Семь дней до любви

— Не Парыж, конечно, но сойдет, — Фаина Эдуардовна грациозно, насколько позволял ей преклонный возраст, вышла из машины. 

Я протянула ей трость, но она, негодующе поморщившись, оттолкнула ее. 

— Я сюда радоваться жизни приехала, а не помирать, — она элегантным жестом поправила белоснежную шляпу, которую украшала большая красная роза. 

Тимофей, водитель, тем временем выгружал наши чемоданы: алый лакированный, невообразимых размеров принадлежал Фаине Эдуардовне, бежевый, в мелкую клеточку и куда более скромных объемов — мне. 

— Алиса, Тимоша, за мной! — скомандовала моя подопечная и, гордо вздернув подбородок, направилась вперед по вымощенной красивой плиткой дорожке. 

Тимофей украдкой усмехнулся и подхватил чемоданы, я же засунула трость под мышку — и мы двинулись следом. 

В реальности санаторий «Виталайн» оказался еще роскошнее, чем на фото в буклетах и на сайте: высоченное современное здание с зеркальными окнами, в которых играл солнечный свет; крыльцо из розовой мраморной плитки вычищено до блеска; цветы в многочисленных кашпо источают дурманящие ароматы, а у дверей гостей встречает швейцар в идеально сидящей ливреи. 

Фаина Эдуардовна невозмутимо кивнула ему и прошествовала в холл, где роскошь, граничащая с китчем, продолжала свой разгул. Чего только стоили лепнина на потолке и огромная хрустальная люстра, как в оперном театре! И это не упоминая блестящих полов из того же мрамора и колонн с инкрустацией из золота. В зоне отдыха теснились мягкие диваны и лакированные столики, лежал толстенный ковер, а одну из стен почти всю занимал плазменный экран, где в данный момент на беззвучном режиме крутился рекламный ролик про сам санаторий. 

Разглядывая все это великолепие, я начинала понимать, почему «Виталайн» часто сравнивают с пятизвездочным отелем в Дубаи. Тот же сервис плюс оздоровление, и далеко ехать не надо — каких-то сто километров от столицы. Правда, и цена проживания в нем такая же, как и в Дубаи. Кусающаяся. Если бы не Фаина Эдуардовна, точнее, ее сын, для меня бы этот санаторий так и оставался красивой картинкой в интернете. 

— Алиса, приземляйся! — выдернула меня из созерцания холла Фаина Эдуардовна. —  Потом повитаешь в облаках. Допуск на небеса тоже по документам, знаешь ли. Где наши паспорта и путевки? 

— Здесь, — я мгновенно достала документы из сумочки и протянула девушке за стойкой администратора. Та вежливо улыбнулась и принялась нас оформлять. 

Я попыталась сосредоточиться на ее действиях, чтобы больше не попасть впросак, в конце концов, я не на отдыхе, а на работе. Фаина Эдуардовна тоже ждала, нетерпеливо барабаня алыми ногтями по столешнице. 

— Все готово, — наконец сообщила администратор. — Вот ваша курортная карта. Постарайтесь сегодня до пяти вечера посетить терапевта, чтобы определиться с лечебными процедурами. Номер кабинета указан. Далее… Вот ключи от вашего номера, — перед нами легли две магнитные карточки. — Восьмой этаж, двуспальный люкс, окна с видом на озеро, как заказывали. Ресторан на первом этаже, обед через полтора часа. Если будут какие-то вопросы, мы круглосуточно на связи, —  она улыбнулась и показала на телефон рядом с компьютером. — Приятного отдыха в «Виталайне». 

— Благодарю, — Фаина Эдуардовна кивнула.

Я тоже поблагодарила девушку и забрала все бумажки, предварительно сложив их аккуратно в папку. 

— Мне вас проводить, Фаина Эдуардовна? — спросил Тимофей. 

— Нет, только до лифтов чемоданы донеси и можешь быть свободен, — отозвалась старушка. 

На лице Тимофея отразилось облегчение: именно по пути сюда он узнал, что у его жены внезапно начались роды, и ему очень хотелось поскорее оказаться рядом с ней. 

— Только не появляйся перед супругой такой испуганный. И в обморок не падай, если все же соберешься рожать с ней, — продолжила Фаина Эдуардовна. — А то вы ж, мужики, как кровь увидите, сразу богу душу отдаете. 

— Постараюсь, — Тимофей улыбнулся и взялся за наши чемоданы. 

— Алиса, — взгляд Фаины Эдуардовны вмиг изменил направление, голос заговорщицки понизился. — Смотри. Как тебе? 

Я проследила за ее взглядом. На одном из диванов расположился пожилой загорелый мужчина в голубой майке-поло и белых брюках. Если все остальные, кто сидел рядом, не отлипали от гаджетов, то его внимание по-старомодному занимала газета. 

— Импозантный молодой человек, согласись? — тон Фаины Эдуардовны был оценивающим. — Надо присмотреться к нему. Лысоват, правда, но в остальном… Вполне в моем вкусе. 

Я смущенно кашлянула:

— Ну да, ничего. Симпатичный. 

— Не переживай, — Фаина Эдуардовна похлопала меня по руке. — Тебе мы тоже поклонника найдем. 

— Да я как бы и не стремилась… — я скосила взгляд на ухмыляющегося Тимофея.

Тот оставил наши чемоданы у лифтов и сразу заторопился на выход. 

— Хорошо отдохнуть, — пожелал он нам на прощание. — Если что, звоните! 

— Напиши, когда все случится, — попросила я, и он с улыбкой кивнул. 

— Лифт! — встрепенулась тут Фаина Эдуардовна и резво устремилась к распахнувшейся двери. — Подождите нас! 

Мне же ничего не оставалось, как подхватить за ручки оба чемодана и, спотыкаясь, ринуться за ней. В дверях лифта кто-то перехватил их у меня и помог втащить внутрь. 

— Спасибо, — запыхавшись, произнесла я и подняла трость, которая умудрилась в этот же злосчастный момент выпасть у меня из-под мышки. 

Двери закрылись,  и только тогда я обратила внимание на того, кто оказался в лифте вместе с нами. 

Мое сердце уже давно не екало при виде привлекательных мужчин: рана на нем так тяжело заживала после предательства, что мне казалось, оно стало совсем бесчувственным. А тут вдруг трепыхнулось, робко, словно само себе удивляясь. Мужчина и правда был симпатичным: высоким, зеленоглазым с располагающей улыбкой. Это все, что я успела заметить за те несколько секунд, пока лифт не остановился на третьем этаже, впуская молодую блондинку в синей форме горничной. 

При виде нас она вскинула брови и высокомерно проговорила:

— Это, вообще-то, лифт для персонала. В нем нельзя находиться отдыхающим. 

— Хм, — Фаина Эдуардовна смерила ее взглядом, — воспитанности как у мыши, а гонора, как у львицы… Вам бы сбавить обороты, милочка, а то ненароком потолок фальшивой короной заденете. 

Горничная только и успела открыть рот в возмущении, как лифт остановился на ее этаже. Она захлопнула рот и, передернув плечами, выбежала в открытые двери. Мужчина во время всего этого диалога даже бровью не повел. 

— Значит, вы тоже из персонала, молодой человек? — вежливо поинтересовалась у него Фаина Эдуардовна, когда лифт поехал дальше. 

— Можно сказать и так, — он широко улыбнулся. — Но выгонять вас не собираюсь, не волнуйтесь. 

— А я и так по глазам вижу, что не выгоните, — и старушка кокетливо хлопнула ресницами. — Может, еще и чемоданы донести поможете? Двум слабым девушкам… 

— Отчего же не помочь? — весело ответил он, одарив при этом взглядом меня. 

На восьмом этаже вышли все вместе. 

— А что ж, у вас в санатории швейцар есть, а носильщиков нет, — продолжила разговор Фаина Эдуардовна, уже следуя  по коридору рядом с мужчиной, которому доверила наши чемоданы. Я же семенила сзади и украдкой рассматривала его широкую спину и коротко стриженный русый затылок, при этом гадая, какую должность он здесь занимает. 

— На самом деле у нас есть носильщики, — усмехнулся он. — Возможно, они сейчас все заняты и нужно было просто подождать немного. Наплыв заезжающих, как видите. 

— Вы ставите меня в неловкое положение, — Фаина Эдуардовна не переставала кокетничать. — Выходит, я зря вас обременила. С другой стороны, мы так устали от дороги… — и она притворно вздохнула.

— Вы меня не обременили, — успокоил ее мужчина. 

— Приятно слышать… 

— Наш номер! — спохватилась я, когда мои спутники за разговором чуть не пропустили нужную дверь. Да и я сама заметила нужную табличку в последний момент. 

— Вот и пришли, значит, — кивнула Фаина Эдуардовна. 

Я, не мешкая, достала магнитный ключ и открыла дверь, а мужчина внес чемоданы внутрь. 

— Премного благодарны, — произнесла Фаина Эдуардовна.

Он собрался ответить, но в эту секунду у него зазвонил телефон.

— Прошу прощения, мне надо идти, — кивнул он с улыбкой и поспешил исчезнуть. 

— Черт, — произнесла Фаина Эдуардовна, глядя ему вслед. — Не успела имя спросить. Как он тебе?

— Ну… Помоложе того в холле будет, — неопределенно ответила я.

— Естественно, помоложе! — старушка закатила глаза. — Я ж для тебя его присмотрела, а не себе! 

— Фаина Эдуардовна, — я тяжело вздохнула, — может, обойдемся без этого? Мне это неинтересно. 

— Ничего не обойдемся, — отмахнулась она. — Сейчас раскинем картишки на него… Где моя сумка? 

— Вы поставили ее у зеркала, — показала я. 

— Сейчас, сейчас… — Фаина Эдуардовна принялась рыться в сумке. 

— А я пошла раскладывать чемодан, — сообщила я, утягивая свой багаж в меньшую из двух комнат, чтобы поскорее скрыться от очередной безумной идеи моей подопечной. 

Прошло уже полгода, как я работала компаньонкой у этой капризной, но милой старушки, однако никак не могла привыкнуть к ее причудам. Она и сама не сразу приняла меня и обижалась на сына, который решил приставить к ней «няньку». Сын Фаины Эдуардовны давно жил за границей, имел там семью и бизнес. Он несколько лет уговаривал свою старенькую маму переехать к нему, но та категорически отказывалась: «По миру я уже наездилась, теперь свой век на родине доживать буду». Тогда было решено найти человека, который бы присматривал за ней и скрашивал ее одинокие будни. По воле случая этим человеком стала я. На данном жизненном этапе это вполне меня устраивало. Работа не пыльная, денег на жизнь хватает, еще вот и в санатории элитном отдохну за чужой счет. Ну а как оно дальше будет… Поживем — увидим. Планировать и загадывать на будущее меня судьба давно разучила. 

Я осмотрела комнату: мило, уютно. Кровать большая, добротная мебель, шкаф вместительный. И тона в отделке, которые мне по душе: мятный и лавандовый. Но главное — балкон с потрясающим видом на озеро. Я первым делом вышла на него, вдохнула свежий сосновый воздух — и голова слегка закружилась от переизбытка кислорода и немножко от счастья. Все-таки я давно не была за городом, несколько лет точно. А за пределами страны и подавно. Но этот год, кажется, возьмет реванш за все предыдущие: ближайшую неделю я проведу здесь, а после — улечу в Турцию, где меня ждет моя подруга. Пять дней отпуска — это то, что мне удалось выторговать у Фаины Эдуардовны этим летом. И хоть старушка долго ворчала по этому поводу, я знала, что она просто будет скучать по мне. Впрочем, как и я. 

Чемодан опустел наполовину, когда зазвонил мой телефон. На экране высветилось «Маша», и я улыбнулась. А вот и подружка, легка на помине. 

— Ну как родные просторы? Душа распахнулась навстречу им? — прозвучал в динамике ее смешливый голос. 

— Еще как! — засмеялась я в ответ. — И не только душа распахнулась, но еще и глаза, и рот… Ты даже не представляешь, как здесь все выглядит. Это просто какой-то дворец на минималках. Шик, блеск, красота. Страшно даже трогать что-то. В общем, все еще более впечатляюще, чем казалось. 

— Как? И даже сервис? — Маша деланно удивилась. 

Я же вспомнила хамоватую горничную из лифта и вынуждена была ответить:

— Ну, с этим есть определенные трудности. Правда, я верю в лучшее. Мы только час как заехали, так что все еще впереди. 

— Но морюшка у вас там точно нет, — протянула подруга. 

— Зато есть озеро, — я параллельно с разговором продолжила раскладывать вещи. 

— Пф. Сравнила. Море, пляж, коктейль и горячие турецкие мужчины — это лучшее комбо! Но я со всеми не справлюсь, так что с нетерпением жду тебя, — Маша продолжала веселиться. — Я тут даже тебе парочку кандидатов приглядела. Попридержу для тебя. Прослежу, чтобы никто не увел до твоего прилета. 

— О, еще одна сводница! — хохотнула я.

— А кто еще? Фаина твоя? 

— Да, уже нашла мне кого-то. Еще чемодан не разложила, а уже на таро гадает, — сообщила я заговорщицким шепотом. — Себе, кстати, она тоже нашла объект. 

— Мне нравится твоя Фаина! — Маша уже снова смеялась. — Сколько ей лет, напомни? 

— Через месяц будет семьдесят восемь. 

— Знаешь, она теперь точно мой кумир! Я тоже хочу быть таким живчиком в ее возрасте. Так кого она там тебе присмотрела? Симпатичный? 

— Я даже толком не поняла, — соврала я. — Не разглядела. Так, проехали пару этажей в лифте и все. Да и какой смысл? Мне это не нужно. 

— Мне твоего Борьку, козла, до сих пор придушить хочется! — в сердцах воскликнула Маша. — А тебя потрясти хорошенько, чтобы всю дурь, связанную с ним, вытряхнуть из тебя. Два года прошло, а ты до сих пор от противоположного пола шарахаешься как от чумного. Так нельзя, Алис, сколько можно? 

Я промолчала, не зная, что ответить. После предательства и всей той грязи, в которой мне пришлось искупаться после отношений с моим бывшим возлюбленным, я действительно перестала верить в любовь и в мужчин. 

— Ничего, вот приедешь ко мне в Турцию, я тебя тут полечу, — пообещала подруга. — Точнее, найдем тебе доктора хорошего… 

— Алиса, иди сюда! — позвала меня из своей комнаты Фаины Эдуардовны. 

А следом раздался мелодичный поставленный женский голос:

— Слушаю вас. Чего изволите?

— Святой Карден! А это что такое? — старушка явно была в шоке. 

— Пьер Карден — французский модельер итальянского происхождения… 

— Так, Маш, извини, мне пора заканчивать. Вечером созвонимся, — я быстро завершила разговор и поторопилась к Фаине Эдуардовне. 

—... Пьер Карден родился 2 июля 1922 года в Венеции, Италия, — невозмутимо звучал голос. 

— Что это, Алиса? — Фаина Эдуардовна встревоженно озиралась.

— Что вы имеете в виду? Не могли бы уточнить? — все тот же вежливый голос. 

— Это, кажется, умная колонка, — я поискала глазами источник звука и наконец нашла станцию с голосовым помощником. — Она откликается на «Алису». Помните, я рассказывала вам. 

— Да, меня зовут Алиса. Приятно познакомиться. А вас? — вещала колонка. 

— А я чуть богу душу не отдала, — Фаина Эдуардовна, поморщившись, прижала руку к сердцу. — Можно ее как-то отключить? Зачем только эту дурь поставили здесь? Предупреждать надо…

— Предупрежден — значит, вооружен… 

— Да выключи ты ее уже, Алиса! 

— Я вас внимательно слушаю. 

Я быстро, пока Фаина Эдуардовна совсем не вскипела, отыскала нужную кнопочку и выключила станцию. 

— Теперь все. 

— Черт-те что, — старушка перевела дыхание и села за столик, где перед ней были разложены таро. — Ладно, иди сюда, настоящая Алиса, — она хмыкнула. — Я тут расклад на тебя сделала. В общем, таро говорит, что ждет тебя любовь. Видишь, вот это карта, — ее ноготок постучал по картинке с полуобнаженной парой. — Это аркан «Влюбленные». А это Туз Кубков — шанс, начало новых чувств. И еще Королева Кубков — твоя покровительница в любви. А вот эта карта говорит о семи днях. Вывод: через семь дней к тебе придет любовь. Так что жди. 

— Так уж через семь дней? — я не удержалась от смешка. — Боюсь, чтобы снова влюбиться, мне понадобится куда больше времени. 

— Это не тебе решать, — отрезала Фаина Эдуардовна и сгребла карты. — Таро сказали: семь дней — значит, семь дней. И никуда ты не денешься. 

— И с кем же меня ждет эта любовь? — я ее оптимизма совсем не разделяла, скорее, относилась с иронией. Да и в карты не верила. 

— Возможно, и с тем молодым человеком из лифта,  — старушка сложила колоду в коробочку. — Вернемся, я более конкретно раскину. А теперь давай шустро разберем вещи и пойдем. До обеда я еще хочу к терапевту заглянуть. 

— Перерыв у них! — Фаина Эдуардовна недовольно поджала губы и с прищуром еще раз перечитала табличку на двери терапевта. — Выходит, мы до обеда не успеем получить назначения? 

— Думаю, что так, — я пожала плечами. — Ничего страшного, придем после. Мы ведь никуда не спешим? А врачам тоже нужно обедать. 

— Ладно, идем. Но с таким сервисом им не стоит претендовать на лучший санаторий, — ворчливо добавила моя подопечная и двинулась обратно к лифту. 

Обед был представлен в виде шведского стола. Целый ряд блюд на любой вкус, включая лечебное питание. Но последнее было точно не для Фаины Эдуардовны, и она, обойдя бульоны и котлеты на пару, сразу двинулась к стейкам. 

— Надеюсь, они с кровью, — заметила она, выбирая лучший кусок. 

— Возьмите этот, — рядом с ней вырос мужчина, в котором я узнала того самого, что читал газету в зоне отдыха холла. Тот самый, на которого положила глаз моя подопечная. 

Фаина Эдуардовна тотчас включила режим флирта. 

— Вы так думаете? — она хлопнула ресницами, стрельнула глазками. 

— Уверен. Я издалека вижу лучший стейк, — мужчина тоже улыбнулся. 

Я решила оставить Фаину Эдуардовну покорять новые вершины на любовном поприще и перешла к другим блюдам. Меня интересовал цыпленок и овощи на гриле, но спокойно выбрать из них мне не дали.

— Аппетитный цыпленок для такой же аппетитной цыпочки, — ухмыльнулся стоящий рядом верзила. Он поигрывал своим избыточно рельефными мышцами, блестел белозубой улыбкой и золотой цепью на шее, да и вообще выглядел весьма довольным собой. 

Есть цыпленка сразу расхотелось. Как и вступать с этой пародией на бодибилдера в беседу. Фаина Эдуардовна, конечно, нашла бы ему достойный остроумный ответ, я же решила включить игнор. Тем не менее цыпленка взяла, наложила рядом овощи и удалилась в сторону напитков и десертов. К счастью, верзила за мной не последовал. 

— Алиса, я здесь! — позвала меня Фаина Эдуардовна, когда мой поднос был уже полон. 

Она за это время успела найти наш столик и заставить его своими тарелками. 

— И как вы сами все унесли? — покачала я головой. — Надо было меня попросить помочь. 

— Я не настолько немощна, — старушка передернула плечами. — И вообще, мне было кому помочь, — добавила она уже с хитрой улыбочкой. И чуть понизила голос: — Его зовут Ростислав. 

Я ответила ей улыбкой. 

— Видишь, карты не врут, — авторитетно продолжила Фаина Эдуардовна и взялась за нож с вилкой. — Так что тоже жди. Твоя судьба тебя тоже уже ждет. 

Я собралась привычно закатить глаза, но тут наткнулась взглядом на верзилу, который сидел за соседним столиком, прямо лицом к лицу. Он по-прежнему смотрел на меня и лыбился. Вот черт! 

— Алиса, ты слышишь меня? — одернула меня Фаина Эдуардовна. — Я говорю, что мы с Ростиславом договорились вечером  после ужина посидеть на веранде. Так что можешь тоже прогуляться с кем-нибудь. 

— Непременно, — с усмешкой отозвалась я. 

По злосчастному стечению обстоятельству из-за стола мы встали одновременно с верзилой. Мне не повезло идти за Фаиной Эдуардовной, и у него появился шанс поравняться со мной. 

— Алиса, значит, — подмигнул он мне. — А я Вадим. Имей в виду. 

Реакции моей Вадим дожидаться не стал и, обогнав нас, первый исчез в дверях. 

Прозорливая Фаина Эдуардовна, конечно же, все заметила и услышала. 

— Этого можешь запросто динамить, — «разрешила» она. — Орангутанг с мозгами павлина — точно не твой принц.

— Рада, что в этом вопросе мы едины, — засмеялась я. 

— Нет, я, конечно, могу бросить на него таро… — Фаина Эдуардовна вопросительно изогнула бровь, после чего уже весело засмеялась со мной. 

— К терапевту? — спросила уже я. 

— К нему самому, — кивнула старушка. 

На этот раз терапевт был на месте. Мы это поняли еще не доходя до его кабинета, когда дверь отворилась, выпуская пожилую пару с курортными картами. И хотя очереди не было, Фаина Эдуардовна ускорила шаг. Я же только сейчас вспомнила о трости, которую она опять нарочно оставила в номере. Надо будет не забыть и попросить терапевта выписать ей какие-нибудь процедуры на колени, а то добегается до больницы, пытаясь хорохориться. 

Фаина Эдуардовна первая распахнула дверь, и я услышала его удивленное и одновременно радостное восклицание:

— О! Так вот вы кто, молодой человек! 

А в следующий миг уже я переступила порог и встретилась взглядом с мужчиной из лифта. 

— Вы меня рассекретили, — произнес он весело и показал на кресло. — Присаживайтесь. 

— Как же замечательно, что мы снова встретились, — воодушевилась Фаина Эдуардовна, опускаясь на предложенное место. Кивком позвала меня: — Алиса, ты тоже садись, не стой в дверях. Не стесняйся. 

Я стиснула зубы и заставила себя улыбнуться. И почему ей так нравится ставить меня в неловкое положение?

— Наши курортные карты, — я положила на стол доктора документы. 

Он взял их и пробежал глазами по первым страницам. 

— Вы не родственницы? — спросил, бросив на меня быстрый взгляд. 

— Я компаньонка Фаины Эдуардовны, — быстро пояснила я, присаживаясь с ней рядом на стул. 

— Да, она со мной за компанию, — засмеялась та, похлопывая меня по руке. — Мы к вам отдыхать приехали. 

— И лечиться, — я внимательно посмотрела на подопечную. 

— Ой, да что там!.. — кокетливо отмахнулась она. 

— И чем вас лечить будем? — улыбнулся доктор, снова глянув на меня. 

— Меня ничем, у меня путевка без лечения, я здорова, а вот Фаина Эдуардовна… 

— Я тоже здорова! — перебила та меня. — Мне разве что можно чего-нибудь тонизирующего. 

— Я вижу по медкарте, у вас с суставами проблемы. И сердце не очень здорово, — заметил доктор. 

— Это мелочи… Так, коленки барахлят иногда… 

— И операция была на суставы восемь месяцев назад, — подхватила я. 

Мне обязательно нужно было проследить за лечением: сын Фаины Эдуардовны очень волновался за ее здоровье и просил не потакать ее харахоренью. 

— Не преувеличивай, — насупилась Фаина Эдуардовна, а после подался к врачу: — Знаете, я прекрасно себя чувствую, прямо не по годам… Это они все из меня старуху делают, а я еще ого-го-го!.. 

— Не сомневаюсь, — усмехнулся тот. — Но давайте все же проведем небольшой осмотр, и я решу, что с вами делать. Может, я вам только дискотеку пропишу?

— Я ее сама себе пропишу, — хихикнула Фаина Эдуардовна. И прищурилась, глядя на его бейдж: — Максим Витальевич, значит… 

Я и сама давно порывалась рассмотреть его имя, но Фаина Эдуардовна, как всегда опередила. 

— Так точно, — доктор с неизменной улыбкой уже сам продемонстрировал бейдж. 

— Корнеев? — встрепенулась Фаина Эдуардовна. — А это не ваш отец Виталий Сергеевич Корнеев, хирург-ортопед? 

Улыбка застыла на лице терапевта:

— Да, это мой отец. 

— Надо же! — всплеснула руками старушка. — Он же мне операцию делал! Врач от бога, золотые руки! Теперь я вижу, как вы похожи! 

— Я часто это слышу, — Максим Витальевич поднялся и снял с шеи фонендоскоп. — Давайте все же перейдем к осмотру.

— Ох, но у меня платье не очень удобное, — вроде как засмущалась Фаина Эдуардовна. 

 — Можете не раздеваться, все, что надо, я услышу и так, — успокоил он ее, обходя стол. 

— Алису тогда тоже послушайте, — заявила Фаина Эдуардовна, поворачиваясь к нему спиной. — Она сегодня утром кашляла. 

— Кашляла? Я? — от такого заявления у меня и правда перехватило дыхание, и я кашлянула. 

— Вот видишь. Кашляешь же, — невозмутимо протянула моя подопечная. 

— Я просто подавилась! 

— И все равно… Лишнюю инфекцию разносить не стоит. 

— Фаина Эдуардовна! — я посмотрела на нее с возмущением. 

— Уже семьдесят восемь лет как она самая. 

— Давайте успокоим Фаину Эдуардовну и исключим у вас инфекцию, — Максим Витальевич сделал шаг ко мне. Его глаза смеялись. 

Я набрала в грудь побольше воздуха — и с шумом выдохнула. Поднялась и повернулась к нему спиной:

— Раздеваться тоже не буду. 

— Вам это и вовсе не надо. Сарафан открывает все, что следует. Только сделаем вот так, — и он приподнял мои волосы, осторожно перебросив их мне через плечо на грудь. Его пальцы задели обнаженную кожу на спине, и по ней побежали мурашки. Я сглотнула. 

Фонендоскоп стал медленно перемещаться по моей спине, и впервые это обычное медицинское действие вызвало у меня столь неоднозначно эмоциональный отклик. 

— У вас учащенное сердцебиение, — заметил Максим Витальевич. Я не видела его лица, но была уверена, что он все так же улыбается. 

— Я так и знала! — раздался голос Фаины Эдуардовны. — Тахикардия! 

— Нет у меня никакой тахикардии, —  нервно отозвалась я. 

— Фобия белых халатов? — спросил Максим Витальевич. — Поворачивайтесь. 

«Фобия вас», — чуть не вырвалось у меня. Но вслух соврала:

— Есть такое, — и нехотя изменила положение. 

Теперь мы смотрели друг на друга. Зеленые глаза, усмешка, маленькая ямочка на щеке… И выше меня почти на голову… Сердце решило подтвердить диагноз Фаины Эдуардовны, еще сильнее разбушевавшись в груди. 

— И все же я выпишу вам кислородный коктейль, он входит даже в путевку без лечения, — произнес Максим Витальевич, заканчивая пытку своим фонендоскопом. — А также бассейн, сауна, массаж — все оздоровительные процедуры к вашим услугам на десятом этаже. Не игнорируйте их. 

Доктор еще измерил нам обеим давление, температуру и пульс, который своим зашкаливающим показателем решил мне окончательно подмочить репутацию, после чего вернулся к столу и бумагам с назначениями. Фаина Эдуардовна получила в довесок к базовым физиопроцедурам на колени грязелечение, лечебные ванны и все тот же коктейль. Она немного поворчала, что теперь ей придется по полдня гробить невесть на что, но все же прощалась с Максимом Витальевичем очень тепло. Когда же мы оказались за пределами кабинета, она недовольно ущипнула меня за локоть. 

— Могла бы и подыграть мне. В обморок упасть или что-нибудь эдакое. Счастье ж само в руки плывет, — она покачала головой. — Эх… Молодежь! Всему вас учить надо… 

— Фаина Эдуардовна, вы опять… — вздохнула я и бросила вороватый взгляд на дверь кабинета. Только бы его хозяин не услышал этих глупостей!

— Да ну тебя! — отмахнулась старушка и пошла впереди меня. 

До ужина мы с Фаиной Эдуардовной обследовали территорию, прогулялись вокруг озера, заглянули на верхние этажи, где располагались процедуры, а на самой крыше — открытый бассейн с шезлонгами и мини-баром. Фаина Эдуардовна сразу решила, что завтра с утра непременно сюда придет.

За ужином мне снова пришлось терпеть подмигивания бугая Вадима, а уходя, он заговорщицки шепнул мне:

— Алиса, миелофон у меня, — и заржал, радуясь своей идиотской шутке. 

На это у меня было только одно — жест «рука-лицо». 

После ресторана Фаина Эдуардовна, вновь оставив на меня свою трость, упорхнула на свидание с Ростиславом, при этом попросила не уходить далеко. 

— Мы еще плохо знаем друг друга, возможно, понадобятся пути отхода, — пояснила она. — Я подам тебе сигнал, если что. 

Поэтому я обосновалась на соседней маленькой веранде, с одной стороны которой хорошо была видна Фаина Эдуардовна и ее кавалер, а с другой располагались окна бара. Там уже жизнь кипела, играла музыка, а бармен красовался, создавая шоу из приготовления напитков. А еще здесь росла черешня, усыпанная спелыми ягодами. Это было слишком соблазнительно, чтобы спокойно стоять рядом и не попытаться сорвать пару-тройку ягодок. Я так увлеклась, что не заметила, как оказалась на веранде не одна. 

— Вам помочь? — поинтересовался мужской голос, и я резко обернулась. 

А увидев, что это уже знакомый мне доктор, и вовсе попятилась от дерева. Он же усмехнулся, подошел ближе и облокотился о поручень:

— У нас на ужине часто дают черешню, и она намного вкуснее чем эта. Здесь дикий сорт. Или вам интереснее собирать ее с дерева? 

— На ужине мне черешня не досталась, — я тоже улыбнулась, слегка расслабившись. — Ее размели в два счета. А эта… Вы правы, она кисловата. Но я слишком люблю черешню, чтобы обращать внимание на такие мелочи. 

— Понимаю. Не осуждаю, — мужчина кивнул со смехом и прищурился. — А где ваша спутница? 

— Фаина Эдуардовна? А… У нее встреча, — я поискала глазами подопечную и не увидела ее на прежнем месте. — Вот только она куда-то пропала, — я нахмурилась. 

— Думаю, волноваться не стоит. Она у вас не робкого десятка. 

Тут послышался стук по стеклу, и я чуть не выругалась вслух: в окне бара маячила гора мышц по имени Вадим и пыталась привлечь мое внимание. Я инстинктивно подвинулась к собеседнику, желая скрыться от глаз своего личного сталкера. 

— Что случилось? — доктор выпрямился, а я еще больше спряталась за его широкими плечами. 

— Все в порядке. Просто постойте, пожалуйста, так, Максим… — и тут я поняла, что не помню его отчества. — Максим… 

— Можно просто Максим, — разрешил он, глядя на меня с веселым недоумением. — Что все-таки случилось? 

Вадим тем временем отлип от окна и ушел вглубь бара. Похоже, мой маневр возымел должны успех. Только перед доктором теперь было неловко. 

— Простите, уже все в порядке. Мне просто не хотелось кое с кем встречаться, — призналась я. — Но вы спасли меня. 

— Ничего. Это было самое легкое спасение в моей жизни, — он все так же улыбался. 

Эта улыбка вызывала во мне приятное щекочущее чувство в груди и вызывало ответное желание улыбаться. 

— А вот и ваша Фаина Эдуардовна нашлась, — Максим обернулся и показал на все то же окно бара. 

Я увидела, как в зал действительно входит моя подопечная под руку с Ростиславом. Они направились к барной стойке и заговорили с барменом, явно делая заказ. 

— Кажется, Фаина Эдуардовна вечер проводит куда более активно, чем вы, — пошутил Максим. 

— Ну а я, вроде как, на работе, — отшутилась я в ответ. 

— Двадцать четыре часа в сутки? — изогнул он бровь. 

— Можно сказать и так, — с усмешкой ответила я. И снова нахмурилась, пытаясь разглядеть, что моей старушке подал в рюмке бармен. — Только не говорите, что это текила… Ей же нельзя такое крепкое! 

— От одного шота ничего не будет, — успокоил меня доктор Максим. — Но если хотите, можем заглянуть к ним, и я прочитаю ей лекцию о вреде алкоголя. 

Я живо представила все это в красках, особенно реакцию Фаины Эдуардовны на наше внезапное появление, и со смехом покачала головой:

— Нет, это слишком. Да и бесполезно. Вы просто не знаете, как она может вам ответить. Красноречиво и емко. Достанется не только вам, но и мне. 

— Что ж. Вам лучше знать, — он тоже улыбался, но мне показалось, что с некоторым разочарованием.

«А вдруг он искал повод пригласить и меня туда?» — мелькнула шальная мысль, от которой к щекам прилил жар. Нет, нет, конечно же, я преувеличиваю. Это глупо и маловероятно. Мы знакомы всего ничего. Все эти мысли — дурное влияние фантазий Фаины Эдуардовны. Из-за ее карт и предсказаний я сама начинаю искать признаки того, чего нет. 

— Максим Витальевич, — на веранду влетела запыхавшаяся девушка-администратор, — вот вы где. Не могли бы вы пойти со мной? Там одна гостья требует врача. Ей срочно нужно измерить давление. 

— Пойдемте, — он подавил вздох и улыбнулся мне. — Хорошего вечера, Алиса. 

— И вам того же, — выдавила я ответную улыбку. 

И сама вдруг ощутила укол разочарования. 

Сидеть в одиночестве на веранде больше не хотелось, и я переместилась в холл, к телевизору, где продолжила ждать свою подопечную.