Руны страсти. Тату для эльфа

– Рональд! Контролируй себя! – воскликнула я, глядя на покрывающуюся шерстью спину оборотня. – Мне это надоело! Подтягивай штаны и пей противообортное! Правила написаны для всех!

– Ну Яночка, – законючил Рон, – завтра показательные выступления! Мне надо быть в звериной форме. А противооборотное минимум двое суток из организма выводится!

– Да? – удивилась я. – А твой дед, помнится, уже на следующий день обернуться мог.

– Так-то дед! Было бы мне столько же лет, сколько ему…

– Значит, надо было раньше приходить! – рыкнула я, тем не менее, надавив Рону на поясницу и включив тату-машинку.

Парень послушно распластался по столу, ожидая, когда я доделаю татуировку.

– Как будто я мог раньше прийти, – со вздохом признался Рон, – у тебя запись на месяц вперед. А тут еще посольство от эльфов приехало. Ащ! Аккуратней!

– А причем тут эльфы? – спросила я, не отвлекаясь от работы.

Набивать тату в этом мире дело ответственное и кропотливое, нужно вкладывать магию, нередко еще и мысленно визуализировать результат. Обычно не до разговоров. Но сейчас я не рисовала ничего сложного: всего лишь несколько рун, облегчающих оборот, повышающих регенерацию, увеличивающих силу и скорость двуипостасных.

– Так надо же показать этим ушастым зазнайкам чего стоят медведи клана Урс! А у нас два чемпиона прошлогодних соревнований выбыло.

– А что так? Подрал кто?

– Да нет же! Тц! – Рональд скривился от боли, но контроль над  телом удержал. –  Один истинную нашел, женился и уехал в отпуск, второго из столицы отослали из-за скандала. Он с одним типом из клана лис закусился, дед решил, что лучше держать его подальше от интриг и провокаций. Так получилось, что выступать нужно мне. Артефакты нельзя использовать, оружие тоже, одна надежда на татуировки. Ауч!

– Терпи!

– Да я терплю, просто место ужасно болючее, на шее как-то легче было.

Эти руны набивались на шее сзади и чуть выше копчика. Чувствительность кожи на разных участках у каждого индивидуальна. Видимо, когда я делала татушку в верхней части спины, Рону удавалось справляться, а с нижней начались проблемы.

И дело даже не в том, что парень дергался, а в том, что боль провоцировала спонтанный оборот. Тело Рона уже несколько раз покрывалось шерстью. И чем дальше, тем медленнее и неохотней она исчезала. Это не способствовало моему спокойствию и скорости выполнения заказа. Я и так взяла Рона «по блату», исключительно, в дань уважения к его деду, который помог мне освоиться в этом мире. Между прочим, мое рабочее время закончилось час назад.

Больше мы не говорили, вся сила воли Рональда уходила на то, чтобы не обернуться. И когда почти весь рисунок был нанесен, он все же не выдержал. Очередной сдавленный стон сквозь зубы превратился в звериный рык. Бац – и на моем столе лежит уже не высокий парень со спортивной фигурой, а огромный бурый медведь.

Естественно, стол не выдержал такого надругательства и с грохотом развалился. Я едва успела отскочить в сторону. Мишка посмотрел на меня с таким виноватым выражением на морде, что в другой ситуации я бы рассмеялась, но сейчас мне было совсем невесело.

– Он стоил половину моей месячной зарплаты, – расстроено вздохнув, сообщила я. – Стол с регулировкой наклона и высоты.

– Все возмещу! Хочешь, поклянусь? – придерживая треснувшие штаны, пообещал вернувшийся в человеческий облик Рон.

– Да дело не только в деньгах! По моим рисункам его мастер делал три недели! А без него работать неудобно!

– Послушай, столешница уцелела, да и чертежи у мастера уже есть. Уверен, что новый стол получится сделать гораздо быстрее. Ты знаешь, дед влиятельный, он поторопит мастера. Ну, прости меня, а? Хочешь, я достану тебе билеты на показательные выступления? На самые лучшие места!

– Да зачем мне?

Оборотни очень любили разные соревнования, где надо было демонстрировать молодецкую удаль, однако я не разделяла этой страсти. Пару раз посмотреть познавательно, но не более.

– Что мне сделать, чтобы ты сейчас доделала татуировку? – жалобно протянул Рон.

– Знаешь, раз уж столешница уцелела, забирай ее к мастеру Торду, – решила я, – сейчас адрес напишу, и пусть он сделает мне стол из нее. Пока самый обычный. Просто невысокий, чтобы мне удобно было сидеть рядом с ним на стуле. Размеры я укажу. Этот стол должен у меня быть завтра после обеда. Максимум, послезавтра. Иначе никаких внеочередных сеансов ни для тебя, ни для кого-то из твоего клана! Понятно?

– Так точно! – парень улыбнулся во весь рот и кивнул.

– И ты закажешь и оплатишь мне новый стол, такой же! Но чтобы выдерживал большие нагрузки. Срок месяц.

– Все сделаю! Только доделай татуировку, Ян…

– Доделаю. Становись лицом к стене, вот так, немного попу оттопырь. Да что ты схватился за свои штанишки? Отпусти их, чего я там не видела?

– Ничего. Тебе я не показывал.

– Не думаю, что у тебя там что-то кардинально отличающееся от причиндалов других мужчин. К тому же меня сейчас больше интересует твой зад. Положи на него ладони, вот так. Что ты весь зажался?

– Меня пугает эта штука, что ты держишь в руке. Она слишком близко от… хм моего нежного места.

– Эта тату-машинка – бесценная вещь, гораздо дороже твоего нежного места, поэтому портить ее я не позволю. И вообще раньше она тоже была близко от этого места, но ты так не зажимался.

– Просто эта поза меня компрометирует, – недовольно буркнул Рон.

– Компрометирует его. Какие ты, оказывается, слова знаешь! Нечего было мой стол ломать, тогда никаких компрометирующих поз не было бы. А раз сломал, значит, терпи.

Татуировку удалось закончить без эксцессов, Рон больше не обращался, лишь нервно вздрагивал и косился на дверь. Скоро выяснилась причина этих взглядов: прибыли побратимы оборотня. Оказывается, Рональд их вызвал, пользуясь особой магической связью.

Ребята не только забрали столешницу, но и все найденные части почившего стола. Новую одежду для Рона они тоже захватили. Если обращение внезапное, двуипостасным нечасто удается сохранить вещи, что на них надеты.

Никаких клиентов после Рона записано не было. Я, не торопясь, продезинфицировала инструменты, аккуратно сложив их в кейс. Вместе с этим чемоданчиком три года назад я перенеслась в новый мир.

Правда, до сих пор не понимаю, что случилось. Тогда, так же, как и сегодня, я собирала инструменты в конце рабочего дня. Мой тату-салон находился на первом этаже девятиэтажного здания, все было спокойно. И вдруг в подвале что-то взорвалось. Пол в прямом смысле ушел из-под ног, перед глазами закружились разноцветные пятна, а потом я осознала себя лежащей на земле. Ни здания, ни улицы, ни салона, только мой потертый кейс и осенний лес вокруг.

Я не успела даже замерзнуть, как из-за деревьев вышла крупная рысь. Убежать не удалось, казалось, хищница предугадывала каждый мой шаг. А потом на полянку, где мы с рысью занимались догонялками, вышел молодой, крепкий мужчина. Сначала я приняла его за дрессировщика, ведь кошка беспрекословно слушалась его приказов.

Мужчина предложил проводить меня до города, заодно выспросив подробности перемещения. Я и не думала ничего скрывать, выложила все, как есть. Вскоре мы дошли до добротного особняка, пред которым рысь обратилась в красивую девушку. Только тогда я сообразила, что попала в другой мир.

Привели меня к Патрику Урсу – альфе клана медведей. Собственно он и был дедушкой Рона. Тут уже знали о татуировках, и мастера-чародеи, способные создавать на теле магические заряженные руны и рисунки, очень ценились.

Магия у меня обнаружилась, правда, пользовалась я ей интуитивно. Стало понятно, почему татуировки зверей, выходили у меня особенно живыми. Один из постоянных клиентов даже говорил, что змей у него на руке, как будто моргает и время от времени сжимает свои кольца. Однако магию необходимо было обуздать, чтобы направлять в татуировки осознанно, а для этого нужен наставник, который, понятное дело, работать «за просто так» не станет.

Тогда Патрик предложил договор: он оплачивает мое обучение, проживание, питание, оказывает всяческую поддержку, а я обязана буду в рассрочку отдать потраченные деньги, и пять лет отработать на землях клана.

Я согласилась, и ни разу не пожалела.

Теперь, спустя три года, у меня свой тату-салон в самом центре столицы. Причем, живу я совсем рядом. Буквально за стенкой. Очень удобно, не нужно тратить время на то, чтобы добраться до работы. Открыл дверь – и оп! – уже на работе.

Квартирка, правда, не слишком большая: кухонька, спальня, совмещенный санузел, маленькая гостиная-столовая и крохотная прихожая. Но мне все нравится. Готовлю я нечасто, в основном, заказываю еду в соседнем кафе, вечеринки дома не провожу, живу одна, поэтому всего хватает.

Здесь у меня появились друзья, знакомые, коллеги. Собственно, вчера вечером я вернулась домой глубоко за полночь, потому что засиделась с подругами. Одна из них в ближайшие выходные выходит замуж, а я накануне вспомнила о земной традиции девичников. Вот мы собрались и повеселились.

Поэтому неудивительно, что после ужина глаза у меня слипались. Я переоделась в пижамку, почистила зубы и легла спать.

Разбудил меня звонок в дверь. Взглянула на часы. Второй час ночи. Интересно, кого это там принесло?

Удивительно, но звонили в дверь тату-салона. Так получилось, что у меня было два выхода: один на одну улицу, из квартиры, а второй на параллельную, из салона. Соответственно, отличались и звонки.

Нашарив в темноте тапочки, я побрела к двери.

– Яна, открывай быстрее, чего ты там возишься! – услышала я знакомый голос.

– Рональд?

– Нет, блин, папа Римский!

Это точно он! Однажды побратимы Рона принесли мне его в подранном состоянии. Мне пришлось оказывать первую помощь и зашивать раны. Когда Рональд очнулся, то в ответ на удивленное: «Яна?», получил мое восклицание про папу Римского. Теперь это у нас что-то вроде пароля – отзыва.

Открыв дверь, я едва успела отойти в сторону. Рон ввалился в комнату вместе с незнакомцем, которого поддерживал за плечо. Тот шел неуверенно, слегка покачиваясь. Лицо мужчины закрывал капюшон потертой черной куртки.

– Нам срочно нужна помощь!

– Протрезвителя нет, – буркнула я. – Идите в аптеку напротив.

– Я не пьян, – хрипло сказал мужчина, поднимая голову и снимая капюшон.

Передо мной стоял эльф.
*** 
От автора: дорогие читатели, добро пожаловать в новинку! Это первый мой опыт написания книги в жанре эротического фэнтези. Будет горячо, интересно, а иногда смешно. История небольшая по объему, чуть больше семидесяти страниц.
Кстати, для тех, кто не заметил, "Тату для эльфа" входит в Литмоб . Суть в том, что с героем или героиней происходит какая-то беда, которая в будущем приводит к счатью.

– Если узнают, что дипломата убили, это будет международный скандал! И ладно бы погиб на дуэли в честном бою, но его подло отравили на банкете в честь приезда делегации! Боюсь, что эльфы из Сальвалы разорвут с нами все отношения! – ходя из угла в угол и эмоционально жестикулируя, рассказывал Рональд. – Мы не должны этого допустить!

– Все ясно, но причем тут я? Вам к целителям надо.

– Они ничего не могут сделать, меня уже показали дворцовым лекарям, – сидящий на стуле эльф, прикрыл глаза и откинулся на спинку.

Кажется, он даже смирился с тем, что умрет. По крайней мере, никаких признаков истерики не демонстрировал.

– Наши целители узнали, каким ядом отравили Эалиндила и сейчас готовят противоядие.

– Но даже по самым оптимистичным прогнозам до того момента, когда оно будет готово, я не доживу. Мне осталось около пятнадцати-двадцати часов, а зелье приготовят не раньше, чем через сутки, – объяснил эльф. – Рональд предложил обратиться к вам.

Вот оно что!

– Целительские руны против яда могут помочь продержаться какое-то время… – пробормотала я. – У меня как раз есть краски из нужных ингредиентов. Да, это должно сработать, но гарантий не дам.

– Прекрасно! Яночка, если что-то надо, какая-то помощь, что угодно… – Рональд с беспокойством посмотрел на меня.

– Хорошо. Сейчас надо подготовить Эа… – честно сказать, имя эльфа я не запомнила.

– Эалиндил, – подсказал оборотень.

– Да, точно. Скажите, известно, как именно яд попал в организм? Через воздух? Может быть, кожу?

– Я выпил или съел то, что было отравлено, – пояснил дипломат.

– Тогда надо делать на животе.

По привычке я посмотрела туда, где должен был стоять стол. Вот жеж! Как не вовремя мне его Рон сломал! Куда теперь я положу этого несчастного? Сомневаюсь, что он способен простоять все время, пока я буду набивать ему татушку.

Кажется, Рональд понял, о чем я думаю, и покосился на дверь в квартиру. М-да, похоже, придется класть эльфа на мою кровать. Что ж, застелю специальную простыню, чтобы не испачкать ничего.

– Мне нужно больше знать о том, что вы будете делать, – подал голос Эалиндил.

– Я сделаю татуировку, нанесу руны защиты от яда. На самом деле, они не только защищают, но и помогают выведению вредных веществ из организма. У меня есть особые магические краски. Смешавшись с вашей кровью они в несколько раз усилят эффект рун, плюс моя магия.

– Сколько времени это займет? Рональд сказал, что у вас машинка, которая все делает быстро.

– Да, но времени все равно нужно часа три-четыре. Хотя… – Я ненадолго задумалась, – можно и быстрее, если упростить рисунок. Две руны сейчас пока не нужны, их можно набить позже.

– Что значит, не нужны? – спросил эльф.

– Потому что смысла в них нет. Одна должна предупреждать вас о наличии яда, например, в еде или в воздухе. Обычно это руна набивается вместе со связанным рисунком на лбу, чуть выше переносицы. Она улучшает нюх и особую чувствительность и позволяет распознавать яд еще до того момента, когда он проник в тело. Оборотни и так прекрасно распознают запахи, а вот людям и эльфам подобная руна не помешает.

– Это, безусловно, полезно, но портить лицо… – задумался Эалиндил.

– Если захочешь, она незаметно сделает! – махнул рукой Рон.

– Да, на самом деле руну можно выбить небольшой. Кроме того, если подобрать цвет краски, обнаружить ее сложно. Я попробую подобрать необходимый оттенок, но гарантии не даю. У вас необычный цвет кожи, никогда такого не видела.

– Он полукровка! – сдал дипломата Рональд.

Я удивленно оглянулась на Эалиндила. Что значит полукровка? Наполовину человек, наполовину кто?

– Мой отец дроу, а мать светлая эльфийка.

Я присмотрелась к моему новому клиенту. Дроу здесь мне попадались лишь дважды, неудивительно, что я о них даже не подумала.

– Итак, думаю, с одной руной понятно. А вторая препятствует проникновению яда в желудок, – продолжила лекцию я.

– Что значит, препятствует? – задал вопрос эльф.

– Все сразу выходит обратно, – нехотя пояснил Рон, Эалиндил бросил на него непонимающий взгляд, и оборотень добавил: – через рот.

– Конечно, это неприятно, но выше вероятность остаться в живых, – вставила я. – К сожалению, все это работает только для определенных ядов. Если сначала в организм попадет один компонент отравы, а потом другой, предупредительная и препятствующая руны не помогут. Кроме того, могут быть аллергии, непереносимости, в общем, индивидуальные особенности организма. Вы знаете яд, которым вас отравили?

– Да, маги выяснили. Это аохит! – ответил Рональд.

– Сколько времени прошло с момента отравления? – поинтересовалась я.

– Около двух часов, – выдохнул Эалиндил.

Слишком долго.

– Хм… – я присмотрелась к эльфу. Выглядит, конечно, не очень, но прямо сейчас на тот свет не собирается. – Вы уверены? Если бы это было отравление аохитом, боюсь, что…

– Он не чистый, – перебил меня дипломат. – Есть какие-то добавки, которые позволяют жертве прожить и помучится подольше, чтобы полностью осознать свою беспомощность.

– Это подло! – рыкнул Рональд. – Не в честной битве, а так…

Я передернула плечами, словно от холода. Да, это жестоко, но сейчас нет времени на переживания, сначала надо помочь пострадавшему.

Эалиндил скривился.

– Уверен, что это кто-то из родственничков моего папеньки, – поделился соображениями он. – Для многих темных обставить убийство так, чтобы жертва помучилась – это особое удовольствие. Полагаю, вы правы, сначала я съел или выпил один компонент, сам по себе неядовитый, потом другой. Смешавшись вместе, они образовали аохит. Ваша служба безопасности и не выявила ничего подозрительного, потому что яда, как такового не было.

– На самом деле это не так уж плохо. Чистый аохит убил бы вас максимум за два часа. А так у нас есть возможность сохранить вам жизнь, – подвела итог я. – Не будем терять время. Рональд, вот простыня, застели кровать в моей спальне. Вы, Эолиндил, разувайтесь и раздевайтесь до пояса…

Я достала из тумбочки несколько пузырьков с красками. Нужны особые, магические, действующие конкретно против ядов, подобных аохиту. Рональд с простыней поскакал в мою спальню. Надеюсь, сможет застелить постель.

– Насколько болезненно наносить руны машинкой? – поинтересовался эльф, медленно расстегивая пуговицы.

Кажется, ему стало хуже.

– Зависит от чувствительности участков кожи. Это индивидуально у каждого. Я постараюсь, чтобы вы не ощущали лишней боли.

– И еще один важный нюанс: мне будет нужна клятва молчания, – Эолиндил разулся и снял куртку, оставшись в плотных штанах и белой рубашке с рюшами.

Я поймала себя на мысли, что вещичка ему внезапно идет и совсем не делает женоподобным, потому что у эльфа широкие плечи и довольно рельефная грудь. Даже ткань это не скрывает.

– Я хотел бы, чтобы все, что вы тут увидите, так и осталось в тайне, – поставил условие дипломат.

Мне кажется, или он смутился? Боится, что будет кричать от боли, а я расскажу об этом Рону или другим оборотням? Плохо же он обо мне думает.

– О! Не волнуйтесь об этом! – уверено ответила я. – Есть стандартный договор на артефактной бумаге. Там расписаны права и обязанности двух сторон. Не в моих интересах портить самой себе репутацию. Вы хотите сейчас подписать или после нанесения татуировки?

– Сейчас! – эльф уткнулся в бумаги, которые я достала.

Вот что значит дипломат! Отравлен, возможно, не выживет, но договор изучает.

Из спальни вернулся Рон, которого я попросила перенести столик и поставить его рядом с кроватью.

Кажется, все готово: краски смешала, обеззараживающее достала, бинты и трафареты подготовила, перчаток, жаль, нет. Мою тату-машинку артефакторы как-то сумели запитать от магических кристаллов, а вот придумать что-то с одноразовыми перчатками не получилось, поэтому приходится намывать и протирать руки специальным раствором.

– Мне все подходит, – оторвавшись от бумаг, произнес Эалиндил. – Подпишем?

– Конечно!

Я приляпала аурный оттиск, проведя ладонью над документом, то же самое сделал эльф. В этом мире такой отпечаток являлся своеобразной подписью.

– Удивительно, что у вас договор есть, – пробормотал он, забирая свой экземпляр.

– А что тут такого? Разве ваши мастера татуировок работают иначе?

– Честно сказать, не сталкивался. Неужели много тех, кто интересуется подробностями процедуры?

– Да были случаи. Например, конкуренты или поклонники пытаются выяснить, какие татуировки есть у победителя ежегодных весенних игр. Или девушка хочет скрыть под татуировкой старый шрам. Я считаю, что рассказывать об особенностях тела клиентов, просто неэтично.

Пока я отвечала, эльфу, кажется, стало хуже. Он разделся до пояса, покачнувшись, встал со стула и медленно пошел за мной. Рон, вернувшийся из спальни, подставил гостю плечо. Кое-как они доковыляли до кровати, на которую Эалиндил упал и тут же отключился.

– Что мне с ним делать? – нервно спросила я, прощупав пульс эльфа и убедившись, что он жив.

Стало страшно. Хоть я и вела себя так, словно ко мне каждый день ходят отравленные дипломаты, но подавляла панику внутри, понимая, что эльф может умереть. Причем, прямо в моей постели.

Как я вообще в это вляпалась?!

– А что? Так даже удобнее, – заявил Рональд таким тоном, что захотелось его прибить. – Естественный наркоз.

Я с трудом сдержала порыв сказать оборотню все, что о нем думаю. Сейчас не время. Эалиндил, похоже, совсем плох, нужно хотя бы контур рун нарисовать.

– Рон, уложи его на спину, чуть сдвинув к левому краю кровати, – скомандовала я. – Светильник установи чуть ниже. Ага, вот так.

Сначала надо сделать эскиз. Для рун существовали трафареты, с ними все получалось гораздо быстрее. На теле я рисовала эскизы специальным карандашом, потому что местные ручки, так называемые самописцы, оставляли слабый магический след, а он мог помешать чарам, что накладывались во время нанесения татуировки.

К сожалению, даже перерисовать руну по трафарету не получилось. Как только я коснулась кожи эльфа, он неосознанно махнул рукой, едва не выбив у меня карандаш.

– Держи его! – крикнула я Рону, и тот послушно прижал руки Эалиндила к кровати. – Придется тебе помогать мне все время.

– Э, нет! У меня еще дела. Может, его как-то зафиксировать? Привязать к кровати, например.

– Ты в своем уме?!

– А что такого? – искренне удивился оборотень. – Он же эльф, в медведя не превратится, веревки не порвет, кровать тебе не сломает. Так, подрыгается немного…

– Р-р-рональд!

– Чё ты рычишь на меня, как дедушка?! Я его хорошо привяжу, качественно. И руки, и ноги, даже рот заткну, чтобы не орал!

М-да, похоже, он не шутит. Оборотни вообще народ своеобразный и толстокожий. Как в прямом, так и в переносном смысле. Особенно медведи.

– Представь, очнется он привязанный на кровати с заткнутым ртом, подумает, что его тут пытают.

– Ну и что? Сначала подумает, потом вспомнит и раздумает. Не волнуйся!

Господи, ну как ему объяснить-то!

– Пойми, у него потом может возникнуть психологическая травма.

– Чего-чего? Ты его бить будешь, что ли?

Да он издевается!

Пока я набирала воздух в легкие и соображала, что бы ответить, с кровати послышался сдавленный смешок. Эльф пришел в себя и потешался над нами.

– Вот, глянь, какой он веселый! – обрадовался Рональд. – Лин, ты же не против, если я тебя привяжу к кровати? А то ты, когда отключаешься, дергаешься от любого прикосновения, Яне неудобно рисовать.

Лин, значит. Это, видимо, сокращение от Эалиндил. Согласно традициям остроухих, право называть эльфа коротким именем надо еще заслужить. Это определенная степень близости и доверия. Значит, они с Роном не просто знакомые, а друзья.

– Ты сам куда собрался? Что у тебя за дела? – хрипло спросил эльф.

– Кто-то мог проследить за нами, когда мы сюда ввалились, а подставлять Яну нехорошо. Я вызвал по связи побратима, он зайдет с другой улицы, а потом мы пошатаемся по злачным местам. Он наложит на себя иллюзию эльфа. Надеюсь, в темноте особо никто приглядываться не будет.

– Ты собрался вместе с ним проложить ложный путь для тех, кто мог следить за нами?

– Да. Хотя, надеюсь, мы раньше хвост сбросили, но в этом деле лучше перебдеть, как говорит Яна. Кстати, ты не возражаешь, если побратим наденет твою куртку?

– Не возражаю.

– А против привязывания? – вклинилась в их разговор я.

– Тоже нет. Я бы еще что-то антимагическое посоветовал. Кандалы, например. Боюсь, что, не контролируя себя, я действительно могу навредить.

– Извини, Лин, антимагичесеских кандалов не захватил, – развел руками Рон. – Но веревки будут с тем же эффектом.

Не успел оборотень договорить, раздался звонок. Пришел один из побратимов: светловолосый парень по имени Дион, оборотень-лис. Вместе с Роном они быстро привязали эльфа, причем, остроухий сам руководил процессом.

М-да. Я определенно чего-то не понимаю в людях этого мира. Хотя если говорить без эмоций, другого варианта, кроме фиксации рук и ног эльфа, я не видела. И, видимо, Эалиндил тоже это понимал. Неприятно, конечно, но все это ради того, чтобы выжить.

Дион не мог похвастаться внушительным ростом и мощной фигурой, какими обладали почти все оборотни-медведи, но зато по комплекции вполне походил на эльфа. При наложении иллюзии сходство и вовсе стало почти полным.

Закрыв дверь за Роном и его побратимом, я вернулась в спальню. Картина, если честно, впечатляла.

Начну с того, что медицинские простыни, которые я закупала пачками, в этом мире имели весьма специфическую раскраску – темно-красную. Видимо, для того чтобы кровь была не видна. А может потому, что красный краситель тут стоил дешево.

Рон оказался весьма старательным и не только постель застелил, но и подушку под голову эльфу подложил, зачем-то и её замотав в медицинскую простынь. Поэтому сейчас передо мной на бордовых простынях, привязанный за ноги и руки, лежал до пояса раздетый эльф. Мужчина с прекрасной фигурой, красивыми жилистыми руками, с тонкими чертами лица. Светло-серая, я бы даже сказала какая-то серебряная, кожа была чуть влажноватой, длинные пепельные волосы заплетены в тугую косу. Эалиндил часто дышал. На животе при каждом его выдохе обозначались кубики пресса.

Тут хочешь, не хочешь, а картинка навевает определенные мысли. На Земле такую с удовольствием бы напечатали в каком-нибудь женском журнале для взрослых.

Так, хватит любоваться эльфом, работа не ждет.

Сначала надо было продезинфицировать место, где будут наноситься руны. Но, бросив взгляд на живот остроухого, я осознала, что у нас есть одна небольшая проблема.

– Эалиндил, я хотела бы расстегнуть ваши брюки. – Ох, елы! Нашла, как это сказать! –  Мне нужно пространство немного пониже пупка.

– Делайте то, что необходимо, – сразу отозвался эльф.

Расстегнув ремень и пару пуговиц, я поняла, что работать так не смогу. Это у Рона и других оборотней штаны часто болтались низко, у Лина оказались брюки с высокой талией.

– Поднимите задни… эээ… бедра, я немного приспущу штаны.

Эльф молча выполнил мою просьбу.

Зараза, надо было рассмотреть то, во что он одет, тогда не пришлось бы стягивать брюки с полуголого привязанного к кровати мужика. Мне нужно совсем немного ниже пупка, буквально несколько сантиметров.

Закончив со штанами, я продезинфицировала кожу и по трафарету быстро набросала эскиз. Уже заканчивая рисунок, я коснулась локтем выпуклости на брюках Эалиндила. Опустила взгляд. Расстегнутые штаны не скрывали белое нижнее белье, похожее на наши современные плавки. Какая-то тянущаяся ткань, на вид довольно мягкая. И эта ткань сейчас обтягивала крепкий стоящий член.

На самом деле не так уж редко происходят подобные казусы. Когда девушка рисует что-то на животе у парня, где довольно нежная, чувствительная кожа, такая реакция неудивительна. Оборотни, как правило, шутили и бахвалились по этому поводу. А вот эльф… не уверена, кажется, он слегка покраснел. Сложно понять из-за его необычного цвета кожи.

Я же сделала лицо кирпичом, принесла еще одну простынь, накрыла Эалиндила ниже пояса и продолжила эскиз. Кстати, надо вольтаж у машинки поменьше сделать. Это оборотни толстокожие, причем, в прямом смысле слова. У некоторых даже на максимальной мощности игла с трудом пробивает кожу.

Что ж приступим. Я включила машинку и стала аккуратно обозначать контур рун. Эльф шумно выдохнул сквозь зубы и сжал кулаки.

– Больно? – вырвалось у меня.

– Нормально.

Ну раз так, продолжаем. Я сосредоточилась на татуировке, вкладывая магию. Чем дальше, тем хуже было Эалиндилу. Сначала он просто часто дышал, затем стал постанывать, а иногда дергаться в путах. Я просила его потерпеть. Какое-то время мои уговоры действовали, эльф даже отвечал, но потом его сознание помутилось. Он стал что-то тихо бормотать. Похоже, бредил.

Взгляд эльфа поплыл, увеличилось потоотделение, но последнее даже хорошо, яд выходит вместе с потом. Видя, что Лин постоянно облизывает губы, я кое-как напоила его водой, а потом решила обтереть. И только тогда поняла, что эрекция не опала, а, кажется, даже наоборот.

Не удивительно, что сразу не заметила. Чтобы не смущать эльфа, я укрыла его простынкой так, чтобы замаскировать проблемное место. У него там ремень расстегнут, но не вытащен из брюк, крупная пряжка, плотные плавки прижимающие член к животу и складки простыни, которой он накрыт, весьма успешно скрывали эрекцию.

Да и я, сосредоточившись на зоне выше пупка, не сразу заметила, что Эалиндил нестандартно реагирует на боль. Вроде бы среди дроу довольно много тех, кто практикует БДСМ. Кажется, я слышала что-то подобное краем уха.

Раз мне такой клиент попался, то это даже хорошо. Пусть он лучше испытывает удовольствие, а не боль.

Однако эльф стонами и невнятном бубнежом не ограничился. Чем сильнее действовал яд, тем меньше остроухий себя контролировал.

– А-а-ах! Госпожа моя! Еще, еще, еще! О, да! Еще! М-м-м... Какие нежные пальчики! О-о-о! Как хорошо-о-о! Госпожа, молю! Мучительница моя! Еще! Да! Ты прекрасна. Волосы, как солнце, глаза, как небо! Да, еще, молю тебя!

Как он это прочувствовано говорит. Наверное, потом даже не вспомнит.

Руны в верхней части живота я аккуратно нанесла, стараясь не прислушиваться к тому, что срывающимся голосом шептал Эалиндил. Хотя он, признаюсь, очень старался. Теперь осталось как-то набить руны пониже пупка. А тут... "конфуз".

К сожалению, у меня не получалось работать так, чтобы не цеплять вставший член то локтем, то запястьем, то обратной стороной ладони. И пусть через два слоя ткани, но все равно это действовало на Лина возбуждающе.

–  Да! Коснись его! Еще... – все громче выстанывал он. – Моя госпожа! Да! О-о! Сделай это! Сделай снова!

Тело эльфа содрогалось, живот напрягался, Эалиндил поднимал бедра и тянулся за моей рукой, пытаясь потереться о нее членом и продлить удовольствие.

– Лежи спокойно! – потеряв терпение, прикрикнула я.

– Как прикажешь, моя госпожа. Я буду стараться. М-м-м-м!

Действительно, на какое-то время моего наказа хватило. Правда, теперь Эалиндил пытался получить удовольствие другим способом.

– Хочу тебя, моя госпожа. Позволь мне сделать тебе приятно. О! Да! М-м-м. Я хочу полизать тебя. Облизать твою грудь, пососать твои сладкие сосочки. Прошу, дай мне… м-м-м… полизать тебя. Лепестки твоего лона. Да! Я… хочу лизать складочки между твоих ножек. Ах! Я старательный. Ум-м-м… умелый. Доставлю удовольствие. У меня длинный язык.

– Да уж, язык без костей, – пробормотала я.

Нет, ну невозможно работать! Хоть рот ему затыкай. Хотя не поможет. Лежит у меня на кровати, красавчик: идеальное тело, грудь без волос, светло-серая, я бы даже сказала, серебряная кожа, блестящая от пота, помутневший взгляд, приоткрытый рот с алыми губами и мощная эрекция, которую уже не может скрыть сбившаяся простыня.

Даже без звукового сопровождения картинка такая, что может оставить без сна многих девушек и женщин. И я точно отношусь к их числу. Эльф вполне в моем вкусе.

Однако мне сейчас надо не краснеть, как невинная девица, а работать! Но как же трудно сосредоточится. И Эалиндил совсем не помогает.

– Моя госпожа… молю, позволь мне вылизать тебя между ног. Ты… м-м-м ты не пожалеешь, моя сладкая. Да! Какая ты, должно быть, сладкая. О! Мучительница моя! Позволь мне… м-м-м…

Если бы не антимагические веревки, я бы подумала, что Лин использует любовную магию. Слишком уж сильно мое тело на него реагировало, в промежности ощутимо намокло. Может быть, если б у меня был секс недавно, я бы не реагировала настолько явно.

А так… Последние отношения закончились восемь месяцев назад, и  сейчас организм взбунтовался. Надо после этого сеанса с кем-нибудь встретиться исключительно ради здоровья. И пусть я обычно такого не делала, но…

– Госпожа! О! Ум… у меня нет больше сил терпеть. Молю…

Эалиндил дернулся и с протяжным стоном потерся вздыбленным членом о мою руку, я едва успела чуть отодвинуть работающую машинку.

Да твою дивизию! Несколько раз пыталась продолжить, но Лин стал вести себя совсем неадекватно и не слушал, что я говорю. Придется дать ему то, что он хочет.

Зло сдернув с эльфа простынь, я уставилась на головку члена, которая выглядывала из-под слегка приспущенных трусов. Неудивительно, что они сползли, Лин так елозил.

Быстро, чтобы не передумать, спустила с эльфа нижнее белье, Эалиндин, почувствовав мои руки, выгнулся и хватанул ртом воздух.

– Долбанный эльф! – сквозь зубы ругнулась я, – так и комплексы несложно заработать.

Ну нельзя быть настолько идеальным! Его член великолепен! Не маленький, но и не огромный, с аккуратной розово-красной головкой. Крепкий, чуть толще у основания, совсем немного выгнутый и совершенно гладкий. Никаких выступающих вен. Ни единой волосинки ни на лобке, ни мошонке. И кожа! Чуть влажноватая серебряная, постепенно переходящая в бледно-розовую около уздечки, а потом в красную на головке.

– Трахни меня! – умоляюще прошептал Лин, смотря на меня мутным от желания взглядом. – Госпожа, трахни меня.
*** 
От автора: мои дорогие, следующая глава платная. Поверьте мне, самое "сладкое" впереди. У кого есть трудности с деньгами, можно написать отзыв (не менее 300 знаков) на любую мою книгу, а потом оставить сообщение в моей гостевой и попросить доступ. 
Кстати, в следующий главе есть обложка 18+, где эльф голенький и без одеялка. Для тех, кто купил, отдельный бонус