Сделка

Наташа ненавидела тридцатое августа. Всей душой ненавидела эту дату. Терпеть этот день не могла. Болезненные воспоминания сегодня были как никогда острыми и ранящими. И ведь думала, что пережила, смирилась, но нет. Наступила роковая дата и снова больно. И снова кризис. Эмоциональный штопор. Долбанная депрессия.

Будь проклято тридцатое августа! Также, как и Владимир Баринов! Этот сукин сын, цинично разбивший ей сердце и даже не извинившийся за это. Он просто исчез, не сказав ни единого слова, в день их свадьбы. Свалил по-английски.

Она уже говорила, что всей душой ненавидит Владимира Баринова? Говорила, но ничего, повторение — мать учения. В будущем будет знать, как доверять прекрасным красавчикам и допускать их к себе слишком близко. Опыт, мать его. Куда же без него? Хотя Шелест от подобного жизненного опыта отказалась. Ната не настолько пресвященная, чтобы благодарить судьбу за перенесенные боль и унижения. Не нужен ей был подобный багаж, но, увы, никто её не спрашивал.

Ровно год назад Наташе пришлось прилюдно пережить предательство любимого человека. Так что сегодня у неё знаменательная дата — день, мать его, разбитого в дребезги сердца! Таша так сильно любила Володю, так с ума по нему сходила, что любовь медленно переплавилась в чистейшую лютую ненависть. И встреть она его сейчас, убила бы. Забила бы до смерти той битой, что находилась в её руках. Била бы и била, била и била, чтобы он на своей шкуре понял, что такое настоящая боль. Чтобы пережить душевную ломку, зализать раны и вернуться к обычной жизни у Наташи ушло очень много времени. Преступно много. Да и то, всё равно до конца не оклемалась, иначе бы её так трясло при упоминании бывшего.

Шелест тяжело вздохнула. Ей бы не о бывшем женихе нужно думать, а том, как благополучно добраться до дома. Им с Леной еще полквартала пешком идти. Ночь. Темень, хоть глаз выколи. Фонари, ожидаемо не работали. Наверное, решили проявить солидарность и не подсвечивать позор Наты. Она в свадебном платье и фате, с битой наперевес и на огромных каблуках. Ах да, еще и пьяная в дым. Вот такой расклад укуренного картежника. Тот, кто писал историю судьбы, явно имел специфическое чувство юмора и полное отсутствие сочувствия и эмпатии к главной героине.

— Вот зачем я тебя послушала, — уныло проскулила рядом идущая Ленка. — Надо было дома остаться! Сейчас бы спала и приятные сны видела, и не с тобой по темным улицам разгуливала.

Вообще-то соседку, с которой она с самого детства то ругалась, то дружила, Наталья прихватила на спонтанно устроенный девичник, чтобы та проследила за доставкой её опьяневшего тела, более напоминающего труп, домой. Оно бы так и случилось, если ли бы старенький опель, на котором разъезжает злейшая подруга, не решил немного отдохнуть. Машина просто заглохла в двух квартах от дома. И пришлось им тащиться на своих двоих до дома. Машину потом парень Лены отбуксирует в ремонт, но он сейчас на смене, поэтому отложил столь важное дело на утро.

Как итог, они вдвоем бредут по темным улицам города, изредка переругиваясь. Своими умными разговорами, наверняка, всех маньяков округи перепугали.

— Да расслабься, посмотри, какая прекрасная ночь! Какие яркие звезды! — Шелест ткнула пальцем в небо, причем в прямом смысле, хотя Ленусик наверняка это её движение не видела. Во-первых, шла чуть впереди, а во-вторых, в этой кромешной темноте, кроме звезд и луны, хрен что увидишь. Ну, если конечно ты не кошка. Старенькая песенка сразу зацепилась за язык и Таша запела: — Наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой, на-на, на-на…

Лена резко остановилась и, по всей видимости, обернулась назад:

— Ташка, заткнись, а! Матом тебя прошу, не добивай мою единственную, оставшуюся в живых в неравном бою нервную клетку. Иначе я тебя отделаю твоей же битой, ей богу! Чтобы я с тобой пошла куда-нибудь отдыхать, да ни в жизнь! Ты и раньше с примбабахом была, а за последний год твой характерец стал невыносим…

Биту, кстати сказать, Наташе парни из бара подарили, когда узнали её грустную и драматичную историю любви, которую она им поведала в порыве чувств и опьянения. Вручили спортивный инвентарь в руки и наказали, если встретит сбежавшего жениха, огреть ею по макушке этого труса. Еще и текилой угостили. Благодарность Таши не знала границ. До слез парни её растрогали. Такие милахи! Одетые в кожу, татуированные бородачи…

— Хочу напомнить, это твоя машина сломалась, а не моя, — хмыкнула Наташа, совершенно не впечатленная угрозами соседки.

— Скажи еще, что это моя машина приставала к мужикам в баре и проводила опрос на тему, почему все мужики козлы и кобели, — раздраженно буркнула Елена и продолжила движение. — Давай, двигай булками, невестушка. Чем быстрее мы придем домой, тем быстрее ты ляжешь баиньки, госпожа алкоголик!

— Эй-эй, я не алкоголичка, — начала спорить с ней Шелест, — пью редко, только по праздникам. Вот сегодня день моего разбитого сердца! Такой повод, как не выпить? К тому же социальный опрос, принес неплохие результаты!

— Это какие же? — скептично отозвалась Лена.

— Мужики заявили, что козёл не может быть кобелем, так как кобелем могут быть только самцы из семейства псовых, лис, медведей, — ответила Наташа и ойкнула, так как споткнулась и чудом устояла на ногах. — Ненавижу шпильки!

— Так зачем ты их надела? — Наташа не видела, но Лена совершенно точно возвела горестные очи к небу.

— Они лучше всего подходили к платью, — пояснила Шелест, снимая задравшие её туфли. Дальше она шлепала босиком по тротуару. — Так, о чем я говорила?

— О самцах семейства псовых, — напомнила подруга. — Ты что, целый час болтала с мужиками о биологии?

— Да, — ответила Таша, — интересно же. Они столько интересного знают!

— Лучше бы парня себе сняла, — горестно вздохнула Лена. — Ты год без секса. Мы все дружно скоро взвоем от твоего отвратительного характера. Тебе срочно витамин ебц нужен, иначе кого-нибудь точно загрызешь!

А вот об этом Шелест говорить отказывалась, ибо в отсутствии сексуальной жизни не видела ничего страшного. Ну, подумаешь, немного настроение скачет, так это из-за нервов! Вернее, их отсутствия. После предательство Володи у неё просто не осталось нервных клеток. Все вымерли от переживаний.

Остаток пути они прошли молча. Ленка просто сильно хотела домой, а у Наташи окончательно испортилось настроение.

***

— Ташка, ты не обижайся на меня, — сказала подруга, чуть приобняв за плечи.

Они стояли в подъезде родного дома, на лестничной площадке, где находилась квартира Лены. И здесь в отличие от улицы было светло. Сама Наташа жила на третьем этаже, и ей предстояло пройти еще два пролета.

— Да я не обижаюсь, только давай не будет обсуждать мою сексуальную жизнь, окей? — ответила Шелест. Вернее, её отсутствие.

К сожалению, она так и не смогла допустить к своего телу другого мужчину, несмотря на огненный темперамент. Долбанный Баринов и тут умудрился все сломать, а ведь до встречи с ним она никогда не вела монашеский образ жизни. Девка она видная, парням нравилась. Всегда легко находила кавалеров, легко с ними расставалась. Потому что не любила, черт возьми. До Володи у неё были страсть, симпатия, влюбленность, но только его она смогла полюбить. Искренне, сильно. И до сих пор это чувство полностью не смогла истребить из своего сердца.  

— Блин, Натка, перестань тосковать по этому козлу. Было и было. Пора забыть и идти дальше. Найди себе какого-нибудь накаченного красавчика и займись с ним ни к чему обязывающим сексом, просто оторвись, — дала совет ей Елена. — Больше говорить на эту тему не буду, но мнение свое высказала.

— Да уж, я его услышала, — отозвалась Наташа и тяжело вздохнула. Если бы всё было так легко, давно бы уже это сделала. — Ладно, иди уже, спать!

За Ленкой закрылась дверь ее квартиры, а Шелест продолжила свой путь до третьего этажа.

— Будто я не пыталась переспать с другими, — бурчала она себе под нос, поднимаясь по лестнице. — С Сережкой даже до куни дошли, но меня переклинило. Может реально к психологу обратиться?

Никогда не верила в чудодейственную психологию, но Ната была уже на грани, когда становятся не важны методы достижения желаемого.

— Ната, ты почему в свадебном платье? И кто этот Сережка? — неожиданно сверху прозвучал мужской голос. Тот самый, который преследовал её весь этот год во сне.

Девушка подскочила от неожиданности, чуть было не упала и от души выматерилась, глядя на человека, который разбил ей сердце с особой жестокостью. Возле квартиры её дожидался никто иной, как Владимир Баринов. Собственной, мать его, эксклюзивной персоной. Соизволил барин бывшую свою навестить. Ага, год спустя...

Взгляд скользнул к бите, которую она продолжала сжимать в руке. Дальше Ната не думала, дальше она действовала. Бросилась вперед, одновременно занося биту для удара. Ох, поначалу девушка мечтала с ним просто встретиться и поговорить, но постепенно эти мечты трансформировались в видения с нанесением тяжелых телесных повреждений. Время разговоров прошло, сейчас Шелест жаждала мести. Кровавой и болезненной мести.

Для неё её рывок может и казался быстрым, но Наташа не учла, что пьяна и плохо стоит на ногах, а он хоть и непрофессиональный, но спортсмен с отличной реакцией, к тому же трезвый. В общем, пока она с кличем апачей на губах на него наступала, Баринов быстро оценил ситуацию и позорно легко обезвредил её. Одной рукой перехватил и выхватил из её рук орудие мести, второй придержал за талию, и используя свою далеко не малую массу тела, притиснул её к стене, фиксируя на месте. Наташе только и осталось, что только пыхтеть от злости, да сверкать глазами.

— Не замечал раньше в тебе хулиганских наклонностей, — процедил он, удерживая ерзающую и пытающуюся вырваться на волю юную мстительницу. Ладно, не совсем юную.

— Раньше многое было по-другому, — прошипела Наталья рассерженной коброй, — раньше я тебя не ненавидела, а теперь ненавижу так, что с легкостью бы убила!

Мужчина вздрогнул, будто бы она ударила наотмашь. Нет, этого бы просто не могло быть, ей показалось. В конце концов, с перепоя и от шока какие только видения не померещатся. Наверняка, скоро Леголас на единороге прискачет и увезет её Средиземье…

— Ната, успокойся, пожалуйста, — попросил Володя скованно.

— С чего бы я должна успокоиться, Баринов? Ты бросил меня в день свадьбы, оставив долбанную записку. Записку, Карл! Что, яйки жим-жим, хотя бы позвонить? — бушевала Шелест, каждое слово сопровождал удар по железобетонной груди, а тот даже не морщился. Даже не пытался защититься, подлюка такой, портя ей всё удовольствие от его избиения. Мерзкий кайфоломщик. — Я вместо того, чтобы лихо отплясывать на своей свадьбе с любимым мужем, обзванивала всех родных и знакомых, сообщая им об отмене свадьбы. Ты хоть понимаешь, какое это унижение?

Некоторым особо ретивым «подружкам» до сих пор в кайф обсудить так и не случившуюся свадьбу и её в частности, гадали, что же она такого сделала, раз милый Вовочка сбежал. Конечно, в лицо не говорили, ведь вероятность того, что психически нестабильная после потрясения Наталья просто вцепится в шевелюру слишком любопытной «доброжелательнице» и оттаскает за волосы, была достаточно высокой. Никто не хотел рисковать. Шелест вообще стала очень агрессивной после того, как Баринов её бросил. Учитывая свалившиеся на неё финансовые проблемы, то характер становился с каждым днем всё хуже и хуже. Прошедший год катастрофично сказался на эмоциональном здоровье. Таша и раньше ангелом не была, сейчас же напоминала маленького, но очень злого бесёнка, который жалил своим острым как бритва языком всех без разбора.

— Может, зайдем в квартиру и там поговорим? — миролюбиво предложил Владимир. — Вежливо? Без оскорблений? Я хотел бы извиниться перед тобой и объяснить, почему я здесь. Ты меня выслушаешь?

Если он хотел её успокоить, то его план полностью провалился, потому что Натали только сильнее взбеленилась и стала с удвоенной силой вырываться.

— Вежливо? — рыкнула она, пнув его в коленку, отчего Баринов поморщился и зашипел, но не выпустил из рук. — Вежливо? Да после того, как ты поступил со мной, тебя мало с лестницы спустить! Ненавижу тебя, Баринов! Всей душой своей ненавижу, предатель!

Опьяненный разум до конца не осознавал, что с ней рядом стоит настоящий, вполне живой Владимир. Часть её сомневалась в реальности происходящего и не исключала возможности, что она просто поймала глюк. Правда, мужчина был слишком уж материальным. Теплый, твердый и вкусно пахнущий. В идеально сшитом костюме, который наверняка стоил баснословных денег. И как она могла принять его за обычного парня? Тут за километр чувствуется, что он не из простой семьи. Порода, мать ее. Голубая кровь, белая кость. Дура, что еще сказать.

Кроме того, он желает извиниться… Ага, спустя год! Ровно двенадцать месяцев игнорирования её существования и гробового молчания. Сам факт этого не умещался в её голове. Зачем ныне миллионеру являться к ней спустя столько времени и прощение просить? Тут на лицо воспалительный процесс в мозге. Может, её по пути домой машина сбила, и она лежит в коме? С её потрясающим везением, это наиболее близкий к реальности вариант.

— Я не уйду, пока мы не поговорим, — заявил категорично Владимир, а Наталья, терзаемая сомнениями, раздумывала над тем, как бы проверить, настоящий он или глюк.

— Нам бы как бы не о чем говорить, — фыркнула она, задирая голову. — Ты меня бросил, обманул, мы расстались. Всё. Финита ля комедия!

Хотя внутри так всё и чесалось от желания послушать его объяснения. Как бы не старалась Ната поставить точку в давнем деле, у неё всё равно выходило троеточие. Наверное, именно поэтому все попытки найти себе мужчину после Владимира оборачивались крахом. Если уж вспомнить Серёжку… Бедняга, сильно ему досталось. Наталья искренне надеялась, что он не начал заикаться и чураться женщин после их неудавшегося свидания. Она была с ним не слишком ласкова, когда выставляла его вон из своей квартиры.

— Только не говори, что твоё природное любопытство не трепещет от желания узнать подробности, — насмешливо хмыкнул Баринов. — Ну же, любопытная ты кошка, разве тебе не интересно?

Зараза, хорошо её знал. Даже слишком. Шелест поморщилась. Её гордость, конечно, требовала дать ему хорошего пинка под зад, но по факту, если она не получит ответы на некоторые вопросы, то будет мучиться ближайшие лет сто. В конце концов, он ей конкретно задолжал. Пусть поведает ей свою историю, она его выслушает, потом обматерит, как следует, и выставит вон. Быть может, даже получится дать пинка для ускорения.

— Хорошо, — медленно протянула Наталья, — у тебя будет пятнадцать минут, а потом ты свалишь подобру-поздорову. Идет?

Они уставились друг на друга, как два бойца перед началом боя. Было бы замечательно, если бы перед глазами у Наташи не летали самолётики и вертолётики, но она всеми силами демонстрировала неуступчивость и строгость. Вернее, пыталась.

— Идёт, — кивнул Баринов и улыбнулся.

Ухмылка его больше походила на оскал акулы. И Наталья поняла, что нужно было его сразу гнать поганой метлой, но, увы, слово не воробей… Сама ведь условия озвучила, а он согласился, так что поздно давать заднюю.

Шелест заподозрила подвох, но было поздно, она уже дала согласие. Владимир ухмылялся слишком широко и довольно, очень медленно отпустил её, словно проверяя, броситься ли Таша снова на него с кулаками. Поняв, что бить его Наталья пока не собирается, вежливо указал на дверь. Мол, давай открывай, двери отворяй, барина впускай.

Ну, не съест же Баринов её, в конце-то концов? Попытается распустить руки, то она ему всё лицо расцарапает, а потом пойдет на какое-нибудь третьесортное шоу и вытрясет всё их грязное белье на публику. У Володьки-то кристально чистая репутация, так что наверняка он ей очень дорожит…

Вот так подбадривая себя, Ната достала ключи и пустила бывшего жениха в святая святых, в свою холостяцкую квартиру. А ведь когда-то они вместе жили тут, как ей казалось счастливо и планировали будущее. Теперь он стал тут лишним элементом.

Ей пришлось тряхнуть головой, чтобы отогнать от себя ненужные воспоминания. Нужно было сохранить максимально боевой настрой, чтобы не дать этому человеку пробраться под её защиту и снова запудрить мозги. Шелест щелкнула выключателем, зажигая свет в коридоре, и при этом постаралась не показывать своего смущения. Порядком в её квартире и не пахло. Скорее наоборот…

— У тебя тут… — мужчина запнулся, подбирая нужное слово, — уютненько!

Ага, если не брать в расчет, что на её квадратных метрах будто Мамай прошелся. Вернее будет сказать, прошлась, и не Мамай, а она. В приступе неистового гнева. Вернувшись из кафе домой, Натали попыталась сделать вид, что сегодня вполне себе обычный день и дата тридцатое августа для неё ничего не значит. И Шелест практически удалось себя уговорить, что всё нормально. Проблема в том, что долбанный запрещенграм поднял старые фотографии, посоветовав опубликовать рилс с воспоминаниями годичной давности. Там на фотографиях они. Счастливые, довольные, влюбленные…

Всё оказалось ложью и фальшью…

Наташа сорвалась. Понеслась душа в рай, хотя скорее в ад.

В общем, дело кончилось тем, что она послала смартфон в стену, а потом летало всё, что под руку попадалось. Она не успокоилась, пока её вполне приличная квартирка не превратилась в карикатуру о том, что бывает с жильем после стихийных бедствий. И посреди этого побоища стояла она, совершенно не ощущающая облегчения. Наоборот, все попытки сделать вид, что она забыла Баринова, перешагнула через обиду и пошла дальше, накрылись медным тазом. Наташа проиграла своим собственным чувствам.

Она притворялась, что у неё всё хорошо, но так проработать проблему не смогла. Вся горечь скопилась и потребовала выхода. Думать обо всем этом на трезвую голову было слишком больно. В итоге девушка раскупорила бутылку красного вина, которую и успешно распила в одно лицо. Если чудить, то по-крупному. С этого собственно и начались её сегодняшние приключения.

Немного подшофе. Ей стало грустно и одиноко. Наталья полезла в запретную коробку, куда двенадцать месяцев назад побросала все памятные вещи, связанные с Владимиром. Стала разбирать. Наткнулась на свадебное платье, смятое, но до сих красивое. Решила его примерить. Насмотревшись на себя в зеркало, которое чудом не пострадало, Натали решила, что очень красива, и вообще Баринов идиот, раз упустил такую девушку. Дело закончилось тем, что Шелест написала в мессенджере всем своим подругам с предложением выдвинуться в бар.

Как ни странно, большая часть откликнулась и согласилась, хотя обычно всем мешали дети, мужья, родственники, работа и прочая бытовая ересь, не дающая расслабиться. Как итог, бабий батальон почти всю ночь кутил, девочки перемывали кости мужикам, Наталья познакомилась с местными байкерами, получила в подарок биту, немного потанцевала, поехала домой и встретила причину всех своих несчастий. Очень насыщенный вечер выдался, а ведь изначально Шелест хотела выпить успокоительных и пораньше лечь спать.

— Можешь не сдерживать истинных эмоций и не щадить мои нежные чувства, — поморщилась Натали при виде предстоящей работы по уборке собственной несдержанности. — Видишь ту раздолбанную напольную вазу. Когда её с чувством об пол приложила, представляла, что это твоя голова. Как видишь, ты у меня до сих пор вызываешь очень сильные чувства, — Шелест немного помолчала. — Кстати, биту-то отдай. Подарок всё-таки.

— В свете представленной тобой информации, лучше отдам чуть позже, — он огляделся, явно впечатленный степенью её ярости. — Сначала поговорим, а то есть чувство, что ты мне не дашь договорить, и этой битой меня прикончишь.

— Вполне может быть, — не стала отрицать очевидное она. — Не буду предлагать присесть, давай к делу. У тебя осталось тринадцать минут!

От его внимательного взгляда Натали почувствовала, как груди расцветает темное, нежеланное тепло, растекающееся по венам в такт биению сердца. Мысленно она помянула всех родственников Баринова до седьмого колена. Уродился же такой… Слишком сексуальный и горячий. Ната уже одурманенная алкогольными парами чувствовала, что пьянеет еще сильнее. Даже сейчас она чувствовала к нему поразительное притяжение, хотя была до смерти на него обижена за то, что он стал причиной самого унизительного момента в её жизни. Такое не забывается, не прощается, но, черт возьми, её тело отзывалось на его мужские флюиды. И за это Шелест ненавидела его еще больше. Таша не собиралась становиться одной из тех жалких девушек, отчаянно пытающихся вернуть прошлые отношения. Нет, нет и еще раз нет!

Молчание затягивалось, а Баринов продолжал сверлить её своими невозможно синими глазами. Что он так пристально рассматривает её? Что пытается в ней отыскать? Наталья потопталась на месте, испытывая сильнейший дискомфорт и желание послать этого напыщенного лощенного индюка, как можно дальше.

— Тик-так, — пропела она с намеком на утекающее время, которое словно подчинялось Владимиру и текло слишком медленно, — твоё время уходит. Ты, кажется, хотел передо мной извиниться? Давай, падай мне в колени, холоп, и умоляй о прощении свою госпожу!

Он, конечно, же не спешил падать ниц и признавать её своей госпожой. Печалька, однако. Наташа бы с удовольствием посмотрела, как он разбивает свой лоб об пол, вымаливая её прощение. Эх, мечты, мечты...

— Так кто этот Серёжа? — спросил он внезапно. — Ты так не ответила.

От столь резких поворотов в разговоре её заштормило. Нетрезвый мозг не сразу смог уловить ход его мыслей, и его слегка закоротило. Ната даже не сразу вспомнила, какого Сережу он имеет в виду.

— Тебя не касается моя личная жизнь, Баринов, — буркнула она. — Ты меня бросил, и мужчины, что были у меня после, тебя не касаются. И вообще, если ты явился проверить, убивается ли глупышка Натали до сих пор по тебе, то можешь расслабиться. Прыгать под поезд из-за тебя не стану. Образ Карениной мне не подходит, мне больше Скарлет О’Хара всегда симпатизировала. Как видишь, у меня всё в порядке! Можешь валить отсюда и навсегда забыть дорогу!

И так широко улыбнулась, что челюсть свело. Он скептично оглядел окружающий их погром и выразительно поднял темную бровь. Типа, так забыла, что до сих пор у тебя вызываю приступы агрессии.

— То есть это нормально, что ты ночами шатаешься по барам в свадебном платье с битой наперевес, громишь свою квартиру и жалуешься на проблемы в сексуальной жизни? — поинтересовался он. — Неужели этот Серёжка настолько плох?

Твою мать, он всё слышал. Унижение накрыло Наталью с головой, а взгляд сам по себе вернулся к бите в его руках. Вот бы добраться до нее!

— Даже и не думай, — покачал головой Владимир, и спрятал спортивный инвентарь за своей спиной.

Она недовольно поджала губы и дернула плечом, делая вид, что ничего такого не думала.

— Ничего ты не понимаешь, Баринов, — мурлыкнула Шелест низким сексуальным голосом. Знала, что его ведет, когда она так говорит. Быть может, он её и не любил, но хотел всегда, а это тоже можно использовать против него.

— Да? — Володя тяжело сглотнул. — Так объясни, а я тебя внимательно послушаю.

— Я праздновала, милый! — заявила Натали так радостно, что было удивительно, что с неба конфетти не посыпалось. — Сегодня великий день. День избавления от тебя! Ровно год назад Бог меня миловал и не дал свершиться нашей свадьбе, чему я несказанно рада. Так что ты видишь вокруг, это результат моего празднования освобождения от тебя, Вовочка!

Судя по выражению лица, её объяснение не впечатлило Баринова, и он в него ни капли не поверил. Ну и ладно. Ей вообще плевать, что думает о ней бывший. Это не тот человек, мнение которого Натали важно.

— Интересные у тебя способы празднования. Я бы сказал, экстремальные, — коротко прокомментировал он. В голосе четко слышалась насмешка, которая только сильнее взбесила Шелест.

— Баринов, хватит ходить вокруг да около, — рявкнула она, — у тебя осталось десять минут, а ты так и не перешел к сути дела. Никогда не думала, что ты такой нерешительный. В конце концов, ты меня на секс развел в первое же свидание. Да и кинул ты меня в день нашей свадьбы тоже весьма решительно. А сейчас булки мнешь. В чем дело? Куда подевалась вся твоя уверенность?

Натали поймала себя на мысли, что до безумия хочет спровоцировать его на эмоции. Владимир стоит перед ней весь такой собранный, уверенный в себе, спокойный, одетый с иголочки, в то время сама Наталья находиться в разобранном, пьяном виде. Это несправедливо! Ей до смерти хотелось пробить равнодушную стену, окружающего его.

— Моя уверенность всё еще при мне, — хмыкнул он. — Если хочешь, могу продемонстрировать. Как насчет того, чтобы я тебя за пять минут довел до оргазма, Натали?

Шелест зло прищурила глаза, хотя внутри что-то заинтригованно замерло. Пять минут? Он это серьезно? Авантюрная её часть хотела принять вызов и посмотреть, как он будет выкручиваться, но звенящая обида перекрыла нелепый порыв. Хрен ему, а не её оргазм!

— Максимум до чего ты меня можешь довести это до рвоты, — отозвалась Натали, поморщившись. — С недавних пор даже мысль о твоих прикосновениях вызывает у меня недомогание. Кстати, как твоя официальная подружка относится к тому, что ты бывшим сексуальное удовольствие доставляешь?

Правильную тему она подняла. Сразу и злость активизировалась, и желание убивать проснулось. У нашего богатенького красавчика есть невеста. Такая же богатенькая, как и он. Хорошенькая, напомаженная и статусная. С ней на публике Вовчик появился спустя два месяца после их неудавшейся свадьбы, и спустя месяц после смерти своего отца. Полученные в наследство миллионы меняют приоритеты, что тут уж скажешь. Горечь скопилось у Натали во рту, и она еле удержалась, чтобы не сплюнуть.

— Наташ, я понимаю, что ты хочешь со мной поругаться, но давай для начала ты меня выслушаешь, — примирительно сказал Баринов. Явно решил не заострять внимание на своей будущей свадьбе с дочерью какого-то там магната. Шелест не вдавалась в детали, всё равно самую важную информацию для себя уже вынесла. — А потом, если ты захочешь, я уйду.

— Конечно, уйдешь, — зло хмыкнула Натали, — ты у нас в этом настоящий мастер!

Шелест прикусила язык. Зря она это сказала. Не смогла сдержать жгучую обиду. Нужно быть осторожнее, держать эмоции под строгим контролем.

— Таша, извини, — начал он, но Шелест его бесцеремонно перебила.

— Да-да, извини, что выбросил тебя из своей жизни, как использованный презерватив, — продолжила она за него, театрально взмахивая руками. — А если я не хочу прощать? Что ты сделаешь?

Блин, она банальным образом нарывалась. Ну и пусть! По-хорошему, ей вообще не следовало пускать Баринова на свою территорию. Умная девушка бы послала его лесом-лесом, полем-полем, но Наташа, к её большому сожалению, в делах любовных была не слишком умной, а попросту дурочкой стопроцентной, иначе бы не оказалась в столь щекотливой ситуации. Но если посмотреть на ситуацию с другой стороны, зато весело. Конечно, попытка найти хоть что-то хорошее в сложившейся ситуации не слишком удачная, но хоть какая-то.

— Я всё же сделаю попытку донести до тебя свои соображения, если не возражаешь, — спокойно ответил Владимир.

Ему как с гуся вода. И это её злило, что хотелось кинуться на него и расцарапать его красивую мордуленцию. Ой, не стоит ей пить, сразу чрезмерно агрессивной становится. Или это так на неё Баринов воздействует?

— Ну давай, доноси, — хмыкнула Натали, заваливаясь на диван. — Я тебя внимательно слушаю!

— Я понимаю, что тебя мой поступок выглядит не самым лучшим образом, — начал он говорить, а у неё уже злость в крови сыграла. Ой, неправильную постановку слов Баринов выбрал, совершенно неправильную.

— Понимаешь? — вспыхнула Натали, словно спичка. — Ни хрена ты не понимаешь, Баринов. Ты не был на моем месте, сукин ты сын! Ты бросил меня, толком ничего не объяснив! Знаешь, скольким людям мне пришлось объяснять причины отмены свадьбы? Оправдываться и выслушивать ехидные словесные уколы? Я даже не знаю, что хуже — злословие или жалость, которую на меня обрушили родные. Я сбилась со счета, сколько раз у меня поинтересовались, куда ты пропал. А я не знала, что отвечать, потому что ты исчез, не отвечал на мои звонки, не писал, и вообще игнорировал мое существование. Потом Альбинка — может, помнишь её, она еще активно пыталась к тебе в трусы залезть и очень разозлилась, когда получила отворот-поворот — так вот она мне подсунула какой-то журнал с тобой на обложке. Ты оказался сыном нефтяного магната, мать его. Ну и чтобы уж окончательно добить меня, вскоре у тебя появилась еще и чистопородная невеста. И ни хрена ты меня не поймешь, Баринов, потому что на моем месте не был! Знала бы заранее всё, сказала бы, что ты умер. В море утоп, а внешнее сходство моего жениха с тобой лишь совпадение.

Как же она была счастлива, когда готовилась к свадьбе. Действительно надеялась, что случиться в её жизни «долго и счастливо», а в итоге поняла, что совершенно не разбирается в людях. Но кто мог предположить, что парень, живущий на зарплату и обедающий в «KFC», может быть богатым наследником? Несмотря на её бурную фантазию, Натали такого и предположить не могла. Ах да, кстати, на счет денег…

Она подорвалась с места и подлетела к комоду, где скрытая от чужих глаз хранилась бархатная коробочка, которую однажды романтично преподнес ей Володя. Нашарив ее рукой, Шелест резко развернулась к Владимиру и что есть силы швырнула ею в него. Пусть подавиться!

— Забирай своё кольцо и проваливай отсюда! — потребовала Наталья, яростно сверкая глазами. — Мне не нужны твои жалкие оправдания!

Жаль, конечно, коробка не прилетела ему в макушку, а врезалась в грудь, и Баринов её технично поймал. Владимир задумчиво повертел её в руках, а потом открыл. Обручальное кольцо с небольшим бриллиантом из золота появилось на свет. Наташа часто доставала его, любовалась, терзалась воспоминаниями. Очередное напоминание о не случившемся счастье.

Мужчина закрыл коробочку и положил на стол, тяжело взглянул на неё, будто она его грубо обматерила. Весь такой оскорбленный.

— Кольцо твоё, — заявил он. — Я дарил тебе его от чистого сердца и действительно верил в то, что говорил. Можешь, мне не верить…

— Ты прав, — жестко перебила Натали его, — я тебе не верю.

Ей показалось или тень раздражения промелькнула на его лице?

— И тем не менее, я не жду, чтобы ты мне его вернула, — продолжил он говорить, словно она его не перебивала. — Оно твоё.

Надо же, какой щедрый. Хотя, что еще ожидать от нефтяного магната?

— Ну, конечно, — протянула она насмешливо, — не думаю, что ты расстроен, что потратился немного на меня. Для такого баснословно богатого парня, как ты, это сущие копейки. Знаешь, что? Мне абсолютно всё равно, что бы ты ни собирался мне сказать. Срок твоим оправданиям давно прошел. Ты и я в прошлом. Мы старая, некрасивая история, которую я бы с удовольствием забыла, ибо мой любимый оказалась первостатейным мудаком. Да, мудаком красивым и замечательно трахающимся, но сути это не меняет. Пусть я пока не нашла того, кто может затмить твои способности в постели и разбудить ото сна мою чувственность, но в скором времени я обязательно найду этого волшебника, а о тебе забуду, как о страшном сне… Эй, что ты делаешь? Не подходи! Не трогай…

Она так и не поняла, что именно привело его в бешенство, но Владимир быстро преодолел разделяющее их расстояние и обрушился на её губы в наглом, подчиняющем поцелуе.

Внезапным, жестким поцелуем Баринов явно пытался её наказать, заткнуть, прогнуть под себя. Натали тоже находилась в заведенном, злом состоянии, когда хочешь крови своего оппонента и тебе плевать, что именно нужно сделать для того, чтобы её добыть. Они в этом поцелуе словно сцепились в яростной схватке, каждый пытался доминировать, управлять другим. Владимир резко притянул её ближе к себе, Таша неловко споткнулась о собственные ноги и едва не упала, благо Баринов достаточно силен, чтобы удержать её, не дать позорно шлепнуться на задницу.

Голова кругом шла. Нельзя ей было столько пить. Нельзя. Да-да, во всём виноват только алкоголь, если бы не он, она никогда не позволила бы Владимиру поцеловать её. Разум потерял контроль над телом, зато эмоции и инстинкты взяли управление на себя. Ей было так плохо, так хреново, что Шелест не нашла ничего лучше, как залить свою тоску алкоголем. Банальный, отчаянный метод, но именно сегодня она не могла оставаться наедине с собой, иначе сошла бы с ума. В итоге, Натали оказалась в объятиях бывшего жениха, целуется, как сумасшедшая, пытается ему что-то доказать.

Ну не дура ли? Дура, причем пьяная и неуправляемая. Но кого это колышет? Если будет потом кому больно, так это ей…

Его терпкий запах сводил с ума, будил воспоминания о жарких, страстных ночах, что провели они вместе. Коленки ослабли, как у влюбленной малолетки. Хватка на её теле стала сильнее, а животом Таша очень чётко прочувствовала, что Баринов-младший очень рад её видеть. Просто невозможно было не почувствовать его твердокаменную выпирающую эрекцию. Именно это Натали и отрезвило. Она, конечно, королева глупых поступков, но переспать с бывшим женихом, что бросил её в день свадьбы, это слишком даже для неё. Даже у неё есть пределы безумству. Инстинкт самосохранения всё-таки взял верх, хоть и немного запоздало…

Зубы девушки клацнули и сомкнулись на его нижней губе. Не нежно и игриво, а в полную силу, до крови. Так, чтобы Володе было максимально больно и отрезвительно. Баринов недовольно заворчал и лизнул её губы на последок, и только потом оторвался от неё. Взглянул из-под бровей. Внимательно так. Сканирующе.

— Дикарка, — пробормотал он довольно, будто в лотерею только что выиграл, и ей снова захотелось ему врезать. У неё уже как у собаки Павлова, рефлекс срабатывает, как видит Володю, сразу просыпается агрессия…

— Ты что творишь? — закричала Шелест, пытаясь его оттолкнуть, но куда там. Это примерно тоже самое, что пытаться отодвинуть кирпичную стену. Пыхтела, пыхтела, но даже на сантиметр его так и не отодвинула. Как же он её бесит!

— Напоминаю тебе о том, что ты так отчаянно стремишься забыть, — ответил Баринов, поглаживая пальцами её шею, отчего предательские мурашки бежали у неё по спине. — Так сказать, демонстрирую пробник того, от чего ты так глупо отказываешься!

Глупо? В её случае глупо было его впускать к себе в квартиру!

— Не трогай меня, — прошипела Натали. — Уйди! Матом прошу, угомонись и свали к своей богатой наследнице, а меня в покое оставь!

— Мне очень жаль, — продолжил Баринов, будто не слыша её, и пронзил Наташу серьезным взглядом, который подчеркивал тяжеловесность его слов. — Мне бесконечно жаль, что оставил тебя тогда. Мне чертовски жаль, что причинил тебе боль. Поэтому я здесь. Мне важно возместить тебе те страдания, что испытала ты по моей вине.

— Интересно, и как ты собираешься это сделать, мистер Богач? — ехидно отозвалась Шелест. — Снова замуж позовешь? Так я не пойду. Ни за что я больше не наступлю на те же грабли!

Он молчал. Подозрительно долго молчал, только сверлил задумчивым взглядом, пытаясь что-то для себя решить. Натали напряглась. Сильно так. Обычно Владимир имел такое выражение лица, когда перед ним стояла особо сложная задача, которая требовала нестандартного решения. Она не хотела быть его задачей. Боже упаси. Нет, нет и нет!

— Лучшее, что ты можешь сделать для меня, это уйти, — заявила Шелест уверенным голосом, хотя внутренне её хорошо тряхнуло от этого пронизывающего насквозь взгляда.

Ей захотелось немедленно куда-нибудь заныкаться, потому что этот чурбан уже что-то для себя решил, а когда такое происходит, то пиши пропало. Наташа сразу поняла, что не услышит ничего приятного. Скорее, наоборот. Так оно и получилось.

— Никуда я не уйду, — возмутительно спокойно ответил он, — я здесь пока еще все свои дела не завершил. И, кстати, разве похоже, что я тебя замуж собираюсь снова звать? В прошлый раз я от тебя удрал не для того, чтобы снова в эту петлю лезть!

Она задохнулась от подобной наглости, замерла, а потом её прорвало…

— Ах, ты сволочь! Гад! Козёл! — рыкнула она, кинувшись на него с кулаками. Она била его, куда попало. — Ненавижу тебя, Баринов! Вали отсюда, пока цел…

Злость, негодование, желание убивать смешались между собой, заставляя её снова терять контроль. Кровавая пелена застила ей глаза, и перед собой Натали видела только его шею, в которую желала вцепиться и давить, давить, давить… И наблюдать, как он хрипит и давиться… О да, в своих мечтах она зашла так далеко, что не сразу сообразила, что её банальным образом скрутили в реальности.

— Пусти! — пропищала она сдавлено.

— Не-а, — отозвался Владимир довольным голосом, будто она не удушить его пыталась, а соблазнить, — чтобы ты мне скальп мне сняла? Не думаю, он мне слишком дорог.

Наташа оказалась прижата к нему максимально близко, руки он завел ей за спину и крепко держал, не давая ей возможности вывернуться. Её неудачное положение не слишком огорчило, и Таша со всей силы лягнула его. Попала в бедро, а приглушенный стон и ругательство стали для неё бальзамом на израненную душу.

— Кто сказал, что за скальпом охочусь? Не-е-ет, мне нужно твоё черное сердце, хочу его вырвать из груди, — злобно прошипела она, одновременно пытаясь наступить ему на ногу, но в этот раз Владимир оказался более проворным.

— Какая ты кровожадная, — хмыкнул он. — Раньше не замечал за тобой подобной свирепости, Талка.

— Раньше меня не бросали в день свадьбы, — раздраженно ответила она. — Слушай, что ты ко мне прицепился, как репей, а? Что тебе от меня надо вообще?

Наташа извернулась, чтобы смотреть ему в глаза, когда он будет отвечать. В итоге они оказались нос к носу.

— Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей, — заявил он таким тоном, будто предлагал работу в своей фирме.

Шелест не знала, что именно ожидала, но явно не этого. Она даже глупо хлопнула глазами пару раз, губы сложила идеальной буквой «о», как это делают типичные блондинки, которым объясняют, что такое математическая модель. Вот и она сейчас чувствовала себя той, кто совершенно ничего не понимает в этой реальности. Словно она резко отупела и не понимала простейших вещей. Может, ей показалось? Ну, знаете, алкоголь бывает коварен…

— Ты это сейчас серьезно? — прохрипела она. — Ты предлагаешь мне стать твоей любовницей? Мне?

Ей казалось, что подобное возможно только на страницах любовных романов. Бред какой-то! Зачем молодому миллионеру делать ей непристойное предложение после того, как сам же ее бросил? Её мозг активно пытался решить эту задачку, но не смог. Сломался. Game over.

— Да, — бархатным тоном подтвердил Владимир и подул ей на шею, отчего кожа мурашками покрылась, — я хочу тебя. Не утолил пока я свою тягу к тебе. И предлагаю стать моей любовницей. По крайней мере, ты решишь свои проблемы со своим долгим воздержанием. Я-то не Сереженька, довести тебя до оргазма смогу. Много-много раз. Ну, а я получу желаемое.

Натали реально зависла, слушая, как спокойно и деловито он раскладывает всё по полочкам. Такой спокойный, что прямо-таки и засвербело в груди желание взять биту и всё-таки исполнить наказ парней из бара, обрушить её на эту твердокаменную голову.

— Ты с ума сошел, Баринов? Какая я тебе любовница? — возмутилась Наталья. Оргазмы это хорошо, но не тогда когда получаешь их, поправ собственные убеждения и гордость. — У тебя там невеста чистопородная есть, с ней и трахайся. Если её мало, то найми девочек из эскорта. Они все как на подбор, отутюженные, оттюнингованные, напомаженные, наманикюренные, отлично умеют минет делать и разговор поддержать. Я-то тебе зачем?

Она искренне его не понимала. Рядом с ним красотки разных мастей вертятся, хвостами крутят перед его носом, а он приперся к ней пьяной ночью спустя год после разрыва и делает это нелепое предложение. Логика, ау? Натали с ней конечно не дружила, но не до такой же степени!

— Что непонятного? Я хочу именно тебя, — повторил Баринов. — Ты лучше всего меня удовлетворяешь в постели, после тебя все какие-то пресные…

Это наверное от того, что они вместе с ним в кровати пельмени не ели. Таша, конечно, понимала, что она довольно страстная девица, с выдумкой и огоньком, но до лавров той же Саши Грей ей о-о-очень далеко.

— Я конечно очень польщена твоим внезапным предложением, — вежливо произнесла Натали, — но мой ответ — нет. Я не буду твоей любовницей, Баринов. А теперь отпусти меня и уходи.

То, что он продолжал её прижимать к себе, создавала дополнительные сложности. Всё же он сексуальный сукин сын, и её к нему тянуло на физическом уровне, что вызывало дискомфорт. Хотела бы Наталья на Володю не реагировать, но похоже, ещё не достигла нужного уровня дзен.

— Не спеши отказываться, Талка, — он чуть наклонился и куснул её в плечо, отчего Наташа зашипела. — Я ведь еще не озвучил какую выгоду получишь ты от нашей связи.

— Купить меня решил? — взбеленилась Шелест, пытаясь затылком его ударить в нос, но удар вышел смазанным.

— Зачем же так грубо? Мы просто получим максимальную выгоду из заключенного между нами договора, — пропел Владимир. — Я получу тебя в свою постель, а ты сохранишь родительское кафе.

Это был удар ниже пояса. Небольшое кафе «Сладкая жизнь» основали родители Натали. Сразу после развала СССР в здании, где ранее располагалась столовая, разместили кафе. Вложили в него последние деньги, рисковали сильно, но вложение оказалось удачным. Повезло и с тем, что Андрей Шелест, ранее занимавшийся боксом, имел неплохие связи с бывшими спортсменами, переквалифицировавшимися в рекетиров. Так что сильно их не доили, но крыша имелась, и их никто не трогал. За счет удачного месторасположения кафе стало популярным, и семья Шелест вполне себе безбедно существовала, а где-то даже богатела.

Всё изменилось, когда в центре стали возводить многоэтажки, торговые дома и бизнес-центры. Появилась лютая конкуренция, а старомодное кафе стало постепенно проигрывать более модным и новым заведениями общепита. Наташа не знала, насколько всё плохо, пока после смерти родителей не взялась за управление «Сладкой жизнью». Огромное количество долгов, кредиты, необходимость модернизации и смены старого меню на более современное. Она, как могла, держалась на плаву, но месяц назад было принято решение снести здание, в котором было размещено кафе, и построить на месте него очередной торговый дом. Ей же, как собственнице помещения, предлагали смехотворное вознаграждение. Она отказалась, но… Поток проверяющих инстанций, штрафы и угрозы от неизвестных лиц не оставляли сомнений в том, что её все равно заставят продать свое наследие.

Натали упиралась, как могла, писала различные жалобы, но её действия больше походили на трепыхания мухи, угодившей в паутину, которая уже знала, что умрет, но всё равно пыталась выбраться. Ей открыто дали понять, что суд она не выиграет.

— И как ты собираешься сохранить мое кафе? Дом-то собираются сносить, он якобы не соответствует современным стандартам безопасности, даже документы соответствующие имеются, — прохрипела она. Черт подери, но в её голосе послышались нотки надежды.

— Дом снесут, этот вопрос уже решенный, но кто именно на этой территории будет строить торговый дом, вопрос всё ещё открытый, — заявил Баринов. — Я вполне могу вмешаться, и построить тут небольшое ТЦ, кстати отличное вложение финансов, а рядом с ним мы можем выделить немного территории под строительство небольшого помещения под твое кафе, и оно естественно будет полностью тебе принадлежать. Никаких посредников, аренды и прочей ерунды. Ты будешь полноправным собственником.

Наталья коротко выдохнула. Умеет Баринов удивлять. Играет, как всегда по крупному. Бросать так в день свадьбы, подкупать так спасением её небольшого бизнеса. И всё-таки в её голове не укладывалось, что вся эта грандиозная затея лишь для того, чтобы её в постель затащить. Всё-таки впрягается он не по-детски в это дело, а подарок дарит щедрый. Конечно, с его миллионами он может позволить себе подобное, но зачем заморачиваться настолько? Наталья совершенно его не понимала.

— Ты это сейчас серьезно? — спросила она.

В голосе явно чувствовалось желание отыскать подвох в его предложении. Наташа даже сопротивляться и пытаться вырваться из его рук перестала, потому что Владимир поставил её в тупик. Подобные сцены, когда мужик готов миллионы пустить в дело, лишь бы вся такая, но не такая как все девица оказалась в его постели хороши для любовных романов, но никак не для реальной жизни. Да и Баринов на мистера Грея никак не походил, а сама Наташа на невинную овечку.

— Почему нет? — пожал плечами мужчина, чуть ослабив хватку, чем Шелест и воспользовалась, вывернулась и отскочила от него, как от прокаженного.

Девушка на него кидала подозрительные взгляды. Ну, а вдруг нервное расстройство воздушно-капельным путем передается? Может, эта новая форма шопоголизма такая, кто же знает этих буржуев. Яхта есть, вила на островах тоже, не хватает для полного счастья только Наташки Шелест, дай-ка я деньги в проект вложу и спасу ее бизнес, а она на время моей любовницей станет…

— Ты хоть понимаешь, насколько это всё бредово звучит? — она пыталась говорить рассудительно и спокойно, но получилось полузадушено.

— Шелест, ты же не согласишься просто так стать моей любовницей. Максимум на что я могу рассчитывать, на один быстрый перепихон, если поднажму и соблазню тебя, зато потом получу такой Армагеддон, что вряд живым уйду отсюда, — пояснил он. — К тому же я хочу тебя больше одного раза, так что этот вариант отпадает. Постоянной любовницей моей ты не согласишься без весомых на то причин, скорее откусишь мой член и выбросишь на помойку, чтобы не лез, но добровольно быть моей не захочешь. Вот поэтому я тебе и обрисовал выгоды от нашего хм-м-м союза. Я всегда привык получать то, что хочу. В данный конкретный момент я хочу тебя!

Наташа прибывала в полнейшем шоке. По идее ей бы обидеться на его заявление, что он может соблазнить её на разовый секс. Как бы это не было оскорбительно для её эго, но правда заключалась в том, что Таша могла дрогнуть под его напором. Да, потом бы злилась бы на себя за свою слабость и действительно выгнала бы Баринова взашей, но сам факт слабости это уже не изменило бы. И тем не менее, это высказывание её даже не особо задело, а вот методичная обрисовка ситуации и его странное желание вернуть Шелест в свою постель как-то напрягало.

Часть неё хотела согласиться. Опять же Наташа не героиня мыльной оперы, где героиня не ведется на деньги и выгоды, гордо страдает. В реальной жизни есть вещи важнее. Например, сохранение родительского бизнеса. И сохранение рабочих мест. Куда потом пойдет Наталья Петрова, их повариха, которой уже прилично за шестьдесят? Она вынуждена работать, так как на её попечении две внучки. Родители девочек погибли, мужа женщины тоже давно не было в живых, но отдать внучек в детский дом она не могла, хотя те бедовые были. Или Татьяна, их посудомойка, которая имеет хренмиллион кредитов, которые на нее оформил бывший муж и смылся, оставив совсем молодую девушку без образования разгребать проблемы.

В общем, Наташа боролась не только за себя, так что можно было и поступиться гордостью. Тем более, секс с Бариновым весьма и весьма приятен, да и сам он ходячий секс на палочке. Бизнес её он сохранит, даже еще наверняка цацки какие подарит. Одни плюсы. Кроме одного — разбитого сердца. Наташа слишком хорошо понимала, что если опять подпустит его слишком близко, чувства снова вспыхнут, а когда Владимир уйдет, а он уйдет, она сама останется с разбитыми мечтами, грустной самооценкой и депрессией. Оно того не стоило. Разобраться с проблемами Наташа и сама как-нибудь сможет. Без него.

— Засунь свои хотелки в задницу, — посоветовала она. — Я не согласна. Я не буду твоей любовницей. Я не продаюсь, мой милый олигарх. Купи себе куклу в другом месте. Так что разворачивайся и проваливай.

— Я сделаю вид, что не слышал этого, — невозмутимо отозвался он. — Я сейчас уйду, а ты хорошенько подумай над моим предложением. Без эмоций оцени все выгоды. А завтра еще раз поговорим.

— Мой ответ будет тем же! — запальчиво крикнула Шелест.

— Как знать, как знать…