— Только сегодня! Уникальное предложение в честь Нового года! Напиши заявку и найди родственную душу!
Молодой человек в ярко-красной жилетке, надетой поверх обычной куртки, размахивал стопкой листов формата А4 и выкрикивал призывные фразы. Последнее было не очень-то умным: в этом году декабрь выдался снежным и морозным, а драть глотку в минус двадцать означало почти неминуемо заработать ангину. Тем не менее молодой человек не жалел себя, вот толку от этого было чуть меньше, чем никакого. Немногочисленные прохожие в такой холод желали побыстрее добраться домой, а не писать какие-то мутные заявки. Поэтому ничего удивительного, что за весь вечер к зазывале подошло меньше человек, чем пальцев на одной руке. Однако он не сдавался, более того — в какой-то момент решил сменить тактику. И взглядом выцепив среди сошедших с маршрутки пассажиров высокого мужчину, устремился к нему с решительностью небольшого танка.
— Здравствуйте! Я представитель организации «Напиши своей судьбе». Не хотите избавиться от одиночества и найти родственную душу?
— Здравствуйте, — мужчина остановился и, окинув подошедшего внимательным взглядом, закончил: — Спасибо, не хочу.
Однозначный ответ, но молодой человек и не подумал отступить.
— Надо просто написать коротенькое письмо, приложить Истинную Частичку Себя и бросить в почтовый ящик. Три минуты — и ваша жизнь гарантированно станет счастливее!
— Спасибо, не нужно, — терпеливо повторил мужчина. — До свидания. — И пошёл дальше.
Молодой человек дёрнулся было следом, однако вовремя передумал и обречённо махнул рукой. Пробормотал:
— Ну почему люди такие инертные? — и вздрогнул, услышав за спиной: — Потому что так устроен человеческий мозг. Впрочем, в твоих неудачах виноват вовсе не он.
Зазывала стремительно развернулся и, увидев темноволосого мужчину в чёрном пальто и с непокрытой, несмотря на мороз, головой, разочарованно протянул:
— А, это вы. Злорадствовать пришли?
— Зачем мне? — искренне удивился тот. — Злорадствуют те, кого в чём-то ущемили, а меня ваша организация ущемить не может по определению.
— Тогда что вам нужно? — молодой человек с независимым видом поправил выбившиеся из стопки листы.
— Просто мимо шёл. Но, — собеседник блеснул стёклами прямоугольных очков, — могу дать хороший совет. Как коллега коллеге.
Зазывала немного посопел и с неохотой сказал:
— Ну, дайте.
— Не греби всех под одну гребёнку. К людям нужен индивидуальный подход.
— Прошлый век! — фыркнул молодой человек.
— И прошлый, и позапрошлый, — совершенно не обиделся мужчина. — И даже прошлое и позапрошлое тысячелетия. Опыт, — он со значением поднял указательный палец, — проверенный временем.
Зазывала упрямо выдвинул челюсть.
— Ладно. И как я, по-вашему, должен был работать вот с ним? — он махнул в ту сторону, куда ушёл его последний несложившийся клиент.
— Очень просто, — собеседник сделал приглашающий жест. — Идём.
И они исчезли, на что, впрочем, никто не обратил ни малейшего внимания.
⭐⭐⭐⭐⭐
Книга участвует в литмобе

Нельзя сказать чтобы Кос не любил новогодние праздники, просто не понимал. Дух зимней сказки, ожидание чуда — в своё время Юля пыталась растолковать ему, что это такое, но безрезультатно.
— Я слишком стар и циничен, — полушутливо отзывался Кос. — Давай ты будешь проникаться волшебством за нас обоих?
Юля неохотно соглашалась, однако через двенадцать месяцев упорно предпринимала новую попытку.
А потом её не стало, и конец декабря окончательно потерял своё отличие от прочих дней года.
Тем не менее создавать праздничную атмосферу для посетителей его кофейни Кос не забывал и не ленился. И отчего-то здесь получалось в точности как с кофе, который он не пил, но, судя по отзывам, готовил фантастически вкусно.
— К вам заходишь, и настроение мгновенно поднимается, — не раз и не два говорили ему гости.
На что Кос всегда отвечал правду:
— Для этого я и работаю.
Потому как за годы службы в полиции привычка помогать реально превратилась у него во вторую натуру. И то, что он уже полтора года не носил погоны, не сказалось на ней ни капли.
Вот и сегодняшним вечером полицейские рефлексы сработали чётко, пусть и не в отношении людей. Когда Кос уже подходил к дому, его внимание привлёк многоголосый кошачий вой.
— И как у вас лапы не мёрзнут в такой мороз разборки устраивать? — риторически проворчал он и пошёл разгонять драчунов.
Коты решили устроить разборку возле одного из наглухо забитых подвальных окошек. Трое крупных, откровенно бандитского вида зверюг с самыми однозначными намерениями наступали на прижавшегося к стене небольшого котейку. И последнему пришлось бы туго, если бы не двуногая группа поддержки.
— Ну-ка брысь! — командным голосом рявкнул Кос и громко хлопнул в ладоши. Троицу агрессоров как ветром сдуло: не связываться с людьми они были научены крепко. Зато их жертва либо не до конца понимала опасность человека, либо просто не имела сил убежать. Кос подошёл совсем близко, а котейка лишь предупреждающе зашипел, однако с места не сдвинулся.
Некоторое время спаситель и спасённый просто разглядывали друг друга, а потом первый присел на корточки, снял перчатку и протянул руку:
— Привет.
Зверёк даже не шелохнулся, только смотрел не мигая.
— Не бойся, — Кос сделал маленький гусиный шажок и осторожно поднёс пальцы почти к самому кошачьему носу. — Вот, видишь? Я друг.
Котейка опасливо принюхался, однако ни шипеть, ни ещё как-то предупреждать настырного двуногого не стал. Чем оный двуногий не преминул воспользоваться и аккуратно погладил кошачью спинку.
— Ну, веришь? Пойдёшь со мной?
«Зачем? — упорно твердил голос разума. — Мало ли бездомного зверья на улице, теперь каждого к себе тащить?»
Однако Кос ко всем аргументам оставался вызывающе глух. Было в этом коте что-то, что не давало пройти мимо, ограничившись простым разгоном хвостатой гопоты. К тому же ночью обещали мороз под тридцать — сумеет ли зверёк найти себе тёплое место?
«Да чем ты его кормить-то будешь? — не сдавался внутренний голос. — Ему ведь какой-нибудь специально обученный "вискас" нужен, а у тебя в холодильнике даже молоко прокисшее!»
Тут котейка наконец решился и, отлепившись от стены, приблизился к человеку.
— Умница, — Кос бережно подхватил пугающе лёгкое кошачье тельце. Отметил, что, оказывается, спас не кота, а кошечку, и без лишних раздумий отправил её под куртку. — Идём домой.