неудачником: от меня уже ушла жена к американцу, я чуть не стал алкоголиком, потом проиграл тендер, следом меня обвинили в убийстве, а теперь еще и жесткий кризис. — признался Кирилл, нервно проведя рукой по волосам. — Если меня еще и посадят, то я не удивлюсь.

—Эм, посмотри на свои проблемы с другой стороны. Я бы в жизни не стала с тобой разговаривать, если бы не мама и Катя. Плюс, ты узнал, что у тебя есть дочь. Извлекай хоть какую-то пользу из сложившейся ситуации. — я похлопала Кирилла по плечу.

—Когда ты стала такой мудрой? — Кирилл поднял на меня свои щенячьи глаза.

—О-о-о, поверь, у меня ушло много времени на это. — сама того не заметив, я принялась ободрять Шведова. — К слову, я хотела сделать аборт, испугавшись трудностей, а потом передумала и ничуть не жалею о своем решении. Кстати, не было ни дня, чтобы я тебя не материла.

—За что? — Кирилл улыбнулся мне уголком рта. — Ты хотя бы обо мне думала. Как человека, прокуковавшего в одиночестве три года, это меня радует.

—Как это за что? Ты обещал, что будешь со мной, в итоге я осталась одна с ребенком. Во время беременности я, пожалуй, нуждалась в тебе больше всего, потому что из-за живота в каких-то вещах оказалась беспомощна. Плюс, моральная поддержка. Из-за гормонов у меня скакало настроение. Я чувствовала себя беременной слонихой. Не удивительно, потому что я поправилась примерно на двадцать килограмм. — разразилась тирадой из претензий я. — Потом роды. Пока ты кувыркался в ней постели с Тиной, я умирала от боли. Я думала, не вытерплю всего этого, но, как видишь, справилась и без твоего участие. Как детей делать ты был первым, а как их рожать тебя сдуло ветром. Я изменилась, Кирилл Шведов.

—И в какую же сторону, позволь спросить? — не унимался Кирилл со своими провокационными вопросиками.

—Для меня в лучшую, а для тебя – в худшую. Меня больше не подкупить дорогущими розами на целую гостиную. Мне не нужны ни комплименты, ни сюрпризы и ни подарки. Я не продаюсь и не ведусь на ту «красивую» жизнь, которую ты так заманчиво обещаешь. — отрезала я, глядя Шведову в глаза. — Это было в прошлом, мы – в настоящем. Мы не те самоуверенный Кирилл и наивная Лера из прошлого.

—Раз я тебя сломал, то именно я тебя и починю. — Кирилл опять принялся доказывать мне свои нелепые точки зрения, чуть ли не колотя себя по груди. — Послушай, Лера, я понимаю, что я предал тебя и оставил одну с ребенком, но мне ведь тоже было несладко. Ты не представляешь, насколько тяжело мне было видеть Филю и эту тварь Машу, Олега и Милену счастливо воспитывающими своих сыновей. Я постоянно думал о нас. Я дни и ночи проводил в мыслях о том, какими бы мы были, если бы только в нашей семье родился ребенок. Не буду скрывать, я завидовал Филе, Олегу по-черному, потому что с рождением сыновей они остепенились и обрели смысл жизни. На кой черт мне этот дом? Эта моя компания? Для чего я это все содержу? Зачем столько денег на счетах в банках, если это все привариться в ничто после моей смерти? Не спорю, порознь мы прошли через многое, но рядом с тобой всегда была Соня, когда как рядом со мной – никого.

Шведов судорожно махал руками, тыча то на дом, то на себя, то на меня. Я смогла лучше его понять пусть и не до конца. Пока Шведов не рассказал мне о том, что он чувствовал, сама бы я в жизни не догадалась. Каким бы оленем он ни был, но в моей жизни всегда действительно была Сонечка. Она вошла в мою жизнь спонтанно, не сказать что случайно, зато её появлению все радовались.

—Ты ли человек семейный? — спросила я, начав плавно движется в сторону дома. — Тем не менее, ты прав только в том, что Сонечка должна быть не только у меня.

—Я? Я самый семейный человек из всех семейных людей, которые только вообще ходят по нашей Москве. — Кирилл говорил очень горделиво, медленно подбираясь снова ко мне. — Ты отдашь мне дочь?

—Тебе? На каком основании? Ты ей отец только исходя из основ генетики. — проговорила я, резко обернувшись.

Наши со Шведовым встретились. Мы смотрели друг на друга лоб в лоб. Рука Кирилла медленно заходила за мою голову. Кончиками пальцев он коснулся сначала моих волос, затем и кожи. Он осторожно приблизился ко мне. Я будто завороженная была и позволила нашем губам встретиться. Этот поцелуй напомнил о тех днях, когда я была ранимой, робкой и слабой. Вернее, когда я могла себе позволить роскошь настоящей женщины, которую любит мужчина. Наверное, я повелась на ухаживания Джейсона, чтобы хоть немного компенсировать себе недостаток нежности и тепла. Джейсон не смог дать и половины того, что я чувствую сейчас.

Сладость поцелуя опьяняла, словно конфетка с ликёром. В моем животе запорхали бабочки. Все было прекрасно, пока я не опомнилась. Мое маленькое разбитое сердечко пронзило иглами страха и боли. Нет, этого не должно быть. Никаких уступок Шведову. Его любовь не больше чем просто обман. Не позволю себя обмануть. Я открыла глаза, оттолкнула от себя Шведова и вмазала ему пощечину:

—Не смей делать это со мной! — вскрикнула я в ярости, оказавшись на безопасном расстоянии от Кирилла.

—Делать что? Ты моя жена. Это нормально для мужа целовать любимую женщину. — Шведов не растерялся, по его реакции стало очевидно, что он уже просек, легко не будет. — Это даже не измена. Это просто доказательство моей искренней любви к тебе.

—Извращенная у нас любовь с нотками домашнего насилия, ревности и измен. — поняла, что орать на Шведова бесполезно, я и приняла решение быть равнодушной.

—Хоть до золотой свадьбы припоминай мне этот инцидент, ты так или иначе будешь моей. — не унимался Шведов, пытаясь переговорить меня.

—Ты в праве утешать себя такого рода словами. — отмахнулась я и пошла по дорожке дальше.

Когда я подходила к дому, Сонечка одиноко сидела на ступеньках. Она выглядела разочарованной. Неужели она слышала наш разговор? Хм, он получился очень долгим и громким. Я присела рядом с дочкой и прижала её одной рукой к себе:

—Цветочек, что не так?

—Мама, ты не любишь папу. — надула губки Сонечка. — Мама мне соврала.

Эм, бывают такие ситуации, когда я не знаю, что ответить ребенку. Со взрослыми происходит проще, чем с детьми. Взрослые зачастую принимаю ложь как некое благо, а чистые и невинные дети как нечто потенциально опасное и недопустимые. Странно, но каждый уважающий себя родитель учит свое чадо не лгать. На деле что? На деле каждый взрослый хоть однажды солгал. Это что-то вроде обязательного пунктика в становлении взрослым, извините за повторение, иначе не сказать. Мою ситуацию спас Кирилл, который присел рядом с Соней и осторожно погладил её по плечу.

—Что случилось, малышка? Ты так радовалась полчаса назад, а теперь чего носик повесила? — попытался уладить ситуацию Кирилл.

—Мама тебя не любит, а я хочу, чтобы вы друг друга любили. — проговорила Сонечка, глядя то на меня, то на Кирилла.

—С чего ты взяла, что мама меня не любит? — спросил Кирилл, пикнув легонько Сонечку по носику.

—Потому что мама с папой поругались. Мама кричала на папу. Я не хочу, чтобы папа и мама ссорились. — захныкала Сонечка, потирая кусочками глазки.

—Мама на меня не кричала, малышка. Мама меня просто воспитывала за мои прошлые ошибки. Если не мама, то кто тогда, правильно? — бодро проговорил Кирилл.

—Мама на меня никогда не кричит. Папа сделал что-то очень плохое. — пробурчала Сонечка, глядя на Кирилла.

—Плохое, это не то слово какое плохое. Мама никогда не повышает голос по пустякам, а я это заслужил. — начал говорить Кирилл, поглаживая моего цветочка по головке. — Мама меня любит, она просто пока в этом не признается.

—Мама гордая, она так легко не сознается. — повеселела Сонечка.

—Так что не расстраивайся, Сонечка. Мама нас с тобой любит. — заключил Кирилл, протянув Соне руку. — Пойдем кушать? Ты уже проголодалась.

—У тебя гастрит. Тебе надо сходить к врачу и начинать вместо жаренных стейков и сухомятки питаться бульонами. — проговорила я, вставая с лестницы.

—Откуда ты знаешь? — спросил Кирилл, вытаращившись на меня.

—На столе у тебя дома таблетки от желудка до сих пор лежат. — бросила я весьма отрешенно.

—Ну, гастрит у меня. Я с ним лет пять уже не расстаюсь. Пока не умер, значит все будет прекрасно. — проговорил Шведов, убрав руки за голову.

—Когда врачи любезно сообщат тебе про язву. Я стану называть тебя хреновым язвенником. — пробурчала я себе под нос, проходя к кухне.

—Ты намекаешь на то, что не прекратишь со мной общение. Мы даже будем жить вместе. Какие перспективы! — Кирилл радостно захлопал в ладоши.

—Хватит паясничать. — коротко и сухо закончила наш разговор я. — Там доставка продуктов пришла. У нас есть еда. Не мешай мне готовить, ладно?

—Ладно, понял. Не пристаю. Пойду с Соней поиграю, что ли. — бодро и даже весело проговорил Кирилл, пятясь назад с водяными вверх руками.

Я разбирала продукты и думала, что теперь делать. Чем дальше в лес, тем все запутанней. За готовкой можно подумать. Поразмышлять основательно обо всем так капитально и глубоко, что не запросто выбрести из леса. Нашинковывая овощи для салата, я задумалась над смыслом всех слов Шведова. Искренен ли он? Искренен. В этом сложно сомневаться в свете последних событий. Он хочет вернуть «нас», которых уже не существует. Открываться ему во второй раз то же самое, что и наступить снова на одни и те же грабли. Хах, я даже знаю, где их оставила. Господи, вот они лежат прям передо мной. Папа бы этого не одобрил. Нет, он бы сказал, что я должна слушать свое сердце или что-то вроде того. Это ужасно. Правда, так не бывает.

Грабли граблями, но вопрос нашей личной жизни можно отложить до лучших времен, то есть не забивать себе голову излишним. У меня вообще нет никаких мыслей на этот счет. Одни голые, беспочвенные сомнения. На данный момент меня больше интересует вопрос убийства моего отца. Кто-то вдобавок топит Кирилла. Это не может быть банальным совпадением по многим причинам.

Во-первых, папа умер от сердечного приступа. По крайней мере данную причину смерти установили медики. Казалось бы, что в этом такого? Не спорю, у папы были проблемы с сердцем. Вопрос в другом. Чем был вызван приступ? Если говорить о деталях, то Кирилла повязали, потому что он был последним, кто виделся с моим отцом. Официально в бумагах, которые мне показал следователь, было черным по белому написано, что приступ спровоцировала убойная доза наркотиков. Боже правы, Шведов да наркотики? В это я не поверю никогда, зато следователь. С учетом того, что у папы в кабинете стояли две чашки кофе, которые приносила секретарша, то логично сходиться, что Кирилл незаметно папе подсыпал наркотик. Подозрения падают только на него. Но! Я в это не верю.

Во-вторых, проигранный тендер и моральное состояние Кирилла. Я за все время жизни со Шведовым не припомню ни одного раза, чтобы он не подписывал контракт. Не вдаваясь в подробности, у Шведова целая система. Есть даже элементы шпионажа за конкурентами. Математический склад ума помогал этому до безобразия хитрому человеку просчитывать свои действия на два шага вперед. Он дома в кладовке держит доску и маркеры и иногда рисует на ней всякие стратегии ведения тендера. Там до неприличия много вариантов, и какой-нибудь из них обязательно выстреливает. В этом весь прагматичный Кирилл Шведом. Теперь вы понимаете, почему я так сильно удивилась, когда услышала, что он проиграл? Этого не может быть ни теоретически, ни практически. Из этого я делаю вывод, что в наших рядах завелась крыса, которая слила всю информацию так называемым «злоумышленникам».

В-третьих, чтобы потопить крейсер Шведова, надо иметь нехилые связи. Кто крышует конкурентов Кирилла? Там определенно что-то нечисто. Вычислю предателя, получу доступ к информации о конкурентах. Только как это сделать? Для начала не доверять никому и присматривать крайне внимательно к поведению окружающих. Под подозрение попадают все. Да, даже самые близкие и родные. Нужно поймать этого человека за руку. Только так я смогу выйти на заказчика данного преступления. Почему так? Сами посудите, все началось с Кирилла. У меня такое чувство, будто моего отца убрали за компанию, то есть чисто гипотетически могут убить кого-то еще. Кому моя семья перешла дорогу? Страшно все это. Мое пребывание в Москве становиться по меньшей мере небезопасным. Зачем я только привезла с собой Сонечку? Я боюсь. Это точно чей-то план. Злой замысел, чтобы доразрушать наши жизни.

—Лер, ты с нами? — я опомнилась и увидела перед собой Кирилла с Соней.

—Мам, а когда обед? — весело спросила Сонечка, улыбаясь.

—А? Обед? Какой обед? — рассеяно заморгала я, косясь то на Кирилла, то на Сонечку.

—Тот, который ты на сковородке жаришь. — тыкнул Кирилл на плиту. — У тебя все хорошо? Ты чего такая?

—Я? Я просто задумалась. — опомнилась я, перевернув куриное бедро на сковородке.

—О чем? — проговорил Кирилл, скрестив руки на груди.

—Ты хорошо дерёшься? — неожиданно спросила я.

—Ну, да. Тебе ли не знать. — хмыкнул Кирилл. — Давай ближе к делу.

—Соня, закрой ушки. Мама сейчас папе скажет кое-что совсем недетское. — попросила дочку я и, как только она закрыла ушки, зашептала Кириллу. — Я не хочу тебя пугать, но, мне кажется, мы все на мушке. Это очень странно, что твой бизнес начали топить ровно в тот момент, когда убили моего отца. Плюс, мне не ясно, каким боком здесь вообще мой папа. У меня есть подозрение, что это не конец. Кирилл, мне страшно оставлять одну мою дочь. Пусть лучше Сонечка будет с тобой. Я вообще считаю, что мама должна переехать к Милене и Олегу.

—Так вот о чем ты думала. Знаешь, я с тобой полностью согласен. Ситуация очень подозрительная. — кивнул Кирилл и посмотрел на Сонечку. — Я даже только рад буду с ней поиграть, поговорить. Но это значит, что ты останешься одна. Кто защитит тебя? Давай наймем телохранителя?

—Ты сдурел? Я сама о себе уж как-нибудь позабочусь. Главное, вот, Сонечка, а я разберусь. Ты все равно нетранспортабельный. На месте я сидеть все равно не буду, так что поиграешь в «папочку». — тяжело вздохнула я.

—Почему сразу «поиграешь»? Я всегда серьезен, ты же знаешь. — фыркнул Кирилл.

—Мне без разницы, просто ты… — я не успела договорить, тыкнув пальцем в Кирилла.

—Мама! Папа! Долго я буду так стоять!? — вскрикнула Сонечка, насупившись от недовольства.

—Все-все. — мгновенно смягчилась я и достала тарелки. — Курочка готова. Можно кушать.

—Ура! — захлопала в ладоши Сонечка, запрыгав на месте.

Мы сели за стол. Соня буквально светилась от счастья. Кирилл временами толкал всякие не особо смешные шутки, чтобы развеять мое дурное настроение. У него всегда был настолько плоский юморок? Ладно, шутки смешные, просто мне не до смеха. После обеда я тут же позвонила адвокату и попросила его дать мне телефончик детективного агентства. Незамедлительно я взяла такси и поехала туда. Кирилл был против. Он понимал ситуацию не хуже меня. Пусть даже не врет, что не думал обо всем. Времени у него было вагон и маленькая тележка. Соня не оценила мой столь скорый отъезд, но делать нечего. Малышка осталась сидеть с папой. Кирилл уж точно её болтает и увлечет. Ребенку с ним не придется скучать. Это проверено.

Такси вывезло меня в офис в самый центр Москвы. Чувствую, придется раскошелиться, но специалисты тут крутые. Я позвонила в домофон пятиэтажного офисного здания. Мне открыли назвали точный офис, уж извините за повторение. В кабинете стояло три стола. Самое любопытное, пожалуй, – это огромная доска и куча каких-то бумажек везде: на шкафах, столах, полу. Внутри было суетливо. Какие-то звонки, бесконечные разговоры, параллельные очерки на бумажках. Вообщем, мне здесь уже понравилось. Напоминает мое любимое Посольство в Вашингтоне. Я и не помню, когда начала обожать эту суету. Это напоминает мне о том, что я живу, а не существую в роли жалкой девчушки с разбитым сердцем или матери-одиночки с ребенком, которая едва ли успевает спать и валится с ног от усталости. Это имеет вес в моей повседневной жизни в Штатах.

—Добрый день. — проговорила я, застыв на пороге.

—Валерия Андревна? — привстал мужчина лет сорока с сединой на висках.

—Да, именно. Вы, я полагаю, Станислав Алексеевич. — проговорила я, медленно подходя ближе.

—Очень приятно познакомиться, Валерия Андреевна. — Станислав Алексеевич протянул мне руку.

—Взаимно. — я пожала руку детектива и улыбнулась уголком рта.

При детальном рассмотрении детектив опять расположил меня к себе. Я же говорю, это был опытный мужчина в серой рубашке и темно-синих джинсах. Неплохо. Как раз привыкла с такими работать. Знаете, со сколькими «увесистыми» дипломатами, которые очень часто рассматривают тебе как потенциальную молоденькую любовницу, я работала? Потом отношение менялось, когда они узнавали, что через постель им со мной не договориться. Плюс, папу знали все. В карьере связи отца не должны помогать, но от этого не убежать. Исподтишка мой отец помогал, следил, чтобы меня не обижали. Не хватает кожаной куртки. Оу, нет. Куртка тоже есть. Висит на креслице.

Я присела на стул рядом со столом детектива. Рядом материализовались два его помощника: двадцати лет девушка и парень лет двадцати пяти. Это так. На скидку. Паспорта их я не смотрела. Парень и девушка принялись внимательно рассматривать меня в ожидании рассказа. Желания говорить что-то о вполне обычных молодых людях, у которых, похоже, романчик служебный. Ой, а как за ручки то незаметно взялись. Знали бы вы, сколько я наведалась в Посольстве всяких интрижек. Эти двое туда же. Я не сторонница интрижек на рабочем месте. Это отвлекает. Видите, как эти двое вплотную встали друг к другу, затем пальчиками переплелись. Эх, Шведова поцеловать, что ли. Даже захотелось. Вот у него будет довольная физиономия. Фу, нет. Надо в аптеке купить таблетки от глистов, вдруг он от Тины какую заразу подцепил.

—Ну, Валерия Андревна, рассказывайте, что у Вас стряслось? — детектив выдвинулся вперед, оперевшись на локти.

—Как Вы уже знаете, мой муж подозревается в убийстве моего отца. Вы должны были видеть или хотя бы слышать в новостях. Проблема в том, что я в это не верю. — начла свой длинных рассказ я.

По полочкам я разложила все, что случилось со мной за три минувших дня. Надо сказать, это были насыщенные три дня. Я за всю свою дипломатическую практику так много не говорила, чем когда пыталась не упустить ни одной детали убийства отца и ареста Кирилла. Все-таки это было крайне страшно. Меня даже затрясло немного. Помощник детектива неожиданно принес мне чаю. Я успокоилась. Стало полегче.

—Спасибо большое. — проговорила я с благодарностью кивнув.

—Вы правильно сделали, что приняли решение обратиться к нам. — начал говорить детектив. — Мы постараемся Вам помочь.

—Я бы хотела, чтобы вы в первую очередь проверили ближайшее окружение моего отца. В первую очередь Ирину, Милену, Олега и Кирилла. — продолжила я, немного придя в себя.

—Полагаю, целесообразным будет проверить секретаря. — предложила помощница.

—Согласен, мутная барышня. — кивнул помощник, задумчиво потирая лоб. — Валерия Андреевна, для Вас будет проблемой, если мы немного понаблюдаем за Вашим мужем?

—Никаких проблем, если это посодействует в поимке убийцы и виновника всех наших несчастий. — тяжело вздохнула я и добавила. — Я бы хотела наведаться в Посольство и посмотреть, как там обстоят дела. Возможно, переговорить с кем-нибудь из коллег папы. Просто так вас туда не пустят, поэтому вы могли бы поехать туда со мной.

—Что ж, тогда поедем? — помощник детектива схватил куртку с вешалки.

—Да, пожалуй. — кивнула я и встала со стула. — Вы как предпочитаете: на метро или на такси?

—У меня свой транспорт. — парень покрутил ключиками от машины на указательном пальчике.

—Тогда благодарю за то, что уделили мне время. — я благодарно кивнула детективу. — До связи.

—Конечно, Валерия Андревна, как только нам удасться что-то узнать, мы с Вами свяжемся. — положа руку на сердце, кивнул детектив.

Я села в старенькую БМВ помощнка. Он завел машину и осторожно отъехал от тротуар. Москва изменилась. Или нет? Чем дольше я в этом городе, тем податливее и мягче становлюсь, будто возвращаюсь к той Лере, которой была когда-то.

—Как Вы себя чувствуете в России семь лет спустя после переезда? — с любопытством спросил помощник. — Ой, простите, я так и не представился. Виталий, старший помощник детектива.

—Ох, прошу прощения, Валерия Донован. — проговорила я, улыбнулась уголком рта. — Да, знаете, сколько в Москве нахожусь, столько и удивляюсь самой себе.

—Чему удивляетесь? Москва вроде год от года не меняется. Разве что красивее становятся. Ну, знаете, парки новые, выставки, обновление города и все такое. — начал рассказывать Виталий. — Кстати, а почему Донован? По документам Вы Валерия Шведова.

—Вы правы, это фамилия моей мамы. Она была англичанкой. Шведов очень сильно меня обидел. На тот момент я была молодой и наивной. Даже скорее безмозглой дурой. Я была настолько зла на него, что хотела взять и перечеркнуть все, что нас с ним только связывало. Вот и сменила фамилию. — объяснила я, помрачнев.

—Значит, очень обижены? А зачем ему помогать? — задал новый вопрос помощник.

—Обижена до сих пор. Также он отец моей дочери. В смерти моего папы он не виновен. В этом я уверена. Да, Шведов отличается особенно вспыльчивым характером, но он умеет держать себя в руках, когда сильно злиться. По версии следствия Кирилл был очень зол на моего отца, поэтому подсыпал ему в чай отраву, в результате чего и наступила смерть. Ну, не мог он это сделать. На Кирилла не похоже. Извините за подробность, ударить по лицу или резко напасть с кулаками он мог. Подозревать кого-либо из папиного окружения я не имею никого права, однако поведение Ирины очень подозрительно. — выдала целую тираду из догадок и подозрений я.

—Несколько не обоснованно, но в Ваших словах есть доля правды. Мы обязательно разберёмся. Вы не переживайте. — обнадеживающе улыбнулся Виталий.

—Спасибо. — печально улыбнулась я.

В Посольство меня пустили, в папин кабинет – нет! Вы серьезно?! Меня?! Возможно, в каком-то месте я и зазналась, но все-таки я тоже дипломат. С какого меня не пустили поговорить с папиной секретаршей. Говорят, что она отстранена от работы. Я ничего не понимаю. Ни-че-го. Кирилл в няньках с Соней. Тем не менее, хватит с него на сегодня. Я позвонила Милене и попросила забрать её мою малышку. Насколько я понимаю, Кирилл звонил и качал права, куда увозят его дочь. Домой к тете и дяде, пока что общение с отцом-уголовником желательно ограничить в целях безопасности ребенка. Папаша как-нибудь сам разберётся в случае чего, только желательно выклянчить у полиции тревожную кнопку. В боевых талантах навыках Шведова я безусловно уверена, но страшно мне почему-то и за него.

В конце концов пришлось отпустить Виталия и позвонить Михе. У меня есть только одна лазейка, которая приведет меня в папин кабинет, но она оказалась где-то в Австрии. Приедет через четыре дня. Окей, тогда и поговорим.

Прошло три дня

Я приехала домой к Милене вечером. Мы пришли к выводу, что жить с Миленой и Олегом безопаснее. Вместе веселее. Как дипломата, вернувшегося пусть и временно на Родину, меня нагрузили работой. В папин кабинет не пускают, как бы я не пыталась выбить доступ. Я не могу понять почему. Что не так? Следователь запретил? Кто-то что-то темнит. Плюс, расследование детективного агенства. Ладно, завтра приедет Миха. Мы договорились с ним встретиться и обсудить ситуацию. Сонечка проситься к папе. Я не могу разрешить им увидеться. Следователь капает под Кирилла.

Дома у Милены мне немного неуютно. Не мой стиль. Плюс, знаете, кто заглянул к ним на огонек? Бинго, Ирина. С внуком уводиться и повозиться. И мне на мозги покапать. Я пытаюсь это игнорировать. Сонечка играет с Шуриком. У малышки новый компаньон по играм. Проблема только одна. Моя девочка периодически лепечет на английском. Сашенька не понимает, что она пытается сказать. Милена пытается ему переводить. Олег считает, что сыну полезно общение с ребенком-билингвом. Почему? Впитывает язык. Соня выросла в англоговорящем обществе.

Завидев Ирину, явившуюся без предупреждения, я предпочла уйти к себе в комнату и почитать досье, которые наработали детектив и его помощники. Что здесь у нас? Так-так. Первая в списке Ирина. Какое совпадение. Я начала читать. Здесь пока ничего необычного: список мест, которые она посещала за этот год, проекты с её участием. Скукота. Раньше она нигде не работала. Вдруг решила. Значит ли это, что у нее появились финансовые проблемы. Достаточно крупные, раз ей в голову взбрело опуститься до рекламы таблеток от диареи и женской уходовой косметики для тех, кому за пятьдесят. Прочитав чуть дальше, я нашла причину. Месяц назад был запущен бракоразводный процесс. Инициировал процесс именно мой отец. Насколько я знаю, разводят людей через месяц. До этого им дают время на подумать и помириться. Они разводились? Почему я не знала? Как папа мне об этом сообщил?

Я хотела бы продолжить чтение, но меня отвлек сдавленный, жалобный детский крик. Кричала моя дочь:

—Тетя не надо! Я больше так не буду! Простите, я случайно! Я не хотела!

Моя первая реакция шок. Я испугалась. Быстро захлопнула ноутбук. Точнее сказать, заблокировала экран. Мы же не хотим, чтобы мое кто-нибудь прочел? Например, Милена или Олег. Как минимум они обидятся или подумают, что их в чем-то напрямую подозревают. Я вскочила с места и пустила вниз по лестнице. Перед моими глазами стояла страшная картина: Шурик рыдал в углу из-за сломанной игрушки, Ирина держит мою дочь за руку и заносит руку назад, чтобы отлупить её по попе. Я схватила Ирину, остановив её от первого удара. Моя хватка оказалась настолько сильной, что Ирина взвизгнула от боли.

—Как ты смеешь поднимать руку на мою дочь. — рявкнула я, смотря Ирине прямо в глаза.

Понятия не имею, каким было мое лицо. Ирина застыла в ужасе. Она отпустила Сонечку и замерла, уставившись на меня. По ощущениям я осознала, что находилась в состоянии неописуемой ярости. Каждая моя мышца в теле напряглась. Я ощущала такую силу, которую ощущает только мать, ребенку которой грозит величайшая опасность.

—А-Андрей?! — вырвалось у Ирины дрожащим голосом.

На крик Ирины прибежала уже Милена, следом за ней влетел Олег. На самом деле ситуация выглядела так, будто Ирина ни в чем не виновата. Виновата, черт её дери.

—Ты издевалась и третировала меня всю мою жизнь, теперь осмелилась поднять руку на моего единственного ребенка. Запомни раз и навсегда, если ты еще хоть раз даже помыслишь о том, чтобы навредить Сонечке, я заберу у тебя даже ту крупицу того, что оставил тебе мой отец. Ты останешься на улице, Ирина. Будешь, не то, что рекламировать таблетки от поноса, а милостыню просить у всех храмов и церкве Москвы. Поняла? — я разжала руку и отпустила Ирину.

Ирина побелела. Стала бледнее мела. Она без устали терла свое запястье, на котором проступали красные следы от моих пальцев. Ирина не на шутку испугалась. Зачем она произнесла папино имя? Значит ли это, что, схватив её за руку в порыве ярости, я была похожа на отца? Странно, раньше мне казалось, что у нас мало общего. Видимо, у папы была та самая сторона, которую «посчастливилось» увидеть Ирине во всех красках.

Сонечка подбежала к Милене и в слезах начала раскатывать о случившемся, схватившись, за её ногу:

—Тетя Мила, я случайно сломала игрушку Сашеньки. Сашенька заплакал, но я не специально, честное слово. Злая тетя подбежала и сильно-сильно схватила меня за руку. Потом прибежала мама и не дала сделать мне больно. Тетя Мила, не ругайте маму.

—Лера, это правда? — ошарашено переспросила Милена.

—Баба Ира плохая. — сквозь слезы проговорил Шурик.

—Мама, я думаю, тебе лучше уйти. — голос Милена звучал так холодно, будто нас обдуло ледяным ветром.

Ирина подошла к Милене и, кивнув на меня, высокомерно произнесла:

—Какую змею ты приютила у себя в доме.

—Глядя на тебя, я в этом сомневаюсь. Уходи. — Милена указала на дверь.

—До свидания. — просила Ирина, хлопнув дверь.

Как только эта тварь пропала из поля моего зрения, все напряжение, словно по щелчку, покинуло тело. Я кинулась к Сонечке и принялась целовать её в носик, щечки, ручки, проверяя, что с ребенком все хорошо.

—Я никогда не позволю никому тебя обидеть, слышишь? — пробормотала я.

—Мамочка, я в порядке. Честное слов. Правда-правда. — жалобно проговорила Сонечка, вцепившись за мою кофту.

—Испугалась, цветочек? — я убрала кудрявые прядки с лица дочки.

—Немножечко. — Сонечка наконец перестала плакать.

—Никто не имеет права тебя обижать. — заладила я.

Я даже не заметила, как на заднем плане Милена и Олег пытаются успокоить Шурика, ревущего в три ручья. Боже мой, кажется, это была его самая любимая игрушка. Соня неожиданно сообразила, что пора извиниться перед Сашей. Что уж там, у меня воспитанный ребенок. Я тщательно занималась вопросом признания ошибок и косяков. Главное – признать ошибку и попросить прощения. Вот, собственно, малышка подошла к Шурику, плачущему на руках у Олега и, убрав ручки за спину, проговорила:

—Сашенька, прости меня, пожалуйста. Я случайно сломала твою машинку. Давай, я попрошу папу её починить?

—Твой папа, Сонечка, даже две детальки склеить не может, а ты про колесико. — засмеялся Олег, покачав сына. — Ну, Шурик, вместе будем чинить твою машинку?

—Да… — Шурик потер глазки и с улыбкой до ушей залепетал. — С папой склеим вместе. Машинка будет еще лучше.

Только я хотела сказать, что все хорошо, что хорошо кончается, как вдруг в моей комнате на втором этаже зазвонил телефон.

—Ну, вот, кто там еще хочет меня услышать на ночь глядя? — недовольно вскинула руками я.

Поднявшись на второй, я взяла в руки телефон и увидела пропущенный от Кирилла. Звонок скинулся, потому что время ожидания кончилось. Телефон зазвонил еще раз. Кирилл. Кто ж еще. Я решила взять:

«Зачем ты мне звонишь в восемь вечера?» — огрызнулась я.

«А я не могу позвонить своей жене?» — ответил вопросом на вопрос Кирилл, при этом у него чуток заплетался язык.

«Ты что там пьян?» — начала допытываться я.

«Если я скажу, что я не пьян, ты не приедешь». — выдал Кирилл весьма самоуверенно.

«Так, я сейчас брошу трубку». — пригрозила я.

«Приезжай, надо поговорить». — продолжил допытываться Кирилл.

«Зачем?» — теперь я начала задавать достаточно простые и глупые вопросы.

«Есть разговор, я же говорю». — пробурчал Кирилл.

«Шведов, если ты начнешь нести всякую околесицу, я тебя ударю на месте». — пригрозила я, томно вздохнув.

Я вызвала себе такси и уехала на дачу. Пришлось уговорить Милену посидеть с Сонечкой. Было несколько страшно ехать загород ночью, но надеюсь это того стоило. Вход в дом был открыт. На кухне за столом сидел Кирилл, вливая в себя бокалами алкоголь. Я подошла ближе.

—Что отмечаешь? — спросила я, укоризненно посмотрев на Кирилла с бокалом вискаря. — Ты позвал меня напиться?

Понятия не имею, для чего Кирилл вместо традиционного стакана со льдом взял бокал и налил туда виски. Он смотрел на жидкость с мыслями о чем-то далеком, давно ушедшем и прекрасном. Кирилл вспоминал нас. Откуда я это знаю? Потому что сама далеко не один раз позволяла себе пропасть в сладких воспоминаниях моей первой любви, и на этом выражении лица меня всегда подлавливали друзья.

—Мы женаты десять лет. — с радостными нотками в голосе выдал Кирилл, протянув мне бокал вина. — Выпьешь за это событие?

—Женаты? Скорее одной ногой в разводе. — саркастически вскинула бровь я. — Если много пить, можно стать алкоголиком.

—Я и так одной ногой в тюрьме. Можно и спиться. — усмехнулся Кирилл. — Твой отец знал?

—Знал что? — не поняла вопроса я.

—Что у нас есть дочь? — конкретизировал Кирилл, отпив из своего бокала. — Или ты не сказала никому?

—Он знал с самого начала, как и твоя мама, Катя, Миха… — спокойно ответила я. — Папа не считал нужным говорить тебе о дочери в принципе. Я с ним согласилась. Елена Александровна молчала, чтобы не потерять связь с Соней.

—Но ты сама позволила мне узнать. Зачем? Совесть съела? — недовольно буркнул Кирилл, ожидая совсем другого ответа.

—Да, съела, но не из-за тебя. Соня хотела знать, кто её отец. Я считаю это желание справедливым, поэтому вы познакомились. — продолжила я, сев за стол. — Это все, что ты хотел спросить?

—Нет, не все. — замотал головой Кирилл и поставил передо мной бокал. — Ты тоже можешь спросить меня обо всем, о чем захочешь. Я честно отвечу.

—Честно? — удивилась я и выдвинулась вперед. — Почему мы до сих пор вместе?

—Потому что я так хочу. — ответил Кирилл. — Потому что глубоко в душе, даже не зная правды, я беспокоился о тебе. Мне никогда не было все равно.

—Ты сам велел мне уехать. — разозлилась я и прикрикнула на Кирилла. — Ты сказал, что больше не хочешь меня видеть. Что я слышу сейчас! Ты не хочешь со мной разводиться, потому что тебе якобы не все равно. Логично.

—Не верь, если не хочешь, но я говорю правду. — замотал головой Кирилл. — Теперь моя очередь спрашивать.

—Мы играем в игру? — совсем нахмурилась я.

—Да, почти. — хитро прищурился Кирилл и подлил мне вина в бокал. — Условия просты: либо пьешь до дна, либо отвечаешь правду.

—Не смешно. Тогда, я не доеду до дома. — буркнула я, скрестив руки на груди.

—Почему ты не возвращалась в Россию? — проигнорировал Кирилл и задал вопрос.

—Потому что я не хотела видеть твою уродливую физиономию. — съязвила я, раз уж мне не отвертеться.

—Еще семь лет назад ты говорила, что я красивый. — возмутился Кирилл. — Причина только во мне?

Я выпила бокал вина. Не буду отвечать на этот вопрос. Причина не только в нем. Моя нервная система бы не вынесла, увидев Кирилла вместе с Тиной. Для начала меня бы убила ревность, а под конец я бы нарвалась на очередной скандал, который вышел бы боком. Нет, спасибо, хватило с прошлого раза.

—Вот как. — хмыкнул Кирилл. — Не хочешь отвечать?

—Ты не тот человек, кому я могу такое рассказывать. Личное, знаешь ли. — отмахнулась я и перешла в нападение. — Ты спал с Тиной еще до моего ухода?

—Нет, но после «да». Не могу сказать, что она была так же хороша, как и ты. — улыбнулся Кирилл и налил мне новый бокал. — Сколько мужчин у тебя было за эти семь лет?

—Двое. — не стесняясь, легко ответила я.

—И со сколькими из них ты спала? — напрягся Кирилл.

—Ни с одним. — пожала плечами я. — Я не ты. Кстати, со сколькими ты переспал после моего ухода?

Кирилл выпил свой бокал. Не смотря мне в глаза, он налил новый. По его лицу я догадалась, что их больше чем три. Класс, кто из нас двоих дешевая шлюха?

—Поздравляю, пояс верности после твоих похождений треснул по швам. — усмехнулась я.

—Очень смешно. У тебя были отношения с Олегом у меня за спиной? — брякнул новый вопрос Кирилл.

—Ты дебил или претворяешься? Нет, и быть не могло. — заворчала я. — Ты любил Тину?

—Ты идиотка или претворяешься? Нет, и быть не могло. — обиженно повторил мой ответ Кирилл. — Тогда, зачем ты встречалась с Олегом?

—Я советовалась с ним по поводу твоего подарка на день рождения. Он помогал с некоторыми деталями. — тяжело вздохнула я.

—И что ты хотела мне подарить? — Кирилл нервно сглотнул.

—Машину. — невинно ответила я. — Я обратилась к своим знакомым. Для тебя хотели изготовить уникальный «Мерседес». Именной. Такая машина должна была быть одна.

Кирилл довольно кивнул, будто показания сошлись, и, наполнив бокал, осушил его залпом.
—И с этим тебе помогал Олег? Почему ты прямо не спросила у меня? — пробубнил Кирилл, отходя от шока, но он явно паясничал, проверяя меня и мои слова на лживость.

—Это должен был быть сюрприз. — закатила глаза я. — Я хотела сделать тебе такой подарок, который запомнился бы тебе на всю жизнь.

—Допустим, но как ты объяснишь те фото, где вы с Олегом обнимались? — подозрительно прищурился Кирилл.

—А тут все элементарно просто. Начнем с того, что я-таки оказалась беременна. Как мне объяснили потом, это были первые звоночки. — пожала плечами я и с укоризненным взглядом продолжила ворчать на Кирилла. — Прикинь, какой беременность стресс для организма? У меня часто кружилась голова, и я плохо себя чувствовала. Мы с Олегом прощались на парковке, и я пошатнулась. Он просто подхватил меня, чтобы я не упала. Или лучше бы было, чтобы я ударилась, а он стоял и смотрел?

—Н-нет. — отвел глаза Кирилл. — Ты могла сказать мне, что плохо себя чувствуешь. Мы могли бы вместе сходить к врачу.

—Уже забыл? Ты был занят своими делами настолько, что не замечал, когда я пыталась попросить тебя остаться со мной дома. — бросила я. — Конечно, теперь я во всем виновата.

—Ты не виновата, это я виноват. Просто приревновал тебя к Олегу. Мне об этом без конца твердил Филипп, и Маша показала фотографии. Я разозлился, вспылил и, собственно, что из этого вышло. — убрал руки за голову Кирилл. — Выходит, я зря Олегу…

—Что ты Олегу? — настояла я, но Кирилл тяпнул бокал в знак молчания. — Вот ведь паразит.

—Что есть, то есть. — отмахнулся Кирилл и закусил. — Теперь твоя очередь.

—Ты серьезно думаешь, что я хочу выяснять что-то про твою жизнь? — вскинула бровь я.

—Понятия не имею. — ответил Кирилл, жуя огурец. — Но мне любопытно. Ты сейчас живешь со своим этим американцем?

—Нет. — неохотно ответила я. — Джейсон просто иногда помогает мне воспитывать мою дочь.

—П-погоди, Д-джейсон?! Это та американская морда, которая подбивала к тебе клинья прямо при мне?! — выпучил на меня глаза Кирилл. — И давно в-вы с ним?

Я с легкой насмешкой на лице выпила бокал вина. Не подумайте, объективно мне не за чем уклонятся от ответа, но как можно упустить такой шикарный шанс позлить Кирилла. Это стоило того. Кирилл стиснул зубы и хитро сказал:

—Что ж, не хочешь по-хорошему, я задам вопрос еще раз. Ты давно с Джейсоном?

Вот черт, опять пить придется. Из вредности я выпила бокал вина снова и специально спросила:

—Зачем ты впустил в наш дом Тину?

— Я думал, она заменит мне тебя. — нахмурился Кирилл.

—Сейчас ты сам ответил на свой вопрос. — отмахнулась я и выдвинулась вперед. — Я хотела забыть тебя.

—Забыла? — встряхнув головой, усмехнулся Кирилл.

—Да, практически. — улыбнулась уголком рта я, пьянея на глазах. — Знаешь, Джей сделал мне предложение.

—Ты согласилась? — неожиданно Кирилл охнул и растерял всю свою уверенность.

—Я сказала, что подумаю. Джей дал мне время. Если я решу выйти за него, то так или иначе подам на развод. — сболтнула я.

—Решилась? — буркнул Кирилл, пристально смотря на меня.

—Почти, но есть одно «но». — призналась я. — По какой-то причине я не хочу связывать себя новым браком. Джей не будет хорошим отцом для Сони.

—Соня разве считает его своим отцом? — с отвращением фыркнул Кирилл.

—Нет, я прекрасно вижу, что Джейсон заинтересован в своих детях, а не в моих. — проговорила я, чувствуя, как вино развязывает мне язык.

—У него есть свои дети? — не затыкался Кирилл.

—Он планирует, что я стану их матерью. — закатила глаза я.

—А ты не хочешь от него детей? — хитро ухмыльнулся Кирилл.

—Не хочу. — шепотом согласилась я.

Кирилл просиял и встал. Он подошел ко мне и, присев передо мной на корточки, тихо спросил:

—От меня хочешь?

Я поняла, что пьяна. Пьяна настолько, что не контролировала свою речь и говорила все, что на ум приходило. Мысли роились в моей голове. Тело накрыло волной возбуждения, как только взгляд упал на жилистую шею Кирилла, на его ключицы и сексуальную грудь. Впрочем, если я не отдавала отчета в своих действиях, то что говорить о Кирилле. По расширенным зрачками я сообразила, что он набрался сильней меня.

—Хочу. — неожиданно пробормотала я.

Кирилл взял меня за руки и с мольбой в глазах прошептал:

—Давай начнем все сначала? Ради нас. Ради нашей дочери. Давай попробуем склеить нашу разбитую вазу? Или купим новую?

Я замерла. Я не знала, чего хочу. Глядя на знакомое лицо Кирилла, в его глаза, переполненные искренним желанием все исправить, в груди закололо. Стало больно даже дышать. Я вдруг осознала, что не могу его простить вот так, как есть. С другой стороны, разве он уже недостаточно пострадал из-за меня? Нет, а я разве не много мучилась из-за него? Боль утихла в мгновенье ока. Мы квиты.

Кирилл крепко сжал мою руки. Я не могла выдернуть их и уйти. Просто сил не было. Медленно я думала: что будет, если я откажу? Я опять обожгусь? Или буду прятаться всю жизнь от Кирилла? Меланхоличная мысль проскользнула у меня в голове. Стоп, есть другой выход. Просто попробовать. Точно, я попробую, а если почувствую, что все летит к чертям, уйду.

—Я не могу тебе обещать, что все получится. — проговорила я. — Понимаешь? Я изменилась.

—Но ты готова попытаться? — проговорил Кирилл. — Правда же?

—Да. — прошептала я.

—Тогда, я просто обязан это сделать. — Кирилл потянул меня за руки, и я упала в его объятия.

Кричать? Вырваться? Я хотела, запах ударил в нос. Я узнаю его. Узнаю Кирилла и все, что с ними связано. Мою грудь переполняли чувства. Мне не убежать от самой себя. Частичка меня все еще любит этого идиота. Она ликовала в уголке моего разбитого сердца, будто осколки начали собираться воедино. От этого мне так больно? От этого к горлу подошел ком? Я больше никогда не покажу свою слабость перед Кириллом. Он не должен увидеть моих слез, но, словно по заказу, мои глаза увлажнились.

Не проронив ни слова, Кирилл вытирал с моих глаз горькие слезы и сказал:

—Позволь мне снова любить тебя, пожалуйста.

Черт возьми, Кирилл прав. Я не могу разрешить себе любить снова, и это будто разрывает на части. Желание любить и ненавидеть одновременно. Как низко. И что теперь с этим делать? Лера, ничего не делать. Пусти все на самотек. Разве плохо? Ты и так решилась на полное безумие.

Едва отстранившись от меня, Кирилл был феноменально близко за последние семь лет. Наши глаза встретились. Я замерла. Он смотрит. Так внимательно. На лице Кирилла прибавилось морщинок. Особенно на лбу. Кто-то часто хмурится. Странно, нам не так много лет, чтобы подмечать такие детали. Медленно, но верно Кирилл приближался ко мне. Я не хотела бежать. Задержав дыхание, я ожидала, что же будет дальше. С каждой секундой он становился ближе, и в один миг его губы соприкоснулись с моими. Кирилл становился все более напористым. Я позволяла, но в то же время внутри все сжалось. Сердце бухнуло в пятки от необъяснимого страха. Я не разрешала себе отвечать на поцелуй. Правда, однозначно и не отказывалась от него.

Из безобидного, детского соприкасания губами это переросло в огненное, взрослое месиво из страсти, ненависти и желания. Я не оттолкнула Кирилла. Поддавшись влечению, я ответила на его чувства. Все. Я пропала. Кирилл не остановиться, пока не возьмет, что захочет. Одной рукой он содрал с меня свитер. Быстро оглядел. Мое черное кружевное белье ему понравилось. Голодный монстр. Меня подхватили на руки и отнесли в спальню. Я не против. Чем я вообще сейчас думаю? Явно не головой.

Кирилл накинулся с поцелуями. Я позволила. Я лежала и прогибалась под натиском этого мужчины. В спальне царил полумрак. Я могла видеть лишь луну в окне. Свежие запахи свои приносил ветер, дувший из открытого окна. Мне это нравится. В Америке со мной нигде не случалось ничего подобного. Меня посетило чувство, будто я на своем месте. Интересно, так ли это? Не знаю. Я запуталась еще сильнее, но, наверное, так нужно. Кирилл дотронулся губами до самой чувствительной моей точки на шее. Я вспыхнула, вскрикнула и вцепилась в его рубашку. Он многообещающе хмыкнул и медленно продолжил.

Каждый сантиметр моего тела был помечен губами и языком Кирилла. Виновник пожара у меня внизу живота не спешил делать мне приятное. Он изводил меня. Проверял мое терпение, которое вовсе не вечно. Мне надоело. Когда оно кончилось, мои руки потянулись к штанам Кирилла. Я нащупала стоявший столбом бугор и специально дотронулась до него, чтобы поиздеваться. Кирилл не оценил моей выходки и засунул палец туда, куда можно только мужу. В принципе ему и можно.

—Гад! — застонала я и постарась дотянуться до штанов Кирилла.

—Садистка! — зарычал Кирилл, когда моя рука достигла цели, и нагнулся к моему уху. — Доверься мне. Я не хочу делать «это» так, будто я использую тебя.

—Раньше ты поступал именно так. — обиженно бросила я.

—С тобой никогда. — простонал Кирилл. — Мне остановиться?

—Нет! — громко вырвалось у меня.

—Хочешь, чтобы я тебя приласкал? — издал некий звук, похожий на злорадный хохот, Кирилл и замер, прижавшись губами к моей груди.

—Да, черт тебя возьми! — вскрикнула я, сама от себя не ожидав.

—Хорошая девочка. — довольно шептал Кирилл, раздвигая мои ноги. — Ты не пожалеешь.

Я ждала, пока Кирилл дотянется до тумбочки и достанет из ящичка презерватив. Внутри все сжималось от нетерпения. Низ живота горел огнем и пульсировал, что не было сил терпеть. Шуршащая упаковка разорвалась. Кирилл спустил штаны и надел презерватив. Он снова оказался сверху, нависая надо мной мощной темной фигурой. Обстановка в спальне была самая подходящая. Темно, хоть глаза выколи. Я прогнулась и вскрикнула, почувствовав Кирилла. Он издал дикий рев, изголодавшегося по вниманию и любви зверя. Все, его уже не остановить.

Я уже давно не чувствовала тепла и нежности от мужчины. Все те, кто претендовал на мои руку и сердце не вели себя в половину так внимательно со мной, как сейчас Кирилл. Он знает меня. Он помнит каждую мелочь обо мне. Я только что в этом убедилась. Кирилл заботится обо мне, делает так, чтобы мне было с ним хорошо. Тем не менее, мне хотелось большего. Маленькая жадная девочка, сидевшая внутри меня, пыталась подбить мое хрупкое «Я» на что-то, чего делать нельзя. Простить? Принять? Просто быть? В молодости мне казалось, что Кирилл будет рядом, как сейчас, всегда. Мы были в этом уверенны. Наверное, все эти семь лет я жалела, что между нами больше нет «близости», ведь еще ни один мужчина не вызвал меня у настоящего желания дать им то, на что они были готовы.

Сейчас Кирилл снова обнимает и целует меня так нежно и осторожно, будто держит в руках хрустальную вазу. Боюсь, ту вазу он уже разбил. Осталась только металлическая железяка, которую больше никогда не испортят. Тогда, почему мне так спокойно сейчас? Будто душа на своем месте. Даже в груди не щемит. Мой разум отдыхает под блаженными ощущениями, которые дарит мне Кирилл. Что ж, надеюсь, я не пожалею об этом завтра утром.

Утро следующего дня

Я не помню, что вчера было. Кажется, я выпила больше, чем планировала. Или алкоголь оказался слишком крепким? Запахи. Какие знакомые запахи, как в молодости. На даче. Я пригрелась в тёплой постели, вдыхая любимые ароматы сосновой свежести. Все было прекрасно, пока я не начала просыпаться. Стоп! Где я нахожусь? Я открыла глаза, вскочила и увидела то, что меньше всего ожидала увидеть. Это была спальня на даче. Сам факт того, что я нахожусь на территории Кирилла привёл меня в ужас. Нужно уходить! Я хотела, правда, но догадалась, заглянув под одеяло поняла, что натворила этой ночью. Мда, Лера, наделала ты дел. Что же я такого увидела? Я просто лежу в чем мать родила в одной кровати с... Находясь в полнейшем шоке, я медленно повернула голову и посмотрела на соседнюю половину кровати… С таким же голым Кириллом. Он крепко спал, как после хорошей, эм, ночи, если в подробностях.

Так, нужно восстанавливать картину вчерашнего вечера. Или в том, что я хочу помочь ему выйти из этой истории сухим? Или в том, что верю в его невиновность? Я опять посмотрела на Кирилла. Лицо у него блаженно-довольное. Значит, под действием термоядерного вина я созналась во всем и сразу и переспела с ним далеко не один раз. Такая физиономия у него бывает только после секса. Поддалась желанию. Хочу уйти. Чувствую себя дурой. Сколько раз говорила себе не связываться с Кириллом. Опять граблями по носу получила. Кстати, головушка моя болит. И не только головушка. Будни матери-одиночки — это не шатание от одного мужика к другому. Я в принципе не заводила никаких отношений, поэтому тело отвыкло от слова совсем. Как только я

Кирилл схватил меня за руку и притянул к себе, не спрашивая моего мнения.

—Чтобы ты заговорила со мной, мне всего лишь нужно было попасть под следствие. — сонно пробормотал Кирилл, прижимая меня все плотнее к себе. — Чтобы ты согласилась лечь со мной в одну кровать, нам нужно было всего лишь напиться. Почему я не догадался сделать этого раньше?

—Потому что так поступают только чокнутые. — ответила я, скрывая свое раздражение.

—Значит, я уже чокнулся без тебя. — заключил Кирилл.

—Шведов, забудь о сегодняшнем. — пробормотала я и попыталась покинуть теплые объятия Кирилла. — Между нами больше ничего не может быть. Я уже сто раз тебе говорила. Мы теперь разные люди.

—Я не верю. Ты пообещала мне вчера. Мы попробуем начать сначала. — возмутился Кирилл и указал на цепочку, висевшую у него на шее, на которую я прежде не обращала внимание. — Это твое кольцо. Понимаешь? Я ждал, когда ты вернешься, поэтому носил его с собой.

У меня пропал дар речи. Грудь раздирала ноющая боль. Он хранил мое обручальное кольцо. Он не выкинул его. Не переплавил. Не отдал Тине. Кирилл носил его с собой на шее, чтобы отдать мне. Сейчас прозвучит финальный аккорд в наших отношениях. Голова твердила послать Кирилла куда подальше, а сердце тихо шептало простить. Слушай сердце, Лера. Ты же сама видишь, Кирилл раскаялся. Он один ждал тебя в этой стране. Обида не должна вскружить мне голову. Прости его. Кирилл достаточно пережил, чтобы я заслужить мое прощение. Уже нет смысла для обид. Кроме Кирилла и Сони у меня больше никого нет. Мой отец умер. У меня осталось не так много близких для того, чтобы так нагло разбрасываться ими. Совсем чуть-чуть.

Я медленно протянула Кириллу свою правую руку. Одевай. Одевай мое обручальное кольцо назад. Мои глаза увлажнились. Одевай! Кирилл все понял без слов, а лицо озарилось улыбкой. Он снял кольцо с цепочки. Чуть дорожащая рука вернула маленькое золотое колечко на свое законное место — мой безымянный палец.

!!!Промо!!!

Нежное ноябрьское утро неожиданно порадовало солнышком. Как известно, в ноябре светает поздно, темнеет – рано. Мы до сих пор в кроватке, значит прогуляли работу. Почти, признаюсь честно. В наших планах поваляться немного, позавтракать или пообедать и под занавес выдвинуться по делам. Так бывает. В офисе нас сегодня не ждут. Сотрудники предупреждены. Почему нежное? Каждое утро, которое я встречаю в своей прекрасной, теплой постели не по будильнику, я привыкла называть «нежным». Сегодня даже не суббота. Мы все равно проспали.

К вопросу о том, какое идеальное мое утро? Ответ очень прост. Вот такое. Время девять часов утра. Мой весьма довольный муж спит рядом со мной, и нам никуда не надо. Вернее надо, но Илья слишком устал после вчерашней ночи, что не в силах разлепить глаза. Ничего, скоро он проситься и пойдет на работу. Директор может позволить себе опоздать раз в месяц, правильно? С другой стороны, о какой пунктуальности идет речь? На кого равняться сотрудниками? Ну, знаете, Илья на самом деле почти никогда не опаздывает, просто вчера был его день рождения, ему исполнилось двадцать пять. Вчера мы провели грандиозный юбилей. Через две недели наша годовщина. Нашей семье исполниться четыре года. Практически половинка бесконечности, если вы поняли о чем я. Мы вместе чуть ли не с первого курса, как сели совершенно случайно за одну парту.

Иногда я думаю, что же нас связывает. Моя мама работает учительницей начальных классов в провинциальном городке Ленинградской области, а папа – хирург, сидящий на приеме в местной поликлинике. Когда-то он работал онкологом и занимался удалением опухолей, но потом почему-то продал все имущество и уехал из Питера в «деревню», где и встретил маму. Романтичное знакомство, обернулось крепкой семьей. На всю свою жизнь они нажили квартирку в сталинке, старенькую машинку, дачку недалеко от нашего городка и, пожалуй, на этом все. Да, не богато и скромно в сравнение с состоянием и бизнесом родителей Ильи, зато как душевно. Илья всегда говорил, что завидует тому, какие добрые и заботливые мои мама и папа. Я так и не понимаю почему. Моя семья приняла его очень тепло. Я предполагаю, что там какая-то очень темная история, которую Илья не хочет мне рассказывать по непонятным причинам. Собственно, я не давлю на него. Я просто желаю для Ильи только блага. Вот, например, сейчас он спит, обняв двумя руками подушку. В такие моменты Илья кажется особенно милым.

Илья временами кажется немного даже черствым и безэмоциональным. Когда я случайно села к нему в первый день, потому что не было других мест, то подумала, какой он нудный и неразговорчивый. Серьезно, Илья игнорировал все мои попытки поболтать. Я просто нервничала, опоздала на свою самую первую пару в университете. На входе препод отчитал меня со словами, что не пунктуальный юрист – это беда для всего общества. Я так на суд к своему подзащитному опоздаю? Я промямлила что-то и побежала искать место в полностью забитой студентами аудитории. По сути я оказалась одна в месте, где нет ни одного знакомого лица. На самом деле Илья не такой уж и безнадежный сухарь. Он просто плохо умеет проявлять свои настоящие эмоции. Как говориться, хочет, но не может или стесняется. В жизни у Ильи существует так много ситуаций, когда он по ошибке принимает свои чувства и эмоции за неуместные. Я к этому привыкла, однако есть и свои плюсы. Например, умение отключать свои эмоции, помогает ему трезво оценивать ситуацию и переть напролом к своим целям. Просто потрясающе! Аплодирую стоя.

Строить отношения с визуально «холодным» мужчиной возможно, пусть и сложновато временами. Я не могу залезть в голову к Илье и понять, о чем он там думает. Приходится читать буквально по его жестам и неконтролируемым первым реакциям. Нет, звучит так, будто я страдаю или играю роль великой мученицы в наших отношениях. Илья не бесчувственное чудовище. Это не так. У нас все в порядке. Могу. Умею. Практикую. Бывают моменты, когда на Илью все-таки находят просветления. Бывают дни, когда я хочу его убить. Как-то раз Илья получил от меня по голове подушкой. Я со злости запульнула, но сейчас не об этом. Илья и целует, и обнимает, и дарит цветы, подарки, то есть смягчается, когда говорит мне без повода комплименты. Он давний любитель застать меня врасплох. Я однажды даже чашку от удивления из рук выронила, настолько было приятно. Илья – моя железо-бетонная стена, за которую всегда можно спрятаться. Каким бы сухим и черствым со стороны он ни казался чужим людям, я знаю, что в душе он добрый, заботливый и даже несколько ранимый. Серьезно, Илья никогда не покажет, что он расстроен или обеспокоен. Для него проще держать неприятные эмоции в себе, но ему повезло. Еще со времен нашей дружбы я научилась распознавать, кода Илья чувствует себя морально паршиво. Так и живем. Хорошо живем, я бы сказала.

У нас, как у любой семейной пары, за несколько лет брака появились свои традиции. Собственно, после любых праздников следующие утро объявляется «нежным утром на расслабоне». В обычной жизни мы носимся по квартире, вечно опаздывая на работу. Илья любит проспать, поэтому я первая иду в душ, чтобы «без пробок», и иду на кухню готовить завтрак. Он оторвет голову от подушки с третьего будильника. Если не встанет, я добуджу. Сколько я слушала лекций о том, чтобы стать успешным, нужно вставать рано и в течение этого «рано» переделать все домашние дела. Видите ли, это секрет успеха американцев. Надо разлепить очи в пять утра, создать на пробежку, принять душ, приготовить завтрак и так далее, чтобы выдвинуться на работу без угрызений совести, что новый день не встречен по феншую богатых и знаменитых мира сего. Вы серьезно? Я так иногда хочу задать всем, кто так говорит, этот вопрос. Секрет богатства в знаниях и желании работать. Вернее, пахать, что звездочки перед глазами под конец рабочей недели. Умеешь вкалывать – значит умеешь быть коммуникабельным профессионалом своего дела, то есть с пачкой шелестящих бумажек в кошельке и шестизначной цифрой на карточке. По себе сужу, не по тому дяде на «Мерсе».

—М-м-м, Дашка, ты что так рано? — промычал Илья и перевернулся на другой бок, зажав между ног одеяло.

Одеяло падает и приоткрывает торс Ильи. Не скажу, что в комплекции моего мужа есть хоть что-то особенное. Кубиков, если вы ожидали услышать именно о них, нет. Илья предпочитает не ходить в зал. Лень, и мне лень. Нам всем в этом доме лень. Есть же семейные пары, которые предпочитают проводить свои выходные где-нибудь в горах, где интернет не ловит. Мы с Ильей занимаемся благотворительностью: ездим в больницы к больным деткам, детские дома, помогаем приютам для животных, а иногда помогаем собирать деньги на лечение. У нас даже есть свой фонд, который мы создали буквально пару лет назад. Об этом потом. Честно сказать, это своя отдельная история.

Несмотря на отсутсвие пресса у Ильи, я в его внешности мне до безумия нравятся глаза. В сочетании с густыми темно-каштановыми волосами взгляд холодных светло-голубых глаз из-под густых бровей Ильи пленит и завораживает. Пусть внешность не всегда играет главную роль в отношениях, но она делает вид при первой встрече. Илья очень красивый. У него правильные, слегла заострённые черты лица, в меру тонкие губы и ямочки на щеках, когда он улыбается. Да, Илья не отличается мягким или открытым характером, зато точно не злой или вспыльчивый. Чуточку ревнивый? Да, это про Илью. К столбу не ревнует, однако при виде любой подозрительной личности мужского пола рядом со мной тут же идет в нападение. Такое поведение меня радует, ведь это значит, что для Ильи не все равно, где я и с кем.

Я выдернула у Ильи кусок своего одела и подлезла к нему по бок. Нечего. Мне вообще-то тоже холодно. Отопление прибавить, что ли? Стоит ли вообще пытаться уснуть по новой? Блин, я начала ворочаться. Пойду в душ. Погодите-ка. Который час? Половина одиннадцатого. Нормально. Можно и в ванную залезть. Я накинула на себя халат и пола набирать себе полную горяченькой водицы ванную, достав попутно свою бомбочки и всякие экстракты, чтобы благоухать на всю квартиру. Я не назову себя писаной красавицей. Так, провинциальная посредственность. Фигура у меня не модельная. Илья говорит, что худышки не в его вкусе, а у меня и «сверху» и «снизу» есть за что подержаться. Не понимаю я его логику. Про себя я точно могу заявить, что я не толстая, но достаточно пухлая. Ну, знаете, тридцать шестой размерчик одежды – это про меня. В груди твердая троечка, переходящая в четверочку. В попе тоже природа не обделила. Талия тоже на месте.
С лицом сложнее. Вышла я или нет судить не мне. Илья делает мне комплименты, что я красивая. Я же не особо нравлюсь себе в зеркале: у меня округлое лицо и щечки, зато идеальный нос и пухлые губы. Не надо ничего никуда подкалывать. Ни ботокса, ничего. Все свое природное. Глаза у меня темно-карие. Волосы тоже темно-темно каштановые, поэтому я перекрасилась в светло-русый. Бонд мне не подойдет, зато хоть что-то светленькой. Что удивительно, тон кожи у меня не смуглый. Я на солнце как сметана. Не удивительно, ведь моя мама брюнетка, а папа – почти блондин со светлой кожей. Ой, поиграла со мной генетика.

Лежу я, значит, в ванной, зашвыриваю в воду бомбочку в виде мороженного и любуюсь тем, как она бурлит и расползается фиолетовой пеной, как вдруг заходит Илья в одном халате, державшемся еле-еле на поясе. Вот сонный мужчина. Зевает. Волосы в разные стороны, а шевелюра у него на редкость мягкая и пушистая. Серьезно, шикарно густой волос. Если бы мы были женаты первый год, я бы выгнала его из ванной со смущенными криками и визгами, но, увы, уже нет. Я даже не прикрываюсь, все равно он все давно видел.

—Чего не спишь? — спросила я, посмеиваясь над тем, как Илья пытается разлепит глаза.

—Я пришел за тобой. Без тебя не спиться. — пробурчал Илья, скрестив руки на груди.

—Хочешь в ванну? — предложила я, освобождая для Ильи место.

—Хочу. — Илья лениво скидывает с себя халат и залезает ко мне, опуская в воду сначала правую, затем левую ноги. — Горячо тут у тебя.

—Я не рассчитывала на твою компанию. — закатила глаза я, положив голову Илье на плеч, когда он наконец привык к воде.

—Я проснулся, тебя нет. Вот я и пришел к тебе. — проговорил Илья, прикрывая глаза.

—Что хочешь на завтрак? — я почувствовала фирменный, брутальный, природный запах Ильи, который не перебить даже самым ядреным одеколоном.

—Тебя. — буркнул незамедлительно Илья.

—Ты уже закусывал мной на ужин вчера. Или это был ночной перекус? — захихикала я, проколов указательным пальцем пузырьки пены для ванны.

—Только не говори, что у нас теперь секс по расписанию. — не переставал ворчать Илья.

—Кто тебе такое сказал? — удивленно проговорила я.

—Ты. — коротко бросил в ответ Илья и открыл глаза.

—Я? — ошарашено заморгала я.

—Ты. — повторился Илья, шумно вздохнув.

—Нет. — опровергла все наезды на себя я. — Ты не давал мне спать всю ночь. Забыл?

—Забыл. — хитро улыбнулся Илья и, обняв меня правой рукой, провел указательным пальцем по линии моего тела, затем начал тискать мою правую грудь.

—Ах, что ты делаешь? — я почувствовала, что на меня снова начинает накрывать приливами жара и желания, и попыталась отстранить от меня Илью. — Илюш, перестань.

—У-у. — много значительно отрицательно покачал головой Илья и тихо добавил, шепча на ухо. — Сопротивление бесполезно.

Вот уж точно бесполезно. Илья начал меня целовать, обнимать, ласкать. Я устала. Мне хотелось, но не утром, не в ванной. Я не дала. Подразнила Илью и не дала. Тем не менее, он все равно выглядел довольным. Дело кончилось тем, что Илья сушил мне голову феном, потому что я была уже не в состоянии. Я спокойно сидела на пуфике, пока он ходил и сделать мне укладку «Дайсоном». Хороший фен, у меня идеально уложенное каре всегда получается. Не было бы этих священных насадок, Илья бы уже начал психовать.

—Это обязательно? Почему бы не сходить в салон? — проворчал Илья, делая мне кудряшки. — Ты же понимаешь, что в итоге ничего не получиться.

—Илюша, крути мне кудри молча, пожалуйста. — попросила я, лукаво улыбаясь. — С этим феном даже ребенок справиться.

—А я нет. — Илья сделал максимально измученное лицо. — Почему бы не в салон сходить? Правда, Дашка, ты постоянно экономишь.

—Да, экономлю. Я так привыкла. Разве это плохо? — развела руками я, скосив взгляд на Илью. — Я знаю, что ты меня искренне не понимаешь.

—Я зря тебе, что ли, говорил, что деньги, которые приносит твой бизнес – это только твои деньги? Все, что зарабатываю я, – это наше общее. — напомнил Илья, докручивая последнюю кудряшку. — Ты можешь потратить хоть все деньги на карточке.

Позиция Ильи такова, потому что он считает, что моя юридическая формочка приносит относительно небольшой доход, если сравнивать с его бизнес-гигантом. Ну, знаете, обороты у нее неплохие. Мы расширяемся. Теперь оказываем не только юридическое сопровождение, но занимаемся аутсорсингом. У нас есть два офиса: головной в Питере и поменьше в Москве. Это все мое, понимаете? Я начинала с нуля свое дело. Не спорю, мне очень помог Илья. Он дал денег, которые я ему уже вернула, опытных специалистов и номера телефонов тех, с кем я могу связаться по поводу развития. Я горда тем, что у меня есть моя компания, однако мы живем все равно на доходы Ильи. Куда я трачу свои деньги? Безусловно частично каплю. Я не знаю, что случиться в будущем, однако у меня должна быть подушка безопасности.

Вы не подумайте, я не собираюсь разводиться с Ильей, просто иногда понимаю, насколько не защищена. В жизни бывает столько разных ситуаций, к которым не возможно быть полностью готовой. Я хочу жить с уверенностью, что в случае чего смогу помочь себе и своей семье, то есть Илье и родителям. Поэтому я коплю деньги, делаю разного рода инвестиции, чтобы из них можно было спокойно извлечь финансы на жизнь. Илья не знает, что я откладываю на «Черный день». Он думает, что занимаюсь исключительно благотворительностью. Пусть так, чтобы его не терзали сомнения в том, что я в нем не уверенна. Уверенна, просто… Просто я чувствую, что так правильно.

—Не зря. Ты же знаешь, как я ценю то, что ты для нас делаешь. Давай закроем тему денег. Когда мы говорим об этом, я чувствую себя максимально неуютно. — улыбнулась я, расправляя кудри, когда Илья закончил, и поцеловала его в щечку. — Только взгляни, как круто получилось, а ты говорил, что не умеешь. Мне, может быть, приятно, кода ты обо мне сам заботишься.

—Обращайся. — Илья смягчился, его взгляд потеплел.

—Пойдем завтракать. — я обняла Илью в необоснованном приливе нежности.

—Я хочу кофе и круассан. — довольно хмыкнул Илья.

Наш с Ильей дом – это пентхаус с выходом на крышу. Сверху терраса. Мы любим выходить на нее и ужинать, встречать закаты или рассветы в обнимку под пледом. Привычка пошла еще со студенчества. Илья и я учились вместе на юридическом с первого курса. Сначала просто дружили, а какая дружба может быть без приключений? Шатались мы везде по молодости. Нам было по восемнадцать лет. Это сейчас мы все такие более-менее домашние, степенные, семейные. Не всегда так было. Ещё несколько лет назад с одной вписки на другую за одну ночь успевали, потом, бывало, на крышу залезали или того хуже по этим самым знаменитым питерским крышам скакали по темноте.

От скалолазания по крышам осталась только любовь к закатам и наша терраса на самой верхотуре. Мы квартиру покупали на самом высоком этаже с видом на исторический центр Питера, чтобы весь город как на ладони был виден.

"У тех, кто поступает по справедливости,

друзей не бывает".

Энтони Берджес

Взгляд Кирилла, когда он одевал мне на палец мое же обручальное кольцо не описать словами. Величия и красоты русского языка не хватит, чтобы сказать, сколько доброты и нежности было в этих невероятно добрых карих глазах. Я вспомнила былое. Я вспомнила, сколько всего хорошего между нами было. Эти моменты безудержной радости, неописуемого счастья, которыми я жила до того рокового вечера. Я так это любила. Любила до безумия. Любила до такой степени, что сошла с ума и наложила на себя руки. Моему сердцу так были дороги эти дни, когда Кирилл приходил с работы, целовал меня в щечку и рассказывал, как прошел его день. Возможно, это слишком по-обывательски просто, зато с душой. Чувства были. Любовь была. В общем-то все было.

Я почувствовала слезы, бегущие по щекам. Почему? Почему они бегут? Ах, точно. В груди кольнуло. На душе потеплело. Это странно. В груди будто что-то треснуло. Знаете, такое чувство, словно весной идешь по таящему льду, и он ломается и трещит под ногами. Я чувствовала то же самое. Кирилл поднес к моему замершему сердце свечку и пытается его растопить. Что будет, когда ледышки растают? Будет потоп. Слезы уже ручейком текут по щекам, потому что только так сходит снег. Мокро. Мокро, как ранней весной. Кирилл осторожно утер мои слезы и прижал меня к себе, веля плакать. Плакать так долго, пока слезы не высохнут. Я вцепилась в его спину двумя руками и уткнулась лицом в широкую грудь. Громкие всхлипы, протяжные, жалобные стоны вырывались из самой глубины моего сердца. Это плачет Лера Шведова. Она очень давно хотели, чтобы её пожалели, но не кто попало, а именно Кирилл Шведов. Тот самый человек, из-за которого она страдала.

Кирилл осторожно поцеловал меня в макушку. Успокоительный чмок. На миг я подумала, как все было бы хорошо, если бы его не обвиняли в убийстве папы. У нас снова могла бы быть семья, пусть морально я не оконца к этому готова, зато для Сонечки нет ничего лучше. Реальность пугала. Больше всего на свете я боялась быть одураченной. Вдруг Кирилл действительной убийца? Кто убийца? Что происходит? Я боюсь. Я реально боюсь за свою жизнь, но еще больше я боюсь за свою дочь. У меня уже был опыт похищения. Не хочу его повторять. Страх божий. Особенно, если похитят не меня, а кого-то из членов моей семьи. Даже думать не хочу. Ох, Лера, какие тебе в голову вообще мысли лезут?

—Лучше? — тихим, ласковым голосом спросил Кирилл.

—Ты всегда говоришь одну и ту же фразу, когда я рыдаю у тебя на груди. — промычала я, подтирая сопли и слезы. — Платочка не найдется?

—К сожалению нет, но могу предложить пододеяльник. Он все равно не особо свеж. — абсолютно спокойно предложил Кирилл и предложил уголок одеяла.

—Шведов, почему ты такой свин? — раздраженно выдала я, ведь предлагать мне пододеяльник в качестве носового платка как минимум бескультурно.

—Не знаю. Я просто очень находчивый. — заиграл бровями Кирилл.

—Поэтому твоя квартира напоминает свинарник. — пожала плечами я.

—Естественно, свинарник для свина. Не было времени вызвать клиниг. Очень жаль, что ты увидела нашу квартиру в таком виде. — Кирилл наконец признался в том, что он развел бардак дома. — Я могу все исправить одним звонком.

—Твое право. — попыталась вести себя отстраненно я.

—И это все? — Кирилл удивился скупости моей реакции.

—Да, все. — скрестив руки на груди, многозначительно кивнула я.

—Если с этим все, то мне надо обсудить с тобой один очень важный вопрос. — Кирилл сел по-турецки, слегка посерьезнев.

—Какие «очень важные вопросы» ко мне у тебя могут вообще возникнуть? — вскинула бровь я и кинула в Кирилла подушку, посмотрев «вниз». — Прикройся. Я твои позы в стиле ню разглядывать не собираюсь.

—Не будь букой, Зайка. Ворчание тебе не идет. — отмахнулся Кирилл и накинул себе на ноги одеяло. — Так вот, я хотел бы обсудить вопрос моего отцовства. Соня – моя дочь, которая, вдобавок, родилась в нашем с тобой браке, но на меня не зарегистрирована. Ты не находишь это как минимум странным?

—Нет, что-то не так? — включила «заднюю» я, состроив дурочку.

—Лера, на что ты вообще рассчитывала, когда нас знакомила? Я в жизни не поверю, что ты не продумала момент, что я захочу записать свою дочь на себя. — Кирилл видел меня насквозь.

—Продумала, поэтому ты ничего не знал семь лет. — в моем ответе прозвучала издевка, которая задела Кирилла.

—Ты до сих пор считаешь, что я отберу у тебя дочь? Как плохо ты обо мне думаешь, Зайка. — негодующе покачал головой Кирилл.

—Да, думаю. Ты непредсказуемый человек. Сегодня любишь, а завтра я уже лечу на подставку с вазой. Не отношения, а какие-то качели, Кирилл Сергеевич. — продолжила издеваться я.

—Слушай, хватит уже, ей Богу. Я пытаюсь поговорить с тобой о серьезных вещах. — попытался увести наш разговор в иное русло Кирилл.

—Ладно, ты серьезно хочешь удочерить Сонечку? Или как там это на юридическом языке правильно называется. — я смерила Кирилла строгим взглядом. — Ты забывал покормить Тедди, а тут ребенок. Соня – не собака. Если ты застрянешь на работе или сорвешься в другую страну, никто о ней не позаботиться кроме тебя.

—А как же мама? — нахмурился Кирилл.

—Мама – это хорошо, но мы абстрагируемся от нее. Тебя она уже вырастила и никому ничего не должна. Наша дочь – чисто наша ответственность, понял? — я была строга с Кириллом, потому что он не до конца понимает, что значит отвечать перед маленьким человеком, который в силу своего возраста зависим от родителей. — Слушай, может быть, ты просто будешь с ней играть, водить её в кино и дарить подарки, а? Это самый безобидный вариант для тебя. Затрат особо никаких: только время в выходной на нее найти и все. Сонечка довольна, и я точно знаю, что она в безопасности, сыта и здорова.

—Приплыли. — Кирилл шумно выдохнул и убрал руки за голову. — Меня это не устраивает. Ты совсем не рассматриваешь перспективу проживания со мной? Ты же обещала подумать.

—Кирилл, по-моему ты на меня несколько давишь. Для начала сделай так, чтобы с тебя сняли обвинения. — попыталась закрыть тему я, так как понимала, что исчерпала все внутренние ресурсы для продолжения разговора.

—Я жду звонка адвоката. Вчера ко мне приезжал следователь. Я сказал, что буду говорить только в присутствии адвоката. — пробурчал Кирилл, пытаясь кто-то поддержать нашу утреннюю беседу.

—И? Чего они от тебя хотели? — у меня сердце бухнуло в самые пятки и перестало биться.

—Вскрылись новые детали. Они хотели знать, как и при каких обстоятельствах меня подстрелил Дима. Скорее всего сегодня они попросят о встрече тебя. — Кирилл стал мрачнее тучи.

—Что ты им рассказал? — мои газа стали по два блюдца от удивления.

—Все, как было. — развел руками Кирилл. — Мне скрывать нечего, но они хотели знать подробнее о его отношениях с тобой.

—Ты сказал им, что он хотел меня изнасиловать? — коротко спросила я, ведь меня интересовало по большей части только это.

—Пришлось, извини. — Кирилл нервно сглотнул, зная, что это довольно личный и болезненный вопрос для любой девушки.

—Проехали, не извиняйся. Не ты, так я бы им об этом рассказала. Это нужно для дела. — отмахнулась я, не виня Кирилла. — Странно, что они вообще заговорили о Диме. Насколько я помню, ему еще долго отбывать срок. Статей у него было много… Как минимум еще лет пять точно он точно проведет в тюрьме.

—Эм, как раз уже нет. — Кирилл отвел глаза.

—Не может быть… — выдавила я, прикрыв рот рукой.

—Его выпустили по УДО три месяца назад. — продолжил шокировать меня Кирилл.

—Что нарыл следователь? — требовательно спросила у Кирилла я, начиная вникать в суть происходящего.

—По предварительным данным Диму видели с Ириной. Она встречалась с ним в парке на Патриках. Они попали на камеру у одного их ночных клубов. — Кирилл нервно провел рукой по волосам и погладил шрам на груди. — Это была вторая причина, по которой я решил напиться вчера. Ныло так, будто в меня только что стреляли.

—Боже, он же псих. — меня затрясло, а по телу побежали мурашки. — Он же мог моего папу… Он же может нас всех.

—Зайка, не паникуй. Это не доказано. Мало ли чего от Ирины хотел этот подонок. Может, ему деньги нужны. Ирина как раз ему задолжала. Логично, ведь он только откинулся, согласна? — Кирилл обхватил меня двумя руками за плечи, чтобы успокоить. — Эй, все будет хорошо.

—«Хорошо» понятие очень растяжимое. Сейчас тоже может быть «хорошо». — разозлилась я на ровном месте.

—Мне начать требовать программу защиты свидетелей? — Кирилл выглядел весьма озадаченным.

— Мне нужно позвонить. — я вскочила с кровати.

—Кому? Зачем? Куда? — задал три простейших вопроса Кирилл и уже крикнул мне в след, когда я скрылась за дверью в поисках телефона. — Зайка, вернись на базу!

Я проигнорировала все возмущенные требования Кирилла вернуться. В моей голове будто складывалась картина происходящего. Да, в ней есть некоторые неточности, зато четкая логика прослеживается. Смотрите, Дима отсидел, вышел и решил нам отомстить. Иначе каким боком здесь мой отец? Он не был настолько скандальным человеком, чтобы его хотело убить полгорода по каким-либо своим причинам. Враждуют по личным соображениям все, ведь люди не киборги, чтобы угождать друг другу, но убивать. Папа мог иногда резко высказаться, за это некоторые его недолюбливали. Некоторые считали моего отца хвастуном. Что ж, все мы не без греха. У Димы есть серьезный мотив в отличие от всех остальных. Так, стоп. Вы же не в курсе. Давайте отмотаем время на десять лет назад.

Начну, пожалуй, с того, что случилось после нашей с Кириллом свадьбы. На Диму завели уголовное дело. Это само собой. Похищение. Попытка изнасилования. Даже две попытки. Неудавшееся убийство. На нем висело слишком много грехов. По крайней мере так было написано в протоколе, который нам показали. На суде мы не присутствовали. Кирилл и я дали показания и решили в это дело больше не лезть. Всем занимались адвокаты, представлявшие нас по доверенности на заседании. Судили Диму по всей строгости. Все-таки дело очень громкое. Нас с Кириллом приглашали на телевидение, но мы отказались. Деньги из беды мы делать не будем. Причем здесь мой отец? А при том, что папа вмешался в следствие и потребовал для Димы высшей меры наказания. Мой отец был очень влиятельным человеком со связями, так что ему это не составило труда. Плюс, доказательств выше крыши. Следствию удалось найти записи с камер видео-наблюдения, на которых было четко видно, как Дима идет за мной до метро от ЦУМа и затаскивает мое тело в машину.

Вызывали подозрения лишь мои отпечатки на пистолете. Согласна, не стоило его трогать, однако ситуация не позволяла медлить. Вдруг это я стреляла, а Кирилл меня выгораживает? Такую версию разрабатывали, но криминалисты провели баллистическую экспертизу и установили, что, судя по ранению, в Кирилла стреляли с нестандартной высоты, то есть снизу, что сходилось с моими показаниями. Дима сидел на стуле, а достать пистолет смог из-за того, что мы не очень туго его связали и не обыскали. С меня сняли подозрения. Не виновна. Во время дачи показаний Ирина, естественно, отрицала, что получила от Димы деньги. Сделка была совершена наличными. Никаких доказательств того, что меня продала мачеха, нет и быть не может. Торговля людьми в Российской Федерации запрещена, вообще-то, хотя этим богатеньким уродам невдомек. Милена призналась, что замечала нездоровое поведение Димы и его попытки домогательства. Правда, она оправдала себя тем, что сама боялась к нему даже близко приближаться, поэтому никому ничего не рассказывала. Папа воздержался от комментариев.

Диму осудили. Прокурор требовал двадцать лет. Папа постарался. Плохо было лишь то, что адвоката Диме нашли дорого и мощного. Сильная сторона обвинения столкнулась с умелой защитой. Срок скостили. В общей сложности ему дали семнадцать лет колонии строгого режима. Странно, что не пожизненное. Чуть не угробили Кирилла! Не понимаю, как его вообще признала вменяемым судебно-психиатрическая экспертиза. Я подозреваю, им заплатили. За деньги можно купить кого угодно. После вынесения приговора адвокат пытался его обжаловать, однако суд отклонил все ходатайства. Дима сел. Кирилл и я успокоились, ведь нам ничего не угрожало. Мы начали жить обычной жизнью, предпочтя выкинуть те жуткие события из памяти. Видимо, очень зря.

Теперь, когда вы в курсе дела, вернемся к нынешней ситуации. Смотрите, папа был тем, кто топил за то, чтобы Диму осудили по всей строгости закона. Именно из-за него этого психа посадили на семнадцать лет, то есть Дима точил на моего отца зуб. Странно, что папу нашли мертвым в своем кабинете. Никаких признаков насилия на его теле не найдено. Тогда как Дима мог его убить? Если подумать, то со слов Кирилла он вышел по УДО три месяца назад. Это как минимум уже значит, что Дима следил за моей семьей. Более того, Дима знал, что Кирилл регулярно посещает кабинет моего отца. Подстава ли это? Очевидная. В то утро Кирилла ждали с капканом.

Вопрос состоит только в том, как Диме удалось все это провернуть? Вот тут многое не ясно. В МИД не пройти просто так, когда захочется. Вход исключительно по пропускам. Экскурсий туда тоже, уж извините, не водят. Даже меня не пускают в кабинет отца, хотя я в данной структуре не последний человек. Нужно инициировать служебное расследование. Я буду требовать, чтобы сотрудников департамента, в котором служил мой папа, проверила Служба Безопасности. Как хорошо, что сегодня приезжает Миха. В московском МИДе он своей и уж точно как-нибудь проведет меня в кабинет.

Хорошо, предположим, что Дима действительно подставил Кирилла с убийством моего отца. Тогда, кто топит его бизнес? Пожалуй, это второй момент, который не дает мне покоя. Кто? Зачем? Как? Кирилл проиграл тендер. До сих пор не могу в это поверить. Шведов не проигрывает. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Даже если этот человек сломает ногу, то он будет вести переговоры из больницы. Он слишком упрямый. Собственно, почему я оказалась с ним в одной постели? Потому что Кирилл захотел, чтобы я его простила. Ладно, не простила, хотя бы попыталась. Сам факт, что этот человек добился перемирия в наших отношениях. Понимаете? Он не мог профукать свою очередную «сделку века». Не по Шведову это все. Предполагать, что Дима является виновником финансовых потерь Кирилла, объективно не стоит. Вряд ли кто-то станет ему помогать, зная о его судимости. Опасно. Опасно. И еще раз опасно. Никто не рискнет. Зачем рушить свою жизнь ради помощи этому психу?

Думай, Лера, думай. Кому еще мог насолить Кирилл? Кто его так сильно ненавидит? С учетом всего, что случилось между нами в прошлом, такое вполне могла подстроить я, но это точно не я. Как насчет моего отца? Верилось с трудом, однако версия рабочая. Нужно изолировать своих личных интересов и рассуждать холодной головой. Если это окажется домыслами, я порадуюсь. Если нет, подумаю как это пережить потом. На данный момент ясно, что Кирилл не убивал. Он просто оказался не в том месте и не в то время. По всей видимости, учитывая прошлый конфликт, его подставил Дима. Теперь кто-то пытается разрушить бизнес Кирилла. Вряд ли это дело рук Димы. Слишком очевидно. Вот мой папа вполне мог, чтобы отомстить за меня. Боже, я рассуждаю как следователь из детективного сериала.

Я присела на диван и начала массировать виски. Голова пухнет. Столько вопросов, и так мало ответов. Я нашла на столе свой телефон. Черт, Миха звонил. А который час? Полдень!? Ну, нет. Шведов. Бесит! Я поняла, что надо звонить детективу. Или? Ой, блин. Мне же досье на каждого еще вчера прислали. Следом за мной в гостиную затащился Кирилл:

—Ради чего ты покинула нагретое местечко?

—Ноутбук есть? — выплюнула я, ничего не объясняя.

—Есть. Нести? — кивнул Кирилл, томно вздохнув.

—Ты даже не спросишь, для чего он мне нужен? — многозначительно хмыкнула я, хитро улыбнувшись уголком рта.

—Когда ты так улыбаешься, лучше не спрашивать. Ты что-то задумала, моя хитрая Зайка. — прекрасно прочувствовал ситуацию Кирилл.

—Да, именно. Неси компьютер и садись рядом. — бросила я и осталась дожидаться Шведова в гостиной.

Кирилл вернулся быстро с включенным ноутбуком. Я ввела логин и пароль от своей личной почты, нажав на флажок «чужой компьютер». Читать будем вдвоем. Все-таки в Москве меня не было уже давно, зато Шведов здесь проживает постоянно и в курсе того, чего не хотела слышать я. Мнение это человека сейчас играет роль. Плюс, теперь я более чем уверена, что он не убийца.

—Зайка, сейчас обидно было. Ты меня подозреваешь! — огорченно выдал Кирилл, когда заметил у меня на почте досье.

—Уже нет. Это для общего развития. Если хочешь, закажи у детектива и на меня тоже такую папочку. — отмахнулась я и открыла файл с названием «Ирина». — Начнем? Сейчас мне важно знать, что ты сам об этом думаешь. Вдруг слышал какой слушок.

—Зачем? Катюха на тебя быстрее информацию нароет, чем все детективные агентства вместе взятые. — усмехнулся Кирилл и пододвинулся ко мне поближе.

В досье оказалось очень много всего интересного. Я и не думала, что последние пять лет Ирина жил насколько затрапезно и забыто. Скажем так, её положение начало стремительно ухудшаться ровно в тот момент, когда они с моим отцом неофициально разъехались. Разрыв произошел после суда над Димой. Папа выгнал её из дома, так как времени прошло уже очень много, то и деталей получилось найти мало. Примем как факт. Десять лет мой отец и Ирина фактически вместе не живут. Логично, что со временем слухи о негласном разрыве просочились в общество. Ирину стали меньше приглашать на публичные мероприятия. Из светской львицы капля за каплей она начала превращаться в изгоя. Папа фактически забросил Ирину. Денег на её счет в банке стало поступать все меньше и меньше, из-за чего этой женщине приходилось жить, затянув пояса. Больше никаких изысков светской жизни.

Ирина привыкала рассчитывать свои финансовые возможности, что явно её раздражало. В связи с этим она пыталась вернуть отца, то есть свою безбедную, беззаботную жизнь. В файле присутствует пару слов о скандалах с папиным непосредственным участием, которые учиняла Ирина. Зачем? Это были неудачные попытки помириться с отцом. Полагаю, она говорила ему не то, что он хотел услышать. Скандалы помогала замять Елена Александровна. Когда мы с Кириллом увидели её имя, то переглянулись. Не ожидали. Что ж, я рада, что у них сложились дружеские отношения, пусть сначала они не заладились. По крайней мере у папы был один очень хороший друг.

В середине июля этого года папа официально объявил о разводе. Видимо, состояние неопределенности и его наконец достало. Вопрос лишь в том, почему он не поделился этим со мной? Я бы его поддержала. Я вообще надеялась, что папа найдет себе какую-нибудь хорошую женщину, с которой ему будет так же хорошо, как с мамой. Ну, не все же такие злые ведьмы, так ведь? Материальное положение Ирины оставляло желать лучшего. На еду, одежду и даже на развлечения ей хватало. Кофточку или сумочку за сто тысяч рублей в бутике «Гуччи», конечно, уже не потянуть, зато вариант побюджетней вполне. Помню, были времена, когда и мне приходилось поэкономить в Америке. Ничего плохого в этом не вижу. Надо просто научиться жить по средствам или искать работу. Ни первого, ни второго Ирина делать не собиралась, пока не поняла, что ей не удасться оплатить услуги юриста.

При разводе папа собирался оставить ей по мелочи так, чтобы удовлетворить требования законодательства. Правда, половину своего имущества он успел переоформить на меня. Да, вы не ослышались. Он как чувствовал. Донимал меня всю весну этими бумажками. В американском посольстве самый завал, и папа просит поставить электронную подпись на бумагах, которые мне его юрист по почте выслал. Что-то вообще Соне отписал. Видимо, готовился к разводу, чтобы не делиться с Ириной.

Знаю, вы, наверное, были удивлены, когда узнали, что в завещании папа ничего не оставил Милене. Выглядит это ве, конечно, не особо справедливо, но, позвольте, я поясню. Когда Мила выходила замуж, папа сделал ей весьма дорогой подарок, а точнее переоформил на её имя один свой маленький бизнес и небольшое помещение свободного назначения в центре Москвы. Сами понимаете, насколько велика стоимость полученной недвижимости. Я бы сказала, что он подарил это все от чистого сердца. Теперь Милена занимается ресторанным бизнесом и параллельно открыла свое издательство под началом Елены Александровны. В совокупности два небольших дела приносят ей хороший доход. Мила теперь устроена. Папа смог спать спокойно, ведь, случись что, она не останется на улице с пустыми карманами, как это произошло со мной.

Сейчас я понимаю, насколько волновался обо мне отец. Раньше я думала, что в лучшем случае мне достанется одна тысячная часть наследства. Все остальное разделят между собой Ирина и Милена. Как странно получается. Им не досталось фактически ничего. Ирине, как вдове, выплатили пшик. Папа очень позаботился о том, чтобы я смогла безбедно жить и при этом имела родную крышу над головой. Он оставил мне не только недвижимость, но и все активы, включая чрезвычайно ценные бумаги – привилегированные акции и облигации. Это далеко не одна вшивая бумажка, их там много. Когда я увидела на какую цифру оценивается полученное в наследство состояния, у меня глаза на лоб полезли. Эх, папа, ты столько всего заработал, а пожить и попользоваться всем этим не успел. Мне обидно за своего отца, потому что в отличие от меня он знал, как использовать свое состояние с умом. Просто уехать в Америку, убежав от наболевших проблем, уже не мой фасончик, хотя… Ох, что-то я отошла от темы.

Насколько мы с Кириллом вычитали, Ирина собиралась судиться с моим отцом из-за имущества. При разводе должно быть все напополам. Она знала, что папа поделил с ней далеко не все. Вот ведь алчная стерва. От прочитанного далее у нас поползли вверх брови от удивления. Ирина снялась в рекламе? Не просто в рекламе, а в рекламе косметики для тех женщин почтенного возраста, кому уже за шестьдесят. Она стала лицом бренда!? Боже, какой это для нее позор. Самое главное, что жажда денег толкнула её на это, чтобы оплатить услуги адвоката. Поворот так поворот. Правильно говорят, что своего врага надо знать в лицо, иначе никак. Суд не состоялся. Папу в кабинете нашли мертвым, что Ирине оказалось на руку. Как вдова, она могла получить больше, чем если бы судилась с моим отцом. Не прокатило. Папа и здесь подстраховался и составил завещание. Пожалуй, это слишком для меня.

Вернемся в «сегодня». Я бы даже сказала, что в «сейчас». Накануне, за пару недель до смерти папы, к Ирине домой начал захаживать странный тип. Соседи отметили, что Ирина не обрадовалась его появлению и даже грозилась вызвать полицию. Незнакомец нагло ломился в квартиру и угрожал расправой, если не откроют. Собственно, поэтому соседи его и заполнили. Шум стоял на весь подъезд. Кому это понравится? Собственно, поэтому его и запомнили жильцы. Бабульки у подъезда даже описать смогли. Худощавый брюнет с наколками на руках и фразочками, как будто он только откинулся. Все сходиться. Ирина резко начала хвататься за любую работу. Потребность в деньгах увеличилась вдвойне.

—Я даже знаю, для чего Ирине резко понадобились деньги. — задумчиво хмыкнул Кирилл.

—И я. Ирина задержала Диме круглую сумму. — согласилась я и в ответ спросила. — Ты видел что-нибудь странное в тот день?

—Нет, я и сам много об этом думал. — Кирилл устало потер висок. — Хотя единственное, что я тогда заметил, когда секретарша вносила нам с твоим отцом кофе, она сильно нервничала и постоянно смотрела на чашки. Я не предал этому должного значения. Мало ли, вдруг это что-то сугубо её личное.

—Очевидно, боялась перепутать. — задумчиво закончила я и сорвалась с места. — Мне нужно ехать.

—Куда?! — опять вскрикнул Кирилл.

—К Михе. Он обещал провести меня в папин кабинет. — фыркнула я и пошла одеваться.

—Ты серьезно думаешь, что вам удасться туда пройти? Лер, кабинет вероятнее всего опечатали. — усмехнулся Кирилл, скрестив руки на груди.

—А вот об этом я не подумала. Ты бываешь хоть иногда полезен, Шведов. — подстегнула Кирилла я.

—Работаю на благо партии. — в шутку бросил Кирилл, оказавшись у меня за спиной, прижал меня к себе. — Зайка, не ввязывайся в это дело. Становится опасно.

—Ты боишься? — спросила я, застыв на месте, а мое сердце забилось чаще.

—Да. — тихо буркнул Кирилл, поцеловав меня в затылок. — Я боюсь, что с тобой случится беда. Если это все Дима, то он точит зуб и на тебя.

—И что ты предлагаешь? — я не знала, как реагировать на просьбу Кирилла. — Давай подождем, пока твоя жизнь рухнет.

—Она уже рухнула. — отмахнулся Кирилл. — В ней нет тебя, а, значит, и смысла.

—Ты себя недооцениваешь. — мне стало смешно, как узко мыслит Кирилл по поводу наших отношений.

—В каком смысле? — Кирилл начал возмущаться. — Мне не приятно, что вокруг тебя крутиться столько мужчин.

—Тебе пора привыкнуть, что центром моей Вселенной тебе уже не стать. — отмахнулась я и пошла на второй этаж собирать свои вещички.

—Это с какой стати не стать? — Кирилл забил себя в грудь от ревности.

—Твое место семь лет назад заняла одна маленькая кудрявенькая девочка, которую на тебя я точно не променяю. Ты же не будешь ревновать меня к собственной дочери? В противном случае кому-то пора лечиться. — сказала я с нежностью, собирая свое барахло по спальне.

—Это не то, что я имел в виду. — пробурчал Кирилл, хрустя пальцами в бешенстве. — У тебя есть американец. Или ты думала, я не знал до того, как услышал эту чудесную новость от тебя?

—Так вот, что тебя так злит. Я вообще не понимаю, как мы к этому разговору пришли. — вскинула руками я, повернувшись к Кириллу, который присел на кровать. — Я не буду утешать твое Величество клятвами, что ты у меня один единственный.

—Жаль, ты, вот например, у меня одна. — распетушился Кирилл. — Что ты в нем нашла? Я хочу услышать это от тебя. Три года уже гадаю.

—В ком? В Джейсоне? — удтвленно перспросила я.

—Да, в твоем Джейсончике. — намеренно исковеркал имя моего недобойфренда Кирилл и раздраженно закатил глаза.

Давайте посмотрим правде в глаза, Джейсон в последнее время меня подбешивает по многим причинам. Хорошо так подбешивает, я бы даже сказала, но Кирилл пока не должен об этом знать.

—Ну, он спокойный, терпеливый, еще настоящий джентельмен. Он умеет слушать. Никогда не опаздывает к ужину, если мы запланировали, и не отменяет наше свидание в последний момент. С ним я чувствую себя настоящей женщиной. Он еще не забл ни одной даты и помнит про все наши праздники. — приукрасила действительность я и осознала, что создала неплохую противоположность Шведова.

—У него есть крылышки и нимб над головой? — со злым сарказмом выдал Кирилл, пытаясь держать себя в руках.

—Нет, а должен быть? — спросила я и начала натягивать на себя нижнее белье. — Отвернись.

—Ты шутишь? Я уже все давным-давно видел. — бросил Кирилл, не желая уходить от темы. — Между прочем я тоже спокойный, терпеливый джентельмен, который готов тебя всегда выслушать и понять.

—Таким ты был в самом начале, если что, а в конце забыл про мой праздник. — напомнила я, стащив с кровати одело, чтобы Кирилл не подглядывал и не возбуждался, раз не хочет уходить.

—Я все компенсировал! — возмутился Кирилл, еще себе оправдания.

—Факт остается фактом. Не придуривайся. — я смогла натянуть на себя нижнее белье, преодолевая неудобство.

—Жаль, что этого урода здесь нет, я бы ему быстро вставил по-русски, как чужих жен соблазнять. — Кирилл начал угрожающе потирать кулаки и показывать мне свои мускулы.

—Эй, жалкое подобие Рембо, ты лучше сиди тихо, чтобы не нажить дополнительных проблем. — цыкнула на Шведова я с целью унять эту нелепую демонстрацию силы. — Мне хватает того, что ты и так на людей с кулаками без повода кидаешься.

—Поверь, Катерина самым беспощадным образом уничтожила эту мою дурную привычку. — Кирилл сконфуженно потер затылок.

—Очень надеюсь, что воспитательные работы прошли в безжалостной форме и ты запомнил их на все оставшуюся жизнь. — хихикнула я, закончив одеваться.

—Тебе интересно, что она со мной делала? — вдруг задал весьма любопытный вопрос Кирилл.

—Нет, не очень. — отмахнулась я, пытаясь быть безразличной.

—А я все равно расскажу. — Кирилл заметил, что я пытаюсь его игнорировать. — Дело было, когда я понял, что натворил: у всех попросил прощения, с мамой помирился. Теперь я, кстати, знаю, что у мамы на камине стоит фото Сони. После моего появления она прятала эту фоторамку от меня.

—И? Простили тебя, хотя я даже не представляю, насколько надо быть великодушным человеком, чтобы тебе «такое» простить. — саркастически усмехнулась я и, посмотрев на себя в зеркало, ругнулась, так как видок оказался тот еще. — Oh, shit.

—Ну, будь великодушна, а? Блин, Зайка, ты же знаешь, что я не шарю в этих ваших английских ругательствах. — Кирилл явно почувствовал себя ущемленным из-за того, что я заговорила на другом языке.

—Тем не менее, до тебя дошло, что это ругательство. Вот то же самое я и сказала. — отмахнулась я, пытаясь реанимировать поплывшую тушь и распутать волосы.

—Так вот, с твоего позволения я продолжу. — Кирилл сел по-турецки на кровати и, получив мой быстрый кивок, заговорил вновь. — Олег решил мне отомстить. Он прислал видео с твоей конференции, и я не выдержал и ушел в запой. После того, как меня откапал врач какой-то хренью, мама передала меня в руки Катюхе. Она надо мной издевалась и даже заставила пойти к психологу, а еще заставила сразу после попойки полы мыть. Я чуть не сдох со шваброй в руках.

—Шведов, не дави на жалость. Кроме прогрессирующей язвы, иных изменений я в тебе не заметила. — отмахнулась я и посмотрела на себе в зеркало. — Ну, как я выгляжу?

—Я не давлю. Просто осведомляю о проделанной со мной работе. Счет-фактурку подпишешь? — Кирилл пытался быть оптимистом и често ответил, взглянув на меня. — Без макияжа лучше.

—Ну, знаешь, надо ж как-то недосып и стресс замазывать. — закатила глаза я и схватила в руки телефон. — Надо вызвать такси.

—Валерия Андревна, не скидывайте всю вину на меня! — вскочил на ноги Кирилл, пытаясь оправдать себя. — Вы могли бы и сами попробовать помирится. Катюху на меня натравить, например, а не убегать за тридевять земель.

—Шведов, еще одно слово, и твой второй шанс официально аннулирован. — прикрикнула на Кирилла я.

—Заткнулся. — пробубнил себе под нос Кирилл, погрустнев.

—Да, будь добр. — тяжело вздохнула я и решила наконец стать к нему чуточку добрее. — Знаешь, я рада, что ты пытаешься. Это не пустой звук.

—Правда? — смущенно улыбнулся Кирилл.

—Возможно, это прозвучит некрасиво, просто я так сразу не могу. Ты понимаешь, о чем я? — призналась я и позволила Шведову приблизиться ко мне ближе.

—Какое облегчение. — выдохнул Кирилл и нежно погладил меня по щеке. — Будь очень осторожна, хорошо?

—Хорошо. — я откликнулась на ласку Кирилла нежной улыбкой.

На этом мы попрощались. Сколько разных тем нам удалось охватить в одном разговоре за маленькое утро? Просто немыслимо. Я иногда не в состоянии решить банальный вопрос, а тут столько всего. Многозадачность – это хорошо, однако сейчас следует сконцентрироваться на чем-нибудь одном. Сейчас все выглядит так, будто я уже отошла от смерти отца. Нет, совсем нет. Мне просто некогда горевать. Это не значит, что потом боль пройдет, потом, наоборот, мою «платину» прорвет. Я знаю. Жаль, что нельзя подготовиться. Голова кругом. Больше нечего добавить. Реальность оказалась запутаннее, чем мне бы хотелось.

Миха назначил мне время, когда он может со мной поговорить. Какой деловой стал. Даже удивительно, как все изменилось в нашей жизни. Раньше он был бедным «энтузиастом», а теперь поднялся до высокой должности в МИДе при условии, что мы ровесники. На самом деле ранги у нас примерно одинаковые, только я авторитетна за пределами нашей общей Родины. Миха состоялся здесь. Женился на ком-то получше, чем Тина. Правда, его тянет на девушек с необычными именами. Бывшую звали Тина, а жену – Кира. Я не осуждаю, просто куда подевались Светы, Даши, Саши, Маши и Наташи? Где знаменитая русская краса? Где на худой конец балалайки и бусы? Ай, не важно. Это, так, мои личные наблюдения. В Москве люди хотят косить под американцев и европейцев. Я же так устала от чужой культуры, поэтому немного разочарована. Хочется своего.

Подъезжая к МИДу, я прикидывала список вопросов, которые хотела бы обсудить с Михой. Очень полезная привычка, когда ты дипломат. Мне иногда кажется, что дипломат – это тот же хитрый журналюга, который постоянно взаимодействует с людьми и должен подмечать всякие детали, потом делать выводы, чтобы склонить собеседника в пользу того или иного решения. Своего рода профессиональная деформация. Иначе мое нынешнее поведение никак не назвать. Так, вернемся к делу. Для начала надо поросить Мишу проводить меня в кабинет отца. Кирилл правильно заметил, что он опечатан, а ломать печать незаконно. Тем не менее, приемную и рабочее место секретарши мы осмотреть сможем.

Что я ожидаю услышать, найти, увидеть? Наверное, следует поискать то, чем травили моего папу. Нужно как следует обсмотреть место, где секретарша готовила кофе. В принципе будем действовать по обстоятельствам. Сам факт того, что Ирина каким-то местом причастна к отравлению. Я боюсь, что это все она.

Быстрым шагом я поднималась до кабинета Михи. Боже, опять эти бюрократические процедуры.

—Вы к кому? — спросила секретутка весьма надменно.

Я не могу понять, почему все эти необразованные стриптизерши такие хамоватые. Боже, за что мне все это, а? Какая бесячая ситуация.

—К Михаилу Семеновичу. — вздернула носиком я весьма сдержанно.

—Вам назначено? Михаил Семенович очень занят. Он только вернулся из командировки и ждет очень важного гостя. — спросила секретутка и достала из ящика стола палочку для ногтей.

Я проигнорировала и набрала напрямую своему лучшему университетскому другу:

«Алло, Миха, здравствуй. Тут такое дело, девушка на входе утверждает, что ты очень занят».

Миха бросил резко трубку, что я аж потеряла дар речи, но виду не подала. Вдруг распахивается дверь его кабинета.

—Валерия Андревна, что ж ты не заходишь? Я уж заждался. — Миха радостно кладет руки мне на плечи.

—Девушка не пускает. — кивнула я на секретаршу, заставив её выронить из рук пилочку.

—Света, не ожидал от Вас такого. — нахмурился Миха, смерив секретаршу недовольным взглядом.

—Простите, Михаил Семенович. Не знала, что она к Вам. — зашипела секретарша, привстав.

—Зря-зря, отец Валерии Андреевны, ныне покойный Андрей Викторович Розов, был начальником нашего департамента. Впредь проявляйте уважение. — Миха звучал угрожающе, хотя визуально и не скажешь, что ему не нравилось отношение своей же секретарши.

Девица додумалась, что накосячила. Вряд ли ей хватит ума извиниться. Вместо этого она, будто страус, низко опустила голову. Миха закатил глаза, издав томный вздох, и буквально втащил меня в свой кабинет. Я осмотрелась. В сравнении с местом работы Шведова было несколько скромновато: блеклая, серая офисная мебель, высокие полки с документами, парочка комнатных растений и портрет президента над массивным кожаным креслом на колесиках. Куда ж без портрета-то, правда. В России живет. Я отодвинула стул и села за стол поближе к Михе. Он тоже устало плюхнулся в свое кресло со словами:

—Как ты, Лерка? На похоронах толком и поговорить не успели. Выдернули в срочную командировку. Ты уж извини.

—Ничего, я понимаю. Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что его больше нет. Мне иногда кажется, что он вот-вот позвонит. — я нервно сглотнула, сдерживая слезы. — Ты сам-то как? Как жена?

—Я в порядке. Вот, видишь, хорошо устроился. Все благодаря Андрею Викторовичу. — Миха скорбно улыбнулся, сжав обе руки в один кулак и уложив его на стол перед собой. — Он был моим наставником: взял меня к себе в департамент, когда я долго не мог найти работу после Универа, сам всему меня лично обучал, многое подсказывал. Я ему обязан тем, что сижу в этом кресле.

—Вот как… — тихо произнесла я, сморгнув слезы. — Я рада, что ты смог воплотить все свои мечты и амбиции в жизнь.

—Да, так и есть. Сейчас я и впрямь больше не тот бедный студент с бесполезными мечтами. — Миха усмехнулся и, оторвав взгляд от своих рук, посмотрел мне в глаза. — Насколько я понимаю, ты хочешь пробраться в кабинет Андрея Викторовича?

—Правильно понимаешь, но дверь скорее всего опечатана, так что план несколько изменился. — уточнила я, почувствовав облегчение, когда мы сменили тему.

—Излагай. — коротко ответил Миха. — Я не меньше тебя заинтересован в том, чтобы поймать настоящего убийцу.

—То есть ты не веришь, что отца убил Кирилл? — для ясности уточнила я.

—Без сомнений Шведов конченный ублюдок, но мы с ним знакомы достаточно давно, чтобы ратовать за его невиновность. — многозначительно подкупил свой ответ Миха.

—Спасибо, Миха. — лучших слов я не смогла подобрать. — Спасибо.

—Не нужно. Я всем обязан твоему отцу. Теперь приглядывать за тобой – это твоя обязанность. — Миха встал с кресла. — Пошли инспектировать территорию.

В кабинете отца в МИДе я появлялась достаточно редко. Нет, всего раз пять. Это не шутка. Самый первый раз, когда была жива мама. Со мной некому было посидеть, поэтому папа взял меня с собой на работу. Я сидела тихо-тихо и рисовала на листочках всякую всячину. Второй раз уже после маминой смерти до того, как мы наняли на работу тетю Свету. Весь департамент бегал меня подбодрить и приносили шоколадные конфетки. Когда я была школьницей, бремя выбора легло на мои плечи тяжким грузом, папа провел мне экскурсию по своей работе. Не сказать, что я не знала, чем именно занимается мой отец, просто посмотрела на знакомую профессию по-новому. Зацепила атмосфера. Заинтересовал трудовой процесс. Понравилась возможность путешествовать. Я поступила в МГИМО не из преемственности поколений, хотя папа сиял от счастья. В его голове возникла идея династии дипломатов Розовых. Это было бы здорово, однако мало вероятно. Сонечка не дипломат. По складу ума она больше похожа на бизнесмена Кирилла Шведова, а там посмотрим.

Сотрудники департамента удивленно косились на меня. Помнят, что ли? Да, нет, быть такого не может. У папы я практику не проходила. Меня взяли в Париж. Ах, мое американское посольство. Почему-то я скучаю по своему месту работы, по своей спальной улочке Вашингтона. Это нечто особенно замечательное. Стены российского МИДа оказались чужими, пусть здание величественнее и красивее, только все равно не то. Не то, потому что кажется чужим. Я уже это говорила, меня просто давно здесь не было.

—Андрей Викторович очень тобой гордился. Он еще долго ходил в приподнятом настроении и всем улыбался. — пробубнил Миха, заметив мое недоумение.

—Хорошо, наверное. — растерянно проговорила я. — Ты же знаешь, папа раньше никогда особо меня не баловал похвалой.

—Ладно тебе. Твой отец очень старался выгородить тебя перед руководством. — неожиданно было услышать эти слова от Михи. — Это прозвучит грубо, но ты многого на самом деле не знаешь.

—Охотно верю. — однозначно согласилась я, так как действительно начинала замечать, что Москва за семь лет без меня сильно изменилась.

Мы дошли до приемной отца. Здесь ничего не изменилось: парочка кресел у двери, островок под названием «чай-кофе», парочка шкафов с документами и, собственно, стол секретарши. За ним сидела дама, которую взяли на работу по звонку. Эта девушка производила впечатление той самой раздолбайки, которая пыталась получить высшее образование, но что-то пошло не так. Пошло не так по многим причинам. Хотя бы прогулы? Чем не повод для отчисления для той, кого заставил учиться богатый папенька. Теперь в наказание её отправили постигать кнут и соль этой суровой жизни: заблокировали банковские карточки, отобрали наличку, лишили жилья и ключиков от дорогущей иномарки и выперли на улицу с соткой в кармане и свитером за три копейки. Разумеется, в воспитательных целях. Все под контролем.

Видимо, папа подал кому-то знак доброй воли на свою голову, раз согласился дать работу. Чутье на приключения подсказывало мне именно так. Только зачем тогда травить отца? Черт, деньги… Я так и не прочла все досье. Если мне не изменяет память, на эту девицу там тоже имелся файлик. Читать уже нет времени. Нужно опросить секретаршу и осмотреться. Бросив быстрый взгляд на дверь в кабинет, я увидела сургучную печать и синенькую подпись. Драть казенную печать в казенном заведении – это слишком рискованно.

—Анжелика, доброе утро. — начал Миха, пытаясь быть приветливым.

Сейчас согласна. Как говорят автомобилисты, не подмажешь, не поедешь.

—Доброе утро, Михаил Семенович. Что-то хотели? — секретарша вела себя сдержано и немного осторожничала, так как тут же подобралась, сидя в своем кресле.

—Да, это Валерия Андреевна – дочь Андрея Викторовича. — представил меня Миха.

—Анжелика, очень приятно. — секретарша занервничала, хотя я еще не обозначила цель своего визита.

—Очень приятно, Анжелика. Я бы хотела забрать некоторые папины вещи из его кабинета. Могу ли я это сделать? — начала косить под дурочку я.

—Эм, Вы же сами видите, дверь опечатали. — девица кивнула на входную дверь.

—Ох, точно. Простите, забыла очки дома. — наигранно растерялась я и добавила. — В последнее время все буквально из рук валиться. У меня до сих пор в голове не укладывается, что папа… Я так сожалею, что не смогла увидеться с ним. Он никогда в наших разговорах не жаловался на сердце. Если бы я только знала…

Вот здесь-то я и пустила слезу. Слеза скорби и печали настоящая, а в остальном мои действия не более чем просто игра, чтобы вызвать к себе жалость и разговорить секретаршу. Я зашмыгала носом и утерла слезы с глаз. Миха все понял и сыграл заботливого друга:

—Лера, не плачь, пожалуйста. Андрей Викторович не хотел бы, чтобы ты плакала.

—Прошу, присядьте. — секретарша растеряно указала на стульчик. — Хотите чай или кофе? Вам нужно успокоиться?

—Да, прошу Вас. Вы так добры. — кивнула я, достав из сумочки носовой платочке, начиная истерить сильнее.

—Чая нет, но я сейчас сбегаю и принесу! Подождите секундочку. — воскликнула секретарша, испугавшись, что мне сейчас пополохеет совсем.

Как только девица на каблуках скрылась за дверью, громко топая каблуками, я тут же успокоилась и сосредоточенно шёпотом произнесла:

—Она ушла. Ты ищи за столом, а я – в том углу, где стоит чайник.

Миха кивнул, и мы разбежались в поисках улик. Я внимательно осмотрела кофейный островок, но ничего особо подозрительного не заметила. Единственная вещица, которая меня смутила, – это сахарница. Казалось бы, Лера, ты совсем тронулась? Что такого в сахарнице? Нет, примечательно то, что ни в одном офисе не встретишь сахарницу с сахарным песком. Мы же не в нулевых или каком-нибудь провинциальном офисе. Держать сахарницу, в которую любой желающий может тыкнуть своей ложкой в наши дни как минимум негигиенично. Обычно, либо тебе приносят запечатанные пакетики в четкой граммовке, либо спрашивают количество кубиков. Используя все тот же носовой платок, я сняла керамическую крышечку сахарницы и ложкой поковырялась внутри. Что это за мелкие крупицы белого порошка, которые заметно выделялись на фоне более крупных кристалликов сахара? Я нагнулась вниз и открыла тумбочку. Ага, вот и кусковой сахар. Значит ли это, что песочек предназначался только для моего отца, раз он стоит у всех на виду? Не долго думая, я оторвала листик от какого-то документа из сумки и ссыпала туда содержимое сахарницы, затем вернула через платочек крышку на место.

Пока Миха ковырялся с бумажками на столе, делая фотографии чего-то весьма примечательного, о чем расскажет, когда мы покинем приемную. Я оглядела стеллаж. Пылищи-то сколько? Что так сложно протереть? Маникюр это никак не испортит. Подозрительно. Я отошла подальше и обратила внимание на вторую полку снизу, которая оказалась ближе всего к кофейному островку. Простите за бред, но там пыль свежая. Лера, сходи проветрись. Не надо наговаривать, я еще в своем уме. Пыль правда по слоям меньше и свежее. Старая пыль выглядит серее из-за толщины слоев и берётся такими противными комками на мокрой тряпке. Уж я-то знаю. Протирала поверхности в доме после месяцев без влажной уборки. Только не осуждайте. Работа… бывает жить не успеваю.

Никто бы не обратил внимания, так как это нижняя полка снизу. Взгляд просто не попадает. Ну, мало ли секретарше документы понадобились. Пока доставала, разогнала пылищу. Версия рабочая, не так ли? Если бы не одно «но», которое меняет в корне суть дела. На остальных поверхностях серой грязи нет. Проверено лично мной и моим указательным пальцем. Я подошла поближе и заметила все те же мелкие белые частицы. Лезть внутрь и проверять, что секретарша там так неумело прячет, я не стала. Нечего светить отпечатками своих пальчиков. Пусть сотрудники полиции и криминалисты сами разбираются, однако все равно достала телефон и навела камеру на полку. Надо сказать, что больше всего этого неизвестного пока что вещества сбоку у перегородки между полками.

Зафиксировав по средствам телефона все подозрительные моменты, мы с Михой уселись на наши места, как только услышали стук каблуков. Шухер! Я начала театрально реветь на груди у Михи, делая вид, будто моя истерика никак не прекращалась и только набирала обороты. Ради дела и макияж не жалко испортить. Миха пытался меня успокоить. Слезы, правда, настоящие, так как чувства то же живые, поэтому мне было легко играть свою роль. Постановочная только ситуация.

—Вот, чай, кофе, и я захватила еще бумажные платочки. Успокойтесь, пожалуйста. — за время, пока она бегала куда-то, секретарша успела собраться и обдумать свою стратегию.

Опа, две кружки она заваривала в совершенно другом месте. Она же пошла за чайным пакетиком? К островку с сахарницей она не подходит. Странно. Значит ли это, что секретарша в курсе белового порошка, перемешанного с сахаром?

—Ох, простите. Я знаю, дипломат не должен позволять себе подобное, однако наши отношения с папой были далеки от идеала, поэтому мне сейчас намного больнее. — прошептала я и высморкалась в предусмотрительно предоставленный бумажный платочек.

—Не вините себя. Я и сама не знала, что у Андрея Викторовича проблемы с сердцем. По нему никогда не было видно, что что-то не так. — секретарша запела соловьем.

—Пожалуйста, расскажите, каким был мой отец в тот день? — я ухватила секретаршу за руки в наигранных мольбах.

—Я точно и не помню… — секретарша отвела глаза, пытаясь придумать, что соврать. — Андрей Викторович проел на работу как обычно в приподнятом настроении. Что у него такого случилось, не сказал. Следом зашел этот, как его, чокнутый бизнесмен. Они стали ругаться и попросили принести им кофе. Я принесла и ушла в дамскую комнату по делам, а когда вернулась…

Секретарша поежилась, не желая больше ничего рассказывать. Успокаивать еще одну истерику мы не планировали. Я легонько ущипнула Мишу за штанину. Сворачиваемся.

—Анжелика, не нужно продолжать. Спасибо. — встрял в разговор Миха.

—Да, мы и без того задержались. Благодарю, что рассказали нам все, как было. — неистово закивала я.

—Не за что. Я всегда рада помочь, если Вам это нужно. — пытаясь выдержать скорбные нотки в голосе, ответила секретарша и тут же радостно вскочила на ноги.

—Я провожу тебя до такси, Лера. — проговорил Миха и поднялся вместе со мной.

—Всего доброго. — попрощалась с секретаршей я.

У входа в МИД мы с Михой стояли весьма задумчивыми. Оба что-то нашли. Находки явно неприятные. По крайней мере не внушают оптимизма. Какие ассоциации вызывает у людей белый мелкий порошок? У меня на ум приходят полиэтиленовые пакетики с героином или еще чем, как в фильмах про гангстеров. Одним словом – с запрещенными препаратами. Я не берусь утверждать, но то, что я утащила из приемной напоминает наркотики, которыми отравили папу. Не пойман, не вор, однако очень странно. Поведение секретарши тоже наводит на мысли. Нехорошие мысли. Всего лишь пришла дочка её покойного начальника. Если нечего скрывать, то и паниковать нечего. Для сравнения поведение секретарши Михи можно взять за эталон: нахамила, едва ли не оскорбила и даже не извинилась. Анжелика должна была отреагировать на мое объявление примерно так же и послать, но она задрожала и засуетилась. Почему? Плюс, мне не понравилась фраза, что у нее только кофе. Надо уточнить к Шведова, кому именно она принесла чай. Если папа действительно был отравлен, то, учитывая плотность кофе, он мог даже и не догадываться, что ему что-то подмешивали. Кому бы таинственный прошок можно было сдать на экспертизу?

—Лер, не хочешь поговорить где-нибудь в кафе? Или давай ко мне домой, а? Там как раз Кира. Эм, Лер, я обещал ей прийти пораньше. — замялся Миха, так как ему было очень неловко.

—Понято. Не наступай на грабли Шведова и будь примерным мужем, дружище. — усмехнулась я и похлопала Миху по плечу. — Мы можем поговорить и завтра, так что езжай домой и проведи время с женой.

—Кира только рада будет тебя поведать. В конце концов ей тоже не удобно, что нам пришлось уйти на похоронах. Поехали. — Миха махнул мне рукой в сторону своей машины.

—Я не создам никаких недоразумений? Поводов для скандала и ревности? — изогнула бровь я, застыв на месте.

—Конечно нет, обижаешь. — Миха взглянул на меня так, будто оскорбился моими словами.

—Ладно, извини. — облегченно выдохнула я и прошла до машины.

Мой лучший друг, над которым все смеялись из-за того, что он не сын олигарха или дипломаты, при мне сидит в Роллс-Ройсе по меньшей мере за двадцать миллионов рублей и счастливо улыбается. Жизнь такая переменчивая штуковина. Вот гляжу я на Мишу, и душа радуется. После того, как он завязал с Тиной, все в его судьбе кардинально переменилось в лучшую сторону. Я бы даже сказала, просто перевернулось с ног на голову. Это были, как сейчас модно говорить в Америке, токсичные отношения. Сказать по правде, они задели еще и меня, но я тоже совсем в минус не ушла. Шведов освежил свои взгляды на наш брак. Не так уж и плохо получается.

Мы доехали до Котельнической набережной. Знаете же, ту самую сталинскую высотку. Просто вау. Узнай только Тина, где живет её бывший, уже бы убилась собственным ядом. Когда мы зашли в холл, за стойкой сидела вахтерша. Бабулю доставали молодой парень с девушкой каким-то непонятными расспросами. Я не вдавалась в подробности. У меня своего хватает, но выглядели они обеспокоенными.

—Не знаю я, кто жил в твоей квартире до вашего с отцом переезда! — бабулю вахтершу уже начал бить психоз. — Квартира пустовала много лет!

Ох, люди пытаются решить семейный вопрос? Как я их понимаю. Когда мы прошли мимо них с Михой любезно поздоровались:

—Добрый день, Михаил Семенович. — быстро сказал парень.

—Здравствуй, Паша. — ответил Миха и провел меня к лифту.

Вежливые люди, надо сказать. Поздоровались и продолжили выносить мозг вахтерше. Как живет Миха? Просто волшебно. Из окна Москва как на ладони, а квартира-то какая просторная, светлая, с хорошим ремонтом и высокими потолками. Просто сказка. Как Миха и говорил, Кира обрадовалась моему появлению у них в гостях. Она была в домашнем костюме, через который я заметила одно маленькое дополнение в виде беременного животика. Мы сели пить чай на кухне. Кира предлагала пообедать, но мне по традиции кусок в горло не лезет. Не могу. Просто не хочу. Если впихну что-то в себя, из меня полезет обратно, что нежелательно.

—Вам давно пора. — широко улыбнулась я, когда суета, связанная с накрываем на стол поутихла. — Примите мои искренние поздравления. Дети – это прекрасно. Как минимум жить точно веселее становиться.

—Спасибо, Лерка. От тебя это всегда приятно слышать. — Миха широко мне улыбнулся, сияя как медный таз.

—Мы надеялись, ты согласишься стать крестной. — широко улыбнулась мне Кира. — Конечно, до этого еще далеко, но мы уже прикидываем на будущее.

—Почту за честь. — кивнула я, чувствуя, как меня начинает распирать от гордости.

—Ну, как дела у тебя? Кирилл Шведов так и сидит в СИЗО? — Кира пыталась говорить аккуратнее, чтобы не задеть меня.

—Этот паразит сидит на своей даче и пытается выторговать прощение. У него практически получилось. — я вытащила руку с обручальным кольцом. — Он точно не убивал.

—Солидарна с Лерой. Если бы ты знала, Солнышко, в какой авантюре я только что участвовал. — усмехнулся Миха и кивнул на меня. — Лерка, ты нашла что-нибудь?

—Авантюра не то слово. — хмыкнула я, открывая фото на телефоне. — Вот, погляди.

—Пыльная полка. — Миха изогнул бровь, смотря на меня так, будто я решила его разыграть.

—Нет, Мишенька, ты пыль никогда не протираешь дома. По тебе видно. — Кири выхватила у меня из рук телефон и буквально разжевала для Михи. — На нижней полке пили меньше, чем на всех остальных. Ой, а что это за белая грязь крупным планом?

—Можно мне какую-нибудь глубокую тарелку? Сейчас покажу. — попросила я и, как только перед моим носом оказался контейнер, развернула бумажный кулек с сахаром.

—И это было в сахарнице в приемной? — у Михи поползли вверх брови. — Лера, это же явно наркота.

—То есть, мне не показалось. — заключила я, томно вздохнув. — Интуиция мне подсказывает, что пакетик с этой дрянью прятали на нижней полке шкафа с документами.

—Поэтому там не протирали пыль. — задумчиво проговорила Кира. — Хотя это странно.

—Согласна. Из-за одного маленько пакетика не протирать от грязи весь стеллаж. — согласилась я, глядя на Мишу. — А ты что нашел?

—У нее были прилеплены на компьютере два номера. Имена не подписаны. — Миха достал свой телефон и перекинул мне СМСкой мобильные номера. — Еще очень на компе у нее был открыт каталог брендовых сумочек. Ценник заоблачный.

—Гуччи? Прада? — Кира взгянула фото каталога и удивилась. — Не жирно ли для простой секретарши?

—Значит ли это, что она получила кругленькую сумму недавно? — задалась вопросом я.

—Совершенно точно значит. Ты вспомни, как она испугалась, когда мы пришли? Здесь что-то нечисто. — Миха отпил чаю из кружки и зажевал печеньем.

—Я заказала на нее досье. Сейчас перешлю тебе. Настало время почитать. — буквально засучила рукава я и переслала с почты файл Михе.

Минут десять мы внимательно изучали содержимое документа. Анжелика Георгиевна Рязанова – избалованная деньгами и вниманием дочь никелевого магната Георгия Борисовича Рязанова. Как я и предполагала, год назад была с позором отчислена за прогулы из Московского Университета Нефти и Газа. Тусовщица. Модель. Георгий Рязанов состоит в том же самом элитном клубе, что и мой отец. Они знакомы. Лера, ты как в воду глядела. С целью образумить дочурку Рязанов полгода назад лишил её денег и отправил на перевоспитание к моему папе работать секретаршей. Твою ж, зачем папа вообще согласился? Читая далее, всплыла фамилия, которая заставила нас с Михой поежиться и поднять глаза. Более того, Миша нервно вздрогнул и притянул Киру к себе.

—Господи, опять она. — рыкнул Миха, тяжело задышав.

—Тина. Какого черта? — ругнулась я.

—Твоя бывшая? — Кира была в полном шоке.

—И бывшая её мужа. — выплюнул Миха.

—И наша бывшая лучшая подруга. — добавила я, закипая от злости.

—Ничего не понимаю. — произнесла растеряно Кира. — Каким боком здесь эта гадина? Мы же забыли о ней на долгие годы.

—Самы в шоке, Солнышко. — подтвердила Миха. — Лерка, а давай-ка наберем по двум эти номерам. Один из них точно Тины.

—Давай, но звонить должны точно не мы. Наши голоса можно узнать. — пробормотала я.

—Давайте я. — вызвалась добровольцем Кира.

—Спасибо, Солнышко. — Миха чмокнул жену в щеку.

Кира позвонила по первому номеру и, святые единороги, трубку взяла… Ирина?! Как так?

«Алло, говорите? Алло!?» — возмущенно заговорила Ирина.

Я приняла решение быстро напечатать в «Заметках» на телефоне, что Кира должна сказать:

«О, добрый день. Мне Ваши контакты дали в рекламном агенстве. Вы ищите работу?»

«Да, какова сумма?» — сразу спросила Ирина, не вникая в суть работы.

«Полмиллиона рублей за рекламу. Мы ищем модель пятьдесят плюс для рекламы японского бренда тонометров и прочей медицинской техники. Контракт заключаем на полгода. Оплата сразу». — сориентировалась Кира.

«Куда мне подъехать? Я согласна». — ответила Ирина, не долго думая.

Сливаемся. Смываемся. Ирина попалась на том, что ей нужны деньги. Значит ли это, что её действительно мучает Дима?

«Перед эти Вам нужно будет пройти кастинг и собеседование. Контракт подписываем сразу, если Вы нам подойдете. Время и место я вышлю СМСкой. Вас устроит?» — Кира очень даже профессионально подвела диалог к завершению.

Ирина бросила трубку первой. Это говорит о том, что ей нужны способы быстрого заработка. Не отходя от кассы, мы позвонили по второму номеру. На вызов ответила та, которую каждый из нас и ожидал услышать. Тина. Ничего не изменилось в голосе этой пигалицы.

«Кто говорит? Как вы мне все надоели. Я не нуждаюсь ни в каких услугах!» — завопила в трубку Тина.

«Твоя совесть». — разозлилась я, побагровев от гнева.

«И здравый смысл». — в голосе Михи звенел металл.

«Какие люди и без охраны». — послышался злобный смех Тины.

«Слушай сюда, кошка драная, это ты убила моего отца и подставила Шведова?» — я начала нервно хрустеть пальцами.

«Туда ему дорога. Он должен заплатить за все, что мне сделал. Будьте вы все так же несчастны, как и я, Лерочка». — Тина прозвучала безумно и бросила трубку.

Я томно вздохнула. По телу побежали мурашки. Людей, которые замешаны в убийстве папы, становится все больше, а логики в происходящем все меньше. Тина и её «пожелания» не вписывались в общую концепцию происходящего. Ирина и Дима – это понятно. Тина и папина секретарша – что-то из ряда вон. Нужно подумать. Я отодвинула чашку и положила голову на стол. Мозг взорвался. Сломался. Шведов, какая же ты скотина! Зачем он вообще связался с Тиной? Ладно, я и сама хороша. Говорили мне прекращать с ней дружбу, а я не слушала. Думала, Тина же мне так помогала. Вот каким местом мне вылилась вся её помощь.

—Придушил бы её прямо сейчас. — Миха шумно дышал, пытаясь унять гнев. — Это она Шведова подставила за то, что он её среди ночи из дома выкинул.

—Я бы прибила Шведова. Ненавижу гада. Не знаете, сколько дают за убийство? — пробубнила я, не поднимая головы.

—Очень много, Лерка. Он того не стоит. — Кира налила мне еще чайку из заварочного чайника. — Давайте успокоимся и хорошо подумаем. Что если твоего отца убил один человек, а подставу Шведова другой?

Я резко оторвала голову от стола. Это идея! Кто-то же топит Кирилла. Вдруг это организовала Тина? Просто так совпало. Или? Или секретарше заплатили за двойной попадос? Я быстро заморгала.

—Нет, Лера, только не говори, что Андрея Викторовича отравила Ирина, а Кирилла подставила Тина. — Миха понял, до чего я додумалась.

—С языка снял. — закивала я и вскочила со стула, засобиравшись. — Это я и проверю. Спасибо за чай. Спасибо за помощь. Очень рада повидаться…

Вдруг мой телефон зазвонил. Не особо вовремя. Кира и Миша ошарашено смотрели на меня. Я же была настолько сосредоточена на деле, что не обращала внимания ни на что, и на автомате взяла трубку:

«Валери, привет, я прилетел к тебе».

Мой телефон чудом не вылетел из рук.

«Человек обычно слишком поздно осознает,
какие минуты в его жизни были
самыми счастливыми».

Агата Кристи "Ночная тьма"

Мы прощались в аэропорту. Кирилл стоял и смотрел на меня, чуть отведя глаза. Я же не знала, что могу ему сказать. Я просто хотела уехать. Хотела подумать. Хотела принять решение без чужого давления. Возможно, это не правильно вот так брать и бросать ребенка на Кирилла, но Соня сама захотела остаться, а забирать её силой в Штаты желания было еще меньше. Пусть она ребенок, зато какой. Мне не страшно оставить её с Кириллом. В моей дочери больше здравого смысла, чем со мне. Я давно это заметила.

Услышав, что регистрация на мой рейс начинается, я растерялась. Мне нечего было сказать Кириллу на прощание. На секунду я задержала взгляд на глазах Кирилла. Он не хотел меня отпускать. Я это видела. Как только я попыталась пойти к стойке регистрации и занять очередь, Кирилл поймал меня за руку со словами:

—Я буду ждать.

—Ждать чего? Ты сам сказал мне уехать. Уже забыл? — непонимающе посмотрела на Кирилла я.

—Тебя. — коротко ответил Кирилл и добавил уже тише. — Сейчас у тебя есть жизнь, в которой нет места для меня. Я знаю, ты об этом мечтала. Ты мечтала увидеть мир своими собственными глазами. Семь лет назад я не смог показать тебе его, поэтому ты сделала это сама. У меня нет права эгоистично держать тебя рядом с собой, но, если однажды наступит день, когда ты проснешься утром и поймешь, что устала, я буду ждать тебя дома.

—Мой дом в Англии. — отрицательно замотала головой я. — Пусть сейчас я временно живу в Вашингтоне, но в Лондоне мой дом, мои друзья, там родилась моя дочь. Если бы ты не выгнал меня тогда, я бы никогда не вспомнила, сколько счастливых воспоминаний осталось о Лондоне.

—Правда? То есть, в Москве тебя больше ничего не напоминает о нас? Мы ведь были счастливы вместе. — своим глубоким голосом Кирилл пытался дать понять, насколько я сейчас ранила его чувства.

—Ты сам все перечеркнул. — прошептала я, пытаясь сдержать слезы.

«Открыта регистрация на рейс номер «А-50044», Москва-Вашингтон, «Аэрофлот»». — прозвучал женский голос диктора.

—Мне нужно идти. — опомнилась я, а рука Кирилла коснулась моей щеки. — Я должна все взвесить, обдумать, принять. Это может занять время, и я не могу дать тебе гарантию, что вернусь и все станет, как семь лет назад. Понимаешь?

—Понимаю и принимаю твой выбор. — Кирилл попытался улыбнуться мне, но вышло неестественно натянуто. — Я не в праве давить на тебя. Могу только пообещать, что буду стараться стать лучшим отцом для Сони.

—Да, вам нужно наверстывать упущенное, но учти, что просто не будет. Соня – особенный ребенок. Практически вундеркинд, так скажем. Она понимает все лучше, чем взрослые. Главное, будь с ней честен. Говори ей правду, даже если тебе покажется, что она не поймет. — дала свои последние наставления я. — На крайний случай звони либо мне, либо Олегу. Он хорошо понимает Соню. Друзья по духу.

—А со мной родня по крови. — буркнул Кирилл, будучи настроенным весьма скептически.

—Желаю удачи, но к Олегу прислушивайся. Маму не обижай. Веди себя просто хорошо. Понял? — проговорила я, смерив Шведова строгим взглядом.

—Понял. Приедешь и сама проверишь. Согласна. — Кирилл, словно ребенок, протянул мне мизинец, чтобы заключить пари.

—Согласна. — я приняла пари.

Наши глаза встретились. Нас притянуло друг к другу словно магнитом. Мы замерли, но мне нужно идти. Скоро закончится мой контракт в Штатах. Посмотрим, вернусь ли я в Россию. Я чмокнула Кирилла в щеку и ушла на регистрацию. И как мы до такого дошли? Сейчас расскажу. Для начала вернемся на несколько дней назад.

Тремя днями ранее
У высотки на Котельнической набережной

Я покинула квартиру Миши и Киры, зажав телефон между ухом и плечом, чтобы руки были свободны. Джейсон пытался объяснить, что он делает в Москве в тот самый момент, когда моя жизнь летит к чертям. Я даже не могу сказать, что все плохо. Момент неопределённости обозначился приездом недоамериканского бойфренда. Как я должна объяснять все это близким. А как отреагирует Шведов? Боже, чем я так провинилась перед тобой?

«Джей, давай еще раз. Что ты здесь делаешь?» — спросила по телефону я, подняв глаза в небо.

«Я же говорю, ты обещала приехать несколько дней назад, на мои звонки и сообщения не отвечала. Я подумал, что что-то случилось, поэтому прилетел сам». — еще раз внятно ответил Джей.

«Где мы можем встретиться?» — решил перейти к делу Джей.

Хотела было я ответить, как вдруг мне звонит Шведов. Чувствую, я сейчас еду к нему, потому что у него случилось очередное ЧП, которое он не в состоянии разрулить своими силами. Опа, да, Кирилл прислал СМС, что ему немедленно нужна моя помощь.

«Джей, мне сейчас немного не до тебя. Ты не мог бы подождать до завтра?» — предложила я, думая, как бы вызвать себе такси.

«Что-то точно случилось». — заключил Джейсон.

«Относительно ничего не случилось. Так, рутина. Правда, давай завтра с утра встретимся и поговорим». — проговорила я, чтобы не акцентировать внимание на происходящем.

«Раз все в порядке, я подожду до завтра». — процедил Джейсон сквозь зубы.

«Да, извини. Сейчас несколько не вовремя. До завтра. Отдохни пока с дороги». — тяжело вздохнула я и завершила вызов.

В сумочке у меня контейнер с так называемым «сахарком». Нужно пристроить эту гадость на экспертизу. Хорошо, кому? Звонить следователю и говорить, что я изъяла из приемной моего отца подозрительный белый порошок, который они пропустили? Нет, меня так саму посадят вместо Кирилла как минимум за клевету на секретаршу. Скажут, сама подсыпала его в сахарницу, чтобы мужа выгородить. Надо позвонить Катерине. Она заинтересована в том, чтобы Шведова выпустили по возможности быстрее. Я набрала Кате, объяснила ситуацию. Она была очень рада тому, что дело сдвинулось с мертвой точки, и пообещала в течение получаса договориться об экспертизе. Я присела на лавочку и стала ждать. Хоть полчасика в тишине наедине с самой собой посижу. Закрутили, конечно, события. Ирина, Тина, Дима объявились, будто сговорились между собой. Тут меня и осенило. Я поняла, что нужно немедленно звонить адвокату и рассказать ему о результатах моих изысканий. Если все подтвердиться, пусть он и докладывает на своем профессиональном языке следователю, чтобы Шведова отпускали.

Через полчаса ровно перезвонила Катерина и заявила, что меня уже ждут в лаборатории. Вызвала я такси до лаборатории, сдала сахарок и попросила прислать результат по возможности быстрее. Пора к Кириллу выяснять, что там у него стряслось такого срочного, из-за чего я должна бросить все дела и бежать к нему. Подъезжала к даче я буквально в бешенстве. Кирилл снова провинился как минимум по двум пунктикам. Убью, гада. Меня смутила посторонняя машина на обочине рядом с домом. О мой Бог, это черный новенький Гелендваген. Брутальные джипы по типу Линкольна и другого стоят в гараже только у одного человека. Я позвонила в домофон. Шведов открыл, был мрачен, угрюм и зол. Он встретил меня с глазами, полными раздражения и ревности. Незнакомый взгляд.

—Не смотри на меня так. Это неприятно! — воскликнула я, переступаю через калитку.

—Что. Он. Здесь. Делает. — прерывисто пробурчал Кирилл, а на его шее желваки выступили от гнева.

—Кто? — я решила проверить свою теорию по поводу владельца Гелендвагена.

—Этот, как его, американская морда, вообщем. — зарычал Кирилл и вымученно добавил. — Ты специально его сюда притащила?

—Я? — возмущенно вскрикнула я, положив руку себе на грудь. — Он сам сюда приехал. Как нашел это место, ума не приложу. Я не самоубийца, чтобы сталкивать лбами двух баран.

—Это я-то баран? — возмутился Шведов, следуя за мной в дом.

—Шведов, ты – олень, хотя тоже такое парнокопытное и такое неприлично рогатое. — отмахнулась я, входя в дом. — Радуйся, я нашла виновника всех твоих бед.

—Виновник всех моих бед сидит в гостиной. Если бы не он три года тому назад, когда я приехал мириться в Лондон, то мы давно бы уже были вместе! — распалялось задетое самолюбие Шведова.

—Это спорный вопрос. Сейф на том же месте? — уточнила я, сняв обувь.

—Да, в нише в моем кабинете. Зачем тебе? — Кирилл немного успокоился и переключился на другой лад.

—Я тут кое-что позаимствовала у папиной секретутки. — не особо красиво выразилась я. — И мне нужно это спрятать. Кстати, кто из вас двоих тем утром пил кофе?

—Твой отец. У меня накануне всю ночь бошка трещала. Додумался померить себе давление маминым тонометром, оказалось повышенное, вот я и попросил чай. — объяснил Кирилл и увидел, как я перекладываю остатки белого порошка в герметичной пробирке из лаборатории в сейф. — Что это?

—Доказательство твоей невиновности. — коротко ответила я, закрыв сейф и поставив пароль.

—Не понял. — брови Кирилла от удивления поползли вверх.

—Папина секретарша подмешивала ему с сахаром какую-то отраву. Ты не виноват. Скорее всего она как-то связана не только с Ириной, но и с Тиной. — озвучила свою догадку я. — Кто-то из окружения Тины пытается разрушить твой бизнес, поэтому отравленный кофе папе принесли именно в тот момент, когда ты пришел. Иначе зачем? Можно было просто отравить папу.

—Вот ведь дрянь. Я еще подумал, если твой отец сердечник, то зачем ему кофе? Мама после инсульта из профилактики скачков давления перешла на травяные чаи. Кофеин исключила полностью. — прищелкнул языком Кирилл. — Зайка, как ты все это нашла?

—Кирилл Сергеевич, кто я по образованию? — хитро улыбнулась я.

—Дипломат. — ответил Кирилл, явно не особо понимая, для чего я все это спрашиваю.

—Кирюша, я имею дело с дядями, которые зачастую держат меня за тупую курицу. Видят молодую девчушку, думают, что я чья-то любовница, начинают фамильярничать. — я подошла к Кириллу и погладила его по груди, чтобы он успокоился. — Эти дяди потом очень расстраиваются, когда по результатам переговоров я оказываюсь победителем. Я очень хорошо научилась читать поведение людей.

—Опасная Зайка. Скоро мне придется трястись перед тобой в страхе. — Кирилл прижал меня к себе, возбудившись и шумно задышав.

—Не зли меня, чтобы я оставалась белой и пушистой. — пригрозила Шведову пальчиком я.

—Учту на будущее, что моя дипломатическая Зайка стала любить командовать. — Кирилл нагнулся, чтобы поцеловать меня, и был очень близко к моим губам.

—Эй, не смей. — громко усмехнулась я, когда наши губы разделял какой-то там сантиметрик.

Кирилл только громко хмыкнул и собирался осуществить задуманного, но вдруг пол у двери прогнулся и скрипнул. Я все равно хотела этот поцелуй. Меня будто ударяло током в ожидании, когда Шведов наконец коснется моих губ. Я чувствовала себя ребенком, который стоит перед банкой с печеньем и фантазирует, как мама приедет и даст ему одну штучку за хорошее поведение. Это что-то невероятное. На миг ко мне вернулось давно потерянное чувство полного душевного спокойствия, будто все тревоги навсегда ушли. Думаю, Кирилл разделял мое состояние полного равновесия, находясь в тесном контакте со мной. Мы оба даже забыли о том, что в гостиной сидит Джейсон. Очень зря. Этот тип незаметно появился в дверном проеме. Боже, правильно в Библии написано, что измена – это плохо и даже запрещено. Завела любовника на свою голову.

—Get away from her! You, the killer. (Отойди от нее! Ты, убийца.) — заорал Джейсон, прервав нас.

—Jay? What the hell are you doing here anyway? (Джей? Какого черта ты здесь вообще делаешь?) — оттолкнула Кирилла я и переключилась на Джейсона, затем добавила. — You didn't say you were coming here. How did you even find this address? (Ты не сказал, что едешь сюда. Как ты вообще нашел этот адрес?)

—I came to talk to him. Who would have thought that a smart woman like you could have an impenetrable stupid husband. (Я приехал, чтобы поговорить с ним. Кто бы мог подумать, что у такой умной женщины, как ты, может быть муж непроходимый тупица.) — нагло показал пальцем на Кирилла Джейсон и в целом выглядел раздраженно-взмущенным.

—Это я-то тупой?!Тебя мама в детстве не научила, что показывать на людей пальцем – верх неприличия? — возмутился Кирилл, загородив меня собой.

Единственное слово, которое разобрал Шведов, – это втрой класс, первая четверть слово «stupid» (Глупый). И то нагло вырвано из контекста. Видимо, после второго класса Кирилл забросил свой английский. Я же почувствовала себя в роли игрушки, которую не могут поделить детки в яслях. Главное, чтобы не сломали напополам. Надо мальчиков воспитывать, пока они не вынесли мне мозг. Без понятия, что с ними делать дальше.

—Был бы шибко умным, если бы в школе английский язык учил. Теперь разговорите как-нибудь сами. Я в это дело встревать не буду. — я дерзко вышла из-за спины Кирилла и прошагала к выходу, не оставив Джейсона без внимания. — You came to talk to Shvedov, talk, but keep in mind that it is customary for Russians to hit right in the face for their wives. (Ты пришел говорить со Шведовым, говори, но учти, что у русских принято бить сразу в лицо за своих жен).

Джейсон вздрогнул и нервно сглотнул, ведь у Кирилла уже из носа пар валил, жилы на шее по традиции вышли. Пара колких фразочек, и для Джея можно смело копать могилку. Только убийства и сцен ревности мне не хватает для полного счастья. Все и так плохо, а с приездом Джейсона стало еще хуже. Хочется поплакать где-нибудь в укромном местечке. Нет уж, я хочу вылезти из воды сухой и невредимой хотя бы физически. Кирилл пусть приудержит свои бешеные эмоции. Как так? Он решил поцеловать свою собственную женщину, как вдруг врывается какой-то там американец и начинает качать права. Менталитеты разные. Конфликты. Я сразу же предупредила на «брутальном» о привычке Кирилла махать кулаками. Надо кому-то позвонить. Не сидеть же с двумя баранами в одном доме и ждать, когда немой конфликт между ними дойдет до драки.

Двумя часами позднее

В такие моменты, как сейчас, хочется стать одинокой разведёнкой с ребенком. Дело доползло до того, что брутальный русский мачо и изнеженный американский мальчик сидят за кухонным островком и буравят друг друга взглядом. Эти их игры в гляделки – тот еще детский сад. Хотя что им остается? Они друг друга не в состоянии понять даже через переводчик. Девочки, заводите иностранных любовников, в случае чего ваш муж все равно ничего из бредней бойфренда не поймет. Протестировано на Кирилле.

Джейсон обвинял Шведова в жестоком обращении со мной, а так же в пренебрежении. Кирилл утверждал, что Джейсон непростительно увел у него жену и разрушил нашу семью, хотя на тот момент доламывать уже было нечего. Точно, из-за чего на дуэли погиб Пушкин? Благо, языковой барьер спасал от накала страстей, однако Джейсон не покинет дачу, пока не выяснит отношения. Сидеть и переводить разговоры этих двоих не мой вариант. Осталось дождаться, когда они начнут постигать тонкости кулачных боев. Русская традиция, не так ли? Как я их буду разнимать, черт знает. Собственно, поэтому я решила позвонить Мише и Олегу и пустить тревожный клич о помощи. Друзья обещали приехать. Теперь нервно курю трубку и жду прихода подкрепления.

Раздается звонок в дверь. Повезло, Кирилл не подорвался открывать. Он еще не выиграл раунд гляделок. Даже не моргают, засранцы. Олег приехал вместе с Миленой и Сонечкой. Миха прихватил Киру. Дамская группа поддержки мне не повредит. По моему измученному выражению лица все поняли, что Джейсон и Кирилл уже успели вытрепать остатки моих нервов.

—Мама! — закричала Сонечка и бросилась ко мне в объятия. — Почему ты вчера меня бросила?

—Малыш, я тебя не бросила. Ты же знаешь мама никогда тебя не бросит, просто твоему папе вчера понадобилась моя срочная помощь. — я поцеловала дочку в обе щечки, чувствуя себя самой безответственной мамашей на свете. — Ты меня прощаешь?

—А вы с папой помирились? Совсем? Если с папой мир, тогда прощу. — моя дочь хорошо поняла ситуацию и открыла торги на моей сентиментальности и слабости по отношению к ней.

—Практически да. Папа вчера вспомнил, что мы с ним женаты десять лет. — проговорила я, показав дочке свое обручальное кольцо. — Видишь, вот это колечко. Это колечко надел мне на пальчик твой папа в день нашей свадьбы, потом, когда мы с ним поссорились, я его сняла.

—Вау, какое красивое! — Сонечка схватила мой безыменный пальчик и завертела его в своих ручках. — Это значит, мои папа и мама помирились! Ура!

—Так-так, а вы реально помирились? — Милена изогнула бровь.

—На детском языке да. У Кирилла испытательный срок. Казнить или помиловать решу потом. — кивнула я, взяв дочку на руки. — Только у меня проблемка.

—Русский муж и американский любовник встретились. Лера, тебе надо покупать лотерейные билеты. Хочу увидеть злую рожу Кирилла. — засмеялся громко Олег.

—Уймись, шутник. — Милена любезно отвесила успокоительный подзатыльник Олегу.

—Что нам нужно с ними делать? — спросил Миха, сдерживая улыбку.

—Эти двое на кухне еще не подрались, потому что Кирилл не знает английский, а Джейсон не говорит по-русски. — обреченно вздохнула я. — Мих, Олежек, переведите этим двоим на свой родной – на бараний.

—Договорились. Только Кирилл на оленьем разговаривает. Не удивительно, что баран и олень друг друга понять не могут. — опять подшутил Олег.

—Я все слышу! — крикнул Кирилл из-за двери в кухню.

—Тем более, на правду не обижаются, дружище. — подтвердил Олег и пошел с Михой на кухню.

—Мам, а можно я к папе пойду? — спросила Сонечка, не изволив сидеть на ручках.

—Можно, но только поздороваться. Папа и дядя Джейсон пытаются выяснить отношения. — объяснила дочке я, спустив её вниз.

—Я пока только поздороваться. — многозначительно закивала Сонечка.

—Иди. Папа мне вчера сказал, что соскучился. — подтолкнула дочку к кухонной двери я.

—Папа, я приехала! — радостно заверещала Сонечка и внеслась в открыл двери.

По звуку Шведов подхватил ребенка на руки и защекотал. Он любит свою дочь. Мне не в чем в данном случае его обвинить. Это правильно. Я всегда знала, что он станет хорошим отцом. Сонечка инстинктивно к нему тянется, хотя это их вторая встреча. Я надеюсь, Кирилл выстроит крепкие доверительные отношения с Соней. Это дорогого стоит. Отличный пример неудачных отношений – мой папа и я. Был момент, когда я чуть не отреклась от родного отца, о чем сейчас очень сожалею. Самым классным временем стал период, когда мама была с нами. Тогда я жила в той семье, которую хочу для своей дочери. У меня были внимание и любовь обоих родителей. От ушедшего счастья тоже может быть невыносимо больно. Что уж там, даже, когда мама тяжело болела и уже умирала, папа оставался моим заботливым отцом. Во всем виновата Ирина. Она будто отвернула его от меня. Мы отдалились до такой степени, что так и не смогли стать вновь самыми близкими. Слишком много упустили в этой жизни. Как напрасно мы потратили свое время. Я не хочу, чтобы однажды моя дочь однажды поняла, насколько ценные отношения потеряла. Я никогда не допущу, чтобы однажды Сонечка испытала то беспощадно жгучие сожаление по отношению к Кириллу.

—Лера, ау! Ты едешь? — Милена провела рукой у моих глаз.

—А? Ты что-то сказала? Я просто задумалась. — опомнилась я и поняла, что нужно сменить обстановку. — Давайте посидим на веранде. Мебель там вроде не убирали.

—Оставим мужчин разбираться. — согласись Кира, которая до этого молчала и играла роль зрителя сего балагана.

—Шведов, я еще раз напоминаю, что в твоем положении применение грубой силы или насилия недопустимо! — крикнула Кириллу я прежде, чем уйти на веранду.

—В данном случае ему пара ударов по физиономии пойдет только на пользу. — проворчал Кирилл.

—Развод тебе тоже пойдет на пользу! Джейсон должен остаться цел. Я не буду потом разбираться с американским консулом и объяснять, почему муж дипломата избил гражданина Америки. — довела до сведения я.

—Шантажистка! — возмутился Кирилл, но ответа так и не получил.

—Кирилл, она права. — подтвердил мои слова Миха и кивнул на Джейсона. — Если он проявит свою истинно американскую натуру и пойдет жаловаться, у твоей жены будут большие проблемы на работе.

—Например? — удивился Шведов и нахально потребовал примеры.

—Олег, врежь ему. — запыхтела от злости я, силясь, чтобы избежать убийства Шведова.

—Слушаюсь. — Олег тут же легонько шмякнул Кирилла своим телефоном.

—Ну ты и подкаблучник. — рыкнул Кирилл, потирая место удара.

—Я учился у тебя. — опять подшутил над Кириллом Олег.

—Hey, guys, I take it you've come to help me negotiate with this dumbass. Let's get started. (Эй, ребята, я так понимаю, вы пришли помочь мне договориться с этим тупицей. Давайте начнем.) — встрял Джейсон в любезный разговор мальчиков.

—I will ask without insults. Only I have the right to make friendly jokes about this smart guy. (Попрошу без оскорблений. Только я имею право по-дружески шутить над эти умником.) — вступился за Кирилла Олег, нахмурившись.

—What right do you have at all, eh? Come to help, help. I'll pay in advance. (Какое ты вообще имеешь право, а? Пришел помогать, помогай. Я заплачу вперед.) — начал хамить Джейсон, рассовывая свои деньги по карманам ради победы.

—We are not being sold or bought. It's strange that Lera has been with you all this time. She hates people like you. (Мы не продаемся и не покупаемся. Странно, что Лера была с тобой все это время. Она ненавидит таких людей, как ты.) — Миха проявил свою профессиональную сдеражнность и четкость в формулировках.

—Что говорит этот козел? — шепнул Олегу на ушко Кирилл.

Я больше не могла это выносить и ушла, позвав Сонечку, которая грела ушки рядом со Шведовым. Девочка прибежала. С террасы мы не слышали наших мальчиков. Как их еще назвать? Ведут себя так, будто они в детском саду. Сонечка под конец от скуки заснула у меня на коленках. Действительно, наши дамские разговоры тяжело выдержать ребенку. Играть с Кириллом веселее будет. К вечеру из кухни послышались крики. Ба-бах! Ой, чувствую, беда. Я вбежала в гостиную и увидела, как Джейсон вцепился в Кирилла. Судя по тому, что эти двое протирали собой пол, а Джей нависал над Шведовым, я делаю вывод, что Кирилл не инициатор драки. Миха и Олег пытались их разнять, но тщетно.

—Stop! (Хватит) — заорала во все горло я, не выдержав увиденного.

Джейсон отпустил Кирилла. Надо сказать, что от крепкого кулака Шведова лицо Джейсона хорошо так успело пострадать: фи. Кирилл, как обычно, вышел с парой ссадин, и внушительным красным пятном на скуле, которое скоро станет синяком.

—Лер, этот козел встал и набросился на Кирилла. Мы не успели даже понять, что толком произошло. — объяснил Олег, встав между Шведовым и Джейсоном.

—So, both of you are sitting here with me! (Значит так, вы оба у меня вот где сидите!) — заорала я по-английски и провела указательным пальцем по горлу.

—Valerie, how can you live with this bastard?! He's not worth what you're doing for him! We're leaving! (Валери, как ты можешь жить с этим подонком?! Он не стоит того, что ты для него делаешь! Мы уходим!) — вступил Джесон, схватив меня с локоть, чтобы вывести на улицу.

—Fuck you, you know where? I can't stand your unthinkable selfishness anymore! Have you forgotten what you said to me when Teddy was put down? (Пошел ты, знаешь куда? Я больше не вынесу твоего немыслимого эгоизма! Ты не забыл, что сказал мне, когда Тедди усыпили?) — я припомнила Джейсону все, что меня в нем бесило, и вырвала руку.

—Calm down, it's just a dog. He died a long time ago. Why are you still remembering that dog? (Успокойся, это всего лишь собака. Он давно умер. Зачем ты вспоминаешь эту псину до сих пор?) — выплюнул Джейсон так, будто говорит о выкинутом в мусорку целафановом пакетике.

—Just a dog?! You said it was just a dog?! He was better than all of you put together! He was my best friend! If I had a choice: You or my dog, I would have chosen Teddy without a doubt. He was a hundred times kinder and more human than you and your whole damn family. (Всего лишь собака?! Ты сказал, всего лишь собака?! Он был лучше вас всех вместе взятых! Он был моим лучшим другом! Если бы передо мной встал выбор: ты или моя собака, я бы без сомнений выбрала Тедди. Он был в сто раз добрее и человечнее, чем ты и все твоя чертова семейка.) — меня пробило на истерику и тотальный психоз.

—Valerie Donovan, don't you dare compare me to some flea-bitten dog. I confess honestly, what a blessing that he died under the wheels of a car and no longer bothers my eyes. (Валери Донован, не смей сравнивать меня с какой-то блохастой псиной. Признаюсь честно, какое счастье, что он сдох под колесами машины и больше не мозолит мне глаза.) — на повышенных тонах бросил Джейсон.

— Is that all you wanted to say? (Это все, что ты хотел сказать?) — перевела дух я, чтобы не расцарапать топу барану лицо.

—No, you're coming with me. (Нет, ты идешь со мной.) — Джейсон предпринял очередную попытку увести меня.

В этот момент меня загородили Кирилл, Миха и Олег. Миха же внес в данное разбирательство свою лепту:

—First of all, she's not going anywhere. Secondly, you have just attacked a citizen of the Russian Federation and tried to kidnap a person. I personally inform you that today you will be deported for violating the rules of stay. Pack your suitcases in advance, then there will be no time. (Во-первых, она никуда не пойдет. Во-вторых, Вы только что напали на гражданина Российской Федерации и пытались похить человека. Лично извещаю Вас о том, что сегодня Вы будете депортированы за нарушение правил пребывания. Собирайте чемоданчики заранее, потом времени не будет.)

—How dare you?! I will complain to the consul! No one dares to expel Jason Harrison himself from the country! (Да как ты смеешь?! Я буду жаловаться консулу! Никто не смеет высылать из страны самого Джейсона Харрисона!) — завопил Джейсон, пытаясь пробиться ко мне.

—Mr. Harrison, the exit is on the other side. (Мистер Харрисон, выход находится в другой стороне.) — Олег указал пальцем на дверь.

Хорошо Миха придумал с депортацией. Кстати, это реально в его отдалённой компетенции. Достаточно позвонить начальнику Миграционной Службы, и путевка назад в Штаты обеспечена. Осталось помогать ручкой. Джейсон ушел, хлопнув дверь, только его и видели. Боже, какой позор. Никогда бы не подумала, что все может закончится именно так. Я устала, изверилась и попросила друзей уйти. Мне нужно побыть одной. Шведов молчал, словно воды в рот набрав. Не думаю, что он понял что-то про Тедди. Хорошо, что это не услышала Сонечка. Она так и спала на веранде, как убитая. Никакой шум ей не страшен. Оно и хорошо. Малышка до сих пор винит себя в том, что случилось с Тедди. Я тоже недоглядела. Обе хороши. Соня часто плачет, если кто-то приносит его имя. Что сказать, мне и самой нелегко.

Я не была в шоке от слов Джейсона. Глубоко в душе я всегда знала, что он именно такой человек и есть, просто расслабилась. Держа дистанцию, с ним было просто и понятно. Приехав в Россию, он ожидал, что я брошу все и побегу за ним. Обойдется. Кирилла я не оставлю в беде. Беспрекословно подчинятся и бегать на задних лапках я не намерена. У меня есть гордость. Джейсон этого не понял.

Когда все разошлись, я перенесла Соню на диван в гостиную. Мягче и теплее. Не хочу, чтобы она увидела меня в состоянии немного срыва, когда проснется. Я перешла в столовую и легла на стол. Кирилл держал дистанцию, а потом протянул мне кружку горячего чая. Видимо, меня трясло.

—Вот, держи. — тихо произнес Кирилл и добавил. — Только осторожнее. Не обожгись.

—Прости. — пробормотала я. — Я опять доставила кучу проблем.

—Нет, с чего ты взяла? — удивился Кирилл и указал на стул рядом. — Я присяду?

— Я всегда приношу одни беды. — грустно улыбнулась я и добавила с тяжелым вздохом. — Даже разрешения спрашиваешь?

—Случается. Я же джентльмен. — пожал плечами Кирилл и присел рядом со мной. — Очень испугалась?

—Скорее разозлилась и разочаровалась. — отрицательно мотнула головой я.

—Все мы в ком-то разочаровываемся. Главное – не принимать очень близко к сердцу. — Кирилл так же, как и я, лег на стол.

—Наверное, ты прав. На самом деле это просто эффект неожиданности. — пробормотала я и повернулась лицом к Кириллу. — Сильно болит?

—Не бери в голову. Заживет за пару недель. — попытался успокоить меня Кирилл и осторожно спросил. — Возможно, я лезу не в свое дело, но в разговоре вы упомянули Тедди.

—Ох, Тедди… Мой маленький красавчик. — шепотом проговорила я и, переведя дух, продолжила. — Говорить о случившемся нужно начинать с того, что Соня очень любила Тедди. Пес с ней везде ходил с самых пеленок. Сонечка только свой нос навстречу приключениям сунет, он тут же тявкает, сигнализирует. В Англии все хорошо было, а как в эту злополучную Америку переехали, так на нас несчастья и посыпались. Мы втроем вышли прогуляться вечером, район посмотреть. Соня вела Тедди на поводке. Ничего не предвещало беды, как вдруг пес что-то увидел, залаял, стал вырываться. Вот Сонечка и не удержала в ручках. Тедди выбежал на дорогу, и его сбила машина. В ветеринарке сказали, что дело безнадежное. Пришлось его усыпить. Я позвонила Джейсону в поисках поддержки, а он сказал, что это жизнь, нечего реветь из-за собаки.

—Вот, значит, что стало с этим мохнатым. — выдавил Кирилл. — Я еще на похоронах подумал, чего ты Тедди с собой не притащила. Как он там один в Америке.

Глаза Кирилла увлажнились, но он сдержался. Он разделяет мою боль. Я кивнула и утерла слезы:

—Не говори о Тедди с Сонечкой, ладно? Она до сих пор плачет.

—Хотел бы я тоже сказать, что это жизнь, если бы я не знал этого пса. — проговорил Кирилл, заглянув мне в глаза.

—Не говори… Тяжелая, ужасная штука эта жизнь. — заключила я, пытаясь взбодриться.

—Я давно хотел тебе кое-что рассказать, да вот времени не было. Знаешь, что сказал мне твой отец тем утром? — Кирилл звучал таким спокойным и загадочным.

—Вся во внимании. — без сарказма четно призналась я.

—Ты не поверишь, он меня простил. Я сам чуть чаем не подавился. Говорит, что жизнь одна и не хочет проживать её вдали от тебя. Поэтому я должен ему помочь вернуть тебя домой. — в голосе Кирилла звучала грусть. — Правда, сначала мы с ним действительно очень громко поругались. Выли друг на друга как два одиноких волках. Самое забавное, что главная причина – это ты.

—Ясно. Выходит, меня вернул домой не ты, а папа. — заключила я. — У меня такое чувство, будто это никогда не кончится.

—Кончится. Все кончается. — отрицательно дернул головой Кирилл.

—Ты слышишь? Сейчас к нам придут гости. — прошептала я, услышав топот детских ножек.

По деревянным полам топотали маленькие пяточки. Сонечка проснулась. Она любит топать, чтобы привлечь к себе внимание. Кирилл и я оторвали головы от стола и стали дожидаться, когда малышка дойдет к нам. Маленький сонный нос появился в дверном проеме, затем показалась голова.

—Заходи, ребенок. — позвал дочь Кирилл и похлопал по коленкам.

—Пап, вы с дядей Джейсоном разобрались? — спросила Сонечка и подошла к Кириллу, чтобы её подсадили на ручки.

—Да, дядя плохо себя повел, и мы его отвоспитали. — равнодушно проговорил Кирилл и, разместив Соню у себя на коленках, начал поглаживать её по спинке.

—Давно пора. — спокойно произнесла Сонечка, что я чуть со стула не упала.

—Кушать хочешь? — спросила у Сонечки я.

—Хочу. — закивала Сонечка и сонно потерла глазки, затем обернулась к Кириллу. — Папа хочет кушать?

—Я был бы не против поесть что-нибудь вкусненькое. — согласился Кирилл и посмотрел на меня, заиграв бровям. — Мама, вы готовы?

—Готова. — вымученно улыбнулась я. — Я на кухню.

—Мама, веселее, пожалуйста. — Соня широко улыбнулась, заболтав ножками.

— Так точно. — бодрее улыбнулась я и в шутку отдала честь.

Мысль о том, что на сегодня с меня впечатлений хватит, поселилась у меня в голове всего на пару часов. Около семи часов вечера нас посетил следователь со своим помощником, сославшись на то, что я не отвечала на звонки. Каюсь, пропустил. Джейсон сбил. Зачем эти двое явились. Бумажки подписать и меня опросить. Больше ничего с порога не сказали. Возможно, оно и правильно. Я проводила их в гостиную и налила чаю. Мы сели за стол. Кирилл пытался отвлечь ребенка, чтобы Соня не особо вникала в смысл нашего разговора.

—О чем вы хотели со мной поговорить? — спросила вперед я.

—Сегодня днем была убита Ирина Розова. — произнес холодно следак. — По предварительным данным Ирина умерла в результате отравления запрещенными препаратами. Смерть наступила в течение часа после принятия большой дозы наркотиков. В подходящем по времени смерти интервале к ней заходил человек, которого Вы, Валерия Андреевна, очень хорошо знаете.

—И? Что Вы хотите от меня услышать? — обратилась напрямую к следователю я.

—Где? Когда? И При каких обстоятельствах Вы познакомились с Дмитрием Родионович Раскольниковым? — на лице следователя не проступило ни одной эмоции.

—Я все расскажу, только Ваш мог бы посидеть с Соней в другой комнате? Я не хочу, чтобы она слышала эту историю, а оставлять её одну не очень безопасно. Ребенок все-таки. — попросила я следователя.

—Стас, помоги. — ровно приказал следователь.

Помощник молча согласился, поздоровался с Сонечкой и ушел с ней в другую комнату. Я тяжело вздохнула и продолжила:

—С Дмитрием Родионович Раскольниковым нас познакомила как раз Ирина. Видите ли, после смерти мамы папа женился на Ирине и наши отношения совсем испортились. Ирина меня, мягко скажем, невзлюбила с самого начала и всячески третировала. Мы с отцом отдалились до такой степени, что на момент знакомства с Дмитрием, мое мнение в семье вообще не учитывалось. У нас была традиция. Каждый раз, когда папа возвращался из очередной командировки, мы устраивали ужин. Туда Ирина приглашала молодых людей моей сводной сестры Милены знакомиться с папой. Однажды она предложила познакомить меня с Дмитрием. Знакомству с ним я была не рада. Очень часто он пытался домогаться до меня. Я старалась надевать самые закрытые вещи, чтобы не давать Дмитрию лишних поводов для фантазии. Через два ужина после первой встречи, Ирина объявила, что я выхожу замуж. Я была в шоке, а потом появился Кирилл и открыто спровоцировал Дмитрия своим предложением начать отношения. В тот же день Дмитрий пытался меня изнасиловать. Как-то так.

—То есть, Вы утверждаете, что Дмитрий Раскольников открыто предпринял попытки домогательства и никто этого не замечал? — следователь посмотрел на меня скептически.

—Папу в этот момент всегда отвлекала Ирина. Милене и её ухажером было все равно. В момент, когда Дмитрий пытался меня изнасиловать, вовремя вмешался Кирилл и забрал меня к себе домой. — ответила на вопрос я.

—Здесь мне все ясно. — следак достал ежедневник и подписал там что-то. — Расскажите про похищение.

—Я решила купить свадебный подарок Кириллу и вечером поехала в ЦУМ. Было уже темно, когда я вышла, прошла немного до метро и почувствовала чужой взгляд. Позвонила Кириллу и попросила меня встретить. Потом зашла за угол, толком ничего не поняла. Кто-то меня оглушил. Очнулась уже утром в каком-то доме. — я вздрогнула и перевела дыхание, чтобы совладать со своими эмоциями. — Дальше началось самое ужасное. Дмитрий вел себя неадекватно: замазанные движения, перепады настроения, агрессия. У него были очень расширены зрачки, так я и поняла, что он находился под чем-то. Перед тем как начать меня душить, он заявил, что заплатил Ирине. Я все время думала, что она просто хочет от меня избавиться, на самом деле все было немного иначе. От своих знакомых я узнала, что Дмитрия заставляли жениться родители. Для этого он искал тихую, неприметную девушку, которая не будет совать нос в его дела. Как раз такой в то время была я. Ирина получила от Дмитрия деньги и обрабатывала моего отца выдать меня за него замуж. План сорвался, и Дмитрий решил мне отомстить. Если бы Кирилл пришел минутой позже, я бы погибла.

Рука Кирилла достигла моей. Я дрожала. Даже сама этого не осознавала. Я чувствовала страх. Стало страшно, как в то утро.

—Валерия Андревна, кто стрелял в Кирилла Сергеевича? — задал следующий вопрос следак, отметив еще что-то у себя в ежедневнике.

—Дмитрий. Не отрицаю, я брала в руки этот пистолет. То же самое я сказала опергруппе, которая приехала на вызов. Мы связали Дмитрия и стали ждать полицию. Где он держал оружие, я не знаю. Поразведав веревку Дмитрий, достал пистолет и хотел выстрелить в меня, но Кирилл подставился. — меня передернуло на миг, однако я все равно попыталась договорить. — В страхе, что Кирилл умрет, я решила шантажировать Дмитрия пистолетом. После того, как он признался, где мой телефон, я вышвырнула пистолет в окно, чтобы никто до него больше не добрался. Собственно, недалеко от окна его и нашла полиция.

—Спасибо за рассказ, Валерия Андревна. В правдивости Ваших слов у меня сомнений нет. На данный момент есть основания полагать, что Дмитрий Раскольников мстит всем, кто участвовал в судебном заседании. — пояснил следователь и протянул Кириллу бумаги. — Кирилл Сергеевич, в связи с вновь вскрывшимися подробностями по делу с Вас снимаются все обвинения. Подпишите, бумаги.

—Погодите, Вы хотите сказать, что Вы отпустите меня просто так? — изогнул бровь Кирилл.

—Да, или Вы хотите в чем-то сознаться? — удивленно выдал следак.

—Лично я ни в чем не хочу, но должен заметить, что у Вас на свободе ходит серийный убийца, наркоман и психопат, который ранее был судим за попытку убийства, похищение и изнасилование. Я прошу Вас приставить охрану к моей жене, так как она проходила по делу Дмитрия Раскольникова главной потерпевшей. — разразился длинной речью Кирилл.

—Тревожная кнопка Вас устроит? — предложил следователь.

—Устроит. — нехотя согласился Кирилл.

—Отлично, тогда этим прямо сейчас займутся наши специалисты. — следователь собирался уходить.

—У меня есть еще кое-что. — вступила я, решив рассказать про «сахарок». — Сегодня я имела возможность поговорить с личным секретарем моего отца. Мне показалось очень странным то, как она отреагировала на мое появление. Она откровенно испугалась. Моего отца отравили, так?

—Так. Что Вы хотите этим сказать? — хитро прищурился следователь.

—Пока Анжелика выходила за чаем для меня, я осмотрела столик, на котором стояли чашки и сахарница. Сахарница в МИДе очень подозрительное явление, поэтому я заглянула внутрь и заметила мелкий белый порошок, перемешанный с сахарным песком. — объяснила я и продолжила, позволив следователю и Кириллу переварить полученную информацию. — Возможно, Вы скажите, что я решила поиграть в следопыта, но следы того же самого порошка я обнаружила на стеллаже с документами и сделала несколько фото. Помимо всего прочего на столе секретарши я увидела бумажку с номером Ирины, приклеенную к монитору компьютера.

Я достала мобильник из кармана и показала следователю все найденные улики. Он еще минут пять смотрел на меня, как на идиотку, затем подумал и, едва улыбнувшись, похлопал в ладоши:

—Что ж, снимаю перед Вами шляпу, Валерия Андреевна. Приемную Вашего отца мы осмотреть не удосужусь. Может ли быть так, что Вы собрали образцы сахара из сахарницы?

—Собрала и направила на экспертизу в лабораторию. Я надеялась, что результаты послужат достаточным основанием для снятия обвинений с моего мужа. — спокойно призналась я и встала. — Пойдемте, я передам Вам образец.

Вечер кончился тем, что с Кирилла сняли «браслетики». Теперь он свободен как пташка. Более того, этот тип набросился на меня с поцелуями (еле-еле отбилась) и воплями благодарности. Шведов готов был на меня молиться. Я не шучу. Сама никогда бы не подумал, что он способен пойти на такие унижения. Хотела бы я сказать, что все хорошо, что хорошо кончается, однако мягкое место чувствовало подвох. Милена не брала трубку и отключила телефон. Я написала сообщение, чтобы она перезвонила, если захочет поговорить. Олег попросил не трогать её несколько дней. Она потеряла родную мать. В конце концов я прекрасно знаю, какого это остаться одной и понимать, что, образно говоря, за спиной никого нет рядом. Это страшно. Главное, не поддаться истерике и страху остаться одной. Осознание будет душить еще очень долго.

Что касается меня, я не чувствовала облегчения из-за смерти Ирины. Это скорее неожиданно. Раньше мне казалось, что мачеха проживет до ста лет и в старости станет злобной, сварливой старухой, которую сдадут в дом престарелых, потому что больше пяти минут с ней в одном помещении не продержаться. Надеюсь, эта ведьма попадет в Ад. Милене не стоит знать о моих грязных мыслях. Возненавидит. Но я испытала настоящий шок, когда осознала, что женщины, измывавшейся надо мной и глумившейся над памятью моей покойной мамы, больше нет в этом суровом мире. Значит ли это, что добро победило над злом? Скорее Ирину сразило еще более жестокое и беспощадное зло. Так нелепо умереть. Хм, она ведь сама все это и заняла много лет назад, когда продала меня психопату. Захаживал ли к моему отцу Дима? Без сомнений это он подсыпал Ирине наркотики. Или Ирина заплатила секретарше, а Дима передал пакетик? Правду нам расскажет следствие.

Над моей головой нависла угроза. Страх подступал к горлу, пусть тревожная кнопка спрятана на камине в гостиной за статуэткой. Я боялась за своего ребенка. Папа скончался полторы недели назад. Теперь мертвой нашли Ирину. Не удивлюсь, если их отравили одним и ем же веществом. Господи, как это страшно. Кто следующий? Милена? Олег? Кирилл? Или я? Меня трясло. Весь вечер я нервно косилась по сторонам в страхе, что за углом кто-то поджидает. Темнота пробегалась по моей коже мурашками. Вдруг в ней прячется Дима с пистолетом? Сердце колотилось невыносимо быстро. Кирилл не отходил от меня и даже нашел какой-то успокоительный травяной сбор в аптечке. Диму уже ищут. Он подан в международный розыск. Скоро его найдут, и этой криминальной истории конец. Я надеюсь.

Мы с Сонечкой остались на даче. Забор неприступно высокий. В его целостности я уверена. Плюс, камер видеонаблюдения. Нас попросили не уезжать из города. Хорошо, пока можно и посидеть на природе. Утром Кирилл встал с настроением шокировать всех своих недоброжелателей, а точнее довести их до инфаркта или инсульта от неприятного удивления, и уехал воскрешать боевой дух своей конторы. По нему было видно, что он готов из-под земли достать Тину. Шведов что-то знает, но мне не говорит. Вот кудрявый негодяй.

Я покормила Кирилла и Соню завтраком. Оказывается, у Шведове в гараже припрятана моя старая машина. Говорит, отдал её после меня Тине, а потом времени и желания не было заниматься продажей. Так и осталась одиноко стоять в гаража. Повезло, место было. Соня была очень довольна. Она играла с Кириллом весь вечер. Надеюсь, они построят добрые отношения. До обеда ничего не предвещало беды: мы вышли в сад. Сонечка носилась по газону. Надо же, Кирилл от скуки взялся за дело и завел газонокасилку. Больше некому. Хвалю. Я по привычке оценивала масштабы работы. На даче, если верить Шведову, никто не появлялся с того момента, как мы разошлись. Естественно, там сайдинг выцвел, там беседка обветшала, там кусок забора облез, там плитка испортилась. Надо подправлять.

Я даже решила облагородить свой розарий, однако неожиданно испортившаяся погода загнала нас обратно в дом. Солнышко резко скрылось. Подул ледяной осенний вечер. Начал накрапывать дождик. Очень скоро наступит осень. Сердце забилось. Сонечка смотрела телевизор. Я закрыла все двери на замок и из-за занавески нервно смотрела в окно. Поверите ли вы в то, что я сейчас вам расскажу, но это правда. На миг я чуть повернула голову вправо и будто увидела отца. Он стоял рядом со мной очень мрачный, напуганный. Я никогда прежде не видела столь беспомощное выражение его лица. С его губ сорвались фактически беззвучные слова:

«Котенок, берегись».

А? Что это было? Я ничего не понимала. Голос папы звенел в ушах эхом. Я кинулась к телевизору. Нет, там идет мультик про Машу и Медведя. Мне не могло почудится. Значит ли это, что моя кукушка медленно съезжает на фоне стресса?

—Мам, ты чего испугалась? — совершенно спокойно спросила Соня, сидя на диване, свесив ножки.

Отец исчез, как и не было его на том самом месте. Мистика? Да, еще какая. Только за моей спиной послышались шаги. Я начала метаться по дому, схватив дочку за руку. Мои ноги как по волшебству шли за звуком шагов. В тот миг, я точно знаю, меня вел папа. Я стояла перед дверью в кладовку. Вернее, это была вторая гардеробная с огромными наглухо закрытыми шкафами для всякого хлама и верхней одежды не по сезону. На первом этаже разбилось стекло. Точнее огромное во всю стену. Сонечка пискнула. Я быстро закрыла ей рот рукой и попыталась максимально доходчиво объяснить:

—Ш-ш-ш, к нам вломился Бабайка. Сонечка, Цветочек мой, как бы он тебя не звал, что бы не говорил, сиди в шкафу и не издавай ни звука. Запомнила?

Малышка сама закрыла рот руками, быстро закивав, затем открыла шкаф и буквально закопала дочь среди верхней одежды. Если живой не уйду я, то хоть пусть Соня. Мои мысли сводились лишь к одному вопросу: «Как защитить своего ребенка?». На первом этаже послышался топот. Мое сердце от страха гонялось на перегонки со временем, силясь подскочить до Луны. Я закрыла дверь кладовой и дрожащими руками написала Кириллу СМСку:

«Здесь Дима! Он ворвался в дом».

Я поставила телефон на беззвучный. Малейший звук нас може выдать. Кирилл ничего не ответил, но прочитал. Нужно дождаться приезда полиции. Черт, надо позвонить и им. Я набрала «112», ответили быстро:

—Девушка, пожалуйста, пришлите полицию. В мой дом вломился убийца. СНТ «Кедровый Бор», Первая Лесная улица, дом 25а.

Все. Я бросила трубку. Надеюсь, отреагируют. Господи, молю тебя, спаси нас. Я сидела в шкафу, крепко обнимая Сонечку, и тихо молилась. На первом этаже переворачивали все вверх дном. Было отчетливо слышно, как ломается деревянная мебель, разбивается стеклянный книжный стеллаж.

—Я знаю, ты где-то здесь, сучка! — раздался истошный рев на весь дом.

Это без сомнения кричал Дима. Голос этого безумца отпечатался в моей памяти навсегда. Я никогда его ни с каким-либо другим не спутаю. Через мгновение вакуумной тишины раздался выстрел. На втором этаже затрясся пол. Значит, этот ублюдок стрел в потолок. Дима поднимается по лестнице. Сонечка пыталась пискнуть, но я вновь зажала ей рот рукой. Думай, Лера. Если он начнет потрошить комнаты, то найдет Соню. Пострадает ребенок. Через сколько приедут оперативники? Без сомнения Дима доберется до нас раньше. Нужно выиграть время.

Материнский инстинкт превозмогает страх. Я целую свою дочь со словами:

—Я люблю тебя, мой Цветочек. Сиди тихо, как мышка, тогда Бабайка тебя не тронет.

Глаза девочки широко распахиваются. Я усаживаю её в самую глубь шкафа и закрываю за собой все двери. Дима шарил в нашей спальне, что дало мне удачную возможность промчатся на первый этаж. Дима выбегает следом за мной с криком:

—Не уйдешь, мразь!

Он настигает меня в гостиной. Вся мебель перевернута и сломана. Я замираю напротив разбитого окна. Как бы выпрыгнуть? Обезвредить Диму у меня все равно не получится. Мои глаза скользили по предметам, валявшимся на полу. Тревожная кнопка! Надо нажать и на нее. Пока Дима бежал по лестнице, я со всей дури долбанула по красной кнопке, которая чудом осталась нетронутой. Дима предстал передо мной облезлым и потасканным. Лицо обвисло, хотя ему не было так много лет. Черные волосы фактически вылезли. Он выглядел так, будто гнил изнутри. Вот что делает с человеком употребление запрещенных веществ. Уж кого побила жизнь, так это его, но эти безумные глаза под наркотой остались все теми же. Нужно потянуть время. В тот переломный момент, каждая секунда обретала бесконечность.

—А ты не изменилась, тварь. — прорычал Дима, разглядывая меня со всех ракурсов.

Так, думай, Лера. Поведение Димы напоминает серийного убийцу. До того, как отравить Ирину, он ходил к ней домой. Этот мерзавец играл с ней, как кот играет с мышкой прежде чем её съесть. Если бы Дима пришел палить из пистолета, я бы уже здесь не стояла. Он выстрелил бы в меня без промедления, только ему доставляет кайф издеваться над жертвой. Нужно осторожно заговорить с ним.

—Ну, вот она я. — уверенно произнесла я, ведь, если мне суждено умереть сегодня, и так умру.

—Какая дерзость. — засмеялся Дима и плюнул на пол. — Давно такого не видел. Прошла мразь ползала у меня на коленях, умоляя не убивать её. Она даже не знала, что сдохнет от передоза.

—Так это ты Ирину? Умно. Никто даже не подумал на тебя. — я подключила все свое дипломатическое обаяние.

—Я тоже так думаю. — разразился громким хохотом на пустом месте Дима.

—Признаться, я тоже думала её убить. Она измывалась надо мной все мое детство, но то, как блестяще это сделал ты, заставляет аплодировать стоя. — проговорила я, чувствуя, как все трясется внутри.

—Правда? — заинтересовался Дима и подошел ближе.

—Да. — попыталась звучать все так же уверенно я.

—Скажи же, я похож на Джокера? — продолжил нести всякий бред Дима. — Чуточку безумства, и ты вылитая Харли Квин.

Дима подходил все ближе. Мое тело сковывал страх все сильнее с каждым его шагом. Я была на пределе. Еще чуть-чуть и дам слабину.

—Чего молчишь? — Дима начал сомневаться.

—Думаю над твоей гениальность. — продолжила нести бред я.

—Ты права, подруга. Заставить Иришку подсыпать твоему чокнутому папаше «конфетку» в кофе было отличной идеей. — Дима подбирался ко мне, словно зверь готовиться в кустах к броску.

—О? Так это ты? — максимум, что смогла сказать я.

Дима истерически засмеялся. Он скорчился от боли. Надеюсь, его скрутило навсегда, но нет. Дима поднялся и наставил на меня пистолет:

—Посмеялись и хватит. Прощай, моя милая Харли Квин.

Это конец? Я сейчас умру. Вот так окончится моя жизнь? Боже, как все циклично. Я уже думала об этом летом десять лет назад. Зажмурилась. Встречу ли я на Небесах папу и маму? Что мне им сказать? Простите, меня убил маньяк? Примет ли мама такой ответ? Стоя на пороге смерти, передо мной пронеслась вся моя жизни. В ней, оказывается, столько прекрасного. В ней все прекрасно. Она сама по себе прекрасна! Я не больна, однако внутри билась в предметной агонии. Ба-бах! Я упала на пол. Кто-то обнял меня. Звуки становились все тише. Сознание затухало. Запахло Шведовым. Стало тепло. Стало спокойно. Если умирать, то только так.

—Лера! — где-то далеко-далеко вскрикнул Кирилл, но мне было уже все равно.

«Чтобы стать счастливым, надо избавиться от всего лишнего.
От лишних вещей, лишней суеты, а самое
главное, — от лишних мыслей».

Дэниел Шеллабаргер

Вашингтон

Лера

В последние время мне снятся непонятные сны. Не страшные. Не хорошие. Просто сны о неопределенности. Как бы объяснить, я все время от кого-то убегаю и что-то ищу. Я пытаюсь к чему-то прийти, но не могу. Скорее всего мои сны – это всего лишь отражение действительности, ведь я так и не решаюсь порвать с Джейсоном. По крайней мере это не те отношение, которые я хочу. Особенно меня бесит радость в его глазах, когда он узнал, что Соня захотела остаться с Кириллом. Это не навсегда. Я люблю свою дочь и не хочу расставаться с ней ради Джастина. Никакой мужик этого не стоит, однако я боюсь разрушить то, что отчаянно строила все эти годы. Я хожу по кругу, не предпринимая никаких попыток найти выход. Если мой поезд ездит по одному и тому же пути, то нужно проложить новые рельсы. Как-то страшно. Глупо, да?

Моя спальня, как всегда, была сереньким тихим местечком, не блиставшим особым колоритом, куда я вваливаюсь только поспать. Постоянно трудящемуся человеку все равно где спать, главное – удобная, большая кровать. Об этом я всегда беспокоюсь заранее. Тем не менее, с недавнего времени меня начала угнетать обстановка в служебной квартире. Сегодня утром я проснулась в своей холодной постели с каким-то очень странным чувством тоски и поняла, что хочу позвонить Кириллу, спросить, как у него дела. Я так давно ему не звонила. Наверное, раз пять за полтора года. Бывает, мне очень хочется его услышать, и, знаете, Кирилл всегда так рад. Он не отказывается поговорить, даже если я случайно бужу его ночью. Ну, бывает, меня накрывает тоска. Соне я звоню чуть ли не каждый день. Ребенок не брошен. Мама рядом, даже если она живет на соседней полушарии. Я перевернулась на спину и начала разглядывать потолок в полумраке спальни. В Вашингтоне в принципе мрачновато, как и во всей Америке. По крайней мере мне так всегда казалось. Не хватает русского тепла. Это странно, но я так чувствую. Когда звонишь Кириллу, становится чуточку легче, будто я снова дома.

Я тяжело вздохнула. Хочется отдохнуть. После похождений по всем благотворительным мероприятиям, дипломатическим приемам, на которых собираются золотые слитки в моей профессии я чувствовала, будто меня отжали, как тряпочку. Сил нет. Я потянулась за телефоном. Который час? О, ровно шесть утра. А сколько в России? Мне слишком лень переводить. Надеюсь, Кирилл не спит. Звоню.

«Привет». — с радостными нотками в голосе ответил на звонок Кирилл.

«Ты же не спишь, да?» — сонно спросила я, укутавшись в одеяло.

«В Москве два часа дня. У меня перерыв на обед». — объяснил Кирилл.

«Как дела? Расскажи мне что-нибудь хорошее». — жалобно протянула я.

«Что-то случилась? У тебя все в порядке?» — с тревогой проговорил Кирилл.

«Я просто устала. Перед Рождеством дипломат вынужден посещать всякие мероприятия и возиться с кучей прочей работы. Если честно, я как выжатый лимон. Вот, надеялась, что ты расскажешь мне что-нибудь хороше». — пробормотала я.

«Хорошее, да? Соня получила свою первую медаль на соревнованиях по фигурному катанию. Её тренер говорит, что она делает большие успехи. Далеко пойдет». — начал рассказывать Кирилл.

«Это круто! Жаль, что я этого не видела. Мамаша чертова». — проговорила я с некой досадой.

«Я бы не был так строг с собой. Прислать тебе видео?» — мягко сказал Кирилл.

«Да, я с удовольствием посмотрю». — быстро согласилась я.

«Еще вчера мы ходили в ЦУМ за подарками на Новый год и купили кое-что для тебя. Соня клянчит у меня новые коньки, но я придумал подарить ей кое-что получше коньков. Ты как? Посетишь Москву на этот Новый год?» — спросил Кирилл, явно надеясь, что я приеду впервые за полтора года.

«Возможно, но я не знаю. Что ты делаешь, когда не знаешь, что делать?» — я перевернулась на другой бок.

«Что-то делаю. Главное не позволить себе сдаться раньше времени. У тебя точно все хорошо? По голосу ты не очень радостная». — Кирилл тяжело вздохнул.

«Я просто не могу решиться кое-что сделать». — объяснила я.

«Надеюсь, это что-то очень важное для нас?» — невозмутимо проговорил Кирилл.

«Я не хочу давать тебе пустых обещаний. Если бы ты знал, как мне страшно. Я не хочу второй раз терять все, что имею». — честно призналась я.

«Но что-то же изменилось?» — постарался не давить на меня Кирилл.

«Хочешь честно?» — ответила вопросом на вопрос я.

«Конечно». — с напряжением протарахтел Кирилл.

«За это время изменилось так много, что я боюсь принимать эти изменения». — тихо проговорила я.

«Скажи мне только одно: ты когда-нибудь сможешь меня по-настоящему простить? Я не зря надеюсь?» — серьезно спросил Кирилл.

«Пока я не приму решение, ответа не жди». — предельно откровенно сказала я.

«Значит, к старости я дождусь тебя. Что тебе еще рассказать?» — немного огорченное пробурчал Кирилл, не услышав от меня точного ответа.

«Не делай из меня злодейку, ладно? Лучше расскажи мне все, что захочешь: о себе, о работе, о маме, о Соне. Я хочу услышать все, чем ты готов со мной поделиться». — с какой-то неожиданной теплотой и нежностью вырвались у меня эти слова.

«Хм, дай-ка подумать. Я соскучился. Катя собирается приехать на Новый год. Еще мама постоянно упрекает меня в том, что я плохой отец и не понимаю Соню. Честно сказать, я и правда иногда её не понимаю, но я стараюсь. В начале все было совсем плохо, а сейчас неплохо. Еще я собираюсь заключить супер дорогой контракт. Если у меня получится, то дела компании пойдут в гору. Я сплю и вижу, как Стоун подписывает бумажки». — начал болтать Кирилл.

«Майкл Стоун?! Серьезно?!» — не удержалась я и перебила Кирилла.

«Эм, ты с ним знакома?» — замялся Кирилл.

«Да! Он хороший парень. Однажды мы помогли друг другу. Так получилось, что на одном мероприятии ему нужен был русский переводчик в дипломатическом аспекте. Я представляла его интересы, а он помог мне с одним делом. Мы общаемся до сих пор. Майкл очень семейный человек, предпочитает жену и детей шумным мероприятиям, учти это во время переговоров. И скажи, что Валери Донован передает ему «привет». Он поймет». — решила присоветовать кое-что я.

«Стесняюсь спросить, кого ты еще знаешь в США?» — скомкано проговорил Кирилл.

«У меня есть связи не только в США, так что на твоем месте я бы не ругалась со мной. Круг общения дипломатов – это не только политики, но и всякие юристы, бизнесмены и все, кого притащат за компанию на скучный приемчик». — весело проговорила я, ворочаясь в кроватке.

«Например, ты же не крутила с ними романы?» — усмехнулся Кирилл, а диван под ним скрипнул.

«Ну, знаешь ли, я и сейчас достаточно популярна среди мужчин. Они до сих пор не знают, что я замужем, а, если говорю, не верят. Кое-кто опять ревнует». — смягчилась я.

«Не совсем, хотя доля ревности есть. Я должен знать, кто пытается увести тебя у меня». — отмахнулся Кирилл.

«Нет, не уведут. Я не хочу быть чьей-то любовницей, мой дорогой, когда я уже чья-то жена. Не мой размерчик, ты же знаешь». — проговорила я.

«Действительно, не твой. Ты же святая». — с иронией буркнул Кирилл.

«Эй, Шведов, не переживай, рогами ты небосвод не подопрешь никогда, в отличие от меня, но я тебя прощаю». — подколола Кирилла я.

«Спасибо, что прощаешь. Ты же знаешь, я изменился». — простонал Кирилл.

«Шуток не понимаешь. Я уже даже пошутить не могу на эту тему. Шведов, перестань воспринимать мои слова, как попытку выяснить отношения. Я просто хочу поддержать разговор. Ты, кстати, тоже можешь пошутить надо мной». — поправила Кирилла я, когда поняла, что наш разговор повернул не туда, куда мне бы хотелось.

«Назови меня «Кирюша», как раньше, и я буду шутить, сколько захочешь». — усмехнулся Кирилл.

«Это шантаж?» — возмутилась я.

«Это просьба, Зайка». — спокойно сказал Кирилл.

«Нет, максимум «Кирилл». На большее я пока не способна». — отрезала я.

«Скоро будешь способна, Зайка». — будто самый настоящий хитрец буркнул Кирилл.

«Где еще мое «что-нибудь хорошее»?» — по-детски потребовала я.

«Мы переезжаем». — бросил Кирилл.

«Куда!?» — удивленно вскрикнула я, не удержавшись.

«Я подыскал нам новую квартиру в центре Москвы. Я устал спать на диване. Соне нужна своя комната. Для мохового холостяка наша квартира оказалась очень даже удобной, но для ребенка нет. Совсем. Соня должна иметь свое место, куда можно сложить все её девчачьи вещи, а не спальню со шкафами, забитыми моим барахлом». — по-отцовски мудро рассудил Кирилл.

«Это хорошо. Ты начал думать, как для Сони будет лучше. Я рада, что она научила тебя отвественности». — прониклась я.

«Я был таким безответственным?» — удивился Кирилл.

«Нет, просто думать о благополучии ребенка намного сложнее, чем о своем собственном. Ты должен учитывать его желания, мнение, интересы. Ты должен слушать и спрашивать, чего хочет Соня, чтобы не стать суровым тоталитарным родителем. Это гораздо труднее». — объяснила я.

«Ты права. Это труднее, чем кажется. Соня очень смышленая девочка по сравнению со своими сверстниками. Она понимает больше, чем другие дети, и это одинокого хорошо и плохо. Семилетняя девочка не должна забивать себе голову взрослыми вещами». — неожиданно буркнул Кирилл.

«Именно так. Раз ты начал понимать настолько сложные вещи, у тебя появилось больше отвественности, чем раньше». — заключила я.

«Ты меня хвалишь?» — удивленно проговорил Кирилл.

«Именно, именно хвалю». — подтвердила я, тихо посмеиваясь.

На фоне послышался топот каблуков. Кирилла позвала секретарша:

«Лер, давай попозже обязательно созвонимся, хорошо? Мне нужно идти». — растеряно проговорил Кирилл.

«Да, конечно. Давай, пока». — расстроено проговорила я и положила трубку.

Хах, вот мы и поговорили. Поговорили… Я перевернулась на спину и закрыла лицо руками. Меня накрыло тоской. Я неожиданно поняла, что не хочу быть в этой чужой служебной квартире в спальном районе Вашингтона. Не хочу сегодня праздновать Рождество с Джейсоном. Это не мой праздник! Я – русская, а русские – православные. Хорошо быть туристом, который хочет проникнуться киношным духом Рождества, но я не звезда какой-нибудь мелодрамы или сериала. Здесь про жизнь. Про любовь. Про расставания. Нет, Рождестве – это не для меня. У меня нет соприкосновения с американской культурой. В душе всегда буду москвичкой. Возможно, не такой уж русской бабой, зато не американкой и не англичанкой. Как бы тяжело мне ни было в этом признаваться, в Москве все родное, знакомое, свое. Там остались самые близкие и родные. Там похоронены мои родители.

Неожиданно из глаз потекли слезы. Кирилл. Я разговаривала с ним буквально пять минут назад, но уже дико скучаю. Он – свой, родной и такой любимый, как облезлый, вытянутый свитер, который одновременно и жалко, и надо выкинуть, а наденешь его, так уютно становиться. Столько всего было. Серьезно, вы давно перебирали шкаф? Наверное, там висит какое-нибудь платьице, с которым столько счастливых воспоминаний связано. Вроде бы и непотребного виду, и поношенное, а рука не поднимается отнести на помойку. С Кириллом так же. Да, он уже не тот, что раньше. Да, попользованный Тиной. Да, объегоренный этой жизнь. Черт возьми, солгу, если не скажу, что ближе друга, чем он, у меня все равно нет. Нет, и не будет. Какой дурак разбрасывается друзьями? Мне нужен Кирилл. Не выкинуть этого кудрявого оленя. Из сердечка его тоже никуда не деть. Кирилл Шведов останется со мной навсегда. Вдобавок, он – отец моего ребенка. Это играет роль. Имеет вес. Вот тут-то я и осознала, что простила Кирилла. Приняла его в своей мир обратно. Пусть прошлое останется в прошлом.

Это я даже не упомянула факт того, что Кирилл просился на меня, спасая от пули Димы. Спецназовцы выстрелили Диме в руку, а я просто отключилась. Я так благодарна за это невероятную жизнь, хотя едва с ней не простилась. Боже, если ты меня слышишь, спасибо! Я очнулась в больнице. Мне сказали, что я потеряла сознание от шока и провалялась без сознание чуть меньше чуток, но для меня все хорош закончилось. Я вышла из этого состояния и убежала в Штаты. Отпуск не резиновый. Сонечка изволила не возвращаться, а остаться с папой по присмотром бабушки. Мамаша из меня так себе. Так захотел ребенок. Моя дочь истерика и ревела, заявив, что хочет пожить с папой. Вот так маму променяли на папу…

Сейчас я в Америке. Где буду завтра? Черт знает. Мой контракт истекает. А завтра я буду в России. Все, я решила. Сегодня порву с Джейсоном. Да, не удивляйтесь так. Мы все еще вместе. Он долго извинялся, и я приняла решение дать ему еще один шанс. Хватит с меня всего этого. Я вообще не понимаю, как могла простить ему все, что он мне наговорил в России? Получается, я не уважаю саму себя. Кажется, пора исправлять ситуацию. Я увольняюсь. К Джейсону на Рождество я надела черное платье, намекая, что мы расстаемся. Когда мы пили за праздник мать Джейсона праздно сказала:

—Я верю, что весной следующего годы, вы двое сыграете свадьбу.

Меня накрыло. Вдох. Глубокий выдох. Не будет свадьбы. Я встала из-за стола за словами:

—Свадьбы не будет. Счастливого Рождества.

Мать Джейсона едва ли не побагровела от возмущения. Мы будем уходить согласно английским корням – без лишних слов. Джей догнал меня и спросил:

—Валери, что происходит?

—Ты провалил свой второй шанс. Прощай.

Джейсон замер в дверном проем и наблюдал, как я иду по улице довольная и счастливая. Снова свободна. Снова замужем. Даже смешно. Вечером мне сказали, что я могу улететь в Москву на какой-то банкет. Окей, только я уже не вернусь. Со своим бойфрендом я уже простилась. Квартиру в Вашингтоне я покидала без сожалений. Эта глава моей жизни закончилась.

И вот я стою на выходе из аэропорта, наблюдаю сцены долгожданных встреч, слезы радости и облегчения. Мне стало грустно, но не от того, что меня некому встретить. Если бы я позвонила Кириллу со словами, что сегодня вечером буду в Москве, он бы непременно бросил свои дела и стоял сейчас с огромным букетом красных роз. Я сама так не хочу. Папа больше не придет. В такие моменты мне до сих пор тяжело осознавать, что не осталась родных по крови людей, которые меня любили и растили. Знаю, есть Сонечка. Кто-то скажет: «Лера, у тебя так много людей, которые тебя всегда ждут». Это немного не то. Не хватает чего-то очень важного и дорогого. Только сейчас я понимаю, что отец олицетворял мое детство – те прекрасные времена, когда была жива мама. Тогда каждый из нас чувствовал себя по-настоящему счастливым. Папы не стало, и вместе с ним я лишилась еще одного кусочка своего маленького пазла. Из моей истории будто выдрали страницы. Теперь её помню только я.

Собрав вою в кулак, я схватила ручку чемодана и покатила его к выходу, задаваясь вопросом, куда теперь ехать? Меньше всего мне хотелось заявляться домой к Кириллу, аки мать-кукушка, и клясться, что я изменилась. Напоминает сцену из русской мелодрамы. Непутевая мамаша, бросившая свою дочь на отца-святошу, вернулась, будто ничего не случилось. Я сглупила, уехав обратно в Америку. Теперь меня мучает совесть. Посмотрев на свою сумку, я вспомнила о папиной квартире. Туда и поеду. Назвав таксисту адрес, машина двинулась с места. Для начала приму душ. Сегодня вечером предстоит поработать. Лера, выполни уже свою дипломатическую миссию и придумай, как извиниться перед своим собственным ребенком.

Такси довезло меня до дома. Про донести чемодан речи и не шло. Максимум, что сделал водитель, – достал мои вещички из багажника, пока я оглядывалась по сторонам. Давненько это было. Давненько я бывала в этом скверике у подъезда. Все было в снегу, но тротуары вычищены и посыпаны солью. Пожалуй, после бесснежных или малоснежных зим в Америке видеть белые улицы стало чем-то необычным. Русское солнце наводило на меня исключительно позитивные настроения. В Вашингтоне бывали теплые, солнечные деньки, но все равно это не то. Я не могу описать мои чувства словами. Надеюсь только на понимание. Меня охватывала ностальгия. Дотащив свои пожитки до лифта, я выдохнула и продолжила этот квест до входа в квартиру. Вот и дверь. Открылась легко. Внутри пахло папой, будто он все еще жив. После его смерти этот дом закрыли на ключ. Я уехала. И место, в котором папа прожил свою жизнь, стало забытым и ненужным. Мне сделалось досадно и обидно, ведь я прекрасно знала, как мой отец дорожил этим домом. Да, здесь моя жизнь не была такой уж сладкой, зато это мое детство такое, какое оно есть.

Бросив чемодан, не снимая обуви, я промчалась по лестнице и зашла в свою комнату, будто ведомая кем-то или чем-то. В ушах раздался детский смех. Мой собственный смех. Совсем маленькая я внеслась в комнату и улыбалась, указывая пальцем на свежерасписанный потолок. Следом вбежали родители и радовались обновке вместе со мной. Мама защекотала меня, схватив за бока. Папа присел на корточки рядом с нами и молча улыбался. Вот это была моя та самая семья, которую я запомню на всю оставшуюся жизнь. Вдруг родители растворились. Прекрасное воспоминание закончилось. Я осталась стоять под этим потускневшим звездным небом совсем одна. Моей семьи больше нет. Это эгоистично так думать, ведь у меня есть Соня и, наверное, Кирилл, а еще друзья. Просто я впервые осознала, что вместе с родителями ушла целая эпоха, расставаться с которой мучительно больно. Когда-то дорогие люди, стали самыми невыносимыми воспоминаниями. Папы и мамы нет, а этот потолок, который они заказывали специально для меня исключительно с благими намерениями, чтобы моя комната стала волшебной, остался. Он их пережил.

Интерьер моей комнаты не изменился. Подумать только, столько лет прошло, как меня здесь нет, а папа ничего не изменил. Мебель осталась стоять на своих местах. Кусок моего детства сохранился в этой комнате совсем заброшенным мной. Несправедливо. Пара скупых слезинок всё-таки скатилась по щекам. Я помню. Сняв-таки ботинки, я прошлась по второму этажу. Спальня Милены опустела. Точно, она говорила, что при переезде забрала даже мебель, потому что ей хотелось, чтобы эта квартира была только нашим с папой местом. Как-то грустно даже. Я прошла чуть дальше и уперлась в дверь папиной спальни. Ох, я ведь раньше туда почти никогда не заходила. От силы всего пару раз, когда мама еще была жива. По факту у меня даже не осталось воспоминаний, какой там был интерьер. Ничего не помню. Папина дверь всегда воспринималась безнадежно запертой для меня. Дернув за ручку, я её открыла. Темно-коричневая дубовая мебель, которой уже много лет. Кусочек нашего семейного счастья снова выскользнул из тайника памяти. Как и я, папа запретил Ирине выбрасывать мебель из своей спальни. Память о Рози Донован все еще живет в этом доме.

Пройдясь немного, я заметила на папиной тумбочке две фоторамки: в одной стояла мамина фотография, а в другой – наша с Соней. В очередной раз я пожалела обо всем. Мне стоило чаще бывать в России ради папы. Я не должна была избегать эту страну только потому, что здесь живет Кирилл Шведов. Сейчас папы уже нет. У меня не осталось ничего, кроме чувства вины перед ним. Я была по-настоящему отвратительной дочерью. Словами не передать, как мне досадно и обидно. Я даже не зашла ни разу в эту квартиру. Я просто все бросила и уехала, разобравшись с проблемами Кирилла, будто папа ничего для меня не значил. Если задуматься, то в спальне осталось все точно, как мой отец оставил в свое последнее утро. Смятая кровать. Книга и очки, лежавшие на другой тумбочке. Домашняя одежда в кресле. Я не решилась что-то трогать и просто медленно отходила назад к двери. Папа хотел, чтобы именно я жила в этой квартире. Наверное, мне стоит поговорить с Кириллом. Он искал новое жилье, чтобы Соне было комфортно. Зачем подбирать что-то необжитое и чужое, когда есть этот дом. Оставляя мне эту квартиру, папа точно хотел, чтобы мы были здесь так же счастливы, как и он с мамой когда-то. Пусть будет так. Пусть это место снова наполнится уютом и теплом.

Я вышла из комнаты. Мне пора собираться на бал-маскарад. В этом году посольство решило устроить нечто необычное. Главное условие входа – карнавальная маска. Что ж, она у меня есть. Напоминает венецианский карнавал, но ничего не поделать. Я забрала свои ботинки и, швырнув из в прихожей, забрала чемодан. Платье уже заготовлено заранее. Я достала его из пакета, в котором оно проехало через полмира, и бросила на диван. Белое. С откровенным вырезом и длинными кружевными рукавами. Если надеть шубу и парочку ювелирных украшений, выйдет загадочная незнакомка. Принимая душ, я думала о прошлом. Моя жизнь кардинально переменилась. Я невольно вспомнила в деталях нашу первую встречу. Ночное рандеву, наполненное тайной, навеяло на сегодняшний вечер сказочные настроения. На улице зима. Предновогодний период всегда таит в себе некое волшебство. Особенно это касается России. Наверное, из-за этого европейское и американское Рождество мне всегда было безразлично и чуждо. В нем нет той загадочной силы, которая наполняет меня радостью.

Надев на себе платье и дорогие серьги с колье, усыпанным россыпью бриллиантов, я почувствовала себя как-то иначе. В конце я примерила бело-золотистую маску с перьями. Совсем другой человек. Это ли я? В зеркале отражалась Валери Донован. Я так стремилась стать не самой собой. Маска, надетая по случаю бала-маскарада, помогла мне осознать, что я ношу её уже давно, притворяюсь кем-то другим. Лера, где же ты настоящая? Отложив аксессуар в сторону, я окинула свое отражение новым пронзительным взглядом. В моих глазах промелькнула та девочка, которая уже выросла и все еще хочет быть услышанной. Вот ты где. Просто Лера все еще здесь и точно знает, как будет правильно, ведь именно она заставила меня прилететь в Москву. На лицо раздвоение личности, однако я так чувствую. В абсолютно каждом человеке живет та его сторона, которую он задвигает на второй план. Уйдя из дома много лет назад, я поступила так же, отвергая ту часть себя, которая хотела счастливо жить с Кириллом и при этом наладить отношения с отцом, не прибегая к уходу из дома, не говоря столько обидных и резких слов. Она хотела гармонично сочетать все, что имела. Жаль, что я так поздно это осознала.

Взглянув на часы, я поняла, что времени пялится на свое отражение у меня нет. Я вызвала такси и приехала в посольство. Входя в мраморный зал, я вспомнила сцену из фильма «Золушка». Красивая незнакомка, окутанная таинственной аурой, плывет в толпе людей и ловит на себе восхищенные взгляды. Кто же она? Откуда? Почему никто её раньше здесь не видел? Если бы кто-нибудь в самом начале назвал её имя. Я расположилась с бокалом шампанского в отдалении. По пути несколько фотографов смогли поймать меня в кадре. Надеюсь, я не попаду на первые полосы газет. Через пару минут ко мне подошли люди. Двое мужчин и женщина, сопровождавшего одного из них.

—Добрый вечер. — сказал мужчина с прелестной дамой, пытаясь узнать меня под маской. — Мы знакомы? Никогда не видел Вас раньше.

—Полагаю, что нет. Я здесь впервые. — с неожиданным акцентом заговорила я, будто русский не мой родной язык.

—Вы не из России? Я сумел услышать едва ли заметный акцент. — проговорил второй мужчина. — Позвольте узнать Ваше имя?

—Валерия Розова. — коротка ответила я, выбрав папину фамилию из трех возможных, ведь так или иначе имею на них право. — Вы правы по поводу моего акцента. Я так долго прожила заграницей, что буквально забыла родной язык. Должно быть, необычно звучит с моей стороны.

—Ох, примете мои искренние соболезнования. Утрата Андрея Викторовича не восполнима. Ваш отец был гениальным дипломатом. — продолжил одинокий странник в мире политики. — Я знал, что одна из его дочерей известная писательница и сейчас замужем за…

Мне кажется, я никогда не смогу привыкнуть к реакции дипломатического сообщества, когда они узнают, что я тоже дочурка Андрея Розова. Это неприятное удивление в глазах людей грызет меня изнутри. Раньше я была добрее и снисходительнее, сейчас – от всего сердца ненавижу подобные ситуации. Ненавижу сам факт того, что папа в каком-то смысле испортил мое детство. Ничего не изменить. Зла на отца я не держу, ведь в конце он очень переживал за меня и мою жизнь в целом. У нас даже сложились на мой взгляд замечательные отношения, просто… Просто поздно! Теперь я практически всегда раздражаюсь, когда люди «весьма тактично» сначала вспоминают о Мелене, а потом доходит очередь и до меня.

—Да, именно, Милена – моя сводная сестра. — перебила мужчину я, не жилая слушать сплетни. — Сразу после окончания МГИМО я уехала работать в Англию. Скорее всего Вы слышали обо мне. Обычно я привыкла представляться фамилией моей матери. Фамилия Донован Вам о чем-нибудь говорит?

—Так, это Вы? — удивилась компаньонка одного из пытливых мужчин. — Я слышала, что Вы очень известны в Европе. Моя коллега рассказывала, что Ваши выступления на международных конференция не оставляют никого равнодушными. С Вами хотят заполучить контракт многие Посольства.

—Спасибо, но Вы мне льстите. Сейчас я бы хотела взять паузу и пожить на Родине. — призналась я, покрутив бокалом с шампанским в руках. — Уделяя все свое время работе, постепенно забываешь о семье. Я не считаю это правильным.

—Значит, Вы хотите построить семью в России? — одинокий холостяк начал свою пиар-компанию.

—Не совсем, я замужем. — пресекла все попытки к флирту я. — На данный момент наши с мужем отношения далеки от идеала по многим причинам. Я бы хотела спасти свой брак.

—Позвольте спросить, кто же этот счастливчик? — спросила женщина, ухватившись за локоть своего спутника, намекая, что флирт со мной его до добра не доведет.

—Кирилл Шведов. — ответила я, предупредив заранее все вопросы. — Я никак не хочу комментировать наши отношения.

—Мы понимаем. — поняла, что совершила ошибку, женщина и привила тему разговора. — Как Вам Москва?

—О, абсолютно прекрасна. Признаться, мне не хватало в Штатах русской зимы. — утвердила курс дальнейшего разговора я.

Из вежливости я беседовала с этими людьми на отстраненные темы. Со временем к разговору присоединились еще несколько человек. Тем не менее, по большей части я старалась молчать. Мне нечего было рассказывать этим людям, ведь многих интересовала моя личная жизнь. Едва ли участвуя в беседе, я размышляла о своем. Интересно, стала ли Золушка настоящей королевой? Видимо, да. Эта Золушка сумела взлететь высоко и добиться уважения окружающих ценой неимоверных усилий и огромных потерь. Мысли о нашей первой встрече с Кириллом напрочь отбили у меня желание находиться среди дипломатов этим вечером. Улучив возможность, я покинула мраморный банкетный зал и на такси направилась к месту, где все началось. Идти по снегу на каблуках было тяжеловато. Шпилька постоянно застревала то в швах между брусчаткой, то в снегу, как и тогда. Надо было прихватить с собой сменку. Не выдержав это мучение, я плюхнулась на скамейку. Мы идем по известному сценарию. Повезло, что колени целы.

На Красной площади шел снег. Новогодние декорации просто сказка. Знаете, в Америке было не так. Мне не хватало этой эстетики. Этого русского духа праздника, который медленно приходит. Люди гуляли. Делали классные фотки в уютной зимней одежде. Одна я сидела на скамейке из рук вон странно. Хочу на каток. Лера, не в таком виде. Я обязательно притащу Сонечку. Мы купим горячий шоколад и будем кататься на коньках и фотографироваться. Я скучаю по своей крошке. Это не передать словами.

Стояла морозная погода. Для человека, привыкшего к теплому климату Штатов, было весьма прохладно. По коже побежали мурашки. Модный прикид как раз по сезону, ничего не скажешь, но мне было спокойно на душе. Пожалуй, слишком много эмоций для одного дня. Посидев немного, я решила прокатиться на метро. Не на коньках, так на метро. Молодость вспомнить. А вы думали, что дочки дипломатов по обретению не катаются в общественном транспорте? Нечего тратить деньги на такси. Будет забавно. Девушка в платье и шубе да в метро, зато прочувствую все «прелести» московского метрополитена. Только я собиралась вставать с холодной скамейке, как меня окликнули:

—Девушка, Вам помочь?

Я обернулась. Мои глаза чуть не вылетели из орбит. Кирилл шел в джинсах и куртке по Красной площади и смотрел на меня такими же удивленными глазами. Попалась. Мне никак было не объяснить, что я здесь делаю. По идее я должна быть где-то в Америке, в Вашингтоне. Возможно, у себя дома, отмечая католическое Рождество? Тем временем Кирилл ускорил шаг и, поскользнувшись на ровном месте, упал на спину. Боже, он же не ушибся? Я подлетела к нему и протянула руку, чтобы помочь. Кирилл намеренно лежал и ждал, когда я подойду ближе. Он смотрел на меня неожиданно теплым взглядом. Видимо, мы встретились на Красной площади, ведомые одним и тем же желанием не забывать наше совместное прошлое.

—И? — спросила я, окидывая Кирилла взглядом, и убрала руку. — Долго ты будешь протирать собой улицу? Вставай, я тебя потом лечит не буду.

—Я? — наигранно усмехнулся Кирилл. — Я отхожу от шока.

Я обошла его лежащую на снегу тушку и присела на корточки со словами:

—Тогда, тебе в травму. Подорожники не растут зимой.

—Если серьезно, почему ты не позвонила? — сел на мягкое место Кирилл и посмотрел на меня. — Мы могли тебя встретить.

—Это командировка. Должна была быть командировка. Мой контракт истекает. — забормотала я, пытаясь подобрать правильные слова.

—Я ничего не понял. — потер затылок Кирилл. — Можно побольше конкретики.

—Я… я не буду продлевать контракт в Вашингтоне. — коротко буркнула я.

—Ты к нам насовсем? — изогнул бровь Кирилл, явно опасаясь дальнейшего развития событий. — Или ты собираешься увести от меня Соню обратно в Европу?

—Для начала встань-ка, пока ты себе кое-что не отморозил. — потребовала я и опять протянула Кириллу руку. — У меня к тебе есть предложение.

—Я весь во внимании. — принял руку Кирилл и отряхнул свою пятую точку.

—Поехали кататься на метро. — широко и невинного улыбнулась я, шокировав Кирилла повторно, ведь он ожидал продолжения нашего семейного вопроса.

—Ты серьезно? В таком виде? — Кирилл окинул меня взглядом и скептически изогнул бровь. — За нами будут гоняться все карманники Москвы.

—Я не поняла, это значит «нет»? — надулась я и скрестила руки на груди. — Почти двенадцать лет назад ты на этом самом месте предложил незнакомой девушке прогулку на машине до набережной, а сейчас тебя пугают карманники. Шведов, ты убиваешь всю романтику.

—Это значит, что я могу предложить тебе еще одну безопасную прогулку. — хитро улыбнулся Кирилл.

—Воздержусь. — закатила глаза я.

—Ладно, уговорила. Метро так метро. — поддался на мое ворчание Кирилл. — Только пару станций.

Если вы думаете, что я блефовала, то нет. Кирилл взял меня под руку и катался со мной на метро, а еще помогал вытаскивать застрявшую в эскалаторе шпильку. Запомните, никогда не надевайте в метро шпильки. Мы долго хохотали. Кстати, было безлюдно. Умные жители столицы уже дома. Пока мы спускали деньги ради развлечения, Кирилл молча сидел рядом. Не хотел на меня давить. Возможно, это правильное решение. Я пыталась подобрать нужные слова, как бы все правильно ему объяснить. Он изменился. Он просто был рядом со мной и отгонял от меня мелких воришек, будто ничего никогда не случалось. Встречи не случайны. Видимо, нам всё-таки суждено быть вместе. Под закрытие метро Кирилл и я снова стояла на Красной площади.

—Ты довольна? — спросил он, засунув руки в карманы, чтобы их погреть.

—Да, спасибо за компанию. — кивнула я, оглядываясь по сторонам. — Сейчас я считаю своим долгом пригласить тебя на чай. Нам давно нужно поговорить.

—Куда едем? — Кирилл обреченно вздохнул и достал ключи от машины.

—Ко мне домой. — едва заметно улыбнулась я.

—Это туда, откуда я тебе в свое время забрал? — уточнил Кирилл.

—Да, туда. — кивнула я.

—Тогда, пойдем? — Кирилл протянул мне руку, и мне не было нужды отказываться от нее.

Передо мной открыли дверь. Я молчала всю дорогу. Обстановка накалялась. Кирилл явно боялся поднимать тему наших отношений. Я ведь не сообщила ему о своем возвращении. Логично предположить, что я не хочу его видеть. Это не так. Недосказанность между нами должна исчезнуть. Вплоть до входной двери Кирилл молчал. Для нас это было слишком странно. Обычно мы всегда что-то обсуждали в машине. В этот раз нет. Я наспех повесила шубу на вешалку, пока Кирилл снимал ботинки. Через гостиную мы попали на кухню. На первом этаже были разбросаны мои вещи.

—Прости за беспорядок. Я прилетела несколько часов назад, пришла, переоделась и на прием в посольство. Толком даже разобрать вещи не успела. — решила оправдаться я и, открыв шкафчики, заключила. — Этим чайным пакетикам года два. Надеюсь, мы не умрем.

—Не должны. График у тебя тяжелый. — попытался что-то сказать Кирилл, но, когда он нервничает, не может четко выражать свои мысли. — О чем ты хотела поговорить?

—Ну, о том, что мой контракт заканчивается, ты уже знаешь. Буквально через неделю я снова официально стану безработной. — начала издалека я, поставив чайник кипятится.

—Это я уже понял. — буркнул Кирилл и присел на барный стул.

—Я рассталась с Джейсоном. Знаешь, это оказалась даже довольно забавная история. Мы ужинали с родителями перед Рождеством, и его мать заговорила про наш с тобой развод… Вообщем, я закатила скандал и порвала с ним тем же вечером. — начала рассказывать я, хихикая, ибо история-то все-таки веселая. — Мне стало противно, что какие-то там мелочные американцы указывают нам, что делать, но, нужно их поблагодарить, я поняла, насколько ты мне дорог. Я не могу расстаться с тобой ради кого-то другого.

—То есть мы снова… Ты хочешь, чтобы мы… — не мог поверить моим словам Кирилл и запинался, пытаясь выразиться правильно. — Мы снова вместе? Мы вдвоем? Ты меня не разыгрываешь?

—Да, я тебя простила ужа давно. Мне просто не хватало смелости снова довериться тебе. Я боялась потерять мой шаткий мир, над которым я работала годами. — призналась я, пытаясь скрыть свое смущение. — И тебе я не позвонила, потому что мне откровенно стыдно появляется перед Соней полтора года спустя. Какая я мать после этого? Бросила её на тебя и убежала обратно в Америку.

—А я хороший папаша, да? Даже не удосужился проверить, не беременна ли ты. Мы должны были все исправить намного раньше и не причинять ей столько неудобств. — тяжело вздохнул Кирилл. — Оба хороши.

—Думаешь? — с надежной спросила я.

—Знаю. — растерянно сказал Кирилл и робко мне улыбнулся. — Давай подумаем о будущем?

—Ты готов принять меня на иждивение, пока я не найду себе новую работу? Вообще-то я планировала взять перерыв и побыть безработной пару месяцев, чтобы проводить все время с тобой и Соней. — честно призналась я и прагматично спросила. — Ты еще не нашел квартиру?

—Моих миллиардов достаточно, чтобы прокормить половину Москвы. Одну иждивенку я всяко потяну. — усмехнулся Кирилл и расслабленно выдохнул. — Что касается квартиры, я еще не нашел подходящий вариант.

—Как насчет этого? — предложила я, сделав круг двумя руками, как бы указав на квартиру. — Ремонт, конечно, поле Ирины следует освежить, но в целом это идеальный вариант: здесь большие комнаты, высокий этаж и много света. И, да, я хочу здесь жить.

—Я не против. Тем более, ты сама этого хочешь. — кивнул Кирилл на засвистевший чайник. — По чайку?

—А в Москве есть круглосуточные рестораны с доставкой еды на дом? — спросила я, прижимая руку к заурчавшему животу. — Я с пересадки в Лондоне ничего не ела.

—Ты издеваешься? Зайка, а я-то все думаю, почему ты так похудела. — нахмурился Кирилл, пытаясь вызвать у меня муки совести. — Ты же понимаешь, что не есть нельзя? Сколько по времени ты голодаешь?

—С сегодняшнего утра. — пожала плечами я и пригоняла Кирилла за плечи. — Но ты же меня с удовольствием покормишь? Я хочу много мяса и десерт.

—А Джастин знал о твоем периодическом голодании? — решил уточнить Кирилл.

—Н-нет, ему было фиолетово на это. — замялась я, отведя глаза. — Главное, чтобы я хорошо смотрелась с ним в кадре.

—Уродец. — буркнул Кирилл и достал из кармана телефон. — Так, давай-ка закажем нам ужин.

Я-таки на свой страх и риск заваривала чай, пока Кирилл оформлял заказ в каком-то ресторане. Честно, мне и кусок пицци для счастья подойдет. Доставщик привез все оперативно. Пахло нереально вкусно. Мы сели за стол, как в старые добрые времена. Кирилл рассказывал мне всякую чепуху. Пустая, но такая любимая болтовня, будто не было всех этих лет, будто ничего не было. Вместе с Кириллом в мою жизнь вернулось что-то по-домашнему уютное и знакомое. Наверно, у меня плохо с описанием моих чувств, однако сейчас сложилось такое ощущение, словно все плохое прошло. В Америке такого не было. Боже, на меня ничего не давит.

—Эй, ты меня слушаешь? — вдруг спросил Кирилл, водя у меня перед лицом своей ладонью.

—А? — опомнилась я. — Ты что-то сказал?

—Я спросил, где мы будем встречать Новый год. — заиграл бровями Кирилл и, томно вздохнув, продолжил. — О чем задумалась?

—Я просто поняла, что мне не хватало нашей болтовни. — широко улыбнулась я и выдвинулась вперед. — Вы с Соней наверняка что-то запланировали, так что я просто подстроюсь. Это не сложно.

—Я рад, что тебе не хватало этого. И еще больше я рад, что ты вернулась. Иногда мне казалось, что мы помиримся только к старости. — расслабленно сказал Кирилл и вздохнул. — Представлял даже, как седой и старый я буду встречать тебя в аэропорту.

—Ну, ты и так уже не молод. — захихикала я. — Пузико нехилое отрастил за столько-то лет. Уже не такой ершистый и резвый, как раньше.

—Ты намекаешь, что я толстый? — вскинул бровь Кирилл. — Я думал, ты любишь пухлых мужчин.

—Мне без разницы, как ты выглядишь. Я просто буду кормить тебя брокколи с вареным мясом. Через полгода такого питания ты автоматически похудеешь. — засмеялась я, глядя на испуганное лицо Кирилла. — Чего испугался?

—Я до сих пор не могу забыть вкус твоего борща. — хитро улыбнулся уголком рта Кирилл.

—Серьезно, ты хочешь борщ? — я удивленно вылупилась на Кирилла. — Приходи на ужин завтра.

—А Соня? Что мы ей скажем? — посерьезнел Кирилл.

—Я хочу, чтобы мы переехали в эту квартиру, но сначала нужно здесь кое-что изменить. Думаю, за неделю управлюсь. Давай сделаем нашей малышке сюрприз? — мечтательно произнесла я.

—Звучит занятно. Я в деле. Как раз мой подарок будет кстати. — закивал Кирилл и выдвинулся вперед. — Только разреши мне приходить к тебе тайком. Я буду помогать.

—Хм, да, так и сделаем. — задумчиво проговорила я. — Завтра утром мне нужно в Министерство. Не знаю, сколько я там пробуду, потом у меня после обеда назначена встреча, так что напиши мне или позвони. Я не знаю, когда работа меня отпустит.

—Трудоголизм вошел в чат. Зайка, это не есть хорошо. Ты выглядишь откровенно нездоровой. — Кирилл-таки обратил внимание на мой видок.

—Я выгляжу заезженной лошадкой. Раньше я очень много летала по миру, чтобы продвинуться вверх по карьерной лестнице. Из простого атташе я выросла до ранга посланника. Мне светило очередное повышение, но счастливее меня это не сделало. — устало проговорила я и потерла глаза. — Признаю, я очень износилась на работе за эти годы.

—Не жалеешь, что уходишь? — обеспокоено спросил Кирилл. — Такая должность.

—Я же говорю, я очень устала. Продолжать гробить свое здоровье дальше, пренебрегая при этом семьей, я не могу. Сам знаешь, если я через пару месяцев захочу найти другую работу, меня с руками и ногами оторвут. — отмахнулась от слов Кирилла я. — Сейчас я выгляжу намного лучше, чем перед Рождеством в Вашингтоне.
—Куда уж «лучше». – пробурчал Кирилл, поковыряв вилкой остатки овощей в тарелке. — Я давно заметил, что ты очень худая, будто ничего не ешь в своей Америке.

—Мне некогда есть. — развела руками я. — Я все время где-то. Это не преувеличение. Я серьезно постоянно в разъездах, перелетах и встречах. Сейчас же я, наоборот, соскучилась по домашнему комфорту. Мне хочется побыть дома с тобой и Соней, а не проводить все время в командировках. Иногда я даже в замешательстве, как папа мог мастерски сочетать семью и работу.

—Если бы Андрей Викторович был сейчас с нами, он бы с тобой вряд ли согласился. За долгое время холостяцкой жизни я понял, что в попытках все успеть мы что-то да упускаем. — проговорил Кирилл, глядя мне в глаза. — Я тому пример. Раньше я пытался совмещать тебя с работой, и ты обижалась на меня. Потом я пошел дальше и решил, что нам пора завести ребенка. Затем меня накрутила жена Филиппа, и я поверил, потому что погряз в работе. Мы проводили слишком мало времени вместе из-за меня.

—Ноуп, не из-за тебя. Мы слишком многого друг от друга хотели. Нам нужно было относиться проще к нашим отношениям и не искать семейной идиллии. — виновато улыбнулась я, отпив чаю из кружки. — Так бывает, потом слово за слово и семье конец.

—Значит, мы стали умнее. Пообещай мне больше никогда не вспоминать об этих двоих. Я не хочу даже знать, как у них дела. — заключила я и посмотрена часы. — Боже, уже так поздно. Сонечка дома одна?

—Справедливо, так что я обещаю больше не упоминать их в нашем доме. — кивнул Кирилл и заглянул в телефон. — Нет, Соня с мамой. К ней в гости проходила подружка. Они там развлекались. Я решил свалить, чтобы их не смущать.
—Смущать? — непонимающе проговорила я, чуть склонив голову на бок. — Не понимаю, чем ты можешь смущать двух маленьких девочек.

—Ну, подругу Сони, как я понял, растит мать-бизнесвумен. Она меня побаивается. — тяжело вздохнул Кирилл.

—Так, ну-ка, а с тобой не флиртует эта мамаша-бизнесвумен? — ревниво спросила я, не скрывая своих чувств.

—Было дело. Я её отшил. — честно ответил Кирилл. — С того момента она обходит меня стороной.

—Хороший мальчик. — решила подразнить Кирилла я. — Какой верный.

—Надеюсь, без кавычек. — закатил глаза Кирилл.

—С ними. — мои губы улыбнулись в широкой улыбке.

—Ладно, отправим это в копилку моих проступков. — принял поражение Кирилл. — Мне, наверное, пора?

—Если хочешь, оставайся. — посерьезнела я. — Мне, эм, немного странно ночевать в этой квартире одной. Пока я переодевалась, все время казалось, что из-за угла выйдет папа и что-нибудь скажет.

—Знакомо, поэтому я и съехал от матери. — грустно улыбнулся Кирилл.

—Наверное, это будет сложно. — вдруг сказала я.

—М-м-м? — промычал Кирилл, уставившись на меня.

—Я очень долго справлялась со всем сама. Привыкла быть сильной. — тяжело вздохнула я. — Уж точно больше не ручная Зайка. Тебя устраивает?

—Звучит интригующе. Разве зайки кусаются? — Кирилл улыбнулся мне уголком рта.

—Лучше не проверяй, а то как кусьну. — я без задней мысли дотянулась указательным пальчиком до кончика носа Кирилла.

Что у Шведова в голове? У него глаза на миг потемнели от желания. Это так странно. Я даже испугалась, что разворошила осиное гнездо, но нет. Повезло. Кирилл сглотнул и преодолел сам себя. Взгляд снова прояснился. Я немного не ожидала такого. Кирилл никогда не отказывал себе в удовольствии, если ему так приспичит. Приспичивало часто, но это было раньше. Не могу сказать, что сейчас намекала на секс. Просто мне захотелось быть с ним игривой и ласковой.

—Наверное, мне уже пора. — вдруг прервал неловкую паузу Кирилл, посмотрев на часы. — Маме нужно домой. Подружка Сони уже скорее всего ушла.

Серьезно? Когда Кирилл стал таким недотрогой? Раньше он бы уже схватил меня на руки и поволок прямиком в кровать, а тут просто сдался и решил пойти домой. Я не узнаю Кирилла. Он уже надевал куртку и искал в карманах ключи от машины, когда я-таки сподобилась проводить его как настоящая, любящая жена с большой буквы. Мои руки потянулись для объятий и поцелуя в щечку. В этот момент Кирилл перехватывает инициативу, крепко приживая меня к себе, и шепчет на ухо:

—Не играй со мной, Зайка. Я очень голодный Кролик.

—Может быть, Зайка просто намекает Кролику, что хочет на десерт морковку? — я продолжила дразнить Кирилла, положив руки ему на грудь.

—Моя Зайка, продолжает испытывать мое терпение. — прошептал Кирилл, положив руку мне на попу.

Все. Конец. Тут наши глаза встречаются. Между нами проносится искра. Разряд. Молния. Взрыв атомного реактора. Я возвращаю Кирила обратно, снимаю с него куртку. Кирилл подсаживает меня на длинный и долгий поцелуй. Забыла сказать. Все это время я провела в шикарном вечернем платье. В общем при полном параде. На мне даже надет роскошный комплект винно-красного кружевного белья под настроения. Когда не собиралась заниматься ничем таким, но все равно при полном параде. Это привычка, как носить новую, начищенную обувь. Вам же хочется чувствовать себя уверенно в красивых туфлях, правильно? Когда на мне дорогое, в меру сексуальное белье, моя самооценка и настроение повышаются. После серии жарких поцелуев я не думала ни о чем другом кроме того, что невыносимо хочу Шведова. Это как наркотик. Я так зависима от этого мужчины. Я слишком долго находилась вдали от него, что сейчас меня прорвет.

Кирилл разорвал платье. Он не стал осторожно тянуть за молнию. Зачем? Он просто дернул, и оно разошлось по шву. Мое красное белье, которое я надевала для себя любимой, его взбудоражило. Кирилл пошел мурашками, как только увидел этот дизайнерский шедевр с черными чулочками. Да, я по старинке нацепила в зиму чулки. Я забыла купить теплые колготки. Жилы на шее Кирилла вздулись. Мышцы на руках напряглись. В глазах заиграли шальные огоньки желания. Мальчик еще ничего не сделал, но уже доведен до кондиции. Я подошла к Кириллу и, для начала проведя указательным пальчиком по линии сильной груди, игриво поцеловала его в шею. Глаза Кирилла потемнели. Это ему за платье. Я спустила с поводка голодного волка. Кирилл подхватил меня на руки и отнес в ближайшую спальню. Уцепившись за него ногами, я прижалась к Кириллу своей наполовину голой грудью. Бюстгальтер на мне формы балконет, так что все было довольно открыто.

На лестнице Кирилл прижался моей спиной к стене, крепко зафиксировал меня за ноги руками и проводил языком по моей груди. Чашечки лифчика быстренько пропустили одного голодранца. Между ног побежали первые мурашки. Я вздрогнула всем-всем телом. Ни к чему столько ласки. Просто возьми меня уже. Кирилл собирался делать все по правилам. Открыв первую попавшуюся дверь, мы плюхнулись на кровать. Вы не находите это несправедливым, что я уже одной ногой голая, а Кирилл все еще в одежде? Нужно исправить это вопиющее недоразумения. Так уж вышло, что это была моя старая комната. Заниматься сексом под звездным небом. Какая романтика. Пока шаловливые ручки Кирилла тискали меня за попу и попеременно лапали мою грудь, я решила обличить «лучшего друга» моего мужа. Мне кажется, или с возрастом я становлюсь наглее и развязнее? Я спустила с Кирилла штаны, потом и трусы. Ага, что у нас тут? У нас тут сексуальные самолетики. Раньше Кирилл предпочитал серые боксёры. Вкусы изменились. Мальчик растет.

Знаете, что случилось дальше? Кирилл сорвал с меня лифчик. Трусики полетели следом на пол. Я лежала на кровати абсолютно голая, совершенно этого не стесняясь. Да, бедра и живот в побледневших растяжках после беременности. Я за естественность. Никогда не хотела пойти это все зашлифовать, хотя существует куча способов их убрать. Я вообще могла лечь под нож пластического хирурга и сделать себе увеличение и подтяжку груди. Я вообще могла не только сиськи себе сделать. У меня нет времени заниматься этой ерундой. Я – дипломат. Я должна много трудиться в поте лица, чтобы достичь папиного уровня. Плевать, если Кирилл не оценит мое уже не такое молодое тело.

—Ты прекрасна, Зайка. — прошептал мне на ушко Кирилл и схватил меня за сосок ртом.

Руки Кирилла раздвинули мне ноги, а его шаловливые пальцы залезли «туда» и нажимали на самые чувствительные зоны, следом отправился и язык. Я прогнулась и застонала. Как мне хорошо! Как я хочу еще! Я толкнула Кирилла на спину. Он упал в изножье кровати, изумленный моей смелостью и дерзостью, но ему понравилось. Кирилл ухмыльнулся в ожидании моих следующих действий. Сегодня не только он будет шалить. Я подползла к нему и… Что ж, у меня хватило раскованности поцеловать Шведова в пах. Он выпучил от удивления глаза и издал такой рев, что соседи запросто могут вызвать полицию. Кирилл дразнит меня, а я подразню его. Я была слишком возбуждена. Между ног ныло так, что нет сил терпеть. Низ живота полыхал пожаром. Мое неистовое желание буквально сжирало меня с потрохами.

У меня не было секса после того раза на даче. Конечно, Джастин намекал, что хочет уложить меня в койку, но я не собираюсь сосать ему просто из-за того, что мы встречаемся. Я вообще не представляю его в своей постели. Это нечто отвратительное и извращенное. Кирилл в сто раз лучше. Да, потрепанный жизнью. Да, после Тины, зато теперь точно мой один единственный раз и навсегда. Я не верю, что у Джастина не было интрижек на стороне. «One-night-stand» – это точно его формат. Тест на верность Джастин не прошел уже давно. Фоточки с красивой, длинноногой моделью, у которой из-за низкого декольте сиськи наружу вываливались, мне прислали на сующие утро сразу после того, как я отказала Джастину в сексе. С Кириллом такого не было, потому что его бы быстро спалила Милена на измене. Плюс, Соня бы рассказала, что папе звонит, пишет или все вместе подозрительная тетя. Папа слишком часто бы отлучался на всю ночь по делам. Я доверяю Кириллу. Кроме меня у него никого нет.

Осторожно обхватив член Кирилла двумя руками, я облизала его языком. Кирилл закатил глаза от удовольствия и непроизвольно пустил. По крайней мере я знаю, что он ловит кайф от того, что я для него делаю. Минет – это то, к чему в молодости я долго не могла прийти. Однажды я поняла, что Кирилл ведь тоже лижет «там», чтобы доставить мне удовольствие. Это не односторонний, неблагодарный процесс, поэтому пересилила себя. Мне даже нравилось, насколько Кирилл становился зависим и податливым от моих движений. Я осторожно засунула в рот его член. Раздались длинные стоны, переходившие в рык. Не представляю, как Кирилл жил без интима. Ладно, у меня на это не было времени. Каюсь, иногда выручал вибратор. Женщинам проще, а мужчинам – нет. Мужчинам нужно поддерживать свое либидо. Зная, что Кирилл – это хранилище неистового желания, которое не иссякает никогда, ему было очень тяжело терпеть монашеский образ жизни.

Кирилл откинулся на локтях и рычал, пуская огромное количество спермы. Он тяжело дышал и даже прикрыл глаза. Вот так выглядит мужской оргазм. Все, теперь за ним должок, который Кирилл быстро пошел искупать. Я очень громко закричала, когда он засунул палец «туда». Из моих глаз потекли слезы, когда я почувствовала, как член Кирилла плавно входит в меня. Это чудесно! Я будто взлетела. На тот момент никто из нас даже не думал о контрацепции. Не знаю, сколько в меня выпустил Кирилл, но этого хватило для зачатия. Мы изматывали друг друга любовью всю ночь. Чудо, что нас выдержала кровать, а соседи так и не вызвали полицию. Наше примирение и воссоединение запомнят на долгие годы. Скрипела моя старенькая кроватка безумно. Кирилл и я стонали на всю квартиру, и до сих пор мало. Извращение уже какое-то. В принципе на кровати даже постельного белья не было. Только старенькое покрывало. Нам было достаточно. Мягко и чисто, а не грязно и пыльно как на полу. Мы, конечно же, могли и на диване, но там мои вещи и очень узко. Я довольна своей кроваткой.

—Вот так выглядит наше окончательное примирение. Фух, ради этого стоило поругаться десять лет назад. — Кирилл вытянулся на кровати «звездочкой» и гладил меня по голове. — Спать-то как хочется.

—По-моему, ты дал жару еще тогда на даче. Напоил и соблазнил меня, хитрец. — усмехнулась я, слушая, как пыхтит Кирилл. — Ты до сих пор дыхание перевести не можешь. Так давно не было?

—Не было. — Кирилл начинал дремать. — Ты специально для меня надела это сексуальное белье? Готовила сюрприз?

—Обойдешься, это все было не для тебя. — фыркнула я. — Между прочем после расставания с тобой и рождения Сони я взяла себе за правило всегда носить красивое белье. И, нет, я ни перед кем не раздеваюсь, просто, когда ты ведешь переговоры или сидишь на встрече с важными дядями, красивое белье уверенности придает, что ли.

—У-у-у, как все запущено. — протянул Кирилл и прижал меня к себе покрепче. — Валерия Андреевна, Вы же не будете возражать, если я регулярно буду снимать Ваше красивое белье?

—Не против, только снимайте аккуратно. Вы, Кирилл Сергеевич, еще обязаны объяснить, куда подевались Ваши серые боксеры? — рассмеялась я. — Хотя, знает, винтажные самолетики меня тоже заводят.

—Это я проспорил Катюхе. Вот теперь позорюсь. Она, кстати, попросила маму проверять, что я ношу на себе этот срам. Когда мы с ней спорили, я подумал, что мне уже плевать. Все равно ты возвращаться не собиралась, к врачу или в бассейн я не хожу и снимать штаны мне объективно не перед кем. — объяснил Кирилл, поцеловав меня в макушку.

—А на что спорили? — тяжело выдохнула я.

—На то, что я уговорю Соню сменить школу. — проговорил Кирилл весьма рассержено.

—А что не так со школой? У Сони какие-то проблемы? Ты разговаривал с её классным руководителем? Или её кто-то обижает? Я пойду к директору, если..— я приподнялась на локтях и обрушила на Кирилла шквал вопросов, но меня вернули на место.

—Успокойся, у нашей дочери все прекрасно: у нее хорошие отметки, классная вполне адекватная, одноклассники приличные, с детьми она тоже ладит. Есть только одна проблемка. — замялся Кирилл, поглаживая меня по спине.

—Говори уже. — подтолкнула Кирилла я.

—Она учится в одном классе с Яриком. — выплюнул Кирилл.

—Кто такой Ярик. Давай ближе к телу. — попыталась вытянуть информацию из Кирилла я.

—Ярик – это сын Филиппа. Соня пошла в школу на год раньше и попала в один класс с Яриком, то есть почти каждый день, забирая из школы нашу дочь, я встречаюсь с этим тупым очкариком. Это я еще молчу про родительские собрания. — Кирилл неистово бурчал. — Прикинь, он однажды опоздал и хотел сесть ко мне. Я послал его за стулом.

—Вау, Кирюш, так ты вжился в роль ревнивого папаши? — я запустила руку в густую шевелюру Кирилла и почесала его за ушком. — Мальчики, я, конечно, мерить вас больше не буду, но нехорошо это как-то. Ваши примирения мне очень дорого стоят.

—Никто и не собирается с ним мириться. Когда я пришел к Филиппу ночью и рассказал ему правду о том, что сделала Маша, он начал её защищать и выставил меня за дверь. Меня! Мы дружим с детства. Я бы никогда не стал ему врать. — зарычал Кирилл, прикрыв глаза. — Все мы не святые, но как можно быть таким наивным глупцом в большом бизнесе? Я просто боюсь, что дружба с Ярославом плохо отразиться на нашей дочери, учитывая прошлое его родителей.

—Может, это и хорошо, что Филя начал заступаться за Машу. Если бы ты разорался, выгораживая меня, и ушел, то мы бы не разошлись с тобой со скандалом. Кирилл, если мне не изменяет память, ты крестный отец Ярослава. Это не пустой звук, знаешь ли. — посерьезнела я. — Вы друг другу почти родственники. Прояви уважение к ребенку и не переваливай на мальчика ответственность за грехи его родителей.

—Зайка, я же уже тысячу раз попросил прощения. Не тыкай мне этим до «золотой свадьбы». — взмолился Кирилл, поцеловав меня в макушку. — Ты же знаешь, как я тебя люблю, поэтому и погорячился, но ты безусловно права. Я не должен был звонить и обижать тебя по телефону. Я, правда, должен был прийти и поговорить с тобой, как мама и просола.

—Если бы мама не пришла просить не разводиться с тобой, то я бы подала на развод, как только узнала о беременности. Ты знаешь, это такая забавная история. Милена заподозрила это, когда я при них с папой начала есть соленые огурцы тети Светы. — захихикала я, расслабившись в объятиях Кирилла. — Потом в Лондоне меня пригласили поужинать в баре коллеги по работе, а меня затошнило от пива. А еще я нюхала краску, когда Брендон красил мне забор. Я сделала новый тест только после того, как поняла по календарику, что у меня задержка.

—Кто такой Брендон? — Кирилл напрягся. — У тебя с ним что-то было?

—Не совсем. Я его отшила, когда он предложил мне встречаться. Даже некрасиво получилось. — отмахнулась я, прикрыв глаза. — Не ревнуй меня к столбу, окей?

—Вспомнил, это тот обиженный мужик, который ломился к тебе в дом, когда я приехал в Лондон. — Кирилл потер лоб, параллельно смачно зевая. — Он тыкал в меня пальцем и кричал что-то на нерусском. Я не понял и выкинул его за забор.

—Стоило ожидать от Брэедона. Он почему-то решил, что я с ним флиртовала. На самом деле ему просто нужны были мои деньги, чтобы кормить семью. — я томно вздохнула.

—Этот пижон еще и женат? Зайка, как ты могла… — Кирилл подшутил надо мной, ведь тон у него был несерьезный.

—Он не женат, а, наоборот, пытался на мне жениться. У него мама и младший брат, которых нужно содержать. — пояснила я и тут же фыркнула. — Все, хватит. После секса с тобой не хочу вспоминать недобывших.

—После секса со мной ты должна думать только обо мне. — буркнул Кирилл, блаженно вздохнув.

Под утро Кирилл уснул. Признаться, я тоже на миг забылась в теплых объятиях, но потом как вскочила с криком:

—Кирилл, чеши домой!

—Что?! Я дома. — не хотел просыпаться Шведов.

— Ты у меня дома, а у себя дома тебя ждет Сонечка. — я побила Кирилла легонько рукой для скорейшего пробуждения.

—Твою ж Машу! — вскрикнул Кирилл и начал одеваться.

Шведов натягивать на себя все, что ранее развросал по полу, и ушел от меня в пять утра. Дома его ждет Сонечка. Нечего засиживаться тут у меня. Он выглядел очень довольным и на прощание чмокнул меня в щеку. Обещал заглядывать ко мне на огонек иногда. Чувсвтую, пока мы живем раздельно, не будет Покоя от Шведова. На улице темень, землю припорашивало снежком, зато путь Кириллу освещала его же улыбка. Рудольф, блин. Первый олень в упряжке Санты. Мы договорились, что тридцать первого декабря я приеду на дачу, а пока ремонт. В итоге я поняла, что после дурного вкуса Ирины мне следует переделывать слишком многое. Отложу до следующего года. Собственно, Кирилла уже оповестили, что нам некоторое время придется потесниться на диванчике.

Неделя пролетела незаметно. Помимо ремонта нужно было купить подарки для родных. Подарков много. Я же задолжала как минимум за два Новых года, несколько дней рождений и так по мелочи. С ног сбилась: то купи, се купи, туда сходи. Короче, изматывает. Утром я собрала свой крохотный чемоданчик и выдвинулась на дачу с мешочком подарков. Меня уже ждала моя семья. Сегодня я увижу и обниму свою дочь. Я так соскучилась, просто слов нет.

Кирилл и Сонечка наряжали огроменную ель, которую много лет назад посадили перед домом. Подходя к забору, я слышала, как Соня спорит с папой по поводу того, куда нужно повесить последний шарик. Кирилл в итоге молча согласился. Гениально. Мама хлопотала над праздничным столом и иногда высовывалась из окон кухни, проверяя, чтобы Сонечка не замерзла. Не хватало только меня. Дорога заняла прилично. Пробки. Когда я позвонила в домофон, оставалось воткнуть в розетку гирлянду.

—Ты приехала. — тихо прошептал Кирилл, завидев меня.

—Прости, встала в пробку. — замялась я, пожав плечами.

—Нет, ты как раз вовремя. — Кирилл впустил меня и закрыл калитку.

—Мама! — закричала Сонечка, бросившись ко мне.

—Мой Цветочек! — я бросила сумки и подбежала к своей малышке. — Ты так выросла. Совсем маме не узнать.

Я расцелова дочери все лицо, как вдруг что-то затявкало, подбежало к нам и оперлась лапками мне на спину. Что это? Я, конечно, догадываюсь, но все-таки обернусь. Маленький щенок Йорка пугливо обнюхивал мне спину.

--Это мы с папой в приют ездили! -- радостно вскрикнула Сонечка, обняв крепко щенка.

--Не в приют, а в питовник, Сонечка. -- поправил Кирилл, обходя елку.

В этот момент Кирилл зажег огни на елочке, и я поняла: теперь все точно будет хорошо.

Благодарности!

Здравствуй, мой дорогой читатель!

С грустью и радостью спешу сообщить, что роман "Розовая Весна" официально закончен.

Ура!

Это были насыщенные полтора года, а для Леры Розовой в этот период уложилась целая жизнь. Спасибо, что Вы прочли эту книгу до конца. В своем последнем для "Розовой Весны" обращении я слишком многое хочу сказать, что мысли роятся в голове.

Для многих мои слова станут открытием или бессмысленным откровением, однако пишу я очень давно. Кажется, мне было всего четырнадцать лет, когда я впервые открыла «Заметки» на планшете. Первые моя работа состояла из громоздких, неуклюжих предложений с обилием запятых и восклицаний. Такое тяжело прочесть, не так ли? Так, забавная писанина девочки, насмотревшейся «СейлорМун». До сих пор неловко показывать её кому-либо, хотя она до сих пор храниться в айпаде. Тогда я расстроилась и бросила затею с писательством, только до конца все равно не получилось.

В пятнадцать я опять открыла «Заметки» и попробовала с чистого листа. Вторая попытка оказалась удачнее первой. Это были логически связанные коротенькие абзацы, как мне казалось, высосанные буквально из пальца. Тогда я писала от третьего лица. Сейчас я готова аплодировать стоя тем авторам, которые свободны пишут от третьего лица в своих работах. Браво! Снимаю шлагу! В конце концов я снова забросила работу.

Начав писать от первого лица, я наконец встала на путь истинный. Свой третий раз я начала с переписывания истории из второго. Я буквально жила этой работой. Я очень сильно её любила и люблю до сих пор, но, думаю, она так и останется безымянной и неизвестной навсегда. Руку же нужно как-то набить, правильно? В мои семнадцать я активно начала искать свой жанр. Я что только не пробовала: фэнтези, детектив, научную фантастику. В итоге самым близким по духу оказался современный любовный роман. Методом бесконечных переписываний, переписываний одного и того же, я нашла свой стиль. Стиль, которым написаны «Розовое Лето», «Розовая Осень» и «Розовая Весна», – это результат многолетней работы над собой.

Писатели не пишут шедевры сразу. Они долго и кропотливо трудятся, чтобы написать стоящий внимания читателя роман. Нет, плохих книг. Каждая моя черничная работа до сих пор живет «на полке» в «Заметках» на моем айпаде и никогда не будет удалена, потому что это мой фундамент, мое вдохновение. Они дороги как память.

Когда я начинала писать «Розовое Лето», я честно думала, что моя нелепая писанина никому кроме меня не нужна. Все оказалось иначе. С первых просмотров, первых комментариев моих читателей я понемногу осознавала интерес людей к моему творчеству. Чем дальше я уходила в работу, тем чаще я сталкивалась с мыслью, что пишу неправильно. Сейчас я знаю, что сделала все верно.

Для тех моих читателей, кто со мной уже довольно давно, не секрет, что идея для написания цикла «Розовая жизнь» пришла ко мне спонтанно. У меня так частно бывает. Это был всего лишь сон одной июльской ночью. Все началось с простой мысли: «А почему бы не попробовать написать?». Эксперимент стал целой серией из трех книг. Правда, некоторые смогут встретить её под одним названием «Розовое лето», как это изначально и задумывалось. Возможно, это будите именно Вы?

Далеко не каждый автор, на мой взгляд, с первых глав может с уверенностью сказать, о чем он пишет свой роман. Вот и я не могла. В голове рождались идеи сюжета. Моя фантазия рисовала мне различные сцены, которые при любых обстоятельствах должны появиться в романе. Все эпизоды из жизни Леры и Кирилла внесли в свой вклад в формирование их личностей.

В конце я точно могу сказать, что "Розовое Лето", "Розовая Осень" и "Розовая Весна" – это про жизнь, про любовь и про время. Из серой мышки Лера стала Королевой и прошла через все трудности, сумев сохранить лицо. В жизни все циклично. В конце концов Лера и Кирилл вернулись к тому, с чего начали и вновь обрели счастье. Они не изменились, просто стали умнее. Если Вы что-то потеряли, не грустите, скоро потерянное найдется. Главное – верить и двигаться вперед. Пожалуй, вот что я хотела донести до читателя с самого начала. На этом цикл "Розовая жизнь" официально завершен.

Скоро я обязательно порадую читателей новым романом. Не пропусти свежий анонс романа "Даша и Илья – развод по-питерски".

Дорогой читатель, хотела бы попросить тебя о маленьком одолжении.

Если тебе понравилась "Розовая Весна",

то, прошу тебя, расскажи о нем своим друзьям)

Или хотя бы напиши комментарий!

С прошедшим Новым годом и наступающим Рождеством!

С наилучшими пожеланиями,

NastasiaStory