Сама невинность

Глава 1

- Виннара Иоланта Мария Ягеллон! – мой сводный брат пребывал в бешенстве и почти не контролировал себя.

Только в этом случае Алекс не кричал, а начинал слишком уж спокойно перечислять все мои родовые имена. Причем его голос приобретал такую уникальную тональность, что способен был заморозить кровь в венах случайного слушателя, но только не у меня. Раз не дошло до титулов, значит, резерв его терпения пока не иссяк. А стало быть…

- Урожденная Денгоф! – поправила его я и невинно похлопала ресничками. – Ты запамятовал, братец. Я ношу фамилию матери!

Александр, четырнадцатый князь Ягеллон медленно вздохнул, на несколько секунд задержал воздух, а затем шумно выдохнул. Эту странную беседу мы вели вот уже десять минут, и он никак не мог услышать моего решительного «нет». Словно я говорила не на родном тенесийском, а, как минимум, на языке давно вымерших аборигенов Куваги или на древнем магическом наречии таинственных и загадочных тавров, о которых люди, живя с ним бок о бок, практически ничего не знали.

- Винни, - перешел на совсем иной тон родственник. Даже голос его стал мягче, а вот слова совсем меня не обрадовали. – Наш отец официально признал тебя три года назад. С того самого момента, хочешь или нет, ты носишь титул княжны Ягеллон. Это накладывает на тебя определенные обязательства!

О, в ход пошла тяжелая артиллерия. Раз брат дошел до титула и упомянул долг перед родом, то дело принимало нешуточный оборот. Только зря он пытался до меня достучаться.

Я вовсе не кичилась принадлежностью к одному из самых древних аристократических семейств Тенессии. Более того, до смерти матушки даже не подозревала, чьим бастардом являюсь. Мне вполне уютно жилось в крохотном имении вместе с мамой, которой оно досталось по наследству от деда.

- Алекс, мы ведем совершенно напрасный разговор! – я подбоченилась и, со всем бушующем во мне негодованием, уставилась на окно магической связи. – Когда я давала согласие войти в вашу семью, отец обещал мне не вмешиваться ни в мою дальнейшую учебу, ни в личную жизнь! Он обещал мне!

- Отца больше нет, - немного помолчав, произнес брат, и в его зеленых, таких же, как у меня и нашего общего отца, глазах поселилась боль. – Винни, Ягеллон слишком маленькое княжество, чтобы проигнорировать просьбу короля. Ты выйдешь замуж за герцога!

- Нет! Ни за герцога, ни за князя, ни за принца, ни даже за самого короля! Я одаренный боевой маг последнего года обучения! Я так долго к этому шла и просто не могу все бросить, когда до финиша осталось так мало! – даже не заметила, как перешла на крик. Выдумал тоже – замуж! Как бы не так! – И вообще! Почему я?

- Его Величество одобрил брак герцога Сумеранга и девицы из рода Ягеллон! – второй раз за вечер озвучил брат. Да слышала я и в первый, только все во мне протестовало против такого произвола.

- И что? Во всем великом магическом роду не нашлось никого более подходящего?

Спросила, конечно. А что мне еще оставалось? Не замуж же идти. А вот Алекс, услышав этот вопрос, как-то сразу расслабился, улыбнулся даже, и это мне ох как не понравилось. Вот прямо всей кожей чувствовала подвох.

- Видишь ли, Винни, - четырнадцатый князь удобно развалился в кожаном кресле с высокой резной спинкой. - Наш род не столь многочисленный, чтобы выбор был богат и разнообразен. По моим сведениям, после смерти нашего отца, тринадцатого князя Ягеллон, остались лишь ты, я и наша троюродная бабка Гренвильда. Как ты сама понимаешь, я не сойду за девицу даже в полнейшей темноте, а бабушка Вильда так стара, что вряд ли сможет самостоятельно доковылять до алтаря. И потом, она уже была замужем, раз пять, на моей памяти, а следовательно абсолютно точно не является девственницей.

Александр рассмеялся своей удачной шутке, а я обмерла. Вот что не давало мне покоя в его словах – «девица»! Ну что ж, дорогой братец, тут, как говорится, «упс»! Я, как и моя престарелая родственница, девственницей не была. Маг-стихийник, коим являлся мой сводный брат, мог вполне и не обладать информацией о некоторых нюансах, связанных с обучением боевиков.

Дело в том, что невинность в нашей специализации весьма мешает развитию магического потенциала. И поэтому каждый уважающий себя боевой маг, желающий добиться определенных успехов и карьерного роста, старается избавиться от ненужной обузы к третьему кругу обучения.

Я, естественно, исключением не была и исправила сие недоразумение, лишившись девственности в весьма недешевой гостинице, после обильного возлияния спиртным в одной из ближайших рестораций. Партнера своего помнила слабо, угрызений совести не испытывала, а мой магический потенциал с тех пор возрос аж в четыре раза, хотя у моих сокурсников не увеличился и в полтора. Мрак знает, от чего зависит уровень магии у боевика! Я привыкла считать, что мне просто повезло с родителями, и талант перешел ко мне генетически. О мужчине, которому отдавалась в ту роковую ночь, могла сказать лишь то, что он был брюнетом и называл меня идиотским прозвищем – «хвостик».

Собственно, это и вся история. И уж тем более, я и подумать не могла, что потеря невинности когда-нибудь мне так пригодится, чтобы избежать навязываемого, ненавистного брака. Вспомнив все это, заметно успокоилась и ответно улыбнулась братцу. Ласково так, по-сестрински. Алекс громко сглотнул, и мне показалось, что его лицо немного перекосило.

- Видишь ли, дорогой брат, - промурлыкала, рассыпая вокруг себя флюиды доброжелательности. – Дело в том, что я тоже не гожусь на роль невесты какого-то там выбранного королем герцога.

Лицо четырнадцатого князя Ягеллон застыло ледяной маской.

- Позволь поинтересоваться, почему? – одними губами произнес он.

- Потому… - для пущего эффекта я сделала небольшую паузу. – Потому что я не девственна!

И вот теперь уже смогла выдохнуть. Победа! Алекс побагровел, опершись на стол, медленно поднялся из кресла и прошипел:

- Что-о-о-о?

- Так сложились обстоятельства, - ничуть не раскаиваясь, пожала плечами я.

А что? Не виноватой же мне себя чувствовать? На самом деле, брата я любила. Наверное, приняла Александра легко и всей душой потому, что мечтала о старшем брате всегда, сколько себя помнила. Вот он такой сильный, мужественный, а я маленькая, всеми обижаемая, и он всегда приходит на помощь, спасая меня из разных неприятностей. Конечно, это были всего лишь мечты, но, тем не менее, Алексу я обрадовалась. Правда, спасать меня уже не требовалось. К тому моменту, я уже прекрасно могла постоять за себя сама.

Магический дар проснулся рано, мне тогда и семи лет не исполнилось. Резерв был не слишком велик, но все же матушке пришлось нанять репетитора. Магически-одаренных с каждым десятилетием рождалось все меньше, и даже та толика магии, которая досталось мне, требовала подходить к ней с большим вниманием и осторожностью. Жили мы небогато, но дополнительных расходов мой дар нам практически не принес. За год магический резерв увеличился втрое, и все расходы нашей семьт оплатило королевство. Правда, небескорыстно. За это я должна была, после окончания общеобразовательной школы, поступить в Тинессийскую Академию магии на любое отделение, к которому будет лежать душа и проявятся необходимые способности.

В нашей сельской местности в основном проживали люди простые. Аристократы, владеющие большими поместьями и имениями, предпочитали проживать в крупных городах, а сюда наезжали лишь изредка. Поэтому мне приходилось общаться с детьми зажиточных крестьян, мелких торговцев и всех тех, кто мог оплатить своим отпрыскам обучение в уездной школе. Разумеется, на образование девочек эти слои населения тратиться не любили, и в классах учились практически одни мальчишки, которые не делали скидки ни на мой пол, ни на мое условно аристократическое происхождение. Что там говорить, бастардов не любят нигде. Приходилось драться, синяки и царапины стали моими спутниками вплоть до пробуждения магии. Благо, что это произошло рано. А уж потом, я стала грозой для местных грубиянов, и они старались обходить меня десятой дорогой.

Кроме самозащиты, магия шла в дело всегда, когда обижали слабых. Разумеется, мои обидчики пытались объединиться для того, чтобы отомстить, но я всегда была начеку и быстро научилась хитрить и изворачиваться, прятаться и, конечно, удирать, если того требовали обстоятельства. К третьему году обучения интуиция обострилась настолько, что с тела исчезли все синяки и царапины, но бдительности я не теряла никогда. Осторожность – стала моим кредо и главным жизненным правилом.

Возможно поэтому, когда я вошла в главный зал Тенессийской академии, где заседала приемная комиссия, и показала пусть средний, но достаточный для зачисления на любой факультет, результат, то выбрала боевое отделение. О том, что магистры на все лады пытались меня отговорить, не рассказала даже маме.

В тот момент в зале молчали лишь двое: я и декан боевого отделения, магистр Николас Фрич. Огромный мужчина не восседал за столом, как все прочие члены комиссии. Он стоял, прислонившись мощным плечом к колонне, и смотрел прямо на меня. А я, как зачарованная, не могла отвести от него взгляд. Сейчас даже не скажу почему. Возможно, меня поразил шрам, который начинался у правого виска, а потом спускался, рассекая бровь, к левому уголку рта, отчего и без того брутальное лицо боевика выглядело еще более устрашающим. В любом случае, я беззастенчиво пялилась на мужчину и почти не слышала, о чем мне говорят другие магистры. Он криво усмехнулся и в следующее мгновение в мою голову полетел тяжелый охотничий нож.

Тогда я не знала, что оружие не долетело бы до меня. На любого соискателя, вошедшего в этот зал, накладывали сильнейшие защитные чары, и простой нож никоим образом не пробил бы их. Скорее всего, он рухнул бы на пол, не долетев до меня пары миллиметров. Но я этого не знала! Интуиция завопила, и я привычно вскинула руки в защитном жесте. Что не говори, а учеба в мужском коллективе научила меня доверять самой себе.

Нож завис в воздухе в метре от меня. Удерживать предметы поступающим в академию еще не полагалось, но мне достался хороший репетитор. А поскольку ребенком я была любознательным, то к моменту отборочных испытаний владела уже многими магическими приемами. Перевернув нож, отправила его по обратной траектории, к огромному, совершенно чокнутому магистру. Он поймал его за лезвие! Двумя пальцами! Чем сразу всколыхнул во мне бурю эмоций. Во-первых, я тут же испытала к нему симпатию, уважение, интерес, ну и восхитилась, конечно. А во-вторых, да разозлилась я. Ведь нападение на меня, так и осталось не отмщенным, поэтому насупилась и грозно посмотрела на преподавателя. Он рассмеялся, убрав за голенище высокого сапога нож и откинув за плечи темные волосы, собранные в хвост.

- Я беру ее! – изрек магистр, и спорить с ним никто из коллег не решился. Они лишь сочувственно покачали головами и приписали меня к боевому отделению.

Вынырнув из воспоминаний, вдруг поняла, что в разговоре с братом пауза длится уже довольно продолжительное время. С тревогой взглянула на Алекса и обомлела. Он сидел в кресле, тяжело дышал и держался за сердце.

- Алекс, что с тобой? – я подалась вперед к магическому окну, чтобы лучше рассмотреть лицо брата.

Краснота сошла, теперь Александр был бледен и, совершенно точно не играл, не пытался манипулировать мной. Ему на самом деле стало дурно.

- Все настолько серьезно? – несмотря на то, что спросила почти шепотом, он услышал и кивнул.

- Более чем, Винни. Мы вполне можем лишиться княжества.

- Княжества? – вот теперь и у меня дыхание перехватило, ведь мамино поместье тоже входило в его состав.

А дома остались дядюшка Юлиус и старая нянюшка Камилия. Что будет с ними? Нужно срочно искать выход из создавшегося положения. В конце концов, я ни в кого не влюблена, а этот герцог вполне может оказаться неплохим малым. Может быть, мы с ним даже поладим, если он не окажется слишком требовательным и деспотичным. Но отказываться от мечты мне все равно не хотелось. Раз нельзя отменить неизбежное зло, то возможно его получится отсрочить?

- Послушай, - посмотрела на Алекса виновато, я всегда так поступала, когда хотела от него чего-нибудь добиться. Так смотрят нашкодившие котята, и подобный взгляд в моем исполнении всегда действовал на брата безотказно. Теперь еще добавить в голос мольбы, и Алекс в моих руках! – До конца обучения осталось всего лишь полгода. Даже меньше, пять с половиной месяцев, и я получу диплом боевого мага. Возможно, герцог согласится перенести свадьбу на этот срок? Сам посуди, зачем столь сиятельному аристократу жена неуч?

Видимо, для Алекса это был аргумент, потому что брат выпрямился, его дыхание выровнялось, и на меня он взглянул уже весьма решительно. Но как-то сразу сдулся и снова осунулся.

- Даже если у меня и выйдет отсрочить свадьбу, Винни, то девственность тебе я вернуть никак не смогу.

Тут крыть было нечем. Умерло, как говорится, так умерло. Нет такой магии, чтобы восстановила невинность, но… Зато есть куриная кровь, актерское мастерство и очарование юной невесты. Я же не дралась с мальчишками всю жизнь! Когда мне это бывало выгодно, вполне могла очаровать и понравиться. И в искусстве обольщения тоже преуспела. Правда, тренировалась только на своих однокурсниках, а герцог все же… Кстати, а каков он из себя этот герцог Сумеранг?

О чем без обиняков и спросила брата. Оказалось, что персона жениха окутана тайной. Он нелюдим, в свет выезжает довольно редко, и самому Алексу или кому-то из его многочисленных знакомых лично видеть его не приходилось. Доподлинно известно лишь то, что Эрдману Сумерангу тридцать три года, он сильный маг-универсал и герой двух военных компаний Тинессии. Кроме того, чрезвычайно богат и любит лошадей. Имя, конечно, дурацкое, но любовь к братьям меньшим подкупала и вселяла надежду на лучшее.

Ко вполне привлекательному портрету можно было добавить еще два, несомненно, весомых достоинства. Род Сумерангов, как и род Ягеллонов почти прервался, и поэтому родственников со стороны жениха насчитывалось еще меньше, чем со стороны невесты. Точнее, Эрдман являлся последним представителем своего рода. В ходе последней кровопролитной войны, он умудрился спасти жизнь нашему монарху и теперь был обласкан королем, ибо свою жизнь Марнфред Девятый ценил более всего остального. Кстати, о девственности упомянул именно король, уповая на древние обычаи и правила. Сам же жених никаких требований в этом направлении не выдвигал, но из всех герцогских и княжеских семейств отчего-то выбрал Ягеллонов, которые хоть и были весьма древним родом, но отнюдь не самым значительным для Тенессии.

- Попробуй потянуть время, а потом мы что-нибудь придумаем, - ободряюще улыбнулась, но брат почему-то не проникся. Тогда я решила кое-что ему напомнить: - Наш отец говорил: «Пока мы живы, жива и надежда!». А мы живы, Алекс. Потяни время, я закончу академию и обязательно что-нибудь придумаю.

- Бесполезно, Винни, - вздохнул он.

- Но почему? Не бывает безвыходных ситуаций. Обязательно отыщется выход, слышишь?!

- Не отыщется.

- Ну не чудовище же мой жених! – воскликнула я.

Алекс скривился, а у меня все похолодело внутри от дурного предчувствия.

- Он не чудовище. Герцог Сумеранг – тавр.

Повисла неприятная, колющая, оглушающая тишина. Брат молчал, а я просто потеряла дар речи, потому что тавр – это ведь не человек. То есть, разумеется, внешне, они ничем не отличались от нас. И, встретив одного из них где-то на дороге, ни за что не поймешь, что перед тобой древний. Но мрак меня забери… Люди не владеют настолько мощной магией, не наделены мощью, тайными знаниями, интуицией и поистине звериным чутьем. Обмануть тавра нельзя, потому что… Да потому что нельзя его обмануть и все!

А я-то уж размечталась о какой-то давленной вишне или куриной крови на простынях. Такой жених на расстоянии пушечного выстрела учует, чиста ли его невеста.

Мы молчали минуту. Пространственная связь слишком дорогое удовольствие, а значит, пора было ставить точку в нашем разговоре, и что-то решать. И как, прикажете, выйти из подобной ситуации?

Брат посмотрел на меня так, что по спине пробежал неприятный холодок. В его глазах поселились отчаяние и пустота. Со своей жизнью он попрощался, но не боялся этого. Алекс боялся за меня.

А вот это зря. Потому что раз виновата во всем я, то и отвечать буду сама. Приказ монарха можно отсрочить. Тем более, причина уважительная. Но отменить его вряд ли получится.

И как только я все это осознала, то поняла, что никогда не позволю, чтобы брат пострадал из-за меня. Если тавру нельзя солгать, то ему следует говорить правду. А там уж пусть решает, что со мной делать: принять, как невесту, или же с позором отправить восвояси. Правда, в последнем случае, Алекс все же пострадает. Вернее, мой позор ляжет несмываемым пятном на безупречную репутацию рода Ягеллонов, но так ли уж важна какая-то там честь, когда на кону жизнь? Возможно, брат посчитал бы иначе, но магу-боевику с более радикальными взглядами на условности аристократов смерть казалась более страшной карой.

И все же оставался один вопрос, который не давал мне покоя.

- Почему я?

В самом деле, не мог же король не знать, что в роду Ягеллонов девица всего одна. Значит, и он, и жених имели представление о моем существовании. Но я человек! А тавры… Не слышала, чтобы они создавали пары с людьми, да еще и при этом честно сватались. Хотя, про них вообще мало знали.

Алекс пожал плечами, и сразу стало понятно, что и брат понятия не имеет, почему выбор пал на нашу семью.

- Хорошо, - вздохнул он. – Завтра отправлю гонца к королю с письмом, где подробно опишу ситуацию с обучением. В конце концов, корона сама покровительствует магам.

На этом мы и распрощались. Брат обещал связаться, как только что-нибудь прояснится, я же, закрыв окно связи, забралась в кровать. Отбой был час назад, а декан нашего факультета очень не любил, когда адепты нарушали режим.

Пожалуй, Николаса Фрича я боялась гораздо больше, чем какого-то герцога. Будь он трижды тавром.

Глава 2

Прошло несколько дней, но разговор с братом все еще тревожил меня, делая привычные, обычно нравившиеся мне учебные будни унылыми и какими-то нервными. Подъем, физические нагрузки, магические тренировки, лекции и семинары, завтраки, обеды и ужины – все стало таким рутинным и серым, что хотелось волком завыть. Я себя чувствовала без вины виноватой и никак не могла взять в толк, зачем я понадобилась нелюдимому тавру. Быть может, дело в моей все прогрессирующей одаренности? Или же были иные причины?

Даже посиделки с друзьями больше не приносили радости. Еще на первом курсе, после месяца занятий магистр Фрич разделил всех боевиков нашего отделения на пятерки. Считалось, что именно такой группой удобнее нападать и отражать атаки неприятеля. Практически все тренировки были построены на взаимодействии в пятерке. Мы были словно лучи пентакля, вписанного в магический круг. Немудрено, что рано или поздно каждый из нас принял того, кто находился рядом со всеми его достоинствами и недостатками.

Франко Сельм, Эрайон Арджин, Ян и Янка Дибич – все они стали для меня щитом, плечом, жилеткой. В общем, тем самым настоящим, что отличает дружбу от шлака обычных отношений. И я по мере сил старалась отплатить им той же монетой.

Несколько раз в неделю наша пятерка собиралась в небольшом кабачке «У дядюшки Дритона», чтобы выпить источающего пьянящий яблочный аромат сидра. Совсем некрепкого из-за добавленного в него отвара трав и меда. Руководство академии одобряло подобный напиток в умеренных дозах, считая, что он благотворно влияет на раскрытие магических потоков. Но все же больше пинты напитка за вечер адепту не отпускалось.

Вот и сегодня я все же отправилась проветриться, потому что пару вечеров с друзьями уже пропустила. Они стали замечать, что меня что-то тревожит. Сознаваться же в том, что боевой маг опасается замужества и переживает о своей осознанно утраченной невинности, не хотелось. Стыдно как-то нападающему выказывать свою слабость.

Да, каждая пятерка состояла из двух пар нападающих и одного защитника. У нас отражающими заклинаниями, щитами и заслонами лучше всех владел Франко, прикрывая всех в любом учебном бою. Брат и сестра Дибич с детства, с тех самых пор, как у них проявился дар, образовали слаженную спайку, ну и мне в партнеры достался Арджин.

Эр был довольно симпатичным. По крайней мере, многие девицы заглядывались на высокого, статного шатена с лучистыми синими глазами, который уделял внимание каждой, не выделяя ни одну из них. Для меня же он всегда оставался лишь другом. Почему? Пожалуй, на этот вопрос я не знала ответа. Симпатия между нами была. Определенно была, но после той самой роковой ночи полгода назад, когда случайный незнакомец забрал мою невинность в одном из номеров лучшей гостиницы Кемра – городка, где располагалась академия – между нами что-то незримо изменилось.

Нет, симпатия осталась, но стала иной. Не пламенной, вот-вот готовой перерасти в трепетное чувство, а теплой, спокойной, уютной и надежной. Пожалуй, нечто подобное я испытывала лишь к Алексу. Эрайон стал для меня словно брат. И это было странно, потому что его чувства не изменились. Я по-прежнему ему нравилась совсем не как друг, а как девушка, с которой он бы желал романтических отношений. Арджин даже поцеловал меня, признавшись, что я давно занимаю все его мысли. Но… Никакие силы мрака и света не заставили бы меня в тот момент ответить на его признания.

- Ты не готова, Вин, - с горечью сказал тогда он. – Ты не готова, но я терпелив и дам тебе время.

Звучало красиво, тепло, романтично, но уже на осеннем балу Эр лихо отплясывал со стихийницей Бетти Кауф и выглядел при этом довольным и счастливым, как кот, налопавшийся хозяйской сметаны и не получивший пинка. Самое главное, что я тоже радовалась за него искренне и не испытывала разочарования. Что чувствовала в тот момент, когда увидела их вместе? О, скорее облегчение. Словно кто-то из близких мне людей исцелился от недуга, который долгое время беспокоил его и заставлял меня волноваться.

Что бы нас не связывало в прошлом, это никак не повлияло на отношения в пятерке и в нашей с Эрайоном спайке.

- Ты в последнее время чем-то обеспокоена, Денгоф, - произнес напарник, приобняв меня за плечи.

Да, в академии я училась под фамилией матушки и всячески скрывала свою принадлежность к сиятельным Ягеллонам, дабы избежать повышенного внимания. Таковой была одна из моих просьб, когда я входила в семью отца, и он исполнил ее. Жаль, что не смог исполнить и другую. Ведь я мечтала выйти замуж по любви, а теперь придется поступить иначе. Но что ни делается – все к лучшему, ибо мое сердце, по крайней мере, было свободным от обременительных чувств. А значит, я вполне могла бы со временем впустить туда герцога, если найду в нем достаточно качеств достойных уважения и симпатии.

- С чего это ты взял? – подозрительно нахмурилась я.

- А вот с этого! – Арджин протянул руку и разгладил пальцем морщинку между моими бровями. – Что-то терзает тебя и не дает покоя.

Он был прав, но как же мне не хотелось признавать это! Я беззаботно улыбнулась и ответила:

- Просто волнуюсь перед предстоящим практическим заданием.

На самом деле, ни словом не соврала. Нас готовили к финальному испытанию два с половиной года. Обычно пятерку забрасывали порталом в забытый светлыми богами уголок Альвара, где по выданной карте мы должны были перейти из точки прибытия в отмеченную точку, по маршруту, указанному экзаменаторами. На пути устраивали несколько магических ловушек, в которые нам рекомендовалось не попадать или хотя бы достойно выпутаться, а также предполагалось сражение с магической тварью, порождением темных богов. Как правило, не самой опасной, но подготовиться все равно стоило, ибо бывали случаи травм и увечий во время испытания. Конечно, преподаватели всегда контролировали процесс, но обстоятельства бывают разные, если принять во внимание, что проходила вылазка в диких землях.

- Брось! – усмехнулся Эр, откинул упавшую на лоб челку и улыбнулся. – Завтра выходной, пошли лучше станцуем!

У старого Дритона по субботам всегда несколько пареньков играли на дудках и свирелях что-то колоритное и веселое, а адепты весело отплясывали под незатейливую мелодию. Обычно мне нравились подобные развлечения, но только не сегодня. Я попыталась отшутиться:

- Иди, пригласи Бетти, иначе она просверлит во мне дыру своими неотразимыми зелеными глазками!

- Если бы я меньше тебя знал, Вин, то подумал бы, что ты ревнуешь! – ответил Эр, поднимаясь со своего места. – И мне весьма жаль, что это не так.

Арджин ушел, я отхлебнула сидра, но расслабиться никак не получалось. Место напарника занял Франко и уставился на меня внимательным взглядом. Если Эру можно было навешать лапши или вообще не ответить, то интуиция Сельма не подводила почти никогда, да и дотошности ему не занимать. Значит, в покое он меня не оставит. Нужно было найти реальную причину, чтобы не отвечать на неудобные вопросы о династическом браке и приказе монарха, который лично я считала унизительным и изжившим себя.

- Что? – захлопала глазами и посмотрела на куртку. – Испачкалась?

- Нет, - покачал головой Франко. – Ты ведешь себя подозрительно, Вин. Нервничаешь, отводишь глаза, но при этом переводишь тему, едва стоит кому-то спросить о том, что с тобой происходит. Это неправильно, не находишь? В бою мы все зависим друг от друга, а значит должны доверять друг другу, как никто! Согласна?

Я кивнула, потому что Сельм был прав, но… Должно же у каждого человека быть что-то личное! Тем более, мои тревоги никак не касались ни магии, ни испытаний. Кроме того, на тренировках я показывала все такие же высокие результаты и ни у кого из пятерки не должно быть ко мне претензий.

- Может, все же поделишься? Что тебя гнетет?

Хотела бы я сама это понять! Вряд ли у меня был настоящий ответ, поэтому только вздохнула и опустила глаза.

- Я заметил, что ты замкнулась после того случая, когда не пришла ночевать в академию. Может, тебе стоит поговорить об этом с целителем?

Поговорить с магистром Нолькольмом, молодым симпатичным мужчиной о том, что я абсолютно не помню, как лишилась невинности? Ну, уж нет! Довольно с меня позора! Франко хорошо рассуждать об этом, у него с первого курса отношения с Янкой. Поэтому, когда встал вопрос о повышении уровня магии, у нее не возникло проблем с тем, кому подарить свою девственность. Ей не нужно было напиваться, чтобы отдаться первому приглянувшемуся встречному. Мрак побери! Я даже не знала, действительно ли мне приглянулся этот самый встречный! Эру и Яну тоже не составило труда посетить заведение госпожи Берц, над которым висит яркая вывеска «Лучшие девочки Кемра».

Даже попытки что-либо вспомнить из той роковой ночи доставляли неудобство. Щеки сразу вспыхивали, а сердце в груди начинало стучать столь отчаянно, что казалось вот-вот выскочит. Одно мне было не понятно, почему проснулась в столь дорогой гостинице, хотя от ресторации, где я подбирала себе жертву, до нее путь был не близок. Я очнулась, когда было еще совсем темно, на ощупь собрала свои вещи, спешно оделась и так и не нашла в себе смелости взглянуть на своего первого мужчину.

Только спустившись по мраморной, утопающей в цветах, лестнице до стойки портье, поняла в каком изысканном и дорогом месте нахожусь. Но стыд от содеянного гнал вперед, и я спешно покинула гостиницу, оставив позади роковой момент своей жизни. Мне казалось, что он остался позади, однако, память не давала мне забыть об этом.

Франко отвел взгляд и вздохнул. Я надеялась, что он промолчит, но друг все же заговорил вновь:

- А я тебя предупреждал, Вин.

Предупреждал. Сельм говорил, что первый раз у девушки должен быть по любви и просто обязан запомниться на всю жизнь. Он должен быть ярким и желанным, как первая магическая искра – предвестница дара. И да, всегда существовала вероятность, что резерв не увеличится, а останется на прежнем уровне. Так случалось с некоторыми, такими же отчаянными, как и я. Никто не знал, отчего это зависит, хотя Франко был уверен, что успех первого опыта плотской любви зависел исключительно от чувств.

Странно. Ведь мне, можно считать, повезло. Из весьма посредственного мага за полгода, прошедших с той ночи, я стала едва ли не гордостью академии. И вряд ли у меня были хоть какие-то чувства к моему случайному партнеру. Значит, Сельм не так уж и прав, или и в этом правиле случаются исключения.

- Мои душевные терзания никого не касаются, - твердо ответила я. – Не волнуйся, на испытаниях не подведу!

- Гори они во мраке, Вин, эти испытания! Я волнуюсь за тебя. Не забывай, что вслед за общим экзаменом, каждый из нас получит свое задание. И, как рассказывают выпускники, нам придется задействовать все свои навыки. Соберись! А если не можешь настроиться сама, то сходи все же к магистру Нолькольму, - ответил Франко, и я торопливо кивнула, показывая, что вняла его словам, и тема себя исчерпала.

- Вряд ли мне пригодятся навыки боевого мага в будущем, - не удержалась от вздоха.

- С чего ты так решила?

- Если бы решала я… - отхлебнув сидра, снова вздохнула. – Стоило три года учиться, чтобы после окончания академии сразу выйти замуж.

- Замуж? – Франко склонился ко мне ближе и переспросил шепотом.

- Вы ведь знаете, кто я такая, верно?

-------------------------------------------------------------------------------------------

Доброго времени суток, дорогие читатели)

В качестве рекомендации позвольте предложить вам новую книгу самобытного и удивительного автора  “Пламя в моей крови”. Приятного чтения.

- Породу не скроешь, Вин. Кроме того, магией не владеют те, кому не предназначено ею владеть. И, если светлые боги пропустили тот или иной союз, то это вовсе не означает, что от тех отношений не рождаются дети. Я, если ты помнишь, тоже бастард, и Анжело из третьей пятерки, и Эр… Мы свежая кровь, в нас магическое пламя горит ярче.

Хм… И почему мы с Сельмом никогда об этом не говорили? Возможно, на то были причины. Не важно, что каждый из нас думал о своем появлении на свет, но порицаемой обществом правдой делиться не хотел даже с друзьями.

- Незадолго до своей смерти отец признал меня. Теперь у меня есть долг перед родом, и король сам выбрал мне жениха. После окончания академии моим супругом станет герцог Сумеранг, - сообщила я и вновь приложилась к кружке.

Жаль, что в тот момент я не посмотрела на Франко, но когда подняла глаза, он все еще сидел ошарашенный, словно стукнутый пыльным мешком.

- Эй, Сельм! Что с тобой? – тихонько спросила я и даже тронула Франко за рукав.

Это возымело эффект. Он вздрогнул, взгляд его сфокусировался на мне.

- Эрдман Сумеранг? – тихо и как-то подозрительно уточнил Сельм.

- Кажется, - я пожала плечами и все же поинтересовалась: - А что?

- Тавр? – снова спросил Франко.

- А ты откуда знаешь? – вот теперь его расспросы точно звучали странно.

- Не забывай, кто мой отец! – напомнил он.

Вообще, да. Главный следователь тайной королевской канцелярии знает довольно много, но вряд ли делится секретами короны даже с близкими родственниками. Хотя, если граф имел пять дочерей от официального брака и всего одного бастарда мужеского пола, возможно, он возлагал на единственного сына кое-какие надежды и подпускал к некоторым делам. Что касается самого Сельма, то он достаточно прозорлив и внимателен, чтобы добыть максимум информации там, где другой не увидел бы ничего. И это, видимо, тоже родовая особенность, как и магический дар, которым обладал Франко.

Я же утвердительно ему ответила:

- Тавр, но какое это имеет значение?

- Никакого, за исключением трех моментов, - не моргнув глазом, ответил Сельм. – Во-первых, Эрдман Сумеранг, пожалуй, самый сильный маг не только Тенессии, но и всего Альвара. Во-вторых, вряд ли тавр позволил бы кому-нибудь выбирать себе невесту, не будучи в этом заинтересованным. И в-третьих, во всех высших родах страны есть кровь тавров. А значит, она есть и в тебе, и во мне.

- Не пойму, к чему ты клонишь?

Франко ухмыльнулся.

- Герцог Сумеранг – фигура загадочная. Он нелюдим, редко появляется в обществе, но, поверь, исполняет самые опасные задания монарха. Поэтому тебе, как его супруге, понадобятся все знания, полученные в академии. И второе, Вин, ты уверена, что никогда с ним не встречалась?

Я задумалась. Конечно, в детстве мы выезжали на разные крестьянские праздники и даже пару раз были в столице. А в толпе кого только не встретишь. Но герцога… Герцога я бы обязательно запомнила. Ко двору отец меня представить не успел, а потом только академия, адепты и преподаватели.

- А как он выглядит? – осторожно спросила я.

- Понятия не имею, - ответил Сельм и расхохотался.

Я же для себя решила, что завтра же отправлюсь в библиотеку и попробую отыскать портрет жениха. А если не найду, то расспрошу адептов. Благо в академии обучается немало одаренных аристократов. Кто-нибудь обязательно видел Сумеранга на балу или приеме.

- Вряд ли я встречалась с герцогом, - сказала я Франко.

- Странно, конечно, но тогда, видимо, его привлек уровень твоей магии. – Сельм вмиг стал серьезным.

- Почему странно? – друг мне что-то явно недоговаривал.

- Потому что, Вин, для истинных тавров важны лишь невинность невесты и ее магия… - уши Франко стремительно покраснели, он залпом допил сидр из своей кружки и только после этого спросил: - Как ты ему об этом скажешь?

О чем это «об этом» я поняла сразу, как и то, почему Сельм так долго тянул с ответом. Он просто смущался со мной говорить о подобных вещах.

- Честно. Я скажу ему об этом честно. А там уж пусть сам решает, как со мной поступить. В конце концов, мы не объявляли о нашей помолвке.

Франко кивнул, принимая мой ответ, как самый разумный из возможных вариантов, и о моем замужестве мы не говорили. Больше болтали об учебе и грядущем испытании. Вскоре к нам присоединились и остальные, чему я была весьма рада, ибо не желала возвращаться к неудобной и щекотливой теме. Хотя, следует отдать должное, Сельм мне весьма помог. Несмотря на то, что информации все еще было мало, но теперь я имела представление, как мне следует поступить и в каком направлении двигаться.

- Не спи, Денгоф! Не спи! – орал Николас Фрич, гоняя меня по тренировочной площадке. – Ты едва не угодила в ловушку и пропустила два магических удара!

- Так ведь простых же… - задыхаясь, возразила я, но куратор не обратил на мои слова внимания.

- Темп! Темп! – рыкнул он. – Два дополнительных круга!

О, Светлые боги! За что мне это? Надо было промолчать, а не огрызаться с мстительным магистром. Два круга это… это уж слишком после тех десяти, что я уже отмотала. Липкий пот стекал по спине, собирался отвратительными каплями на лбу, срываясь вниз и норовя угодить мне в глаз. Ветер холодил выступившую влагу, отчего становилось еще неприятнее.

С тех пор, как мой потенциал, загадочным образом резко увеличился, декан лично решил курировать мою подготовку. В расписании появились персональные тренировки, и поначалу я была счастлива, пока вместе со степенью везения оценила и степень своего попадания.

Магистр оказался дотошным, мстительным и, на мой взгляд, излишне требовательным, постоянно повторяя, что в подготовке боевого мага мелочей нет, а ценой любой оплошности может стать жизнь.

Я косилась на его шрам, закусывала губу и не возражала. Трудности меня не пугали. Но сегодня он словно с цепи сорвался. На меня со всех сторон сыпались атакующие заклинания, бежать приходилось в быстром темпе, при этом почти на каждом шагу поджидали искусно замаскированные ловушки.

Обычно, я себе не позволяла огрызаться с Фричем, но не сегодня. Усталость давала о себе знать, ноги заплетались, и даже мой магический резерв был почти пуст. Два круга точно не осилю. Упаду, как загнанная лошадь, так и не добравшись до конечной точки.

- Стоять, Денгоф! – окликнул меня Фрич, когда я два раза подряд споткнулась на ровном месте, едва не угодив носом в огненную ловушку, и лениво направился ко мне.

Его видимое спокойствие заставило напрячься, а ухмылка на обветренном, смуглом и невозмутимом лице не предвещала ничего хорошего. Это я уяснила практически сразу, с первой тренировки и продолжала убеждаться в истинности своих выводов постоянно, ежедневно и ежечасно.

Но, коли уж перепали мгновения, пусть и вынужденного, но отдыха, я решила их использовать по полной. Согнувшись, я пыталась отдышаться, жадно втягивая в себя воздух.

- О чем ты сегодня думаешь, Вин? – вдруг неожиданно спросил декан. Странно, обычно его больше волновала моя физическая и магическая подготовка, а вот мысли интересовали в последнюю очередь.

Это было неожиданно, неправильно и совершенно не вписывалось в методику преподавания декана. Он, конечно, прибегал и к кнуту, и к прянику, но никогда не сближался с адептами. А тут в его словах сквозило что-то неуловимо личное. Мне даже на миг показалось, что он за меня волнуется. Ну не смех ли?

- Денгоф, я дважды не спрашиваю, - магистр напомнил о том, что я и без него прекрасно знала.

Только вот ответа у меня не было. Вернее, честно отвечать не хотела, а лгать Фричу – это совсем потерять страх.

- Все мои мысли о предстоящем испытании, - сказала я.

В каком-то смысле это вполне могло сойти за правду, но почему-то не сошло. Куратор прищурился, а у меня внутри все заледенело. Не то чтобы предчувствие было нехорошим, я просто начисто перестала чувствовать. Сразу и совсем. Магические твари мрака казались мне в ту минуту ласковыми котятами в сравнении с деканом.

- Разум боевого мага должен быть чист, чтобы своевременно реагировать на опасность, Денгоф, - слегка растягивая слова, произнес Фрич.

Я с облегчением выдохнула. Очевидно, недовольство куратора мне померещилось. Все наши страхи идут от нас же, а, в сущности, бояться нечего. Даже смерть - это очень неоднозначное понятие, ибо светлые боги утверждали, что душа бессмертна, и, что характерно, мрак с ними не спорил.

- Чистый разум и очищенный – это не одно и то же, магистр, - наконец, почувствовав, что дыхание пришло в норму, ответила я.

- Хмм, пожалуй, соглашусь, - добродушно отозвался декан, и его ухмылка превратилась в намек улыбки.

Не знаю, что меня заставило продолжить наш диалог, но сделала я это зря.

- Магистр, а вам не доводилось встречаться с герцогом Сумерангом?

Всего одна короткая фраза, и в лучистых теплых глазах Фрича застыл лед. А его взгляд потяжелел и стал совершенно чужим, опасным, пробирающим до мурашек, звериным.

Нас было трое на тренировочной площадке: я, он и оглушающая тишина, повисшая между нами, которую каждый из нас осязал, ощущал и чувствовал.

- Почему тебя так заинтересовал герцог, Денгоф? – в вопросе слышалось напряжение, а сам магистр вел себя, как хищник, принюхивающийся к добыче для того, чтобы решить, когда ее лучше убить.

Врать не стоило. Декан знал моего покойного отца, и ему, одному из немногих в академии, было известно о моем происхождении. Но и сознаваться в своих сомнениях я не торопилась. Гораздо безопаснее сейчас раскрыть часть правды. Возможно, тогда Фрич расщедрится и ответит на мой вопрос о герцоге.

- Моему брату сделали предложение, от которого род не в силах отказаться, - осторожно ответила я.

Ну, мне казалось, что осторожно. Однако, все пошло вовсе не так, как я предполагала. Тучи рассеялись, взгляд декана посветлел, а складки в уголках его рта расправились.

- Отказать? – излишне спокойно переспросил он и, когда я кивнула, довольно обидно расхохотался.

Зная его натуру, я, спрятав поглубже собственное негодование, с видимым спокойствием ждала окончания веселья. Что-то добавлять к своему ответу, а именно на это рассчитывал куратор, не собиралась, и даже выдержала его пристальный взгляд.

- Сумерангу не отказывают, девочка. Запомни это на всю оставшуюся жизнь. И поверь, это лучший совет, который я могу тебе дать, - после минутного молчания снизошел до ответа декан.

Что ж, это лучше, чем ничего.

- Благодарю вас, магистр, - коротко кивнула я, морально приготовившись к физической экзекуции. Именно к ней чаще всего прибегал Фрич, когда не получал желаемого, а я все же не удовлетворила его интерес.

Но сегодня был странный день. Все шло не так, как обычно.

- Ты свободна, Денгоф, - произнес декан. – Советую тебе хорошенько выспаться, чтобы завтра не быть сонной мухой.

- Обязательно последую вашему совету, магистр! – все еще не веря в свое счастье, воскликнула я. – Разрешите идти?

- Иди, Вин, - кивнул он и первым пошел прочь.

Чудеса, да и только! Даже упоминание имени моего будущего жениха творит невообразимые вещи. Разве бывало такое, чтобы декан закончил тренировку раньше, да еще накануне итоговых испытаний? Лично мне в это не верилось. И, тем не менее, благодаря герцогу Сумерангу я сейчас вприпрыжку летела к себе в комнату, имея в запасе достаточно времени, чтобы принять душ и переодеться к ужину.

Однако. Я еще не имела чести узнать Эрдмана, а он уже облегчил мне жизнь своим незримым присутствием. Что же будет дальше? Вообразить страшно!

Ай, не важно. Что там говорил Фрич? Герцогу не отказывают? Так я и не собиралась этого делать. Боюсь, он сам от меня откажется, узнав некоторые обстоятельства моей жизни.

Собственно, на этом я успокоилась, решив, что сейчас главное тренировки и распыляться на иные дела – верх легкомыслия. Несколько дней пронеслись как один в тренировках, занятиях, тестах и экспериментах. От того, как показывала себя пятерка на тренировках, зависела сложность задания, которое давали на самом испытании. Ну а от сложности зависело все остальное: жизнь, карьера мага, гонорары, выплачиваемые за задания, и, разумеется, королевская лояльность. Что ни говори, а магия – это уже капитал.

Вечером перед экзаменом волновались все. Наверное, именно поэтому ужин остался практически нетронутым. Никто из преподавателей не озвучивал результатов. Они с загадочным видом что-то писали в своих свитках, но все держали в тайне, отчего напряжение среди пятерок росло.

Конечно, мы справлялись почти со всеми заданиями, которые нам давали, и все равно переживали. Дело в том, что испытание, которое группами проходили адепты, имело пять уровней сложности. Каждому уровню присваивались звезды количеством от одной до пяти штук соответственно.

Экзамен на четыре или пять звезд открывал дорогу к королю, именно такого уровня требовали от магов, которые служили короне. И каждый из нас надеялся на это. Правда, чем больше звезд, тем сильнее порождение мрака на финальном испытании. Чудовище всегда поджидало пятерку в конце пути, его требовалось уничтожить или же подчинить своей воле. Хотя последнее не удавалось никому, поэтому все выбирали вариант – убить.

Зато после удачной сдачи экзамена группа получала те самые королевские звезды и могла обменять их на внушительное денежное вознаграждение. К слову, на три звезды каждый из пяти магов мог бы безбедно жить пару месяцев, а на пять – все полгода. Конечно, деньги были всего лишь приятным бонусом, но и за них стоило побороться, ведь боевой маг всегда азартен и честолюбив.

В столовую вошел декан, и мы приветствовали его стоя. Сердце стучало так отчаянно, что казалось вот-вот выскочит из груди. И да, я волновалась.

- Приветствую, будущих боевых магов, - кратко кивнул Фрич. – Да, вы не ослышались, именно будущих боевых магов. Почти три года назад вы начали свой магический путь, и теперь настало время подвести итоги. Все вы, несомненно, старались, ибо преподавательский состав не давал вам спуску. Кто-то подошел к роковой черте с хорошими результатами, кому-то повезло меньше, но до сих пор сохраняется шанс все изменить. Даже те из вас, чье задание окажется всего на две или три звезды, всегда могут добиться лучшего результата, проявив смекалку и настойчивость.

Три звезды – это мало, а уж две – это немыслимо! Две – это фиаско, позорный результат и, пожалуй, за всю историю академии, подобное испытание пятерки получали лишь пару раз. Но и испытание весом в пять королевских золотых звезд было редкостью, поэтому каждый из нас молился светлым богам за заветную четверку.

- Итак, приступим… - декан откашлялся.

Он стал перечислять группы, начиная с заданий на три звезды. Это означало, что двоек не будет, что само по себе немного успокаивало. Потом пошли четверки, но нас не назвали. Я видела, как сжал кулаки Франко, как побледнела Янка, а брат тут же стал что-то тихонько ей шептать. Он всегда, для каждого из нас находил нужные слова, которые успокаивали и вселяли уверенность. И, хоть у самого Яна резерв оказался не слишком высок, но в пятерке Дибич был незаменим и всеми уважаем.

- И наконец, наши лидеры – группа Сельма. Вам выпала честь пройти испытание в пять королевских звезд! Жду всех завтра в портальном зале. На этом все, и да помогут вам светлые боги.

Декан ухмыльнулся так, что всем стало ясно – боги не помогут, и завтра каждому придется рассчитывать лишь на себя и своих товарищей. Фрич ушел, а зал взорвался восторженными воплями.

Меня тут же сгреб в охапку Эр, к нам присоединились Дибичи, а потом и Франко. И вскоре мы превратились в ту самую звезду, где каждый из нас был необходимым и важным лучом.

- Ура! Высший уровень! Я и подумать не мог! – вопил Эр.

Друзья ему вторили, я тоже улыбалась, но в душе нарастала тревога. Пять звезд – это не огнекрылы, не ядовитые слизни, даже не гигантские черви. Для нас припасут нечто ужасное. Конечно, магов берегли, и никто нашими жизнями рисковать не станет, но почему-то беспокойство прочно засело внутри и мешало беззаботно и искренне радоваться.

Нет, я не боялась опасности и смерти, больше всего я боялась потерять тех, кого успела полюбить, потому что прекрасно знала, что это такое, когда любимый человек уходит безвозвратно, и ты не в силах помешать этому. Я еще раз обвела взглядом друзей. Ян, Янка, Эр, Франко… Да ради каждого из них я готова была пожертвовать всем, как и ради Алекса. Но самое главное, в их горящих глазах я видела такое же, созвучное моему, чувство.

Пятерка – это сила, это единый механизм, это мощная магия, готовая смести на своем пути любую преграду. А мы действительно едины, и значит, выстоим, что бы судьба нам не приготовила.

- Не трусь, подруга! – хлопнул меня по плечу Франко. – Мы справимся, не сомневайся!

- Я и не сомневаюсь, - соврала я, ибо червяк сомнения все же грыз меня изнутри.

Глава 4

Ночь тянулась долго. Задремать удалось лишь под утро, а на рассвете меня разбудил привычный сигнал.

За завтраком все снова были напряжены, хмуро смотрели в тарелки, но ложками орудовали, потому что понимали, что силы нужны не только им, но и всей команде.

Тишина не напрягала, она позволяла настроиться и продумать стратегию. Конечно, карту пятерка получит лишь перед порталом, но мы еще несколько дней назад договорились о том, как будем действовать. Впереди пойдет Франко, как лидер группы и обладатель внушительного магического потенциала, за ним Дубичи, я и замыкать процессию доверили Арджину.

Зря, потому что прикрывать пятерку должен тоже кто-то сильный. Эр, конечно, замечательный друг и сильный маг, но я бы справилась лучше. Это понимали все, но, несмотря ни на что, мнение о том, что женщины слабее, и настоящий мужчина должен их защищать и оберегать, никакой магией не вытравишь. Порой условности выше разума, поэтому мне пришлось промолчать и покорно кивнуть, соглашаясь с мнением большинства. А у нас в пятерке трое юношей, против двух девиц, из которых Янка была вполне согласна с ребятами. В итоге получалось четверо против одного.

Мне не нравилось быть против. Если так удобно всем, то я соглашусь, и на том месте, куда меня поставили, принесу столько пользы, сколько смогу.

Группы получали свиток и исчезали в портале. Мы же ждали своей очереди, слушая напутственные слова преподавателей, адресованные другим.

Нам же молча вручили пакет. Я пыталась вглядеться в лица магистров, но по ним сложно было что-то понять. Ясно одно – за нас уже волновались и переживали. Значит, просто не будет. С первой секунды в Диких землях будет тяжело и сложно.

- Удачи, адепты, - все же тихо произнес ректор.

- Благодарю вас, - кивнул ему Франко.

Уже подойдя к порталу, я зачем-то нашла глазами Фрича. Декан сложил пальцы в древнем, довольно редком магическом жесте, прижав руку к сердцу. Этому нас не учили, но я знала, что он желает мне удачи. И куратор знал, что его пожелание услышано.

Когда я вышла, Франко уже держал щит, отражая атаки трех гризов. Твари магией не обладали, зато имели пару опасных способностей. Они всегда нападали стаей, и могли сбрасывать острые, как бритва перья, метя ими в жертву. И этой жертвой сейчас птички диких земель выбрали нас.

Конечно, щит у Сельма всегда получался стабильным и мощным. Для такой защиты несколько десятков дротиков пустяк, но никто не знал, с чем мы столкнемся впереди. Поэтому резерв стоило беречь, оставляя внушительный запас для финальной битвы.

Дибичи явно растерялись. Янка шагнула за спину брату, а тот, вместо того, чтобы сбить гризов, сам завис с открытым ртом, словно никогда не видел ничего подобного на тренировках. Пришлось отгонять пернатых самой. Лишних смертей я терпеть не могла, поэтому послала в их сторону несколько слабеньких фаеров. Огня эти летуны боялись, кроме того, обычно об опасности предупреждали сородичей. И сейчас, смотря, как улепетывают гризы, я радовалась, что в ближайший час хотя бы никто из этих тварей к нам не сунется.

- Молодец! – похвалил меня Франко, уменьшая щит до минимума. – Янка, Ян, соберитесь! Здесь не академия, у нас нет времени на размышления.

Из портала вышел Эр, и мы раскрыли карту.

Все могло оказаться хуже или лучше. Нашу пятерку забросили в непроходимые леса. Здесь, конечно, под каждым кустом могла поджидать вредная тварь или магическая ловушка, и даже сами кусты иногда оказывались хищными, зато нещадно не палило солнце, и воздух был чистым и вполне пригодным для дыхания.

- Я бы предпочел плато, - скривился Франко, проследив глазами маршрут.

Кто бы спорил. Плато – самый безопасный участок диких земель. Там опасность видишь за несколько сотен метров. Но у каждой медали есть и обратная сторона. Каждая опасная тварь за много метров видит тебя. А учитывая тот факт, что многие существа мрака обладают зачатками интеллекта и даже коллективным разумом, наше преимущество теряется.

- Будем работать с тем, что есть, - отозвался Эр. – До поля дорога довольно предсказуемая. Смотри, здесь огненные шары, здесь сонные испарения. Лучше, конечно, обойти, но в таких зарослях опасности больше будет. А вот отсюда придется пробиваться…

Арджин говорил толковые вещи, я с ним была полностью согласна, но смотрела не на заросли, и не на поле, и даже не на переправу. Я смотрела на конечную точку нашего испытания – гора Йеру.

Нет, ничего необычного. Гора, как гора, если не знать, что пещеры, ходы и гроты в ее чреве спускаются вниз и достигают самого мрака. А учитывая количество звезд в нашем задании, сразу становилось понятно, с чем, а вернее с кем нам придется столкнуться у финиша.

- Одра… - прошептала я, потому что голос пропал.

Только одно существо, достойное пятизвездочного уровня, могло прятаться в пещерах с кипящими озерами, порой узкими лазами, а зачастую с настолько разряженным воздухом, что даже магу там не выжить. Одра – змееподобное чудовище с головой дракона и чешуей, которая абсолютно не пропускает магию, а так же защищает от любого известного нам оружия. Убить ее можно лишь попав в глаз. Конечно, оставался вариант подчинить животное, но тут увы… даже архимаги ломали зубы приручая более слабых тварей, а тут сама королева мрака и ужаса.

- Что ты сказала? – оторвался от обсуждения Франко.

- Я сказала, что в Йеру нас ждет битва с одрой.

- С чего ты так решила? – с тревогой спросил Эр.

- Сами подумайте, какая высшая тварь обитает в подобных условиях? – я посмотрела на друзей.

- Мамочка… - пискнула Янка, но быстро взяла себя в руки и гордо задрала подбородок, показывая, что больше ошибок не допустит.

Ян промолчал, а вот Франко…

- Мрак побери! – заорал он. – Шансов выстоять у нас маловато, поэтому меняем стратегию. Опасностей избегаем всеми доступными способами, резерв бережем, прикрываем друг друга, чтобы оставить как можно больше сил на последнее испытание. Это ясно?

Мы кивнули, потому что он предлагал единственно верное решение в нашей ситуации. Шансы минимальны, но они есть. А преподаватели все равно отслеживают каждую пятерку.

- И идти нужно быстро. Чем скорее окажемся у конечной точки, тем больше останется сил, - сказала я.

Спорить никто не стал.

- Вперед, - скомандовал Франко. Щит он убрал, и снова ему никто не возразил. Магия – наша ценность и спасение, ее следует экономить.

К счастью, почти все ловушки, которые устраивали преподаватели академии, мы вычислили. Тут интуиция не подвела никого. Сельм едва не напоролся на магический песок, мгновенно превращающийся в стекло, стоит лишь путнику утопить в нем ногу, но его отвлек Эр, и неожиданности не случилось.

К огненным шарам был готов общий щит, сплетенный из обрывков заклинаний. Да, такую защиту создают несколько магов заранее. Техника кропотливая и сложная. Мы вместе с Эром и Франко учились создавать нечто подобное полгода, не меньше, ежевечерне собираясь в библиотеке. Почему-то на занятиях нам не объясняли ничего подобного. Способ попался мне случайно, в одной из древних книг, которые никто из адептов и не брал уже лет сто, а может и все двести. Но Фрич настоял, чтобы я изучила простейшие базовые жесты именно по этому фолианту. Разумеется, открыв книгу, открыла целый магический мир и не могла не поделиться им с друзьями.

Чем хорош расходный щит? Во-первых, он экономит силы, так как подпитывать его нет необходимости. Во-вторых, он достаточно прочен. Уж атаку хищных растений, зажаривающих себе добычу огненными шарами, должен выдержать точно. И, в-третьих, создание шедевра древней магии мы отработали до автоматизма, и тоже не тратили лишней энергии. Одни плюсы для тех, кто освоил.

Поляну с огнецветами мы проскочили, сохранив щит. Он в некоторых местах оплавился, но магическая штопка – это не создание, тут даже Дибичи справятся.

Впереди нас ждало болото. Неглубокое, но под тонким слоем обычного торфа здесь залегал особый минерал, использовавшийся для производства самых мощных артефактов, поэтому труднодоступный и редкий. Называли его гранью. Почему грань? Вряд ли кто-то дал бы точный ответ. Я привыкла считать, что такое название к нему прилипло само. Грань хранили в наглухо закрытых емкостях не просто так, а за свойство испаряться, при соприкосновении с воздухом. И вот эти испарения, примешиваясь к пузырькам природного газа, могли навсегда усыпить неосторожного путника, фактически и отправив его за грань.

Артефакторы при работе с ним использовали заклинание «кокон». Несложное, но затратное. Кроме того, требующее постоянной подпитки.

- Вдоль болота друг за другом бегом. «Кокон» ставим по моей команде. Франко, следишь за всеми, - приказал Эр.

Мы кивнули, и как только услышали сигнал, прочли заклинание и побежали. Расстояние оказалось приличным – те же самые десять кругов по тренировочному полигону, только с гораздо большими препятствиями. Я неслась за Дибичами, видела, как им тяжело, но мало чем могла помочь. Темп нельзя было снижать ни в коем случае. Сама же в очередной раз вознесла хвалу Фричу за то, что не щадил меня в академии, а заставлял пахать в полную силу, поэтому сейчас испытания переносились довольно легко. По крайней мере, не так, как другим членам команды.

Болото закончилось резко. За ним пошла поросль молодых деревьев, а за ней мы выбежали на звериную тропу. Даже отсюда сквозь густые заросли была видна гора Йеру и острые пики скал, окружающие ее.

- Сто-о-о-о-оп! - крикнул Эр. – «Кокон» можно снять. Две минуты перерыв. На траву не садиться, к стволам не приближаться, не отставать, с тропы не сходить!

Все дышали, как загнанные лошади, утирали потные лица и передавали друг другу фляжку с водой. Эрайон был хорош в экстремальных ситуациях, но когда требовалось рассчитать траекторию, двигаться осторожно и не спеша, в дело вступал Сельм. Не зря мы именно его избрали своим капитаном.

Франко вышел вперед, окинул нас взглядом и ободряюще улыбнулся.

- Мы все молодцы, друзья мои! – произнес он. – Но это лишь путь к основному испытанию, пусть и пройденный на две трети. В лесу опасность может подстерегать везде. Изменим тактику. Я и Эр идем впереди, Дибичи в центре. Вин, ты замыкаешь.

Я кивнула, потому что это действительно было правильным решением. Так экономились силы и повышались шансы на успех.

- Тогда вперед, - мотнул головой в сторону горы Франко. – Идем след в след. Не торопимся, но и не зеваем. Переговариваемся шепотом, ступаем тихо.

Мы двинулись. Несмотря на то, что шли довольно бодро, ничего страшного с нами не приключилось. Две несложные ловушки мы рассекретили, тяжелую обошли, подстрелили пару мелких тварюшек, очевидно высунувшихся не по злобе, а от любопытства, хоть и попытавшихся напасть. Спустя час такого путешествия наша пятерка достигла гор.

Склон с этой стороны был пологий. Сложные переходы начинались выше, а мы остановились на небольшом плато, откуда просматривалось все вокруг на довольно приличное расстояние.

- Привал, - скомандовал Франко и первый уселся на нагретый солнцем камень, предварительно проверив окрестности на наличие местных жителей. Их не было. – Присаживайтесь, но бдительности не теряйте. Предлагаю, отдохнуть полчаса. За это время нас не успеют обнаружить, а резерв значительно пополнится. Хотя я не согласен с Вин. Вряд ли в академии внезапно все сошли с ума и приготовили для выпускников одру. Да с ней весь преподавательский состав не справится. Тем более, вот, смотрите, центральные пещеры, где может разместиться столь огромное чудовище, располагаются намного выше, а наш путь, помеченный на плане, уходит вбок. Понимаете, что это означает?

Ребята вдохновленно загудели, высказывая свои предположения, но Сельм продолжил сам:

- Это означает, что нам приготовили кого-то весьма опасного, но не такого несокрушимого как царица мрака. Возможно, мы встретим ноарса или стаю люток, но точно не одру, ибо для нас, а так же для тех преподавателей, что придут по сигналу бедствия нам на помощь, это верная неминуемая смерть. Что скажешь, Вин?

Я пожала плечами. Трудно не согласиться. Франко всегда говорил логично, ему доверяли, за ним шли. Сейчас происходило то же самое, если бы не одно но…

Солнышко припекало, воздух был чист и свеж, я подставила лицо ласковому ветерку, трепавшему выбившиеся из косы прядки, и наслаждалась… наслаждалась последними часами жизни, потому что откуда-то знала точно – в горе нас ждет не ноарс, даже не огромная стая люток, хотя и они крайне неприятные, плюющиеся кислотой твари, там притаилась она… желтоглазая одра.