Секреты пробуждённых

Я проснулась с тревогой, которая не отпускает уже несколько дней. Сны, навязчивые и слишком реальные, возвращали меня туда, где мама ещё жива. Её образ, голос, любящая улыбка – всё казалось таким близким, что, просыпаясь, я каждый раз теряла грань между сном и явью.

Сев на кровати, я резко провела руками по лицу, пытаясь избавиться от остатков сна. Из ванной доносился голос Дориана, он подпевал песне, одной из роковых баллад, играющей из колонки, которую везде таскает собой.

Мне хотелось поделиться своими переживаниями с братом, но я понимала, что это бессмысленно. Дориан верит мне, но когда речь заходит о прошлом и маме, его будто подменяли. Словно заклинание, которое защищало его от правды, и это пугает меня больше всего.

Я решила разобраться в своих снах самостоятельно. Возможно, они просто плод моего воображения, а может, в них скрыта какая-то важная информация. Знаю, что мне нужно быть осторожной и не поддаваться панике. Но в то же время я чувствовала, что эти сны способны открыть мне важное о себе из прошлого. И кем были наши родители.

Сидя на кровати, я слушала, как в ванной стих шум воды, а спустя пару минут оттуда вышел Дориан в пижамных штанах, потирая голую грудь полотенцем.

Он заметил, что я уже не сплю. 

– Доброе утро, солнышко! – его голос звучал слишком бодро для такого раннего часа. Я встала и направилась к ванной, игнорируя его. 

– Лора? – он попытался меня остановить.

Усмехнувшись, я подманила его, чтобы наклонился. Собрав всю утреннюю энергию, звонко пропела ему прямо в ухо:

– Доброе утро!

Его лицо исказилось в гримасе, а я, довольная собой, прошла в ванну, захлопнув дверь. 

– Мои уши!

Мне нравилось подтрунивать Дориана, и он явно ошарашен моими выкрутасами. Всё-таки здорово иногда удивлять его, а то ходит такой серьёзный, что хочется его немного растормошить. И пока умывалась, слышала, как брат продолжает возмущаться по поводу моих вокальных данных. 

Может, удивить его вкусным завтраком, чтобы он за сердце взялся, потому что обычно я вообще не готовлю. Или продумать более жёсткую встряску. В любом случае мне не терпелось увидеть реакцию брата. Я знаю, что он будет сначала в ужасе, а потом в восторге от моих идей.

Я протёрла запотевшее зеркало ладонью и глубоко вздохнула, чтобы отогнать дурные мысли после ночного кошмара. Не хотела сейчас погружаться в эти дебри. Нужно взбодриться и подумать, как разыграть брата сегодня. В последнее время мы с Дорианом везде натыкаемся на монстров. Когда мы отправились в путь, будь то густой лес, маленькие городишки или мегаполисы, на горизонте неизменно появлялись существа. Причём разных мастей: одни напоминали искажённых людей с клыками и когтями, другие казались порождениями тьмы, почти бестелесными, но от этого не менее опасными. Мы нашли источник их пробуждения, но продвинуться дальше нам не удалось. Словно кто-то открыл врата ада в человеческих душах.

В зеркале на меня смотрела одна из них. Мои чёрные волосы не длиннее плеч, всегда непослушные и жёсткие, вились крупными локонами, отчего уход за ними казался самым утомительным. Поэтому я недолго возилась в ванной, угнетённая мытьём головы. И обычно купалась под душем. Оттого я не слышала, что происходит в комнате, и внезапный стук в дверь заставил меня вздрогнуть. 

Непрерывный тревожный стук.

– Это не смешно! – Отдёрнув штору, выкрикнула я.

– Давай выходи, дело есть! – Через дверь громогласно произнёс Дориан. – И быстро!

– Да что случилось?

Но ответила тишина.

Непривычное действие со стороны брата, но это не помешает мне домыться. Выскакивать и спасать его, если к нам кто-то ворвался, я не собиралась. Возможно, он наткнулся на новости в сети о необычном инциденте или увидел те же новости по телику, который с недавних пор поглотил Дориана. Вот я интернету старалась не верить, придерживаясь проверенных источников.

Вот и не сидится ему на месте, и меня ещё таскает за собой, а потом отмываешься в ванной, как проклятая. Лучше кошмары, чем очередной случай, требующий наше вмешательство.

Чёрт! Вещи забыла взять.

– Лора! – стук в дверь.

– Да выхожу!

Наше путешествие подходит к концу, и сейчас мы находимся в отеле на трассе. Как назло, тут остался один номер с двумя кроватями, и в час ночи деваться было некуда. А теперь он достаёт меня насколько может.

Схватив банное полотенце, я закуталась в него, сохраняя тепло после душа, и открыла дверь.

Ситуация более чем необычная.

Брат встревоженно маячит перед дверью ванной и поглядывает в сторону кроватей, но, поймав мой вопросительный взгляд, делает большие страшные глаза и кивает подбородком. Туда, где на моей кровати, опираясь локтями на колени, сидит белокурый мужчина и разглядывает всё вокруг. Но, остановив своё внимание на мне, его светло-карие глаза нехорошо блеснули.

– Ну наконец-то! – Он встаёт и направляется к нам. – Теперь мы можем выдвигаться. – блондин поднял руку и положил её мне на плечо, крепко сжимая, а второй рукой рисует дугу, указывает в сторону входной двери.

– Кто это? – Подтянув полотенце на груди, интересуюсь у Дориана.

Я взглянула на брата, что стоял как истукан, но смотрел на мужчину враждебно.

– Ты не видишь, она ещё не готова, – указал ему брат и сбросил его руку с моего плеча. – Я поэтому велел тебе подождать за дверью, мне сначала необходимо обсудить всё с Лорой, – Дориан сжал кулаки, а это нехороший знак.

– Тебе что, обо всём нужно ей отчитываться? – закатил глаза незнакомец.

– Это не твоего ума дело. Выйди.

– Времени нет, пускай она одевается, и выходим, – он отошёл и сел обратно на кровать, внимательно следя за нами. – Шевелись, принцесса.

– Дориан, кто этот псих? – Я дёрнула брата за плечо.

– О! И меня зовут не псих, а Хан, приятно познакомиться, – представился вдруг незнакомец и посмотрел на Дориана, который усмехнулся. Смешок я слышала, но, когда взглянула на него, тот уже сменил гримасу, слегка приподняв бровь.

Смекнув, что в идиотских мыслях брата имя парня вызвало море ассоциаций: от значения слова до известных имён артистов или героев фильмов. Но сейчас не хотелось выслушивать саркастичные шуточки. Поэтому, оторвав взгляд от глупого лица брата, я вернула внимание на гостя.

– Чем обязаны?

– О, малышка, я пришёл не к тебе, а к Дориану, – усмехнулся он, складывая в сожалении брови домиком, – тебя, конечно, в видениях не было, но я уже понял, что вы 1+1, – закатил Хан глаза.

– Так чем обязаны? – повторила я вопрос, не поддавшись провокации.

Он посмотрел на меня недобро, словно это я пришла к нему, требуя немедленно отправиться в очередное непонятное путешествие.

Гадкий тип!

– Давай ты оденешься, и мы найдём способ избавиться от него, – злостно шипит Дориан. – Прости, что поторопил тебя, – заталкивая меня обратно в ванну, он ринулся к сумкам под журнальным столиком и, схватив одну, вручил её мне. – Только быстрее, – и захлопнул дверь.

Желание оказаться дома как можно скорей усилилось, но я понимала, что впереди меня ждёт ещё много трудностей. Открыв сумку, я достала бельё, футболку и брюки с множеством карманов. Ботинки остались у кровати. Одевшись, посмотрела на себя в зеркало и попыталась улыбнуться.

Терять самообладание из-за какого-то психа? Нет. 

И, глубоко вздохнув, я вышла из ванной, готовая к новым испытаниям.

Хан сидит на кровати в той же позе, и, кажется, он даже не шевельнулся, пока я приводила себя в порядок. Его взгляд направлен на меня, словно он не сводил глаз от двери ванной. А Дориан озабоченно мельтешит у окна.

– Попытка номер два, – оповещает гость.

– Мы бы ускорились, если бы ты сказал, в чём дело, – прокомментировала я его иронию.

– Мы? Ты мне не нужна, – усмехнулся Хан. – Я знаю Дориана, а вот ты… Давно у вас эти отношения? Боретесь со злом и встречаетесь одновременно? Может, вы сегодня расстанетесь. Говорят же, что нельзя смешивать работу с личной жизнью, – он мотает головой и морщась смотрит на меня.

– Лора моя сестра, – сердито возражает брат, и лицо Хана тут же проясняется.

– Точно, а я думаю, почему имя так знакомо, та самая старшая сестра, значит, – и словно только замечает меня в своём поле зрения, не моргая, проходится глазами снизу вверх и останавливается, заглядывая мне в глаза.

– Ближе к сути, – подгоняю, чтобы уже решить, выгнать его или помочь.

– Так суть не меняется, я по делу только к Дориану, потому что тебя в видениях моей сестры не было. 

– Слушай, Хан, – передразнивает брат, будто его имя это что-то смешное, – у нас куча других дел, и у нас, – он указал на меня, а потом на себя, – от друг друга секретов нет.

Я, возможно, злорадно улыбаюсь сейчас, ведь чтобы не хотел от Дориана незваный гость, ему придётся поделиться и со мной своими тайнами. Брат без меня и пальцем не пошевелит.

Хан недовольно переводит взгляд от Дориана ко мне и продолжает молчать, будто ждёт, что кто-то из нас одумается.

– Вы что, сговорились? – Хан недобро сверлит меня взглядом. – Я не могу.

– Тогда вали. Дверь – выход из любой ситуации, – потихоньку закипая, Дориан указывает рукой на выход. – Ты молчишь и принуждаешь слепо следовать за собой не пойми куда. Поэтому предлагаю тебе найти своих наивных помогаторов в другом месте.

Брат озлобленно смотрит на Хана, но у того не дёргается ни одной мышцы на лице. Он уставился на Дориана не моргая, словно выжидая неизвестно чего. Гость поднимается с кровати и идёт туда, куда ему указали, но останавливается, взявшись за ручку. Замирает, видимо, что-то обдумывая.

– Дориан, – зову я и киваю в противоположную сторону, в закуток с маленькой кухней.

Он сердит как чёрт, и пар идёт чуть ли не из ушей. Я отвернула брата от Хана, чтобы он перестал сверлить того своим налитым кровью взглядом.

– Чё он припёрся и теперь молчит, что я должен делать? Следовать за ним вслепую? Разбежался! – шепчет Дориан, ни в какую не остывая.

– Я не оставлю тебя с ним наедине, особенно если мы не знаем, что у него на уме. Ты вообще скажи, кто он, как здесь появился? – пытаюсь я успокоить его.

– Как-как? Постучал в дверь, я открыл. Он спросил: «Дориан уже вышел из ванной?» Я опешил, – наигранно начал брат. – Не дождавшись ответа, он попытался зайти, но я не впустил, спросил, что нужно и кто он такой. Вот тут я чуть не умер со смеха! – вспоминая, ухмыляется он.

– Только не говори, что ты шутил ему в лицо, – с безнадёжностью в голосе качаю головой.

– Естественно! – возмущённо отвечает брат. – Спросил, как назовём нашу группу, а он, прикинь, брезгливо сморщился. Так, я предложил ему поискать мемберов в другом месте, и не смог его остановить, когда он отодвинул меня и зашёл, – с недовольством изрёк Дориан.

Я закрываю лицо руками и вздыхаю:

– Ну ты даёшь.

– Ну а что? Это же самое простое имя из твоих «Чингачгуков», – раздражённо морщится брат, недовольный тем, что шутки не сработали.

– А дальше-то что? – пытаюсь вернуть его к теме.

– Он безмолвно сел на твою кровать, – шипит он, скрещивая руки на груди. – Я представился, а он вскочил и начал нести какую-то чушь про свою семью и то, что ему нужна моя помощь.

– И?.. – я подталкиваю его продолжить, чувствуя, что он чего-то недоговаривает.

– Ну… Я опять пошутил, что Лея в душе и без неё никуда с ним не пойду, – его тон насмешливый, как всегда, будто это не важно.

– Ты можешь хоть раз быть капельку серьёзным? – вздыхаю, осознавая, что в этот момент он, как обычно, всё воспринял как повод для шуток.

– Да я тебя умоляю! У меня в голове сразу куча шуточек вспыхнуло, как только он назвал своё имя. Что, прикажешь мне молчать?

– Конечно, нет, надо всё вывалить на незнакомца, – с сарказмом отвечаю я, закатывая глаза.

– Он тебе что, приглянулся? – вдруг ухмыляется брат, поднимая брови.

– Ты в своём уме? – резко останавливаю его, не веря, что он может серьёзно так думать.

Я бросила взгляд на блондина, всё ещё стоящего у выхода.

Почему Хан не ушёл? Его присутствие здесь нежелательно, он вызывает странное беспокойство, будто я что-то упустила. Если нужна помощь одного из Неттерфилд, то ловить ему здесь нечего.

– Ты не расспрашивал его? – с чувством беспокойства спросила я у Дориана.

– Да он меня чуть не выкрал, сказав, что по дороге всё расскажет. 

– Да ну, он бы с тобой не справился, слишком щуплый, – я усмехнулась, стараясь разрядить обстановку, но внутри клокотало беспокойство.

– Лора, он буквально отодвинул меня с дороги, чтобы войти к нам, – брат показал, как его сдвинули, и серьёзно посмотрел в сторону гостя.

Хан высокий, широкие плечи придают ему внушительный вид, хотя он совсем не выглядит тем, кто способен кому-то навредить. Черты лица чёткие, скулы выделяются, подбородок слегка заострён, а кожа бледная, как у аристократа, который редко выбирается на солнце. Светлые волосы беспорядочно раскиданы по голове. На нём простая, но стильная одежда: чёрная рубашка с закатанными рукавами, обнажавшая сильные предплечья, и тёмные джинсы. И стоит Хан неподвижно, будто трясти ногой, когда что-то идёт не по плану, или ходить туда-сюда, чтобы обдумать другой способ с нами договориться, не про него. Кажется, движение вообще не доставляло радость, и то, что он выглядит сейчас как каменная статуя, его не напрягает. Хан повернулся к нам, а мы с братом вздрогнули, не ожидая, что он зашевелится.

– Эй, Чип и Дейл, – блондин махнул рукой, словно подзывая нас. – Вы что-нибудь решили?

– С какой стати? – возмутился Дориан. – Ты направился на выход, нам с тобой не по пути.

– Если бы ты объяснил, что хочешь от Дориана, я, может быть, отпустила его одного…

– Нет, – резко оборвал Дориан, в его глазах читалась тревога.

– Вы, ребятки, наверное, отличная команда, но с этой задачей может помочь только Дориан, и у нас сутки на это, пока погода хмурая, – Хан показал на окно, где густо сгущались тучи.

– А что не так? – я неуверенно подступила к нему.

– Крошка, если мы не справимся, потеряем несколько солнечных дней, – гость слегка нахмурил брови, в недопонимании. – Вы что, не догадались, кто я? – немного озадаченно уточнил он.

– Вампир! – воскликнул Дориан и кинулся к журнальному столику.

Сейчас осознаю, что прохладу от руки Хана я ощутила не от горячего душа, прикинув, что это лишь жар моего тела. А бледная кожа, которая сочеталась с его светлыми волосами, говорила только об одном.

– Вампир, – спокойно подтвердила я, а Дориан в этот момент стоял с сумкой в руках, из которой пытался что-то достать.

– Я старался не подслушивать и думал, вы мою сущность обсуждали, – вампир выглядел сильно расстроенным. – Вы точно знаменитые Неттерфилд? Может, я в не ту дверь зашёл. Вы, ребятки, похожи на дилетантов, – он скрестил руки на груди, сложив брови в скептической дуге.

Брат выглядит смущённым до потери пульса, роняя сумку вместе с оружием в ней. Я же твёрдо решила, что одного Дориана с ним не оставлю ни при каких обстоятельствах.

Дориан держит в руке мачете, готовый кинуться на Хана, но на его лице сомнения. Вампиры – редкость, и нам очень трудно с ними справиться из-за их невероятной силы. После одного события я вообще не могла доверять этим существам. Но мой брат более лоялен ко всему живому… и неживому на земле. И выглядит он враждебно не от ненависти, а из-за осторожности, чтобы, если его и обманут, вампир знал, что последует за этим. Я же наложила защиту на нас с Дорианом, поэтому, насколько бы силен Хан ни был, его ждёт неудача. Это первое, чему я научилась после столкновения с ними.

Хан стоял неподвижно и поглядывал на меня, будто я могла обеспечить ему защиту от своего враждебно настроенного брата. Дориан смотрел на вампира хмуро. Он наставил на блондина мачете и указал им на кровать, кивая туда же.

– Только без резких движений, – посоветовала я Хану.

– Ладно, если по-другому не получается, буду рассказывать обоим, – он сдался, но с места не сдвинулся.

Его спокойствие смущало, словно он знал наперёд. Не всё, но какие-то детали, которые не видели мы, понимал он. Облокотившись на косяк у двери и скрестив руки, Хан смотрел на нас, немного наклонил голову в сторону.

Я и брат сели на кровать напротив входной двери. Дориан положил мачете рядом, возлагая на него всю ответственность, будто кусок металла защитит нас от вампира. Но выглядел брат уже не так враждебно, как минуту назад. Его спокойствию хочется позавидовать. У меня внутри всё кололо и дребезжало, как не терпится избавиться от незваного гостя. Причём навсегда.

Как-то Дориана укусил вампир, после чего он чуть не стал одним из них. Его кожа посинела, глаза почернели, и себя он практически перестал контролировать, отдавшись жажде крови. Но произошло чудо, и обратить процесс удалось, а у брата пропала чувствительность с левой стороны от шеи до локтя. Там, где его укусили. Так называемый побочный эффект. А он приобрёл способность вампира, такую как мгновенное исцеление после переливания крови. А вишенкой на торте стал иммунитет к ядам.

Силы в брате немало, но с того злосчастного случая он стал машиной смерти для всего живого. За ним не страшно спрятаться, он защитит, а я поддержу его магией.

– Что ты хочешь от моего брата? – Я хмурилась, не отводя взгляда от ночного создания.

– Ты точно вампир? – встрял Дориан, не дав Хану и рта открыть.

После того столкновения он искал вампиров, чтобы выяснить, существуют ли другие полукровки. Превращённые или рождённые. Но я думаю, что Дориан стал таким из-за нашей врождённой особенности.

– Моя семья живёт в соседнем городе, сестра с мужем и наши родители.

– Семья? – удивился брат.

– Давай ты перестанешь юлить и подойдёшь ближе к делу. – Хотя бы кто-то из нас должен оставаться разумным. Раз брат потерял связь с реальностью.

– Ты такая бесцеремонная, – говорит Хан, сморщив лицо. – Теперь мне понятно, почему только Дориан может нам помочь, – он переводит взгляд от меня на брата и, кажется, решил забыть о моём существовании. – Последние два года, как мы переехали, всё было отлично. Я работаю в социальной сфере, мама с сестрой занимаются косметическим ремонтом квартир. Крис, муж сестры, врач, несколько недель назад возвращался рано утром после ночной смены и кое-кого засёк.

Дориан напрягся от рассказа его семейной драмы, но старался слушать внимательно. А я, в отличие от брата, раздумывала, какие ужасы способна сотворить группа сплочённых вампиров. И как простые смертные могут помочь бессмертным существам.

– А затем его начало преследовать животное, похожее на огромную собаку. Но близко не подходила, будто изучала. Мама смогла считать его эмоции, что показалось нам странным, ведь с животными её дар не работает.

Хану не требуется перевести дыхание или собраться с мыслями, он рассказывает обо всём, не прерываясь. На меня он так и не смотрит, находясь в коннекте с моим доверчивым братом.

– Кстати, это мама научила нас питаться кровью животных, – сообщает он между делом. – Так вот, от той огромной псины она ощутила гнев по отношению к моей семье, и мы сделали вывод, что это человек, который может перевоплощаться. Никто из нас не встречал таких существ раньше. Мы пытались найти его в человеческом обличии, но всё напрасно, – он отводит взгляд, словно что-то обдумывая. – И не знаю, в курсе вы или нет, но у каждого вампира имеется дар, он бывает при жизни и раскрывает после перерождения. Мой отец, например, может ходить под солнцем, не боясь, что оно его спалит, – делится он шокирующей информацией, а я прикидываю, сколько работы предстоит сделать. – Так вот, неделю назад у Лили возникло видение, что на её мужа нападут двое таких существ, но у Криса получится отбиться. А следом ещё одно, где звери-люди врываются в наш дом, и, к сожалению, мы не знаем, чем закончится та бойня, но предполагаем, что гибелью нашей семьи, – Хан отлипает от стены и делает шаг к нам. – Мы никогда не нарушали людской покой, и никому не причиняли вреда, поэтому готовы сделать всё, что эти звери от нас хотят, лишь бы спокойно жить дальше.

В наступившей тишине я не удерживаюсь от сарказма:

– Может, вы перекусили одним из стаи, вот они и мстят. 

– Ты только это услышала? – совсем не удивлённый передразнивает меня Хан.

– А Лили – это? – врывается голос Дориана.

– Лили и Крис, моя сестра и её муж, – Хан терпеливо ему поясняет.

– И вас в семье получается пятеро? – непринуждённо спрашиваю я.

Вампир переводит на меня глаза и не отвечает, а смотрит внимательно, просчитывая что-то у себя в голове. Мне известно, насколько умны и хитры становятся люди после обращения, и как все их чувства усиливаются, а мышление возрастает наполовину от того, чем они обладали при жизни. Поэтому я вложила в голос всё своё безразличие, а он, что неудивительно, не повёлся, отступая к двери, готовый покинуть комнату в любую секунду.

– Если ты собираешься навредить моей семье, то я, пожалуй, пойду. Справимся как-нибудь сами.

Хан берётся за ручку, а Дориан подскакивает, оставляя своего железного защитника на кровати.

– Подожди, я вам помогу, – отводит он кровососа от двери.

– Если твоя сестра собирается нам навредить по каким-то своим стереотипам о вампирах, то я поищу помощь в другом месте.

– Лора не представляет опасности. Сестра бывает пугающей, но она не справится с вами в одиночку.

Хан освобождается от руки моего брата, что схватила его, и отворачивается к входной двери.

– Ладно. – Хан замер и начал размышлять вслух, но с каждым словом его голос становится всё тише. – Сестра бы не отправила меня сюда, зная, на что вы способны…

Он что-то бормочет себе под нос и оборачивается.

– Я бы хотел заключить с вами пакт о неприкосновенности с обеих сторон, – вдруг вкидывает он, – магический…

– Попридержи-ка коней, мы ни до чего не договорились ещё, чтобы что-то заключать, – вскакиваю я с кровати. – А ты, – я указываю на брата, – прекрати соглашаться на всё подряд. Нельзя сочувствовать всем без разбора. Тебя уже один раз обманули, пока меня не было рядом.

– Но всё же закончилось хорошо, – нудит младший брат, а я падаю на кровать, ощутив усталость от давящего напряжения.

Дориан проникся явным сочувствием к семье вампиров и показывал это всем своим видом, жалобно глядя то на меня, то на Хана. А я, пока нервно вслушивалась в каждое слово вампира, пыталась прочесть хоть что-то между строк, но там ничего не было. Его искренность и беспокойство за семью абсолютно настоящие.

Я поднялась и подошла к Хану.

– Я не могу понять только одно, почему ты пришёл именно к Дориану? Разве такие сильные существа не сумеют справиться с парочкой монстров?

Вампир раздражённо хмурится и переводит взгляд на моего брата, который, я точно знаю, обеспокоенно наблюдает за нами.

– Напоминаю, моя сестра видит будущее. Те звери ядовиты для вампиров, один укус убьёт нас мгновенно, – говорит он, словно теряя терпение. – А с твоим братом всё будет хорошо, для людей они не ядовиты.

– Конечно, не ядовиты, псины просто переломят нас в своей пасти, и дело с концом, – передразниваю я его. У Хана устало опускаются плечи, он на мгновение закрывает глаза, как настоящий эмоциональный человек, и обходит меня стороной, направляется к Дориану.

– Лили увидела тебя, когда мы решили переехать, чтобы избежать битвы. И ты помог нам не просто выжить, а остаться в городе.

– А как ты нас нашёл? – переглядываясь со мной, поинтересовался брат.

– Сестра сказала, что ты находишься неподалёку, а моя способность проникать в чужие сны, – отвечает он. Дориан смотрит на него удивлёнными глазами, а я всё ещё поражаюсь эволюцией существ. – Я не различаю лиц, пока не увижу человека вживую, но прекрасно умею слушать. Это не заняло много времени, ты в своём городе довольно популярен. Так и нашёл.

Это настораживает, и я вспоминаю кошмар, что приснился мне, но сейчас он кажется размытым. Да и не хочу. Но могла ли я быть одной из его жертв в том поисковом штурме?

Хан не двигается с места, держится непринуждённо и смотрит на Дориана, словно ждёт ещё дюжину вопросов. Но брат тупит, упулив взглядом в стену за моей спиной, погрузившись в свои мысли.

– Так это ты наслал сегодняшние кошмары.

Вампир закатывает глаза и переводит их на меня.

– Не в моих правилах менять чей-то сон, – говорит он и скрещивает руки на груди. – Не всё вертится вокруг тебя, принцесса. Если бы я хотел, то в первую же секунду обескровил твоего брата и тебя, пока вы тупили.

– Значит, ты признаёшь, что можешь так поступить, – наседая на него, я подошла ближе.

– Ты пропустила слова «если бы хотел»? Я никогда не пробовал кровь человека и не собираюсь, – злится Хан и шагает на меня.

– С трудом верится, особенно после того, как я видела, что происходит с человеком, когда он начинает меняться.

– Я бы посмотрел, как ты справилась, когда тебя неделю морят голодом, а ходячий стейк мельтешит перед глазами…

В процессе дискуссии Хан угрожающе навис надо мной.

– Откуда ты…

– Хватит!

Дориан возмущённо прерывает нас и смотрит с недовольством. Его долгое время преследовал фантомный запах крови, но стоило ему отвлечься или съесть бургер, это чувство отступало. Сейчас всё намного лучше, чем полгода назад. Но мне совсем неспокойно.

– Ладно, мы поняли! Ты и твоя семья не пьёт кровь людей и уподобляется человеку, – заключает брат.

– Всё верно, – подтверждает он, делая шаг от меня. – Как я уже говорил, мы пьём только кровь животных.

– С ума сойти, – притворно охаю я.

– Прекрати, – возмутился брат.

Я всеми силами пыталась избавиться от нежеланного гостя, когда Дориан уже руками и ногами согласен помочь ему. Отговорить его будет ещё той задачей, и я начала прикидывать, какими способами получится избавиться от группы вампиров. По сути, самых могущественных существ в мире после колдунов и ведьм.

– Давай выясним, какая псина преследует вампиров. Будет забавно, если обнаружится, что это действительно оборотни или зверолюди, – ненавязчиво произносит Дориан, пытаясь шутить.

– Даже если я откажусь, ты же всё равно кинешься их выручать. – Закатив глаза, я подошла к своей кровати и села обуваться.

– Хан, а когда это началось? – нахмурился брат, подняв свою сумку с пола.

– Где-то полторы недели назад, – отвечает гость и отходит к двери, чтобы не мешать нам собираться.

– Видимо, в людях действительно начали просыпаться спящие до этого существа, – подтвердила я теорию, которая родилась у нас с Дорианом.

– Что? – удивился блондин.

– Я думаю, если мы ощутили эту силу, то и все остальные тоже, – кивнул брат.

– Да о чём вы? – растерянно воскликнул Хан.

Мы с братом бросили собирать вещи и посмотрели на гостя. Его красивое лицо забавно вытянулось, и я невольно ухмыляюсь на его неосведомлённость. Неужели он совсем молодой вампир? В человеческих мерках выглядит Хан на лет двадцать, может, чуть старше.

– Ты слышал новости о девушке, которая исчезла в центре мегаполиса... Свидетели утверждают, да и на камерах видно, как она растворилась в ослепительной вспышке, – рассказывает Дориан, а Хан хмурится и неуверенно кивает. – Говорят, на полминуты, по всему миру, небо озарилось, как от падения метеорита, но никто не пострадал. А на месте, где она исчезла, выросло дерево более чем на 50 метров. И если сопоставить, после вспышки некоторые люди начали меняться, и резко возросли происшествия, где происходит необъяснимое, – глянув на меня, брат продолжает. – Мы как раз ездили туда, но подойти к дереву близко не получилось, на нём очень сильная защита. По дороге мы помогли нескольким растерянным людям, которые не понимали, что с ними происходит.

– Вы хотите сказать, что энергетическая волна… Вспышка от исчезновения некой девушки пробудила в людях спящих существ? – шокировано заключил Хан. – Это какой-то бред…

– Может быть, и не из-за неё. Возможно, открылся портал, который сейчас находится в дереве и откуда вышла эта энергия. А может, само дерево рассеивает что-то в воздухе. У нас с сестрой только множество теорий, потому что мы ничего не выяснили, – не соглашается Дориан. – Странно, что ты не чувствуешь этих изменений.

– Ты, правда, живёшь в своём маленьком человеческом мире, не встречаясь со всякими силами тьмы?! – Это осознание постепенно доходит до меня, складывая в единое всё, что он успел нам рассказать.

– За пятьдесят с небольшим лет, ни разу не сталкивался, ни с чем подобным, – возмущённо проговорил Хан.

– Сколько?

– Я вампир всего лет тридцать, а превратился в двадцать семь.

– Для твоего возраста у тебя довольно скудный запас знаний, – прочистив горло, шокировано пролепетал Дориан, пока я в ступоре анализировала старика в пузыре.

– Послушайте. Наш дом насыщен магией и ей же оберегаем от воздействия чужой магии, может, из-за этого мы и не почувствовали изменений, – защищается Хан, скрестив руки на груди. – Помните, Лили видит будущее, с её помощью мы избегаем всего, что может навредить семье. Да, бывали некоторые происшествия, но ничего такого, с чем бы мы не справились, – горделиво хвалится вампир.

– Ты только всем подряд об этом не рассказывай. – Дориан по-братски положил руку на плечо Хана и потряс его, стремясь вернуть его в сознание. А гость, ошеломлённо глядя на него с нечеловеческой скоростью, закрывает себе рот ладонью, а потом переводит внимание на меня.

– Наверно, при жизни тобой можно было легко манипулировать, – предполагаю я, а на его лице появляется разочарование.

– Сестра меня убьёт.

Хан сбрасывает руку Дориана и отворачивается от нас, пряча лицо в ладонях, он скрючивается так, словно хочет исчезнуть.

Мы с братом встречаемся взглядами, и он показывает мне эмоции, которые я безумно в нём люблю. Лёгкая, но хорошо спрятанная, забота о людях, в данном случае выраженная к вампирам.

Хан достал из кармана маленький клубок чёрных толстых ниток и, раскрутив, протянул кончик мне.

– Всегда наготове? А так драматично направился к двери, что я поверила. – Я ухватилась за нить, а вампир намотал мне её на ладонь, завершив крепким узлом. – Ты хоть умеешь накладывать чары?

– Думаешь, монстры, сотворённые из магии, не способны колдовать? – он разматывает клубок до конца и делает такую же манипуляцию со своей ладонью, но завязать у него не получается, и он протягивает руку мне.

– Да даже простой смертный может, – я усмехнулась, глядя ему в глаза. – Загвоздка в том, что не у всех есть потенциал.

Вампир, а вдобавок колдун смотрит на меня холодно, почти безразлично.

С того момента, как он взял себя в руки, его лицо не выражало более никакой эмоции. Все мои подначивания проходят сквозь него, на что-то он отвечает, но в большинстве Хан игнорирует то, что я ему высказываю.

Дориан обеспокоенно наблюдал за нами и не вмешивался, ожидая завершения клятвенных чар.

Выбранное заклинание до смешного простое, но при этом опасное, потому что оно обращает последствия против нарушителя. То есть, если тот, кто пытается причинить вред или обмануть, сам становится жертвой своих действий. Словно бумеранг.

– Не бойся, принцесса, я рождённый ведьмой, – успокаивает он меня, не проявив и доли эмоций.

И как такому верить?

– Давай так, – он накрутил свободно свисающую нить себе на руку и потянул, заставляя меня поднять свою, – я и моя семья не причиним тебе и твоим близким вреда, а ты должна будешь нас защищать, особенно от волков.

– А если из-за меня кто-то всё же пострадает? – хмурюсь я. – Ты же понимаешь, что я всего лишь человек? Эти условия невыполнимы!

– Тогда так. Ты и твои попытки косвенно навредить нам, – он тянет нить, отчего она впивается в руку и причиняет боль. – Если ты решишь, что волки – это плёвый вариант избавиться от вампиров, которые попросили о помощи, то тебе придётся последовать за нами. – Нить жжётся, требуя завершить клятву согласием.

– А ты не думал, что у Дориана может возникнуть такая мысль?

– Исходя из будущего, он нам поможет, хоть и выглядит внушительно, но доверия вызывает больше, чем ты.

– Послушай, мой брат не милашка-мишка, если надо, он убьёт любого, – сказала я, взглянув на Дориана.

Он, несмотря на свою силу, сейчас выглядит совершенно безобидно. Его тёмные волосы слегка растрёпаны, а в глазах нет привычной рассеянности. Он высокий, но не массивный, скорее худощавый, с мягкими чертами лица, что делает его похожим на большого ребёнка. А в улыбке, которой он зачем-то одарил нас, словно насмехаясь надо мной, нет ничего угрожающего, только тепло и открытость.

– Дориан! – взвыла я.

Брат пожал плечами, сохраняя спокойствие, будто он и не способен на жестокость. Но я-то знала, что за этой внешностью скрывается человек, который не дрогнет, если придётся защищать невинных.

– Несколько минут назад ты видел, какой он жуткий при деле.

– Я знаю, что произойдёт, если нам поможет один Дориан, – спокойно повторяет Хан, – но не знаю, насколько будет губительно, если ты пойдёшь с нами.

На этот раз в его голосе слышно искренние чувства. Страх потерять, не уберечь и навлечь беду. Он боится не за себя, а за свою семью, которая надеется на него, что он приведёт спасителя.

– Хорошо, я сделаю всё, чтобы вампиры не пострадали.

– Ты сделаешь всё, чтобы вампиры не пострадали.

Стоило Хану закончить говорить, как нить затянулась на моей ладони и начала исчезать.

– Отлично, – выдохнул облегчённо Хан. – Я и моя семья не причиним никому вреда, но в случае опасности мы можем дать отпор.

– Получается, только если на вас будет попытка покушения…

– Покушения, – тихо подавил смешок Дориан.

– Если на семью вампиров нападут, – я сердито зыркнула на брата и снова сосредоточилась на Хане, – вы ответите?

Его лицо выражает предельную уверенность, и затем он кивает.

– Да, будем иметь полное право.

– Идёт, – соглашаюсь я.

– Мы, семья вампиров, не причиним никому вреда, но можем дать отпор в случае опасности.

– Вы, семья вампиров, не причините никому вреда, но можете дать отпор в случае опасности.

Нить въедается в его ладонь и, постепенно тускнея, тянет мою руку к его, чтобы завершить чары рукопожатием.

– И всё? – удивлённо нахмурился Дориан. – А что будет, если вы нарушите условия?

– Смерть, – жутко отвечает ему Хан, отчего лицо брата начинает бледнеть.

– Лора? Смерть? – повторяет он. – Лора!

– Да не волнуйся ты так, если строго следовать клятве, ничего не будет.

Дориан схватил меня за плечи и оттащил от Хана, разрывая наше рукопожатие, которое мы не спешили завершать.

– Это же вампиры, никто не в силах им навредить. Ну, кроме оборотней. Ты же поможешь мне защитить эту семейку? – мягким голосом успокаиваю я брата.

Он кивает, но всё ещё выглядит обеспокоенным и вдруг притягивает к себе в крепкие объятия.

– Ты только не плачь, – подначиваю я, замыкая руки вокруг его пояса, но брат реагирует вопреки ожиданиям, сильней обнимает.

Тихонько похлопывая Дориана по спине, я посмотрела на Хана, который наблюдает за нами. Его лицо выражало глубокую задумчивость, но теперь, даже если по нему не получается что-то прочесть, я почувствую это через нить. И работает связь в обе стороны. Сейчас от него исходит неуверенность, он сомневается в нас и в наших силах.

Хан отмирает, хлопает глазами и отворачивается к входной двери. Я с удивлением задалась вопросом: неужели он просто молча выйдет из номера? Но нет. Он берётся за ручку и, посмотрев на нас, сухо рекомендует ускориться, выделяя на сборы всего пять минут. И выходит за дверь, словно заранее зная, что в него полетят нецензурная брань.

Наши вещи уже собраны, поэтому я не понимаю, почему так остро реагирую на всё, что говорит кровосос.

Дориан, почувствовав моё настроение, отстранился.

– Ты же не будешь поступать опрометчиво?

– Я постараюсь, – искренне желаю успокоить брата, но он не выглядит убеждённым. – Пошли.

Дориан берёт сумки и следует за мной на выход из номера.

Мы остановились в гостинице на выезде из города, и до последнего пункта назначения, нашего родного города, оставалось 300 км. Всего четыре часа, и мы бы были дома, но вот мы снова должны отправиться в дорогу и совсем не в том направлении, в котором планировали.

– Семья так легко отпустила тебя к нам, ты не боялся, что мы можем стать угрозой? – Дориан не мог угомониться, расспрашивая Хана, когда мы подошли к нему на парковке. – Я понял, что твоя сестра видит будущее, но, насколько я знаю, любое спонтанное решение может изменить его полностью.

– Родные бы не отпустили, если бы сомневались в моих способностях, – ответил Хан, вскинув бровь. – Вы ужасно медленные. Думаю, что в случае чего я бы смог скрыться, а сейчас это вовсе не имеет значения.

– Ну знаешь, ещё ни разу не было, чтобы монстр приходил к нам сам, – возмутилась я на его высказывания. Вампир поморщился на слове «монстр» и отвернулся к машине, у которой стоял.

– Всё в жизни бывает впервые, – бормочет он, а через нить проходит вибрация раздражения.

– А с каких пор у вампиров паранормальные способности? – не отстаёт от него Дориан. Тот застывает и оборачивается, но что через нить, то и на лице, он выглядит удивлённым, перескакивая глазами с брата на меня.

– А твоя сестра тебе не рассказывала?

– Лора?

Когда бы он узнал, будучи во власти неугасающей жажды крови. А после, я лишний раз старалась не упоминать о вампирах.

– Не представилось возможности, – пожала я плечами, на что брат закатил глаза.

– О таком, вообще-то, нужно сообщать, – злится он и почему-то выжидающе смотрит не на меня, а на Хана. Всем своим видом требуя объяснений.

– Способности были всегда, просто у кого-то они проявляются незначительно. Например, мой отец. Не уверен, как это работает, но при жизни он сильно болел фотодерматитом, но став вампиром, получил защиту от солнца.

Дориан с интересом слушает его и неуверенно хмурится. Брат подходит к чёрному крайслеру, на который облокотился Хан, и делает то же самое, погружаясь в глубокую задумчивость.

– Мы с братом уже встречали подобных тебе. – Я встала напротив них и сложила руки на груди. – Луиза и Арон тоже питались кровью животных, но, как и мой брат, попались сумасшедшему охотнику, который решил доказать добродушному Дориану, что кровососы остаются монстрами.

– Они наши друзья, мы научили их такому образу жизни, – горестно вздыхает вампир.

– Ты сказал, что человек бы тоже не выдержал, если морить его голодом тройку дней. Так и случилось с Ароном. Они все сидели в одной клетке, и промедли я хоть немного, от брата бы ничего не осталось. Того охотника укусили, он стал ещё безумней, убил вампира и чуть не прикончил Дориана. – Я замолчала, чувствуя подкатывающий к горлу ком. – Но не парься, он больше никого не побеспокоит, умер таким, каких истреблял, – прошипела я.

– Мы встретили эту парочку до всей заварушки, – тоскливо вступил Дориан, – и я убедил сестру их не трогать, раз они никому не вредят, не считая обескровленного скота. А потом столкнулись с Мартином, безумным охотником, и рассказали ему об этой особенности у вампиров. Он не выглядел жестоким, но...

– Даже если тебе поведают плаксивую историю, прежде чем довериться, подтверди информацию! – грубо обрываю его я.

Брат промолчал, а через нить с Ханом чувствовалась едва уловимая неуверенность. Снова сомнения, он задумался, наблюдая за Дорианом, который выглядит пристыженно. Наверное, вампир решил, что мой брат недальновидный, но на него всегда такая реакция. Все думают, что парень наивный и добрый, и его легко можно обвести вокруг пальца, пока тот им его не сломает. Пожалуй, пускай так и остаётся.

– Едем?

– Да, – переводит внимание Хан на меня. – Не отставайте, – он отлипает от машины и открывает водительскую дверь, – через два часа вы будете нашими гостями.

– Хорошо, что не сказал: «Вы будете нашей закуской».

Хан посмотрел на меня так, словно спрашивал, насколько я серьёзно отношусь к данной ситуации. Пустил по нити волны раздражения, что меня передёрнуло, и сел в машину.

– Я тебе не завидую, – взболтнул Дориан, заметив моё состояние.

– Почему ты не рассказала мне о способностях у вампиров? – с осуждением в голосе начал допрос брат. – Мои силы возросли, потому что я был вампиром? – хмурясь, взглянул он на меня, пока мы мчались по пустой дороге.

– Ты был не в себе, – вздыхаю. – Мозгов тебе это перерождение не прибавило, поэтому зачем говорить о том, чего любыми способами хочешь избежать? – заключила я, стараясь не смотреть на него.

– Очень удобная позиция. И как мне быть, когда даже собственная сестра не рассказывает всего? – злится он и замолкает.

Выдумывать оправдания, чтобы не ранить его нежную душу, я не собиралась, а другой отмазки у меня не нашлось. И дальше мы продолжили путь в тишине. Дориан демонстративно включил свою музыку, показывая, что он не собирается слушать мои оправдания, а я и не планировала, найдя в его обиде спасение.

Вскоре на горизонте начали появляться очертания многоэтажек. Через двадцать минут мы уже ехали по городским улицам, вплотную следуя за чёрным крайслером Хана. Мои пальцы судорожно сжались, а брат за рулём напрягся, когда вампир свернул с шумной трассы в тихую лесную местность. Просёлочная дорога виляла между сосен, заставляя сердце учащённо биться. Я бросила взгляд на брата, и его обманчивое спокойствие притупило страх. Когда Хан неожиданно взял левее, мы едва успели повернуть, прежде чем перед нами распахнулись кованые ворота.

– Ты же видишь то же, что и я? – взволнованно спросил Дориан, не отрывая взгляд от большого трёхэтажного дома.

– Ага.

Мы проехали по дорожке метров пять, прежде чем припарковаться около логова вампиров с каменными ступенями. Из машины выбираться не спешили, выглядывая в окна с распахнутыми глазами от поразившего нас шика.

Высокий трёхэтажный дом выделялся среди сосен своей роскошью. Обшитый тёмным деревом, он словно растворялся в природе, но при этом притягивал взгляд. Панорамные окна открывали вид на лес, а плоская крыша с зелёными насаждениями сливалась с кронами деревьев. Скрытая подсветка подчёркивала контуры особняка.

Я не ожидала от вампиров такой атмосферности. Всё, что я видела, это пустующие дома в неблагоприятных районах города или малобюджетные постройки на отшибе. Но чаще всего были заброшенные амбары в маленьких посёлках, где они собирались стаей.

Перед взором, загораживая вид на дом, появляется Хан и своей недовольной миной возвращает меня в реальность. Затем он стучит по капоту машины, отчего Дориан тоже приходит в себя и, заглушив двигатель, спешит выйти. Мне вампир открывает дверь, словно какой-то джентльмен. Лицом он излучает невиданное ранее дружелюбие, но через нить мне передаётся его дискомфорт и как ему ненавистно так себя вести.

Брат подошёл и посмотрел на нас странным взглядом, а затем мотнул подбородком в сторону дома. Его красноречивость говорила громче любых слов.

– Кого убили ради этого особняка? – не церемонясь, задала я вопрос.

– Купили.

– Мошенничеством? – не сдерживает колкость Дориан.

– Нет. У нас всё время мира, чтобы зарабатывать, – покорно отвечает Хан, а маска любезности на лице даёт скол. – И мой отец удачно инвестирует не одну сотню лет, а Лили ему помогает.

– Мошенники!

Блондин, не сдержавшись, закатил глаза и, игнорируя обвинение, направился к дому. Нам с братом стоило сесть в машину и валить отсюда, но вместо этого, словно загипнотизированные, последовали за ним. Но ступив на веранду, нам навстречу вышла девушка. Её светлые волосы развеялись на ветру, а улыбка, игравшая на губах, казалась одновременно тёплой и загадочной.

– Мы вас заждались, – произнесла она, и её голос звучал как убаюкивающая мелодия. – Заходите, обед уже на столе.

Мы с братом переглянулись, ощущая, как напряжение начинает расти. Девушка не выглядела опасной или, например, голодной. Но всё же наша безопасность превыше всего, и идти покорно в логово вампиров – сумасшествие. Такой опыт у нас впервые.

– Надеюсь, мы не напитки к обеду? – невзначай вырвалось у меня.

– Не бойтесь, здесь безопасно, – заявил Хан, глядя на девушку удивлённо.

– Сказал вампир, – хохотнула блондинка, опередив мой сарказм.

Наверное, это та самая Лили, но её спокойствие сбивает с толку. Она явно ждала двоих спасителей, а не одного, как твердил Хан. Может, будущее изменилось, и она это увидела? Хотя сама идея, что брат выручит их в одиночку, казалась странной.

– Может, зайдёте, мы не кусаемся, – продолжала она потешаться.

– Лили!

На пороге появился седовласый мужчина, отдёргивая вампиршу.

– Ты их пугаешь.

– Да что может случиться, они уже здесь, – она жестом пригласила нас внутрь и, плавно шагая, исчезла в доме.

– Дорогая, они могут передумать, – говорит он ей вслед и переводит взгляд на нас. – Прошу, давайте вначале всё обсудим, прежде чем вы примете решение, – он складывает руки в молитвенном жесте, прося не сбегать.

Глухое молчание образовалось на небольшой веранде дома. Хан выглядел совсем по-человечески растерянным и, погруженный в раздумья, прошёл в дом. Дориан, глупо улыбнувшись, зашёл за ним, а я следом, но с абсолютно серьёзным лицом. Переступив порог, я почувствовала, что воздух наполнен ароматом свежей выпечки и трав. Интерьер поражал своей минималистичностью: светлые стены, деревянная мебель, огромные окна, через которые проникал дневной свет. И это удивило больше всего. Оглядываясь, я пыталась понять глупость вампиров, но заметила лёгкий оттенок стёкол при разном ракурсе.

Неужели они сами затемняются, как в футуристических фильмах?

Брат, осматриваясь, бормочет себе под нос что-то научное.

Пройдя в огромную комнату, мы остановились, поражённые простором. Высокий потолок с деревянными балками и роскошная мебель создавали приятную атмосферу. В центре комнаты стоит массивный диван, а в стене камин, в котором потрескивали дрова.

Седовласый мужчина, последовавший за нами от входной двери, подошёл к красотке, встретившей нас, и начал что-то тихо с ней обсуждать. Его серебристые волосы аккуратно зачёсаны, а в глазах читается вселенская мудрость, смешанная с усталостью. Казалось, он вымотан, но когда это вампиры уставали?

– Сейчас же объясните, что происходит! – Хан выглядел совсем растерянным, словно это не он привёл спасителей к себе домой.

– О, Хани, – вздохнула Лили, её голос звучал как утешение.

Мужчина поманил нас, предлагая присесть на диван. Когда мы подошли, он мягко улыбнулся, словно пытаясь снять напряжение, и протянул руку.

– Рад видеть вас в нашем доме. Я Крис, – произнёс он, пожимая руку брата, а затем мою, задерживая её в своей ладони. – Нам нужна твоя помощь, Лора.

Голос звучал спокойно, но в глазах читалась настороженность, будто он боялся, что мы развернёмся и уйдём. От его слов я почувствовала, как внутри всё сжалось. Мы с братом переглянулись, пытаясь понять, не сошли ли с ума.

Наш взгляд упал на Хана. Он выглядел возмущённым: брови сведены, губы плотно сжаты, а в глазах недоумение. Он нервно провёл рукой по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями. Очевидно, Хан в полном смятении.

Взгляд переместился на Лили, беззаботно развалившейся на диване. Её глаза, несмотря на вечную молодость, сохранившие печать многовековой мудрости, искрились иронией.

Неужели она соврала брату, когда отправила его за Дорианом?

– Может, поешьте с дороги? – Крис обратился к Дориану, пытаясь снять напряжение.

– Нет, спасибо, – сухо ответил брат. – Извините, Хан сказал, что я должен помочь. Но о чём речь?

– Дориан, ты поможешь, но без Лоры мы погибнем. И не только мы, но и стая обезумевших волков, – добавила Лили, её голос звучал нежно, но в нём чувствовалась тревога.

– Всё дело в тебе, Лора, – слова Криса прозвучали как приговор.

Я ощутила, как земля уходит из-под ног. Если бы могла, я бы погрузилась в депрессию, но теперь нет времени на слабость. Нужно искать выход из этой ситуации.

Перед моим взором появилась тарелка с разнообразными пирожными. От них веяло ванилью и шоколадом, затуманивая разум и напоминая, что в последний раз я ела вчера. Ведь на выезде из города мы заправились лишь кофе, а по дороге сюда останавливались единожды, и то из-за того, что брату приспичило.

В совокупности чувства держали в оцепенении. Сладкий запах смешался с горечью тяжёлых мыслей, окунув меня в вихрь неожиданных событий.

Взгляд фокусируется на Лили, которая держит перед моим носом тарелку со сладостями и выжидающе смотрит. Словно это попытка задобрить меня. Удержать, чтобы я не схватила брата и не рванула на выход, посылая вампиров куда подальше.

– Я знаю, тебе такое нравится, – шепчет вампирша.

Всё бесит уже из-за того, что я вообще начала сомневаться, глядя на пирожные. Дориан бы рассмеялся надо мной, не будь ситуация столь замысловатой.

– Почему сразу правду не сказали? – недоумевая, брат смотрит поочерёдно то на Лили, то на Хана и отодвигает от моего лица тарелку с пирожными.

– Брат не знал, я ему сказала, что нам поможешь только ты…

Лили замолкает, и её тут же выгораживает Крис.

– После всех видений мы решили обратиться к обоим, невзирая на необходимость одной Лоры.

Он становится перед нами, загораживая свою жену, словно готов защитить Лили от любой напасти. Дориан смотрит на семью вампиров с отвращением. А я чувствую себя совсем обманутой, угодив в ловушку, которую не смогла распознать.

– Послушайте, мы звонили Луизе, – Крис внимательно изучает моё лицо, пока я стараюсь собраться с мыслями. – После потери Арона мы помогли ей прийти в норму. А когда с нами началась эта ерунда, Луиза посоветовала обратиться к вам, но сказала сосредоточиться на тебе… Дориан, – он смотрит на моего брата, – потому что Лора может отказать без зазрения совести, а тебя она одного не отпустит, – и возвращает внимание на меня. – Это ложь во благо.

Я чувствую, как Дориан осторожно берёт мою руку, но не могу оторвать взгляд от Лили с Крисом. В словах вампира есть логика, но от этого не становится легче.

– Вы понимаете, что я могу уехать сейчас же, – проглатывая вязкую слюну, я думала о том, что упускаю важное из всего этого цирка. – Вы обманом заманили меня…

С лица Лили исчезает насмешливая улыбка. Крис хмурится намного сильней, будто его одолела головная боль. И я его прекрасно понимала, потому что все негативные чувства преобладали надо мной. Хочу осадить их как можно жёстче, но вдруг осознаю, что это не только мои эмоции. Вампир, который привёл нас сюда, тот, о ком я совершенно забыла. Хан всё это время стоял в стороне, но пока я пышу гневом и мешкаю, решая вывалить негодование на него, он подходит сам.

– Ты будешь права, если сейчас уйдёшь. Я был предвзят и груб с тобой. И моя семья более чем недостойна доверия.

Он выглядит безразличным, но я чувствую его обиду на близких. При этом он уверенно прикрывает их собой, выступив вперёд.

– Мы не имели права врать. – Его холодная рука легла на моё плечо, немного остужая разбушевавшиеся эмоции, но сам Хан продолжает испытывать гнев вперемешку со смятением.

– Но ты… ты же не знал? – смутилась я от его безоговорочных действий вразрез с чувствами. Не будь связывающей нас нити, меня бы не убедили его слова, а наоборот подстрекали устроить скандал.

– Я отвечаю за всё вместе с семьёй. Извини, но они поступили правильно. Я бы не смог соврать тебе, а ты бы не пошла за мной, поддавшись моему обаянию. – Казалось, этими словами он пытался разбавить напряжённую атмосферу и убедить себя, а не меня. – Что уж говорить о правде, которую ты бы и слушать не захотела.

– Тебе просто нужно было охмурить её! – вклинивается его сестра, выглядывая из-за плеча Хана. – Но и твоя дерзость пригодилась, я в тебе не сомневалась, – Лили шлёпает его по спине, и он морщится.

Её слова даже не смущают, но Хан убирает руку и смотрит на меня пристально, ожидая вердикт. Складывается впечатление, что Лили не в первый раз так его подставляет. Сама заварила, а расхлёбывать приходится брату. Что-то мне это напоминает.

Дориан молча обмозговывает всю ситуацию, и я уверена, он не изменит своего решения помочь вампирам, к какому бы заключению ни пришёл. Но я не могла так быстро принять то, каким образом нас заманили.

– Я… мне нужно, – я указала на выход и в ту же секунду ринулась в том направлении.

– Лора? – голос брата показался удивлённым, но это меня не остановило.

Пройдя арку, через которую мы попали в большую комнату, я двинулась по коридору к входной двери.

Попытаться понять вампиров? Вот чего все от меня хотят?

Да, обман незначительный, и эта семья выглядит более человечной, чем многие люди. Если, конечно, это не очередная уловка, чтобы заманить нас в ловушку. Нет, куда уж дальше – мы уже в их доме и практически безоружны. И самое показательное – меня никто не останавливает. Но больше всего нервирует то, что именно мне придётся помогать тем, кто не заслуживает доверия. Они, несмотря на всю свою «человечность», остаются вампирами.

Распахнув дверь на улицу, я застыла и мысленно прокрутила всё, что произошло: их слова, их поведение, их просьбы.

Может, они действительно нуждаются в помощи?

– Лора.

Меня окликнули, когда я уже перешагнула порог дома. Хотела ещё подумать в одиночестве, но назойливый вампир и здесь не оставлял в покое.

Я обернулась. Хан стоит, удерживая дверь, не давая мне её закрыть. Лицом он выражает понимание, но я чувствую его тревогу.

– Мне тоже страшно.

– Не надо меня читать! – и тяну за ручку, чтобы всё же закрыть дверь. – Это побочка от заклятья, бесит! – зло выплёвываю я, когда у меня ничего не выходит. Хан удерживал дверь, как лёгкое перо, его взгляд стал тёплым, но настойчивость никуда не делась.

– Хотел бы я не чувствовать всего этого. Да и ещё в двойной дозе. Но и это поправимо. – Он шагает вперёд, и мне приходится отступить. – Если ты не намерена нам помогать, мы разорвём наше соглашение, – Хан пожимает плечами. – И я понимаю, почему ты хочешь уйти. Сам бы так поступил, не будь это моя семья.

Он закрывает дверь и, подойдя к поручню веранды, облокачивается на него.

– Вообще, не понимаю людей, которые бросаются на помощь другим. Но тебя я понимаю, ты точно будешь жалеть, если уйдёшь, – изрёк он самодовольно.

– Жалеть? – Я фыркнула, но внутри что-то ёкнуло. – Твоя семья обманула меня и заманила сюда, не сказав всей правды! И ты хочешь, чтобы я поверила, что вам просто нужна моя помощь?

– Мы не хотели спугнуть тебя, – тихо сказал он. – Лили знала, что ты не захочешь помогать нам.

– А теперь я обязана? – Я скрестила руки на груди, чувствуя, как гнев смешивается с растерянностью.

– Нет, – он покачал головой. – Ты можешь уйти. Но если не разобраться с этим сейчас, пострадаем не только мы. Вы же помогаете всем, кто оказался в беде.

– Не всем, – буркнула я, стреляя в Хана глазами.

Его слова задели за живое. Мне хотелось кричать, что это не моя ответственность, но внутри что-то сжалось.

– Послушай, – он прошёл обратно к двери дома и взялся за ручку, – уж что именно случится, мне неведомо, но твои решения тесно связаны с нашими судьбами.

Закрыв глаза, я пытаюсь собраться с мыслями. Воздух казался тяжёлым, а в голове роились вопросы, на которые нет ответов.

– Ладно, хорошо, – на эмоциях вырвалось у меня согласие. – Но если это ловушка, я тебя сама прикончу.

Хан усмехнулся, но в его глазах промелькнуло облегчение.

– Договорились.

– Людям ничего не угрожает?

Крис помотал головой, а Лили вскочила с дивана и беззвучно подлетела ко мне.

– Нет.

– Вы семья вампиров.

Все удивились моему заключению, но Лили, с добродушной улыбкой, закивала. Она смотрит на меня с надеждой, словно я решение всех её проблем. Хоть, по всему сказанному, так оно и было.

– Что за зверолюди у вас тут завелись? – я потихоньку расковывалась, стараясь отогнать гнетущие мысли.

Когда мы с Ханом вернулись, атмосфера в доме показалась холодной, будто стены впитали в себя все невысказанные слова. Но чем больше я говорила с ними, тем оживлённее становились вампиры.

– Ликаны, – поправил меня Крис.

Лили взяла мою руку и потянула за собой к дивану, где уже развалился, как у себя дома, Дориан. Я не стала сопротивляться, но обернулась на выход и поймала безмятежный взгляд Хана.

Мой немой вопрос прошёл сквозь него.

Вампирша усадила меня рядом с братом и придвинула тарелку с пирожными, стоящую на столике.

– Они очень вкусные, – поделился впечатлением брат, уплетая макарон.

– Свинтус, – я слегка двинула ему по плечу, стряхивая крошки.

– Будете чай? – Лили лучилась самодовольством, удерживая маленький фарфоровый чайник и кружку.

– Да…

– Нет, мы ничего не будем, – перебила я Дориана. – Расскажите лучше поподробней об этих Ликанах. Они внезапно начали преследовать вас? Или вы где-то с ними столкнулись и спровоцировали?

– Ну можно хотя бы воды? – шепчет брат, заставляя меня закатить глаза.

В тишине звучит всплеск, когда Крис наливает в стакан воду из кувшина и протягивает его Дориану. Тот под пристальным взглядом пьёт и даже не давится, а затем ставит стакан на столик.

– Я наткнулся на одного после работы, он казался обычным человеком, но внезапно его лицо начало меняться, – пояснил Крис. – Он весь задрожал и кинулся прочь, а позже мы заметили, что за нашим домом следят. И по их внешнему виду я не уверен, что это оборотни. Обычно такие хорошо себя контролируют и более человечны, а они действовали словно на животных инстинктах.

– А как выглядели? Как те, что в «Ван Хельсинге» или «Сумерках»? – неожиданно вклинился Дориан.

Лили расхохоталась, а я мысленно поблагодарила брата за его смекалку, потому что сама хотела знать. От Хана пошли тёплые вибрации, но он продолжил стоять с непроницаемым лицом, словно совсем не заинтересован в разговоре.

– Скорее что-то среднее, – усмехнулся Крис, – они кажутся разумными, но у нас не получился диалог, когда мы наткнулись на них в лесу. Никто не перевоплотился, Ликаны разбежались, и за последние трое суток их не было видно.

– Тогда, может, вы их напугали, и они больше в вас не заинтересованы? – предположил Дориан.

– Я тоже так подумала и заглянула в будущее, и там Лора нам помогла, – кивнула Лили и посмотрела на меня проницательно. – Я не могу рассказать всего, это только твои решения, если ты согласишься нам помочь.

Ненавижу загадки. Разве нельзя сказать: «Сделай то-то и то-то, и все выживут!»

– Твоё будущее изменится, когда ты о нём узнаешь, – подаёт голос Хан, видимо, почувствовал мою злость и смятение. – Ты начнёшь сомневаться, даже если точно будешь знать, что ничего серьёзного не произойдёт.

– Для начала, что вы хотите, чтобы мы сделали? Вас охраняли? Или отправились «поговорить» с волками?

Я желала поскорей получить задание и убраться отсюда. Будь то вампиры или оборотни, мне придётся помочь и тем и другим, но представить такое очень сложно.

Нужно расколдовать оборотней? Кто такие эти Ликаны? Мифические защитники? Потомки древних богов? Греция или Египет? Проклятые сыновья? Всё в голове перемешалось.

– Ликаны… – влезла Лили, – их природа связана с древними ритуалами и проклятиями. Их предки были воинами, которые заключили сделку с духами природы, чтобы получить силу волков. И за это они заплатили своей человечностью.

– И что, они просто спали всё это время? – усомнилась я.

– Не совсем. Они жили среди людей, храня секрет о своей истинной природе. Но что-то изменилось. Мы хотим, чтобы ты помогла нам найти источник, – Крис положил на стол телефон, на котором открыта карта с отметкой. – Мы знаем, где они осели. И в прошлый раз с ними был человек, может, у вас получится с ней поговорить.

– Ааа, мы просто придём и скажем: «Привет, мы тут, чтобы помочь вам перестать быть монстрами»? – я чувствовала, как сарказм пробивается сквозь мои слова. – Источником их превращения могло стать недавнее событие.

Вампиры удивлённо округлили глаза, перемещая внимание с меня на моего брата и обратно.

– Алё, девушка, гигантское дерево, энергия, которая пронеслась по всей планете, – возмутился Дориан их неосведомлённостью.

– Мы знаем об этом, но ни о какой посторонней энергии, – кивнула Лили.

– Вы со своими защитными чарами, как в бункере живёте.

Лили быстро захлопала глазами на моё высказывание и перевела взгляд на Хана. Тот пожал плечами, не став оправдываться.

– Мы как раз возвращались с места событий, – решила я немного освежить память. – В стране сплошь и рядом мифические силы начали пробуждаться в людях, меняя их. Не стопроцентно, но думаю, это связано с вашей ситуацией.

– Значит, следует проверить, так ли это, – заключил Крис.

– Ага, но нужно понять, как подобраться к ним. – Дориан поднялся с дивана и стряхнул с себя остатки пирожного.

– В десяти километрах от нашего города есть небольшое поселение. Они сейчас там, – поднялась вслед за моим братом Лили.

– Хорошо, – вздохнула я, чувствуя, как ответственность снова давит на плечи.

Вставать с мягкого дивана совсем не хотелось. Вот бы ситуация разрешилась без вмешательства, и нам не пришлось строить план по спасению. А ещё нужно продумать, как самим не пострадать.

За своими размышлениями я поймала понимающий взгляд Хана, но не уловила чужих эмоций, словно его и мои смешались в единое чувство. Смесь страданий бытия здесь и равнодушие.

– А где ваши родители? – поинтересовался Дориан.

– Мама улаживает человеческие дела, а папа уехал искать нам новый дом.

Лили и брат общались, обмениваясь контактами, а Крис стоял рядом со своей женой, заглядывая в телефон ей через плечо. Дориан понимающе кивнул на её ответ, возможно, немного завидуя их сплочённости. Ведь то, что есть у нас, трудно назвать семьёй.

– Всё, я отправила координаты места.

– Отлично, я выйду, позвоню нашему всезнайке, он поможет узнать побольше об этих существах, – оповестил нас Дориан и вышел из комнаты.

С тяжёлым вздохом я поднялась с дивана, привлекая к себе внимание вампиров.

– Кряхтишь, как старый дед, – зачем-то подметил Хан.

– Ох, старик, – ухмыльнулась я, – зря ты поднял эту тему, учитывая, сколько тебе лет.

– Зато я хотя бы не кряхчу, – хмыкнул он. – А ты, видимо, уже тренируешься.

– Вы так мило воркуете, – глаза Лили игриво сверкнули, и она рассмеялась.

Хан возмущённо поднял брови, его взгляд выражал недовольство. Он явно не ожидал, что шутка обернётся против него, и теперь пытался сохранить лицо, но получалось плохо. Меня удивила его реакция. Хладнокровный Хан сейчас выглядел почти как обычный человек, пойманный на слове. Мне даже немного жаль его. Не став возражать, я пожала плечами, стараясь скрыть улыбку.

Вампир посмотрел на сестру с обидой и тоже промолчал. Вместо этого он перевёл взгляд на меня, и я заметила в них нечто похожее на вызов.

– Ну что, поехали? – спросил он спокойно, но его решимость передалась мне по нити.

– Ты никуда не поедешь! – возразил Крис.

– Нет! – помотала я головой, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Что он такое говорит?!

– Да! – ворвался голос Лили. – Как только он решил пойти с вами, я увидела, что с ним всё будет хорошо.

Что за бессмыслица?!

Крис нахмурился, его взгляд метнулся от жены ко мне, затем к Хану. Он явно колебался, но, в конце концов, одобрительно кивнул.

С ними чокнуться можно!

– Зачем лишний раз рисковать?! – в смятении спросила я у них.

– Я же ничем не рискую, она так сказала, – Хан указал рукой на сестру, лицом выражая уверенность.

– Леон скоро перезвонит, – вернулся в комнату Дориан. – Что у вас тут происходит? – удивлённо оглядел он нас.

– Просто молчи, – держась за голову, попросила я, чувствуя, как напряжение нарастает.