Рубин для крылатого властелина

Предрассветную темень разгоняет холодное свечение фар новенького Лексуса.  Я морщусь от острой боли и машинально шмыгаю носом,чувстуя, как горячая струйка крови стекает из него.и . 

Похоже, в этот раз ублюдки не сдерживались. Им надоело ждать, вот и кулаки были потяжелее. Только теперь понимаю: раньше со мной ещё вели себя сдержанно.

Давлю на газ и напряженно слежу, как однообразный пейзаж размывается в сплошной мазок. 

По бокам проносятся деревья, а над головой гудит самолёт, набирающий высоту. 

Ну да, аэропорт же близко. 

Только вот мне туда путь заказан. У таких людей глаза есть повсюду.

На грани срыва увеличиваю громкость — пусть хотя бы музыка держит на плаву. 

По салону расползаются густые, завораживающие строки любимого исполнителя.

"Она посмотрела на меня —

И я продал свою душу.

Она — дьявол,

Дьявол в платье.

Я в беде.

Она вырвала моё сердце прямо из груди.

Я бы отдал жизнь за один последний поцелуй от дьявола,

Ведь она — дьявол в платье.

И я люблю это, люблю, люблю…"

Музыка гремит, скорость давит на виски — и в этой какофонии пустота в голове кажется почти спасением. 

Я криво улыбаюсь себе в окно, но тут же морщусь — губа снова напоминает о себе трещиной. На рассвете меня ждёт встреча со старым папиным  знакомым: я отдам ему последние бумаги на то, что осталось от нашей прежней жизни. Даже «карамельку», мой Lexus LC500, придётся отдать.

Ещё вчера я хоть как-то цеплялась — бегала, спорила, держала удар. А сегодня? 

Всё. Шах и мат. Мне всего двадцать пять, а я уже успела пройти ускоренный курс по падению с небес в болото. 

Папаша с братцем растворились за границей, аккуратно прихватив с собой документы на пару десятков миллионов. Меня же «великодушно» оставили — типа, пусть живёт спокойно.

Ага, живу как в сказке — только вместо принца, под боком угрозы и визиты от солидных «шкафов». 

За пару месяцев от меня отвернулся парень — ещё один любимчик судьбы, а подружки растаяли, как пластмассовые «Барби» на солнце. 

Всё, что было на моё имя, — продано. С матерью разругались вдрызг, у неё давно своя жизнь. Даже приютить на время — и то не захотела.

— Женечка любит тишину! А ты музыку включаешь постоянно… — не дослушала, что ещё не любит её молоденький муженёк, и бросила трубку.

Но даже так я не сдавалась. Вознамерившись вытащить себя из долговой ямы, в которую загнал меня родитель, я брала заказы и впахивала по двадцать пять часов в сутки. 

А потом вообще притащила в свою однушку раненого мужика размером со взрослого медведя. 

Неделю ухаживала за потеряшкой и даже хотела помочь ему найти родных. Уже пробила базу, но тут на телефон пришло напоминание — крайний срок по выплате сгорает завтра.

 Я  оставила раненому завтрак на столе , записку с объяснениями, что квартира оплачена до конца месяца, и снова пустилась в бега.

А сегодня утром первый раз в жизни меня затошнило.

Мелодия затихает, и я выныриваю из воспоминаний.
Краем глаза кошусь на тест с двумя полосками, лежащий на пассажирском сиденье, и немного сбавляю скорость.
Осознаю, что моя жизнь теперь — далеко не главное. 

Теперь нужно заботиться о двоих.

Жаль, что раненый медведь так и не вспомнил своего имени, а возвращаться в ту квартиру слишком рискованно.

Значит, пока обойдемся без отчества. Потом что-нибудь придумаю. 

Я ведь не пальцем делана! Справлюсь!
А если подумать — это даже к лучшему. Я ведь с ума сходила от мысли, что осталась одна на всём белом свете, а теперь вот — малыш.
И кто бы мог подумать, что забеременею так сразу… 

Я ведь буквально выла от горечи предательства, а тут он — такой же одинокий, без памяти. Завертелось.

Надеюсь, он не объявится потом и не потребует ребёнка. Не отдам! Моё сокровище.

Сжимаю руль крепче, когда серый асфальт вдруг становится багрово-красным.
— Что за чёрт?! — хриплю в шоке.
Пытаюсь затормозить, но машина меня не слушается. Меня несет прямо к огромной, зияющей дыре.

Протираю глаза — не помогает. Заснула за рулём? Хлопаю себя по щекам, но эта чертовщина продолжает неумолимо приближаться.

За секунду до столкновения закрываю лицо руками и мысленно обещаю отдать самое дорогое лишь бы мы с нерожденным ребенком выжили. 

Влетаю в чёрную дыру — и вылетаю из нее, как пробка из бутылки. 

Машина глохнет на месте, как бесполезная груда металлолома. Только музыка продолжает греметь, будто ничего не произошло.

Несколько секунд просто дышу. Жду.
Почему-то уверена — охрана Владимира Стрельцова меня догнала. И всё это — их ловушка.

Ведь они всё ещё надеются вытрясти из меня информацию: где скрываются папа с братом.. 

А я сама уже не знаю, как объяснить им, что меня просто бросили. 

Ни звонка, ни письма, даже спустя полгода. Конечно, не верят. Куда уж им?..

— Чёрт! Вашу зеленую милю! Сколько можно?! — усталость вперемешку с бешенством застревает в горле, не давая нормально дышать.

Выуживаю из-под пассажирского сиденья биту. В машине стремительно темнеет, даже музыка стихла. Мотор окончательно сдох. 

Я сижу, не дышу — а вокруг только бездна.

Понимаю, что должна выйти, но ноги не слушаются. 

И в этот же миг дверь машины срывается с петель. Меня кто-то с силой хватает за грудки — слышу треск  шёлковой маечки на бретельках. 

Перед глазами прыгают мушки. 

Промаргиваюсь — и вижу звериный оскал на лице полуголого мужика.

Не задумываясь над тем что его рука светится зелёным, обрушиваю биту на голову мерзавца.
И сразу же падаю на колени — высокий, зараза. Упала, будто со второго этажа.

Недалеко слышу ещё рычание и треск ткани. Темноту разрывает вспышка света.  Сколько их тут?

Успеваю заметить, как из-за угла красного здания ко мне бежит ещё один страшный громила.

О боже!
На четвереньках ползу к противоположной стороне. 

Наверное я попала в какой-то странный район: вместо асфальта — отполированный камень, а где-то совсем рядом шумит река. Не помню чтобы рядом была река…

Только поднимаюсь, чтобы пересечь мост и скрыться, как один из громил наматывает мои волосы на кулак.

— А-а-а!!! — ору от боли и страха.

Чувствую, как над самым ухом кто-то громко говорит, но ни слова не понимаю.
— Отпусти, а то в милицию заявлю! Это уже давно перешло все законные границы! — трепыхаюсь, но меня, словно пушинку, подкидывают вверх.

Теперь я просто болтаюсь в воздухе.
В груди жжёт. Глаза слезятся. Голова невыносимо болит. 

А я пытаюсь выцарапать гавнюку глаза.

Уже отчаялась спастись, как вдруг мои руки вспыхивают алым — и слышу чей-то вскрик.
Я снова падаю на землю. На этот раз не торможу и даже не пытаюсь понять, что происходит. Просто бегу.

Темнота будто выедает глаза. Впереди ничего не видно, а назад — ни за что не вернусь. 

Я слышу как звериный рёв пронзает бездну. Кто они такие? Это точно не люди.

Неудачно подскальзываюсь. Кубарем несёт в овраг — и в следующий момент чувствую вспышку боли в виске. Отключаюсь.

Над ухом назойливо жужжит. Я зарываюсь с головой под подушку и проклинаю тот день, когда всем массово раздавали мозги, а мой сосед пошёл за дрелью!

— Скотина! — бурчу из-под подушки, но вылезти сил нет.

Серёга… Чтоб его баба Нюра целовала ночью в подъезде — достал уже со своим вечным ремонтом! Одну полку ставит пятый день подряд! А мне сегодня весь день за рулём ехать…

Резкой вспышкой перед мысленным взором мелькают все произошедшие события. 

Я резко поднимаюсь с постели и качаю головой. А ведь вчера, перед тем как отключиться, мне показалось, будто я увидела глаза — почти звериные. Такие изумленные, будто смотрели на восьмое чудо света.

А ещё мне послышался мягкий, бархатистый голос и слово «Сахира». Такое красивое, жаль что не знаю на каком это языке.

Оглядываюсь по сторонам и, как рыба, раскрываю рот в немом изумлении. Видимо, я всё ещё в обмороке, раз рядом парит... чайник. 

Причём он скромно так начал отступать к выходу когда заметил мое внимание.

Я наклоняю голову и разглядываю это чудо воображения. 

Кажется, сейчас заговори со мной метла — я бы ей ответила даже не упав в обморок. 

Стресс последних месяцев выбил из меня все прежние убеждения и страхи.

— Так это ты, бесстыдник, гундосил у меня над головой? — спрашиваю, как ни в чём не бывало.

Напряжение выходит из меня словесным потоком. Вон даже собеседник нашёлся!

А что ещё мне остаётся? Вероятнее всего, я сильно приложилась головой о каменный уступ и сейчас либо в коме, либо вообще… 

Даже думать не хочу!

Машинально касаюсь плоского живота. С трудом сглатываю ком в горле и концентрируюсь на своем фантазийном друге.

— Признавайся, ты нарочно кипятил воду у моей кровати? — прищуриваюсь, разглядывая зеркальную поверхность новенького чайника.

Только вот парит он себе в воздухе — ни розетки, ни провода, ни намека, к чему он вообще подключен.

Чайник, будто возмутившись таким вниманием, громыхает крышкой и выпускает сердитую струйку пара.

— Вот и поговорили... 

Заинтересовано оглядываюсь.

А тут, оказывается, очень даже уютно и светло. 

Комната чем-то напоминает мою в родительском доме: гладкие стены цвета кофе с молоком, по периметру — полоски зеркальных панелей, добавляющих глубины интерьеру. 

По потолку и под плинтусом тянется приглушенный свет. Интересно, тут он тоже никогда не выключается? 

В детстве я боялась темноты — вот нанятый дизайнер и придумал схему освещения так, чтобы в комнате никогда не было мрака.

Я когда-то любила свою комнату, но продала дом чтобы отдать долги — теперь, глядя в окно на незнакомый мир, думаю: неужели я в раю… или всё же в аду?

Иначе как объяснить пурпурное небо что опускается на каменный город уютным одеялом и окрашивает такие же дома мягким лиловым оттенком?

Судя по всему, я нахожусь на втором этаже. Я прилипла к стеклу в попытке впихнуть в свою и без того пострадавшую голову увиденное. 

Главное сейчас — не закатить истерику. А так... всё стабильно плохо.

Хмыкаю собственным мыслям.

В дверь кто-то коротко стучит и, не дожидаясь разрешения, входит.

— О! Очнулась! — чуть удивлённо говорит статная женщина в изумрудном платье.

Я смотрю на неё — и все слова моментально вылетают из головы. 

Она… эльфийка? Высокая, тонкая и бледная. Она деловито убирает прядь волос за острое ухо и изучающе проходится по мне цепким взглядом. 

Молча кивает своим мыслям.

Обходит меня по дуге, будто приценивается к товару. 

Внутри я невольно съёживаюсь — не по себе от такого внимания. Несмотря на её светлый облик, раскосые глаза и нежные губки бантиком, от женщины веет арктическим холодом. 

Даже чайник, до этого мирно пыхтящий, притих в дальнем углу.

— Отвар выпила? — лениво спрашивает она.

Так вот зачем тут кипел и пыхтел чайник? Бросаю быстрый взгляд на это чудо техники — и мне даже кажется, что он дрожит от страха перед эльфийкой. 

И тут у меня в голове что-то щёлкает. Будто внутри сработал тумблер, пробуждая новые инстинкты.

Я отшатываюсь, когда эльфийка тянется к моему животу.

Каждой клеточкой ощущаю — всё это вовсе не так безобидно… Слишком уж горят ее глаза когда она смотрит на мой живот.

Но надо отдать должное ее выдержке. Женщина делает вид, что не заметила мой маневр.

— Бедная… испуганная иномирянка… Не бойся меня. Я тебе не наврежу. — нараспев тянет она.

Я вижу, как её губы растягиваются в улыбке. 

А голос… как мёд, как запах майских цветов, начинает убаюкивать. 

Она продолжает:

— За тобой гнались жрецы Храма богини Хериды… Интересно, что они в тебе увидели? Расскажешь мне откуда ты прибыла?

Сознание качается, словно на волнах утреннего сна. Я медленно сажусь туда, куда она указывает, и уже открываю рот, чтобы ответить… но в этот момент снова слышу глухой зов и это “Сахира”!

Вздрагиваю и немного очухиваюсь из наведенного транса. 

Такое ощущение, что я попала в паутину огромной злобной паучихи. 

И всё меньше верится, что это — кома…

Эльфийка протягивает мне откуда-то взявшуюся кружку с горячим отваром и вновь нараспев говорит:

— Выпей, милая. Тебе это поможет успокоиться…

У меня внутри всё переворачивается от дурного предчувствия, но я всё же забираю кружку с отваром. Эльфийка довольно кивает. И почему ей всё нравится, а мне — категорически нет?

Подношу кружку ко рту — и тут слышу, как чайник, до этого мирно стоявший в углу, вдруг начинает вести себя странно. Сначала он, как положено, свистит — да так, что уши закладывает. А потом просто начинает выплевывать кипяток по комнате.

Был бы человеком — сказала бы, что он специально отвлекает одну из нас.
У меня от удивления челюсть чуть не отвисла. Там что, сущность какая-то спрятана?!

Эльфийка раздраженно шипит и на ходу приказывает:

— Быстро всё выпей, я скоро вернусь!

— Кажется, артефакт сломался, и техника не получает подпитку. О, Тёмная! Если придётся его перезаряжать — я разорюсь! — совсем по-человечески вздыхает она и выходит из комнаты уже не столь грациозно, как входила.

Я оглядываюсь и быстро нахожу дверь в ванную комнату.
Выливаю отвар, пахнущий валерьянкой и чем-то приторно-сладким, и тщательно промываю кружку.

Благодаря чудному чайнику — или какому-то артефакту — мне пока удалось избежать опасности. 

А в том, что она есть, я даже не сомневаюсь.

Ванная, кстати, выглядела просто прекрасно — почти не отличалась от той, что была в моем родительском доме. 

Интересно, откуда они вообще всё про меня знают? Или это просто совпадение?

Я снова подхожу к окну. Ну как же всё странно… Была бы не такой приземленной — сказала бы, что мне открыли портал в магический мир.
Ухмыляюсь своим мыслям.

— Ну правда… кому вообще могла понадобиться такая, как я, — чтобы заморачиваться, перетаскивать в другой мир, где, к счастью, пока никто не гоняется за мной? — шепчу, срываясь на горькую усмешку.

Машинально провожу рукой по животу  — будто пытаюсь успокоить не себя, а его.

 — Мы справимся, малыш. Что бы ни случилось, где бы мы ни оказались, — говорю уже тише своему сокровищу.

Кто бы знал, как я плакала, когда на тесте проявилась вторая полоска. Я тогда обрадовалась, как путник, увидевший зеленый оазис в пустыне. Мне было тяжело но это все решаемо.
А вот с чувством одиночества — нет.

И тут — на тебе! Ребенок!

Отогнала подальше мысли об отце ребёнка. 

С ним впервые тишина не давила, а согревала.

Я сидела за ноутбуком, занималась своими делами, пока он, уставший и полусонный, лежал на сложенной из подручного хлама кушетке.

Иногда я ловила его взгляд и невольно вздрагивала — в этой пристальной, почти нечеловеческой сосредоточенности чувствовалось что-то чужое, как будто внутри него таился монстр.

Прикусываю губу и выдыхаю. Мысли о прошлом — это болото для души. Я это быстро усвоила.
Хочешь жить — меньше думай о том, что могло бы быть, и делай всё, чтобы у тебя точно было завтра!

Я даже обрадовалась, когда стены дома содрогнулись. 

Землетрясение?
Но на улице все спокойно...

Дом содрогнулся опять.

Такое ощущение, будто в дом ломятся каменные тролли.

Любопытство приводит меня на первый этаж. 

Уцепившись за мраморные перила, я стремительно спускаюсь в просторную, высокую прихожую — потолки здесь высотой метров десять.

Дубовый паркет отполирован до блеска, отражение видно, как в зеркале.

А в центре этого шикарного зала медленно звереет мужчина. 

И нет, я не преувеличиваю — он реально звереет!

Я как-то сразу и во всех красках осознаю степень своего везения. И надо же было спуститься именно сейчас?! 

От мужчины  исходила вполне ощутимая сила. Она как волна норовила подчинить себе всех вокруг. 

Колени дрожат.

Хочется склонить голову чтобы стало легче.

Гора мышц с ёжиком на голове недобро буравит взглядом эльфийку и что-то ей выговаривает. 

Белая рубашка трещит по бокам, а руки уже покрываются бурым мехом. Нижняя губа оттопыривается, и можно разглядеть два острых клыка выпирающие из нижней челюсти.

— Вы мне гарантировали безупречное поведение вашего сотрудника! А взамен дали мне легкомысленную дуру! — рычит по звериному мужик. 

То ли от нервов, то ли он так разминается, но даже кожаные сапоги пришли в негодность. Чёрные когти длиной с ладонь просто разрывают обувь. Какой-то мутант получается! 

С уважением разглядываю мужика. 

Вот это сила! Понимаю, что кроме меня и эльфийки дураков вокруг нет. Хочется хлопнуть себя по лбу.
Я опять увлекаюсь и забываю о безопасности. 

Тем временем разговор продолжается:

— Господин Велобор, уверяю вас, что такое больше не повторится...

— Уверяете?! Леди Элтаара, позвольте напомнить вам, кто я и какой пост занимаю в нашей империи, — зло усмехается мужчина и сжимает кулаки. 

Мне кажется, он с трудом сдерживается. 

— Я министр внутренних дел! И по долгу службы обязан присутствовать на светских мероприятиях. К тому же, моя раса славится способностью находить свою истинную пару с раннего возраста.

Он вздыхет, снимает круглые очки в тонкой оправе и устало массирует переносицу.

И только сейчас до меня доходит, что на самом деле этот великан выглядит очень даже интеллигентно. 

Если бы не местами порванная одежда и обувь, а еще полоски бурого меха и когти – то сказала бы что он директор очень успешной фирмы или перекаченный профессор. Ему как раз лет сорок на вид.

Я напрягаю слух.  Прислушиваясь впитываю каждое слово Велобора об этом месте и его традициях. 

Потом всё переварю, сейчас главное — узнать побольше. 

Он продолжил:

— Не стану напоминать, зачем мне вообще понадобилась сопровождающая, но точно не для того, чтобы выставить меня на посмешище! Вы хоть представляете, какой стыд я испытал, когда эта так называемая "невеста" изогнулась, как мартовская кошка, и, мурлыкнув, заявила всем, будто я сделал ей предложение? Да я всего-то пару раз взял её под локоть — и сразу в храм?! Я жду свою истинную! – голос в конце дает петуха, но он быстро взял себя в руки.

Мужики… В любых мирах они не сильно различаются. Даже отговорки одинаковые. 

Хмыкаю про себя.

— Господин Велобор, я приношу свои глубочайшие извинения. Давайте вместе ещё раз обсудим условия и подберем вам другую кандидатку...

Эльфийку снова перебивают. 

Видимо, он вообще не привык к ослушанию или увиливанию от прямых ответов. 

У таких всё всегда по полочкам — и никакого терпения к хаосу.

— Какие ещё условия вы хотите обсудить, леди Элтаара? Вам так трудно услышать, что мне нужна воспитанная девушка, которая сопровождала бы меня на тьма их бери ужины и официальные обеды?! Чтобы вежливо отвечала на приветствия и помогала гасить любые вопросы о моей Истинной?! Если и этого вы не в состоянии понять — значит, я ошибся агентством...

Он тяжело выдыхает. 

Я наблюдаю, как его тело постепенно принимает обычный вид.
Затем Велобор устало достаёт из кармана маленькое квадратное зеркальце и, кажется, что-то на нём читает.
Это что, аналог нашего смартфона, что ли?

Мужчина вскидывает голову — и тут же утыкается взглядом в меня.

Меня будто приклеили к ступеньке. 

Я даже не дышу. Просто смотрю: на щетинистый подбородок, кустистые брови и зрачки, жёлтые, как лимон и краснею.

Понимаю, что сейчас что-то будет. 

Меня затапливает осознание и запоздалый страх.

А он, наоборот, расплывается в довольной, почти предвкушающей улыбке — словно ребёнку вручили леденец.
Мне же хочется провалиться сквозь землю.
Я трусливо отступаю, делаю шаг назад на ватных ногах — и вдруг раздаётся приказ:

— Стоять! Ты мне подходишь!

Громкий бас будто ударяет в спину — я теряю равновесие и падаю на четвереньки.

— Стоять! Ты мне подходишь!

Громкий бас будто ударяет в спину — я теряю равновесие и падаю на четвереньки.

Да что ж вы все такие глазастые-то? — мысленно шиплю я и медленно поворачиваюсь к присутствующим.

Выпрямляюсь. Поднимаю подбородок чуть выше, нечего им видеть , как мне хочется сбежать отсюда.Мужчина неторопливо проходит по мне взглядом и довольно кивает. Как ни странно, в его желтых глазах я не вижу привычного мужского интереса. Скорее, он оценивает — сверяет меня с каким-то только ему известным списком требований.

О-о! Вот это уже лишнее!
Нечего на меня так смотреть, будто я лошадь на ярмарке!

Быстро бросаю взгляд на эльфийку — и замечаю, как та подает какие-то знаки. Жестами.

Что я должна? Отказать? Согласится? Да что это вообще означает?..

Пожимаю плечами и развожу руками:
— Так я не могу, господин Велобор! — смотрю на него с самой дружелюбной улыбкой, когда его брови ползут вверх.

— Почему это? — рычит он, и точно — медведь. 

Даже удивился по-звериному.

— У меня... фобия! С детства боюсь министров. У вас что ни разговор — то протокол, что ни знакомство — то сразу ресурс. Когда министр улыбается, сразу думаешь, что он тебя мысленно душит… — тараторю без остановки я.

Очень волнуюсь, вот и вываливаю весь поток мыслей на первого попавшегося.

Велобор сначала пожевал нижнюю губу, что-то пробормотал себе под нос, а потом как рванул ко мне — как схватил за руку! Я чуть душой из тела не улетела.

— Рад знакомству, леди. Меня зовут Велобор Тихолап, но вы можете звать меня просто Велобор. После ваших слов, я окончательно убедился: вы — именно та, в ком я нуждаюсь. Обещаю приятные условия работы и никаких поползновений со стороны… молодняка.

Эльфийка ахает, но за широкой грудью Велобора я не вижу ее лица.

Даже ребёнок понял бы, что Велобор делает что-то совершенно не совсем обычное. Я дергаю плечом избавляясь от неприятных ощущений и киваю мужчине.

В прошлой жизни меня не раз испытывали на прочность. И даже папины деньги от этого не спасали.
С раннего детства я усвоила урок: есть люди, которым не отказывают.
Я знала это. Но всё равно сопротивлялась когда заставляли делать что-то против воли.

И вот теперь, глядя в глаза этому жёлтоглазому существу, понимаю — ему тоже не отказывают.
Но всё равно спрашиваю:

— Господин Велобор, простите, что задаю вам этот вопрос, но от него зависит моё согласие.

Мужчина неохотно кивает.
— Вы уверяете, что в ожидании Истинной… — я не совсем уверена, правильно ли поставила акцент на последнем слове (всё-таки недавно только наткнулась на отечественное фэнтези), — но при этом настаиваете, чтобы вас сопровождала девушка со статусом временной невесты? Но...

Я замолкаю — лучше бы закончить мысль аккуратно, а то мало ли… вдруг голову снесут за лишнее слово.

— Но? — напрягается он.

А эльфийка уже без стеснения покашливает и делает пальцами вполне однозначный жест, мол, мне хана.

— А что, если на одном из таких приёмов вы встретите свою Истинную?.. А вас в этот момент будет сопровождать как вы выразились, «невеста». Не обидится ли ваша избранница? Не покажется ли ей это унизительным — то, что вы, получается, не особо постоянны в своём выборе?

Я застываю не моргая. Вот сейчас он как зарычит: «Куда ты лезешь, соплячка!» — и вышвырнет за дверь, а там меня опять подберут какие-нибудь вчерашние жрецы богини что-то там!

Но — нет. Гром не грянул. И эльфийка так и не осмелилась влепить мне пощёчину.

 А у мужчины, по мере осознания, медленно опускается челюсть. Похоже, только сейчас до него дошло...

— А может быть, она уже где-то рядом, — пробормотал он, всё ещё не до конца осознавая, — но намеренно меня избегает… как раз из-за этого?

Вот умница же! Иногда полезно получить по темечку — сразу начинаешь мыслить в правильном направлении.

— Уверена, что ничего непоправимого ещё не произошло! — тороплюсь успокоить бледнеющего мужика. 

По вспыхнувшему страху в его жёлтых глазах ясно: именно об этом он и забеспокоился.

— Господин Велобор! Наша новенькая не ведает, что говорит! — влезает эльфийка, словно змея, вьётся вокруг нас и сверлит меня таким взглядом, что Велобор на её фоне — лапочка. — На неё напали жрецы Тёмной Богини! И… случайно по голове приложили. Ну раз уж она туда полезла, куда не следовало! Не так ли?! Так что давайте забудем этот разговор и вернемся к изначальному. — заискивающе протягивает она.

— И как зовут вашу… новенькую? — с лёгким замедлением включается в разговор Велобор, даже не обращая внимание на все остальные намеки. 

Он всё ещё переваривает мои слова.

А у эльфийки, челюсть упала от нашего разговора.

Что ж, самое время представиться.

— Меня зовут Лада Лебедева, — сама протягиваю руку.

В глазах собеседника проскакивает насмешливая искра, но он, к счастью, не стал заострять внимание на созвучии моего имени и фамилии. Что уж — папа в душе был поэтом… пока не занялся бизнесом. 

Я родилась как раз в то весёлое и бедное время, когда в свидетельство о рождении вписывали всё, что родитель по пьянке навоображал.

— Рад знакомству, леди Лада!

О, боги… Это звучит ещё хуже. Вздыхаю и тут же прошу:

— Зовите просто по имени.

— Хорошо, Лада. Как оказалось, нам с вами есть о чём поговорить. Жаль, что своей выходкой я немного испортил первое впечатление… Но, надеюсь, не всё потеряно, — возвращает он мне мою реплику, а я обречённо вздыхаю.

— Не отпустите, да?

— Не отпущу, — коротко улыбается Велобор. — Кажется, у вас есть все шансы стать голосом моего разума..

Тут же поворачивается к эльфийке и на ходу отдаёт распоряжение:

— Вернусь к обеду. Прошу подготовить всё для беседы с вашей новой сотрудницей — и будьте так добры, приведите девушку в порядок! Мой ассистент придёт через час с новым контрактом и условиями. Леди Элтаара, буду признателен, если вы ознакомитесь с документами и выставите расчётный счёт Лады, — последние слова он произносит с лёгким нажимом. 

Как будто опасается, что та сделает всё наоборот.

— До скорой встречи, Лада. И не расстраивайтесь так. Я вас услышал и больше не буду настаивать на фиктивной помолвке, — подмигивает, как мальчишка, и, насвистывая, направляется к выходу.

А у меня слов не находится — чтобы выразить ту пустоту, что вдруг образовалась в голове. Зато леди Элтаара времени даром не теряет. Хватает меня и  встряхивает так, что, кажется, вывихнула мне плечо.

— Ты что удумала, мерзкая иномирянка?! Перейти мне дорогу? Похлопала глазками и двуликого околдовала?! — остроухую несёт.

Морщусь от неприятных ощущений и резко выдёргиваю руку из её цепкой хватки.

— Во-первых, меня зовут Лада, — заявляю как можно холоднее. — Во-вторых, думала что такие уши помогают лучше слышать, а не только служат вешалкой для сережек. И в-третьих — я вам, конечно, благодарна за помощь, но в гости не навязывалась.

Не оглядываясь, ухожу в комнату. В таком виде глупо соваться на улицу.
Я даже не уверена, что их пурпурное солнце не причинит мне вреда.
А ещё… хотелось бы понять, куда я вообще попала — и на что теперь могу рассчитывать.

Кажется, контракт Велобора может стать для меня выходом.

В ожидании ассистента Велобора я искусала себе ногти. А заодно успела прикинуть пару планов на случай побега. 

Пока ясно одно: я точно не в своём мире — или, по крайней мере, не в привычной реальности. 

Зато за мной никто не гонится. Это  плюс.

 Я совершенно не знаю местных законов и жителей. Это минус.
Леди Элтаара с острыми ушами и мохнатый Велобор ясно дали понять — здесь всё устроено иначе.

Хотя, по сути, ничего не изменилось. Я по-прежнему одна, и надеяться могу только на себя. 

Дома меня никто искать не будет. А тот, кому я действительно нужна, — уже со мной.

— Ну что, дружок, можешь поздравить — я начинаю новую жизнь, — шепчу в сторону чайника, спокойно стоящего на тумбочке.

Он коротко свистнул и затих. Хочется верить — от удивления. В любом случае, именно он уберег меня от необходимости пить тот подозрительный эльфийский отвар.

— Знать бы ещё, с чего начать… — бормочу, оглядываясь по сторонам и пытаясь разобраться, как здесь всё устроено.

Если подумать, не так уж всё и чуждо. Кровать, стол, стул, ковёр… Только вместо люстры — парящий светлячок. 

Наверное, работает от артефакта, о котором говорила эльфийка.

В этот момент в комнату неожиданно входит девушка лет восемнадцати.

Но глядя в ее круглое лицо и серьезные глаза, понимаю: ей точно больше. Может она даже  старше меня.

— О, так вот ты какая, рубин?! — восхищенно и суетливо выдыхает она. — Леди Элтаара велела тебя накормить и привести в порядок, но девушки отказались… боятся, — добавляет она, заметив мою приподнятую бровь.

— Меня?

— Нет, конечно! Ты же одноликая. Кто тебя бояться-то будет? — затараторила она. — Сил у тебя, может, и меньше, чем у других, но способности… — она понижает голос до шепота.

Я едва успеваю за потоком слов, стараясь уловить суть, но хрупкая и деловитая брюнетка не замечает моего замешательства.

— Про вас такие легенды ходят… — добавляет она с благоговейным трепетом.

Продолжает метаться по комнате и действует мне на нервы. Из маленькой плетеной корзинки достаёт простое платье на шнуровке у груди, серые балетки, расчёску и шпильки.

— У кого «у нас»? — пытаюсь удержаться и не вытрясти из неё все подробности разом.

Полумедведь-получеловек шокировал меня меньше, чем эта корзинка. Там что, целый дом поместился? Скользнула взглядом на чайник, мирно затихший на тумбочке. Он ведь тоже — по-своему чудо.

— Как?! Ты — Рубин и не знаешь о своих способностях? Или у вас все такие? — её бусинки-глаза блестят от едва сдерживаемого любопытства.

Я открываю рот… и тут же закрываю.

А ведь и правда — Велобор что-то во мне увидел. И эльфийка тоже…

Пока обдумываю новую информацию, девушка — теперь я уже уверена, что ей как минимум двадцать, просто очень щуплая и чрезмерно эмоциональная — мягко, но решительно толкает меня к ванной.

Ловко нажимает две кнопки на стендовой панели, которую я раньше даже не заметила. Из пола буквально вырастает ванна.

Нет, это не мрамор — скорее лабрадорит. Я с изумлением наблюдаю, как блестящие болотные камни складываются в чашу и как она медленно наполняется горячей водой.

— Раздевайся! У нас времени немного. У господина Велобора терпения ещё меньше, чем у прочих оборотней. Не то что драконы были бы терпеливы... — рассуждает она. — Те вообще вспыльчивые: чуть что — испепелят, а потом уже спрашивают, что ты там имел в виду, — произносит она это так, будто я ежедневно разговариваю с драконами. — Я слышала, он выбрал тебя. Скажи честно, ты использовала магию, да? Поэтому медведь и слушать не стал леди Элтаару? О! Ты бы слышала, как она ругалась, когда вернулась в кабинет. Мари, её секретарь, рассказала, что эльфийка материлась так, будто никакого статуса у неё сроду не было. А потом, представь! — открыла тебе счёт в Доходном Доме и вписала в договор. Я так и знала, что Рубины умеют подчинять себе даже двуликих…

Довольная собой, она наконец замолкает и замирает в ожидании моей реакции.

После всего услышанного у меня остался только один вопрос:

— Ты кто?

Да, знаю — невежливо. Да, не по этикету. Но с ней по-другому не работает.

 Была у меня одна такая знакомая. С ней либо кричать приходилось, чтобы быть услышанной, либо сбивать темп, чтобы она хоть на миг забыла, о чём тараторит.

А вообще, я даже благодарна судьбе за такую болтушку. Похоже, из всех она одна оказалась самой смелой?

Без возражений подчиняюсь её указаниям: сажусь в удобную ванну с горячей водой. 

Она берётся за мои волосы, а я, наконец, с облегчением смываю с себя вчерашний день.

Если вспомнить, то вчера я ползла на четвереньках, спасаясь от полуголого шкафообразного громилы, потом скатилась в овраг и впечаталась виском во что-то твёрдое… 

Неудивительно, что сейчас всё тело ноет, как после побоища.

Тру кожу до красноты, будто таким образом можно выскрести из памяти обрывки кошмара.. Стереть ощущение полной беспомощности.

Постепенно впадаю в странное состояние. Не совсем транс, но что-то близкое. Я по-прежнему способна мыслить и осознавать происходящее, но чувствую себя отстраненно, словно смотрю на всё со стороны.

Вижу вчерашние события как в замедленном повторе. Жрецы — с пустыми, мёртвыми взглядами, словно зомби. И потом — как я со всей силы обрушиваю дубину ему на голову… и как он отшвыривает меня, словно тряпичную куклу.

Я ведь тогда сильно ударилась.

— Ох… — едва слышно шепчет девушка над головой. — Бедная… Я бы умерла от страха, если бы со мной случилось такое…

Поворачиваю голову и удивлённо смотрю на её лицо. На румяных щеках — слёзы. Почему она плачет?

Девушка смущается, но быстро возвращает прежнюю маску — болтливую, слегка поверхностную. 

Голос снова становится бодрым:

— Не хотела подглядывать  твои воспоминания. Просто… похоже, ваша сила так и работает. Все, кто рядом, чувствуют ваши сильные эмоции. Или, как сейчас, — видят воспоминания.

Вы это я так понимаю Рубины?

Больше она не говорит, но видно, что осталась в шоке от увиденного. Аккуратно распределяет густую маску по моим длинным локонам, задумчиво хмурясь. 

У меня волосы всегда были густые, кудрявые, но в последние недели они будто ожили — любой парикмахер бы позеленел от зависти.

Может, это из-за беременности?

Так, Лада, прекращай думать о личном. Если девушку так проняло от одного дня, то если увидит последние пару месяцев, станет заикой.

Решаю сменить тему:

— Меня зовут Лада Лебедева. А тебя как?

— Я... Стефания. А имени рода у полукровок-одноликих нет, — краснеет она, и отводит взгляд.

Мы торопились к приходу Велобора, который, по словам Стефании, мог явиться буквально с минуты на минуту. 

Так что узнать о местном мире я успела немного… но для первого шока хватило с лихвой.

То что здесь живут драконы, эльфы, оборотни — даже демоны, — я как-то восприняла без лишней истерики. 

А вот то, что всё держится на каких-то «лей-линиях», и магия есть, но не у всех, меня шокировало. Хотя чему я удивляюсь? У них тут чайники сами по комнате летают.

В кабинет я вошла со страхом — но и с предвкушением. Кажется, я готова работать с медведем. Конечно, на своих условиях. Интересно, не хватит ли его кондратий, когда он узнает, что именно я собираюсь предложить?

Дом оказался уютным: двухэтажный, с просторной кухней, гостиной, прихожей и спальнями. Интерьер в тёплых оттенках тёмно-зеленого и коричневого напоминает об эльфийке.

— И не забудь поклониться. У нас принята покорность от одноликих, — шепнула Стефания у двери.

Я приподнимаю бровь. С Велобором притворяться покорной уже не имело смысла. Вот был бы здесь интернет — давно бы разобралась, кто такие эти одноликие и двуликие.

Стефания быстро постучала, прошептала «Удачи» и скрылась.

В кабинет эльфийки я влетаю немного запыхавшись.

— Добрый день, можно войти? — вежливо спрашиваю я, пытаясь изобразить покорность.

Смешинки в глазах Велобора подсказывают что не сработало.

Эльфийка лишь поджимает губы и коротким кивком указывает на стул.

Длинное платье шуршит по жесткому ковру — оно мне немного великовато.

Я сажусь напротив эльфийки.

— Ну что, можем начинать, леди? — нетерпеливо, то ли спросил, то ли приказал, Велобор.

Спустя полчаса я узнала немного больше об этом мире… и чуть не повздорила с медведем. Оказалось, он разыскивает свою Истинную — и, по какой-то причине, убеждён, что именно я смогу её распознать.

Более того, он настаивает, чтобы я сопровождала его во всех поездках вне служебных часов в его кабинете.

Я почти согласилась, но всё-таки интересуюсь:

— Велобор, давайте для начала разберёмся — что ощущает мужчина вашей расы, когда встречает ту самую? — пытаюсь направить разговор в конструктивное русло.

Мой вопрос вызывает странную реакцию: эльфийка фыркает, пока Велобор тушуется и ерзает. Cтул под ним скрипит, но не разваливается.

— Что? — недоуменно смотрю то на одного, то на другую.

— Лада, я и не утверждал, что каждый мужчина нашей расы обязательно встречает свою Истинную. — он чуть поморщился, но продолжает: — Не знаю, как у вас, но у нас двуликие находят свою пару крайне редко.

— Оу… — только и могу выдохнуть я, осознавая, куда он клонит.

Истинные… Как философский камень: все слышали, все пишут,  обещают чудо — а вживую никто не видел. Сказки, и только.

— Если точнее, последний брак между истинными был двести лет назад — император и его первая жена. Демоница, — с усмешкой вставляет эльфийка.

По её лицу сразу стало ясно — это была месть. Улыбка вышла кривой, и, кажется, она с удовольствием наблюдала, как Велобор окончательно смутился.

Честно говоря, в Истинных я не верю. Да, читала сказки. Хотя… с моим раненым найденышем было близко к этому чувству.

Я мотаю головой, отгоняя розовый туман, и упрямо смотрю на Велобора.

Я понимала, что совершаю глупость. Но всё равно открываю рот и предлагаю то, о чём ещё минуту назад не смела бы подумать:

— Я помогу вам найти ту самую — вашу единственную — в обмен на официальное трудоустройство, личный кабинет, гарантии моей безопасности на ближайший год или до момента, пока я сама не откажусь от вашей защиты. И полную медстраховку. Или что у вас тут вместо неё.

Тараторю, как заведенные часы — лишь бы Велобор не перебил, а эльфийка не придушила раньше чем закончу говорить. Её зелёные глаза сверкают и мечут молнии. Я сжимаю кулаки и приказываю себе не смотреть в её сторону.

Если я ей и должна — заработаю и отдам. Но интуиция подсказывает: рядом с мужчиной, мечтающим о настоящей любви, мне безопаснее, чем с женщиной, которая по контракту подбирает девушек... пусть даже без интима. 

Разговор со Стефанией навел меня на эту мысль.

Сейчас я иду ва-банк. Есть все шансы, что меня вышвырнут за шкирку к жрецам. Или Велобор просто рассмеется и уйдёт.

Погрузившись в болото новых страхов, я вздрогнула, когда Велобор внезапно затрясся от громкого смеха. 

Казалось, в доме сгущаются тучи — и грянул гром.

— Ха-ха-ха! — раздался смех. Он довольно хлопает ладонью по столу: — Леди Элтаара, помнится, в столице вы славились острым умом, скользким нравом и полной непредсказуемостью. Так вот — спешу огорчить: вы уже не единственная!

От резкого хлопка мы обе подпрыгиваем на стульях.

Вот  ещё одно подтверждение что интуиция меня не подводит. Эльфийка с её манерами и грацией действительно напоминает кобру с капюшоном — и даже местный министр внутренних дел, это признал. 

Пока я от волнения кусаю губу. Что он ответит?

— Не бывать такому! — остроухая взвизгнула фальцетом.

Понятно — сдаваться без боя она не собирается. Но и я — не вещь.

— А вы разрешение на иномирянку получили? — голос Велобора звучит холодно, без намёка на прежнее веселье. Он подаётся вперёд, как хищник перед броском.

Теперь уж точно никто не решится назвать его «пушистым».

— На этот год я… уже истратила все разрешения, — сникает эльфийка, словно тает в кресле.

Разрешения на иномирянок? Их тут ещё и выдают?

— В таком случае, будьте добры, выставьте счет за все расходы, которые понесли во время пребывания у вас моей сотрудницы, — отрезает мужчина подчеркнуто холодно.

Дальше последовал шквал юридических и финансовых терминов, в которых я пока не разбиралась — но упрямо стараюсь запомнить как можно больше.

До дома Велобора мы добираемся в уютной машине, подозрительно похожей на роскошную карету из моего мира, только с рулем и без коней. 

Я не свожу глаз с окон, стараясь впитать каждую деталь, сохранить в памяти.

Местная архитектура почти не отличалась от привычной. Разве что время здесь напоминало двадцатый век… только без электричества. Всё работало на лей-линиях.

Зайдя в роскошную квартиру на последнем этаже каменного дома, я застыла на пороге. Хотелось сразу задать множество вопросов.

Во-первых, поговорить с Велобором открыто. Сказать прямо: я тут как слепой котёнок и нуждаюсь в помощи. Нам нужно сразу расставить всё по местам — без намеков и догадок. Я согласна помогать искать его Истинную и указать на неё, если смогу. Но только это. Ну, может, ещё изредка приготовить ужин для нас двоих в знак благодарности.

Во-вторых, я помню, что всю дорогу он был мрачен не просто так. Будто мое появление — тревожный знак. Как будто я принесла с собой что-то, чего сам он пока не знает… но уже опасается.

Похоже, волновалась я зря. Мы только переступили порог просторного холла с чёрными стенами и золотистыми прожилками, как к нам уже спешит мужчина в ливрее с белым воротничком и улыбается так по-доброму. С виду самый обычный человек.

— Добрый вечер, господин. Мы уж было подумали, вы опять переночуете в министерстве, как всегда, — мужчина лет пятидесяти кланяется и ловко принимает камзол Велобора.

— Добрый, Риан, — отвечает Велобор с усталостью в голосе. — Сегодня я занят делами поважнее. Познакомься, это моя новая сотрудница и помощница в непростой задаче — Лада Лебедева.

Он мягко подталкивает меня между лопаток, и я, наконец, выхожу из тени его широкой спины.

— Добрый вечер! — хочу быть дружелюбной, но голос всё равно выдаёт тревогу.
Вокруг — одни мужчины. А я за последние месяцы и так уже настрадалась из-за них. Машинально обнимаю себя руками. А если я ошиблась? Но я не успела утонуть в отчаянии.

Как вдруг, где-то в глубине дома, послышались торопливые детские шаги — и я тут же напряглась.

— Сиран Риан Младший! Попадёшься мне — пожалеешь, что вообще так сделал! — раздаётся сердитый женский голос из тёмного коридора, в конце которого мерцает свет приоткрытой двери.

Звучит так, будто кого-то отчитывают за проказу. Дверь распахивается — и в коридор влетает мокрый, растрёпанный мальчишка лет пяти. Он заливисто смеётся, шлёпая босыми ногами по блестящему паркету, и я не могу сдержать улыбку.

— Простите, господин. Сейчас всё улажу… — смущённо склоняется дворецкий.

Велобор лишь махнул рукой:

— Посели её в свободной комнате для персонала.

— Это наш сын, Сиран, леди Лада. Обычно мы успеваем уложить его до прихода господина, но сегодня он особенно резвый, — пояснил дворецкий, указывая мне в сторону того же коридора, куда только что скрылся хохочущий мальчишка. . 

— Зовите меня просто Лика, — сказала я, мягко улыбнувшись. — А вы давно работаете у господина Велобора?

— Лет пять, — ответил он, чуть задумавшись. — Нас с женой спасли от жрецов Тёмной Богини. После этого мы и оказались в этом доме.

— Вы тоже из другого мира? — с облегчением выдыхаю я.

Риан кивает:

— Здесь много таких, как мы. Этот мир блуждает между конгломератами. Иногда, когда Тёмный Властелин настраивает связь, сюда проникают не только технологии из других миров, но и их жители.

Я слушаю с открытым ртом. Хочется задать тысячу вопросов, но боюсь спугнуть — вдруг он замолчит.

— Вот мы и пришли. Думаю, вам тут понравится. Нас с женой приютили как раз перед рождением Сирана, с тех пор мы служим господину преданно и по доброй воле.

Он щёлкнул по металлической панели у стены — и белая дверь распахнулась. Комнату мягко залил свет.

Внутри — ничего лишнего: серый ковёр от стены до стены, маленький письменный стол, коричневый лакированный стул, кровать с железным изголовьем.

— А вы не пытались вернуться в свой мир? — не удерживаюсь спрашиваю я. 

Этот вопрос кажется важным. Ведь каждому хочется знать, что путь назад существует.

Риан покачал головой и с лёгкой горечью в голосе ответил:

— Вы тут недавно, Лика. Но скоро поймёте: всё, что попадает в Аскан’Тар, уже не уходит. Конечно, если вы не Тёмный Властелин, — усмехается он.

А меня начинает разбирать любопытство — кто же этот Тёмный Властелин, который умеет соединять миры и свободно гулять между ними?

Оставив меня на пару минут, дворецкий позвал жену — та должна была принести постельное бельё.

— Добрый вечер, леди! Меня зовут Ринара, — в комнату вошла улыбчивая женщина.

Она выглядела моложе мужа, и в её облике было что-то по-настоящему притягательное. 

Даже лёгкая полнота придавала ей особый шарм.

— Добрый вечер, — пробормотала я, немного растерявшись от её искренней улыбки и морщинок в уголках глаз — тех самых, что рождаются от смеха и света.

Я  сразу почувствовала: передо мной человек добрый и искренний. Без масок, без угроз, без скрытого подвоха. От неё будто шло настоящее, домашнее тепло.

Пока Ринара объясняла мне, где находится кухня и когда подают завтрак, она успела расстелить кровать, принести поднос с чаем, паштетом и двумя булочками. Двигалась она так ловко и быстро, что у меня даже зарябило в глазах.

Я никогда не чувствовала столько заботы от постороннего человека. Даже от собственной матери не было ничего подобного.

Благодаря этой паре я немного расслабилась и за следующие два дня начала понемногу привыкать к новому месту.

К концу седмицы — благо, у них неделя совпадала с нашей — мы с Велобором выбрались за покупками: нужно было обзавестись вещами и подобрать кабинет для работы.

А знакомство с этим миром я решила отложить на потом.

Сейчас Велобор ведёт меня по сверкающей площади, залитой пурпурными лучами местного солнца, и объясняет, что первое время не может оставлять меня одну.

Мне уже удаётся различать, к какой расе относятся жители нового мира.

Двуликих узнаю мгновенно: ухоженные, выточенные до идеала, будто природа вручила им улучшенную версию самих себя.

Последние сразу выделяются: холёные, словно природа вручила им улучшенную версию себя. 

Высокие, статные, с безупречными чертами лица, блестящими волосами и уверенным взглядом.

Даже походка у них такая, будто весь мир им должен.

Впервые я чувствую себя самой настоящей серой мышкой. Платье на мне всё ещё то — из дома эльфийки, волосы собраны в косу, перекинутую через плечо. 

Но, глядя на женщин этого мира, я не могла не завидовать им белой завистью. Ни морщинок, ни возрастных пятен, ни намёка на целлюлит: двуликие будто сошли с обложки рекламы идеальной жизни.

— Прошу, — с галантным жестом Велобор открыл передо мной дверь дорогой лавки.

Здесь, несмотря на магию и продвинутые технологии, явно ценят классику. 

Я бы, пожалуй, назвала Аскан’Тар технологичным миром, если бы не их любовь к камню и готическим деталям.

— Добрый вечер, господин министр, — грудным голосом произнесла эльфийка.

Я даже не удивилась. Здесь вся работа распределена по рангу: обычные люди обслуживают, двуликие занимают высокие посты — маги, политики, экономисты. 

А эльфы выполняют лёгкую, рутинную работу. Почему — пока неясно.

— Добрый, леди. Нам нужен гардероб для вот этой прелестной леди, — скупо улыбнулся мой двухметровый спутник и тут же устроился в кресле, достав зеркальце. 

Сразу видно — типичный деловой мужчина.

Эльфийка еле заметно сморщила изящный носик и щёлкнула пальцами.

За перегородкой послышалось шуршание, и к нам стремительно подошла девушка. 

Глаза опущены, руки по швам — замерла в ожидании.

Понятно. Очередная иномирянка, которой не повезло оказаться в услужении у эльфийки…

— Пройдёмте со мной, леди… — эльфийка передала меня служанке и тут же переключилась на Велобора. Я успеваю краем глаза заметить как она изогнулась перед ним, предлагая, чай.
— Предпочитаете лёгкий шёлк, повседневную ткань или, может, кринолин? — с деловитостью проговорила помощница уведя меня в другой зал.

Девушка смотрела потухшим взглядом. 

В груди у меня что-то болезненно кольнуло. Она ведь такая молодая и нежная.

Я явно почувствовала что ее высушили до капли. Выглядела она уставшей, словно её душа выгорела до тла.

Почему я ощущаю эмоции других так остро, как никогда раньше? Будто меня оставили под градом обнаженной. Это пугает.

Чтобы не утонуть в её чувствах, я просто ткнула в несколько понравившихся моделей.

— Я всё верну… — смущённо выдавила, когда мы уже вышли из лавки.

К своему стыду, я совершенно не разбиралась в местных ценах. 

Зато подметила, как здесь все расплачиваются: всё просто — чековая книжка и монеты. Золотые, серебряные, а порой и драгоценные камни.

— Неважно, — Велобор отмахнулся. — Главное, что теперь мы можем приступить к делу.

Я кивнула.

В какой-то мере понимала его. Он уже в расцвете сил, обеспечен и нагулявшись… 

Почему бы и не мечтать о любви — настоящей, надёжной и без предательства? Вот тут вступаю я и чудом указываю на истинную.

Пока мы блуждали среди сияющих зданий большого города, я пыталась выведать  у Велобора, что же такое «истинность». 

Вокруг сновали кареты без лошадей — с чем-то вроде руля, напоминающего старинные машины. 

Город ютился в теплой долине, со всех сторон окруженный скалами. Шипастые деревья цеплялись за камни, стараясь удержаться и создавали непередаваемую красоту. 

Воздух был свежим, словно приморский — лёгкий,освежающий. 

Солнце не жгло, а мягко согревало, будто даря энергию изнутри.

Не было сомнений: я попала в другой мир. Столицу Империи Крылатого Дракона. Тира.

— Почему крылатого? — вопросы сыпались из меня все время.
— Потому что её основал дракон – наш император — спокойно ответил Велобор.
— Бывший император? — переспросила я.

Он посмотрел прямо в глаза — пристально и ответил.

— Эти земли были пусты. Магии накопилось столько, что даже трава не росла.
Только наш император сумел сплести магические канаты и перенаправить силу в другие миры чтобы земля стала обитаемой.
Он был первым двуликим. И пока живы его потомки — император драконов есть, а не был.

По тону Велобора я сразу поняла: это важно. Не спутать. Не забыть. Я молча кивнула.
По спине скользнул холодок.
Если здесь драконы стоят над остальными, значит… им дозволено больше. Мысль резанула.

— Господин министр! — раздалось совсем рядом.

К нам спешили две девушки — лукавые улыбки, уверенный шаг.

На них — струящиеся платья до лодыжек, тонкие ткани подчеркивают точёные фигуры.
Тонкая талия, узкие бёдра, каждая поступь — с изяществом кошки.
Обе — брюнетки, волосы спускаются до пят. Такую красоту и художник не изобразит: миндалевидные глаза сияют, пухлые губы растянуты в идеальной, безупречной улыбке.

— Лада, тебе лучше зайти вон в ту кофейню и взять себе что-нибудь вкусненькое, — Велобор кивнул в сторону заведения с кружевными занавесками.

— Но… — я перевела взгляд с девушек на него и осеклась.

—,Пойми, ты ещё не знаешь, как правильно общаться с представителями драконьего племени. Нечаянно скажешь не то — и тебя растопят в пламени, — сказал он раздраженно.