Сделка с дьяволом

Будущее

Финикс, штат Аризона

Джин

Я выбежала на улицу босиком, в одном коротеньком платьице, тогда как на улице уже моросил мелкий дождь. Прямо около дома стояла машина Ретта на которой мы приехали. Дверь была открыта, ключи находились на приборной панели. Видимо, охранник собирался отогнать ее в гараж, но куда-то запропастился. Не думая ни минуты, я села в машину и стартанула с места. Думаю, визг резины возвестил всех в округе, что местная рабыня Джин Грейсон решила сбежать от своего мучителя. Ворота еще не были закрыты, поэтому я со скоростью пули выехала из двора дома, оставляя всех охранников стоять с открытыми ртами.

Дом Ретта находился на самом краю города, поэтому я тут же свернула на трассу. Меня трясло словно наркомана, а из глаз не переставали литься слезы. Мне хватило буквально пяти минут, чтобы доехать до местного моста. Увидев прямо на дороге большую собаку, я среагировала чисто инстинктивно. Животное побежало дальше, тогда как я крутанула руль вбок. Естественно, я не справилась с управлением и машина, протаранив ограждение, слетела с моста. «О, черт» — мелькнуло у меня в голове, пока я летела вниз. Удар об воду сделал свое дело — по лобовому стеклу машины пошла трещина. Пока я приходила в себя, вода с ужасающей быстротой поднималась в салоне, угрожая затопить все внутри. В панике оглядевшись, я стала дергать ремень, но его как назло заклинило. — Ну давай же! — крикнула я, дергая этот несчастный ремень.             Вода уже дошла мне до грудной клетки. Она была ледяная, пронизывающая ровно настолько, что пальцы на моих ногах стали неметь. Сердце в моей груди колотилось, как бешеное. Теперь мне грозила реальная опасность! Я судорожно старалась справиться с ремнем, но время было против меня. Вода дошла до моего рта, и я стала захлебываться, пытаясь вдохнуть еще немного воздуха. Когда я поняла, что сейчас у меня его не станет и вовсе, я вдохнула как можно глубже. Именно в этот момент я оказалась полностью под водой. Мои пальцы все еще старались освободить себя, но в голове уже мелькнула мысль, что это конец. Что сделает Ретт с моей семьей, когда меня не станет? Оставалось лишь надеяться на то, что он не сотворит с ними все то, о чем он мне сказал в доме. Потихоньку я перестала чувствовать свои пальцы. Все попытки освободиться прекратились. Вода стала заполнять мои легкие, причиняя мне нестерпимую боль, но затем все исчезло: боль, страдания, сожаления, ненависть, ярость — все ушло. Видимо, только таким способом я могу быть свободна... Мои глаза закрылись, и я отдалась потоку воды. Машина опускалась все ниже на самое дно, утягивая в свое царство мою мятежную душу и тело.

Настоящее

Ретт

На что готов пойти человек ради достижения собственной цели?  Я готов пойти на все. Сейчас, задавшись целью стать успешным политиком, я вынужден прибегнуть к шантажу. Хотя, с другой стороны, я бы не назвал подобную сделку шантажом. Это скорее взаимовыгодное сотрудничество. Когда моя бывшая жена при всех умудрилась опозорить меня, в публичном месте занявшись сексом с женщиной, я вынужден в кратчайшие сроки реабилитироваться в глазах общественности. Я решил найти человека, нуждающегося в деньгах, который отдал бы все лишь бы не оказаться в Конго в разобранном состоянии. Я нашел нескольких жестких должников, но один из них был в крайне тяжелом состоянии. Он связался не с теми людьми, сделав ставку не на ту лошадь. Идиот просрал все. И сейчас может пострадать не только он, но и его семья. Как мне доложили у него три прекрасных молодых девчушки. Мне как раз нужна молоденькая, покладистая, красивая девочка, которая ходила бы со мной везде. Пусть играет в любящую жену, готовит еду, дает по первому моему слову. Общественность должна забыть тот казус и ослепиться красотой новой, счастливой семьей Грейсонов. Я готов вложить огромный капитал в эту семью, тем более что старшая дочурка мне очень приглянулась, вторые две оказались слишком молоды. Это выгодное вложение. Я нужен им.  Только я со своим состоянием и властью могу обеспечить семье Эванс безопасное будущее. Чем глава семейства должен отплатить мне? Конечно, старшей дочуркой.

Я назначил мужчине встречу в своем кабинете, и он пришел в нужное время. Я люблю пунктуальных людей, поэтому это уже плюс в его копилку. Мое время дорого стоит, а он не в том положении, чтобы я ставил его на дополнительный счетчик. — Как раз вовремя. Присаживайтесь, — я подошел к мужчине и пожал ему руку.

Далее я указал ему на кресло, стоящее напротив моего стола. Достав бутылку дорогого виски, я налил два стакана. В данном случае беседа должна проходить именно в подобном ключе, тем более от мужчины так разило отчаянием и перегаром, что казалось бы это будет неотъемлемой частью делового разговора. — Вы знаете кто я? — спокойно спросил я, ставя перед мужчиной стакан, а затем присаживаясь напротив него, уверенно посмотрел в его глаза. — Вас знают все, мистер Грейсон, — неуверенно произнес он, отпивая виски. — Ну что ж, тогда вам должно быть известно о недавнем инциденте с моей супругой, — я вопросительно взглянул на собеседника, а затем дождавшись подтверждающего кивка, я продолжил. – А теперь мне необходимо реабилитироваться в глазах общественности. — Но чего вы от меня хотите? Я разве похож на того, кто может вам помочь? Я сейчас в очень сложной ситуации, мистер Грейсон…, — мужчина начал отчаянно пытаться рассказать мне, но я ведь и так все знаю. — Не утруждайте себя, мистер Эванс, я все про вас знаю, — я перебил его, просто и без какого-либо сожаления. –  Но мы все равно можем друг другу помочь… Мужчина удивленно уставился на меня, не понимая к чему я клоню. Ну а я решил не томить его долгим ожиданием. — Мне нужна жена, а у вас, насколько мне известно, есть три дочери. На первых двух я совершенно не претендую. Не мой типаж, а вот ваша старшая… — я достаю из полки ее фотографию и кладу перед мужчиной. — Я предлагаю оплатить все долги. Предлагаю обеспечить вашу семью на пять лет, а затем оставить немного сбережений для толчка и самостоятельной жизни. Я гарантирую неприкосновенность всей вашей семье, но взамен Джин становится моей женой на пять лет. 

Я говорил совершенно серьезно, без малейшей тени улыбки. — С ней будет подписан контракт на пять лет со всеми требованиями и гарантиями. Все это мы сможем обсудить за ужином уже в присутствии Джин. — Вы предлагаете мне продать свою дочь? — с неким пренебрежением переспрашивает он, не веря своим ушам. — Я предлагаю вам сделку. В которой ваша дочь просто станет моей женой и думаю, я не такая уж плохая кандидатура. Со мной она будет в безопасности, обеспечена, будет жить в шикарном доме и будет получать все, что ей только захочется. Или вы предпочтете отдать своих дочерей на произвол судьбы? Но зная тех, кому вы должны, есть вероятность, что ваши дочери не доживут до двадцати пяти лет, — я пожал плечами, словно не сказал ничего такого ужасного.

Это была правда, и он должен понимать, что я в данном случае просто подарок судьбы. Мужчина задумался и, понимая всю суть, он снова пригубил виски.  Я молча наблюдал за ним, с каждой минутой видя на его лице то сомнение, то отчаяние, то в какой-то мере облегчение. Выход-то из ситуации есть, главное сделать небольшую жертву, и то, я бы не стал называть это жертвой. — Вы можете подумать, обсудить это со своей семьей, с Джинни. Если вы решите согласиться на мое предложение, а я думаю, для вас это будет идеальным вариантом, то позвоните мне и мы договоримся о встрече. Я допил остатки виски и поставил стакан на стол. На сегодня у меня было много дел, поэтому я поспешил оставить своего гостя и заняться делами. — Посидите, подумайте, допейте виски, а как соберетесь уходить моя секретарша вас проводит. Я, к сожалению, вынужден покинуть вас и заняться делами, — я натянуто улыбнулся мужчине и, вышел из кабинета.

Я дал задание Мэгги и вышел на парковку, где меня уже ждал мой водитель. Следующие два дня я был в заботах, в делах и совершенно не ожидал звонка. Я, честно сказать, и забыл об этом человеке. Мистер Эванс напомнил о себе своим согласием на мое предложение. Другого варианта развития событий я не ожидал, поэтому назвал ему место встречи и время. Это было на следующий день, поэтому сегодняшний день я со своим адвокатом сидел и составлял контракт, который завтра должна будет подписать моя будущая жена. На утро я проснулся в хорошем расположении духа, мое настроение было более чем воодушевляющим. Все дело в том, что все очередной раз шло по плану, а я это обожаю. В противном случае я готов был бы стереть с лица земли то или того, кто помешал мне в осуществлении целей. Я привел себя в порядок, сходил в душ, выбрал дорогой костюм и подходящие к нему аксессуары в виде кожаных часов с платиновым циферблатом. Я предпочитаю выглядеть на все сто, тем более, когда средства позволяют это. Вызвав водителя, я дождался его приезда, а затем сев в машину, назвал ему место, куда мы тотчас же отправились.

Войдя в ресторан, держа в руках заветную папку с контрактом, я огляделся. Поймав на себе взгляд мужчины и сидящей рядом с ним девушки, я еле заметно улыбнулся и направился к ним. — Доброго дня, — я пожал руку Лайонелу Эвансу, а затем глянул на его дочурку.

Наши взгляды встретились, и я немного улыбнулся. Пусть она и не сияла от радости, не улыбалась даже, но выглядела она хорошо. Плюс ко всему эти ее чистые голубые глаза заставили меня на какое-то мгновение застыть, утопая в них. Сев напротив них, я тут же достал документы и положил их на стол, но не раскрыл заветную папку. До этого момента мне еще раз необходимо переговорить с ними. Мой взгляд очередной раз коснулся лица девушки, и я ненароком вспомнил как она, находясь в клубе, в который я не помню даже как попал, отказала мне. На тот момент я не был сенатором, поэтому она могла меня и не запомнить, зато вот я ее вспомнил. — Рад, что мы решили друг другу помочь. У меня с собой контракт, который включает себя пункты, которым должна будет придерживаться Джин, а также то, что она и вся ваша семья будет получать взамен этому, — я глянул на мужчину, а затем вновь окинул взглядом свою новоиспеченную супругу. – Есть желание просто поговорить, пообедать вместе, узнать друг друга или сразу перейдем к делу? Мой вопрос был адресован будущей миссис Грейсон, ведь она тут, а значит она уже согласна на все, что бы спасти свою семью. Умное решение, куколка.

— Думаю, можно перейти сразу к делу.

Внимательно наблюдая за поведением девушки, точнее за его отсутствием, я был уверен в том, что она точно не спрыгнет. Джин уже готова была подписать контракт не зависимо от того, что в нем будет. Однако, она не была в восторге. Я ее не виню за это, но я чувствовал удовлетворение от того что теперь моей женой будет молоденькая девушка, которая будет делать все, что захочется мне. Пока я считаю ее выгодной инвестицией, тогда как об остальном покажет время. — Хорошо. Вот контракт, который может быть дополнен, — я достал из папки два экземпляра и один положил перед Джин.

Другой же дал почитать ее отцу. В контракте были указаны наши имена, места проживания, паспортные данные, а ниже список требований и правил. Содержание Контракта следующее:

ОСНОВНЫЕ УСЛОВИЯ: 1. Целью данного Контракта является предоставление Исполнителю и его семье погашения долга, обеспечение материального благосостояния на время действия Контракта, и при окончании срока выплата стартового капитала на дальнейшее беззаботное проживание собственной семьи. 2. Заказчик и Исполнитель соглашаются и подтверждают, что все действия, происходящие в рамках этого Контракта будут исполняться и являются обязательными к исполнению. 3. Заказчик и Исполнитель, обязуются придерживаться правил контракта без возражений. 4. Данный контракт является конфиденциальной информацией, любое разглашение недопустимо. ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН: 5. Заказчик обязуется нести ответственность за хорошее состояние и самочувствие Исполнителя, а так же предоставлять жилье, одежду, еду и денежные средства на любые нужды Исполнителя. 6. Если Исполнитель нарушит условия, установленные настоящим Контрактом, Заказчик имеет право расторгнуть Контракт и потребовать возврата всех денежных средств потраченных на Исполнителя в тот же день. 7. Исполнитель обязуется беспрекословно доставлять Заказчику то удовольствие, которое он требует, а так же без вопросов и сомнений соглашаться с его требованиями. ВСТУПЛЕНИЕ В СИЛУ И СРОК ДЕЙСТВИЯ 8. Контракт вступает в силу с момента подписания. 9. Контракт считается действительным в течении пяти лет. По истечению срока действия Контракта любая из сторон может предложить увеличить срок его действия. Если соглашение об увеличении срока действия не достигнуто, Контракт считается расторгнутым, и Стороны получают право жить независимо друг от друга. После расторжения контракта Заказчик предоставляет стартовый капитал семье Исполнителя в  размере 5 млн $, не вторгаясь в дальнейшее их существование, без права возврата денежных средств. ПРОЖИВАНИЕ И ОБЕСПЕЧЕНИЕ 10. Исполнитель становится супругом Заказчика, берет его фамилию, предоставляя себя в пользование на время действия настоящего Контракта, обязуется проживать в его доме и выполнять все требования. 11. Исполнитель имеет право попросить любую сумму денег на личные нужды, предварительно отчитавшись за них, а Заказчик безоговорочно обязан предоставить их. ЗАКАЗЧИК 12.1. Здоровье и безопасность Исполнителя являются  обязательным для Заказчика при любых обстоятельствах. 12.2. Заказчик принимает Исполнителя в полное владение, беря ее в жены, что бы контролировать, использовать ее по желанию в течении всего срока действия Контракта. 12.3. Заказчик обязуется брать с собой Исполнителя на публичные мероприятия, обеспечивая ей все необходимые для этого средства. 12.4. Заказчик имеет право наказывать Исполнителя, для того что бы она полностью осознавала свое подчинение и положение, а так же с целью предотвращения нежелательного поведения. 12.5. Заказчик имеет право потребовать физической близости от Исполнителя в любое время суток, а так же в любом месте и в любой форме. 12.6. Заказчик имеет право использовать дополнительные средства, приспособления, используемые при половых актах, содержать их в чистоте и в хорошем гигиеническом состоянии. 12.7. Заказчик имеет право связывать Исполнителя, надевать на нее наручники или ограничивать ее подвижность другими способами во время полового акта. 12.8. Заказчик обеспечивает комфортное проживание не только Исполнителю, но и всей его семье на время действия настоящего Контракта. ИСПОЛНИТЕЛЬ 12.9. Исполнитель обязуется подчиняться правилам, перечисленным в Контракте. 12.10. Исполнитель не имеет права отказать на любые сексуальные действия выбранные Заказчиком. 12.11. Исполнитель должна следить за своим здоровьем и при необходимости обращаться за медицинской помощью. 12.12. Исполнителю запрещается злоупотреблять спиртными напитками, не курить, не принимать наркотики и не подвергать себя неоправданному риску.  12.13. Исполнитель обязуется вести себя уважительно по отношению к Заказчику, выполнять все его требования. 12.14. Исполнитель обязуется выглядеть соответствующе своему статусу, не надевать вульгарных нарядов и не совершать поступков способных опозорить Заказчика. 12.15. Исполнитель запрещается вступать в сексуальные контакты с кем-либо, кроме Заказчика. Состоять в переписке с мужчинами и скрывать это от Заказчика. 12.16. Исполнитель обязуется отчитываться перед Заказчиком о всех своих местоположениях, а так же о всех с кем она контактирует в той или иной степени. 12.17. Исполнитель не имеет права лгать Заказчику, увиливать, утаивать какую-либо информацию, которая хоть в меньшей степени касается любого из пунктов Контракта. 12.18. Намеренное вызывание отвращения по отношению к себе Заказчика может быть воспринято, как попытка избежать исполнения пунктов Контракта, что ведет за собой полное его расторжение. 12.19. Исполнитель по первому звонку обязан назвать свое местоположение, а так же дождаться приезда Заказчика. 12.20. Исполнитель обязан посещать публичные мероприятия вместе с Заказчиком, улыбаться людям, быть на людях счастливой и любящей женщиной. 12.21. Заказчик имеет право потребовать участие Исполнителя в совместном досуге, времяпровождении, а тот не имеет права отказать. 12.22. Исполнитель обязан становиться на сторону Заказчика в любом споре с его участием. 12.23. Исполнитель обязуется принимать противозачаточные средства согласно предписанию. 12.24. В случае непредвиденной беременности Исполнитель обязуется выносить и родить плод. Заказчик обязуется участвовать в жизни ребенка, обеспечивать его и проводить с ним время, которое сочтет нужным. Малейшее нарушение вышеперечисленных требований ведет за собой немедленное наказание, характер которого определяется Заказчиком.

Пока семейство Эвансов читало содержание контракта, я поглядывал на реакции их обоих. Я постарался перечислить все пункты дабы наше дальнейшее сотрудничество не вызывало никаких вопросов. На некоторых пунктах брови белокурой красотки взметались к волосам, а на некоторых ее отец готов был провалиться сквозь землю. Я же просто уверенно наблюдал, понимая, что выхода у них нет. Я заказал себе чай с бергамотом и медленно потягивая горячий напиток, спокойно ожидал вердикта. Точнее согласия. Я деловой человек и предпочитаю быть готовым ко всему, просчитать все свои шаги, а также шаги своих противников, но в данном случае шаги своей новой супруги.

Джин

Я всегда любила свою семью и была готова сделать все, что угодно ради ее благополучия, но откуда я могла знать, что когда-нибудь ради ее сохранности и вообще существования, мне придется наступить на горло своим принципам, желаниям и потребностям. Если бы мой отец настаивал на этой сделке, наверное, я бы отказалась. Я бы назвала его эгоистом, сказала, что никогда не сделаю этого, но мой папа пришел ко мне, как говорится, с повинной. Он рассказал все честно, без утайки. Он не просил вписываться за него, он просто рассказал, как обстоят дела. Решение было за мной. Я могла сделать вид, что ничего не могу сделать, что отец сам во всем виноват и я не обязана исправлять его ошибки, но также я понимала, что, если не приму предложение сенатора, наша семья прекратит свое существование. Будет ли будущее у моих сестер? Неизвестно, но оно явно будет не безоблачным. Я не могла допустить, чтобы потом эта вина за бездействие была на мне всю оставшуюся жизнь. Конечно, сначала я говорила на повышенных тонах, возмущалась, заламывала руки, но затем я просто села рядом с отцом и спросила: — Каков срок контракта? — Пять лет,  — неживым голосом ответил он. Пять лет... как я могу согласиться стать чьей-то женой на пять долгих лет? А как же Дэвид, мой парень? Он любит меня, и я люблю его. Кому-то в этой ситуации все равно будет больно и мне не хотелось, чтобы это был он. Но все же, мне нужно было выбирать: спокойствие моей семьи или мои собственные отношения. — Звони ему и говори, что согласен, — угасшим голосом решила я, уставившись в стену. Отец обнял меня, гладя по волосам, как когда-то в детстве. После его ухода я не знала куда деть себя. Внутреннее беспокойство не покидало меня. Я могла бы зайти в интернет и, хотя бы глянуть фото нашего сенатора, ведь к своему стыду я не помнила, как он выглядит. Однако, я не стала этого делать. Ведь если бы я увидела его, этот мужчина, который скоро станет моим мужем, станет реальным. От этой мысли мне становилось дурно. Вечером того же дня, мне перезвонил отец и сообщил, что Грейсон назначил встречу на завтра в одном из ресторанов города. Одна ночь отделяла меня от чудовища, который вскоре должен был ворваться в мою некогда счастливую жизнь. Я не смогла пойти к Дэвиду и сообщить, что между нами все кончено. Я решила дать себе еще несколько дней, чтобы собраться с силами и духом, для такого разговора. Проснувшись с утра, я рассеянно стала копаться в одежде. На улице было на удивление достаточно прохладно, поэтому мой выбор остановился на легком свитере серого цвета и на обычных на вид штанах прямого кроя. Я уложила волосы так, как обычно укладываю их с утра, а затем, захватив сумку, вышла из квартиры. Отец уже ждал меня у подъезда. Пока мы ехали в его машине до места встречи, он не отпускал моей руки из своей, то и дело сжимая, поддерживая и благодаря за то, что я делаю ради нас. Мы решили, что ни мама, ни мои сестры не должны знать об истинной причине моей свадьбы с мужчиной, которого я еще даже не знаю. Хватит и нас двоих, у которых на душе камень. Пусть они останутся в сладком неведении относительно моей свадьбы и финансов семьи. Я ни разу не была в том ресторане, в который мы ехали. Он был очень дорогим и раскрученным, поэтому я обычно ходила в кафешку напротив. Она казалась мне более спокойной по интерьеру и приемлемой по ценам.

Войдя в ресторан, я сразу ощутила себя не в своей тарелке. Я как будто попала в другой мир и это был мир Ретта Грейсона, в который я вступала не по своей воле. Мы прождали не так долго пока к нам не присоединился сам виновник торжества. Я узнала его сразу же как только он вошел в зал. Его властная уверенность и непоколебимость буквально сражали наповал. Весь его облик, походка, взгляд вопили о том, что он король по жизни и все остальные лишь должны ему подчиняться. В мгновение ока я поняла, что никогда не буду его королевой. Он искал рабыню и именно я должна была ею стать. Он поздоровался с нами, пожав руку отцу и глянул на меня. Его взгляд был пронизывающий, внимательный. Видимо, увиденное ему понравилось, так как он улыбнулся и присел за наш столик. У меня внутри возникло неприятное ощущение того, будто я нахожусь на прилавке и являюсь товаром, за который сейчас будут торговаться. Конечно, я не могла не заметить, что Грейсон лет на пятнадцать старше меня и скорее всего лишь лет на восемь младшего моего отца. И хотя этот факт меня пугал, я не могла не признать, что для своего возраста, этот мужчина выглядит шикарно. Мне могло повезти еще меньше будь он низким, толстым, лысым очкариком. Увидев в руках Ретта тот самый контракт, я еле справилась с желанием схватить его в руки и порвать. В данный момент все мои страшные кошмары воплощались в жизнь. Я всегда боялась зависеть от кого-то, быть кому-то должной, не иметь права голоса, выбора и вот я получила все это сполна.

Я смотрела в упор на этого мужчину и не могла поверить, что скоро пойду с ним под венец. Мне хотелось закричать в голос от обиды и отчаяния, ведь при любом раскладе, что бы я ни выбрала, мне будет плохо. Наши взгляды снова встретились, и я тут же ощутила неприятное чувство безысходности. Грейсон знал, что я не пойду на попятную, что я уже его. Он рассматривал свою территорию, оценивал и уже охранял. Именно в этот момент, даже когда я еще не подписала контракт, я поняла, что я уже оказалась в той самой золотой клетке. Дверца за мной уже закрылась и Ретту осталось лишь повернуть ключ замка, заперев меня таким образом в этом аду на пять невыносимых лет.

Беря в руки контракт, я ощущала возбуждение и ужас, который охватывал меня все сильнее и сильнее. Я не могла поверить в то, что все это происходит именно со мной. Я читала медленно, вдумчиво, ведь от этих строк зависела моя жизнь на целых пять лет. Сначала все было более-менее прилично. Я дошла до строк, где я ничего не могу рассказать другим людям об этой сделке и, в принципе, я понимала почему. Грейсон был известным, публичным человеком и он шел на большой риск, ввязываясь в подобную аферу. Поэтому ему было весьма важно запротоколировать тот факт, что я не должна ни одной душе рассказывать о том, что мои чувства к Ретту ни что иное как фарс. Однако, как оказалось, все самое веселое меня ждало далее. Лично мне были не нужны деньги Грейсона, они нужны были моей семье, и я не собиралась просить хоть то-то для себя от этого мужчины, поэтому он с легкостью мог убрать из контракта тот пункт, что он оплачивает все ми прихоти. Я не хочу быть ему должной еще и в этом. Прошло пара минут и мой взгляд зацепился за слова смена фамилии. Джин Грейсон. Ужасно звучит. Была бы моя воля, я бы оставила свою фамилию, но как я уже поняла, стоит мне подписать сию бумагу, и моя свобода воли растает как туман. На пункте 14.2 мои брови поползли вверх, и я тут же покосилась на отца. Увидев выражение его лица, я сразу догадалась, что он так же, как и я добрался до этого пункта. Слова «полное владение», «контролировать» и «использовать» невероятно быстро раскрыли всю суть данного договора. Мой отец немножко ошибся с формулировкой, этому мужчине нужна была рабыня, а не жена. Судя по содержанию контракта, я буду его вещью в прямом смысле этого слова и должна буду мириться с подобным положением вещей. Дойдя до слов, где Заказчик имеет право наказывать Исполнителя (к слову выражения Заказчик и Исполнитель наводили меня на мысль о том, что в этом браке как раз не будет мужа и жены, будут именно Заказчик и Исполнитель), я прокашлялась. Простите, что? Я похожа на идиотку? Я не буду подписывать контракт, согласно которому этот Дьявол может беспрепятственно бить меня день и ночь! — Поясните пожалуйста пункт про наказания. — Это может быть что угодно, — спокойно ответил Ретт. — Все зависит от степени провинности. О как. Я выгнула бровь, показывая, что меня такой ответ не очень-то и устроил. — Как я успела заметить, вы любите конкретику, мистер Грейсон, так вот я б хотела того же. Поясните о каком конкретно наказании идет речь. — К примеру, запрет на прогулку с друзьями. Будете как плохая девочка сидеть дома. — Я так понимаю это меньшее из зол? Ретт внимательно окинул меня взглядом и я заметила, что уголок его губ чуть приподнялся. — Возможно. Далее Грейсон немного наклонился вперед, отперевшись локтями о стол и серьезно сказал: — Не нарушайте условия контракта и это вас не коснется. — Я еще не успела дочитать его, но уже вижу, что держать в голове все его пункты будет крайне проблематично. — Они все логичны. Просто делайте все, что от вас требуется. — А если нет? — я не отводила взгляд, смотря на этого мужчину в упор. Мне нужно было добиться от него ответа, и я не собиралась отступать. — Означает ли это, что крайней мерой наказания может стать рукоприкладство? — Без веской на то причины я на вас руку поднимать не собираюсь.

Интересно, какой по его мнению должна быть эта самая веская причина, чтобы он ударил меня? Надеюсь, я этого никогда не узнаю. Я вновь углубилась в чтение и следующие пункты были не менее пугающими. Теперь в правила добавилась нотка пикантности, от которой у меня тут же выступил румянец. Мне было стыдно не от слов, а от того, что все это читает мой родной отец. Физическая близость в любой форме, твою мать, да я буду самой дорогой проституткой в мире! Он приобретал себе дорогую игрушку, а у меня не была выбора, кроме как согласиться со всем вышеперечисленным. Один из пунктов снова заставил меня задуматься. Мне была запрещена измена, однако про Ретта не было сказано ни слова. Не скажу, что мне было дело до его сексуальных контактов, но в этом плане я была жутко брезглива. Я никогда не лягу в постель с мужчиной, если буду знать, что за пару часов до этого его член побывал в какой-то другой девушке. К тому же, если мне нельзя спать с кем-то кроме него, почему он может делать что хочет и с кем хочет. — Я вижу пункт на запрет сексуальных связей с кем-то кроме вас. Тут я вспомнила, что рядом со мной сидит мой отец и тут же поспешила продолжить свою мысль. — Где же аналогичный пункт касающийся Заказчика? — То есть вам важно, чтобы вы были единственной женщиной? — Я не желаю ложиться в постель с мужчиной, который пихает свой член куда попало. Мой отец закашлялся, ошарашенный моей откровенностью. — Если вы не хотите, чтобы я расцарапала вам лицо, то не вызывайте у меня чувство брезгливости, связанное с вашими беспорядочными связями. Впервые за всю встречу Ретт улыбнулся, не уголком губ, а именно губами. Оказалось, что у него очень даже приятная улыбка, если не принимать во внимание все его самодовольство. — Хорошо, я учел ваше пожелание, я внесу этот пункт в контракт. Кивнув в ответ на его слова, я снова опустила взгляд в контракт. В какой-то момент все же мой отец не выдержал. Он откинул от себя бумаги и воскликнул: — Да тебе не жена нужна, а рабыня! Я не допущу, чтобы моя дочь стала какой-то вещью! — Отец… — начала я, но тот меня перебил. — Джин, ты не обязана этого делать! — Нет, обязана! — с нажимом сказала я. С пол минуты мы смотрели друг другу в глаза, а затем отец встал из-за стола и на ходу вытаскивая из кармана сигареты, пошел к выходу. Не смотря на Грейсона, я вновь попыталась сосредоточиться, вчитываясь в бумаги. Дойдя до самого последнего пункта я снова удивилась. На сей раз речь шла о ребенке. — Я не собираюсь рожать ребенка! — резко вырвалось у меня. — То есть аборт? — Да, разумеется. — Тогда ты будешь лучше следить за своевременным употреблением противозачаточных. Я не собираюсь обрывать пусть и незапланированную, но все-таки жизнь. Я категорически не приемлю аборты. То есть бить ты меня собираешься, а аборты не приемлешь, чуть было не вырвалось у меня. — А я категорически не хочу рожать ребенка от нелюбимого мужчины, — выпалила я. — Я думаю до этого не дойдет. — А если все же дойдет? Ох не знает еще этот мужчина о том, какая я упрямая! — Мы с тобой позаботимся об этом как следует. — Но если вдруг у нас это не получится, я сделаю прерывание беременности и ты не сможешь мне помешать. — А ты упрямая,  — заметил он. — Как видишь я этого и не скрываю, — пожав плечами, я отложила контракт. — Я так понимаю, адвокату нужно время, чтобы добавить и подправить некоторые пункты. — Да я сейчас поеду к нему, сообщу все поправки и можем подписать его сегодня вечером. Мой взгляд тут же забегал. — Сегодня вечером я не смогу. Мы можем сразу договориться на завтра. — Ладно, давай завтра. Я дам тебе время, чтобы попрощаться с Дэвидом Мерфи. Вот тут я ошарашенно уставилась на этого мужчину. Как он узнал о том, что я собираюсь сегодня делать?! — В отличие от тебя, я о тебе знаю очень многое. — Надеюсь, когда я буду прощаться с ним, где-то рядом не будет летать беспилотник? Я пока еще не поставила свою подпись и вольна делать, что хочу. — Уверяю, никого не будет рядом. — Так значит завтра? — переспросила я, переводя тему разговора. — Завтра я позвоню тебе после обеда. Не желаешь что-нибудь узнать обо мне? Все-таки нас впереди ждут совместные пять лет. — Содержание этого контракта очень четко дало мне понять о том кто ты такой. — Твое право. Я помедлила, а затем, взяв в руки сумочку, встала со стула. — До встречи.

Ретт

Не думал, что у девушки возникнут вопросы, но она уточняла некоторые пункты. Когда она спросила про наказания, я внимательно ее слушал, по заданным вопросам очевидно было, что она намекает про рукоприкладство. Я не бил женщин по веским на то причинам, если надо будет — я ударю ее. Я считаю, что женщина, сделав какую-то ошибку обязана получить по заслугам, пусть даже это будет физическая боль. Я не стал отрицать, что могу это сделать, однако я предупредил, что если она будет вести себя подобающе, то ей ничего не грозит. Далее они оба вновь углубились в чтение контракта, так или иначе отображая на лице реакцию. Когда же Джин вновь начала уточнять про пункт, касающийся измены с моей стороны, я удивился. Мне нравится ее требовательность, хоть она в данный момент и не уместна. Я немного оттягивал момент, но потом все таки согласился с ее условием и заверил, что этот пункт будет добавлен в контракт.

В этот момент мистер Эванс стал возмущаться. Я не собирался отрицать, как-то оправдываться ибо никто и не говорил, что будет легко. Я потрачу огромную сумму денег на их семейство, а все условия — это плата. Или он думал, что я просто так заплачу годовой доход среднестатистического бизнесмена Минеаполиса, а взамен мы с его дочерью будет вечерами играть в шахматы и читать друг другу Шекспира? Чушь.  Я не стану требовать у них этих денег, а поскольку дать им мне больше нечего, то пусть просто смирится с этим фактом. И если отец сейчас с трясущимися руками вышел покурить, обвиняя меня в том, что я буду обращаться с его дочерью как с вещью, то дочь была настроена более чем серьезно. Он сам виноват, никто его на сделку с ненужными людьми не толка. Пускай понимает, что его дочь отрабатывает его долг, который в противном случае отразился бы на всей его семье. Джин это понимала. Она молодец. За этот небольшой период времени, мне понравилось то, как она себя вела. Деловита, внимательна, умна, упряма, но нужно отдать ей должное она не боится рисковать и ради семьи пойдет на все. Когда же ее глазки добежали до пункта о ребенке, она тотчас же возмутилась и заявила, что не станет рожать ребенка. Я конечно не горел желанием обзаводиться потомством, однако, и если уж судьба распорядится так, что оно появится, то обрывать на начальном этапе эту маленькую жизнь я бы не позволил. На этот счет у Джин совершенно иное мнение, поэтому она категорически настояла на том, что будет делать аборт. Я не стану сейчас с ней припираться, но сделать это я ей категорически не позволю. В контракте написано, что о любых изменениях своего состояния здоровья она будет обязана сообщить мне. Но я искренне надеюсь, что до этого не дойдет. Хоть мне и 37 лет, но я не хочу детей. Быть может потому, что мне было совершенно некогда видеть их, некогда было проникаться детской непосредственностью, ибо я до сих пор считаю, что дети — это обуза. Сейчас я думал о себе о своем положении в обществе, а все остальное меня мало интересовало.

Когда я сказал Джин, что сегодня мы можем подписать исправленный контракт, ее глазки тут же панически забегали, а это означало лишь то, что она собирается делать то, что по контракту запрещено. На данный момент она вольна делать что хочет, поэтому я не стал настаивать, тем более что она прекрасно понимает всю серьезность ситуации. А я ведь лишаю ее возможности быть с парнем, которого она любит и могла бы стать его женой. Но если уж на то пошло, то мне абсолютно плевать. С завтрашнего дня вступит в силу наш контракт, а сегодня она вольна закончить свою старую жизнь, дабы в будущем не возникло ничего что вывело бы меня из себя и заставило бы применить наказание, которого она так боится.

Я дал ей понять, что я человек серьезный, что могу узнать все и обо всех. На самом деле я просто навел справки, а еще за ней несколько дней следил мой человек и докладывал обо всех похождениях, людях с которыми она общается и кому звонит. Она спросила не будет ли кого рядом с ней, когда она и этот пацан будут прощаться, я же заверил, что никого не будет. Это лишнее, мне все равно что она будет там с ним делать, о чем говорить, но итог должен быть один — он будет держаться от нее подальше, а она должна сделать для этого все возможное.

Она поднялась, я сделал тоже самое, а затем мы попрощались. Я смотрел ей в след, оценивающе, понимая, что скоро это тело будет моим. Она так молода, а это еще больше притягивает меня. Наша разница в 17 лет, я спокойно мог бы быть ее отцом. Но я не ее отец, я мужчина, который будет овладевать ее молодым телом каждую ночь, ибо она сама потребовала моей верности, так вот и сама за это будет расплачиваться. Оставив деньги за заказ, я вышел из ресторана и поехал на работу. В офисе мы с адвокатом подкорректировали контракт и распечатали его в двух экземплярах. 

На следующий день я был еще в лучшем настроении, нежели вчера, поэтому я одел светлый костюм, пусть и на улице слякоть, но мне хотелось выглядеть как-то по- особенному. Я позвонил Джин и назначил ей встречу в своем офисе. Я предупредил свою секретаршу о том, что Джин Эванс придет ко мне и она должна тотчас же пропустить ее ко мне. Джин пришла в назначенное время.

— Здравствуй, — сказал я, поднимаясь со стула, приветствуя Джинни. — Присаживайся. 

Я указал ей на стул напротив моего стола, а затем направился к стеллажу, в котором лежал исправленный контракт. Я достал его и положил его перед малышкой Эванс. Она еще раз пробежала по нему глазами, когда она поняла, что теперь все условия ее устраивают, она посмотрела на меня. Я достал из кармана ручку и протянул ее девушке. Джин поставила свою подпись на двух экземплярах, так же поступил и я. Затем я сел напротив нее и уверенно произнес:

— Ты сделала правильный выбор. Теперь твоя семья в безопасности, — я поднял телефон и набрал нужный номер. — Обеспечь семье Эвансов выплату долга, полную безопасность, узнай все, что им нужно и перечисли на счет обговоренную сумму. А и еще, оплати учебу его средней дочери. Да, дай им все, что будет нужно.

Я положил трубку и вновь посмотрел на Джин. Она явно расстроена, а уголки ее глаз отдают алым оттенком. Держу пари, вчерашнее расставание с Дэвидом прошло болезненно. Ничего, переживешь.

— Какую свадьбу ты хочешь? Она будет через неделю, точную дату назначим позже. Список гостей от своей стороны составишь сама. С моей стороны будут только родные и несколько влиятельных коллег. Ты хочешь заниматься вообще свадьбой? У меня нет времени, поэтому можем нанять человека, который всем этим займется. Сразу после свадьбы ты переезжаешь ко мне. 

 Я на какое-то время замолчал, а затем добавил:

 — Напоминаю, контракт вступил в силу, как только ты поставила свою подпись…, — во избежание недоразумений, я решил напомнить девушке, что теперь она моя собственность и она не имеет права на многое, а если оступится, то это может весьма болезненно отразиться на ней. Ну что ж, куколка, добро пожаловать в новую жизнь.

— Знаю. Я внимательно читала его. Судорожно облизнув губы, она посмотрела на меня. — Если честно у меня нет ни малейшего желания заниматься свадьбой. Найми кого-нибудь и делу с концом. Насчет гостей…, — она задумалась. — Будет моя семья, только самые близкие родственники и друзья. — Значит мы делаем скромную свадьбу. — Не думаю, что это возможно для сенатора Финикса, — заметила она. — Однако да, гостей будет немного. — Скромная в плане количестве приглашенных…, — протянул я. Девушка согласно кивнула.

Мы с Джинни стали обсуждать свадьбу, которая будет через неделю. Я не хочу тянуть, но также я прекрасно понимаю, что секса от нее быстрее я добьюсь, будучи ее мужем. Я не привык ждать, а теперь, когда у меня есть личная рабыня, которая будет исполнять все мои прихоти, мне нет смысла добиваться ее, переживать вместе с ней конфетно-букетный период. Мы с ней перейдем сразу к делу. Я дам ей до свадьбы недельку, что бы она привыкла к моему присутствию, а затем, в первую брачную ночь получу то, что должен получить муж. Придя к выводу, что наша свадьба будет скромна на количество приглашенных, я собрался было спросить ее еще что-то, но когда к нам в кабинет зашел Чарльз, я спокойно убрал со стола контракт и положил его в полку. — А твои манеры как обычно оставляют желать лучшего, — язвительно выразился я, вставая со своего места и подходя к мужчине.

Чарльз Стрейт один из конгрессменов. Я жутко не перевариваю его, однако должен с ним контактировать, причем на хорошем уровне, ибо он неоднократно пытался пустить про меня грязные слухи, способные испортить мою репутацию и погубить карьеру. — Поздно воспитанием заниматься. Это точно. А что это за милая девушка? Новая секретарша? — спросил он, глядя на Джинни. — Нет, Чак, это моя невеста., — я беру ее аккуратно за руку и притягиваю к себе, властно обнимая за талию, показывая всем своим видом, что это моя территория. – Джинни, это Чарльз Стрейт, конгрессмен и коллега.

 Затем я обратился к мужчине:

 – Это будущая Джин Грейсон. Чак подошел к моей девочке и взяв ее за руку, коснулся своими мерзкими губами ее ручки. Я же натянуто улыбнулся, а затем спросил у него: — Какими судьбами? — я не желал с ним беседовать в свое личное время, вне времени отведенного на решение политических вопросов. — Да я так мимо проезжал, а теперь познакомившись с твоей невестой, я приглашаю вас завтра на ужин. Мы с моей женой отмечаем покупку нового дома в ресторане, и я хочу, чтобы вы присоединились к нам.

  Я не успел ему ничего ответить, как у него зазвонил телефон и он отошел к выходу из кабинета, но не покидал его. — Детка, этот чмошник постоянно ставит мне палки в колеса. Мне необходимо, чтобы каждый раз, когда он где-то рядом, ты вела себя так, что бы он искренне верил в нашу любовь, — я шептал ей это на ушко, не сводя взгляда с Чака, тогда как мои руки сильнее прижимали ангела по имени Джинни. – Сейчас он закончит пиздеть и подойдет обратно к нам. Спокойно улыбнись ему и скажи, что мы обязательно придем вечером к ним.

Чак положил телефон в карман и как только он повернулся к нам, я медленно коснулся губами виска своей невесты. Мы начали играть роль, сейчас самое время показать ей насколько она готова хорошо играть ради своей семьи. Я выполнил уже свою часть сделки, теперь дело за ней. Мне катастрофически нельзя облажаться, ибо именно он разводил много левых сплетен после того как моя бывшая жена изменила мне с девушкой. Я не могу доказать это, ибо не ловил его за руку, но я точно знаю, что это его рук дело. Копать под него у меня нет желания, так как максимум что он может так это разводить сплетни, не более того. Я найду способ заткнуть его, нужно только время и желание, но сейчас я больше хочу заняться своей свадьбой.

Джин

Собираясь встретиться с Дэвидом, я придумала огромное количество самых разнообразных речей, но оказавшись перед дверь его квартиры, из головы они все вылетели. Как я могу расстаться с ним? Я ведь люблю его, мы столько пережили вместе, он тоже любит меня, я думала мы будем вместе всегда! Как я могу принести ему такую боль? Он не поймет… я бы не поняла. Находясь в замешательстве, я позвонила в дверь и когда увидела любимое лицо, мне захотелось разрыдаться. Наш разговор прошел ужасно. Сначала Дэвид был просто в шоке, затем кричал на меня, позже умолял не разрушать все. Он явно не понимал почему я так поступаю, ведь до этого у нас все было совершенно нормально. Не знаю, как я выдержала, не проронив в его присутствии ни единой слезинки, но, когда я села в такси, тут я дала волю эмоциям, благо водитель сделал вид, что ничего не видит. Уже дома я прорыдала часа полтора, обнимая подушку и спрятавшись под одеяло. Немного придя в себя, я заварила чаю с ромашкой, накапала туда успокоительного и легла спать.

На утро лишь покрасневшие уголки глаз наводили на мысль, что вчера у меня был трудный день. С утра я поехала на учебу и это немного отвлекло меня, но, когда я увидела на экране телефона незнакомый номер, я напряглась. Да, без сомнения это был он. Ретт назначил встречу на сегодня в своем банке, и я тут же немедля вбила его номер в телефонную книгу, подписав как «Он». Странный выбор не правда ли? Но это первое, что пришло мне на ум. Осталось сменить мелодиюна музыку из Звездных войн, посвященных Дарту Вейдеру и все станет ясно, что на этот звонок трубку лучше не поднимать. После обеда я подъехала к  зданию банка, которым владел Грейсон. Видимо, о моем прибытии предупредили, потому что, услышав мое имя, секретарша тут же повела меня к своему начальнику. Войдя в кабинет, про себя я с удивлением отметила, что мы оба сегодня оделись в белое. Вновь пробежав контракт глазами, я глянула на Ретта и тот в свою очередь незамедлительно протянул мне ручку. Я сжала ее в пальцах и замерла над листком бумаги. Боже, что я делаю? Момент, когда острие ручки коснулось бумаги был похож на ощущение полета. Нет, не на мирное парение в воздухе, а когда ты сигаешь с обрыва и летишь вниз с огромной высоты. Поставив свою подпись, я, словно, не веря в происходящее в смятении смотрела на то, как Ретт подписывает бумаги. Ну вот и все. Я его. Я рассталась с той жизнью, которая должна была быть моей и вступила в другую, ту, которая никогда не была мне суждена. Далее Грейсон сделал звонок, означавший начало нашего контракта и спросил о том, какой свадьбы я хочу. Он смеется? Да была бы моя воля, я бы никакую не разрешила. У меня нет ни малейшего желания планировать эти похороны моего счастья. Услышав, что свадьба должна состояться через неделю, я судорожно вздохнула. Это было слишком скоро.

Весь наш разговор напоминал официальную встречу послов двух разных стран. Невероятно, что через неделю этот чужой мне мужчина станет моим законным мужем! На мгновение я представила себе состояние Дэвида, когда он узнает об этой свадьбе. Я чувствовала себя ужасно, понимая, как это будет выглядеть и как больно ему будет. Я бы хотела облегчить его боль, хотела сделать хоть что-то, но что тут скажешь... Грейсон известный человек и скоро наше фото появится на первых полосах газет, и Дэйв уж точно поймет причину, по которой я бросила его. Конечно он подумает, что причина в том, что я встретила другого, но ведь это не так! Хотя, вполне возможно, что Дэвид не поверит в то, что я люблю Ретта и бросила его ради счастливой жизни с ним. Нам было слишком хорошо вместе, чтобы Дэвид прямо так сразу поверил в то, что он ничего не значит для меня.

Оставаясь наедине с Грейсоном, я находилась в смятении. Я чувствовала, что он чужой мне, однако, тот факт, что я должна была быть с ним зайкой, ставил меня в тупик. Когда нас прервали, и мы оказались не одни в кабинете, сначала я даже обрадовалась. Мне было намного легче общаться с Реттом, когда мы были не одни. Я чувствовала себя в безопасности. В этот раз все было иначе. Ретт представил меня как свою невесту и стоило его руке коснуться моей, а затем в добавок ко всему еще и обнять за талию, как я напряглась. Я с большим усилием выдавила из себя милую улыбку, тогда как мысленно я была готова стартануть куда подальше отсюда. Я ощутила смущение, накатившее на меня в тот момент, когда Ретт приобнял меня. Мне было непривычно, что какой-то другой мужчина касается меня и надо сказать, не смотря на внешнюю привлекательность, я чувствовала неприязнь по отношению к Грейсону. Он вел себя властно, и я понимала, что это так же распространяется и на меня. Если к Чарльзу Ретт отнесся с еле заметным пренебрежением, будто бы около него появилась надоедливая собачонка, то я была нечто вроде красивой броши, с которой он мог сделать все, что его душе угодно. Роль бездушной вещи была для меня в новинку и явно напрягала, поэтому избавиться от неприязни к этому успешному и красивому мужчине было крайне сложно. К тому же, меня взбесило то, как он изменил мое имя. Джинни меня звали только родители и сестры и редко. Как он смеет называть меня так? Дэвид знал, как меня раздражает это сокращение и что я позволяю его только семье, поэтому он никогда не называл меня так. Стоило Чарльзу отойти для разговора по телефону, как Грейсон стал вводить меня в курс дела. Мне было абсолютно по барабану что говорит этот мужчина, ведь в тот момент когда он говорил, его руки обнимали меня, а дыхание щекотало ухо. Внутри меня с ужасающей быстротой возникало желание оттолкнуть его от себя подальше. Я не была готова к такому быстрому тактильному контакту. Я думала, что у меня еще есть целая неделя, которую я могу провести без его общества! Повернувшись лицом к Чаку, Ретт медленно коснулся губами моего виска и по моим плечам и рукам тут же хлынули противные мурашки. Единственное, что мне нравилось в этом мужчине в данную секунду — это его парфюм и только, поэтому появление мурашек на моей коже я расценила, как отвращение. — Мы обязательно присоединимся к вам вечером, — натянуто улыбнулась я. Мужчина улыбнулся и назвал время и место, где он будет нас ждать. Пока это так же не особенно приятная личность не ушла, я стояла, терпя руку Ретта на своей талии, но, когда он ушел, я тут же отстранилась, делая пару шагов в сторону, таким образом освобождаясь от его объятий. По моему лицу было видно, что они не пришлись мне по вкусу. — Не называй меня Джинни. Мне это не нравится — сказала я, хмуря брови. Мне так же не нравилось, что сегодня мне придется тащиться с этим мужчиной туда, где я не хочу быть. Неужели он не мог отказаться от его представления или ему так важно вывести меня словно собачку на поводке и показать этим людям? Для меня это будет начало моего пятилетнего мучения, но никак не ужин в приятной компании.

— Ну вот, мы постепенно начинаем узнавать друг друга. Теперь я знаю, что ты не любишь сокращение Джинни. Хорошо, мой ангел, я не буду называть тебя так.

«Мой ангел». Ретт Грейсон назвал меня своим ангелом, поразив меня до глубины души. Я не знаю, что больше обескуражило меня, то, что он назвал меня своей или же, что он окрестил меня ангелом. Уверена тут все дело во внешности, потому что знай он меня ближе, никогда в жизни бы не дал мне такое определение. Ну вот, теперь он уже называл меня своей, тогда как мне хотелось буквально завопить, что я не его! Хотя, о чем это мы, я продалась ему на пять лет, и он может делать со мной что угодно, называть, как угодно. Если он захочет, я буду лежать у его ног и не смогу сказать ему нет. Может я и преувеличиваю, ведь в силу своего характера даже не смотря на контракт я буду брыкаться, я не могу так сразу сделаться покорной монашкой и, надеюсь, Ретт это понимает.

Ретт

Тот факт, что Джин словно игрушка в моих объятиях заставлял меня радоваться как ребенку, которому как раз ее подарили. Но в данном случае я в прямом смысле слова купил ее сам. Как только Чарльз оставил нас вновь наедине, Джин отстранилась от меня и повернувшись лицом четко заявила, что бы я не называл ее Джинни, потому что ей это не нравится. Детка, я буду звать тебя так как мне хочется, условия здесь ставлю я. Но стоит признать, что, когда она говорит мне чего-то не делать, как-то не называть ее, все мое нутро так и подстегивает сделать все в точности до наоборот. Мой ангел, да-да, я назвал ее так. Местоимение моя четко даст ей понять нынешнюю свою принадлежность, а ангел… мне она просто напоминает ангела. Белокурая красотка с голубыми глазами, с сексуальным телом, прикоснуться к которому мне хотелось все больше. Я видел, как она растерялась, но вместо того что бы ждать ее ответа, я тут же продолжил: — Сейчас нужно съездить за платьем. Потом отвезу тебя домой, а вечером заберу на ужин, — уверенно сказал я, подходя к сейфу и начиная вводить цифровой код, для его открытия.

Я положил туда контракт. — У меня отличный гардероб. Уверяю, я смогу подобрать подходящее платье для вечера — панически бегая глазками начала щебетать она.

Боишься? Как интересно. — Не сомневаюсь в том, что у такой красивой девушки не менее шикарный гардероб, однако это не тот случай когда платье можно достать из шкафа. Тут решает даже не красота платья, а скорее именитость бренда. — Ну да конечно, я же вступаю в высшую лигу — с сарказмом в голосе говорит Джин и одевается.

Я ничего не стал говорить, но она определенно была права. Мы вместе спустились вниз к машине, и в этот раз я решил поехать сам, без водителя. Я открыл перед своей невестой дверь, а затем сел за руль. Я хорошо водил, но просто будучи в своем статусе, мне частенько на всяких встречах предлагают прополоскать горло чем-то горячительным, так как так переговоры идут как-то быстрее. Сейчас этого не будет, поэтому и нужды в водителе не было. Приехав к именитому бутику, в котором одеваются все высшие чины, я вышел и вновь открыл дверь перед Джин, которая явно была не в настроении. Ничего, детка, привыкнешь. Когда мы вошли внутрь нас тут же облепили консультанты. — Доброго дня, мистер Грейсон. Чем можем помочь? — любезно прощебетала одна из девушек. — Мне нужно подобрать красивое, элегантное, сексуальное, но не вульгарное, платье для моей невесты,  — спокойно произнес я. — Сейчас мы что-нибудь подберем, — довольно сказала девушка и тут же побежала подбирать варианты — Девушка, — остановил я ее на половине пути. – Просто принесите в примерочную платья из новой коллекции. Девушка согласно кивнула и скрылась  из виду. - Одевай каждое, мне нужно видеть, как оно на тебе сидит, — совершенно спокойно сказал я, присаживаясь на удобное кресло напротив примерочных кабинок.

Я глянул на Джинни, которая по прежнему стояла как вкопанная, а затем улыбнувшись пояснил: — Вот девушка несет тебе платья, иди одевайся и выходи ко мне, — мой взгляд был в этот момент похож больше на то, что я готов был увидеть ее из примерочной совершенно голой. Ну вот просто мне всегда хотелось заняться сексом в примерочной кабинке и сейчас эта мысль не выходит у меня из головы.

Ожидая перед примерочной, я уже предвкушал о том, что увижу, когда она выйдет. Я знаю этот магазин, знаю уровень обслуживания и знаю цены. Я тут был, точнее привозил сюда жену. Однако, найти платья, которые шли ей было немного сложнее, ибо у нее была далеко не стандартная фигура. У Джин же она шикарная. Когда моя блондинка вышла в первом платье, я внимательно ее оглядел, но это было не то, что я бы хотел на ней видеть. Далее она вышла в следующем, но оно тоже не подходило под мои критерии. Когда же и третье платье было не одобрено мной, по одной простой причине — отсутствие декольте, я спросил. — А что платьев с вырезами нету? — я удивился, ведь тут всегда такие были.

 Неужели последняя коллекция была для бабушек или для тех кому за тридцать? Мне нужно одеть мою малышку сексуальнее.

— Я приносила. Там же есть — испуганно ответила консультант. Джин сделала  каменное лицо, без запинки сказав: — Они ужасны. Только последняя проститутка оденет их. Я отложила те, которые мне понравились. — А ты примерь их, — уверенно сказал я. Наши взгляды скрестились и девушка предприняла последнюю попытку. — То есть, ты хочешь, чтобы я и внешне была похожа на шлюху?

Я догадывался, что дело вовсе не в платье, а в отсутствие желания Джинни одеваться, так как хочу я. То есть она считает, что она шлюха? Не скажу, что меня это оскорбило, ведь по сути так оно и было, но вот то, как она со мной разговаривала, резануло мне слух. Ладно, если бы она брыкалась, когда мы одни, но вот в присутствии посторонних, она это зря сказала. Я нахмурил брови и подошел к ней вплотную. Я наклонился ближе к ее лицу, а затем процедил: — Ротик закрыла свой и в присутствии посторонних людей не смей так больше со мной разговаривать, а теперь пошла и одела все платья, что тебе принесла девушка.

Ангел мой, неужели ты еще не поняла с кем связалась и что конкретно от тебя нужно? Я помогу тебе запомнить, я терпеливый, правда не особо долго, поэтому не стоит играть на моих нервах. Не отрываясь от ее глаз, мы простояли так секунд десять, затем она таки отвела взгляд и нервно скрылась за шторкой примерочной кабинки. Так-то лучше.

Я вновь сел в кресло, ожидая выхода своей невесты. Когда шторка отворилась она вышла и стала передо мной, покрутившись вокруг своей оси.

— Вот теперь то, что надо, я полагаю? – язвительно спросила она.

Мои губы моментально изогнулись в улыбке. А ей шло это платье, оно не открывало полностью фигуру, но зато оставляло волю фантазии на некоторые из деталей ее тела. Я осмотрел ее с ног до головы, мучительно выдерживая паузу, а затем облизал губы и, чуть вскинув подбородок, с такой же довольной улыбкой протянул: — Идеально. Я вообще больше любил платья которые подчеркивают все изгибы тела, а то что я успел заметить так это что ей есть что подчеркивать. Ее следующее платье будет полностью  обтягивающим. — Нам это платье, будьте добры, — с улыбкой обратился я к консультанту, которая пулей побежала считать сумму.

Они всегда такие счастливые бегают, когда я прихожу. Хотя можно понять, я столько денег тут оставляю, что теперь меня можно встречать чашечкой кофе и тайской массажисткой. Когда же я вновь обратил внимание на примерочную, то заметил, что Джин так торопилась скрыться с моих глаз, что плохо задернула шторку. Мне было прекрасно видно, как она стоит в одном нижнем белье. Ее тонкая талия поразила меня, а бедра заставили ощутить, как бегают мурашки.  Красное, кружевное белье на идеальном теле голубоглазой блондинки. Да мне повезло. Когда же ничего не подозревающая Джинни вышла из примерочной я просто смотрел на нее и загадочно улыбался. Она увидела это, но ничего не понимала. Я оплатил покупку, а затем подойдя к Джин, наклонился к ее ушку и прошептал: — К тебя очень красивое красное кружевное белье…, — я улыбнулся себе, оставляя девушку со своими мыслями, а затем взяв пакет, направился к выходу.

Остановившись у двери, я кивнул в сторону работников магазина, а затем перевел взгляд на Джинни. Я открыл ей двери и понимая, что только что засмущал ее, немного усмехнулся. Она покраснела или мне показалось? Поставив пакет на заднее сидение автомобиля. Я продолжал галантно открывать перед ней все двери, а затем сел в машину и направляясь в сторону ее дома. Адрес я прекрасно знал и без ее подсказки. - Только не говори, что ты действительно считаешь это платье слишком уж откровенным. Я прекрасно понимаю, что это лишь твоя защитная реакция на всю ситуацию, но Джин, — мой голос стал более серьезно звучать. — Чем меньше ты будешь брыкаться, тем легче тебе будет, уж поверь. Не будь я сенатором, я бы не требовал от тебя определенного поведения. Но ты подписала контракт и несешь ответственность за свое поведение. Я могу быть очень милосердным и очень щедрым, но такое нужно заслужить. Кто знает, может если ты будешь действительно хорошо себя вести, я пересмотрю срок… 

Я только что дал ей надежду на ее освобождение из золотой тюрьмы. Это мотивация, которая, к ее сожалению, лишь слова, ведь на деле она пробудет моей женой ровно столько, сколько прописано в контракте. Метод жестокий, но зато действенный, когда у человека есть к чему стремиться, он ведет себя совершенно иначе.

Джин

Все вылилось в то, что мне предстояло провести практически весь день в обществе Грейсона. Он собирался отвезти меня в магазин одежды! А я представить себе не могла, что сяду с ним в одну машину. Вы скажете, что я должна была начать привыкать к этому сенатору, но я была иного мнения. У меня была еще неделя, целая неделя, без его общества, а меня наглым образом ее лишили! Мы ехали молча и благо магазин был недалеко, потому что я понятия не имела, о чем говорить с Грейсоном. Я не могу сказать, что я всегда одевалась в бутиках, но все же в моем гардеробе присутствовала дорогая одежда, но, даже несмотря на это, я никогда не заходила в магазин, в который меня привез Ретт. Это был невероятно дорогой и именитый бутик и, судя по тому как замельтешили перед нами продавцы-консультанты, Ретт не первый раз заходил туда. Интересно, скольких своих игрушек он привозил сюда? Судя по всему, я далеко не первая, кого он баловал подобным. Разница была лишь в том, что я была первой девушкой, которой это было не нужно. Но кого это волновало, за меня уже все было решено. Ретт сам поговорил с консультантом, объяснив, что ему нужно и когда он сел в кресло, расслабленно закинув ногу на ногу, я наоборот замерла, как вкопанная. Он хотел, чтобы я одевала каждое платье и выходила к нему на суд. Ничего не напоминает? Да-да, каждая девушка мечтала когда-то побывать на месте героини фильма «Красотка», только на деле это не так приятно. Я ощутила себя той самой проституткой из фильма, только в самом ужасном смысле этого слова. Думаю, на моем лице появилась целая гамма эмоций, но я промолчала, повернувшись к Ретту спиной и зашагав в сторону примерочной. Консультант принесла мне кучу барахла, которое я сначала придирчиво рассмотрела. Выбрав самые закрытые платья, я стала примерять их по очереди, отложив те, у которых есть хоть какой-то вырез спереди или сзади. Видимо, я на подсознательном уровне не хотела давать Ретту причину лишний раз глазеть на меня. Мне было глубоко плевать на эти платья, главный критерий был — чем более закрытыми они были, тем лучше. Спустя три моих выхода к Грейсону, он раскусил мой замысел, буквально приказав надеть более открытое платье. У меня даже затряслись руки от такого обращения и потому пока я снимала с себя очередное платье, я чуть было не порвала верх. Твою мать, как я выдержу эти пять лет, когда я уже сейчас готова ему глаза выцарапать?! Я не особо смотрела, что я одеваю, но, когда-таки глянула в зеркало, тут же закатила глаза. Вырез был катастрофический. Откинув занавес, отделяющий меня от моего мучителя, я снова вышла на его суд. Ну конечно же Ретту платье понравилось. Нет, оно мне тоже приглянулось и, возможно, я бы его купила, выбирай я его для вечеринки, где я была бы с Дэвидом, но так как моим спутником теперь оказался Грейсон, мне хотелось выглядеть наиболее скромно, чтобы он не смотрел на меня таким взглядом, каким смотрел сейчас. Услышав, наконец, одобрение, я пулей умчалась в примерочную. Внутри меня все кипело от всей этой ситуации. Он уже начал качать права, указывать мне, что делать, закрывать мне рот и меня это жутко бесило, а когда меня что-то раздражает, я становлюсь язвительной фурией, успокоить которую крайне сложно. Вот и сейчас переодевшись, я перед тем как выйти сделала пару вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Вместо того, чтобы промолчать, Ретт продолжил испытывать мое терпение поставив меня в тупик фразой о моем белье. Видимо, я не плотно задернула занавеску, когда убегала переодеваться, что он сумел подглядеть за мной. Черт, я не собиралась уже сейчас сверкать перед ним своей задницей! Я сильно прокололась, сильно! Уже в машине Ретт стал увещевать меня на тему того, что мне стоит вести себя спокойнее. Как он себе это представляет, когда он ведет себя словно он мой хозяин?! — В каком смысле пересмотришь? — я повернула голову в его сторону, чуть хмуря брови. — В меньшую сторону, — серьезно сказал Ретт, смотря на дорогу.

Я недоверчиво уставилась на этого мужчину. Можно ли было ему верить? Ведь он мог вполне говорить это, чтобы я стала паинькой. Ему не выгодно все пять лет бодаться со мной, а вот если я буду думать, что он может уменьшить срок, я стану мягкой и покладистой. — С трудом верится в то, что подписав такой расписанный от и до контракт ты сам изменишь его пункты. — Я поощряю людей которые хорошо выполняют свой труд. Хочешь верь, хочешь нет. Я предупредил, — пожал плечами Грейсон. Я не знаю, верила я ему или нет, но я определенно обдумаю его слова. — Чего мне ждать на ужине? — неожиданно спросила я, а затем поинтересовалась о том, что меня волновало больше всего. — Мне придется тебе целовать? Я была готова провалиться сквозь землю, увидев его насмешливую ухмылку. Да-да, это страшит меня больше всего, доволен?! — Ждать каверзных вопросов. А еще ты должна знать, что моя предыдущая жена после пары лет совместной жизни перешла на девочек. И ее застукали на вечере в коридоре сосущейся с другой бабой. То есть он настолько ее заебал, что она перешла на девочек? Бедная женщина... — Он коснется этой темы однозначно. Отвечай на все вопросы уверенно, говори, что тебе все равно, что ты любишь меня. И ответ на второй вопрос, — для пущей убедительности можешь поцеловать меня в щеку или в губы, касаться рук, моего плеча. Только не будь скованной, — добавил он, покосившись в мою сторону. — Легко сказать, — тяжело вздохнула я. — Если ты сегодня сделаешь все как следует, я обещаю тебя до свадьбы не беспокоить. Вот тут я уже с интересом глянула на него. — В каком смысле? — В прямом. Следующая наша встреча будет под венцом. Звучало это жутко, надо сказать. — Ты обещаешь? — прищурилась я. — Да. — Ради такого я хоть через каждое слово буду повторять, что люблю тебя — усмехнулась я. Надеюсь, я не сболтнула лишнего, уж очень мне понравилось его обещание. — Не переусердствуй, — улыбнулся он. — Ладно, буду чередовать слова я «люблю тебя», с «он самый невероятный мужчина на земле» и «мне так повезло, что я встретила его». Тут я остановилась и задумалась. — А где мы, кстати, встретились? Я же не могу сказать правду.

Конечно же мои слова понравились Ретту. Впервые за всю историю нашего недолгого общения я увидела на его лице такую улыбку. Она и правда была у него красивой, на удивление вот сейчас он не был похож на властного сенатора, но мне не надо так же забывать, что улыбка бывает обманчива. — Ты же танцовщица. Ты выступала на одном из публичных мероприятий, там ты случайно столкнулась со мной и я вылил шампанское себе на пиджак. — Прямо история Золушки, — вздохнула я. — Хорошо, я запомню. Машина остановилась около моего дома и я, забрав пакет с платьем, открыла дверь и обернувшись на водителя сказала: — Спасибо за доставку Исполнителя.   Да-да, меня до сих пор до глубины души жгла эта формулировка.

Ретт

Неподдельный страх Джин перед нашим поцелуем заставляет меня улыбаться. То ли она так боится меня, то ли она не была близка с мужчинами, раз ее страшит прикосновение к чужим губам. На самом деле я знаю, что парень у нее был и держу пари там не пахло платонической любовью. Осуждать ее не стоит, секс — это одно из главных удовольствий в жизни. Я пояснил ей краткое руководство по поведению на этом ужине, сказав чего ждать, как вести себя, а так же ввел в курс дела о бывшей жене. Джин ждала колоссальная работа, ведь убедить этого хмыря в искренности не так просто, но я надеюсь эта малышка будет делать все на высшем уровне. Но я решил все-таки добавить ей дополнительную мотивацию к хорошему поведению. Я видел, как она боится меня, старается держаться как можно отстранённее, я предложил следующую неделю оставить ее в покое. Джин взяла с меня обещание, будто эти два слова «я обещаю», означают клятву века. Я удивлялся ее наивности, сразу видно она не встречала на своем пути беспринципных людей. Я один из них, но в эту неделю у меня планируется кое-что более масштабное нежели пасти ее или намеренно вызывать на дополнительные встречи. Тем более что свадьбой будет заниматься нанятый человек. Когда мы подъехали к дому Джин, она вышла и поблагодарила за доставку Исполнителя. Это был явный укор, но это был деловой документ, который всегда пишется в подобном стиле. — Отвратная формулировка, согласен, — улыбнулся я, затем добавил. — До вечера, Джин.

Следующий мой день был весьма сумбурным. Я нанимал организатора, объяснял ему все требования относительно торжества, гостей и прочего. А когда глянул на часы, понял, что уже пора ехать за моим ангелом. Дома я со скоростью пули перебирал свои костюмы один за другим, в поисках чего-то подходящего. Это был не простой случай, скорее он входил в разряд важных, не смотря на мое отношение к собеседникам. Однозначно будут сделаны фото журналистов где-то в кустах. Когда же я наконец выбрал костюм, то положил его на кровать, а сам отправился в душ. Наконец, закончив одеваться, я одобрительно глянул в зеркало и вышел на улицу, а затем поехал за своей невестой. Подъехав к ее дому, я остановился, а затем позвонил ей на телефон, выходя из машины. Когда же я повернулся, то увидел ее. Я замер, глядя на этого ангела, тогда как мои брови готовы были запутаться в волосах. На губах медленно появилась довольная улыбка. Ведь эта малышка будет моей женой. — Настоящий ангел…, — сказал я, все еще глядя на нее горящим взглядом. — Выглядишь просто невероятно.

Ее белокурые волосы были уложены, на лице аккуратный макияж, подчеркивающий ее кристально-голубые глаза. Я открыл перед ней дверь и коснулся ее поясницы, как только она садилась в машину. Когда же мы доехали до ресторана, я помог ей выйти из машины, а затем подставив локоть и дождавшись, когда она возьмет меня под руку, я повел ее в ресторан. Мы зашли внутрь, а когда повернув голову в бок я увидел что на нас уже смотрит Чарльз со своей женой, я подошел к Джин вплотную сзади. Мои руки легли на ее хрупкие плечи, а затем я поцеловал ее в шейку, которая немного была открыта моему взору. — Начало спектакля положено, ангел мой, — я взял ее за руку, переплетая наши пальцы и повел в сторону столика, за которым нас уже ждали. — Добрый вечер, — улыбнулся я, отставляя стул перед Джин. – Это моя невеста Джин Эванс, будущая Грейсон. Джин, с Чарльзом ты уже знакома, а это его замечательная супруга Марта.

Девушки обменялись приветствиями, я нервно поглядывал на свою блондиночку, но глядя что она уверенно улыбается, я чуть успокоился. Посмотрим, как пойдет дальше.  Официант принес нам меню, и я, придвинувшись к Джини, обнял ее за плечи. Мое лицо было близко к ней, и мы оба смотрели в меню. Вообще мужчина принес их два, но мы ведь счастливые будущие молодожены, мы должны все делать вместе. — Не знаю насчет горячих блюд, но тут очень вкусный десерт, — сказал я, подвинувшись ближе к своей девочке.

Возможно, я даже имел ввиду не сам десерт, а Джин. Ведь от нее действительно вкусно пахло, а выглядела она как лакомый кусочек, который я хочу вкусить и смаковать его. Наша игра во влюбленных была фальшивкой, а вот мое желание овладеть ею было неподдельным.

— Я возьму Ризотто с телятиной, вот этот шикарный десерт, — она наградила меня очаровательной улыбкой. — И вино на твой вкус. — Ну что ж..., — улыбнулся Чарльз, когда от нас отошел официант. — Я очень рад, что вы присоединились к нам. Признаюсь, я был несколько сбит с толку сегодняшним откровением. Не знал, что у Грейсона есть невеста. Я словил на Джин взгляд Чарльза. Он был пронзительный, словно тот пытался усмотреть то, что не видно вооруженным взглядом. То есть он подозревает о том, что между нами с ней деловые отношения, которые начались только сегодня. Это хреново! — Мы решили до поры до времени оставить это в секрете — выдала моя сладкая. — Удивительно, что журналисты до сих пор ничего не пронюхали. — Им предстоит сюрприз, — очаровательно рассмеялась моя будущая жена — свадьба уже через неделю. — Поздравляю! — сказала Марта.

Джин отвечала на его вопросы один за другим, тогда как я внутренне напрягся, хотя прекрасно знал, чего стоит ожидать от этого мудака. И если в себе я был уверен, лжец из меня профессиональный, то Джин пока не успела мне продемонстрировать мастерство лжи. Я ощущал ее небольшую неуверенность, и мне нужно было в скором времени раскрепостить ее и заставить врать более уверенно. — Спасибо! Я очень счастлив с моим ангелом, — я повернулся к Джин и медленно коснулся ее губ, пальцами придерживая подбородок.

Когда мы немного отстранились друг от друга я глянул на нее так, словно действительно был влюблен, затмевая разум Чарльза, а также намекая моему ангелу, как нужно врать. В этот момент к нам принесли бутылку красного полусладкого вина. Когда вино оказалось в бокалах, я тут же взял один из них в руку и приподнял его, уверенно заявляя: — За знакомство и за любовь, –я повернул голову в сторону Джин, а затем взял ее ручку в свою и коснулся губами ладошки.

Ее ручка была такой маленькой в моих лапищах и, черт возьми, это меня и заводило. Мне безумно нравилась ее миниатюрность, визуальная нежность, она реально ангел. Пригубив вкусного вина, я перевел взгляд на Чарльза, который какое-то время молчал. — Ну, а вы? Все еще не обзавелись потомством? Мне кажется пора уже, а то как бы следующие выборы в сенат не скоро. Во время предвыборной некогда будет.

Я много думал почему у них до сих пор нет детей, они никогда не демонстрируют какие-то чувства на публику, да и порой кажется, что Марта готова раздвинуть ноги перед кем угодно. Быть может у них тоже все не так гладко? Может у него восемь сантиметров в возбужденном состоянии или он бесплоден или еще более интересный вариант, что он гей. Вот наверно если он будет чересчур сильно под меня копать я сделаю тоже самое именно в эту сторону на него. Свой рот тут же открыла Марта, а когда это произошло я очередной раз убедился, что она до жути тупая. Я натянуто улыбнулся, словно понял, что она сказала, а затем Чарльз решил отойти с ней куда-то, извиняясь перед нами. — Да, пожалуйста, мы подождем. Будем ворковать на свои темы. Стоило им отойти, как я выдохнул и протянул: — Какая же она тупая… Ангел мой, нужно все таки как-то поубедительнее  лгать, он не верит. Да и я бы не поверил. Понимаю, не привычно. Выпей вина еще, чтобы расслабиться. Ты напряжена слишком сильно, — я положил руку на ее бедро и чуть его сжал. — Привыкай к моими прикосновениям и поцелуям, чтобы, когда это случалось у тебя не было испуганного вида.

— Мне потребуется больше, чем один бокал — заметила она.

— Ну как вы тут, голубки? — вернулся Чарльз с женой. — Небось, не терпится отправиться в свадебное путешествие. Куда кстати планируете полететь? Как только Чарльз и его жена снова уселись напротив нас, Джин тут же быстрым незаметным движением скинула мою руку со своего бедра. Маленькая сучка! Мы с Джин не успели подробно обговорить все детали лжи перед Чарльзом, поэтому все, что сейчас происходило, это было в прямом смысле слова импровизация. Я бы сказал весьма успешная так как все очень походило на правду, и кто бы мог подумать, что эту «правду» мы сочиняем на ходу.

— Вообще мы решили повременить с ним — беззаботно заулыбалась Джин — видите ли, в данный момент я готовлю две группы детишек для участия в конкурсе и никак не могу бросить их в такой момент. Выступление не за горами. — Мы поедем чуть позже. Ретт мне обещал, — невинно сказала Джин, кладя свою ручку на мою.

Да ладно? Я не знал и откладывать не хотел, но эта маленькая стервочка решила иначе. Я перевел взгляд на свою невесту и поднес ее ручку к своим губам, нежно касаясь ими кожи. Затем я расплылся в довольной улыбке и добавил кусочек своей правды. — Да, обещал. Но все намного интереснее, ведь еще я обещал поехать с ней на соревнования. Это же такой пиар ход для малышей, что их сопровождает и болеет за них сам сенатор. — Ну ничего себе…, — удивленно протянул Чарльз. — Что эта девушка сделала с тобой, раз ты предпочел работу отдыху. — Это называется компромисс, Чак, — я прислушиваюсь к ней, а она ко мне.

Когда я говорил, то внимательно смотрел на Джинни. Этими словами я дал ей понять, что ничего не будет происходить просто так, везде будут последствия. Я никогда не откажу ей в помощи, но я ведь ничего не делаю просто так, а в данном случае она решила избавить меня от медового месяца, однако освободить ее от своего присутствия я не могу. Я ведь не заставлял ее бросать учебу, работу и сидеть безвылазно дома, посещая только со мной всякого рода мероприятия. У нее по-прежнему своя жизнь будет, но в ней будет очень много меня. И ведь сделать она с этим ничего не сможет, как минимум пять лет. Да и я хочу воспользоваться этими годами на всю катушку. Она ведь еще не догадывается, какой я ненасытный в сексе, а раз уж она потребовала у меня взаимной верности, то на ней мое желание отразится в двойном размере. — Не думал, что ты прислушиваешься к чьему-то мнению, кроме своего, — хитро улыбнулась эта наглая морда, видимо стараясь задеть меня. — Люди меняются, тем более  этот ангел нашла ко мне подход, — беззаботно протянул я, вновь глядя на Джин.

Однако проведя немного времени с Джин и с этой компанией, я понял, что она далеко не кроткий цветочек. Эта девочка имеет свое мнение и не хочет так просто делать все что требую я. Упрямица, мне нравится это. Наверное, на этом и будет у нас все завязано. Я буду заставлять, она будет упираться, а от этого я буду еще более настойчив. В этот момент заиграла медленная музыка и я решил снова оставить этих двоих, что бы мой мозг успел остыть. — Ангел мой, пойдем потанцуем, — я не спрашивал, а уже поднялся со своего места и тянул за собой Джин. Мы вышли на площадку, где уже начали кружить пары. Я обнял девушку за тонкую талию и стал вести в танце. — Этот вечер меня изрядно утомляет. Точнее сказать собеседники. Так что…, — я сдержанно улыбнулся. – Куда мы там едем на конкурс? 

Я вновь ей четко дал понять, что она одна не поедет, как бы она не сопротивлялась. К тому моменту она уже будет моей женой, поэтому не сможет мне отказать ни в чем, а я буду этим пользоваться.

Джин

Я стояла перед большим зеркалом и смотрела на свое отражение. Я ощущала, что мои щеки мокрые от слез, а сзади меня явно кто-то стоит и смотрит мне в спину. Ощущение надо сказать было не из приятных. Именно в этот момент я и проснулась, резко вынырнув из объятий сна. Будучи в слегка дезориентированном состоянии, я глянула на часы и тут же поспешно вскочила с дивана, начиная приводить себя в порядок. Как я умудрилась уснуть вечером? Спустя час я спустилась вниз, представая перед своим будущим супругом во всей красе. Выглядела я не плохо, поэтому насчет своего внешнего вида была спокойна. Он тоже отлично выглядел, но я постаралась как можно меньше разглядывать его. Когда я особо не придавала значения его неотразимой внешности и стилю, мне было легче презирать его. Мне никогда не нравились люди, которые знали о своей природной привлекательности и от того вели себя так, словно они короли мира. А Грейсон, надо сказать, производил именно такое впечатление. Увидев меня, на лице этого мужчине явно появился восторг, смешанный с гордостью. Мне не понравилось каким взглядом он окинул меня. Это был взгляд хищника, который очень хочет ощутить вкус своей жертвы. Проходя к машине, я почувствовала прикосновение ладони Ретта к своей пояснице и тут же поежилась от неприятного ощущения вторжения в мое личное пространство. Грейсон был привлекательный мужчина, но несмотря на это, каждый раз когда он хоть как-то касался меня, вызывало у меня неприятный комок в горле и дрожь по телу. Пока мы ехали в машине, я настраивалась на гениальную актерскую игру и стоило нам приехать в сам ресторан, как все мои жалкие потуги сошли на нет стоило губам Ретта коснуться моей обнаженной шеи. Я настолько не ожидала этого, что в миг, когда его ладони коснулись моих плеч, а губы ласково накрыли оголенный участок кожи, из меня как будто вышибло дух. А уж когда он переплел наши пальцы, мне вообще резко стало нечем дышать. Пока мы дошли до столика, где нас уже ждали, я кое-как смогла вернуть своему лицу более-менее спокойное выражение. Я улыбалась, приветствуя Чарльза и его жену, тогда как внутренне я чувствовала себя невероятно уязвимой. Выбирая блюда, Ретт снова касался меня и вообще сидел очень близко. Я изо всех делала вид, что мне это пиздец как приятно, но, кажется, Чарльз все же заметил мое напряжение. Его взгляд был настолько проницательным, что у меня сложилось впечатление будто я уже спалилась перед ним.

Безумие, когда к тебе прикасается совершенно чужой мужчина, а ты должна сидеть смирно и делать вид, что это совершенно нормально и более того тебе нравится. Я не могу пожаловаться на свои актерские данные, ведь я танцовщица, но в данный момент мне было очень сложно поддерживать эту игру. Ретт же напротив извивался как уж на сковородке и судя по всему делал это с легкостью. Из нас двоих, видимо, лучший врун и стратег явно был Грейсон. Я даже не смогла закрыть глаза в момент, когда он неожиданно коснулся моих губ своими. Я находилась в таком оцепенении, словно мне на руку посадили ядовитого паука. Лишь спустя пару секунд до меня дошло, что я должна хотя бы прикрыть глаза в знак удовольствия. Я незамедлительно сделала это, а когда вновь разлепила их, увидела влюбленный взгляд Ретта. Черт, я так не смогу! Как у него получается настолько подделывать свои чувства? Хотя, чему я удивляюсь, он банкир и политик, у него уже выработан этот дар лицемерия. Хоть поцелуй Ретта пока что не был похож на поцелуй в полном смысле этого слова, мне даже его хватило за глаза. Не хватало еще, чтобы он полез мне языком в рот! Фу! Испытывая совершенно непонятные эмоции, я безуспешно пыталась вникнуть в суть разговора Ретта и Чарльза, но поцелуй в губы выбил меня из колеи. Черт возьми, я сидела словно на иголках! Через некоторое время Грейсон положил мне руку на бедро и чуть сжал ее. Охренеть! Такое ощущение словно мы с ним знакомы несколько месяцев, но никак не пару дней. Я понимаю, что я подписала бумаги, но все равно все происходило слишком быстро. Далее разговор зашел о медовом месяце. На самом деле я и правда готовила детей к серьезному конкурсу, но это все же скорее было мое прикрытие, алиби, чтобы не ехать с Реттом куда-либо. Поездка даже на недельку в теплые страны, где он будет каждый день трахать меня, казалась мне адом на земле. Я хотела, чтобы моя относительная свобода продлилась как можно дольше, а медовый месяц явно бы это подпортил. Я заметила какой недобрый огонь горел в глазах этого политика, но я предпочла не замечать его. Услышав слова Ретта о том, что он едет со мной на конкурс, я еле сдержала негодование, тогда как этот паршивец спокойно смотрел в мое лицо, наблюдая за моей реакцией. Слова «ангел мой» все равно жутко резали мне слух. Когда Грейсон потянул меня танцевать, думаю он увидел негодование, проскользнувшее на моем лице. Он не спрашивал, он принуждал, собственно, как и всегда. Объятия Ретта меня нервировали, как и должно было быть с девушкой, которую обнимал совершенно незнакомый ей мужчина. Глянув в глаза Грейсона, я вдруг почему-то вспомнила Дэвида и меня охватила такая жуткая тоска, что мне тут же захотелось напиться с горя. Интересно где он, что делает? Как бы я хотела сейчас быть с ним, а не участвовать в этом фарсе! — Мы? — переспросила я. — Так все же это была не шутка? — Про медовый месяц это ведь тоже была не шутка. — Медовый месяц обычно бывает у любящих пар. К чему он нам? Трахаться можно где угодно, — поморщилась я. Мне жутко не хотелось думать об этом больше, чем одну секунду. — У меня отпуска не было года два. Для меня это еще и повод просто отдохнуть. — Я ничего не умею против, — пожала я плечами. – Я отпущу тебя на все четыре стороны. — Я сам не поеду. У меня ведь уже есть жена. Точнее будет. Я окинула Ретта скептическим взглядом. — Точнее рабыня. Те пункты, что я подписала никак не подходят под описание функций жены. — Суть не в этом. — А, ну да, конечно, — я поджала губы и повернула голову в бок, избегая прямого взгляда в глаза Грейсона. Пара за столом явно не догадывается  о чем это мы сейчас говорим с Реттом. Если бы Чарльз с женой услышали наши «милые» препирательства, они явно бы опешили. — Ты привыкнешь, — уверенно сказал Ретт. — С чего вдруг такая уверенность? — спросила я, не поворачивая головы. — У тебя нет выбора. Я сжала зубы, автоматически стискивая ладони, находившиеся в руках Грейсона в кулаки. — Может пойдем нальем тебе еще вина? — Может стоит заказать целую бочку? Мне кажется, за эти пять лет, если вино будет единственным моим успокоительным — я сопьюсь. — Так будет не всегда. Первое время всегда тяжело. — Откуда тебе знать, — хмыкнула я. — Будто бы когда-либо ты продавал себя кому-то. Все это время мы двигались под изумительную мелодию, которую играл живой оркестр. Казалось бы, этот вечер мог стать подарком судьбы, исполнением мечты, но для меня это был кошмарный сон. Мы с Грейсоном категорически не подходили друг другу. Ему нужна была кроткая овечка, тогда как я явно не подходила на эту роль. — Думай о том, что все могло сложиться еще хуже. — Ты умеешь утешать, — съязвила я. Мы дотанцевали этот мучительно долгий для меня танец и вернулись к нашим собеседникам. Весь последующий вечер мне пришлось делать вид, что я пиздец как влюблена, очарована Реттом и рада посиделкам с этими двумя снобами. Спустя полтора часа, когда я села в машину к Грейсону, я, наконец, откинулась на спинку и простонала: — Если все твои коллеги, такие, лучше сразу пристрели меня! — Такие только недоброжелатели. — И часто ты ужинаешь со своими недоброжелателями? — Только когда хочу им утереть нос. — Показав голубоглазую блондинку, которая станет твоей женой? Классический прием, — зевнула я. — Другого пока я не успел придумать. Пока мы ехали к моему дому, я повернула голову в другую сторону от водительского кресла и прикрыла глаза. У меня было ощущение словно меня выжали, как лимон. Когда машина затормозила около моего дома, я уже чуть было не задремала. Я засобиралась, накидывая сумочку на плечо. Открыв дверцу, я кинула взгляд на Ретта. — Я так понимаю, увидимся мы уже у алтаря? — Увидимся да. Я ведь обещал. Но все равно по некоторым вопросам, касательно свадьбы тебе будут звонить и уточнять. — Поверь, мне все равно. — Тем не менее, тебе все равно позвонят. Следующая наша встреча должна была состояться уже в церкви. Я замерла, пытаясь собраться с мыслями. Не зная, что такого сказать, я лихорадочно облизнула губы. Сильная мужская рука легла мне на талию и слегка притянула меня к себе. Ретт поцеловал меня в щеку, сказав «до встречи». Я же смогла найти в себе силы лишь для того, чтобы кивнуть ему в ответ. Выйдя из машины, я заспешила к своему дому, чтобы поскорее скрыться за дверью. Я бежала от своего неминуемого будущего, наивно надеясь, что оно никогда не настанет.

Прошлое

Дэвид

Странно жить, когда надуманная слава, идет впереди тебя. Когда о тебе судят те, кто даже лично с тобой незнаком, доверяя всяким слухам. Благодаря такому образу жизни я научился не обращать внимания на тех, кто этого не достоин. Конечно, часть из того, что обо мне говорят чистая правда, например, то, что я избил отца до полусмерти. Но после его смерти стали говорить о том, что именно я приложил руку к его кончине, а вот это уже полная чушь. Не спорю, я действительно ненавидел его, но я не желал ему смерти, как ни странно. Я просто хотел, чтобы он был подальше от нас. Но раз уж судьба распорядилась иначе, значит так было нужно. В любом случае после его смерти, нам с матерью стало легче дышать. Я больше не боялся приходить домой, что б вновь не стать свидетелем пьяных избиений и не сорваться. Он бы вновь заявил на меня и мне бы вновь нужно было бы восстанавливать по кускам свою жизнь. Во всем есть положительные стороны и, как бы это ужасно не звучало, в его смерти тоже. Мама стала больше отдыхать, а я больше времени уделял своим хобби и учебе. Мне было сложно учиться, поскольку некоторые преподаватели предвзято относились к моей персоне, а все те, кто учился со мной, давно уже работают и имеют свои бизнесы. Плевать. Я выбирался и из большей задницы. Сегодняшний день ничем не отличается от любого другого буднего дня. Занятия начинаются с самого утра, но, как и положено парням с плохой репутацией, я пришел позже. Видит Бог, я не специально, вчера репетируя танец, я так увлекся, что лег слишком поздно и сегодня проснулся лишь ко второй паре. Добрался я до Академии Искусств очень быстро, так как она находилась в паре кварталов от моего дома. Как оказалось первые две пары были у одного преподавателя, поэтому как только я вошел в аудиторию, ко мне тут же обратились: — Мистер Мёрфи таки решил посетить моё занятие. Польщен, — было очевидно, что меня пытаются поддеть подобным сарказмом. —  Я могу уйти, если вдруг вы считаете, что необходимости в моем присутствии нет, – совершенно спокойно, ответил я, останавливаясь на месте. — Проходите, раз уж пришли, — одним своим видом он выразил неуважение и пренебрежение мной, но мне было плевать.

Наигранно улыбнувшись я развернулся и пошел в сторону своего места, по дороге случайно задевая парту одной из девушек. Ее тетрадь, ручки, книга, полетели на пол с грохотом. — Черт…, — выругался я, затем добавил. — Извиняюсь. Я присел на корточки и стал вместе  с ней собирать все, что упало. Это была девушка из параллельной группы. Некоторые лекции у нас потоковые, поэтому мы попадаем на одни занятия. Кажется, ее звали Джин Эванс. Я помню ее, потому что она одна из тех идеальных девочек, которым для полноты образа не хватает двух косичек. Богатенькая, с отличной успеваемостью и абсолютно не испорченной кармой. Она хоть и не выглядела ботаником, однако со стороны казалось именно так, но, как известно, внешность бывает обманчива. Я прошел на свое место и тут же достал тетрадь, в которой всю лекцию я планировал рисовать комиксы. Лекция началась и монотонный голос мужчины утомлял. Я абстрагировался полностью от всего, что происходило вокруг, и уже совершенно не слушал лектора, занимаясь своими делами. Мне было так скучно, что я сам того не понимая, зевнул, как вдруг в мое левое плечо пришелся удар. — Что тебе надо?! – Достаточно грубо ответил я, обращаясь к парню, рядом со мной. Он кивнул в сторону преподавателя, рядом с которым стояла та самая Джин, видимо отвечала что-то, и все они смотрели в мою сторону. — Мистер Мёрфи, Вам так скучно, что вы начали зевать прямо на занятиях, может вам пойти домой и выспаться, как следует? Вот урод, ему снова нечем заняться, что он решил доебаться до меня? — Ваше предложение очень-очень заманчиво, но я останусь, рассмотрю внимательней ножки мисс Эванс, — как ни в чем не бывало отвечаю я.

Моей наглости нет предела, когда на меня нападают, а он не первый и не последний кто это делает. — По вашему это смешно? — возмущенный лектор, готов рвать и метать, но чего он ждал? — Разве я смеюсь, мистер О’Коннел? — всей своей серьезностью даю ему понять, что его жалкие попытки как-то на меня повлиять абсолютно бесполезны. Такое бывает очень часто, именно поэтому меня не любят преподаватели. — Если вы продолжите так себя вести, то я буду вынужден заставить вас покинуть аудиторию, Мёрфи! — кажется, он готов лопнуть от ярости, а я же наоборот, спокоен, как удав. — Обещаю, больше ни одного зевка! — я торжественно поднял руку, словно готов был поклясться на святыне. Как же меня бесили эти глупые попытки публичного унижения. Они сами не понимают, что тем самым унизят только себя. Я всегда найду, что ответить на нападки, а если не найду, то прибегну к дедовскому силовому методу и мне будет плевать, будет ли это подобный мне студент или же препод. Они должны быть беспристрастны, но тем не менее продолжают демонстрировать агрессию. Далее лекция прошла более-менее  спокойно и я даже успел рассмотреть ноги той самой блондинки. Не много заучек увидишь, которые следят за собой, за модой и выглядят при этом как секс-бомба Академии. Когда, наконец, лекция закончилась, я быстрее ветра выскочил оттуда. Погода на улице была отличной, свежий воздух и яркое солнце заставляли ощутить себя где-то на юге, практически на пляже. Я вышел во двор Академии и сел на траву, доставая из рюкзака приготовленный матерью бутерброд. Сейчас был большой перерыв, а это отличная возможность отдохнуть и расслабиться. Скоро начнется следующая пара, поэтому прожевав остатки бутерброда, я поднялся с места и пошел в сторону главного входа. — Ох и шлюха ты Эванс, — послышался мужской голос позади меня. Эванс? Шлюха? Что за анекдот-то такой? Я развернулся и увидел, как один из местных любимчиков девушек обращаясь к той самой блондинке, обвиняет ее в легко поведении и смеется со своими прихвостнями. Я закатил глаза, затем скидывая рюкзак с плеча уверенно иду в его сторону, а затем, размахнувшись, укладываю его на лопатки. — Ты смелый такой смотрю, –  если бы на моем месте был какой-нибудь обычный студент, о котором не ходили слухи, что он убил своего отца, то двое его дружков кинулись бы на меня.

Но та слава, что ходит вокруг меня, как раз заставляет таких «героев» не связываться со мной. — Какого хрена, Мёрфи?! — возмутился он, поднимаясь с травы. — Хочешь кого-то потроллить — найди ровню. Или ты можешь отпускать шуточки только в сторону тех, кто сдачи дать не может? – внешне я не подавал виду, однако агрессия внутри меня рвалась наружу. Парню не нашлось, что сказать, поэтому я лишь добавил. — Ну я так и думал.

Я развернулся и, поднимая рюкзак, обратился к Джин:

 — Пойдем, у нас, кажется, сейчас еще одна общая лекция. Я не рыцарь в белых доспехах, но меня жутко раздражает, когда так называемые мачо пытаются само реализоваться за счет девушек, тем более таких как Джин. Уж кем-кем, а шлюхой ее точно не назовешь. Всех местных давалок Академия знает в лицо и в этом списке Джин Эванс не числится. Для меня Эванс — это своего рода ангел, такая неприступная девочка-девственница, которая при всем при этом весьма хороша собой внешне. Конечно в тихом омуте, как говорится, но все же ее образ был моей полной противоположностью. Мы никогда не общались лично, но судя по всему, она так же была в курсе всех сплетен, которые крутятся вокруг меня. Да и плевать. — Знаешь, — она словно начала отчитывать меня. — Не всегда все решается кулаками. Вот так вот, за то, что я защитил ее, получил в свою сторону лишь упрек. Я остолбенел, тогда как на лице появилось искреннее охеревание. Серьезно? Вот так вот в дребезги разрушился ангельский образ. Хотя, на самом деле, я просто не ожидал вместо благодарности получить это. Я смотрел ей в след приоткрыв рот от возмущения, не в силах сдвинуться с места, словно тело было до упора налито свинцом. Ах ты маленькая стерва! Я пришел себя и тут же метнулся следом за ней. Ну уж нет, так не пойдет. Я тут ради нее в драку влез, а она… Для меня все способы решения проблем более действенны если они решаются силой. Так уж вышло, что на протяжении всей моей жизни, мне неоднократно доказывали, что разговоры — это просто бесполезное сотрясание воздуха. Звонок прозвенел так же резко, как и слова Эванс вырвались из ее ротика. Войдя в аудиторию, я увидел, что она уже спокойно расселась на первую парту. Рядом с ней никого не было, точнее он еще не успел дойти. Ну тогда человека ждет сюрприз, потому что сегодня я там сижу. Я уселся рядом с Джин и тут же увидел, как она медленно перевела на меня взгляд, вопросительно поднимая брови. Я усмехнулся, ничего не говоря, просто распаковывая вещи, доставая тетрадь и ручку. Оказалось, что была замена пар и теперь вместо занудной философии у нас будет история искусств. Ну и отлично, с этим преподавателем у меня никогда не было проблем. Его пары даже были более интересны. Он начал лекцию, тогда как я тут же вырвал листок бумаги из своей тетради и написал Джин записку. «Где твои манеры Эванс, где моя благодарность?». Свернув листок в несколько раз, я медленно подсунул его к тетради блондинки. Однако вместо ответа, она кинула на меня какой-то осуждающий взгляд, а затем отвернулась, даже не притронувшись к записке. Нет, ну точно стерва. А ты не так невинна, как кажешься на первый взгляд. Интригует. Причем не слабо. Взяв в руки шариковую ручку черного цвета, я всегда писал черной, я прямо на полях тетради Джин написал: «Игнорщица!». Мне стало это даже нравиться. Последний раз, когда я подобным образом баловался, мои отношения с объектом баловства завершились сексом. Правда потом меня отчислили, но не из-за нее. Эванс же, словно неприступная крепость, кидала  в мою сторону странные взгляды, но затем таки взяла в руки карандаш и стала писать уже на моей тетради. Я с легкой улыбкой ждал, пока она напишет, а затем глянул на запись. «Не порти мне тетрадь!». И снова все? Да что ж такое. Я усмехнулся и вновь ручкой сделал запись на ее полях: «Если ты сейчас не прочитаешь мою записку, я испишу твои поля всякими непристойностями. Это испортит твою золотую репутацию. :) ». Стоило ей повернуться и снова глянуть на меня, как мои губы расплылись в довольной ухмылке, а сам я развалился на парте, подпирая голову рукой. Ну же, Эванс, не будь занудой. У меня впервые такое хорошее настроение, не обламывай мне кайф.

Прошлое

Джин

Начало лекции. Обычный ничем не примечательный день. Теперь все дни стали обычными, стоило мне расстаться со своим парнем. Обычно девочки хвастаются лучшим подругам о своих отношениях, но со мной все было иначе. Ни одной живой душе я не могла рассказать о том, с кем встречалась несколько месяцев. Соответственно и расставание мне пришлось переживать в одиночку. Вы спросите, почему я никому не рассказывала о своей влюбленности? Я боялась, что это выйдет за пределы разговора двух человек. Если бы о нас пошли сплетни, до добра бы это явно не довело. Уилл. Для меня теперь он был просто Уиллом. Мне жутко непривычно было звать его по фамилии, но все же приходилось, ведь он был моим преподавателем. Да-да. Я встречалась со своим собственным преподавателем, да и еще женатым ко всему прочему. Иногда, когда мне становится особенно тошно от самой себя и стыд за свой поступок уже невозможно сдерживать, я стараюсь думать, что именно Уилл меня соблазнил. Если уж быть честной, то по сути так оно и произошло. Сначала все началось с простых разговоров после занятий. Не знаю, как, но очень быстро разговоры об учебе перешли в другое русло, и вот в моем сердце зародилась симпатия. Я знала, что Уилл не свободен, старалась не думать о нем, как о мужчине, но он словно специально делал все наоборот. Это случилось, когда Уилл оставил меня после одного из семинаров, дабы обсудить мою успеваемость, которая стала к слову хуже, чем раньше. Я думала было начать оправдываться, но каково было мое удивление, когда этот мужчина вплотную подошел ко мне, и резко схватив за шею, потянул на себя и поцеловал. С глухим стуком мы врезались в одну из стен аудитории. Поцелуй был страстным, лихорадочным, безумным. Уже потом я узнала, что Уилл заранее запер двери аудитории, чтобы никто не вошел. Я же так давно мечтала об этом моменте, что не смогла оттолкнуть его. Именно в этой аудитории, на его столе я отдалась ему. Отдалась мужчине впервые в жизни. Теперь я жалею о своем поступке, но ничего уже не вернуть. Наш роман закрутился с сумасшедшей скоростью. Мне словно сорвало крышу, и я забыла о том, что рушу чужой брак, а этот мужчина значительно старше меня самой. Мы проводили непозволительно много времени вместе, трахались то там, то тут. Каждый день я чувствовала аромат его тела на своей коже. Удивительно, как его жена не догадалась о наличии любовницы. Как и все наивные молодые влюбленные дурочки, я стала мечтать о том, как Уилл бросит жену, и мы будем вместе. Теперь мне это кажется таким бредом. Когда я завела этот разговор со своим (как мне казалось) мужчиной, ответом мне было: — Ну что ты, малыш, нам же итак хорошо. После этого я поняла, что мне не стоит надеяться на большее. Он никогда не расстанется с женой, а я никогда не смогу смириться с тем, что я у него на втором месте. Я сама себе удивлялась, как я, воспитанная в интеллигентной семье могла так низко пасть! Неделю назад я поставила точку в этих больных отношениях. Я рассталась с Уиллом. Он был категорически против, но я держала оборону и была непреклонна. Теперь я ходила по колледжу, озираясь по сторонам, стараясь не встречаться с ним. На занятиях я сидела на последнем ряду, стараясь как можно меньше привлекать внимание. Сегодня я впервые нормально выспалась. Настроение чуть улучшилось, но я все равно сидела немного рассеянная. Уже началась пара, как вдруг в аудиторию вошел еще один ученик. Я знала его. Его знали все. Это был Дэвид Мерфи, парень, о котором ходило множество самых жутких и невероятных слухов. Я уверена, что не знала из них даже половины. Я никогда не верила слухам, стараясь опираться на собственные наблюдения и рассуждения. Но я не первый раз видела, как откровенно нагло этот брюнет ведет себя, поэтому, возможно, все разговоры о нем правдивы. В этот раз он снова был в своем репертуаре, с порога начав препираться с преподавателем. Мне было это совсем не интересно, потому я углубилась в свои записи в тетради, как вдруг, все, что у меня лежало на парте полетело на пол. Я тут я принялась собирать все с пола. Виновник же решил не оставаться в стороне. Дэвид так же присел на корточки, помогая собирать все мое добро. И хоть он и извинился, я кинула на него весьма недовольный взгляд. Слава Богу, что он не творит такое на парах Уилла, иначе бы я его сама убила бы! Чуть погодя, когда я отвечала на заданный преподавателем вопрос, он вдруг остановил меня. Прошло чуть больше половины пары, а Мерфи уже просто изнывал от скуки. Не скажу, что он мешал мне отвечать (я была сосредоточена и сбить меня было не так-то легко), но вот преподаватель явно стал выходить из себя. Последовала словесная перепалка, которая кончилась сомнительным комплиментом в сторону моих ног. Думаю, все, кто смотрел на меня увидели, как возмущенно приподнялись мои брови. При всех! У него совсем никаких тормозов нет! Ладно бы он сказал мне такое лично! Но тут он явно перегнул палку! Как только закончилась пара, я тут же вышла из аудитории. У меня не было ни малейшего желания находиться там. Стоило мне выйти в коридор, как я столкнулась с Уиллом. Его рука на моей талии привела меня в дрожь. Его взгляд заметно потеплел, стоило ему увидеть меня. — Джин. Нам надо поговорить…, — тихим хриплым голосом сказал он. — Нам не о чем говорить, — отрезала я и, обойдя его пошла в столовую. В последний раз, когда мы говорили в этих стенах, он попытался меня поцеловать, что было весьма опрометчиво с его стороны, ведь дверь его кабинета в этот момент была открыта! Уже оказавшись в столовой и попытавшись пообедать, я поняла, что после встречи с Уиллом у меня кусок в горло не лезет. Мне срочно нужно было подышать свежим воздухом. Я направилась прочь из этого здания, но и там меня ждал неприятный сюрприз. Проходя мимо одной из компашек, я вдруг услышала в свою сторону: — Ох и шлюха ты Эванс… Я тут же повернулась к тому, кто это сказал. Компания состояла из четырех человек, троих парней и одной девушки. Тот парень, что так «лестно» отозвался обо мне, был мне знаком. Полгода назад он предлагал мне встречаться, но я отказалась. В голове тут же пролетела сотня мыслей. Либо он просто хотел меня задеть, либо он что-то знал обо мне. Выяснить я не успела. Я не успела даже понять, что произошло, как этот парень уже лежал на земле. В шоке я перевела взгляд на своего неожиданного защитника. Это был все тот же Мерфи. Они перекинулись буквально парой фраз и компания, недовольно кривясь отошла от нас. — Пойдем, у нас кажется сейчас еще одна общая лекция. С одной стороны я была благодарна Дэвиду за помощь, но в тоже время я прекрасно понимала, что я тут не при чем. Этому парню просто нравится махать кулаками. — Знаешь, — сказала я. — Не всегда все решается кулаками. Мне бы все равно стоило сказать ему спасибо, но почему-то я этого не сделала. Наверное, его наглое поведение на предыдущем занятии все же сдержало меня. Мы оба направились в аудиторию. По привычке я села на одну из первых парт и каково же было мое удивление, когда в аудиторию зашел не тот преподаватель, который должен был. Прямо передо мной оказался Уилл и у меня уже не было ни малейшей возможности скрыться от него. — Произошла небольшая замена. Занятие мистера Уилкинса будет сразу после этого. А сейчас вам придется смириться с моим присутствием, — с этими словами он в упор глянул меня. Как бы я хотела сейчас стать невидимкой! Жалко, что сегодня меня никто не предупредил о том, что меня ожидает день сюрпризов. Мало того, что я преждевременно попала на занятие Уилла, так еще и буквально через минуту ко мне подсел Мерфи. Я видела, что он вошел в аудиторию, но не придала этому особо значения, пока он не плюхнулся на место рядом со мной. Тревога по поводу внезапного появления моего бывшего отошла на второй план, на первом оказалось изумление от поступка этого парня, нагло улыбающегося мне, пока я вопросительно подняла брови. Мы никогда не сидели с ним рядом и то, что сейчас он вдруг решил сменить место дислокации явно было не с проста. Если ему некого отвлекать на паре, пусть пристает к кому-нибудь другому! Мне не нужны были проблемы, тем более сейчас, когда Уилл был так близко. Не объяснив своего поведения, Мерфи стал распаковывать вещи и класть их на парту. С пару секунд я еще таращилась на него, а затем отвернулась.  Будем надеяться, что у него на уме учеба, а не всякие там глупости! Сосредоточившись на предмете, я вдруг заметила, как не прошло и пяти минут, а Дэвид уже подсунул мне записку прямо к тетради. Мельком глянув на нее и на того, кто ее написал, я отвернулась, не собираясь играть в детские игры с этим брюнетом. Все, что он хочет обсудить, он может сказать после пары. Я снова попыталась сосредоточиться на том, что говорил Уилл и мне снова помешали, бессовестно отвлекая. Прямо на полях моей тетради Дэвид написал мне, что я игнорщица. Черт возьми! Мерфи, видимо, не собирался успокаиваться. Судя по всему, он не понимал того, что если тебя игнорируют, ты кому-то не интересен. Взяв карандаш (я в отличии от Мерфи достаточно аккуратна!), я написала уже на его тетради, чтобы он не смел мне портить имущество. Вместо того, чтобы успокоиться и сосредоточиться на предмете этот брюнет вновь взял ручку в руки. Я закатила глаза, понимая, что он собирается написать еще что-то. И как бы мне не хотелось признавать, мне было в какой-то мере интересно, что же он напишет. В этот раз писал он достаточно долго. Я же делала вид, что меня это совершенно не интересует. Я с умным видом пялилась на доску, тогда как сама уже была готова глянуть на то, что же мне написали. Как только Дэвид убрал руки, я тут же скосила взгляд, читая его послание. Как бы я не хотела улыбаться в данный момент, пытаясь осадить этого наглеца, улыбка так и рвалась наружу! Возможно, у меня и хорошая репутация, но если бы все узнали истинные подробности моей личной жизни, я бы уже не была чиста, как младенец! В любом случае, меня настолько развеселила надпись, что сдерживать не было сил. Я перевела взгляд на Дэвида и увидев, как он расплылся в довольной ухмылочке, я не смогла не улыбнуться. Подумать только, благодаря его глупостям, я напрочь забыла, что пару ведет Уилл! С интересом смотря на меня, Дэвид подпер подбородок рукой. Он явно ждал моего ответа. Закусив губу, я на мгновение задумала, что написать. В итоге вышло как-то так: «Спасибо за то, что вступился». Я уже было отодвинула тетрадь, а Мерфи в свою очередь потянулся к моей, как снова дернула ее уголок на себя. Секунда-другая и на его полях появилась надпись: «И я не зануда!». Почему он решил, что я вся такая правильная? Он меня не знает! Я бросила быстрый взгляд на соседа по парте, а затем вновь попыталась вернуться в реальный мир. Все, что все это время говорил Уилл, я благополучно пропустила мимо ушей. Стараясь не замечать тихого смеха Мерфи, я через пол минуты не выдержала и глянула на поля тетради. Там меня снова ждало послание. «Уже вижу». Покосившись в сторону Дэвида я опять позволила себе улыбку. Видимо, увидев, что я больше не возмущена, Дэвида на моих глазах снова написал послание. «Не за что». А чуть погодя он написал кое-что, что слегка бросило меня в жар. «У тебя красивая улыбка, а я раньше не замечал. Чаще надо улыбаться, Эванс». Теперь мой взгляд, брошенный в сторону Дэвида был уже не мимолетным. Я внимательно посмотрела на него, сканируя взглядом. Только сейчас я рассмотрела то, как он был одет, и впервые я вгляделась в его лицо, отмечая про себя насколько он симпатичен. Я слышала слухи о Мерфи и касались они не только его семьи. Вокруг него ходило много слухов, в том числе и о том сколько девушек у него было. Если он решил, что я легка я добыча, то я огорчу его. Он выбрал не удачное время для того, чтобы подкатить. Но в любом случае комплимент был приятным и уголки моих губ слегка приподнялись. — Мистер Мерфи! Мисс Эванс! — услышала я голос буквально рядом с собой. От неожиданности я вздрогнула и глянула на того, кто обратился к нам. Уилл смотрел на нас с еле сдерживаемой яростью, которую тщетно пытался прикрыть легким раздражением. — Я вам не мешаю?!

Настоящее

Ретт

Выходя из ресторана, где мы провели вечер с Чарльзом и его женой нас поймал фотограф и тут же попросил попозировать. Я уверенно обнял свою невесту и немного улыбнулся. В такие моменты так же отказывать нельзя. Журналисты еще хуже конкурентов. Отвезя Джин домой, мы договорились, что наша следующая встреча будет уже у алтаря. Я ведь обещал. Я не всегда делаю то, что обещаю, но в этот раз я сжалился. Я был занят куда более интересными вещами. Я поставил прослушку на телефон Джин и отслеживал все ее звонки. Точнее не я, а мои люди, спустя время оповещая меня о каких-то разговорах. Разговоров у нее не было, но ее телефон был усыпан звонками с одного номера. Я пробил этот номер и оказалось, что ее надоедливый мальчонка желает общения. Джин просто умница, она не поднимала трубку, игнорируя эту надоедливую муху. Дата свадьбы назначена, а фото с того ресторана красуется на обложке журнала. Все знают о свадьбе и именно из-за этого Дэвид так упорно пытается добиться аудиенции у моей невесты. Я люблю просчитывать все на шаг вперед, люблю контролировать ситуацию, что бы не было инцидентов. Понимая, что звонки парня не ограничатся исключительно звонками, ближе к свадьбе я нанял охрану, которая будет пасти входы и выходы из комнаты Джин. Настал тот самый день икс, когда она должна была стать моей женой, когда она возьмет мою фамилию и станет частью моей семьи, пусть и всего на пять лет. В назначенное время Джин явилась с платьем и теми, кто поможет ей одеться, а это были пара ее подруг. Комната Джин со всех сторон охранялась моими псами, которые при малейшем лишнем вторжении Дэвида выведут его. Потихоньку все начинали собираться. Я уже был в костюме и ждал, но далеко не свадьбы.  Я был уверен, что этот влюбленный Дон Жуан припрется в самый ответственный момент. — Мистер Грейсон, рядом с окнами тусуется неизвестный. Его сразу взять? Бинго. — Нет, ждем пока он залезет в комнату. Я хочу что бы малышка Джин видела, какими могут быть последствия неповиновения.

Я выглянул на улицу, где уже все было готово к свадьбе. Все действия будут происходить в моем дворе, где уже оборудовано все под свадьбу. Стулья расставлены, шатры накрывают столы, подиум и свадебная арка так же ждут начала церемонии. — Он внутри, — ко мне подбежал охранник и поставил меня в курс дела. Я и еще несколько моих охранников побежали к ее комнате. — Стоять! — прокомандовал я и мы остановились за углом, где было видно, как из комнаты выходит подружка невесты. Она отошла и я прямой наводкой пошел в нужную комнату. — Скажи всем охранникам, что бы вошли внутрь. Я остановился у двери, на секунд десять замер, а затем резко открыл дверь. Тут же увидав испуганный взгляд Джин, но больше меня взбесило другое. Этот пацан стоял и держал за лицо мою женщину. Малыш, съебал! Мои люди тут же схватили по обе стороны незваного гостя и отстранили от девушки. — Увести его. Подальше. Парнишку моментально заломали, и стали уводить из комнаты. Когда мы остались наедине, я увидел ее в свадебном платье. Черт возьми, красивая… — Что ж ты ему популярно не объяснила, что бы он не подходил к тебе? Придется ему самому все объяснить. После свадьбы.

Во избежание недоразумений во время свадьбы его будут держать взаперти и мне совсем не важно будут его бить или нет. Мне плевать что с ним будет, а вот судя по испуганному лицу Джин ей нет. Ничего, ты девочка сильная и все переживешь. Я выглядел неумолимо и сурово. Мне не понравился безрассудный поступок Дэвида, и он за него поплатится. Единственное, что, если бы он сорвал церемонию, последствия были бы более суровые, а так всего лишь сутки в запертой комнате или подвале. У всех необдуманный поступков есть последствия, которые могут коснуться всех его участников.

Все идет по плану. Все абсолютно. Даже появление нерадивого, несостоявшегося жениха, который изо всех сил пытался вернуть свою девушку. Да вот враг у него не из простых, поэтому все попытки парня оказались тщетными. Я смотрел как мальчишку уводят и молча наблюдал за этим, затем шепнув начальнику охраны что сегодня его домом, будет заброшенный подвал и мешок на голове. Малышка Эванс нас не слышала, поэтому продолжала молча переваривать все, что происходит в округе. Оставшись с ней наедине, я увидел, в каком шоке находится девушка. Это хреново. Потому что даже сейчас мне необходимо ее покорное поведение, а ее вид умирающего лебедя все портит. Я подошел к бару и вытащил оттуда бутылку виски, который тут же налил в стакан и поставил перед Джин. Выбора не было, но ей явно нужно было расслабиться, пусть даже таким способом. Мой уверенный и не терпящий возражения взгляд дал девушке понять, что выбора нет.

— Выпей и выходи. Я жду тебя у алтаря.

Выйдя из комнаты, я оставил ее наедине со своими мыслями и стаканом виски, который она непременно должна опрокинуть и забыть все что было в той комнате, налепить на лицо счастливую, ну или почти счастливую, улыбку и выйти к алтарю, убеждая всех в искренности всего происходящего. Завершив приготовления, я накинул на себя пиджак и вышел в зал, где уже сидели люди, ожидая церемонии. Я уверенной походкой направился к священнику, который так же был готов начать свою работу. Идя по проходу, я был серьезен, не знаю почему, но, наверное, даже мне стоило бы расслабиться и нацепить полуулыбку. Что я и сделал, стоило мне обернуться к гостям. Спустя пару минут к основанию дорожки подошла Джин и положила свою ладонь в руку своего отца, из-за которого, к слову, все это и происходит. Интересно, какого ему самому продать дочь чужому мужчине, сломав ее, разрушив ее предыдущую жизнь, которая как мне показалось, ей очень нравилась. Ему явно не улыбалась фортуна, хотя, наверное, наоборот, ведь если бы не я, все его прекрасные дочурки были бы уже проститутками хрен знает в какой точке мира. А Джин, ее можно считать элитной проституткой для одного мужчины — для меня. Когда же она оказалась рядом со мной, я увидел, что выпитые виски ей не особо помогли, поэтому я тут же кивнул священнику, что бы тот начинал церемонию немедля больше ни секунды. Священник попросил произнести клятву Джин, а та, сначала неуверенно, затем все-таки взяла себя в руки и произнесла зазубренный текст. Далее мне необходимо было произнести речь, написанную нанятым человеком, но которую я ни хрена не выучил. Говорить я умел, я хороший оратор и манипулятор, поэтому я на ходу придумывал слова. — Милая Джин... Я не буду много говорить, ведь слова все равно ничего не значат. С этого момента всю свою любовь я буду демонстрировать исключительно на деле, — я взял ее ладони в свои и вновь продолжил. — Я не обещаю, что будет легко, но я клянусь, что, если будет хреново, я буду рядом и буду оберегать тебя, чего бы мне это не стоило. Со мной тебе ничего не грозит. Я клянусь, что ты будешь моей единственной, моей женой, моей музой, моим вдохновением, ты будешь моим миром. 

Далее должны пойти слова о любви, надеюсь все предыдущие мои слова затронули как минимум папарацци, которые уверен к завтрашнему дню распишут это мероприятие во всех красках.

— Я тебя люблю, ангел мой! Я не любил ее, но сказал так уверенно, при этом стараясь смягчить взгляд, играя роль того самого безгранично любящего мужчины, который за своей женщиной и в огонь, и воду, и в любую непогоду. Черт возьми, да я сам бы поверил себе. Нам передали кольца, которые мы надели друг другу, а затем священник произнес те самые, роковые для Джин слова, в которых она становится моей женой. Впредь ты, милая, Джин Грейсон — жена политика. Моя жена. — Можете поцеловать невесту. Сделав шаг вперед, я обнимаю ее за талию и, глядя в глаза, наклоняюсь, медленно касаясь своим губами ее губ. Затем я немного коснулся языком ее губ, намекая, что ей надо открыть свой ротик. Джин напряжена, натянута как струна. Это сильно ощущается через прикосновение, но несмотря на это, она таки приоткрывает свой ротик. Честно сказать, пока она не расслабила рот, я напрягся, ибо в поцелуе как раз видно все, а теперь, когда я по-хозяйски властвую там, я сильнее прижимаю ее к себе и с большей страстью вторгаюсь языком в ее ротик, срывая нежеланные поцелуи. Не знаю, как ей, а мне приятно целоваться, я люблю это дело. Пока мы целовались, помещение взорвалось аплодисментами в нашу честь, в честь нас. Отлипнув от нее, я обнял девушку и прошептал ей на ухо одно единственное слово: — Умница. Улыбнувшись своей жене, я взял ее за руку и потянул по дорожке к выходу. Теперь оставался банкет, а также танцы, фотографии и прочее веселье, которое честно сказать не особо прельщало меня, но выбора не было. Сев за стол, мы тут же выслушали тосты от родителей. Когда заговорил отец Джин, не знаю почему, но я довольно усмехнулся и обнял свою супругу. Мои же родители светились от счастья так сильно, что мне даже стало немного неловко. Впервые за все время. Какого хрена?

Опрокинув бокал шампанского, выслушав все поздравления, я решил, что настало время первого свадебного танца. Заиграла медленная музыка и люди столпились в центре, образуя круг, в котором и должны были мы танцевать. Я скинул с себя пиджак и потянул Джин следом за собой. Остановившись с ней в центре, я повернул ее к себе и обняв, стал вести в танце. — Ты хорошо держишься, остался только завершающий шаг, — нас никто не слышал, однако я еще ниже наклонился к ней и на ухо прошептал. — Прямо сейчас обними меня и поцелуй в шею. 

Я замер, ожидая действий Джин, но она не торопилась, поэтому я добавил ей мотивацию: — Он в моем загородном доме, в подвале с мешком на голове, хочешь чтобы он оттуда вышел? Обними меня и поцелуй, — мы оба знали о ком идет речь, а твердость моих слов не давала сомневаться в том, что я могу и не выпустить бедного парня с разбитым сердцем.

Ради достижения своей цели я пойду по головам. Думаю, Джин уже поняла это. Вы когда-нибудь ощущали себя всемогущим? Я неоднократно испытываю это чувство и мне оно чертовски нравится. Я не умею находить к людям гуманный подход, я ищу их слабые стороны и безжалостно давлю на них. Так проще. Так наверняка. Дэвид был «ахиллесовой пятой» Джин и, честно сказать, меня это начинало бесить. Думаю, скоро придет тот час, когда я впаду в ярость, потому что женщина, находящаяся со мной в браке, должна думать только обо мне, тем более именно я был спасательным кругом для семьи Эванс. Я, а не Дэвид! Я не собирался рисковать, ведь кто знает на что способен глупый, влюбленный человек, у которого буквально за неделю украли женщину. Я бы горы свернул что бы стереть этого человека с лица Земли, поэтому я заранее готовлюсь к тому, чтобы быть готовым к нападению. Жизнь — это не театр. Жизнь — это война, беспощадная и уничтожающая. Ты либо выживешь, либо будешь молить о смерти. Я не из тех, кто сдается, именно поэтому у меня огромное состояние, связи, а также контроль над людьми. К всему этому сегодня прибавилась молоденькая, сексуальная и красивая жена. Только сейчас глядя ей прямо в глаза, я заметил насколько она красива: голубые глаза (цвета то ли морской волны, то ли яркого неба), пухленькие губки, которые притягивали взгляд словно магнит и фигура греческой богини. Мне повезло. Я уже жду первой брачной ночи, хотя держу пари именно этого моя малышка боится больше всего. Не бойся, сладкая, я буду нежным... Наверное. Хотя это не в моих привычках.

Джин

Неделя, которую дал мне Ретт, пролетела словно один миг. Я старалась как можно реже думать о свадьбе, но с каждым днем получалось это все хуже. Во-первых, все газеты раструбили о том, что сенатор штата Аризона женится на двадцатилетней студентке и преподавательнице танцев. Во-вторых, мне пришлось все рассказать своей лучшей подруге Каролине. Да-да, именно все! Я не смогла придумать адекватное объяснение тому, что я вдруг выхожу замуж за совершенно незнакомого мне мужчину. По сути я уже нарушила один из пунктов договора, о чем я конечно же не скажу Ретту. В-третьих, мне пришлось просмотреть вереницу платьев, в одном из которых я должна была идти к алтарю, предоставить полный список гостей с моей стороны, а также заставить Марио (специалиста по свадебным торжествам) написать за меня клятву. Я так и не смогла выдавить из себя ни строчки. Плюс ко всему, мой телефон обрывал Дэвид. Я боялась, что, услышав его голос, пошлю все к чертям, уеду с ним в Вегас и выскочу там за него замуж, поэтому я ни разу не подняла трубку. Несколько раз он приходил ко мне домой, и мне пришлось сидеть тихо, словно мышке, чтобы он поверил, что меня нет дома. Исходя из этого, неделя у меня получилась адская. Накануне свадьбы я так сильно нервничала, что пока готовила на кухне, стараясь занять руки и по возможности мысли, разбила тарелку и чашку. В день свадьбы я должна буду выглядеть сияющей от счастья, без памяти, влюбленной в жениха, тогда как на самом деле у меня на душе будут скрести кошки, ведь я не хочу выходить замуж за Грейсона. Я влюблена в другого мужчину и уже долгое время думала, что именно за него и выйду в последствии замуж. Единственный человек, которого я хотела видеть завтра — это Каролина, моя лучшая подруга. Мне нужна поддержка, причем сильная и я уверена, она даст мне ее. Мне нужно было пережить церемонию, торжественный вечер, а затем… затем меня ждало самое ужасное — первая брачная ночь. Видимо, этого я боялась больше всего. Мысль, что меня будет касаться незнакомый мужчина, приводила меня в безотчетный ужас. Чтобы решиться на секс с мужчиной, я должна испытывать к нему как минимум сильное чувство влечения и симпатии, а как максимум влюбленности. К Грейсону я не чувствовала никакой симпатии, значит оставался второй вариант — напиться до такого состояния, когда мне будет все равно перед кем раздвигать ноги. В ночь перед свадьбой я практически не спала, из-за этого на утро под моими глазами красовались ненавистные мешки. Я уже подумала, что мне все равно и я явлюсь в церковь в таком виде, как в мою дверь позвонили. На пороге меня ждала целая команда стилистов, дизайнеров, парикмахеров , визажистов, а также массажистка. Спустя три часа, когда работа была закончена, я глянула на себя в зеркало и обомлела. Я всегда достаточно критично оценивала себя, но сейчас я выглядела так, словно собралась фотографироваться на обложку Vogue. К тому же, массажистка, которую прислал Грейсон, знала свое дело — мое тело расслабилось, тогда как мысли, стоило увидеть мне себя в зеркало, засуетились с новой силой. Внизу меня ждал лимузин и целая армия охранников. Однако увидев внутри машины свою лучшую подругу, я буквально чуть не задушила ее в объятиях. Ее одной было достаточно, мне не был нужен никто, лишь бы он обняла меня и сказала, что все будет хорошо. Доехав до места, меня тут же проводили в комнату невесты, и мы с Каролиной остались ждать. Вскоре комната наполнилась другими подружками невесты и по мере того, как они улыбаясь щебетали вокруг меня, мой страх усиливался. В какой-то момент девушки наконец-то вышли, оставив меня и Кер одних, а затем произошло кое-что, что окончательно выбило меня из колеи. Дверь открылась и в комнату вошел Дэвид. Каролина растерялась не меньше моего. Мы обе так и остались сидеть на диване, открыв рты. — Дай нам поговорить, — уверенно сказал он. Кер глянула на меня, и я коротко кивнула. Боже, как же я была рада его видеть! Это было одновременно и сладко, и мучительно находиться рядом с ним. Подруга чуть ли не на цыпочках вышла из комнаты и мой взгляд снова устремился на него. — Что же ты делаешь, а? — хрипло сказал Дэвид, смотря мне в глаза. Я не мигая смотрела в любимое лицо, медленно поднимаясь с дивана. Дэвид медленно пересек расстояние, разделяющее нас, и замер практически в паре сантиметров от меня. Мне катастрофически стало не хватать воздуха, и это было не из-за корсета. — Что ты творишь, Джин? Как ты можешь так с нами поступать? Я ничего не понимаю. — Все уже решено, — пролепетала я. — Кем? Кем решено? — чуть повысил он голос. — Я не согласен на то, что моя любимая девушка выходит замуж за другого! — Дэйв… — Послушай меня, — он заключил мое лицо в ладони. — Ты же его не любишь! Я знаю! Так к чему весь этот фарс? Я молчала, смотря в его глаза, отчаянно стараясь не заплакать. — Ты любишь меня. Я люблю тебя. Все это большая ошибка. Я не отрицала, я не могла отрицать все то, что он говорил, ведь я знала, что это истинная правда. — Не делай этого. Так все не может кончиться. Я люблю тебя, — прошептал он, наклонившись ко мне.

Как бы я хотела сказать ему тоже. Боже, как же я хотела… Звук отворившейся двери вывел меня из забытья, и я испуганно глянула в ее сторону. В проходе стоял Грейсон. Дальнейшие события происходили словно в тумане. Дэвида вывели из комнаты, оставив меня наедине с моим женихом, человеком, который раз за разом уничтожал остатки моей счастливой жизни. Я не смогла ничего ответить на реплику Ретта, так как находилась просто в шоковом состоянии. Видимо, заметив это, Ретт вытащил из бара, который находился в углу комнаты, бутылку виски и налил немного в стакан. Все мои душевные метания он предлагал просто запить. Ретт Грейсон вышел из комнаты, оставив меня одну. Слезы душили меня, сердце разрывалось на куски, но я понимала, что если сейчас начну плакать, то уже не смогу остановиться. На ватных ногах я подошла к столу, взяла в руку стакан с виски и залпом выпила его. Жидкость тут же обожгла мне горло, но она так же и привела меня в себя. Назад дороги не было. Как бы мне ни было плохо, я должна была держаться, должна была идти вперед, не отступая, ведь от этого зависела судьба всей моей семьи. Я не помню, как вышла из комнаты. Я помню, как уже стою в проходе и ко мне подходит отец, чтобы отвести меня к алтарю. На моих губах застыла неестественная полуулыбка, которая должна была заставить всех поверить в мое счастье. Впереди меня ждал он. Я не смотрела Ретту в лицо, я смотрела сквозь него и еле поборола желание отдернуть от него руку, когда мой отец вложил мою ладонь в его. Потерпи, еще немного и все это кончится. Я повторяла это снова и снова пока говорил священник.

Я первая должна была говорить клятву о любви и верности Грейсону, но я настолько растерялась, что едва было не ударилась в панику, когда поняла, что слова клятвы начисто выветрились из моей памяти. Благо, через пару секунд я все же вспомнила эти ненавистные слова. Я говорила размеренно, по возможности спокойно, пытаясь придать своему голосу трепетный тон. Я не знаю получилось ли у меня это, но, когда стоило начать Ретту говорить свою клятву, у меня отвисла челюсть. Вот они политики! Ретт говорил так уверенно, с таким любящим выражением лица (даже его глаза светились гребаным счастьем!), что не знай я всей правды, решила бы, что он просто обожает свою невесту. Милая, единственная, моя, ангел… я всегда думала, что нечто подобное мой жених будет говорить на свадьбе, глядя мне в глаза. Так и случилось, правда при этом жених нагло врет, а я сама выхожу не за него, а за его состояние. Когда Ретт сказал, что любит меня, мое сердце неприятно заныло. Все дамы в данном помещении сейчас завидовали мне, но если бы они знали… если бы они только знали… Почувствовав на своем безымянном пальце кольцо, я вся покрылась мурашками. Создалось ощущение, что это не маленькое кольцо мне одели на палец, а тяжелую цепь на шею. Далее нам нужно было поцеловаться, и если я тянула кота за хвост и нервничала, то Грейсон уверенно положил руки на мою талию и притянул меня к себе. Как хорошо, что выражение моих глаз сейчас видит только Ретт, иначе бы все уже давным-давно догадались, что я скорее сейчас готова удрать отсюда, нежели ощутить губы этого мужчины на своих губах. Словно в замедленной съемке я видела, как его лицо приближается к моему. По закону жанра я должна была закрыть глаза, но все, что я смогла сделать так это просто прикрыть их так, чтобы остальным казалось будто бы я закрыла их. Горячие и жесткие губы Ретта коснулись моих. Я напряглась так, что будь я курицей, я бы уже снесла яйцо. Ощутив его язык на своих губах, я поняла, что это намек — мне нужно было открыть рот. Внутри меня боролся здравый смысл и зов сердца. Умом я понимала, что должна ответить на поцелуй, сердце же перечило таким рассуждениям. В конце концов я приоткрыла рот и этого Грейсону оказалось достаточно. Он сильнее притянул меня к себе и его язык быстро и умело скользнул в мой рот. Это был настоящий поцелуй. Такой, в котором мужчина за какую-то минуту узнает о темпераменте друг друга очень многое. Ретт умел целоваться, это было очевидно, но у него получилось изобразить в нем и нежность и страсть одновременно. Если бы я оценивала по десятибалльной шкале просто умение Грейсона целоваться, я бы оценила его очень высоко, но это не имело никакого значения, ведь любой поцелуй без капли эмоции становится лишь бледным подобием поцелуя. Конечно никто ничего не понял, помещение взорвалось аплодисментами и криками поздравлений. Реет наклонился ко мне и похвалил за правдоподобное вранье. Моя улыбка маской застыла на губах. Началась вторая часть моего ада — банкет. Бесконечные тосты, поздравления, всеобщее веселье буквально выжимало из меня все соки. Я старалась выглядеть счастливой, но с каждой секундой у меня было все меньше сил на это. Меня не покидали мысли о Дэвиде, все ли с ним хорошо, но спросить об этом мужа не было времени. Мужа… этот человек теперь мой муж. Я глянула на Ретта. Он, без сомнения, красив, мужественен, но он же бессердечная сволочь! Как я буду с ним жить? У меня не было ответа.

Настало время первого танца молодых. Мы вышли в центр зала, и я снова оказалась в объятиях Грейсона. Мы танцевали, я, как и положено улыбалась, как вдруг Ретт потребовал, чтобы я поцеловала его в шею. В моем взгляде отразилось недоумение. Какого? Зачем? Я ведь делаю все, чтобы выглядеть счастливой, зачем еще шею ему слюнявить?? Уж я не знаю какие мотивы двигали Грейсоном, но, когда он упомянул про Дэвида, я непроизвольно сжала его руку. Неужели все так, как он говорит и Дэвид сейчас заложник в каком-то доме?! Мысль о том, что он попал в такую передрягу из-за меня, и подтолкнула меня к действиям. Мой взгляд заметно похолодел, но я прижалась к Грейсону сильнее и коснулась губами кожи на его шее. Затем я отстранилась и посмотрела Ретту в глаза. — Я уже твоя жена. Отпусти его.

— Ангел мой, ты не в том положении, чтобы указывать мне, — он немного улыбнулся. – Я отпущу его, как только наша свадьба придет к своему логическому завершению.

Как оказалось, в планах Ретта было сначала трахнуть меня, а затем отпустить Дэвида, ведь логическое завершение свадьбы — это первая брачная ночь. От одной мысли о том, что мне придется раздеться перед этим мужчиной и лечь под него, мне становилось дурно. Кто-то может сказать «да что ты из себя страдалицу делаешь, такой шикарный же мужик!», но для меня внешность мало что значила. Хоть Грейсон и был хорош собой, я ничего к нему не чувствовала кроме негатива, а для того, чтобы лечь с мужчиной в постель это явно не тот набор чувств, который требуется. Мысль о том, чтобы напиться все больше нравилась мне и через пол часа я приступила к действию. Я старалась напиваться незаметно, чтобы никто не видел, что невеста пытается споить саму себя. Когда в мой организм поступила четвертая порция шампанского, я услышала грозный голос Ретта около своего уха.

— Хватит пить! Иначе наша первая брачная ночь будет на глазах твоего ненаглядного.

Он все-таки заметил, что я делаю и решил припугнуть меня. Надо сказать, его угроза сработала как нельзя лучше для него. Стоило мне представить лишь на секунду, как Грейсон имеет меня на глазах Дэвида, как я тут же отставила бокал с алкоголем. Чем больше проходило времени и чем неумолимей приближалось время нашего отбытия в постель, тем больше у меня тряслись руки. Я не была девственницей, но меня ужасала мысль о том, что я должна буду отдаться этому человеку. Конечно подписывая контракт, я осознавала, что мне придется спать с Реттом, но тогда я старалась не задумываться об этом, сейчас же эта перспектива маячила перед моим носом очень даже явственно. Настал глубокий вечер и Ретт, встав из-за стола, потянул меня к выходу. Мое сердце готово было выскочить из груди. Пока он прощался с гостями, я успела под шумок выпить еще бокал шампанского, но даже он не прибавил мне храбрости. Я не знала куда мы едем, но, когда машина остановилась перед отелем, я задрожала, как осиновый лист. Удивительно, как меня не затошнило, стоило мне переступить порог этого здания.

Ретт

Стоило мне припугнуть Джин, чтобы она перестала напиваться, как мне жутко захотелось видеть глаза Дэвида, когда на его глазах активно дерут его любимую девушку.  Как бы это не было ужасно, но эта мысль реально меня возбудила. Но возбуждение было не долгим, ибо снова в нашу сторону посыпались поздравления. Джин больше не пила, чем меня и порадовала, хотя она лишила меня возможности самого беспощадного уничтожения личности человека. Не думаю, что Дэвид после такого спокойно ходил бы по земле. Время подходило к полночи, а это означало, что нам с Джин пора перейти к самой сладкой части всего мероприятия. Свадьба будет продолжаться без нас, поэтому я поблагодарил всех, кто пришел на нашу свадьбу, а затем взяв Джин за руку, повел ее к лимузину, который ждал нас у ворот. Мы сели внутрь автомобиля, и он тронулся с места. Куда мы едем, моя жена не знала, а ехали мы в отель. Мне показалось слишком скучным первый раз провести у себя дома. У нас еще будет время там наполировать все поверхности. Номер был заранее заказан. Люкс для влюбленных, с двуспальной кроватью и зеркальными потолками. Джин была напряжена как струна, но это меня не останавливало.

Стоило нам войти в номер, как я запер за собой дверь и тут же коснулся плеча своей жены. Она вздрогнула, словно не ожидала от меня подобных вещей, а ты как думала, мы сюда поспать приехали? Наивная. Я расстегнул молнию на платье, и оно тут же рухнуло вниз, словно занавес в театре. Джин осталась в одном белье, а точнее в его половине. На ней были только трусики, грудь же она машинально закрыла рукой. — Руки убери…, — тихо прошептал я, блуждая руками от плеч, спины, к талии и животику. Джин продолжала стоять не шелохнувшись. Да что ты как девственница-то?! — Руки убери, я сказал! — более громко и требовательно сказал я.

Моя жена все еще не двигалась, словно ждала от меня действий, а я ведь не из тех, кто долго ждет. Я взял ее руки в свои и опустил. Моему взору открылась ее аккуратная, нежная грудь. Продолжая блуждать по ее телу руками, я добрался до ее упругой груди, которую тут же сжал в ладонях. Как хорошо... Немного поиграв пальцами с ее сосками, я захотел ощутить тепло ее промежности, поэтому одной рукой продолжая ласкать грудь, второй я спустился вниз и поддевая ткань трусиков, залез под них. Джин резко накрыла мою руку своей, заставляя меня остановиться так и не добравшись до желаемого. Да что ж ты будешь делать?! Смирись уже, я трахну тебя так или иначе! — Убери. Свои. Руки, — разделяя каждое слово, потребовал я.

Она снова упрямо не слушала меня, поэтому я второй раз уже не повторял, а сам вновь убрал ее руку и продолжил свой путь к самому сокровенному. Теплая нежная плоть ощущалась на моих пальцах, но проблема была в другом — она была сухая. Я подготовился к этому, рядом с кроватью должна лежать смазка, которую видимо придется использовать по полному назначению. Я отпустил Джин и развернул ее к себе лицом, что бы она видела все. Я скинул с себя пиджак, рубашку, а затем расстегнув брюки остался перед ней в одних трусах. Я внимательно рассматривал ее тело, мысленно представляя, как ее грудь подпрыгивает в такт ей, когда она резвится на моем члене верхом. Но определенно это будет не сегодня. Я стянул с себя трусы, а затем присел на корточки. Я стал медленно стягивать с нее трусики, внимательно рассматривая гладкие складочки. Я целовал ее бедра, руками исследуя это молодое, сладкое тело. Выпрямившись, я внимательно глянул в ее глаза и пошел на нее, тогда как она стала пятиться назад. Я обхватил ее тело руками, я чуть приподнял ее над землей, унося в комнату. Аккуратно положив ее на кровать, я стоял на коленях на кровати рядом с ней. Джин сомкнула свои ножки, чем меня еще больше возбудила. Секс по принуждению. Всегда мечтал. Я потянулся рукой к тумбочке, стоящей рядом с кроватью и достал оттуда смазку. Отличный сервис в этом отеле, сделали все, как я просил. Взяв флакон в руки, я развел силой ножки Джин в стороны и устроился между них, чтобы она больше не смогла их сомкнуть. Нанеся немного смазки на руку, я стал растирать свой член. Я обхватил ствол руками и втирал смазку, внимательно глядя на обнаженное тело подо мной. Когда же, мой агрегат стал твердым, как камень я нанес немного смазки на пальцы и коснулся половых губ Джини. Я массировал, увлажнял ее промежность, готовя к более серьезным ласкам. Затем, я лег на нее сверху и управляя членом стал проводить головкой по киске своей жены. Не желая больше медлить, я направил головку в ее влагалище и сделал небольшой толчок тазом, входя внутрь. Я непроизвольно открыл рот, чуть прикрывая глаза. Как же у нее там узко, твою мать! Я продолжал погружать в нее свое достоинство, пока он не оказался весь внутри нее. Я замер, а затем стал медленно двигаться, ощущая, как все мое тело реагирует на нее. Охрененные ощущения приятной волной стали распространяться по моему организму, сводя меня с ума. Если бы я знал, что мне будет так хорошо, то давно бы трахнул эту блондинку.

Я люблю секс и все что с ним связано, я люблю доставлять женщине удовольствие, люблю сам его получать. В данной ситуации процесс имел положительное влияние только на одну сторону — на меня. Да, я получал удовольствие, несмотря на то, что девушка подо мной плакала. Я видел это, хоть и не подал виду. Пусть лучше думает, что я бесчувственная скотина, нежели будет пытаться давить на меня слезами. Хотя у нее бы не прокатило. Я не из тех, кто покупается на этот дешевый, но талантливый, с актерской стороны жест. В данный момент я хотел эту девушку и имел ее. Я буду думать, что ей настолько кайфово, что она плачет от счастья, которое на нее навалилось. Но на самом деле, как бы я не пытался не думать о том, что она рыдает у меня не получалось. Единственный вариант — не видеть этого. Я вышел из нее и взяв за бедра без затруднения поднял и повернул к себе задом, ставя ее на колени. Я слишком возбужден, чтобы сейчас задумываться о каких-то чувствах. Недолго думая, я взял свой член и направил в ее влагалище, а затем ввел его по самые яйца. Взяв девушку за бедра, я стал с чувством двигаться внутри нее, доставляя себе ни с чем не сравнимый кайф. Я двигался быстро, уверенно, руками помогая себе, насаживая девушку на свое достоинство. Я сжимал ее бедра, запрокидывая голову либо глядя на то, как мой блестящий от смазки член входит в узкую плоть блондинки. В какой-то момент, я стал двигаться чуть медленнее, практически полностью выходя из нее, а затем резко вторгаясь обратно. Мой рот был приоткрыт от удовольствия и оттуда, то и дело, доносились звуки удовлетворения, страсти, чего не скажешь о моей партнерше. Благо я не видел ее лица и не знаю, с каким видом она проклинает меня, но ей надо не меня винить, а своего отца.

 Внутри моей жены было настолько узко и горячо, что я решил закончить быстрее, пощадить так сказать в первый раз. Я всем весом своего тела стал налегать на нее, одной рукой давя на ее спину, а затем стал резкими и мощными толчками долбить ее. Я двигался быстро, как только мог, рукой сжимая кожу на ее спине. Твою мать, как хорошо... — вертелось в моей голове, когда я очередной раз с силой вгонял в нее свой ствол. Я так резко трахал ее, что спинка кровати то и дело ударялась в стену и оповещала всех соседей о том, что тут творится. В какой-то момент этой беспощадной долбежки я понял, что вот-вот кончу. Поэтому я максимально ускорил свои движения, входя в нее быстрее, так что мои яйца со смаком шлепали ее по половым губам. Движения стали быстрыми, отдаленно напоминающими отбойный молоток, а когда я готов был кончить, то резко вышел из нее и стал быстро дрочить себе. Я обхватил ствол рукой и сильно сжал его, словно это по-прежнему было влагалище Джин. Я быстро двигал рукой, а затем резко закрыл глаза, издавая томный полу рык и кончая на задницу своей женщины. Я продолжал выжимать из себя все до последней капли. По моему телу прошел мощный разряд удовольствия, который теперь красовался на аппетитной заднице супруги. Я тяжело дышал, только что испытав самое приятное, что может испытывать мужчина, а затем налег на свою жену. Я поцеловал ее в плечо, а затем прошептал: — В твоих же интересах скорее смириться с этим всем... Легче будет. Как говорится, если изнасилования не избежать, нужно расслабиться и получать удовольствие.

Не дожидаясь ответа, я поднялся с кровати и направился в душ. Стоя под теплым потоком воды стал размышлять о том, что произошло. Мне понравилось и это факт. Она была такой свежей, такой узкой, такой горячей внутри, такой не затраханной. Хотя я исправлю это. Однако где-то в глубине души я понимал, что ей всего двадцать лет. Будь на ее месте девушка на десять лет старше, она бы реально расслабилась и получала удовольствие, тогда как в голове Джин сейчас небось мечты о любви, о занятиях любовью и о том, какая она несчастная. Делать из нее умудренную опытом женщину бесполезно. Она все должна сама понять, но может мне быть с ней помягче? Я готов, но я должен видеть, что и она старается, а я не уверен, что она будет стараться. А вообще, пусть она пораньше привыкает к жизни, которая не похожа на рай. Жизнь всегда имеет всех.

Джин

В зловещем молчании мы вошли в номер, и когда рука Ретта коснулась моей обнаженной кожи, я вздрогнула, словно меня ужалила пчела. Этот мужчина не стал медлить. Мой муж медленно расстегнул молнию моего платья, и оно упало к моим ногам. Волна стыда прокатилась по всему моему телу. Я чувствовала себя унизительно, потому я машинально прикрыла грудь руками. Он чужой мне! Чужой! Я не хочу этого! Я не хочу его! Пусть он оставит меня! Однако я прекрасно понимала, что он не пощадит меня. Наоборот, этот мужчина буквально потребовал убрать руки. Как я могла это сделать? Я словно приросла к полу, онемела и замерла, не убирая ладоней. Ему пришлось самому опустить мои руки вниз. Я до боли закусила губу, когда Ретт стал трогать мою грудь, касаться сосков. Мне хотелось не своим голосом закричать «нет!», но мне как будто вырвали язык. Во рту пересохло, а мысли в голове в ужасе от происходящего просто разбегались. Дальше было хуже, рука Грейсона поползла ниже по животу, к самому сокровенному месту на теле девушки. Его пальцы поддели край моих трусиков, и тут я уже не смогла стоять словно статуя. Мои пальцы впились в его руку, не давая ему настигнуть желаемого. Ретт снова процедил, чтобы я убрала руки, но я, как и в первый раз не послушала его. Мужчине снова пришлось самому настойчиво убрать мои руки по швам. Закрыв глаза, я ждала, когда эта пытка закончится. Грейсон трогал меня там, и в моем теле не было ни единого отклика на эту ласку. К горлу подступил неприятный комок, который я никак не могла сглотнуть. Тем временем Ретт повернул меня к себе лицом. В полнейшей тишине Грейсон снял с себя все, кроме трусов. Я не могла не пробежаться взглядом по его телу. Фигура у него была что надо! Для мужчины тридцати семи лет он выглядел непозволительно горячо. Ему нужно было сниматься для обложек журналов, а не сидеть в кресле сенатора! Тот факт, что Ретт не был вонючим дряхлым стариком немного меня успокоил. Выгляди Грейсон иначе, меня бы в данный момент точно бы стошнило, но подтянутый живот с кубиками пресса, мощная грудная клетка и бицепсы хоть как-то, но спасали ситуацию. Не скажу, что, увидев его обнаженным я тут же обрадовалась и уже была готова раздвинуть ноги, совсем нет, просто будь он похож на тех политиков, которых я видела по телевизору, я бы после всего просто наложила на себя руки.

Этот мужчина разделся передо мной полностью и мои глаза расширились, когда я увидела, что он собирается пихать в меня. Если сравнивать достоинство Ретта и Дэвида, то у Грейсона член был явно толще в диаметре. Я конечно была не специалистом, за свои двадцать лет у меня было всего двое мужчин с которыми я спала, так что я не являлась таким уж экспертом. Когда Ретт стал стягивать с меня трусики, я ощутила, как у меня захватывает дух. Я как будто летела с огромной высоты и вот-вот должна была разбиться. Вообще, все происходящее напоминало осмотр животного. Грейсон трогал меня, внимательно осматривая тело так, словно я была кобылой. Ему осталось хлопнуть меня по заду и назвать хорошей девочкой. Его пальцы легонько проходились по моему телу, а губы иногда целовали бедра. Это даже отдаленно не напоминало прелюдию. Скорее он осматривал свои владения, раздумывая где бы сначала поставить клеймо. Стоило ему выпрямиться и посмотреть мне прямо в глаза, как я поняла, что осмотр закончен и мы приступаем ко второй части. Грейсон пошел на меня, оттесняя к постели, заставляя все стремительнее отступать назад. Когда до кровати осталось пара шагов, он обнял меня, приподняв над полом, заставляя меня ладонями коснуться его плеч. Уложив меня на кровать, он встал рядом со мной на колени. Я снова непроизвольно сделала жест неповиновения и не желания, а именно, сомкнула ноги. Кажется, мужчину это ничуть не смутило. Он потянулся за чем-то, а затем я увидела, что именно он взял с тумбочки. Это была смазка. Удивительно, неужели он подумал обо мне и заранее подготовился… Ретт одним движением раздвинул мои ноги, чем вызвал новую волну паники. Не отводя от меня взгляда, он стал подготавливать свой член. У меня не было сил опустить взгляд. Я смотрела в глаза Грейсону, ибо боялась, что если я опущу взгляд ниже, то сорвусь и убегу от него на другой конец комнаты. Через минуту его рука уже наносила на мою нежную плоть смазку. В одно мгновение мне стало нечем дышать, я чувствовала, как его вставший член упирается в половые губы и готов вот-вот войти в мою искусственно увлажненную плоть. Голова кружилась, я ничего не соображала и молила лишь о том, чтобы все это поскорее кончилось. Одним толчком Ретт вошел в меня, заставив мои пальцы на руках сжаться. Я видела, что ему хорошо и, чтобы не лицезреть и дальше выражение наслаждения на его лице, я отвернула голову вбок. Грейсон стал двигаться во мне, явно кайфуя от этого процесса. Он исследовал ладонями мое тело, касаясь то груди, то задницы, то бедер. Его член плавно скользил во мне, вызывая во мне чувство отвращения. Наверное, если бы вход члена во влагалище был бы болезненным, психологически мне было бы легче, а сейчас получалось, что моя киска была готова к траху, тогда как я сама нет. Если Ретт обнимал меня, то я отвернувшись согнув руки в локтях, практически повторила позу обреченной девушки, подняв руки вверх, сдавшись. Мои ладони то и дело сжимали простыни, но не от наслаждения, а по совершенно другой причине. Я продала себя и сейчас этот мужчина пользовался мной как хотел, а я ничего не могла сделать, только лежать с раздвинутыми ногами и ждать, когда он кончит. Кстати, Ретт даже не удосужился надеть презерватив, поэтому я от всей души надеялась, что он хотя бы не станет в меня кончать. Движения Грейсона стали быстрее, а дыхание тяжелее, он явно наращивал темп, переходя от размеренного траха, на более интенсивный. Перед моими глазами предстало лицо Дэвида, его затуманенный страстью взгляд, когда мы занимались любовью. Тогда это был акт любви и страсти, тогда как то, что я переживаю сейчас просто механический процесс. От осознания безысходности, горечи сложившейся ситуации, я ощутила жжение в носу. Перед глазами в миг все расплылось и из глаз полились слезы. Я как могла смаргивала их, но предательские слезинки все же текли по моему лицу. Надеюсь, Ретт так увлечен осквернением моего тела, что не заметит такой небольшой мелочи как слезы. Хотя, думаю, даже если заметит, ему все равно, ему наплевать, что я чувствую, главное, что ему хорошо, а я, я потерплю, ведь я его игрушка, а у игрушек нет души.

Все происходящее в данную минуту можно назвать как запланированное изнасилование. Я не успела опомниться, как меня перевернули и поставили раком. Вообще, я люблю эту позу, но сейчас мне стало мучительно стыдно. Ретт превращал меня в какую-то продажную потаскуху, которая должна была покорно исполнять все его прихоти и ведь у меня не было выбора, кроме как делать все, что ему заблагорассудится. Пока Грейсон с силой вгонял в меня свой член, по моим щекам катились слезы. Я, как и раньше сжимала пальцами простыни и терпела, терпела эту пытку, отчаянно желая, чтобы все это поскорее закончилось. Со стороны думаю все это смотрелось горячо, будто бы происходили съемки порнухи, но мне в данную минуту было так погано на душе, как никогда еще не было в жизни. Я не чувствовала удовольствия от полового акта, мне лишь хотелось встать и пойти душ, чтобы отмыться от той грязи, в которой я вывалялась. Ретта же не заботило то нравится мне или нет, судя по его движениям и тяжелому дыханию, ему было хорошо и этого мужчине было вполне достаточно. Он не видел моего лица, искаженного мукой, моего взгляда, который, наверное, разжалобил бы и последнего садиста. Если бы Дэвид был бы тут, он бы убил Грейсона, но мой мужчина в данный момент неизвестно где, сидит в неведении пока меня в прямом смысле этого слова оккупируют, наглым образом берут в плен и наслаждаются плодами своего бесчестья. Когда Ретт стал быстрее долбить мое влагалище, я не сдержала жалобного всхлипа, но так как Грейсон приближался к самому пику, он не услышал или же просто не обратил внимания на это. В самый последний момент, он вытащил из меня член и кончил мне на задницу. Мерзкое гадкое ощущение накатило на меня, когда я ощутила сперму этого брюнета у себя на коже. Тяжело дыша, Ретт лег на меня, заставив распластаться на постели и посоветовал мне смириться с положением вещей. Его поцелуй в плечо был подобен пощечине, а голос, затуманенный похотью, заставил меня скривиться. Секунда и Ретт ушел в душ, оставив меня голую, оттраханную, со спермой на заднице одну в комнате. Пару секунд я лежала не шелохнувшись, затем же я медленно, словно во сне поднялась с кровати. Меня подташнивало, тело ныло, голова немного кружилась, а в горле застыл неприятный комок. Словно на автомате я потянула край простыни на себя и вытерла кожу, на которой была сперма.

Обведя комнату невидящим взглядом, я села на холодный пол, подтянула ноги к себе и зарыдала, уткнувшись в колени. Я рыдала так, как никогда еще мне не доводилось за все свои двадцать лет. Я чувствовала себя использованной, проданной, несчастной и невероятно одинокой. Мое будущее казалось мне безрадостным, мучительным, полным страданий. За стеной слышались звуки воды и мне отчаянно хотелось, чтобы Ретт поскользнулся в душе и сломал позвоночник. Я желала ему самого худшего, мне хотелось, чтобы он больше не смог никогда ко мне прикоснуться и от того, что я понимала, что произошедшее только что лишь цветочки, мне становилось все хуже. Я знала, что через какое-то время он все же выйдет из ванной и, если он снова прикоснется ко мне этой ночью, я расцарапаю ему лицо. Услышав, как закрылся кран с водой, я вскинула голову. Из одежды на мне ничего не было, поэтому я поспешно юркнула в постель и натянув простынь до подбородка повернулась спиной к двери ванной. Я отчаянно пыталась унять дрожь в своем теле, но она никак не желала проходить. Слезы так и лились рекой, грозя испоганить красивую и дорогую подушку. Услышав, как открывается дверь, я сжалась. Леденея от страха, будто бы в комнату вошел динозавр, я замерла. Грейсон бесшумно подошел к постели и лег рядом со мной. Прошло буквально пол минуты и он спросил: — Ты спишь?

Я молчала. Я не могла заставить сказать ему ни слова. Он подождал ответа секунд десять, а затем повернулся ко мне спиной и затих. Сердце мое отчаянно колотилось, но все же я была рада, что Грейсон больше не стал мучить меня. Когда я услышала его ровное дыхание, давшее мне понять. что он уснул, я смогла в волю выплакать все свои горести в подушку. Жалость к себе и отвращение к Ретту душили меня. Я проплакала пока не стало светать и лишь тогда я смогла забыться коротким и беспокойным сном.

Прошлое

Дэвид

Как давно я студент? Порой мне кажется, что всю жизнь и не факт, что этот год будет последним. Мне не везет в учебе, так же не особо везет в любви. Я был влюблен, но эти отношения ни к чему хорошему не привели. Сейчас я одинок и мог себе позволить безобидный флирт с любой девушкой в Академии, ну и не только безобидный. Эванс была весьма привлекательной девушкой. Я бы даже сказал красивой, особенно теперь, когда я увидел ее улыбку и отметил небесно-голубые глаза. Эти детские переписки вернули меня словно на пару лет назад, ведь именно в то время я занимался подобным. Был ли это подкат? Не совсем. Это было просто развлечение, а судя по тому, как начала улыбаться Джин, для нее тоже. Серьезность девушки сменилась на благосклонность и теперь ее так же, как и меня, мало интересовал предмет, а все внимание было приковано к полям тетрадей, на которых то и дело появлялись записи. Стоило Джин написать, что она не зануда, как меня прорвало на смех. Я изо всех сил сдерживал свои порывы, но это хреново получалось. Меня позабавило то, с каким резким движением была возвращена тетрадь, для того, чтобы оставить эту запись, да еще и с таким видом. А она действительно не зануда. Может же когда хочет. Я внимательно наблюдал за ее поведением: за улыбкой, за манерой писать, держать ручку, усмехаться. Она словно книга, которою вдруг захотелось почитать. Послышался строгий голос, заставляющий нас отвлечься друг от друга. Рядом с нами стоял профессор Сонрайз. Он один из немногих кто откровенно не дрючил меня за любой косяк. Я на его парах вел себя достаточно прилично, я бы даже сказал не выделялся. Он вел весьма интересный предмет и был адекватным преподавателем. Не хотелось бы портить мнение о себе. — Извините, профессор Сонрайз. Мисс Эванс тут не причем. Это я отвлекал ее. Такого больше не повторится, – я уверенно глянул на мужчину. — Уж надеюсь. Не нужно тянуть за собой девушек… А вот это уже оскорбление, которое я вновь не смог стерпеть. Вот мудила, я ведь нормально к тебе относился! — Куда тянуть, профессор Сонрайз? На дно, на котором вы считаете я нахожусь? То есть, по-вашему, даже просто поговорив с девушкой она окажется там же, где и я? – я с вызовом глянул на него, понимая, что к стаду добавилась еще одна овца, считающая меня последним дном. — Я просто имею ввиду… — Вы просто тратите время, а могли бы научить других студентов чему-либо. Вместо этого же вы пытаетесь унизить меня. Может вы, наконец, начнете делать то, за что Вам платят? – я нагло перебил его, отвечая в его манере.

Я всегда отвечаю хамством на хамство, кто бы это ни был. В каком бы статусе он не находился. Я плевал на все, но на себя плевать не позволю никому. Мы прожигали друг друга взглядом. В этот момент в аудиторию влетел декан, который потребовал профессора оставить аудиторию и отправиться с ним. В этот раз битва была за мной, но блядский осадок остался. Я ведь нормально к нему относился, какого хрена?! Стоило студентам остаться наедине с самими собой,  как начался гул. — Все Эванс, никакого больше общения, а то окажешься на дне эволюционной цепи весте со мной, – меня настолько зацепила эта фраза, что раздражение никак не проходило. — Мразь…

Вот все ведь было хорошо, у меня было великолепное настроение, как вдруг этот ублюдок. Вот тот момент, когда задень меня кто-то начнется драка, а потом эти твари удивляются какого хрена я такой мудак.

Терпеть не могу, когда кто-то то и дело пытается меня пристыдить, унизить, оскорбить. Я всегда воспринимаю подобное в штыки. Мне попадаются люди, склонные больше верить сплетням, которые разводят сами же. Возможно, моя вспыльчивость и прямолинейность так же провоцируют окружающих, но это лишь защитная реакция, выработанная годами. Академия просто сборище самовлюбленных и ведомых уродов, которые очень часто меня так бесят и заставляют посетить мысль вообще бросить ее к чертям собачьим. Быть свободным иллюстратором и танцором. Для этого образования не нужно. Я упрямо смотрел вперед, раздраженно поджав губы. Руки сжимались в кулаки, желая вновь набить кому-нибудь морду. Кто бы мог подумать, что сейчас, единственным человеком, кто осмелился ко мне обратиться была Джин. — Знаешь в чем твоя проблема? У меня нет проблем! — Ты пребываешь в полной уверенности, что каждый человек на этой земле только и думает, как бы оскорбить тебя. Но по правде говоря, всем на тебя начхать!

Мои глаза расширились от услышанного, да еще и из уст «золотой девочки». Она меня сейчас отчитала, да еще и на виду у всех?! Ах ты стерва! Я стиснул челюсть, уже готовясь отвечать на ее выпад, как она резко кинула мне: — Повзрослей! — сказала она и, встав со своего места пошла к двери.

Что, блять?! И это будешь говорить мне ты?! Мне?! Словно оцепенев, я с пару секунд приходил в себя, а затем сорвался так же с места, сгребая все в рюкзак. Я уверенно шел за ней, желая высказать ей все прямо в лицо. Будь она мужиком, я бы ее избил, но сейчас я решу все иначе. Догоняю ее уже на улице, когда она просто стоит и дышит воздухом. Я хватаю ее за локоть и разворачиваю к себе, вжимая спиной в колонну на крыльце. Обе мои руки тут же касаются белой поверхности по обе стороны от тела Джин. Уверенно смотрю ей в глаза, стараясь сдерживать свой буйный нрав. — И это говоришь мне ты?! Золотая девочка, которая слушает мамочку и папочку? За тебя все могут решить родители, у тебя хорошая репутация, а что ты знаешь обо мне?! Ты ни черта не знаешь! Мой отец скончался от сердечного приступа, а до этого он пропивал все деньги, поэтому мать и я вынуждены были сутками батрачить, чтобы хватало на еду и жилье. Он бил ее, Джин, избивал до полусмерти, тогда как я вкалывал на автомойках и в автосервисах. Я привык бороться с жизнью и да, я уверен, что многие желают оскорбить меня, потому что так было всегда. Я не первый год учусь тут! Моя «шикарная» репутация идет впереди меня. Большинство верит в эти сраные сплетни и у них заведомо предвзятое ко мне отношение. Так же, как и у тебя. Если бы всем было насрать на меня, то они не цепляли бы меня. Они бы просто оставили меня в покое. Тебе никогда не понять меня, и ты не имеешь права осуждать мои поступки! Я выживаю, как могу, так как научила меня жизнь! Ты знаешь какого это, когда все считают тебя наркоманом?! Когда тебе денег на еду не хватает?! Когда ты валишься от усталости, но не можешь себе позволить прилечь, потому что через час тебе на вторую работу?! Так вот я был бы очень счастлив если бы всем действительно было на меня наплевать. Верь дальше в сказки малолеток, а когда окажешься на моем месте, тогда и будешь учить меня жить. И кстати, сплетня про то, что я мудак  единственная правдивая из всех.

Я еще раз кинул в нее суровый взгляд, а затем опустил руки, медленно шаг за шагом отходя от блондинки. Я тяжело дышал, словно кросс побежал. Меня немного трясло от ярости и обиды. Впервые я так сцепился с девушкой. Ее слова так въелись в голову, что мне просто снесло крышу. Я переборщил с тоном, с выражениями, но таков я. Постепенно успокаиваясь, я коснулся рукой лица.

Зачем я вообще все это ей сказал?! Почему я просто не послал ее, как всех других девушек, которые лезли не в свое дело и обвиняли меня в чем-то?! У меня просто язык не повернулся сказать что-то подобное в сторону Эванс. Мне не хотелось, чтобы она как все считала меня последним наркоманом, болеющим всеми видами венерических заболеваний и при этом убивший своего отца. Куча сплетен, но мне не хотелось, чтобы она в них верила. — Ты закончил? — спросила она, а затем продолжила. — Мне очень жаль, что у тебя было такое прошлое. Правда жаль, но это не дает тебе право кидаться на людей за любую сказанную тебе фразу.

Я хотел было возмутиться и уже открыл рот, чтобы сказать что-то в ответ, но вместо этого, Эванс сделала шаг ко мне, чем тут же удивила меня. — Может быть я и золотая девочка, но ты просто эгоистичный подросток в теле взрослого парня. Ты размахиваешь руками, пытаясь что-то доказать там, где умнее было бы промолчать. У каждой своей жизни и свои проблемы. А ты словно оправдываешь свои поступки тем, как тебе дерьмово было раньше! И я не удивлюсь, если ты меня сейчас ударишь, но поверь, иногда полезно слышать правду!

Это я уже пропустил мимо ушей. Она стояла так близко и единственное, о чем я мог думать, так это о ее небесно-голубых глазах и губах. Сама того не заметив, она нарушила мое личное пространство и мне это наоборот понравилось. Я ощущал запах ее духов, которые оказались такими сладкими, когда она стоит так близко. Этот интимный момент, успокоил меня. И, кажется, я не единственный, кто его заметил. Джин тут же опустила глаза, делая от меня шаг назад. Мы стали как школьники переминаться с ноги на ногу, а затем она таки заговорила: — Думаю, мы оба согласимся с тем, что раз уж мы не совпадаем в мнениях, то лучше нам как и раньше не общаться. Что-то теперь я уже этого совсем не хочу. — Наверное ты и права… Может я и правда пытаюсь свои поступки оправдать хреновой жизнью, — я замолчал и поднял на нее свой взгляд.— И я бы ни при каких обстоятельствах не ударил тебя.

Я не выдержал и усмехнулся.

— Меня еще ни разу не отчитывала девушка. — А видимо стоило! – на ее губах появилась улыбка. — Возможно. Но осмелилась только ты…, – я вновь засмеялся  и добавил. — Еще и в первый день нашего личного знакомства. — Иногда у меня исчезает инстинкт самосохранения, – девушка пожала плечами. Я облизнул губы, а затем внимательно глянул на нее. — Может нам наоборот нужно чаще общаться, что б ты чаще меня отчитывала. Глядишь, пол Академии станет ко мне нормально относиться. — Я не вызывалась брать над тобой шефство! — А шефство над собой брать я и не просил. Я сказал, что мы можем общаться. — Из-за тебя я пропускаю пару! Ужас какой! — Ну тебя на нее все равно не пустят. Это последняя? Я никогда не помнил своего расписания. — Еще одна! Забыл? — Может ну эти пары? Пойдем в кафе посидим? Ну да, я прогуливаю и сейчас склоняю к этому отличницу. Гениально. — Пропустить занятие, чтобы посидеть в кафе? — Почему бы и нет? – я пожал плечами, не видя в этом ничего ужасного. — Я так никогда не делала и не собираюсь! В отличии от тебя я серьезно отношусь к учебе! Я сложил руки на груди, понимая, что она снова отчитывает меня. Я не успел ничего ответить, как Эванс развернулась ко мне спиной и направилась в другую сторону. Ты так просто собралась уйти?! — Эй! Куда это ты? – крикнул я  ей вслед. — Ну по твоей милости я не могу вернуться в аудиторию. Посижу в кафетерии за углом. Дождусь начала другой пары Ох уж эта правильная Эванс. Я подхватил с собой рюкзак и направился за ней. Неужели она думает, что так просто избавится от меня?!

Прошлое

Джин

Я видела, как Уилл смотрит на нас, но лично я сейчас не могла сказать ничего путного. Я знаю, что мыслит он в данный момент не как преподаватель, а как мой бывший, которому не понравилось увиденное. Он что думает, что раз мы разошлись, теперь я не буду общаться с парнями? Да черта с два! Я конечно не собираюсь прыгать на первого попавшегося представителя сильного пола, но и шарахаться от них тоже не буду! Я вольна делать, что угодно и лишь на его парах, он может предъявлять мне претензии и то, исключительно как преподаватель. Дэвид извинился за наши шалости, и я уже было выдохнула, радуясь, что мы так легко отделались, как Уилла словно кто-то дернул за язык сказать еще кое-что. Я уже заметила, что Мерфи достаточно сильно не терпим к замечаниям в свой адрес, но сейчас его словно бомбануло. Я знаю, что люди все разные, но Дэвид — это прямо-таки ходячая бомба с часовым механизмом. Можно было вполне пропустить фразу Уилла мимо ушей, не заострять на ней внимания. В конце концов, она не была такой уж катастрофичной или оскорбительной. Но Мерфи, видимо, решил по-другому. Теперь, когда я видела его реакцию на совершенно простое замечание, я поняла, что он из тех людей, которые порой сами навлекают на себя беды. Как и на прошлой паре он стал откровенно пререкаться с преподавателем, повышая на его голос. Видимо, ему не знакомы элементарные нормы субординации. Уилл не оскорбил его и так петушиться не было нужды! К тому же, он был старше нас и находился в совершенно другом статусе. Но Мерфи был настолько нетерпим к словам в свой адрес, что стал хамить буквально на глазах у всех. И куда только девался тот парень, который только что весело улыбался? Я его просто не узнавала! У этого парня какое-то болезненное отношение к критике и всему, что касается его прошлого. Дэвиду казалось, что чуть ли не каждый в этом зале норовит задеть его и именно поэтому он как истинный дикобраз то и дело обнажал иголки. Я была по натуре достаточно мирным и спокойным человеком, и подобное поведение мне не понравилось. Прикрыв глаза рукой, я опустила взгляд, словно прячась. Мне стало стыдно не за то, что я отвлекалась на детские записочки на занятии, а за поведение Мерфи. Все присутствующие уставились на нас, с интересом ожидая, что же будет дальше. Нас спасло то, что Уилла срочно попросил выйти сам декан. Как только он ушел, я с осуждением глянула на своего соседа. Да уж, спокойствие и разумное поведение явно не его конек!

У меня не было никакого желания больше сидеть в аудитории. Быстро преодолев расстояние от кабинета до выхода из Академии, я оказалась на улице. Да, я судила Дэвида за его скотское поведение, потому что в любой ситуации люди должны оставаться людьми. Не важно, что у них было в жизни, другие люди не виноваты во всем этом. Мерфи срывался на тех, кто был в общем-то не при чем! Я не ожидала, что этот псих и вовсе выскочит следом за мной. Практически сразу же, как только я вышла на улицу, я ощутила, как кто-то, сжимая мой локоть разворачивает меня к себе. Я видела, что Мерфи зол и честно говоря, не зная, что от него ждать, сжалась от неизвестности того, что сейчас должно произойти. Удивительно, но он принялся рассказывать историю всей своей жизни, попутно награждая меня порцией желчи. Да, я родилась в обеспеченной семье и не собираюсь извиняться за это! Если у него с этим какие-то проблемы, то это только его трудности! Говорил Мерфи эмоционально, даже я бы сказала яростно. Со мной еще никто никогда так не общался. Мне не нравилось, что мало знакомый мне парень позволяет себе не только лапать меня, но и общаться в подобном тоне. Он снова вел себя так, как только что в аудитории. Стоило какому-то человеку сказать ему слово поперек, как в ответ сыпались тонны только ему понятных аргументов. Я была разумным и жалостливым человеком, поэтому признания Дэвида не могли оставить меня равнодушной. Я и половины того, что он рассказал мне не знала! Мне было жаль его. Никто не заслуживает таких испытаний в жизни! Но даже несмотря на это, он не имеет право так себя вести. Он мужчина, черт возьми! Он должен стойко переносить все удары судьбы, а не перерабатывать их в хамство и не поливать им людей! Да, я не знала, что такое нужда, что такое работать на нескольких работах, но я знала, что такое человеческое отношение, что такое любовь в семье. Жаль, что Дэвид был ее лишен. Может быть если бы у него была полноценная семья, он бы был совершенно другим человеком! Тем временем, Мерфи решил, что я учу его жить, но с моей точки зрения я просто высказала свое мнение. Не моя вина, что он так нетерпим к этому. Он хочет слышать только себя и в этом его проблема. Как только Дэвид замолчал, я с секунд десять молчала, осмысливая все сказанное. Хоть я и находилась в некотором шоке от того, что только что услышала, но возмущение от того, что он взялся меня отчитывать, взяло вверх. Я сделала шаг к нему, словно показывая, что я не боюсь его, а затем вновь отчитала его. Лишь спустя пару мгновений до меня дошло, что я стою непозволительно близко к нему, практически вплотную. Так могли бы стоять люди, которые встречаются друг с другом. Наши лица были в паре сантиметров друг от друга. Я видела каждую черточку его лица, разглядела цвет глаз. Интересно, он уловил интимность момента? Стоило мне понять это. как я, опустив взгляд, сделала шаг назад.

Каково же было мое удивление, когда Дэвид в мгновение ока успокоился. Он больше не кричал, не дышал так тяжело, прожигая меня свирепым взглядом. Он утихомирил свой пыл и мне было не совсем понятно из-за чего именно. В недоумении я глянула на него, пытаясь понять, почему вдруг он сменил гнев на милость. От него я ждала чего угодно, но явно не смирения. Как я и предполагала его еще ни разу так не отчитывала девушка. Я была первой. В какой-то мере я могла даже гордиться собой. Я стала той, кого он уж точно запомнит. Это было лестно осознавать.

Предложение Мерфи пропустить следующую пару я даже не восприняла всерьез. Пропустить занятие из-за посиделок в кафе? Я так не делаю! Прекрасно понимая, что у меня есть еще как минимум час, я решила, что стоит провести его в заведении неподалеку. Пригласить Мерфи с собой я даже не подумала. Каково же было мое изумление, когда я увидела, что Дэвид идет за мной. — Ты куда? — удивилась я, останавливаясь. — Как примерный ученик тоже дождусь пары в кафетерии.

Как только мы зашли в помещение кафетерия, он тут же сел за тот столик, что облюбовала я. Оставив рюкзак на стуле, он пошел что-то заказывать. Я же углубилась в меню, изредка поглядывая на то, что делает этот парень. Через какое-то время он вернулся с подносом на котором стояли две чашки чая и кексы. — Я не просила, — сказала я, подняв брови. — Я не официант, чтобы меня просить. Захотелось угостить. — С чем кексы? — С кусочками шоколада, — ответил он.

Словно боясь, что этот кекс меня укусит, я осторожно взяла его подушечками пальцев. Я медленно откусила кусочек, а затем облизнула губы. Вкус был божественный. Я глянула на Дэвида и увидела, как в уголках его губ появилась улыбка. Пути назад не было, поэтому я придвинула к себе чашку чая. Поразительно, он заказал чай, а не кофе. Сам того, не зная Мерфи не промахнулся с выбором напитка для меня. Запив съеденный кусочек кекса глотком чая, я уже с большим энтузиазмом принялась его есть. Дэвид не стал медлить и так же принялся за трапезу. — Знаешь, тебе не стоит так волноваться о твоей репутации, — неожиданно, сказала я. Дэвид снова обратил на меня внимание. На его лице застыло вопросительное выражение. — Да, определенные слухи ходили, — поспешила объяснить я. — Но это было давно. Да и те, кто поумнее не верили этим бредням. А вот некоторые байки ходят до сих пор.

— Держу пари из тех, кто умнее, видимо, только ты, — усмехнулся я.  — И какие же ходят до сих пор? — О количестве девушек, с которыми ты спал.

Я не врала, когда говорила Дэвиду о слухах, ходивших вокруг его интимной жизни. Мне лично было совершенно все равно сколько девушек он отымел, но так уж вышло, что мои подруги снова и снова рассказывали мне небылицы, поэтому я была в курсе последних событий. Я была бы и рада не слушать про личную жизнь некого Мерфи, но девушки народ весьма говорливый, а уж некоторые мои друзья сплетники еще те. — И сколько их по слухам? – усмехаясь спросил я, внимательно глядя на Джин. — Около тридцати. Мерфи чуть было не подавился остатками кекса. — Охренеть. Ты и в это веришь?

— Раньше может быть, но сейчас вижу, что это бред. — На самом деле их было всего лишь шесть, но никак не тридцать. У меня отец был алкоголиком, который пропивал деньги и бил мать. Я думал не о девушках, – он улыбнулся, а затем внимательно посмотрел на меня. — Ну раз уж ты знаешь, сколько было девушек у меня, то хочу знать сколько парней было у тебя.

Неожиданно, мне стало жарко, хотя температура в помещении никак не изменилась. С чего вдруг я должна делиться с ним такими интимными подробностями?! Опустив глаза и смотря в чашку, я сказала: — Не прилично и бестактно спрашивать такое у девушки! Мы знакомы с тобой не так близко, чтобы я делилась подобными подробностями. — Я ужасен, — Мерфи слегка поджал губы, но затем улыбнулся.  — И все таки, неужели это такая тайна? — А почему тебе так интересно? Обо мне-то слухи не ходят. — Просто интересно верны ли мои догадки. Он что думает, я девственница? Приподняв брови, я спросила: — И что же это за догадки? — Ну тут два варианта..., — Дэйв придвинулся ближе. — Первый. Два-три партнера максимум. Второй. Ни одного.

Я могла бы сказать правду, но с другой стороны зачем? Я решила играть по его правилам и так же, как и он придвинулась к нему, опираясь локтями о стол. Расстояние между нашими лицами значительно сократилось. Облизнув губы, я опустила ресницы, а затем медленно подняла, встречаясь взглядом с Мерфи. Я медлила, как могла, оттягивая момент ответа. Я видела, что ему интересно знать правду, но сегодня не его день. — Хочешь знать правду? — я снова помедлила, а затем-таки сказала. - Это останется моей маленькой тайной. Удивительно, но сейчас Мерфи точно не стесняясь поглядывал на мои губы. Наконец, он заулыбался, смеясь: — Когда-нибудь ты откроешь мне эту тайну, Эванс. Я пожала плечами, отодвигаясь и беря в руки кекс: — Как знать.

Дальнейшее время мы болтали на совершенно отвлеченные темы. Время прошло очень быстро и когда я глянула на время, то была весьма удивлена. Уже надо было спешить на пару. — Черт. Мы опаздываем.

Вскочив, мы помчались к зданию Академии. Войдя в аудиторию, каково же было мое удивление, когда Мерфи уселся рядом со мной. Говорить я ничего не стала, а просто усмехнулась себе под нос. Вопреки моим ожиданиям, что этот парень будет отвлекать меня от учебы, всю пару он сидел смирно. Как только прозвенел звонок, я не выдержала и повернулась к Дэвиду, несколько пораженно улыбаясь: — Дэвид Мерфи. Вы ли это? Я стала убирать конспекты в сумку, то и дело кидая игривый взгляд на Мерфи: — В какой-то момент мне показалось, что рядом со мной сидит твой брат-близнец.

Дэвид

Не знаю, зачем я все это делаю, не знаю зачем вообще общаюсь с этой Эванс, которая высказала мне, что я ребенок в теле взрослого мужчины. Именно тот факт, что она осмелилась все это высказать мне, а не шептаться за моей спиной, создавая все новые сплетни, я и делаю это. Она единственная, кто за все время говорит мне всю правду в глаза, не опасаясь, что я даже могу ударить ее. Я не из тех, кто бьет женщин, надеюсь в это она поверит. Где-то в глубине души я и раньше знал о том, что мое поведение — это лишь защитная реакция, которая порой не оправдана. Я сам бывает провоцирую, но при этом виню других. Есть такое.

Никогда еще не говорил с кем-либо о сплетнях, которые направлены в мою сторону. Я слышал их всегда частично, а вот теперь выдалась возможность наверняка узнать, что обо мне говорят за моей спиной.  Как оказалось, слухи нынешние ходили о количестве моих девушек. Я засмеялся, понимая, что сплетники даже готовы залезть ко мне в постель, чтобы узнать правду. На самом деле у меня было не мало девушек, но явно не тридцать, да и все они были исключительно сексуальной потребностью. Мне не везло в отношениях, почему-то все шло не так как хотелось, девушки оказывались не теми, кем хотели казаться, что в итоге приводило к разрыву. Я внимательно наблюдал за жестами и ответами Джин, которые надо признать, склоняли меня к мысли, что у нее даже если и были мужчины, то их было явно очень мало. Вообще, я очень уважал девушек, которые не отдаются кому попало и имеют за плечами не огромный жизненный опыт. Джин изо всех сил избегала ответа на вопрос о количестве партнеров, а я не стесняясь смотрел на ее губы. Она выделяется на фоне других девушек, даже на фоне тех, с кем я встречался, ну или просто спал. В какой-то момент Джин глянула на часы и с ужасом обнаружила, что мы уже и на пару опаздываем. Мы так заговорились, что даже не заметили, как пролетело время. Не часто встретишь такого приятного, а главное красивого собеседника. Хорошо, что я пошел с ней в это кафе. Когда мы оказались в аудитории, я сел рядом с Джин на передние ряды, что вызвало на ее лице улыбку. Всю пару я вел себя как прилежный студент. Я не мешал ей, я слушал лектора и даже делал какие-то пометки в тетради. Эванс явно неэтого ожидала. Хотя признаюсь, мне жутко хотелось как-то коснуться ее, заговорить с ней, сделать что-то, что заставило бы появиться улыбку на ее лице, ведь она такая красивая. Кажется, я нашел то, ради чего вообще нужно ходить на пары. Она явно станет своего рода моим стимулом, но конечно, я ей об этом не скажу. Как только прозвенел звонок, я довольно улыбаясь повернулся к ней и стал собирать вещи в рюкзак. Она была удивлена тому, что я себя хорошо вел или тому, что не отвлекал ее? Может и то и другое. Я резко прекратил улыбаться и серьезно глянув на нее, придал своему взгляду удивление, а затем приподняв одну бровь, спросил: — Мы знакомы? Вы наверное меня путаете с моим братом. Моя актерская карьера не так хороша, поэтому я не выдерживаю и начинаю смеяться.

— В тебе погиб великий актер, это точно, — рассмеялась она, выходя из аудитории.

Пар больше не было, а это означало, что нам с Джин придется разойтись, а это слегка угнетало. Я ведь только привык к тому, что она рядом. Как только мы вышли на улицу я решил пойти напролом. — Ты на машине, кажется, верно? — получив положительный ответ, я чуть серьезнее спросил. — Если тебе по пути и не сложно, не подкинешь меня на работу? Моя машина дома, без двигателя стоит.

Я сделал вид, что мне не удобно ее напрягать. На самом деле моя машина стояла в соседнем дворе с очень даже рабочим двигателем. Я не люблю парковаться около Академии, так как моя старушка не вписывается в автомобильный ряд других студентов. Моя просьба была своего рода билетом на еще какое-то время общение с этой приятной девушкой. — Эванс, не бросай друга в беде,— засмеялся я.

— То есть мы уже друзья? — немного подняв брови удивилась она. — Один день! Это рекорд! Ты всегда так быстро их находишь?

— Я в долгу не останусь. Если вдруг твоей ласточке нужна будет техническая помощь, ты можешь привезти ее ко мне на работу, и я подправлю ей крылышки. Я сейчас в автосервисе работаю и параллельно делаю машины на дому, если имеются заказы. Как ты заметила, я из тех, кто крутится как может. Это не был укор, не в коем случае. Это просто как факт.

— Ладно, — сдалась она. — Поехали. Только никаких подколов по поводу музыки! Ты — пассажир, я — водитель!

— Как скажешь! – Уверенно соврал я, довольно улыбаясь.

Мы направились в сторону стоянки, где нас ждала ее ласточка, а увидев рядом с одной из машин нашего профессора, Джин ругнулась. Я удивился тому, как моя спутница сейчас реагировала на присутствие этого мужчины, что определенно наводило на некоторые мысли. Когда же Эванс и вовсе попросила меня подождать тут, я уже практически был уверен в том, что между ними явно не только отношения студентка-профессор. Я остановился, внимательно наблюдая, и что уж греха таить, подслушивая их разговор.

— Почему он с тобой? — тут же спросил ее Уильям. — Тебя это не касается. Вопрос в другом, что ты тут делаешь? — Жду тебя. Нам надо поговорить. — Мы уже давным-давно все обсудили,  Уилл. — Да ты мне и слова не даешь сказать! — Я не хочу ничего слушать! — подняв ладони вверх категорично сказала блондинка. — Между нами все кончено. Иди к своей жене! — Я думаю развестись, но я должен знать, что сделаю это не напрасно.

Где-то внутри я ощутил некий ревностный укол. Не знаю почему. Идиотский фактор, когда эта девушка не твоя, но тебя задевает ее вид с другим мужиком. Может потому что она мне понравилась, и я считал ее божьим одуванчиком, а на самом деле все не так. Правильно говорят, что в тихом омуте черти водятся. Так вот почему один из немногих профессоров, которые мне казалось, нормально ко мне относятся, стал вдруг резко наезжать. От осознания всех этих фактов мне стало не по себе. — То есть ты хочешь знать есть ли у тебя запасной аэродром? — подняв брови, возмутилась девушка. — Я хочу знать если у меня шанс. — Сейчас не время и не место говорить об этом. Да и если ты решил разводиться — это твое решение. Не надо его скидывать на меня.

Джин повернулась ко мне и громко сказала: — Поехали. Она попыталась обойти мужчину, чтобы открыть дверцу машины, как он схватил ее за локоть. — Пусти!

Внутри меня все вскипело моментально, и я подскочил к ним, резко отталкивая нашего профессора от его студентки. Я встал между ним и Джин, тогда как мужчина явно готов был прожечь меня взглядом. — Руки свои держите при себе, профессор, — процедил я, уверенно глядя на него. Мы оба были высокими, практически одного роста, но вот возраст наш был разным, да и положение в обществе. — Это не твое дело, Мёрфи, иди отсюда, — прошипел он, все еще надеясь по говорить с Джин.

Я сделал пару шагов к нему, сокращая между нами расстояние и с вызовом глянул на него.

  — Я никуда не уйду. Не понятно что ли, что она не хочет с тобой разговаривать?!

Вот так вот дерзко я перешел на «ты». Сейчас мы не были студентом и профессором, мы были двумя петухами по сути. 

— Кому и нужно идти отсюда, так это тебе или мне помочь?!

Я был готов наброситься на него, даже не думая о том, что это очередной раз привело бы к отчислению. Но в этот раз Джин предотвратила это. Она силком усадила меня в машину, захлопывая за собой дверь. Когда мы оба оказались в автомобиле, блондинка резко дала по газам и уже через пол минуты мы были далеко от стоянки. Мы ехали молча и каждый из нас сделал какие-то выводы. Я молчал еще с пол минуты, а затем не выдержал и спросил: — Как давно ты спишь с ним? – да я всегда был прямолинеен и сейчас не исключение.

 — Я конечно благодарна тебе за помощь, но тебя это не касается!

— Не боишься, что застукают? Исключат? Ну или в крайнем случае, что его жена узнает?

— Это что допрос?

Охуеть, она еще и знала, что он женат! Она все знала и при этом все рано повелась на него. Как так вышло?! Я вроде и задавал себе этот вопрос, но сам же подсознательно не хотел даже слышать ответ. Как идиот ревную девушку, а она даже не моя. Мёрфи, возьми себя в руки! — Ну зато вариант с тем, что ты девственница явно отпадает.

— Скажи мне, пожалуйста, а как тебя вообще касается этот факт? Я не обязана отчитываться перед тобой! Я глубоко вздохнул, а затем вполне серьезно сказал: — Ты права, это действительно меня не касается. Не хочу знать ничего больше, — я потянулся к магнитофону и тут же включил музыку, чтобы разрядить обстановку.

Первая мелодия тут же выбила меня из колеи. Ехать под слезливые песни я не планировал. Следующая песня снова была похожа на завывания. Я перестал злиться и все больше прилагал усилий, чтобы не заржать, как конь. Следующая песня снова была заунывной. Сил моих больше нет. Я срываюсь и начинаю смеяться, а чтобы не выглядеть полным хамлом, прикрываю рукой рот, сдавливая смех. Джин возмущена, поэтому ударяет меня кулаком в плечо, говоря о том, что она просила, не смеяться. Я не сдержал обещания. — Что?! – возмутилась Джин, поглядывая на меня.  — Если это насчет музыки, то я тебя предупреждала! Она была весьма серьезна, но при этом я ржал и продолжал прикрывать рот рукой, потому что если я уберу руку, меня прорвет еще больше. — Просто…, – сквозь смех пытаюсь сказать я. — Я не думал, что все настолько плохо.

Все-таки меня прорвало, и я начал смеяться. 

— Извини, это было не вежливо с моей стороны, – я вижу, что она все еще не довольна. — Да ладно тебе… он не достоин тебя, серьезно.

— Спасибо, – улыбнулась она.

Я правда считал, что, если у мужчины есть женщина, то очень низко пользоваться другой, тем более молодой. Я всегда придерживался того, что женщина рядом с мужчиной — это его выбор, его мнение и решение. — Значит так, мисс Эванс, – я улыбнулся, но говорил достаточно строго. — Настоятельно рекомендую очистить этот музыкальный плейлист. У тебя слишком красивая улыбка, чтобы грустить и слишком красивые глаза, чтобы прятать их за слезами.

 Я добро улыбнулся, не сразу понимая смысл сказанного собой же. Я сделал ей комплимент и достаточно красивый, как так у меня получилось? 

— У тебя есть планы на сегодня? — я резко сменил тему разговора, вспомнив о том, что сегодня вечером в одном из клубов будет танцевальный баттл, в котором моя команда будет принимать участие. — Нет, это не свидание…

— Ну Слава Богу, — пошутила она.

 — Думаю, ты знаешь клуб «Малибу», там сегодня состоится очень интересное мероприятие. Я туда тоже иду сегодня. Ты могла бы подойти, с подругой или с несколькими. Я думаю тебе бы понравилось… Все будет культурно, даже почти без алкоголя. Там цель вечера другая совсем.

Я не говорю ей о том, что я один из участников. Меня не нужно поддерживать, но я был бы очень рад видеть ее там, знать, что, выступая на сцене она смотрит на меня и явно не ожидает того, что увидит. Я люблю удивлять. Джин, приходи…