Секреты Космоакадемии: Меж двух орбит

— Не дождётся! — вырывается сквозь сжатые зубы.
На экране мерцает уведомление: «Обновление семейного статуса. Поздравляем с заключением брачного союза!»

Мир замирает на пару секунд. Потом — взрывается.
Выдал меня замуж. Даже не поставил в известность. Просто решил, что знает, как будет лучше. Для него.

Отец всегда всё планировал. Для себя, для меня, для всей чёртовой семьи.
Но сегодня он перешёл черту.

Я пролистываю сообщение до конца — и сердце будто обдаёт холодом:
Имя супруга: Лиор Рейн, сын главы корпорации «Синтар Тек».

— Прекрасно, — шепчу я. — Даже фамилия звучит, как диагноз.

Ладони дрожат от злости. Но не от бессилия, я точно знаю, что мне делать.
Если отец решил, что я стану тихой женой ради его карьерного взлёта, — значит, пора показать, что у этой дочери есть собственные ракеты.

Я разворачиваюсь к столу, вытаскиваю рюкзак.
Пара футболок, ноут, портативный накопитель, запасной чип, кредитка, которую я хранила как раз на случай непредвиденных ситуаций. Этого хватит.
Остальное — потом. Или никогда.

— Не дождётся, — повторяю вслух и включаю терминал.
Пальцы сами находят нужные команды. Две минуты — и я уже в банковской системе.
Три — и средства с отцовского счёта уходят на новый адрес, который невозможно отследить.

Получатель: Благотворительный фонд «Второй шанс».
Только вот письмо с благодарностью он получит не от фонда, а от меня.
Тема: Благотворительность в пользу обманутой дочери. Не за что.

Улыбка выходит хищной.
Папа всегда любил помогать нуждающимся.
Ну что ж, сегодня помог.

Следующий шаг — даркнет.
Мой родной хаос: шепот каналов, огонь анонимных сделок, запах кода и риска.
Заказываю новые документы — ничего громкого, просто Кира Нокс.
Имя звучит нейтрально, не привлекает внимания, и мне подходит. Куда лучше, чем быть Рейн.

Своё оборудование я бы использовала, но после последнего апгрейда дома оно стало слишком отслеживаемым.
А мне сейчас нужно не идеально — а быстро и незаметно.

Когда подтверждение приходит, я уже открываю другой сервер — Академию.
Списки поступивших. Простая защита, явно не для тех, кто умеет обходить системы.
Я нахожу нужную строку и аккуратно вставляю туда новое имя: Кира Нокс, факультет кибербезопасности.

— Учиться в Академии, которую я сама взломала, — прекрасная ирония, — фыркаю я. — Но других вариантов всё равно нет.
Лучшие академии со щитом защиты вычислят подмену за пару минут, а эта — десантная. Им важнее скорость, чем безопасность. Поэтому ни один нормальный спец в их факультет безопасности носа не сунет. Мне придется, но это лучше, чем стать прекрасным дополнением к мужу. 

Пару минут — и на новый почтовый ящик приходит письмо:
Поздравляем! Вы зачислены в Космоакадемию.

Готово.
Теперь у меня новая жизнь.
Новая фамилия.
И ни одного обещания, которое я не могу нарушить.

Я поднимаю взгляд на тёмный экран, где отражается моё лицо — спокойное, собранное, с огнём в глазах.
— Попробуй, папа, догони, — шепчу я. — Только не жалуйся потом, что не справился с собственной дочерью.

Я не из тех, кто делает полдела.
Если уж бежать — то так, чтобы даже следы сгорели за мной.

В даркнете можно найти всё — от редких микрочипов до актрис-двойников.
Пару часов переговоров — и у меня три идеальных “копии”. Не близнецы, но при правильном освещении и с корректной маской лица — сойдут.
Главное, чтобы камеры на станциях сделали своё дело и зафиксировали, как “я” разъезжаюсь по галактике в трёх разных направлениях.

Первое бизнес-такси летит на Верант, где, по мнению отца, я могла бы «затаиться у родственников».
Второе — на Лорн, где вечно ищут специалистов по кибербезопасности.
Третье — на Сигру, ту самую ледяную дыру, куда я, по мнению папочки, побегу «в отчаянии».

Каждая из девушек садится в свой транспорт, демонстрируя документы, что я любезно подготовила им заранее.  Всё идеально. Камеры — мои лучшие свидетели.
На записях будет видно, как я, во множественном числе, покидаю планету.

Только когда последняя дверь капсулы захлопывается, я выхожу из укрытия.
Теперь можно исчезнуть по-настоящему.

Я выбираю самый неприметный путь — пешком, через жилой сектор.
Лифты и скоростные порталы — под контролем отцовских служб, а вот серый переулок, где пахнет кофе, пылью и свободой, — нет.

В конце улицы — небольшое кафе. Затёртая вывеска, мерцающий неон, музыка в стиле старых земных пластинок.
Отличное место, чтобы стать кем-то другим.

Я прохожу к туалету, запираю дверь и выдыхаю.
Зеркало отражает ту самую брюнетку с дерзким взглядом и тенью злости на лице.
Жгучие волосы, острые черты, узнаваемый профиль.
Отец точно начнет пробивать по внешности. Он знает, как я люблю свои волосы. Ни разу не красила. Но все бывает впервые. 

Из рюкзака появляется баллончик — краска нового поколения, та, что не смывается ни водой, ни химией, ни сожалением.
Я встряхиваю флакон и начинаю наносить, чувствуя лёгкий запах озона.
Секунда — и чёрный сменяется тёплым золотисто-рыжим, переливающимся медью и солнцем.
Цвет, от которого я никогда бы не отказалась, если бы когда-нибудь хотела начать жизнь заново.

Капли краски вспыхивают на кончиках волос, словно искры, пока я пальцами прочёсываю пряди. Потом достаю жидкие линзы. Эта дрянь стоит дорого и интегрируются прямо в роговицу, зато месяц можно не обновлять и любая проверка решит, что цвет глаз настоящий. Карие глаза уступают яркой зелени неохотно. Глаза пекут и я ругаюсь. Но надо потерпеть, свобода стоит дорого.
В зеркале на меня смотрит уже другая девушка.

— Ну что, Кира Нокс, — говорю я своему отражению, приподнимая уголок губ. — Добро пожаловать в новую жизнь.

Брюнетка исчезает.
На её месте — блондинисто-рыжая кадетка, готовая переписать свою историю.

Единственный транспорт без камер, который я нашла, — старая развалюха, называемая в народе «маршруткой».
Старики до сих пор ею пользуются, а молодёжь шарахается, как от вируса.
Пахнет пережаренным топливом, старыми сиденьями и надеждой, что доедем без проишествий.

— Отлично, — бормочу, протискиваясь между пассажиров. — Романтика беглеца: ноль комфорта, максимум анонимности.

Эта махина еле отрывается от земли, дёргается, как старая дрона на ручном управлении, но всё равно — без камер, без регистрации, без следа.
Пусть отец хоть всех своих киберпсов выпустит, — следа не найдёт.

До пересадочной планеты долетаем с опозданием на два часа, зато я впервые за день выдыхаю.
Перехожу на нормальный транспорт — белоснежный лайнер с мягкими креслами, свежим воздухом и искусственной улыбкой стюардессы.
Мир снова начинает казаться цивилизованным.

Я устраиваюсь у иллюминатора, достаю планшет, новый, естественно, и впервые за всё время позволяю себе немного расслабиться.
Ну… почти.

Хорошо быть параноиком.
Пока все выкладывают селфи и ловят лайки, я взламывала системы распознавания лиц, удаляя себя из каждой базы.
Да, меня называли сумасшедшей. А теперь пусть попробуют найти.
Если отец и показывал моему «муженьку» какую-то фотографию, то, вероятно, из детского архива — где я в платье с косичками и зелёной жвачкой на щеке.
Милота, конечно. Но не то, что перед ним сейчас.

В отражении иллюминатора на меня смотрит блондинисто-рыжая девушка с уверенным взглядом.
От прежней меня остались только воспоминания.

Ну, что, Лиор Рейн, — думаю я, включая поисковик, — посмотрим, что за сокровище досталось мне по брачному контракту.

Через секунду голограмма выводит десятки фотографий.
Идеальные.
Глянцевые.
Словно он родился не человеком, а рекламным плакатом.

Светлые волосы, правильные черты, холодный взгляд.
В каждой позе — ровно столько уверенности, сколько положено наследнику корпорации.
Улыбка отрепетирована, костюм сидит без единой складки, а вокруг него — команда таких же идеальных друзей.

— Фу, — фыркаю я. — Даже скучно.
Слишком правильный, слишком чистый, слишком безупречный.
Типаж из разряда: «Моя мама говорит, что я лучше всех».
От таких хочется бежать без оглядки, либо хакнуть их жизнь назло — просто чтобы появилась хоть какая-то тень на экране. Потому что их идеальная глянцевая жизнь всегда хранит самые мерзкие тайны. 

Я пролистываю дальше — всё то же.
Безупречные фото, официальные события, подписи: “Лиор Рейн — наследник корпорации «Синтар Тек»”, “Самый перспективный кадет”, “Будущее инженерной отрасли”.

— Да уж, будущее, — усмехаюсь. — А я для меня, к счастью, прошлое. Надеюсь, ты догадаешься аннулировать брак сам и мне не придется подделывать документы о кончине. 

Закрываю экран и откидываюсь в кресле.
Лайнер мягко уходит в гиперпрыжок, а у меня на губах появляется ухмылка.
Если он думает, что найдёт меня — пусть попробует.
В этой орбите я теперь невеста-призрак.

📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌

✨ Солнечные мои, приветствую вас в новой истории! 🚀
Отец решил продвинуться по службе — и выдал её замуж за сына начальника.
Она, конечно, не растерялась: взломала базы данных, сменила личность и поступила в Космоакадемию.
Жизнь налаживается — учеба идёт полным ходом, друзья рядом, а кадеты проявляют к ней такое внимание, что впору открывать личный рейтинг поклонников.
Даже главный красавчик Академии и тот проходу ей не дает.

И всё бы было прекрасно, если бы в Академию не перевели её мужа.
Что же теперь делать нашей героине?
Прятаться, строить планы побега или дать шанс навязанным отношениям? 💫

А что делать, если сердце не согласно выбирать и хочет сразу двоих?

Спасибо за ваши ⭐ и комментарии 💌 — именно они заставляют эту историю сиять ярче звёзд!

Самый первый взгляд на планету — и я понимаю, что это будет неплохое укрытие.

Аэропорт встречает не блеском и не стражей, а пыльным золотом заката, широкими ложбинами терминалов и запахом жареного уличного хлеба, который тут почему-то вездесущ. — Ничего лишнего, никакой показной роскоши, всё по делу. Именно то, что нужно.

Капсула выгружает нас на платформу — люди идут плотными рядами, кто-то бредёт с одним рюкзаком, кто-то ведёт ребёнка, а кто-то тащит огромную сумку с товарами неизвестного назначения. Пассажиры смотрят в телефоны, приветствуют кого-то голосовыми сообщениями и не обращают внимания на прохожих. Отлично. 

Я задерживаюсь на минуту у выхода и впитываю детали: звук шагов по металлической плитке, гул местной речи — это смесь нескольких диалектов — и жар от фонарей, которые тут висят низко, как уличные лампы на старой Земле. Люди вокруг — в простых, практичных вещах: хлопок, грубая синтетика, туфли без каблуков. Никаких блестящих личных дронов и нарядов последней межгалактической коллекции. 

Через десять минут я уже в торговом центре — огромный комплекс из стекла и стали, голографические указатели, кафе на каждом уровне, музыка — тихая, бездушная, но очень “безопасная”.

Толпа движется, как алгоритм, и мне в ней легко раствориться.

Я сворачиваю к отделу одежды.

Не бутики, конечно, — туда я больше не ногой.

Мне нужна секция попроще: для студентов, рабочих, тех, кто не привык платить лейблы. 

Внутри — мягкое освещение, зеркала, автоматические кассы.

На голографических манекенах вращаются модели в простых комбинезонах и куртках.

Практично. Удобно.

Идеально для маскировки.

Я провожу рукой по ткани — синтетика нового поколения, лёгкая, но прочная.

Штаны с утяжкой, длинная футболка цвета космической пыли, куртка с капюшоном и нейрошвами, которые сами подгоняются под фигуру.

Обувь — простая, на мягкой подошве.

Никаких каблуков, никакого лоска.

— То, что нужно, — бормочу себе под нос.

Загружаю несколько комплектов в тележку, добавляю бейсболку и серую сумку через плечо.

Чтобы не выделяться, нужно стать одной из тысячи.

В примерочной тихо. Я быстро переодеваюсь.

Вместо беглянки в сером рюкзаке в зеркале теперь девушка, которую легко принять за студентку, приехавшую учиться на бюджет.

Светлые волосы чуть прикрывает капюшон, в карманах — документы, новенькие и безупречно поддельные.

Я чувствую, как будто сбрасываю кожу.

Моя прежняя жизнь — дорогие вещи, бесконечные советы отца, сдержанные улыбки на официальных приёмах — остаётся где-то далеко, на другой орбите.

Теперь я просто Кира Нокс.

Та, что носит серую куртку, пьёт дешёвый кофе и растворяется в потоке.

У кассы я плачу со своего нового счёта, спасибо папеньке. 

Кассовый терминал мигает, принимает оплату, выдаёт пакет и не задаёт вопросов.

Продавщица даже не смотрит на меня — и это чудесно

Я уже собиралась выйти из торгового центра, когда на запястье мягко загудел браслет связи.

Новое сообщение.

Система мигнула логотипом Академии и выдала сухой, бездушный текст:

Добро пожаловать, кадет Кира Нокс.

Для регистрации на курсе “Основы кибербезопасности и защиты систем” необходимо иметь при себе защитный костюм класса B, стандарт академии.

Рекомендуемые модели указаны в приложении.

— Замечательно, — протягиваю я, пролистывая список. — Они бы еще позже прислали. 

В приложении — ссылки на сертифицированные магазины.

Я вздыхаю и иду по навигации: по ленте вверх, потом направо, через уровень с техникой и столовой.

Судя по расположению, в этот магазин ходят только кадеты. 

Магазин действительно нудный: серые стены, безликая музыка и продавец, явно скучающий до смерти.

В витринах висят костюмы класса B — скафандры для начинающих специалистов по кибербезопасности.

Выглядят они примерно так же вдохновляюще, как пакет муки.

Но выбора — ровно два.

Первый — ярко-красный, словно его проектировали специально, чтобы студенты чувствовали себя аварийными маяками. Материал лёгкий, немного блестит, но подделка видна даже невооружённым взглядом.

Зато — дешёвый.

Второй — модель “Феникс”, классический, тёмно-серебристый, с усиленной прокладкой и умной подгонкой по фигуре. Он идеален. Даже рука тянется — хочется примерить.

Нет. Так не пойдет. Я притворяюсь обычной кадеткой. А у обычной кадетки нет денег на подобные костюмы. 

Для Рианы — это была бы база, а вот для Киры — беглянки, которая поступила на бюджет… Хм.

Я смотрю на ценник.

Цифры выглядят, как насмешка.

За эти деньги можно арендовать небольшую квартиру на месяц.

Красный же стоит меньше половины — и вызывает у продавца снисходительную улыбку.

— Беру, — говорю я, не давая себе времени передумать.

Он пробивает покупку, сворачивает костюм в компактный пакет и протягивает мне с фразой:

— Этот цвет поможет вам выделиться. 

— Отлично, — улыбаюсь я. — Именно то, чего я и добивалась. 

Я выхожу из магазина и на секунду задерживаюсь у стеклянной стены.

— Ладно, Кира, — говорю себе, поправляя ремешок сумки. — Пусть будет красный. Будем прятаться на виду. 

Я шла вдоль посадочной линии, держа в руках сумку и пакет с красным костюмом.
Город остался позади — аккуратные фасады, вывески, торговые купола — всё растворилось в металлических контурах Академии, возвышавшейся на холме, словно целая планета, собранная в одном здании.

Космоакадемия Орбитального Альянса.
Над главным входом мерцала голограмма с эмблемой: три пересекающиеся орбиты, каждая в своём цвете — синяя, золотая и алая.
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри холодеет.
Добро пожаловать, Кира Нокс. Прощай, Риана… Рейн.

Академия поражала масштабом: высотные корпуса, соединённые мостами; купол, закрывающий тренировочные поля; здание обсерватории, тянущееся к небу.
В воздухе — гул транспортных капсул, запах озона, отголоски голосов сотен студентов.
Все куда-то спешат. Кто-то в форме, кто-то в повседневке, кто-то с дронами, следящими за багажом.
А я — с пакетом из магазина для бедных. Всё как надо. Незаметно. В дальнейшем я планировала обновить гардероб на более адекватный, зарегистрировав какой-то приемлемый вид дохода, не вызывающий подозрения. И постепенно переливать на него свои средства. Но пока так, как есть. 

На входе — полукруглые турникеты, голографические панели и сканеры.
Перед каждым студентом вспыхивает зелёный огонёк — допуск подтверждён.
Я стою в очереди, дышу ровно. Моя личность идеальна. Никаких проблем быть не может. Шанс, что я завалю проверку не более, чем полпроцента, но я все равно слегка трушу.
Когда подходит моя очередь, я вкладываю идентификационную карту, купленную через даркнет, выверенную до байта.
Панель мягко вспыхивает, луч пробегает по лицу.
Секунда.
Другая.
Я ощущаю, как холодный пот проступает на висках.

Если система запросит архив подтверждения — всё. Провал.

Но вместо этого голограмма выдает зелёный символ допуска, и над панелью появляется сухая надпись:

Добро пожаловать, кадет Нокс, факультет кибербезопасности.

Я даже не сразу понимаю, что могу двигаться. Только когда стоящий позади студент раздражённо кашляет, я выдыхаю, хватаю карту и прохожу внутрь.

Всё.
Я внутри.
Никакой сигнал тревоги не сработал, никакой проверки.
Система приняла меня. Официально — я студентка Космоакадемии. Ну какая же у них убогая защита! Ха! 

Коридоры встречают холодом кондиционеров и светом бело-голубых панелей.
Полы блестят, стены отражают лица проходящих студентов, голоса многоголосым эхом разносятся по анфиладам.
На стенах — голографические табло: расписание, новости, рейтинги лучших кадетов.
И, конечно, камеры.
Много камер.

— Классика, — бормочу я. — Академия космодесантников всего рассчитывает на камеры, почему-то совершенно игнорируя то, как легко ими манипулировать. 

На уровне В5 висит огромная проекция с лозунгом:

«Мы создаём тех, кто защищает Вселенную от хаоса».

Я усмехаюсь. А я, выходит, теперь их главный хаос.

С правой стороны — лестницы к общежитиям. Наверху виднеются купола лабораторий, откуда вырываются голубые отблески — тестируют щиты или двигатели, судя по звуку.
В воздухе — запах металла, нагретого пластика и чего-то, что отдалённо напоминает электрическое молоко — странная смесь, но от неё хочется улыбнуться.

Останавливаюсь у указателя с цифровой картой и прокладываю маршрут: Общежитие D, сектор 2.
Теперь это мой новый адрес. На душе приятно от того, что больше никто не сможет указывать мне, что делать. 

Я делаю шаг по коридору, и в груди — странное чувство: облегчение, адреналин и тихая радость.
Каждый миг может стать началом катастрофы, но именно в этом и есть вкус свободы.

Коридор тянулся бесконечно — светлый, стерильный, с неоновыми линиями вдоль пола.
Шаги гулко отдавались в пустоте, а я уже мечтала просто дойти до комнаты, завалиться на койку и вырубиться хотя бы на пару часов.
Общежитие D, уровень 2.
Свернула за угол — и замерла.

У стены стоял парень в жёлтой форме космодесанта, и, судя по выражению лица, занимался чем угодно, кроме разрешённых академией дел.
Он держал в руках какой-то маленький модуль — не оружие, но определённо не что-то учебное.
Металлический корпус блестел в свете ламп, а пальцы двигались быстро и уверенно, будто он что-то подключал к системе дверных сенсоров.

Отлично, подумала я, первый день — и уже вижу, как местные герои практикуются в диверсиях.

Я инстинктивно сделала шаг назад, стараясь не привлекать внимания.
Любопытство, конечно, зудело, но вмешиваться не хотелось.
Лучше посмотреть, что за тип. Может, тут это нормальное хобби — ломать двери в общежитие.

Он чуть наклонился, проверяя панель, и тихо пробормотал что-то вроде:
— Ну давай, сработай…

Я прижалась к стене. Если он попадётся — это не моя проблема. Если нет — интересно будет узнать, кто у них тут любитель обходить систему.

Щёлкнуло. Панель мигнула зелёным. Парень довольно усмехнулся и убрал устройство в карман.

И именно в этот момент он повернул голову — прямо в мою сторону. Я даже не успела сделать вид, что просто проходила мимо.

— А вот это нехорошо, — протянул он, и в голосе было ни капли испуга — только ленивое веселье.
Шагнул ближе.
— Подглядывать за офицером космодесанта в момент подвига? Это вообще-то статья.

— А я думала, подвиг — это спасать, а не взламывать двери, — парировала я, выпрямившись.
Еще не ясно кто кого застукал за преступлением. 

Он усмехнулся, опёрся рукой о стену рядом с моей головой.
— Взламывать? Сильное слово. Я просто немного облегчаю жизнь соседям. Замок глючит, дверь не открывалась. Техническое обслуживание, можно сказать.

— Ага, конечно, — ответила я сухо. — С несертифицированным модулем. Очень убедительно.

Он прищурился, потом вдруг усмехнулся шире.
— Ты, случайно, не с факультета кибербезопасности?

— А тебе что?

— Просто ты говоришь, как человек, который сам вчера что-то взламывал.

Я фыркнула.
— С чего ты взял?

— С того, как у тебя глаза загорелись.

Он отстранился, глядя внимательно, оценивающе.
— Новенькая?

— Только прибыла, — сказала я, стараясь держать голос ровным.

— Тогда добро пожаловать, — усмехнулся он. — И совет: если уж шпионишь, делай это как-то более незаметно. Сенсоры на коридоре старые, но у меня зрение отличное.

И ушёл, как будто ничего особенного не произошло. Я выдохнула, проверила, не включились ли камеры, и пошла дальше.
Вот уж точно — Академия не даст мне скучать.

Я шла по коридору, стараясь не думать о встрече с тем самоуверенным брюнетом.
Пульс постепенно выравнивался, но ощущение, что он всё ещё где-то поблизости, не отпускало.
То ли от его наглой ухмылки, то ли от того, что он поймал меня на том, что я подглядывала.
Прекрасно. Первый день, и уже успела выглядеть подозрительно.

Табло над дверью мигнуло зелёным — Блок D-12. Моя комната.
Я приложила браслет, дверь с лёгким шипением открылась, и я вошла.

Первое впечатление — стерильно.
Ни запаха, ни пыли, ни намёка на жизнь. Всё будто из каталога: правильно, холодно и бездушно.
Комната небольшая, но не крошечная. Прямо у окна — узкая кровать с идеально натянутым серым покрывалом. Справа — письменный стол с встроенным терминалом, сверху — полка с базовыми учебными модулями. На стене — стандартный экран-проектор, в углу — узкий шкаф с зеркальной дверцей.

Окно выходило на внутренний купол Академии.
Оттуда доносился ровный шум дронов, световые полосы транспортных капсул скользили по воздуху, как золотые нити.
Где-то вдалеке мелькали фигуры кадетов, видно там тренировочный полигон. Жизнь кипела, но здесь, в комнате, стояла мёртвая тишина.

Я поставила сумку на кровать, разложила купленную одежду. Красный костюм, свёрнутый аккуратно, выглядел почти вызывающе в этой серо-белой обстановке. Как пятно на идеально чистом холсте.

— Ну, привет, новый дом, — пробормотала я, опускаясь на кровать.
Матрас оказался неожиданно мягким.
Пальцы прошлись по гладкой ткани, и я поймала себя на мысли, что впервые за много часов чувствую хоть какой-то покой.

Я открыла шкаф — внутри ровно две вешалки и пара пустых ящиков. Холодная подсветка вспыхнула, когда я положила туда одежду. В ванной — крошечная душевая капсула, раковина и зеркало, реагирующее на движение. Когда я подошла, отражение мигнуло и вывело над головой голограмму с моими данными: Кира Нокс, факультет кибербезопасности, статус — активен.

— Активен, — усмехнулась я. — Это мягко сказано.

Я выключила свет, вернулась к окну. За стеклом всё ещё светились орбиты транспорта и купол тренировочной зоны.
Я достала из сумки планшет, активировала его и открыла карту академии.

Я села за стол и включила терминал. Панель загорелась мягким голубым светом, и в воздухе передо мной всплыла голограмма интерфейса Академии.
Первым делом — системная проверка. Всё работало: доступ к сети, личный профиль, даже рейтинг кадетов отображался — мой, конечно, на нуле.
И отлично. Чем незаметнее, тем лучше.

Я пролистала новости, а потом открыла почту. Новое сообщение мигало в верхней строке, помеченное гербом Академии.

Расписание и требования к учебным модулям.

Добро пожаловать, кадет Кира Нокс.

Ваше расписание сформировано автоматически. Просьба ознакомиться с требованиями к форме и оборудованию.

Я открыла вложение — и едва не застонала.
Столбцы расписания выглядели как инструкция к выживанию:

Утренние тренировки по физической подготовке — стандартная форма Академии (серо-чёрная).

Практика в лаборатории защиты данных — защитный костюм класса B.

Стажировки по прикладному киберпрограммированию — защитный костюм класса B.

Учебные тренировки на симуляторах — защитный костюм класса B.

Выходные полевые занятия — обязательная защитная экипировка класса B.

Я уставилась на экран и хмыкнула.
— То есть в нём придётся жить, — пробормотала я.

Перед глазами встал мой пакет, лежащий на кровати, и красный комбинезон, который теперь обречён стать моей второй кожей.
Я вздохнула.
Вот тебе и мимикрия. Вся маскировка пойдёт насмарку, если я буду ходить, как ходячий сигнал тревоги.

Открыла приложение с рекомендациями Академии — там была галерея костюмов, тех самых, из списка «одобренных».
Мой вариант стоил меньше всех. Рядом с ним — серебристо-серый «Феникс», тот, на который я жалела денег. Гладкий, лаконичный, сидящий идеально даже на обезьяне.
Я уставилась на него и невольно усмехнулась. Мне хотелось именно его. Но сожаление быстро сменилось привычной практичностью.
Ладно. Всё ещё можно исправить.
С первым заработком или с удачным взломом внутренней сети — обновлю экипировку.
В конце концов, если я собираюсь тут задержаться, выглядеть как человек в спасательном буйке — не лучшая стратегия.

Я закрыла сообщение, посмотрела на отражение в зеркале напротив.
На меня смотрела девушка с усталым лицом, рыжеватые волосы падали на плечи.
Блондинисто-медный оттенок ловил свет, и в нём отражалось что-то новое — решимость, упрямство.

Я выключила терминал, легла на кровать и закрыла глаза. В голове всё ещё мелькали расписания, коды, лица, коридоры. И где-то между всем этим — янтарные глаза того самого десантника. Я отмахнулась от этой мысли, перевернулась на бок и заставила себя выдохнуть.

Я только устроилась на кровати, вытянулась, позволив себе впервые за день закрыть глаза и выдохнуть.
И, конечно же, именно в этот момент раздался стук. Глухой, настойчивый.
— Серьёзно? — простонала я и села.

Стук повторился, уже увереннее.
Я пригладила волосы, откашлялась, постаралась придать лицу выражение приличного кадета, который совершенно не мечтает послать всех к звёздам, и открыла дверь.

На пороге стоял парень в красном костюме — таком же, как мой, только сидевшем на нём подозрительно хорошо.
Короткие каштановые волосы, добродушная улыбка и глаза — светло-серые, спокойные, будто он привык разруливать любые катастрофы с улыбкой.
Выглядел он скорее как курьер или официант, чем как хакер.

— Кира Нокс? — уточнил он, сверившись с голографическим планшетом.
Я кивнула.

— Отлично! — Он широко улыбнулся. — Я Лиэн Мейр, староста факультета кибербезопасности. Пришёл поприветствовать новенькую.
И, кивнув на мой пакет с формой, добавил: — Вижу, уже приобрела нужное обмундирование.

— Если это можно так назвать, — пробормотала я, скользнув взглядом по его идеально выглаженному костюму.
На фоне его аккуратного вида мой «бюджетный маячок» выглядел как насмешка.

— Не переживай, — усмехнулся он, заметив моё выражение. — У нас половина первокурсников в таких же. Главное, чтобы функции свои выполнял, как следует.

Он говорил спокойно, доброжелательно, без тени высокомерия.
От него веяло каким-то человеческим теплом.

— Ты из какого сектора перевелась? — спросил он между делом, заглядывая в планшет. — В базе указано, что ты раньше не обучалась в академиях Альянса.

Я напряглась.
Спокойно, Кира. Ты сама писала анкету. Просто повтори то, что уже зашито в профиль.

— Сектора Кэй-Найн, — ответила я ровно. — Частная программа, мелкая академия, ничего особенного. Там обучение больше теоретическое.

Лиэн кивнул, не задавая лишних вопросов.
— Понял. Тогда тебе тут понравится. У нас практика, тренировки, живые задачи. Ну и, конечно, преподаватели, которые уверены, что каждое твое движение нужно контролировать.

— Прекрасно, — сказала я с лёгкой улыбкой. — Именно о таком месте я мечтала.

Он рассмеялся — искренне, легко.
— Привыкай, звучит страшнее, чем есть на самом деле. И если что-то понадобится — я в соседнем блоке, комната D-8. Просто напиши или зайди.

— Спасибо, — ответила я, и, к собственному удивлению, сказала это искренне.

Он кивнул, чуть приподнял руку в прощальном жесте и уже собирался уходить, но вдруг добавил:
— А, да. Завтра в восемь ноль-ноль — вводная лекция. Опоздавшие становятся добровольцами для учебных допросов. Так что советую не опаздывать.

— Допросы? — переспросила я, не уверенная, шутит он или нет.

— О, да, — усмехнулся Лиэн. — Наши преподаватели любят начинать с психологических тестов. Говорят, это развивает устойчивость к хаосу.

— Звучит вдохновляюще, — вздохнула я.

— Добро пожаловать на факультет кибербезопасности, — сказал он, улыбаясь, и развернулся к выходу.

Когда дверь за ним закрылась, я ещё пару секунд смотрела на неё, всё ещё чувствуя лёгкое тепло его спокойного присутствия.
Он был... слишком нормальный для этого места. И, пожалуй, именно поэтому вызывал доверие.

Я покачала головой, усмехнулась и легла обратно на кровать.
Ладно, староста, будем знакомы. 

Перед сном я долго ворочалась, чувствуя, как усталость наваливается, но мозг отказывается выключаться.
Мысли крутились вокруг всего сразу: новая комната, жёлтая форма десантников, Лиэн с его слишком доброй улыбкой… и, конечно же, отец.

Я включила планшет, подключилась к защищённой сети. В академической системе я уже значилась как «Кира Нокс», но у Киры, в отличие от Рианы, были собственные протоколы безопасности. Старый привычный интерфейс встретил меня как старую подругу.
Шифрование, двойная аутентификация, обход базовых фильтров — всё по памяти, всё быстро.
Через минуту я уже в потоке новостей верхнего уровня.

Первым делом — запрос по фамилии Риан Тарвелл.
Официальные публикации — ноль.
Личные упоминания — пара старых статей, корпоративные отчёты, фотографии с отцом на приёмах.
Никаких скандалов, никаких слухов, никаких намёков на то, что дочь главы отдела исчезла после фиктивного брака.

Отлично.
Если бы отец хотел сделать из моего побега шоу — уже бы подключил прессу. Значит, пока он делает вид, что всё под контролем. Это хорошо. Тем меньше вероятность, что начнёт искать с шумом.

Следующий запрос — Лиор Рейн.
Мой… официальный супруг. Фотографии всё те же, что я уже видела: корпоративные мероприятия, интервью, идеальная биография.
Словно человек, у которого нет ни единой ошибки в жизни.
Новости — стандартные: его компания открывает новый проект, он появляется на каких-то приёмах, улыбаясь в камеры, как манекен.
Никаких личных комментариев, ни одной фразы о браке. Будто всё это просто строчка в договоре, которую никто не собирается выполнять.

Я пролистала ещё пару страниц и выключила экран.
Идеально. Пусть всё так и остаётся. Пока никто не заметил, что Риана Рейн испарилась, я в безопасности. Пока отец молчит — у меня есть фора.

Я легла, повернувшись лицом к окну.
За стеклом тихо мерцали огни купола Академии, транспортные линии пересекались, как световые нити. Где-то там, внизу, шла жизнь, в которой меня больше нет.

Я позволила себе улыбнуться.
Никаких новостей — тоже новость. И лучшая из возможных.

Пальцы скользнули по холодной ткани покрывала.
Красный костюм лежал на стуле — нелепое пятно на фоне стерильной комнаты.

Утро началось с тихого сигнала от браслета — ровного, безжалостного.
Я открыла глаза, почувствовала лёгкую тяжесть в голове от звука будильника.
Ну вот и первый официальный день новой жизни.

Душ — короткий, ледяной, чтобы взбодриться. Волосы — в высокий хвост, чтобы не мешались.
Красный костюм лежал на стуле, будто насмехаясь. Я вздохнула.
— Что ж, партнёр, похоже, мы с тобой надолго.
Ткань чуть холодила кожу, когда я натягивала комбинезон. Сидел он не идеально — чуть тянул на плечах, в поясе собирался складками, но, по крайней мере, выглядел опрятно.

Путь до аудитории занял минут десять.
Коридоры уже гудели — кадеты спешили кто куда, разноцветные формы мелькали, как сигналы на пульте.
А я, как живой маяк, шагала среди них в своём ярко-красном позоре класса B.

Класс нашла без проблем — B-207, кабинет кибербезопасности.
У двери стояла табличка: Группа 12-А. Вводная лекция. Преподаватель: мастер Эйран Восс.

Я вошла — и первое, что увидела, это море одинаковых оттенков.
Красные, серые, тёмно-синие, пару чёрных костюмов — у кого-то уже модифицированные модели.
Всего человек двадцать. Я на секунду задержалась у входа, окинула взглядом аудиторию и поняла, где моё место в этой иерархии.

Двое — сразу выделялись: серебристо-серые костюмы класса А, явно с индивидуальным пошивом и встроенными датчиками.
Ткань дорогая, гладкая, с переливом. Парень и девушка. Сидят в первом ряду, обмениваются улыбками — уверенные, привыкшие быть в центре.
Даже их браслеты подсвечивались мягким синим, как будто специально.

Пятеро — тоже в красных костюмах, но явно не таких, как мой.
Ткань плотнее, швы ровнее, оттенок не такой вызывающе алый — приглушённый, почти бордовый.
Видно, что покупали у бренда получше. Эти выглядели спокойно, но самодовольно.

А вот всё остальное большинство — такие же, как я.
Стандартные, бюджетные костюмы, немного топорные, сидящие по-разному. Некоторые уже с заломами, у кого-то шлем болтается в сумке. Я с облегчением поняла, что в целом не выделяюсь слишком сильно — если не считать цвета, который сиял так, будто у меня встроена аварийная подсветка.

Я выбрала место в третьем ряду, поближе к стене. Села, выдохнула, огляделась. Рядом кто-то переговаривался, кто-то листал расписание на браслете.

 Лиэна, старосты, пока не было.

Я открыла планшет, проверила расписание, всё то же: Вводная лекция. Основы дисциплины. Проверка данных доступа.
Проверка.
Слово заставило сердце на секунду сжаться.

Я привычно взглянула на голограмму перед собой — мой профиль, моя фиктивная личность.
Всё идеально, всё чисто. Никаких следов прошлой жизни.

Дверь открылась, и в класс вошёл мужчина лет сорока — высокий, с зачесанными назад чёрными волосами и спокойным лицом.

— Доброе утро, кадеты, — произнёс он ровным голосом, активируя проекцию расписания. — Сегодня начнём с простого. Узнаем, кто вы такие… и чего стоите.

*****

Дорогие читатели, приглашаю Вас в свою новую волшебную МЖМ-новинку

“Драконов не обслуживаем”

❤️ АННОТАЦИЯ

Драконы утверждают, что я их истинная. А я просто хотела продавать мороженое 🍦

Да, я попала в другой мир. Да, открыла магазин сладостей и волшебного мороженого.

Но вместо клиентов ко мне приходят мужчины с крыльями, огнём и проблемами с личными границами.

Они говорят, что между нами связь, что я — их судьба. Я говорю, что у меня обеденный перерыв.

И все бы ничего, но мой маленький бизнес бесит конкурентов, тайна моего появления не дает спать. И только мои истинные способны уберечь меня от грядущего. 

📚 В ТЕКСТЕ ЕСТЬ

#попаданка

#драконы

#истинная пара

#мужчины с характером

#от ненависти до любви

#смелая и смышленая героиня

#противостояние характеров и неизбежная любовь

#очень горячо и откровенно

#много секса

#многомужество

#хэ

Приятного чтения, друзья!

Я поймала себя на том, что вдыхаю чуть глубже.
Преподаватель не тратил время на улыбки.

— Я мастер Восс, — сказал он спокойно. Ни представления, ни шутки, ни «рад вас видеть». Просто факт. — Если вы здесь, значит, кто-то решил, что из вас может получиться специалист по кибербезопасности уровня полевого допуска. Спойлер: в большинстве случаев кто-то ошибся.

Никакого «добро пожаловать в семью». Как мило. Он мне уже нравится.

Аудитория сразу стихла. Даже те двое в дорогих серых костюмах, что сидели в первом ряду и выглядели как рекламные лица академии, — тоже притихли и слегка подобрались. Это мне понравилось.

Восс щёлкнул пальцами, и над нами развернулась голограмма: три круга, пересекающиеся друг с другом. На каждом — подпись.

— В этой академии вас будут учить ловко кидаться терминами. Я начну с правды, — он кивнул на схему. — Любой кадет нашего направления — это три вещи.

Первый круг вспыхнул ярко-синим: «ВЗЛОМ».
— Вы должны уметь входить туда, куда вас не зовут. Вражеские системы. Закрытые архивы. Защищённые контуры связи. Да, официально в программе это называется “тестирование устойчивости систем противника”. Неофициально — вы взламываете людей, организации и иногда — правительства.

Второй круг стал золотым: «ЗАЩИТА».
— Вы должны уметь закрыть дверь за собой. Защитные протоколы, экстренные блокировки, антикражные петли, полевые экраны. Часто от вас будут требовать защитить объект, у которого не было защиты до вас вообще. И угадайте, на кого потом спишут, если его всё-таки взломают? Правильно.

Третий круг полыхнул красным: «СПРЯТАТЬ СЛЕДЫ».
— Это то, что многим из вас будет казаться мелочью. Это не мелочь. Если вы хороши, но вас потом находят — вы труп. Если вы средние, но вас не находят — вы ещё живы. На уровне допуска B от вас не требуют идеала. От вас требуют быть живыми.

По залу прокатился тихий смешок, но нервный.

Я слушала молча.
Три круга.
ВЗЛОМ. ЗАЩИТА. СКРЫТИЕ.
По сути — три вещи, которыми я занималась последние сутки.
— И теперь, — продолжил Восс так же спокойно, — давайте проверим, кого нам прислали.

Я почувствовала, как все чуть напряглись.

Он сделал жест ладонью, и перед нами — прямо над каждой партой — вспыхнули тонкие линии световой сетки. Индикаторы. Индивидуальные.
Моё имя — «КИРА НОКС» — всплыло в воздухе над моей головой как аккуратная белая надпись.
— Сейчас система прогонит базовое сопоставление, — объяснил он. — Кадет → профиль → заявленные навыки → подтверждённые результаты вступительного теста.

У меня внутри на секунду похолодело. Но над моей головой индикатор остался зелёным. Я даже не позволила себе улыбнуться. Просто сжала колено ладонью под столом, чтобы не дрогнуть. Одно дело взламывать систему удаленно, другое находиться в ее сердце в момент, когда ты уже потоптался так знатно.

Кто-то в третьем ряду получил жёлтый.
Слева от меня один парень — красный.
Восс даже не посмотрел в их сторону. Просто сказал:
— Жёлтые — после пары ко мне. Красные — после пары ко мне, к дежурному и психологу. Потому что вы либо соврали в анкете, либо не понимаете, во что ввязались.

Пауза.
Потом сухо добавил:
— Второе хуже.

Кто-то нервно сглотнул.

Он продолжил обходиться без лишнего облизывания студентов и было в этом что-то притягательное:
— Правила. Их немного, и если вы их не запомните, вас отчислят быстрее, чем вы успеете раскидать вещи по комнате.

На экране позади него вспыхнули строки:

Не таскать академические модули за пределы академии.

Не подключаться к внутренней сети с личных устройств без шифра уровня С или выше.

Не взламывать своих.

Он постучал по третьему пункту.
— Это не обсуждается. Мы все любим упражняться. Но, если я поймаю вас на попытке слить данные друг друга — я лично вас сдам. И мне не будет стыдно.

Один из тех, в сером костюме, чуть усмехнулся на словах «не взламывать своих».
Его соседка поддержала его в этом. Они явно считали, что правило №3 — чисто формальность, как минимум для них. Хорошо. Я мысленно пометила их. Нужно понять кто они и чего так много о себе возомнили. 

Потом началось интересное.

— А теперь попробуем то, что в академии любят называть “упражнение на сборку”, а на деле это “покажите мне, кто из вас соображает, а кто просто пришёл в красивом костюме”.

Столы вокруг меня чуть подсветились, панели выдвинулись, и нам всем вывели одну и ту же задачу: упрощённый симулятор утечки данных. Ситуация: система связи атакована, уходит неавторизованный поток, нужно быстро определить канал, перекрыть его и не снести всю сеть в ноль.

Кто-то тихо выругался.
Кто-то тут же начал яростно стучать по панели.

Я посмотрела на задачу, и, честно говоря, мне почти стало легче. Это не было сложным заданием. Я видела похожие конструкции. Они всегда выглядят пугающе, но в них есть логика, если не паниковать.

Удар по каналу связи маскируется под техническую синхронизацию.
Параметр шумит не там, где обычно проверяют, а там, где метка старого протокола оставлена нарочно. Тупо, но эффектно для новичков.

Я отметила ложную активность, отменила зеркалку, заперла канал не через основную схему, как предлагал интерфейс, а через обход, чтобы основная сеть не рухнула.
Сделала так, как делала вчера, когда стирала собственный след.

Моя панель мигнула зелёным.
Готово.

Я подняла глаза. Из двадцати человек зелёным уже светились панели у троих.

У двоих — у тех, серых, идеальных. И у меня.

Восс заметил. Конечно он заметил.

Он не сказал «молодец». Просто посмотрел на меня чуть дольше, чем на остальных. Зафиксировал. Интересный подход.

Дальше он дал нам теорию, но это была не совсем привычная теория, это было скорее предупреждение.

— Вас будут пытаться использовать, — говорил Восс ровно, глядя на нас. — И не романтично, не красиво, не “ради галактики”. Просто. Вы будете рядом, и вы будете удобны. Если вы умные — вас попросят взломать то, что «нужно срочно ради общего дела». Если вы наивные — вас попросят прикрыть чужую ошибку. Если вы влюбчивые — вас будут использовать постоянно.

Пара человек (девушка впереди, парень слева) неловко переглянулись.

— Моё дело простое, — продолжил он. — Научить вас вовремя говорить «нет», а не писать объяснительные комиссии безопасности.

Он отключил голограмму, и аудитория на секунду погрузилась в мягкий полумрак.

— На сегодня всё. После обеда — распределение по парам и доступ к внутренним узлам. 

Пауза. И уже почти лениво:
— А, да. Если кто-то из вас подумал, что сможет существовать здесь тихо и незаметно — это миф. Вас заметят. Вопрос только как именно вы запомнитесь. 

После занятия нас всех выплюнуло в коридор одним дружным потоком — двадцать первокурсников в разнокалиберных красных костюмах, как свежая партия аварийных маячков.

Я как-то автоматически двинулась вместе с толпой, сверяя по внутренним указателям путь к столовой.

— Эй, подожди, — услышала я сбоку.

Я повернула голову. Ко мне почти бегом пыталась пристроиться девушка в таком же бюджетном костюме, как у меня. Такой же ярко-красный, такой же неидеально сидящий, такие же чуть грубые швы. Мы выглядели, честно, как два скидочных образца "курсант стандарт". Симпатично.

Она запыхалась, но улыбалась.
— Ты тоже из нашей группы? Двенадцатая?

— Ага, — я кивнула. — Кира.

— Сая, — представилась она. — И… ну… я подумала, что если мы обе… ну… — она взглядом ткнула в наши костюмы, — …то, может, это судьба.

Я хмыкнула.
— Дешёвый класс В. Великая сила, объединяющая сердца.

Она фыркнула и засияла, как будто я только что сказала что-то гениальное.
— Я тебя уже люблю.

— Не надо, — предупредила я спокойно. — У меня сложная личная жизнь. И только женской любви в ней мне и не хватало. 

Сая прыснула в кулак.

Мы вместе дошли до столовой — это было не одно помещение, а целый блок: прозрачные стены с видом на внутренний купол, несколько линий выдачи, посередине – живые островки с растениями, которые, подозреваю, выращены чисто для красоты и чтобы мы думали, что тут заботятся о кислороде.

Внутри гул стоял такой, будто тут собралась половина Академии: смех, голографические меню, чей-то спор про нагрузки на симуляторах, звяканье подносов. Пахло специями, чем-то жареным и кофе. Много кофе.

Мы взяли подносы. Еда — как еда в учебках везде: омлет-модуль (слишком ровный, значит, напечатанный), жареная какая-то белковая штука, которая честно пыталась притвориться беконом, и стандартная каша с энергетическим усилителем. Зато сок был настоящий, не рекомпонент. Я оценила.

— Где сядем? — спросила Сая.

Я огляделась. Большинство мест уже занято компаниями, которые, судя по всему, знакомы с прошлого цикла. В углу было свободно — столик на четверых у прозрачной стены с видом вниз, на тренировочный сектор.

— Там, — показала я.

Мы сели. Сая тут же повернулась ко мне всем корпусом, локти на стол, любопытные глаза.
— Итак. Рассказывай. Ты откуда? Только не надо «из сектора», как все говорят. Все так говорят.

Я отломила кусок этого их «омлета», пожевала, выиграла три секунды на подумать.
Просто держимся сценария.

— Колониальный пояс. Учебка была маленькая, больше теория, меньше практики. До этого… — я сделала вид, что подбираю слова, — жила с отцом. Он военный инженер. Не боевой, а кабинетный, знаешь… Мне всегда хотелось попасть в академию, где будет не так скучно, как в его офисе.

Это всё я и вписала в регистрационную анкету. 

Сая понимающе кивнула.
— А, то есть хочешь захватывающих миссий с космопиратами?

— Примерно, — я усмехнулась. — А ты?

Она откинулась на спинку стула и скривилась.
— Я из внутреннего сектора. Мама отвечает за техобслуживание станций, папы нет по документации, по жизни есть, но лучше б нет. Я хотела на аналитическое моделирование, а меня засунули в безопасность, потому что у меня хорошие показатели по стрессоустойчивости.

— О, поздравляю, — сказала я. — Это очень полезный навык для нас.

— Угу, — сказала Сая и бодро запихнула в себя полложки каши. 

Я не успела ответить, потому что к нашему столику подошёл парень в красном и поставил поднос рядом с моим.

— Девочки, — сказал знакомый голос. — Разрешите сесть с вами.

Я подняла взгляд.

Лиэн. Волосы чуть растрёпаны, на лице спокойствие и лёгкая усталость, как у человека, который встал раньше всех и уже половину дня отработал.

Сая моментально перестала болтать и залилась краской. Она реально почти слилась с формой. Щёки вспыхнули, уши покраснели, глаза округлились.

— Д-да, конечно, садитесь, — выдала она голосом на октаву выше обычного, чуть не опрокинув свой сок.

Я посмотрела на пустой стул, потом на него.
— Свободно, — кивнула я.

Он сел так, будто мы давно знакомы. Не спрашивая, не стесняясь. И почему-то это не бесило. Он положил локоть на стол, чуть наклонился вперёд.

— Ну что, как моё подразделение? — спросил он и улыбнулся искоса. — Никто не умер? Никто не убежал в слезах к деканату?

— Пока нет, — сказала я. — Но преподаватель пообещал допросы и то, что мы все умрём, так что, думаю, дай нам пару дней.

У Лиэна дёрнулось плечо — он сдержал смешок.
— Да. Восс любит драму. Он так пугает каждый набор. Говорит, что мы никчёмные, чтобы отсеялись впечатлительные. Рабочая схема.

— То есть это не шутка про «добровольцев на учебные допросы»? — пискнула Сая.

— Нет, — сказал он абсолютно спокойно.

Сая чуть не захлебнулась соком.

Я поставила локоть на стол, наклонилась ближе к нему.
— Скажи, — тихо, полушёпотом, — это правда проверка доступа была настоящей? Или это был понт, чтобы мы испугались?

Лиэн перевёл на меня взгляд. Чуть внимательнее, чем до этого.
— Подтверждение профиля? Настоящее. Но не паникуй, это не полный фон. Они просто сверяют, умеешь ли ты делать то, что написала в анкете.

Я не знаю, почему именно в этот момент Сая издала странный звук, похожий на смешок, попытку дышать и микроскопический визг восторга одновременно, но это произошло. Она тут же отвернулась, сделала вид, что внимательно изучает свою кашу. Не ест. Смотрит. Как будто собирается признаться ей в любви.

Лиэн заметил, конечно. И как-то мягко сменил тему, будто на него так реагируют довольно часто. 

— Кира, да? — он повернулся ко мне. — Слушай. Есть два совета для выживания. Хочешь — запиши.

— У меня хорошая память, — сказала я.

— Первое. Если тебя кто-то что-то попросит сделать для общего дела или по любой другой причине — не делай. Даже если это будет твой лучший друг, твоя новая любовь, или парень в жёлтой форме с красивыми глазами. Я серьезно. 

Сая резко дёрнулась и чуть не свалилась со стула.

Я моргнула.
— То есть у вас это прям частая проблема? Парни в жёлтых костюмах с красивыми глазами, которые подставляют безопасников?

— Это прям хроническая проблема, — невозмутимо сказал он. — Космодесант любит приходить к нашим и говорить “слушай, нам тут надо кое-что вскрыть, но это чисто тренировка, никому не говори”.
Он покосился на меня. — Не ведись.

У меня перед глазами вспыхнул вчерашний коридор. Жёлтая форма. Янтарные глаза. Модуль у сенсора двери.

Я равнодушно кивнула.

 — Поняла.

— Второе, — продолжил он. — Форму не теряй. Особенно свой защитный костюм. У тебя класс B, да?

— Да, — поморщилась я.

— Носи его, не стесняясь. Смотри на меня.

Я скептически выгнула бровь.
— На тебя? В смысле прямо сейчас?

Он указал на свой костюм.
— Я тоже начинал с такого же. И знаешь, что было самое весёлое?

— Что?

— Через три месяца все спрашивали, где я такой достал. Эти костюмы не такие простые, как кажется. В них есть адаптивный модуль. Они улучшаются по мере того, как ты прокачиваешь свои скилы. Не зря же он входит в рекомендованный комплект. 

Сая выдала звук «ааа», как будто вот это сейчас был самый романтичный момент её жизни.

Я не удержалась, усмехнулась.
— То есть главное — не умереть, а там уже стиль сам дорисуется?

— Примерно так, — кивнул он, абсолютно серьёзно.

Мы ели дальше. Сая постепенно перестала быть томатно-красной и снова ожила.
Лиэн хмыкал, вставлял ремарки. Я слушала и параллельно наблюдала за происходящим вокруг. 

И вот что я поняла за эти десять минут:  Лиэн улыбается легко, но постоянно все мониторит. Не упускает ни одного человека. Сая — эмоциональная, слишком открытая. Её сломать проще всех. То есть её надо прикрывать, если я захочу возиться с ней.

*****

Дорогие читатели, приглашаю Вас в свою новую пикантную МЖМ-новинку

❤️ АННОТАЦИЯ

Я просто хотела избежать нежеланного брака. План был прост, но судьба распорядилась иначе. Теперь у меня два мужа. И один из них давно желает засадить второго. 

Смогут ли враги найти общий язык или мне придется сделать невозможный выбор? И догонят ли меня тени прошлого?

📚 В ТЕКСТЕ ЕСТЬ

#многомужество

#стритрейсеры

#космические приключения

#от ненависти до любви

#смелая и смышленая героиня

#вынужденный брак

#сбежавшая жена

#противостояние характеров и неизбежная любовь

#очень горячо и откровенно

#много секса

#хэ

Приятного чтения, друзья!

 Я как раз доедала свой странный омлет-модуль, когда почувствовала, что что-то в воздухе изменилось.
Не шум, не запах — скорее, напряжение, как будто кто-то резко повернул громкость невидимого источника внимания.

Сая первой подняла голову, я проследила за ее взглядом, а потом я увидела его.
Тот самый брюнет из коридора.
Жёлтая форма космодесанта, идеально сидящая на широких плечах, чуть расстёгнут ворот, на поясе — идентификационный браслет, выдающий старший уровень допуска.
Он шёл медленно, уверенно, как человек, который знает, что все на него смотрят — и наслаждается производимым впечатлением. Несколько студентов из-за соседних столов тут же замолкли, кто-то даже приосанился, кто-то наоборот отвёл взгляд.

Лиэн, сидевший напротив, заметно напрягся. Его спокойная улыбка исчезла.
Он положил вилку, скрестил руки на груди и тихо сказал:
— Так. Девочки, видите вон того красавца в жёлтом?

— Вижу, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
Сая кивнула чуть резко.

— Вот, — кивнул Лиэн, глядя на нас обоих. — Запомните его и держитесь от него максимально далеко.

Сая моргнула.
— Почему? Он же вроде… ну… космодесант, у них, кажется, высокий рейтинг, да?

— Высокий рейтинг не равно чистая совесть, — хмуро сказал Лиэн. — Это Рэйден Вэллс.
Сегодня утром он официально стал командиром десантного отряда «Альфа».

Имя я запомнила сразу. Рэйден. Звучит почти как предупреждение.

— Получил повышение, — спросила я, — выходит он один из лучших?

Лиэн кивнул.
— Еще вчера у отряда был командир Стал. Его отчислили буквально пару часов назад.
Официальная версия — нарушение устава. Неофициальная… — он понизил голос. — Говорят, что в его комнате нашли что-то запрещённое. Не оружие, но что именно я не знаю. Хотя ходят слухи, что это Сетевой модуль класса «теневой». Такие штуки не должны вообще существовать на территории Академии.

Я замерла, вцепившись в ложку.
Сетевой модуль «теневой» — это инструмент для обхода всех уровней защиты. В умелых руках он превращает систему в открытую книгу. И стоит он как крейсер.
— И что, — спросила я как можно спокойнее, — думают, что это он подкинул?

Лиэн пожал плечами, не сводя глаз с Рейдена, который в этот момент проходил вдоль столов, и на ходу что-то говорил двум другим десантникам.
— Не знаю. В документах, скорее всего, напишут “случайная проверка”. Но факт остаётся фактом: вчера вечером кто-то очень хотел убрать Стала, и теперь Вэллс занимает его место.
Он глянул на меня. — Совпадение? Я не верю в совпадения.

Сая осторожно отставила поднос, всё ещё глядя на Рейдена.
— Но… он же красивый, — тихо сказала она, будто извиняясь перед логикой.

— И именно поэтому опасный, — отрезал Лиэн. — С такими всегда начинается весело, а заканчивается объяснением у дисциплинарного совета.

Я кивнула, хотя сердце гулко билось.
Запрещённый модуль. Отчисленный командир. Новый лидер. И парень, который вчера ночью “чинил” дверь.

Он прошёл мимо нашего стола, даже не глянув в сторону — но почему-то я была уверена, что он чувствует мой взгляд. На секунду его шаг чуть замедлился. Не поворот головы, не жест — просто микродвижение, будто импульс. А потом он пошёл дальше, сел за дальний стол, окружённый своими.

Лиэн выдохнул.
— Ясно одно, — сказал он тихо. — Этот парень приносит неприятности. И если он с тобой заговорит — делай вид, что не слышишь.

— А если заговорю я? — не удержалась я.

Он приподнял бровь.
— Не советую.

Сая вздохнула, будто разом потеряла полдня жизни.
— А я уже почти влюбилась.

— Тогда у тебя прекрасный вкус на катастрофы, — сказал Лиэн, снова беря вилку. — Но держись подальше. Мы все знаем, чем заканчиваются такие истории.

После обеда Академия будто ожила заново. Коридоры снова гудели — кто-то бежал на пары, кто-то спорил, у кого преподаватель пострашнее, а кто-то просто сидел на подоконнике с кофе и делал вид, что у него вся жизнь под контролем.

Мы с Саей шли рядом, обе в одинаковых красных костюмах, и я чувствовала себя как минимум частью официальной экспозиции «Бюджетные надежды Академии».

Следующее занятие — Практикум по системам внутренней защиты.
То есть тот самый предмет, где студенты учатся не только защищать сети, но и скрывать следы взлома.
Иронично, учитывая моё прошлое.

— Староста сказал, что это одна из самых сложных дисциплин, — пробормотала Сая, вглядываясь в расписание на браслете. — Преподаватель — мастер Рейли Восс. Брат того самого Восса с утра.

— Брат? — я приподняла бровь. — Серьёзно?
— Угу. Видимо, семейный подряд по запугиванию студентов.

Кабинет оказался другим — просторным, с приглушённым освещением и рядами рабочих панелей, вмонтированных прямо в столы. По центру — огромная голограмма защитного купола, состоящего из тысяч движущихся линий кода.

Мы заняли место ближе к середине — не в первых рядах, но и не в тени.

Преподаватель уже был в аудитории — мужчина лет тридцати пяти, с короткими волосами цвета графита и пронзительно-серыми глазами.
Голос у него был тихий, но от этого только страшнее.
— Я — мастер Рейли Восс. Сегодня вы попробуете построить первичный слой защиты. Не взлом, не симуляцию, а именно щит, — сказал он, проходя между рядами. — У кого получится, тому позволят работать на реальных контурах раньше, чем через месяц. У кого нет — будет наблюдать, как другие получают опыт.

Он окинул нас взглядом.
— Пары формируются случайно. Искусственный интеллект распределяет вас по уровню риска.

На панели передо мной вспыхнул экран: ПАРТНЁР: САЯ КЕЙЛ.

— Какая забавная случайность, — выдохнула я.

— Может, система просто почувствовала, что у нас общий уровень катастрофичности, — прошептала Сая, и я усмехнулась.

— Задание: смоделировать атаку низкого уровня и закрыть три уязвимости. Оцениваться будет не скорость, а стабильность кода, — продолжал Восс. — И не пытайтесь схитрить. Я вижу все ваши обходы.

На экранах тут же загорелась сетка с кодом. Поток символов, бегущие строки, мерцание системных окон. Для большинства студентов это выглядело как хаос. Для меня — как симфония.

Я машинально подалась вперёд. Сая рядом растерянно моргала.
— Э… я больше по теории, — пробормотала она. — Я понимаю, как это работает, но когда всё это начинает двигаться…

— Не переживай, — сказала я, пальцы уже бегали по сенсору. — Просто следи за тем, что делаю, и запоминай.

— Так, подожди, ты уверена, что не взорвёшь всё? — осторожно уточнила она.

— Абсолютно, — ответила я и добавила, чуть тише: — Ну, почти.

Мы начали.
Первое, что я сделала, — установила фиктивный фильтр на вход, чтобы стабилизировать поток. Потом — изоляцию одной из уязвимостей. Сая, поняв, что я не собираюсь шутить, подключилась к анализу — подсказывала мелочи, отмечала колебания кода. Я делала вид, что без нее никак бы не справилась.

— Слушай, а ты точно с частной академии? — спросила она, глядя на мой экран. — У тебя руки двигаются, как будто ты с этими навыками родилась.

— Да. С очень маленькой академии, — ответила я сухо. Я самоучка. Можно сказать, что это была академия имени меня, а в преподавателях у меня был даркнет. Но кому нужны подробности. 

Пять минут — и система стабилизировалась. На экране над нами вспыхнул зелёный символ.
Задание выполнено. Сектор защищён.

— Получилось! — шепнула Сая. — У нас реально получилось!

Я улыбнулась краешком губ.
— На первый раз — неплохо.

Восс подошёл как раз в этот момент. Остановился рядом, посмотрел на наш код.
Его взгляд задержался на несколько секунд дольше, чем нужно.

— Нокс, Кейл… — медленно произнёс он. — Необычно чистое решение. Откуда ты знала, что фильтр нужно ставить именно в обход системного порта?

— Логика, — ответила я спокойно, не моргнув. — Порт — слабое место любого щита. Если его изолировать, атака потеряет смысл.

Он прищурился.
— Логика... Хорошо. Запомню.

И ушёл дальше по рядам, а у меня в груди неприятно кольнуло. Но я быстро отбросила эту ерунду. Я тут если не лучшая, то одна из лучших. Глупо делать вид, что это не так. Кира заработает собственную репутацию. 

После занятия, когда мы выходили из аудитории, Сая сияла.
— Кира, ты была гениальна! Я вообще ничего не понимала, но выглядело это как магия!

— Это не магия, — сказала я, поправляя сумку. — Просто опыт.

— Опыт чего, спасения мира?

— Скорее, выживания в нём.

Она рассмеялась, но потом добавила:
— Жалко, что старосты не было. Он бы гордился нами.

Я кивнула.
Лиэн сейчас был на старшем потоке, у него своя практика — по управлению протоколами и системами связи. И, честно, я даже немного радовалась, что он не видел, насколько быстро я справилась.
Я взглянула на часы. До следующего занятия оставалось десять минут.
Мы шли по коридору, и я чувствовала лёгкость.

Но где-то на краю сознания вспыхнуло воспоминание — янтарные глаза, жёлтая форма и холодная улыбка.
Рэйден Вэллс.

 Я уже почти добралась до комнаты, думала снять комбинезон и хоть на минуту закрыть глаза, когда в коридоре всё вокруг изменилось — как будто кто-то выключил свет, оставив только его тень.

Рэйден выскочил из ниоткуда. Один шаг — и он оказался передо мной, другой — и ладонь его уже тянулась к моей руке, третий — и я чувствовала себя, как мышь в ловушке: быстро и без шансов на манёвр.

— Что ты творишь? — вырвалось у меня автоматически, прежде чем я успела сообразить, что делать.

Он не ответил, только резко дернул меня за руку и потащил в боковой служебный коридор, дверь которого захлопнулась за нами. Помещение маленькое, без окон, с матовой стеной и гулким эхом.

Я окаменела от неожиданности. 

— Отпусти! — выдавила я, вцепившись в край его запястья. — Я пожалуюсь на тебя!

Он приблизил лицо так, что я почувствовала его мускусный запах.

 — Тут нет камер, — сказал он тихо, глядя прямо в глаза. — Безопасница. Я же не дурак.

Его рука крепче прижала меня к стене; спина ударилась о холодную плиту. Я попыталась отойти, но сзади была только гладкая поверхность. Сердце барабанило в груди так, будто хотело выбраться наружу.

— Что тебе надо? — ещё раз спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он улыбнулся.

 — Хотел сказать спасибо, — произнёс он почти шёпотом, — что… не сдала. Мне было интересно, как ты поступишь. Умничка.

Он наклонился так близко, что я различила линии его дыхания на лице. Голос стал ещё тише, его дыхание на моих губах: — Давай дружить, а? Как тебя зовут, рыженькая?

Я думала о словах Лиэна: «держитесь от него подальше». Слова всплыли в голове, как предупреждение, и я, не успев придумать что-то умное, только отрезала: — Мне советовали держаться от тебя подальше.

Он рассмеялся тихо, насмешливо. 

— Умные девочки чужих советов не слушаются. — Его голос сполз по кончику моего уха, вслед за его губами. — А ты же умная девочка?

Он не стал ждать ответа. И прежде чем я поняла, что происходит, он врезался в мои губы своими жесткими требовательными губами.

Это не был поцелуй. Это было вторжение. Грубое, без спроса, без тени уважения.
Жёсткие губы, холодный привкус металла и чужого дыхания, слишком близко, слишком отвратительно приятно.
Я попыталась оттолкнуть, но его пальцы сжали мою талию, вдавили в стену так, что воздух вышибло из груди.
Он попытался углубить поцелуй, но я собрала все силы и вырывалась из его хватки, а потом врезала ему пощёчину.
Резко, со звоном.

Он отшатнулся, медленно провёл пальцами по лицу. На щеке проступила алая полоса. Но вместо злости — ухмылка.
— Вот это да, — протянул он тихо. — Горячая, как и думал.

— Тронешь ещё раз, я тебе руку сломаю, — выдохнула я. Голос дрожал не от страха — от того, что хотелось врезать снова.

Он прищурился, всё ещё держа голову чуть на бок, будто смаковал момент.
— Остынь, Рыжая. Не драматизируй.

— Не называй меня так.

— “Любимая” тебе больше нравится? — Он шагнул ближе, но уже без касаний, просто глядя в упор, слишком уверенно. — Я скажу всем, что ты моя девушка.

Я замерла.
— Что?!

Он лениво пожал плечами.
— Ну а что? Звучит убедительно. Любая проверка докажет, что мы целовались. Скажу, что ты стояла на стреме, пока я вскрывал комнату. Героическая напарница, — его улыбка стала тоньше, холоднее. — А ты попробуй доказать обратное.

— Ты… ты подонок!

— Возможно. — Он склонил голову, и в янтарных глазах мелькнуло довольство. — Зато теперь ты под моей защитой. Или под моим прицелом — как пойдёт.

Он обернулся, уже уходя, но добавил через плечо:
— Всегда хотел себе рыженькую. С огоньком, малышка.

Дверь закрылась мягко, почти без звука.

Я стояла, прижимая ладони к губам, будто могла стереть прикосновение. Кожа горела, в груди всё переворачивалось. Хотелось умыться, смыть этот миг до последней молекулы.

— Ненавижу, — прошептала я. — Просто ненавижу.

И, всё ещё дрожа, вышла из комнаты, решив, что если он ещё раз подойдёт — жёлтый костюм ему уже не понадобится.

Я почти бежала по коридору, даже не замечая, куда ставлю ноги.
Воздух казался слишком густым, будто им нельзя дышать.

Как же я его ненавижу.

Дверь в комнату открылась со второго раза — пальцы дрожали, браслет не сразу считывал доступ.
Внутри всё стояло так, как я оставила утром: аккуратно сложенные вещи, зарядник, постель, нетронутый стол.
Слишком спокойно.
Как будто ничего не случилось.

Я захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной и просто стояла, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Хотелось лечь. Хотелось исчезнуть. Хотелось ударить кого-нибудь. Лучше его.

Какой же самодовольный ублюдок.
Перед глазами всё ещё стояли его янтарные глаза и эта ухмылка.
И его фраза — «Теперь ты моя девушка» — звенела в голове, как насмешка.

— Придушу, — выдохнула я. — Найду способ и придушу.

Браслет на запястье пискнул. Я вздрогнула. На экране высветилось уведомление: Следующее занятие: тактическое моделирование. До начала — 07:00 минут.

— Да чтоб тебя… — простонала я.

Утром я могла бы придумать оправдание, симулировать сбой доступа, спрятаться, но сейчас…
Пришлось собраться.
Натянула костюм, завязала волосы, брызнула на шею синтетическим нейтрализатором запаха — бесполезно, но ритуал помогал хотя бы внешне казаться спокойной.

В зеркале отражалась девушка с рыжевато-золотыми волосами. Совершенно растерянная девушка. Нет, это не я. Точно не я.
Я посмотрела на себя и тихо сказала:
— Всё. Забудь. Как будто этого не было.

Вышла в коридор. Толпа студентов уже стекалась к аудиториям, кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то догрыз бутерброд на бегу.
Я шла, стараясь держать спину прямо, хотя внутри всё кипело.
Ненавижу этого брюнета.
И с этой мыслью я вошла в аудиторию — с видом человека, который готов учиться.