С̶в̶е̶т̶л̶а̶я̶ Тёмная помощница боевого мага

Вокруг царил такой кавардак и шум, что я была уверена: к концу пути у меня разболится голова. Вагоны для бедных — это настоящее испытание для нервной системы. 

Я сидела, поджав под себя ноги, которые сто процентов затекут, а напротив меня нагло растопырил свои конечности неопрятного вида мужик. Он плотоядно на меня посматривал. Я тяжело вздохнула, потому что была уверена: скоро начнёт приставать. 

На лавке позади меня расселось большое семейство. Неугомонные дети, несмотря на окрики родителей, баловались. Малышка на руках матери громко плакала. Эту женщину мне было жальче, чем себя. Ехать в таком дискомфорте с детьми — настоящий ад.

Мужчина, сидевший напротив меня, специально подвинул свои ноги так, чтобы зацепить мои. Я недовольно на него посмотрела и получила в ответ сальную улыбку. Он это сделал специально. Прикрыла глаза, приказывая себе не нервничать, но спокойствие покинуло меня и возвращаться не пожелало.

Тёмная сила во мне всколыхнулась, и я сконцентрировалась на том, чтобы сдержать её. Иначе от этого человека останутся одни рожки да ножки. А вслед за этим в вагоне, который даже не успел наполниться пассажирами, начнётся паника и давка. Придут полицейские и дальше моя жизнь стремительно понесётся к нежелательному концу. Тёмная магия под запретом, а моя светлая способна только исцелять.

Как говорится, почувствуй, юная волшебница, себя беззащитной и одинокой барышней, которую защитить некому.

Мужчина пересел на мою лавочку и закинул руку на спинку.

— Такая молодая и красивая девушка путешествует одна? — спросил он.

Я ожидала, что от него будет плохо пахнуть, потому что он выглядел помятым и не очень опрятным. Но нет. Запах свежевыстиранной одежды. Хоть какой-то плюс.

Я заскользила по лавке вбок и упёрлась плечом в замусоленное узкое окно.

— Вы ведёте себя неприлично, —несколько высокомерно произнесла я. — Меня сопровождает мой брат. Не хотелось бы, чтобы он увидел, как вы ко мне пристаёте. Не провоцируйте драку.

По лицу мужчины было видно, что он мне не поверил. Потому что мой сопровождающий по идее должен был быть рядом.

Этот злыдень, мой кузен, оказывается, купил себе билет в другой вагон, место подороже. Где он взял такие деньги, я понятия не имела, но факт в том, что джентльменские поступки на меня он не распространял и оставил одну в опасном обществе.

— Ты учительница? Слышал, что училки бывают горячими. А тут прохладно, чуешь?

Ну, допустим, я лекарь. И могу быть ужасной девушкой, к которой лучше не приставать. Ужасной и напуганной одновременно.

Я огляделась в надежде найти хоть одного человека и с благородными помыслами, написанными на лице. Нет. Никто из присутствующих не собирался мне помочь, хоть и встретила несколько любопытных взглядов. И даже пару неодобрительных. И осуждали они именно меня!

Я мысленно помолилась Богу и решила, что придётся выкручиваться самостоятельно.

— Я прошу вас отсесть от меня подальше, — голос мой звучал не так твёрдо, как мне бы хотелось.

Мужчина не думал уступать моей просьбе. Накрыл своей ладонью мою и дыхнул мне в лицо сигаретным перегаром. От неожиданности я послала лёгкий магический импульс. Мне так хотелось, чтобы он всю дорогу спал, что я выработала в неприятном попутчике гормон мелатонин, скрепив его магией. Обычно таким образом я на практике усыпляла людей перед операцией. Нас научили этому на первом курсе магической академии.

Мужчина зевнул и в ужасе уставился на меня. Ага. Значит, к простым девушкам нагло приставать у него храбрости хватает, а к таким как я, он, скорее всего, на вы и шёпотом.

— Чародейка? Вам нельзя применять магию без разрешения. Я, — он зевнул так, что чуть не вывихнул челюсть, — я буду жаловаться.

И он ничего не докажет. Сейчас уснёт, проснётся через несколько часов. Магическое воздействие к тому времени растает без следа. Буду надеяться, что он едет до конечной станции. И пусть будет благодарен за то, что выспится и к концу поездки будет как огурчик.

Он тяжело пересел обратно на свою скамейку, бессильно прислонился к окну и сонно пробормотал:

— Она меня околдовала… Вызовите полицию.

Но в этом гвалте его никто, кроме меня, не услышал.

Внезапно кто-то схватил меня за плечо. Я вздрогнула и повернулась, опасаясь того, что применение магии без согласия человека, всё же было замечено.

Встретившись взглядом с бессовестными золотистыми глазами кузена, я с облегчением выдохнула.

— А, это ты…

Фабиан тронул свою рыжую шевелюру, пытаясь скрыть смятение.

— Эма! Я еле тебя нашёл! Мне так неловко, что ты будешь ехать тут.

Кузен поморщился, когда увидел моего безмятежно дрыхнувшего попутчика, который начал похрапывать.

Фабиан улыбался настолько искренне, что я нисколько ему не поверила. Он был эгоистом высшей степени. С другой стороны вагона к нам протискивалась пара таких же помятых мужиков, как тот, что неудачно ко мне приставал. Один из них ткнул пальцем в спящего приятеля.

Сегодня меня просто преследовали неудачи.

— Что ты хотел, Фаб? Только честно.

— Я так волнуюсь за тебя, — Фабиан присел рядом.

— Я же попросила, говорить честно, — я скрестила руки на груди, краем глаза наблюдая за тем, как в проходе образовался небольшой затор из плетёных корзин. Впрочем, их совсем скоро запихнут под сидения, и приятели моего спящего попутчика доберутся до нас.

— Вот, — Фабиан протянул мне свой билет. — Я решил, что ты должна ехать на моём месте.

— Я согласна.

Резво вскочив, я буквально выхватила билет из белых и нежных рук кузена и вытащила из-под сидения свой чемодан. И как я в этот момент не догадалась, что дело настолько нечисто, что лучше остаться с сомнительными мужиками, чем подсесть к новому попутчику, от которого сбежал этот трус? Не зря Фабиан побоялся ехать в его компании. И тем самым подставил меня.

— А ты останешься здесь или мы вместе поедем? — спросила его мимоходом.

— Да… останусь тут.

Фабиан поморщился и передвинулся на моё место.

— Тебя проводить? — он устремил на меня щенячий взгляд, который говорил: “Откажись, пожалуйста, не хочу я тебя провожать!”

Я взглянула на его билет. Он был выполнен из более качественной бумаги.

— Я сама дойду. Вот, держи мой.

Я протянула ему жёлтую карточку из такой рыхлой бумаги, словно она была сделана из мелких древесных опилок.

До нас как раз дошли приятели похрапывающего мужика. Они попытались растолкать его и чуть не уронили на пол. К счастью, вовремя поймали.

— Когда это он успел так надраться? — недоумённо спросил один из мужчин.

Больше я ничего не слышала. Ушла из вагона, оставив Фабиана с новыми попутчиками.

Я двигалась вдоль вагонов, но, прежде чем меня пропустить, контролёры проверяли мой билет. В итоге добралась до первого класса. Вот же жук! А я то думала, что он во втором. Добравшись до новомодных в этом мире вагонов с купе, я сначала нашла свою дверь, а потом зачем-то вежливо постучала, прежде чем войти.

— Входите! — гаркнул оттуда зычный бас.

Аж мурашки по коже пробежали. Я зашла. Купе было двухместным. На красном бархатном диванчике с правой стороны восседал довольно колоритный и красивый мужчина и буравил меня недовольным вопросительным взглядом. Он заприметил мои простенькие, но добротные башмаки, выразительно прошёлся глазами по серому шерстяному платью, выглядывавшему из-под клетчатого пальто. Я стояла как бедная родственница, а руку оттягивал старенький обшарпанный чемодан. Остро ощутила себя слишком бедной и убогой даже для довольно сдержанной обстановки первоклассного купе.

— Д-добрый вечер.

Я почему-то смутилась под пристальным сканирующим взглядом и стала по-дурацки заикаться.

Мужчина приподнял свои чёрные властные брови в немом вопросе. Я развернула свой билет и сделала шаг назад в коридор и повернула узкую дверь с номером.

Нет. Я не ошиблась. Это моё купе и мой новый попутчик.

Я зашла в купе и закрыла за собой дверь, стараясь не обращать внимания на недовольный взгляд. Испытывая ужасную неловкость, сунула свой чемодан под диван. Я пыталась двигаться в тесном пространстве так, чтобы не зацепить незнакомца. А ещё старалась на него больше не смотреть, ощущая, как пылают от накатившего на меня смущения щёки. В купе было душно.

Я сняла пальто и повесила его на специальный крючок на стене.

— Вы точно не ошиблись дверью?

По мне снова прогарцевали мурашки. Ну что за брутальный голос. Он будил во мне первобытную женщину, которая инстинктивно хотела от обладателя такого раскатистого баса потомство.

Впервые такое испытывала. Обычно я довольно практичная и рассудительная девица. И на внешнюю красоту не падкая.

— Я не ошиблась, — сказала я, опустив глаза на чинно сложенные на коленях руки. — Могу показать свой билет.

Послышался недовольный вздох. Этот темноволосый и слегка небритый субъект явно не испытывал к моей скромной персоне трепетной или страстной симпатии.

Я прикусила губу, пытаясь вернуть себе холодный рассудок, потому что эмоции нашептали мне идею трусливого побега в холодное купе для бедных.

— Далеко едете? — бархатный голос ласкал слух, а недовольный тон разбудил во мне все комплексы разом.

Странный вопрос. Словно незнакомец надеялся, что на ближайшей станции я сойду и избавлю его от своего присутствия. Пришлось огорчить.

— До конечной.

Ага. Внезапно возвращаюсь в родимый дом, где меня никто не ждёт, но в городе у меня есть потенциальный жених. Эта мысль грела мне сердце.

— Понятно.

Я подняла глаза. Тут я и заметила на сюртуке мужчины жетон Отдела магического правопорядка. Передо мной сидел маг высшей категории. В преступных кругах таких называли Карателями.

Моё простое девичье смущение перед привлекательным мужчиной стремительно сменилось ужасом. Мне захотелось схватить пальто и чемодан и со всех ног бежать к кузену. А ещё хотелось прибить Фабиана этим самым чемоданом. Он меня очень подставил, хоть и не знал об этом.

Теперь я поняла, почему мой жадный до удобств кузен так любезно поменялся со мной местами. Точно не из-за внезапного припадка невиданной доселе щедрости.

Он недавно использовал тёмную магию, и её отголоски ещё слышались, если немного напрячься. Подработал, как говорится. А теперь я вынуждена сидеть тут как на иголках и пытаться запихнуть поглубже тёмную сторону своей силы, которая так и норовила вылезти вперёд.

У меня странная магия. Светлая отдельно от тёмной. Так не бывает. Эта аномалия, я полагаю, получилась из-за того, что я иммигрировала в этот мир после смерти. Иными словами, я попаданка. Фактически я считаюсь нечистью и у меня должна быть только тёмная сила.

Карателей я удачно избегала до сих пор. Жила в общежитии, училась на факультете лекарей и даже поработала немного в маленьком госпитале. Да и домой я возвращалась отчасти потому, что в столице всё же для меня опасно.

Интересно, он чувствует мою инородность? Хоть бы нет. А то изгонит меня из тела как беса.

Я кинула на мужчину мимолётный взгляд. Он углубился в чтение книги, потеряв к моей скромной персоне интерес.

Теперь уже я надеялась на то, что он едет не до конечной. Иначе нам предстояло провести в дороге целые сутки. Вместе.

Чтобы не пялиться на опасного мага, я придвинулась ближе к окну и взглянула на унылый перрон. Наш паровоз вот-вот должен был тронуться. Люди торопливо прощались. Опоздавшие пассажиры, навьюченные тяжёлым багажом, бежали к своим вагонам. Над всем этим действом зависло тяжёлое осеннее небо, грозившее в любой момент излиться на землю холодным грустным дождём.

Словно прочитав мои мысли, на стекло шлёпнулась первая довольно крупная капля. Следом ещё одна.

Послышался пронзительный свист, из-под колёс с продолжительным шипением вырвался пар. Паровоз дёрнулся. Потом ещё раз. Я опять совершенно случайно взглянула на своего попутчика и поймала на себе его пристальный нечитаемый взгляд. Я слегка дёрнула уголками губ, выдавливая из себя неуверенную милую улыбку, которую быстро погасила. Ещё подумает, что я с ним флиртую.

Паровоз, пока мы играли в гляделки, начал тяжело набирать скорость.

— Почему вас никто не сопровождает?

— Потому что…

Я хотела придумать ответ, но на ум приходила только правда: потому что никому нет дела ни до моей репутации, ни до безопасности. Не скажу, что в новой семье меня обижали, но я считалась порченым ребёнком. Точнее, прошлая Эма, которая родилась с магическим даром. Она не могла им управлять, и члены семьи привыкли держать дистанцию, чтобы не пострадать. Тьмы в ней было слишком много. Наверное, Эма была очень несчастна и поэтому свела счёты с жизнью.

Её, в конце концов, упекли бы в лечебницу для магов с тёмным даром. Если не хуже.

Я в своей прошлой жизни не испытывала такого беспросветного одиночества. Умерла совершенно случайно и нелепо. Решив искупаться в бурной реке. В тот день мы с однокурсниками решили отпраздновать окончание первого года обучения. Я даже испугаться не успела.

Очнулась в теле девушки моего возраста и не понимала, что происходит. Пришлось притворяться, что потеряла память, применив лучший лайфхак для попаданок. С тех пор прошло пять лет.

Я даже успела закончить Академию и отработать в столичном госпитале целый год.

Маг, сидевший напротив меня, продолжал скользить по мне раздражающе цепким взглядом.

— Вы слишком долго придумываете ответ.

— Я плохой собеседник, — покаялась я. — А ещё я маг. Лекарь. Считается, что я самостоятельный человек.

— Я чувствую, что вы недавно кого-то лечили…

Чёрные глаза из-под властных тёмных бровей просто буравили меня. Мне даже показалось, что они хищно поблёскивали.

Сразу захотелось оправдаться, чтобы отвести от себя любые подозрения. Еле сдержалась.

Спокойно взглянула на него и кивнула.

— Да. Я не могу отказать в помощи, если меня просят. Это порицается?

Я приложила все усилия, чтобы осуждающе на него взглянуть. А вот нечего меня допрашивать.

— Только если действительно просят, — уголок его губ дёрнулся, продемонстрировав, что их обладатель умеет кривовато и иронично улыбаться.

И как он мог мне понравиться? Очень неприятный тип. Хорошо хоть явно считает ниже своего достоинства ко мне приставать.

— Да, — сухо ответила я, подтверждая тот факт, что собеседник из меня так себе.

Я отвернулась к окну, решив смотреть на мокрый и по-осеннему рыжий пейзаж, пока сумерки окончательно не поглотили его. Колёса мерно отстукивали ритм нашей поездки, периодически мой попутчик шуршал страницами своей книги.

Я же приготовилась отчаянно скучать, а ведь скоро придётся бороться с голодом, потому что я забыла свой свёрток в последнем вагоне и идти туда не было никакого желания. Ничего, утром я куплю себе перекус и как-нибудь дотерплю до дома.

Предавалась я праздности недолго. В коридоре послышались взволнованные голоса. Вскоре дверь распахнулась, я увидела в проёме взъерошенного вида проводника в форменном бордовом костюме. Устремив совершенно дикий взгляд на моего попутчика, он умоляюще спросил:

— Вы Маркус Хоган?

За его спиной маячило испуганное лицо пожилого пассажира. Я немного разволновалась.

— Да, я.

Мой попутчик не поддался волнению, которое буквально затопило наше купе. Скорее смотрел на людей с вежливым интересом.

— В одном из вагонов, — торопливо начал объяснять проводник, — одному из пассажиров стало…кхм... плохо. Как раз по вашей части. Просим вас помочь.

Тот, кого назвали Маркусом, задумчиво провёл большим пальцем по подбородку и встал, положив книгу на диванчик. А меня стала терзать тревога. А что, если это я навредила тому бедняге или ещё хуже мой кузен во что-то вляпался?

— Нам надо найти лекаря, — дёрнул проводника за рукав пожилой мужчина.

— Вам повезло найти его здесь, не так ли, госпожа лекарь, — мой попутчик кинул на меня насмешливый взгляд. — Вы же всегда приходите на помощь, если вас попросить?

Я тоже встала.

— Да, конечно, — голос прозвучал очень слабо.

Уверена, что на моём лице красовался не испуг, а настоящий ужас. Божечки! Хоть бы мы пошли не в вагон для бедных!

Тот самый прекрасный и опасный Маркус Хоган)))

Эма Ди, лекарь и девушка со страшным секретом

Уверена, что на моём лице красовался не испуг, а настоящий ужас. Божечки! Хоть бы мы пошли не в вагон для бедных!

Маг оказался довольно высоким человеком, из-за этого я ощутила себя букашкой, которую он может в любой момент прихлопнуть.

Мы вышли в тесный коридор. Проводник с пожилым пассажиром направились в конец вагона. Я шла последняя и смотрела в спину мага. Как бы мне хотелось очутиться подальше от него.!

Коридор был ужасно узким, и когда из одного купе вышли люди, мне пришлось остановиться и пропустить их.

Я отстала от процессии, которая намеревалась выйти в тамбур. Маг обернулся. Увидев, что я немного застряла, он вернулся ко мне и без спроса взял за руку.

Прикосновение его руки, удивительно тёплой и немного мозолистой, обожгло мою кожу. Я почувствовала, как по телу разливается странное тепло, словно от невидимого пламени. Его пальцы сжимали мою ладонь с такой уверенностью и властностью, что заставляли сердце биться чаще.

Он не произнёс ни слова, лишь устремил на меня пронизывающий взгляд, от которого по коже бежали мурашки. Мне казалось, что он видит меня насквозь, проникает в самые потаённые уголки моей души. И знает все мои тайны. Это ощущение одновременно пугало и будоражило так, что хотелось надавать себе оплеух, чтобы взять себя в руки.

Что вообще происходит со мной?!

— Не отставайте.

Не отпуская моей руки, маг быстрым шагом повёл меня за собой, увлекая в тёмный проход между вагонами. Я послушно следовала за ним, чувствуя, как нарастает внутреннее напряжение, словно перед грозой.

Брызги дождя ударили в лицо. Я моментально продрогла, ведь тёплое пальто осталось висеть в купе. Маг негромко выругался и стянул с себя пиджак. Сам остался в белой, довольно тонкой рубашке.

— Наденьте, — скомандовал он.

— Но я…

Маг нахмурился, всем видом показывая нетерпение.

— Мне самому вас одевать?

— Нет. Спасибо.

Я быстро просунула руки в рукава чужого пиджака и буквально утонула в нём. Меня тут же обволокло чужим, довольно приятным запахом.

— А теперь пошли.

Он снова взял меня  за руку. Всё это время наши проводники ждали нас у распахнутого выхода из тамбура.

Мы с магом тоже вышли на площадку перехода между вагонами, которая больше напоминала балкон, нёсшийся сквозь дождь на большой скорости. Точнее, два балкона, которые были расположены друг напротив друга.

Мне придётся перескакивать через проём между ними?!

Мужчины уже стояли на переходной площадке соседнего вагона.

Мой попутчик обернулся ко мне, почувствовал, наверное, что моя рука, находившаяся в плену его широкой ладони, мелко задрожала.

— Я вас держу.

— Меня это не радует.

— Не смотрите под ноги. Просто перешагните, и всё. Тут небольшое расстояние.

Я кивнула. Перешагнуть на трясущихся ногах на соседнюю подвижную платформу было страшно. Медлить не стала. Кто-то из пассажиров ждёт лекаря, а мой попутчик мокнет под холодным осенним дождём в одной рубашке. Шагнула сразу же вслед за ненавистным магом.

Оказавшись в вагоне второго класса, я нервно спросила:

— Сколько нам ещё вагонов надо пройти?

— Мы почти на месте.

Тут я и услышала просто нечеловеческие завывания, исходящие из недр вагона. Теперь уже я вцепилась в сильное предплечье мага и даже инстинктивно прижалась к нему.

За закрытыми дверями купе тихо сидели напуганные пассажиры. Проходя мимо них, я слышала напряжённый шёпот и шорохи. Мы дошли почти до конца.

— Это здесь.

Проводник показал на дверь и отошёл подальше в коридор. Было понятно, что заходить он не будет, так как там и не протолкнуться. Пожилой мужчина встал рядом с проводником.

— Спасите его. Он единственный сын у матери, — жалобно попросил он.

Маг открыл дверь. И прежде чем зайти, скомандовал:

— Выйдите все.

Оказалось, что кроме парня, издававшего страшные звуки, в купе находились двое рослых мужчин, которые связали и сторожили несчастного.

Они протискивались мимо проводника, но заходить в свои купе не спешили.

— Как вас зовут, кстати? —обратился ко мне маг.

— Меня? Эма.

— Маркус, — бросил он через плечо и зашёл внутрь.

— Очень приятно, — как-то неловко пробормотала я ему в спину.

Это самое нелепое знакомство в моей жизни

— Вы ещё долго будете топтаться снаружи? — послышалось недовольное и нетерпеливое ворчание.

Я перестала, как он сказал, топтаться и зашла в тесное помещение. Наш пациент лежал на лавке, которая была обита простым зелёным сукном.

— Приступим. Эма! Закройте дверь.

Вежливость моему спутнику явно не была свойственна.

Я послушно закрыла дверь, отрезав нас от любопытных зевак.

Парень был бледен. Лоб его покрывала испарина, а на разбитой губе запеклась кровь. Он таращил на мага совершенно безумные глаза.

Маркус положил на лоб изворачивающегося парня ладонь. Тот попытался укусить мага, а затем посмотрел на меня и хрипло, даже истерично рассмеялся.

— Сестра милосердия пришла.

Купе затрясло от страшного хохота.

Я прикусила губу, ожидая новых указаний.

— Эма, дай мне рефлексор!

— Что?

— У меня в кармане металлическая штука, похожая на пудреницу.

Свободную руку он протянул мне и ещё пальцами прищёлкнул. Я полезла в чужой карман. Пиджак всё ещё был на мне, поэтому рыться в нём было удобно. В принципе там только этот самый рефлексор и обнаружился. Маленькая серебристая коробочка действительно была похожа на пудреницу, но чуть больше по размеру.

— Теперь открой его.

И раскрывалась она, как пудреница. Внутри на одной створке оказалось зеркало, а на другой я заметила символы изгнания.

Торопливо передала магу его артефакт, словно он меня обжигал.

Зеркальце тут же стало матовым. Я смотрела то, как Маркус присел на корточки и поднял зеркальце над лицом нашего “пациента” и посмотрел на то, что там отражалось. Стало любопытно, что там видно магу.

— Эма…

— Что?

— Надо, чтобы вы подпитали парня силой, когда я выну из него эту гадость. У него может остановиться сердце. Понятно?

— Да.

— Изгони сначала девицу, каратель! — хрипло и глумливо предложил парень.

— Изгони сначала эту девицу, каратель! — хрипло и глумливо предложил парень.

У меня от его слов ёкнуло сердце. Очень может быть, что он чувствует мою инородность как никто другой. Бросила быстрый взгляд на мага.

Маркус сосредоточенно нахмурился, глядя на искажённое злобой лицо, и выглядел так, словно не обратил на странное предложение никого внимания.

Глаза нашего пациента лихорадочно бегали, а пальцы впились в обивку сиденья. Он пытался отодвинуться от Маркуса и даже утробно рычал на него. Я осторожно положила руку на оголившуюся кожу его ноги, которая выглядывала в прорехе между брючиной и носком.

- Держись, мы тебе поможем, - тихо произнесла я, скорее из-за привычки, чем от доброты душевной. Я впервые видела такое и была в ужасе.

Собравшись с силами, сконцентрировала на кончиках пальцев целительную магию.

Зеркальце в руках Маркуса слабо замерцало, готовое к работе.

- Смотри на себя, - приказал он несчастному. - И не отводи взгляда.

Парень вздрогнул, но подчинился. Было видно, что он пытается сопротивляться, но сила мага сломила его волю. Его зрачки расширились, практически скрыв светлую радужку. Парень уставился на своё отражение, словно зеркало примагнитило его взгляд.

Между бровей Маркуса пролегла морщинка. Я же ощущала, как к моим пальцам прикасается чужая сила. Захотелось отдёрнуть руки, но я мысленно приказала себе не бояться.

Маркус начал шептать древние заклинания, вплетая в них свою волю.

Купе наполнилось тяжёлой, густой энергией. Воздух будто завибрировал, становясь почти осязаемым. Я увидела, как тень, клубящаяся вокруг парня, начинает дрожать и извиваться.

Я старательно подкрепляла чары Маркуса своей лечебной магией, придавая несчастному парню сил. От напряжения у меня тряслись руки. Я украдкой поглядывала на мага, опасаясь того, что он заметит, как рвётся наружу моя тёмная магия, желая дотронуться до враждебной сущности, засевшей в несчастном парне.

Наш пациент вскрикнул, дёргаясь всем телом. Его глаза налились чернотой, а рот исказился в жуткой гримасе. Маркус, в отличие от меня, не дрогнул, продолжая читать заклинание. Тень метнулась, пытаясь вырваться, но невидимые путы крепко удерживали её.

Наконец, с протяжным стоном тень оторвалась от парня и стала втягиваться в зеркало, плавно закручиваясь в спираль. Маркус убрал артефакт в тот миг, когда хвост спирали окончательно вошёл в зеркальную гладь. Тьма заклубилась в серебряной поверхности, словно пытаясь пробиться наружу. Но чары мага схлопнулись словно ловушка.

Парень обмяк. Лицо его расслабилась и приобрело умиротворённый вид.

Я ещё несколько мгновений продолжала окутывать его целебным теплом. Юноша тяжело дышал и, открыв глаза, уставился в потолок. В его взгляде больше не было безумия.

— Всё позади, — прошептала я, поглаживая его ногу. — Ты теперь в безопасности.

Маркус захлопнул зеркало. В полутьме в щели между створками артефакта я увидела вспышку красного света и почувствовала, что тёмная сила ушла из нашего мира в навсегда.

Вот как это происходит. Я всегда гадала, если каратель распознаёт во мне инородную душу, как он станет меня изгонять? Сегодня мне продемонстрировали это.

Маркус убрал зеркало в карман брюк, сел рядом со мной и устало откинулся на спинку сиденья. Он прикрыл глаза.

— Спасибо, — еле слышно произнёс парень.

— Не стоит… Это наш долг, — мягко сказала я.

Маг согласно кивнул и продолжил сидеть, не открывая глаз.

В образовавшейся тишине слышался стук колёс. Ночной экспресс мчался вперёд, унося нас всё дальше от пережитого волнения.

Дверь отворилась, и я увидела встревоженное лицо того самого пожилого человека, который просил нас помочь парню.

Он оглядел нас по очереди и спросил:

— Всё нормально?

— Да. Ваш племянник будет жить, — подал голос маг. — Мы с госпожой…

Он открыл глаза и вопросительно на меня посмотрел.

— Дин, — подсказала я ему свою фамилию.

— Мы с госпожой Дин хотим вернуться в своё купе. Надеюсь, проводник нас дождался?

— Да-да…

— Хорошо. Я должен сообщить о случившемся на ближайшую станцию. Уж простите. Ваш племянник ведь не маг, а это значит, что кто-то из его окружения обладает даром и баловался тёмной магией. С вами свяжется дежурный сотрудник Отдела магического правопорядка.

Маркус встал. Мне тоже пришлось подняться на ноги. Такое несложное действие, но так хотелось по-старушечьи покряхтеть от усталости. Еле сдержалась.

Мы снова вышли в узкий коридор. Из своих купе выглядывали любопытные люди. Маркус отыскал глазами проводника и поманил его к нам.

— Будьте добры вернуть нас на место.

— Да, конечно.

Мужчина мелко закивал и пошёл вперёд. Мы устремились за ним.

На площадке перехода Маркус снова взял меня за руку, придавая тем самым уверенности.

Когда мы дошли до своего места, мой попутчик потребовал, чтобы нам принесли перекус и одеяла. Заходить в купе он не торопился.

— Эма. Я скоро вернусь. Не скучайте. — Зачем-то предупредил меня он.

— Постараюсь.

Я сняла с себя его пиджак и аккуратно положила на его диванчик. Сама снова устроилась на своём месте. По ощущениям, сейчас было где-то восемь часов вечера. Спать после магических манипуляций такого уровня хотелось невероятно сильно.

За окном невозможно было ничего разглядеть, зато я увидела своё растрёпанное отражение.

Белые волосы выбились из аккуратного до недавнего времени пучка и неопрятно торчали во все стороны. Я решила воспользоваться тем, что мой попутчик куда-то ушёл, и привести себя в порядок.

Вытащила из волос все шпильки. Открыла чемодан и отыскала в стопке вещей мешочек с гребнем и лентами. Шпильки за ненадобностью ссыпала туда же.

Чемодан снова поместила под сиденье. Смотря на своё отражение в стекле, я стала расчёсывать длинные прямые волосы. На этом действии меня и застал мой попутчик. Я поймала его внимательный взгляд.

Разобранная причёска, как мне вбивали на уроках по хорошим манерам, табу. Нельзя показываться мужчине в таком виде. Стыд и позор.

Я считала это полным бредом, но сейчас отчего-то смутилась так, словно он застал меня без платья.

— Простите, я…

— Продолжайте, прошу вас.

Он тоже вытащил свой саквояж. Потом, стоя ко мне спиной, стал расстёгивать пуговицы на рубашке.

Он тоже вытащил свой саквояж. Потом, стоя ко мне спиной, стал расстёгивать пуговицы на рубашке.

— Что вы делаете?

Я задала совершенно глупый вопрос. Словно непонятно, что маг решил сменить одежду. Но можно же было попросить меня выйти.

— Переодеваюсь, — последовал логичный ответ. — Я не очень люблю мёрзнуть в мокрой рубашке.

Ни стыда, ни совести у этого мага не было. Сейчас ещё штаны решит при мне сменить.

— Я лучше выйду пока.

Отложив гребень в сторону, я встала. Маг обернулся ко мне, сверкая голыми телесами. Я всем видом показывала, что принципиально не буду на него пялиться, но каким-то образом всё же рассмотрела жилистое подтянутое тело.

А ещё мне пришло буквально протискиваться мимо него. По закону подлости наш транспорт именно в этот момент не пожелал ехать плавно. Вагон содрогнулся, а меня буквально впечатало в мага.

Он удержал меня, не дав упасть.

— Простите.

Его рука на талии легко сжалась. Мои же ладони упирались в широкую мужскую грудь. От осознания, что я буквально приклеилась к полуобнажённому и, на мой вкус, красивому человеку, меня просто затопило чувством неловкости и тягучей истомы.

Его взгляд стал таким плотоядным и жадным, что в уголках моего сознания затеплились искры, готовые сию же секунду, устроить во мне пожар. Маг наклонился, явно намереваясь меня поцеловать. Вторая рука скользнула по моим волосам, ласково провела пальцами по щеке.

В груди всколыхнулся протест. Это кем я сейчас стану, если начну целоваться с первым встречным. Ужас!

Я же не легкомысленная девица, которая поддаётся мимолётной страсти!

— Нет, — я немного отстранилась.

Маг словно тоже очнулся от наваждения и отпустил меня.

— Жаль. Мы могли бы более интересно провести время. Эма, вы ведь смело купили билет в совместное купе с мужчиной. Вот я и подумал…

Ну и выводы он обо мне сделал. Просто прелесть.

— Этот билет купил мой кузен! Позовёте, когда будете готовы, — чопорно сказала я и вышла в коридор, пылая щеками и возмущением. Злилась исключительно на себя. Нельзя быть такой падкой на привлекательную внешность! Ну и что, что этот маг целиком и полностью в моём вкусе, но ведь это совершенно неважно. Характер у него явно негодяйский, вот что существенно.

А ещё у меня есть единственная ценность — довольно хорошая репутация. Я теперь живу в мире, где невинность ценится куда больше, чем на земле. А я хочу выйти замуж, родить детей. И желательно побыстрее. Всё же молодость не вечна, а мне уже двадцать три года. Я здесь без пяти минут старая дева.

Да и как я буду смотреть в глаза Теду? Он прекрасный парень и всерьёз ухаживает за мной. Наверное, совсем скоро сделает мне предложение. С ним меня ждёт спокойная и размеренная жизнь. Всё, как я и хотела.

Дверь за моей спиной открылась и маг выглянул наружу.

— Я закончил.

Я снова протиснулась мимо него. Издевательство какое-то. Плюхнувшись на своё место, я схватила гребень и стала нервно терзать свои волосы. Потом заплела две тугие косы и перевязала их простыми лентами под цвет платья.

Я в принципе носила неброскую одежду, считая, что яркая сделает мою внешность ещё более выцветшей. А сейчас смотрела на своё отражение в окне и понимала, что из-за многих вещей, которые я в себе воспитала в этом мире, стала совсем другой. Бледная моль.

На своего попутчика я демонстративно не смотрела. Хоть отметила краем глаза, что в тонком свитере он стал очень похож на людей из моего прошлого.

Сердце затопила такая страшная тоска, что захотелось разрыдаться. Тяжело мне далась новая жизнь. Я буквально собственноручно изменила себя, чтобы соответствовать новой реальности с её старым укладом и жёсткими устоями.

В прошлом я не была какой-то оторвой. Училась, чтобы поступить на бюджет, а потом училась, чтобы получить красный диплом. У меня почему-то была такая вполне осуществимая мечта.

А ещё я помогала родителям с младшими сёстрами и братьями. Делала с ними уроки. Занималась хозяйством.

Я столько всего упустила. Не влюблялась ни разу. Даже не думала об этом. Подсознательно хотела встретить такого мужчину, который будет тем самым прекрасным и единственным. Мне хотелось красивой романтики.

— У вас такой вид, словно случилось нечто ужасное, — нарушил тишину маг.

Я вскинула на него взгляд. И чего он меня всё время так пристально рассматривает?

— Я просто устала.

Сразу было видно, что он не поверил моей отговорке, но понял, что вести задушевные беседы я с ним не собираюсь.

— Я тоже. Мы с вами прекрасно поработали. Вы часто ассистируете моим коллегам?

Мысленно перекрестилась.

— Нет. Вы у меня первый, — ляпнула я и только потом сообразила, как двусмысленно это прозвучало.

Тёмная бровь моего попутчика саркастически изогнулась.

— Что ж. Весьма умело для первого раза.

Игривый тон намекал на то, что если мы не остановимся, то начнём пошло флиртовать. Ну уж нет.

— Я рада, что вы остались довольны, — нахмурившись, сказала я.

— У вас хорошая выдержка. Обычно нам ассистируют мужчины. Девицы слишком впечатлительны и часто падают в обмороки. Где вы, говорите, работаете?

Зачем ему это знать? Очень подозрительно, что практически незнакомый человек расспрашивает меня о личных делах. Или же у меня разыгралась мания преследования?

— На данный момент я нигде не работаю. Уволилась из госпиталя.

— Я хочу сделать вам заманчивое предложение, — собеседник подался ко мне, уперевшись локтями о свои колени.

— Я хочу сделать вам заманчивое предложение, — собеседник подался ко мне, уперевшись локтями о свои колени.

Мне заранее не нравилось, что он скажет. И я вполне угадала.

— И что же?

— Раз уж вы нигде не работаете, я предлагаю вам должность моей ассистентки.

Он проникновенно на меня смотрел, а я шокировано молчала.

— Простите, но нет.

— И почему же?

Потому что вы самый опасный для меня человек в радиусе нескольких километров.

— Потому что надеюсь получить место в более привлекательной организации.

Уголок его губ дёрнулся в кривой обольстительной усмешке. А ещё мне показалось, что он что-нибудь предпримет против моего отказа.

— Посмотрим.

— Вы же сами сказали, что лучшие ассистенты в вашем ремесле — мужчины.

— Так и было, пока я не встретил вас.

Это он сейчас пытался грубо польстить мне?

— К сожалению, ничем не могу помочь. Я пять лет проучилась в академии не для того, чтобы гоняться по сомнительным и мрачным местам в поисках одержимых людей и чёрных магов. Слишком много хлопот и приключений.

Маг снова откинулся на спинку своего дивана. В его глазах сверкали искорки веселья. Он развлекался, пока я пыталась держать дистанцию. Что за наглый тип!

— Вы тихая домашняя девочка, которая, кроме лекарского искусства, всю жизнь училась всячески ублажать будущего мужа?

Глумливая улыбочка с его губ не сходила.

— Надеюсь, это риторический вопрос.

— Я ведь прав. Скажите, вы умеете вышивать, может быть готовить?

— Вы хотите обсудить техники шитья и кулинарные рецепты? Не умею ничего из перечисленного, — категорично соврала я.

Мне почему-то стало неловко из-за того, что я действительно мастерски готовила и любила рукоделие. Сейчас даже захотелось начать вязать шерстяные носки, чтобы немного успокоить нервы. Для меня эти занятия были очень медитативными. Особенно я любила сидеть дома у окна в удобном кресле, когда капает дождь, и что-нибудь вышивать или вязать.

Но этот жуткий субъект насмехался над моими любимыми занятиями, а мне стало неприятно и неловко почему-то.

Неожиданно в нашу дверь постучали.

— Войдите! — отозвался на стук мой попутчик.

— Ваш ужин. За счёт компании.

В дверь протиснулся проводник с корзиной в руке.

Я немного удивилась. А ещё поняла, что ужасно проголодалась. Интересно, они нас обоих покормят или только моего спутника?

Проводник поставил корзину рядом со мной. Потом он немного присел, повозился под окном и выдвинул небольшой столик. Мне пришлось для этого поджать ноги.

Накрыв на стол и пожелав нам приятного аппетита, проводник удалился.

Он оставил нам термос с чаем и две булочки на белых фарфоровых тарелках.

От вида аппетитного, но скудного ужина у меня свело желудок.

— У вас ведь с собой нет еды, я правильно понимаю?

— Да. Я хотела купить здесь завтрак.

Маркус разлил нам чай.

— Можете не беспокоиться. Я его уже оплатил.

Вот уж нет. Меня очень обеспокоило такое внимание к моей персоне.

— Сколько я вам должна? — спросила я непреклонным тоном.

— Думаете, я с вас возьму деньги? — задал он встречный вопрос. — Вы красивая, гордая и независимая девушка. Это я уже понял. Будьте вежливы и позвольте мне побыть галантным человеком, который угостил вас. Просто можете сказать “спасибо”.

Я помолчала, переваривая комплименты и нравоучения.

— Спасибо.

Маг кивнул и стал неторопливо есть. Он больше не смущал меня своим пристальным вниманием. Иногда смотрел в окно, но там ничего не было видно, кроме отражения нашего купе.

Через некоторое время подчёркнуто вежливый проводник забрал посуду и корзину. И предупредил, что скоро выключится свет.

Он застелил постельным бельём наши диванчики. Я в это время сходила в уборную и приготовилась ко сну.

Уже лёжа на своём месте, я как-то странно ощущала себя. Мужчина на соседнем диване лежал на спине, согнув ноги в коленях и закинув руку за голову. Рядом с ним темнота и неудобство были удивительно уютными.

Представить себе не могу, как бы я сейчас мучилась на жёсткой лавке в вагоне для бедных. Сердце защемило от осознания того, что там сейчас страшно одинок мой кузен.

После пережитого сегодня у меня случился небольшой магический откат. Я слишком перестаралась. Можно было меньше вливать в парня лечебной энергии.

В общем, не поняла, как уснула. Проснулись мы с магом поздно. И то из-за того, что нам принесли завтрак: кофе, мягкий сыр и тосты.

Да и день прошёл так же незаметно, как и ночь. Мой попутчик иногда развлекался, выводя меня из себя, а я с нетерпением ждала того момента, когда распрощаюсь с ним.

Мы прибыли на конечную станцию в сумерках. Маркус вышел вслед за мной. Я зябко поёжилась оттого, что холод, усиленный сыростью, тут же попытался нырнуть под моё пальто.

— Я могу вас подвезти, — любезно предложил маг.

— Нет, спасибо, я доберусь сама. А ещё меня должны встречать. Лучше поищу своих.

Маг явно мне не поверил. Он смотрел на меня, скептически улыбаясь.

— Вы уверены?

— Да. Прощайте, Маркус Хоган.

Я торопилась с ним расстаться. Он же улыбнулся, не разжимая губ, а затем сказал:

— До новой встречи, Эма.

Потом он развернулся и ушёл, растворившись в густой бурлящей толпе. Я тем временем стала высматривать Фабиана. Где он запропастился?

— Вот ты где! — послышался его голос через несколько минут.

— Наконец-то, — выдохнула я и ужаснулась, когда взглянула на лицо кузена. — Ты что подрался?!

Под глазом у него наливался здоровенный синяк.

— Нет… А! Это! Я немного жульничал в карты, и моим новым знакомым это не понравилось.

— Какой кошмар. Твоя матушка нас прибьёт.

Фаб нисколько не переживал по этому поводу.

— Я скажу, что меня попытались ограбить. Эма, легенда такая: мы с тобой ехали вместе. Хорошо?

Я поджала губы. Терпеть не могла врать. Меня сразу ловили на слове.

— Сам им говори. Я буду молчать, если меня не спросят. Прошли, я замёрзла.

Фабиан нанял повозку. Я предлагала поехать на омнибусе, чтобы сэкономить деньги, но кузен был непреклонен. Он заявил, что:

— Ехать друг у друга на головах я не хочу. С меня и паровоза достаточно!

В общем, мы быстро посеменили к чёрному тарантасу, пока его никто не занял. Фаб стал договариваться с возницей, а я оглядывалась по сторонам. У меня было странное ощущение, что за нами кто-то следит. Да уж. Знакомство с карателем кого угодно до фобии доведёт.

Фаб, наконец-то вспомнив о галантности, помог мне забраться в повозку. Поставил рядом наши чемоданы.

— Ты точно не хочешь здесь остаться? Всё же в маленьких городах есть своя прелесть.

Фабиан презрительно скривился.

— Ну уж нет. Я хочу быть журналистом нормального крупного издания, а не очередным бумагомарателем захудалой газетёнки. О чём здесь писать? Перед увольнением из “Ведомостей Ноксфорда” меня заставили написать огромную статью о том, как козы мадам Орланд уничтожали клумбы почтенных жителей этого города!

Я от души рассмеялась. Фабиан тогда как заправский детектив ходил по окрестностям и опрашивал очевидцев и пострадавших. Статья получилась ужасно саркастичной. Обиделись все фигуранты дела. А остальные надорвали животы от смеха, когда читали этот шедевр. Что ни говори, а кузен был прекрасным рассказчиком, но ужасным журналистом. Непредвзятый тон у него никогда не получался.

— Ты там проработал всего месяц.

— Месяц бесполезно потраченного времени.

— А столичные газеты тебя больше не возьмут.

Фабиан обиженно насупился.

— Я ещё ворвусь в мир больших новостей!

— Пусть сбудется. И чем ты будешь заниматься дальше?

Фаб горестно вздохнул.

— Я снова пойду работать в “Ведомости”. У меня на данный момент нет другого выхода. Матушка будет только рада.

Я не сдержала ехидный смешок.

— Осторожнее. Тётя Дин хочет тебя женить. Застрянешь здесь до конца жизни.

— Она бы и рада. Кстати, как там наш каратель? Не обижал тебя?

Я осуждающе покачала головой.

— Фаб, ты ужасно меня подставил. Он ведь мужчина. Я ночевала в одном купе с незнакомцем. Нужно было купить билеты рядом друг с другом.

— Он к тебе приставал?!

— Нет. Но я бы не хотела с ним больше встречаться. Он тоже ехал в Ноксфорд, представляешь?

Фабиан пожал плечами.

— Наверное, его назначили на место старика Ренсвинда. Ты знаешь, что он в прошлом году подал в отставку и уехал на юг? С тех пор у нас не было карателей. Придётся быть осторожнее с тёмными чарами. Кстати, у тебя деньги есть?

Я увидела, что возница тоже услышал этот вопрос. Спина мужчины напряглась.

— Ты спрашиваешь из праздного любопытства?

Фаб немного сконфуженно на меня посмотрел и, приблизившись к моему уху, прошептал:

— Ну, вообще-то, я на мели. У меня денег хватит, только чтобы оплатить половину поездки.

Я мысленно закатила глаза.

— Есть у меня всё, — сказала как можно громче. — Сначала мы тебя подвезём или меня?

— Тебя.

— Ну и хорошо. Фаб, давай я тебя чуть-чуть подлечу.

Кузен подставил свою щёку под мою ладонь и нетерпеливо зашипел. Да, магическое исцеление — это больно.

Теперь синяк выглядел так, словно с момента его получения прошла неделя. Я лишь ускорила процесс регенерации.

Тарантас остановился у калитки моего дома.

Она была кованой и держалась за низкий каменный забор, поросший плющом. За калиткой виднелась чисто выметенная дорожка, убегавшая к дому через небольшой аккуратный сад.

Все окна на первом этаже задорно светились уютным жёлтым светом. За занавесками сновали люди. У нас явно проходил какой-то праздник. Как говорится, я попала с корабля на бал.

Чем ближе я подходила к дому, тем явственнее слышались взрывы смеха и задорная игра на пианино. Я так и не освоила этот инструмент.

Я потянула на себя белую деревянную дверь и сразу же столкнулась с одной из служанок. На ней был праздничный белый фартук.

Женщина с подносом остановилась и уставилась на меня так, словно увидела приведение.

— М-молодая Дин! Вы приехали…

Последние слова она обескураженно выдохнула.

— Да. Как видишь. А где мама?

Служанка воровато оглянулась, прижимая к полной груди поднос. Меня же стали терзать смутные сомнения.

— Что здесь происходит?

Служанка не решилась ответить на мой вопрос прямо. Глаза воровато бегали.

— Позвольте, я позову вашу матушку, — предложила она и метнулась обратно в большую гостиную, оставив меня в передней.

Я поставила тяжёлый чемодан на пол и стала ждать. Мама появилась через пару минут.
На ней был её любимый праздничный наряд, рыжие волосы уложены в красивую причёску.

На её лице красовалась натянутая улыбка, которая должная была скрыть какой-то конфуз. Она пыталась изобразить радость. Обычно она и вправду была счастлива меня видеть, но явно не сейчас.

— Эма! — необычно тихо, почти шёпотом, воскликнула она. — Ты вернулась, моя девочка! А почему не предупредила, что приедешь? Тебя уволили?! Ах, как они посмели?

Мама у меня была темпераментна, как ураган. Она бросила говорящий взгляд служанке, та понятливо подхватила мой чемодан и потащила его вверх по лестнице.

— Пошли, дорогая, ты, наверное, устала.

Лестница в нашем доме была узкая. Мама подтолкнула меня в спину, а сама замкнула наше восхождение по ней. У меня было чувство, что ещё немного и родительница станет снизу подпихивать меня, чтобы быстрее двигалась.

На втором этаже она схватила меня за локоть и потащила в комнату. Магические светильники в моей спальне всегда разгорались весьма неплохо и достаточно быстро. Я огляделась. Здесь вообще ничего не изменилось. Даже пыли не было. Как и занавесей. Их, наверное, сняли, чтобы постирать, перед тем как наступят холода. Явно на днях в доме проводилась генеральная уборка.

Моя спальня досталась мне как самая невостребованная, из-за вида из окна. Его просто-напросто не было. В принципе, в моей комнате всегда царил полумрак, потому что соседский дом стоял непозволительно близко. Его окна были расположены прямо напротив моих. Да ещё и так близко, что можно было дотянуться длинной палкой до соседского подоконника.

Я нисколько не переживала насчёт того, что кто-то с любопытством заглянет ко мне в комнату. Дом был заброшен. Точнее, его второй этаж. На первом жила почтенная старушка, которая его унаследовала когда-то от мужа.

Я повернулась к маме.

— У вас какой-то праздник?

Мама заломила руки и с сожалением на меня посмотрела.

— Эма, присядь.

Я выполнила её просьбу и села в кресло у окна, а мама стала расхаживать взад вперёд, явно пытаясь придумать, как рассказать какую-то важную новость.

— Для начала я тебя прошу, притворись, что ты ещё не приехала.

Её просьба меня сначала удивила, а потом обидела.

— Почему?

— Эма, детка, твой Теди сегодня сделал предложение Марго. У нас помолвка. Они собираются пожениться до зимы.

Хорошо, что я сидела. Мой потенциальный жених решил взять в жены мою младшую сестру. Как он мог?! Этот вопрос я, кажется, задала вслух, потому что мама принялась на него отвечать.

— Его мать была категорически против твоей кандидатуры. Ты ведь понимаешь, твой нестабильный дар может привести к трагедии… Я пыталась её успокоить, ведь моя дочь закончила Академию магии! Это о многом говорит, — в голосе мамы слышалась непомерная гордость, — но Энн даже слушать не стала. Она, как и я, хочет связать наших детей союзом. Но ты им не подходишь.

— А Марго, значит, подходит? И она согласна?

Мама сделала виноватый вид. Снова зашагала из угла в угол, а потом, не особо пытаясь смягчить ситуацию, сказала:

— Она, оказывается, была влюблена в Теда с детства. Ох, Эма, мне так жаль. Моя милая, красивая девочка, я найду тебе самого лучшего жениха во всём Ноксфорде!

Я прикрыла глаза рукой. Самым лучшим был Тед. Лично для меня. Спокойный, ответственный, симпатичный парень. Служил в храме.

— Спасибо, мама, но пока не надо никаких женихов. Дай мне пережить это разочарование. Для нового я пока недостаточно созрела. Иди, гости тебя заждались. А я буду сидеть тихо как мышка. Обещаю.

Мама ласково погладила меня по голове.

— Я прикажу принести тебе ужин, детка.

— Не стоит. Я не хочу есть.

Мама явно меня очень жалела, но обстоятельства сложились не в мою пользу. И все смирились с создавшимся положением вещей. Словно так и надо было.

Я сильная и даже не буду плакать. Наверное.

Или буду.

— Хорошо, дорогая. Я попрошу принести тебе чай.

Мама развернулась и тихо вышла, оставив меня наедине с горьким и жестоким разочарованием.

Я некоторое время сидела, оцепенев и уставившись в одну точку. В ушах звенело, и сквозь этот звон пробивался шум веселья и поздравлений.

Обычно я любила уединяться в своей комнате. Могла сидеть тут целыми днями, читая, готовясь к экзаменам или просто склонившись над вышивкой. Меня никогда не угнетали стены, оклеенные обоями в мелкий цветочек.

До этого дня.

Сейчас я чувствовала себя узницей, которую насильно заперли в четырёх стенах. Во мне медленно и верно закипали разные мысли и эмоции. Хотелось разгромить всё вокруг, а потом спуститься, залепить Теду звонкую оплеуху и закатить скандал. В общем, испортить всем праздник!

Я вскочила и прошлась по комнате. Энергия негодования просто бурлила во мне. Это ведь настоящее предательство! Меня предали все, кто только мог. Я подошла к окну и распахнула створки, впустив в комнату свежий воздух. Оперлась руками о подоконник и подставила лицо сырому сквозняку.

Тёмная магия бурлила в недрах моей души. Она рвалась наружу, чтобы оставить метки проклятия на всех моих врагах, собравшихся внизу. Хоть они по-настоящему таковыми не были.

Я очень быстро замёрзла и захлопнула окно.

Решив, что можно себя расслабить банными процедурами, я подошла к своему платяному шкафу. На его дверцах были зеркала.

Я в ужасе уставилась на свои глаза. Она обычно ярко-голубые, но сейчас были совершенно чёрными и какими-то чужими. Я закрыла глаза и прошептала:

— Надо успокоиться. Натворишь бед и будешь жалеть всю жизнь.

Мой голос в пустой комнате немного отрезвил меня.

Я стала искать свою непристойную, по мнению мамы и сестёр, сорочку. Она была короткая и на тонких бретельках. Я же просто не могла спать в местных длинных и неудобных ночнушках, подол которых скручивался у талии во время сна. А ещё в ней можно было замотаться и запутаться. Не люблю такой дискомфорт.

Выудив ещё и длинный, тёплый халат и полотенце, я собралась идти в ванную, которая, к счастью, находилась на втором этаже.

Внезапно кто-то вежливо постучался в дверь. Я рывком распахнула её и уставилась на Теда. Он был такой же аккуратный и холёный, как и полгода назад, когда я приезжала домой на сдвоенные выходные.

— Эма…Я могу войти?

Так захотелось его проклясть, что прямо сил не было. Еле сдержалась. Моё проклятье будет для него смертельным.

— Нет.

Тед виновато на меня смотрел карими щенячьими глазами.

— Я случайно узнал, что ты приехала. Услышал, как твою мать позвала служанка…

— Остановись. Я сейчас не в том состоянии, чтобы слушать твои жалкие оправдания.

Мой голос раздвоился, а Тед шарахнулся от меня в коридор. Его лицо исказила гримаса ужаса. Я так и осталась стоять в дверях.

— Мама была права… Ты чудовище!

Я шумно вздохнула. Он испытывал крохи моего самообладания на прочность.

— А ты трус! Тед, советую тебе спуститься к гостям и в ближайшее время избегать со мной встреч. Иначе тебе не поздоровится. И твоей матушке тоже. А! И ещё. Если обидишь мою сестру, то…

— Я понял.

Тед попятился, а затем резво от меня сбежал, а я потопала в ванную комнату, удивляясь, что не вызвала в этот момент небольшой местечковый апокалипсис. Тени вокруг меня жили своей жизнью, нарушая все законы природы. Они были пугающими. В прошлой жизни я бы подумала, что попала в фильм ужасов. Ага, в качестве главного злодея. А сейчас… сейчас эта тьма была частью меня, как лишняя рука или нога, которую надо прятать под одеждой, чтобы не смущать людей.

Вернувшись из ванной, я скинула с себя халат и потушила светильники. Лучше я лягу спать. У меня ушла прорва сил, чтобы утихомирить свою второю суть. После таких приступов на меня обычно накатывала жуткая усталость.

Я почти была готова уснуть, как вдруг увидела всполох света в окне напротив. Села в кровати и присмотрелась. Ничего. Наверное, показалось.