Сделка с драконом: из беглянки в невесту

- Если не выберемся из темницы до полуночи, то нас убьют на алтаре, как безвольных овец.

Первым, что проникло в мое затуманенное болью сознание, был чей-то голос. Негромкий, сдавленный страхом женский шепот.

Слова будто всплывали из глубокой темной воды. Я пыталась за них ухватиться, осмыслить, но тело и разум отказывались слушаться. В голове стучало, раскалывая череп изнутри. Тупая боль пульсировала в висках и затылке. Я с трудом открыла глаза, и мир закружился, поплыл яркими слепящими пятнами. Слабость разлилась по жилам, пригвоздив к холодной земле, на которой я лежала.

В ушах стоял противный звон. Я зажмурилась, стиснула зубы, заставила себя дышать глубже. Постепенно головокружение замедлилось. Очертания вокруг начали проступать сквозь пелену: грубые камни стен, пол, усыпанный жухлой соломой, тяжелая железная решетка вместо двери, отсутствие окон. Я почему-то оказалась в темнице. Откуда-то сверху на этаж выше доносились веселая музыка и смех.

Холод проникал сквозь тонкую ткань моего лучшего воскресного платья из голубого шелка с вышитыми у горла незабудками - подарок родителей на мое двадцатилетие.

Я провела ладонями по комковатой земле и ужаснулась. Насмешливый ветер скользил где-то в невидимых щелях и задувал прямо под подол, заставляя вздрагивать от зябкости. Мои светло-золотистые локоны, собранные в тугую косу, растрепались.

Я принюхалась. Пахло сыростью, старым мхом и мокрым, промерзшим насквозь камнем. Запах тюрьмы и забвения.

Во рту пересохло так, будто мне насыпали на язык песка, глотать было мучительно больно. Все тело ломило, но особенно ноющим чувством выделялось левое запястье. На внутренней стороне руки у самой ладони темнел небольшой синяк с крошечной запекшейся точкой по центру, словно от иглы. У меня брали кровь? В памяти зияла огромная дыра.

Шепот в углу снова стал различим. С глухим стоном я повернула голову на звук. В дальней части темницы, прижавшись друг к другу, сидели две девушки чуть постарше меня. Рыженькая в испачканном бархатном платье цвета спелой сливы что-то горячо и тихо говорила бледной блондинке в простой домотканой рубахе. Я поймала обрывки разговора: «…решетка на восточном выходе… единственный способ сбежать…»

- Кто вы? - мой голос сорвался на хрип, я сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло. - Что происходит?

Рыжая резко обернулась, и ее взгляд, полный отчаяния и злобы, скользнул по мне с нескрываемой брезгливостью. Она горько усмехнулась, обращаясь к подруге:

- Смотри, кажется, девчонка еще не отошла от сонного зелья.

Сонное зелье? Я протерла глаза дрожащими руками, пытаясь прогнать мутную пелену.

- Не спускай на бедняжку всех собак, - заступилась за меня блондинка. - Она не виновата, что мы оказались в таком незавидном положении.

Медленно, но верно меня охватывала тревога.

- Как не спускать, Ксилара? - сильнее распылялась рыжая бестия, сжимая кулаки. - Ты разве не узнала ее? Это ведь Тесса - младшая дочка того проклятого мошенника, который обманывает бедных людей, продавая на рынке фальшивые обереги! Пусть трижды он будет неладен! Яблоко от яблони недалеко падает! Не разговаривай с ней!

Неприятные слова незнакомки укололи в самое сердце. Мой отец, действительно, зарабатывал на жизнь, продавая обереги, но он никогда не участвовал ни в каких махинациях.

- Вы что-то путаете, - я не собиралась слушать оскорбления в свой адрес. - Да, мой отец, может, и не святой, но он всегда старался помогать окружающим. Наш город загнивает без магии, и только обереги дают людям надежду.

- Святая наивность, - искренне изумилась рыжая. - Он продал твою жизнь смотрителю, а ты его еще и защищаешь?

Нет! Этого не может быть! Отец так бы не поступил со мной! Я будто пропустила удар под дых.

- Это наглая ложь! - меня трясло от возмущения.

- А как по-твоему ты здесь оказалась? - подлила масла в огонь светловолосая Ксилара. - Тебя, как и нас, напоили сонным зельем и увезли из дома в особняк смотрителя.

В голове вспыхнули последние воспоминания перед обмороком. Отец вызвал меня в гостиную на разговор. Он выглядел напряженным и непривычно хмурым, нервно барабанил пальцами по столу. А еще как-то странно смотрел на меня, не отрываясь. Мы обсудили ухудшающиеся дела в лавке. Город беднел на глазах, люди берегли последние медяки, а мерзкий смотритель по прозвищу Черный Змей требовал все больше налогов. Покупателей становилось меньше. Отец был на грани отчаяния. Он разлил по чашкам чай с непривычно горьковатым травяным вкусом. Я списала все на дешевую заварку, экономили на всем.

А потом лампы начали расплываться в яркие круги. Пол под ногами стал ватным. Голос отца доносился будто из глубокого колодца: «Прости… Прости, но Иветта… Она не сможет… Она моя любимая дочь… Я не могу ее отдать…»

Тьма нахлынула мягко и бесповоротно прямо там в гостиной на потертом ковре у семейного очага.

Неужели он незаметно подмешал мне сонное зелье в чай? Но зачем? И причем тут моя старшая сестра Иветта? Черный Змей хотел забрать ее? Почему тогда в темнице я, а не она?

Ледяная пустошь растекалась у меня внутри, вытесняя слабость и затмевая головную боль.

- Я очнулась от зелья самой первой и подслушала разговор стражников, - сжалилась надо мной Ксилара. - Твой отец обманул какого-то важного господина. Чтобы избежать суда, он влез в крупные долги и заключил сделку с Черным Змеем.

Взял у него большую толику магии, чтобы замять свой провал с оберегом. А в уплату отдал твою жизнь.

Я замотала головой, не желая верить в предательство. Мы же были одной семьей. Мама Алания всегда такая нежная… Сестра Иветта пусть и капризная, но все же родная кровь… Почему никто не заступился за меня?

- Они не могли, - выдохнула я, чувствуя, как слезы встают поперек горла. - Я всегда слушалась. Никогда не грубила. Работала с утра до ночи. А когда Иветту прокляли, согласилась забрать проклятье на себя. А что же в итоге? Родители подписали мне смертный приговор? Я же их дочь!

- А я была единственной дочерью угольщика, - не выдержала рыжая, закатив глаза. - А Ксилара дочерью портнихи, которая не смогла заплатить Змею за магию от пожара. Здесь всем есть за что любить своих родителей. Но они нас сдали, как скот.

- Лариона, успокойся. Давайте не будем ссориться хотя бы между собой, - призвала к голосу разума Ксилара. - Мы сейчас находимся в одной лодке. Тесса, ты должна знать кое-что еще. Черный Змей готовит какой-то ритуал. В полночь он принесет нас троих в жертву на магическом алтаре.

- Если бы не владыка драконов, мы бы и от сонного зелья не успели очнуться, - мрачно добавила рыжая Лариона.

Я ошарашено захлопала ресницами. Владыка драконов здесь? В Скалистой Бухте? Что он забыл в такой дыре?

О могущественном и опасном хозяине Ледяных Шпилей я знала лишь по слухам. Его все боялись и уважали, но в живую никто не встречал. Кайлайн славился холодным нравом, бесстрашием и непобедимостью. Говорили, что он умел превращать своих врагов в пепел одним лишь взглядом.

- Черный Змей устроил в своем особняке бал в честь неожиданного приезда владыки драконов, поэтому ритуал перенесли, - поведала мне Ксилара. - Слышишь сверху торжественную музыку? Как только она затихнет, нам всем конец.

Я прижала руки к лицу, ощущая ледяные пальцы на горячей коже. Мир рушился. Вся моя прежняя жизнь - трудная, бедная, но наполненная запахом материнских пирогов, смехом сестры и вечными причитаниями отца о деньгах, оказалась хрупкой ложью. Меня обменяли, как мешок муки. Как поддельный оберег.

- Сколько у нас есть времени? - спросила я, нервно перебирая пальцами подол платья.

- Уже нисколько, - мрачно отозвалась Лариона, кивнув на потолок темницы. - Мы опоздали. Уже ничего не изменить.

Музыка, действительно, стихла, а в коридоре послышались голоса приближающихся стражников. Они шли за нами! Это означало лишь одно - Черный Змей решил убить купленных пленниц прямо сейчас!

Стражники в кожаных доспехах окинули нас хмурыми взглядами через решетку и велели сидеть тихо, как мыши, и не привлекать внимание, пока гости смотрителя не разъедутся. В случае неповиновения нам пообещали долгую и мучительную смерть. А затем они ушли!

- Удача похоже на нашей стороне, - облегченно выдохнула напряженная Ксилара, которая, судя по всему, уже успела мысленно попрощаться с жизнью.

- Решетка заперта на засов, - заметила Лариона. - Окон нет. Рано радоваться.

Я внимательно осмотрела темницу и нашла около потолка узкий лаз на другую сторону.

- Слишком высоко, не дотянемся, - покачала головой Ксилара на мое предложение.

- Прости, Тесса, но мои бедра туда точно не протиснутся, - отказалась Лариона.

- Нужно попробовать, - настояла я. - Какой у нас выбор? Мы справимся, только подсадите меня.

Девушки недоуменно переглянулись, а затем все-таки помогли мне забраться в лаз.

Грубый камень скреб кожу через тонкую ткань платья, сырая штукатурка осыпалась за воротник. Я двигалась осторожно, затаив дыхание, отталкиваясь локтями и коленями, чувствуя, как кости ныли от непривычного давления. На полпути мое тело застряло, бедра уперлись в какой-то выступ. Паника захватила мысли.

Я зажмурилась, представив не праздничный зал над головой, а лицо отца, наливающего чай. Его глаза. В них была не просто вина. Была решимость. Он уже тогда выбрал, кто выживет, а кто станет разменной монетой.

- Не сейчас, - прошептала я себе сквозь стиснутые зубы. - Паниковать, Тесса, будешь потом. Если, конечно, останешься жива.

Я выдохнула, втянула живот, извиваясь, будто угорь, почувствовала, как ткань рвется, а кожа сдирается, но преграда уступила.

Еще одно отчаянное движение - и я вывалилась с другой стороны, больно приземлившись на каменные плиты пустого подсобного помещения. На секунду мир опять поплыл от боли и адреналина.

Я вскочила, не обращая внимания на ссадины, и со скрежетом, от которого заныли зубы, отодвинула засов темницы. Решетка с тихим стоном открылась. Мои «помощницы» выскользнули наружу, их глаза блестели в полумраке лихорадочной надеждой.

- Тихо, - скомандовала Лариона, ставшая негласным лидером. - Идите за мной. Я слышала, как они вели нас сюда. Выход должен быть на востоке.

Коридор оказался длинным, темным и душным, несмотря на холод, что висел в воздухе. Где-то высоко над каменными сводами, приглушенно, как из другого мира, звучал смех и звон бокалов.

Влага сочилась по стенам. Под ногами хлюпала стоячая вода, а паутина, как траурная вуаль, цеплялась за лицо и волосы. Я шла последней, обхватив себя руками и стараясь не стучать зубами. Мое лучшее платье превратилось в грязное тряпье.

Мы прошли мимо ниши, где у круглого стола дремал стражник в простой кожаной кирасе. На столе стояла полупустая кружка, а из его открытого рта вырывался храп. Сердце заколотилось так громко, что мне показалось, оно разбудит весь особняк. Но мы проскользнули мимо, как тени.

И вот оно - обещание свободы. Небольшая, окованная железом дверь в конце коридора. За ней - ночь, холодный воздух, а не эта сырая могила.

Лариона осторожно нажала на скобу. Дверь подалась с тихим, благословенным скрипом.

Внезапно Ксилара неловко задела ногой забытое у стены ржавое ведро. Грохот в гулкой тишине коридора прозвучал, как удар гонга. Все замерли. Храп стражника прервался. Он крякнул, что-то пробормотал сквозь сон.

В глазах двух девушек мелькнула одинаковая мысль. Их взгляды встретились, а затем, как по команде, синхронно упали на меня. И в них не было ни капли благодарности или товарищества. Только холодный расчет.

- Прости, - лицо Ксилары, казавшееся раньше устало-добрым, исказилось гримасой выживания любой ценой.

Она резко со всей силы толкнула меня в грудь. Я отлетела назад, споткнулась о неровность пола и рухнула на колени, ударившись локтем о камень. Боль пронзила сустав.

Лариона уже выбежала в открытую дверь. Ксилара метнулась за ней.

- Что вы делаете? Какого черта?! - закричала я им вслед, пытаясь подняться.

- Кто-то должен задержать стражников! - бросила Ксилара ядовито без тени сожаления. - Спасибо за помощь, Тесса. Послужи нам и в последний раз.

Предательство обожгло сильнее, чем холодный камень.

- Вы использовали меня! - голос сорвался на крик, в котором плескались ярость и отчаяние. - Вы пожалеете об этом!

- Не в этой жизни, дорогая! Удачи на жертвоприношении! - донесся с улицы голос Ларионы с примесью триумфа и презрения.

Она дернула тяжелую дверь на себя. Снаружи раздался громкий лязг блокирующего засова. Щель под дверью исчезла, поглотив лунный свет. Они заперли меня.

Проснувшийся стражник приближался.

- Я выберусь и обязательно отомщу! - в глубине души тлеющее непокорство вспыхнуло с новой силой. - Отцу, который выбрал Иветту. Двум стервам, что отняли у меня шанс на спасение. Черном Змею, что пировал на костях невинных жертв.

Я дала себе клятву и собиралась выполнить ее любой ценой.

Дорогие читатели!
Давайте познакомимся с персонажами.
Вот так выглядит наша главная героиня Тесса:

​​​​​​​Добро пожаловать в мою новую историю. Приятного чтения!

Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди и ускакать прочь. Во мне рокотала ярость и злость. Сама справлюсь! Умирать без боя в мои планы точно не входило.

Я метнулась назад: не в сторону тупика с дверью, а в противоположный конец коридора, где царила кромешная тьма. Нужно было найти другой путь на свободу. Пальцы нащупали узкую лестницу, вырубленную в толще камня. Она вела в жилое крыло особняка. Лучше, чем ничего, хоть и опасно.

Я выбралась в небольшое помещение, похожее на кладовку для утвари, где хранились ведра, швабры и тряпки. Запах сырости сменился ароматом воска, цветов и жареного мяса. Из глубины души поднималась волна жгучего негодования. В то время, как люди в городе жили впроголодь, Змей купался в роскоши.

Осторожно приоткрыв дверь на щелочку, я увидела коридор. Настоящий, богатый. На стенах, обитых темно-бордовым штофом, в золоченых рамах висели пейзажи с живописными высокогорными долинами. На полу тянулся длинный ковер, заглушавший шаги. В керамических кадках цвели невиданные растения с мясистыми листьями и яркими, как язычки пламени, цветами. Их сладковатый аромат назойливо щекотал нос.

Я украдкой выглянула в высокое окно, украшенное витражом. Внутренний двор особняка был залит светом факелов и магических шаров, парящих в воздухе. Дамы в бальных платьях из шелка и парчи гуляли под ночным небом. Кавалеры в строгих камзолах общались небольшими группами. Но больше всего меня поразили странные маски на лицах гостей из высшего общества: птичьи клювы, морды зверей, изящные полумаски, усыпанные блестками. Лицемеры! Они улыбались в глаза и поливали друг друга грязью за спинами.

Мой взгляд упал на служебную тележку, оставленную у стены. На ней грудой лежали использованные салфетки, несколько пустых бокалов, маска из серых перьев и бальное платье нежно-серебристого цвета, сшитое, судя по всему, из дорогого атласа. На его подоле отчетливо выделялось небольшое винное пятно.

Безумный план сложился в голове мгновенно: переодеться, слиться с толпой, в суматохе бала, скрыв лицо под маской, сбежать из особняка.

Я схватила чужое платье и проскользнула в ближайшую приоткрытую дверь.

Это оказался просторный кабинет смотрителя. За массивным письменным столом, сделанным из какой-то черной отполированной до зеркального блеска древесины, могло бы разместиться человек пять. На стенах висели карты с непонятными символами и полки с толстыми фолиантами в кожаных переплетах. В камине, выложенном черным мрамором, тихо потрескивали дрова, отгоняя ночной холод. В воздухе висел терпкий запах дорогого табака. Змей не скупился на удовольствия.

Мысли путались от страха и странного, щекочущего нервы возбуждения. Я очутилась в самом сердце логова, но иного пути не было.

Я стянула с себя порванное платье с незабудками и натянула серебристое. Оно оказалось немного великовато в талии и едва прикрывало ягодицы.

Я пригладила пальцами спутанные волосы, вытерла рукой грязь с лица, а затем надела маску. Все шло точно, как и планировалось.

Неожиданно в коридоре послышались приближающиеся к двери кабинета мужские голоса: один принадлежал хозяину особняка, а второй знакомому по темнице стражнику.

Я рванула к дубовому шкафу в углу, на ходу подхватив свои старые лохмотья. Внутри висели несколько дорогих плащей и мантий. Я втиснулась между ними, затаив дыхание. Адреналин пульсировал в висках, заставляя сердце биться быстрее.

- Что значит сбежали?! - грозно рявкнул смотритель, ворвавшись в кабинет, словно ураган.

Я нервно прикусила губу, стараясь слиться со стеной. Значит, они уже узнали о побеге. В голову не приходило ни одной здравой идеи, что делать дальше.

- Простите, господин, - виновато пискнул стражник. Он явно боялся смотрителя. - Мы скоро найдем их. Девушки не могли далеко уйти.

Это точно! Я стояла буквально в двух метрах от них ни жива, ни мертва. Страх проникал в каждую клеточку моего тела. Было страшно даже представить, что со мной сделают, если обнаружат в шкафу.

- Дьявол! - яростно выругался смотритель, ударив кулаком по столу. - Если они начнут болтать или, не дай бог, выбегут к гостям, нам не избежать проблем. Возьми своих лучших ребят, заприте все ворота, приставьте охрану. Ни одна живая душа не должна покинуть особняк без моего разрешения. А если снова подведешь, я лично переломаю тебе все кости.

По спине от ужаса побежали колючие мурашки. Да что он за изверг такой?! Сначала забрал из дома трех девушек для жертвоприношения, а теперь угрожал своим же людям? Неужели Змей был настолько могущественен, что мог без оглядки делать что вздумается?

- А как быть с владыкой драконов? - нервно поинтересовался стражник. - Если он что-то заподозрит…

- Отвлеките его чем-нибудь, - хмуро отозвался смотритель. - Кайлайн неспроста приехал в город. Ему что-то нужно. Мы должны вести себя крайне осторожно.

Я впитывала информацию, как губка. Владыка драконов прибыл в Скалистую Бухту с какой-то конкретной целью? Мозг пытался решить эту головоломку, но ничего не выходило. В нашем городе попросту не было ничего значимого или ценного: ни древних построек, ни каких-то выдающихся людей, ни магических артефактов.

Дверь снова тихо скрипнула. Они ушли? Или кто-то пришел? В маленькую щель я видела лишь полоску комнаты: край камина, часть огромного стола и ковер.

- Добрый вечер, господин смотритель. Я бы хотел поговорить с вами наедине.

В глубине души что-то екнуло. Этот голос…Он был бархатным, низким, и в каждом слове таилась такая неоспоримая сила, перед которой меркло все, даже властность Змея.

Неповторимый тембр будоражил кровь, заставлял забыть о страхе и жадно вслушиваться в каждое звучание.

Смотритель вздрогнул, как от прикосновения раскаленного железа, и резко обернулся. Вся его напускная важность мгновенно испарилась, сменившись подобострастной, почти панической угодливостью.

Стражник, получив указания, скрылся в коридоре.

- Владыка Кайлайн! - Змей склонился в низком неестественном поклоне. - Ваше присутствие в нашем скромном городе - величайшая честь! Я полностью к вашим услугам. Смею спросить: с какой целью вы прибыли в Скалистую Бухту?

Я не верила собственным ушам. Владыка драконов стоял в нескольких шагах от меня! От простой смертной!

Мое сердце, только что колотящееся от страха, теперь бешено стучало от запретного любопытства. Мне отчаянно хотелось раздвинуть створки шкафа и лично взглянуть на объект мечтаний всех девушек. Увидеть того, о ком говорили шепотом, чьего имени боялись произносить вслух. Он манил, как огонь мотылька.

- Кого вы прячете в шкафу? - неожиданно перевел тему дракон.

Я оцепенела. Ледяная волна ужаса смыла все: и любопытство, и надежду, и даже страх. Осталась лишь абсолютная парализующая пустота.

Как он узнал? Должно быть, в суете я зацепила край ковра, когда втискивалась в укрытие.

Эта роковая ошибка сулила мне огромные проблемы.

Безвыходное смятение заставило меня отпрянуть в глубину шкафа. Спиной я наткнулась на твердую панель, которая поддалась с тихим щелчком. Открылось потайное отделение.

В крошечном отсеке, освещенном тусклым светом из щели двери, на бархатной подушке лежала необычная сфера из идеально гладкого и черного, как сама ночь, обсидиана. По размеру, примерно, с куриное яйцо. Глубоко внутри нее, будто в заточении, пульсировал багрово-фиолетовый огонь, напоминающий загустевшую кровь или тлеющий уголек в пепле. Ритм был медленным, тяжелым, как биение спящего сердца.

Одно случайное касание привело артефакт в действие. Я не успела среагировать, лишь вздрогнула, когда сфера безболезненно проникла под кожу в области груди. Кричать было нельзя.

Дрожащие пальцы нащупали едва уловимую, глухую пульсацию. Тот же ритм. Багрово-фиолетовое сердцебиение теперь билось во мне.

- Уверяю вас, великий владыка, в шкафу висят старые плащи и документы! Я бы не посмел никого скрывать от вас, - голос смотрителя звучал неестественно высоко, в нем слышалось напряжение.

Я мгновенно нахмурилась, догадавшись, что Змей не желал показывать свой тайник дракону. А потому в душе теплилась слабая надежда, что меня не найдут. Мысли о слиянии с артефактом приходилось гнать от себя подальше. Сейчас не время!

- Оранжерея! - почти выкрикнул Змей, пытаясь перевести тему. - У меня есть редчайшие травы, собранные у подножия Плачущих Утесов! Их аромат… он способен прояснить ум! Позвольте показать вам, это куда интереснее пыльного шкафа!

Наступила пауза. Я замерла, прижав ладонь к груди, чувствуя под ней чужеродный ритм. Мое собственное сердце колотилось в унисон с ним, создавая жуткую диссонирующую симфонию.

Судя по всему, Кайлайн согласился, посчитав невежливым обвинять хозяина особняка без особых на то причин. Шаги затихли, удаляясь. Дверь кабинета закрылась. Пронесло!

На ватных ногах я выползла из шкафа и бросилась к зеркалу над камином. Нужно было срочно вытащить из меня артефакт смотрителя, пока не стало слишком поздно. Вот только на ровной коже не было ни царапинки, ни малейшего следа от проникновения инородного тела. Отец объяснял мне, как работают магические предметы, но никогда не говорил, что они могут соединяться с живым человеком. Страх отступил. Возможно, весь адреналин и потрясения уже исчерпали мою способность бояться по-настоящему.

Я старалась не думать о последствиях, хотя понимала, что кражу быстро обнаружат. Меня будут искать уже не как сбежавшую пленницу, а как воровку.

Мне нужно было бежать, но теперь уже не просто из особняка, а из города.

Я глубоко вдохнула, придала лицу безразличное, слегка скучающее выражение, которое видела у дам в окне, затем, убедившись, что путь открыт, осторожно выскользнула из кабинета и смешалась с толпой.

Ночной воздух оказался холодным и трезвящим, но он не принес облегчения. У главных ворот, освещенных колеблющимся светом факелов, стояла двойная цепь стражников. Не сонных подвальных надсмотрщиков, а бдительных и злых солдат в хорошо подогнанных кирасах с эмблемой Змея. Они вглядывались в лица гостей, заглядывали внутрь экипажей, держа руки на рукоятях мечей.

Паника снова попыталась затуманить рассудок, но ее тут же подавила та самая холодная ярость, что возникла в подвале. Сфера пульсировала чуть сильнее, будто реагируя на опасность.

Взгляд скользнул по веренице карет, ожидающих своих хозяев. Роскошные лакированные экипажи с гербами и более скромные повозки стояли у главных ворот. Среди них сновали слуги, кучера и еще больше стражников. Они методично обходили каждый экипаж, заглядывая под сиденья, тыкая копьями в мягкую обивку.

Отчаяние затягивало, как трясина. Меня могло выдать что угодно: дрожь, слишком простое платье с пятном, отсутствие спутника.

Под страхом смерти я решилась на отчаянный поступок.

Губы, растянутые в светской улыбке, застыли на моем лице. Я кивала в ответ на приветствия расходящихся гостей, не замедляя шаг. Голова гудела от напряжения, а под тканью чужого платья сердце колотилось, как пойманная птица. Каждый взгляд, брошенный в мою сторону, казался разоблачающим. «Самозванка», - шептало мне каждое зеркало в золоченых рамах, мимо которых я проходила.

- Это же мое платье! Кто эта наглая девица? - донесся из толпы возмущенный женский голос.

Кровь ударила в виски. Адреналин придал ногам нечеловеческую легкость. Я почти побежала, изящно, как мне казалось, лавируя между группами гостей, но по сути - просто спасаясь. Мой путь лежал к темной аллее, где рядами стояли кареты.

Выбор пал на небольшую карету темно-зеленого цвета без броских гербов. Сзади располагался не просто привязанный сундук, а целый багажный отсек, состоящий из деревянного ящика, встроенного в корпус, с откидной крышкой. Закутанный в дорожный плащ кучер дремал на облучке в ожидании своего господина.

Без единой мысли на чистом инстинкте я рванула вперед. Уж очень хотелось жить.

В трех метрах от желанной цели из-за угла особняка появился стражник. Я чуть не поседела от страха, но все же опустила голову и неуверенной походкой прошла мимо него. Блеф сработал, и мы разошлись в разные стороны.

Оглянувшись по сторонам и не увидев никого в непосредственной близости, я подбежала к задней части кареты. Защелка на крышке отсека поддалась с легким щелчком. Внутри пахло сеном, кожей и чем-то горьковатым, пряным. Места было в обрез, пришлось поджимать ноги к груди, сворачиваться калачиком и дышать через раз.

Через деревянные стенки багажа доносились все ближайшие звуки: смех, прощания, цокот копыт, тяжелые размеренные шаги и голоса. Они подходили все ближе.

- Эту карету еще не проверяли, - сказал с улицы стражник своему товарищу. - Одна из девок могла спрятаться в багажном отсеке. Убедись, что там никого нет.

Я сильно зажмурилась, будто меня бы это спасло.

- Что вы делаете?! - от ледяного тона владыки драконов у меня по коже побежали мурашки.

- Господин, на территорию особняка пробрался посторонний, - трусливо солгал стражник. - По протоколу безопасности…

Он не договорил.

- Не будьте глупцами, - резко, почти шипя, перебил Змей. - Какой безумец посмеет прятаться в карете самого Владыки Ледяных Шпилей? Это равносильно добровольному приговору к самой мучительной смерти. Эту карету не трогать! Вы слышали? Не трогать!

Мое дыхание, которое я задерживала, вырвалось наружу с тихим сдавленным стоном. Не от облегчения. От запоздалого осознания. Среди десятков экипажей, стоявших у особняка, я выбрала именно карету Кайлайна. Ни один безумец не посмеет, значит? А я взяла и посмела! И где только храбрости нашла?

От перенапряжения у меня закружилась голова. Стало даже как-то смешно: младшая дочь торговца поддельных оберегов с таинственным артефактом в груди не иначе как сошла с ума, выбрав самый опасный путь к спасению. Который, возможно, и спасением-то не был. Город стал клеткой, а охотники уже спустили псов.

К счастью, приказ Змея работал. Карету не обыскивали. Вот только легче от этого не становилось. В голове вспыхивали все новые и новые вопросы, подбрасывая поленья дров в костер моей тревоги. Куда мы поедем? Как выбираться? Что делать, если дракон лично откроет багажный отсек? Что делать потом? Куда бежать?

Через некоторое время карета тронулась, послышался скрип дерева и лязг упряжи. Я выбралась из-под власти Змея, но попала прямиком в пасть к дракону. Ирония судьбы была столь горькой, что я тихо, совсем тихо, рассмеялась в темноте, покачиваясь в такт движению. Смеялась над своим отцом, над предавшими меня девушками, над самой собой. По-другому мозг не справлялся с пережитым ужасом.

Мы ехали двадцать долгих минут, которые показались мне вечностью. Каждая клеточка тела в полной мере оценила количество ям на дороге. Сперва нос уловил знакомый соленый ветер с моря, затем душок рыбных рядов, сменившийся запахом дешевого угля и сырой древесины окраин. Судя по траектории движения, карета направлялась на задворки города, где находились частные гостевые дома.

Когда мы остановились, сердце ушло в пятки. Время пришло. Я осторожно миллиметр за миллиметром приоткрыла крышку своего убежища, создав тонкую щель. Перед крыльцом двухэтажного дома из темного камня в ухоженном палисаднике росли белые розы с крупными бутонами. Умопомрачительный аромат стоял на всю округу.

Когда Кайлайн вышел из кареты, я потеряла дар речи и могла лишь восхищенно хлопать ресницами. Люди не соврали! Дракон выглядел как само совершенство. Не просто высокий - на голову, а то и две, выше самых рослых дровосеков в порту.

Широкие плечи, мощная спина, подчеркнутая идеальным кроем дорогого темно-синего плаща. Ровная осанка выдавала непоколебимую уверенность в себе.

Когда он повернул голову, я с затаенным дыханием разглядела лицо. Резкое, высеченное будто не из плоти, а из обледеневшего мрамора. Прямой нос, впалые щеки, выдающие не худобу, а сосредоточенную силу, острый подбородок. Черные, чуть взъерошенные волосы до плеч, и прядь, непокорно падающая на лоб. А глаза… Боги, эти глаза. Даже в тусклом свете фонарей они светились холодным чистым золотом, как монеты на солнце. Густые ресницы, насупленные брови. На длинных пальцах изящных рук красовались массивные, но не кричащие перстни с темными камнями. В нем издалека чувствовалась сила, власть и могущество.

Мгновенная, чисто физическая мысль пронзила мозг: в такого влюбиться - раз плюнуть. Смотреть бы и смотреть. Но тут же, как ледяная вода, хлынуло воспоминание. Я забрала на себя проклятье безответной страсти у сестры Иветты, и теперь любовь была для меня под запретом. От любого намека на романтические чувства в мое сердце вонзались костяные шипы, принося адскую и мучительную боль. Сближение хоть с кем-то могло убить меня, поэтому я держалась последние два года в стороне от противоположного пола.

Тем временем Кайлайна встретили двое вооруженных помощников: мужчина и женщина в практичной одежде наемников. Воины, а не слуги.

Статная женщина с умным лицом, хитрыми глазами и черными волосами, собранными в тугой пучок, шагнула вперед.

- Владыка, - ее голос был низким и четким. - Нашли что-нибудь в логове Змея?

Дракон скривил губы в явном недовольстве.

- Наводка оказалась пустышкой, - в воздухе повисли стальные нотки. - Я проверил все, что мог, не привлекая лишнего внимания. В особняке нет ни малейшего следа Бездны. Артефакт либо хорошо спрятан, либо находится где-то в другом месте.

Так вот зачем что он прибыл в Скалистую Бухту! Он искал сферу, которая теперь тикала у меня в груди! Попала так попала!

- Возвращаемся в Шпили, владыка? - спросил мужчина. Его взгляд, острый как клинок, скользнул по окрестностям.

- Да, - Кайлайн устало вздохнул и поднял золотые глаза к ночному небу, вглядываясь в невидимые звезды. - У меня такое странное ощущение, будто Бездна совсем рядом. Будто я прошел мимо, но не разглядел.

Да что ж такое-то? Он всевидящий что ли? Сначала в шкафу верно почувствовал какое-то присутствие, потом и о сфере правильно догадался.

Меня затрясло. Непроизвольная дрожь пробежала по спине, и я случайно дернулась в тесном пространстве. Старое дерево ящика подо мной предательски скрипнуло.

Глаза дракона метнулись в сторону кареты. Взгляд его помощника стал пристальным, как у охотничьей собаки, учуявшей дичь.

- Что там, Визарий? - равнодушно поинтересовался владыка.

Я даже не успела закрыть крышку. Рука в кожаной перчатке впилась в край ящика и с силой рванула его на себя. Свет фонарей ударил мне в лицо, ослепив.

Визарий не нежничал. Он грубо вытащил меня из укрытия и толкнул к дракону. Не удержавшись на ногах, я больно приземлилась на холодные камни у самых начищенных сапог Кайлайна.

Я была готова на что угодно: на крики, на допрос, на немедленную расправу. Но только не на то, что произошло. Владыка Кайлайн, чьего одного взгляда, как говорили, хватало, чтобы свести с ума, наклонился ко мне и протянул руку. Не для удара. Чтобы помочь мне подняться.

Разум отказывался верить в добрую волю дракона. Ходили слухи, что он жесток, равнодушен и безжалостен, но на деле передо мной стоял вполне образцовый мужчина. Я выглядела грязной, испуганной, пахла сеном и пылью, а он… Он был воплощением могущества и невозмутимости.

Когда я неуверенно подала дракону свою руку, его пальцы ловко обхватили мою ладонь. Прикосновение оказалось неожиданно теплым, а не ледяным, как мне представлялось.

Кайлайн поднял меня с земли легко, будто пушинку. Мне стало дико неловко. Я отряхнула испачканное платье, не смея поднять на него глаза. Казалось, если посмотрю в эти золотые глубины, то просто растворюсь.

- Владыка, будьте осторожны, - выступила вперед помощница дракона, словно собиралась в любой момент броситься на защиту своего господина. - Вдруг она наемница? Ее могли подослать убить вас.

Я чуть не фыркнула в голос от абсурда. Она хоть видела наемниц когда-нибудь? Вряд ли они выходили на дело в вечерних платьях.

- Хочешь убить меня? - спокойно обратился ко мне Кайлайн и сразу на «ты».

Ну, конечно, для него я была всего лишь мелким, ничего не значащим жучком в огромном мире.

У меня предательски задрожали колени. Побледнев, как полотно, я отрицательно замотала головой. Даже думать не хотелось, что со мной бы сделали, будь у меня такие планы.

- Знаешь, кто я? - продолжил допытываться дракон.

Пришлось утвердительно кивнуть.

- Тебя послал шпионить за мной Черный Змей? - стальные нотки в голосе дракона связывали меня по рукам и ногам.

Я снова покачала головой, стиснув зубы. Боялась открыть рот, чтобы не вырвалось что-нибудь не то, какая-нибудь глупая мольба или, что хуже, правда.

- Тогда что ты делала в моей карете? - вопрос повис в ночном воздухе, словно гвозди, забивающиеся в крышку моего гроба.

Я попыталась ответить, но голос сорвался на жалкий писк.

- Пряталась…

Я почувствовала себя полной дурой. Излишняя робость и волнение сделали меня в глазах дракона слабой и беспомощной. Мне же хотелось держаться наравне с владыкой, но как-то не сильно получалось.

Золотые глаза сузились. На губах дракона появилась тень, отдаленно напоминающая насмешку.

- Любите прятки, леди? - голос Кайлайна стал тише, интимнее, отчего по спине пробежали странные мурашки. - Я почувствовал шлейф ваших духов в кабинете смотрителя. Персик и… что-то еще, простое, но стойкое. Потом тот же аромат у моей кареты. Совпадение?

Вот же черт! Неужели он все знал, но все равно позволил мне покинуть особняк смотрителя в багажном отсеке своей кареты? Но зачем? Почему? Мне захотелось провалиться сквозь землю и больше никогда не испытывать такого унизительного стыда.

Дракон ожидал ответа. Но что я могла ему сказать? Что отец несправедливо продал мою жизнь смотрителю? Что меня готовили к жертвоприношению на алтаре? Что побег вышел из-под контроля? Они бы сразу вернули меня назад Змею. Говорить правду было нельзя. Поэтому мозг, отчаянно ища выход, выдал первую же пришедшую в голову нелепость.

- Мне бал не понравился! - выпалила я откровенную ложь на одном дыхании. - Скучно стало! Вот я и решила устроить сюрприз своему возлюбленному графу Эдгару, но случайно перепутала кареты. Это глупое недоразумение, поверьте. Да и наемница из меня никудышная. Я ведь местная, меня в Скалистой Бухте все знают. Прошу, отпустите. Обещаю больше никогда не попадаться вам на глаза.

Я назвала первое мужское имя, которое пришло на ум: имя старого толстого графа, иногда заходившего в лавку отца и вечно ворчащего на цены. Надеялась, что новоприбывший в город владыка не почует подвоха.

Кайлайн смотрел на меня и многозначительно молчал. Казалось, он не столько слушал слова, сколько изучал мое поведение. Я уже мысленно представляла, как отправлюсь за городские ворота в поисках нового дома. Вот только дракон не спешил меня отпускать.

- Как тебя зовут? - прямо спросил он.

- Тесса, - прошептала я, не зная, как себя вести в присутствии столь важного господина.

Дракон задумчиво окинул меня взглядом с ног до головы и задержался на груди, прямо там, где под кожей пульсировала жуткая сфера.

- Что-то с тобой явно не так, - тихо констатировал Кайлайн больше для себя, чем для меня.

Он сделал шаг вперед, сократив дистанцию между нами до нуля, и наклонился так близко, что его черные волосы коснулись моего плеча. Я почувствовала теплое дыхание дракона на своей шее возле уха. Он будто принюхивался, как зверь.

В моей голове, спутанной страхом и головокружительной близостью, пронеслась безумная мысль: наверное, такое у драконов прощание. Нужно ответить тем же.

И прежде чем сознание успело меня остановить, я сама наклонилась к Кайлайну. Совсем чуть-чуть. И принюхалась в ответ к его шее возле ворота плаща.

Запах… Боги. Это было нечто неописуемое. Холодный воздух высокогорья, дым далекого костра на снегу, тончайший аромат дорогого мыла и что-то еще, глубинное, дикое, мощное - сама суть камня, льда и древней силы. От этого запаха кружилась голова, но кружилась приятно, дурманяще.

Опасная близость меня почему-то совершенно не смутила. Но ровно до тех пор, пока я не увидела через плечо дракона изумленно лицо Визария. Он смотрел на меня, как на умалишенную, и крутил пальцем у виска. Женщина тоже стояла с открытым ртом и явно не понимала, какая муха меня укусила.

И только тогда до моего утомленного мозга дошел весь ужас сложившейся ситуации. Я бесцеремонно обнюхала неприкосновенного владыку драконов!

И катастрофические последствия необдуманного поступка не заставили себя долго ждать!