С днем Святого Валентина, придурок! Книга первая

С днем Святого Валентина! Этот день всегда был для меня особенным. Я помню, как он дарил мне эти маленькие сердечки с надписью «ненавидишь меня». Каждый год он дарил их, и я чувствовала, как внутри меня поднимается волна ненависти и боли.

Я представляла, как он сидит в баре с другой девушкой, как ее рука скользит по его груди. Я ненавидела его за это, но одновременно любила до безумия. В этот день я всегда чувствовала себя особенно уязвимой и ранимой.

Теперь я понимаю, что мои чувства были глубже, чем я думала. Он изменил мне, но я не могла его отпустить. Его присутствие в моей жизни было чем-то непреодолимым. Я любила его так сильно, что это причиняло мне боль.

В этот день я чувствовала, как во мне борются любовь и ненависть. Я ненавидела его за то, что он сделал, но не могла без него. Я любила его за то, кем он был для меня, но не могла простить.

Этот день был полон эмоций и ощущений, которые невозможно описать словами. Я чувствовала, как мое сердце разрывается на части, но в то же время я понимала, что это не конец. Мы еще встретимся, и тогда все станет ясно. 

Он ухмыляется, как будто ничто не способно задеть его. Ни измены, ни её слёзы, ни разбитое сердце. 

— О, привет, Юки. Решил прогуляться? — его голос звучит с издевательской ноткой, словно он забавляется её присутствием.

Внутри неё всё кипит. Каждое слово рвётся наружу, но она сдерживает себя. Холодный взгляд скользит по его наглому лицу, и она произносит:

— Ненавижу тебя. 

Пауза повисает в воздухе, словно натянутая струна. Он молчит, но в его глазах мелькает тень удивления. 

— И знаешь что? Больше я не чувствую боли. А значит, ты уже никто. 

Она разворачивается, чтобы уйти, но его рука неожиданно хватает её за запястье. 

— Тогда почему дрожишь? — его усмешка становится шире, в глазах вспыхивает удовлетворение. 

Юки замирает, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее. Внутри неё просыпается что-то новое, что-то, что она пыталась подавить. 

Кевин сжимает её запястье, наслаждаясь её сопротивлением. Но в этот момент тень падает на их лица, заставляя его нахмуриться. 

— Разве? — голос звучит низко, проникновенно, с едва уловимыми нотками угрозы. Его взгляд метнулся к мужчине в тени, и Кевин напрягся. 

Юки ощущает, как её сердце начинает колотиться быстрее. Кто этот человек? Почему его присутствие вызывает у неё странное чувство защищённости? 

Мужчина выходит из тени, его взгляд холодный, но в нём есть что-то, что заставляет её сердце биться сильнее. 

— Юки, — его голос тихий, но уверенный. — Ты не одна. 

Юки смотрит на него с удивлением и благодарностью. Это её первая настоящая эмоция за долгое время. 

Кевин пытается удержать её, но мужчина делает шаг вперёд, и его рука слабеет. 

— Кто ты? — спрашивает Кевин, стараясь скрыть свою тревогу. 

— Я тот, кто не позволит тебе причинить ей боль, — его голос звучит твёрдо, взгляд не дрогнул. 

Юки чувствует, как её сердце наполняется теплом. Впервые за долгое время она ощущает себя в безопасности. 

Юки резко отстраняется, глаза пылают — не от страсти, а от ярости. Она не просто зла... она разочарована.

Шон стоит там же — в полумраке бара, с сигаретой на губах и той самой наглой ухмылкой. Его руки опущены… но взгляд всё ещё скользит по ней, будто он не верит, что она действительно уйдёт.

— Хм… ну-ну. Только помни: ты сама пришла сегодня сюда, детка. Не я искал тебя.

Он затягивается сигаретой — медленно, нарочито. А потом добавляет:

— Ты меня ненавидишь? Хорошо.

— Но каждый раз, когда сердце стучит при моём имени… знай — это не hate. Это ты всё ещё чувствуешь.

И вот тогда Юки замирает на месте…

Потому что знает: она действительно чувствует.

Не любовь… пока нет.
Но и не просто пустоту.

Это смесь боли, гнева... и чего-то большего.

За окном вспыхивают первые фейерверки Святого Валентина — день для лжецов… но может быть — шанс для правды.

Что дальше? Уйдёт ли она без оглядки? 
Или обернётся?