Семь дней из моей жизни

Это случилось в одном тихом маленьком городе. В общем-то, моем городе. Что я могу рассказать о нем? Город как город. Каждый день у нас похож на предыдущий. Люди неспешно идут на работу, все друг друга знают. И шагу не ступить, чтобы не столкнуться с какой-нибудь очередной знакомой, которая, мило улыбаясь, поздоровается, расспросит тебя обо всех живых родственниках, вспомнит тех, кого уже нет рядом, обругает их на чем свет стоит, и убежит по своим делам. А на следующий день весь город и близлежащие деревни будут обсуждать длину твоих развратных шортиков. Ну и, конечно же, не забудут упомянуть тот факт, что после праздников тебя невероятно разнесло! 

Такое положение вещей у нас было, сколько я себя помню. Все обо всех все знали, даже если были незнакомы лично. Даже если не хотели знать. Плюнуть было нельзя, чтобы об этом проступке потом не рассказали в соседней деревне, приплетя еще кучу непонятно откуда взявшихся подробностей, превращающих тебя в монстра, из-за которого у соседки сгорела баня. 

А все потому, что город уже давно находился под строгим надзором местного Комитета порядка. Эти вездесущие стражи нравственности держали под контролем всю жизнь в нашем городке, гоняли хулиганов, дебоширов и хипстеров, а также следили за местными путанами и просто подозрительными личностями, имевшими несчастье выйти на улицу в неурочный час.

Многие жители побаивались членов комитета, были даже такие, которые откровенно их ненавидели, но сделать с ними ничего не могли. Ведь, по сути, данная организация являлась обычным клубом по интересам, организованным местными пенсионерами, которым просто скучно было сидеть дома. Так сказать, члены комитета представляли собой группу народных дружинников двадцать первого века. Работали на добровольной основе, денег не требовали и в случае опасности маскировались под обычных старушек, мирно сидящих на лавочке и обсуждающих последние новости.

Даже участковый был им не указ. Не мог же он, в самом деле, обижать слабых глуховатых старушек, готовых в любой момент уйти в мир иной. Вот те и пользовались своей властью на полную катушку и с радостью разносили новости и сплетни, как тайфун проносясь по городу.

Единственными естественными врагами данного комитета были члены Комитета благополучия города, а именно неравнодушные студенты, домохозяйки и просто малозанятые инициативные люди. А если еще точнее, жители другого соседнего Правобережного района, находящегося так далеко от нашего, что местные старожилы считали его другой планетой, планетой зажиточных, вороватых и наглых выскочек.

Еще бы, те отстроили новые дома из пяти этажей, отгрохали деловой центр, да еще и парк какой-то рядом насадили. При этом даже не согласовали свои действия с членами Комитета порядка! Особенно возмущало старушек наличие парка. Ведь рядом есть лес! А парк, по их мнению, являлся рассадником маньяков, и в доказательство своей теории рассказывали случай, когда видели там какого-то жуткого типа, голышом бегающего по снегу.

По версии членов комитета, этот человек носился как ненормальный между деревьями, при этом перепугал до смерти трех старушек, мирно прогуливающихся по парку, после чего скрылся в неизвестном направлении. И это зимой при температуре минус двадцать пять градусов! 

Хотя лично у меня вся эта история вызывала множество вопросов. Во-первых, зачем эти милые женщины пошли в парк соседнего района втроем вечером в такой мороз. Во-вторых, почему они не обратились в соответствующие органы, отдел которых находился в трех шагах от парка, а в течение получаса наблюдали данное безобразие. Ну и, наконец, почему данный экземпляр больше нигде никогда не появлялся. Вывод напрашивался только один: они убили его и тело спрятали где-то в парке! Или просто, увидев кого-то не по сезону одетого, придумали целую историю про неадекватного типа. 

Подобные сплетни про опасный район сочинялись с завидной регулярностью, но, хотя никто не говорил об этом открыто, все прекрасно понимали, откуда у слухов ноги растут.  Правобережный район был отстроен относительно недавно, и редкий житель данного места переступил порог своего сорокалетия. Все молодые люди, получив средства, старались перебраться именно сюда, в более благоустроенное и спокойное место. В соседнем же районе основной контингент состоял из пенсионеров, которые часто обижались на своих детей, стремящихся подальше убежать из родного гнезда, и с подозрением смотрели на своих ровесников, переезжающих в ухоженные пятиэтажки из стареньких покосившихся домиков.

Можно сказать, несчастные, решившиеся на подобный поступок, оказывались в изоляции, ведь чтобы добраться до знакомых, им необходимо было проделать колоссальный путь, потратить массу времени и перешагнуть-таки великую реку, огромное бездонное море, наш местный ручеек Чернышку!

Еще у Комитета порядка был зуб на нашего мэра, или, как называли его местные старушки, “буржуя проклятого”. Еще бы, тот вложил кучу денег в реставрацию здания местной администрации. И как отделал-то ее?  Слов нет, мрамором! Интересно, где денег взял? Члены комитета яростно утверждали, что с налогов именно нашего Левобережного района. Хотя на эти деньги он должен был повысить пенсию, сделать дороги и возродить колхоз, переставший существовать еще в девяностых годах. А вместо этого потратил средства на какую-то мэрию!

И все равно, что основными гостями здания были бабушки из Комитета порядка. И что в администрации кое-где потолок обвалился, и вода стекала по стенам даже при самом слабом дождике. Пусть пол провалился в нескольких местах, причем в последний раз под горячим напором бабушек, и только по счастливой случайности никто не пострадал. Не считая местного дворника, который зашел отдохнуть от дел насущных и чаек с охранником погонять, а в итоге чуть с инфарктом не слег, увидев кучу ног, торчащих откуда-то сверху. Виноваты во всех бедах всегда были ворюга мэр, государство и лично сам президент.

Тот факт, что в какой-то момент здание начало коситься в сторону как Пизанская башня, чем вызвало суматоху и наплыв журналистов, и именно из-за этого случая были выделены деньги из бюджета на ремонт администрации, членов Комитета порядка не переубедил. Зато здание, которое не ремонтировали полвека, буквально за лето восстановили, прямо музей из него сделали!

Среди местных после этого случая несколько недель предложение ходило: провернуть подобное с поликлиникой. Собраться с мужиками, слегка так наклонить здание и созвать журналистов. А то туда не то что заходить, смотреть на здание невозможно было без содрогания. Издалека могло показаться, что поликлиника вообще заброшена как минимум со времен Великой Отечественной. Зато там вполне можно было квесты ужасов проводить. Хотя там и так один функционировал, был нереально сложным и муторным, “достань талон к специалисту” назывался.

К счастью, голос разума победил, и жители решили не трогать поликлинику. Побоялись перестараться и разрушить ее окончательно. Ведь другой такой в ближайшие годы нам точно бы не построили. Денег в бюджете не осталось, а выборы закончились.

Но, несмотря на все разногласия, был у города общий враг: коттеджный поселок, построенный на берегу озера. Не нужно объяснять, что простым обывателям путь туда был заказан. Ну и, конечно, не нужно рассказывать, что из-за этого у местных со временем появилась легкая неприязнь к чужакам, поселившимся в поселке.

Петиции, разбирательства, заявления в прокуратуру ни к чему не привели, кроме как к временному объединению двух комитетов против общей напасти. Но в дальнейшем участники данных коллективов опять переругались, а проблема так и осталась нерешенной. Так что в городе у нас образовалось три района, жители которых слегка недолюбливали друг друга.

И вот в один день, ничем не отличавшийся от других, произошло событие, которое навсегда изменило мою тихую размеренную жизнь и перевернуло все с ног на голову. 

В тот день я, как обычно, проснулась в 7:30, с кровати встала в 8:45 и вышла-таки из дома в 9:45. С открытым сердцем и верой в лучшее я отправилась в свою мастерскую. Вот уже несколько лет я радовалась как ребенок, идя на работу.  А ведь еще недавно все было по-другому.

Меня тогда любимые родственники устроили по знакомству работать в местный магазин, и жизнь моя превратилась в кошмар. Вставать приходилось рано, опаздывать было нельзя, всем постоянно приходилось улыбаться! А я улыбаться никогда не любила, так как всегда считала это занятие странным и каким-то бесполезным. Сторожила нашего магазина вечная баба Зина со мной была абсолютно согласна!

Правда, новый хозяин данного заведения этого мнения не разделял. Всякие тренинги нам проводил и семинары, рассказывал о секретах популярности Макданальдца с его кадровой политикой и суровым кодексом поведения. Вот только смысла во всем этом не было. Наш магазин был единственным приличным местом во всем районе, и здесь даже в самый голодный год толпились местные обыватели, причем всегда одни и те же. Так что работники скучали, слушали, но, когда директора не было на месте, работали по старинке. Могли прикрикнуть на покупателей, кого-то особо наглого даже огреть веником.

Мне же было очень тяжело работать с людьми. Поэтому вскоре я, не выдержав пытки вежливостью, решила пойти против всех и выбрала собственный путь, настолько дикий и никем неизведанный в нашем районе, что родня еще долго после этого считала меня безработной. Я создала свое ИП и открыла интернет-магазин. Наконец я могла без остатка посвятить себя любимому делу. 

С самого детства мне нравилось заниматься рукоделием, что-то конструировать, придумывать, а потом воплощать идеи в жизнь. И вот теперь я профессионально изготавливала на заказ фигуры из гипса, сувениры, украшения и продавала их в своей мастерской или через интернет во все уголки нашей необъятной Родины.

Каких только заказов у меня не было! Начиная от партии маленьких заколочек, дизайн которых создавала сама, заканчивая гигантскими статуями на дни рождения местных чиновников. Клиенты были, деньги тоже, но для всех я так и осталась бедной несчастной занозой, так и неопределившейся в жизни.

И вот я, как обычно, шла на работу, когда мимо меня с причитаниями “Ой, что творится!” пронеслась старенькая бабушка. Я не удивилась, решила, что семейство Ивановых с Шиловыми опять по поводу забора дерутся.

Их тяжба длилась уже более года, и чего только наш милый городок не видел за это время! Были и массовые побоища двух кланов, и милые шалости, что-то типа грузовика навоза на порог или кучки рыбных отходов в окошко. Ну и, конечно, бесконечные жалобы друг на друга в местное отделение милиции, то есть полиции, выдержки из которых потом цитировались чуть ли не на каждом углу.

Разборки двух семейств всегда собирали толпу зевак, что неудивительно, ведь они были в сто раз интересней, чем самые скандальные шоу по телевизору. Крики и ругань? Пожалуйста! Скандалы и интриги? Да завались! Хочешь драки? Да сколько угодно! Можно даже поучаствовать и в глаз получить. Просто полное погружение!

Вот и бабушка торопилась в сторону неблагополучного района, причем пролетая мимо, слегка задела меня рукой, откинув при этом в сторону на добрых три метра. Однако слабое седовласое создание спешило не на очередную бойню. Она несла весть, разнося по всей округе лишь одно единственное слово: “едут”.

Я не стала выяснять, кто едет, куда и зачем, мне надо было на работу! Никогда не любила опаздывать, хоть и являлась единственным работником своего маленького ИП. К тому же у меня в тот день намечался традиционный ужин с родственниками, так что все местные новости за прошедший месяц я все равно узнала бы во всех подробностях. 

Поэтому я продолжила свое шествие, но кое-что начало меня беспокоить. Нервозность местных обитателей и общее воодушевление проносящихся мимо людей не могли не привлечь внимания даже такого рассеянного человека, как я. В городе явно что-то затевалось, и это что-то разбудило во мне дикое любопытство.  И это было не к добру.

Обычно после этого приключения на мою упитанную пятую точку сыпались как из рога изобилия. Так, например, когда я решила из любопытства поинтересоваться на традиционном первомайском митинге, на чьи же все-таки деньги был так здорово благоустроен новый парк, мирная демонстрация трудящихся превратилась в массовый мордобой. 

Или еще был случай. Я и еще несколько любителей приключений решили проверить россказни местного кладоискателя о тайнике немцев, припрятанном где-то в лесу. Мы тогда отправились в так называемую экспедицию с этим горе-копателем. Но в итоге вместо золота рейха мы, а точнее я, нашли три неразорвавшихся снаряда времен Великой Отечественной. Шухера было много, наш городок даже в местных новостях показали. Но в экспедиции в дальнейшем меня почему-то больше не брали и в клуб кладоискателей так и не включили.

Я остановилась в нерешительности и задумалась. На работе срочных заказов не было, день только начинался, а с утра ко мне все равно никто не заходил, да и стоящие заказы шли в основном через интернет. “Так может все-таки сходить и посмотреть, что случилось? К тому же кто меня будет контролировать, если я сама себе хозяйка?” – подумала я.

Руководствуясь такими умозаключениями, любопытством и тем фактом, что одна пролетающая мимо местная жительница зацепила меня и по инерции потащила к месту сбора жителей, я решила посмотреть, что за событие потрясло наш городок.

Оказавшись на месте, я поняла, что напрасно переживала из-за того, что вот так неожиданно решила устроить себе выходной. Люди, собравшиеся на площади, по идее, тоже должны были быть на рабочих местах, однако никто из присутствующих не переживал по этому поводу и никуда не спешил.

“Да тут собрался просто весь цвет нашего города!” – удивленно подумала я, оглядывая толпу. Баба Люба, уборщица в третьем поколении и по совместительству разносчик всех новостей, сновала между прохожими, раздавая листовки и попутно распространяя новые сплетни. 

Ивановы с Шиловыми разместились на противоположных концах площади и с неприязнью смотрели друг на друга. Также мной были замечены члены городских комитетов, что-то активно обсуждающие между собой. 

В центре всего этого безумия расположился наш строгий участковый с помощником, готовый в любой момент начать разнимать несанкционированную драку. И еще несколько не совсем трезвых интеллигентов без определенного места жительства курсировали между жителями, попутно прося “денежку на хлебушек”.

Но больше всего на площади было представителей местной элиты, высыпавшей из единственного в городке делового центра. По сути, данные индивидуумы являлись обыкновенными офисными клерками, но каждый гордо именовал себя “менеджером”, пугая загадочным заморским словом неподготовленных старушек.   

Чем именно эти менеджеры занимались, для меня всегда было загадкой. Время от времени мне приходилось заходить в их муравейник по работе: узнать, куда пропала очередная посылка или где их хреновы работники, уже месяц обещающие починить кондиционер у меня в мастерской. И везде, во всех офисах наблюдалась одна и та же картина: работники играли в пасьянс, трепались по телефону, пили чай, хотя время обеда закончилось час назад. А при непосредственном обращении все как один говорили: “Ничего не знаем, разбирайтесь сами”. 

Из-за такого наплевательского отношения местные жители частенько устраивали скандалы. Еще бы, эти менеджеры профессионально доводили людей до точки кипения, а сами даже не пытались решать возникшие проблемы. И хотя я всегда была человеком спокойным, можно даже сказать, невозмутимым, даже у меня сдавали нервы при общении с ними.

И вот именно в таких ситуациях я хоть и нехотя включала все свое обаяние и использовала фирменный прием, который меня еще никогда не подводил. Я начинала улыбаться, все-таки, как говорил мой бывший директор, доброжелательность и положительный настрой открывают все двери. Хотя моих собеседников при этом начинало жутко коробить. 

Дело в том, что никто моей улыбки не мог выдержать больше пяти секунд. Люди как-то обмякали, начинали суетиться, некоторых даже пробивало на слезы. Но зато прием работал. Пасьянс закрывался, а рабочая программа после нескольких неудачных попыток открывалась. И посылка находилась в филиале в Хабаровске. Случайно отправили. А что, названия городов похожи, совпадают сразу три буквы! “А”, “о” и “к”. Но она нашлась, и теперь, наконец, приедет.

И все вопросы с пропавшими мастерами моментально решались. Им, оказывается, не сообщили точный адрес, а дозвониться менеджеру они не могли: занято все время было.

Но не все работники этого адского места были раздолбаями. В некоторых конторах работали настоящие трудяги и мастера своего дела! Они примечали человека еще в окно, когда он только подходил к зданию, а после могли караулить его часами у дверей соседних офисов. И когда человек, выяснив все дела, выходил в коридор, тут же хватали его мертвой хваткой и тащили к себе, чтобы предложить невероятные чудо-товары. Стояли они копейки, всего пару-тройку зарплат, не более того! Если денег у человека не было, ему предлагали кредит оформить. Все для любимых покупателей! 

Ну и на крайний случай у этих менеджеров всегда было в запасе еще одно потрясающее предложение! Вас могли устроить на работу мечты, которая принесла бы вам миллионы. Вот только, чтобы устроиться, курсы оплатить надо. 

И делать на такой работе почти ничего не нужно, всего лишь по телефону впаривать другим эти самые товары, спасающие людей от мужской немочи, облысения, давления и просто оздоравливающие организм! Так что получалось, что вы не просто зарабатываете деньги, вы делаете благое дело: спасаете всех облысевших импотентов-гипертоников нашей страны! 

Уже не раз эти горе-коммерсанты нападали на меня, пытаясь затащить в свою секту, но мне снова и снова удавалось отбиться. Я просто говорила им, что обманывать наивных пенсионеров неэтично, и что ОМОН за ними уже выехал. От моих слов менеджеры как-то сразу грустнели, и этой заминки хватало, чтобы вырваться и убежать, чтобы потом схлестнуться с ними в новом раунде, который обычно случался через пару недель, когда очередная моя посылка каким-то невероятным образом оказывалась в Калининграде, или кондиционер снова начинал течь.

Глядя на все безобразия, творящиеся в этом чудо-центре, я время от времени думала, что, если в один прекрасный день он просто исчезнет с карты нашего города, мало кто вообще из-за этого расстроится. Не считая меня, ведь посылка из Калининграда наверняка застрянет где-нибудь в Волгограде или вообще уедет за границу нашего государства. В Латвию там или Бразилию. Не туда же за ней ехать. Хотя появился бы повод взять отпуск и посетить новые места.

“Эх, давно я не была в отпуске! Точнее, никогда. Все суечусь, делаю что-то…” – с грустью подумала я, продолжив разглядывать разношерстную публику. Странно, но, несмотря на такое огромное количество прогульщиков, наш городок продолжал жить в привычном ритме, и никто не возмущался из-за отсутствия работников на своих законных местах. 

И если присутствие большинства людей на площади не вызывало у меня никаких вопросов, то как здесь мог оказаться папин друг дядя Виктор, для меня так и осталось загадкой. Все-таки дядя Витя был серьезным мужчиной и единственным адекватным травматологом в поликлинике. На мой скромный вопрос, кто же теперь следит за местными экстремалами, последовал логичный ответ: стажер, не зря же его прислали из центра! Пора уже быть полезным… 

Задумавшись, я не сразу заметила, как народ постепенно заполнил всю площадь. Стало тесно, в какой-то момент я почувствовала себя селедкой в банке и уже сто раз пожалела, что вообще сюда поперлась. Меня так и подмывало задать вопрос: чего мы все здесь забыли, но было как-то неловко. Пришла, значит, работу прогуливаю, а зачем - сама не знаю. Из выкриков и обрывков разговоров понять тоже мало что удалось. К нам в городок кто-то приехал, причем не из центра, а из столицы, снимать какую-то программу. Как я могла пропустить такое знаковое событие – мне было непонятно, ведь слухи должны были крутиться по городу давно.

Видимо, я слишком надолго ушла из мира из-за заказа одного местного богатея. Очень такого неплохого денежного заказа. А все оставшееся свободное время посвятила разработке нового проекта: созданию фигурок котов. И не каких-нибудь обычных дворовых кошар, а, как бы сказали мои племянники, котиков повышенной “няшности”. Я ушла из мира, а мир вздохнул с облегчением и подкинул городу такую развлекуху! И я чуть было ее не пропустила!

Толпа зашумела, и я заметила подъезжающий автобус и пару автомобилей. Двери автобуса раскрылись, и поднявшимся воплем мне чуть не разорвало перепонки. У меня создалось впечатление, что к нам приехал не иначе как Стас Михайлов, или, по крайней мере, Басков с Киркоровым. Хотя я тут же выкинула из головы подобные мысли. Эти люди на автобусах не ездили. К тому же что они могли забыть в нашем городке? Если только клип какой снимать собрались. 

И тут показались они: четыре человека сомнительной наружности. Первой вышла девушка. Ее длинные черные волосы то и дело липли к лицу, на котором как маска красовался макияж в стиле хэллоуин. Пытаясь выбраться из автобуса, она несколько раз споткнулась о подол длинного платья, увидев которое я почему-то вспомнила об Эльвире, повелительнице тьмы из старого комедийного фильма ужасов. 

Казалось, что персонаж из моего детства ожил и сейчас начнет творить бесчинства, распугивая собравшихся жителей. Но чуда не случилось, девушка окинула толпу брезгливым взглядом и осторожно стала спускаться по ступенькам, то и дело создавая противный скрежет своими металлическими шпильками.

Вторым вышел молодой парень, причем он чуть было не столкнул вниз впереди идущую особу, отчего у меня возникло смутное ощущение того, что они не очень ладят. Если честно, этот парень мне показался единственным похожим на нормального человека существом, вышедшим из автобуса. Хотя одет он был чрезвычайно пафосно для этого времени года, в шерстяной костюм-тройку серого цвета, черные ботинки и шляпу, как у доктора Ватсона. Глядя на его наряд, я чуть тепловой удар не получила, а он свободно ходил во всем этом при жаре в тридцать градусов! 

Следующего персонажа, а по-другому его назвать сложно, можно было описать в двух словах. И, боюсь, при детях их лучше не употреблять. Конкретно у меня претензий не было к нему никаких, ну просто не люблю я, когда парни надевают лосины с платьем, не по мне это. Да и посох с черепом и странный черный капюшон не добавляли ему шарма. А еще меня смутили длинные ногти и белые волосы. Хотя маникюр у него был что надо.

Черный гель-лак со стразами напоминал звездное ночное небо. Всегда хотела сделать что-то подобное со своими ногтями, но так и не решилась зайти в местный салон красоты.

А все из-за того, что рядом со мной частенько стекла бились, зеркала падали. Обычно эта тенденция проявлялась, когда я пыталась улыбнуться. Местные про это хорошо знали, поэтому, когда я останавливалась рядом с парикмахерскими, один из мастеров всегда выскакивал наружу, хватал щетку и начинал нещадно мести крыльцо. Я всегда уважала чужой труд, особенно когда за него брались так рьяно, поэтому пробегала мимо, снова и снова откладывая визит на неопределенный срок. Так что моего знакомства с красотой пока так и не случилось.

 Впрочем, как не случилось его и у полной женщины лет пятидесяти, вышедшей из автобуса последней. Не успела эта дама спуститься на землю, как толпа взорвалась бурными криками. Женщина же медленно выплыла к народу и под оглушительный рев толпы сразу начала всех благословлять. Мне она почему-то напомнила вездесущую бабу Любу с ее вечными сплетнями и постоянными дрязгами. Они даже одевались похоже. Та тоже любила жуткие кофточки из девяностых непонятной леопардовой расцветки и постоянно таскала кучу бижутерии. Вот только у приезжей мадам, судя по всему, украшения были настоящими.

Золотые кольца с гигантскими камнями украшали все десять ее пальцев, цепь в пять сантиметров толщиной плотно обвивала шею, а длинные килограммовые серьги, сделанные в виде непонятных символов, казалось, вот-вот оторвут женщине мочки ушей. Мне даже смотреть было больно на это чудо, и уж тем более не было абсолютно никакого желания благословляться у нее. Зато пара женщин с безумными глазами рванули к этой особе и, упав на колени, начали биться в истерике. Леопардовое чудо подняло два пальца вверх, что-то пробормотало, и две рыдающие дамы тут же стали целовать ей руки. И все это под вой ликующей толпы. 

Смотреть на этот цирк у меня не было никакого желания, и под возрастающий гул я попыталась покинуть данное мероприятие. Мне почти удалось это сделать, как вдруг меня кто-то окрикнул. Толпа притихла, а у меня по спине побежали мурашки. Печенкой я почувствовала, что на меня смотрят, причем как минимум человек сорок. Оборачиваться не хотелось. В голове даже мелькнула мысль прибавить звук в плеере и, не обращая внимания ни на кого, трусцой добежать до работы. Но отступать перед невидимым врагом – это не мой стиль, поэтому я скрепя сердце обернулась.

Оказалось, что окрикнул меня тот самый леопардовый одуванчик. То есть женщина, благословляться у которой мне очень не захотелось. Она смотрела на меня своим прожигающим взглядом и улыбалась. Обычно так улыбаются кредиторы, когда ты попал, причем не просто на деньги, но еще как минимум на квартиру. 

Но меня было не запугать. Помимо того, что я никогда не любила улыбаться, страдала редкой формой вредного любопытства, так я еще ничего не боялась. Ну вообще ничего, кроме тараканов. Да, да! Именно их! 

Хотя страхом это тоже назвать было сложно. Скорее, я испытывала к ним жуткую ненависть. Еще с детства я помнила, как эти мерзкие коварные существа, жившие на кухне у бабушки, ждали удобного момента, чтобы неожиданно выползти и напугать до смерти. Столько времени прошло, а я до сих пор с жуткой неприязнью вспоминала этих маленьких монстров.

Странно, но точно такие же чувства у меня вызывала эта женщина. Поэтому, обернувшись, я враждебно посмотрела на нее, а воспоминания о хитрых тварях прибавили выражению моего лица жутковатый оскал и тяжелый взгляд. Как раз именно из-за такой устрашающей мины многие местные жители называли меня за спиной не иначе как зверенышем. Приятного в этом было мало, зато если ночью ко мне приставал какой-нибудь подозрительный тип, пытаясь узнать, где здесь находится библиотека, врачам-психоневрологам работы прибавлялось, а я могла дальше спокойно продолжать свой путь.

Вот и сейчас я решила не жалеть новоявленную звезду колхоза и с удовольствием продемонстрировала ей свои таланты. Заметив, как дернулся глаз у женщины, я с максимальной вежливостью, на какую только была способна, мирно спросила, какого хрена ей надо.

Дальнейшей суматохи даже я не ожидала. На меня тут же полетели гневные окрики, проклятия и обвинения в том, что я позорю наш город при этой многоуважаемой, добрейшей и святой женщине, ангеле, сильнейшей целительнице и предсказательнице судеб, ведунье в десятом поколении госпоже Варваре.

Особенно старалась в проклятиях глава Комитета порядка гражданка Маргарита Осиповна, или просто Мымра. Эта худощавая блондинка лет сорока пяти, вечно жалующаяся на жизнь и ругающая местных хамов и тунеядцев, портящих статистику района, разве что с кулаками в бой не полезла. Видимо, постеснялась великой женщины, которая с любопытством смотрела на меня. 

Удивительно, но Маргарита Осиповна меня тоже заносила в категорию неблагонадежных элементов города. Но самым ужасным было то, что эта дама по совместительству являлась лучшей подругой моей матери. Она вечно давала ей советы по воспитанию, при этом часто критиковала меня и притворно жалела маму, ведь ей досталась такая ужасная нерадивая дочь.

Маргариту Осиповну ненавидели и боялись все, кроме меня. Я частенько мило подшучивала над ней, подкладывая в ее сумку различную живность, а после с моим фирменным выражением лица отрицала все обвинения. И, конечно же, я не забывала заметить на всех значимых мероприятиях, как замечательно выглядит госпожа Маргарита Осиповна для своего почтенного возраста. Возможно, именно из-за этих замечаний она люто меня ненавидела, но я просто ничего не могла с собой поделать. У меня были причины ее не любить.

Между тем предмет жаркой защиты местных поднял руку вверх и громовым голосом призвал всех к порядку. 

- Как тебя зовут дитя? – спросил леопардовый одуванчик.

Странно, но этот вроде бы простой вопрос заставил меня задуматься. Нет, свое имя я прекрасно знала, просто меня давно никто не звал по имени. Как говорится, я сама приходила, как неприятный сюрприз, как всем известная ложка дегтя, а точнее, целый половник.

- Да это Анька, дочка моей лучшей подруги Марии, - послышался мерзкий гнусавый голос Мымры, - не обращайте на нее внимания, ничего стоящего она собой не представляет.

- Ну, это не вам решать! Я явно что-то чувствую в девушке! - на распев проговорила госпожа Варвара, после чего, выдержав театральную паузу, взмахнула руками и медленно с чувством продолжила:

- Ведь даже в самом незначительном и не представляющем ничего ценного человеке есть искра Вселенной! Для каждого приготовлен свой путь, и никто не знает, куда он приведет. Будет ли это тропа великого человека или скромной матери семейства, ярого борца за идеалы света или спокойного рассудительного учителя, ведущего наших чад к истине, все дороги важны для гармоничного развития нашего мира!

Госпожа Варвара сделала паузу и опустила голову. Народ выдохнул. Целительница подняла лицо, обвела всех взглядом, после чего вытянула руки вперед и, улыбнувшись, вдохновленно прокричала в толпу:

- И вы все частички этого мира! Каждый из вас важен, каждый сыграет великую роль в развитии Вселенной! И эта девушка не исключение. Так что не бойся дитя, иди сюда! Э… А куда она ушла?

Глядя, как жители, раскрыв рты, внимали голосу Варвары, я решила не ждать у моря погоды, а воспользоваться ситуацией и совершить стратегическое отступление к огороду, разбитому рядом с площадью. Успешно добравшись до намеченной цели, я, замаскировавшись под сорняк, незаметно для всех слиняла.

Я ушла не потому, что испугалась. Просто, взглянув на ясновидящую, я все для себя поняла. Интересного она ничего из себя не представляла, а разглагольствовала похлеще Мымры. А лекций мне и так в последнее время читало слишком много народу. Хотелось тишины и какого-то позитива, что ли.

И пока новая городская достопримечательность медленно и с выражением читала проповедь о крупинках, бороздящих просторы вселенной, театрально размахивая руками и делая паузы по делу и без, я решила удалиться. Благо весь честной народ как заколдованный наблюдал за этим шоу и обо мне благополучно забыл. Ну а тихо и в нужный момент смыться у меня всегда получалось без проблем. 

После представления, устроенного экстрасенсами, я чувствовала себя как заряженная на полную катушку батарейка. Поэтому, чтобы хоть как-то отвлечься, я решила пойти в мастерскую и заняться там работой. Браться за очередной грандиозный проект, уже давно зреющий в голове и грозивший отнять у меня добрых полгода жизни, я не решилась, и, как потом показала практика, правильно сделала. Из-за нервного потрясения я никак не могла собраться, и это впоследствии не самым лучшим образом сказалось на моей работе.

Я несколько часов потратила на создание новых котят, однако в мои мысли то и дело вторгалась Варвара на пару с Мымрой, из-за чего вместо очаровательных созданий у меня получились жуткие монстры, больше походившие на порождения тьмы, чем на милых пушистых созданий. Хотя это было тоже не так уж и плохо. Их вполне можно было продать во время Хэллоуина. 

В конце концов, это местных старожилов ничего, кроме их вечных комитетских войн, не волновало, а школьная мелочь у нас всегда была впереди планеты всей и данный праздник очень любила. А после рекламы моего любимого племянника Роберта разобрала бы все, и глазом не успела бы моргнуть. Роберт Федорович у нас рос очень предприимчивым мальчиком. Лед зимой эскимосу смог бы продать. Из него получился бы неплохой бизнесмен. Ну или депутат. Как говорится, это как народу повезет. Но все-таки лучше бизнесмен.

Роберт часто рекламу местным моей мастерской устраивал и имел от меня за это небольшой процент. Правда, моя сестренка не одобряла нашего сотрудничества и часто кричала, что я порчу ей талантливого мальчика, и что с его мозгами ему прямая дорога в физико-техническое училище, а я мальчишке всякие вредные мысли подкидываю и пытаюсь заработать на его таланте. Хотя на самом деле это он подошел ко мне с предложением совместной работы.

Моя семья и другие жители города почему-то думали, что я бедствую, что не покупают ничего в моей мастерской. Что-то мне подсказывало, что отчасти к этому слуху приложила свою вездесущую руку любимая Мымра. Но как объяснить людям, что продажи я вела в основном через интернет либо выполняла заказы жителей коттеджного поселка, которые старались не афишировать свои предпочтения.

К тому же никто толком с ними не общался. Все видели в них врагов, а я - потенциальных покупателей. А ведь среди этих богатеев порой встречались очень интересные личности. Взять хотя бы Психа. Так я называла одного моего клиента, про себя, конечно. Я же не сумасшедшая, чтобы говорить подобное в лицо человеку, принесшему мне немало денег.

Так вот, этот мужик как-то раз попросил меня сделать статую с лицом жены в полный рост, а потом разбил ее в хлам кувалдой! И это при мне, мастере, который кучу времени убил на то, чтобы сходство было максимальным! Я-то наивная думала, что это подарок любимой на день рождения, или, может, они еще какую дату отмечают. А тут такое… Потом мужик, правда, извинился, деньжат еще подкинул за моральный ущерб, так сказать. И даже сделал потом повторный заказ, над которым я корпела последние несколько месяцев, вот только осадок в душе остался. 

А так чего только в моей мастерской не заказывали! Были и фигурки для сада в виде мифических животных, и различные репродукции греческих статуй и прочего исторического хлама, а однажды мне довелось создавать фонтанчик для одной мадам. Правда, долго он не прожил, но, как говорится, это уже совсем другая история.

Тем не менее, несмотря на все мои успехи, в народном сознании так и закрепился слух о том, что, кроме подростков, никто у меня ничего не покупает. Вот, жалели меня все кому ни попадя. Добрейшая Маргарита Осиповна даже предлагала работу уборщицы в школе, из жалости, конечно, к моей матери. Непутевая дочь у нее ведь выросла!

Естественно, я вежливо ей намекнула, что скорее съем ящерку из ее сумки, чем соглашусь на такую перспективную работу. На что Мымра очень обиделась, особенно на милую животинку, которую я случайно отследила, поймала и пристроила в необъятном кожаном мешке, который именовался дамской сумочкой. 

Но был во всем этом и положительный момент: ко мне со всякими взносами и пожертвованиями никогда не приставали. И вообще, жители лишний раз старались не лезть в мою личную жизнь. А я не лезла к ним. Можно сказать, между нами было полное взаимопонимание.

Вот с такими мыслями я часов до пяти провозилась с глиной, в итоге наделав кучку монстров, больше походивших на жертв Валуева, чем на симпатичных мохнатых котят. Зато неприятный осадок после утреннего приключения исчез. 

Взглянув на часы, я поняла, что пора потихоньку собираться и идти на семейный ужин, где должна была собраться вся семья: мама, отчим, бабушка, семья сестры, возможно пара-тройка соседок и, конечно, вездесущая Мымра. 

Вздохнув, я попыталась утешить себя тем, что смогу побольше узнать о прибывших персонажах и причине, которая привела их в наш маленький городок. Но даже это не смогло поднять мне настроение. 

Я понимала, что сегодня мне опять влетит. А все из-за этой Варвары. Наверняка Мымра уже успела рассказать о моих подвигах семье, а это значило, что меня ожидала очередная лекция о правилах поведения в обществе. “Опять мне косточки перемывать будут, припомнят все, начиная с младших классов!” – с грустью подумала я, решая, стоит ли вообще идти на семейный ужин. Но вспомнив о племянниках и отчиме, решила, что стоит. Я давно их не видела и страшно соскучилась. А неприятные разговоры… Что ж, мне к ним было не привыкать.

Я поспешила к дому бабушки, но все никак не могла выкинуть из головы мысли о съемочной группе, всей этой неразберихе на площади и странных людях, так неожиданно навестивших наш маленький городок. Не знаю почему, но мне казалось все это очень важным. 

Я не так часто проявляла интерес к событиям, происходящим вокруг. Мне всегда была ближе спокойная обстановка моего старого маленького дома на окраине, доставшегося в наследство от отца. И, конечно, я обожала проводить время в любимой мастерской, где я могла свободно творить и параллельно слушать жуткую музыку на полную мощность, пугая случайно зашедших посетителей. А тут во мне проснулось ненормальное желание вклиниться во всю эту историю и наделать шухера.

Я задумалась. Стоило ли делать это? С одной стороны, мне не нравились толпа и навязчивая гадалка, с другой – это был шанс хоть как-то поучаствовать в жизни города, заявить о себе, показать всем, что я еще существую. Такое желание у меня проявлялось крайне редко, зато потом весь городок вспоминал о непутевой дочке Марии и еще долго обсуждал мои приключения. 

Когда я подошла к двери, у меня снова возникло желание убежать, а потом сказать, что я заходила, но меня, видимо, не услышали, и мне пришлось отправиться домой. Но маневр не удался. Дверь распахнулась, и я оказалась в объятиях сразу двух своих племянниц: Милы и Лилы, моих любимых близняшек. Как они всегда узнавали, что я пришла, для всех было загадкой. Видимо, аура у меня такая, что за километр видно. 

И хотя обычные люди шарахались от меня как от прокаженной, племянницы почему-то не то что не боялись, наоборот, всегда приставали ко мне и забалтывали до потери сознания! И так с самого их рождения! Даже будучи малышками, они наперегонки ползали за мной и пытались что-то сказать на своем непонятном детском языке. 

Моя сестра Оксана или, как я ее в шутку называла, Печенька никогда не одобряла симпатии детей ко мне. Особенно ее раздражал тот факт, что ее любимый всегда серьезный сын Роберт не просто свободно общался с таким неблагонадежным элементом, как я, но еще и участвовал в его подозрительных и опасных для незрелой личности авантюрах. Она часто выговаривала мне из-за этого, но ничего поделать не могла. Дети продолжали общаться со мной, вызывая в ней бурю негатива.

Если подумать, мы с сестрой никогда не были близки. У нас разные отцы, она старше меня на пять лет. Сестренка рано вышла замуж и вот уже много лет с мужем жила в большом доме бабушки. Я же в шестнадцать лет решила жить отдельно в доме, доставшемся мне от отца. 

История нашей семьи была странной и запутанной. Когда-то у мамы были сложные отношения с первым мужем, отцом Оксаны, но по странной прихоти судьбы они снова сошлись и уже много лет жили вместе. 

Михаил Иванович – замечательный человек. Когда отца не стало, он взял все заботы о моем воспитании на себя. Отчим всегда хорошо относился ко мне. Порой у меня даже возникало чувство, что он единственный по-настоящему родной для меня человек. Когда я решила переехать, лишь Михаил Иванович был против. Но когда он понял, что уговорить меня остаться у него не получится, помог привести дом в порядок и приобрести все самое необходимое. 

Я действительно любила и уважала отчима. Ни к бабушке, ни к матери я таких сильных чувств никогда не испытывала. Иногда мне казалось, что только ради него я прихожу на эти кошмарные семейные собрания. Ну и ради племянников, конечно! Хотя они бывали порой очень надоедливыми. Чего только стоила идея фикс близняшек о моем преображении! Роберт мне по секрету сказал, что они даже одежду для этой цели прикупили. А сколько раз они гонялись за мной с косметичкой и феном! К счастью, я была выше, быстрее, сильнее! Правда, девочки росли, к тому же их было две, так что что-то мне подсказывало: недолго мне оставалось наслаждаться своим превосходством.

- Милана, Лилиана! А ну, быстро мойте руки и садитесь за стол! Аня, а ты опять опаздываешь! Сколько можно тебя ждать? Неужели так сложно хотя бы раз прийти вовремя?

М-да, моя сестра всегда испытывала странную тягу к необычным именам. Даже свое в паспорте поменять хотела, пока мама не убедила ее, что Оксана – тоже редкое и красивое европейское имя.

Вот и получилось, что у нас в семье жили Милана, Лилиана и Роберт Федоровичи. Имя своему мужу, кстати, Оксана тоже хотела поменять. На Эдварда, кажется, или Эдуарда. Не помню точно. К счастью, он оказался более вменяем, и настоял на оставлении своего имени в покое. 

- Бегу, Печенька! Кстати, Большой Мымр с подружками уже пришел?

- Сколько раз тебе говорить: не смей меня так называть! – крикнула сестра, не на шутку разозлившись на меня. – И нет, Маргариты Осиповны и других членов комитета сегодня не будет. Они помогают целительнице Варваре и другим экстрасенсам устроиться на новом месте.

- О, счастье! – радостно воскликнула я и подняла руки вверх, подражая Варваре.

Действительно, данное известие довольно сильно подняло мне настроение. У меня даже мелькнула мысль, что сегодняшнее семейное собрание пройдет довольно сносно.

- Прекрати паясничать! Нам и так сегодня пришлось несладко. Так опозорить нашу семью на глазах у всего города!

Оксана продолжала буравить меня своими глазами, пока я в прихожей отчаянно пыталась снять обувь. Сколько раз зарекалась брать сандалии на молниях! “Нет, в следующем сезоне точно возьму обувь на липучках!” – подумала я, после очередной неудачной попытки расстегнуть заевшую молнию.

- Не волнуйся, было бы при ком позорить. К тому же я не сделала ничего такого, за что ты могла бы меня так распекать! – нервно сказала я, безуспешно пытаясь отодрать сандалию от ступни.

- Ты ведешь себя как ребенок! Роберт гораздо ответственнее тебя! И когда ты, наконец, вырастешь и найдешь себе мужа! Перед соседями уже неудобно! – проворчала Оксана и вплотную подошла ко мне. 

Она еще несколько минут смотрела на мои мучения, но потом, не выдержав, стала помогать мне стаскивать проклятые сандалии, умудряясь при этом отчитывать по всем статьям. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы на помощь вовремя не пришел Роберт. Посмотрев на нас печальными глазами и буркнув что-то про детский сад на выезде, он одним движением снял приставучую обувь и исчез, сказав, что все нас уже заждались.

Вздохнув с облегчением, я побежала в ванную мыть руки. Вот только не рассчитала свою траекторию и нечаянно свинтила чугунную раковину с положенного ей места.

Брызнул красивый фонтан, окатив меня водой с головы до ног. Из гостиной послышался злой голос мужа сестры. До меня донеслись слова, смысл которых был “Опять?” и “Сейчас кто-то от меня получит!”. Только звучали они более красноречиво и не совсем цензурно. Пришлось тихонько бежать наверх, пока мужчина, матерясь, направлялся в ванную. Когда у Федора было такое настроение, лучше ему под руку было не попадаться, мало ли. 

Уже после того, как кран был починен, и я поменяла свой любимый темно-синий комбинезон на платье Оксаны, мы, наконец, сели ужинать.

- Ты просто ходячее бедствие! Как ты умудрилась свернуть чугунную раковину? На тебя давно пора повесить табличку: “Осторожно, злое цунами”! – недовольно ворчал муж сестры.

- Знаешь, Федя, шутить ты совсем не умеешь. Ну не дано это тебе! Как говорится, кому-то медведь на мозг наступил, и он теперь фанатеет по европейским именам, а кому-то в детстве кусок этого самого мозга вместо аппендикса удалили! - съязвила я.

- Так, хватит! Это мой дом, и все здесь будут вести себя прилично! – встряла в нашу перепалку бабушка и театрально хлопнула рукой по столу. - Сколько можно? Почему вы все время препираетесь? Если кому-то не нравятся мои правила, дверь вы знаете где! 

- О, сегодня я рано освободилась! Всем пока! – сказала я, вздохнув с облегчением, и вышла из-за стола.

- Сядь и прекрати паясничать! – закричала на меня сестра. - Вечно ты все превращаешь в балаган! Какой пример ты подаешь детям!

- Ах, мне плохо! Она доведет меня до инфаркта! Машенька, принеси водички и мое лекарство. 

Бабушка вышла из-за стола и аккуратно упала на софу. Притворно стоная, она закатила глаза и так надула губы, что, увидев их, Анджелина Джоли позеленела бы от зависти. 

- Да, мама! Вы только держитесь! Я сейчас! – запаниковала мама и начала носиться по дому.

И пока бабушка, как гениальная актриса, изображала из себя умирающую, а мама, заламывая руки и роняя слезы, рылась в шкафах, Михаил Иванович спокойно встал, взял баночку с таблетками со стола и протянул ее бабушке.

Все в семье, кроме, пожалуй, мамы, знали, что на самом деле это обычные БАДы. Бабушка, Алевтина Матвеевна, скупала их у различного вида жуликов просто в бешеных количествах, дабы продлить свою и без того неувядающую красоту и молодость. Естественно, тратила она на это удовольствие всю пенсию и еще требовала денег у семьи, ссылаясь на дочерний долг и свое слабое здоровье. И конечно же, отчим с Федором были от этого не в восторге.

А учитывая тот факт, что жизненно важное лекарство жутко смахивало на обычные желтые витаминки из близлежащей аптеки, никто не горел желанием тратить на них последние сбережения. Из-за этого бабуля часто устраивала сцены, изображая умирающую слабую женщину. И конечно, она жутко обижалась, когда вместо денег от меня получала лишь пожелания крепкого здоровья, ведь она так сильно сдала, бедная, несчастная старушка, живущая только благодаря лекарствам. 

Бабушка постоянно жаловалась на меня соседкам, рассказывая, какая у нее бессердечная и скупая внучка, у которой к тому же явные проблемы со зрением. Зато Федор и Михаил Иванович как-то подозрительно часто стали меня приглашать в гости, особенно перед получкой. Видимо, мои размышления о преклонном возрасте и таблетках напрочь отбивали у бабули желание скупать всякую дрянь.

Тем временем бабушка взяла таблетки и проглотила желтый шарик, запив его водой. Несколько минут повздыхав, Алевтина Матвеевна встала и вновь призвала всех к порядку, после чего мы, наконец, снова сели за стол. Вечер постепенно переставал быть томным, и семья, методично уничтожив курицу, ведерко картошки и тазик салата, начала обсуждать тему, которая так не вовремя разожгла во мне любопытство.

- Она просто невероятная, правда? – восторгались сестра с матерью. - Она вмиг раскроет это загадочное дело!

- Кто раскроет? – с интересом спросила я.

- Это же надо! Это случилось в каких-то нескольких километрах от нас! – не унималась мама.

- Что случилось, какие дела? – снова влезла я в разговор.

Неопределенность и обрывистые фразы начали меня немного нервировать.

- Может даже удастся пообщаться с ней после! – с восторгом заявила бабушка.

Меня явно игнорировали, и мне это не нравилось.

- Мам, ты же дружишь с Маргаритой Осиповной, а она как раз занимается размещением и всеми делами съемочной группы! Попроси ее устроить нам встречу! – радостно затараторила сестра. Казалось, еще чуть-чуть, и она выпрыгнет со стула.

 - Да, Машенька, ты же знаешь, какое у меня слабое здоровье! А встреча с провидицей Варварой мне точно поможет! Наверняка она сможет дать нам кучу важных советов, в том числе и что нам делать с этой твоей ходячей головной болью! – сказала бабушка, при этом как-то подозрительно посмотрела на меня.

Я обиженно фыркнула и, не церемонясь, пододвинула к себе тазик с оливье. Вывалив остатки салата на тарелку, я с упоением начала есть, параллельно прислушиваясь к разговору.

- Мам, ну ты же знаешь: хотя у Анечки и тяжелый характер…

- Весь в ее шального папашу! - вскрикнула бабушка и взмахнула рукой.

- Мама! 

- Что мама? Говорю как есть! А я тебе, дурехе, говорила: смотри к кому уходишь! Я, конечно, понимаю, что Мишка твой ни рыба ни мясо...

В этот момент мне стало очень больно. Я была не против того, что бабуля постоянно ругала моего отца, я все равно его совсем не помнила, но то, что они говорили такие вещи про дядю Мишу, вывело меня из себя. 

Меня буквально захлестнули эмоции, и я с криком “Хватит!” ударила обеими руками по столу. Все в недоумении уставились на меня, но в этот самый момент свет замигал, и любимая бабушкина люстра, ее гордость, рухнула в центр зала, проломив при этом дощатый пол. 

А дальше начался хаос. Бабушка упала в обморок, причем что-то мне подсказывало, что обморок на этот раз был настоящим. Мама носилась вокруг, протягивая руки то к люстре, то к нам, Федор увел детей и сильно испугавшуюся жену от греха подальше на второй этаж, и только Михаил Иванович спокойно подошел, оценил ущерб и, отключив электричество, начал разбираться с возникшей проблемой.

Спустя какое-то время, когда мама ушла в комнату присматривать за бабушкой, и мы остались наедине, я, вздохнув, сказала:

- Опять я испортила всем вечер.

- При чем здесь ты? – спросил дядя Миша, делая вид, что искренне не понимает, о чем я. 

- Не знаю почему, но куда бы я ни пошла, везде случаются какие-то неприятности.

- Ну, во-первых, этой люстре уже лет сто, она тяжеленная, и я давно хотел проверить крепление, но ты же знаешь любимую тещу. Вечно вопит, что это антикварная вещь, и она еще сто лет провисит, если всякие не будут лапать. А насчет раковины… Этот дом давно пора ремонтировать. Тут все буквально на сопляхдержится, но кто мне доверит такое ответственное дело! – Отчим улыбнулся, и на душе у меня как-то стало спокойнее.

- Ты же знаешь: я не про это говорю. Просто, когда я прихожу, все начинают ругаться.

- Послушай, я живу в этом доме, и поверь мне: ругаются тут постоянно! Ты просто бываешь здесь нечасто и уже отвыкла от этого. На самом деле я очень рад твоему приходу. И, скажу по секрету, Федя тоже. У нас с ним альянс по борьбе сама знаешь с кем. Но почему-то только тебе удается хоть как-то приструнить этого монстра, я уже не говорю о Маргарите Осиповне. Если бы не ты, она жила и ночевала бы у нас, а двоих их я просто не вынесу.

Настроение у меня заметно улучшилось, и я решилась задать вопрос, который мучил меня уже давно.

- А что это за история с экстрасенсами?

- О, счастливый человек! – сказал Михаил Иванович, закатив глаза и сделав серьезное лицо. – Если бы ты знала, как мне надоели разговоры обо всем этом. Уже неделю наши дамы только и говорят об этой Варваре и остальных. Я, о ужас, даже размер ноги ее могу тебе сказать! Еще и передачу какую-то заставили смотреть с ее участием. Все двадцать выпусков! Там маги сражаются и задания всякие выполняют.  

- И с кем сражаются? С привидениями?

- Если бы… С другими такими же!

- И как? Варвара там победила? У нее столько поклонников… – От любопытства я даже вытянулась вся.

- Ха, ха! Заняла пятое место! Уходя, еще и прокляла всех. А потом чуть оператору камерой в глаз не дала!

- Так это же интересно! Как, говоришь, программа называется?

- Чу! Еще тебя в это втягивать! Иди работай, а то подсядешь и станешь четвертым маньяком в нашей и без того неспокойной семье.

Отчим сделал страшные глаза и тихонько кивнул в сторону комнаты, откуда доносился приглушенный разговор мамы с бабушкой. Что-то мне подсказывало, что спать они сегодня не скоро лягут, а мне будет икаться до конца месяца…

- А другие приезжие, кто это?

- Парни тоже из этой передачи, только с других выпусков, то есть сезонов. Один даже в десятку не вошел. Это который в платье ходит и волосы отрастил, прям как баба, честное слово. Второй вроде бы седьмым стал. Он даже не экстрасенс, а этот, как его, ну наблюдает, всякие умозаключения делает, как Шерлок Холмс. 

- Менталист, что ли?

- Да, металлист. Что смешного? 

Отчим с удивлением смотрел, как я дико хихикаю, но я ничего не могла с собой поделать. Все напряжение тяжелого дня как рукой сняло. Впервые за долгое время я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Только общаясь с дядей Мишей, я могла полностью расслабиться, ведь, если так подумать, он был для меня не просто человеком, заменившим отца, но и настоящим другом.

Кое-как взяв себя в руки, я решила узнать все досконально. В конце концов, эта история стала меня захватывать все больше. Я даже начала подумывать, а не отправиться ли мне на съемки передачи. Что я теряла, кроме времени, которого у меня и так было навалом?

- А девушка?

- Какая девушка?

- Та, которая похожа на Эльвиру, повелительницу тьмы.

- Ха, нашла кого вспомнить! Хотя да, что-то похожее есть. Я точно не знаю, но Оксана говорила, что она специалист на каком-то там мистическом проекте, вроде народ по телефону консультирует. Ха, магическая помощь по телефону! И на что только народ не ведется! Ты только о нашем разговоре дамам не рассказывай, а то узнают и заклюют. Или еще хуже, заставят смотреть еще и эту чушь. 

После торжественного обещания не выдавать врагу наших тайн, мы еще немного поговорили о доме, который скоро развалится, и люстрах, так не вовремя срывающихся вниз. Вот если бы она упала, когда любимая теща перед телевизором занималась своим новым увлечением - фитнессом…

Потом разговор зашел о моих делах. Мне было очень приятно, что хоть кто-то поддерживает меня в моих начинаниях. В итоге я ушла домой жутко довольная, не забыв прихватить с собой в дорогу остатки картошки с курицей. Ну и пирог, до которого дело так и не дошло. Не пропадать же добру.

Утром меня, как обычно, разбудил будильник, который в суматохе предыдущего дня я забыла отключить. Данный факт меня не очень обрадовал, учитывая, что легла я спать часа в четыре утра, рассчитывая встать не раньше часа следующего дня. 

Спросонья я решила, что настал понедельник, и потихоньку начала собираться на работу. К сожалению, то, что сегодня суббота, и торопиться мне некуда, сообразила я, только допивая в коридоре третью чашку кофе, попутно пытаясь надеть свои треклятые сандалии.

Сначала я безумно обрадовалась, осознав свою ошибку, и даже хотела снова лечь спать. Но, немного подумав, философски решила, что это судьба, а значит, я просто обязана отправиться выяснять, где будут проходить заветные съемки. 

Знать это могли многие, скажем, Маргарита Осиповна, но у нее я уж точно не хотела спрашивать. Был еще вариант поговорить с бабушкой. Она и мама были дружны с Мымрой и наверняка многое знали, но после вчерашнего лишний раз появляться перед бабушкой, да и еще вести с ней светские разговоры, не хотелось. 

Оставалась вездесущая баба Люба. Что-то мне подсказывало, что она не только знает, где пройдет интересующее меня мероприятие, но и сколько там будет человек, до какого времени будут снимать передачу, и даже результат проводимого расследования. 

То, что это будет именно расследование, я не сомневалась. Вот только не могла понять, что именно будут выяснять. Но раз позвали гостей из столицы, значит, случилось что-то по-настоящему серьезное. “Эх, мой замкнутый образ жизни опять дал о себе знать! – с грустью подумала я. – Совсем перестала замечать, что происходит вокруг. С таким же успехом в мой двор мог упасть метеорит, а я бы это заметила, лишь уткнувшись в этот самый метеорит носом! И то не факт”.

Я вышла из дома, твердо намереваясь найти бабу Любу. Хорошо зная уборщицу, я могла поклясться, что при встрече она сама все расскажет. Причем не только о том, что меня интересует, но и обо всех значимых событиях, случившихся в городе за последние пять лет. Главное, успеть смыться раньше, чем мозг, не выдержав потока информации, сломается, и сознание решит покинуть неблагоприятное место. 

Я задумалась. Была суббота, соответственно, администрация не работала. Время было раннее, а это значило, что, скорее всего, баба Люба находилась в магазине. И даже возможно распивала чаи с Зинаидой Игоревной в подсобке, делясь с подругой очередными городскими сплетнями. 

Конечно, она также могла присутствовать на очередных разборках Ивановых с Шиловыми, но ора слышно не было, и народ не бежал к месту побоища. Поэтому эта версия отпадала. Был еще вариант, что она присматривает за экстрасенсами, хотя, с другой стороны, у нее и так вчера целый день на это был, а работа все-таки требует присутствия работника на месте хотя бы иногда. А у нее, как я помнила, время подходило как раз в магазине убираться. 

Сменщица у бабы Любы так и не появилась, и это неудивительно. Любовь Анатольевна ревностно охраняла свои владения, безжалостно уничтожая конкурентов, время от времени метящих на ее место. 

Значит, надо было идти именно туда. Заодно можно было и вредной провизией запастись, а то в холодильнике царила пустота: вчерашнее угощение я уже успела практически полностью уничтожить. Да и с Зинаидой Игоревной стоило пообщаться, мы давно не виделись, а она могла тоже что-то знать про всю эту историю с экстрасенсами. В конце концов, слухи наверняка ходили давно и все жители хотя бы в общих чертах знали о ней. Вот и получалось, что единственным человеком, до сих пор остававшимся в неведении, была я. 

С такими мыслями я медленно, но верно двигалась к заветному магазину, месту, где я провела не самые счастливые месяцы жизни. Но зато именно здесь я поняла, что никогда, даже под страхом голодной смерти, не буду разрешать помогать родственникам найти мне работу. И как бы ни уговаривали, ни называли неблагодарной, ни говорили, что упускаю невероятный шанс, за которым гоняются сотни других людей, все равно буду стоять на своем, а Маргариту Осиповну откровенно слать на хутор к колорадским жукам.

Еще здесь я подружилась с Зинаидой Игоревной, и даже после моего увольнения мы продолжали общаться, хотя это и было странно, учитывая, что она мне в бабушки годилась. 

Если честно, я была бы счастлива, если бы она была моей бабушкой. Нормальной, без претензий. Немного ворчливой, зато без тонны косметики, автозагара, накладных ногтей, которая не боялась бы своего возраста и спокойно воспринимала мой довольно-таки мрачный юмор, жуткий характер и замкнутый образ жизни. Но, как говорится, мечтать не вредно.

Открывая дверь магазина, я не сразу заметила какую-то странную тишину вокруг. Обычно тут даже в самые безлюдные часы было довольно шумно. То продавцы громко обсуждали последние новости, то грузчик, не совсем цензурно выражаясь, объяснялся с директором, куда делись несколько пунктов из накладной, то просто какая-нибудь очередная покупательница жаловалась на недостаток пенсии или зятя-алкоголика. А сейчас вокруг стояла подозрительная тишина, и это было не к добру. 

Удивленная непривычной обстановкой, я стала озираться по сторонам. Но, не пройдя и пары метров по залу, споткнулась о чью-то тележку и полетела в сторону пирамиды из банок, так не вовремя возникших в центре прохода.

Первой моей мыслью было: “Прощай паллета с баклажанной икрой, и ты – моя с таким трудом полученная зарплата!”

Второю мыслью я попрощалась с сандалиями и даже начала выбирать фасон будущей обуви, когда чей-то злой голос вывел меня из состояния комы.

- Ну и долго ты виснуть на мне будешь?

Немного отдышавшись, я осторожно открыла правый глаз. Первым делом я заметила, что банки с икрой не разбились вдребезги, я не лежала на полу, и, что удивительно, моя обувь осталась цела. Это меня довольно сильно обрадовало, и, открыв второй глаз, я тихо произнесла:

- Хм. А сандалии все-таки уцелели.

- И это все, что ты можешь мне сказать? – послышался недовольный голос откуда-то сверху.

Я подняла голову и только тут заметила, что меня держит за талию какой-то мужик, причем довольно симпатичный. Высокий и сильный – он вполне мог бы мне понравиться, если бы не его разъяренный вид. Даже не так. Мужик был просто в бешенстве, к тому же мои последние слова этого типа явно не обрадовали, учитывая с какой злобой сверкали его синие глаза.

“Блин, какие мы нежные!” – подумала я, уставившись на парня. Он мне кого-то напоминал, но я никак не могла понять, кого именно. Где-то в глубине души я понимала, что в данной ситуации вот так открыто рассматривать незнакомого человека невежливо и нужно хоть как-то поблагодарить его.  Ведь получается этот мужик меня спас, не дав обрушиться на гору стекла с жутковатой жидкостью цвета детской неожиданности. Ничего не придумав лучшего, я произнесла:

- Спасибо, что не дали убиться о вашу тележку.

От моих слов у мужика вытянулось лицо, а волосы встали дыбом. Он явно не на такую благодарность рассчитывал. Пробурчав что-то типа “стерва прилизанная”, спаситель разжал руки и с чувством глубочайшей обиды направился вглубь магазина. 

Я даже расстроилась от его слов. С чего это я прилизанная? У меня была очень даже пышная темная шевелюра, и многие девушки мне втихаря завидовали. Да, чтобы волосы не портились, я мыла голову раз в неделю, а то и реже, но это не давало никакого права этому мрачному типу говорить мне подобные вещи. Тоже мне, стилист облезлый!

Я обиженно фыркнула и посмотрела на свою обувь. Все-таки какая-то она у меня не убиваемая была, заговоренная! Я в ней и в дождь, и в грязь бегала, и ничего! Даже в нашу подсобку в ней можно было смело спускаться, не боясь напороться на гвоздь или торчащий из стены штырь.

Невольно я вспомнила о цели своего путешествия, и, решив выкинуть из головы противного типа, я двинулась дальше, попутно спросив у новенькой продавщицы, моей бывшей одноклассницы, здесь ли Зинаида Игоревна. 

Получив утвердительный ответ, я сразу же уточнила и по поводу Любови Анатольевны, которая тоже оказалась на месте. Вот только что-то не понравилось мне в ее взгляде, и только тут до меня начало доходить. 

Незнакомый мужик, все ведут себя тихо, значит, именно за ним велось пристальное наблюдение. Скорее всего, этот тип был одним из работников съемочной группы и люди в магазине решили устроить за ним тотальную слежку. А тут я явилась, и, как обычно, принесла с собой разрушения, при этом окончательно испортив настроение этому и без того мрачному типу. 

Задумавшись, невольно я снова взглянула на своего спасителя, недовольно катившего тележку по направлению к кассе. И тут же наткнулась на его довольно-таки пристальный взгляд.

“Вот ведь смотрит! Прям взглядом раздевает. Аж не по себе… Уважаемый, еще немного - и вы на мне дыру протрете!” – подумала я, но, заметив, как мужик покраснел и недобро так хрустнул костяшками пальцев, поняла, что нечаянно это вслух сказала. Мудро решив не искушать больше судьбу, я решительно и на всякий случай бегом стала спускаться в подсобное помещение.

Оказавшись внизу, я оглянулась и с неудовольствием заметила, что после моего увольнения здесь ничего не изменилось. Повсюду властвовали темень, сырость и бардак. Все как всегда. Видимо, любимый директор за все это время так и не соизволил сюда спуститься хотя бы разок, в качестве шоковой терапии.

Пробираясь по темным закоулкам коридора, освещенного лишь мерцающей лампочкой Ильича, я раза три смачно выругалась, налетев на груды коробок с товаром, разбросанных нерадивыми грузчиками в самых неожиданных местах. Пару раз мне показалось, что чьи-то злые глаза смотрят на меня, решая, похожа я на еду или нет.

“М-да! Деньги на тренинги и семинары нашел, а вот пару тысяч на отраву для грызунов и нормальное освещение зажал, предприниматель хренов!” – вспомнила я добрым словом любимого директора, очередной раз споткнувшись обо что-то, выросшее прямо по среди дороги. Чудом не сломав ногу о ящик с водкой, коварно вставший у меня на пути, я, наконец, добралась-таки до заветной комнаты товароведа. 

- Привет, Анечка! –  послышался голос бабы Зины из приоткрытой двери. – Заходи! 

- Как вы узнали, что это я? – недовольно буркнув, ответила я, вваливаясь в кабинет.

- Тебя было слышно, еще когда ты только в магазин зашла! Хоть одна коробка осталась цела в коридоре? А в зале что? Надеюсь, ущерб не очень большой?

Несмотря на серьезное выражение лица, глаза Зинаиды Игоревны улыбались.

- Учти, за испорченный товар возьму с тебя по розничной цене! Будешь знать, как казенное добро изничтожать!

- Не дивчина, а напасть какая-то! – включилась в разговор Баба Люба. – Когда ж управа на тебя найдется! Всех потенциальных женихов распугала!

- Ладно, садись, чаевничать с нами будешь! А то все кофе хлебаешь, а он вреден для сердца! Попробуй чаю из шиповника с медом! Такой ты ни в одном своем кафе не попробуешь, его Любовь Анатольевна по особому рецепту настаивает! – улыбнулась баба Зина и достала для меня чашку.

- Так, что у нас тут? Чай, печенье, а под столом коньяк. И рюмочки уже подготовлены. Что у вас случилось? Опять депрессию лечите? Что, шеф снова буянит? – сказала я, поднимая чашку и с удовольствием вдыхая аромат шиповника.

 Действительно, так готовить чай, как наша Любовь Анатольевна, не мог никто. 

- Сегодня не грех и выпить! – спокойно ответила Зинаида Игоревна. – Моего Антошку поминаем. Двадцать лет как нет его!

- Ого, извините. 

- Ничего. Ну, девки, помянем моего ненаглядного! - сказала она и достала еще одну рюмку.  Мы выпили, не чокаясь, после чего еще несколько минут молчали. Первой не выдержала баба Люба.

 - А все-таки гнилой человек наш директор! Все ему неймется! Форму какую-то срамную решил вести для всего персонала, ирод, даже мне какой-то балахон подобрал! – лютовала баба Люба, ударив рукой по столу. – Видите ли, фирменный стиль одежды помогает добиться финансового успеха и лояльности со стороны клиентов, кажется, так он вещал давеча.

Потом последовал рассказ о прошедшем вчера вечером совещании и о новом увлечении директора семинарами какого-то модного столичного бизнес-тренера, выдержки из которых наш шеф полтора часа вдохновленно цитировал сонным сотрудникам. 

Плавно разговор переключился на ленивых грузчиков, из-за которых столько проблем, и на весь персонал магазина в целом. В частности, досталось бедной новенькой, моей бывшей однокласснице, которую обвинили в высокомерии и крайней степени тупости из-за того, что она, не посоветовавшись со знающими людьми, полезла к зависшему кассовому терминалу и каким-то непостижимым образом умудрилась доломать его окончательно.

Я встрепенулась и стала ждать, когда же разговор перейдет к интересующей меня теме. Наконец, заметив, как я ерзаю на стуле, Зинаида спросила: 

- Анечка, а как у тебя дела? Что тебя привело к двум старым скучным бабкам?

- Говори за себя, коза старая! – обижено фыркнула Любовь Анатольевна. – Лично я еще свежа как роза, и спокойно заткну за пояс всяких малолетних козявок!

Зинаида Игоревна засмеялась и, подмигнув мне, добавила:

-Да, конечно! Гербарий из тебя вышел первоклассный!

Баба Люба замахнулась на подругу, но решив не портить чаепитие, выжидающе посмотрела на меня. Не зная, что толком сказать, я призналась, что мне очень хочется узнать о съемочной группе, о причине их приезда и главное – где будут проходить съемки. На всякий случай добавив, что, кроме нашей очаровательной, мудрой, юной бабы Любы, такой информацией вряд ли кто владеет. Моя уловка имела успех. Победно сверкнув глазами, баба Люба начала рассказывать.

- Ну, причина – дело всем известное. Все-таки два трупа за три месяца в коттеджном поселке… И оба молоденькие такие, еще восемнадцати годков им не было. 

У меня отвисла челюсть. Как я такое могла пропустить! Ведь об это, наверное, на каждом углу судачили все, кому ни попадя! 

- А давно это случилось? – робко спросила я, заранее ожидая понятной реакции. 

- Ну, девонька, ты меня удивляешь! – сказала рассказчица и обреченно махнула рукой, давая понять, что со мной и так все ясно. – Скоро сорок дней пройдет, как второй погиб. 

- А при чем тут экстрасенсы? Тут надо следственную группу вызывать.

- Ну вы посмотрите на нее, сама ни сном ни духом, а туда же, советы давать! – Любовь Анатольевна замахнулась на меня плюшкой, но потом передумала калечить ни в чем не повинное хлебобулочное изделие о мою голову и решительно продолжила: – Была следственная группа, дети же не простые, с нашей местной Рублевки. Ты думаешь, на честно заработанные деньги их родители такие хоромы отгрохали?

Я нервно сглотнула. Вокруг столько всего интересного происходило, а я заперлась в четырех стенах и ничего не замечала! Все последний заказ этого психа с кувалдой, будь он неладен! Хотя этот богатей был довольно щедрый. И вроде обещал мне еще пару-тройку заказов подкинуть… 

- Все списали на несчастные случаи, - продолжила рассказчица, - естественно родственники начали возмущаться, своих экспертов наняли, но и те подтвердили предварительную версию. 

- А, может, оно так и было? – робко спросила я.

- Ага, как же! А как же тогда Черная женщина? 

- Какая? – я чуть не подавилась от неожиданности.

- Черная! Как рассказала выжившая девушка, последняя из этой троицы, перед этим они видели в лесу Черную женщину. После этого с ними стала происходить всякая чертовщина. А через сорок дней при таинственных обстоятельствах погиб первый парень. Еще через сорок дней – второй. Через четыре дня наступят очередные сороковины, и родственники боятся за девушку, вот и вызвали экстрасенсов. Говорят, ее брат из-за этого всего какую-то важную сделку прервал и из столицы сюда приехал, хотел девчонку за границу увезти, а она ни в какую – боится. А съемки эти близкие первого погибшего парня организовали, хотят правды. Вот такая история.

- Да, - задумчиво сказала я, - что-то тут не сходится. Я часто гуляю в лесу и никаких призраков ни разу не видела. А я неприятности, сами знаете, с какой регулярностью нахожу себе на пятую точку. Может, просто грибы незнакомые детишки поели? Да и болотный газ - не самое полезное вещество на свете.

- Тьфу на тебя. У людей горе, а она паясничает тут!

Баба Люба замахнулась на меня ложкой, но я ловко увернулась. Опыт домашних посиделок сказался. 

- А съемки когда происходить будут? 

- Завтра первый съемочный день.

- Так завтра воскресенье! – удивилась я.

- И что? Тут времени осталось мало. Вот и торопятся побыстрее все провернуть.

- И вы что действительно верите, что с ней тоже что-то случится? Просто меня терзают какие-то смутные сомнения… – недоверчиво спросила я.

Мне вообще казалось, что вся эта история попахивает каким-то бредом. Мир как будто сошел с ума. Призраки, проклятья, странные леопардовые одуванчики из девяностых.

- Это не я, сама Варвара сказала!

“Кошмар!” – подумала я. – “Даже Любовь Анатольевна поддалась чарам этой Варвары!”

Я с грустью посмотрела на Зинаиду. Та лишь легонько улыбнулась и незаметно подмигнула мне. У меня сразу отлегло от сердца. Хоть один здравомыслящий человек в нашем городе остался, не считая отчима. Он, к счастью, тоже во всю эту сверхъестественную чушь не верил. Но ведь сама история была такой интересной! Затевалось что-то грандиозное и без меня! Нет, я обязательно должна была узнать, где будут проходить съемки.

- А где буду завтра снимать? – спросила я и с надеждой посмотрела на Любовь Анатольевну. 

Та же, заметив мою заинтересованность, усмехнулась, сделала серьезный вид, и перевела разговор на новый конфликт двух небезызвестных семейств.

Такой подлости я не ожидала, поэтому решила действовать решительно. Сосредоточившись, я сделала жалостливое лицо, открыла глаза шире и попыталась повторить фирменный взгляд своих племянниц, который те использовали, выпрашивая у родителей деньги.

Нервы бабы Любы оказались не такими уж и стальными, учитывая, как быстро она подавилась плюшкой и, хватаясь за край стола, признала свое поражение. Свет при этом как-то подозрительно замигал, где-то вдали послышался протяжный вой, а рядом с нами треснула бутылка, причем, судя по звуку, не одна.

- Так, опять вредительством начала заниматься? – дав мне подзатыльник, гневно крикнула Зинаида Игоревна. – Учти, проверю ущерб и на тебя запишу! Хрен что тебе продадут здесь, пока не погасишь долг! Или не отработаешь!

Последняя угроза на меня подействовала. Все-таки свежи еще были воспоминания об адских трудовых буднях работника торговли. Я обиженно фыркнула и, нахмурившись, произнесла:

- Да что я сделала? Я тут с вами сижу, ничего не трогаю.

- Аура у тебя такая, все крушить, да разрушать! – откашлявшись, сообщила баба Люба. - Горе, а не девка. Что же делать нам с тобой? Хоть священника приглашай! Ладно, слушай. Знаешь, недалеко от города коттеджный поселок незаконно возвели, с хоромами трехэтажными, небось на деньги ворованные…

- Баба Люба! 

- Да говорю я, говорю. Ну, так вот, там, в доме семьи Кузнецовых, где первый паренек погиб, снимать будут. 

- А как на сами съемки попасть можно? Может, в массовку записаться как-то, или в помощники?

Знаю, вопрос глупый, наверняка у них там все давно было схвачено, но зная Любовь Анатольевну, я бы не удивилась, если бы она через свои связи смогла меня протащить. Она у нас такая, везде лазейку найдет.

- А ты к часам восьми утра подойди к пропускному пункту, подожди, а как автобус с экстрасенсами увидишь, не теряйся, привлеки внимание. Госпожа Варвара, уж не знаю почему, на тебя глаз положила. Не убеги ты с собрания, смогла бы с ней пообщаться, глядишь, изгнала бы она из тебя демона.

В этот момент подзатыльник получила уже сама рассказчица. А после Зинаида Игоревна с невинным видом налила нам полные рюмки коньяка. Да, с ней шутки были плохи. Даже директор старался лишний раз не связываться с грозным товароведом!

- Да шучу я, шучу! Тоже мне, разбушевалась, подругу лупит почем зря! - обиженно произнесла баба Люба, поднимая рюмку. – Я же из добрых побуждений, глядишь – наконец человеком станет.

- Не надо нам таких советов. А ты гляди, девка, не к добру эта Варвара появилась, остерегайся ее! – сказала с серьезным видом Зинаида Игоревна, глядя на меня.

- Ладно, ладно! Не переживай так! Я уже большая девочка! – улыбнувшись, попыталась успокоить я женщину, а после добавила: - Вот только как мне внимание привлечь? И позволит ли она мне пойти с ними? 

- Ну, привлечь внимание ты сможешь без проблем. Метеорит, там, на автобус пошли, или землю тряхни немного! - засмеялась Любовь Анатольевна, уворачиваясь от очередного шлепка. - А то, что с собой возьмет – к гадалке не ходи, уж больно она интересовалась твоей скромной персоной. И Маргариту Осиповну о тебе постоянно расспрашивала. И даже просила на съемки передачи позвать, но Мымра стала отбрехиваться, что ты не согласишься, якобы нелюдимая очень. Но под напором Варвары все-таки пообещала, что после обязательно поговорит с тобой и устроит вашу встречу, на том и порешили.

- Любовь Анатольевна, вы просто чудо! Спасибо за чай баба Зина! Я еще загляну, расскажу, что было на съемках, а сейчас мне пора! – радостно сказала я, резко вскочив из-за стола и опрокидывая стул.

В своих мыслях я уже представляла, как исказится лицо Мымры, после моего торжественного восхождения в заветный автобус, когда меня окликнули.

- Стой, куда это тебя понесло, давай хоть провожу, а то разнесешь все, что осталось целым в коридоре. 

Баба Зина поднялась, взяла меня за руку, и мы направились к выходу из подсобки. Как только мы оказались вне зоны видимости Любови Анатольевны, она мне тихо прошептала:

- Будь осторожна, не нравится мне эта история. Что-то здесь не так и не к добру народ лишний приехал. Чувствует мое сердце, ничем хорошим это не кончится. 

- Не волнуйся… - хотела было возразить я, но Зинаида Игоревна резко оборвала меня и продолжила:

- Береги себя и старайся не лезть туда, куда не просят. Эти приезжие не понимают, что не стоит тревожить мертвых. Не будет добра от этого. И помни: лучше не трогать то, что однажды было похоронено. 

Баба Зина как-то очень долго и внимательно смотрела мне в глаза, от чего мне стало не по себе. Мне тоже казалось многое странным в этой истории, но уж если наш товаровед меня остерегает, значит должно случиться действительно что-то страшное. Чутье Зинаиду Игоревну никогда не подводило, но почему она так волновалась за меня, чего я не знала?

Спала я очень плохо, мне всю ночь снились кошмары. На рассвете я резко проснулась и села на кровать. Минут пятнадцать смотрела немигающим взглядом на стену, не понимая, где я и что происходит. Сердце бешено стучало, меня била дрожь, но вспомнить, что же такое мне снилось, я так и не смогла. 

Немного успокоившись, я снова попыталась уснуть, но ничего не вышло. Когда, наконец, пришло время вставать, я чувствовала себя просто ужасно. Скользнула даже мысль: плюнуть на все и никуда не ходить, заняться делами, выспаться, в конце концов. Но что-то не давало мне покоя. Это противное чувство заставило меня вылезти из кровати, выпить чашку кофе и начать одеваться.

Я все пыталась вспомнить, что же мне снилось, но в голове крутилась лишь одна фраза: “Не стоит тревожить мертвых!”

Я не понимала, что это значит, и это бесило меня. Так и хотелось поблагодарить добрым словом Зинаиду Игоревну. “Это точно все из-за ее страшилок!” – раздраженно буркнула я, хотя что-то мне подсказывало, что коньяк тоже сделал свое дело. И не только он. Еще и вино. Я купила его и еще кучу всяких вкусняшек после встречи с Зинаидой Игоревной и Любовью Анатольевной.

А что? Был замечательный субботний денек, мне захотелось расслабиться. Поэтому накупив всякой снеди, я отправилась домой и устроила себе киномарафон, состоящий из разных ужастиков. И вот теперь с похмелья после бессонной ночи мне приходилось идти фиг знает куда для хрен знает чего. Проклятое любопытство! 

Я грустно посмотрела в окно. Утро выдалось пасмурным, казалось, вот-вот и начнется дождь. Погода просто идеально отражала мое настроение. “Ну, хоть от жары страдать не придется!” - подумала я и отправилась в путь.

Возвращалась домой я три раза. В первый раз я вспомнила, что забыла зонтик. Второй раз пришлось вернуться за рюкзаком, который случайно оставила дома, когда забирала зонтик. В третий раз я вернулась, чтобы проверить утюг. Я почему-то решила, что оставила его включенным в розетку, и лишь дома поняла, что сегодня вообще ничего не гладила.

Плюнув, я села на кушетку и оглядела все задумчивым взглядом. Глубоко вздохнув, я встала и, схватив рюкзак, не оглядываясь, вышла из дома.

Направляясь в сторону дороги, я заметила, как недалеко от моего жилища крутится на редкость толстый пушистый черный кот. Он показался мне смутно знакомым. “Наверное соседский”, – подумала я, хотя раньше его здесь никогда не видела. 

 - Кормить не буду, это точно. Ты и так упитанный, а то будешь еще постоянно ко мне лазить! – сказала я, обращаясь к коту.

Тот как будто понял мои слова. Внимательно оглядев меня с ног до головы, он фыркнул и рванул к остановке, перебегая дорогу во всех возможных направлениях. 

- Ну, просто замечательный знак! Прям и погода класс, и приметы все мне добро дают, если еще кто-нибудь мимо с пустым ведром пробежит, будет вообще комбо! Что ж, не будем разочаровывать судьбу, вперед и с песней! – обиженно обратилась я, сама не зная к кому. 

Настроение мне не улучшил ушедший прямо перед носом автобус. Понимая, что следующий будет только через полчаса, я села на лавку и стала наблюдать за каплями дождя, радуясь, что все-таки вернулась за зонтиком.

Ехать предстояло около двадцати минут, а это значило, что к проходной я вовремя не успевала. А без съемочной группы и пропуска в коттеджный поселок охрана меня бы точно не пустила. 

Можно было, конечно, позвонить Психу. Он вроде был неплохим человеком и запросто провел бы меня внутрь, но, если честно, очень не хотелось его видеть, особенно сегодня. 

“Нет, к нему я точно обращаться не буду! – решила я про себя. - А то вдруг к себе позовет, работы подкинет, или начнет опять про свою жену трындеть. Тогда я не то что на съемки, домой до ночи вряд ли попаду. Что ж, придется задействовать план Б”.

Данным планом частенько пользовались многие жители городка, когда возникала острая необходимость. Ведь это только с виду коттеджный поселок был неприступен как средневековая крепость, но по факту местные знали, как в случае чего можно было туда незаметно попасть. И, конечно же, я не была исключением.

А виной всему было озеро, на берегу которого очень любили отдыхать летом жители. Вот только из-за продажи участка и дальнейшей застройки короткий путь туда оказался перекрыт, а в обход добираться до заветного места было очень проблематично. Люди были очень возмущены, пытались протестовать, но только толку от этого было мало. И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы местные мальчишки не нашли лазейку к заветному водоему, а точнее, множество туннелей, ведущих к озеру, в лес, в самый центр поселка и еще хрен знает куда.

Никто не решился до конца их исследовать. Непонятно сколько лет было этим ходам, кто и зачем прорыл их, но факт оставался фактом – они были. Но пришлым об этом знать, конечно, не следовало. Как и некоторым активистам, на подобии Маргариты Осиповны.

Может, именно из-за этих туннелей строительство в этом месте было долгое время запрещено. Но пришел капитализм, и все запреты сняли. Мне почему-то казалось, что деньги сыграли в этом деле не последнюю роль. У застройщика из-за этих ходов была куча проблем: то техника проваливалась, то построенный дом “плыл”. 

“Интересно, жителям рассказали об этих особенностях местности? И о сюрпризах, которые могут их ожидать?” - подумала я, вспоминая о таинственных ходах. Что-то мне подсказывало, что нет.

Оставалась еще одна проблема. Надо было еще как-то найти необходимый дом. Как-то этот момент я упустила. Ну не спрашивать же у каждого встречного, в каком доме жил парень, которого убил призрак. Тем более, судя по слухам, этих парней было двое. Хотя с другой стороны, я могла просто погулять по улицам, понаблюдать, куда сбегаются любопытствующие. Или поискать на дороге автобус телевизионщиков. 

Вскочив с лавки, я начала нервно бегать вокруг остановки, решая, как же все-таки поступить. Черный кот, прибежавший сюда ранее, с любопытством наблюдал за мной, но не подходил.

Видимо, я не казалась ему перспективной жертвой. Будь я лет на тридцать старше, или на двадцать моложе, или, на худой конец, держала бы в руках гигантским пакет с едой, может, и стал бы тереться и выпрашивать вкусняшек.  А так – время еще на меня тратить. 

Наконец вдали замаячил силуэт автобуса. Решив, что много думать вредно, и проблемы следует решать по мере их поступления, я подскочила к краю дороги и замахала руками. 

Основной задачей сейчас было незаметно пробраться в поселок, а там уже можно было действовать по обстоятельствам. “А что, прогуляюсь, полюбуюсь на дома хозяев жизни, может, и наткнусь на толпу зевак и автобус съемочной группы. А дальше просто затеряюсь в толпе. Главное, чтоб меня не заметили леопардовый одуванчик и Мымра. Не хочу с ними общаться!” – решила я, запрыгивая в автобус.

Но незаметно пробраться не удалось. Выйдя из транспорта, я направилась вдоль поселковой дороги в сторону входа в туннели. Но не успела пройти и ста метров, как до меня донеслись голоса и звуки работающих машин. 

Дорога резко свернула вправо, и из-за деревьев прямо передо мной вырос тот самый нужный мне съемочный автобус! Он безнадежно застрял! На самом деле ничего удивительного в этом не было. Дороги у нас всегда были не очень, а здесь, далеко от центра – тем более. К тому же дождь всю ночь лил, да и утром не обошел нас стороной. 

Странным по моему скромному мнению было то, что о данной проблеме знали все обитатели поселения. И никто из них не взял на себя ответственность и не проложил нормальную дорогу к поселку. Хотя деньги у них всех имелись. Могли бы и вскладчину это сделать. 

На худой конец, создали бы свой комитет и долбили бы администрацию. Можно было вообще просто сделать. За скромное вознаграждение нанять несколько местных старушек, а те в свою очередь для них бы администрацию штурмом взяли, мэра к стенке приперли, и решился бы вопрос с дорогой. Опыт у этих женщин был, к тому же на дороги деньги неплохо выделялись из федерального бюджета, не то что на больницы, школы и прочие нужды.

Но нет. Это же надо свое личное время тратить, да и еще на общее дело! Лучше каждый раз надеяться на хорошую погоду, а зимой и на Мальдивах неплохо живется. 

Вот только с данной позицией были не согласны обычные люди, волей судьбы заброшенные работать в поселке. Бедолаги оказывались отрезанными от своих родных, живущих в городе. Но что они могли сделать? Вот и на этот раз обычные работяги пытались вытащить небольшой автобус, прицепив его буксировочным тросом к какому-то внедорожнику, за рулем которого был тот самый нервный мужик, о чью тележку я споткнулась в магазине. 

Рядом, охая и вздыхая, прохаживались Варвара и Маргарита Осиповна, чуть поодаль ругались Эльвира и парень в котелке, рядом с ними курил трубку мира новоявленный Гамлет с Йориком в руках в своем фирменном черном платье. 

Глядя на них, я почувствовала себя обитательницей дурдома. Или участницей бразильского карнавала. Хотя нет, я, скорее, очутилась в программе “В мире животных”. Даже не так, одновременно оказалась во всех трех местах сразу. 

В голове сам собой зазвучал голос ведущего: “Наступило утро, и наши юные друзья выбрались из сумасшедшего дома на прогулку. Что делает этих зверят такими очаровательными и милыми? Пушистый мех и добрые глаза? Неловкие движения? Или же костюмы, которые они украли из бутика Филиппа Киркорова? Давайте же перенесемся в мир дикой природы и понаблюдаем за жизнью этих замечательных существ”. 

Краем глаза я заметила, как нервный мужик выключил двигатель и вышел посмотреть, что можно еще сделать в этой плачевной ситуации. Я подошла к нему и тоже стала смотреть на застрявшее колесо. Так мы и стояли вдвоем, пока я не решила нарушить молчание.

- Автобус разгрузили максимально?

Мужчина неприятно усмехнулся, и, не смотря на меня, продолжил гипнотизировать автобус.

- Пробовали под колесо сунуть ветки или что-либо подобное? – не унималась я.

- А ты сама посмотри, - грубо крикнул этот тип, оборачиваясь, но, увидев меня, почему-то растерялся и как-то быстро отвернулся. 

- Все испробовали, не знаю, что еще можно сделать! 

Мужчина обреченно провел рукой по короткостриженым темным волосам и посмотрел на меня. Какая-то странная тоска была в его взгляде, как будто он очень устал, но не из-за застрявшего автобуса, а вообще, от жизни. Мне это очень не понравилось. Он был молод, полон сил, но взгляд у него был потухший, словно мужчина уже все испытал в этой жизни, и стремиться ему было больше некуда.

- Тогда, может, за трактором к дяде Василию сбегаем, он отсюда в десяти минутах ходьбы живет. Он за бутылку вам и автобус вытащит и огород вскопает, если нужно.

Заметив, как вытянулось лицо собеседника, я сразу поняла, что такой вариант они еще не рассматривали. А зря, в такую погоду только трактор и спасал. 

- Где живет этот твой Василий? – с каким-то нажимом в голосе проговорил этот нервный тип.

- Да недалеко, в той стороне! – махнула я вглубь леса.

Мужик сразу оживился. Схватив меня за руку и достав из машины бутылку чего-то коричневого, кажется, это был коньяк, он, не говоря ни слова, ринулся в сторону чащи. 

От чего-то мне стало весело, и даже захотелось запеть: “По бурьянам, по бурьянам в гору и вперед: ничего не замечает выпивший народ!”

С трудом сдержав свой порыв, я стала рассматривать моего случайного попутчика.

“Где я могла тебя раньше видеть?” – крутился в голове немой вопрос. Но спросить я не решилась. Вместо этого, чтобы хоть как-то наладить контакт, осторожно полюбопытствовала: 

- А ты всегда с собой алкоголь в машине возишь?

Мужчина резко остановился и как-то злобно посмотрел на меня. Затем больно дернул за руку и помчался дальше. Видимо, решил не отвечать на щекотливый вопрос. 

- Да не бойся, я не из гаишников, и докладывать им не буду! Ты, главное, пьяным по городу не гоняй, а то от местных лопатой в глаз получишь! – сказала я, пытаясь разрядить напряженную обстановку.

- Я не пью! – рявкнул мужик, даже не посмотрев на меня. – Хватит трепаться, дорогу дальше показывай! А после вали отсюда! Без тебя разберемся!

- Это вряд ли. Василий не будет с тобой переговоры вести, он чужаков как-то не очень любит!

Мужчина тяжело вздохнул, но ничего не ответил. Мы продолжили путь. Ну как продолжили – он тащил меня за руку, а я пыталась не упасть лицом в грязь. Не прошло и пяти минут, как запыхавшиеся мы добежали до маленького покосившегося домика, огороженного ветхим забором. Рядом располагался не менее ветхий сарай, за которым стоял видавший и более счастливые дни трактор. 

Мой попутчик, не теряя времени, отважно ринулся к домику, однако он не учел того факта, что гнилой и хлипкий с виду забор был построен во времена Советского союза и пережил не одно покушение. Ну а открыть калитку и при этом не покалечить руки мог только сам хозяин дома. И Зинаида Игоревна, приходившая помогать ему по хозяйству.

Я честно хотела предупредить моего нового знакомого, но не успела. Он быстро без разговоров протянул руку к калитке и тут же напоролся на ржавый гвоздь. Грубо ругнувшись, он пнул забор, но тот не поддался напору. Даже не скрипнул. Зато мужик больно ударил ногу. Довольно вслушиваясь в дикий вопль, я спокойно крикнула:

- Дядя Василий, вы дома?

Конечно же, он был дома. Вытащить его из привычного места мог только экстренный случай, ну или баба Зина. Она же снабжала его продуктами. 

- Аня, ты что ль? – послышался громкий низкий голос, и в окне показалось небритое помятое лицо.

- Дядя Василий, нужна помощь, а точнее ваш трактор. Опять туристы в грязи застряли.

- Ох уж эти буржуи, такие домина выстроили, а нормальную дорогу к поселку провести не догадались. Жадность – самый большой порок человечества! А ведь еще Иммануил Кант, рассуждая о природе эгоизма, говорил… 

- Все это, конечно, очень интересно, - перебила я мужчину, - но там экстренный случай, к нам съемочная группа приехала передачу снимать, а тут вот такая неприятность. Выручайте, на кону честь города! 

Кажется, на дядю Василия мои слова не произвели должного впечатления. Он рассеянно смотрел вдаль и о чем-то невнятно бормотал. Я сразу смекнула, что ситуацию надо срочно спасать, иначе мы рисковали потерять Василия всерьез и надолго. 

- А мы к вам не с пустыми руками! С подарком от туристов! – быстро добавила я и с выражением посмотрела на жертву забора, грустно потирающего ушибленную ногу.

 - Чего встал, покажи подарок, потом боевые ранения рассматривать будешь! Кстати, тебе в детстве делали прививку от столбняка? Да не пугайся так, это я на всякий случай спрашиваю! – сказала я мужчине, с удовольствием наблюдая, как тот побледнел.

Тут из домика послышался голос:

- Подарок? Это хорошо. А кто это с тобой? Ненашенский какой-то. 

Печально посмотрев на ранение и потом как-то подозрительно, явно не с добрыми намерениями, на меня, мой новоявленный знакомый, наконец, подал голос:

- Добрый день. Меня зовут Серафим Андреевич Котов. Нам очень нужна ваша помощь, дело в том, что…

Дядя Василий резко его оборвал, прокричав: 

- Ефим? А знаю, знаю такого. Покажи, что принес. 

- Коньяк. Хороший. Хеннесси Лайбрари, знаете такой? – сказал Серафим, и почему-то посмотрел на меня.

Мне даже обидно стало. “Я что, алкоголик, что ли? Что за странный взгляд? Стоп, или это от меня вчерашним перегаром пахнет?” – с ужасом подумала я и невольно поднесла руку к лицу. Краем глаза я заметила, как мужчина усмехнулся. Точно, перегар учуял, зараза! 

- О, коньячок. Сгодится. Ладно, подождите, а я пока посмотрю, как там мой танк.

С этими словами Василий исчез из поля зрения.

- Ты уверена, что такому человеку можно доверять? – с каким-то сомнением произнес новоявленный Ефим. - Он вообще трезвый сейчас?

От этих слов меня передернуло. “Да что понимает этот человек? Думает, что в небольшом городке все пьют, носят шапки-ушанки, да и просто недостойны доверия?” – обиженно подумала я, сверкая глазами в сторону мужчины.

- Слушай ты, ишак доморощенный, с чего ты вообще решил, что Василий пьет? 

- В смысле? А для чего ему, по-твоему, коньяк нужен? Он что, его коллекционирует? Или, может, хранит как неприкосновенный запас на случай войны? А за ишака одно маленькое, назойливое, пьющее не в меру создание от меня и получить может! 

Решив не обращать внимания на его оскорбления и угрозы, я уверенно заявила:

- Нет, дядя Василий алкоголь вообще не пьет. Он на него… смотрит!

Наверное, я опять сказала что-то неправильное, учитывая, как изменилось лицо Серафима. Он даже протянул руку, проверить, нет ли у меня температуры.

- Прекрати, - зашипела я, уворачиваясь.

- Я что, нечаянно тебя о дерево стукнул, когда мы сюда бежали? Или к тебе белочка с опозданием нагрянула? Что значит - смотрит? Я что, по-твоему, идиот, и не знаю, для чего людям алкоголь? 

Мужчина сделал несколько шагов вперед и с угрожающим видом навис надо мной. Я не ожидала такого подвоха и невольно отпрянула назад. Он был слишком близко, и меня это пугало. Серафим снова протянул руку, но я резко отпрыгнула и обиженно произнесла: 

- Э, руки прочь от Советской власти! И прекрати так орать, что за привычка? Чтоб ты знал, нервные клетки не восстанавливаются! И почему ты всегда такой злой? 

- Какой есть. Уж извини, таким уродился! – усмехаясь, ответил Серафим.

- Думаешь, что все знаешь, да? Так вот тебе новая информация! Чтоб ты знал, Дядя Вася всегда вел здоровый образ жизни. Он не то что не пьет, не курит даже! А еще бегает по утрам и спасает вот таких как ты идиотов, рискнувших поехать по размытой дороге и застрявших напрочь! Да, он со странностями, но ты его совсем не знаешь! Кто тебе дал право судить о человеке, о жизни которого тебе ничего неизвестно? 

Этот Ефим начинал меня раздражать все больше. Какое право он вообще имел что-либо утверждать? Он – нездешний. Он и четверти жителей не знал, не знал истории городка, что пережили люди, как выживали, когда единственный завод закрылся, и о том, как мы всем районом отстаивали его, чтобы всякие приезжие, такие, как он, не разрушили то, что у нас осталось. Мы боролись и не бросили наши дома, когда в других поселках все разъехались искать лучшей жизни. 

Да, многие жители были не подарок, постоянно следили друг за другом, вмешивались в чужие дела, им до всего было дело, но именно из-за таких людей мы все еще держались на плаву. И даже более того, город не просто не загнулся, а стал больше, и я верила, что в будущем мы еще поборемся за звание областного центра.

- Ну, так чего я не знаю, что за человек ваш дядя Василий? – вывел меня из задумчивости нахальный голос.

- Он очень хороший, хотя и со странностями! Но он не всегда был таким. Раньше он был другим, обычным, что ли. У него тогда была семья. Но потом он в один момент потерял всех своих близких. Это был поджог. Видишь ли, эта земля принадлежит ему, но кому-то это не нравилось, а Василий не хотел ее продавать. В тот злополучный день его не было дома – уехал в центр по делам. Когда ночью горожане заметили дым и прибыли на место, все было уже кончено. Большой дом и все имущество сгорели. Никто из людей не выбрался.

- Я не знал... –  тихо сказал Серафим, а я впервые увидела хоть какие-то человеческие чувства на его лице.

- С тех пор у Василия появилась какая-то параноидальная идея создать вечный двигатель, работающий на биологическом топливе. Возможно, именно она помогла ему хоть как-то справиться с депрессией, учитывая, в каком он был состоянии после пожара. Теперь, когда ему дарят бутылки со спиртным, неважно каким, он кладет их на стол и долго смотрит. Уж не знаю, что в этот момент происходит в его голове, но он может заниматься этим часами. А потом что-то как будто щелкает у него в мозгах, он резко вскакивает и несется в сарай, где и занимается различными опытами. Время от времени из его таинственной лаборатории доносятся взрывы, а сам сарай разлетается в щепки. Василий его потом наспех восстанавливает, и все начинается сначала.

- А, вот что это такое, а я думал, это дети фейерверки запускают! - растерянно проговорил Серафим. – У меня просто сестра здесь раньше у друзей часто бывала. Я ее время от времени домой забирал. А ты откуда это все знаешь? И почему Василий именно вечный двигатель решил изобрести?

- Зинаида Игоревна за ним присматривает, а я часто общаюсь с ней и время от времени помогаю ей продукты дотащить или порядок в доме навести. Почему вечный двигатель – не знаю, можешь сам у него спросить. Баба Зина говорила, что это была мечта его жены, они вроде один научно-конструкторский институт оканчивали, и чем-то таким занимались в центре, пока все не начало в девяностые рушиться.

Пока мы болтали, Василий выехал на дорогу. Заметив это, Серафим прервал разговор и потащил меня к трактору. Сам же, пока я объясняла дяде Василию, куда ехать, побежал через чащу к застрявшему автобусу, чтобы все подготовить и освободить путь.

После моих сбивчивых объяснений дядя Вася предложил довезти меня в искомое место на своем танке, но я вежливо отказалась, и тихонько пошла через лес. Мне надо было успокоиться и хорошенько все обдумать. 

Итак, что я узнала? Оказывается, моего нового знакомого звали Серафимом. И что-то мне подсказывало, он не был членом съемочной группы. Его сестра часто бывала в коттеджном поселке, так что Серафим вполне мог быть знакомым или дальним родственником семьи пострадавших. 

“Интересно, если бы я попросила Серафима помочь мне пробраться на сьемки, он бы согласился?” – с опозданием пришла мне в голову полезная мысль. 

Я невольно вспомнила раздраженное лицо мужчины и поняла, что с его характером он, скорее всего, просто послал бы меня. Но попытаться стоило. Лучше он, чем эта Варвара и ее компашка. 

Не знаю почему, но этот леопардовый одуванчик вызывал у меня чувство раздражения и даже гнева. Я никак не могла понять, почему все так ей восхищаются. Судя по рассказам отчима, она даже в тройку победителей программы не вошла. Хотя, возможно, все дело было в эффекте “приезжей звезды”, у нас ведь мало интересного происходило, все как-то в своем соку варились. И даже войны комитетов и драки Ивановых с Шиловыми приелись.

Задумавшись, я незаметно для себя подошла к пункту назначения, где трактор пытался вытащить несчастный автобус. Дождавшись окончания спасательных работ, я подошла к Серафиму.

- А я думал, ты потерялась в лесу, - с усмешкой сказал он, заметив мое приближение.

- Не дождешься. Я вот что хотела спросить, вы же программу снимать едете? Можно я с вами?

Серафим как-то странно посмотрел на меня, а я, переминаясь с ноги на ногу, все ждала, что он ответит. Молчание затянулось, и я, не выдержав, спросила:

- Ну, так как? 

- Что, любопытно стало, да? Две смерти, звезды из столицы, может даже засветиться удастся, не так ли? – с презрением сказал он, глядя мне прямо в глаза.

Мне даже обидно стало. Да, любопытно, да, хочется узнать, что произошло и поглазеть тоже. Но почему он опять орет на меня? Я что, одна такая? Да тут полгорода к Варваре на прием уже записались, и за автобусом точно бы увязались, если бы не понимали, что в коттеджный поселок их не пустят.

Видимо, на моем лице отразились все мои чувства, поэтому Серафим вдруг вздохнул, протянул руку и потрепал меня по голове. 

- Нет, тебе с нами нельзя, - тихо сказал он, после чего развернулся и пошел к машине. 

А я осталась стоять в одиночестве. Мне стало так обидно, что захотелось плюнуть на все и поехать домой. Но этим планам не суждено было сбыться, так как меня заметила мадам Варвара. 

Я слишком поздно увидела, как она, одетая в жуткое леопардовое платье, обвешанная несколькими килограммами бижутерии, неспешно идет ко мне. Вокруг нее суетилась Мымра и еще несколько членов городских комитетов, а позади плелись остальные экстрасенсы. Поняв, что смыться уже не получится, я решила, что была не была, попробую с ними попасть в заветное место. Но лучше бы я воспользовалась подземным тоннелем. 

Эту жуткую поездку я запомнила надолго. Всю дорогу мадам Варвара трещала без умолку, расхваливая себя и свой дар. Она постоянно трясла у меня перед носом руками, все время хотела дотронуться, благо я забилась в дальний уголок между дверью и сиденьем, и ей с ее габаритами туда протиснуться так и не удалось.

Все просьбы Мымры выйти из сумрака и подойти ближе к уважаемой госпоже, я игнорировала, так что той пришлось примоститься напротив, заняв при этом два сиденья сразу. Как я поняла из болтовни Варвары, та что-то во мне почувствовала и решила взять шефство над, как она выразилась, “начинающим дарованием”. Поэтому она и допытывала Маргариту Осиповну все это время, кто я и откуда, и даже хотела взять с собой на место расследования.

Только Мымра была против, отнекивалась, постоянно говоря, что толком не знает ни меня, ни мою семью. И вообще, что я птица вольная и непредсказуемая, поэтому, где меня искать – она понятия не имеет. Ну да, конечно! Если бы это было так, я была бы самым счастливым человеком.

В оставшиеся десять минут пути я наслушалась лекций о карме, предназначении, духах, проклятиях и, естественно, о трудной жизни людей с даром. Параллельно в другом конце автобуса до нас доносился спор Эльвиры с менталистом, который медленно, но верно перерастал в настоящий ор. 

Маргарита Осиповна как коршун кружила вокруг Варвары, и разве что пятки ей не лизала, а члены комитетов поддерживали ее в этом и восхищенно ловили каждое слово так называемой пророчицы. Все это ужасно действовало на нервы, хотелось встать и выпрыгнуть в окошко, лишь бы не видеть всю эту суету перед глазами. 

И только Йорик, тихо сидящий в руках у задумчивого гота в платье, был единственным, кто в данный момент не вызывал у меня приступов самого настоящего бешенства. Поняв, что еще чуть-чуть, и здесь произойдет кровопролитие, я, невзирая на злобный взгляд Маргариты Осиповны и остальных фанатиков из местных, надела наушники и включила музыку на полную мощность. 

Леопардовый одуванчик, в упоении читая свою проповедь, этого даже не заметил, и я последние три минуты пути проехала более-менее спокойно. Я в упоении слушала песню о рюмке водки, жалея только о том, что не могу эту самую рюмку употребить прямо сейчас, не выходя из автобуса. 

К счастью, вскоре мы добрались до пункта назначения, и в общей суматохе обо мне все временно забыли. Началась подготовка к съемочному процессу: выгрузка аппаратуры, настройка света, звука, подготовка участников. Заветным местом оказался гигантский особняк в стиле модерн, окруженный красивым ухоженным садом, множество дорожек из которого вели вглубь огромной территории. Зря говорили, что в этом районе строят одни трехэтажные хоромы. У данного дома полноценных этажей было четыре. 

Наблюдая за всей этой суетой, я не сразу заметила разъяренного человека, быстрым шагом приближающегося ко мне. Остановившись рядом, он грубо схватил мою руку и злобно крикнул:

- Ты что здесь делаешь? Я же тебе запретил следовать за нами! Забыла?

Испуганно ойкнув, я обернулась и увидела Серафима. Да, таким злым мне видеть его еще не доводилось, даже когда мужчина насадил руку на гвоздь из калитки Василия, он был спокойнее. Я стала быстро соображать, пытаясь придумать какую-нибудь уважительную причину, но в голову ничего дельного не шло. Тогда я попыталась освободиться, чтобы быстро без объяснений убежать и затесаться в толпе, но это оказалось непросто: руку будто тисками сжали.

- Меня пригласила Варвара! – тихо пискнула я, не оставляя попыток выдрать конечность из лап этого чудовища.

- Ты сейчас же уйдешь отсюда, и без вопросов! – прошипел Серафим, и потащил меня к трехметровому забору.

Понимая, что выбора у меня не нет, я закричала что есть силы:

- Мадам Варвара, меня тут выгоняют! 

И тут начался какой-то невообразимый хаос. Где-то треснули стекла, оператор чуть не выронил камеру, спасаясь от автобуса, сошедшего с ручника, а с виду довольно прочная беседка как-то подозрительно накренилась, грозя обвалиться на головы растерянным телевизионщикам.

Люди засуетились, а потом все как один уставились на нас. “Да, кажется, я слегка переборщила с громкостью!” – злорадно подумала я, заметив, как изменился в лице Серафим. Еще бы, на нас помимо требуемой особы обернулись все присутствующие, включая сторожевых собак и непонятно откуда взявшегося черного пушистого кота. Зато нужный эффект был достигнут, от неожиданности мужчина отпустил меня, чем я тут же воспользовалась и подбежала к удивленной мадам.

- Ну, зачем же так официально? – улыбнулась она. - Называй меня просто – госпожа. Расскажи мне, что произошло, кто тебя обидел?

“Ну все, ты попал Ефим!” – подумала я.

 - Этот человек пытается меня выгнать! Хотя я ничего плохого не сделала! – сказала я и попыталась сделать жалобное лицо. Правда увидев, как передернуло Варвару, поняла, что нечаянно по привычке использовала прием “Отвянь, а то челюсть вырву!”.

- Серафим Андреевич, видите ли, я пригласила эту особу, дабы она увидела работу людей нашей профессии и поняла, насколько это ответственное дело, требующее моральных и физических затрат. Поэтому прошу, не откажите, разрешите девушке остаться! – тихо сказала Варвара каким-то неестественно низким голосом. 

Подойдя ближе к Серафиму, она попыталась взять того за руку, но он ловко увернулся и сделал шаг назад. Мадам не сдавалась. Она томно вздохнула и подошла ближе. 

Увидев, как профессионально она строит глазки этому злобному типу, я поняла, что Голливуд лишился великолепной актрисы. “Надо ей идею на досуге подкинуть, никогда же не поздно начать, если есть талант!” – подумала я, наблюдая, как женщина хищно улыбается мужчине. Однако, несмотря на все старания Варвары, Ефим остался непреклонен:

- Нет, она сейчас же уйдет отсюда! 

И эта груда мышц снова ринулась на меня, явно желая выкинуть за территорию поселка.

- Вообще-то, ты мне должен Ефим! – отчаянно крикнула я, делая шаг назад.

- Что? Я тебе должен? И за что, если не секрет?

- За услуги Василия! Или забыл?

- Так я за его услуги заплатил, причем довольно неплохим коньяком, и меня зовут Серафим! Запомнишь? Или мозг маловат для таких длинных имен? 

- Да, но кто тебя привел к нему и познакомил? Если бы не я, вы бы до сих пор в лесу копошились! 

- И сколько ты хочешь? – устало произнес мужчина.

- Мне не нужны деньги, я хочу остаться и посмотреть на съемки! – крикнула я и пристально посмотрела на Серафима.

Давно меня не пробивали такие эмоции. Очень давно. А все этот тип виноват. Не знаю почему, но он ужасно выводил меня из себя, даже больше, чем экстрасенсы и Мымра.

- Нет, ты сейчас же уйдешь отсюда! – услышала я в ответ, и меня снова попытались схватить и утащить в сторону забора.

- Оставь ее, прошу тебя! – послышался слабый голос.

Я перестала вырываться и обернулась. Рядом с нами стояла высокая красивая девушка, очень похожая на Серафима, вот только как будто неживая какая-то. Будто из нее выкачали все соки, и теперь она как тень колыхалась перед нами. Мне стало ее ужасно жаль. Я вдруг поняла, что она как-то замешена в этой истории, а значит, и Ефим тоже. Возможно, поэтому он был таким злым.

- Нет, Дина, она не останется!

“А нет, я ошиблась, он злой сам по себе!” – рассержено фыркнула я про себя.

- Пожалуйста, я не хочу устраивать сцен, - чуть слышно произнесла девушка, - ты же знаешь, как это важно для меня! Дима был для меня всем, и я хочу узнать правду, а своим поведением ты сбиваешь наших гостей. Если госпоже Варваре для спокойной работы нужна эта девушка, она останется!

И, не говоря больше ни слова, она взяла меня за руку и повела в дом. Черный пушистый кот, с любопытством наблюдающий за всем со стороны, осторожно пошел за нами. Серафим, вздохнув, провел рукой по волосам, грустно посмотрел нам в след, после чего резко развернулся и пошел в сторону съёмочной группы. Варвара же осталась стоять посреди дорожки, обиженная таким пренебрежительным отношением к своей персоне.

Мы с девушкой вошли в холл. Я подняла голову и огляделась. Невольно мой глаз начал дергаться. Если честно, мне тут же захотелось сбежать из этого дома. Внутри было темно и неуютно, к тому же более нелепого оформления я не видела никогда! 

Шикарный, огромных размеров холл был украшен громоздкой лепниной. Стены были отделаны каким-то непонятным огненно-красным материалом, который абсолютно не сочетался с черной мраморной плиткой пола. Вдоль стен пространство было забито различными статуями и вазами.

Сами по себе они были неплохи, но, блин, они стояли в каком-то невообразимом хаотичном порядке. Я бы не удивилась, если бы среди всего этого хаоса нашла глиняного садового гнома или разбитую статую жены Психа. На стенах повсюду висели портреты разной величины. На всех них изображалась одна и та же женщина, только в разных образах. 

Но, пожалуй, самым странным объектом в холле было большое старинное зеркало в шикарной дубовой раме, висевшее недалеко от лестницы. Оно абсолютно не вписывалось в обстановку. Казалось, его сюда поместили по нелепой ошибке, и сейчас придут грузчики и заберут его в более достойное место. 

Это зеркало показалось мне очень знакомым. Похожее висело когда-то давно в доме отца. Но даже в нашем скромном домике оно казалось более уместным, чем в этой безвкусной пафосной обстановке. Я словно попала в театр абсурда, где все друг другу противоречило, да и сам дом снаружи и внутри представлял два разных мира, как будто переступая порог, человек попадал через портал в другое измерение.

- Простите моего брата, на самом деле он не такой злой, каким хочет казаться! Просто очень за меня волнуется! - вывел меня из ступора голос Дины. 

- Вся эта история… Димка был самым дорогим для меня человеком, понимаете? Он был не просто другом! 

Я внимательно посмотрела на девушку. Она была тоненькая, почти прозрачная, еще и этот жуткий цвет кожи с синеватым оттенком делал ее похожей на маленькое привидение, каким-то непонятным образом попавшее в этот жуткий особняк. 

Лишь светлые длинные волосы, обрамлявшие лицо, хоть как-то выдавали в ней живого человека.  И глаза, они были так похожи на глаза брата, только светлее, голубые, но при этом какие-то блеклые. До потери друга она наверняка была первой красоткой в городе, не то что я, маленькая, несуразная, да еще и проблемная. 

- Ничего, все нормально. Мы сейчас в его доме? – спросила я, и даже хотела улыбнуться, но потом передумала. Решила не портить в доме зеркала и лишний раз не пугать и без того несчастную девушку.

- Нет, это дом Жеки. Он первым погиб, поэтому с его дома и решили начать. Он был лучшим другом Димы, но мы с ним были не очень близки. Он был веселым и каким-то безбашенным, поэтому никогда не нравился моему брату.

- Уж кто бы сомневался, - пробормотала я себе под нос.

- Не обижайтесь на Симу, он очень хороший, любит меня. Именно он меня спас, когда умер Дима. Понимаете, когда это все произошло, со мной случилась настоящая истерика. Я не могла ни есть, ни спать. Родственники советовали сдать меня в психушку, но брат послал их всех. Мы с ним рано остались одни. Наши родители погибли, когда я была маленькой. Брату пришлось все взвалить на свои плечи: и мое воспитание, и бизнес, доставшийся нам от родителей, а потом и войну за опеку надо мной пришлось вести. Наши так называемые родственнички растащили все, что могли. Если бы вы видели, как он восстанавливал все с нуля!

- Да, родственники, они такие…

- Вы тоже пережили нечто подобное? – спросила Дина и посмотрела на меня таким взглядом, который я не видела лет десять. Ненавижу его, ненавижу, когда меня жалеют.

- Нормально все, продолжайте! - как-то невпопад произнесла я и даже попыталась изобразить дружелюбие на лице, но свет над нами вдруг подозрительно замигал, и я решила бросить это безнадежное дело.

Неожиданно девушка подошла ко мне ближе, взяла за руку и посмотрела прямо в глаза. Она долго изучала меня, словно хотела заглянуть в самую душу. Видимо, это была у них с братом семейная черта. На какое-то мгновение я увидела ее прежнюю, властную сильную девушку, выглядевшую гораздо старше своих лет. Я решила не уступать и тоже посмотрела на нее своим фирменным взглядом, однако она не дрогнула, только чуть улыбнулась, так обычно улыбаются маленьким детям, и тихо сказала:

- Здесь слишком шумно. Может, уйдем на кухню? Хочешь чай с печеньем?

Вот ведь, семейка! Кем эта мелочь себя вообразила? Я на добрых лет десять ее старше! От обиды я вся надулась, но после предложенных к чаю шоколадных пирожных просто не смогла устоять! Знала ведь, чем подкупить, хитрюга!

Мы пошли на кухню. В доме царил настоящий кавардак, везде носились люди: ставили свет, проверяли звук, раздавали сценарии. Стоп, а сценарии зачем? Заметив мой удивленный взгляд, Дина пояснила:

- Видите ли, это все-таки шоу, и оно должно привлекать зрителей. Я все понимаю, поэтому не против, в конце концов, может это и глупо верить в магию и потусторонние силы, но это моя последняя надежда. Главное – разобраться во всей этой ситуации, а что в итоге покажут зрителям – мне все равно.

- А почему вы не позвали кого-то получше, посильнее, что ли, не при Варваре будет сказано, - удивленно спросила я, оглядывая весь этот бедлам.

Почему-то я представляла себе все не так.

- Все дело в слухах, вы их, наверное, уже слышали – сорок дней, потом еще сорок. Все вокруг шептались, говорили - не совпадение. Эти испуганные взгляды и постоянное шушуканье за спиной меня просто с ума сводили! А потом про все это как-то прознала моя тетка. Звонила каждый день, доставала своими разговорами, намекала, что я виновата, не спасла Димку. Но окончательно добило меня ритуальное агентство.

- Агентство? Какое еще агентство?

- Обычное, московское. Не знаю, что им моя заботливая тетя сказала, но они заявились, когда брата не было дома. А я, не подумав, пустила этих выродков. Думала, что они за Димкиной фотографией пришли для памятника, а они про мои похороны говорить начали. Фотографии эксклюзивных гробов показывали. Как я поняла, эта стерва кучу денег им отвалила, чтобы они мне всю прелесть смерти показали. К счастью, брат вернулся раньше. Не буду тебе рассказывать, что было, но нашел он меня в ужасном состоянии. Потом неделю в частной клинике лежала.

- И что, этим гадам все сошло с рук? Вы в полицию обращались? И на работу им звонили? Это же подсудное дело! Неужели, они так просто ушли от ответственности?

- Не совсем. Скажем так, после встречи с братом, ходить они больше не могли. Их охрана вытаскивала. А звонить некому было, филиал на следующий день сгорел при невыясненных обстоятельствах!

Дина хмыкнула, а мне отчего-то стало страшно. Но я отогнала жуткие мысли и спросила:

- А что тетка? Так и продолжает тебя доставать?

Девушка выразительно посмотрела на меня, отчего у меня по всему телу побежали мурашки, и сказала:

- Скажем так, ей срочно понадобилось уехать в Европу. Кажется, ей угрожали, машину новую спалили и предупредили – она следующая, и сорока дней ждать не придется.

Я громко выдохнула. Ну и семейка! Один член другого страшнее! И я сейчас сидела с одним из этих монстров, она рассказывала такие жуткие вещи и даже в ус не дула! Может, эти Жека с Димкой не такими уж ангелами были? И их тупо кто-то убрал? Брат Дины, например? Вопросы всплывали один за другим, а ответов не было. Это меня страшно напрягало.

- Как ты вообще в эту историю вляпалась? Я слышала, что вы в лес пошли и кого-то там видели, - не выдержав, спросила я.

- Да, - Дина вздохнула и задумалась. Видимо, решала, стоит ли мне рассказывать.

Я видела, что ее что-то беспокоило, и она очень хотела с кем-то этим поделиться. Брат – тот еще тип. Любил ее, конечно, но вряд ли понимал всех душевных переживаний подростка. Да, да, несмотря на довольно-таки взрослый вид, Дине было около шестнадцати, совсем еще девчонкой была со всеми вытекающими. Гормоны играли, дурные мысли в голове кружились. Еще и денег полно было. Кажется, я что-то начинала понимать, но мою теорию надо было еще проверить.

Подумав, Дина начала свой рассказ.

- Мы приехали сюда по приглашению Жеки. Сам Димка не любил это место. Ему больше Москва нравилась. Хоть его родители и отстроили шикарный дом, сами они постоянно были в разъездах, практически здесь не появлялись, поэтому ему всегда было очень одиноко. Конечно, за коттеджем присматривала прислуга, но это все равно было не то. Наверное, поэтому он и сошелся с Жекой, тот жил в соседнем доме и жутко ненавидел своих приемных родителей. Вместе они постоянно сбегали, потом отрывались на вечеринках и гоняли по ночным трассам. 

- Так вы же еще школьники, у них, наверное, даже прав не было! 

- А я смотрю, ты вся правильная такая, - усмехнулась Дина, - а кто мог им помешать? Жеку родители почти не замечали, может, поэтому он так бесился. Отрывался на полную катушку, никого не слушал, постоянно влипал в истории. Ну а Димка мог даже не шифроваться. Просто выходил в дверь - и все, до утра мог делать абсолютно все, что пожелает. В Москве парни время от времени мелькали в сводках, да и журналисты не дремали. Все-таки они оба были из обеспеченных семей, поэтому истории с их участием были просто золотой жилой для журналистов. Я думала, что хоть здесь мы сможем спокойно отдохнуть без камер, но ошиблась. После этой проклятой встречи мы стали звездами местной газеты, а потом слухи и до Москвы дошли. Нам здорово досталось, Жеку вообще в Англию отправить собирались, еще бы, так засветиться в желтой прессе. 

Дина глубоко вздохнула. Я видела, что этот разговор дается ей нелегко. Хотя чего она хотела со своими друзьями? У нас в городке обожали всякие скандальные истории, и их поведение никто не оставил бы без внимания. Тем более людей из коттеджного поселка не любили все остальные жители. На что вообще рассчитывали эти глупые дети? Что приедут, устроят шухер и никто не обратит внимания? Это у нас-то? 

Тем временем, девушка продолжила:

- Как в таком захолустье оказалась редакция с журналистами? Как они вообще узнали о нас? 

“О, дамочка, ты себе даже представить не можешь, сколько у них местных информаторов! – усмехнулась я про себя. - Не постоянно же о посевах и заводах писать! Людям кровь и кишки подавай! Так что, если ты попал к ментам, в больницу или просто засветился перед местными старушками, место на первой полосе тебе обеспечено! Сериал про Шиловых всем надоел, борьба комитетов с администрацией – вещь скучная, там редко что-то, кроме драк, случается, случай с обрушением – приятное исключение. Так что, если накосячит кто-то из богатеев, это будет главной новостью. Не удивлюсь, если целый выпуск этому посвятят!” 

Я задумалась. Нужно было составить план, чтобы разобраться во всей этой ерунде. Для начала я решила попросить у матери газеты за три месяца. Она их зачем-то хранила, видимо, перечитывала. Либо все-таки пыталась добить кроссворды, от которых все местные старушки были в восторге. Еще бы, их так просто хрен отгадаешь! 

И чего они ответы в следующем выпуске не печатали? Интересно же, что это за поверхность постоянной отрицательной кривизны, образуемая вращением трактрисы около ее асимптоты. Или как называется аномалия развития, при которой большая часть сердца расположена в грудной клетке вправо от средней линии тела симметрично нормальному положению. Как же жить без этих знаний обыкновенному среднестатистическому человеку?

Сама я редко местную газету читала. Сразу заглядывала на последнюю страницу в поисках анекдотов, и далее использовала газету для своих целей. В мастерской они были вещью незаменимой. А читать сплетни я никогда не любила - затягивает! Потом до самого утра оторваться не могла, читала как одержимая до рассвета. Как итог – просыпалась с жуткими синяками под глазами, плохим настроением и головной болью. Из задумчивости меня вывел голос Дины:

- Эй, ты еще со мной? – она попыталась слабо улыбнуться, но получилось как-то натянуто.

- Да, извини, просто вспомнилось кое-что. А Ефим что? Сильно бесился?

- Сима? О, от брата мне тогда досталось конкретно. Таким злым я его еще никогда не видела! Я думала, мне конец. Либо в монастырь отправит, либо в пансионат закрытого типа… После той ночи я больше не видела Диму. Мы только по телефону общались. Возможно, брат чувствует свою вину из-за этого. Я так хочу узнать, что же случилось с ребятами на самом деле! И после забыть обо всем, как о страшном сне! Навсегда! 

Дина резко встала и сжала кулаки. Я видела, что внутри у нее все кипит, и она еле сдерживается. Весь ужас, все пережитое горе, уничтожавшее ее изнутри, наконец, прорвались наружу, и теперь ей хотелось лишь одного – выговориться, выплеснуть скопившуюся черноту и снова начать жить.

Она больше не сдерживала эмоций, не пыталась быть вежливой. И хотя я была ей никем, просто прохожей, случайно оказавшейся на пути, именно меня она почему-то выбрала себе в слушатели. Но именно этого ей и не хватало. Постороннего человека, никак не связанного со всей этой темной историей, который просто выслушает и пойдет дальше своей дорогой. 

- Знаешь, у меня в тот момент крыша ехала будь здоров! – продолжила девушка и грустно усмехнулась. - И в то тяжелое время я по телику передачу увидела, ту самую, где экстрасенсы всякие запутанные дела расследуют. Я так загорелась этой идеей! Брата целыми днями доставала, и он сдался. Сима был готов на все, лишь бы мне стало легче, и я больше не боялась. Времени оставалось мало, чем ближе была эта чертова дата, тем хуже мне становилось. Еще и родственники подливали масла в огонь, ждали с нетерпением, когда заветный день настанет. Еще и с родными друзей договориться как-то надо было. Вот и выбрали наспех тех, кто не думал долго и сразу был готов действовать, а деньги для Симы никогда не были проблемой. Брату ведь по факту все равно, кто тут перед камерами бегать будет, он во все это не верит. И старается держать этих людей от меня подальше. Особенно Сима невзлюбил мадам Варвару. Стоит ей ко мне подойти – сразу как из-под земли появляется. Следит. Хотя именно эту женщину нам расхваливали как чудо из чудес и настоящую пророчицу. 

- Ладно с ними, экстрасенсами, но зачем вам все эти камеры понадобились? Вызвали бы их по-тихому, зачем тут шоу устраивать? – спросила я, недоумевая. 

- Понимаешь, мы так и хотели, но тут подключились родители Жэки, а точнее его мамаша, звезда хренова! Это было ее условие. Видите ли, эта женщина когда-то снималась в третьесортных фильмах и вот ей опять славы захотелось! Везде себе пиар устраивает, даже на смерти собственного сына! Хотя какое там, он же приемный, родители никогда особо его не любили. А муж этой стервы вечно ей поддакивает, подкаблучник лысый! Жэка им, видите ли, всегда проблемы создавал, вот теперь вздохнули с облегчением. Их ведь даже на похоронах не было!

Мне было больно смотреть на Дину. Ее всю трясло, было видно, что вся эта история причиняет девушке боль. Мне хотелось ее успокоить, но я не знала, как это сделать. Для меня все это было в новинку. Поэтому, не придумав ничего лучшего, я просто взяла ее за руку. 

Девушка выдохнула и посмотрела на меня. В ее глазах было что-то такое незнакомое. Благодарность? От ее взгляда у меня мурашки побежали по спине. “Эй, стопе! – подумала я про себя. – Что-то мы слишком сблизились. И когда вообще успели перейти на “ты”? Так у меня скоро новые друзья появятся, заканчивать с этим надо! А то у меня и так за последнее время переизбыток общения с людьми”.

Я хотела убрать руку, но Дина вцепилась в нее мертвой хваткой. Она как будто стала сильнее, и уже не казалась такой хрупкой и прозрачной. Словно жизнь снова стала возвращаться к ней. Я опять попыталась вырваться, но она сжала мою кисть так сильно, что у меня хрустнули пальцы. 

- Ой, прости! – тут же пискнула девушка, поглаживая мою раздавленную кисть. - Просто эмоции берут верх. Как вспомню – перестаю себя контролировать! Вы с Женькиной мамашей еще успеете познакомиться, она сейчас на втором этаже прихорашивается, скоро комедию ломать начнет. Знаешь, она поставила условие, что даст обследовать свой дом, только если именно эта программа приедет, чтоб очередной выпуск снять. Сама связалась с редакцией и остальных экстрасенсов подобрала. Ради этого с мужем из Милана прикатила, на похороны сына не приехала, а на съемки – пожалуйста! 

Девушка вздохнула и отвернулась, я же, наконец, смогла освободиться из стального захвата. Потирая руку, я подумала, что теперь понятно, зачем вся эта суета. Но все-таки, что же именно видели подростки? И Дина думает, что все проблемы из-за какой-то сверхъестественной фигни? Надо расспросить подробнее.

- А где вы ее видели, и как она выглядела? – спросила я.

- Кто, мамаша Жеки? 

- Нет, ну женщина, из-за которой, по твоему мнению, началась вся эта чертовщина! 

- Ты, видимо совсем не в курсе этой истории, раз задаешь столько вопросов! – усмехнулась девушка, но тут же осеклась и добавила странным голосом: - Или, может, ты журналистка? 

Тут меня со всего размаху прижали к стене. Я так сильно растерялась от этой неожиданной перемены в настроении Дины, что сначала не поняла, что произошло. Боль, жгущая плечо, вернула меня к реальности. Я растерянно посмотрела на девушку, не зная, что сказать. 

“Странная семейка! – подумала я. - Ну где же ты моя суперсила? Где тебя носит, когда ты по-настоящему нужна?” 

- Хотя нет, журналисты три недели мусолили эту историю, поэтому ты просто обязана была бы знать все подробности! – задумчиво произнесла Дина и из жуткого монстра вновь превратилась в тихую слабую девчушку.

Грустно улыбнувшись, она аккуратно взяла меня за руку и помогла сесть на стул, осторожно похлопав по плечу. Видимо, испугалась, не сломала ли мне чего. Однако после жуткого оскала почему-то милой эта девушка мне больше не казалась.

- Извини, просто после пережитого ужаса я очень нервно реагирую на представителей этой профессии, если ее можно так назвать! 

В какой-то момент монстр снова показался, но девушка быстро его спрятала. Дина подлила мне чая и сунула в руку горсть печений, решив таким образом задобрить и вывести из состояния шока. А я-то, грешным делом, думала, что местное чудовище – это я, но, кажется, у меня появились конкуренты в лице этих Котовых.

- Это случилось в лесу, - начала свое повествование девушка.

Сработало, шок прошел, и я тут же вклинилась в рассказ:

- Конкретнее, место, поляна, какие-либо приметы?

- Какие… Какие тебе еще приметы? Лес как лес! С деревьями! 

- Ну, может, деревья какие-то необычные были? Вы до поляны большой дошли? Может, в тоннель или овраг какой случайно провалились? Вам на пути попадалось небольшое поселение? Там люди еще неразговорчивые живут. Вы вообще долго шли? Дошли до чащи, куда свет почти не проникает и густой туман постоянно по земле стелется? 

Я чуть не прыгала вокруг растерянной девушки, чувствуя, что снова отвоевываю свое почетное звание местного чудища. Наконец-то мне удалось ее хоть чуток напугать, а то достали с братцем меня постоянно хватать и синяки оставлять. 

- Э, я не помню, - тихим голосом сказала девушка. 

- В смысле? Как это не помнишь? 

- Ну, темно было, ночь! 

- Что вы забыли в лесу ночью? – с нажимом в голосе проскрипела я.

- Еще чайку? - как-то чересчур быстро сменила тему лесная фея. - Садись, я сейчас воды в чайник добавлю.

“Так, что-то девушка темнит! – подумала я, с подозрением оглядывая Дину. – Схожу-ка я в деревню, расспрошу Авдотью. Если эти любители дикой природы там проходили, то их точно мог кто-то заметить. Не каждый день ночью через лес прутся три психа. Собаки там, наверное, настоящий концерт устроили. Странно только, что не остановили, может, подумали, что живность какая шальна­­­­­­я залезла?”

- Как вы познакомились с моим братом? – внезапно сменила тему девушка. - И только не говори, что видишь его впервые. Он уже второй день сам не свой ходит. Давно его таким оживленным не видела!

- Ну, - замялась я, - мы в магазине познакомились.

- Так, а подробнее? 

- Я споткнулась о его тележку. В принципе, все.

- Что, совсем-совсем все? Или еще что-то было? – спросила Дина и как-то довольно близко подвинулась ко мне.

Меня этот допрос начал потихоньку раздражать. И я решила сменить тему.

- А там без нас не начнут? 

- Не волнуйся, как начнут снимать, мы сразу услышим жуткие вопли Лерочки-людоедочки.

- Кого-кого? 

- Ну, Леры Вениаминовны, приемной матери Жеки. Мы ее так зовем, то есть звали... - сказала Дина и грустно посмотрела в чашку.

Я заметила, как она с трудом подавила всхлип. На несколько минут воцарилась тишина. Мы просто сидели и молча пили чай. Каждый думал о чем-то своем. Глядя на Дину, я попыталась представить, какими были ее друзья. Она многое рассказала мне, но это была лишь одна сторона медали, и чтобы увидеть полную картину, я решила попробовать поспрашивать людей, работающих в этом доме. Наверняка они могли рассказать о нем чуть больше.

Возможно, Ефим был прав насчет меня, ведь все происходящее для меня было лишь развлечением, способом отвлечься от привычной жизни и выйти в мир, где мне были не так уж и рады. Однако сейчас, видя вблизи, как эти события повлияли на другого человека, данная история стала значить для меня гораздо больше, и я захотела любой ценой докопаться до истины и помочь Дине.

- А Жека не возражал, что вы так называли Леру Вениаминовну? Все-таки она была его приемной матерью! – прервала я тишину.

- Нет, это он сам придумал. Они никогда не ладили. Эта женщина о нем не заботилась, по сути, он постоянно был предоставлен сам себе. Конечно, у него были няни и репетиторы, да и сам Жека был очень умным, экстерном окончил престижную частную школу в Лондоне. Тем не менее, ни это ему было нужно, ему нужны были любовь и внимание. И так вышло, что наемный персонал дома, который менялся чуть ли не каждый месяц из-за скандального характера этой Леры, был ему ближе и роднее, чем собственные родители.

- А отец?

- Отец? А что отец? Он дневал и ночевал на работе, зато давал ему кучи денег, лишь бы не заниматься воспитанием. Он знал обо всех закидонах своей жены, и что ей плевать на ребенка, но закрывал на все глаза, работа ведь важнее семьи! – гневно проговорила девушка.

- Да, это печально, - вздохнула я и почему-то вспомнила свою мать. 

Любовь и внимание? Когда-то мне тоже они были необходимы, но потом я поняла: если ты не нужен, то это навсегда. И закрылась от всего и всех. И мало что поменялось за эти годы. Лишь немногим удалось достучаться до меня, и, что самое смешное, это оказались не близкие родственники, а, по сути, чужие люди. Хотя смешного в этом, конечно, мало.

Из размышлений меня вывел жуткий вопль, доносящийся из глубины дома. Трудно было поверить, но эти адские звуки издавала женщина! Я вздрогнула и почему-то сразу догадалась, что это она, приемная мать Жеки. Вопросительно посмотрев на Дину, я поняла: шоу начинается.

Мы вышли в холл, где повсюду сновали люди, а режиссер давал последние указания. Увидев нас, Серафим подошел и молча встал рядом с Диной. Он был крайне недоволен моим пребыванием в доме и даже попытался за спиной у сестры вытолкать меня в сад через стеклянную дверь, вот только девушка заметила его маневр и быстро пресекла попытку.

Через минут десять к нам подошел помощник режиссера и попросил Дину с братом пройти в “тайную комнату”, чтобы там они могли спокойно комментировать видения экстрасенсов. Хотя, если честно, тайной эту комнату можно было назвать с натяжкой. Все о ней знали. И именно там за пятнадцать минут до начала съемок, попивая чай, экстрасенсы учили сценарии. 

И вот прозвучала команда “Начали!”. По плану сначала снималась сцена знакомства ведущего с хозяйкой дома, после общения с которой по одному на съемочную площадку должны были выходить экстрасенсы и рассказывать все, что придет им в голову. Вот только отснять этот вроде бы несложный эпизод ну никак не удавалось. Я сбилась со счета, какой дубль пошел, а дело так и не сдвинулось с мертвой точки. 

А виной всему была жуткая до безобразия актерская игра хозяйки дома. Если честно, я много раз видела, как дома разыгрывала спектакли моя бабушка, и все время злилась. Мне казалось, что все эти ее фальшивые вдохи и ахи, приступы дурноты и рассказы о несчастной доле, уже никто не сможет переплюнуть, но ошиблась. Как я ошиблась!

- Лера Вениаминовна, пожалуйста, ведите себя более естественно, не нужно этих показных… Э… Поз? Да, правильно, поз! – уже который раз просил не на шутку разошедшуюся артистку режиссер.

- Да, да, хорошо. Итак, давайте еще раз! – вдохновлённо ответила женщина, и все началось по новой.

Снова прозвучал звук хлопушки. Который раз за день в холл вошел ведущий и произнес свою часть текста. Затем из комнаты выплыла Лера Вениаминовна, блондинка с неестественным из-за многочисленных операций лицом и жутким начесом. Одетая в ультракороткое платье, женщина, не смущаясь, вплотную приблизилась к ведущему и скорчила страдальческое лицо. 

Все затаили дыхание, надеясь, что хоть теперь все пройдет нормально, но не тут-то было. Женщина опять пожарной сиреной завопила на весь дом. В лучших традициях западных шоу она истошно рыдала, с радостью и надрывом одновременно. 

Закрыв глаза, я почему-то вспомнила американскую программу про моделей. Там молоденькие девушки падали и катались по полу от восторга при виде ведущих. А еще в мыслях мелькнул, не к ночи будет упомянут, ужас моего телевизора, программа Дом-3!

Уже не раз, переключая поздно вечером каналы, я вздрагивала и роняла пульт от страха, услышав дикие вопли, внезапно разрывающие тишину. Но каждый раз, к моему разочарованию, их источником был не какой-нибудь кровавый фильм ужасов, а участники данной программы - хрупкие девушки, сцепившиеся из-за парня, или парни, сцепившиеся из-за девушки. Или все сразу, просто так, от скуки.

Я с грустью посмотрела на съемочную группу. Что-то мне подсказывало, что они уже не раз такое наблюдали, снимая свои программы. Режиссер о чем-то оживленно шептался с раздраженным ведущим. Через несколько минут он кивнул съемочной группе и объявил о переходе к съемкам следующей сцены. 

Все опять засуетились, а Лера Вениаминовна подбежала к режиссеру и начала возмущаться. Ведь ее эпизод не досняли, она ведь даже о сыне своем толком ничего не рассказала, а так готовилась. Режиссер спокойно выслушал ее и торжественно пообещал, что съемочная группа потом приедет отдельно и весь день посвятит ей одной. Услышав это, женщина немного успокоилась и гордо удалилась в свои покои. 

Пришел черед снимать эпизоды с экстрасенсами. Первому пройти это испытание предстояло менталисту. Как оказалось, его на самом деле звали Алекс Петров. Он родился в России, но уже долгое время жил и учился в Германии. В паранормальные явления не верил, точнее считал, что все так называемые “мистические события” происходят из-за каких-то там электромагнитных волн человеческого мозга. Сейчас он вернулся на родину, чтобы испытать новый психологический метод и отточить мастерство. 

На удивление парень неплохо начал. Рассказал о семье, а точнее об ее отсутствии как таковой в жизни Жэки. Но это и слепому было понятно после фальшивых страданий некой особы. О скандальной репутации тоже сказал пару слов, но и эту информацию многие знали. Я все ждала, когда он начнет говорить о мистических событиях, но Алекс не торопился переходить к интересующей меня теме. Он решил взглянуть на комнату парня, и все двинулись на второй этаж. 

Дальше все пошло не так хорошо. А всему виной оказалось окно. Менталист почему-то решил, что парень выбросился из него. Как он объяснил, стекло заменили не так давно, не более двух месяцев назад, и логично было предположить, что раз эта комната принадлежала Жэке, то умер он именно в ней.

Тут испытание решили прекратить, так как Алекс ошибся.

Следующим был Йорик с Гамлетом, а точнее черный маг Александр Фет. Если честно, напарник Фета вызывал у меня симпатию, и я болела именно за него. Но к моему разочарованию, маг бесцельно бродил по дому, махал бедным Йориком во все стороны, что-то бормотал себе под нос, но так толком ничего и не сказал. Лишь заявил, что здесь какая-то злая сущность обитает. Якобы он четко видит женский фантом со светлыми волосами, одетый в яркий саван. И что эта самая сущность, жадная до человеческих благ, всячески вредит обитателям и гостям дома, поэтому жить здесь не рекомендуется. 

А ведь я была с магом согласна и даже могла сказать, что это за страшная субстанция такая. Это хозяйка дома. 

Дальше подошла очередь сниматься девушке в черном платье, настоящее имя которой оказалось, вы не поверите, Эльвира! Вот так совпадение! Скажу честно, играла она гораздо лучше Леры Вениаминовны. Хорошо поставленным голосом она вызывала духов, и сама себе отвечала, бегала как сумасшедшая по комнатам и бормотала что-то про проклятия. 

От ее постоянных перемещений, у меня заболела голова. “Так вот оно какое, запоздалое похмелье!” – подумала я и тихо направилась на кухню: лечиться черным чаем вприкуску со сладостями, оставшимися после разговора с Диной. Черный пушистый кот, который преследовал меня с момента моего появления в доме, побежал следом. Видимо этот цирк ему тоже был не по душе. Он был очень похож на моего утреннего гостя. “Может, это его брат?” – подумала я и почесала зверушку за ухом. 

- Ну как? Понравилось представление? – спросила я кота, наливая большую литровую чашку и схватив горсть сладостей. 

Я только приступила к трапезе, когда кто-то тихо открыл дверь. На кухню вошла пожилая женщина и, тяжело вздохнув, села напротив. Меня поразили ее необыкновенные иссиня-черные глаза. Наверное, лет тридцать назад она была очень красивой.  Ее лицо было практически без морщин, его не портил даже небольшой шрам над бровью.

Я так и не смогла определить, сколько же на самом деле лет этой женщине. Задумавшись о чем-то своем, она не замечала меня. Я негромко кашлянула, обозначая свое присутствие, после чего улыбнулась ей. Та посмотрела на меня и почему-то растерялась.

- Хотите? – спросила я, протягивая остатки своего сокровища, печально прощаясь с перспективой слопать все в гордом одиночестве.

Женщина посмотрела на меня, улыбнулась и сказала:

- Нет, спасибо. 

Несколько минут мы сидели и молчали, но потом она неожиданно заговорила.

- Ну что за цирк они устроили! Вы видели? Ужас какой! И хозяйка что творила! Играла на публику, прямо как прима горелого театра! Это же надо! А эти колдуны мать их! Призраков они, видите ли, видят! Да, да, бедный несчастный мальчик, проклятие его погубило! Ну да, конечно! Наркотиками он баловался, и под этим делом за руль постоянно садился! 

- Да? – спросила я, поперхнувшись от неожиданности.

Ничего себе информация! Хотя я что-то такое и подозревала, но не думала, что первый же попавшийся человек мне все так сразу расскажет.

- В тот день Женя протаранил на скорости столб рядом с домом. За несколько часов до этого он вел себя неадекватно, скандалил, никого не хотел слушать. Мы пытались его остановить, но не получилось.

Женщина глубоко вздохнула и отвернулась. Черный кот стал тереться о ее ноги. Она улыбнулась, почесала его, а я, улучшив момент, произнесла:

- Я что-то слышала о скандалах. Говорят, он часто хулиганил и в неприятности попадал…

- Скандалы? Не то слово. Сволочной характер у парня был. Вечно лез на рожон. Мы уже привыкли к постоянным дракам и пьянкам в этом доме. А гадостей сколько другим сделал! И все папаша отмазывал. Деньги есть, вот и все можно. Поверьте мне, я знаю, о чем говорю! Двадцать лет здесь проработала, чего только не насмотрелась! Персонал тут как перчатки меняется, не выдерживают люди. Уж я-то привыкла, деваться некуда было, работа нужна была как воздух. Да и если честно, жалко мне было парня. На моих глазах рос. 

И ведь был хорошим ребенком, талантливым, очень умным! А потом мамаша его в Англию отправила, не хотела свое драгоценное время тратить на воспитание. Оттуда Женя вернулся другим. Я его перестала узнавать. Раньше мы с ним хорошо общались, я за ним присматривала, можно сказать, выполняла функцию бабушки. Очень скучала, когда уехал, и тут такое… 

Когда Женечка вернулся, он некоторое время жил в Москве и познакомился там со взрослой женщиной. Там столько народу, неужели не мог найти ровесницу? Она-то и научила его курить всякую дрянь. И все, потеряли мальчика. Такие странные вещи начал говорить! Думала все, пора санитаров вызывать. Я его родителям буквально кричала об этом, но они игнорировали меня. Говорили: переходный возраст. Якобы в его годах и не такое творили. Ну, им богачам виднее, что они творят, может у них это норма, только парня упустили, и теперь его не вернуть.

Рассказчица замолчала и посмотрела в окно. На ее лице читались боль и гнев, видимо, она действительно любила этого парня. Жизнь – странная штука. Самыми близкими людьми для него стали абсолютно чужие люди. И кто знает, может, если бы эта женщина была его родной бабушкой и вовремя забрала бы парня из этого сумасшедшего дома, то жизнь Жеки сложилась бы по-другому.

Но, как правильно заметила моя собеседница, прошлого не вернуть. Однако в этом мире оставалась еще Дина, и ее надо было спасать. Поэтому я решила прервать затянувшееся молчание и напрямую спросила:

- А друзья с Женей курили? 

Женщина грустно улыбнулась и, вздохнув, сказала:

- Скажем так, в тот вечер, когда они якобы призрака видели, запах в комнате стоял будь здоров! Они весь вечер кутили, а потом Женя предложил покататься. Хотел одно местечко показать.

Я задумалась. Выходило, что детишки обкурились и под этим делом поперлись зимой ночью в лес. А там, может, кустик какой на человека похожий увидели или охотника из деревни, а дальше кто знает, какая массовая галлюцинация с ними под дурью случилась. “Надо Дину дожимать!” – решила я и продолжила расспрашивать собеседницу. 

- А что та женщина? Получается, это она снабжала их наркотой. Ее ищут или уже нашли?  Ведь она в его смерти тоже виновата! 

- Забудь о ней, сегодня она получила свое. Зло вернулось к ней! – спокойным голосом сказала женщина, а у меня по спине побежали мурашки.

- А вы не боитесь мне все это рассказывать? Вас хозяева не поругают? – решила я сменить тему.

- На самом деле все разговоры про наркотики в доме под запретом. Видите ли, родители Женечки репутацию не хотят портить семье, хотя куда уж хуже. Но я ничего не боюсь. Я здесь свое отработала. А сегодня просто пришла попрощаться. Моего Женечки больше нет, и ничто меня здесь не держит. Муж давно домой зовет, пора уходить. А эта информация вам сейчас нужнее, не дайте им наделать глупостей.

Женщина встала и пошла к выходу. Котейка, мурлыча, побежал за ней. Вдруг она резко обернулась и сказала: 

- Знаешь, иногда люди не понимают, что делают. Из-за этого столько потом проблем! Будь осторожна и помни, что похоронено, то должно оставаться в земле!

Я от этих слов чуть со стула не упала. Наблюдая, как женщина скрывается в коридоре, я задумалась. Что это за странное напутствие такое? Что оно значит, и почему все мне говорят быть осторожнее? У меня что, на лице написано, что я ходячая проблема?

- Так-так. С кем ты тут болтала? Все-таки белочка навестила? Может, дурку вызвать? Тут клиника неплохая, с удовольствием оплачу лечение! 

От неожиданности я подпрыгнула и резко оглянулась. В проеме показался Серафим. Облокотившись спиной о дверной косяк, он внимательно рассматривал меня. Вот кого видеть сейчас мне меньше всего хотелось!

- А, привет, Ефим! – сказала я и улыбнулась своей фирменной улыбкой непрошеному гостю.

На кухне резко замигал свет, и несколько лампочек в люстре взорвались. Полумрак окутал кухню, от чего вздрогнул уже сам нарушитель спокойствия. 

- Меня зовут Серафим, а для тебя – Серафим Андреевич. Запомнишь, или память как у рыбки? У тебя отека мозга, случайно, никогда не было? Все-таки пьешь литрами из цветочных горшков… – сказал он и с усмешкой посмотрел на мой стакан.

- Это чашка, зрение проверь! И что ты тут делаешь? Должен же в тайной комнате следить за расследованием! Иди, а то найдут призрака, а тебя нет. Нехорошо заставлять ждать потусторонние силы! – огрызнулась я и отвернулась от этого наглого типа.

Серафим улыбнулся и подошел ко мне. Схватив стул, он развернул его спинкой вперед и сел практически вплотную. Я отодвинулась и уставилась в кружку, он же еще долго и пристально пялился на меня. 

“Ну, прямо в мире животных! – недовольно подумала я, искоса поглядывая на этого наглого типа. - Может, ему аквариум подарить? Говорят, успокаивает нервы”. Серафим продолжал буравить меня взглядом, и я, не выдержав этой пытки, повернулась к нему и, глядя прямо в глаза, злобно буркнула:

- Даже не смотри, не поделюсь, тут и так мало осталось! 

- Чего? 

- Печенье. Тут всего три штуки осталось. Так что даже не пялься! И вообще, иди за призраками следи! Там Эльвира вовсю старается, а ты тут отлыниваешь от работы! – буркнула я, слопав очередную печенюшку. 

- Что ты за существо такое? Никак не могу понять тебя. Вроде и раздражаешь, а наблюдать интересно, что ты еще выкинешь. Неспроста ты ведь тут все разнюхиваешь. Признавайся, ты на кого-то работаешь?

- Ага, на себя. И что вы с сестрой за параноики такие? Она меня вообще в журналисты записала…

Договорить я не успела, так как меня тут же схватили под мышки и как пушинку подняли в воздух. С грустью я смотрела, как улетает моя чашка с чаем в противоположный конец кухни, а остатки вкуснейшего печенья разлетаются во все стороны. 

“Моя прелесть! – расстроенно подумала я. - Ну вот! Хорошо, что хоть одну успела спасти от столь печальной участи!”

- Журналистка? – прошипел убийца кондитерских изделий и посмотрел на меня жутким взглядом.

С минуту он пристально изучал мое лицо, но потом о чем-то задумался и еще через минуту опустил меня на стул.       

- Нет, недотягиваешь. Взгляд слишком наивный и глупый, и вообще, более несуразной личности я еще не видел!

Я просто запыхтела от негодования. Что значит “глупый”? И что это еще за “недотягиваешь”? 

“Да что этот тип себе позволяет? – обиженно подумала я. - Уничтожил, значит, остатки моего обеда, намусорил здесь, еще и личностью меня обозвал!”

Не в силах выдержать такую наглость, я, злобно посмотрев на Серафима, прошипела:

- Ты уронил мой обед! Ищи новый, иначе пожалеешь! 

- Что? Угрожаешь мне? Ты? – усмехнулся Серафим и наклонился ко мне.

Я решила больше ничего не объяснять этому явно не самому умному представителю человечества. Просто спрыгнула со стула, аккуратно приземлившись на ноги мужчине, и вышла из кухни в гордом молчании под звуки нецензурной брани, перемешанные с обещанием кому-то что-то подровнять.

“Тоже мне, стилист новоявленный!” - фыркнула я, довольно улыбаясь. С чувством выполненного долга я направилась досматривать представление экстрасенсов. Тем более что вот-вот должны были начаться съемки мадам Варвары. А мне очень хотелось увидеть, на что она способна.

Зашла я в холл как раз вовремя: Варвара отложила сценарий и начала выполнять свои магические ритуалы. Зачем экстрасенсам вообще нужны были эти сценарии – я не понимала. По сути, они же сами должны были вести расследование, фактами, известными только близким, сыпать. А в конце – раскрыть тайну гибели парней. И если там действительно было что-то потустороннее – выгнать барабашку и успокоить обывателей.

А так получалось, что они заранее знали, куда едут и зачем. Я не удивилась бы, узнав, что особо ушлые личности кое-какие данные в интернете подсмотрели и теперь их бессовестно использовали.

“Хотя, может, я зря на людей наговариваю! – задумалась я. - Вдруг там просто схема дома нарисована с пометками, куда лучше не соваться. А то в подвал какой-нибудь провалятся или в будку к ротвейлеру заглянут. Или примерный план ответов прописан, чтобы экстрасенсы логично мысли на камеру излагали. А то выдадут сразу причину смерти - и все, интриги нет, можно по домам расходиться. Надо будет утащить один, познакомиться поближе”.

Решив, что в данный момент это будет лучшим решением, я как заправский ниндзя притаилась в темном уголке и стала дожидаться, когда Варвару вызовут на съемочную площадку. Когда нужный момент подошел, я утащила заветную папку со стола и, отойдя в сторону, начала изучать сценарий. Вот только долго наслаждаться тишиной и спокойствием мне не удалось. Мадам Варвара в самый разгар съемочного процесса вдруг вспомнила обо мне! 

- А где Анечка? Позовите ее, пожалуйста! Пусть посмотрит, как работает настоящая ясновидящая! Я очень хочу, чтобы Аня поняла всю важность нашего дара! - сказала эта жертва моды девяностых, когда гример отважно пытался откорректировать ее жуткий макияж, казавшийся в свете прожекторов застывшей маской. 

- Я здесь! Я… Принесла вам сценарий, вы его забыли! – соврала я, пытаясь сделать дружелюбное лицо, от чего у бедного стилиста дрогнула рука и улыбка его подопечной стала похожа на оскал.

Брр, теперь волосы встали дыбом у меня.

- Как это мило с твоей стороны, дитя мое! Но он мне не нужен. Настоящие экстрасенсы не пользуются всякими подсказками, а говорят ту информацию, которая идет им извне, ничего от себя не добавляя! – хищно улыбаясь, проворковала Варвара.

Надо же, видимо, именно поэтому первые несколько дублей она один в один повторяла на камеру то, что было в сценарии. Хоть бы предложения для приличия местами поменяла или пересказала все своими словами. 

А написано там было многое. Имена членов семьи и близких друзей, некоторые события из жизни парня, когда он погиб, то, как с друзьями встретил в лесу призрака и еще много других интересных вещей. Причем в красках и диалогах! 

“Елки, везде обман… - с грустью подумала я. - Интересно, у других в сценариях тоже все прописано было? Вряд ли, иначе они бы так не лажали. Хотя чего еще было ждать от этой программы с неизвестного канала, название которой я услышала только пару дней назад? Точно мамаша Жеки все устроила. И как только Серафим согласился на такое! Надо ему это безобразие дать почитать, пусть посмотрит, как на самом деле экстрасенсы работают!”

Варвара же тем временем театрально взмахивала руками, ходила по дому, выкладывая все новые и новые факты из жизни погибшего. В какой-то момент она остановилась в холле и начала рассказывать, как он умер. Описала машину и сказала, что это был несчастный случай, парень просто не справился с управлением. 

Все это она описывала со страдальческим выражением лица, пару раз даже пустила слезу, отчего с разных сторон съемочной площадки послышались грустные вздохи и шмыганье. Если честно, даже меня немного пробрало от ее игры, молодец тетка! Профессионально на жалость давила.

Всю магию момента испортила выбежавшая в холл Лера Вениаминовна. Видимо, успехи конкурентки не давали ей покоя. Женщина кинулась к Варваре и начала истошно выть на камеру. Та, одарив соперницу презрительным взглядом, тоже заревела в голос. И вот уже две тетки, обнявшись, неистово рыдали на потеху зрителям, соревнуясь, кто больше намочит пол. 

Смотреть на этот фарс было невыносимо, и я уже подумывала уйти, как вдруг моей ноги что-то коснулось. Взглянув вниз, я увидела все того же черного пушистого кота. Да он просто меня преследовал! Хотя милым был, просто очень!

- Эй, Черныш! Чего ходишь за мной? У меня еды нет, а если бы и была, с тобой делиться я бы не стала! – с улыбкой произнесла я.

Довольно мяукнув, как бы говоря, что он и не голодный вовсе, кот лег на мои многострадальные сандалии и с любопытством стал наблюдать за тем, что творилось в доме.

Я еще некоторое время смотрела на это пушистое чудо, когда случилось неожиданное. Варвара пошла не по плану! Она вздрогнула и начала говорить то, чего не было в сценарии! 

- Я чувствую, чувствую, он здесь! Он говорит со мной! – бормотала она.

Я вся напряглась, так как ничего потустороннего не наблюдала. Если честно, я вообще никогда не верила в привидения, и посмотреть на нечто такое необычное, мне было очень интересно. Я повернула голову и поглядела туда, куда направила свой взор мадам Варвара. 

Взгляд этой женщины был прикован к старинному зеркалу, таинственно блестевшему в тени лестницы. Присмотревшись, я заметила странную тень, отражающуюся на гладкой поверхности. И тут у меня резко заныло под ребрами. Я словно под дых получила! С трудом сделав вдох, я невольно попятилась назад.  Кот тоже что-то почувствовал. Он встал и зашипел на пророчицу. 

- Ах, я чувствую, он говорит, говорит со мной! Он чего-то хочет. Мы должны что-то сделать, но что, я не могу пока понять!

- Что бы это ни было, это не Женя! – непроизвольно сказала я, с трудом узнавая собственный голос. - Здесь нет этого парня!

- Что? – не поняла Варвара.

У меня мурашки побежали по коже. Я смотрела на старинное зеркало, которое стало мутнеть на глазах. Я уже видела такое. Во сне, кажется. Это был недобрый знак. “Зря мы все это затеяли!” – напряженно подумала я. И дело тут было вовсе не в смертях и не в призраке женщины, которую якобы видели подростки. Здесь творилось нечто другое.

- Что ты такое говоришь? Ты что, не веришь мне? Ты, сопля мелкая! – злобно закричала Варвара, но вспомнив, где находится, тут же добавила слащавым голоском: - А я так на тебя надеялась! Думала – дар. Неужели ошиблась?

Варвара подошла к зеркалу и коснулась его рукой. После она достала что-то из сумки, начертила какой-то непонятный символ на поверхности и зажгла свечу. Несколько минут она всматривалась в зеркало, то и дело шепча себе что-то под нос. Все ждали затаив дыхание, но ничего не происходило. Женщина отошла от зеркала и сказала:

- Он здесь. Он хочет выйти на контакт, но он очень слаб, и только я со своей необыкновенной силой смогла его почувствовать!

Краем глаза я заметила крошечный огонек, пробивающийся из мутной пелены стекла. Он словно светлячок полз по поверхности зеркала, приближаясь к красному символу.

- Ах, неужели это мой любимый сыночек? – прорвала тишину своим диким воплем Лера Вениаминовна.

- Сомневаюсь, - тихо произнесла я, но меня никто не услышал.

Огонек погас, а пророчица, отойдя от зеркала, отправилась в центр холла. Сначала я решила, что все закончилось, но тут заметила странную тень. Она ползла от зеркала за Варварой и как будто пульсировала, становясь то больше, то меньше. 

У меня появилось неприятное чувство, что теперь, когда это нечто на свободе, оно так просто от этой глупой Варвары не отстанет. Тень была еле заметной, блеклой и почему-то очень знакомой. Где-то я ее видела. В последнее время меня вообще преследовало постоянное ощущение дежавю. Кот зашипел и прыгнул в сторону тени, она тут же исчезла. 

- Ах, я потеряла связь, но теперь я точно знаю, что я здесь неслучайно! – взволнованно затараторила ясновидящая. 

- Как вы думаете, это Женя приходил? Он что-то хочет мне сказать? – вновь подала голос хозяйка дома.

 - Возможно. Хотя это мог быть и второй мальчик, а может и сам дух, который виделся всем троим. В любом случае мы должны продолжить расследование! И я уверена, мы найдем разгадку! Завтра мы отправимся на место гибели второго мальчика и выясним все! – торжественно возвестила Варвара, обращаясь к окружающим.

Вот только я почему-то не разделяла ее восторгов. Получалось, что второй тоже где-то недалеко погиб. Надо было узнать обо всем поподробнее. И понять, что это была за тень. Не могла же она мне почудиться? Вон, кот тоже ее видел, до сих пор у него шерсть дыбом стояла. Хотя, может, он так на пророчицу реагировал? Или на дикие вопли хозяйки дома? Я задумалась и не сразу заметила мадам Варвару, злобно сверлящую меня взглядом. Она подошла, грубо схватила мою руку и прошипела прямо в ухо:

- Никогда, слышишь, никогда не смей мне перечить! Ты сомневаешься в моем даре? Знай, если что-то такое еще вытворишь, прокляну. Ты себе даже представить не можешь, на что я способна! И еще. Завтра даже не думай появиться на съемочной площадке. Поняла? 

- Вообще-то, вы сами ее пригласили, разве не так? – неожиданно услышали мы голос Серафима.

- Э… Извините, я просто объясняла своей ученице, как некрасиво перебивать старших! - тут же заюлила ясновидящая, невинно хлопая глазками.

“Что, спалилась? – подумала я. – Вот Серафим смотри, какого тебе ангела во плоти подсунули! И когда это я успела стать ее ученицей?”

- Она будет завтра, я сам за ней заеду. Это существо понравилось моей сестре, так что вам придется ее терпеть еще по крайней мере два дня! - отрезал Серафим и, схватив меня за руку, потащил куда-то в сторону.

- Э, полегче, или ты решил: око за око, рука за ногу? И будет тебе известно, я случайно наступила тебе на ступню, на обе ступни! – сказала я, пытаясь успеть за быстро удаляющимся Серафимом.

Тот даже не удостоил меня взглядом.  Он продолжил свое шествие, таща меня за собой. Я попыталась вырваться, но безуспешно. 

“Блин, да что ж такое! – подумала я. - Целый день хватают, кричат, обзываются! Называется – вышла в свет!” 

Я споткнулась и чуть не налетела на оператора, суетящегося вокруг камеры. Этот противный Ефим даже не остановился, только хмыкнул и потащил меня дальше, как я потом поняла в тайную комнату. Там нас ждала Дина.

- Привет, знаешь, это было здорово! Особенно, когда ты сказала, что его здесь нет. Если честно, когда она рассказывала о смерти Жеки, меня всю трясти начало! Я как будто попала в сумеречную зону! Я ведь начала верить в этот бред! А когда она сказала, что слышит кого-то, мне показалось, что я сейчас с ума сойду! – набросилась на меня Дина, вырывая из лап брата. – Но, когда ты ее прервала, я будто проснулась! И посмотрела на все со стороны! Какая же я идиотка! И брата втянула. Прости меня, ангел! Все это время ты заботился обо мне, представляю, какой ад ты пережил…

- Ангел? – я еле сдерживала смех. Мало того, что Ефим, еще и ангел!

- Скажешь кому, голову оторву! – угрожающе шепнул мне мужчина, а сестре сказал: - Сколько раз просил тебя не называть меня так! Особенно при неадекватных личностях!

- Это кто тут неадекватный, ты Купидон недоделанный! – крикнула я и повернулась к небольшому столику с провизией.

Как я поняла, в этой комнате столовую устроили не только экстрасенсы, но члены всей съемочной группы. Внутри меня бушевала обида. Я почему-то вспомнила бедного оператора, которого чуть не сбила, когда Серафим тащил меня сюда.

Решив отомстить за него и за себя, я схватила со столика первое, что попалось под руку, и кинула в ухмыляющегося мужчину. К несчастью для Серафима, это оказалась недоеденная кем-то банка шпрот. Нет, ему было не больно, но жирные пятна у него оказали практически везде. Особенно пострадали лицо и рубашка. 

Понимая, что пока семья в шоке, нужно по-тихому линять, я кинула им под нос папку со сценарием и сделала ноги. И очень вовремя, так как из комнаты послышался просто нечеловеческий рев! Видимо, у Ефима это была любимая рубашка. Зато я отдала им интересные бумажки, пусть ознакомятся. Может, хоть это поможет им понять, что они потратили деньги зря, и никакими потусторонними силами в этой истории и не пахнет. Ну, или не пахло, пока эта Варвара не появилась.

Я снова вспомнила тень, и мне стало не по себе. Я не знала, что там слышала эта леопардовая особа, но все мое нутро кричало об опасности подобных слуховых галлюцинаций. К тому же, к расследованию ее глюки точно никакого отношения не имели. 

И вообще, чтобы разобраться во всем этом деле, достаточно было просто местный персонал поспрашивать и саму Дину допросить с пристрастием. Тайна разгадалась бы сама собой. Да еще сам Серафим что-то темнил. Он знал обо всей этой истории гораздо больше, чем хотел показать.

Я задумалась. Мне было непонятно, почему брат с сестрой не могут нормально поговорить и рассказать друг другу правду. Тогда все стало бы на свои места и не пришлось бы устраивать этот концерт с экстрасенсами и вопящей Лерой Вениаминовной. У них были явные проблемы с человеческим общением. Хотя не мне было их судить. Я вообще с людьми общаться не умела. От меня добрая половина городка шарахалась, нечистью называла. 

“Кстати о нечисти! Надо бы все даты смертей сверить, а то у меня какие-то смутные сомнения, уж больно все гладко сходится. Наверняка этому тоже есть логическое объяснение!” – подумала я, выбегая из особняка. 

Но для начала я решила пообщаться с Авдотьей, подругой из деревни. Стоило также заглянуть к отшельнице, но, если честно, идти к ней как-то совсем не хотелось.

Я когда эту женщину впервые встретила, чуть в штаны не наложила. Она очень редко выходила к чужакам, но, может, именно ее видели лесные гости?

“Что ж, решено! – буркнула я себе под нос, направляясь прочь из поселка. – Раз уж ввязалась в это дело – надо его разгребать до конца. Так что вперед и с песней!”

Кому-то может показаться странным, что я решила в одиночку отправиться в лес, расследуя дело, отношения к которому не имею никакого. Но что-то гнало меня вперед, не давая покоя. Мне почему-то казалось, что все это происходит не просто так, и я еще сыграю свою роль во всей этой истории. Возможно незначительную, главное - чтобы Ефим меня запомнил! Мне этого очень хотелось.

Впервые за долгое время я чувствовала себя по-настоящему живой. Я редко испытывала сильные эмоции.  Внутри меня всегда жила пустота, которую я ничем не могла заполнить. Баба Зина как-то сказала, что ничего не боятся только мертвые. Тогда мне показалось, что это она про меня. Ведь даже родная бабуля частенько говорила маме, что у меня время от времени взгляд как у покойника становится: пустой и холодный, и именно поэтому люди шарахаются от меня.

Сначала я переживала из-за ее слов, но потом решила не предавать им большого значения, все-таки бабушка всегда меня недолюбливала. Но теперь все изменилось. Мне хотелось дышать полной грудью, лезть не в свои дела с удвоенной силой, смеяться и плакать, жить! Поэтому я ускорила шаг и направилась к своей цели.

От поселка до деревни староверов идти было прилично, минут тридцать точно. Но меня это несильно расстраивало. Я могла спокойно отдохнуть от людей и еще раз подумать о сложившейся ситуации. Хотя чего думать? Дурдом на проводе! Еще и в голову постоянно лезли мысли о Серафиме. Я пыталась их отогнать, но в памяти снова и снова всплывал образ растерянного мужчины, измазанного шпротами. 

“Интересно, он сейчас думает обо мне? Злится? Ругается? - размышляла я, шагая по лесу. - Может, опять грозится оторвать что-нибудь ценное?”

Я невольно начала улыбаться. Но потом вспомнила о цели своего путешествия и прогнала глупые мысли прочь. Продержалась я недолго. Через какое-то время в голове снова всплыл образ Серафима, и я опять как идиотка начала лыбиться. 

Погода нормализовалась, выглянуло солнышко. После дождя лес пах необычайно, зелень как будто ожила, что было неудивительно - три дня стояла страшная жара. Лето выдалось на редкость теплым, так что дождь был весьма кстати. Тропинку размыло, поэтому я замедлила шаг, боясь поскользнуться. 

“Не хватало еще вернуться в город чумазой! – подумала я, осторожно пробираясь через грязь. – А то скажут потом, что подралась с кем-то, знакомую какую-нибудь приплетут или слух об очередном маньяке пустят. Местным только дай повод! Они историю почище желтой прессы придумают. И опять женская половина моего семейства на меня с упреками набросится. Скажет, что позорю честь семьи. Хотя какая там честь у нашей-то женской половины!”

Я вспомнила о семье, и мне стало грустно. Я все никак не могла понять, почему у меня с родными никак не складываются отношения. Еще и после сегодняшних событий Маргарита Осиповна на пару с Варварой наверняка наговорят родственникам гадостей, накалив и без того сложную обстановку в доме. Опять бабушка с сестрой начнут кричать, а мама, схватившись за голову, будет вздыхать в сторонке и плакать. 

Я почувствовала, как неприятно сжалось в груди. “Эй, соберись тряпка! Еще не хватало самой расплакаться!” – подумала я и громко шмыгнула носом. 

Вдали как в дымке показались несколько старых срубов. Идти оставалось совсем чуть-чуть. Мне всегда было интересно, как эти странные люди тут живут без телефонов и интернета. Для меня это было бы просто пыткой! Я бы без своих любимых программ и дня не продержалась! Зато у них было спокойно. 

Кризис деревню обошел стороной, сплетни и лишняя болтовня среди местных не приветствовались, опять-таки работали люди на свежем воздухе. Хотя медицины тут не было никакой. И случись какое-нибудь ЧП, никто из экстренных служб помочь жителям не смог бы при всем желании. Да и не очень общительными они были. Даже с местными не поддерживали контакт, и это было странно, вроде недалеко друг от друга жили. 

Я с самого детства часто гуляла по лесу и однажды, когда мне было лет десять, набрела на поселение. Естественно, оно меня так заинтересовало, что я тут же начала исследовать новую местность и заодно следить за ее обитателями.

Только те мне не очень рады были. За полчаса моего брожения по деревне ни единого слова не сказали! Даже не поинтересовались, кто я и откуда. Я бы даже сказала, как-то спокойно приняли мое вторжение и не обращали на меня особого внимания, занимались своими делами. А дел у них действительно было много. Их двадцать первый век как будто стороной обошел. В поселении не было никаких признаков цивилизации!

Так и бродила бы я там до глубокой ночи, наблюдая за жизнью местных аборигенов, если бы не наткнулась на Авдотью. Она у них самой общительной оказалась. Сказала мне целых три предложения! А именно спросила, что я здесь делаю, не потерялась ли, а если нет, какого лешего я домой не иду. Да, так и сказала! 

А вообще, Дуня показалась мне очень милой. Она вызвалась проводить меня до города. Я, конечно же, согласилась, рассчитывая расспросить девушку об этом месте и жителях. Вот только в итоге она за весь путь практически ни слова не сказала. Зато я трещала без умолку! Меня прямо прорвало! Всю дорогу говорила без остановки! Можно сказать, превысила свой лимит по общению на три месяца! 

Не знаю почему, но, глядя в ее умные добрые глаза, незатуманенные алчностью, завистью и прочими благами современного мира, я необъяснимым образом чувствовала, что она сможет понять меня. Я рассказала ей о себе все, что только могла вспомнить, а она лишь улыбалась и кивала. Так что в ее лице я нашла себе настоящего психолога. 

С тех пор время от времени я как гром среди ясного неба обрушивалась на тихую деревню, внося сумятицу и неразбериху, ломая привычный многовековой уклад жителей. 

Глава деревни всегда был страшно недоволен моими появлениями, считая, что я смущаю народ, но и поделать со мной ничего не мог. Он тоже был не самым общительным жителем поселения и точно не стал бы со мной ругаться. 

Зато Дуне доставалось от него. Сама слышала, как он ее отчитывал. Мне даже стыдно было перед девушкой, но она лишь улыбалась и говорила, что ничего плохого не случилось, после чего снова выслушивала мой словесный поток.

Зато жители деревни не раз помогали мне искать людей, пропавших в лесу. Вообще, поиск потеряшек – вещь довольно-таки неприятная. Особенно в дождливую погоду. Зато хороший повод собраться всем вместе. 

Обычно новость об очередном ЧП моментально разлеталась по городу. Местные активисты давали клич, собирая добровольцев, и отправлялись разыскивать пропавших. Я тоже частенько присоединялась к поисковым группам. А что, в лесу погулять в компании – дело хорошее! Пусть горожане и старались держаться от меня подальше.

Местные редко терялись, а вот жители больших городов, атакующие наши грибные поляны, частенько попадали в неприятности. И честное слово, малышню искать было проще, чем этих ненормальных туристов. Современные дети и посмышленее будут, и ведут себя более адекватно, чем чокнутые путешественники, впервые увидевшие дерево вне парка. 

Вечно эти туристы забивались куда-нибудь в овраг или ходили кругами, а нам приходилось их выискивать. Дело это было непростым, а если люди забредали на болото – еще и опасным. Так что помощь староверов была просто неоценимой.

Поэтому, если случалось несчастье, и в лесу пропадал человек, я сразу бежала к специалистам и просила помощи. И хотя жители деревни предпочитали не вмешиваться в дела внешнего мира, в поиске человека они никогда не отказывали.

Жители деревни каким-то невероятным образом буквально в течение получаса находили пропавших, а я исполняла роль посредника - приводила помощь. Сами староверы никогда не оставались до момента прихода “городских”, показывали место и сразу уходили. Да и просили помалкивать меня об их роли в поисках, боялись, что чужие нарушат их привычный уклад. Оно и понятно, они жили в своем мире, налоги не платили, еще и детей в школу не отправляли. Их точно бы достали местные власти, надо же как-то выпендриться перед вышестоящими чиновниками.

Поэтому я никому не рассказывала о деревне, а моя скромная персона постепенно обрастала слухами. Люди говорили, что я всегда там, где беда. А некоторые злые старушки шептались, что беда там, где я. И никакой благодарности.

Вздохнув, я решила не думать о грустном. Еще не хватало, чтобы Дуня увидела меня с красными глазами и устроила допрос с пристрастием. Вот как у нее это получалось? Одним вопросом всю душу наизнанку выворачивала! А делиться своими переживаниями, особенно связанными с Серафимом, я еще не была готова.

Я дала себе слово, что буду говорить с девушкой только по делу, кратко и без лишних разглагольствований. Вот только увидев подругу, не сдержалась. Я радостно подбежала к ней и запрыгала рядом как ребенок.

- Привет, Дуня! – затараторила я. - Как я скучала! Ты не представляешь, что в моей жизни произошло за какие-то три дня! Вот ты говоришь, что я мало с людьми общаюсь, а я тут расследование затеяла, перезнакомилась с кучей народу, еще и в ученицы к какой-то колдунье из девяностых нечаянно записалась!

Авдотья улыбнулась и качнула головой. Только сейчас я заметила, что она несет воду на коромысле. Тяжелые ведра покачивались, но из них не упало ни капли. В этот момент мне стало стыдно - опять я ее отвлекала!

Я быстро огляделась в поисках Анастасия Ивановича, главы деревни и по совместительству отца Дуни. Мне не хотелось, чтобы он снова ругал девушку за то, что “она опять без дела стоит и лясы с чужаками точит”.

- Давай помогу, и не спорь! А то вон какая худенькая, переломишься еще! Ваш начальник и так от моих набегов не в восторге, а после такого точно появляться запретит! 

Я попыталась выхватить коромысло у девушки, но Дуня легко увернулась и ткнула меня пальцем в нос. Я жутко обиделась и отвернулась, а Авдотья, смеясь, убежала к себе во двор. Через какое-то время она вышла и, улыбаясь, погладила меня по голове. Я обижено фыркнула, но, немного подумав, решила простить девушку и продолжить разговор.

Это уже каким-то ритуалом между нами стало! Я обычно никому не позволяла себя трогать, даже отчиму Михаилу Ивановичу, а Дуня просто брала и без спроса мутузила меня. 

“А нет, еще так делает семейство Котовых, особенно этот противный Ефим! – вспыхнув, подумала я. - Мы знакомы всего ничего, а брат с сестрой уже умудрились всю меня залапать. Интересно, они хоть что-нибудь слышали о личном пространстве?”

Выкинув из головы мысли об этом дурном семействе, я поведала Дуне о событиях прошедшего дня. Рассказ получился сбивчивым и эмоциональным, особенно часть, где в Серафима полетела банка со шпротами. 

Меня с одной стороны переполняла гордость, что враг получил по заслугам, с другой – было жутковато, ведь завтра нам опять предстояло встретиться. 

“А что, если он теперь не захочет пускать меня на съемки? – испугалась я. - Мадам Варвара вряд ли теперь за меня заступится”.

И тут меня осенило. Я ведь понятия не имела, куда мне предстояло ехать! Я забыла узнать, где завтра будут снимать программу! 

Увидев, что я задумалась, Дуня взяла меня за руку и произнесла:

- Я очень рада, что у тебя появились друзья.

- Друзья? Да какие они мне друзья! Так, пересеклись пару раз. И вообще, через пару дней они уедут, и я снова заживу своей обычной спокойной жизнью! 

- А как же котик? – спросила подруга и как-то хитро посмотрела мне под ноги. 

- Какой еще котик? – удивленно спросила я и проследила за ее взглядом.

И тут я опять увидела огромного черного кота, сидевшего в метре от меня. Наглая морда увязалась за мной, а я так была поглощена размышлениями, что даже не заметила этого!

“Bот как мне теперь возвращать его хозяевам? – встревоженно подумала я. - Решат еще, что украла кота ради выкупа! От этой противной Леры можно всего ожидать. Для таких людей как она любая шумиха, кроме некролога, хороша! А вообще, это нормальное поведение для кота? Они вроде к дому привязаны должны быть”.

- Опять в облаках витаешь? – спросила Авдотья и крепко прижала меня к себе.

Я засмеялась и начала отбиваться, но куда мне сражаться с настоящей деревенской жительницей! Сдавшись на милость победительнице, я все-таки вспомнила, зачем пришла и решила перейти сразу к делу.

- Прости Дунь, я вот что хотела спросить! У вас, случайно, по моим подсчетам где-то в феврале, три обдолбанный туриста ночью мимо деревни не ходили?

- Что, прости? 

- Ну, городские не совсем вменяемые подростки к болоту по стопам Сусанина не ступали?

Дуня засмеялась и покачала головой. “Пропала моя последняя надежда! - расстроилась я. - Хотя, может, они какими другими окольными путями до болота добирались и напоролись там на отшельницу!”

В голове всплыл ее образ, и я вздрогнула. Странной она была женщиной и жуткой! Никто не знал имени отшельницы, но увидев ее, да еще и ночью, с непривычки инфаркт получить можно было. Но выбора не оставалось – надо было все-таки навестить эту женщину, чтобы точно выяснить, добрались эти психи малолетние до болота или нет. Оставалось надеяться, что отшельница выйдет из своего убежища и не откажется со мной поговорить. 

Найти ее было непросто, а разговорить – тем более. Иногда я сомневалась - человек она или галлюцинация, вызванная испарениями с болот. Я никогда не видела ее жилища. Ни домика, ни землянки. Хотя исследовала все в округе и знала лес как свои пять пальцев. 

Возможно, женщина жила где-то в глубине болота. Я бы с удовольствием проверила свою теорию и зашла в гости к отшельнице, но мне так-то еще жить хотелось, так что соваться в топь и исследовать местные трясины я не решилась.

Я задумалась. Единственным нормальным вариантом действий было побродить по окраине болота пока светло. Наверняка отшельница выйдет посмотреть, кто на этот раз ее покой нарушает. 

Рассудив, что это самое верное решение в данной ситуации, я хотела было откланяться и двинуться в путь, но тут Авдотья взяла меня за руку и, посмотрев в глаза, спросила:

- Ты на болото? К ней?

- Да, мне надо точно узнать, видели ли эти придурки малолетние отшельницу или нет. Это многое объяснит и позволит мне двигаться дальше в расследовании!

- Пожалуйста, будь осторожнее! -  взволнованно сказала подруга.

 Я хотела было отмахнуться, но она остановила меня рукой и крепко прижала к себе.

- Будь осторожна, есть тайны, которые лучше не выкапывать на свет Божий! – шепнула девушка мне на ухо.

- Да что это значит? – зло спросила я. Эта загадка меня начинала доставать.

Авдотья лишь улыбнулась и, подтолкнув меня вперед, ушла к себе во двор. 

Я озадаченно смотрела вслед подруге. Кот с любопытством смотрел на меня. Потом мы еще минут пять смотрели друг на друга, размышляя, стоит ли продолжать знакомство. Ему явно не нравились мои сандалии, мне абсолютно точно не нравились его когти, зубы и шерсть. 

- Еды у меня в доме мало, следить за тобой я не собираюсь, туалет на улице, все устраивает? – спросила я, не глядя на кота.

- Мрр! – послышалось в ответ, и кот с довольной мордой потерся о мою ногу. 

“Дожили, теперь с животными разговариваю! – подумала я, косясь на своего неожиданного спутника. - Хорошо, что хоть не белка увязалась! А то бы точно засомневалась в своем психическом состоянии! Надо будет имя придумать этому мохнатому шару”. 

Я быстрым шагом направилась по дороге в сторону болота. Кот, не торопясь, шел за мной. Мысли в голове кружились в бешеном ритме. Чтобы хоть как-то успокоиться, я опять обратилась к коту: 

- Как же мне тебя назвать? Так, посмотрим. Ты у нас большой, толстый и черный. Деготь! Хорошее имя! Или вот еще - еловый усач! Хотя нет, длинновато… Мамонт! Хотя, они вроде рыжие были. Булыжник? А что, тоже интересное имя! Или вот еще - квадрат! Черный! Черный квадрат! А что, похож! Как тебе?

Кот презрительно фыркнул, а я продолжила свой странный, если не сказать бредовый, монолог. 

- Эй, черный квадрат, назвать тебя в честь создателя Казимиром?

Кот обреченно вздохнул, и мне даже неловко как-то стало перед этим пушистым чудом. 

“Хотя, это же обычный дворовый кошак! - мелькнуло у меня в голове. - И вообще, никакой он не Казимир, а обыкновенный Малевич!”

- Решено! – уверенно сказала я. – Будешь Малевичем! Пошли Малевич! И учти, отстанешь - ждать не буду! А в трясину провалишься – вытаскивать не стану. Сам выплывать будешь!

Так мы и пошли: я впереди, а черный кот Малевич за мной. Лес вокруг становился гуще, лучи солнца едва пробивались сквозь густые кроны. Вокруг пели птицы, время от времени показывались белки и прочая живность.

Я с любопытством поглядывала на кота. Все-таки он был хищником, но тот не реагировал ни на что и с гордым видом топал за мной.

“Дрессированный, что ли? – подумала я, рассматривая нового друга. - Нет, наверное, он ненастоящий, просто глюк системы. Не бывает таких котов, которые спокойно идут за незнакомым человеком в лес. А вдруг пока я усердно работала, не замечая ничего вокруг, приезжал театр Куклачева? И вот один из сбежавших артистов следует за мной? Или дело в запахе шпрот? Иначе, зачем еще это чудовище преследует меня?” 

Я снова взглянула на кота, и тут меня пронзила догадка. 

“Да с чего я вообще решила, что это кот из дома Жэки? – мелькнуло в голове. - Может, это вообще деревенский кот или соседский, которого я видела утром. Он все-таки нашел проездной и доехал до нужной остановки. Или Дуня просто решила подшутить. Она это дело любит. Намазала меня валерьянкой, а сама пустила по следу местного кошака. Иначе чего это она все время лезла обниматься? Вот и логическое объяснение! Вон он как свободно ориентируется. Ясно дело, он живет в поселении, а за мной пошел из-за запаха! Увижу Авдотью, выскажу все, что о ней думаю!”

Мы почти дошли до болота, когда кот как-то странно мяукнул и нырнул в кусты. Я вздохнула. Все-таки я понемногу начала привыкать к этому мохнатому засранцу, но так было лучше для всех. В деревне был его дом, а у меня он бы просто с голоду помер. 

Деревья отступили, освобождая место болотистой местности. Лишь одинокие кустарники мелькали среди обманчивых зеленых зарослей травы. Дальше я не решилась идти. Все-таки в мои планы входило дожить до заслуженной пенсии. Я решила прогуляться по окраине болота, надеясь, что живущая здесь женщина сама выйдет, или я просто через десять минут пойду домой. Как говорится, я сделала все, что могла. Попытаюсь в другой раз. 

Оглядывая местность, я задумалась, как здесь вообще можно было жить. “Хотя чего взять с этих отшельников? – рассудила я про себя. – Они люди странные! Не понять мне их никогда! Лично я хоть и люблю одиночество и недолюбливаю людей, но даже мне было бы тяжело жить без цивилизации”. 

Я представила свою жизнь в полном одиночестве, и мне стало жутко. Жизнь без родных. Страшно даже было подумать об этом. Да, у меня были сложные отношения с мамой и бабушкой, но ведь были и хорошие моменты. Я просто обожала своих племянников! Жизнь без этих маленьких оболтусов была бы пыткой. 

К тому же я очень тепло относилась к отчиму. Мы с ним всегда хорошо общались. Любили пообсуждать женскую половину семьи, посмеяться, пошутить. Он всегда был на моей стороне, всегда волновался за меня. Как я могла его оставить на растерзание этим злым женщинам?

Если честно, мне было очень трудно признаться в этом даже самой себе, но я бы очень сильно скучала по сестре. Пусть Оксана меня терпеть не могла, но для меня она всегда была примером. Сестра смогла сделать то, что никак не удавалось сделать мне. 

Она создала свою семью, стала прекрасной матерью и заботливой дочерью. Если совсем уж откровенно, я бы скучала даже по ее ворчливому мужу Федору. Пусть у нас и шла с ним негласная война, зато он всегда становился незаменимый союзником в битвах против Мымры с ее подружками, время от времени оккупирующими родительский дом. Да, без семьи мне было бы очень тяжело.

Даже если оставить семейные моменты, как бы я жила без творчества? Да, я далеко не Микеланджело, но даже у моих работ были свои почитатели. Тот же Псих. 

А баба Зина? Что бы она делала без моих внезапных налетов на магазин? Наверное, жила бы себе спокойно, но скучно! Как и баба Люба. Кто бы ей подкидывал столько тем для сплетен? Дуняшка тоже наверняка бы расстроилась. Зато Мымра бы обрадовалась. Никто бы ей больше живность всякую в сумку не подбрасывал. И про возраст не напоминал. 

А как я сама бы жила без телевизора? Без фильмов ужасов и любимого шоу о моделях, на которое меня подсадили племяшки, когда пытались придать мне, как они выразились, гламурный вид? И кофе с плюшками. Как жить без них? “Нет, я точно никогда не стану отшельницей! – твердо решила я для себя. - Цивилизация – это мое все!”

Внезапный порыв ветра прервал мои измышления. Вздрогнув, я увидела в смутной дымке, поднимавшейся от влажной почвы, силуэт. Это была она, отшельница. Как всегда, она появилась неожиданно. Взглянув на нее, я чуть штаны не обмочила, что было неудивительно.

Увидеть отшельницу воочию, это все равно как на фильм ужасов сходить, причем очень страшный! Даже сейчас, глядя на то, как силуэт обретает черты реальной женщины, я с трудом могла поверить, что это не какой-нибудь призрак, а обычный человек из плоти и крови.

Между тем отшельница приближалась. Из-за серого длинного платья казалось, будто она не идет, а плывет по мокрой земле. Я прекрасно знала, как опасна эта местность, поэтому мне было странно смотреть, как свободно, без всякой осторожности, она перемещается под завывание ветра и шум травы. 

Глядя на женщину, невозможно было определить ее возраст. Она была тоненькой как тростинка, со светлой кожей без единой морщинки. С первого взгляда можно было подумать – молодая женщина. Но посмотрев внимательнее, взглянув в эти пустые выцветшие глаза, постепенно приходило осознание, как ты ошибся. Я бы не удивилась, если бы узнала, что она видела мировую войну. Первую мировую. 

- Что тебе надо? – тихо спросила женщина жутким трескучим голосом, от которого у меня у самой чуть не свело челюсть.

- Тут такое дело, - неуверенно начала я, - у нас в городе ЧП, и чтобы разобраться в ситуации, мне надо точно знать одну вещь. К вам, случайно, в феврале не забредали на болото ночью три ненормальных подростка? Я понимаю, звучит странно, но видите ли…

- Не забредали.

От ее голоса меня мурашки побежали по коже. Да что там, на меня как будто вылили ушат ледяной воды! Но отступать было некуда, поэтому я, заикаясь, снова подала голос:

- Я прошу прощения, они направлялись к болоту и кого-то видели… 

- Поверь, - перебила меня женщина, - если бы они вторглись на мою территорию, я бы их… прогнала.

У меня волосы встали дыбом. Впервые я столкнулась с этой женщиной, когда была совсем маленькой, но до сих пор она внушала мне ужас. Отчим мне рассказывал, что я частенько пряталась здесь, когда любовник матери напивался и, как в детской считалочке, выходил искать. Я плохо помнила это время, знала лишь, что грибники не раз находили меня в лесу, после чего отводили домой, и все начиналось по новой.

- Значит, сюда они не заходили? – тихо пискнула я.

На это жуткая женщина ничего не ответила. Она развернулась и поплыла обратно. Солнце скрылось за тучей, медленно наступали сумерки. А призрачная фигура продолжала плыть в дымке. Жуткое зрелище, жуткое и завораживающее. 

“Значит, не ее видели подростки? – размышляла я, поворачивая домой. – Или все-таки ее? Тогда почему они описывали черную женщину? Платье у отшельницы было довольно-таки серым, как у Гендельфа из первой части фильма “Властелин колец”. Дальтонизм или... Хотя в темноте могло и темным показаться”.

Вернулась в город я поздно вечером. Неспешно гуляя по лесу, я совсем потеряла счет времени. Зато его не потерял водитель последнего автобуса, так что до дома мне пришлось идти пешком.

В конце пути ноги у меня гудели страшно. Шагая по размытой тропинке, я мечтала лишь об одном – добраться поскорее домой и скинуть проклятую обувь, которая даже после всех приключений выглядела как новенькая. А потом завалиться спать и плевать на расследование, на желтую прессу и семейство Котовых.  В конце концов, они мне были никем, а норму общения с людьми я перевыполнила на шесть месяцев вперед.

Так я думала, выходя на городскую дорогу. Настроения не было никакого. Я не знала, где дальше будет сниматься передача, и, если честно, меня пугала предстоящая встреча с Серафимом и его сестренкой. Я живо представила себе картину, как они предъявляют мне счет из химчистки или даже обвиняют в покушении на убийство, рядом злобно хихикают Мымра с приспешниками, а довольная Варвара тычет в меня пальцем и кричит: “Неудачница!”

Отогнав злые мысли, я решила для себя, что завтра останусь дома и буду целый день смотреть сериалы.

Впереди показалась знакомая улица. “А вот и он, дом, милый дом! Стоп! А это что еще такое?” - удивленно подумала я, глядя на припаркованную возле моего жилища черную иномарку с тонированными стеклами. Дверь машины открылась, и из нее вылез улыбающийся Серафим. Он что-то сказал водителю и направился ко мне.

Меньше всего на свете я сейчас хотела видеть именно его. Не желая выяснять отношения, я решила спокойно дойти до дома, а потом быстро забежать к себе и захлопнуть дверь прямо перед носом непрошеного гостя. Вот только моим планам не суждено было сбыться. Серафим быстро подошел ко мне, а потом неожиданно крепко обнял!

- Какие люди! А я тут тебя дожидаюсь. Есть разговор. Надеюсь, ты не против? – радостно сообщил этот троглодит, затаскивая меня во двор. 

Я от такой наглости впала в ступор, а Серафим, воспользовавшись моим замешательством, забрал ключи и полез открывать мою дверь! 

- Как ты узнал, где я живу, и вообще, чего ты здесь забыл? – ошарашенно спросила я, пытаясь быстро придумать пути отступления.

- Просто ты так внезапно убежала, мы даже поговорить толком не успели. А папка, которую ты оставила, содержала довольно-таки интересную информацию о моей семье. Где ты ее достала? – спросил Серафим, открывая дверь.

Улучшив момент, я хотела тихонько слинять через забор и переночевать в мастерской, но Серафим заметил мое тактическое отступление и сделал резкий выпад вперед. Схватив за руку, он втащил меня в дом.

Я была возмущена до глубины души таким обращением, но была слишком уставшей, чтобы ругаться, так что решила все-таки переговорить с этим настойчивым типом, а после принять ванну и лечь в кровать. 

Серафим включил свет и застыл на пороге, ошарашенный видом моего жилища. Ну да, уборку я давно не делала. Да и частенько брала работу на дом, в том числе и большие заказы, так что в коридоре то и дело попадались остатки рабочего материала и незаконченные и просто испорченные скульптуры, выбросить которые у меня пока руки не дошли.

К тому же понимая, что из-за моей профессии некоторые загрязнения стен и пола неизбежны, я решила сэкономить на обоях и покрасила почти весь первый этаж моего маленького домика в темный цвет. Вечером он казался черным, наверное, поэтому Ефим так удивился.

Да и паутина, видневшаяся в темных углах коридора, не придавала моему дому уюта. Ее сплел местный паучок. Я назвала его Гошей. У меня рука не поднялась ее убрать. Все-таки он так старался, конструировал себе домик, а я разрушать? Нет, я, как никто другой, понимала, как порой трудно что-то создать. Гоша был настоящим трудягой, и я уважала его за это. 

Ну а грязные следы на полу в прихожей объяснялись совсем просто. Я часто возвращалась домой очень уставшей и в таком состоянии просто забывала снять обувь. Жила я одна, к тому же на окраине, красоваться мне было не перед кем, вот и убиралась я раз в неделю, а то и две.

- Слушай, а летучие мыши у тебя, случайно, не водятся? – спросил, ухмыляясь, Серафим, от чего мне резко захотелось его ударить.

- Только гипсовые. Хочешь купить? У меня много всего интересного! 

- Спасибо, пока воздержусь. Зато теперь понятно, почему ты так заинтересовалась этим делом. Ты хочешь привидение себе в коллекцию! А то такой дом пропадает! Нет, ты только представь. Будет местная достопримечательность, свой дом с призраком. Настоящим! Только еще музыку надо жуткую найти, и все, деньги лопатой грести будешь.

- Слушай, чего тебе надо? Пришел мстить, что ли? – устало перебила я своего оппонента. 

- А ты не бросайся в уважаемых людей чем попало, и проблем не будет. Хотя, учитывая твой противный характер, сделать тебе это будет просто не реально. А вообще, хотел сказать спасибо.

Серафим замялся, но быстро взял себя в руки и пошел по коридору вглубь дома. Я удивленно посмотрела вслед удаляющемуся мужчине и нехотя поплелась за ним. В моем доме жилыми были только две комнаты – спальня и гостиная. Во вторую как раз и зашел мужчина. 

Когда-то в гостиной я снесла перегородку, отделяющую ее от маленькой кухни, поэтому она служила еще и столовой. Стены здесь были окрашены в нежный светло-зеленый цвет. В центре комнаты стоял диван, который я почти никогда не раскладывала, рядом разместились небольшой низкий столик в японском стиле и светлый пушистый коврик под ним. 

На тумбочке у стены расположились большой телевизор, ноутбук и колонки. Дополнял убранство гостиной небольшой шкаф, одна сторона которого была выполнена в виде зеркала, другая – украшена рисунком цветущей сакуры.

- О, любишь минимализм? А здесь у тебя мило! – нагло сказал Ефим и плюхнулся на диван, скинув на пол подушки. – Вот только мебель у тебя какая-то маленькая! Как будто на хоббитов рассчитана.

От такой фривольности я дар речи потеряла. Мало того, что Серафим вломился в мой дом, не сняв обуви, сел без спроса на мой любимый диван, так еще был недоволен его размерами!

- Извините, я не ожидала, что ко мне в гости зайдет мамонт! – недовольно сказала я, убирая с пола подушки.

Серафим усмехнулся. Мужчина вытянул ноги и с упоением потянулся, после чего как ни в чем не бывало спросил:

- Есть что пожрать?

Я аж подавилась от такого. Он еще на мои запасы зарился! 

- Для тебя у меня ничего нет! – обиженно буркнула я на непрошеного гостя. - Хочешь жрать? Тогда для начала сходи в магазин и купи продуктов! И учти, готовить я в любом случае не собираюсь, у тебя сестра есть, пусть она для тебя старается! 

- Ты что, смерти моей хочешь? Да после последнего эксперимента Дины, она пыталась приготовить фондю, я неделю в больнице со всеми признаками аппендицита пролежал! С тех пор я всю ее еду на пробу даю своей собаке, если она с воем убегает, то я по-тихому смываю все в унитаз.

- Бедняжечка! – с притворным сожалением вздохнула я. 

- Ой, не говори! Трудна жизнь старшего брата!

- Да я не про тебя, кому ты нужен! Родная сестра тебя отравить пытается! Я про бедную животинку, за что ей такие мучения! Вы просто семейка живодеров! И вообще, пойду, переоденусь, а то устала жутко! И чтобы когда вернулась, духу твоего здесь не было! – сказала я, доставая из шкафа домашнюю одежду. – И ботинки сними, ты мне коврик пачкаешь!

- Не понял логики… Из дома выгоняешь, при этом просишь обувь снять. Хотя вас женщин понять совершено невозможно! Кстати, тебе совсем не интересно, за что я спасибо хотел сказать? Ты меня прям ранила до глубины души! И, между прочим, я с хозяйки пример беру. Сама-то сандалии свои не сняла! И в чем это ты сама? Как чушка выглядишь, ты что, в канаву упала? 

- Не твое дело! А сандалии у меня просто тяжело снимаются, они на тугой застежке, хотя чего я тебе объясняю? Иди уже отсюда и дверь за собой захлопни! А то еще не хватало, чтобы кто-то забрался в мой дом…

- И умер от инфаркта в этой прихожей ужасов! Нет, такого я допустить не могу! Не будет этого преступления на моей совести! 

Я фыркнула и направилась в ванную. “Плевать, пусть гуляет в пустом доме, если ему так хочется! – раздраженно подумала я. - Все равно у меня ничего ценного, кроме телевизора и ноутбука, нет. Хотя вряд ли Серафим попытается их утащить. Судя по его машине, у него дома и получше техника есть”.

Дойдя до ванной комнаты, я обернулась и поняла, что этот троглодит не собирается никуда уходить. Мало того, судя по звукам, он полез в холодильник! Я чертыхнулась, но ругаться с ним не стала. Тем более что картошку с курицей и пирог, благополучно стянутые мной после семейного ужина, я успешно успела умять вчера. Сгущенка кончилась сегодня утром, как и сосиски, так что в моем холодильнике было пусто. Эта мысль согрела меня лучше горячей ванны, и я, злорадно похихикав, отключилась от мира на целый час.

Плескаясь в теплой воде, я блаженно мечтала о путешествии, которое долго откладывала. О море и чистом пляже, о бешеных экскурсиях в компании наших туристов, после которых местные аборигены еще долго приходят в себя, об уставших ногах, и наконец-то истоптанных в хлам сандалиях. О том, как вернувшись, я наделаю кучу новых фигурок, которые тут же заберет на реализацию Роберт.

А еще я бы привезла из путешествия тьму ненужных сувениров и главное - новую фарфоровую куклу для своей коллекции, спрятанной в шкафу. “Надеюсь, этот троглодит до нее пока не добрался!” – фыркнула я, снова вспомнив о Серафиме.

Из мечтаний меня вывел сильнейший удар в дверь. От неожиданности я подпрыгнула, после чего плюхнулась в ванну, вызвав при этом маленькое цунами.

- Эй, ты там не утонула? – послышался до боли знакомый голос.

- Твою мать, ты еще не убрался? Чего дверь ломаешь? Я из-за тебя чуть инфаркт не получила!

- О, живая! Выходи быстрее, ужин стынет! Или тебе помочь одеться? Так я это быстро, двери у тебя хлипкие.

- Только попробуй! Ладно, выхожу. Не дал помыться по-человечески! 

- По-человечески? Да ты там уже полтора часа сидишь! Я думал, тебя в канализацию случайно унесло! Чтоб через три минуты вышла, а то дом старый, косяки трескаются на раз.

За дверью все стихло. Я начала собираться. Надела свой любимый домашний костюм с милыми шортиками и майкой и пушистые тапочки в виде мишек. 

“Интересно, а про косяки это он серьезно? – встревоженно подумала я, дергая ручку двери. - Хотя, лучше сейчас с ним не спорить. Не зря же в газете писали, что на этой неделе будет полнолуние, и у психов полезут наружу все их параноидальные расстройства, так что не буду рисковать. Кстати, он, кажется, что-то сготовил. А из чего? Надо будет у соседей спросить, как их Тузик поживает, не пропал ли. А то этих городских не поймешь, вдруг Ефим любитель корейской кухни!”

Я вышла из ванной и сразу почувствовала запах мяса, запеченного под сыром и овощами. А еще кофе! Свежезаваренный! “Стоп, а разве у меня есть кофемашина?” – мелькнуло в голове, но я тут же отогнала все мысли прочь, почувствовав запах картошки.

Я вошла в гостиную и с любопытством посмотрела на сервированный стол. “Неужели Серафим сам все приготовил? Вон и кухню мою всю обшарил!”- удивленно подумала я, рассматривая кофейные чашечки, которые еще несколько часов назад мирно лежали на антресолях.

Мне их когда-то подарила сестра, увидев мою литровую кружку и с ужасом узнав, что я пью свой любимый напиток исключительно из нее, причем раза три-четыре в день. Вот только она не поняла, что про исключительность я говорила серьезно, хотя чашечки были миленькие, с танцующими мишками.

- Наконец-то! Сколько можно тебя ждать? Ты там что, по капле воду набирала? Или просто решила вздремнуть? Тебе не говорили, что в ванной это делать очень опасно! – сердито заявил Серафим, усаживаясь за стол.

- Откуда ты взял продукты? 

- Уж точно не из твоего холодильника! У тебя там когда в последний раз было что-то съестное? Протухшие крабовые палочки не считаются!

- Палочки! Я о них совсем забыла! Хорошо, что напомнил! – радостно пискнула я, предвкушая, как завтра их слопаю.

- Это уж точно. Не волнуйся, я их выбросил.

- Что? – моментально завелась я. – Да как ты мог! Чего ты вообще раскомандовался? Я из них салат сделать хотела! Да ты просто вредитель!

- Да они просроченные были! Или это у тебя такой изощренный способ самоубийства? Хотя ладно, спорить с ребенком – дело неблагодарное. Идем есть, и забудь о палочках! Я тебе завтра новые куплю.

Я еще некоторое время попыхтела для приличия. Все-таки на мои неприкосновенные запасы не просто покусились, их безжалостно уничтожили! Но через десять секунд я уже сидела на коврике за столом, уплетая все, что попадалось под руку. Рагу пахло невероятно вкусно. К тому же этот Ефим умудрился где-то вечером достать свежеиспечённые булочки! Это было просто невероятно! 

- Так где ты взял продукты? В магазин выходил? – спросила я, догрызая остатки своей порции, и с любопытством поглядывая на еду, лежащую у Серафима на тарелке.

Ошарашенно наблюдая за мной, он ответил:

- Знаешь, ты сейчас очень похожа на маленького голодного хомяка. Нет, не так. На очень голодного хомяка, у которого выдался тяжелый год, и он чудом вышел из спячки!

- Я просто сегодня мало ела! 

-  Ну-ну! А что касается жратвы… Просто увидев полное отсутствие человеческой пищи у тебя на кухне и шевелящиеся зеленые крабовые палочки годовой давности в холодильнике, я позвонил своему человеку и попросил его закупить нормальной еды. В конце концов, я часто занимаюсь благотворительностью, перечисляю деньги в фонды больных и голодающих, а тут один из представителей прямо передо мной находится. Вот я и подумал – почему бы не помочь бедолажке. Да не торопись ты так, в духовке еще есть.

- Духовка? У меня есть духовка? 

- Да, это такой ящичек под конфорками на плите. Хотя лучше не пользуйся им, а то пожар еще устроишь! 

- Пф, да что ты знаешь о пожарах?

- А что знаешь ты? – спросил Серафим и внимательно посмотрел на меня.

Я задумалась, стоит ли поднимать эту тему, но спустя пару минут сказала:

- Мой отец погиб во время пожара.

- Серьезно? А я сегодня вроде с ним разговаривал.

- Ты успел побывать у меня дома? На фиг ты туда поперся? И как ты узнал, где живет моя семья?

- Скажем так, навел справки. Некая особа по имени Маргарита очень нехорошо о тебе отзывалась. Ну и попутно рассказала мне обо всех твоих недостатках. Хотя нет, не обо всех. Например, она ничего не говорила о жутком доме с привидениями и о том, что ты самое беспомощное существо, которое только можно себе представить.

- С чего ты взял, что я не могу о себе позаботиться? Да будет тебе известно: я с шестнадцати лет живу одна! 

- Оно и видно. Ничему тебя в семье не научили! Ладно, хватит спорить. Так ты говоришь, что Михаил Иванович тебе не отец? - спросил Серафим, снова возвращаясь к теме моей семьи.

- Да, он мой отчим.

Мне не нравился этот разговор. Я не могла понять, чего этот тип добивается. Зачем он сует свой нос туда, куда его не просят. Решил таким образом отомстить? Конечно, я ведь тоже полезла в их семейные разборки, вот теперь он и мстит мне за мое любопытство.

- Хм, но он тем не менее родной отец твоей старшей сестры, так? – не унимался мужчина.

- Да. У нас сложная история семьи, и хватит об этом. Лучше добавки принеси!

- Ты знаешь, ты самое наглое существо, которое я когда-либо видел! Ладно, давай тарелку.

Ефим ушел, а я задумалась. Для чего мужчина все-таки ходил к моим родственникам? Что у них вынюхивал? Зачем ко мне пришел и еще угощает? 

“Что-то здесь нечисто, и дело совсем не в мести! – подумала я, наблюдая, как Серафим возится с духовкой. - Вот только что ему надо от меня? Может, дело в его сестре? Или Ефим просто хочет узнать, что мне удалось выяснить? Его семейству скандалы не нужны, хватит и этой темной истории!”

- Кому добавки? 

Громкий голос вернул меня в реальность, а запах ароматного рагу выбил последние мысли из головы. Я тут же набросилась на еду, не замечая, как пристально за мной наблюдают.

- Так что там с твоим отцом? – как бы невзначай спросил Серафим.

- Что? – не поняла я.

- Как он погиб?

- Умеешь ты темы выбирать! Я же говорила: погиб при пожаре.

Я обижено фыркнула. “И правда, зачем он поднимает эту тему! – подумала я, искоса поглядывая на мужчину. – А я-то всегда считала, что любопытство – это исключительно женский порок. Видимо, ошиблась”.

Некоторое время мы ели молча. Точнее я с жадностью уплетала все в радиусе зоны видимости, а Ефим наблюдал за мной. Мне даже как-то не по себе стало. Из-за пристального внимания мужчины я чувствовала себя участницей реалити-шоу. Казалось, Серафим сейчас набросится на меня, отнимет еду и начнет выяснять, почему я его не уважаю, и кто такой Малевич, о котором я брежу во сне. Вспомнив о коте, я загрустила. Как он там один в лесу… 

- Сколько тебе было? – вывел меня из мечтаний вопрос.

- Что?

- Когда это произошло с твоим отцом.

- Года четыре, может, пять, – задумчиво сказала я, пытаясь хоть что-то вспомнить о тех страшных событиях, - в тот день мы были вместе дома, вот только мне каким-то необъяснимым образом удалось выжить, а ему нет.

- Ты помнишь, как это было?

- Нет, я же маленькая совсем была. Так что воспоминаний совсем никаких не осталось.

- Странно, пять лет и никаких воспоминаний? 

- Нет. А на что это ты намекаешь?

- Да так, в каждой семье есть свои скелеты в шкафу. 

- В нашей их целый полк. И вообще, давай замнем эту тему. Она мне неприятна.

И снова за столом воцарилось молчание. Я быстро умяла остатки еды и стала убирать со стола. Серафим встал и начал мне помогать. Справившись с задачей, я решила передохнуть. Я подошла к дивану и плюхнулась на него, не обращая внимания на хмурый взгляд Серафима. 

- Эй, а посуду мыть кто будет? – крикнул мужчина недовольным голосом.

- Завтра! – ответила я, включая телевизор.

Пробормотав что-то про лентяек и лежебок, этот странный тип вымыл и убрал посуду, после чего подошел ко мне. 

- Теперь поговорим! – сказал он, отбирая у меня пульт и выключая телевизор.

- Неа, я сплю, иди домой! – ответила я и сделала вид, что уснула.

Серафим побагровел. Он сделал глубокий вдох, после чего резко опустился на диван, причем явно целясь мне на ноги. Успев их отдернуть, я зло посмотрела на мужчину и решительно отвернулась.

- Так куда ты сегодня умотала после того, как пыталась убить меня дохлой рыбой? И только не надо говорить, что пошла за покупками или домой, все равно не поверю. Когда ты уходила, у тебя был довольно-таки подозрительный вид. Я уверен, что у тебя возникли какие-то мысли, и ты решила их проверить. Не поделишься результатом?

- Нет! – буркнула я, не поворачиваясь к Серафиму. 

- Жаль, а я-то уж подумал, что мы неплохая команда, и завтра во время съемок смогли бы быть полезными друг другу.

- Что? Не поняла… – пискнула я, резко принимая вертикальное положение.

- Послушай меня, все это я затеял ради сестры, и мне бы очень не хотелось, чтобы она попала под влияние всяких шарлатанов. 

- Тогда зачем вообще их пригласил?

- Выбора не было. Если бы ты видела, в каком она была состоянии! Еще наша тетка масла в огонь добавила. Я очень хотел, чтобы Дина была уверена, что ей ничего не угрожает, что все самое страшное позади. Ты думаешь, я верю во всю эту чушь с призраками? Твоя папка только подтвердила мои опасения. 

- О чем это ты?

- Она предназначалась ведь этой Варваре? Знаешь, я не идиот, и прекрасно понимаю, что другим тоже дали сценарии с некоторыми фактами, дабы шоу получилось. Но то, что дали этой так называемой провидице - это не просто какая-то всем известная информация. Там данные расследования и результаты экспертиз, но самое главное – описаны события из жизни нашей семьи, которые знали только самые близкие родственники. 

- И что ты думаешь? 

- Я думаю, что это подстава. Причем кое-кто из наших так называемых родных приложил к этому свою руку. Моя сестра сейчас очень уязвима, но я не позволю ей манипулировать. Не знаю почему, но ты каким-то непостижимым образом вызвала у нее симпатию. Мало того, к тебе она прислушалась. Если бы ты видела, в какой транс она впала, наблюдая за этой бабой, даже я немного проникся. Но после того, как ты ее прервала, мы будто вышли из этого состояния.

 - То есть ты предлагаешь мне завтра продолжить мешать этому леопардовому одуванчику? – смекнула я, чего он от меня хочет.

- Как ты ее назвала? – улыбнулся Серафим. – Леопардовый одуванчик? Хотя знаешь, я бы сказал, что она больше похожа на ушибленного током крашеного хорька.

- Нет, крашеный хорек – это та противная Лера! 

Серафим засмеялся, но потом вдруг снова стал серьезным. Он наклонился ко мне и как-то странно посмотрел в глаза.

- Гипнотизируешь, что ли? – с усмешкой спросила я.

- Нет, пытаюсь понять, что творится в твоей черепушке. Ладно, давай выкладывай, что ты выяснила и где пропадала, а то не уйду.

- Ладно, скажу. Я кое-что интересное узнала еще в доме Жеки. Женщина, работающая там, мне рассказала, что парень вел себя в последнее время очень странно. Я бы даже сказала – неадекватно. Частенько курил кое-что запрещенное законами нашей страны, если ты понимаешь, о чем я. И в тот злополучный день, когда видели призрака, отрывался на полную катушку и опять-таки курил с друзьями в комнате, и что-то мне подсказывает, это был отнюдь не Беломорканал. И это именно Женя уговорил ребят пойти ночью в лес. Вот и возникает вопрос – зачем?  Я пыталась расспросить твою сестру, но она молчит как партизан, поэтому я решила спросить у местных, не видели ли они чего странного ночью в тот злополучный день.

- И что ты узнала? Я ведь тоже пытался это выяснить, но народ в вашем селе…

- Не в селе, а в городе! – вспылила я. – Где ты здесь село увидел? Мы что, зря наш завод восстанавливали? А электростанцию видел? И у нас два района, а с коттеджным поселком – все три! А парк наш видел? 

 - Ладно, не пыли. Я все понял! – улыбнулся этот наглый тип. – Просто вы все такие неразговорчивые, у кого не спрошу – никто ничего не видел.

- А ты не у тех спрашивал! Надо было идти в секретный район нашего города: район номер четыре!

- Что за район?

- Небольшое поселение за городом!

- Какое еще поселение?

- Ну, есть у нас такая крошечная деревенька в лесу, скрытая от глаз посторонних. Не все местные о ней знают. Я туда к подруге ходила спросить, не видели ли жители чего.

- Ну и? – от волнения Ефим чуть не свалился на меня.

- Э, полегче на поворотах! – сказала я, отодвигаясь в угол.

- Извини, продолжай!

- Так вот, они ничего не видели, поэтому я решила идти сразу к предполагаемой виновнице всей этой истории. Только эта женщина могла наделать столько шухера и напугать ваших школьников до усрачки. И она единственная во всем районе хоть немного, хотя нет, вру, очень сильно под описание вашего призрака подходит.

- Это как? – с нажимом спросил меня Серафим.

- А так, на болоте живет отшельница. Увидев ее в солнечный день, можно инфаркт получить, мне даже представить страшно, что будет с неподготовленным человеком, рискнувшим сунуться к ней ночью. Там уже несколько раз седых заикающихся туристов находили. Поэтому местные болота за километр обходят. Вот туда я и отправилась, чтобы напрямую спросить у отшельницы, не забредали ли к ней зимой на болото чужаки. Она вообще жутко не любит, когда к ее обиталищу кто-то подходит, прогоняет всех. Только их там не было. К тому же платье у отшельницы серое, а не черное, так что это точно не она их напугала. Что из этого следует? Ни в лесу, ни на болоте подростки не были. Значит, они что-то видели на окраине, недалеко от дороги. Остается только один вопрос: на кой они вообще туда поперлись.

Серафим слушал меня очень внимательно, и чем больше я говорила, тем сильнее мрачнело его лицо. Видимо, он тоже о чем-то таком думал, не зря же он запретил Дине общаться с этими парнями.

- Курили, значит, – задумчиво произнес он.

- Ага, а еще я узнала, что Жека связался со взрослой женщиной. И именно она им всякой хрени подкидывала. Нужно просто еще раз попасть в дом Жеки и все внимательно осмотреть, заодно узнать, был ли в этой комнате парень Дины перед смертью. Жека разбился на машине, влетев в столб недалеко от дома, так? А как умер второй?

- Разбился на машине на лесной дороге… Все, решено! Выдерживаем еще одно ненормальное утро, потом идем домой к Жеке и все выясняем. Дину возьмем с собой. Пусть знает, с кем связалась. А то я вечно у нее тиран и деспот, ничего не понимающий в настоящих отношениях!

- А под каким предлогом мы туда заявимся?

- Да плевать под каким! Надо будет – просто сломаем дверь! – взревел Серафим, после чего вскочил с дивана и начал наворачивать круги по моей комнате.

Глядя, как он нервно бегает из угла в угол, я, наконец, решилась задать ему вопрос, который мучил меня с самой нашей первой встречи.

- Ефим? – вкрадчиво начала я.

- Сколько раз тебе говорить, меня зовут Серафим! Хватит коверкать мое имя! – злобно буркнул мужчина, ускоряя шаг.

- Хорошо, Серафим. Я просто хотела спросить. Почему ты все время на меня так смотришь?

- Как так? – удивился Ефим и снова посмотрел на меня пристальным взглядом.

- Ну, как-то непонятно. Сосредоточенно, оценивающе, как будто знаешь меня. Может, мы где-то раньше встречались? Просто твое лицо мне тоже знакомо!

- Однозначно нет! – с усмешкой ответил Серафим. – Поверь, я бы запомнил.

На какое-то мгновение он задумался. Видимо думал, стоит ли ему делиться своими мыслями со мной. Потом вздохнул и сказал:

- Знаешь, твои родные тоже меня сначала пристально рассматривали. Твоя мама вообще чуть в обморок не упала. К счастью, твой отчим оказался более вменяемым. Мы с ним славно поговорили. Именно он сказал мне, где тебя искать.

Мужчина замолчал и снова начал меня рассматривать. Я не выдержала и спросила его:

- А что насчет меня? Ты не ответил.

- Ты разбираешься в современном искусстве? – резко сменил тему Серафим.

- Не совсем, мне ближе классика. А что? Ты, скажешь, разбираешься? 

- Ну и о чем тогда с тобой разговаривать? –  усмехнулся этот наглый тип, а мне стало обидно. 

“Это вообще-то я здесь творчеством занимаюсь, а не он! И чего этот противный Ефим мне выговаривает! Прямо как преподаватели из института!” – обиженно фыркнула я про себя.

Устало вздохнув, я потерла глаза. Видя мое состояние, Серафим подошел, потрепал меня по волосам, после чего тихо произнес:

- Ладно, отдыхай. Я завтра утром за тобой заеду. 

Потом он вышел, захлопнув дверь, а я легла на диван. Сил идти в спальню не было, поэтому я просто обняла подушку, свернулась калачиком и незаметно для себя самой провалилась в сон.

В это трудно поверить, но я почти ничего не помню о своем детстве. Многие удивятся, как такое возможно, но факт остается фактом: моя жизнь началась, когда мне исполнилось девять лет. 

Нет, какие-то обрывки воспоминаний сохранились, где я бегаю по лесу или вижу маму, но эти жалкие крохи мало что рассказывали о моем прошлом. Большая часть воспоминаний, целый пласт, просто стерлись из памяти. И если честно, мне абсолютно не хотелось выяснять, из-за чего так произошло. Я почему-то была уверена: это к лучшему.

С детства я видела, как люди бросают на меня косые взгляды, шепчутся за спиной, при этом никто открыто мое прошлое не обсуждал. Даже больше скажу: мои ровесники и тем более младшее поколение вообще были не в курсе прошедших дел. Что было очень странно, учитывая, как наши люди любили сплетничать.

Словно кто-то дал команду всем молчать. И когда я пыталась расспросить кого-то из взрослых о своем детстве, у всех странным образом находились срочные дела, и от меня буквально убегали, сверкая пятками. Дома так вообще все разговоры о делах минувших были под запретом. Так что прошлое для меня всегда было закрыто.

Зато когда я была подростком, мне часто снились страшные сны, от которых я резко просыпалась, чувствуя сильнейшую боль под ребрами. В глазах при этом все рябило и плыло. И потом всю оставшуюся ночь мне то и дело чудились странные тени, плавно курсирующие по комнате. Но утром я никогда не могла вспомнить, что именно мне снилось. 

Со временем кошмары стали посещать меня реже, тени вернулись в свои законные темные углы, а ребра перестали болеть. Жизнь начала налаживаться. Вот только отношения с окружающими меня людьми ну никак не хотели складываться.

В школе я была изгоем, в семье – тоже. О том, что я приношу несчастья слухи ходили давно. Со временем они подкрепились некоторыми событиями, и сейчас почти все горожане считали меня ходячим бедствием, приносящим окружающим страшные беды. 

Это было обидно, но с другой стороны - давало мне в некотором роде свободу. Кто станет обижать человека, один косой взгляд которого может обрушить на тебя крепкий с виду столб? И все равно, что было штормовое предупреждение, по соседству ремонтировали асфальт, да и сам столб уже давно был покрыт трещинами в палец толщиной. Во всем виноват был мой дурной глаз и скверный характер.

На самом деле я никогда никому не желала зла, оно само так получалось. Зато теперь я могла хоть в три часа ночи приходить домой. Ни одна, даже самая пьяная морда не рисковала ко мне подойти.

Если честно, мне иногда казалось, что меня прокляли, и я обречена на одиночество. Но потом появились племяшки, да и Дуняша не давала скучать. После я сдружилась с Зинаидой Игоревной и страшные мысли вместе с кошмарами ушли в прошлое. Так я считала. И вот опять началось.

Я проснулась около трех часов ночи, судорожно пытаясь вспомнить, что же меня так напугало. Вокруг стояла непроглядная тьма, хотя шторы не были задернуты. Мою гостиную словно накрыла какая-то черная тень. Я попыталась встать, чтобы включить свет, но ноги меня не слушались.

Я огляделась и тут заметила странную рябь, пробежавшую по зеркальной поверхности дверцы шкафа. В комнате стало холодно, и я почувствовала чье-то присутствие. В какой-то момент мне показалось, будто вокруг меня кто-то бегает. Приглядевшись, я смогла рассмотреть тень. Потом еще одну. Через несколько минут они заполнили все пространство вокруг. Я словно оказалась посреди овощного рынка, где все суетятся, продают товар, а я стою столбом и думаю, как меня сюда занесло, я же собиралась за хлебушком в булочную.

Уняв гул в голове, я попыталась сосредоточиться на комнате. По идее, я должна была быть здесь одна, но почему-то меня не покидало чувство, будто в гостиной тьма народу, и все куда-то спешат.  

“Эх, зря я неделю назад пересмотрела все части Чужого! – с грустью подумала я, пытаясь взять себя в руки. - Теперь вот мерещится всякая хрень! Не мог же, в самом деле, мой шкаф сговориться с межпланетным разумом и загнать в комнату толпу пришельцев”.

Пытаясь побороть надвигающееся чувство опасности, я снова посмотрела на подозрительную мебель. Зеркало потемнело. В его глубине показался маленький огонек. Он приближался. В какой-то момент он ярко вспыхнул, оставив после себя огромное черное пятно.

“Без паники! – постаралась я себя успокоить. – Я просто сплю! Поэтому ничего страшного не случится! Нужно просто подойти и посмотреть, что это за злая сила испортила дверцу моего любимого шкафа”.

Собравшись с силами, я встала с дивана. Присмотревшись к зеркалу, я заметила, как пятно превратилось в отпечаток ладони. Вот только с ним было что-то не так. “Кажется, пальца не хватает!” – мелькнуло у меня в голове. И тут я отчетливо увидела человеческую ладонь, и она пыталась выдавить стекло с той стороны!

“Прикольно, внеземной разум пытается сломать мне дорогущий шкаф!” – подумала я, рассматривая непонятное явление. И тут меня словно током ударило. “А кто ремонтировать его будет? Я? Да я кредит за него выплатила буквально пару месяцев назад! И что, опять влезать в эту каббалу? Да не бывать этому!” – решила я и героически кинулась вперед, готовясь нанести империи зла ответный удар.

Но до шкафа я не добежала: споткнулась обо что-то теплое и пушистое. Растянувшись посреди пола, я заметила черный шарик, распластавшийся подо мной. 

- Малевич, мать твою, ты как ко мне домой забрался? – злобно прошипела я, потирая ушибленную челюсть. - Или Дуне совсем заняться нечем, подкидывает мне тут котов посреди ночи! У нее что, вообще личной жизни нет? Надо ей будет сказать, что шутка затянулась.

Я уцепилась за край дивана и с трудом поднялась на ноги, давая возможность живности вновь обрести былую форму. Сев на диван, я снова осмотрелась. Тени исчезли, а из окна на меня светила яркая луна. Зеркало было кристально чистым, следов Чужого в комнате мною замечено не было, зато Малевич был самым что ни на есть настоящим. Наглый кошак прыгнул мне на ноги, и, свернувшись калачиком, уснул. 

Я некоторое время рассматривала кота, а потом решила последовать его примеру и откинулась на подушку. Стараясь устроиться удобнее, я попыталась скинуть Малевича, но это оказалось не так-то просто. Кот буквально припечатал меня своим немалым весом к дивану, не давая нормально двигаться. 

Я недовольно фыркнула и из последних сил отвернулась к спинке дивана. Удивительно, но рядом с этим пушистым засранцем мне было хорошо и спокойно, прямо как с Серафимом сегодня вечером. Поймав себя на мысли, что снова думаю об этом человеке, я чертыхнулась и закрыла глаза. Мне необходимо было хорошенько выспаться. Утро обещало быть веселым, а повеселиться я всегда любила. Правда, юмор предпочитала черный.

Разбудил меня сильный стук в дверь. Вскочив, я села на диван, не понимая, что происходит. Минут пять я пялилась пустым взглядом на стену, пытаясь вычислить источник этого ужасного шума. Малевича нигде не было, поэтому я решила, что он мне просто приснился. Действительно, откуда ему тут было взяться? Он, скорее всего, сейчас в деревне мышей гонял и давно забыл обо мне.

Тем временем стук усилился, раздражая меня все сильнее. Выругавшись, я накрыла голову подушкой, твердо решив для себя: никому сегодня не открывать. Пусть себе стучат, у меня выходной.

- Открывай, а то сейчас дверь вынесу! – послышался до боли знакомый голос.

- Кто там? – испуганно спросила я, встав-таки с дивана и подойдя к двери.

- Ты что, издеваешься? Надеюсь, ты готова, а то ждать тебя я не собираюсь!

- Ефим, это ты?

- Нет, блин! Это Варвара по твою душу пришла!

- Послушай, может, и не надо меня ждать? Поезжай один, а я как-нибудь сама доберусь!

- Давай я с ней поговорю! – послышался женский голос. – Ты совершенно не умеешь общаться с людьми, тем более с девушками!

Пробормотав что-то про всех баб-ведьм, Серафим куда-то отошел, а Дина милым голоском начала упрашивать меня впустить ее. Не выдержав и пяти минут этой пытки, я сдалась и открыла дверь. Дина стояла на пороге и улыбалась мне, а я смотрела на нее и не верила своим глазам. Вчерашняя девушка-призрак испарилась, вместо нее предо мной предстала цветущая молодая женщина!

Дина словно ожила. От грусти и страха в ней не осталось и следа. Девушка светилась и сверкала сильнее, чем хорошо начищенный самовар. И, глядя на нее, я почему-то сразу захотела выпить чашечку чая с плюшками. Вот только плюшек в доме не было, а, заметив мое замешательство, девушка, не теряя времени, быстро протиснулась в дом.

Правда, улыбка на лице Дины продержалась недолго. Ровно до того момента, пока она не перешагнула порог моего жилища. Глядя, как меняется лицо девушки, я поняла: прав был Серафим. Пора пересилить себя, и навести в доме порядок. Зато теперь стало понятно, почему родные не горели желанием ко мне в гости заходить.

Судя по всему, Дина тоже сто раз пожалела, что вот так беспардонно вторглась ко мне. Беспокойно осматривая мое жилище, девушка судорожно достала из сумки какой-то баллончик. Тут забеспокоилась уже я и на всякий случай отошла от нее на несколько шагов.

Рассматривая Дину, осторожно пробирающуюся по темному коридору, я задумалась. Может, стоило серьезно рассмотреть предложение Серафима и сделать из своего дома местную достопримечательность.

“А что, подберу музыку пострашнее и буду ее включать при появлении незваных гостей! – задумалась я, разглядывая прихожую. - А то вдруг мадам Варвара ко мне решит зайти на огонек. Еще и Маргариту Осиповну с коллективом притащит. Вот на них я бы с удовольствием проверила идею Серафима!”

- Как-то у тебя тут… неуютно! – проворчала Дина, возвращая меня к реальности.

- Правда? А мне очень нравится!

- Да я смотрю, ты совсем не готова? – спохватилась девушка, осматривая меня с ног до головы.

- А мне обязательно с вами ехать? Я что-то не в настроении…

- Конечно! Мой брат так этого ждал, весь вечер только о тебе говорил!

Я аж дар речи потеряла.

- Серафим говорил обо мне? – радостно начала было я, но тут же осеклась. - Наверное, не самые лестные вещи.

- Да нет, ничего плохого. Наоборот, он явно тобой заинтересовался!

Дина улыбнулась и хитро подмигнула мне, но тут же снова стала серьезной.

- А все-таки Сима мог бы предупредить меня о твоем… необычном дизайне! Хотя он что-то говорил о чудовищном состоянии дома. Но ему понравилась твоя гостиная! По крайней мере, он ее не очень ругал. Так, она дальше? Пойдем, сделаем тебе чашечку кофе и подберем что-нибудь из одежды посимпатичнее. А то твой вчерашний образ… мне не понравился. А брат пусть ждет, все равно они без нас не начнут, а ему это будет полезно!

После этих слов девушка развернулась и направилась в глубь дома, не сняв туфель на высоченных шпильках! Видимо, это у них было семейное: наглость, навязчивость и полное отсутствие воспитания.

- Ой, а у тебя здесь мило! А вот и шкаф. Ты давно зеркало протирала? У тебя тут отпечатки какие-то! – щебетала девушка, копаясь в моих вещах. - Ой, у тебя тут в шкафу коллекция кукол! Я тебе потом парочку подарю, у меня из поездок остались. Так… Гардероб у тебя, конечно, не вдохновляет! Ты платья вообще носишь? Может, у тебя где-нибудь еще есть одежда? А ладно, будем работать с тем, что есть. Шорты подойдут и вот эта блузка. Так, а где у тебя тут косметика лежит?

Я шумно вздохнула, потом выдохнула. И так восемь раз. Мне необходимо было успокоиться, иначе в моем доме действительно мог появиться призрак одной маленькой надоедливой девчонки. Чтобы окончательно не уничтожить свою и так не слишком завидную репутацию, я решила пойти умыться. В голове у меня начал зреть план.

Надо было всего лишь сделать вид, что я собираюсь с этой ненормальной парочкой, куда они там хотели, а потом в нужный момент просто захлопнуть дверь за наглой девицей, роющейся в моих вещах, и со спокойной совестью лечь спать. Вряд ли Серафим действительно выполнил бы свое обещание и сломал мне дверь. Не дурак же он.

Я нырнула под прохладную струю воды. Мысли постепенно начали приходить в порядок. Я подняла голову и посмотрела на свое отражение. В голове вдруг всплыла фраза Дины про шкаф.

“Интересно, на отпечатке также не хватает пальца, как во сне? – с тревогой подумала я. - У одного моего знакомого, а точнее знакомого моей мамы, не было пальца. Неужели…”

Я тут же одернула себя. Такого просто не могло быть. Хотя в последнее время вокруг и творилась всякая чертовщина. Кошмары вернулись, экстрасенсы свободно гуляли по улицам, люди из столицы снимали передачу о нашем городке.

Еще и эти Котовы бесцеремонно лезли ко мне, внося сумятицу в мою с таким трудом налаженную жизнь. Все это было неправильно, отчего в моей душе зрело непонятное волнение. Одно радовало: через два дня гости из столицы должны были закончить съемки и вернуться восвояси. А учитывая тот факт, что со следующего дня начиналась трудовая неделя, а прогуливать работу я не собиралась, вся эта история с призраками для меня должна была закончиться сегодня.

“День, продержаться всего один день, – вздохнула я, рассматривая себя в зеркало, а потом раздраженно подумала: - И чем мой гардероб Дине не понравился? И близняшки мне на что-то такое намекали, они что, сговорились? Да и Ефим что-то чудит. Вот зачем он вчера к моим родственникам ездил? Ему что, заняться нечем? Я-то в это дело полезла потому, что мне приключений на свою пятую точку не хватало, а ему на кой это все? По-моему, у него и так проблем с сестрой хватает. Или эта семейка так развлекается? Все, пора завязывать с подозрительными знакомствами!”

- Эй, Аня! Где тебя носит? – крикнула Дина из гостиной, перепугав меня до чертиков. - Оставила гостью одну и прячешься где-то. Я, между прочим, споткнулась об одну из этих твоих… статуй и испугалась до смерти! Давай, выходи, я уже кофе сделала с бутербродами! Пойдем, оценишь мое кулинарное искусство! Тебе обязательно понравится!

“И здесь нашли! – фыркнула я про себя. - Что ж, делать нечего, придется идти. А из чего она сделала бутерброды? Неужели после вчерашнего пира что-то осталось? Надо посмотреть. Быстро она освоилась, прям как брат. Интересно, они у всех незнакомых людей так хозяйничают, и вообще, что это за мода такая пошла: врываться, копаться в чужих вещах, лазить по кухне… Или теперь это считается нормальным среди зажиточных людей? Что-то мне подсказывает, что нет, просто это семейка какая-то странная. Дина же что-то рассказывала о тяжелом детстве и войне с опекунами, вот, видимо, эти события и сказались на неокрепшей психике!”

- Ну, где ты? – раздался голос Дины, но теперь он был низким и злым.

- Все, выхожу, - сказала я и открыла дверь, - идем по-быстрому поедим и поедем, куда вы там хотели.

- Аня! Вот ты где! А я уже волноваться начала, что ты, пока я тут стараюсь, ушла и ничего мне не сказала! – чуть ли не пропела Дина ангельским голосом, хотя еще секунду назад он был низким и сиплым как у Джигурды.

Мы зашли в гостиную, и я поняла: Сима был прав, Дина готовить совсем не умела. Более того, она оказалась тем редким человеком, способным уничтожить еду, готовя обычные бутерброды! Рассматривая последствия ее бурной деятельности, я заметила, что Серафим вчера не просто купил продукты на ужин, он полностью затарил мой холодильник всем необходимым. Точнее не он, а его водитель.

Тем не менее, сестра этого странного спасителя голодающих практически все это добро уничтожила. Батон словно взорвали изнутри, колбасу и сыр истыкали ножом так, будто пытались выбить из несчастных продуктов дислокацию вражеской армии, но больше всего досталось кетчупу с майонезом. Их пачки были изрезаны со всех сторон, а пятна, оставленные данными продуктами, виднелись на столе, стенах и, кажется, в углу потолка.

Я грустно вздохнула. Для меня было диким такое варварское обращение с едой. Я хотела было начать отчитывать девушку, как вдруг почувствовала запах гари. Обернувшись, я увидела, как мой любимый чайник задымился! Не теряя времени, я быстро подскочила к нему и выдернула шнур из розетки. В этот момент мне очень хотелось запустить в Дину чем-нибудь тяжелым, но я смогла сдержаться и просто заглянула внутрь чайника. Воды в нем не оказалось. У меня в голове сразу возник вопрос, почему же он все равно пытался нагреться?

- А я думала, что он просто сломан, вот и вдавила кнопочку… - жалобно пискнула девушка, отвечая на мой немой вопрос.

- Надеюсь, твой брат оплатит мне покупку нового чайника? – злобно прошипела я, косясь недобрым взглядом на Дину. - Хотя нет, не надо. Просто завтра уезжая, не надо наведываться ко мне в гости, все равно дома меня не будет. И послезавтра тоже.

- Ты будешь в мастерской? – невинно хлопая глазками, спросил этот монстр.

- Откуда… Хотя какая разница. Нет, меня там тоже не будет. Я пойду в гости к своей подруге и останусь у нее на неопределенное время. Очень неопределенное время. Ладно, попробуем, что у тебя получилось.

Довольно осторожно я взяла странного вида бутерброд и внимательно присмотрелась к нему. Уж больно не понравился мне его цвет.

- Я сделала свою фирменную заправку, попробуй, тебе понравится! – защебетала девушка, кружась вокруг меня.

В этот момент я почувствовала себя испытателем-смертником. Я стала судорожно осматривать кухню, пытаясь вычислить остальные ингредиенты фирменного блюда Дины.

“Так! – подумала я, внимательно осматривая каждый уголок кухни. – На столешнице виднеются ошметки пакета с горчицей - это раз. На полу валяется баночка красного перца - это два. Половина содержимого солонки отсутствует - это три. И последнее, самое важное! Проверю-ка я целостность моего домашнего химического оружия!”

Отодвинув недовольную Дину в сторону, я поднялась со стула и подошла к кухонному гарнитуру. Встав на цыпочки, я открыла верхний шкафчик и заглянула внутрь. Там за кастрюлей у меня хранилась початая банка сливового варенья трехлетней давности. Мой первый эксперимент консервирования, опасный для жизни любого существа. Я его специально хранила, чтоб тараканы и мыши не заводились.

“Ну конечно, содержимое отсутствует! – подумала я, сердито поглядывая на Дину. - Надо будет поблагодарить Серафима. Если бы он вчера не рассказал мне о кулинарных способностях своей сестры, в моем доме точно появилось бы привидение”.

Я захлопнула шкафчик и тут же напряглась. В моей голове возникли страшные подозрения. Я внимательно посмотрела на девушку и осторожно спросила:

- Слушай, а ты, случайно, варенья с полки не пробовала? Просто мне надо знать, в скорую сейчас звонить или можно пока не волноваться?

- Ну вот, ты весь сюрприз испортила! А как ты догадалась, что я его использовала? И нет, пока не пробовала, решила тебя дождаться. Ну что, налетай? – улыбнулась Дина и взяла в руки бутерброд.

К счастью, я оказалась проворнее и на последних секундах успела вырвать у девушки опасную субстанцию. Сунув ее в холодильник, я натянуто улыбнулась и сказала:

- Ты себе просто не представляешь, какое оно сладкое и калорийное! Я когда его готовила, туда столько сахара впихнула! Да от одного малюсенького бутербродика тебя может на добрых полтора килограмма разнести! Так что лучше оставь эту затею. И вообще, нас Серафим ждет! Пойдем!

Схватив обиженную Дину за руку, я увела ее прочь из кухни. Мы подошли к дивану, где меня уже ждали приготовленные шорты и блузка. Я быстро переоделась и, не давая девушке опомниться, потащила ее к выходу.

У двери я задумалась, стоит ли ее захлопнуть за Диной или все-таки отправиться на прогулку. В памяти всплыл образ загаженной кухни, от чего меня всю перекосило. Желание оставаться дома вмиг улетучилось, иначе пришлось бы взяться за генеральную уборку, чего мне сейчас очень не хотелось. Злобно выругавшись, я схватила рюкзак, брошенный вчера у порога, и выпорхнула вслед за Диной.

Во дворе меня встретил злой до невозможности Серафим. Не говоря ни слова, он кивнул в сторону машины. Желания спорить у меня не было никакого, так что я покорно поплелась по указанному пути. Брат с сестрой остались снаружи.Открыв дверцу, я заметила незнакомого парня, сидевшего за рулем автомобиля.

- Привет, как жизнь? – спросила я нового знакомого.

Тот лишь кивнул мне и продолжил упорно рассматривать руль.

- А я смотрю, ты просто блещешь красноречием! – усмехнулась я. – Зовут-то хоть как?

- Влад! – сквозь зубы процедил незнакомец.

- Ну, Влад, будем! – сказала я и полезла в машину.

Усевшись на заднее сиденье, я с любопытством наблюдала, как Дина с Серафимом что-то бурно обсуждают. Продолжалось это недолго. Через пару минут злая Дина плюхнулась рядом со мной, а Серафим с довольной улыбкой сел вперед, и мы отправились в путь.

Какое-то время мы ехали в полном молчании, пока, наконец, тишину не нарушил голос с переднего сиденья:

- Как тебе угощение моей сестры?

Затем послышался еле сдерживаемый смешок.

- Сима, ангел, ты представляешь, она даже не стала пробовать! Спрятала все мои труды в холодильник и буквально вытолкала меня из дома! – обиженно буркнула Дина и с недовольством посмотрела на меня.

- Сколько раз просить, не называй меня так при посторонних!

- А Аня нам не посторонняя! Она помогает выяснить, что же все-таки случилось со мной и остальными!

- По-моему, все с самого начала было понятно, и мы могли уже быть дома, если бы не твое упрямство!

- Да? А кто вчера сам настаивал, чтобы мы, забрав Аню, вломились в дом Жеки и перевернули там все верх дном? – подскочила со своего места Дина.

Серафим замолчал, и на какое-то время опять наступила тишина. Мы выбрались из города и выехали на грунтовую дорогу, ведущую к коттеджному поселку. Утро выдалось теплым и солнечным, дорога полностью просохла и по ней теперь легко можно было проехать.

“В такую погоду можно и на озеро смотаться! – подумала я, рассматривая в окно мелькавшие мимо сосны. - Может, удастся закончить пораньше и позагорать? Главное - избавиться от этих мрачных личностей, а то еще со мной решат пойти, весь отдых испортят! Еще и чайник мне сломали”.

Воспоминания о разгромленной кухне снова испортили мне настроение. Я обиженно фыркнула и сжала кулаки.

- А ты чего молчишь? Спишь там, что ли? – снова послышался голос Серафима.

- Да! – буркнула я, не поворачивая головы.

- Ну так просыпайся, а то доедем скоро.

- Отстань, Ефим!

- А почему ты Симу Ефимом называешь? – встряла в наш содержательный разговор Дина.

- Так исторически сложилось! – раздраженно ответила я и снова уставилась в окно.

- Это просто кому-то давно подзатыльников не давали! – хмыкнул Серафим.

- Уж кто бы говорил! И вообще, мне надо чайник новый купить, так что на обратном пути подбросите меня до магазина! – крикнула я на брата с сестрой.

- Ой, совсем забыла! – подала голос Дина. - Сима, я у Ани дома нечаянно чайник сломала, хотя он, если честно, был просто кошмарным! Мне показалось, что у него кнопка западает… Короче, надо подарить ей новый чайник!

- Ага, бегу и падаю! Сломала – дари сама! – буркнул Серафим, скрипя зубами.

- Но Сима, я с собой денег не взяла! А карточки в здешних магазинах не принимают!

- Принимают, принимают! - вмешалась я. - У нас тоже и интернет, и терминалы имеются.

Я оживилась. Все-таки на кону был новый чайник! Дина же не знала, сколько стоил мой старый. А это значило, что у меня был отличный шанс выпросить у нее тот дорогущий аппарат, на который я давно глаз положила. Мощный, с прочным прозрачным корпусом, украшенный рисунком сакуры – просто мечта, а не чайник!

“И пусть только попробует забыть! Злорадно подумала я. - За язык ее никто не тянул, так что я от нее теперь точно не отстану!”

Я мечтательно улыбнулась, предвкушая покупку, как вдруг послышался громкий хлопок, и машину тряхнуло.

- Без паники! Похоже, у нас лопнуло колесо! – сказал Серафим, повернувшись к нам.

Мы с Диной резко выдохнули и вжались в сиденье. Машина свернула на обочину и остановилась.

- Девчонки, сознавайтесь! Кто из вас шаманил? – улыбаясь, произнес мужчина, а потом добавил: - Ладно, выходите! Оставшийся путь мы пройдем пешком, тем более тут осталось идти совсем немного. Влад, разберешься с машиной - подруливай к нам. А вы чего сидите? Выметайтесь на свежий воздух!

- Блин, ну зачем я сегодня шпильки надела! И как мне теперь идти? – вздохнула Дина.

- А думать раньше надо было! Мы туда не на праздник едем, уж извини. И, между прочим, ты вроде как направляешься к месту гибели любимого человека, нашла куда прихорашиваться! – съязвил Серафим, выходя из машины.

- Мы были просто друзьями, близкими, но все-таки друзьями! И вообще, сколько можно страдать? Я устала от этого. Да, я понимаю, что это неправильно, но мне уже лучше! Кстати, благодаря нашей Энн, а ты тут на меня еще и кричишь!

Меня аж передернуло от этой “Энн”. Так мою скромную персону еще никто никогда не называл. Не замечая моей реакции, брат с сестрой продолжали выяснять отношения, оглушая меня в прямом смысле этого слова своими доводами.

- Ты просто очень ветреная особа. Сколько раз ты влюблялась? А? А помнишь эту ненормальную любовь к этому, как его…

- Не смей трогать Джастина! Он лучший! У него невероятный голос, харизма, а как он двигается на сцене! И да будет тебе известно, он считается одним из самых лучших музыкантов! Он получил множество премий, его обожают во всем мире! – крикнула взбешенная Дина и запустила в брата поднятым с земли камнем.

- А еще он не мужик, и тебе с ним ничего не светит! – съязвил Серафим, уворачиваясь от атаки.

Ловко это у него получилось. Снаряд попал точно мне в голову. Девушка ойкнула и тут же бросилась ко мне. Шокированная такой подлостью, я, жутко матерясь, присела на пенек. Дина носилась вокруг меня, пытаясь рассмотреть мой ушибленный лоб. Серафим ржал рядом, даже не пытаясь помочь.

Злобно сверкнув глазами, Дина рявкнула на брата:

- Чего смеешься? Не видишь: человеку плохо!

Серафим, усмехнувшись, подошел к нам и с трудом оторвал сестру от моей скромной персоны.

- Отвяжись от Ани. И не бойся, на таких как она все быстро заживает! – сказал этот наглый тип и опять заржал.

Я обижено фыркнула и отошла от этих ненормальных на несколько метров. А они как ни в чем не бывало продолжили свою беседу.

- Вечно ты всех обижаешь! Аню, Джастина… Между прочим, Джастин - замечательный парень! И он вовсе не такой, каким ты его считаешь! К тому же это было детское увлечение, которое я давно переросла! Теперь меня интересует исключительно его творчество.

- А тебя не смущает, что он по сцене в розовых труселях бегал?

- Это был сценический костюм! Ты просто очень отстал от жизни и ничего не понимаешь в таких вещах! Да ты до сих пор не знаешь, что такое селфи, хэштег и инстаграмм! Да у тебя даже страницы на фейсбуке нет! – бушевала девушка, то и дело застревая шпильками в грунте.

- У меня просто нет времени заниматься такими глупостями, я, видишь ли, деньги зарабатываю, чтобы кое-кто мог себе позволить разъезжать по клубам, а в дальнейшем – поступить в престижный вуз. И да будет тебе известно, я прекрасно понимаю значение этих слов.

- О, был все-таки толк от твоей бывшей. Она ведь целыми днями только и делала, что фотографировалась и выставляла все что можно напоказ! – усмехнулась девушка, после чего, повернувшись уже ко мне, добавила: - Видишь ли, у моего брата всегда был очень плохой вкус, тянет его на всяких там…

- Заткнись! Моя личная жизнь вас не касается! – вспылил Серафим, но девушку было уже не унять.

- Еще как касается! – крикнула она в ответ, после чего скандал разгорелся с новой силой.

Ругаться они продолжали всю дорогу. Мне даже стало неудобно перед жителями моего замечательного города, ибо их разборки было слышно за несколько километров. А под конец беседы, оппоненты совсем перестали стесняться в выражениях.

Из милого спора брата и сестры я узнала очень много интересного об их семье. Возможно, даже слишком много. Так, например, оказалось, что Ефиму нравятся крашеные блондинки легкого поведения, он постоянно отсутствует дома, все время работает, а по ночам развлекается тем, что ищет Дину по клубам столицы. “Чокнутая семейка! Надо держаться от них подальше!” – фыркнула я про себя, ускоряя шаг.

К счастью, вдали, наконец, показался фургон телевизионщиков, а за ним фигурки снующих людей. Вздохнув с облегчением, я радостно прервала перепалку брата и сестры и рванула навстречу приключениям.

Мечтая хотя бы о пяти минутах тишины и спокойствия, я быстро приближалась к пункту назначения, оставив позади бушующее семейство Котовых. И тут я заметила их: шизанутых почитателей таланта госпожи Варвары. Они сидели, прижавшись друг к другу, прямо на земле и выли какие-то хвалебные песни, вздымая руки к небу. А руководила этим народным хором моя любимая Маргарита Осиповна.

Сделав поворот на сто восемьдесят градусов, я быстро спряталась за первым попавшимся кустом и с любопытством стала наблюдать за представлением, развернувшимся в сосновой роще.

- Друзья! Сограждане! Братья! – вещала Мымра. – Сегодня великий день, ведь с нами наша любимая дорогая Варвара! И она по своей невероятной доброте не только покажет нам чудеса, но и проведет консультации по всем интересующим вас вопросам! Записаться можно у меня, стоимость мы обсудим позднее. А теперь встречайте и молитесь!

И тут вышла она, госпожа Варвара. М-да, когда я увидела так называемую пророчицу в первый раз, она была похожа на одуванчик в леопардовом платье. Теперь же, глядя на Варвару, я поняла, что никакой она не одуванчик, а самый что ни на есть настоящий одуван! Дикий, перечесанный, заштукатуренный в три слоя тигровый одуван!

Рассматривая пророчицу, я также поняла, что чувство меры ей незнакомо. Она зачем-то надела на себя три ряда цепочек, украденных, как я полагаю, из местного детского садика, прямо с новогодней елки. О, а эти серьги! Любая жительница диких африканских племен сдохла бы от зависти, глядя на килограммовые кольца в палец толщиной. Ну и, конечно же, перстни. Их вполне можно было бы использовать вместо кастетов в уличной драке.

Завершало образ тигровое платье-мини. Увидев его, я с грустью поняла, что оно еще долго будет мне являться в кошмарах вместе с красными лакированными туфлями на шпильках. Меня мучил только один вопрос. Как платье сорок восьмого размера налезло на женщину размера так шестидесятого.

“Глаза, мои глаза! – вздохнув, подумала я. - Еще не скоро они смогут забыть весь этот ужас!”

- Чего это ты тут шпионишь? – послышался голос Серафима у меня за спиной.

Я вздрогнула, а мужчина с усмешкой обнял меня, не давая выпрыгнуть из укрытия. Внезапно он весь напрягся, после чего над самым моим ухом протяжно произнес:

- Твою мать! Кто-нибудь, переоденьте эту женщину! У меня сейчас кровь из глаз брызнет!

- А что это у вас тут происходит? - с любопытством спросила внезапно появившаяся рядом Дина. - Ой, мама! Что это такое? Здесь что, совсем нет стилистов или хотя бы людей с хорошим вкусом?

Если честно, я была с ними абсолютно согласна, вот только сказали они эти слова слишком громко. Все присутствующие на поляне оглянулись и уставились на наш несчастный кустик. А брат с сестрой даже не собирались прятаться, наоборот, вышли к толпе, таща меня за собой.

Варвара покраснела как помидор, но смогла сдержаться. Ее возмущение можно было понять. Еще вчера этот мужчина с потухшим взглядом, переступив через гордость, просил ее помощи, а девушка была еле жива от переживаний. Сегодня брата и сестру было не узнать. Уверенность вернулась к ним, впрочем, как и наглость. Не было больше угасающей жертвы сверхъестественных сил и ее нервного телохранителя. Перед нами предстали два самоуверенных человека, готовых в любой момент вступить в бой.

Но обвинять, конечно, во всех этих метаморфозах будут меня. Опять скажут, что я плохо на людей влияю. Но я же не виновата, что рядом со мной люди меняются. И не всегда это плохо. Племяш Роберт, например, из застенчивого ботаника превратился в самого молодого предпринимателя нашего городка. Причем довольно успешного.

Близняшки решили бросить занятия игры на виолончели и увлеклись модой. И хотя Оксана была страшно недовольна этим фактом, отчим с Федором меня потом слезно благодарили за это. Хотя я до сих пор не вижу связи между желанием девочек бросить занятия музыкой и моей фразой про диких мартовских котов.

И даже Зинаида Игоревна после знакомства со мной решила уйти из клуба местных пенсионеров и начала работать в магазине. Мало того, она, игнорируя все разговоры и пересуды, приударила за Василием, который после внезапного столкновения со мной в магазине вдруг вышел из ступора и стал замечать окружающих людей.

- А вот вы где! Мы вас заждались! – послышался голос режиссера. - Почему опаздываете? Всем приготовиться, начинаем! Экстрасенсов просим пройти на свои места!

Все вокруг опять засуетились. Варвара, злобно сверкая глазами, в окружении своей свиты отправилась в сторону автобуса. Довольный Серафим, подхватив меня и сестру под руки, направился к небольшой полянке, расположенной недалеко от главной дороги. Прибыв на место, я, даже не являясь экстрасенсом, сразу поняла: второй парень умер, влетев на машине в дерево. Следы, оставшиеся после трагедии, внимательному человеку найти было несложно.

- Это он с тем деревом поцеловался? – спросила я, указав на крепкий дуб.

- Да, а как ты догадалась? – удивленно вскрикнула Дина.

- Да так, шестое чувство, - произнесла я, а сама подумала: только слепой не заметит очевидных следов.

Ефим нахмурился и недовольно посмотрел на съемочную группу. Судя по всему, он был со мной согласен.

- Девушки, вы тут постойте, а я пойду и переговорю с режиссером! - раздраженно произнес он.

Глядя на злое лицо Серафима, мы мудро решили подчиниться. Резко развернувшись, мужчина направился к съемочной группе. Вид у него в этот момент был жуткий. Наблюдая за ним, я как-то сразу поняла: сейчас будет шоу поинтереснее всяких там призрачных хроник. И оказалась права.

На съемочной площадке досталось всем. Я, конечно, знала, что Сима довольно-таки нервный тип, но то, что происходило на полянке, заставило испугаться даже меня. В течение получаса он орал на всех, грозясь что-то кому-то оторвать и обещая уничтожить программу и закрыть канал.

А еще он несколько раз порывался отобрать у бедного оператора камеру, чтобы, как он выразился, разбить ее на хрен. Но бедолага грудью встал на защиту казенного добра и в неравном бою смог ее отстоять. Наругавшись вдоволь, Серафим достал телефон и позвонил своим, как он выразился, “помощникам”. Те появились довольно быстро и оказались крепкими парнями, больше похожими на спецназовцев, чем на обычных среднестатистических людей. Они отобрали у съемочной группы все сценарии, папки с документами, телефоны.

После Серафим заставил всех экстрасенсов под охраной залезть в автобус и дал распоряжение своему водителю отвезти его на некоторое расстояние от места происшествия, предварительно нарезав пару-тройку кругов по округе, чтобы окончательно сбить их со следа.

Меня бы это не запутало, все-таки я обошла здешние места вдоль и поперек, но экстрасенсы во главе с Варварой были в ужасе. Еще бы, съемки затягивались, все шло не по плану. К тому же какие-то непонятные люди сомнительной наружности окружили их, не давая спокойно вздохнуть.

Автобус тронулся, а помощники Серафима начали разгонять толпу зевак и почитателей Варвары. Те недовольно покидали поляну. Среди них я, к своему ужасу, заметила бабулю, мать и сестру. Сначала меня это немного выбило из колеи, но потом я злорадно захихикала. Ведь я была сейчас здесь, в самом центре событий, а их попросили удалиться. Словно они были никем, лишними. Мы будто поменялись ролями, и мне это нравилось. А все благодаря семейству Котовых и их помощникам.

- Слушай, а откуда эти люди в черном взялись? – спохватилась я.

- Охранники? Так они всегда тут были! – спокойно ответила Дина, рассматривая ногти. - Просто они хорошо маскируются. Или ты думаешь, что после всех событий мой милый братец разрешает мне прогуливаться тут просто так, без всякого присмотра? К тому же они еще за съемочным процессом наблюдают, все-таки в него деньги вложены.

- Надо же! А я их даже не замечала!

- Вот-вот! Вечно они за мной таскаются. Никакой личной жизни!

- Слушай, а почему твой брат раньше не вмешался в съемочный процесс?

- Сима? Так ему не до того было! – вздохнула девушка и грустно посмотрела на меня. - Он за меня очень переживал, следил постоянно. Только сейчас я стала понимать, что натворила, как подставила брата! Он же сам на себя непохож был, ходил подавленный, не замечал, что творится вокруг. На бизнес забил. А потом появилась ты, и он словно ожил. Одна история с трактором только чего стоит!

- Ефим тебе все рассказал?

- Все до мельчайших подробностей! Он после этого себя таким идиотом чувствовал! Но окончательно Сима пришел в себя после вчерашнего душа из морепродуктов. Ты себе даже представить не можешь, какой разнос он мне тогда устроил! Высказал все, что обо мне думает, и поверь, это были не самые приятные минуты в моей жизни! Зато я смогла взглянуть на себя со стороны. Да и твое внезапное вмешательство во вчерашнее представление Варвары помогло. Сейчас смотрю на эту женщину и просто поражаюсь, чем я думала? Меня, видимо, серьезно замкнуло на этой истории! Я так рада, что мы с братом встретили тебя!

Я даже покраснела от таких слов.

- Знаешь, я тоже рада! – тихо шепнула я.

Дина захихикала и обняла меня. Хватка у нее оказалась железной. В какой-то момент я начала задыхаться. А девушка лишь весело смеялась, глядя на мои жалкие попытки выбраться из стального капкана. Удовлетворив свои садистские наклонности, Дина отпустила меня. В этот момент помощник режиссера объявил о начале съемок. Мы с девушкой поторопились к небольшому телевизору, транслирующему в режиме реального времени все действия экстрасенсов.

- Что ж. Вот теперь посмотрим, кто из них на что способен! – с усмешкой сказала Дина, разворачивая к себя экран.

Шоу началось. Теперь экстрасенсам предстояло не только рассказать о гибели друга Дины, но и найти само место трагедии. Дело это оказалось непростым.

Первым вызвался пройти испытание менталист. Ну как вызвался. Эльвира, улучшив момент, просто выпихнула парня из автобуса, закрыв за ним дверь. Но Алекс не растерялся. Отряхнувшись, он встал пред камерой, внимательно осмотрел окружающую местность и направился в сторону съемочного лагеря.

Это был его звездный час. Он довольно быстро нашел нас и место аварии, после чего приступил к изучению следов, оставшихся после столкновения машины с деревом. Спустя какое-то время он начал свой рассказ. Парень поведал, откуда ехала машина, куда именно врезалась, скорость даже упомянул и цвет автомобиля. Также добавил, что водитель находился в состоянии сильного душевного волнения.

Кроме того, он честно признался, что собрал кое-какие сведения о наших подростках и по ним составил психологический портрет Димы. Менталист описал Дмитрия как молодого парня из обеспеченной семьи, с меланхоличным характером, зависимого от мнения окружающих, особенно компании сверстников. Парень, по его словам, был тревожной, пассивной, неуверенной в себе личностью, у которой отсутствовал внутренний стержень.

С другой стороны, Дима считал себя важным значимым человеком, на порядок выше окружающих, что, скорее всего, пошло из семьи. Из-за этого он постоянно попадал в разные неприятные истории, из которых его вытаскивали влиятельные родители.

Закончив свое повествование, Алекс еще раз все внимательно осмотрел, после чего громко объявил, что ему больше нечего добавить. Прозвучала команда “Стоп, снято!”, и менталист медленно направился к съемочному лагерю.

- Слушай, ну как, похоже? – с любопытством спросила я Дину.

- Да. Один в один. Они как будто были знакомы. Только этот парень не сказал, что Дима был еще очень приставучим. Это иногда сильно раздражало. Особенно я не понимала его странной привязанности к Жеке, он его просто боготворил. Если бы ты видела, как Дима страдал, когда тот погиб.

- Вот менталист отжигает! Ему бы следователем быть! – восхищенно сказала я.

- Боюсь, это невозможно. Мой профиль не предполагает работы в каких бы то ни было государственных структурах! - произнес Алекс Петров, внезапно возникший позади нас.

Мы вздрогнули и резко обернулись, а парень усмехнулся и подмигнул Дине. Та улыбнулась и невинно захлопала глазками. Парень подошел к девушке ближе и что-то шепнул ей на ухо. Та захихикала и что-то шепнула в ответ. Смотреть на их лобызания было невыносимо, поэтому я с невинным видом произнесла:

- Дина, ты же еще в школу ходишь? Сколько тебе? Пятнадцать?

Алекс поперхнулся и быстро убрал руку с коленей девушки.

- Мне почти семнадцать! – недовольно буркнула Дина, после чего хотела что-то еще сказать менталисту, но того уже след простыл.

- Ну спасибо тебе! – вспылила девушка и отвернулась от меня.

- Всегда пожалуйста! – произнесла я довольным голосом и повернулась к экрану.

Все, о чем говорил менталист, было логичным и не указывало на вмешательство злых сил. Это меня радовало, но оставалось слишком много вопросов. Куда Дима направлялся? Зачем так гнал и почему, вылетев с дороги, не пытался тормозить? Действительно ли всему виной были наркотики или, может, что-то еще?

Я надеялась, что следующие экстрасенсы смогут дать ответы на все вопросы. После триумфа Алекса Петрова мы с Диной были в приподнятом настроении и ждали от них чего-то невероятного и интересного. Удивительно, как быстро я втянулась во все это действо. В обычной жизни мне так этого не хватало! Однако на этом успех экстрасенсов закончился.

Эльвира и Фет вообще не нашли нас. Мы ждали их больше часа, пока по рации нам не сообщили, что Эльвира зачем-то побежала в сторону города, где набрела на домик Василия и до смерти перепугалась, увидев, как тот принимает водные процедуры. Стоит заметить, что Василий все удобства имел на улице, никого никогда не стеснялся, так что ведьмочка имела удовольствие увидеть его во всей природной красе.

Фет же забрел вглубь леса и чуть не свалился в старый заброшенный колодец. К счастью, его спас Йорик, так вовремя зацепившийся зубами за ветку. Очередь дошла до Варвары, и, если честно, я немного заволновалась. Сможет ли она рассказать что-нибудь новое или опять будет гнать пургу о призраках? Нет, против них я ничего не имела, просто после ее сеанса в доме Жеки меня не покидало ощущение, что зря мы полезли к потусторонним силам и что нам за это еще аукнется.

Итак, она звалась Варвара. А точнее, как по секрету шепнул нам оператор, которому Дина строила глазки, Клавдия Никитична. Удивительное дело, выйдя из автобуса, эта женщина не растерялась. Наоборот, она сразу приступила к делу. 

Быстро, ни с кем не разговаривая, она провела какой-то ритуал, после чего сразу направилась в правильную сторону. Дина затаив дыхание следила за каждым движением Варвары, меня же она не впечатлила. В конце концов, выбрать верный путь было делом несложным. Достаточно было просто следовать по следам Алекса Петрова. Хотя, может, я не права. Двое предыдущих экстрасенсов же не справились. 

Не прошло и десяти минут, как Варвара, пыхтя и проклиная все и вся, добралась до нас. Люди из съемочной группы все это время внимательно следили за ней, и когда женщина, наконец, вышла на поляну и подошла к месту трагедии, радостно зааплодировали ей. 

Вокруг царило всеобщее оживление. Дина восхищенно смотрела на Варвару, даже я невольно зауважала эту женщину. Все-таки с ее комплекцией так шустро носиться по лесу не каждый сможет. Возможно, я бы даже прониклась к Варваре симпатией, если бы не ее бешеный наряд. Он просто не давал мне воспринимать эту женщину серьезно. 

“Почему она не надела простое платье, – подумала я, рассматривая ясновидящую. – Еще и этот жуткий начес… Надо бы ей намекнуть, что девяностые прошли, и подкинуть пару-тройку журналов о современной моде. Или даже отправить на передачу, где людей преображают. Вот там народ обрадуется, увидев это безобразие!”

Тем временем Варвара подошла к дереву, которое протаранил на машине Дима, и остановилась. Она выглядела очень злой и даже замахнулась на оператора, рискнувшего подойти слишком близко, но тут же спохватилась и быстро вошла в привычный образ. Опять появились эти ее пассы руками, пристальный взгляд и торжественно-мистическая манера общения с окружающими.

- Я чувствую: здесь произошло страшное несчастье! – начала она свою речь. – Я чувствую, чувствую! Визг тормозов, удар и темнота! Ужасная трагедия!

- А менталист следов торможения не увидел. По его словам, парень со всей дури врезался в дерево, - шепнула я Дине, - и знаешь, я ему верю больше. А что менты говорили? Эй! Алле, гараж! Сатурна вызывает Земля!

Я удивленно посмотрела на застывшую девушку и махнула рукой перед ее глазами, но Дина как завороженная уставилась на Варвару и моих слов как будто не слышала. 

“Что за наивная личность! – вздохнув, подумала я. -  Хотя чего с нее взять, мелкая еще, прибавим к этому переходный возраст и гормоны, а мозгов при всем этом ноль. Так, надо ее спасать и выводить из транса, все-таки она мне чайник еще должна!”

- Девушка, а вам не кажется, что платье некой особы уж очень сильно смахивает на тигра Тимофея, пропавшего из местного зоопарка пару дней назад? Не кроется ли здесь злой умысел? – серьезным тоном сказала я.

- Что? – только и смогла произнести жертва гипноза, после чего залилась громким смехом, чем испортила очень удачный дубль и навлекла на себя гнев всей съемочной группы. 

Сцену пришлось переснимать, правда, первоначального драматического эффекта добиться не удалось, из-за чего Варвара очень разозлилась, причем почему-то на меня. Мне даже обидно стало, я ведь вела себя прилично. 

В течение следующих двадцати минут Варвара слезно рассказывала, какая это трагедия - умереть в семнадцать лет. Какой замечательный был мальчик, какой талантливый. Однако какими именно он обладал талантами, отчего-то умолчала.

В конце ее речи почти все присутствующие, в том числе и спрятавшиеся в кустах фанатики, рыдали. Одна я была спокойна. 

“Ну вот, опять меня будут обвинять в отсутствии сердца! – грустно подумала я, наблюдая за всеобщей истерией. - Хотя это абсолютно не логично, ведь сердце обеспечивает ток крови по кровеносным сосудам и присутствует у всех живых организмов с развитой кровеносной системой, включая человека.  На зомби я непохожа, по крайней мере, в отдохнувшем состоянии, следовательно сердце у меня имеется. Вот только как это доказать остальным? Притворно рыдать и убиваться я не хочу. Хоть вскрытие делай, честное слово!”

Задумавшись о собственной анатомии, я совсем забыла о Варваре, а зря. Та неожиданно споткнулась на полуслове и невидящим взглядом уставилась куда-то вдаль. Народ зашептался, режиссер остановил съемку и попытался докричаться до Варвары, но она быстро подняла руку, призывая всех к полной тишине. Несколько минут она стояла неподвижно, словно прислушиваясь к чему-то, а потом вдруг резко вздрогнула и торжественно заявила:

- Он снова здесь, я его чувствую! Он хочет что-то мне сказать! Тихо всем!

Солнце скрыли облака, вокруг сразу стало холодно и неуютно. Все замерли. На поляне повисла напряженная тишина. Внезапно острая боль пронзила мои ребра. От неожиданности я согнулась и несколько секунд не могла вздохнуть. Дина, находившаяся рядом, даже не заметила моих мучений. Она молча сидела, и, не отрываясь, смотрела на замершую Варвару. Я окинула взглядом поляну. Все люди застыли. Само время словно остановилось.

Неожиданно я почувствовала дыхание ледяного ветра, словно не лето стояло на дворе, а зима решила заглянуть в гости. Меня пробрало до самых костей, кожа покрылась мурашками, а волосы встали дыбом. Я обернулась и заметила небольшую полупрозрачную тень. Она стояла напротив и словно изучала меня. 

Я встала и подошла ближе. Протянув руку, я попыталась дотронуться до странного явления, но моя кисть прошла сквозь тень, не встретив никакого сопротивления. Я ощутила страшный холод, как будто окунула руку в прорубь. “Малыш…” – послышался еле слышный шепот. Я испуганно отодвинулась назад, решив, что это мне только показалось, что это шум ветра и воображение сыграли со мной злую шутку. Внезапно тень дернулась и быстро скользнула сквозь меня, скрывшись недалеко от Варвары. Женщина вздрогнула и заголосила:

- Он здесь!

Люди ожили. Члены съемочной группы засуетились, откуда-то из кустов послышались изумленные возгласы фанатов Варвары. Дина, неподвижно сидевшая у экрана, зашевелилась. Она протянула руку, словно хотела дотронуться до моего плеча, но лишь схватила пустоту. Испуганно вскрикнув, девушка оглянулась, пытаясь найти меня взглядом. Я подошла к ней и хотела заговорить, но не успела. Дина схватила меня за блузку и, тяжело дыша, сказала:

- Никогда больше так не делай!

Я испуганно пискнула, а девушка наклонила голову и прижалась ко мне. Ее плечи затряслись, она хваталась за меня руками, словно маленький ребенок. Я не совсем понимала, что с ней происходит, как ее успокоить, поэтому просто начала гладить девушку по спине. Дина замерла. Мы еще несколько минут простояли так, после чего девушка отодвинулась и произнесла: 

 - Как? Как ты там оказалась? Секунду назад рядом же сидела!

Я не знала, что ответить. Не про тень же, в самом деле, ей рассказывать! Дина и так была слишком впечатлительной, вдруг потом вообще спать не будет. Хватит с нее Варвары с ее призраками.

- Я все поняла! – раздался неистовый вопль с поляны, заставивший нас обеих вздрогнуть. - Он хочет что-то показать! Нечто очень важное! 

Дина и я посмотрели на поляну, где продолжала бесноваться Варвара, привлекая всеобщее внимание. Люди слушали ее затаив дыхание. Тьма накрыла лес. От резкого порыва ветра деревья, сомкнувшиеся кольцом вокруг нас, тревожно зашумели. В какой-то момент Варвара замолчала и на поляне воцарилась зловещая тишина. У меня мурашки побежали по коже, чувство надвигающейся опасности накрыло с головой.

- За мной! -  нарушила всеобщее молчание Варвара и побежала в сторону леса.

Операторы тут же последовали за женщиной, впрочем, как и все остальные, находившиеся на поляне. Дина, немного успокоившись, тоже хотела пойти за ними, но я схватила ее за руку и не позволила этого сделать.

- Что ты делаешь? Там сейчас самое интересное начнется! – закричала она на меня.

- Без Серафима мы туда не пойдем! И вообще, где его носит? Спихнул тебя на меня, а сам где-то прохлаждается! Я что вам, нянька?

- Да какая разница, где носит моего брата! Пошли быстрее за остальными! – взвизгнула девушка и потащила меня в сторону леса.

- Нет! - возразила я, схватившись за куст. - Мы идем за Ефимом, хочешь ты или нет! Вон и Малевич со мной согласен!

- Кто? - не поняла Дина, а потом резко вскрикнула, почувствовав, как кто-то трется об ее ногу. 

Девушка быстро опустила голову и увидела громадного черного кота, гордо выхаживающего рядом с нами.

- Привет, дружище! Ты меня преследуешь, что ли? – улыбнулась я и почесала кота за ухом. 

Тот довольно мурлыкнул, после чего прыгнул в кусты и пропал.

- Что? – усмехнувшись, спросила я Дину. – Напугал тебя этот засранец? Не бойся, это местный кот-путешественник. Он так-то в деревне живет, но я часто вижу его в городе и окрестностях. А вообще, он хороший. 

- Нет, просто… А почему Малевич?

- Потому что черный и похож на квадрат. Будешь много есть – станешь такой же.

- Ну уж нет, не дождетесь! – усмехнулась Дина. - Ладно, пошли искать брата.

Мы вышли к главной дороге. Серафим стоял недалеко от поворота рядом с автобусом и о чем-то оживленно разговаривал с каким-то мужчиной. 

- Братик, а мы тебя искали! Как ты мог бросить нас там совсем одних? – жалобно заголосила Дина и бросилась к нему.

Серафим вздрогнул, а девушка прыгнула на бедного мужчину и крепко сжала его в объятьях. Серафим с трудом удержался на ногах, но ни слова не сказал сестре, даже натянуто улыбнулся ей. В какой-то момент мне стало жалко его, но вмешиваться в их высокие отношения мне не хотелось. Даже когда Серафим посмотрел на меня молящим взглядом, я сделала вид, что не замечаю ничего. С трудом вырвавшись из стальных объятий, Серафим напряженно спросил:

- А что, представление уже закончилось? 

- Нет, просто мы решили, что с нас хватит! - буркнула я.

- Ты представляешь, там такое началось! Варвара услышала кого-то и ломанулась в лес! Все побежали за ней! Я тоже хотела, но Энн заупрямилась! Вцепилась в какой-то куст и наотрез отказалась куда-либо идти!  В итоге мы отправились искать тебя! Зато я познакомилась с Малевичем. Он такой классный! – радостно вещала Дина, прыгая вокруг брата.

- С Малевичем? – в недоумении спросил Ефим. – Девчонки, вы что, бухали там без меня? 

- С чего ты взял? – обиженно спросила Дина.

- Я понимаю, что это прозвучит странно, но Малевич умер в тридцать пятом году. Вы точно ничего не принимали? На час одних оставить нельзя! Следующий раз Влада отправлю за вами присматривать.

- Малевич – это кот! Большой, пушистый и очень умный! 

Серафим, усмехнувшись, отошел от сестры и встал рядом со мной. Он сделал задумчивый вид, поднял руку и, подражая Варваре, сказал заунывным голосом: 

- Дайте подумать! Вижу! Он черный, да?

- Да! – восторженно пискнула девушка. – А как ты догадался?

 - Даже не знаю, видимо, у меня тоже способности есть. А то, что он умный, это ты, сравнивая со своим интеллектом, решила? 

- Ты такой грубый! С тобой совершенно невозможно разговаривать! А какое мнение о тебе составит Энн! Она и так в ужасе от твоего характера, смотри, спугнешь!

Серафим покраснел. Пробормотав что-то про бешеных сестренок и их странных друзей, он направился в сторону машины. Мы побрели за ним. Дина ни на миг не переставала болтать. Слушая ее непрекращающийся словесный поток, я поняла: на самом деле Ефим вовсе не плохой человек, просто у него под боком постоянный раздражитель, который каждый день доводит его до белого каления. 

“Интересно, насколько бы меня хватило, прежде чем я взялась бы за топор?” – подумала я, взглянув на Дину.

Мы дошли до машины. Серафим скомандовал нам лезть внутрь. 

- Куда мы сейчас? За Варварой? – спросила я, усаживаясь на заднее сиденье.

- Нет! – отрезал Серафим.

- В магазин за новым чайником? 

- Нет! 

- А куда тогда? Отвечай, иначе я сейчас вылезу и фиг ты меня найдешь в нашем лесу! – буркнула я, готовясь открыть дверь.

Послышался щелчок. Двери машины заблокировались. Я судорожно начала дергать ручку, за что получила подзатыльник от мужчины.

- Успокойся! Мы едем в дом Жеки! – коротко сказал он и отвернулся.

Дина все это время с любопытством наблюдала за нами. Когда мы закончили спорить, она тихо захихикала и поддела меня локтем. Мне сразу захотелось ее убить. С большим трудом я подавила в себе жажду крови и отвернулась к окну. Дина что-то говорила мне, но я старалась ее не слушать. Мне предстояло терпеть девушку еще как минимум несколько часов, поэтому я решила уйти в состояние дзэн, дабы не портить себе карму жестоким убийством подростка. Стараясь не замечать мелькающий перед глазами раздражающий фактор, я постаралась представить объект, интересующий меня сейчас больше всего.

“Да, вот он! – подумала я, стараясь не обращать внимания на девушку, трясущую меня за плечи. -  Я уже представляю его у себя на кухне. Он стеклянный, разрисован цветами, объемом полтора литра! У него розовая ручка и поддон. А еще у него есть подсветка. Но главное, он очень быстро греет воду, не то что мой старый. И у него есть защита от включения без воды. Так что теперь никакие безрукие личности не смогут спалить мне дом”.

Мечтая о великом, я совсем забыла о своих спутниках. Я смотрела стеклянными глазами в окно машины и совершенно не обращала внимания на их вопросы, чем сильно раздражала Дину. Девушка злилась. Она раз пять ткнула меня локтем под ребра, обвинила в безразличии, а Серафим несколько раз порывался проверить мне пульс. Я даже на время перестала моргать, чем еще сильнее разозлила своих новых друзей, которые требовали внимания. “Прям как дети, честное слово!” – подумала я, на секунду придя в себя от очередного толчка. 

Впереди показался коттеджный поселок. Котовы, наконец, отстали от меня, и я опять погрузилась в свои мечты, чтобы еще хотя бы пять минут побыть в тишине и покое.

Когда мы подъехали к нужному дому, я, если честно, уже успела забыть о цели нашего путешествия. Я вовсю пила чай с ватрушками у себя на кухне и любовалась своим новым чайником. И тут меня неожиданно вывели из этого блаженного состояния, грубо выпихнув из машины.

Обиженно фыркнув, я решила не ругаться с этими столичными варварами, а спокойно проследовать на искомую позицию, дабы поскорее поставить точку в этом запутанном деле и вернуть своему городу и заодно себе любимой долгожданный покой.

- Ты совсем меня не слушала, пока мы ехали! – обиженно произнес справа женский голос.

- Ты просто усыпила ее своей болтовней! - послышался слева мужской. - Хотя нет. Она просто в обморок упала от твоего информационного поноса! Еще бы, ты на нее за эти пятнадцать минут вылила весь свой багаж знаний.

- Зато ты почти всю дорогу молчал. Нет бы влиться в светскую беседу и показать себя с хорошей стороны!

- Нет, спасибо! Я ведь ничего не смыслю в ваших женских разговорах.

- Ну знаешь! - сказала Дина, обиженно надув губы, и рванула вперед.

Напряженная тишина повисла в воздухе. Молча мы подошли к воротам, где нас уже ждали, и проследовали в дом. Серафим время от времени поглядывал на меня, но так и не решился заговорить. Меня тоже начало тяготить затянувшееся молчание, но я так и не смогла придумать мирную тему для общения, без подколов и оскорблений. Поэтому, немного подумав, я отбросила эту идею и просто тихо следовала за мужчиной.

Встретила нас хозяйка дома, взглянув на которую каждый из нас испытал разные, но очень сильные эмоции. У меня был шок. Я смотрела на Леру Вениаминовну и не могла слова сказать. Дина закатила глаза и что-то фыркнула себе под нос, зато Серафим довольно хмыкнул и даже наклонил голову, чтобы лучше рассмотреть женщину.

А смотреть там было на что. Кружевной полупрозрачный халатик нежно-розового цвета плотно облегал хозяйку дома.  Он ничего не скрывал и не оставлял места воображению. Из-за плотного лифа казалось, что огромная грудь вот-вот выпрыгнет и набросится на незваных гостей, а открытые тапочки на высокой шпильке с розовым пушком только добавляли ощущение чего-то очень неприличного.

Я смущенно отвернулась в сторону и начала активно изучать картину на стене, зато Дина и Ефим открыто пялились на хозяйку дома, чем явно доставляли ей удовольствие. Глядя на все это безобразие, я невольно вспомнила мифического маньяка из парка, про которого жители снова и снова придумывали разные истории.

“Интересно, если бы он существовал на самом деле и случайно Леру Вениаминовну встретил, кто бы в итоге за кем гонялся? – подумала я, искоса рассматривая откровенный наряд женщины.

- Дорогие мои, проходите! Я ждала вас. Софья сейчас приготовит чай. Я, если честно, удивилась, когда узнала, что вы хотите навестить меня сегодня, но это так мило: поддержать несчастную мать! – сказала Лера Вениаминовна и, пустив слезу, притворно вздохнула.

- Простите, но мы бы сразу хотели приступить к делу, - ответил Серафим, окидывая женщину любопытным взглядом.

- Какой вы шустрый, мне это нравится. Но давайте сначала выпьем по чашечке замечательного белого чая. Мы с мужем привезли его из нашего путешествия по Китаю…

- Извините, но у нас нет времени…

- Белый китайский чай? – оживилась я. – Очень интересно, а сладкое будет?

- Э, есть маффины, конфеты и для тех, кто не боится за свою фигуру, свежеиспеченный чизкейк.

- Буду все! – радостно воскликнула я, косясь на Дину, из-за которой я осталась без завтрака.

В этот момент меня схватили за руку. Удивленно я уставилась на Серафима, а он быстро оттащил меня от розового чуда и, спрятав за спину, сказал:

- Спасибо за ваше гостеприимство, но мы торопимся.

- Неправда! Лично у меня сегодня выходной! – подала я голос, а Серафиму шепнула: - Ты что, с ума сошел? Нам предлагают настоящий китайский белый чай, а ты нос воротишь!

Глядя на мое счастливое лицо, Серафим нахмурился. Ему явно не хотелось здесь задерживаться, но и спорить со мной желания не было. Он повернулся к хозяйке дома, рассматривающей его хищным взглядом, и, вздохнув, сказал:

- Ладно, только у нас мало времени.

- Ах, не переживайте по этому поводу! К тому же мы сможем узнать друг друга получше! – прошептала Лера Вениаминовна, после чего облизнула нижнюю губу.

Лучше б она этого не делала. В этот момент ее лицо, имеющее и без того жуткое выражение, приобрело черты пираньи. Глядя на нее, я стала сомневаться в своем решении, но бурчащий живот не дал мне шансов на отступление. Я последовала за женщиной, таща за собой Серафима.

Не сразу мы заметили, что кого-то не хватает.

“Слишком тихо! – подумала я, а потом меня осенило: – Дина! Эта маленькая вертихвостка где-то по дороге успела потеряться!”

Бросив Серафима, я рванула в холл, где и обнаружила девушку. Бедная Дина стояла посреди прихожей и плевалась. В какой-то момент она схватила какой-то горшок и угрожающе наклонилась над ним. Да, за сегодняшний день она уже второй раз испытала культурный шок.

“Подростки! – хмыкнула я про себя. - Такие чувствительные! Хорошо, что она у нас в общественной бане не была. Там и не такое увидишь. Ладно, надо выводить ее из этого жуткого состояния, а то у меня там маффины стынут”.

- Алле, Земля вызывает Сатурн!

- То, что я сейчас видела, это было взаправду? Она действительно вышла нас так встречать?

- Ну да, а что такого?

- Ее одежда. Она же вся… прозрачная! У нее же грудь было видно!

- Так и знала, что в этом дело! Знаешь, зависть – плохое чувство. Да, тебе далеко до ее пятого размера, но какие твои годы! Выйдешь замуж, родишь…

- Ты что, с ума сошла? Неужели ты думаешь, что я буду завидовать этому? Сплошной силикон и это в ее-то возрасте! Я в шоке!

Мне стало смешно. Да, Лера Вениаминовна была уже не молода, но фигуру имела классную.

“И почему, когда подростки ходят по улицам полуобнаженными - это нормально. Но стоит женщине за сорок сделать то же самое – сразу слышатся гневные высказывания в ее адрес! – обиженно подумала я. - К тому же халатик очень даже симпатичный и хозяйке идет”.

Глядя на девушку, я все-таки решила задать ей интересующий меня вопрос: 

-  Дина, только честно, ты в общественной бане когда-нибудь была? Или в бассейне? Куда обычные люди разных возрастов ходят, а не только супермодели? Или, на худой конец, на пляже?

- На что ты намекаешь? – раздраженно фыркнула девушка.

- Да так, забудь! - сказала я и тут же сменила тему. - Слушай, а тебе не показалось, что Лера на твоего брата глаз положила? Бедняга! Хотя… Может, ему такие женщины нравятся.

- Да ты с ума сошла! Мой брат просто очень хорошо воспитан, поэтому и вел себя так спокойно!

- Ага, конечно. Ладно, пошли спасать эту жертву домогательств, а то они без нас все вкусности съедят!

И, схватив Дину за руку, я помчалась в гостиную. А там Лера уже вовсю охмуряла Серафима. Она суетилась вокруг него, порой “нечаянно” приоткрывая халатик. Хотя зачем она это делала, было непонятно, ведь при солнечном свете одежда женщины стала совсем прозрачной. Мне все это жутко не понравилось, особенно тот факт, что этот мерзкий Ефим даже не пытался отводить взгляд от прелестей хозяйки. Наоборот, мужчина с интересом рассматривал их.

Увидев нас, он странно улыбнулся, и тут же начал всех рассаживать, галантно отодвигая стулья. Естественно, меня усадили рядом с хозяйкой дома, что ей не совсем понравилось. Видимо, она хотела сесть с Ефимом. Тот же сел рядом с сестрой и что-то начал с ней обсуждать.

Мое же внимание привлекли вкусняшки на столе. И вот уже два хищных взгляда буравили пространство. Один был обращен на угощение, и человек, которому он принадлежал, в уме подсчитывал, успеет ли он быстро все умять. А если нет, разрешат ли ему это богатство забрать домой.

Второй был обращен на некоего молодого человека. И его хозяйка размышляла, успеет ли она, пока первый хищник уничтожает угощение, наладить контакт с желаемым объектом, который, в свою очередь, с любопытством наблюдал, сколько я смогу съесть за один присест.

Серафим буравил меня взглядом, от чего я пару раз чуть не поперхнулась. Лера Вениаминовна снова и снова пыталась вклиниться в разговор брата и сестры, пытаясь перетянуть на себя все внимание мужчины, но тот лишь отмахивался от нее. Судя по всему, ему начало надоедать ее не в меру пристальное внимание.

Дину же женщина откровенно игнорировала. И напрасно. Девушка, обидевшись на такое откровенное пренебрежение к своей персоне, устроила нам бесплатное представление.

- Лера Вениаминовна, а вы хорошо ладили с Женей? – раздался ее подозрительно спокойный голос.

- Ах, мой бедный мальчик! Я его так любила! Если бы вы только знали, какая для меня это была потеря, – произнесла женщина, выложив свой бюст на стол и строя глазки Ефиму.

- Странно, просто про вас он рассказывал такие вещи…

- Какие вещи? - напряглась Лера.

- Боюсь, о таком в приличном обществе рассказывать не стоит, все-таки вы замужняя дама в годах.

Лера Вениаминовна покрылась пунцовыми пятнами, однако следов гнева на ее идеальном ухоженном лице не отразилось. “Ботокс!” – подумала я.

 - А все-таки вы очень хорошо выглядите! - продолжила свою речь Дина. - Поделитесь секретом, как вам удается выглядеть так в свои пятьдесят?

Серафим поперхнулся, Лера Вениаминовна же резко встала, после чего, выдохнув, произнесла:

- Вы ошибаетесь, моя дорогая! Я стала матерью в очень нежном возрасте, хотя чего взять с такой молодой и неопытной девочки. Вы, наверное, даже школу не закончили, раз не можете вычесть два простых числа. Боюсь, данная задача непосильна для вашего маленького милого мозга.

- Как интересно! Просто, как мы все знаем, вы Жеку усыновили. И в каком, интересно, нежном возрасте органы опеки дают добро на этот серьезный шаг? К тому же, как мне известно, вы были замужем три раза. А учитывая тот факт, что и до этого о ваших многочисленных романах писали во всех газетах, меня мучает лишь один вопрос: во сколько же лет вы начали вести интимную жизнь?

Теперь поперхнулась уже я. Серафим, с трудом сдерживая смех, рванул меня спасать. Шарахнув по спине так, что я чуть не перелетела через стол, он с довольным лицом спросил, хорошо ли я себя чувствую. Заверив его, что, если не считать ушиб позвоночника, со мной все нормально, я попыталась вернуться к недоеденному чизкейку, но Серафим схватил меня за руку и потащил в сторону коридора. Две дамы же так увлеклись взаимными оскорблениями, что просто перестали на нас обращать внимание.

- Все, хорэ хомячить! Пошли в комнату этого парня.

- А как же Дина и Лера? Я думаю: небезопасно оставлять их наедине.

- Не волнуйся, моя сестренка профессионал в женских разборках. Она не даст кому бы то ни было испортить себе макияж. Так что пока она отвлекает это розовое чудо, мы спокойно сможем осмотреть комнату Жеки. К тому же, если она по-настоящему выйдет из себя, лучше нам быть подальше. В конце концов, за что охране тут платят? Пусть, как и положено, рискуют жизнью.

Мы быстро нашли обиталище Жеки. Оно находилось на последнем этаже в левом крыле. Внутри небольшой комнаты с черными стенами располагались громадный телевизор, огромная кровать и металлический шкаф. Здесь было жутко, темно и неуютно. Как парень тут жил – понять было сложно.

- Ничего не напоминает? – спросил Серафим. – Наверное, ты здесь себя как дома чувствуешь.

- На что ты намекаешь? Может, у меня дом не до конца отремонтирован и коридор не в самом лучшем состоянии, но жилые комнаты очень уютные и симпатичные. Не зря же я двух наглых личностей, не будем показывать на них пальцем, метлой не могла выгнать. А на моей кухне так они вообще чувствовали себя как дома. Еду готовили, вещи портили.

- Так, я за действия сестры не отвечаю! Она в шоке и все такое. И подарим мы тебе новый чайник, успокойся уже! Ты лучше скажи, как мы запрещенные препараты искать будем, а то тут до нас менты уже рылись.

Я оглядела комнату. Было видно, что здесь недавно убирались. Но, несмотря на это, следы чужого вмешательства чувствовались повсюду.

- Так, времени у нас мало, так что план действия такой… Что ты делаешь, женщина?

Ефим смотрел на меня так, как будто у меня выросла вторая голова или еще чего похуже. Я же ничего такого не делала. Просто пыталась стащить с него ботинок.

- Спокойно! Просто отдай туфлю.

- Зачем тебе моя туфля? – как-то уж очень ласково спросил этот нервный тип и зачем-то коснулся моего лба. – Ты как, хорошо себя чувствуешь?

- Да просто зашибись! Сам же сказал, что времени нет. Так что давай не будем заморачиваться и используем старый верный способ поисков.

- Хорошо, вот только обувь моя тебе зачем понадобилась?

- Как зачем? Для ритуала! И хватит спорить, отдавай по-хорошему! Тебе же это надо, а не мне, а то я свою сандалию давно бы стянула. Ну, или попыталась. У меня там с замками проблемы. Босоножки хорошие, но лучше бы были на липучках.

- Короче, Склифосовский!

- Сам снимешь или тебя на пол уронить?

Прошептав что-то про психов, которых не лечат в уездных городках, он дал мне свой ботинок. Его аромат меня чуть с ног не сбил.

“Ужас! Так и умереть можно! И вообще, на кой он летом в жару закрытую обувь носит?” – подумала я, а вслух сказала:

- М-да, а мыться тебя не учили?

- Заткнись и делай, что хотела, а то я чувствую себя идиотом. Хотя я, наверное, такой и есть, раз позволяю тебе заниматься всякой фигней.

Победно хмыкнув, я, повернувшись к двери лицом, схватила ботинок и что есть силы кинула его за спину. Тот полетел в сторону шкафа и попал прямиком по уродливой керамической фигурке, изображающей улыбающийся череп. Та, слетев с полки, упала на пол и разбилась.

“И не жалко! – подумала я, наблюдая, как осколки разлетаются по комнате. - Где Жэка только эту гадость нашел? У конкурентов заказал, не иначе!”

- Что ты творишь? – медленно с расстановкой спросил Ефим.

- Порчу чужое имущество, не видишь, что ли?

- Издеваешься? – спросил мужчина и угрожающе двинулся ко мне.

- Да шучу я! Просто использую старый проверенный метод поиска! Всегда помогает!

- Да ладно! И как это, интересно?

- Элементарно! Если не можешь что-то найти, нужно бросить за спину обувь. Потом смотришь, куда она приземлилась и ищешь пропажу в радиусе метра. Если попал в другой предмет, смотришь в нем. Случайно узнала, когда ключи не могла найти. Я тогда сильно разозлилась. Еще и о тапок споткнулась, вот и запустила его в полет. Тот ударился о тумбочку, с которой ключи и слетели. Потом не могла найти заколку. Решила повторить эксперимент и сработало! Вот теперь время от времени провожу такие поиски.

Несколько секунд Ефим стоял и молчал, время от времени странно посматривая на меня, потом вздохнул и пошел к шкафу.

- Понимаю, что это попахивает маразмом, но все-таки спрошу. А если ботинок в окно улетит или, скажем, за дверь?

- Надо искать во дворе, вдруг там обронил.

- А если за пределы ограды?

- Тогда считай все, уперли твое сокровище! Ищи по соседям.

- Ясно. А почему именно мой ботинок бросала?

-  Так тебе это нужно, не мне. Я бы с удовольствием сейчас дома лежала и крабовый салат грызла. Так нет, нагрянули с сестрой ко мне, устроили погром, вывезли к какой-то нимфоманке преклонного возраста! Хотя знаешь, день не зря прошел. Объелась вкусностями и попробовала настоящий белый чай. Нет, не зря! Надо потом перед уходом название чая узнать, а может, даже получится остатки угощения забрать. Лера Вениаминовна как раз предлагала взамен на кое-что…

- На кое-что?

- Да. Кстати, не скажешь свой номер мобильного?

- Ты что, сдашь меня этой мадам за сладости?

- Ну почему же только за сладости? Еще за дорогущий китайский белый чай! Да ладно, жалко тебе, что ли? Просто трубку брать не будешь или в черный список внесешь!

Серафим недовольно посмотрел на меня, а потом медленно вдохнул и выдохнул. Отвернувшись, он наклонился и внимательно осмотрел остатки разбитой фигурки. Та, по сути, представляла из себя шкатулку с хитрым замком и двойным дном. И, конечно же, там обнаружились небольшие пакетики с подозрительным веществом.

- Это то, что мы ищем? – с любопытством спросила я.

- Да, - тихо произнес Серафим, - я подозревал что-то такое, но сколько не допрашивал Дину, она не сознавалась. Теперь уже не отвертится. Всыплю по первое число!

Он резко вскочил на ноги и замер. На Серафима было страшно смотреть. Он побледнел, его всего трясло от злости. Зато теперь стало понятно, для чего мужчина затеял это расследование. И почему его сестра какой-то бред несла про сорок дней, сумасшедших родственников и странные звонки.

- Слушай, а кто познакомил Дину с компанией?

Серафим резко повернулся и странно улыбнулся.

- Конечно, им всегда было мало… Знают мои слабые места, все покоя компания не дает…

- Что?

- Не твое дело! Это наши семейные проблемы. Мне просто нужны были доказательства. Значит, Женя хороший мальчик, воспитанный! А то, что он постоянно тянет с отца деньги – это просто слухи. Однако откуда тогда у него средства на вечеринки и это?

- Дай посмотреть! – сказала я, после чего выхватила у Серафима пакетик. – В первый раз держу подобное в руках! Любопытно…

- Дай сюда! Улики детям не игрушки! – зарычал на меня мужчина, отбирая добычу.

- Это те самые, о которых в новостях последнее время говорят? От которых у людей крыша едет? Тогда все понятно! И почему ребята ночью зимой в лес по грибы отправились, где обычные кустики за привидение приняли, и почему Женя в столб влетел. А Димка, когда приехал сюда после смерти Жэки, наверняка залез в запасы погибшего, вот и направил машину в дерево. Осталось только узнать, кто им все это добро поставлял.

- Это я уже и без тебя знаю. Надо было просто убедиться. Значит, призраки, проклятия, ха!

- Слушай… - произнесла я вкрадчивым голосом.

- Что?

- А давай курнем?

- Чего???

Да, так быстро я еще никогда не бегала. Кто ж знал, что этот бешеный Ефим шуток не понимает? Я что, враг сама себе, чтоб всякую дрянь пробовать? Я жить хочу! Долго и желательно счастливо. И что значило это его “я тебя сейчас в окошко выброшу”? Все, я обиделась! Причем серьезно!

Я так и крикнула, пробегая мимо дерущихся Леры и Дины. Те, услышав дикий рев Серафима, доносившийся позади меня, притихли. Удивленными глазами они смотрели, как я захлопываю за собой дверь гостиной, решительно удаляясь от озверевшего мужчины. Тот, не успев остановиться, со всего размаха влетел в нее. Послышался протяжный вой и страшные удары.

“Сам виноват! – злорадно подумала я, улепетывая со всех ног. - Я ведь просто рассмешить этого психа хотела, от грустных мыслей отвлечь. Да, неудачно, но все-таки! А он… Напугал меня, чужой дом разнес, еще и угрожал!”

Дверь слетела с петель, и мужчина рванул за мной дальше. К счастью, я успела выскочить в холл. На всякий случай, опрокинув позади себя пару-тройку пальм в горшках, чтобы замедлить преследователя, я второй раз захлопнула дверь перед самым носом Серафима. Подперев ее для верности небольшой резной скамьей, так удачно оказавшейся неподалеку, я подумала, что давно не занималась спортом и в этом причина моей небольшой полноты.

Решив немедленно исправить эту оплошность, я устроила себе небольшую пробежку прямиком до мастерской, адреса которой Ефим не знал. Был вариант дойти до дома, но я подумала, что и так уже два дня отлынивала от работы. И пусть сейчас был не сезон и заказов больших не имелось, стахановец во мне еще не умер, поэтому я решила трудиться до поздней ночи.

“И можно заночевать там же! Так, на всякий случай, – решила я. - Чего мне делать дома? Бешеного Ефима ждать? Нет уж, спасибо! Работать и еще раз работать!”

Шел третий час моего добровольного заключения в мастерской. Не зная, чем себя занять, я слонялась из угла в угол. Нет, вначале я честно пыталась работать, но после пережитого все валилось из рук. К тому же за окном мне то и дело мерещилась зловещая тень Серафима. 

Снова и снова я осторожно подкрадывалась к шторке, чтобы очередной раз убедиться, что мужчины там нет и у кого-то просто слишком сильно разыгралось воображение. Нет, я не воспринимала все его угрозы с отрыванием конечностей всерьез: он и раньше страшил меня всеми карами небесными. Просто после всего, что между нами произошло, я стеснялась с ним увидеться.

Еще бы, гоняясь за мной, он разворотил чужой дом, чуть не свалился с лестницы, получил дверью по голове и при этом, хромая, умудрился пробежать по улице за мной еще добрых два километра. Я запросто могла оторваться от Серафима, ведь он был нездешним и местности не знал, но не стала этого делать. Где-то в глубине души мне нравилось то, с каким упорством мужчина пытается меня догнать. Но судя по злому виду Серафима, сам он был не в восторге от этой погони. 

Ефим отстал где-то в районе моста. Видимо, он понял абсурдность своего поведения. Да и сестру любимую оставил одну в чужом доме, пусть этому монстру защита и не нужна была. 

“А еще меня дитем называл! Хотя стоит признать: так моего внимания еще никто не добивался! Интересно, зачем он так хотел меня поймать?” – подумала я, очередной раз заглядывая в окно. 

Этот вопрос не давал мне покоя, поэтому я, портя очередной керамический горшок своим неуемным талантом, не сразу обратила внимание на странный громкий звук. Потом он повторился, заставляя дрожать стекла в мастерской. “М-да, пора перекусить!” – пришла мне в голову светлая мысль, когда живот выдал очередную трель.

Я встала и подошла к небольшому шкафчику, где хранила различные запасы на экстренный случай. И вот он настал. “Так, что мы имеем?” – подумала я, роясь в своей маленькой кладовой.

Там нашлось несколько коробок с китайской лапшой быстрого приготовления. Это было неплохо, вот только чайник в мастерской отсутствовал. Старый сломался пару недель назад, а купить новый я не успела. Все откладывала, газировку с собой таскала. Думала, в выходные или после работы в магазин зайду. А теперь я, грустно рассматривая сухую лапшу, ругала себя и свою лень. 

Решив больше не мучить себя самокопаниями, я продолжила поиски и нашла пачку печенья. И любимый зеленый чай! Вот только заварить его оказалось негде, чайника-то не было, а есть мучное всухомятку – вредно. 

Вспомнив, что где-то там лежала пачка чипсов, я с утроенным рвением продолжила поиски. Но потом вспомнила, что съела ее на прошлой неделе. В заветном шкафчике нашлись еще гречка, рис, макароны и даже небольшая пачка овсянки трехлетней давности, но вот отсутствие кипятка и вожделенной техники не добавили мне радости от находки. “И как же я раньше не замечала отсутствие столь важного для жизни агрегата?” – ругнулась я про себя.

От отчаянья в какой-то момент в моей голове даже мелькнула мысль нагреть воду в печке, но потом я решила не рисковать, решив, что взрыв может заметить случайно проходящий мимо Серафим, а видеть его мне ой как не хотелось! В итоге после недолгих раздумий я решила, что лучше всего будет выйти из убежища и купить поесть что-то такое, для чего не нужна горячая вода. При этом постараться не столкнуться с одним неприятным типом и его подручными. “Миссия не выполнима, но интересна, а значит, я возьмусь за нее!” – решила я, отбрасывая страхи и сомнения в сторону.

Сказано – сделано. Напевая мелодию из упомянутого фильма, озираясь и крадясь, я направилась к искомой цели: моему любимому магазину. И тут мимо меня пронеслось что-то длинное и темное, что-то очень знакомое, сжимающее в руках бедного Йорика. Приглядевшись, я поняла, что это черный маг Александр Фет, но куда он так торопился – оставалось загадкой. 

Я со свойственным мне энтузиазмом последовала за ним. Путаясь в мантии, Фет бежал в сторону остановки, при этом что-то невнятно бормоча себе под нос. Очередной раз наступив на полы своего платья, он растянулся на асфальте, что позволило мне поравняться с ним и завести непринужденную светскую беседу.

- Доброго дня вам, уважаемый! Куда вы так спешите? – полюбопытствовала я.

- Он здесь! Он пришел!

- Эй, помедленнее! Я записываю. Кто пришел, к кому, зачем и когда уедет обратно? 

- Он явился в этот мир! Она дала ему дорогу! Мертвец пришел, и он заберет с собой тех, кто его потревожил! Он зло! Кровь, кровь! Везде кровь! Она жрет ее! Он пришел за ней!

- А тебе чего бояться? Ты же вроде с ним на одной стороне. Или ты забыл записаться в местный профсоюз злых сил?

- Он заберет всех! – не унимался маг, продолжая истошно вопить бедному Йорику прямо в ухо.

- Так изгони его! Вы же вроде ради этого и приехали, разве нет? И оставь Йорика в покое, а то у него голова уже болит от криков и постоянной тряски.

- Нет, ты не понимаешь, никто не понимает! Конец близок, мы все умрем! 

- Все когда-нибудь умрут, ты конкретизируй, чего нам ждать. Просто скажи – зомби-апокалипсис или техногенная катастрофа? Мне, в принципе, оба жанра нравятся, просто костюм нужный подобрать надо.

- Она высосет нашу кровь! Беги из города!  Пусть все бегут. И я побежал! – крикнул маг, косясь на проезжающий мимо автобус.

Фет рванул на остановку, но чуть-чуть не успел. Автобус отправился дальше без него. Но упорный маг не сдался. Он бросился за транспортным средством, и вдали еще долго слышались проклятия и угрозы в сторону железного монстра, который никак не хотел останавливаться, чтобы взять усталого путника с собой.

- Йорика хоть оставь! – крикнула я вслед удаляющемуся магу.

“Жаль, что этот тип забрал Йорика! - пробормотала я, смотря в сторону заходящего солнца. – Я буду скучать по этому милому существу! А ведь день обещал быть таким хорошим!”

Вздохнув, я медленно побрела обратно, решив, что приключений с меня достаточно. Лучше лечь спать сейчас, пока опять чего-нибудь не приключилось. Пусть и на пустой желудок.

Это просто удивительно, как много всего я сделала за вечер. Мечась по мастерской, я хваталась за все подряд, штудировала старые газеты, рыла интернет и постоянно смотрела на дверь. К счастью, никаких гостей ко мне так и не пожаловало. Зато были звонки на сотовый с неизвестных номеров и один от отчима. Решив, что игнорировать родственников нехорошо, я решила перезвонить Михаилу Ивановичу. Оказалось, Серафим все-таки вломился ко мне домой, а, когда понял, что меня там нет, пошел к родственникам выяснять, где меня можно найти.

Перепугав до смерти маму и бабушку, он обшарил весь дом, после чего попытался выпытать у родственников адрес моей мастерской. К счастью, женская половина семьи настолько не интересовалась моей личной жизнью, что была не в курсе, что она у меня вообще есть. Племяшки не стали выдавать мою дислокацию, решив, что будет очень романтично, если Ефим сам меня найдет. Я удивилась, услышав такие слова. Мне было непонятно, на что девчонки намекают. Какая еще романтика? Это после наших диких догонялок-то?

Ну а Роберт сказал, что он деловых партнеров не выдает. А позже просил Михаила Ивановича передать мне, что с удовольствием и дальше будет оказывать услуги “крышевания”, но уже за определенную плату. Где он только таких слов набрался? Надо запретить ему смотреть НТВ.

Когда же Серафим обратился к самому отчиму, тот сказал, что не выдаст врагу секретных сведений, так как “у девочки должно быть свое убежище, где она сможет спокойно побыть одна”.

Я вздохнула с облегчением. Теперь оставалось лишь дождаться отъезда семейства Котовых, чтобы не попасть под раздачу. Однако тот факт, что кто-то посторонний проник в мое жилище, меня не обрадовал. Я, опасаясь за свое имущество, попросила отчима сходить ко мне домой и оценить ущерб. Дверь оказалась цела, и, более того, закрыта. Странно, но эта новость меня не успокоила. “Значит, у Серафима есть ключ от моего дома? Или он, ко всему прочему, еще взломщиком подрабатывает?” – напряженно думала я.

День тем временем близился к концу. Дурные мысли окончательно меня вымотали. Решив, что пора заканчивать издеваться над собой, я стала готовиться ко сну. Все равно домой пока лучше было не возвращаться. Еще и нормальная еда отсутствовала, а голодный желудок который раз давал о себе знать. 

Понимая, что трудные времена требуют отчаянных мер, я решила сесть на жесточайшую диету на пару дней. И еще на какое-то время запереться и никуда не выходить, а после отъезда сумасшедшей семейки устроить себе настоящий праздник желудка.

С такими оптимистичными мыслями я легла на раскладушку. В своих мечтах я стала составлять список всего самого вредного, но такого желанного на моем будущем пиршестве. Не прошло и десяти минут, как меня одолел сон.

***

Я стояла посреди толпы. Серые тени носились туда-сюда, не замечая меня. Время от времени я видела знакомые лица жителей города, вот только узнать я могла их с трудом. Люди словно отражались в кривых зеркалах. Черты лиц были искажены злобой, глаза бешено горели – весь их облик просто дышал ненавистью ко всему живому. Это были не те люди, которых я знала с детства. Словно все самое плохое, что было в них, вылезло наружу, убив все хорошее. Мне было очень страшно. Я снова стала маленькой девочкой, потерявшейся в огромной толпе, и никого не было рядом, кто мог бы помочь. 

Внезапно послышался резкий звук, как будто кто-то ударил в дверь. Потом второй, глухой, но в то же время запредельно громкий. Все вокруг начало ходить ходуном. От третьего удара земля затряслась, а потом раздался четвертый удар, и тьма накрыла все вокруг. 

Мне захотелось убежать. Из глубины души поднялось смутное чувство тревоги, как будто вот-вот должно было случиться что-то ужасное. Я попыталась наклониться вперед, чтобы сделать шаг, но ноги как будто приросли к земле. С большим трудом мне удалось сдвинуться с места. Выгнув спину, я с усилием сделала второй шаг. После пятого удара двигаться стало легче, словно взрывной волной меня отбросило вперед. Толпа расступилась, и в образовавшемся коридоре я увидела размытый прямоугольник, откуда шел звук. Только это оказалась не дверь, а громадное мутное зеркало.

Я внимательно посмотрела на него. Почему-то у меня возникло ощущение, что когда-то давно я уже видела его. Я улыбнулась, мое отражение улыбнулось мне в ответ, только я не узнала эту улыбку. Она была очень широкой и какой-то жуткой. От нее все живое начало гибнуть, а стены домов вокруг трескаться. Тени в ужасе начали метаться. Глядя на них, я отчего-то рассмеялась. Мне захотелось улыбаться так всегда, пугая людей и разрушая все вокруг. С большим трудом я все же пересилила себя и отвернулась от зеркала. Взглядом я стала искать выход, но тут заметила какое-то движение в стеклянной глади.

Кто-то ударил по стеклу изнутри, потом еще раз. По зеркальной глади пошла трещина. Краем глаза я заметила, как тени позади меня начали кружиться в бешеном ритме, пытаясь убежать в разные стороны. В зеркале показалась чья-то ладонь с четырьмя пальцами. За моей спиной отразился какой-то человек. Его глаза буравили меня сквозь мутное стекло, заставляя все внутри сжиматься. Я знала этого человека, только никак не могла вспомнить откуда.

Он начал резко смеяться, и его лицо изменило очертания. Человек исчез. Вместо него появилась черная тень, которая переступила раму и вышла наружу. Люди, увидев это, начали истошно кричать. Страшный человек лишь сильнее засмеялся и протянул руки вперед. Они тут же искривились и стали удлиняться, хватая костлявыми пальцами-щупальцами всех вокруг. Мне отчего-то стало весело, и я начала дико смеяться и никак не могла остановиться. 

Тень обернулась ко мне и протянула руку, словно приглашая принять участие в этом хаосе, но я резко замолчала и отступила назад. Я вспомнила Дуню. Она бы не поняла моего веселья. Девушка всегда говорила, что нет ничего хорошего в издевательствах над другими. 

Я огляделась. Все люди-тени бежали в ужасе, бежали от нас. Послышался страшный треск, и зеркало разлетелось на тысячи осколков, накрывая все сверкающей волной. Странно, но я не получила ни единого пореза, но других людей эти осколки пронзали насквозь. 

Кровь полилась рекой, повсюду слышались вопли ужаса и боли. Трещины, покрывшие здания, стали расширяться, уничтожая стены и обрушивая перекрытия, только мне было уже все равно. Единственное, чего я хотела, – это вернуться быстрее домой. К Дуне, отчиму и племянникам. Я вспомнила о Серафиме, и мне стало одиноко и грустно. Вокруг меня образовалась пустота, которая как черная дыра затягивала и разрывала на части тени, а вокруг бесновался черный монстр, круша все вокруг.

И тут я почувствовала, как что-то теплое и пушистое коснулось моей ноги. Взглянув вниз, я увидела Малевича! Мне сразу стало легче. Я улыбнулась, но только не как в зеркале, а обыкновенно. Взяв кота на руки, я направилась через весь этот хаос в противоположную сторону от разбитого зеркала.

Все вокруг заволокло черным туманом, из-за которого невозможно было разглядеть, куда мы направляемся. Очередной удар разбудил меня. Я резко вскочила и поняла, что это бьется мое сердце. Малевич лежал рядом на раскладушке и недовольно фыркал. Кажется, я снова пнула его во сне. Растянувшись у меня в ногах, он начал мурлыкать. 

Некоторое время я смотрела на черный клубочек, вспоминая свой странный сон. Немного успокоившись, я решила, что мне пора отправиться в отпуск, причем желательно на месяц-другой, и чем дальше я уеду, тем лучше. 

Встала я рано. После ночного кошмара мне так и не удалось нормально поспать. Малевич куда-то убежал, я же решила вернуться домой, собрать вещи и уехать. Мне уже давно хотелось отправиться в теплые края, чтобы погреться на солнышке, увидеть новые места, а после, вернувшись домой обгорелой и счастливой, сказать: “Руссо туристо, облико морале!”

“Так в чем проблема? – подумала я. – Поеду в центр, возьму билет на ближайший поезд до какого-нибудь курортного города, а потом сниму квартирку у самого моря, и да здравствует отдых!”

Я радостно встала с раскладушки, но потом остановилась. В голове всплыл образ Серафима, и мне стало грустно. Получалось, что он закончит расследование без меня, а я как раз нашла кое-какую интересную информацию о нашем деле, и мне было ужасно обидно, что Серафим не узнает об этом. “Хотя стоп, с какой стати нашем? Его деле!” – фыркнула я про себя и заметалась по комнате.

Мне очень хотелось снова увидеть Серафима, но после наших догонялок я боялась встречи. И теперь выходило, что я зря собрала все старые газеты в мастерской и копалась в них до позднего вечера, а потом еще до глубокой ночи рыла интернет. А ведь полученные мной данные могли хоть как-то прояснить ситуацию. Особенно тот факт, что разница в написанном была колоссальной! Словно кто-то специально взял информацию и переделал ее так, как ему было нужно. 

В нашей местной газете писали, что нетрезвая девушка заявилась в полицию с криками, что нечто схватило ее друзей. При проверке те были найдены живыми, но замершими на окраине леса. Все-таки на дворе стоял февраль. И тоже нетрезвыми. Призраков обнаружено не было.

То, что случилось с подростками, никого бы сильно не удивило в нашем городке. У нас и не такое местные творили, когда белочку ловили. Но! В интернете всю эту историю исказили до неузнаваемости. На разных сайтах сообщали, что подростки чуть ли не голышом бегали по лесу от призрака, а потом девушка бросила друзей умирать. Сама же по дороге в город чуть не задавила троих людей! И это была самая безобидная статья! “Прям черный пиар на семью Котовых!” – думала я, открывая очередную статью. На заказуху все это было похоже, я бы даже сказала, как будто это все заранее спланировали. 

Но самым интересным было то, что статьи в газете и интернете вышли практически одновременно: на следующий день после событий. И если к местным репортерам вопросов не было, то как узнали столичные журналюги о лестном инциденте? Тем более так быстро. Даже наши сплетницы так стремительно не работали.

Но особенное внимание я уделила датам. Как я и думала, Жека умер не через сорок дней после встречи с призраком, а через сорок два дня. Но кто-то в следующих статьях упор делал именно на эту цифру, как будто нарочно нагнетая обстановку. А после смерти Димки через сорок дней статьи прямо кричали о мистике и проклятиях. Решить этот ребус помог бы обыск Димкиной комнаты, но кто бы меня туда пустил? И кто сказал, что свои вещи он хранил именно в этом доме, а не в Москве? 

Я вздохнула. Мне было жаль уезжать вот так, не попрощавшись с новыми друзьями и не поделившись с ними добытой информацией. Но выбор у меня был небольшой. Если честно, я никак не могла забыть, как некрасиво мы расстались с Ефимом. Я не знала, как мужчина отреагирует, попадись я ему на пути. Вчера он кричал что-то про принудительное лечение в специализированном заведении с кормежкой из хлеба и воды. 

“Живодер! Как же можно лишать человека нормальной пищи! – сердито подумала я. - Хотя все, что хотел, он уже выяснил, так что, скорее всего, сегодня уедет домой. А может, уже уехал. Жалко Дину. Представляю, чего она наслушалась после того, как ее маленькая тайна вышла наружу. С другой стороны, она сама виновата. И чего этим подросткам из благополучных семей не хватает, раз они сами себя убивают? Мозгов, не иначе!”

В невеселом настроении я вышла из мастерской. На душе было погано, в голову то и дело лезли мрачные мысли. Из размышлений меня вывели крики, раздающиеся с противоположной стороны улицы.

- Да ты на себя посмотри, проститутка! С Иваном гуляла, с участковым тоже. Ты всегда была потаскушкой!

- Ха! Зато ты всегда была завистливой ханжой! И мужики на тебя никогда не смотрели! Да ты же страшная как смерть! Без слез не взглянешь! Ни кожи, ни рожи!

Я решила посмотреть на нарушителей спокойствия и глазам своим не поверила. Ругалась баба Люба с соседкой! Лучшие подруги, которые никогда не ссорились, постоянно гуляли вместе, перемывая всем косточки, поздравляли друг друга со всеми праздниками. В том числе с такими, как Яблоневый спас и день ВДВ. И вдруг такая перемена!

Подкравшись чуть ближе, я поняла, что еще немного, и здесь начнется бойня. Я никогда не видела Любовь Анатольевну в таком состоянии. Да, она была разносчицей всех сплетен в городе, была импульсивна и где-то чересчур навязчива, но в ней не было той ядовитой злобы, как в Маргарите Осиповне, да и злопамятностью она не отличалась. Что же случилось?

- Всем привет! Какая встреча! Любовь Анатольевна, а вас в магазине ищут! – сказала я, схватив женщину за руку. – Быстрее, а то начальник ругаться будет! До свидания, Галина Алексеевна! 

- Да чтоб ты провалилась, путана проклятая! 

- Это она кому? Мне? – снова завелась баба Люба.

- Нет, это она мне! Вы же знаете: про меня вечно слухи всякие ходят! Пойдемте скорее! Вас на работе ждут! – тут же выпалила я первое, что пришло в голову.

- Распутная женщина! – донеслось нам вслед.

- Ах ты… Обезьяна!  Да я сейчас тебе последние три волосинки выдеру! 

Я из последних сил тащила за собой взбешенную женщину, не давая ей вырваться. “В конце концов, это должно было рано или поздно случиться! – подумала я, глядя на бабу Любу. - Все ссорятся. Мои домашние так по три-четыре раза на дню. И лучше растащить их сейчас, пока подруги не наговорили лишнего. Да они же жить друг без друга не смогут! Они больше полувека дружат, что же случилось?”

- Любовь Анатольевна! Любовь Анатольевна! Прием! Все хорошо! Ну поссорились. Бывает! Потом успокоитесь и снова помиритесь. Дружба она такая: сегодня обнимаетесь, а завтра враги навек.

- Горилла безволосая! Убью! Да я про нее такое расскажу! Да ей придется бежать из города! Я все ее грязные тайны знаю! И пусть потом не плачет!

- Любовь Анатольевна, Люба! Посмотрите на меня! Не надо! Подождите до завтра! Успокойтесь! Всякое случается в нашей жизни. Не надо отвечать злом на зло. От этого лучше никому не станет! Прошу вас успокойтесь!

- Ненавижу! Ненавижу!

С трудом я дотащила Любовь Анатольевну до служебного входа в магазин. Внутри мы столкнулись с Зинаидой Игоревной. Увидев, в каком состоянии находится баба Люба, она без лишних слов открыла дверь подсобки, куда я и запихнула сопротивлявшуюся женщину. Закрыв дверь, она помогла довести упирающуюся бабу Любу до нашего убежища, где посадила ее за стол и поставила самовар.

- Чаю?

- Да, спасибо! – быстро ответила я.

- Что у вас случилось?

- Сама не пойму, - сказала я и потянулась за ватрушками, поставленными на стол, - поссорились лучшие подруги. Хотя поссорились – это мягко сказано! Они чуть не переубивали друг друга!

- Ясно. А ты чего молчишь? – обратилась к уборщице баба Зина. – Чего не поделили?

- Да тварь она настоящая! Давить таких надо! Она у меня еще попляшет! Землю грызть будет и молить о прощении! Я про нее такое расскажу! Все узнают правду!

- Прекрати истерику! Ты сама себя слышишь? Она твоя лучшая подруга со времен царя Гороха! 

- Была! Ненавижу…

- Знаете, это, конечно, все очень интересно, но мне идти надо, - вклинилась я в разговор, - я уезжаю. Мне еще вещи собрать нужно.

- Так, сидеть, бояться! А ты это куда намылилась так неожиданно? И что за день сегодня такой! В магазине с утра ор стоит. Все как взбесились! Три драки… И это день только начался! Витрину расколотили, опрокинули три стеллажа! Грузчик с директором подрался, а приехавшая бригада скорой помощи с нарядом милиции! Я уже молчу о свалке в хлебном! И что бабульки с местной шпаной не поделили?

- Да вы что! И кто кого?

- Смеешься? Конечно, наши шпану поколотили! Те даже драться как следует не умеют! Нет у них нашей закалки! Хилая молодежь пошла!

- И я это пропустила! Как я могла… А встала бы на пару часов раньше…

- И тебе бы тоже досталось! Хотя тебе бы это только на пользу пошло. Совсем от рук отбилась! Старших не уважаешь! И ты так и не ответила на вопрос: куда это ты намылилась так неожиданно?

- Да я сегодня уснуть никак не могла. Все думала. Я ведь в отпуске давно не была. Все некогда. А так хочется в теплые края! Бока погреть и в море искупаться! Вот и решила, а почему бы и нет? Не хочешь со мной? А то неспокойно как-то у нас в последнее время стало!

- Да кто ж меня отпустит? Тем более сейчас, когда директора на скорой увезли… Теперь неясно, когда из больницы отпустят, а бардак этот разбирать надо! Еще и с Любой проблем прибавилось. Ладно, давай, канай отсюда! С тебя сувенир.

- Обязательно! А можно я плюшек с собой захвачу? А то я со вчерашнего дня почти ничего не ела. Живот просто сводит! Еще и лапши китайской на ночь наелась. Сухой.

- Бери и смотри, желудок не порть! Язву заработаешь – приходить к тебе не буду! Хватит мне одного иждивенца.

- Я думала, что у вас там любовь!

- Иди отсюдова! Что-то разговорчивая больно стала! И смотри, утонешь там - домой не возвращайся!

- Не вернусь! – засмеялась я и, схватив по три плюшки в каждую руку, выбежала в зал магазина посмотреть на последствия погрома, по пути уплетая добычу. 

Ну что я могу сказать? Беспорядок, царивший в магазине, меня поразил. Здесь как будто тайфун прошел! Часть стеллажей была опрокинута навзничь, повсюду валялись продукты, витрина в кассовой зоне зала была разбита. И в центре этого бедлама носилась Людка, моя бывшая одноклассница, со шваброй. Жутко злая Людка. Бормоча какие-то проклятия, она размахивала хозяйственным инвентарем из стороны в сторону, сметая то, что уцелело. Хорошо, что Зинаида Игоревна этого не видела, а то была бы еще одна драка.

Люда недавно начала здесь работать. Можно сказать, что ее взяли вместо меня. И хотя Маргарита Осиповна и описывала магазин моим родным как замечательное место работы, за которое люди готовы глотку друг другу перегрызть, все это было полной чушью. 

Зарплата была маленькой, директор – настоящий параноик, повернутый на маркетинге, работа тяжелая, сверхурочные никто не оплачивал. И это я еще не все перечислила! Недостача опять-таки взымалась из зарплаты работников. Вот и менялись люди постоянно. После моего увольнения прошло несколько лет, а постоянного работника так и не смогли найти. Хватали любого, кто соглашался, но даже самые отчаянные через какое-то время бежали отсюда, забыв про зарплату. 

Поэтому, когда я увидела за кассой Люду, очень удивилась. В школе она была первой красавицей! Мечтала выйти замуж за миллионера и уехать в Москву. Обычных девчонок обзывала тупыми неудачницами и относилась ко всем свысока. 

По моим сведениям, после школы она таки уехала покорять столицу, но спустя время почему-то вернулась. И теперь работала здесь. И что-то мне подсказывало: эта девушка не испытывала ко мне особой симпатии. Еще со времен школы Люда пускала сплетни и презирала меня, да и сейчас ничего не изменилось. Я же всегда старалась ее просто не замечать. Заноза она и в Африке заноза. Неприятно, но несмертельно.

Заметив меня, девушка злобно фыркнула и направилась в мою сторону, вытянув вперед моющий инструмент массового поражения, явно намереваясь избавиться от свидетеля своего преступления. Решив не искушать судьбу, я двинулась по направлению к двери и с удивлением поняла, что ее нет. Как и части стены. Вместо них в данном месте зияла дыра.

- А где дверь? – удивленно спросила я у маньячного вида одноклассницы.

- А нету больше нашей дверки! – произнесла девушка и как-то странно захихикала. – Ее сшиб ментовской уазик!

- А! Очень интересно! Это до или после драки с врачами?

- Во время. Водителю показалось, что медики побеждают. 

- Здорово. Знаешь, я бы еще поболтала с тобой, но мне пора… 

- Это все из-за директора! Он пытался заставить грузчиков надеть новую форму, а те сказали, что она похожа на бабские халатики… Когда медики отскребали его от стены, участковый заметил, что врачи уже такие носят. Те ответили, что это лучше, чем те стринги, которые они постоянно видят на участковом, когда приезжают на очередной вызов о пьянке. И опять началось. А потом директор, чтоб ему пусто было, добавил, что в нашем городе живет одно необразованное быдло, потребительский класс, которому далеко до каких-то там стандартов… Не успел он договорить… Он теперь не скоро выйдет на работу. Зато за общим делом все перемирились. Давай и мы с тобой будем жить дружно! Мы же учились вместе! Нам есть что вспомнить!

- Ладно, ты только швабру опусти, а то мне как-то не по себе.

- Нет уж, давай мириться! Иди сюда ближе! 

- Ну все, пока! Пишите письма! – сказала я и со всех ног рванула домой.

“Дурдом какой-то! Правильно я решила уехать. И чем быстрее я это сделаю, тем лучше!” – думала я, подбегая к знакомой улице.

Внезапно меня пронзило нехорошее предчувствие. Я замедлила шаг и спряталась за деревцем. Осторожно выглянув из укрытия, я недоверчиво оглядела улицу и для верности потерла глаза, но видение не исчезло.

- Что за… - только и смогла сказать я.

Вокруг моего дома собралась толпа, во главе которой была Маргарита Осиповна. Удивленно оглядев людей, я среди собравшихся заметила бабушку, маму и сестру, которые внимательно слушали Мымру. Она что-то истошно вопила о конце света и демонах. И что-то мне подсказывало, что под “демонами” она имела в виду меня. Нет, конечно, мы не были друзьями. Я часто ей пакости всякие делала, но чтобы обвинять меня во вселенском зле! Да, она явно переоценивала мои способности.

“Хотя приятно! – подумала я, еще раз бросая взгляд на незваных гостей. - Теперь мне есть к чему стремиться. А то я уже решила, что после приезда Котовых мое звание местного чудовища бессовестно отжали и я превратилась в обычного среднестатистического жителя”.

Полюбовавшись на демонстрацию, я решила войти в дом через заднюю дверь и таки отправиться в путешествие. Аккуратно отступив назад, я тихонько двинулась в сторону леса. Мое жилище располагалось на самом краю города, и это было довольно удобно: меньше любопытных глаз, относительное спокойствие и минимум соседей. 

Этот дом достался мне от отца. Когда я сюда переехала, он был просто в ужасном состоянии. Крыша текла, из-за сгнивших половиц пришлось заново укладывать пол, а заднюю дверь перекосило, и она не открывалась. Со временем я с помощью отчима его отремонтировала, правда терпения до конца сделать ремонт у меня не хватило.

Более-менее я привела в порядок только свою комнату, гостиную и ванную. Остальные помещения временно решила не трогать. А в России, как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное. А потом я стала брать работу на дом и складировать в своем жилище все, что было не нужно, а выкидывать - жалко. Таким образом, мой дом стал ночным кошмаром для моих родственников и просто случайных гостей. Хотя я никогда не понимала, что страшного в слегка запущенном жилище.

Я почти добралась до искомой точки, когда почувствовала на своем плече чью-то руку. Не успела я даже пикнуть, как кто-то схватил меня в охапку и потащил в кусты. Нет, я не испугалась, скорее, удивилась. Впервые за долгое время кто-то проявил ко мне интерес. Обычно меня либо просто недолюбливали и игнорировали, либо оскорбляли и слухи всякие распускали. Хотя с некоторых пор стали еще грозиться убить или покалечить. А тут такое!

- Не бойся, не трону. Просто поговорить хотел.

Этот голос был мне знаком. “Неужели Ефим? – удивленно подумала я. -Как он мог! А я думала: приличный молодой человек! Это на него наверняка Лера Вениаминовна так плохо повлияла или он таки без меня курнул! А когда я предложила, недотрогу из себя строил, моему здоровью угрожал!”

- Что происходит в вашем сумасшедшем городе? Ты можешь мне объяснить? У вас что, выбросы с химзавода были? Или полнолуние на людей так действует?

- Что ты имеешь в виду, маньяк-недоучка?

- Чего? Да ты вообще не в моем вкусе! Или на тебя этот массовый психоз тоже подействовал?

- Ты это о неожиданных вспышках агрессии у окружающих и странных сектах у моего скромного жилища?

- А ты заметила? Они только у твоего дома митинги проводят. Видимо, ты не пользуешься популярностью у местных. Хотя это неудивительно, с таким-то характером! Я вообще удивлен, что тебя до сих пор на костре не сожгли.

- Ха! Тоже мне юморист. Я, между прочим, из-за этих психов домой попасть не могу! А у меня планы. Мне вещи собрать надо.

- И зачем это?

- Я уезжаю в отпуск! В теплые края!

- Не думаю, что бедуины в Сахаре будут тебе рады. Им и других невзгод хватает, а тут ты еще.

- А не пойти бы тебе… - только и успела сказать я, когда заметила несколько приближающихся фигур.

Заметив угрозу, Серафим уже второй раз за сегодня схватил меня и прижал к земле. Ну и хватка была у этого медведя! Чуть кишки не выдавил.

- Тихо ты! Сейчас отпущу! – шепнул он мне на ухо.

Мимо нас прошло три человека. Я с трудом смогла разглядеть их лица. Они были пустые, без каких-либо эмоций, как маски с широко открытыми стеклянными глазами. Они чем-то напомнили мне статуи из моей мастерской.

- Слушай, я поняла! Кто-то выпустил зомби-вирус, и теперь все начнут жрать друг друга! А это значит, что мне срочно нужно отсюда уезжать! Пусти! Я здесь больше ни на минуту не останусь!

- А я смотрю, ты эгоистка! А как же твоя семья? Что с ними будет?

- Семья, говоришь? Три ее члена сейчас слушают проповеди Мымры и дежурят у меня под дверью, и что-то мне подсказывает: явно не с добрыми намереньями! Я всегда знала, что они рано или поздно решат меня убрать. 

- Да? А отчим? Племянники?

Я задумалась. Действительно, если бы с ними что-то случилось, я бы очень сильно расстроилась, но, с другой стороны, они были уже большими, и как бы сильно ни ненавидели меня мама, бабушка и сестра, вряд ли они что-то сделали бы детям. Хотя бабушка не переносила моего отчима, но у того в сейфе хранился дробовик… И племяшей он никогда бы в обиду не дал.

- Знаешь, ты прав. Перед отъездом надо навестить племяшек и предупредить отчима, куда я еду. Можно их даже с собой забрать. В конце концов, солнышко им не повредит, да и Михаилу Ивановичу море будет только на пользу.

- И все? 

- А чего ты от меня хочешь?

- Я хочу понять, что здесь происходит! 

- Да ладно тебе, уезжай и забудь о нас. И чего это тебя вдруг стали интересовать дела в нашем городе?

- Это из-за Дины, - тихо произнес Серафим, и только сейчас я заметила черные круги у него под глазами. – Я не понимаю, что с ней случилось. Она… Все гораздо хуже, чем тогда, когда умер этот парень, Димка.

Я посмотрела на него и впервые за долгое время в душе у меня что-то заныло. Я подумала, что я теряю? Ну уеду завтра, зато выясню, что тут происходит. И где, наконец, мое больное любопытство? Как это я убегу из гущи такого замеса событий? Да и парочка эта ненормальная должна была мне чайник и новые обои на кухню. Да и палочки Серафим мне так и не купил взамен безжалостно выброшенных.

- Почему я? – задумчиво спросила я мужчину.

- Ты хорошо знаешь эти места, ты абсолютно безнравственное существо, которое не побоится пойти на риск, если тебе предложат что-то стоящее и более сумасшедшей ты вряд ли станешь.

- Значит, вот что ты обо мне думаешь? А что, все правильно! Ладно, что там с сестренкой твоей случилось?

- Я сам не могу понять. Она ходит из угла в угол, что-то бормочет, а когда врач попытался ее осмотреть, она набросилась на него. Вся моя охрана не смогла ее утихомирить. Динка расшвыряла стокилограммовых мужиков как котят!

- Да, упустил ты сестренку, упустил! Вседозволенность развращает. Ты бы хоть книги по воспитанию почитал, а то, наверное, все время на работе пропадаешь, вот у тебя сестричка дикой и выросла. 

Серафим грозно на меня посмотрел, но промолчал. Решил пока не спорить со мной, все-таки нам еще предстояло работать вместе.

- Какие есть мысли, что здесь произошло?

- А что ты меня спрашиваешь? Я от тебя до утра пряталась… Неважно где. Ладно, давай рассуждать логически. Когда мы виделись, Дина была относительно нормальной, ну насколько это возможно в вашей семье, так?

- Допустим.

- Потом я решила пойти отдохнуть от вашей ненормальной компании, а куда вы отправились?

Серафим как-то замялся и отвел глаза в сторону. 

- Чего молчишь? 

- Да думаю. Короче говоря, мы немного поговорили, а потом я занялся своими делами, а Дина решила пройтись.

- Ты отпустил ее одну?

- Нет, конечно! С ней отправились Влад и Кирилл. Правда, потом, когда Дина решила прогуляться по лесу, Кирилл остался в машине, а вот Влад был все это время рядом.

- А где он сейчас?

- В местном обезьяннике. Подрался на улице с какой-то дамочкой.

- Хороших же ты людей нанимаешь! – вспылила я. – Драки средь бела дня устраивают, с женщинами отношения выясняют. Прямо под стать себе!

- Слушай, ты! – начал было кричать Серафим, но быстро взял себя в руки и уже спокойнее сказал: - Неважно. 

- Давай сейчас к нему, а потом решим, что делать дальше! – произнесла я и бодро зашагала в сторону леса, но тут мне преградили путь.

- Ты пешком, что ли, собралась идти?

- У меня нет машины, а у тебя?

- А у меня есть, - сказал Серафим и нагло улыбнулся.

- И где она?

- А ты догадайся!

- На той стороне улицы, прямо за бушующими фанатиками, да?

- Точно!

- А поближе ты не мог ее оставить?

- Да я тебя с самого утра дожидаюсь! Вышел пройтись, а тут они набежали! А потом и ты собственной персоной заявилась!

- Ну знаешь! – вспыхнула я, но, заметив очередную партию зомби, быстро спряталась в кустах. Заметив, что Ефим растерянно заметался, не без удовольствия подставила ему подножку, после чего тот с треском свалился в соседний куст крыжовника.

Что меня удивило, так это то, что проходящие мимо люди, несмотря на шум падающего слона и дикие возмущения, даже не обратили на нас внимания. Решив, что это добрый знак, я с криком “Банзай!” рванула к предполагаемому месту нахождения машины. За моей спиной послышался треск и до меня долетели какие-то слова про бешеных енотов и что-то про левую сторону дороги. 

Я задумалась, чтобы это значило, и только добежав до толпы, я поняла, что припарковался он слева от моего дома, а я рванула направо. Но я не растерялась! Сделав круг почета перед изумленными людьми во главе с Мымрой, я сиганула к показавшейся в поле зрения машине.

Серафим правильно понял мой маневр и тоже рванул к ней. Он успел включить зажигание, когда я распахнула дверь и запрыгнула на соседнее сиденье. 

- А ты умеешь быстро бегать. Я это заметил еще в доме нашей знакомой нудистки.

- Твоей знакомой, это у тебя с ней любовь! Меня в ваши извращенные отношения не впутывайте!

- Да в гробу я ее видел! Старая, страшная, еще и замужем. А ты что, ревнуешь? – усмехнулся этот наглый тип.

- Я? Да ты с ума сошел. Видимо, больно о крыжовник ударился! И вообще, все вы мужики такие. Вам не угодишь! – начала было я, но, заметив подозрительно быстро приближающуюся толпу, тут же добавила: - Слушай, к нам тут народ пожаловал, может, поедем?

- Боишься своих поклонников? – улыбнувшись, сказал Серафим и начал потихоньку сдавать назад. Внезапно на горизонте показалось что-то темное, стремительно летящее в нас.

- Ложись! – только и успела крикнуть я, как лобовое стекло протаранил какой-то тяжелый железный предмет. Стекло треснуло, но не разбилось.

- Что это? – в недоумении спросил Ефим.

- Кажется, крышка от мусорного бака.

- Народ, да вы совсем оборзели! – разозлился Серафим и дернул дверь, намереваясь поговорить с мирными гражданами. Я испуганно вцепилась в него всеми своими конечностями, пытаясь остановить от необдуманного шага.

- Стой! – испуганно крикнула я мужчине. - Стой, тебе говорят! Видишь? 

- Что? 

- Там с ними Федор Иванов, глава клана Ивановых, что с Шиловыми постоянно цапаются.

- Ну и?

- А то, что он без самодельного дробовика в город никогда не выходит.

- Ты смеешься надо мной?

- Нет. А тебе не показалось странным, что он в плаще, в такую-то погоду?

- Мало ли у вас тут сумасшедших ходит! Да и зачем ему нужен дробовик? 

- Понимаешь, у нас тут когда-то давно банда одна город терроризировала. Это они подожгли дома Василия и завод захватить пытались. Я была маленькой и почти ничего не помню, но точно знаю: народ взбунтовался и выгнал их из наших мест. Тем не менее, они много зла местным сделали. Люди боялись мести, поэтому оружие при себе имел практически каждый взрослый представитель мужского пола в нашем городке, да и женщины тоже не чурались оружия. Со временем страсти утихли, да и участковый большую часть боеприпасов изъял, но вот сейчас из-за постоянных стычек и угроз со стороны соседей глава семьи Ивановых снова достал из старых запасов данную реликвию. Вот теперь носит ее скрытно. Все это знают, но хоть местным стражам порядка глаза не мозолит. 

- Да, весело у вас живется! Ты думаешь, пальнет?

- Ха! В тебя – сто процентов! Так что давай, трогайся уже быстрее. Он уже достает его! 

Два раза Серафиму повторять не пришлось. Он резко дал по газам, и мы вылетели на дорогу. Послышался звук выстрела. К счастью, машину занесло и в нас дробь не попала.

- Ага! А говорил: не пальнет!

- Сумасшедший дом! Психи ненормальные! А ты не перевирай мои слова! Не говорил я такого!

- Зато подумал! – торжественно заявила я, подняв вверх указательный палец.

- Сейчас я тебе этот палец… 

- Не выражайся! Тоже мне, сливка общества! А еще говорят, что столичные люди интеллигентные. Ругаешься хуже, чем грузчики у нас в магазине.

- Куда? – только и смог выдавить из себя Ефим.

- Туда! – ответила я, махнув рукой вперед.

На самом деле местный полицейский участок находился не так далеко от моего дома, но я не я буду, если не заблужусь в трех соснах. Забавно: в лесу я всегда чувствовала себя как дома, могла пройти его вдоль и поперек, при этом ни разу не сбившись с пути, а тут в собственном городе, в родном районе, на центральной улице… Заблудилась.

“Что ж, бывает!” – грустно подумала я, пытаясь сообразить, куда на этот раз нас занесло. И хоть наш городок был небольшим, и его спокойно можно было проехать вдоль и поперек за какие-то полчаса, в дороге мы были уже около часа. За время нашего путешествия мы пару раз свернули не туда (иногда я путаю право и лево), проехались до перекрытой дороги (кто же знал, что ее, наконец, ремонтировать начнут, обычно на нее в бюджете денег не оставалось), а потом я долго не могла опознать нужное здание (забыла дома очки). Зато устроила Серафиму бесплатную экскурсию по самым злачным местам нашего городка. 

- Все, не могу больше! Пойду искать кого-нибудь другого! Твой отчим, наверное, еще дома. Надо за ним ехать! – недовольно буркнул Серафим, когда дорога очередной раз закончилась тупиком.

- Стой, это оно! Я точно знаю! – радостно воскликнула я, указывая на серое неприметное здание.

Я вышла из машины и тут же грязно выругалась.

- Что опять?

- В жвачку наступила. Вот ведь свиньи! Зато теперь я точно уверена, что мы на месте! – зло крикнула я, рассматривая гигантскую липкую массу у себя на подошве.

- Да ну, и откуда такая уверенность?

- Сам смотри! Твой водитель Влад оттуда выбегает!

- Что за? – только и успел сказать Серафим.

И действительно, с криком “нас не догонишь” мимо промчался искомый объект. С бешеным смехом, размахивая треснутым телефоном и крича что-то про ВДВ, он бежал, снося все вокруг. Странно, но за ним никто не гнался. Однако сей малозначительный факт не останавливал его, наоборот, он бежал так, как будто его преследовали сотни злобных маленьких белочек.

- Слушай, может, тебе следующий раз обратиться в легальное охранное агентство? Там хоть людей на алкоголизм проверяют.

- Нет, мне это порядком надоело! – злобно сказал Ефим, не оценив шутки. С юмором у него вообще было плохо. Особенно это стало заметно после того, как он, догнав Влада, дал тому кулаком по лицу. Довольно хмыкнув, мужчина схватил бесчувственное тело и сунул его в багажник. На мой возмущенный возглас Серафим как ни в чем не бывало сказал:

- Да не бойся, я несильно. 

Но тут произошло нечто такое, чего не мог ожидать никто. Серафима атаковали! Причем стремительно и быстро! Какая-то женщина с криком “пусти моего жениха” нанесла Серафиму подлый удар. И пока тот валялся на асфальте, загорая под летним солнышком, попыталась открыть багажник и достать нашу добычу!

Подобной наглости я стерпеть не смогла, тем более нападавшей оказалась еще одна моя бывшая одноклассница Карина. “Прям встреча выпускников какая-то!” – подумала я, злобно рассматривая девушку. 

Вот от нее я натерпелась когда-то в школе! Карина была когда-то лучшей подружкой Люды, но в отличие от хитрой одноклассницы интеллект имела как у рыбки. Карина всегда выполняла все грязные поручения Люды. По “приказу” подруги она задирала и подставляла людей, с которыми порой была даже не знакома. Насмешки и подлые розыгрыши были обычным делом в нашем классе. Пару раз эта ненормальная пыталась поднять на меня руку, но в итоге ее конечность всегда оказывалась в гипсе, а мою маму снова и снова вызывали к директору.

Правда, со временем до Карины дошло, что обижать меня – дело довольно опасное. Возможно, этому отчасти поспособствовала классная доска, так удачно упавшая на девушку в седьмом классе. Тем не менее распускать слухи и обзываться она продолжила. Девушка была непробиваемой как бетонная стена и живучей как таракан. И это все, что нужно знать об этой особе. Даже баллончик дихлофоса, лопнувший у нее в руках в восьмом классе, не смог уничтожить эту заразу. 

К одиннадцатому классу характер у Карины окончательно испортился.  Она разругалась со всеми девочками в потоке. Даже Люде порой прилетало от бывшей лучшей подруги. Еще бы, девочки выросли и стали бороться за внимание парней, а в этом деле друзей быть не может. Пытаясь обогнать друг друга, они даже позабыли обо мне. 

Но вскоре все местные мальчишки перестали воспринимать Карину всерьез, и это было неудивительно. За короткое время девушка успела перегулять со всеми парнями призывного возраста в нашем районе. Да и Люда этому поспособствовала, пуская грязные сплетни про свою когда-то любимую “младшую сестричку”.

Меня их войны не волновали: своих проблем хватало. Моя слава ходячего бедствия достигла апогея, и теперь даже учителя не рисковали вызывать меня к доске: в школе могла сработать сирена или вырубиться электричество. Да и слухи, пущенные Кариной в десятом классе, якобы я занимаюсь магией вуду, дали свои плоды.

Дети в школе боялись даже смотреть в мою сторону. Так что впереди меня ждало тотальное одиночество без друзей-одноклассников и совместных посиделок. Я даже ни разу не получала приглашений на вечера встречи выпускников, а ведь они проводились регулярно раз в год. Но, может, это было к лучшему. Все равно я не горела желанием ходить на них.

 И вот теперь в наступившем хаосе мне выпал шанс отомстить Карине и припомнить ей все обиды! 

- Не тронь нашу добычу! – прошипела я и улыбнулась, предвкушая битву с местной нечестью.

 - Он мой! Я его первая увидела! У нас любовь с первого взгляда! Он мой суженый нареченный жених! Любовь всей моей жизни! И вообще, он мне в отделении обещал, что, если я не буду писать на него заявление, на свидание пригласит!  А у тебя с твоей рожей нет никаких шансов на личную жизнь! 

- Что ж, сама напросилась!

Мама много раз мне говорила, что драться нехорошо, но в этот раз дело того точно стоило! С криком “Банзай!” я сорвала правую сандалию. Удивительно, но на этот раз она практически моментально слетела с моей ноги. Видимо, даже обувь была солидарна со мной: зло должно быть наказано!

Снаряд полетел в цель и попал прямиком в лоб взбесившейся девушки. Раздался странный звук, как будто в пустой глиняный горшок попал мячик. “Всегда знала, что у этой особы последние мозги моль в третьем классе съела!” – злорадно подумала я, глядя на растерявшуюся одноклассницу.

Но Карина быстро пришла в себя и ринулась в атаку, норовясь вцепиться в самое ценное, что у меня было: в пушистые длинные русые волосы. И тут в атаку пошла вторая сандалия. С размаху я впечатала ее точно в накаченные губы девушки. Карина взвизгнула и схватилась за лицо. Еще бы, я позарилась на самое дорогое, что только у нее было. 

Девушка страшно гордилась своими лепешками. Ради новых губ Карина ездила в столицу, где на деньги неизвестного мецената накачала их до невообразимых размеров. И теперь по какой-то злой иронии моя сандалия взяла и прилипла к нижней губе Карины. “А все та мерзкая жвачка виновата. Или это была вовсе не жвачка. Вообще-то странно, что она так легко приклеилась. Может, это был гудрон?” – со злорадством подумала я, радуясь, что месть свершилась.

Пока Карина пыталась прийти в себя после такого подлого приема, я ринулась к Ефиму. Он очухался и сидел на асфальте, наблюдая за мной. Когда я подбежала к нему, он попытался что-то сказать, но я не стала слушать.  Просто затолкала мужчину в машину, приказав завести ее и ждать меня. Сама же подобрала лежащую неподалеку сандалию, и потом с угрожающим видом двинулась за второй к растерянной Карине. 

Девушка, оторвав от лица оружие массового поражения, решила тоже воспользоваться им, вот только оказалась на редкость косой. Снаряд пролетел в метре от меня и ударился о внедорожник. Я подобрала сандалию и нырнула в машину, после чего мы резко рванули в сторону главной дороги.

Обернувшись, я с удовольствием наблюдала за бегущей за нами с дикой руганью одноклассницей. В душе я торжествовала и даже подумала, что все-таки хорошо, что я повременила с поездкой. Теперь будет что вспомнить, греясь на пляже.

Довольная я посмотрела на Серафима, вот только выражение его лица не обещало ничего хорошего. Некоторое время мы ехали молча, но потом я не выдержала.

- Слушай, чего ты такой мрачный? Весело же получилось…

- А я смотрю, для тебя это все шутки? Ты серьезно не понимаешь, что все, что происходит - это ненормально? Тебе плевать на своих близких? Про Дину я вообще молчу. Что ты за человек такой.

- Какой? – тихо спросила я.

Серафим посмотрел мне в глаза, но потом отвернулся.

- Давай, говори! Черствый? Ненормальный? Бездушный? Да, наверное, это самое правильное слово! Ведь это ты хотел сказать?

- Я не это имел в виду. 

- Нет, именно это. Ты думаешь, что первый, кто это мне говорит?  Да будет тебе известно, я постоянно слышу это от родственников. Сестра так вообще считает меня социопатом. Пару раз она интересовалась у мамы, не удочерили ли меня. Я не люблю людей, а они не любят меня. У нас полная взаимность! И мне плевать, что будет с тобой и остальными!

Я обиженно отвернулась. На самом деле мне не было все равно, что случится с моими близкими. Просто в тот момент я была очень зла, к тому же Серафим вскоре должен был уехать, и мне не хотелось к нему привязываться. Я чувствовала, что он и его сестра стали мне друзьями, пусть они так и не считали. С ними моя жизнь заиграла новыми красками. И как бы мне ни хотелось этого признавать, без них все будет по-другому. У меня даже в голове мелькнула шальная мысль взять у них домашний адрес, чтобы нагрянуть как-нибудь в гости, сказать “не ждали”, а потом быстро уйти.

- Слушай, не обижайся! – вывел меня из раздумий голос. – Я понимаю, что чужой для тебя. Я не знаю, что у тебя случилось, но ты лучше, чем пытаешься казаться! Я это сразу понял, поэтому и обратился за помощью. 

И тут меня прорвало. Слезы потекли сами собой и никак не хотели останавливаться. Заметив, что я шмыгаю, Серафим сначала растерялся, но после остановил машину и обнял меня. Я не ожидала такого поворота и расплакалась еще сильнее. Меня всю трясло. Я честно пыталась успокоиться, но только начинала плакать еще сильнее. Только минут через десять я, наконец, смогла взять себя в руки и, глубоко вздохнув, тихо сказала:

- Все, можешь меня отпустить. Истерика закончилась.

- Точно? – спросил Серафим и погладил меня по голове. 

“Я что, кошка какая-нибудь? Хотя приятно!” – подумала я, а вслух сказала:

- Точно! Я с детства так не плакала! Стыдно-то как! 

Я попыталась освободиться из объятий, но удалось мне это не сразу. Кое-кто очень не хотел меня отпускать. Обижено фыркнув, я все-таки смогла выбраться. Над ухом послышался тихий смешок, но я не стала обращать на него внимания, а просто достала зеркальце из рюкзака и начала рассматривать свое отражение. Да, видок у меня был что надо! Глаза красные, нос опухший, еще и след от куртки Ефима на лице отпечатался. 

- Ты про истерики – это серьезно сейчас сказала? – спросил Серафим.

- В смысле? – не поняла я. 

- Моя сестра постоянно из-за чего-нибудь ревет. То в ресторане не то блюдо принесли, то размера платья нужного нет, а иногда она делает это специально, чтобы меня позлить. Так что у меня большой опыт по успокаиванию истеричных барышень! Обращайся, если что!

- Ладно, заткнись! – покраснев, буркнула я. - Поехали уже решать твои проблемы! А то мне это все начинает надоедать. Тоже мне, знаток женских душ! 

- Разрядка нужна каждому, так что не стесняйся! Мне страшнее, если все ведут себя тихо и спокойно. Не к добру это! Либо что-то уже натворили, либо только собираются!

- Почему ты так решил?

- Опыт богатый. Давно заметил, что если конкуренты притихли, значит, жди диверсии, родственники – впереди опять суды, драмы или… Хотя тебе знать это необязательно. Но самое страшное – если притихнет Дина. Надо срочно звонить адвокату, готовить кучу бабла и пытаться вытрясти правду из этого маленького монстра. 

- Да, повезло тебе с родственниками. А у меня с ними полный порядок. Вот только мама, бабушка и сестра меня терпеть не могут, а так все путем. 

- Я смотрю, у нас много общего.

- Что именно?

- Люди как-то нас недолюбливают. 

- Это мягко сказано! У меня в детстве не было друзей. Меня считали странной, зато всегда звали на всякие рискованные предприятия, потому что со мной постоянно всякие странности происходили. Дети считали это прикольным. Вот только они со временем выросли и многих это начало пугать, а некоторых просто раздражать. Но со временем я нашла настоящих друзей! Зинаиду Игоревну, дядю Василия, Дуняшку.

- Допустим, первых двух я знаю, а кто такая эта Дуняша?

 - О, это моя самая близкая подруга! Я познакомилась с ней, когда была еще маленькая. Так смешно получилось! Я гуляла по лесу и заблудилась. Забавно, ведь я раньше никогда не терялась. Вот и бродила я себе, никого не трогала, а потом случайно наткнулась на поселение староверов.

- Кого? 

- Помнишь, я рассказывала про четвертый секретный район? Так там они живут, с людьми почти не общаются. У них свои убеждения, свои обычаи, своя вера.

- Нет, я знаю, кто такие староверы, просто не знал, что они где-то здесь живут.

- Да, причем очень давно! Правда, им не очень-то нравится, что наш городок растет. И хотя они привыкли к нашему соседству, стараются держаться подальше от споров и конфликтов. Тем не менее они всегда помогают, когда это необходимо. Вот прошлое лето было засушливое, и в лесу пожар начался, так они все как один вышли и тушили огонь до победного. Все, и мужчины, и женщины, и никто не ушел, пока опасность не миновала!

- И твоя лучшая подруга одна из них?

- Да!

- И они не против того, что она с тобой общается?

- Не в восторге это точно! Но она девушка с железным характером и умеет добиваться своего! 

- Странно это как-то!

- Уж кто бы говорил!

Серафим усмехнулся, завел машину, и мы поехали дальше. Я отвернулась к окну и почему-то опять обиделась. Не знаю, как так получалось, но я не могла спокойно общаться с мужчиной. Я или злилась, или обижалась на что-то, или мне просто было весело. Он явно плохо влиял на меня, но мне снова и снова хотелось увидеть его, и я ничего не могла с этим поделать. 

Из раздумий меня вывел показавшийся на горизонте дом Жеки.

- Вы что, остановились в этом доме?

- Не совсем. Просто приняли приглашение Леры Вениаминовны пожить здесь несколько дней. А тебя что-то смущает? – притворно-удивленным голосом сказал Серафим и хитро улыбнулся.

- Да нет, - тихо ответила я.

Да, день становился все веселее и веселее, вот только на душе у меня почему-то опять стало тревожно.

Не успели мы открыть дверь, как нам навстречу выбежал один из людей Серафима. Отодвинув меня в сторону, он что-то яростно начал шептать своему нанимателю. Я вся превратилась в слух, сгорая от любопытства, но интриги не случилось. Все испортила Лера Вениаминовна. 

- Где вас носило? Вы не представляете, что мне пришлось здесь пережить! – заголосила она, театрально вскидывая руки. – Твоя ненормальная сестренка такое здесь устроила! Я думала, что погибну! Ах, за что мне все эти наказания! И съемочная группа куда-то подевалась. Они даже не до конца отсняли сцены с моим участием! И трубку не берут… Ах, как же я это все переживу?

“Не верю!” – так и хотелось крикнуть мне. И откуда в этой женщине было столько пафоса? Кто-то явно в свое время пересмотрел бразильских сериалов.

Серафим, не говоря ни слова, рванул куда-то. Я, естественно, весело попрыгала за ним, улыбаясь и напевая какую-то песенку. Настроение у меня улучшилось. Я прямо загорелась вся, предчувствуя что-то неожиданное и интересное. 

Внезапно мимо меня пролетел какой-то человек и ударился о стену. Свет в коридоре замигал и погас. Из темноты донесся жуткий звук, похожий на смех. Серафим, не думая ни минуты, побежал вперед и нырнул в одну из комнат, но не прошло и пары секунд, как он тут же вылетел из нее, больно припечатавшись в пол.

Я подошла ближе и заметила, как в дверном проеме мелькнуло нечто. Присмотревшись, я увидела худенькую фигурку, принадлежавшую девушке с длинными светлыми волосами. Вот только было в ней что-то странное, ненормальное. Сначала мне показалось, что девушка ползет по комнате на четвереньках как черепашка, вот только почему-то голова была повернута лицом вверх. И тут меня осенило. Девушка передвигалась спиной вниз, при этом неестественно изгибая руки и ноги! “Здесь явно поработал Сальвадор Дали, не иначе!” – удивленно подумала я, рассматривая странное явление. 

Нервно хихикнув, я отступила назад, а девушка, услышав шум, молниеносно кинулась к порогу и дальше медленно начала выползать из комнаты. Заметив меня, фигурка остановилась и перевернулась. И тут я узнала Дину. 

“Что ж, у девушки все хорошо с физической формой. Не каждая гимнастка так сможет изогнуться! - мелькнуло у меня в голове. - А вот с мозгами у сестренки Серафима, похоже, беда”. 

- Уйди, - откуда-то издалека донесся голос. Кажется, это был Ефим.

- Дина, ты ли это? – удивленно произнесла я, обращаясь к маленькому монстру.

Поняв, что ее узнали, девушка злобно зашипела и попятилась назад. 

- Не подходи, она одержима! – услышала я мерзкий визг позади себя, выбивший меня на пару секунд из сознания.

Оглянувшись, я увидела хозяйку дома. Она почти вплотную приблизилась ко мне и теперь с любопытством рассматривала Дину.

- Спасибо, Лера Вениаминовна, большое спасибо! У меня действительно был слишком хороший слух и крепкое здоровье! – нарочито громко сказала я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. 

- Всегда пожалуйста! – пропела та, а я с трудом удержалась, чтобы не навалять женщине по первое число. 

В этот момент в комнату очередной раз рванул очнувшийся Серафим, но снова вылетел за дверь, доламывая ни в чем не повинную стену. Вздохнув, я смело ринулась навстречу приключениям. Хотя нет, на самом деле во мне просто проснулся коллектор, который хотел уже два новых чайника. Второй в качестве морального ущерба. “А что, в мастерской бы очень пригодился!” – решила я, параллельно придумывая, чего бы еще попросить у Серафима. 

- Стой! Ты что, не понимаешь? Эта вертихвостка одержима! Она хочет заграбастать мою программу! А ведь так хорошо все начиналось! А какой удачный момент был, чтобы вернуться на телевидение!

Лера не успела закончить свой монолог, так как я, разозлившись, остановилась и повернулась к ней. Увидев мой злой застывший взгляд, она прикусила язык и закашлялась. Я очень медленно двинулась к ней, вытянув вперед руки, прямо как зомби из моего любимого фильма ужасов, завершив образ фирменной кривой улыбкой во все тридцать два зуба.

Я даже собиралась произнести знаменитую фразу про мозг, но не успела. Мой единственный зритель умчался, сверкая пятками, крича что-то про размножающуюся нечисть. Я немного расстроилась. Такую сцену загубили, а ведь я могла разыграть ее ничуть не хуже, чем в фильме. И Лере, наконец, досталась бы нормальная роль: роль знаменитой Элис, ну или жертвы, если бы она не успела убежать.

Тем временем в комнате послышался звук когтей, царапающих ламинат. Мне бы, по-хорошему, следовало убежать, но слушать голос разума – это не мой стиль. А вот ломануться прямо в эпицентр событий и натворить там глупостей – это пожалуйста!

Вздохнув, я решительно шагнула во тьму к Дине. Уж она бы точно оценила мой актерский талант. В комнате царил полный разгром, повсюду были разбросаны осколки люстры. У стены лежали несколько человек в отключке. Я как будто оказалась в кинотеатре на фильме ужасов, причем в режиме 3D. Слева копошилось непонятное существо. Оно уставилось на меня, и мы несколько секунд, не моргая, смотрели друг на друга, словно играли в гляделки.

Я всегда выигрывала в этой детской игре. Никто не мог долго выдерживать моего взгляда. Баба Зина говорила, что это происходит из-за того, что у меня в глазах застыла грусть человека, повидавшего жизнь. И это никак не сочеталось с моей внешностью, от этого людям и становилось жутко. И хотя я ничего такого за собой не замечала, мне нравилась моя маленькая особенность. Вот и сейчас я решила не отступать.

Мы какое-то время смотрели друг на друга. Дина недовольно рычала, явно стараясь напугать меня, я же просто считала про себя, гадая, побьет ли она рекорд моего предыдущего соперника или нет. У нее не получилось. Спустя каких-то восемь секунд это существо опустило взгляд и тут же бросилось на меня. Я не ожидала от нее такой прыти, поэтому на автомате вытянула кулак вперед, и вот уже три бесчувственных тела лежали у стены. Рука предательски заныла, и я, ругая на чем свет стоит ненормальных подростков с их загонами, отправилась будить Серафима. 

“Надо же, Дина меня чуть не покалечила, а этот тип лежит себе и в ус не дует! – рассерженно подумала я, разглядывая мужчину. - Мне, может, тоже хочется выпить чашечку полуденного чая и закусить печеньем, но я же как-то сдерживаю себя! Дела превыше всего!”

- Серафим! Серафим! – осторожно затрясла я бессознательное тело, но оно отказывалось приходить в себя. Я огляделась, пытаясь найти что-нибудь, способное мне помочь, но ничего подходящего не попалось. Разозлившись, я во весь голос начала взывать к совести мужчины.

- Ефимушка! Ефииимууушкааа! На кого ж ты меня покинул? Кто же мне теперь халявных чайников подкинет, ремонт на кухне сделает? Очнись! Я все, кроме долгов, тебе прощу! 

- Да заткнись ты уже! Твой вой мертвого поднимет! – простонал мой должник, медленно поднимаясь с пола.

- О, ты проснулся! А я как раз о тебе вспоминала! Пошли допрашивать нашего военнопленного!

- Ты чудовище, и прекрати кричать, а то у меня голова раскалывается! И помоги встать!

Опираясь на меня, Серафим поднялся, правда, только с третьей попытки. Я неспециально уронила его в первый раз. Он плохо держался на ногах. Да и споткнулся второй раз по своей вине: нечего было ворон ловить. Зато третья попытка ему удалась. Поднявшись, он устало посмотрел на меня, а потом резко побледнел и рванул в комнату Дины. Та лежала на двух медленно приходивших в себя телохранителях, храпя с силой турбины самолета.

Встряхнув друзей по несчастью, Серафим дал им какие-то указания, после чего подошел к сестре. Нагнувшись, он взял ее на руки, поцеловал и, положив на кровать, оставил на попечение горе-охранникам.

- Все будет хорошо, не переживай! – сказала я Ефиму, когда мы шли к машине.

- Тебе-то откуда это знать? – злобно крикнул он мне.

- А почему бы и нет? Может, я тоже экстрасенс! Где-то в глубине души. Где-то очень глубоко.

- Я не уверен, что это была Дина, - тихо произнес Серафим.

- Она, она! Я ее дикий нрав уже успела изучить и со всей ответственностью заявляю – это точно твоя сестра!

- Ты видела, что она творила? Она вырубила моих людей! Мне тоже, между прочим, досталось!

- Во-первых, она и раньше тебя недолюбливала, что неудивительно. Твоих людей, кстати, тоже. Ну и во-вторых, ты видел погром на моей кухне? Да по сравнению с тем, что она устроила в моем доме, то, что она творит сейчас, детские шалости! Ну ПМС у человека, бывает.

- Избавь меня от этих разговоров! – рявкнул на меня Ефим.

- Посуди сам. У Дины всегда был жуткий характер и тяга к саморазрушению, просто сейчас она вышла за рамки привычного. Хотя давай не будем спорить. Допросим твоего друга, а там посмотрим. Может, и выясним что-то. 

Мы дошли до подъездной дорожки, где бросили машину. Судя по песням группы “Любэ”, доносившимся из багажника, Влад уже очнулся и неплохо себя чувствовал в отличие от злого Серафима, лицо которого после встречи с родной кровинушкой оставляло желать лучшего.  

Открыв багажник, он схватил за шкирку Влада и вытряхнул его на крыльцо дома, после чего мы всей гурьбой двинулись на кухню. Водитель продолжал петь, и, хотя он не попал ни в одну известную человечеству ноту, очень старался, и выходило у него душевно. Так что в конце пути я даже начала ему подпевать.

- Не прекратишь, я тебя выкину отсюда. И не видать тебе тогда халявного угощения с чужой кухни! – шепнул мне Серафим, тут же испортив настроение. “Знает ведь уязвимые точки!” - обиженно хмыкнула я и скользнула к холодильнику. Затарившись едой, я тихонько села в уголке, дабы не привлекать лишнего внимания. 

- А теперь поговорим! Какого хрена здесь происходит? Я тебя попросил за Диной присмотреть всего два часа! Каких-то гребаных два часа! И что я вижу теперь? Она не в себе! Корчит из себя одержимую, да и ты не лучше! – бушевал Серафим. – Я последний раз спрашиваю, куда вас понесло после моего ухода и чем вы там занимались?

- А что потом? – поинтересовалась я.

- Что? – не понял Ефим.

- Ты сказал: последний раз спрашиваешь, а что потом? Убьешь его, что ли? И куда ты отлучался? Зачем сестренку-то одну оставил?

- Замолкни! Не твоего ума дело! – рявкнул внезапно покрасневший мужчина, после чего снова обратился к водителю: - Смотри на меня! На меня, мать твою! Влад, приди же в себя!

- Слушай, не выражайся! И вообще, своей агрессией ты его в ступор вгоняешь.

- Ой, да ладно! И как с ним общаться тогда? 

- Смотри и учись! – сказала я, после чего, схватив в руку пачку сухариков, подошла к Владу. Тот, напевая что-то про реку, тупо смотрел в стену. Я села рядом и протянула ему пакетик. Посмотрев на меня стеклянными глазами, он взял предложенную пачку.

“Прям манекен из моего сна”, – подумала я.

- Страшно было? Дина вечно ищет на свою пятую точку приключений, а окружающие должны потом за ней расхлебывать. Старший брат совсем ее избаловал!

- Что ты сказала? - напрягся Серафим.

- Тихо! – буркнула я в его сторону, а сама продолжила: - Мне она кухню испоганила. Потом со своим братиком на пару к какой-то чокнутой эгсбиционистке потащила, а сегодня покусать пыталась! 

- А я предупреждал, что добром это не закончится! Я говорил… - тихо шептал Влад.

- Да разве она кого-нибудь слушает?

- Нет! Я говорил, предупреждал, но она услышала от Леры Вениаминовны, что на какой-то Черной поляне духов вызывать будут, и все, тут же приказала ехать туда. Не мог я ее одну оставить, понимаешь? Не мог! Да мне бы потом голову снес вот этот! – закричал парень и ткнул пальцем в недовольного Серафима.

- Да, этот может. На редкость злобный тип! – согласно закивала я, предлагая Владу очередную порцию вкусняшек.

- Там эта ненормальная гадалка какой-то ритуал проводила перед камерой. Видите ли, с ней кто-то связаться пытался! Ее фанаты весь город созвали рейтинг каналу поднимать. А потом она провалилась в какой-то туннель. Я думал все, конец бабе пришел. Съемочная группа забегала. Стали трос искать, чтобы достать ее. Через полчаса эту бабу достали. В руках она держала какой-то сверток. Еще и ветер на поляне так противно завыл. У меня от него волосы дыбом встали. И смех этой ненормальной я никогда не забуду! Мерзкий, как будто кто-то гвоздем по стеклу царапал. И эхо, эхо на поляне! 

А потом эта Варвара начала спрашивать последователей, верят ли они ей. Те как завороженные закивали. Тогда она подозвала других экстрасенсов. Девчонка, Эльвира кажется, и парень в котелке подошли к ней. А вот еще одна баба в черном платье с черепом куда-то пропала. Видимо, смекнула что-то.

- Это не баба, а парень, - шепнула я, повернувшись к Серафиму, - Александр Фет его зовут, а его костяного друга - Йорик. Я их вчера видела. Они на автобусе уехали. Парень все что-то про кровь говорил.

- Кровь? – вдруг выкрикнул Влад. – Да, ее было много.

- Что, какая еще кровь? – не сдержался Серафим и начал трясти водителя.

 - Слушай, отпусти его! Он сам нам сейчас все расскажет. Правда, солнышко? – ласково сказала я и потрепала парня по голове.

- Да, наверное, – растерянно пробормотал Влад. – Лучше бы мы с Диной ушли. То, что мы видели, до сих пор не укладывается у меня в голове. Я думаю - это все массовая галлюцинация. Да, из труб, спрятанных в туннеле, просто произошла утечка газа. То, что мы видели, не могло на самом деле случиться!

Парень затрясся. Мне это очень не понравилось. Этот леопардовый одуванчик был мерзкой личностью. Я это сразу поняла, только увидев ее. И теперь не сомневалась: она сделала что-то страшное, и люди теперь расплачиваются за это. Они все как с цепи сорвались! Как будто обнажились самые страшные черты их характеров. “Хотя не у всех, – сосредоточенно подумала я. - Мы с Серафимом вменяемы. И баба Зина тоже. Впрочем, меня и Ефима не было на поляне. Да и баба Зина вряд ли ради сомнительного зрелища покинула бы свой ответственный пост. Надо дожать парня. Иначе мы ничего не поймем”.

- Не бойся, мы сможем тебя защитить! – улыбнулась я.

- Меня защищать не надо. Она не меня сейчас по городу ищет, – сказал Влад и странно улыбнулся. - Она ведь убила их прямо на глазах своих почитателей!

- Кого убила? 

- Девушку и парня! – засмеялся Влад. – Своих друзей по магии. Попросила у кого-то нож, а потом долго кромсала их. И кровью поливала сверток, при этом жутко смеясь. А эти гребаные телевизионщики продолжали снимать! Я сначала не врубился, думал - постановка. Но потом, когда до меня дошло, что происходит, я схватил Дину в охапку и помчался к машине. Она после увиденного впала в ступор и больше не говорила. К несчастью, таких как мы оказалось много. Не все смогли вынести этого зрелища. Началась паника, а тут, как назло, туман откуда-то появился. Часть толпы как стадо ломанулась с криками обратно в город, снося все на своем пути. Я Динку еле из этой толпы вытянул. Потом все было как в тумане. Я завез ее домой и поехал в магазин. Купил водку и дальше плохо помню, что было. 

Влад замолчал. Мы с Серафимом переглянулись. Такого просто не могло быть! Там же на поляне была куча свидетелей. Все снималось. И тут убийство в прямом эфире! Но мы же не на западе жили и даже не в Москве. Такого просто не могло у нас случиться! Ее бы наверняка остановили. Ведь даже фанатики во главе с Маргаритой Осиповной на такое были не способны. По крайней мере, я на это надеялась.

- Я сейчас как в говне каком-то! – продолжил Влад грустным голосом. - Мне всюду мерещится грязь. Кругом грязь, и она ничем не отмывается.

- Да, попахиваешь ты знатно! Но не переживай, даже самая мерзкая муть рано или поздно отмоется. Главное – чтобы человек был хорошим. А не такое говно, как эта Варвара, - вздохнув, сказала я. 

Шестое чувство гнало меня из города, грозя всеми карами египетскими, но с ним спорило что-то еще в моем сердце. Что-то новое, до сих пор мне незнакомое. Ответственность? Возможно, вот только за кого, учитывая, что я, пожалуй, была самым безответственным существом в радиусе двадцати километров. 

- Похоже, что у нас тут нечисть образовалась благодаря вашим экстрасенсам! – засмеялась я.

- Ты хочешь сказать, что это я виноват? – вспылил Серафим.

- А кто же еще? До вас тут было относительно спокойно. Хотя ты прав, появилась она на поляне, причем на той, которая с мохнатых времен зовется местными проклятой. Надо у сторожил поспрашивать почему. Ты со мной?

- А куда я от тебя денусь? 

- Тогда вначале заглянем на эту поляну и посмотрим, куда она там провалилась. Надо будет еще позвать Василия и Виктора Андреевича. Уж кто-кто, а они точно должны быть в норме. Они люди сильные, закаленные, им уже давно все нипочем. И домой сходим. Волнуюсь я за своих. Да, и к подруге в деревню заскочить надо.

- Так, предположим, кто такой Василий, я знаю и верю, что он такой же безбашенный, как ты. А Виктор Андреевич кто такой? И зачем он нам сдался?

- Он поможет. Он человек разумный, всю жизнь на скорой проработал, а до этого на военных объектах, правда, умалчивает на каких конкретно. Государственная тайна. Он столько чрезвычайных ситуаций пережил! С таким человеком в разведку не страшно идти.

- Отряд собираешь? – усмехнулся Серафим.

Я резко обернулась, посмотрела ему в глаза, а потом неожиданно для себя самой проговорила абсолютно серьезно без шуток и ухмылок:

- Если Влад прав, и город сошел с ума из-за какой-то призванной нечисти, нас ждут серьезные проблемы. Ты еще незнаком с Ивановыми и Шиловыми? А с местным сектантским кружком, который за Варварой бегает? Я уже молчу о том, что ты - приезжий, я - местная чудачка, а ваш коттеджный поселок весь город ненавидит. Мы все под прицелом, так что мой тебе совет: кончай придуриваться, собери всех вменяемых людей и запри сестру куда подальше. Пусть твои охранники предупредят всех соседей. Чувствую: ваш поселок может стать мишенью для горожан. Мы должны быть готовы ко всему. Что-то мне подсказывает, что ночка у нас будет веселой.

Пока мы с Владом доедали угощение, Серафим отдавал последние распоряжения своим людям. Удивительно, но на этот раз он даже не стал спорить со мной, запросто согласившись с последними доводами, из чего я сделала вывод, что, когда я говорю серьезно, люди ко мне прислушиваются. “Что ж, это очень полезное открытие! – подумала я, наблюдая за суетой вокруг. – Возможно, оно поможет мне когда-нибудь захватить мир! Правда, не сейчас. Потом. Если вспомню о нем”.

Вернувшись в нашу приятную компанию, состоящую из зомби-водителя, тупо рассматривающего пустоту, и будущего мирового диктатора, вынашивающего планы покорения мира с помощью керамических котиков, Ефим схватил меня за руку и потащил к выходу. В полном молчании мы шли через дом на улицу. Я искоса поглядывала на мужчину, но никак не могла понять, что творилось у него в душе. Он был очень серьезен. Видимо, тоже что-то нехорошее предчувствовал. 

“И надо было всему этому случиться сегодня, когда на улице стоит такая замечательная погода!” – подумала я и посмотрела вверх. По небу неспешно плыли пушистые облака, прохладный ветерок приятно обдувал нас, не давая устать от нещадно палящего солнца. Такая погода была создана для отдыха и походов на пляж, а я застряла в каком-то фильме ужасов с мрачным типом, пусть и симпатичным, и теперь должна решать проблему спасения человечества в лице отдельно взятого маленького города.

- Стой, смотри! – внезапно раздался голос мужчины.

- Что? 

- Смотри, говорю!

- Куда?

Серафим подошел ко мне вплотную, после чего положил свою руку мне на макушку и повернул голову в сторону машины. Той изрядно досталось. Стекла были разбиты, повсюду виднелись вмятины, а несчастный багажник вскрыли как консервную банку. Рядом мелькнула чья-то фигура, которая быстро исчезла, спрятавшись за автомобилем.

- Ну ты и тормоз! – вздохнул Ефим и направился в сторону нарушителя.

- Ефим, стой!

- О, оно разговаривает! – усмехнулся мужчина, но не остановился. 

- Подожди, это может быть опасно! Вдруг это Карина? Она страшна в гневе! Поверь, я знаю, что говорю! И вообще, что у вас тут за охрана такая? Всякие психи так запросто пробираются на частную территорию и портят чужое имущество! 

Ответить мне Ефим не успел, так как нарушитель спокойствия вышел из своего укрытия и бросился в атаку. Я как в воду глядела: нападавшей оказалась Карина. Размахивая над головой арматурой, она побежала по направлению ко мне. Я тут же встала в стойку, готовясь отразить нападение врага, но тут неожиданно на помощь мне бросился Серафим. Он храбро побежал Карине наперерез и попытался отнять у нее оружие. Удивительно, но, увидев его, злобная фурия с легкостью сдалась и тут же превратилась в милую наивную овечку. Она бросила железный прут, сделала невинное лицо и игриво захлопала глазками.

- Ой, какой вы сильный, смелый и… симпатичный! – сладким тягучим голосом начала свою речь Карина, поправляя взлохмаченные волосы. – А меня Кариной зовут, а вас? Нас ведь так и не представили друг другу. А что вы делаете сегодня вечером? Здесь недавно открылся замечательный ресторанчик… 

- Не понял, - растерянно произнес мужчина.

- Чего ты не понял, Ефимушка? Клеят тебя нагло и беззастенчиво!  Я смотрю, ты у местных барышень пользуешься популярностью! Завидую и соболезную! – хмыкнула я, а потом обратилась к Карине: – Подруга, а как же Владик? Твой нареченный жених, между прочим! Любовь всей твоей жизни. Ты же наверняка за ним приехала. Кстати, он уже освободился, так что не будем мешать вашему счастью. Можешь забирать его.

“Живым не возьмете!” – донесся откуда-то громкий голос водителя. Послышался звон разбитого стекла и мимо нас пронеслась тень, снося по ходу своего движения горшки с цветами, зеленые насаждения и часть кирпичного забора.

 - Какой Владик? А, был такой. Трус и негодяй! Между нами все кончено! И не звони мне больше! – крикнула девушка вслед уносящейся на всех парах фигурке, а потом добавила, обращаясь к Серафиму: - Как тяжело быть популярной! Просто прохода не дает всякое отрепье. Но вы совсем другой. Сильный, представительный, серьезный! Сразу видно: настоящий мужчина! Может, познакомимся поближе?

- О да! Ефим такой! А еще он разъезжает на огромной черной машине, безмерно балует сестру, пользуется популярностью среди озабоченных женщин, совершает поступки один глупее другого и все время что-то скрывает! – пробурчала я, игнорируя угрожающий взгляд мужчины. – Кстати, Серафим, у меня тут одна мысль появилась…

- Всего одна? О, это прогресс! – съязвил Ефим, пытаясь отодрать от себя новоявленную воздыхательницу. Решив не обращать на него внимания, я спросила: 

- Карина, мы тут у Владика про вчерашний день спрашивали, так он какой-то бред нес. Может, ты нас просветишь, что случилось. Ты ходила на Черную поляну смотреть выступление Варвары и друзей?

- А, было дело, с подругой ходили. Баба Люба сказала, что там всякую нечисть вызывать будут. Вот только из-за моей тупой подружки, этой медлительной курицы, мы чуть не опоздали. Она додумалась шпильки надеть! Представляете? Я вот понимала, куда идем, поэтому выбрала свои любимые туфли на платформе. Мне их знакомая из Франции привезла…

- Все это, конечно, очень интересно, вот только смогли они на поляне кого-то вызвать?

- Хм, даже не знаю. Там такая неразбериха творилась! Собралась толпа ненормальных бабок, но шуму от них было! Даже наш местный ОМОН в лице нескольких ментов приехал, чтобы сдерживать всю эту толпу возбужденных фанатичек. И медиков пригнали, видимо, испугались, что кому-то от избытка чувств плохо станет. Жалко только, что ни одного приличного мужчины на поляне не оказалось. Хотя это неудивительно: в нашем маленьком городке их днем с огнем не сыщешь! Потом эта жуткая мадам Варвара заявилась, еще и с таким наглым видом! Речь толкать начала. Вот только я ее совсем не слушала. У меня чуть удар от ее наряда не случился! Страха от него было больше, чем от всего того, что происходило потом. Это же настоящие девяностые, причем в самых худших их проявлениях! У нее же, судя по золотым украшениям, денег куча, а одевается она как с блошиного рынка! Жан-Поль Готье, увидев ее, умер бы во второй раз!

- Так он еще жив! Чего людей раньше времени хоронишь? – возмутилась я.

- Ты знаешь, кто такой Жан-Поль Готье? – приподняв бровь, спросил Серафим.

- Да, у меня племянницы о моде знают больше, чем все ваши московские фифы, вместе взятые. Печально лишь то, что ты знаешь, кто это такой.

- У меня, знаешь ли, сестра есть, которая вечно покупает всякую хрень.

- Ну-ну! 

- Это что такое сейчас было? – медленно спросил меня Серафим, расставляя акцент на каждом слове.

- Да так… Просто вас столичных гостей не разберешь. Вы вроде женщинами интересуетесь, а копнешь глубже…

От дальнейшей расправы меня спасли только клещи Карины, надежно вцепившиеся в тело Серафима. Решив, что рисковать на данном этапе нашего знакомства в городе, полном кучи потенциальных маньяков, не стоит, я примирительно подняла руки и скрепя сердце сказала, что пошутила.

- Еще пара таких шуточек, и кому-то серьезно не поздоровится! – сквозь зубы прошипел Ефим, безуспешно пытаясь стряхнуть с себя сроднившуюся с ним девушку. – Или ты хочешь, чтобы я тебе показал свои сексуальные предпочтения? 

- Э, спокойно! - быстро сменила я тему, почувствовав смутную тревогу. - Карин, а вы на поляне массовым гипнозом не занимались? Трубку мира не курили?

- Ах, что ты! Курение же невероятно вредно для кожи, а я берегу ее для своего любимого! – тихо прошептала она бедному мужчине, облизав его ушную раковину.

Меня чуть не стошнило. Я присела на корточки и, пытаясь стряхнуть с себя это мерзкое ощущение, глубоко задышала.

- Странно у тебя проявляется чувство ревности, - с усмешкой произнес Серафим. Ему вся эта ситуация начала приносить удовольствие.

“И действительно, что это я так разволновалась? – подумала я, раздражаясь почему-то еще больше. - Надо взять себя в руки и продолжить допрос. Опрос. Короче, это бредовое расследование!”

Я глубоко вздохнула и медленно досчитала про себя до десяти. Этот способ быстро успокоиться мне когда-то посоветовала моя племяшка Милана, заметив, что я все чаще стала тянуться к кухонному ножу во время семейных ужинов. Немного остыв, я встала и, глядя на сладкую парочку, продолжила:

- Карина, нам твой молодой человек…

- Бывший молодой человек!

- Хорошо, нам твой бывший молодой человек про кровавый ритуал рассказывал. Ты ничего такого не видела? Может, фанатики столичной знаменитости баллончики распыляли или там коренья жгли?

- Знаешь, я ничего такого не заметила, - задумчиво сказала девушка, крепче обнимая Серафима. – Хотя ритуал был. После того, как эта Варвара в туннель свалилась. Представляете, она бегала по поляне как одержимая. Потом оступилась и лбом с землей поцеловалась. Все лицо кровью залила! А в довершение всего, пытаясь встать, эта женщина провалилась в какую-то яму. Так ей и надо, а то ее стиль только уродует наш мир! Я, кстати, как раз тогда встретила Влада и по глупости решила, что он любовь всей моей жизни. Уже тогда я должна была понять, что мы не пара. Все-таки я девушка, идущая вперед, а он бы тянул меня назад…

- Про твои высокие отношения с Владом мы все поняли. Ты лучше скажи, что на поляне дальше случилось?

- Ах да. Пока я пыталась протиснуться к Владу через толпу, эту дамочку доставать стали. Я отвлеклась, и Влад куда-то опять исчез. Я очень расстроилась! А потом эта ненормальная ведьма вдруг начала бесноваться и требовать свой ритуальный нож из сумки. Получив его, она с ним как абориген вокруг какого-то мешка начала бегать. Ну а после пошли дешевые спецэффекты. Она полоснула сначала парня, потом девчонку. Те притворились мертвыми. Знаете, я так была увлечена поисками Влада в толпе, что толком не обращала внимания, что там у них творилось. А он даже не замечал меня! Схватил какую-то мерзкую девчонку и куда-то побежал. Потом кто-то крикнул что-то про газ, чем вызвал массовую истерию. Люди улепетывали с поляны, снося все вокруг. Меня чуть не затоптали! Кто же знал, что мне придется бежать марафон в своих любимых дорогущих туфлях!

- Что-то мне это не нравится… Очень не нравится! – прошептала я.

- Что ты там бормочешь? – крикнул злым голосом Серафим, пытаясь очередной раз оторвать от себя любвеобильную даму.

- Неужели правда… Их убили... – тихо сказала я, после чего резко повернулась к Серафиму.

- Знаешь что, сиди здесь в засаде, а я пойду и разберусь, что к чему. В конце концов, ты сестре нужен, да и народ местный тебя недолюбливает. А так ты в случае чего другим поможешь и сам быстро уехать сможешь. Как там говорится, тише едешь - дальше будешь. Хотя нет, это для какого-то другого случая. Ага, вспомнила! Баба с возу – кобыле легче! Что это ты на меня так смотришь? 

- Тебе что, жить надоело? Или тебе показать, кто из нас здесь баба? – рявкнул Ефим, пытаясь подобраться ко мне, но выбраться из цепких лап Карины оказалось не так-то просто. Я же не стала мешкать и рванула туда, где были ответы на все вопросы.

Аня

Я решила дойти до туннеля одна. Хотя желание Серафима помочь очень льстило, пусть он и делал это ради сестры. Я даже прониклась к нему чувством благодарности, вот только его компания мешала бы мне в расследовании. Рядом с ним мне почему-то было сложно сосредоточиться, к тому же теперь, когда над нами нависла реальная угроза, я не хотела подвергать его с сестрой опасности. То, что происходило сейчас, в первую очередь касалось жителей города. Это была наша проблема, пусть Ефим и думал иначе. А ведь я так надеялась, что всеобщее местное помешательство мне просто показалось и все обойдется. Не обошлось.

А все началось на Черной поляне. Если подумать, странности и всякая чертовщина у нас в городке творились и раньше, задолго до появления Серафима и компании. Местные старались в темное время суток обходить страшное место стороной. Поговаривали, что ночью там слышатся голоса и плачь. Кое-кто даже видел белые силуэты, но этим людям мало кто верил. Все знали, что только под мухой, когда и море по колено, и сам черт не брат, жители рисковали идти напрямую через поляну в город, минуя объездную дорогу. И вот теперь я, игнорируя здравый смысл и голос разума, шла туда, чтобы раскрыть тайны, спрятанные глубоко под землей. 

- Эй, заяц, куда бежишь? – вывел меня из задумчивости голос. – Решила оставить меня дома, когда тут такое происходит?

- Дуняша, ты ли это? – удивленно спросила я, не веря своим глазам. - Ты что тут делаешь? Как тебя вообще из деревни выпустили?

- А я человек свободный, к деревне не привязанный!

- Да уж, удачное же ты время выбрала, чтобы, наконец, по городу прогуляться! Сколько раз тебя приглашала в гости? А ты решила прийти именно сегодня, именно сейчас, когда здесь стало опасно! У нас тут народ слегка не в адеквате, так что давай, шуруй домой! И как ты вообще узнала, где меня искать?

- Я знаю, что у вас здесь происходит, и не боюсь. Мне котейка уже все поведал, и он же подсказал, где тебя искать.

- Я так и знала! Твой кот, да?

- Нет, он гуляет сам по себе. А ко мне иногда заходит, секретами делится! – сказала девушка и весело рассмеялась. Она еще никогда не была такой разговорчивой. Странно было все это.

- А он тебе рассказал, что женская половина моей семьи с толпой по городу бегает и прославляет какое-то лжебожество?

Девушка лишь улыбнулась и прижала меня к себе. 

- Я так рада, что с тобой все в порядке!

- И все-таки, как ты обо всем узнала?

- У меня свои хитрости, ты же знаешь. И не пытайся меня спровадить! Я все равно не уйду. Вместе до конца! Как тогда, когда мы заброшенные шахты отправились исследовать. И местные холмы. Ночью в дождь. Ты в джинсах и шлепках, я в любимом сарафане.

- Да, те еще были приключения! Я мелкая тогда была и глупая. До сих пор не понимаю, как решилась на это! Городским кладоискателям тогда быстро надоело копаться в окрестностях. Они свалили, даже ни с кем не попрощавшись и ничего не найдя. А я, наслушавшись баек о сокровищах фашистов, так и продолжала время от времени в этих шахтах лазить.  Еще и тебя втянула в эту авантюру. 

- Но в итоге мы все-таки нашли пару монет?

- Да! Повезло.

Я задумалась, вспоминая те далекие времена. Денег от продажи монет мне хватило, чтобы отремонтировать дом, оборудовать мастерскую и потом еще безбедно жить целый год. Я тогда рассорилась с мамой и бабушкой и съехала. Мне ничего у них просить не хотелось. Спасибо отчиму: помог монетки реализовать. И даже процент не взял! И Дуня не стала денег брать. А моя мама наверняка все бы отобрала.

- Отчим у тебя классный, помни об этом! Ты всегда ему можешь довериться! – сказала Дуня, словно прочитав мои мысли. – А от меня даже не пытайся избавиться. Вместе дальше пойдем!

Я недовольно посмотрела на подругу, но девушка была права. Мне никогда не удавалось отделаться от Дуняшки, если она сама этого не хотела. Да и опасно было посылать ее домой одну: из-за творящихся вокруг безобразий Дуня могла просто не дойти до поселения. 

“А вдруг она тоже поддастся всеобщему психозу! – обеспокоенно подумала я. - Или, еще того хуже, попадет в руки к местным фанатикам! М-да, все-таки придется взять ее с собой”.

- О, кого я вижу! А чем это вы тут занимаетесь, девоньки? – прервал мои размышления знакомый голос.

От неожиданности я подпрыгнула. Передо мной стоял дядя Витя. “Как он смог так незаметно подобраться ко мне? Еще так хитро улыбается! – рассерженно подумала я, а вслух сказала:

- Твою мать, Виктор Андреевич! Как вы здесь оказались? И почему станцию скорой без присмотра оставили? 

- А что, там, кроме меня, народ, что ли, не работает? Да и мой заместитель отлично справляется, а вам я здесь больше нужен. Вон какая неразбериха творится! И вообще, я уволился. А через месяц уезжаю из города! Наконец отдохну по-человечески.

“А ведь он вовремя появился. Я все равно хотела к нему заскочить, помощи просить или совета. А так даже идти никуда не надо!” – мелькнуло в голове. Я с подозрением посмотрела на ухмыляющегося мужчину и, вздохнув, спросила:

- Дядя Виктор, а там у ваших в больнице все нормально? Народ с ума не сошел? А то, говорят, подрались с ментами…

- А, это новенькие были, неокрепшие еще. А остальные врачи - люди серьезные, на всякие ваши бабьи дрязги не отвлекаются, да и далеко больница находится, не дошла туда зараза. Пока. 

- Что-то вы мутите, ребята! Знаете уж больно слишком много! Да и переглядываетесь как давние знакомые! – сказала я и недоверчиво посмотрела на эту парочку. 

- Не отвлекайся, женщина! Вперед, дел у тебя много! Ну а мы пособим, чем сможем. Кстати, ты телефон давно проверяла? Он у тебя трезвонит не переставая!

 - Странно, звонков вроде неслышно.

- А ты хоть изредка телефон в руки бери. Зачем тебе его вообще подарили? Он у тебя будильником служит, что ли? Иваныч тебя хотел искать пойти, но в дом фанатики ломиться начали. Кое-как оборону удержал! За тебя, между прочим, очень волнуется. 

- А племяшки где? С ними все хорошо? – взволнованно спросила я. Мне действительно стало страшно за них.

- Не волнуйся, когда вся эта неразбериха началась, Иваныч собрал их и с Федором отправил в центр. 

Я вздохнула с облегчением. “Хоть за них волноваться не надо! – подумала я, с благодарностью посмотрев на дядю Витю. - Но зачем меня ищут почитатели Варвары? Надеюсь, не для того, чтобы принести в жертву этой психованной экстрасенсорше! Надо обязательно будет заглянуть к отчиму. Он волнуется. А вдруг ему нужна помощь?”

Глядя на мое растерянное лицо, дядя Виктор сказал:

- Не бойся за Иваныча. Он мужик крепкий! Справится. Иди куда задумала, а потом и к нему заскочим.

Серафим

Я смотрел на удаляющуюся фигурку и ужасно злился. Злился, что Аня опять куда-то умчалась, злился, что так запросто бросила, да еще с кем! С местной озабоченной маньячкой! Эта ненормальная мало того, что вцепилась в меня мертвой хваткой, так еще своими когтями вывела на моей руке уже не один шедевр экспрессионизма! 

“Интересно, если я нечаянно ударю ее головой о кирпичную стену, это будет считаться рукоприкладством?” – подумал я и недобро посмотрел на девушку. Та с блаженной улыбкой продолжала обнимать меня всеми своими конечностями. Мне стоило больших усилий, чтобы сдержаться и не воплотить свой план в жизнь. На самом деле я никогда не бил женщин, но конкретно эта меня почти до ручки довела. Неудивительно, что она до сих пор без мужика была, кому понравится такая липучка! Мало того, что надоедливая, так еще и страшная как атомная война. Как ей вообще в голову пришло сделать у себя на лице такие лепехи? Врачу, сотворившему такое, руки надо выдрать!

Вздохнув, я попытался сделать шаг, потом второй. “Что ж, если я продолжу в том же духе, может, к вечеру догоню свою маленькую занозу! – подумал я, собираясь с силами. - К вечеру следующего дня. Хотя, может, местные фанатики смогут отодрать Карину от меня. А потом принесут ее в жертву какому-нибудь их местечковому божеству. Не жалко, честное слово!”

И тут у меня в голове родился план. Он был настолько мерзкий, что мне стало тошно. Я предавал свою совесть, честь и репутацию хорошего руководителя, но выбор у меня был небольшой. Поэтому, собравшись с духом, я громко крикнул:

- Леха, мать твою, куда подевался? Спишь, что ли? Быстро сюда, а то уволю на хрен. 

Около входной двери дома послышалась возня и приглушенные голоса. “Вот засранцы! Все это время глазели, и никто не догадался помочь!” – злобно прошипел я, мысленно отвешивая пиздюлей нерадивым охранникам.

Споры продолжались недолго. Через какие-то пять секунд сопротивляющегося Леху выкинули из дома, плотно прикрыв за ним дверь. К несчастью для парня, он довольно неудачно приземлился лицом на асфальт. Однако Леха не растерялся. Он быстро поднялся и встал по стойке смирно передо мной.

- Итак, Карина, не знаю, как вас по отчеству, представляю вам моего лучшего сотрудника, Алексея Владимировича! Талантливый молодой человек с большими перспективами и собственной жилплощадью в столице. Единственный минус – глубоко одинокий человек. Из-за врожденной скромности и постоянной занятости никак не может найти даму своего сердца. 

Кое-что я, конечно, приврал. Квартира у Лехи была взята в ипотеку, да и был он далеко не одиноким. Вместе с ним жила его боевая маман, перебравшаяся в Москву лет пять назад из практически полностью вымершего пограничного селения. И, естественно, ни одна столичная девушка не была достойна ее единственного сына. Поэтому, как ни старались претендентки на руку и квартиру несчастного Лехи угодить его родительнице, уносились они из его дома в разы быстрее, чем пытались туда попасть.

Однако Карине этого знать было необязательно. К тому же, судя по характеру, такие мелочи ее бы так просто не остановили. У меня даже появилось предчувствие, что я помог человеку с личной жизнью, да и, судя по загоревшимся глазам девушки, она была не прочь сменить объект обожания. И чтобы она совсем не сомневалась в выборе лучшего кандидата в женихи, я собрался с силами и спихнул-таки с себя надоевшую тяжесть прямо на моего подчиненного.

- Леха – это Карина. Карина – это главный претендент ко мне в заместители. Оставляю вас одних. Знакомьтесь и размножайтесь.  Удачи вам.

Вздохнув с облегчением, я как последний идиот помчался догонять Аньку. Пробегая мимо дома, я на минуту остановился. Мои люди стояли за дверью и обсуждали неожиданную удачу, свалившуюся на Леху, который еще недавно числился в компании курьером. 

- За сестрой следите. Если с ней что-то случится, голову с вас сниму, сами знаете! – крикнул я им и рванул за ворота дома. 

Я лет сто так не бегал. А тут как глупый мальчишка на всех парах помчался догонять это маленькое пухлое недоразумение! Хотя приятно хоть иногда сбросить все условности и как когда-то очень давно устремиться в неизвестность. Как в детстве, когда родители были живы, и мы с сестрой думали, что так будет всегда. 

Дина. Даже странно. Еще совсем недавно она была единственным близким для меня человеком. И сейчас, когда с ней творится всякая чертовщина, я как любящий брат должен быть с ней, но вместо этого я пытаюсь догнать какую-то глупую девчонку. Как так получилось, что Дина отошла на второй план? Хотя она так давно мечтала о свободе, и чтобы я, наконец, переключил свои любовь и заботу на кого-то другого.

“Что ж, сестренка уже большая девочка, - подумал я, ускоряя шаг, - к тому же за ней приглядывает целый взвод охранников. Так что я с удовольствием выполню ее желание и вместо того, чтобы сидеть и следить за ней, последую за человеком, волнующим меня теперь больше, чем она”.

Аня

- Вы хоть знаете, куда идти? – спросила я Дуню и дядю Виктора, с трудом поспевая за ними. 

Наша дружная компания шла по небольшой полянке, и я то и дело спотыкалась о всякие коряги. Виктор Андреевич кивнул и, не обращая внимания на мое очередное падение, продолжил свой путь. Дуня, улыбаясь, в который раз помогла мне подняться. Я, ругая все и вся, потопала дальше за своими друзьями. Зато теперь мне стало понятно, почему поляну народ называл “проклятой”. Ее пока пройдешь, все ноги себе переломаешь! 

Как мы добирались до поляны – это отдельная песня. За территорией коттеджного поселка по всем дорогам бегали фанатики Варвары и кого-то искали. Что-то мне подсказывало, что искали они именно меня, поэтому пришлось воспользоваться одним из туннелей, ведущим из поселка прямо к озеру. От озера до Черной поляны идти было прилично, поэтому мы, соблюдая максимальную осторожность, перебежками двигались по лесу. 

Рядом то и дело проносились люди Варвары. Их упорство в поисках вызывало уважение, но, с другой стороны, все это казалось мне странным. Зачем я понадобилась этой женщине? Неужели других кандидатов для отмщения не было? 

 - Мы почти на месте. Варвара здесь свой ритуал проводила! – вывел меня из задумчивости голос Виктора Андреевича.

- Вижу! Как они тут натоптали! Прямо как будто стадо слонов промчалось! – сказала я, удивленно рассматривая примятую траву. 

Место, куда провалилась Варвара, было где-то рядом. Мне предстоял спуск под землю, но фонарик и веревку я с собой не взяла. И если первая проблема решалась просто, достаточно было взять телефон и включить на нем фонарик, то что делать со второй - я пока не знала.

Вздохнув, я достала сотовый и обомлела. На экране отобразились сорок три пропущенных вызова и куча СМС! Большая часть от отчима, но штук двадцать были с какого-то незнакомого номера. Из любопытства я открыла СМС от неизвестного абонента. 

“Йошкин кот! Сколько мата! – выругалась я, читая это безобразие. – Кажется, это от Серафима”. Дойдя до места, где мне обещают оторвать руки и ноги, я окончательно убедилась, что это точно от него. 

Внезапно телефон зазвонил. Отразился уже знакомый мне номер. Брать трубку не хотелось, все-таки я бросила Серафима с Кариной, и он наверняка был от этого не в восторге. Но, может, мужчина волновался за меня? Почему-то мне очень хотелось, чтобы это было именно так. Немного подумав, я все-таки решила ответить на звонок, хотя и подозревала, что меня сейчас будут ругать. Но я ошиблась. Из трубки послышался довольно спокойный голос.

- Алло, малыш, ты меня слышишь? – раздался голос Серафима. 

- Да, ты звонил?

На том конце провода кто-то подавился. Я уже предчувствовала очередную тираду, но мой собеседник смог себя сдержать и продолжил:

- Ты в порядке? Ты сейчас где? У нас тут такой бедлам творится! Поселок окружили поклонники Варвары и требуют выдать тебя. Им кто-то доложил, что тебя здесь видели. 

- Я сейчас на поляне, где Варвара под землю провалилась, ищу тот самый туннель. 

- Ты с ума сошла одна туда лезть? – потерял самообладание Ефим. – И как ты туда добралась? Летать все-таки можешь? Я так и знал, что ты ведьма!

- Нет! Я прошла через секретный ход. Я и раньше им пользовалась, когда к озеру ходила. Но тут, судя по всему, этих ходов тьма тьмущая!

- Стой и не двигайся! Я сейчас туда подъеду. 

- Не волнуйся за меня, я не одна. Я быстренько посмотрю, что и как тут, и вернусь. Так что все нормально. Жди, я перезвоню.

 - Слушай ты! Если сейчас бросишь трубку…

Но я не стала дальше слушать и отключила телефон. Серафим только отвлекал. Вот и сейчас после общения с ним сразу в голову ненужные мысли полезли. “Надо сосредоточиться на деле, о Ефиме я подумаю потом!” – решила я, оглядывая поляну. Недалеко от меня виднелся фургон телевизионщиков и фигурки людей, лежащих на траве. “Неужели?” – только и успела подумать я и тут же провалилась под землю.

- Твою мать! Моя нога! – крикнула я, больно приложившись о мокрую землю. На какое-то время сознание покинуло меня, а когда я очнулась, то увидела лишь темноту вокруг себя.

- Ты жива? – раздался голос сверху. 

- Да, кажется! – буркнула я, потирая ушибленную конечность. – Тут очень темно и страшно! Можете спуститься и помочь мне?

- Извини, но нам туда нельзя! – крикнули мне мои так называемые друзья. – Ты там посмотри, что да как, а мы тебя здесь подождем. Кстати, тебе налево. Там будет еще один провал. Он от твоей Варвары остался.

- Спасибо, друзья! Век не забуду вашей поддержки! – злобно ответила я, судорожно шаря рукой в поисках телефона.

В голове опять всплыл образ Серафима. Я тут же попыталась выкинуть его из головы, но это оказалось не так-то просто. Мысли о нем снова и снова возвращались ко мне. Из-за этого я чуть не пропустила нужный поворот. Пробираться во тьме было нелегко. Эти лазы были гораздо старше и теснее большого туннеля, ведущего к озеру. Видимо, ими давно не пользовались. И здесь вероятность обрушения была реальна. 

“Интересно, если меня завалит, кто-нибудь когда-нибудь меня откопает? – мелькнула в голове противная мысль. - Или я найдусь через несколько столетий и стану экспонатом в каком-нибудь местечковом музее?”

 Впереди замаячил свет. “Кажется, я на месте!” – подумала я и ускорила шаг. Добравшись до цели, я посмотрела вверх. В образовавшемся провале хорошо было видно голубое небо, по которому неспешно плыли пушистые облачка. Ярко светило солнышко, но его лучи почти не попадали в темный туннель. Вниз спускались корни какого-то куста. И вдруг в дыре появились темные силуэты. У меня сердце ушло в пятки, и сама я чуть не наделала в штаны. С большим трудом я опознала своих сопровождающих.

- Ну как ты там? – весело спросила Дуняша

- Вот до этой минуты все было зашибись, а теперь прямо не знаю: инфаркт у меня или так, давление скакануло. 

- Да ты живее всех живых! Это я тебе как профессионал со стажем говорю, - засмеялся Виктор Андреевич.

- Спасибо, друзья! Спасибо за вашу поддержку, добрые слова и невероятную помощь! Не хотите спуститься и посветить мне? Я что-то вижу. Вроде мешок какой-то.

- Нет, извини. Давай сама! - почти хором ответили мне мои помощники.

- Так, что тут у нас? Да это же…

Серафим

“Анька бросила трубку. Маленькая гадина. Если б была рядом, придушил бы ее к чертовой матери! – думал я, сжимая телефон так, что, казалось, еще чуть-чуть, и он треснет в моих руках. - Надеюсь, она там в порядке и ее не завалило… А то ведь потом хрен знает, где откапывать. Не успею”.

Я глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, а потом открыл приложение и посмотрел на карте, где она. Да, я это сделал. Стащил у Аньки телефон и, пока она уплетала на пару с Владом сухарики, засунул в корпус маячок. Зачем я это сделал, до сих пор сам понять не могу. Видимо, настолько привык контролировать Дину, что постепенно это превратилось в паранойю. Возможно, этому поспособствовали и неприятные воспоминания о вчерашнем дне, когда я полдня потратил на безрезультатные поиски этого недоразумения.   

Жуткие мысли гнали меня вперед. Я одолжил машину у Леры Вениаминовны и рванул на скорости к выезду из поселка. По моим расчетам, минут через десять я должен был быть на месте. Однако на проходной меня ждал сюрприз. На пропускном пункте о чем-то живо спорил начальник охраны c какой-то бабой, а за воротами столпился народ, перекрывая дорогу. Было похоже, что здесь снимают фильм о зомби, настолько равнодушные и, я бы даже сказал, мертвые лица были у всех.

- Степаныч, что здесь творится? – крикнул я в будку охраны.

Баба повернулась, и я с трудом узнал Маргариту Осиповну. Да, всеобщее безумие благотворно сказалось на женщине. Она даже как будто помолодела. Радость и воодушевление озаряли ее лицо, но взгляд при этом был надменным и прожигал всех своей ненавистью. 

- О, кого я вижу? Серафим Андреевич! А эта с вами? – попыталась улыбнуться эта особа, но у нее получился оскал.

- Кто? Сестра? – спросил я, изображая недоумение.

- Хватит, вы прекрасно понимаете, о ком я! Об этой идиотке, Аньке!

- Нет, она не со мной. Я даже больше вам скажу: она в связи с последними событиями как-то резко решила в отпуск отправиться. На Мальдивы или в Анапу, я точно не расслышал. 

- Ты лжешь! – перешла на визг Маргарита Осиповна. – Ее видели здесь с тобой!

“Блин, интересно, кто это нас сдал? Уж не Лера ли Вениаминовна обиделась, что я не польстился на ее прелести?” – подумал я, а вслух сказал: 

- Ее правда здесь нет, она убежала! Сам ее ищу. У меня к ней есть кое-какие вопросы. А вам она для чего?

Женщина испытующе посмотрела на меня, а потом, ухмыляясь, сказала:

 - А это не твоего скудного ума дело! Она нужна избранной! Для высшей цели... 

Маргарита Осиповна взмахнула руками и посмотрела в небо. На ее лице появилась глупая улыбка, а я подумал, что все, хана моей Аньке. Ее точно замочить решили. Я слишком хорошо знал таких личностей, так что понимал, чего она хочет.

- Кстати, как твоя драгоценная сестричка? В порядке? – продолжила Маргарита, мерзко улыбаясь.

- Не смей говорить о моей сестре, а то глотку вырву, и никакая Варвара тебя не спасет!

Женщина заткнулась и попятилась. От былого ехидства не осталось и следа. Она с трудом взяла себя в руки и уже с осторожностью проговорила:

- Я знаю, что твоей сестре нездоровится. Но благословенная Варвара может снять с нее недуг. Но не просто так. Ты один из немногих, кому эта нечестивая мерзавка доверяет. Приведи ее к нам, и твоя сестра сразу поправится, и ни один демон к ней больше не подойдет.

- Я не верю во всю эту бредятину!

- О, ты скоро поверишь, как и все остальные. Время пришло, избранная среди нас, и она поведет нас к светлому будущему! Но есть одно небольшое препятствие. Эта маленькая тварь! Удивительно, даже здесь она умудрилась нагадить! Она пришла в этот мир из тьмы, во тьму ее и отправим. И у всех все сразу станет хорошо! Ты же видел, что творится с людьми! Это из-за нее! Нужно очистить город от скверны!

- Да? И от Эльвиры с тем парнем?

- Они были нечисты! Их кровь дала силу нашей избранной! – заверещала Маргарита, но быстро успокоилась и с улыбкой добавила: - Даю тебе два часа. Доставишь ее на площадь к деловому центру. А иначе мы придем сюда сами. Надеюсь, ты понимаешь, что тогда будет? Вы все нечисты! Грязные воры, убийцы, развратники! Мы очистим вашей кровью город, и первой умрет Дина. И не думай, что вы сможете сбежать. Мы окружили поселок. Никто отсюда не уйдет живым. У тебя два часа. Спаси любимую сестру! Кто тебе эта мерзавка? Просто раздражающая муха, без которой мир станет лучше! Даже родные вздохнут с облегчением, когда ее не станет! Я это тебе как друг семьи говорю!

Маргарита Осиповна мерзко засмеялась, после чего дала знак, и народ расступился. Я кивнул Степанычу и сел в машину. Тот открыл ворота, и я рванул от этого проклятого места. Разогнав машину до максимально возможной скорости, чтобы ни один псих не смог проследить за мной, я позвонил начальнику охраны. 

Моим людям предстояла непростая задача: собрать всех, кто остался в поселке к моему возвращению. Конечно, я не собирался отдавать этим психам Аньку, но и рисковать сестрой и своими людьми не собирался. Аня знала секретный выход из осажденного поселка, так что мой план был прост - притащить девушку обратно и вытрясти из нее местонахождение тайного хода. Пускай помогает, раз все это началось из-за нее. А потом мне предстояло заняться этой Варварой с ее фанатским клубом. Они зашли слишком далеко. Никто не смеет угрожать моей семье, и мне плевать, кем себя эта тварь возомнила. Скоро она пожалеет, что вообще решила приехать в этот город.

Аня

У меня дрожали руки. Не каждый день находишь останки человека. Да, в мешке были пепел, фрагменты костей и еще не пойми что. Меня чуть не вырвало, когда я открыла мешок. Получалось, что кто-то сжег тело и прах кинул сюда. 

“Бр, жуть какая! – подумала я, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. - Только кем был этот человек? За что с ним так обошлись?”

- Что там? – послышался голос сверху. 

- Чей-то трупак. Точнее, останки: кости и пепел.

- У тебя есть предположения, кто это? – спросила Дуняша.

- Какие, на фиг, предположения? Я что, по-твоему, все трупы в округе знаю? Или с местными призраками общаюсь? 

Дуняшка хмыкнула и спросила:

- Ты точно хорошо посмотрела? Может, что-то упустила? 

- И что прикажешь мне делать? Мешок вытряхнуть? Или руками там пошебуршать?

- Ну это на твой выбор. Что тебе больше нравится?

“Да она издевается! Блин, не хочу! А если она права? Надо попробовать! – обреченно подумала я, поднимая находку. - Прости меня, неизвестный человек! Обещаю, как вернусь в город и когда там более-менее все успокоится, расскажу о тебе в ментовке”. 

Мне стало грустно. Вдруг этого человека искали родные, а так получалось, что они его даже похоронить по-человечески не могли. Нехорошо это было.

Я вытряхнула мешок. С первого взгляда ничего интересного мною замечено не было, но потом, направив фонарик прямо на прах, я увидела, как под обломком кости что-то блестит. Громко выдохнув, я осторожно взяла этот предмет. Это оказалось кольцо с большим красным камнем. В этот момент мне показалось, что сердце пропустило пару ударов. В голове все помутилось. Я обессиленно сползла по стенке туннеля на землю и какое-то время не могла вздохнуть. 

- Эй, ты нашла, что искала? Ты поняла, кто это? – снова послышался голос подруги.

- Да, - только и смогла я выдавить из себя. – Я знаю этого человека!

Я понимала, что надо взять себя в руки и попытаться выбраться наверх, вот только тело отказывалось подчиняться. 

“Вставай, размазня! Давай, Серафим ждет твоего звонка! Быстро взяла себя в руки!” – уговаривала я себя, но собраться было очень тяжело. Меня волной накрыли обрывки воспоминаний, но я не могла упорядочить их в своей голове. Память отказывалась анализировать прошлое, от боли в висках начало мутить. Я поняла, что сама не справлюсь. Был только один человек, который мог мне все объяснить. “И на этот раз я так просто не отстану! – решительно подумала я. - Он все знает, я уверена. Хватит терпеть ложь. Пора доставать скелеты из семейных шкафов!”

Я хотела набрать Серафима, но связи не было. “Блин, я ж под землей! – только сейчас дошло до меня. – Что же я раньше об этом не подумала? И как мне теперь связаться с Ефимом? И где его носит? Грозился же приехать!”

Я стала оглядываться, но не представляла, как мне теперь отсюда выбираться. Вокруг было темно, кое-где торчали корни деревьев. Сам тоннель выглядел ненадежным и в любой момент мог обрушиться. Друзья куда-то пропали. Я осталась одна с останками ненавистного мне человека, да еще в таком месте! Пусть он и был мертв, все равно мне было очень страшно находиться рядом с ним. Мозгами я понимала, что этот человек ну никак не может встать и протянуть ко мне руки, но в душе меня всю трясло. Как я его ненавидела! Мне его теперь даже жалко не было. Может только чуть-чуть.

Я с грустью смотрела на телефон, который почти разрядился. И тут мне стало по-настоящему страшно. Я подумала, что будет, если меня не найдут, и сама я не смогу выбраться? Паника накрыла с головой. Я подскочила к корням и стала карабкаться вверх. В какой-то момент руки перестали слушаться, и мне показалось, что еще чуть-чуть, и я упаду. От ужаса я зажмурилась, готовясь к падению, но внезапно кто-то схватил меня за шкирку и резко рванул вверх. 

Я поморщилась от боли и яркого света. Оказавшись снаружи, я почувствовала, как меня с силой толкнули на землю. Какое-то время я не могла понять, где я и что произошло, но потом увидела моего спасителя, и мне тут же захотелось обратно в дыру. В это темное, уютное и безопасное во всех смыслах место.

Меня спас Серафим. Он повернулся ко мне спиной, но я видела, как мужчина тяжело дышит. А еще от него буквально веяло опасностью и бешенством. То, что я видела раньше, все его приступы гнева – это были просто цветочки, теперь я это точно понимала. Сейчас казалось, что он убьет меня на самом деле, и никто не поможет. Серафим каким-то непостижимым образом стал очень похож на одного моего старого знакомого, и от этого открытия меня словно молнией поразило. Я очень сильно испугалась и сжалась в комочек.

Мужчина резко повернулся, и я невольно попятилась назад. У него были такие страшные глаза! Мне даже показалось, что он хочет меня растерзать и закопать здесь же, на поляне. “Ну вот, теперь мне точно кранты!” – испуганно пискнув, подумала я. Но неожиданно лицо Серафима изменилось. Он словно прочитал мои мысли. Мужчина быстро подошел ко мне и обнял. 

- Эй, ты чего так испугалась? Это же я! – тихо сказал он.

Я хотела что-то ответить, но не смогла. У меня внутри все сжалось. А потом появилось странное чувство: то ли облегчение, то ли радость, то ли смущение, смешанное со страхом. Я никак не могла понять, что со мной, и это страшно бесило. И тут меня опять прорвало. Я снова заплакала и не могла остановиться очень долго. Может, это из-за стресса, а может, тут было что-то другое. Просто Серафим в какой-то момент показался мне очень страшным, как будто я вернулась в прошлое, вот только он не напал на меня, а обнял. И это было так непривычно и дико, что я растерялась.

- Тихо, ты чего так распереживалась? Это же я! Да, вышел немного из себя, но ты сама виновата. Смылась куда-то. А тебя, между прочим, ищут всякие опасные люди. Я тут с ума схожу, ищу тебя, всякие ужасы представляю, а ты зачем-то в черного копателя поиграть решила! Думать все-таки иногда надо!  А если бы в туннеле произошло обрушение? Ты бы погибла и стала местным привидением! По ночам гуляла бы по округе, пугая всех. А еще отбирала бы еду у случайных прохожих и швырялась в них дохлой рыбой.

- Это были шпроты, - всхлипнула я и невольно улыбнулась.

Серафим улыбнулся мне в ответ и, погладив по голове, тихо сказал:

- Все, успокоилась? Мир? 

- Да, я в норме. Просто все так неожиданно! И мои спутники куда-то пропали, зато один придурок нашелся, пропавший много лет назад. Причем теперь он мертвый…

- Ты головой ударилась? Какие спутники? Какой мертвый придурок?

- Долгая история! Нам надо срочно к моим родным. Отчим точно должен знать! На этот раз я не отступлю, пока все не узнаю! Зато я, наконец, поняла, где собака зарыта.

- Ты еще какую-то собаку решила откопать? Не много ли мертвяков на сегодня? – усмехнулся Серафим, но, увидев мой серьезный взгляд, сменил тему: - Это, конечно, все очень интересно, но у нас сейчас другие проблемы, более важные на данный момент. Твои решим потом, а пока давай к поселку двинем.

- Зачем? – удивилась я. 

- Дело в том, что почитатели Варвары ультиматум выдвинули. Либо я сдаю тебя с потрохами нашей любимой провидице, либо фанатики вторгаются в коттеджный поселок и избивают, грабят и насилуют моих людей. Занятие, может, и неплохое, но не думаю, что они будут этому рады. А учитывая тот факт, что мои люди неплохо вооружены и имеют военную подготовку, боюсь, они перестреляют твоих обожаемых жителей, и глазом моргнуть не успеешь. 

- Да, ситуация! И что нам делать?

- Поехали, покажешь, как из поселка незаметно выбраться можно. Все-таки мокруху на своих людей вешать не хочу. И так слишком много проблем от вас всех. 

А дальше все было как во сне. Мы довольно быстро доехали до входа в туннель, после чего отправились под землю. Серафим, спустившись, аж присвистнул. Все пытался у меня узнать, что же здесь было раньше. Я не знала, что ему сказать. Когда-то я и сама искала истории о туннелях. В краеведческом музее всех достала, местную библиотеку изрыла, но там не было абсолютно никакой информации. Видимо, ее засекретили. Ведь не могло быть такого, чтобы о них никто не знал. Это же не маленький лаз, а полноценная сеть! 

Тогда я решила поспрашивать у местных старожилов, уж они-то точно что-то должны были знать! Я обращалась к Зинаиде Игоревне и бабе Любе, но те, узнав, что я спускалась в катакомбы, кричать на меня начали и обвинили в том, что я опять ищу приключения на свою больную голову. Пришлось клятвенно пообещать вести себя более благоразумно. Хотя никто же не уточнял, что именно имеется в виду под этим “благоразумно”, так что я еще какое-то время продолжала изучать туннели. И от этого была реальная польза. 

Помимо доступа к озеру я получила свободный вход в поселок. Что было весьма полезным, ведь не всегда клиенты понимали, что попасть к ним через пост охраны было не так-то просто. Но некоторые особо ушлые личности как раз все понимали и бессовестно этим пользовались.

Так одна клиентка не хотела платить за маленький фонтанчик, который я сделала по ее эскизу. А я ведь восемь раз переделывала его, пока дамочка не осталась, наконец, довольна. Терпела постоянные придирки и насмешки, а также все новые “гениальные” идеи клиентки. В итоге, когда работа была закончена, люди этой женщины приехали и забрали фонтан с моего участка, а платить отказались, сославшись на то, что я сама должна приехать к заказчице за деньгами.

Когда же я нагрянула в гости к этой особе, та, невинно хлопая глазками, стала говорить, что уже все давно оплатила, когда приносила первый эскиз! И приказала быстренько проводить меня за ворота поселка, а охране меня не пускать ни под каким предлогом. В глубине души я понимала, что это был в первую очередь мой косяк. Тогда я только начинала всерьез этим заниматься и о предоплате даже не думала.

Но клиентка просчиталась. Я сразу почуяла ее гнилое нутро и еще на этапе подготовки, когда осматривала место для будущего фонтанчика, заприметила прямо за сараем в густых кустарниках брешь в заборе. И ночью, после подлого поступка этой женщины, я, притворившись милым привидением, закидала окна ее дома яйцами. Специально купила! На следующий день помидорами.

А охрана у дамочки так себе оказалась. Сколько ночью не обыскивала усадьбу и поселок, ни разу поймать меня не смогла. Но женщина намеков не поняла и так и не ответила на мои звонки. Зато пару раз присылала ко мне своих верзил, но они то в канаву на машине съезжали, то на полпути застревали.

А однажды они увидели меня на улице и попытались схватить. Но я быстро заметила опасность и что есть мочи рванула куда подальше. Как раз в этот момент на их машину упало дерево и им стало не до меня. Но я тут была абсолютно невиновата. Это все ураган. Кто ж в такую непогоду едет разбираться с врагами. Никто из людей не пострадал. Только машина. Зато больше меня не тревожили. Но и деньги не отдавали. Тогда я решила действовать жестко. Очередной раз пробралась в сад и разбила фонтан к чертовой матери. Жалко, конечно, было денег и времени, но зато месть свершилась.

Но на этом история не закончилась. Через пару месяцев, когда я благополучно забыла о фонтане и бессовестной клиентке, мне позвонил тот самый Псих, который хотел статую жены. Просил приехать за фотографиями, так как сам был очень занят. Пришлось отправиться загород. Правда, меня вначале не пускали в поселок, но после звонка Псих примчался на пропускной пункт и так рявкнул на охранника, что бедняга чуть штаны не обмочил.

И не только он, меня тоже слегка прижало. А потом все было как в анекдоте. Оказывается, он так разозлился, потому что к нему в гости друг с женой пришли, и охрана отвлекла их от культурной программы. И кто это были? Моя знакомая клиентка с мужем! Увидев меня, она сразу стала на меня гнать, что я мошенница неадекватная, и вообще, очень плохой человек. 

Пока на меня сыпался поток брани, муж этой женщины с подозрением смотрел то на меня, то на ругающуюся благим матом жену. А потом, когда женщина сделала остановку, чтобы вздохнуть, спросил меня, что между нами произошло. Я в двух словах описала ситуацию, пропустив, конечно же, мои похождения к ним в сад. 

Мужчина разозлился не на шутку. Спросив, сколько она мне должна, дал денег! Даже больше, чем было нужно! Отличный мужик оказался. Как потом выяснилось, это был уже не первый случай, когда она кидала людей, и во многих столичных бутиках она давно значилась в черных списках. Несколько раз извинившись, он схватил свою благоверную за шкирку и поспешил удалиться.

Мне стало его жалко. Терпеть такие унижения из-за какой-то жадной бабы! Поэтому я дала мужику свой номер на случай, если ему вдруг понадобится эксклюзивный памятник для жены, даже большую скидку предложила.  Дамочка вспыхнула, хотела что-то сказать, но не успела. Ее выдворили за дверь.

И, казалось бы, все, дело закрыто, но еще через несколько месяцев мне снова позвонила эта ненормальная и хотела заказать фонтанчик и пару небольших статуй! Уж больно ей осколки бывшей супруги Психа понравились! Оказывается, этот тип снова приглашал друзей в гости и с гордостью демонстрировал свою “работу”!

Подумав, что все богатые со странностями, я решительно послала женщину. Она начала мне угрожать своими мордоворотами, но я ей напомнила, как они уже пытались ко мне приехать, и чем это кончилось. Та пофырчала немного, но вроде успокоилась. И даже здоровалась со мной, когда мы пару раз сталкивались в магазине. Ее охранники при этом как-то злобно посматривали на меня, но подойти не решались. Видимо, и до них дошли слухи о моей “бедовости”, вот только поздновато.

Вспоминая эту историю, я чуть было не налетела на Серафима, с любопытством осматривавшего туннель, по которому мы двигались. Он его очень заинтересовал. Мужчина все сыпал вопросами, на которые у меня не было ответов. В конце он меня так достал, что я просто помчалась вперед, не обращая внимания на его недовольные окрики. 

Когда мы, наконец, добрались до поселения, Серафим заявил, что обязательно потом исследует наши катакомбы со своими друзьями. И чтобы я обязательно была их проводником! Меня эта идея не вдохновила, поэтому, чтобы хоть как-то позлить мужчину, я с усмешкой намекнула, что мы встречаемся всего ничего, а он меня уже со своими друзьями познакомить хочет. Серафим как-то неестественно засмеялся и резко отвернулся от меня. Могу поклясться, что в этот момент он покраснел! Хотя было довольно темно, так что, наверное, мне это все-таки просто показалось.

Когда мы выбрались из подземелий, Серафим сразу рванул к дому Леры Вениаминовны. Там уже толпился народ. Люди Серафима поработали на славу: все жители были готовы к эвакуации. 

- Всех собрали?  - спросил мужчина, обращаясь к начальнику охраны.

- Да, Серафим Андреевич! Только на посту оставили пару человек. Когда люди уйдут, мы дадим им отмашку, и они придут сюда.

- Отлично. Тогда вперед! Подготовь всех.

- Слушай, Ефим! Что тут вообще происходит? И кто на самом деле твои люди? Чем больше смотрю на них, тем больше они мне спецназовцев напоминают!

- Это секретная информация! Если скажу, придется тебя убрать! 

- Ха, ха! Как банально! Ничего другого придумать не смог? 

- Кто сказал, что я придумываю? – с хитрой улыбкой произнес Серафим, от которой у меня мурашки побежали по спине.

***

Началась эвакуация. Серафим послал меня со своим человеком вперед, чтобы мы показывали путь, сам же оставался в поселке до конца. Людей оказалось не очень много. В это время года почти все хозяева домов улетали греться в жаркие страны или охлаждались на горных курортах. Работников в домах тоже было мало. Многие из них были в отпусках, а кто-то уехал еще утром, когда слухи о всеобщем безумии докатились до поселка. Те же, кто все-таки решил остаться, сейчас были готовы на все, лишь бы быстрее выбраться из этого ада.

Еще бы, фанатики Варвары окружили поселение со всех сторон и орали какие-то непонятные псалмы, обещая всех покарать. Никто из работников не хотел терять жизнь из-за чужого добра, да и сами обитатели понимали, что никакой жалости ждать от окруживших их психов не стоит. Так что люди без вопросов спускались в туннель.

Были, конечно, и паникеры, но с ними не церемонились: давали подзатыльник и силой вели в нужном направлении. Одной из последних выводили Дину. Ее связали, но она продолжала рычать и все время пыталась кого-нибудь укусить. Девушка чуть не загрызла меня, когда я помогала вытаскивать ее из узкого прохода. 

“Вот ведь вампирюга недоделанная! – обиженно буркнула я себе под нос, потирая покусанную руку. – Надеюсь, мне теперь не надо будет делать прививки от бешенства. А тебе, Дина, я это потом припомню! Будешь помимо двух чайников должна мне еще микроволновку”. 

Влада тоже нашли. Как потом оказалось, он полностью опустошил винный погреб одной нашей знакомой нудистки, от чего та пришла в ярость и покушалась на жизнь бедного парня. Карину выводили вместе с каким-то бедолагой. Девушка вцепилась в него мертвой хваткой, а он даже не пытался от нее убежать. Парню почему-то нравилось, как Карина его обхаживает. “Вот ведь судьба! Найти любовь в такой неразберихе!” – с завистью подумала я, глядя на странную парочку. 

Последними в проходе показались люди с поста охраны и Серафим. Увидев, что он выбрался, я почувствовала страшное облегчение. Однако вместе с этим, ко мне пришла тревога. “Неужели я за него волновалась? – растерянно думала я. - За этого страшного агрессивного типа с ужасным чувством юмора и не имеющего даже капли стыда?”

- Эй, чего смотришь? Уже соскучилась? – громко крикнул мне этот наглый тип. 

- Еще чего, просто ждала, когда все вылезут! – как-то слишком поспешно выкрикнула я в ответ, а сама подумала, что он специально это сделал, чтобы на меня все внимание обратили. 

- Ну-ну! – хмыкнул мужчина, довольно скалясь.

- Серафим Андреевич, что дальше делать будем? – спросил подошедший к нам мужчина.

- Ефим, - подала я голос, - автобус телевизионщиков на поляне вроде еще на ходу. 

- Молодец! – шепнул тот мне на ухо и зачем-то чмокнул в макушку. Это было ужас как неожиданно, поэтому я впала в ступор и дальше просто растерянно смотрела, как Ефим с помощниками уезжают за автобусом. Минут через десять они вернулись и стали утрамбовывать туда людей, а после закинули в машину Дину и упирающуюся Леру. Все происходило настолько стремительно, что я не понимала, чем еще могу помочь, и просто наблюдала за всем со стороны. 

Когда все расселись, Серафим дал отмашку, и транспорт осторожно поехал в сторону соседнего района.  И только тут до меня дошло, что мы остались с ним одни.

- Ты почему не поехал с остальными? – очухавшись, спросила я.

- У меня здесь еще дела остались.

- Тебе лучше было с сестрой уехать.

- Ага, и пропустить все самое интересное? Ты шутишь, что ли? Или только тебе можно без зазрения совести лезть в чужие дела? К тому же у меня счеты с некой особой. Я очень не люблю, когда кто-то вредит моей семье! – сказал Серафим и глаза его жутко сверкнули. 

- А почему не оставил своих людей помогать?

- Ты что, хочешь залить город кровью? Они и так были не в восторге от фанатиков с их похабными песнями, зачем им давать повод размяться? К тому же кто за беженцами следить будет? Их же здесь в лесу без присмотра оставлять нельзя! Так что пойдем откапывать твою собаку. Поверь, это лучше делать тихо, без свидетелей. А если что-то пойдет не так, я свяжусь со своими. Так что не переживай. Прорвемся!

“Какой странный человек все-таки этот Серафим Андреевич! – подумала я. – Вроде опасный, но почему-то я не чувствую в нем злобы и жестокости. Так кто же ты такой на самом деле?”

Я с интересом посмотрела на мужчину, а он, заметив это, улыбнулся и схватил меня за руку. Мы двинулись в путь. Я немного злилась, все-таки до города далековато было. Хотя Серафиму эта прогулка, похоже, доставляла удовольствие. Он неторопливо шел по лесу, глубоко вдыхая свежий воздух, и молчал.

- Так почему мы должны были пойти пешком, а не прокатиться на машине? – нарушила я молчание.

- Потому что, во-первых, я не хочу, чтобы Дина в таком состоянии толкалась среди других в переполненном автобусе. Во-вторых, так безопаснее. Меньше шансов нам попасться на глаза фанатикам. 

- И дольше!

- А ты куда-то торопишься?                                     

- Знаешь, там как бы люди с ума сходят, не ровен час, переубивают друг друга!

- И тебе их жалко, что ли? Они ведь убить тебя хотят.

- Это еще не доказано! К тому же в городе остались нормальные люди, мои друзья! Зинаида Игоревна, Любовь Анатольевна, дядя Василий! Да и половина моей семьи бегает среди опасных маньяков.

- Да, неприятно. Кстати, я кое-что заметил.

- Что?

- Все друзья у тебя какие-то пожилые.

- Это что за намеки? У меня есть еще Дуняшка!

- Ах да! Еще какая-то мифическая Дуняшка из семьи староверов, которая тебя бросила одну в темном туннеле, который вот-вот мог обрушиться! Это ведь она была?

- Ну да! – недовольно буркнула я и задумалась. А ведь правда, куда это они с дядей Виктором делись? 

- У тебя просто зашибись друзья! И в деревне тебя очень любят. 

- Не в деревне, а в городе!

- Да, да! В городе. Кстати, ты там какого-то мертвяка нашла. Знакомого? Признавайся, твой бывший? 

Я вспомнила о Романе и вздрогнула. Разговаривать сразу расхотелось.

- Неужели угадал? 

- Нет!

- А что тебя так передернуло?

- Не твое дело! Это мамин бывший, а не мой! Он пропал много лет назад. Все думали, что этот человек бросил нас с мамой и уехал. Оказывается, нет, ему помогли исчезнуть…

- Так это твой отец? Я думал, что он сгорел.

- Нет, этот человек не был моим отцом! Он появился после смерти папы.

- Да ладно! Я смотрю, твоя мама в молодости жгла не по-детски!

- Заткнись! Это не твое дело! 

- Твоя же сестра старше тебя? Она дочь твоего отчима… Получается, после всех загулов твоя маманя вернулась к Михаилу Ивановичу? И он так запросто принял ее обратно?

- Тебя бревном огреть? Ты офигел про мою маму такое говорить? Ты на свою сестренку-наркоманку посмотри! Что она творит! Да по сравнению с вашими развлечениями со жмуриками, мы просто святое семейство!

- А вот это ты сейчас зря! – прошептал Серафим. Он схватил меня сзади за шею и начал тереть затылок своим кулаком. Я пыталась вырваться, но не получалось. Пыталась покусать его, как Дина, но он держал крепко и не позволял вывернуться.

- Давай, проси прощения! Иначе хуже будет! – смеясь, сказал он.

- Да иди ты, псих ненормальный! – крикнула я, а он сильнее прижал меня к себе и начал тереть мою бедную голову еще быстрее с каким-то подозрительным садизмом.

- Ладно, ладно! Я извиняюсь! – не выдержала я.

- Извините меня, Серафим Андреевич! Я больше так не буду. Я буду вас слушаться и не буду грубить! – медленно с расстановкой произнес мужчина.

- Да пошел ты! А, ладно, ладно! Извините меня, Серафим Андреевич!

- И?

- Я буду вас слушаться и не буду грубить!

- Так-то лучше! – смеясь, сказал этот изверг и отпустил меня.

“Это он напрасно так со мной!” – злобно подумала я.

Отдышавшись, я схватила палку и с криком “Убью гада!” погналась за ним. Серафим засмеялся и побежал вперед. Я честно пыталась догнать его, но он оказался гораздо быстрее меня. Представляю, как мы выглядели со стороны! Я, коротышка с палкой, с жуткой гримасой на лице и жаждой крови в глазах бегала за этим амбалом, который ржал как конь.

В какой-то момент я споткнулась о корень дерева и полетела вниз. Больно ударившись подбородком о землю, я попыталась встать. Только у меня ничего не получилось, так как в глазах потемнело, а тело отказывалось слушаться. Недосып и отсутствие нормального питания дали знать о себе. Сверху послышался насмешливый голос:

- Ты там долго прохлаждаться будешь? Мы вроде спешили.

- Я сплю. До завтра не будить! – буркнула я. 

Тут я почувствовала, как кто-то схватил меня за шкирку, после чего я оказалась в воздухе. Палку у меня отобрали и выбросили в сторону, потом Серафим кинул меня себе на плечо и весело потопал вперед. Мне это, мягко говоря, не понравилось, но в глазах все плыло, так что я решила не сопротивляться и немного передохнуть.

- Знаешь, ты свой самый страшный враг! – подал голос Серафим. – Я сколько за тобой не гонялся с намереньем побить, так ни разу своей цели не достиг. Зато стоило только тебя немного вывести из себя, как ты уже в нокауте лежишь и комаров кормишь. Ты не умеешь контролировать свои эмоции, из-за этого делаешь всякие глупости, которые потом тебе же вредят. А знаешь, что это значит?

- Что? 

- Я знаю твое слабое место и теперь, если мне что-то не понравится, всегда буду использовать это против тебя.

- Что значит это твое “всегда”? Ты что, тут поселиться решил? Не вздумай! У меня после знакомства с твоим семейством все наперекосяк идет. Свихнусь скоро с вами. Давайте, уматывайте быстрее к себе в столицу!

- Ты это сейчас серьезно? – резко остановился Серафим.

Я промолчала. В голове все путалось. Действительно ли мне бы хотелось, чтобы они уехали? Все-таки с ними было очень даже весело, хотя из-за этих Котовых у меня появилась куча проблем, и нервы потихоньку начинали сдавать. Но без Ефима с Динкой все вокруг стало бы обычным. Серым. Но, с другой стороны, они все равно рано или поздно уехали бы. Это был лишь вопрос времени. 

“А что, если мне самой переехать в столицу? – осенила вдруг меня светлая мысль. - Там и возможностей больше, и даже такой чудик, как я, не будет сильно выделяться. Там есть и более странные личности. Интересно, семейство Котовых обрадуется, если вдруг обнаружит меня своей соседкой? Хотя там же жутко дорогая жилплощадь. Да и Котовы наверняка живут где-нибудь на Рублевке, так что вероятность быть рядом нулевая”.

- Я жду.

- Что? – не поняла я.

- Ты действительно хочешь, чтобы я уехал и оставил тебя в покое?

- Я сплю…

Серафим хотел что-то добавить, но резко повернулся и куда-то пристально посмотрел. Вдали показался дым. Он шел со стороны коттеджного поселка.

- Они что, правда сжигают поселок? – испуганным голосом спросила я.

- Тебе показалось! – ответил Серафим и быстро зашагал дальше. - Ладно, отдыхай! Продолжим потом!

 Его голос стал мягче, от чего мне стало не по себе. “Что он хочет там продолжить? – нервно подумала я. - Надеюсь, он не решил, что нравится мне, поэтому я не ответила? Наверняка он понял, что я так сказала потому, что не хотела грубить. Он же все правильно понял? Правда же?”

Удивительно, но оставшуюся часть дороги я проспала! Сама от себя такого не ожидала. Видимо, ударилась головой сильнее, чем думала. А Серафим спокойно нес меня и даже не возмущался! Проснулась я уже у бабушкиного дома, когда мужчина, усадив меня на лавочку, вскрывал замок!

- Как мы здесь оказались? – только и смогла я из себя выдавить, когда пришла в себя.

- Ты же сама хотела о чем-то отчима спросить. Ты мне это на поляне сказала, помнишь?

- Да, но… Ты меня тащил всю дорогу? И как смог незаметно через фанатиков пройти?

- Это было несложно. Все-таки они непрофессионалы. А у меня опыт какой-никакой имеется. А насчет тебя – это да, непросто пришлось. Кому-то надо в спортзал походить. А то попа тяжелая, перевешивает. А голова маленькая, мозгов-то почти нет!

- Да ты… 

Сказать я ничего не успела, так как за дверью послышался шорох. Серафим резко подскочил ко мне, зажал рот и утащил за забор.

- Кто здесь? – послышался голос отчима.

Кое-как освободившись из стальных объятий этого наглого типа, я тихо произнесла:

- Дядя Миша, это я!

- Ох, слава Богу! Я так волновался! Ты в порядке? Не пострадала? 

Дверь быстро открылась, и Серафим, схватив меня под мышки, в две секунды заскочил в дом, умудрившись при этом закрыть за собой дверь. “Вот как это у него получается? Что-то он слишком быстро и бесшумно двигается для обычного человека!” – подумала я и с подозрением посмотрела на мужчину.

- А я смотрю, зря волновался! У тебя телохранитель есть! – засмеялся мой отчим.

- Ефим, отпусти меня! – смущенно попросила я. Тот хмыкнул и поставил меня на пол.

- Вы видели, что там творится? Это просто кошмар! Люди словно с ума сошли! И Маша с тещей как вернулись с поляны, так только о Варваре и какой-то миссии твердили! Даже Оксана попала под влияние этой женщины! Утром они собрались и убежали с какими-то людьми тебя искать! Я пытался их остановить, но они меня чуть самого не убили! Все эта проклятая Варвара с Мымрой! Не знаю, что они сделали, но в городе творится самый настоящий бардак! На улицу выйти страшно! 

- Дядя Миша! У меня к вам другой разговор! – прервала я его. - Я тут нашего старого знакомого нашла.

- Да? Кого?

Я молча протянула ему перстень с рубином. Тот взял его трясущейся рукой и глубоко вздохнул.

- Где ты его взяла?

- В яме, куда Варвара вчера провалилась. Там нашла останки и этот перстень.

- А книгу?

- Книгу? Нет, там не было никакой книги.

- Тогда все понятно. Это все из-за этого чертового фолианта! Ты его не помнишь?

Я задумалась. Книга. Что-то крутилось в голове, но я никак не могла вспомнить. Перед глазами возник расплывчатый образ чего-то огромного, темного, в кожаном переплете. Почему-то он был весь в крови и, как мне показалось, тяжело дышал. С ужасом я отогнала жуткие мысли и продолжила задавать вопросы:

- Я поэтому и пришла. Я вообще почти ничего не помню, а надо бы. Расскажи мне, наконец, что тогда произошло. И хватит загадок. Мне кажется, что все, что сейчас творится, связано с той историей.

- Как бы мне хотелось, чтобы ты этого никогда не узнала! Мы столько сил положили, чтобы навсегда стереть этот ужас из твоей жизни, но, видимо, время пришло. Пойдемте со мной. Разговор будет длинным, - сказал упавшим голосом отчим и, повернувшись к нам спиной, направился вглубь дома.

Мы прошли в гостиную. Отчим включил чайник. На него было тяжело смотреть, он как будто постарел лет на пятнадцать. Видимо, эта история сильно по нему ударила. 

Я достала кружки, но отчим сказал, что будет кое-что покрепче, и предложил Серафиму присоединиться. Но тот попросил просто чаю, а я налила себе кофе.

- Итак, что ты хочешь узнать?

- Все с самого начала! Откуда вообще взялся этот Роман, почему так внезапно исчез и почему я время от времени вижу его в своих кошмарах! – взволнованно крикнула я, вскочив со стула. 

Моя нога зацепилась за ножку стола, и лежать бы мне опять на полу, если бы не Серафим. Он ловко подхватил меня и посадил на место, недовольно качая головой. Отчим, прищурившись, пристально посмотрел на нас и, вздохнув, начал свой рассказ.

- Как много вопросов. Знаешь, все это началось еще до твоего рождения. Ромка был первой любовью твоей матери и моим школьным другом.

- Что, правда? – удивилась я.

- К несчастью, да! Мы все учились в одной школе. Твоя мама с самого первого класса сохла по Ромке. Он был настоящим красавцем, хотя характер у него был сволочной. Никого не боялся, к другим относился как к грязи. Девчонок вообще за людей не считал, а те бегали за ним табунами. По правде говоря, сначала я ему завидовал, но потом, когда увидел, как этот человек поступает с твоей мамой, стал презирать его. Маша любила этого парня, а он обращался с ней как с вещью. Развлекался, а когда закончил школу, просто слинял. Твоя мама сходила с ума от горя, зато у меня появился шанс. Я начал ухаживать за ней. Она была не против, ведь ей так хотелось доказать всем, что она вовсе не брошенка и что у нее нет ничего общего с теми другими девушками, обманутыми Ромкой. А может, просто хотела отомстить, доказать, что она может быть счастливой и без него. 

Отчим замолчал и пустым взглядом окинул рюмку. Немного погодя он собрался с духом и продолжил:

- Через год мы уже поженились, еще через год родилась Оксанка, вот только твоя мама была еще слишком молода. Она не готова была к семье. Все чаще Маша стала оставлять дочку моей маме, а сама ходила на дискотеки. Я ведь в то время много работал, хотел в достатке содержать семью. Так что отчасти это и моя вина, я не уделял Маше должного внимания. В один прекрасный момент она просто не вернулась домой. Мы с мамой и тещей весь город на уши поставили и нашли ее в доме молодого художника, твоего отца. 

- Моего отца?

- Да. Не знаю, сколько они встречались, но Маша отказалась возвращаться домой. Сказала, что я ей не пара, что она достойна лучшего и что твой отец – гений, и она нашла наконец свое счастье. Признаюсь, я тогда его чуть не убил. Хорошо, что Василий был с нами. Он и Витька, травматолог наш местный, земля ему пухом, с трудом удержали меня и увели. Я был очень зол, запретил жене видеться с Оксанкой, думал, что она раскается и вернется. Но Маша сказала, что со мной дочке будет лучше, и полностью прекратила общение со мной. Я после этого чуть с катушек не слетел. Следил за женой, постоянно узнавал, как она живет. Развод мы так и не оформили, и я втайне надеялся, что Маша одумается. Через год родилась ты, и я начал терять надежду. Но время шло, и хоть твой отец и работал как проклятый, всемирной известности, как мечтала Маша, он так и не достиг. Вы жили хорошо, в доме, который перешел к тебе по наследству. Небогато, но и небедно. Но твоей матери этого было мало! Ей всегда всего было мало!

Михаил Иванович вскочил и стал нервно ходить по гостиной. Я видела, что он еле сдерживается, но не знала, как его успокоить. То, что мама с бабушкой очень любят деньги, я знала всегда, но никогда не думала, что все так серьезно. Тем временем отчим успокоился и продолжил:

- Все чаще они стали ругаться, и Маша опять начала уходить из дома. К тому времени я стал уважаемым человеком. Все-таки мои труды не прошли даром. Я снова стал ухаживать за Машей, надеясь, что она все-таки вернется ко мне, но тут приехал Ромка. Красавчик, как всегда, при деньгах и с какой-то маниакальной идеей подмять под себя весь город. Это были девяностые, привычный мир рушился, и беспредельщиков, мечтавших о легких деньгах, становилось все больше. Машка, когда узнала о его возвращении, как будто с ума сошла! Ярко красилась, надевала откровенные наряды, все хотела его внимание привлечь. И ей это удалось. Они сошлись. Но твой отец был в ярости, он грозился уничтожить Романа. Он разузнал все про его темные делишки и сообщил об этом кому следует. Говорят, Ромка из-за этого чуть не погиб. Ему пришлось срочно бежать из города, но не прошло и пары месяцев, как он вернулся. А спустя еще какое-то время ваш дом загорелся. Так говорилось в официальной версии, но все городские знали, что это полная чушь. По сути, выгорел лишь погреб, где и нашли твоего отца. Машка в то время уже ушла от вас и несколько месяцев жила у тещи, так что вы жили одни. Тебя нашли на чердаке, ты все твердила про какого-то черного человека, но была слишком мала и не могла его описать. Менты все свалили на детские фантазии и закрыли дело, подогнав его под несчастный случай. Но все понимали, что это, скорее всего, дело рук этого подонка.

- Так, стоп. Так отца Ани убил этот ваш Роман? – подал голос Серафим.

- По официальной версии это был несчастный случай! – усмехнулся отчим, но по его взгляду и так все было ясно.

Отчим не просто был уверен, он знал, что это был именно Роман. Я судорожно вздохнула, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Мама жила с убийцей моего отца. В моей голове это никак не укладывалось. Я вопросительно посмотрела на Михаила Ивановича, но он сразу отвернулся. Тихим голосом он продолжил:

- Маша недолго горевала. После похорон она продала почти все вещи твоего отца и поселилась в его доме с тобой и Ромкой. Вот только этот подонок никогда не любил твою мать. Ему было просто с ней удобно, а она все терпела. Он шлялся по девкам, постоянно уходил в загулы и не ночевал дома, обижал вас, а Маша ему все прощала. Ромка же год от года становился все злее. Он сколотил свою банду отморозков и шантажировал местных предпринимателей. Тех, кто был против него, избивали, а некоторые жители и вовсе погибли при странных обстоятельствах. Кроме того, в округе стали пропадать молодые красивые девушки. Кто-то говорил, что это дело рук маньяка, я же думаю, что это Ромка со своими людьми развлекался. 

- Маньяк? Так, значит, в городе действительно был маньяк? – удивленно спросила я.

- Да, и это не все. Ты же помнишь нашего Василия? Так этот гад хотел у него землю отжать, себе коттедж построить, но Василий ему отказал. Так через пару дней его дом со всей семьей сгорел. Это именно после этого у нашего Васьки крышу сорвало. А потом Ромка решил захватить наш завод. Муж твоей хорошей знакомой, Зинаиды Игоревны, тогда был его директором. Он ни в какую не хотел идти на поводу у этого монстра, тогда тот со своей бандой подкараулил его и расстрелял прямо на пороге собственного дома. После Ромка решил воспользоваться неразберихой из-за смены правления и через несколько дней все-таки сделал попытку захватить завод. Вот только народ дошел до точки кипения. Люди вышли и загородили вход, отказываясь подчиняться этим ублюдкам. И тогда этот урод дал команду стрелять. В этой мясорубке погибло много хороших людей, но и наши не остались в стороне. Положили всех этих упырей. Благо кто-то догадался оружие привезти. Только Ромка успел сбежать. Всегда был фартовым. Сколько покушений пережил – не счесть! Понимая, что так просто этот гад не успокоится, мы поехали за ним. Он как-то в бане в пьяном угаре разболтал девочкам, что удачу ему приносит какая-то старинная книга. Вот только она очень прожорливая, постоянно требует крови. Ромка еще много всякого бреда наговорил, который на следующий день разлетелся по городу. Он этой реликвией очень дорожил и хранил в сейфе у вас дома. Мы сразу поняли, что без нее он не уйдет, и рванули к вам. И чуть было не опоздали.

Мужчина вздохнул. Он приблизился ко мне и погладил меня по голове. Я во все глаза смотрела на него, понимая, что сейчас, наконец, узнаю, что со мной произошло, откуда эти кошмары. Внутри все сжалось, в голове стоял шум, но я была рада тому, что теперь все узнаю, что не будет больше белых пятен в моей жизни.

- Тебе с этим извергом пришлось прожить около трех лет, - между тем продолжил отчим. - Все это время он над тобой издевался. Ты часто сбегала из дома и пряталась в лесу. Вот только помочь тебе никто не мог. Все боялись Романа. Тот запретил кому бы то ни было приближаться к тебе, а если кто ослушивался, избивал бедолагу до полусмерти. Когда тебе исполнилось семь, тебя не отправили в школу, а перевели на домашнее обучение. Твоей учительницей стала одна моя знакомая, Валентина Игнатьевна. Она была уже в возрасте и никого не боялась. Валентина была в ужасе от того, что с тобой творилось. Она часто видела у тебя на теле порезы и синяки. Валентина хорошо понимала, чьих это рук дело, и сильно боялась, что долго ты не протянешь. Она пыталась достучаться до Маши, писала заявления в различные инстанции, вот только доказать ничего не могла. Машка прикрывала своего любовника, а менты на все закрывали глаза. Возможно, Ромка избавился бы от Валентины, вот только тебе надо было учиться, а, кроме нее, никто к вам идти больше не соглашался. К тому же от “старой козы”, как Ромка называл твою учительницу, он не ждал никакого подвоха. И зря. 

Михаил Иванович невесело усмехнулся, а у меня в голове всплыл образ пожилой женщины с добрыми глазами. Моя первая учительница. Я ее очень хорошо помнила. Она была боевой женщиной, но при этом очень доброй. Всегда улыбалась мне. Казалось, что она любила весь мир. Когда я узнала, что ее не стало, я проплакала несколько дней, а потом как отрезало. С тех пор я не проронила ни слезинки. До встречи с Серафимом.

- В тот злополучный день Машка после очередной порции побоев убежала к матери, оставив тебя одну, - вырвал меня из воспоминаний голос отчима, - поэтому, когда взбешенный Ромка ворвался к вам домой, защитить тебя было некому. Я не знаю, что между вами произошло. Валентина рассказывала, что пришла к вам, чтобы обсудить твой перевод в обычный класс, вот только дверь никто не открывал. Зато в доме стоял страшный шум, а потом послышались крики. Недолго думая, она рванула в дом, благо в спешке Роман не закрыл дверь на ключ, и увидела, как этот изверг замахнулся на тебя ножом. Она не растерялась, схватила первое, что попалось под руку и швырнула ему в голову. К несчастью для Романа, это оказалась тяжелая хрустальная ваза. Я помню, когда мы ворвались к вам, то увидели ужасную картину. Ты лежала без сознания в объятиях Валентины, а рядом с пробитой головой валялся Роман. Недалеко от вас под огромным старинным зеркалом лежала та самая книга, гигантский том в кожаном переплете, весь залитый кровью. Роман был еще жив и даже попытался встать. Я лично выстрелил ему в голову. После мы с ребятами сожгли его труп и закопали вместе с его любимой книгой на поляне. Этот чертов фолиант мы тоже пытались сжечь, но он был чем-то пропитан и только тлел, так что мы не стали заморачиваться.

Михаил Иванович подошел к столу и взял рюмку. Залпом он осушил ее, словно стараясь стереть тяжелые воспоминания. Мы с Серафимом молчали. Каждый думал о своем. Отчим устало посмотрел на меня и снова заговорил:

- Когда я отвез тебя в больницу, врачи были в шоке. У тебя была крайняя степень истощения, сломаны ребра, а по всему телу были жуткие порезы. А еще сотрясение мозга и частичная потеря памяти. Я не мог тебя бросить в таком состоянии, поэтому, когда ты пошла на поправку, забрал из больницы к себе. Ты стала частью нашей семьи. Моя мама приняла тебя как родную внучку. Валентина тоже не осталась в стороне. Она была очень хорошим психологом. Воспользовавшись ситуацией, она помогла убрать часть воспоминаний. Не все и, как она сказала, не навсегда, но это помогло тебе вернуться к нормальной жизни. Валентина помогла тебе закончить начальную школу и пойти в пятый класс уже со всеми детьми. После чего навсегда уехала из города. Что касается бойни на заводе, то дело быстро замяли, а всех защитников оправдали. Ментам не нужна была шумиха, иначе к нам могли нагрянуть с проверкой, и тогда многие лишились бы хлебных должностей, а кое-кто еще и свободы.

- А мама? Что было с ней?

- Маша? Она помыкалась по друзьям, и, спустя какое-то время, все-таки вернулась ко мне. После смерти моей матери я продал дом, и мы все переехали к теще, а на деньги от продажи сделали ремонт. Оксанке понадобилось много времени, чтобы простить мать. И на тебя она часто срывалась. Но ты на нее не обижайся, ей просто было больно оттого, что мама так просто от нее отказалась. Но я невероятно этому рад. Мне страшно представить, что могло бы случиться, живи она с Машей и этим придурком. Я до сих пор виню себя за то, что сразу не забрал тебя из этого дома, я ведь знал, что Ромка за человек. Прости меня, девочка.

- М-да, - только и смогла я выдавить из себя. 

Если честно, я после услышанного так растерялась, что умные мысли просто не лезли в голову. Поэтому, чтобы нарушить всеобщее молчание, я сказала первое, что пришло в голову:

 - Дядя Миша, а почему ты сказал, что дядя Витя умер? Я же его сегодня видела. Или это другой травматолог?

- Тебя что, из всего рассказа твоего отчима только это смутило? – вспылил Серафим. – Или это так шоковый синдром у тебя проявляется?

- Почему ты злишься? – удивленно спросила я. 

- Почему, почему… Потому! – злобно крикнул на меня этот неуравновешенный тип, а потом добавил: - Тихо, слышишь? Здесь кто-то есть!

Сверху послышался шум. Мы разом подняли головы и увидели, как со второго этажа к нам спускаются мама и Оксана. В руках матери было ружье отчима, и она направила его прямо на меня. Михаил Иванович тут же подбежал ко мне и загородил собой.

- Ну здравствуй, детка! – с усмешкой сказала мама.

- Прекрати! Что ты делаешь? Это же твоя дочь! – крикнул взволнованный отчим.

- Не смеши меня, эта девчонка – дочка этого неудачника Борьки. Такая же, как отец! Абсолютно бесполезная и жалкая. Но хоть сейчас она пригодилась! Я отведу ее к избранной и смогу войти в круг приближенных! Я встану рядом с Варварой и буду править вместе с ней!

- Ты с ума сошла? Кем править? Вы что там, совсем из ума выжили? 

- Ты глуп! Ты даже представить себе не можешь, что сейчас происходит! Старому миру приходит конец. Теперь в этом мире будут другие боги, и я хочу войти в их круг! Ты думаешь, сумасшествие в нашем жалком городке – это просто случайность? Нет, это лишь первый шаг к новому порядку! Скоро так будет везде! И нашей владыке Варваре не хватает лишь одного – ее крови! – выкрикнула мама и, жутко смеясь, ткнула в меня пальцем. – Но не волнуйся, ты нужна живой, так что убивать тебя я не буду. А вот про твоего хахаля не могу сказать с такой же уверенностью. 

Мать направила ружье на Серафима, а я вздрогнула и испуганно закричала:

- Мама, хватит! Я пойду с вами, только убери ружье!

- Ха, так я тебе и поверила! Оксанка, возьми наручники и делай, как договаривались.

Сестра посмотрела на меня с усмешкой и сказала:

- Как я рада, что этот день пришел. Ты себе представить не можешь, как я тебя все это время ненавидела! Твою ненормальность и то, что ты с ней постоянно лезешь в мою спокойную жизнь! И дети тебе подыгрывают, не понимая, что по тебе дурка давно плачет!

- Вот и я об этом постоянно говорю, - встрял в разговор Серафим, - и я готов оплатить лечение. Мы можем прямо сейчас уехать и заняться этим вопросом. Пойдем, Аня, я в Москве хорошую клинику неврозов знаю. Тебя могут по моей рекомендации принять уже сегодня!

- Никому не двигаться! – завопила мама. – Только дернись, и твои мозги будут размазаны по всей гостиной! Давно уже хотела обои переклеить, а тут такой шанс! Ха-ха! 

- Дорогая, ты ведь несерьезно? – с ужасом проговорил отчим.

- Давай проверим! Будешь первым?

- Мама, стой! – вмешалась Оксана. – Давай я все сделаю сама, дай мне ружье! Или ты мне не доверяешь?

- Что ты такое говоришь, солнце мое! Конечно, я верю тебе! – дико улыбаясь, сказала мать и отдала сестре оружие. А та, недолго думая, ударила прикладом ее прямо по затылку.  Мать завыла, а Серафим, не теряя ни секунды, рванул к ней и заломил руки.

- Блин, я сейчас реально чуть не обосралась! – только и смогла я сказать, глядя на борьбу родных мне людей.

- Заткнись, идиотка! С тобой еще разговор не окончен! – закричала сестра, помогая Серафиму держать мать. Та орала как ненормальная, проклиная всех и вся, и все время пыталась вырваться.  Глядя на ее поведение, я вспомнила Дину. Только та была еще агрессивнее. “Не понимаю. Получается, что при встрече с Варварой у людей сносит крышу, и все худшее, что есть в человеке, лезет наружу? Но как это возможно?” – с ужасом подумала я, вспоминая, как девушка вела себя в доме Леры Вениаминовны.

Скрутив мать, Серафим закинул ее на плечо и вместе с отчимом поднялся на второй этаж. Мы остались с Оксанкой вдвоем.

- Оксан, спасибо, что помогла, - тихо шепнула я.

- Это все не ради тебя, дура! Это все ради мамы! Очнувшись, она бы никогда себе не простила, если бы с тобой что-то случилось! Она тебя любит! Хотя за что, мне до сих пор непонятно. Ты ведь как назойливая муха, лезешь куда не надо, а потом всю душу выворачиваешь! 

- Ты это вообще, или про какой-то отдельный случай?

- А ты не понимаешь? Помнишь Генку?

- Того самого? Твоего первого парня?

- Заткнись, не смей о нем говорить! Ты ведь знаешь, что он сделал мне предложение, но после школы уехал и так и не вернулся?

- Да, было такое…

- Так вот, ты же потом мне весь мозг проела, что он приезжал и просил кое-что передать. Все звала к его мамаше, которая меня всегда ненавидела! Всю душу вынула!

- Но он ведь правда приезжал…

- Нет, я узнавала у его друзей и родных. Они ведь потом смеялись надо мной, крутили пальцем у виска. Говорили, что я совсем от любви чокнулась! Ты не просто меня подставила, ты дала надежду, что он все еще любит и помнит меня! И потом в течение месяца мучила, издевалась! А я как дура действительно его ждала!  Как ты могла! Разве это было смешно? Ответь мне?

- Нет, - тихо сказала я. - Но я действительно его видела…

- Ага, как и дядю Витю, и бабушку и даже свою старую училку Валентину! Ты просто больная на голову дрянь, которая только и может, что мучить людей! И да будет тебе известно, дядя Витя - это тот самый травматолог, и умер он десять дней назад. Будь ты хоть немного внимательнее, знала бы, что вчера отец ходил на поминки. Они не были близкими друзьями, но папа всегда хорошо о нем отзывался.

- Это получается, у меня глюки, что ли?

- А ты сомневаешься? – засмеялась сестра.

- И Малевич тоже плод моего воображения? Но его Дина тоже видела…

- К тебе что, мертвый художник в гости захаживает? – как-то совсем истерично заверещала сестра. – А твой парень знает об этом? Не ревнует? Как ты вообще умудрилась с кем-то начать встречаться? Я ведь от удивления чуть не упала, когда он к нам домой в первый раз пришел.

- И Дуня что, тоже? Да быть не может! Деревня же самая настоящая! – тихо пробурчала я себе под нос.

- Какая еще деревня? Ты что, опять на этот жуткий погост ходила? Ты с ума сошла? Да там столько народа в болоте утонуло! А сколько с катушек слетело? Там люди пачками каждый год теряются! Сама же помогала их искать! И эта твоя выдуманная подруга. Ты про нее с самого детства талдычишь. Нам, конечно, Валентина Игнатьевна говорила, что в детстве дети часто себе придумывают друзей, но потом вырастают и забывают о них. Но это не твой случай! Она тебе все еще является, да? Все! Сил моих больше нет! Пусть Серафим забирает тебя в Москву в эту клинику неврозов. Может, хоть там тебе помогут!

- Договорились. Как все закончится, забираю этого хомячка с собой! – послышался довольный голос сверху.

Оксана резко подняла голову и недовольно заголосила:

- И тебя это не пугает? Это все не шутки! Мы-то давно смирились, все- таки это наш крест. Мы семья! Тебе это зачем? Нормальный мужик, найдешь хорошую девушку, зачем тебе эти проблемы?

- Такую точно уже не найду. К тому же она не опасна. Ну видит иногда старых знакомых, но это не проблема. Просто будет под постоянным наблюдением, как и моя чокнутая сестренка! – засмеялся Серафим. – А вы, Михаил Иванович, не против?

- Я так и знала, что ты странный! – вмешалась я в разговор. – И не надо за меня решать. Я пока еще не смирилась с тем фактом, что являюсь психом, а вы уже решаете, где я буду жить и в какую клинику меня определить в случае срыва. Не надо тут этих ваших разговоров! Лучше скажи, как там мама?

- Плохо. Я просто не узнаю ее! Пока пусть посидит в комнате. Но ее нельзя оставлять одну. Кстати, Оксан, а где бабушка? Она все еще с Варварой? – подал голос отчим.

- Да, ее увели куда-то. Мымра сказала, что пока мы Аню не приведем, бабушку не выпустят.

- Да, дела. Как же ее оттуда забрать? – напряженно спросил Михаил Иванович.

- Элементарно! Я пойду сдаваться Варваре! – торжественно заявила я.

- Нет! – рявкнули на меня сразу три человека, отчего я испуганно присела и затихла.

- Должен быть другой выход! Я не отпущу моих девочек! В конце концов, теща уже пожила свое…

- Папа! – закричала на отчима Оксана и замахнулась на него рукой.

- Можем подождать моих ребят и устроить там штурм! – деловито произнес Серафим.

- Все-таки ты непростой человек, Ефим! Сознавайся, ты в каких-то структурах работаешь? – сказала я и с подозрением посмотрела на этого странного человека.

- Почти. Поедешь со мной и все узнаешь!

- Времени нет! – грустно произнесла сестра. – Мы не просто так сюда вломились. Варвара хочет какой-то ритуал кровавый провести. И ей нужна не только твоя кровь, но и многих других. Она пообещала, что если до заката мы тебя не приведем, то первой будет бабушка! 

- Тогда чего мы ждем? Ты меня отведешь к этой психованной стерве! Сама сказала, что Варвара меня убивать не собирается! Под шумок заберешь бабулю, а Ефим дождется своих и потом устроит там штурм.

- Как у тебя все просто! А вдруг она передумает?

- Передумает и что? Мир просто лишится еще одного психа, может, даже станет чуточку лучше.

- Я тебя одну не отпущу! – рявкнул на меня Серафим, после чего потер переносицу и продолжил:

- Пойдем втроем. Михаил Иванович, я передам координаты нашего расположения своей группе и на всякий случай оставлю им ваш телефон. Будьте всегда на связи. Где сейчас Варвара со своими фанатиками?

- Окопалась в офисном здании. Варвара на последнем этаже, где бабушка, я понятия не имею. Может, получится зайти в здание, найти бабушку и по-тихому убежать вместе с Аней? – подала голос сестра.

- Посмотрим. Пока остановимся на следующем плане. Оксана, ты сдашь Аню и заберешь бабулю. Они считают тебя своей, так что не тронут. Я незаметно пойду за Анькой. Прослежу, как бы чего не вышло. В случае опасности сразу заберу ее оттуда. Если повезет, никто не пострадает, и мы убьем сразу двух зайцев.

- Это ты, надеюсь, не Варвару с Мымрой угробить решил? – произнесла я и нервно хихикнула.

- Все может быть. Вот только они поверят, если ты им сестренку в одиночку сдашь? Без матери? – обратился Серафим к Оксане.

- Конечно! Если бы ты видел их рожи. Да они как зомби стали! Даже если я тебя сдам вместо нее, думаю, они не особо разницу увидят. Там из соображающих остались только эта психованная экстрасенша и Мымра, - с усмешкой ответила сестра.

- А как ты смогла справиться с массовым безумием? – удивленно спросила я. – Ты же и на Черной поляне была и с Варварой постоянно контактировала. 

- Так я в дурдоме каждый день обитаю! Бабушка, мама, Федор… Еще и дети постоянно что-то отчебучивают. И это я еще молчу про тебя. Если я буду на все неприятности агрессией отвечать или идти у всех на поводу, у нас дома настоящий хаос начнется! Хотя, если честно, то, что делает эта проклятая Варвара, даже мне по психике ударило. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не начать крушить все вокруг! – сказала сестра и как-то странно посмотрела на стул, а я на всякий случай отошла от нее на два метра. 

- Тогда вперед и с песней! – радостно воскликнула я и хотела было выйти из дома, но Серафим схватил меня за шкирку и прижал к себе.

- Нельзя идти без подготовки! Ты, - указал на меня мужчина, - уже была там, и не раз, так?

- Да, - растерянно сказала я.

- Иди и нарисуй план здания. Михаил Иванович, пойдемте. Посмотрим, может, найдем что-нибудь полезное для нашей вылазки. И можно взять взаймы у вас ружье? 

- Да, конечно!

- Отлично. Оксана, присмотри пока за матерью. Все по местам, действуем быстро. Времени у нас мало. И нужен будет транспорт. Есть у кого-нибудь машина на ходу?

- Моя “Ока” на ходу! – гордо сказала Оксана.

- Э, а еще какой-нибудь транспорт? Михаил Иванович?

- Нет, к сожалению. На моей машине Федор детей в центр увез.

- Хорошо, будем работать с тем, что есть, - расстроено сказал Серафим, после чего мы начали готовиться к нашему походу. Настроение у всех было приподнятое, вот только у меня на душе скребли кошки. Я боялась. Боялась, что увижу того, кто уже долгое время должен лежать в земле.

Аня

Никогда не думала, что могу так смеяться. Ржала я в голос и никак не могла успокоиться. Со мной никогда такого раньше не бывало! От смеха у меня разболелся живот. Казалось, что еще чуть-чуть, и я просто умру. А виной всему был Серафим, а точнее, его попытки влезть на заднее сиденье нашей “Оки”. И ежу было понятно, что с его ростом и габаритами это плохая идея, но мужчина упорно не хотел сдаваться. Мы с сестрой сразу предложили Серафиму сесть вперед, но он сказал, что по дороге нас могут остановить фанатики и ему лучше замаскироваться.

“Конспиратор хренов!” – вытирая слезы, подумала я, глядя на очередную попытку мужчины проникнуть в салон несчастного авто. Когда же ему это все-таки удалось, он, укрывшись курткой, клятвенно пообещал лично надрать мне уши, когда все закончится. “А то и без тебя мало желающих!”- фыркнула я про себя, услышав угрозу.

Когда все уселись, мы начали распределять оружие, найденное мужчиной в доме бабушки. Серафиму досталось ружье и пара ножей, Оксане дали газовый баллончик и биту, которую она умудрилась впихнуть в свою дамскую сумочку размером с вещевой мешок. Мне не дали ничего, сказав, что это небезопасно. А то ненароком покалечу себя. Я возмутилась из-за такой несправедливости, но меня быстро заткнули, и мы отправились в путь.

Офисный центр находился в другом районе, поэтому добираться до него предстояло целых двадцать минут. Однако Серафим не мог ехать молча. Он постоянно задавал вопросы, чем сильно нервировал меня.

- И давно твоя сестренка видит мертвяков? – спросил он у Оксаны.

- Сколько ее знаю. Мы ведь познакомились после смерти этого Романа. Я не знала ее до этого. Так что сказать, когда именно это началось, не могу.

- А другие отклонения у нее есть?

- Это что за вопросы? Я, вообще-то, все слышу! – обиженно подала я голос.

- Тихо, с тобой потом поговорим! – сказал Серафим и своей лапищей погладил меня по голове.

- Ну еще она абсолютно неприспособленна ко взрослой жизни. Мне пришлось ее учить платить за свет и варить макароны! А ей уже было двадцать! Оказывается, все это время ей помогал отец, но когда он угодил в больницу, то вся забота об этом бесполезном существе легла на мои плечи! Я до сих пор вспоминаю с содроганием мой первый поход в ее жилище!

- Да, неподготовленного человека там может удар хватить.

- Ага, а до моего прихода там было еще страшнее! Это я заставила ее более-менее убраться, и ремонт в спальне мы делали вместе! Чуть не убили друг друга, но хоть теперь человек живет в нормальных условиях! Удивительно, как только деньги умудряется зарабатывать. Из магазина не ушла, убежала! Обозвала директора “сатрапом местного разлива”, одела ему на голову ведро с мусором и была такова! Мы еле уговорили его не писать на нее заявление. Спасибо Зинаиде Игоревне: она смогла его как-то утихомирить. От работы уборщицей Аня наотрез отказалась и жила долгое время непонятно на что! У меня даже возникали мысли, что она подрабатывает древнейшей профессией, все-таки лицо миловидное, но потом я сразу отогнала от себя подобные предположения. Ведь к ней ни один нормальный мужик даже под страхом смерти не подойдет. Город маленький, и все в курсе о ее “бедовости”.

- Это все слухи! – возмутилась я.

- Ага, а помнишь бедолагу, который в пьяном угаре назвал тебя принцессой и хотел полапать? Он же лишился руки!

- Это как? – удивился Серафим.

- Была ночь, я шла с работы домой. Он напугал меня! Выскочил и хотел затащить в кусты! Но я отбилась и спряталась за трансформаторной будкой. Я не думала, что он реально решит полезть внутрь и схватится за оголенный провод. Я, между прочим, ему жизнь спасла, скорую вызвала.

- Ага, а твой бывший одноклассник? Он не поверил слухам и пытался ухаживать за тобой.

- Ты же прекрасно знаешь, что он поспорил с друзьями, что сможет переспать со мной. А когда я ему отказала, после школы ударил меня и пытался затащить в подсобку. А в школе как раз инвентаризация шла, и туда всякий хлам перетащили. Когда он открыл дверь, на него свалился старый унитаз. Я, кстати, тоже пострадала: мне руку поцарапало осколком!

- Ага, пришлось ее мазать зеленкой! А того бедолагу в реанимацию увезли.

- Но он же выжил.

- Зато потом обратно так и не вернулся. Вся его семья переехала в соседний поселок.

- Это не моя вина, это отчим на них надавил. Он узнал правду. И поделом этому парню и его семье! Они меня всегда ненавидели. Его мамаша меня отродьем называла, а бабушка плевала вслед.

- Еще помнишь…

- Хватит! Серафим все понял.

- Правда? А по-моему, не очень! Были и другие случаи!

- Ему это неинтересно!

- Неправда, мне очень интересно! Оксана, давай потом еще пообщаемся, расскажешь все. Твоя сестра просто вредитель какой-то!

- Не то слово!

- Малыш, ты просто клад! Давай я тебя к конкурентам устрою работать. Будешь у них диверсии устраивать! Деньгами не обижу.

- Да иди ты в задницу!

- Это что, предложение? – каким-то странным голосом произнес Серафим.

- Э, давайте не при мне свои извращения обсуждайте! – возмутилась сестра.

- Извини. Кстати, то, что она беспомощна, как котенок, в бытовых вопросах - это я знал, но то, что она так запросто калечит людей – это для меня новость. Надо сестренку предупредить, а то она не в курсе. А какие ненормальности еще есть у твоей сестры? Все-таки я должен знать, чего ждать от этого хомяка! Все-таки к себе домой беру, а там у меня, знаете ли, люди работают.

- Да вроде все, - задумчиво произнесла сестра, - а тебе что, мало? Хотя нет, есть еще! У нее просто отвратительный характер! Она ведет себя как необразованное быдло! Всех, кто ей не нравится, выживает со своей территории! Хотя это не так уж и плохо. К нам перестали ходить бабушкины сестры по БАДам, да и Мымра лишний раз старается не появляться.

- Я не веду себя как быдло и образование у меня есть! Я, между прочим, закончила филиал Московского института искусств!

- Заочно! - усмехнулась сестра.

- И что? Зато сейчас работаю по профилю! К тому же на учебу заработала сама!

- Слушай, а ты ведь можешь в школе учителем рисования работать, так?

- Теоретически. Хотя ты что, реально хочешь увидеть меня в школе рядом с детьми? Ты за что так ненавидишь нынешнее поколение?

- Эй, никого я не ненавижу! Просто мысли вслух. А ведь получается, ты уже окончила свой институт, когда мы тебе должность уборщицы предложили. Ты, наверное, очень расстроилась.

- Конечно! Обидно, когда даже самые близкие люди в тебя не верят.

- А я в тебя верю. И даже могу допустить, что твои призраки к тебе действительно приходили! – вклинился в разговор Серафим.

- С чего это вдруг? – недоверчиво спросила я.

- У меня просто случай в жизни был. Мне когда восемнадцать исполнилось, я не стал косить от армии и честно отслужил два года. После решил связать свою жизнь с военным делом. Пошел служить по контракту вместе со своим лучшим другом, с которым познакомился в первый год службы. Мы с ним чего только не вытворяли! Столько всего вместе прошли! А потом погибли родители, и мне срочно пришлось вернуться домой. И вот однажды я шел по улице и увидел его, моего Пашку. Я так обрадовался, а он поднял руку и показал знаком, чтобы я остановился. Я вначале удивился, но друг стоял и улыбался мне, и я замер, глупо лыбясь ему в ответ. И именно в этот момент буквально в метре от меня пронеслась машина, снося все на своем пути. Она врезалась в магазинчик, и оттуда вывалился вусмерть пьяный мужик. Я вначале не понял, что произошло, и стал звать Пашку, но его нигде не было. А через неделю я узнал, что друг две недели как погиб. Его взвод напоролся на засаду боевиков.

- А ты уверен, что тебе не показалось? – удивленно спросила я.

- Уверен, - сказал Серафим, после чего быстро сменил тему. - То белое трехэтажное здание впереди, это тот самый центр?

- Да, мы почти на месте! – ответила сестра.

- Тогда тормози здесь!

Мы остановились. Я думала, что Серафим опять будет как мамонт выбираться из машины, но он удивительно ловко махнул через сиденье и скрылся в близлежащих кустах. “Все-таки непростой человек, этот Ефим!” – мелькнуло у меня в голове.

- Теперь ты! – обратилась ко мне сестра. – Давай руки.

- А это обязательно? И откуда у тебя наручники взялись?

- Несколько ментов присоединились к нам, так что надеюсь, Серафим знает, что делает. И не капризничай! Ключ положу тебе в карман. Смотри не потеряй! И пожалуйста, будь осторожна!

- Что, волнуешься, что ли? – с ухмылкой спросила я и протянула сестре руки.

Оксана защелкнула наручники, после чего резко схватила меня за голову и посмотрела прямо в глаза.

- Учти, если ты умрешь, я тебе этого никогда не прощу! – тихо сказала она и крепко обняла меня.

- Все-таки ты меня любишь.

- Ага, где-то глубоко в душе. Прям совсем глубоко. Все, вперед, удачи нам!

Мы молча доехали до пункта назначения. Я от волнения ерзала на сиденье, чем дико бесила и без того встревоженную сестру.  Она постоянно цыкала на меня, но я ничего не могла с собой поделать. В какой-то момент мне просто захотелось сбежать из машины, так что, может, и хорошо, что она меня пристегнула. Я очень боялась встречи с Варварой. Нет, не так! Я очень боялась, что рядом с ней встречу того человека. И пусть он давно умер, мне почему-то казалось, что часть его еще жива и вот-вот бросится на меня откуда-то сверху или выползет из-под сиденья и утащит в темноту как в фильме ужасов. Без Серафима я чувствовала себя очень уязвимой. К счастью, мои мучения оказались недолгими. Из ступора меня вывел толчок. Оказалось, Оксанка уже успела выйти из машины и всячески пыталась выпихнуть меня из нее.

- Давай, приходи уже в себя! Нашла, когда отключаться! Выметайся! – кричала она на меня.

Одно радовало: со стороны мы выглядели убедительно, прямо жертва и террорист. Особенно когда она схватила меня за шкирку, вытащила из машины и бросила на асфальтовую дорожку. “И откуда столько силы в таком хрупком теле!” – удивленно подумала я, потирая ушибленную челюсть. От удара я чуть пары зубов не лишилась!

- Ты переигрываешь! И вообще, это необязательно! Смотри на них, им, похоже, все равно, что мы тут изображаем! – тихо шепнула мне Оксанка.

- Да, наверное. Хотя вдруг Мымра или Варвара в окно смотрят? Надо продолжать играть, к тому же когда ты еще сможешь меня безнаказанно дубасить! Пользуйся случаем! – шепнула я Оксане, а сама подумала: хорошо, что сестра не догадывается, что я как раз не играю. Мне действительно было страшно, и от этого тело не слушалось.

- Ладно, иди! А то Серафим, наверное, уже внутри. Я видела, как он по пожарной лестнице вверх поднимался. Так что не дрейфь! Все будет хорошо!

- Тебе легко говорить с газовым баллончиком и битой! А мне даже обычный нож не дали! Как мне драться?

- А ты и не дерись! Просто изображай из себя жертву и тяни время. И не бойся, мы тебя не оставим!

- Ага, все так говорят, а потом ищи вас всех!

- Тихо, мы на месте!

Мы подошли к проходной. Те люди, которые нас встречали, действительно выглядели странно. У них были безжизненные лица, абсолютно ничего не выражающие. Мне даже показалось, что здесь и нет никого.

- Это те самые телевизионщики! – шепнула мне сестра.

- Да ладно!

- Ага. Сейчас эти люди похожи на безжизненные статуи, но стоит Варваре сказать “Приготовились, камеры, начали!”, они меняются моментально! И, если кто-то встал у них на пути, с ног собьют, наступят и дальше пойдут! Становятся похожи на стервятников. Готовы глотку перегрызть любому! Но наши ничем не лучше. На сектантов похожи. Помнишь, мы репортаж смотрели, где люди бесновались и поклонялись какому-то придурку, объявившему себя мессией? Вот точно так же себя ведут.

- Чудесно, просто чудесно! Буду иметь в виду! А Мымра наша? С ней что?

- Это просто Гитлер в юбке! У нее от власти и вседозволенности крышу снесло! Возомнила себя главной и раздает поручения направо и налево, а если кто-то отказывается слушаться, то избивает и запирает провинившегося в одном из офисов. Она мне шепнула, что те люди первые кандидаты в жертву какому-то новому божеству!

- Не верю, что это происходит в нашем городе! Вот сейчас проснусь, и всего этого не будет! Я пойду на работу, а потом к вам, и ты весь вечер будешь нудеть, что я бесполезное существо!

- Эх, если бы все действительно было так, я была бы самым счастливым человеком!

Мы прошли внутрь здания. Нас встретила Мымра. Она действительно стала похожа на диктатора из стран третьего мира. Оделась в какой-то нелепый балахон с мантией и с гордым видом уставилась на меня. Я молча посмотрела ей в глаза, отчего она поперхнулась и закашлялась, но быстро придя в себя, заговорила слащавым голосом:

- А ты не меняешься: все тот же мерзкий норов и тяжелый взгляд, от которого кровь в жилах стынет! Но ничего, скоро мы из тебя эту дурь выбьем.

- “Мы” - это кто? Варвара твоя? Или ты думаешь, что, облизывая ей пятки, ты станешь с ней наравне в этом вашем улье? Королева может быть только одна, и поверь, ты на нее никак не тянешь. Максимум – на придворного шута! – с ухмылкой сказала я, за что немедленно получила пощечину.

- Веди ее в ритуальный зал! А я доложу нашей избранной, что все готово! – взвизгнула Мымра, обращаясь к сестре.

- Слушаюсь, Маргарита Осиповна! Но скажите, пожалуйста, где моя бабушка? Ей просто необходимо принять лекарства. Она без них не протянет долго. Можно я отведу ее к машине? У меня там аптечка осталась, – смиренно проговорила сестра, опустив голову.

- Да, совсем захворала старушка! Без витаминок у нее ломка начинается и крыша едет, прямо как у местных обитателей! – засмеялась я, за что получила очередную оплеуху.

- Конечно, отведи ее, и ты свободна! Алевтина Матвеевна на втором этаже в бытовке. Извини, пришлось ее туда спрятать. Сама понимаешь, я не до конца была уверена в вашей верности! Все-таки вы родственники, а всего один испорченный гриб может отравить все блюдо и убить семью. Мы ведь семья? Так?

- Конечно, Маргарита Осиповна!

- Кстати, а где Мария?

- Ей пришлось остаться дома, следить за отцом. Он был не очень доволен нашими действиями и хотел защитить эту мерзавку. Пришлось применить силу.

- Это вынужденная мера. Со временем он поймет! – снисходительно заметила Мымра. – Что ж, дитя мое, сопроводи это наверх и не переживай ни о чем. Она не наш человек. Без нее мир станет только лучше. Вы с матерью сделали святое дело во имя общего блага! Наши друзья тебе помогут!

Она сделала знак рукой, и трое безликих людей встали у нас за спинами. У меня мороз пробежал по коже. В какой-то момент мне показалось, что призраки дышат в спину. Сестра схватила меня за шкирку и потащила в сторону лестницы. Как только мы скрылись из зоны видимости Мымры и немного оторвались от охраны, она тихо мне шепнула:

- Вот зачем ты опять полезла на рожон! Теперь на тебя смотреть страшно. Лицо все опухло! Завтра будешь сверкать на меня своими фонарями!

- Все нормально. Я просто была в образе! Главное, чтобы это завтра для нас настало, а то моя жертва будет напрасной! - сказала я, доставая ключ от наручников. Сестра, увидев мои манипуляции, кивнула и незаметно помогла их снять. В конце концов, мы были внутри, так что нужды в них больше не было.

- Эй, не кисни! Все будет хорошо! И вообще, чего это я тебя успокаиваю? Это мое дело истерить и думать о плохом! А ты должна меня успокаивать. И куда делся вечный оптимист? Я тебя не узнаю! В тебе что, нормальный человек проснулся? Это, конечно, хорошо, но как-то не вовремя! Давай, включай свою суперспособность всем вредить и ломать ценные вещи! Она может нам пригодиться! – начала утешать меня сестра, чем еще сильнее испортила и без того поганое настроение.

“Раз уж даже Оксана пытается меня взбодрить, значит, дело действительно дрянь!” – грустно подумала я.

- Хорошо! Давай вперед пошли, иначе эти что-то заподозрят! – ответила я, решив сменить тему. А то ее слова грозили окончательно вогнать меня в депрессию. – Как зайдем, оставишь меня в зале, а сама пулей гони за бабушкой! Чувствую, здесь будет жарко!

Серафим

Выбравшись из машины, я подобрался к офисному центру и осмотрел его. “Так, что мы имеем, - задумался я. - Трехэтажное административное здание, построено, предположительно, в середине прошлого века, недавно реставрировалось”. Я еще раз внимательно окинул его взглядом и заметил пожарную лестницу. Убедившись, что рядом никого нет, я быстро поднялся на второй этаж.

“Эх, старость не радость!” – думал я, карабкаясь вверх. Давненько у меня не было такой тренировки. И хотя я любил время от времени потягать железо в спортзале, все равно это было не то. Уходя в мирную жизнь, я и представить себе не мог, что мои навыки в дальнейшем могут пригодиться! Ошибся, и теперь мне приходилось корячиться, изображая из себя бывалого спецназовца. 

Проникнув в здание, я прислушался. Визг Мымры был хорошо различим на первом этаже. Из него я понял, что моего хомяка хотят отправить на третий этаж, а бабку спрятали на втором. Осторожно обойдя так называемый пост охраны, а по сути, трех заторможенных зомби, я направился в сторону голосов. Я почти добрался до цели, когда у меня завибрировал телефон. Я чертыхнулся. Еще бы, допустить такую глупую ошибку! К счастью, охранники ничего не услышали. Звонил Михаил Иванович.

- Серафим Андреевич? Со мной сейчас связался ваш начальник охраны. Они в пути. Я сказал им, где вы! – послышался взволнованный голос.

- Хорошо! Понял вас. 

- Как там мои девочки?

- Все нормально. Сейчас вызволим вашу бабулю и вернемся.

- Спасибо, буду ждать!

Я отключил телефон и прислушался. Голоса стихли, и девчонки направились наверх. Я бросился к лестнице и чуть не наткнулся на нескольких телевизионщиков, тихо вынырнувших из какого-то офиса. Не теряя ни секунды, я дернул первую попавшуюся дверь и забежал в помещение. Убедившись, что мой маневр никем не был замечен, я осторожно выглянул в коридор. Дверь предательски скрипнула, и один из телевизионщиков резко остановился. Мужчина задрал голову и, развернув ее под каким-то невообразимым углом, уставился в мою сторону мертвым немигающим взглядом. Да, я многое повидал в своей жизни, но такое увидел впервые. У меня даже возникли сомнения, точно ли это живой человек. 

Я замер, а этот хмырь, оскалившись, рывками зашагал к моему убежищу. Не дойдя буквально пары метров, он несколько раз резко вдохнул, что-то невнятно прорычал, а потом медленно двинулся за остальными. Я с трудом опознал в этом, с позволения сказать, человеке оператора, которому недавно чуть не разбил камеру. 

“Что, мать его, с ним случилось? – нервно подумал я. – Не человек, а пустая оболочка! В кактусе и то больше жизни! Это что, Варвара так над ним потрудилась? Интересно, если она со мной такое провернет, каким я стану? Зомби или, может, тупым фанатиком, готовым уничтожить все и вся ради какого-то языческого божества?”

Из раздумий меня вывел жалобный писк, раздавшийся из офиса, покинутого несколько минут назад зомби. Я осторожно выбрался из своего убежища и пошел на звук. Вскоре послышались и другие голоса. А потом кто-то приказал всем замолчать и тихо произнес:

- Здесь кто-то есть? Пожалуйста, помогите нам! Они хотят нас убить! 

Я приблизился к двери и осмотрел ее. В этом центре явно никто не заморачивался над безопасностью. Двери были самыми дешевыми, и эту я мог вынести одним ударом ноги. Но тогда на шум могли сбежаться зомби, а от них можно было ожидать чего угодно. Пришлось бы применить силу, а мне очень не хотелось наживать себе среди местных врагов, все-таки я планировал сюда время от времени приезжать.

Я осмотрел косяки и крепления и грустно вздохнул. Если снаружи здание хотя бы пытались привести в божеский вид, то здесь, внутри, никаких работ не проводили лет пятьдесят. При этом умудрились хрен знает как поставить новые двери. Все держалось на честном слове. Если бы в моем офисе сделали подобную халтуру, руки бы выдернул этим установщикам!

Недолго думая, я тихо приказал отойти всем от двери, после чего надавил на нее плечом. Не прошло и пяти секунд, как я был внутри. В небольшом офисе находилось шесть человек. Две молодые девушки плакали, у одного пожилого мужчины, судя по всему охранника, лицо было разбито, но он стойко держался и поддерживал парня, который еле стоял на ногах. Еще две пожилые женщины стояли у окна и что-то бурно обсуждали. Увидев меня, все сначала напряглись, но потом охранник тихо спросил, кто я такой.

- Это неважно, - ответил я, - у меня мало времени. Моим близким нужна помощь. Можете оставаться здесь, или я провожу вас до пожарной лестницы. В любом случае у вас пара секунд на размышления, а потом я ухожу!

Мужчина кивнул и, схватив парня, побрел на выход. Женщины и одна из девушек сразу двинулись ко мне, но еще одна начала истерить, за что получила оплеуху от пожилой дамы, да такую, что чуть не улетела к окну.

- Как ты уже достала! Хочешь, чтобы тебя на куски порезали и в твоей крови искупали ту жуткую книгу? – крикнула на нее женщина.

Девушка затряслась и послушно пошла за остальными.

Мы осторожно пробирались по коридору. На этот раз я был очень внимателен. Не хотел больше нарваться на зомбиобразных телевизионщиков. Мы довольно быстро добрались до лестницы, благо неприятных сюрпризов больше не было. Первыми вниз начали спускаться девушки, за ними охранник и парень, который более-менее пришел в себя и даже порывался помочь мне, но я ему сказал, чтобы он лучше эту группу защищал, а я со своими проблемами сам справлюсь.

Последними к пожарной лестнице подошли пожилые женщины. 

- Вы что-то говорили о книге… Что за книга? – спросил я у одной, пока она ждала, когда ее подруга спустится.

- Ее притащила эта ненормальная Варвара. Вообще-то сегодня наш центр был закрыт для посещений, выходные все-таки, но ее люди выбили дверь и обыскали все помещения. Нас тут было немного. Всех загнали наверх, после чего эта психопатка стала говорить что-то о новом порядке в мире и жертве, которую необходимо принести ради всеобщего блага. А потом стала искать добровольцев! И такие нашлись! Все ее почитатели были рады прыгнуть под нож ради этой стервы! Она выбрала двух женщин, и потом буквально искромсала их, а книгу положила посреди кровавой лужи. Я могу поклясться, что видела, как этот чертов фолиант дышал и всасывал кровь людей! Наверное, я сошла с ума…

- Не думаю, - тихо сказал я.  Все это походило на какое-то сумасшествие. Но что я точно уяснил на войне: даже самые безумные вещи возможны. 

- Но самое страшное то, что после всего этого почти все пленники решили примкнуть к фанатикам! – продолжила женщина. - А тех, кто отказался, заперли в том офисе. Нам сказали, что если мы попытаемся сбежать, то они порубят нас на кусочки и скормят книге! Книге, понимаете? Мы очень испугались сначала, но потом решили попытаться сбежать. Хотели даже со второго этажа прыгнуть. К счастью, в этот момент появились вы!

- Понятно… - задумчиво произнес я, помогая женщине перебраться на пожарную лестницу. Убедившись, что она держится крепко, я сказал:

- Все, дальше действуйте сами. Мне пора! И так с вами задержался.

- А как же остальные? Они неплохие люди, их просто загипнотизировали! Я точно знаю! Они ни в чем не виноваты!

- Не бойтесь, скоро сюда приедут специальные люди и все закончится! Вы сами главное до этого момента не попадитесь!

Женщина кивнула мне и полезла вниз, я же развернулся и побежал в сторону лестницы, по которой сестры поднялись на третий этаж. Я рассчитывал добраться до Ани раньше этой Варвары. Я добрался до второго этажа, когда увидел Оксану. Она тащила бабушку к лестнице. Я сделал ей знак подойти. Та, улучшив момент, оставила бабулю передохнуть, а сама рванула за угол ко мне.

- Аня на третьем этаже, - сразу затараторила она, - как поднимешься по лестнице, в конце коридора увидишь актовый зал. Она там. Извини, я не смогла вывести ее с бабушкой как хотела. К нам приставили охрану. Я думала, что мы сможем оторваться на третьем этаже, вот только там плюнуть некуда. Все забито этими чертовыми зомби! Не нашими. Наши все в зале собрались. Эти же – члены съемочной группы. Хотя от тех, кого я видела раньше, мало что осталось. Они превратились в жуткие пустые оболочки! С виду безобидные, но стоит только шагнуть не туда, сразу зубы скалят! 

- Варвара там? 

- Да, но она пока ритуал готовит. У тебя мало времени! Пожалуйста, спаси мою сестру!

- Конечно, у меня на нее еще планы есть! – усмехнулся я. – Так, давай действовать в темпе. Быстро уведи бабулю, чтобы она, заметив меня, крик не подняла, а я за Анькой. И не переживай. Думаю, что уж несколько фанатиков и старую маразматичную бабку как-нибудь одолею! К тому же наши вот-вот появятся!

Оксана кивнула и тут же побежала к бабушке. Она схватила ее и чуть ли не на руках вынесла на первый этаж. “А она молодец!” – мелькнуло у меня в голове. Сам я быстро поднялся на третий этаж и понял, почему Оксанка так волновалась.

По левую и правую сторону длинного коридора, опустив головы, стояли люди. Точнее то, что когда-то было людьми. Они смотрели вниз немигающими пустыми глазами, при этом их тела застыли в неестественных позах. 

“Твою мать, они что, тут клип снимают? Или третью часть фильма “Сайлент Хилл?” – подумал я, рассматривая перекошенные лица, а потом нахмурился. - Блин, и лезут же глупые мысли в голову! Так, надо сосредоточиться”. 

Я осмотрел коридор. В конце виднелись двери актового зала. “Обойти не получится, здесь идти только прямо! – подумал я, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. -  Какие есть еще пути? Лезть на крышу? Но я потеряю время! Что ж, придется идти через них! Мысль не самая удачная, но что делать! Оксана говорила, что шаг влево, шаг вправо, и они начинают беситься. Тогда остается идти только прямо и не показывать им свой страх”. 

Я медленно пошел к дверям. Если честно, мне сейчас было по-настоящему страшно. Как в тот день, когда в дом, где наш взвод прятался от боевиков, попал снаряд. Тогда выжили только мы с Пашкой. Я когда очнулся, не сразу понял, что случилось. Я почти ничего не слышал, голова гудела. А вокруг лежали мои друзья, и я каким-то шестым чувством понимал, что они мертвы. Мне было страшно, что среди всех этих трупов живой только я один. Вот и сейчас у меня были точно такие же ощущения. Что я единственный здесь живой. 

Когда я проходил мимо этих странных существ, они вздрагивали и дергали головами. Кто-то тянул ко мне руки, но на полпути застывал, так и не коснувшись меня. Один, выгнув спину, резко приблизил ко мне свою скалящуюся рожу. Я остановился, и он, быстро выдохнув, замер, и я смог продолжить свой путь. Дойдя, наконец, до дверей, я хотел осторожно открыть их, но тут пол подо мной начал дрожать. По стенам здания пошли трещины, а с потолка посыпалась штукатурка.

“Землетрясение?” – удивленно подумал я и чуть не получил дверью в лоб. К счастью, реакция не подвела, и я успел отскочить.

Из зала высыпал народ. Люди истошно орали и, давя друг друга, бежали, не разбирая дороги. Зомби у стен моментально ожили и стали бросаться на беглецов, царапая и кусая их. Началась паника, кровь полилась рекой. Люди метались как обезумевшее стадо, пытаясь пробиться к лестнице, я же, улучшив момент, ворвался в актовый зал. 

Аня

Мы с сестрой вошли в зал. Ряды были заполнены гудящей толпой. Незаметно уйти, как первоначально планировала наивная Оксана, у нас не было шансов. Перед рядами располагалась небольшая площадка для выступлений, а позади нее красовался огромный экран, все пространство под которым было залито кровью. У стены лежало два неподвижных тела.

Мне стало жутко. Я с трудом могла поверить, что все здесь происходящее было правдой, ведь в нашем городке все друг друга знали. И теперь все эти люди, сидящие в зале, спокойно наблюдали, как их знакомых кромсали, заливая все вокруг кровью. И ради кого? Ради пришлой шарлатанки с ее проклятой невесть откуда-то взявшейся книгой? Я посмотрела на сестру. В ее взгляде читался ужас. Наверное, она думала о том же.

- Все, мы разворачиваемся и уходим. Я не оставлю тебя здесь! – тихо шепнула мне Оксана.

- Нет, будем придерживаться плана. Ты уходишь и забираешь бабулю. Я остаюсь и жду Серафима.

- Ты что, не понимаешь?

- Нет, это ты не понимаешь! Мы вдвоем не сможем уйти, нам не дадут. Нас просто убьют! У тебя дети, к тому же если со мной что-то случится, кто позаботится о родителях? Ты должна идти, и это не обсуждается. А если попытаешься что-нибудь выкинуть, я разорусь так, что Варвара с Мымрой тут же примчатся и начнут ритуал прямо сейчас! Тебе понятно?

- Да, - пискнула сестра.

- Тогда чего стоишь? Иди! Я тут дальше сама. В конце концов, сегодня мой счастливый день! Я звезда местного собрания. Иди уже!

Мы с сестрой подошли к сцене. Она с грустью посмотрела на меня, словно прощаясь, после чего тихо удалилась из зала.

- Народ, приветствую вас! Давно не виделись! – с улыбкой крикнула я, обращаясь к залу.

Со всех сторон послышался недовольный гул, кто-то даже что-то в меня кинул, но я ловко увернулась.

- А я смотрю, вы невероятно рады меня видеть! Кто у нас здесь? О! Наконец-то Шиловы с Ивановыми сидят вместе и даже не пытаются убить друг друга. Поздравляю! И местный участковый здесь! Конечно, как же без вас могло пройти такое интереснейшее мероприятие. Все убийства только с одобрения местных властей! А это кто? Надо же! Почти весь мой бывший класс собрался. Кроме Карины, конечно! Она нашла свою любовь, и все благодаря мне, вы знали? Если кто-то еще без пары, обращайтесь!

После моих слов народ как-то подозрительно напрягся. Откуда-то с верхних рядов даже поступило предложение не ждать Варвару, а сразу замочить меня на месте.

- Так, кто это тут вякает? Да это же бывшая первая красавица школы! Что? Завидуешь счастью старой подруги? И вообще, как тебя Зинаида Игоревна из магазина выпустила? Ты же на кассе должна сидеть, народное имущество охранять. А то директор выйдет, а от магазина даже фундамента не осталось. Все по домам растащили!

- Заткнись! – завизжала Люда. - Зинка мне не указ! Я ее послала и ушла. И не зря! Тебе конец, и я ни за что не пропущу этого зрелища.

- Кровожадная ты какая-то! Тебя поэтому поперли из столицы?

Людка вскочила и попыталась перепрыгнуть через ряды с явным намереньем пообщаться поближе, вот только кто-то в детстве индийских фильмов пересмотрел. Законы физики еще никто не отменял, поэтому, не пролетев и половины пути, моя одноклассница шмякнулась прямо на главу клана Ивановых.

Со всех сторон послышались смешки, особенно старались соседи данного субъекта. Скинув с себя ругающийся последними словами подарок свыше, мужчина вскочил и ринулся на своих обидчиков. Неизвестно, чем бы все закончилось, скорее всего, обычным в таких делах безобидным массовым мордобоем, если бы двери, ведущие со сцены в подсобное помещение, резко не распахнулись. Все застыли и повернули головы. Оттуда тихо выплыла Варвара, за которой с гордым видом семенила Мымра. Вот только что-то было не так.

Леопардовый одуванчик исчез, вместо него передо мной предстала аккуратно причесанная женщина с модной короткой стрижкой. Одета она была в джинсы и обычную рубашку, накинутую на черную футболку. На ногах у нее красовались новые мужские черные кроссовки. Макияжа и бижутерии не было вовсе! Но самым странным было то, что черты лица Варвары как будто расплывались. Я несколько раз встряхивала головой, терла глаза, но лицо этой женщины буквально плыло!

- Что здесь происходит?  Вы что, с ума все посходили? Мы же семья, а вы здесь драку учинить решили? – послышался мерзкий голос Маргариты Осиповны.

Она вышла на середину площадки и окинула всех недовольным взглядом.

 – Это все твое влияние, да? – тут же переключила свое внимание на меня эта особа. – Тебя оставили с ними всего на минуту, и ты уже умудрилась сбить с пути истинного моих верных последователей!

Тут она осеклась, поняв, что сказала что-то не то. Испуганно посмотрев на Варвару, Мымра сразу же милым голоском залепетала:

- Ой, что же это я! Конечно же, ваших последователей, о, великая! Видите? Этот монстр даже мне разум затуманил.

Варвара лишь хмыкнула и решительно направилась ко мне.

- Да, узнаю тебя, малыш. У тебя прямо талант сеять хаос вокруг себя!  

Она подошла ко мне совсем близко, и я, наконец, смогла разглядеть ее лицо. Максимально сосредоточившись, я вгляделась в постоянно изменяющиеся черты и вдруг поняла, что Варварой тут даже не пахнет! На меня смотрел мужик! Присмотревшись еще внимательнее, я поняла, что это Роман, бывший моей матери! Но этого просто не могло быть. Я вспомнила слова сестры, что у меня частенько бывают галлюцинации, и я вижу то, чего нет. Поэтому, чтобы убедиться окончательно в своих страшных догадках, я достала кольцо с рубином и кинула его этому существу.

- Кажется, это ты потерял. Твое любимое! Помнишь? Кстати, покажи пальцы. Все на месте?

Кольцо упало под ноги Варваре. Мымра тут же хотела броситься на меня, но та ее остановила. Усмехнувшись, она подняла кольцо и долго его рассматривала.

- Как же я скучал по нему! А ты молодец, сохранила. Ценю! Кстати, пальцы все на месте, тело же другое.

И с этими словами лже-Варвара продемонстрировала мне свои десять пальцев, а потом надела кольцо. Как я этого боялась! Ведь теперь получалось, что я была не таким уж и психом, и теперь у нас всех возникли проблемы куда большие, чем мы думали.

- Госпожа? – не понимая, что происходит, спросила Мымра.

- Все хорошо, дитя мое! Готовь книгу и нож. Скоро все закончится! – сказала лже-Варвара и, схватив меня за шкирку, потащила в угол сцены. Там, за шторой, она меня отпустила и начала пристально рассматривать.

- И что дальше? Убьешь меня и поедешь покорять столицу? Учти, там всякой нечисти и без тебя хватает. Посмотри “Битву магов” и сам убедишься. Да и конкурентов среди сект у тебя будет куча, и лидеры их кровожаднее и хитрее тебя будут.  И вообще, мир изменился. Толерантность и терпимость в моде, тебе здесь не понравится, так что давай улетай к свету!

- Смешно! Ты так повзрослела. На мать свою вообще непохожа, больше на отца. Всегда меня бесил этот придурок! А ты – нет. Ты всегда была милашкой, - сказал он и наклонился совсем близко.

Я испугалась и резко выставила руки вперед. Роман такого явно не ожидал и получил ладонями в нос, отчего пошатнулся и отступил назад. Я думала, что он разозлится, но Роман только рассмеялся и, вытирая кровь, снова приблизился вплотную.

- Не бойся, я не для тебя нож готовлю. У меня к тебе будет другое предложение.

- И какое?

- Знаешь, когда-то давно твой отец сдал меня местным браткам, - внезапно сменил тему этот странный тип. - Это они отрезали мне палец и хотели живым в лесу закопать, недалеко от болота, помнишь такое?

- Да, - заикаясь, сказала я, чувствуя, как в сердце возникло тревожное чувство, которое буквально рвало меня изнутри.

- Вот только в самый неожиданный момент с болота полез туман, и среди него появилась фигура женщины в сером платье. Мои несостоявшиеся убийцы чуть не обосрались и, бросив меня связанного в яме, быстро умчались. Я же, как ты понимаешь, убежать не мог. Второй раз за день я попрощался с жизнью, но, когда эта женщина приблизилась, я понял, что она очень даже ничего, молода и красива. Мы заключили с ней сделку: она поможет отомстить мне всем врагам, а я за это верну ей книгу, закопанную неподалеку. Конечно же, я согласился. Я полдня рыл вокруг болота и нашел ее!

- Так ты нашел книгу на болоте?

- О, да! И пока мои враги жили и радовались, думая, что я мертв, мне пришла в голову мысль временно скрыться. Я поселился недалеко от болота, где с удовольствием изучал свою находку. С помощью этой ведьмы я нашел в книге очень интересный ритуал, правда, чтобы воспользоваться им, мне пришлось засадить себе в руку нож и щедро поделиться кровью с этой реликвией. В ту же ночь на главаря банды было произведено покушение, которое увенчалось успехом, а еще через пару дней менты зачистили убежище этих козлов, уничтожив практически всех членов банды. Я ликовал! И, конечно же, расставаться с такой властью не собирался. Тем более книга признала меня! Однако, оставалась проблема. Этот чертов призрак не отпускал меня, требовал вернуть книгу, утопив ее в болоте. Там, типа, могила этой бабы была. Тогда я соврал, что не все мои враги мертвы. Я вспомнил о Борьке, твоем папаше.

- Папе? И что ты сделал? Что ты сделал? – крикнула я, вцепившись в этого типа.

- Знаешь, твоего отца я никогда не воспринимал всерьез. Даже когда братки на меня наехали, я воспринял это скорее как нелепое совпадение, они ведь догадывались и раньше о моих махинациях. Но это сработало! Она настаивала на очередном ритуале, я же сказал, что хочу убить Борьку лично. Ведьма начала что-то подозревать. Она мне явно не доверяла, но договор дороже денег, и никто, кроме меня, помочь ей больше не мог. Ведьме пришлось отпустить меня, и я, забрав книгу, пошел к вам в гости. Ты была совсем маленькой и, наверное, не помнишь, как это было. Я изрядно погонял твоего отца по дому, прежде чем скинул его в погреб, облив бензином. Дальше оставалось только кинуть зажженную спичку…

- Ты гад! – крикнула я, пытаясь ударить Романа.

Он же, усмехнувшись, легко заломил мне руку, припечатав лицом к стене. Я крепко сжала кулак, почувствовав, как между пальцами идет вибрация. И тут в мою голову полезли воспоминания. Я никак не могла сложить их в четкую картинку, но часть образов все-таки смогла разобрать.

- Черный человек! На тебе был черный кожаный плащ с капюшоном!

- Правильно! Ты все-таки что-то помнишь. Ты проснулась от криков и побежала к отцу на помощь. Пришлось тебя вырубить и запереть на чердаке. Ты была такой милой! К тому же не представляла для меня угрозы, поэтому я не стал с тобой заморачиваться, забрал книгу и благополучно покинул город. А после отправился с гастролями по области, собрал людей, но в какой-то момент заскучал по родным местам и решил вернуться. Хорошее было время! Каждый делал то, что хотел, менты были все подмазаны, настоящий рай! И Машка под боком. Веришь, нет, но я скучал по ней, баба классная. Да и ты была под присмотром. И все бы ничего, вот только некоторые жители города ну никак не хотели жить со мной в мире. Пришлось действовать силой. Да еще эта книга жрать постоянно просила, просто с ума сводила меня своим воем. Сначала свою кровь давал, потом понял, что долго так продолжаться не может, еще чуть-чуть, и загнусь. Тут я вспомнил о тебе. И книга на какое-то время заткнулась. Твоя кровь ей понравилась даже больше моей. Машка все знала, но молчала, потерять меня боялась. Со временем проблем стало еще больше, народ никак не хотел со мной дружить. Приходилось снова и снова задействовать черную магию, а для этого нас с тобой уже не хватало. Благо девчонок в городке, падких на деньги и красивую жизнь, было много. Вот и пропадали время от времени.

Роман мерзко засмеялся, а я вспомнила слухи о маньяке. Я думала, что это просто байки, которыми взрослые запугивают детей, чтобы те допоздна не гуляли. А он, оказывается, действительно был. И теперь этот тип нависал надо мной в теле пожилой женщины, и я не понимала, что мне делать со всем этим.

- Эй, ты еще не спишь? – послышался голос сверху. – Я тут подумал… Это ведь я сам виноват в своей нелепой смерти. Книга всегда меня защищала, и хрен бы меня убил этот придурок Мишка, вот только я в одном ошибся. Не нужно было в тот день пытаться тебя убить. Я слишком поздно понял, что книга признала нас обоих. Поэтому, когда я на тебя напал, ее магия просто перестала действовать. Она выжидала, смотрела, кто кого одолеет, кто станет ее единственным хозяином. А все из-за этой чертовой ведьмы с болота, у которой ты пряталась от меня в детстве. Да-да, той самой. Ты, засранка мелкая, умудрилась-таки найти ее!

С этими словами он прижал меня к стене еще сильнее, выворачивая руку. Мне стало очень больно, и я вскрикнула. А довольный Роман, улыбнувшись, чуть ослабил хватку.

- Помнишь, как часто ты убегала из дома? А как потом я искал тебя в лесу? Ты всегда быстро бегала. И в какой-то момент нашла это чертово болото! А там эту ведьму. Она только и ждала, когда я сделаю ошибку и нарушу границу ее владений. Ты прочухала, что я никогда не хожу в ту местность, и чуть ли не жила там. Матери рассказывала о какой-то деревне и подружке, но я-то знал, что там только заброшенный погост, а дальше топь, где меня ждала с распростертыми объятиями очередная обиженная женщина. Она ведь тоже благословила тебя? И дала часть своей силы?

Последние слова Роман буквально выплюнул с какой-то невероятной злобой, после чего резко меня развернул и посмотрел прямо в глаза.

- Я ничего такого не помню! – тихо пискнула я.

Мы смотрели друг на друга, и я вдруг поняла, что от Варвары здесь не осталось ничего. Вообще. Здесь был только он.

- Что ты сделал с ней? – с ужасом спросила я.

- С кем?

- С Варварой!

- С этой стервой? То, что она просила. Ей так хотелось узнать силу настоящей магии и почувствовать безмерную власть. Она с легкостью пошла на сделку. Даже не уточнила условия, идиотка! При этом ее ведь уже давно никто не защищает. Уж больно много зла она сделала! Ты себе представить не можешь, сколько людей она отправила на тот свет своим лечением и заговорами! И это я молчу о ее магических делишках. Глупые люди идут к таким вот Варварам и в лучшем случае прощаются с деньгами, а в худшем – расхлебывают всю оставшуюся жизнь последствия своих необдуманных действий. Но теперь она в том самом месте, где магия и хаос бушуют повсюду, а власть тьмы не дает таким, как она, найти выход. И поверь, там ее ждали с распростертыми объятиями многие ее бывшие клиенты. Так что не волнуйся, Варваре сейчас некогда скучать, уж поверь мне. Я знаю, я там был.

Он вздохнул, зарывшись лицом мне в волосы, крепко обнял и продолжил:

- Да не переживай ты так! Она сама виновата. Сама пригласила, и теперь я здесь, в ее теле. И ты рядом!

- И что тебе от меня надо? – не выдержала я. – Тоже хочешь отправить хрен знает куда? Или тело мое приглянулось? Учти, у меня каждый месяц ПМС, а еще галлюцинации бывают. И ребра чувствуют погоду! Чуть тучка на небе какая появится, и я просто загибаюсь от боли.

- Ха, ха! Буду иметь в виду. А ребра… Это я тебе когда-то их пересчитал. И тело мне твое не нужно, я хотел бы все-таки мужское. Мне это ближе!

- Так зачем тебе я?

- Скоро узнаешь. Пойдем, время пришло!

С этими словами Роман вытащил меня из-за шторы и потащил к импровизированному алтарю, на котором возвышался громадный кожаный фолиант.

- Кстати, парень твой уже здесь? Ты заметила, что он как-то подозрительно на меня похож? – шепнул мне на ухо Роман, когда мы почти подошли к воющей какие-то хвалебные песни Мымре. – Уж не мой ли это ублюдок? А то у меня женщин много было, всех и не помню…

Мы встали позади нее. Мымра просто светилась от счастья. Маргарита Осиповна то и дело вскидывала руки вверх и ходила по сцене, изображая из себя примадонну.

- Смотри, какие пассы она делает руками! Не могу без смеха смотреть на все это. Тупые людишки, они действительно верят, что мир рухнет, а они при этом смогут спастись! Хотя, если копнуть глубже, многих привела сюда гордыня. Они ничего не добились в жизни, а тут они могут чувствовать себя избранными и смотреть на других свысока. А кто-то просто неспособен справиться с собственными проблемами. Знаешь, когда моя семья осталась без средств к существованию, я был еще совсем ребенком. Но я нашел подработку, землю рыл, добывая копейки, обеспечивая родных. Я заменил отца, бросившего нас ради какой-то шлюхи, а спустя время нашел этого гада и жестоко наказал его и эту тварь за все! За издевательства над матерью, за постоянные пьянки и дебоши! Я не рыдал и не искал утешения у других, я преодолел все трудности сам и построил свою империю. И я презираю слабаков, которые только и могут, что ныть и искать помощи у других таких же жалких идиотов.

- Ты построил империю на крови других людей! Из-за тебя кто-то лишился семьи, родителей, детей! И ради чего? Ради денег, мимолетного успеха, власти? Но конец был один, и империя твоя развалилась за день.

- Да, я сделал много ошибок, но на этот раз я их не допущу! Все будет по-другому. Кстати, как поживает твоя семья? Я слышал, что у тебя чудесные племяшки. Близняшки! Может, мне стоит наведаться к вам в гости и познакомиться с ними?

- Сволочь! Не смей трогать мою семью! – крикнула я и почувствовала, как пальцы обожгло.

Рука горела все сильнее, меня начало трясти. Внутри поднималось новое, ранее неведомое мне чувство. Оно росло и становилось все сильнее. Я чувствовала, как оно разрывает меня изнутри.

- А как там Машка? Скучает по мне? И сестренка у тебя очень симпатичная! А на Мишку я все еще злюсь. Как думаешь, ему понравится, если я всажу пулю ему в лоб?

- Сдохни, гад! – не выдержала я и попыталась ударить его ладонью горящей руки, вложив в нее всю силу, которая в этот момент выплеснулась из меня.

Но Роман ловко увернулся. Он перехватил мою руку и прижал ее к книге. Тут же послышался гул, и здание начало трясти. По стенам паутиной пошли трещины, свет замигал и погас. Я почувствовала, как что-то черное исходит из меня, волной накрывая людей, сидящих в зале. Оттуда послышались страшные крики, и все повыскакивали со своих мест. Началась паника. Жители, давя друг друга, рванули к дверям. Их буквально вынесли, выбегая из зала.

- Ну наконец-то! – смеясь, воскликнул Роман и посмотрел на книгу.

Огромный кожаный фолиант лежал на алтаре, залитом кровью. Еще минуту назад он казался каким-то неведомым мертвым существом, но теперь книга преобразилась. Она как будто стряхнула с себя пару сотен лет. Кожаный переплет посветлел, темные пятна, выступающие со всех сторон, исчезли, а желтая рассыпающаяся труха, торчащая из переплета, превратилась в молочно-белые страницы.

Я услышала стон и заметила, как обложка начала вздыматься, как будто книга пыталась вздохнуть. Ровно посередине переплет лопнул, образовывая трещину. Ее края медленно раскрылись, обнажая объемный рисунок, изображающий закрытый глаз.

Роман схватил меня за руку, взмахнул ножом и чиркнул им мне по ладони. Брызнула кровь. Капли попали на переплет, и в этот момент рисунок дрогнул. Часть кожи, изображающей веко, приподнялась, и с обложки на нас уставился черный глаз с красным зрачком. Я вся обмякла от ужаса, не в силах пошевелиться, а надо мной, кружась в диком танце, торжествовал Роман. Он залился диким смехом и отпустил мою руку. Схватив книгу, этот придурок начал с радостью ее листать. “Наконец-то она проснулась!” – с ликованием повторял он снова и снова.

В этот момент я почувствовала опасность и краем глаза заметила Серафима, целившегося из ружья в Романа. Тот посмотрел на меня и засмеялся еще громче. Только сейчас я поняла: мы всегда были связаны с ним и этой книгой. Пока она спала, мы жили каждый своей жизнью. Я в этом мире, Роман в другом, но из-за вмешательства Варвары этот тип вернулся, книга проснулась и снова защищает нас обоих! А значит, у Симы не было ни единого шанса убить гада! Так и вышло: произошла осечка, и Роман, засмеявшись, повернулся к Серафиму.

- Здравствуй! Я ждал тебя. Ты что-то припозднился.

- Извини, толпа чуть не вынесла меня в окно в коридоре.

- О, за это малышку благодари! Это она постаралась. Разогнала всех моих последователей. Ну, кроме самой глупой! – сказал Роман и посмотрел в сторону.

Только сейчас я заметила Мымру. Она, сжавшись в комочек, забилась в угол. Мне даже стало ее жалко. Она всегда называла меня ненормальным вредителем, а тут раз, и не вредитель я вовсе, и понормальнее некоторых буду.

Роман, положив книгу на плечо, медленно двинулся к Маргарите Осиповне. Я почувствовала неладное и попыталась броситься к ней на помощь, но тело отказывалось слушаться. Я из последних сил смогла заставить себя встать и сделать шаг вперед. Краем глаза я заметила, как Серафим быстро перемахнул через несколько рядов. Видимо, он тоже понял, что затевает этот гад, но мы опоздали. Резким движением руки Роман вонзил нож в подругу моей матери. Снова брызнула кровь, а Роман со словами “Посторожи, я скоро буду!” положил фолиант в руки Маргарите Осиповне.

Серафим был близко и уже готовился нанести удар, но внезапно резко остановился и замер.

- Что ты с ним сделал? – с ужасом крикнула я.

- Ничего особенного, просто нагнал морок. На слабака он непохож, так что зомби из него вряд ли получится. К тому же я не хочу рисковать. А вот показать ему самые страшные моменты жизни – вполне могу. Минут десять у меня есть, должен успеть.

- Ты хочешь переселиться в Серафима?

- Какое мерзкое имя! Ладно, придется привыкать.

- А что будет со мной? Я же все знаю! – сказала я, пытаясь сообразить, как мне его отвлечь и спасти Симу.

- В книге есть много полезных заклинаний. Просто промою тебе мозги или вообще сотру все воспоминания. Не кисни, будешь жить со мной. Я смогу о тебе позаботиться! К тому же тебе ведь нравится тело этого парня? И характерами мы похожи, не зря же ты его выбрала. Не бойся, я тебя не обижу! Ты всегда мне нравилась, и нас столько всего связывает. Ты же выросла на моих глазах! Вдвоем мы столько дел можем наворотить! Используем твою силу и мой ум. Весь мир прогнется под нас! А ты родишь мне сына.

Роман вплотную приблизился ко мне и дотронулся рукой до моих губ. И тут меня осенило! Я стала отступать к металлическому ограждению, отделяющему сцену от экрана. Этот самодовольный тип последовал за мной, и, когда я уперлась спиной в стальные трубы, наклонился ко мне, схватившись руками за ограждение.

- Ты так выросла! А у меня столько лет не было секса… Я смотрю на тебя и у меня просто сносит крышу от желания!

- Извини, но придется еще подождать! – сказала я и пристегнула наручниками его запястье к ограждению.

Глядя в его удивленные глаза, я, улыбаясь, выскользнула из объятий и рванула к Серафиму. Позади послышался злобный рев и лязг металла, но я не обращала внимания на угрозы. Серафим стоял и не реагировал на происходящее. Я стала его трясти, но он никак не хотел приходить в себя. Тогда я решилась на шоковую терапию. Я поцеловала мужчину взасос, как показывали в женских фильмах, которые так любила смотреть женская половина моей семьи.

Серафим закашлялся и с изумлением посмотрел на меня. Я же подбежала к Маргарите Осиповне и вырвала книгу из ее рук. Мне было страшно смотреть ей в лицо: я боялась увидеть ее пустые мертвые глаза. Я понимала, что женщине уже не помочь, но для очистки совести все-таки проверила пульс. Его не было. Кажется, Роман попал точно в сердце.

Мы столько лет враждовали с Маргаритой Осиповной, но я никогда не желала ей смерти. Я знала женщину с самого детства, и теперь, глядя на ее безжизненное тело, чувствовала себя опустошенной. Но оставались еще другие люди, и их необходимо было спасать. Поэтому я глубоко вздохнула и, не теряя ни минуты, подбежала к Симе. Он стоял растерянный и не знал, что делать. Схватив мужчину за руку, я с трудом потянула его к дверям. Серафим послушно пошел за мной.

Обернувшись, я крикнула Ромке:

- Угадай, к кому я сейчас пойду в гости? Думаю, наша брошюрка давно скучает по истинной хозяйке!

В ответ послышался злобный рев, и лже-Варвара попыталась вырвать ограждение с корнем. Что у нее почти получилось сделать. Понимая, что у меня не больше минуты, я схватила Симу и вытолкнула его в коридор. Народа там уже не было, впрочем, как и зомби. На полу повсюду виднелись лужи крови. Я не стала думать о том, что здесь произошло, и так проблем хватало. Серафим был не в себе и не мог следовать за мной, поэтому я посадила его за дверь и прикрыла для верности шторой.

- Сиди смирно! И не шуми! Это не Варвара. Если он найдет тебя, то убьет, даже не сомневайся. Так что веди себя тихо, а я его отвлеку! – шепнула я мужчине, а потом снова заглянула в зал и, смеясь, крикнула: - Слушай, а ведь если я верну книгу отшельнице, то ты навсегда останешься в этом теле! Как думаешь, сколько лет было Варваре? И сколько тебе осталось? Хотя знаешь, быть пенсионером, ой, прости, пенсионеркой, в нашей стране не так уж и плохо! Льготы там всякие, пенсия опять-таки. Так что работать не надо! Живи и радуйся.

Из зала послышался металлический скрежет и дикий крик. Я заглянула внутрь и увидела, как Роман встает, распрямляя плечи. Его кисть была вывернута и с нее капала кровь, цепь наручников была оборвана, а ограждение искривлено.

“Сколько же в нем силы! – подумала я. – Так, действовать надо быстро”.  

Я подбежала к окну. Высота была приличная, третий этаж все-таки. Внизу виднелся фургон старшего Иванова. Я задумалась. Роман говорил, что книга защищает нас, значит, чисто теоретически, спрыгнув вниз, я должна была остаться жива и даже почти здорова. Но, учитывая мою везучесть в последнее время, прыгая с такой высоты, я вполне могла сломать себе ногу или шею. Однако выбор у меня был небольшой, поэтому я решилась. Я покрепче взяла книгу и заметила, как та смотрит на меня своим жутким глазом, отчего у меня все похолодело внутри.

- Ну давай, книженция! Не подведи меня! Тогда, если нам сильно повезет, увидишь свою настоящую хозяйку, – сказала я, обращаясь к этому кожаному монстру, а потом зажмурилась и с криком “Банзай!” прыгнула вниз.

Приземлилась я прямиком на крышу, оставив после себя огромную вмятину. Ругаясь на чем свет стоит, я неловко попыталась встать. Это было очень плохой идеей! Поднявшись, я не удержалась на ногах и в обнимку с книгой скатилась вниз, плюхнувшись прямиком на кустик.

“Наврал Роман, что мы под надежной защитой, ох, наврал!” – думала я, выбираясь из кустов. Падая, я сильно ударилась плечом, разодрала ногу и лицо. К счастью, благодаря сильному душевному волнению, я почти не чувствовала боли. Обрадовавшись тому счастливому факту, что после своего эпичного падения осталась жива, я радостно посмотрела наверх.

Из окна на меня смотрел Роман. Он почему-то улыбался. Мне это очень не понравилось. Чему ему было радоваться? Моей боли? Или что я не разбилась?

- Чего морду скалишь? Давай догоняй! – крикнула я ему и заковыляла к дороге, ведущей в лес.

Позади я услышала страшный треск. Обернувшись, я увидела, что Роман тоже прыгнул, но, в отличие от меня, он приземлился на асфальтовую дорожку. Вокруг него образовались глубокие трещины, сам же он ни капельки не пострадал.

- Что, как в старые добрые времена? А ты уверена, что сможешь убежать? Помнишь, что я делал, когда догонял тебя? Избивал так, что на тебе живого места не оставалось! Вот только теперь ты выросла, и все будет по-другому, по-взрослому.

- Ты что, насилием мне угрожаешь? Хотелось бы на это посмотреть! Ты же баба, забыл? – наигранно засмеялась я, надеясь, что он не заметил, как дрожат у меня коленки.

Роман злобно скрипнул зубами, но потом рассмеялся.

- Трусишка. Лучше не дразни меня, детка! Когда я тебя догоню, я тебе ноги переломаю! А потом найду новое тело. Поверь, это не займет много времени. Не Серафим, так другой придурок найдется. И потом не жди жалости. Ты будешь умолять меня о смерти, но не получишь ее! Никогда.

- Бессмертием угрожаешь? Знаешь, это как-то бесчеловечно! Заставлять меня вечно слушать твое нытье и видеть страшную рожу. Ладно, некогда мне с тобой лясы точить. Мне Ефим новый чайник обещал, а магазин через полчаса закрывается, и мне еще его выбрать надо!

- Когда я с тобой закончу…

- Мне пора, пока-пока! – крикнула я и из последних сил побежала по дорожке.

Понимая, что с такой скоростью все будет кончено через пару минут, я про себя молилась, чтобы хватило сил отвести этого садиста как можно дальше от офисного центра. Тогда Серафим был бы в безопасности. Я уже слышала за спиной шаги и мерзкий смех, когда внезапно кто-то схватил меня за руку. Это была Дуняшка. Она, смеясь, тянула меня вперед. В какой-то момент мне показалось, что я парю над землей. Боли больше не было, мы бежали с невероятной скоростью. Я улыбнулась девушке, но, вспомнив о преследователе, со страхом посмотрела назад.

Моему удивлению не было предела. Сначала мне показалось, что Варвара, а точнее ее тело, просто стоит на месте, закрыв глаза, но присмотревшись, я поняла, что это всего лишь иллюзия. Позади женщины развернулась настоящая борьба! Роман, черный, похожий на тень, извивался и, рыча и скалясь, пытался вырваться из крепких объятий дяди Вити.

- У нас очень мало времени, малыш! Виктор не сможет его долго удерживать. Но если мы доберемся до Черной поляны, у нас будет шанс! – сказала Дуня и потянула меня дальше.

Я кивнула, и мы вместе помчались по дороге. Я как будто потеряла связь с реальностью. Мы летели, держась за руки. Роман был далеко, и я словно снова стала ребенком. Лучшая подруга была рядом, боль отступила и в какой-то момент я почувствовала себя невероятно счастливой! Если бы не сгущающиеся сумерки и книга, оттягивающая руку, я бы решила, что вся эта история с Романом мне просто приснилась, но теперь я проснулась и гуляю с Дуняшкой. И тут меня словно пронзила молния. В голове всплыло воспоминание о прошлой жизни! Яркое, настоящее, мое…

- Папа, а что ты делаешь? – спросила маленькая девочка, в которой я узнала себя.

- Я пишу твой портрет. А то для других выполнил столько заказов, а про свою любимую девочку совсем забыл.

- А можно посмотреть?

- Нет, еще не готово.

- Пожалуйста! – начала канючить я.

- Хорошо. Подойди! – улыбнулся отец, и на его щеках заиграли ямочки, совсем как у меня.

- Это я?

- Да.

- А у меня кожа светлее, и тут фон какой-то странный. На фото совсем непохоже.

- Картина – это не фотография, это нечто другое. Я художник, я так вижу мир, и он может быть непохожим на тот, который видят другие. И это неплохо! Запомни, малыш! Если кто-то не может или не хочет тебя понять – это его проблемы. Не давай никому себя переделывать, не слушай тех, кто шепчется за спиной, иди своим путем! Понимаешь?

- Не очень, но я постараюсь! И твоя картина намного лучше фото! Тут у меня крылышки, как у феи! Папа, можно я на день рождения буду феей? Как на картинке?

- Конечно! Я сделаю тебе самые красивые крылья!

- А мама будет? Она в последнее время много работает. Она не забудет, правда?

- Не забудет. Я лично ей напомню! Кстати, покажи, что ты вылепила. Это ежик?

- Нет, это дикобраз! Помнишь, как в передаче! Похоже?

- Конечно, я сразу догадался!

- А мама скоро придет? Уже так поздно, а она все работает. Может, что-то случилось?

- Не волнуйся, малыш! Она просто задерживается в кафе. Работать официанткой не так-то просто! Видимо, сменщица опять опаздывает или гостей много, и работники не справляются, – вздохнув, сказал отец и отвернулся.

Я чувствовала, что папа что-то недоговаривает. Мне даже показалось, что меня обманывают, но как такое могло быть? Папа никогда бы так не поступил! Мама просто опять задерживалась, такое в последнее время часто случалось.

- Ложись спать. Поздно уже!

- Нет, я дождусь маму! Она скоро придет.

- Хорошо! – улыбнулся отец. – Только давай подождешь в кровати. А я побуду с тобой! Годится?

- Да! – обрадовалась я и, подпрыгивая, пошла в свою комнату.

Вот только мамы я так и не дождалась, уснула, пока папа читал мне книжку. Мама пришла утром и сразу ушла спать. На следующей неделе все повторилось. Потом это стало происходить все чаще, и я стала привыкать, что мамы постоянно не бывает дома. А вот папа так и не смог с этим смириться.

Наши дни. Серафим

Я не сразу понял, что произошло. Только что я стоял в актовом зале и был готов порвать эту чертову бабку на британский флаг, но внезапно все изменилось. Аня и Варвара пропали, а я снова оказался в степи. Стояла страшная жара, сухой воздух не давал нормально вздохнуть, а военная амуниция тянула к земле, не давая свободно двигаться. Я и ребята короткими перебежками продвигались к небольшому домику.  Повсюду слышались выстрелы, в любой момент мы могли наткнуться на засаду. Но страшнее всего было задеть растяжку. В этом районе каждый второй дом был заминирован. Эти сволочи ждали нас.

Наконец, мы добрались до нужного объекта. Пашка попытался наладить связь, а я расположился недалеко от окна, спрятавшись за колонной. Приготовив винтовку, я стал изучать соседние строения. Действовать следовало осторожно, а то слишком большая вероятность была получить пулю от снайпера. Позади меня копошились ребята. Главный суетился вокруг Пашки и что-то эмоционально ему втирал.

“Поздновато очухался! Раньше думать надо было, когда ты подписался на эту авантюру и втянул всех нас! – злобно подумал я, стараясь сосредоточиться на поставленной цели. - Так хотел выслужиться перед начальством, а что в итоге? Поляжем здесь все ни за что!”

Я был очень зол. Ни для кого из ребят не было секретом, что наш любимый комвзвод частенько сначала что-то делал и только потом думал, но на этот раз он превзошел сам себя. Жаль, что я не мог высказать все в лицо этому придурку. Было не место и не время. Но я дал себе слово, что если мы вернемся живыми, то я точно вмажу ему, и плевать на последствия!

Внезапно я услышал свистящий звук. В голове мелькнула страшная догадка. Казалось, время остановилось. Я успел крикнуть ребятам “Ложись!” и, повинуясь каким-то животным инстинктам, сиганул в углубление между окном и колонной. Звук разорвавшегося снаряда поглотил все. Меня накрыло взрывной волной, и я отключился. А потом как будто из темноты раздались голоса. Мне с трудом удавалось различить слова, но голос Ани я узнал сразу. Он был не из этого времени. Мы тогда еще не были знакомы, но как тогда я мог его слышать? Из последних сил я попытался сосредоточиться на нем, чтобы снова не упасть в бездну прошлого. 

И тут я почувствовал чьи-то прикосновения. Это была Аня. Она трясла меня и умоляла очнуться. А потом неожиданно поцеловала. Неумело, как-то совсем по-детски, но это помогло. На какое-то время я очнулся и понял, что снова стою в актовом зале. У экрана, держа в руках огромную кожаную книгу, лежала Маргарита Осиповна. Она была вся в крови. Только взглянув на нее, я сразу понял, что женщина не жилец. Недалеко от нее пристегнутая к трубе бесновалась Варвара.

Аня выхватила книгу у Мымры и подбежала ко мне. Схватив за руку, она потащила меня к выходу. Я послушно пошел за ней, не до конца понимая, что происходит. Потом она усадила меня в какое-то темное место, кажется, за дверь, и что-то сказала. Я не понял, что именно, но переспросить сил не было. Она куда-то убежала, я же опять начал проваливаться в темноту.

Снова я оказался в этом чертовом доме. Точнее, в его развалинах. Я попытался позвать своих, но из горла вылетел лишь жалкий хрип. Я с трудом встал, скинув с себя остатки штукатурки. Упавшая колонна прикрыла место, где я прятался, защитив меня от взрывной волны и осколков снаряда.

Я огляделся. Вокруг лежало то, что осталось от моих друзей. Я попытался найти хоть кого-нибудь живого, понимая, что шансов мало.  Особенно меня волновала судьба Пашки, но его нигде не было. Я попытался вспомнить, где он стоял, но мозг отказывался меня слушаться. Голова гудела, в ушах стоял звон, заглушавший все звуки вокруг. В какой-то момент мне показалось, что я оглох. Тут на мое плечо легла чья-то рука.

Я резко обернулся и увидел друга. Тот улыбался мне. Мое сознание словно раздвоилось. С одной стороны, я был в прошлом, но с другой – там все было совсем по-другому. Тогда Пашка не улыбался, а что-то истошно кричал, но я его не слышал. Он показывал на окно, куда его отбросило волной и на командира, на которого пришелся основной удар. А сейчас он спокойно стоял рядом, и одежда на нем была совсем другая.

- Чего расселся? Уже устал? – услышал я Пашкин голос в голове. - Тебе бежать надо, а то твоей любимке не поздоровится. Как ты можешь тут дрыхнуть, когда она там совсем одна! Не стыдно?

Я растерялся и не знал, что сказать. И тут меня словно током ударило. Аня! Она там осталась один на один с этой тварью! Нужно было срочно что-то предпринять! Но что? Я не понимал, как вернуться в реальность. Эта чертова степь засасывала, отключая способность мыслить рационально. Я с трудом держался, чтобы не вернуться в прошлое. 

- Ничего без меня не можешь! Оставить тебя ни на минуту нельзя: тут же влипаешь в разные истории. Иди уже! И постарайся не умереть там, – сказал с усмешкой друг и что есть силы толкнул меня в плечо.

Я откинулся назад и полетел на пол, ударившись спиной обо что-то твердое. В следующую секунду я открыл глаза и резко поднялся. Оглядевшись, я понял, что сижу в коридоре совсем один. Из окна у стены напротив послышался какой-то шум. С трудом встав на ноги, я поплелся туда. Путь в какие-то жалкие несколько метров мне дался довольно тяжело: голова гудела и тело отказывалось слушаться. 

Я несколько раз встряхнул головой, с трудом удерживая равновесие. Сознание стало возвращаться. Я вспомнил Пашку. “Неужели это снова он пришел мне на помощь? – потрясенно подумал я. - Или это просто игры разума, видения, возникшие в голове в результате гипноза? Это все бы объяснило. И эти странные галлюцинации, и то, почему Динка так легко доверилась этой стерве Варваре”. 

Да, моя тетка знала, кого отправить доверчивой девочке. Это ведь идея Варвары была устроить все эти псевдорасследования. Она и Лере Вениаминовне на уши присела, намекала на популярность подобных шоу и удачное время, чтобы вернуться на большой экран. Решила воспользоваться ситуацией, нахапать деньжат и славы, и сестренку мою уговорила во всем этом участвовать. А что потом? В расход Динку бы пустила? Как раз на сороковой день? О да, тогда рейтинг у шоу подскочил бы до небес! И я, дурак, повелся! “Больше никогда не пойду на поводу у сестренки, пусть учится решать свои проблемы как взрослая!” – решил про себя я, медленно двигаясь вперед.

Дойдя, наконец, до окна, я увидел странную вещь. Варвара стояла, опустив голову вниз. В этот момент Аня улепетывала от нее как заправский спринтер. И откуда в ней столько прыти взялось после всего случившегося? Однако Варвара отдыхала недолго. Не прошло и минуты, как она дернулась вперед и прыгнула за Аней, пролетев при этом не менее пяти метров! А потом опять резко остановилась.

“Что это с ней?” – удивленно подумал я, не веря своим глазам. Я никогда раньше не видел, чтобы люди так двигались! В этом было что-то ненормальное, сверхъестественное! Недолго думая, я решил отправиться за странной парочкой. Хотя в данный момент толку от меня было мало. Сейчас я больше походил на тормознутого нарика, чем на бывалого спецназовца, но выбора не было. Мой хомяк был в опасности, и, кроме меня, ему никто не мог помочь. Я быстро оценил обстановку и, глубоко вздохнув, прыгнул вниз.

Наши дни. Аня

Я еще никогда так быстро не бегала. Мы с Дуней неслись от офисного центра к лесу с какой-то невероятной скоростью. Позади то и дело появлялся Роман. И с каждой минутой расстояние между нами становилось все меньше. Мы подбежали к грунтовой дороге, и Дуняша остановилась.

- Дальше тебе придется идти одной. Виктор не сможет его больше удерживать. Беги в деревню через Черную поляну. Там тебе помогут. Оттуда до болота рукой подать. Главное, не останавливайся! Беги! 

Дуня отпустила мою руку и резко повернулась в сторону города. В метрах пятидесяти от нас стояла как столб Варвара. Но стоило мне чуть напрячь зрение, как перед глазами возникла страшная картина. Черная тень протягивала во все стороны свои щупальца, из которых вылезали кисти с четырьмя длинными пальцами, изгибающимися во все стороны. Они хватались за все, до чего могли дотянуться и подтягивали тело все ближе к нам. От этого зрелища у меня на голове волосы встали дыбом, но, взяв себя в руки, я кивнула подруге и что есть силы помчалась к поляне.

Бежать стало в разы тяжелее. Боль в ноге вернулась. В довершение всего добавилась головная боль. Спасибо Маргарите Осиповне. Тяжелая у нее все-таки рука. Была. 

Оглянувшись, я увидела облако тьмы, медленно ползущее по земле в мою сторону, и два маленьких огонька, освещающих дорогу и мешающих ей двигаться дальше. Вздохнув, я продолжила ковылять дальше, переходя с шага на бег. Легкие горели, плечо сильно болело, хорошо хоть сандалии не подвели. Они стойко отражали атаки дорожной грязи, веток и камней. От тяжести книги спину ломило. Казалось, чем ближе мы приближались к болоту, тем тяжелее она становилась. 

Я старалась не смотреть на нее, но нутром чуяла, что она очень внимательно следит за мной. Еще и в голове появился чужой мерзкий голос, спрашивающий, на кой мне вообще все это сдалось. Можно же просто бросить книгу и убежать от всего этого ужаса. Или лечь на землю и забить на все. Если бы не мое баранье упрямство, я бы, наверное, так и поступила.

- Заткнись! – крикнула я, сама не понимая кому. - Я своих родных не слушаюсь, так с чего ты решил, что я буду подчиняться тебе, какому-то жалкому голосу в голове? Может, я и псих, но я сама буду решать, кого мне слушать, а кого нет! 

Голос затих, а на меня неожиданно опять накатили воспоминания. Только в них я была уже постарше. И почему-то пряталась в шкафу. Я боялась, что меня найдут, но ничего поделать со сложившейся ситуацией не могла. В комнате спорили мои родители, и мне было очень страшно. Я чувствовала, что мой мир вот-вот рухнет. 

- Знаешь, нам надо расстаться. И не смотри на меня так, ты прекрасно понимаешь, о чем я. Я очень долго думала о наших отношениях, о нас. Мы не подходим друг другу, разве ты сам этого не видишь? Кто я и кто ты! Конечно, вначале, когда мы только начали общаться, мне казалось, что это любовь. Мне было хорошо с тобой. Особенно после неудачного брака, но ты такой… Такой безнадежный! Ты талантливый художник, но посмотри, что ты делаешь!  Тратишь свой талант впустую и совсем не думаешь обо мне. Правильно мне мама говорила: не будет от тебя толку. Но это уже неважно. Думаю, ты и сам давно понял, что мы стали чужими и нам пора разойтись.

- Вообще-то, нет. Для меня это новость! Я ведь люблю тебя. Я все делал ради нашей семьи! Брал кучу ненужных мне заказов, работал на износ. И все до копейки отдавал тебе, неужели этого мало?

Невысокий темноволосый мужчина встал и начал нервно ходить по комнате. Я узнала его, это был мой отец.

- И теперь после всего ты бросаешь меня и дочь! Ты ведь к нему собралась?

- Да! Я его всегда любила. Брак с Мишей был ошибкой. Я была глупой девчонкой. Но теперь, когда Рома, наконец, вернулся, все будет по-другому. Он больше не тот легкомысленный мальчишка, который всех задирал и кутил ночи напролет. Он уважаем, обеспечен, у него свое дело! – сорвалась на крик мама.

- Его боятся и ненавидят, а как он деньги зарабатывает – это отдельная история. А как он в школе обращался с тобой! Ты забыла, как когда-то от него уходила? Точнее, убегала. Ночью, молясь, чтобы он не проснулся и не прирезал тебя где-нибудь под забором. Или ты скучаешь по сломанным ребрам и сотрясению мозга? Мне твоя мама много чего интересного про ваши высокие отношения рассказала.

- Ты ходил к моей матери? Кто тебе вообще позволил лезть к моей семье!

- Очень интересно, а мы с Аней тогда кто тебе? Послушай, он садист и подонок. Он пользуется твоей доверчивостью. Поверь мне!

Мама резко встала и отошла к окну. Отец медленно подошел к ней и хотел обнять, но она вырвалась и пошла к двери. Подойдя к ней, она резко обернулась и крикнула:

- Мы были молоды! Он изменился!

- Ага, конечно! Как был он жестокой сволочью, так таким и остался. А твоя маман знает, что ты решила к нему вернуться?

- Да! Она меня в этом поддерживает. Что ты можешь мне дать? Твоими картинками сыт не будешь и гипсом светлое будущее не построишь.

- У нас есть дом, наш дом, – тихо произнес мужчина.

- Ага, эта халупа? Ты до сих пор второй этаж не доделал! А задняя дверь – это отдельная песня. Она постоянно заедает, да ее же просто перекосило! Когда-нибудь она упадет и убьет кого-нибудь. Послушай, мы прожили вместе замечательные четыре года, но любовь прошла, нам больше нечего сказать друг другу. Так что давай …

- Если ты сейчас скажешь “останемся друзьями”, я за себя не ручаюсь! – крикнул отец.

- Нет, ну вы посмотрите на этого эгоиста! Я же для нас стараюсь! Мы никогда не сможем быть счастливы вместе. Пора закончить эти бесполезные отношения и пойти каждому своим путем. Ты обязательно еще встретишь свою любовь, но это буду не я.

- А как же Аня? Или ты думаешь, что я отдам тебе ее, чтобы она жила с этим гадом? Если хочешь уйти – иди, но дочку я тебе не отдам! 

- Где-то я это уже слышала, – рассмеялась мама. – Но ты прав, Ане лучше будет с тобой. Она так привязана к тебе! И не удерживай меня, пожалуйста. Ты делаешь только хуже!

- Не уходи, – тихо сказал папа, но мать схватила чемодан и, не оборачиваясь, вышла из дома.

Она ушла и даже не попрощалась со мной. Но не это расстроило меня сильнее всего. В конце концов, последнее время я все реже видела маму. Я привыкла, что из-за работы ее постоянно не бывает дома. По крайней мере, так говорил мне отец. Поэтому спокойно могла представлять, что она не бросила нас, а просто опять задержалась на смене. Но видеть отца таким – это было выше моих сил.

Папа сидел на полу, обхватив голову руками, и я чувствовала, как ему больно. Тихонько выбравшись из шкафа, я подбежала и обняла его. Папа посмотрел на меня из-под руки опухшими глазами и грустно улыбнулся. Мы так и стояли минут десять не шевелясь. Потом отец резко встал и, улыбнувшись, потянул меня за руку на кухню.

- Ну что, пируем сегодня? – смеясь, спросил он и достал ведерко моего любимого шоколадного мороженого.

 - Да! – радостно крикнула я и достала две ложки.

Мы сели и с удовольствием стали поедать десерт. А потом всю ночь смотрели мультики. Мама ушла, но этот день стал для меня одним из самых счастливых.

Наши дни

Когда я добралась до поляны, мое лицо было залито слезами. Как я могла забыть тот день? Как я могла забыть папу? Он же меня так любил! И я его. Почему так случилось? Я ведь даже не знала, где его могила! Я спрашивала когда-то у отчима, но он говорил, что не знает, при этом дядя Миша всегда отводил взгляд. “Неужели он врал мне?” – расстроено подумала я, не веря, что отчим на такое способен.

Я много раз поднимала эту тему, спрашивала у мамы, но она никогда не отвечала. Обычно мама в такие моменты начинала кричать на меня, и в итоге все кончалось ее истерикой. А потом еще несколько дней бабушка и сестра выговаривали мне, какая я бесчувственная: опять довожу мать.

“Все, теперь я не отступлю! – решила я про себя. - Буду капать на нервы всей семье двадцать четыре часа в сутки, пока они не скажут мне, где похоронен отец. И плевать на обмороки бабушки и наигранные истерики мамы. Я добьюсь своего, пусть даже мне придется вытрясти из них правду силой! Они не могут не знать”.

Резкий порыв ветра вернул меня в реальность. Стемнело, и от этого красивая цветущая поляна стала выглядеть чужой и неприветливой. Помня о ямах и тоннелях, я решила не рисковать и идти осторожно, проверяя перед собой дорогу. Тем не менее мне необходимо было торопиться. Неизвестно, как долго дядя Виктор и Дуня могли удерживать Романа. И что-то мне подсказывало, всякие мелочи, типа двухметровых ямок и подземных ходов, ему были не страшны.

Пробираться одной в наступающей темноте через это чертово место было очень страшно. Ночью сгинуть здесь можно было на раз-два. Не зря же люди испокон веков называли поляну проклятой. Чтобы отвлечься, я попыталась вспомнить свой самый страшный день.

“Может, это тот день, когда на меня ночью напал пьянчуга? – размышляла я про себя, осторожно пробираясь через кочки и траву. - Вроде нет. Я испытала скорее злость, что придется бежать от какого-то придурка после тяжелой смены в магазине. А потом была усталость. Пришлось вызвать этому мужику скорую и отвечать на множество вопросов. Или это был день, когда за мной гнались подручные богатой дамочки, которая не хотела платить по счетам? Нет, тогда я испытывала какое-то ненормальное воодушевление. А потом, когда на их машину упало дерево, удивление и досаду, что все так быстро закончилось…”

Тут в моей голове всплыл образ черного человека, и я вспомнила самый страшный день в моей жизни.

Отец укладывал меня спать, когда кто-то постучал в дверь. Папа поцеловал меня и попросил подождать его в кровати. Я укуталась в одеяло и стала ждать. Внезапно я услышала, как дверь громко ударилась о стену, а потом послышалась ругань. Я сжалась в комочек, не понимая, что происходит. Затем раздался жуткий вопль. Кричал отец. Забыв о страхе, я выскочила из комнаты и побежала на звуки борьбы.

Добежав до коридора, я увидела, что отец лежит без сознания на полу, а над ним склонился человек в черном плаще с капюшоном. Он резко обернулся и посмотрел на меня. В коридоре было темно, поэтому я не могла разглядеть его лица, но чувствовала, как от него веет опасностью. Мне хотелось убежать, но я не могла бросить папу. Я кинулась к отцу, но черный человек схватил меня. Я почувствовала удар. В глазах потемнело, и я потеряла сознание.

Очнулась я от страшных криков и запаха дыма. Я попыталась встать, но не смогла. Руки и ноги были перемотаны скотчем, а рот был заклеен. Мне стало страшно. Я заплакала и попыталась крикнуть, но получилось лишь негромкое мычание. Я лежала одна, в темноте, и только слабый свет луны пробивался сквозь маленькое окошко нашего старого пыльного чердака, хоть как-то рассеивая жуткие тени, окружившие меня со всех сторон. Меня всю трясло, голова болела. Время словно остановилось. 

В какой-то момент мне стало казаться, что это конец, и меня никогда не найдут, но тут я услышала чьи-то голоса. Какая-то женщина кричала “Пожар!”. Я слышала, как люди забежали в дом и сновали туда-сюда. Я стала стучать ногами по полу. Кто-то снизу услышал шум и предложил подняться на чердак. Несколько человек забрались наверх. Среди них я узнала бабу Зину и дядю Виктора. Как только меня освободили, я стала спрашивать об отце, но добиться какого-либо вразумительного ответа не смогла. Виктор Андреевич взял меня на руки и осторожно стал спускаться вниз.

В доме стоял странный запах. Я не могла успокоиться, все время плакала и постоянно спрашивала об отце. Дядя Витя сказал, что мы едем в больницу, а потом меня заберет мама. Про папу он не сказал ни слова. Мы уже выходили из дома, когда я услышала, как дядю Виктора кто-то позвал. Тот оглянулся. Рядом стоял какой-то мужчина. Он сказал, что труп достали и не знают, что с ним делать. 

Дядя Виктор начал кричать и обозвал мужчину идиотом. Он попытался закрыть мне лицо ладонью, но я увернулась и посмотрела в сторону, куда указывал тот человек. Там, у стены, я увидела угольно-черного человека, лежащего на спине. Внутри меня все превратилось в лед. Я поняла, что это мой отец, и мое сознание отключилось. 

Наши дни

Я споткнулась о корягу и упала лицом в грязь. Держа в одной руке книгу, пальцами другой я сжала мягкие комья земли. Слез уже не осталось. Боль и тоска разрывали сердце. Из груди вырвался вой. Я не узнавала свой голос и чувствовала себя другим человеком, незнакомым, с чужими воспоминаниями и чувствами. В голове уже не шептал, а орал голос, приказывающий сдаться, сломаться, развалиться на части. Но я вспомнила о своей семье и Серафиме. И об отце, могилу которого я была обязана найти. Я не могла так просто сдаться! Только не сейчас, когда, наконец, открылась вся правда. 

Встав на колени, я дотронулась до груди. В мыслях я видела двух людей. Себя маленькую, чувствительную, пережившую те страшные события девочку, и себя сегодняшнюю, бесчувственного циника, не умеющего ладить с людьми. Отбросив книгу в сторону, я закрыла глаза, глубоко вздохнула и что есть силы обняла себя, представляя, как объединяю эти два образа и собираю свою личность по кускам. Этот нехитрый ритуал помог. Тяжело вздохнув, я смогла подняться на ноги, а после подняла книгу, которая, казалось, стала весить целую тонну.

Сделав пару шагов, я почувствовала, что нога словно за что-то зацепилась. Опустив глаза вниз, я увидела тень, похожую на искривленную ладонь с четырьмя пальцами. Она крепко держала меня за лодыжку. Я попыталась вырваться, но внезапно ощутила резкую боль и толчок, после которого упала, приземлившись животом на книгу. Сзади меня медленно рос черный силуэт, раскинувший щупальца во все стороны, одно из которых тянуло ко мне бесчувственное тело Варвары.

Резко оттолкнувшись от земли, я вскочила и с силой выдернула ногу из ладони, которая тут же рассеялась черным туманом. Медлить было больше нельзя. Нужно было задействовать все внутренние ресурсы и бежать вперед. Я была близка к границе поляны и леса и еще верила в свою призрачную победу над прошлым. 

Заглушив все чувства, забыв о боли, я рванула вперед. Рядом послышался знакомый голос. Он звучал отовсюду: слышался в шелесте травы, отражался от холмов, лез из каждой тени, проникал в мои мысли. Это был тот самый голос, призывавший меня сдаться, и он принадлежал Роману. Я пыталась не слушать его, но слова лезли ко мне прямо в голову.

- Малыш, иди ко мне! Не бойся, я тебя не обижу. Мы же одна семья! Хочешь, я буду твоим папой? – слышалось отовсюду. – Или, может, кем-то большим…

И тут я поняла, что такое уже было! Когда-то давно, когда я была маленькой…

- Анечка, не бойся, заходи! Это же твой дом, помнишь? - Мать крепко держала меня за руку, боясь, что я снова вырвусь и убегу. 

Голос мамы был ласковым, но я не верила ни единому ее слову. Мне было очень страшно заходить в некогда родной, любимый дом. В голове то и дело всплывал образ обгоревшего человека, неподвижно лежащего в коридоре.

Мать больно сжала мою руку и с трудом перетащила меня через порог. Оказавшись внутри, я удивленно осмотрелась. В доме все изменилось. Картины отца, украшавшие стены, пропали, впрочем, как и вся старая мебель. Стены были перекрашены, даже новый палас, некогда устилавший пол, куда-то исчез. Только старинное зеркало все также висело на прежнем месте, в прихожей.

В нашем домике стало неуютно. Все было незнакомым, как будто мы зашли не к себе домой, а случайно попали к совершенно чужим людям. 

В глубине коридора я заметила человека, с любопытством наблюдавшего за нами. Он стоял, облокотившись спиной о стену, и, скрестив руки, ухмылялся. Мужчина был высоким и темноволосым. Его можно было бы назвать красивым, если бы не холодные злые глаза, которые, казалось, могли пробурить дыру в бетонной стене. Глядя на него, я почему-то сразу захотела убежать. В больницу к дяде Виктору или домой к тете Зине. Куда угодно, хоть в детский дом, лишь бы не оставаться с этим человеком наедине.

- Деточка, знакомься, это Роман!  Теперь он будет твоим новым папой, – весело щебетала мама, толкая меня вперед.

Мужчина глубоко вздохнул и медленно пошел к нам. Он продолжал улыбаться, но от этого мне стало только хуже. Я была на грани истерики. Слезы лились не переставая, мне хотелось только одного: спрятаться, исчезнуть, чтобы никто никогда меня больше не нашел.

Роман вплотную подошел ко мне и больно взял за подбородок. Он довольно долго смотрел мне в глаза, а потом еще сильнее улыбнулся и сказал:

- Здравствуй, малыш! Не бойся, я тебя не обижу. Теперь мы одна семья. Я буду твоим новым папой!

Я затихла, с ужасом смотря ему в глаза, а мама, словно не замечая происходящего, отпустила меня и с наигранным весельем сказала:

- Я так рада, что вы поладили! У нас будет замечательная семья! Рома очень хороший человек. Вот увидишь, Анечка! У нас все будет хорошо.

Она что-то продолжала радостно говорить, только я ее совсем не слушала. Я смотрела на нового папу как кролик на удава и никак не могла отвести взгляд. Этот человек был мне до боли знаком, и от него буквально веяло угрозой. Мне он казался злым и опасным. Как только мама могла этого не замечать? Краем уха я услышала, как она начала что-то говорить о моем настоящем отце. Кажется, мама сказала, что он в подметки не годится ее нынешнему возлюбленному, но внезапно Роман резко оборвал ее и приказал готовить обед. Мама нервно засмеялась и со словами “Да, дорогой!” побежала на кухню.

Воспользовавшись моментом, я хотела было выскочить на улицу, но не успела. Дверь резко захлопнулась прямо перед самым моим носом. Две ладони скользнули по обе стороны от меня, и я оказалась зажата между рук Романа. Обернувшись, я увидела его лицо совсем близко. 

- Ты меня совсем не узнаешь? – вкрадчиво спросил он.

- Нет, я вас не знаю! Отпустите меня! Мне надо идти.

- Очень хорошо. Пусть так и будет! – улыбнувшись, шепнул мне на ухо этот человек и, взяв на руки, утащил меня вглубь дома.

Я сопротивлялась, даже пыталась его укусить, но он лишь сильнее засмеялся. Мы зашли на кухню, где мама суетилась у плиты. На столе был приготовлен шикарный ужин. В углу на подоконнике стояли тарелка, полная конфет, и громадный торт. Нас с папой она никогда так не угощала. Мне даже стало как-то обидно.

- Все готово! Идемте за стол! – весело позвала она нас.

Я посмотрела на этих людей. Я была маленькой и знала о жизни не так много, но уже тогда вся эта ситуация казалась мне каким-то немыслимым бредом. Всем своим детским нутром я ощущала фальшь и что-то неправильное, ненормальное. Я нервно начала смеяться и не могла остановиться. Маму всю перекосило, а Роман опустил меня на пол и с любопытством стал наблюдать, что же будет дальше. Мама резко подскочила ко мне и дала пощечину, но ее действия лишь усугубили ситуацию. У меня началась истерика. Я смеялась и плакала одновременно. От этого у меня скрутило живот, мне стало трудно дышать, но я никак не могла остановиться. Мать снова попыталась ударить меня, но Роман перехватил ее руку.

- Я думаю, что девочке надо немного отдохнуть. Я отведу ее в комнату.

Мама хотела возразить, но не успела сказать и пары слов. Мужчина резко повернулся к ней и тихо спросил: 

- Ты что-то имеешь против этого?

Он сказал это без какой-либо угрозы, но от его голоса у меня волосы встали дыбом. Я посмотрела на мать. Судя по всему, у нее тоже. Она его явно боялась, но почему тогда он был здесь? Зачем она впустила его в наш дом? Это было выше моего понимания.

- Пойдем, малыш. На тебя и так сегодня обрушилось слишком много впечатлений. Поешь позже. 

С этими словами он схватил меня за руку и потащил на второй этаж. Войдя к себе в комнату, я огляделась и вздохнула с облегчением. Детскую не стали переделывать. Все здесь было на своих местах, как раньше.

- Машка хотела тут все поменять, но я не дал. Ты рада? - тихим голосом спросил Роман.

- Да, спасибо. 

Я вдруг почувствовала благодарность к этому человеку. У меня даже появилась мысль, что он не такой уж и плохой.

- Отдыхай, малыш. А мне надо серьезно поговорить с твоей матерью. Теперь я твой новый папа, так что веди себя хорошо. Возможно, мы станем кем-то большим друг другу… 

Не договорив, Роман повернулся к окну и посмотрел вдаль. Мне стало не по себе от его слов. Все теплые чувства моментально улетучились. Для себя я решила по возможности как можно реже попадаться на глаза этому опасному человеку и лишний раз не привлекать его внимания. 

- Я буду вести себя хорошо! 

- Молодец! – сказал Роман и, потрепав меня по голове, пошел на кухню. 

Как только он ушел, я кинулась к потаенному шкафчику, вмонтированному в стену. Его сделал мой настоящий отец. В нем мы прятали наши сокровища. Там хранились любимые папины картины и эскизы, мои игрушки, книги и различные безделушки. Но главное - семейный фотоальбом. Все было на месте. Я вздохнула с облегчением и крепко прижала альбом к груди, а потом легла на кровать и начала его листать. 

На первой странице мама и папа обнимались у реки, на следующей мама сидела на качелях и у нее уже был виден животик. Перевернув страницу, я увидела фото, где маму выписывали из роддома, а дальше шла целая куча фотографий, где я была совсем еще крошкой. Далее были общие семейные фото, на которых нас было трое. Потом двое. Последние были сделаны незадолго до смерти отца, в парке. Мы были так счастливы! 

Я дотронулась до лица и почувствовала, как по щекам текут слезы. Я резко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, но тут снизу раздался звон бьющейся посуды и крики. Мне стало страшно: вдруг черный человек опять пробрался в дом. Схватив со столика маленькие ножницы, я побежала на кухню.

Внизу царил настоящий бардак. Еда была разбросана, пол усыпан битыми тарелками, а в углу целовались мой так называемый новый папа и мама. Я растерянно стояла и не знала, что мне делать. Роман заметил меня и еще сильнее прижал к себе мать. Я испуганно попятилась и пулей умчалась к себе в комнату, а позади меня раздался дикий хохот.

Наши дни

Я вернулась в реальность, но смех продолжал звучать в моих ушах.  Обернувшись, я увидела, что черный туман окончательно принял форму человека, и хохот исходил именно от него. В моей голове все стало на свои места. Роман убил моего папу и потом приперся к нам домой. Как у него только совести на это хватило! Хотя какая совесть? В нем ничего человеческого давно не осталось! 

“Получается, он уже тогда был самой настоящей мразью! – с ненавистью подумала я. - И если сейчас я не справлюсь со своей задачей, то всех моих родных ждет страшная беда! Он никогда не оставит нашу семью в покое”.

Стиснув зубы и убрав грязь с лица, я с диким ревом поковыляла на край поляны. Для себя я решила: костьми лягу, но не сдамся. Мое дурацкое упрямство, на которое постоянно жаловались окружающие, наконец-то сослужило мне добрую службу. Я уже видела темный силуэт леса, когда сзади меня обдало ледяным дыханием. Я почувствовала, как волосы покрылись инеем, а изо рта вырвалось облачко пара, будто сейчас было не лето, а самая настоящая зима. Причем середина февраля с его знаменитыми морозами.

- Малыш! – послышался позади тягучий хриплый голос. – Иди ко мне!

- Ага, сейчас! Просто бегу и падаю! – огрызнулась я и из последних сил рванула вперед.

Тени окружали меня со всех сторон, черные щупальца тумана постепенно оплетали тело. Я чувствовала, что еще немного, и мне хана, но упорно продолжала идти вперед. Слева от меня послышался странный шорох. “Не смотреть, не смотреть!” – твердила я тихим шепотом, но не удержалась и покосилась в сторону. От увиденного у меня волосы встали дыбом и перехватило дыхание. 

“Дура, идиотка! – мысленно ругала я саму себя. - Ну зачем, на хрена тебе это надо было?”

Я попыталась выкинуть увиденное из головы, но жуткий образ изуродованного тела Варвары, медленно волочившегося в нескольких метрах от меня, крепко впечатался в память. Ее голова была неестественно повернута, руки и ноги вывернуты, как у сломанной марионетки, а мертвые стеклянные глаза, казалось, смотрели прямо в душу. При этом женщина улыбалась, обнажая сломанные зубы.

Туман, окутавший мое тело, стал плотнее, и я уже ощущала его кожей. Мне казалось, что я чувствую чьи-то руки, сжимающие меня все сильнее. Дышать стало тяжело, но я из последних сил брела вперед, хотя понимала, что еще чуть-чуть, и я просто свалюсь без сознания. Постепенно опускаясь на колени, я продолжала ползти, прижимая к груди неподъемную книгу.

- Ты никогда не сдаешься, да? Может, именно поэтому меня так тянет к тебе! – услышала я тихий шепот в голове.

 Перед глазами все поплыло, я уже не могла понять, двигаюсь ли я или уже лежу на земле. Реальным оставался только черный туман, который стал вязким, как кисель, и, казалось, высасывал из меня жизнь.

И вдруг все изменилось. Черная мгла отступила, и жуткие объятия разжались, освобождая меня. С трудом подняв голову, я увидела, как черный туман разрывают на части несколько десятков рук. Не понимая, что происходит, я огляделась. Я лежала у края гигантского оврага, за которым виднелись грунтовая дорога и лес.

“Граница…” – мелькнуло у меня в голове, и я потеряла сознание.

- Анечка, сегодня я иду к бабушке, так что ты остаешься с Ромочкой! Веди себя хорошо! 

Мама торопливо одевалась, не обращая на меня никакого внимания. Она даже не стала краситься, что было очень странно. 

- Я с тобой! – с надеждой крикнула я и побежала к входной двери за сандалиями, но меня тут же грубо подхватили под мышки и подняли в воздух. 

Я оказалась в крепких объятиях Романа. Мама посмотрела на него и, нервно сглотнув, схватила сумку и побежала надевать туфли.

- Мама? – позвала я.

Та, стараясь не смотреть на меня, быстро затараторила:

- Малыш, ты же знаешь, как папа не любит, когда ты общаешься с посторонними. 

Я подумала, что этот Роман вообще не любит, когда я с кем-то общаюсь. Меня постоянно держали дома, не давая гулять со сверстниками. И даже во двор дома выпускали гулять только с мамой и почему-то ближе к вечеру. 

- Но это же бабушка! – сказала я закрывающейся двери. 

Я грустно посмотрела в окно. Мама побежала по дорожке и скрылась за поворотом. Я не могла понять, куда она так спешит. Мне опять предстояло провести день с этим человеком. И, скорее всего, он опять собирался попросить меня сдать кровь. 

Это началось через несколько месяцев после торжественного воссоединения семьи. В тот день мама также куда-то убежала, и мы с мужчиной остались вдвоем. Я поела и собиралась уйти к себе, как вдруг Роман подошел ко мне и впервые за долгое время заговорил. 

- Знаешь, у меня есть секрет. Хочешь, расскажу какой? – сказал он, хитро улыбаясь. 

- Я не умею хранить секреты. Так что лучше не надо! - тихо сказала я и попятилась назад.

- Врунишка! Еще как умеешь! Да ты у нас вообще похожа на маленького партизана. Не так-то просто тебя перехватить в доме. Ты как мышонок шуршишь где-то, своими делами занимаешься. А стоит на тебя обратить внимание, сразу куда-то пропадаешь. Я соседей вижу чаще, чем тебя. Живешь здесь как маленькое привидение, если бы не мать, вообще не виделись бы. 

- Я просто люблю одиночество. И гулять. Можно я пойду погуляю во дворе?

- Обязательно, но потом. У меня к тебе дело.

С этими словами он повел меня вглубь дома, в бывшую мастерскую отца, находившуюся в дальней пристройке. После того, как Роман поселился здесь, он переоборудовал ее в свой кабинет и нам с мамой строго-настрого запретил туда заходить. Кабинет был оборудован отдельным входом, и там частенько вечерами Роман собирал своих так называемых деловых партнеров, а по сути, обыкновенных бандитов, с которыми проворачивал свои темные делишки.

Когда мы зашли, он посадил меня в кресло и заговорил каким-то подозрительно добрым голосом. Он начал рассказывать, как много в этом мире больных людей, и что им не хватает крови для переливания, но мы можем им помочь, сдав свою. Я начала понимать, к чему он клонит, но мне было трудно поверить, что он такой хороший и переживает за других. Ему нужна была кровь для чего-то другого, но мне было неважно, для чего. Я хотела лишь одного: чтобы он быстрее меня отпустил.

- Нужно сдать кровь? – напрямую спросила я.

- Да, а ты догадливая. Не бойся, нужно совсем немного. Ну что? Согласна?

- А у меня есть выбор? – сказала я и тут же пожалела. Ведь он мог и не спрашивать, а просто силой взять все, что ему нужно. И никто бы мне не помог. Поэтому я решила не испытывать судьбу и с наигранной веселостью произнесла:

- Конечно, я согласна! Если это кому-то поможет…

- Вот и чудно! Ты ведь уже сдавала кровь в больнице и знаешь, как это делается?

- Да. После смерти отца. Я там две недели лежала…

- Ясно, ясно! – перебил меня Роман и достал жгут и шприц.

Мне все это показалось очень подозрительным, но после процедуры он отпустил меня погулять и даже дал денег, разрешив зайти в магазин за конфетами. Поэтому я просто решила не думать о его странной просьбе. Правда, он запретил мне говорить об этом кому бы то ни было, взамен обещав почаще отпускать на улицу и давать денег, а для меня этого было более чем достаточно. Роман всегда был странным, и его я боялась куда больше игл и уколов. Однако через месяц он снова попросил меня сдать кровь. И потом еще раз. Вот и сегодня мама в очередной раз оставила меня с ним, и я уже понимала, что сейчас будет. Мне этого очень не хотелось, так как я чувствовала себя неважно. 

- Малыш, пойдем. Думаю, ты понимаешь, что мне нужно, - безразличным тоном сказал Роман. 

Вот уже пару дней он почему-то не улыбался. Это было очень необычно. Да и выглядел Роман больным. Весь осунулся и был очень бледным. 

- Я плохо себя чувствую, может, завтра? – тихо сказала я, но мужчина тут же меня перебил.

- Нет, сегодня! – рявкнул он и потащил меня по коридору.

Я попыталась вырвать руку, но из железной хватки этого человека было не так-то легко освободиться. Смирившись, я поплелась следом, надеясь, что все это скоро закончится, и я смогу полежать в своей комнате. 

Мы зашли внутрь кабинета. Я села в кресло и стала ждать. Роман нашел все необходимое и подошел ко мне. Он снова проделал все манипуляции, при этом его лицо было безучастным. Он как будто был не здесь, а где-то очень далеко. 

- Можно я пойду? – тихо спросила я, когда мужчина освободил мою руку.

Роман очнулся и посмотрел на меня растерянным взглядом, потом посмотрел на шприц и, грустно вздохнув, сказал:

- Этого мало! Нужно еще.

Потом он резко подскочил и посмотрел на меня безумными глазами. Мне стало страшно, я тихонько выскользнула из кресла и попятилась к задней двери, ведущей в огород. Мне было нехорошо, голова кружилась, но оставаться здесь было опасно. Неизвестно, что еще могло прийти в голову этому человеку.

- Малыш, ты куда? Мы еще не закончили! Давай еще пару раз! А потом ты сможешь взять все конфеты из шкафа. А хочешь, я тебе куплю новый велосипед? – странным голосом сказал мужчина и начал приближаться.

- Не нужно. Я и кататься-то не умею! Извините, но мне надо идти, – пискнула я, открыла защелку и выбежала на улицу.

- Стой, засранка! – донеслось мне вслед, но я, не обращая внимания на слова Романа, выбежала во двор.

Мужчина побежал следом. Мы остановились у края дороги, глядя друг на друга. Я не знала, стоит ли мне бежать дальше, ведь тогда он мог пожаловаться маме, и мне бы от нее досталось. Он не решался схватить меня на глазах у соседки, пропалывавшей огород, к тому же из-за поворота показались еще две женщины, которые что-то активно обсуждали.  Я подумала, что мне повезло, и он уйдет домой, а я пережду бурю в магазине или на детской площадке, но не тут-то было. 

- Что стоишь, коза! Брысь отсюда, пока я тебе рожу не разукрасил! – крикнул Роман соседке, и та боязливо попятилась.

- Маргарита Осиповна! Подождите! Можно я к вам зайду? – сказала я и подбежала к калитке.

Соседка испуганно посмотрела на Романа, после чего с ненавистью на меня. Она захлопнула дверь прямо у меня перед носом, а потом злобно зашипела:

- Не смей втягивать меня в ваши разборки! Еще раз приблизишься к моему дому - спущу на тебя собаку! И матери расскажу, как ты тут шляешься, а у меня потом клубника пропадает.

Она быстро убежала к себе домой, а я осталась стоять у закрытой двери. Роман широко улыбнулся. Он понял, что никто не пойдет против него и не поможет мне. Однако оставались еще две женщины, с любопытством наблюдавшие за нами. Я с надеждой посмотрела на них и хотела попросить помощи, но Роман меня опередил:

 - А вы чего уставились? Или, может, скучаете? Так тогда давайте я вас со своими ребятами познакомлю! Уж поверьте, они не дадут вам загрустить.

Женщины затихли, а потом быстро убежали. Я осталась один на один с этим человеком.

- Так-так, кое-кто тут побегать собрался? Кто тебе разрешил выйти из дома? Видимо, я был слишком мягок с тобой! Пора тебе показать, кто в доме хозяин. Или ты думаешь, что тебя смогут защитить эти овцы? Эти тупые сучки способны только вякать, а стоит прижать их к стенке, тут же мать родную продадут! Так что не думай, что тебе хоть кто-нибудь поможет. Защитник у тебя только один, и он теряет терпение! 

Роман ухмыльнулся и протянул ко мне свои руки, а я, сжавшись в комочек, стояла и смотрела на него, не в силах пошевелиться. И тут ко мне подпрыгнул кот. Большой, черный, мохнатый, он был просто копией Малевича. Кот громко зарычал и выгнул спину. Роман отдернул руки и злобно посмотрел на соперника. Он явно не ожидал такой “овцы”, а я была счастлива, что у меня нашелся хоть один защитник, не побоявшийся пойти против Романа.

- Это что за скотина меховая? 

- Это Барсик. Он тут недавно появился. Иногда заходит к нам во двор. Я его печеньками кормлю. Он очень хороший, добрый.

- Я вижу. Пошел прочь, а то шкуру сдеру! – крикнул Роман и хотел кинуться в наступление, но тут остановился и посмотрел мне за спину. 

Я обернулась. Недалеко от нашего дома стояла молоденькая девушка. Она не решалась войти. Роман хищно улыбнулся и сказал:

- Повезло тебе сегодня, детка. Но не думай, что я это забуду. А твоего кошака, если еще раз увижу, живьем закопаю! 

Он обошел меня и направился к дому. Я же стояла некоторое время неподвижно, не веря своему счастью. Потом, наконец, осознав случившееся, наклонилась и обняла кота. Тот довольно замурлыкал. Краем глаза я заметила у калитки Романа с девушкой. Мне стало интересно, кто она и зачем пришла. Любопытство пересилило здравый смысл, и я осторожно, прячась за деревьями, подобралась поближе. 

До меня доносились обрывки разговора, из которых я поняла, что девушку зовут Марина. Они с Романом время от времени встречались, и сегодня он приглашал ее в ресторан! Девушка вся светилась от счастья, а Роман, крепко обняв ее, что-то страстно шептал ей на ухо. У меня все внутри перевернулось. “А как же мама?” – возмущенно подумала я. Не думая, что делаю, я выскочила из укрытия и хотела было побежать к ним, но кот преградил мне путь. Он встал на задние лапы, а передними уперся мне в грудь, чуть не опрокинув своей тушкой.

- Не мешай! Я должна все выяснить! – закричала я на кота.

Пытаясь убрать неожиданное препятствие с пути, я не сразу заметила, что девушка куда-то убежала, а Роман снова направляется к нам. Как только он подошел, я в сердцах выкрикнула:

- Кто это? Я все маме расскажу! И про кровь тоже!

- О, да ты ревнуешь, малыш! Не волнуйся, это всего лишь знакомая. Пришла, чтобы решить один личный вопрос.

- Какой вопрос? 

- Личный, тебе же сказали! Не бойся, больше она нас не потревожит. Никогда! – ухмыльнулся Роман, а мне вдруг стало по-настоящему страшно. - А про наш маленький секрет мама знает. Или ты думаешь, она слепая и не видит следов от игл? Машка давно их заметила, а я все ждал, когда она осмелится меня спросить о них. Не дождался. Сам рассказал. И она, знаешь ли, не против. Я наплел ей что-то про уникальную кровь и лабораторные исследования. И она поверила! Или притворилась, что поверила.  Я заметил, что ей как-то на все происходящее вокруг плевать, лишь бы я был рядом. Даже скучно как-то. С тобой и то общаться интереснее, а ты еще ребенок. 

Мне стало грустно. Мама все знала и ничего не делала, чтобы ему помешать. Я тоже заметила, что у нее какая-то странная привязанность к Роману. Она ему все прощала: скандалы, загулы, его мерзких дружков. Он в последнее время часто не ночевал дома. Для меня это было счастливое время, а вот мама из-за этого сильно переживала. Такими ночами она горько плакала, и на утро у нее было опухшее лицо. 

У меня защемило в груди. Как смел этот гад так обращаться с нами? Я бросилась к нему и стала молотить его руками, вот только ему мои удары были как слону дробинка. Мужчина удивленно смотрел на мои жалкие попытки побить его, а потом рассмеялся и, перекинув меня через плечо, пошел к дому. Обернувшись, он заметил, как кот шипит, но за нами не идет.

- А чего это твой заступник блохастый тебя не защищает? – с интересом спросил он.

- Он к дому никогда не подходит. Наверное, боится, - обреченно сказала я, с грустью осознавая всю свою беспомощность.

- Смотри, с какой ненавистью смотрит. Неудивительно, что она его не пускает.

- Кто не пускает? Кого? 

- Интересно стало? Ладно, я познакомлю вас. Должна же ты знать, зачем мне кровь.

Мы прошли в кабинет, где Роман снова усадил меня в кресло. Он подошел к шкафу и открыл ключом одну из створок. Там оказался сейф. Быстро набрав код, он достал оттуда большую старинную книгу. Таких я раньше никогда не видела. 

- А там есть картинки? – с любопытством спросила я.

- Есть и еще какие! Но прежде, чем их посмотреть, книгу надо разбудить. А то она ничего тебе не покажет! 

Я наклонилась поближе, чтобы посмотреть, как он будет будить этого кожаного монстра. Роман усмехнулся и потрепал меня по голове. Он достал колбу с кровью и осторожно вылил содержимое на складку посреди обложки. Переплет пошел волнами, послышался слабый вздох, а в самом центре книги появилась небольшая трещина. Она разрасталась, разрывая кожу. Края ее медленно расползлись в разные стороны, обнажая рисунок, изображающий закрытый глаз. 

Мне стало страшно. Я отпрянула назад, но любопытство победило, и я снова осторожно подалась вперед. Внезапно часть рисунка, изображающая веко, дернулась, и глаз распахнулся. С обложки на меня смотрел кроваво-красный зрачок, обрамленный черной радужкой. Глаз моргнул и начал пристально изучать комнату. Смотреть на все это было выше моих сил. Я задрожала и вскочила с кресла, а потом мигом выбежала на улицу. 

- Блин, опять забыл закрыть дверь. Ладно, это уже не имеет значения, - донесся до меня голос Романа, но мне было все равно.

Я мчалась, не разбирая дороги. Меня всю трясло. Я очень любила читать сказки и даже верила в магию и добрых фей, но к этому оказалась не готова. Очнулась я только в лесу и поняла, что не понимаю, где нахожусь. Страх потихоньку начал отступать, мне даже начало казаться, что это был сон. “Конечно, я просто потеряла сознание, когда Роман брал у меня кровь, и все это мне почудилось!” – попыталась успокоить себя я. 

Я растерянно огляделась. Это место было мне незнакомо, но страха я не испытывала. Домой не хотелось, и я не знала, что мне теперь делать. Внезапно впереди показался круглый черный силуэт.

- Барсик, это ты? – обрадовалась я. – Как ты здесь оказался?

Рядом с ним появилась девушка. Она потрепала кота по голове и вместе с ним медленно побрела ко мне. Сначала я хотела убежать, так как, живя с Романом, перестала доверять людям. Но Барсик доверчиво терся о ноги незнакомки, да и сама она так открыто и радостно улыбалась, что я решила повременить с побегом.

- Здравствуй, девочка! Я Дуня, а тебя как звать? – спросила она мягким добрым голосом. От нее так и веяло теплом.

 - Аня, – тихо ответила я, а потом громче добавила: - А это Барсик! Он у меня во дворе часто гуляет.

- Так вот оно что! Это твой котик! К нам он тоже часто захаживает. Даже жил с нами какое-то время, – улыбнулась девушка и погладила Барсика по спине.

- А у вас - это где?

- В деревне. Она тут недалече. Хочешь прогуляться? А потом я тебя домой провожу.

- Конечно! – радостно сказала я и доверчиво последовала за девушкой. 

Я провела в деревне целый день. Поселение было небольшим и как будто потерянным во времени. Никакие блага цивилизации не дошли до этих мест. Люди жили без электричества и водопровода, одежда была домотканой, никаких магазинов, даже школы не было! Мне разрешили переночевать, но на следующий день разбудили рано утром, и Дуня повела меня домой. 

Только сейчас я поняла: именно тогда я впервые встретила свою лучшую подругу. Получается, мы были знакомы с ней еще до того, как я поселилась у отчима. Но почему она мне никогда об этом не рассказывала? Вопросов в голове было много, воспоминания накатывали на меня волнами. И вот я снова вернулась в тот день и увидела, как мы с Дуней шли по опушке леса. Девушка вела меня домой. 

Недалеко от Черной поляны я заметила нескольких грибников. Дуня остановилась и велела мне дальше идти с ними. Мне очень не хотелось расставаться с новой подругой, но она пообещала, что мы скоро обязательно встретимся и опять поиграем. Я послушно пошла к тем людям. Среди них я заметила тетю Зину и радостно рассказала ей, как ночевала в деревне.

Но она почему-то странно посмотрела на меня и, схватив крепко за руку, отвела домой. Как потом оказалось, мама даже не заметила моего отсутствия. Романа не было дома, он не ночевал этой ночью, и этот факт занимал все ее мысли. Зинаида Игоревна устроила маме настоящий разнос. Она громко ругалась, обвиняла ту в безразличии к моей судьбе, угрожала сообщить кому следует. Только после этого мама забыла о Романе и обратила на меня внимание.

Она пообещала тете Зине лучше следить за мной и даже попросила прощения. Однако Зинаида Игоревна ушла, а Роман вернулся и сразу улегся спать. И уже спустя пару часов мама забыла все свои обещания. Все ее мысли были поглощены любовником. Она ходила вокруг спальни, не решаясь разбудить его. А когда он проснулся, задала всего несколько дежурных вопросов и побежала разогревать для него еду. 

Зато когда Роман сел есть, а мама начала бегать, обслуживая его, я накинулась на мужчину с вопросами. Но он лишь засмеялся и сказал, что ему необходимо было уладить несколько личных вопросов. И добавил, что Марина, которая приходила вчера, больше никогда нас не потревожит. Мама вздохнула с облегчением и весело улыбнулась, словно она знала об этой девушке раньше, и была рада, что все так закончилось. Что ж, Роман сказал правду. Марину мы больше никогда не видели.

Наши дни

Очнулась я оттого, что кто-то ласково гладил меня по голове. Я с трудом открыла глаза и увидела нежное улыбающееся лицо. Девушка тонкими прозрачными пальцами скользила по моим волосам.

- Марина? – тихо произнесла я.

- Какая Марина? Ты что, умом окончательно двинулась? – послышался злой обиженный голос. 

И тут же я получила такую оплеуху, что чуть опять не отключилась. Лицо девушки растаяло, вместо него на меня смотрел взволнованный Серафим. Он занес руку снова, но, сообразив, что это не лучший способ будить и без того полуживого человека, просто взял меня за подбородок и начал гладить грубой большой ладонью по щеке.

- Ефим? Все, я в норме. Хватит, прошу тебя! Меня как будто наждачкой трут. Пользуйся хоть иногда кремом, очень тебя прошу! Двадцать первый век на дворе, тебя никто не осудит, честное слово! – взмолилась я, чувствуя, что еще чуть-чуть - и останусь без кожи на лице.

 - Все, теперь вижу, что ты пришла в себя! – сказал он и резко отпустил мою голову, отчего она упала на мягкую земляную насыпь. 

У меня перед глазами опять все поплыло, и я начала терять сознание. Передо мной мелькали странные картинки. Я видела овраг, полный молодых девушек, которые терзали бледными худыми руками Романа. Их длинные искривленные когти разрывали черный туман, отрывая от него большие куски. Роман пытался вырваться, но девушек было слишком много. Они сливались в густую белую дымку, снова и снова накидываясь всей своей массой на него, не давая Роману вылезти. Тот выл и выпускал все новые и новые щупальца, но девушки отрывали их, и вновь начинали терзать парня.

- Ты это видишь? – тихо спросила я Серафима.

Мужчина ничего не ответил. Он внимательно смотрел на меня, словно хотел сказать что-то важное, но не решался. Спустя несколько минут Серафим тяжело вздохнул и снова наклонился ко мне.

- Идем. Здесь опасно, - тихо сказал он и поднял меня на руки.

- Стой! Книга! Где она? Ее нужно отнести на болото! – спохватилась я и попыталась вырваться из объятий.

- Успокойся, вот твой проклятый фолиант! – злобно крикнул мужчина и пнул что-то темное рядом с нами.

Я пригляделась и увидела ее. Вздохнув с облегчением, я потянула к ней руку, но Серафим сильно встряхнул меня, отчего сознание снова поплыло. 

- Не рыпайся. Объясни, зачем ты ночью на болото намылилась?

- Нужно покончить с ним, то есть с ней… Ну ты понял.

- Вообще-то, нет. Ты про Варвару? Забудь. Она валяется в паре метров от нас в канаве и, скорее всего, не доживет до утра.

- Это Роман сделал. И он так просто не успокоится! Нам надо в лес к болоту.

- Тебе надо в больницу, и это не обсуждается! Мне плевать на эту тетку, но тебе я загнуться не дам!

- Ты не понимаешь! Пожалуйста! Иначе моей семье грозит беда! Кроме тебя, мне некому помочь.

Мой голос дрожал, я готова была расплакаться. Серафим внимательно посмотрел на меня и вздохнул:

- Ладно, быстро все сделаем и сразу в больницу. И без возражений!

- Спасибо! – только и смогла выдохнуть я.

- Ты только не отрубайся! Я не знаю дороги, да еще темень такая.

- Стой, смотри, ты его видишь? 

- Кого?

- Малевича. Вон он, на дороге сидит.

- Малевича? Кота? Ты в своем уме? Тут темно, я дорогу еле различаю! Хотя… Стой, тень какая-то. Что за… Реально, котяра!

- Иди за ним. Он знает дорогу, он приведет тебя к болоту! – сказала я из последних сил.

- Ты с ума сошла? За кошаком идти? 

- Пожалуйста! – взмолилась я, чувствуя, как мысли путаются и в глазах темнеет.

Серафим поудобнее перекинул меня через плечо, поднял книгу и, ругаясь, пошел к дороге. Черный кот, сверкая глазами, медленно двинулся в лес. Чувствуя, как сознание снова покидает меня, я опустила голову. В овраге Роман продолжал бороться с призраками девушек, потихоньку выползая наверх. 

“Только бы успеть!” – подумала я и опять отключилась.

- Аня! Малыш, ты где?

Я слышала голос матери, но не обращала на него никакого внимания.

- Засранка, быстро домой! – кричал мужчина.

“Роман!” – мелькнуло у меня в голове, и я ускорила шаг. В последнее время я почти не ночевала дома, предпочитая жить в лесу. Наше некогда уютное жилище превратилось в проходной двор для различного рода уголовников и отморозков. Не было дня без криков и пьяных драк. Мама каждый день замывала кровь и готовила еду на всю эту ораву. Жить дома стало невыносимо. И хотя никто не смел нас с мамой даже пальцем тронуть, спасибо Роману, легче от этого не становилось.

Я вспомнила злые взгляды и пошлые шутки и побежала еще быстрее. Я очень надеялась, что моему так называемому папе быстро надоест искать меня, и он вместе с мамой уйдет.

В последнее время Роман совсем слетел с катушек. Да, кровь брать у меня он перестал, но вместо этого стал бить. Матери он говорил, что так меня воспитывает, и она верила. Или делала вид. Я стала постоянно убегать из дома, а Роман, не стесняясь никого, гонялся за мной по городу. Все знали, что он за монстр, и никто не хотел связываться с ним и его братвой. Люди боялись и говорили, что это наши семейные дела.

Вот я и стала искать приют у новых знакомых в лесу. Почему-то Роман боялся туда соваться. Или просто не хотел терять время, обыскивая чащобы и поляны. К тому же, несмотря на близкое расположение поселения староверов к городу, попасть туда было очень трудно. Я сто раз объясняла дорогу тете Зине и дяде Виктору, чтобы они знали, где в случае чего меня искать, но они так ни разу не смогли найти деревню.

Я и сама частенько не с первого раза могла отыскать дорогу. Особенно когда убегала ночью. Долгие часы я плутала по лесу в надежде выйти к знакомым местам. Хорошо, что Барсик постоянно был рядом. Он меня всегда находил и провожал, если я не могла найти поселение.

Я была очень рада, что у меня такой смышленый кот, даже пыталась его дрессировать. И, если честно, у меня время от времени возникали мысли натравить его на моего нового папашу. Вот только я боялась, что Роман убьет моего Барсика, и только это меня останавливало. Если бы с ним что-то случилось, я бы этого не пережила. Сам Барсик люто ненавидел Романа. Несколько раз он пытался броситься на него, вот только каждый раз как будто натыкался на невидимую стену. Все это казалось мне очень странным. Видимо, прав был Роман: его защищала эта дурацкая книга.

Мужчину не только мой кот не мог тронуть. Из всех перестрелок и драк он всегда выходил без единой царапины, что нельзя было сказать о его дружках. Свита Романа менялась с завидной регулярностью. Я давно перестала спрашивать, куда делся тот или иной человек, так как шутки про кладбище мне изрядно надоели. Ладно они были бы каждый раз новые, но шутки начали повторяться, причем по третьему, а какие-то и по четвертому кругу. Хорошо, что хоть на похороны меня никто не звал, да и сам Роман на них никогда не ходил. И я, если честно, не могла понять почему. Эти люди были вроде как его друзьями, многие из них постоянно ошивались у нас, даже ночевали.

“Что же это за дружба такая?” – растерянно думала я, пробираясь через темный лес.

- Малыш! – послышался знакомый голос совсем близко, и я ускорила шаг.

 Но скрыться я не успела. Из-за дерева вышел Роман и мерзко улыбнулся.

- Вот ты где! А мама опять на тебя жалуется. Ты не ночуешь дома и постоянно ошиваешься у старого погоста. Что ты там вообще забыла? Туда даже самые отчаянные идиоты не суются. А тебе там как будто медом намазано.

- Там поселение. Там Дуня живет и Барсик! – прошептала я и попятилась назад.

- Правда? Или ты меня обманываешь? А может, у кого-то просто проблемы с головой?

- Мне пора! – пискнула я и быстро побежала в чащу.

- Стой, засранка! Хуже будет! – смеясь, крикнул Роман и кинулся следом.

Я неслась на всех парах, но мужчина был быстрее. Он поймал меня и повалил на землю. Я стала брыкаться, но он придавил меня рукой и схватил за шею. У меня перехватило дыхание. Я изо всех сил била его руками, а этот монстр улыбался.

- А ты бегаешь все быстрее. Еще немного, и я не смогу тебя догнать! – усмехнулся он, глядя мне прямо в глаза.

Я с трудом смогла поднять ногу и изо всех сил ударила его. И попала туда, куда нужно. Роман изменился в лице. От его улыбки не осталось и следа. Он согнулся пополам и распластался на земле. Тяжело дыша, он матерился так, что у меня уши чуть в трубочку не свернулись. Не теряя времени, я вскочила на ноги и побежала вперед.

За деревом мелькнула чья-то тень.

- Барсик! – радостно крикнула я и побежала за ним.

Впереди лес стал плотнее, дневной свет не попадал сюда. Было лето, но здесь на деревьях кое-где желтели листья, и вся земля была покрыта оранжевым ковром. В воздухе витал запах гнили, и влажность стояла такая, что было трудно дышать.

- Барсик, куда ты меня ведешь? – удивленно крикнула я.

Я остановилась, думая, стоит ли идти дальше, но позади послышались шаги и взбешенный мужской голос. Все сомнения испарились, я побежала изо всех сил вперед. Деревья стали редеть, и впереди замаячило болото.

Странное это было место. Трава здесь не росла. Выходя из леса, казалось, что кто-то начертил линию, отделяющую живое от неживого. Голая земля была какого-то неестественного серо-коричневого цвета, деревья были маленькими и скрюченными, а за ними виднелась тухлая темно-зеленая вода.

“Какое жуткое место!” – подумала я и резко отпрянула от болотной жижи. Неловко развернувшись, я наткнулась на какую-то женщину и от неожиданности упала на колени, даже не успев ее толком рассмотреть. Но тут послышался злобный голос и к болоту выбежал Роман. Он тут же остановился у черты как вкопанный, не смея шагнуть дальше.

Я впервые увидела его таким. Растерянный и испуганный, он стоял, не смея шелохнуться. Женщина поплыла к нему, протянув руку вперед, вот только коснуться его не смогла. Их как будто разделяла невидимая стена, идущая по границе леса и болота. Роман улыбнулся. Сначала слабо и неуверенно, потом сильнее. Через минуту он уже бешено хохотал, согнувшись и тыкая пальцем в женщину. Я уже начала думать, что мужчина сошел с ума, но он быстро успокоился и злобно посмотрел на меня.

- Не задерживайся здесь! И чтоб ночевать домой пришла! – рыкнул Роман и, резко развернувшись, пошел обратно в лес. 

- Ага, бегу и падаю! – крикнула я ему вслед и с благодарностью посмотрела на свою неожиданную спасительницу.

Сначала она меня напугала. Женщина выглядела по-настоящему жутко. Длинное старое серое платье закрывало все ее тело. Босые ноги как будто парили над землей. Ветра не было, но волосы женщины были в постоянном движении. Словно змеи они то и дело опутывали ее голову. И лицо, оно казалось старым и молодым одновременно. По нему словно кто-то ластиком прошелся, стирая морщины и размазывая черты.

Я задрожала и хотела было заплакать, но увидев ее глаза, почему-то успокоилась. Да, они были страшными: черными с красными зрачками, как у книги Романа, но в них была такая беспробудная тоска, что мне стало безумно жалко эту женщину.

- Здравствуйте. Меня Аня зовут! – сказала я, вставая и отряхивая испачканные коленки. – Спасибо, что напугали того человека.

И тут я осеклась. Ведь женщина, по сути, ничего такого не сделала, чтобы прогнать Романа, и, исходя из моих слов, получалось, что она такая страшная, что взрослый мужик испугался ее и убежал.

- Извините, я не то имела в виду.

- Кто ты для него, девочка? – безучастным голосом прошептала женщина.

- Кто? Я?

Я растерялась. Назвать этого человека отцом у меня язык не поворачивался, поэтому, немного подумав, я ответила:

- Это новый муж моей мамы. Мы с ним не очень ладим.

Женщина на мои слова никак не отреагировала. Она внимательно изучала меня своими жуткими глазами, и я, не выдержав этой молчаливой пытки, выпалила:

- Он очень злой! Он бьет меня! И глаза у него страшные. Он постоянно лыбится и ржет как конь! А еще у него есть странная книга, он берет у меня кровь и в дом приводит разных своих дружков, которые…

- Книга? Какая книга? – тихим голосом прервала мой бессвязный словесный поток женщина.

- Большая, кожаная! У нее есть глаз, а еще картинки! Только я их не видела. Роман держит ее в сейфе. Мне он ее показывал только один раз.

- Понимаю. Девочка, а хочешь, я исполню твое самое заветное желание? Наверняка у тебя есть мечта!     Хочешь, мальчик, который тебе нравится, навсегда станет твоим? Или, может, у тебя есть враг, от которого ты мечтаешь избавиться? Скажем, новый муж твоей матери. А может, тебе нужны деньги? Много денег! Неиссякаемый запас! Ты больше никогда не познаешь нужды, у тебя будет все.

Глаза женщины загорелись, а на ее лице появилось выражение заинтересованности.

Я задумалась. Я почти не общалась с ровесниками, так что первый пункт отпадал сам собой. Да, я ненавидела Романа, но его любила мама, и если бы с ним что-то случилось, то она бы плакала. Я не хотела этого. Деньги? Они мне были не нужны. Роман и так раскидывался ими направо и налево, скупая в магазинах все самое лучшее. Да и мама частенько подкидывала мне на карманные расходы, лишь бы я не путалась под ногами и помалкивала о делах, творящихся в доме. И тут меня осенило.

- Я хочу, чтобы папа снова был жив и мы с ним жили как раньше! – выпалила я и с надеждой посмотрела на женщину.

Она вздохнула и задумалась.

- Видишь ли, малыш… Я не могу вернуть его к жизни. И даже если мне удастся провести сложный ритуал, выглядеть твой папа будет по-другому.

- Это как?

- Ну, скажем, как Роман.

- А сам Роман тогда куда денется?

- Его больше не будет.

- Я не хочу, чтобы папа выглядел как Роман! И не хочу, чтобы тот куда-то девался. Я хочу, чтобы папа выглядел как папа! Чтобы он снова был жив и жил со мной, как раньше! – заплакала я.

- Он ближе, чем ты думаешь, - сказала женщина и посмотрела на кусты, откуда за нами следил Барсик.

- Видишь, как смотрит. Волнуется за тебя! Боюсь, даже если ты согласишься на сделку, твой телохранитель не даст мне осуществить задуманное.

Я обернулась и увидела, как черный кот медленно выходит из-за кустов. Вид у него был устрашающий. Его глаза горели, и казалось, что он в любой момент готов броситься к нам. Я судорожно вздохнула и, еще раз поблагодарив женщину, осторожно направилась к Барсику. Но не успела сделать и пары шагов, как почувствовала, как меня крепко схватили за руку. Обернувшись, я увидела, как женщина, крепко сжимая мой локоть, что-то шепчет. По телу разлилось странное тепло, голова стала тяжелой, и я осела на землю. Кот злобно зашипел и быстро подбежал к нам.

- Не бойся, это защитит ее! – сказала женщина, отпуская мою руку.

Она еще какое-то время стояла, грустно смотря в сторону леса, а потом развернулась и скрылась в возникшем тумане. Мы с Барсиком проводили ее взглядами и направились в сторону деревни. Домой в ту ночь я так и не вернулась.

Наши дни

Я очнулась оттого, что Серафим споткнулся и чуть не уронил меня. Я потрясла головой. Сознание снова вернулось ко мне, и я чувствовала себя более-менее сносно.

 - С добрым утром! Точнее, ночью, – послышался недовольный голос мужчины.

- Привет! – сказала я и улыбнулась. – Отпусти меня, дальше я сама.

- Нет уж! Ты и так меня чуть до инфаркта не довела своим видом. Там, на поляне, я сначала подумал, что у оврага два трупа валяются. К тому же это тебе сейчас кажется, что все нормально, а потом окажется, что у тебя куча переломов и сотрясение.

- Ефим, отпусти! Я правда хорошо себя чувствую. А то мы не скоро до места доберемся. А так сделаем дело и в больницу пойдем. Не бойся, я не умру! Обещаю! В конце концов, ты мне все еще чайник должен. Хотя нет, два чайника! А еще кофеварку и цветной принтер!

- Э, полегче на поворотах! С какого перепугу такие проценты набежали? Это ты мне должна за спасение! Я тебя уже минут двадцать тащу с твоим дурацким кирпичом, – недовольно заворчал Серафим, аккуратно опуская меня на землю.

Он осторожно взял мое лицо в ладони и, глядя прямо в глаза, спросил:

- Ты как? Точно идти сможешь?

- Конечно! – с напускным энтузиазмом ответила я, освобождаясь из его рук, и тут же споткнулась о корень дерева.

- Все с тобой ясно! – заворчал мужчина, схватив меня за шкирку.

 Вдали недовольно замяукал Малевич.

- Да понял я! Сейчас это недоразумение на ноги поставлю, и двинемся дальше.

- А я смотрю, вы нашли общий язык!

- Конечно! Умный у тебя котяра. И в отличие от тебя не теряется, дорогу хорошо знает, слушает, если ему что-то говорят. Ведет себя опять-таки адекватно, для кота конечно. Загляденье, а не питомец! И за что ему такая хозяйка досталась?

- Вот и встречайся с ним, раз он тебе так приглянулся!

- Ревнуешь? Не бойся, я не из этих. У меня нормальная ориентация.

Мужчина крепко обнял меня рукой, и мы медленно двинулись за котом. Ночной лес давно не пугал меня. Наоборот, сейчас здесь, гуляя с Серафимом, я чувствовала себя как никогда спокойно. Подняв голову, я стала оглядываться, стараясь понять, далеко ли нам еще до болота. 

- Чего молчишь? – послышался голос Серафима.

- Думаю, сколько нам еще идти.

- Куда ты так торопишься?

- Боюсь, что лже-Варвара догонит. А точнее, старый знакомый в ее обличье.

- Очень интересно! Занятный у вас, однако, городишко. Люди ни с того ни с сего с ума сходят, зомби по городу спокойно разгуливают, драки и убийства на каждом шагу происходят! Это у вас нормальное явление или вы перед камерой решили такое шоу зафигачить? Мне страшно представить, что у вас осенью и весной творится, когда у шизиков обострения идут!

- Это все ваша вина! А точнее, этой гадалки. Она впустила этого монстра к нам. Он мертв был два десятка лет, а теперь мстит всем и мечтает возродиться в новом теле! 

После этих слов Серафим косо посмотрел на меня и коснулся своей ладонью моего лба. Нахмурившись, он с серьезным видом сказал:

- Температуры вроде нет… Тебе точно надо в больницу! Похоже, ты сильно ударилась головой.

- Со мной все хорошо! Вспомни, что сегодня видел. По-твоему, это нормально? А как выглядела Варвара во время вашей последней встречи! Неужели ты ничего не заметил? Люди так быстро не меняются! Это была уже не она.

Серафим задумался.

- Знаешь, ты права. Я сначала вообще решил, что это другой человек. С трудом узнал ее. Хотя мне все равно, кто это и откуда пришел. Убью к чертовой матери, если еще раз встречу!

- Не сможешь. Единственный способ избавиться от Романа – вернуть вот это хозяйке, - сказала я и дотронулась до книги в руках Серафима.

- Так чего мы ждем? Давай шагай быстрее! Или тебя опять на ручках, как ребенка, понести?

Ответить я не успела. Позади послышался странный шум, который быстро нарастал, превращаясь в несмолкаемый гул. На лес упала черная тень, закрывая собой луну и звезды. Стало совсем темно. 

- Что это за хрень? – ошарашенно спросил Серафим.

- Знакомься, это Роман. Давай иди вперед, пока он не догнал нас! – крикнула я и из последних сил рванула в сторону кота.

Серафим не отставал. Он обхватил меня рукой, помогая двигаться быстрее и не упасть. Откуда-то из-за деревьев выплыл черный туман, из которого в нашу сторону поползли извивающиеся щупальца.

- Мать твою, что это? – выругался Серафим.

- Не оборачивайся, давай вперед!

Малевич остановился. Он встал на задние лапы и показал нам на узкую заросшую дорожку, ведущую прямиком к болоту.

- Ты с ума сошел! Он убьет тебя! Я тебя здесь одного не оставлю.

- А он не один, – услышала я знакомый голос.

- Дуня! Ты тоже здесь?

- Да, и я с помощниками. Они помогут! Вы должны успеть! Пора закончить эту историю. Она и так слишком затянулась.

- Какую еще историю? Кто нам помогать будет? – рявкнул Серафим, обращаясь к подруге.

- Ефим, ты видишь Дуняшку? – удивленно пискнула я.

- Конечно! Я же не слепой.

- Ха, выкуси, Оксана! Значит, я псих и Дуни не существует? Это просто выдуманный друг, да? Все, не нужен мне ваш центр неврозов! Я нормальная и идите все в жопу! – радостно крикнула я, но тут же снова стала серьезной. Резко повернувшись к подруге, я спросила: – А правда, какую историю ты хочешь закончить?

- Нет времени, малыш. Вам надо идти. Скажу лишь одно. Все, что здесь сейчас происходит, началось гораздо раньше, чем ты думаешь. И не вам расплачиваться за наши ошибки.

- Чего стоишь? Тебе русским языком сказали, что надо идти! И вообще, как-то тут слишком многолюдно стало. Мне не по себе от этого! – недовольно произнес Серафим, оглядываясь по сторонам.

И только тут я заметила, что мы не одни. Вокруг полно народа. Присмотревшись, я поняла, что это жители деревни. Они выстроились вдоль тропинки и безучастными взглядами смотрели на нас. “Как всегда, неприветливые и равнодушные!” – мелькнуло у меня в голове.

- Знаешь, тебе надо менять друзей! Этих я точно домой пускать не буду. И это не обсуждается! – тихо произнес Серафим.

- Не думаю, что они ходят по гостям. Я вообще удивлена, что они вышли за пределы поселения! – тихо шепнула я в ответ.

Мы двинулись дальше по тропинке.

- Нас преследует тот самый Роман, бывший твоей матери, который чуть не убил тебя, когда ты была маленькой? 

- Да.

- Интересно. Ты что-нибудь помнишь о том дне? Что тогда произошло между вами?

- Еще несколько часов назад я бы тебе ничего не смогла рассказать. Но теперь… Я помню все.

Я снова была дома. В последнее время за мной тщательно следили, не давая и носа высунуть за порог. Мне это не нравилось, но были и хорошие моменты. Ко мне теперь постоянно приходила учительница из школы Валентина Игнатьевна. Она помогала мне догнать программу и даже обещала уговорить моих родителей отдать меня в школу. Я так этого хотела! Была даже готова пообещать больше никогда не убегать из дома, сдавать кровь литрами, да и вообще стать самым образцовым ребенком в мире!

Вот только сегодня в доме творилось что-то странное. С самого утра Роман с дружками заперлись в кабинете и что-то бурно там обсуждали, мама ходила как мышка, на меня никто не обращал внимания. Словно меня и не было! Это был просто идеальный день для побега. Вот только ко мне на следующий день должна была прийти учительница, и именно завтра должен был решиться вопрос о моем зачислении в обычный класс, и накануне этого важного события я меньше всего на свете хотела злить Романа. 

Хотя, судя по звукам, доносившимся из кабинета, он был на грани. Что-то серьезное затевалось, и меня это пугало. Плохое предчувствие не отпускало, и я никак не могла отогнать страх, то и дело накрывавший меня с головой. 

Вечером все разошлись по домам. Это было довольно редким явлением. Обычно кто-то всегда оставался у нас ночевать, а тут ушли абсолютно все. Остались только мама, Роман и я. Мы пошли ужинать, только нормально поесть не получилось. Мужчина сидел злой, полностью погруженный в свои мысли. Мама ерзала на стуле, то и дело задавая какие-то странные вопросы, из-за которых Роман бесился еще больше.

В какой-то момент он не выдержал, схватил мать за волосы и поволок ее по коридору к входной двери. Я растерянно смотрела на это, не зная, как поступить. Подобные явления были не редкостью в нашем доме, и раньше я всегда бросалась защищать маму, вот только мне потом здорово доставалось. Причем и от мамы, и от Романа. Мать вообще в последнее время вела себя странно. Косо смотрела на меня, постоянно кричала, что моя помощь ей не нужна, и чтобы я не смела вмешиваться в их отношения. Она как будто видела во мне соперницу и жутко бесилась, если я вступалась за нее перед Романом.

- И чтобы ты тут до завтрашнего вечера не появлялась! Бесишь! – послышалось из коридора.

Дверь захлопнулась. На кухню Роман вошел один, без мамы. Мы молча продолжили есть. Я старалась вести себя как можно тише и не привлекать внимания мужчины. Роман заметил это и, улыбнувшись, сказал:

- Малыш, ну хоть ты со мной остался!

Я сглотнула и попыталась улыбнуться в ответ. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я спросила:

- А куда все ушли?

- По домам. Завтра будет тяжелый день, и возможно, не все вернутся. Так что пусть попрощаются с родными.

- А что будет завтра? 

- Да так. Хочу кое-что… позаимствовать. Только не все согласны с моим решением. Народ нынче буйный пошел, может и в драку полезть! 

- А мама где?

- Она пошла к бабушке. Старушка опять захворала.

- Понятно.

- Не дрейфь, прорвемся! – с улыбкой сказал Роман и потрепал своей ладонью мои волосы. – Ладно, я спать. Убери тут все. И не шуми, я должен как следует выспаться!

- Хорошо, – пискнула я и начала собирать посуду со стола.

Внезапно Роман резко развернулся и крепко обнял меня. От неожиданности я растерялась и уронила тарелки. Я не понимала, что происходит. Мужчина явно чего-то боялся. И как будто… прощался? Я попыталась освободиться, чтобы убрать осколки, но Роман крепко держал меня, не давая пошевелиться. Так мы стояли некоторое время, потом он меня отпустил и быстро вышел из кухни.

Я стояла растерянная, не понимая, что это только что сейчас произошло. Взяв себя в руки, я все-таки убрала разбитые тарелки, домыла посуду и убралась. В этот день мне так и не удалось поговорить с Романом о предстоящем визите учительницы и моем переводе в обычный класс.

Наши дни

- О чем задумалась? – вырвал меня из прошлого голос.

- Да так, вспомнилось кое-что. 

- Роман?

- Да.

- Он тебе нравился?

- С чего ты это взял? – как-то слишком поспешно спросила я.

- Знаешь, хоть я и отключился там, в актовом зале, я слышал вас. Роман сказал, что мы с ним похожи. Причем не только внешностью, но и характерами.

- Не говори глупостей! Вы совершенно непохожи. Может, только чуть-чуть. И что с того? А про характеры я вообще молчу! Ты что, тиран, не дающий близким вздохнуть без разрешения? Или беспринципный урод, всеми путями добивающийся своих целей?  Или, может, ты убийца, не знающий жалости?

Серафим поперхнулся. Он явно не знал, что мне ответить. 

- Знаешь, моя сестра часто говорит, что я домашний диктатор и что я ее достал своей опекой.

- Твоя сестра та еще штучка! Я вообще удивлена, что она все еще жива, с ее-то друзьями и характером. За такой не просто приглядывать надо, ее в монастырь лучше отправить со строгой охраной!

- А еще я всегда добиваюсь своего. В бизнесе я уничтожил практически всех своих конкурентов. 

- Двадцать первый век на дворе! Везде царствует капитализм. Тем более в бизнесе. У вас там, в столице, люди от каждого знакомства выгоду ищут, да и вообще давно забыли о человеческих отношениях. А ты про конкурентов мне говоришь! Даже в нашем маленьком и, казалось бы, спокойном городе такие иногда войны на рынке идут за покупателей, что мама не горюй! С мордобоем, порчей имущества и песнями под баян. А ты говоришь…

- А еще я воевал. Во многих операциях участвовал. И людей убивать мне тоже приходилось, - тихо произнес Серафим и отвернулся.

- Это другое! – не выдержав, крикнула я на него. – Ты интересы страны защищал!

Закрыв глаза, я глубоко вздохнула, потерла переносицу и уже спокойнее сказала:

- Знаешь, чем ты действительно отличаешься от Романа?

- Ну удиви меня!

- Помнишь, моя мать была не в себе и направила на нас ружье? Ты тогда помог ее утихомирить, при этом не причинив ей никакого вреда. Знаешь, что бы сделал Роман? Он бы убил ее, не задумываясь! А как ты возишься со своей сестрой! Никакой нормальный человек не согласился бы на этот эксперимент с магами. А ты пошел на это, еще и лично контролировал процесс. Роман бы просто запер твою сестру в дурке и выкинул ключ. Я уже молчу про наши отношения.

- Ну-ка, а теперь давай про наши отношения поподробнее! – улыбнулся Серафим и вплотную приблизился ко мне.

“Какие отношения, что я несу?” – растерянно подумала я, а сама продолжила:

- У тебя же из-за меня одни проблемы! В первую нашу встречу я налетела на твою тележку, а в доме Леры швырнула в тебя банкой со шпротами. Мы знакомы всего ничего, а я уже несколько раз доводила тебя до бешенства. У меня дурной характер: я лезу не в свои дела, бегаю непонятно где, ругаюсь матом и подкалываю всех и вся. И шутки у меня дурацкие! А ты меня почему-то терпишь. А сколько раз тебе за сегодняшний день пришлось меня на руках таскать! И пострадал ты, когда пытался защитить мою семью от Романа. Тот и за меньшее уже давно замочил бы меня, даже не размышляя.

- Это вряд ли. Ты же такая симпатяжка! Так что можно и потерпеть твои заскоки. К тому же до моей сестры тебе еще тренироваться и тренироваться. Можешь у нее даже пару частных уроков взять. Я разрешаю! 

- Убил бы. Проверено. Помнишь, что отчим рассказывал?

- Да.

- Вот только он не все знает. 

- Расскажи мне! Все! Я должен знать.

Я остановилась, размышляя, стоит ли. Да, я вспомнила все, но с этими воспоминаниями вернулась и боль. И если раньше, еще неделю назад, я была как будто заморожена внутри, теперь во мне проснулись чувства, забытые много лет назад: животный страх, разочарование и сильнейшая обида на маму, до сих пор выжигающая душу. Но вместе с ними возвратились чувства привязанности и благодарности, уважения и сочувствия. И что-то еще, незнакомое ранее, обжигающее сильнее обиды.   

- Хорошо, - сказала я и вернулась в тот самый день, когда все изменилось.

Роман ушел рано утром еще до моего пробуждения. Я была этому безумно рада и надеялась, что мама вернется раньше мужчины и сможет поговорить с моей учительницей без него. Я предвкушала момент, как пойду в школу, познакомлюсь там с другими детьми и буду со всеми дружить. Запишусь в какой-нибудь кружок и буду до позднего вечера проводить время с новыми друзьями. “Возможно, если я не буду путаться под ногами, мама и Роман наконец-то помирятся и больше не будут ссориться!” – взволнованно думала я, бегая по комнате.

Я оделась и попыталась чем-нибудь заняться, но то и дело возвращалась к мыслям о школе и не могла ни на чем сосредоточиться. Так я и ходила из одной комнаты в другую, то и дело посматривая в окно. Вот только Роман пришел раньше мамы и Валентины Игнатьевны. Он был весь в крови. Залетев в дом, он сразу же помчался в кабинет. Я испуганно смотрела на него, не понимая, что происходит. В голове кружились мысли одна другой страшнее. Роман ранен? Если нет, то тогда чья эта кровь? Почему он один и где мама?

Решив все выяснить, я осторожно пошла за ним и, не переступая порог, спросила:

- Дядя Рома, с вами все в порядке? Вы весь в крови!

- Сколько раз я тебе говорил: не смей меня так называть, маленькое чудовище! – крикнул он и тут же добавил: - Это не моя кровь.

- А чья тогда? 

Роман ничего не ответил. Только засмеялся как ненормальный и посмотрел на меня безумными глазами.

- Они все ответят! Я уничтожу их всех. Никого в живых не оставлю! Они захлебнутся собственной кровью, – говорил мужчина в пустоту, судорожно что-то ища.

- Где они? Отвечай, тварь! Это ты их взяла? – набросился он на меня.

- Я ничего не брала! Я сюда без вас никогда не заходила, – тихо сказала я и попятилась к стене.

Я слишком поздно поняла: надо было убегать, как только он пришел.

- Точно! Я же перепрятал их после того, как твоя ненормальная мамаша постирала их вместе с моей курткой! – снова засмеялся Роман и полез в ящик стола.

Достав оттуда ключи, он подошел к шкафу и открыл уже знакомую мне створку и сейф.

- Иди сюда! – резко сказал Роман, доставая книгу.

Я растерянно смотрела на него, но подойти не решалась. Я заподозрила неладное, поэтому, ничего не говоря, развернулась и побежала к входной двери. Роман понял мои намерения и рванул следом. Погоня была недолгой, он довольно быстро догнал меня и навалился всем телом, прижимая к полу.

- Ну все, игры кончились. Нам пора.

С этими словами он ударил меня и потащил в кабинет. К счастью, удар был несильным, но на всякий случай я закрыла глаза и притворилась мертвой. У меня была надежда, что, как только этот человек потеряет бдительность, я смогу попробовать убежать снова. Мужчина был очень самонадеянным и почти никогда не запирал двери. Это было моим козырем. Я лишь надеялась, что мама и учительница не придут сейчас, иначе они могли попасть под раздачу.

Роман тем временем кинул меня на кушетку и стал чертить странные символы на полу. В центр непонятных чертежей он швырнул книгу, которую показывал мне ранее. Закончив, Роман осторожно взял меня на руки и положил рядом с ней. Он подошел к столу и достал огромный нож, а потом повернулся ко мне. Какое-то время мужчина смотрел на меня, не решаясь нанести удар, но потом наклонился и тихо шепнул:

- Прости, что так получилось, малыш. Я этого не хотел. Возможно, при других обстоятельствах все сложилось бы совсем по-другому.

Поцеловав меня в щеку, Роман замахнулся, собираясь нанести удар, вот только я уже была готова. Резко открыв глаза, я ударила мужчину со всей силы ногой в нужное место. Роман согнулся, взвыв нечеловеческим голосом, а я, выскользнув из-под него, рванула к двери. С ревом мужчина махнул ножом и задел мою ногу.

Брызнула кровь, окропляя пожелтевшие страницы. Послышался странный гул, а я, прихрамывая, побежала вперед. Роман корчился недолго, он быстро вскочил и помчался за мной. Он несся по коридору, а я, понимая, что не успею добежать до двери, резко схватилась за перила и, развернувшись, помчалась на второй этаж.

Роман увидел мой маневр и бросился к лестнице. Заметив огромный горшок с фикусом, я опрокинула его вниз. Он покатился по лестнице и сбил Романа с ног. У меня появился шанс. Я успела забежать в свою комнату и запереться там. Мужчина, встретившись с неожиданным препятствием, взревел раненым зверем и начал бить ногами в дверь, вот только мой настоящий папа сделал ремонт в моей комнате на совесть. Дверь выдержала натиск взбешенного Романа.

Я растерялась, не зная, что делать. Прыгать вниз через окно с такой ногой было бессмысленно. Убежать я все равно бы не смогла. Роман схватил бы меня в два счета. Звать на помощь? Бесполезно. Все соседи до жути боялись мужчину. Они бы просто все попрятались и, затаившись, молились, чтобы к ним никто не пришел. Оставалось только поговорить с мужчиной и потянуть время.

- Дядя Рома! Может, не надо? – крикнула я.

За дверью стало тихо. Мужчина растерялся от такого поворота. Но спустя некоторое время из-за двери послышался его голос.

- У меня нет выбора. Ты не понимаешь, они придут за мной! После того, что я сделал, меня не простят. Теперь либо я их, либо они меня. И тебя. Не думай, что они пожалеют вас с матерью, так что это для тебя лучший исход. Не бойся, тебе не будет больно!

- Кто за нами придет? Что вообще происходит?

- Эта шелуха заводская! Видите ли, им не понравилось мое желание прибрать это гиблое предприятие. А я мог поднять наш город с колен и сделать его богаче областного центра! Но что эти уроды понимают? Для них я и моя команда всего лишь бандиты с большой дороги.

- Вы ходили на завод? А где все остальные?

- А нет больше остальных. Остались только мы с тобой. И, если не хочешь, чтобы горожане сделали с тобой ужасные вещи, лучше открой!

- Неправда! Я знаю жителей города! Они хорошие люди.

- Были хорошими. Вот только они теперь перешли черту, попробовали человеческой крови и теперь вряд ли остановятся!

За дверью стало тихо. Я сначала обрадовалась, но потом мне стало страшно. Роман явно что-то затевал. Он никогда не отступал от своих целей, и такая помеха, как обычная дверь, его ни за что бы не остановила.

Я еще раз подошла к окну. Во двор зашла Валентина Игнатьевна. Она подошла к двери и постучала, а у меня волосы встали дыбом. “Если Роман сейчас откроет, то ей конец!” – испуганно подумала я.

Однако никто учительнице так и не открыл. Она громко позвала маму, потом меня, заглянула в окно, но, никого не увидев, развернулась и пошла к дороге. Я вздохнула с облегчением. Роман всегда ее не любил и в таком состоянии, как сейчас, мог ударить или сделать что-то и похуже. Внезапно на дороге показался Барсик. Он зашипел на учительницу и рванул к нашему дому. Она остановилась и удивленно посмотрела на него. Я не успела досмотреть, чем закончилась их встреча, так как в коридоре послышались тяжелые шаги.

Я повернулась к двери и прислушалась, пытаясь понять, что там происходит. Глухой удар заставил меня вздрогнуть. В разные стороны полетели щепки, и через несколько секунд в двери образовалась дыра. Роман снова и снова со всей силы ударял топором, а потом сунул руку в образовавшееся отверстие и открыл дверь. Мы встали друг напротив друга. Он с победным видом улыбался, перекидывая топор из одной руки в другую. Я отчаянно пыталась придумать, как сбежать. Тогда я сделала, наверное, самое глупое, что только могла. Я резко подняла руку и заверещала, глядя в дверной проем.

- Они пришли! – крикнула я, и Роман испуганно обернулся.

Я, не теряя времени, рванула вперед, обежала мужчину и скрылась в коридоре. Роман очнулся и с диким воплем побежал за мной. Он кинул в меня топором, но промахнулся, зато я от испуга споткнулась и кубарем скатилась по лестнице. Очутившись внизу, я с трудом поднялась, тряхнула головой и краем глаза заметила, как мужчина неторопливо спускается ко мне. Повернувшись к нему спиной, я снова попыталась добраться до двери, но он быстро подбежал и грубо пихнул меня рукой.

Я упала на пол, прямо напротив зеркала. Роман с усмешкой обошел меня, а после на меня обрушился град ударов. Я уже не понимала, что происходит. Мне хотелось только одного: чтобы это все быстрее закончилось. А Роман, увидев, что я не шевелюсь, ушел, но быстро вернулся и кинул рядом со мной что-то тяжелое. Я с трудом повернулась и увидела пожелтевшие страницы. Гул, все это время звучавший со всех сторон, усилился. Листы открытой книги ходили ходуном. То и дело на их поверхности образовывались волны. Казалось, что какое-то неведомое существо скользит в толще воды, не в силах прорваться сквозь тонкую преграду.

Но в какой-то момент все стихло, а потом в центре книги показался небольшой бугорок, который начал быстро расти, превращаясь в безобразную лысую голову с острыми зубами. Она беззвучно кричала и как будто пыталась выбраться наружу, но что-то ее не пускало. Я посмотрела на Романа, но тот словно не видел ее. Он снова замахнулся на меня ножом.

Внезапно за его спиной мелькнула черная тень. Я присмотрелась и увидела силуэт невысокого мужчины. Время словно остановилось, Роман застыл с занесенной рукой, а мужчина подошел ко мне совсем близко, и я увидела его доброе улыбающееся лицо.

- Папа! – прошептала я, а он улыбнулся еще шире и погладил меня по голове.

Боль отступила. Мне стало хорошо и спокойно. Свет озарил все вокруг, и я почувствовала, как становлюсь легкой, почти невесомой. Но в этот самый момент рядом что-то сверкнуло и пролетело сквозь отца, попав при этом в голову Романа.

Свет погас, время снова продолжило свой бег, папа пропал, а Роман повалился как подкошенный рядом со мной. Я заметила Валентину Игнатьевну. Она подбежала и опустилась на колени. Последнее, что я запомнила, это как учительница обняла меня и заплакала.

Наши дни. Аня

- В принципе, все. Как видишь, Роман в тот день пытался убить меня дважды. К счастью, у него это так и не получилось. Вот теперь вернулся, и, хотя обещал на этот раз оставить в живых, я ему не верю. Слишком хорошо его знаю. Сегодня он вдруг воспылал ко мне любовью, а завтра я ему надоем, и он избавится от меня без сожаления. Как от мамы, своих любовниц и так называемых деловых партнеров. Он любит только себя, а другие люди лишь пешки в его игре. Или ты хочешь сказать, что такой же? И когда все закончится, просто уедешь и забудешь обо мне? – спросила я и внимательно посмотрела на мужчину.

Он молчал. Я напряглась. Для меня был очень важен его ответ. Конечно, я понимала, что знаю Серафима меньше недели и что он вполне мог бы оказаться тем еще типом. Но, глядя ему в глаза и вспоминая все, что он сделал, я почему-то была уверена, что Серафим просто не может быть плохим. И мне очень хотелось, чтобы он сказал, что я важна для него.

- Знаешь, я непростой человек, и тебе следует сто раз подумать, стоит ли связываться со мной. Ведь если кто-то мне дорог, то я этого человека в покое не оставлю. Буду следить за ним, контролировать его и всячески вмешиваться в его жизнь, не спрашивая, хочет он того или нет, – сказал мужчина, крепко прижимая меня к себе. – Но, боюсь, в твоем случае ты уже ничего сделать не сможешь. Поздняк метаться. Я все решил. Ты мне понравилась и теперь так просто от меня не избавишься.

Я прижалась к Серафиму и вдохнула его запах. Мне была так хорошо, что не хотелось думать ни о чем. Я расслабилась и забыла обо всем на свете. Глухой удар вернул меня в реальность. Книга упала на землю и теперь внимательно изучала нас своим жутким глазом. Я вздрогнула и вырвалась из объятий. Серафим обиженно посмотрел на меня, а я нагнулась за книгой и резко сказала:

- Нет времени. Мы должны спешить. И так заболтались. Роман может появиться в любой момент. Избавимся от него и договорим.

- Хорошо. Готовься, разговор будет долгим и содержательным, - сказал мужчина и странно улыбнулся.

Я, покраснев, отвернулась и быстро пошла по тропинке. Хотя быстро – это сильно сказано. Травма ноги давала о себе знать, так что я еле ползла. А довольный Серафим спокойно шел рядом, то и дело поддерживая меня. 

Вдали показалась граница. Желтая полоса жухлой травы протянулась на несколько десятков километров, отделяя твердую землю, усеянную листьями и хвоей, от черной вязкой жижи болота. Голые деревья и кустарники сменили зеленые растения леса, ноги то и дело утопали в мокрой листве. Влажный холодный воздух окутал нас со всех сторон. Мы словно из лета нырнули в глубокую осень. 

- Граница! Мы почти у цели! – радостно прошептала я.

- Стоять! – внезапно раздался чей-то голос, проносясь эхом по лесу.

Мы вздрогнули и обернулись. Послышался шум, и что-то бесформенное полетело в нас. Серафим схватил меня и резко отпрыгнул в сторону. Это что-то упало рядом. Присмотревшись, я поняла, что это тело Варвары. Точнее то, что от него осталось. Оно превратилось в бесформенный ком, в котором спутались руки и ноги. Я была счастлива, что во всем этом не было видно головы, только несколько прядей светлых волос торчали там, где должен был быть живот. 

- Нравится? Твоему отцу точно бы понравилось. Он же был художником и наверняка восхищался подобной хренью, – послышался голос, и из-за дерева показалось бледное лицо Романа.

- Чушь не неси! Ты правильно сказал – это полная хрень. Бессмысленная и жестокая. Можно сказать, просто изуродовал старушку, а теперь пытаешься свой косяк за современное искусство выдать, чтобы девушку поразить. Сейчас любой мусор пытаются как арт-объект представить, вот только мы с Аней не идиоты, так что забирай свою фигню и вали отсюда! – выдал Серафим, отчего мы с Романом с недоумением уставились на него.

Мужчина же, не обращая внимания на наши удивленные лица, осторожно обхватил меня рукой и медленно потянул назад.

- А ты, типа, в искусстве шаришь? Интересно! – рассмеялся Роман и вышел из сумрака леса.

Из-за тучи выглянула луна. В ее свете Роман выглядел черной непроницаемой тенью, от которой во все стороны по земле стелились щупальца. От них вверх поднимался серый туман, укутывая фигуру. Бледное лицо с искаженными чертами мерцало во мраке серебристым светом. 

- Блин, а ты действительно чем-то на меня похож! Обидно даже, – грустно вздохнул Серафим, продолжая не спеша отступать к болоту. – Хотя нет, я выше, сильнее и с головой у меня все в порядке.

- Ты его видишь? – удивленно пискнула я.

- Конечно! Я же не слепой.

- Ну надо же! Хотя… Ты ее трогал?

- Кого? Аню?

- Книгу, идиот! Да, вижу. До сих пор держишь, и малышку мою всю облапал! – злобно крикнул Роман и резко подался вперед.

Только сейчас я заметила, что Серафим действительно держался за книгу, а та, в свою очередь, смотрела то на нас, то на Романа. Она словно ждала, чем все кончится.

- Бежим! - крикнул Серафим и, схватив меня на руки, рванул в сторону болота.

Ветки хлестали нас, мужчина то и дело спотыкался, но упорно продолжал бежать вперед. Сзади с диким ревом несся Роман, то и дело пытаясь своими щупальцами обвить нас. Но те лишь туманом скользили по нашим спинам, а потом растворялись в воздухе. Видимо, он потратил слишком много сил, пытаясь пробраться сквозь моих неожиданных помощников. 

Осталось буквально десять метров до границы, когда Роман резко вытянул руки вперед, выламывая их причудливым образом в районе локтей и предплечий. Его конечности начали удлиняться, пытаясь дотянуться до нас, и в какой-то момент им удалось обвить ноги Серафима. Он упал, успев вытянуть руки вперед, чтобы не задавить меня. Внезапно книга вылетела у меня из рук и улетела в овраг. Я так и не поняла, как это произошло. Ругая себя на чем свет стоит, я выбралась из-под Серафима и, схватив мужчину под мышки, стала тащить его к болоту.

- Беги! – услышала я тихий стон, и Серафим отключился.

Серафим

Мы практически добрались до цели, когда Роман догнал нас. Увидев его, я неприятно удивился. Мы действительно были с ним похожи, и это не могло не бесить. Аня задрожала и сжалась в комочек. “Бежим!” – крикнул я и, схватив девушку на руки, рванул к болоту. Меня накрыла волна адреналина, я снова чувствовал себя на поле боя. Вот только защищать теперь мне приходилось самое ценное, что у меня было. И это придавало сил. Позади слышался дикий рев ублюдка, проклятый фолиант, казалось, стал весить целую тонну. В какой-то момент мне даже показалось, что Аня легче этой долбаной книги. Так и хотелось закинуть этот том куда подальше и дальше двигаться налегке.

А еще этот гребаный туман. Он стелился по земле и оттуда то и дело вырастали конечности, которые пытались схватить меня за ноги. Это был какой-то дикий нереальный сон, и если бы я не чувствовал судорожное дыхание девушки, то решил бы, что сплю.

Впереди показалась та самая граница, о которой твердил мой хомяк. Не узнать ее было просто невозможно. Черта была видна невооруженным глазом, словно не природа создала ее, а какое-то неведомое существо, пытаясь оградить живых, породило это странное явление. Мы были почти у цели, когда позади послышался жуткий звук, словно кто-то ломал невидимые кости. Я даже не понял, что случилось. Мои ноги просто попали в ледяные тиски, и я полетел вниз. Краем глаза я заметил, как черное щупальце выбивает книгу из рук Ани и пытается схватить девушку. Из последних сил я отдернул ее в сторону, с трудом успев сгруппироваться так, чтобы, упав, не раздавить Аню.

Над головой кто-то противно засмеялся, и я почувствовал, как ледяные когти пронзают мою голову. Я дернулся и хотел вскочить на ноги, но тело не слушалось. Зато в голове прозвучал голос.

- Так, значит, ты хахаль моей девочки?

Я замотал головой, пытаясь отогнать наваждение, но голос не унимался.

- Хочешь ее? Знаю, что хочешь. Только ничего у тебя не выйдет. Я покончу с тобой раньше, а потом займусь воспитанием малышки. Совсем от рук отбилась. Не слушается. Но ты-то и сам это прекрасно знаешь.

- Что тебе надо? – злобно подумал я, пытаясь вернуть контроль.

- Ничего особенного. Только твое тело. Но, думаю, ты и сам догадался. Ты похож на меня, да и девочке моей нравишься. Ей будет проще ко мне привыкнуть.

- Не смей трогать Аню!

- Неужели ты думаешь, что сможешь мне помешать? Знаешь, она изрядно потрепала мне нервы. Я и забыл, насколько доставучей она может быть. Мне очень хочется ее наказать. Вот думаю, с чего начать. Малыш очень любит бегать, ты заметил? Думаю, я это исправлю. Сломаю ноги, порву сухожилия. Она не скоро еще сможет нормально передвигаться. 

- Сука!

- А что мне еще сделать? Как думаешь? Может, сломать ребра? Прошлый раз я нехило так по ним прошелся. По голове бить не буду. Она и так немного не в себе. У нее красивые пальцы. Думаю, стоит начать с них! А потом перейду к самому интересному! Ты себе не представляешь, какой пыткой было жить все это время рядом с ней. Она взрослела, становилась все красивее. Я трахал Машку и других баб как зверь, но все равно не мог унять свой голод. Я ведь никогда раньше не интересовался малолетками. Но тут меня переклинило. Сам себе был противен, но ничего поделать не мог. Следил за ней, как последний извращенец. Всех мужиков, которые подходили слишком близко, избивал до полусмерти. Доставалось и Аньке. Не мог не ревновать. Пытался выбить из нее всю дурь, хотел, чтобы смотрела только на меня. А она, дурочка, убегала.

- Ты просто больной на голову придурок!

- А я и не спорю. Знаешь, что самое мерзкое? Маша знала. Видела. Но даже не пыталась меня остановить. Пару раз я предлагал отправить Аню жить к бабушке, боялся, что рано или поздно забью до смерти, но старая стерва отказалась брать внучку. Строила свою личную жизнь, и для девчонки там места не нашлось. А я с ума сходил, боясь сорваться. Но теперь Аня выросла, и ничто больше меня не останавливает.

- Не трогай ее. Она и так много страдала. Хватит. Я сделаю, что ты хочешь, только обещай, что больше не сделаешь ей больно. Можешь ей даже мозг промыть, пусть думает, что ты это я. 

- Значит, ты согласен? – вкрадчиво зашептал голос в голове, и я почувствовал, как все тело оплели щупальца, накрывая тело черным саваном.

- Да!

На мгновение сознание снова вернулось ко мне. Я увидел мою Аню. Она пыталась сдвинуть меня с места и плакала. “Беги!” – только и смог я произнести, прежде чем провалился во тьму.

***                                                                                   

Я летел куда-то с бешеной скоростью. Меня несло будто пушинку, словно во мне не было ни грамма веса. В голове проносились воспоминания. Я видел себя совсем маленьким, потом пошли воспоминания о школе и армии. Я снова видел своих родителей и Дину, а потом в голове возник образ Ани. Сначала она недовольно смотрела на меня, язвила, потом плакала. В конце я увидел, как она робко улыбается мне. Аня была такой маленькой и уязвимой. У меня сжалось сердце. Она осталась один на один с этим подонком, и, хотя по договору он не мог причинить ей вред, я понимал, что это временно. Рано или поздно Роман все равно перейдет черту и убьет мою девочку. Я не мог этого допустить. Мне было рано уходить на тот свет. Я решил бороться во что бы то ни стало.

- Я смотрю, ты опять вляпался по самое не балуй! – услышал я знакомый голос и увидел Пашку. – Помощь нужна?

Парень был совсем рядом и протягивал мне руку. Меня как током ударило. Я решил не терять времени и сразу схватился за него. Пашка одним рывком подтянул меня к себе, словно вытягивая из невидимого тоннеля. Мы снова оказались в чертовом лесу. Рядом лежало мое неподвижное тело, которое безуспешно пыталась сдвинуть Аня. Рядом стоял Роман и издевательским тоном подбадривал ее. От него тянулось множество черных щупалец, пронзающих насквозь мою плоть. 

“Вот засранка! Я же велел ей бежать! – злобно подумал я. – Какого хрена она делает? Жить совсем надоело?”

Я ринулся в бой и сбил Романа с ног. Но мы не упали на землю. Как только я приблизился к своему телу, множество белых лучей пронзили меня, засасывая в него обратно. Я вцепился во врага крепче, и нас тут же затянуло куда-то в темноту, где я с остервенением продолжил бить Романа. Тот распластался подо мной, продолжая лыбиться, будто мои удары не наносили ему никакого вреда. 

Я рвал его черное тело, отрывал щупальца, но Роман не становился слабее. В какой-то момент он просто поднял руку, и меня отшвырнуло в сторону. Я с трудом вскочил на ноги и снова кинулся в атаку. В этот момент Роман встал, наклонил голову вниз, и я снова услышал противный звук ломающихся костей. Из тела этого придурка во все стороны полезли ребра, становясь больше, искривляясь и принимая форму переломанных костлявых рук. Я так и застыл на полпути, с удивлением наблюдая странное представление. Прежде я ничего подобного не мог даже представить. А тут увидел это воочию. 

- С тобой было весело играть, ты сильный. Но у меня нет времени. Так что извини! – с усмешкой сказал этот монстр и рванул в мою сторону. 

Внезапно он остановился и взревел. Приглядевшись, я понял, что кто-то схватил его сзади и стал вырывать чудовищные руки из тела. И тут я увидел своего лучшего друга. Я бросился ему на помощь, и вот мы уже вдвоем рвали на части эту потустороннюю хрень. Роман выл нечеловеческим голосом. Эти адские звуки рвали перепонки, вызывали дрожь во всем теле, но я не сдавался. Слишком многое стояло на кону. Я потерял счет времени. Казалось, прошла целая вечность, как мы сцепились во тьме. Но тут все изменилось.

Откуда-то из глубин мрака показалась еще одна рука. Тонкая, бледная, с длинными когтями. Она раскидала нас в разные стороны, как маленьких котят. После такого неожиданного удара я не сразу пришел в себя. Тяжело дыша, я с трудом поднялся и сел, пытаясь понять, что произошло. Вглядываясь во тьму, я собирал силы для новой атаки, но внезапно появился Пашка и остановил меня. Он указывал куда-то в темноту, где слышались звуки борьбы и дикий вой, но я никак не мог понять, что происходит.

- Мне пора. Сиди и жди. И пожалуйста, постарайся больше не искать себе приключений на задницу. Хотя бы пару месяцев! – услышал я голос друга, после чего меня ослепила яркая вспышка и я отключился. 

Аня

Я слышала смех Романа, который, видя мои жалкие попытки сдвинуть Серафима, хохотал все громче, издевательски подбадривая меня.

- Все, ты победил! Забирай свою чертову книгу и оставь нас в покое! – в отчаянье крикнула я этому садисту.

- Ты не понимаешь? Мне этого мало! Я хочу новое тело и тебя, – зашептал Роман, и его голос отразился со всех сторон. Казалось, он звучал повсюду, и не было в лесу уголка, в котором можно было от него скрыться.

У меня по телу побежали мурашки, но я смогла взять себя в руки и с вызовом произнесла:

- У тебя ничего не получится! Тебе нужно согласие Серафима. Ты сам говорил, что Варвара сама тебя пригласила. Сима никогда такого не сделает!

- Ошибаешься! Он уже разрешил. А я за это обещал тебя не калечить. 

Черный туман окутал Серафима. Внезапно я увидела вспышку, и Романа затянуло в тело. Я поняла, что еще чуть-чуть, и потеряю самого дорогого человека. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я с диким ревом схватила мужчину и потащила его в сторону болота. 

Казалось, время остановилось. Эти десять метров, отделяющие лес от топи, показались мне дорогой в десятки километров. Я тащила Симу по мокрой земле, то и дело поскальзываясь. Я молила только об одном: успеть спасти моего любимого человека. На этот раз мне никто не мог помочь. Я рвала мышцы на руках, сорвала спину, но не сдавалась. Остался какой-то метр. Внезапно Серафим, резко дернувшись, сел и открыл глаза. 

Я вздрогнула, увидев их: один был синим, другой - темно-карим. Мне стало очень страшно. Я сразу почувствовала себя маленькой девочкой, за которой из темноты следят хищные темные глаза. Моя мама была без ума от них, мне же они внушали животный ужас. Рядом с Романом я всегда чувствовала себя жертвой, за которой наблюдает дикий зверь, решая съесть ее сейчас или оставить на потом. 

Но, с другой стороны, я поняла, что Серафим тоже там, и он борется с этим уродом. Это дало мне сил. С криком я обняла тело и с большим трудом перетащила его через жухлую полосу травы. Оказавшись на сырой земле, я, поскользнувшись, упала на спину. Серафим навалился сверху. Мы пересекли границу, и я почувствовала, словно оказалась под куполом. Звуки стихли, здесь был полный штиль. Ни ветерка, ни шороха. “Сумеречная зона какая-то!” – пронеслось у меня в голове, а потом возникла жуткая мысль, что я оглохла. 

- Нет, со слухом у тебя все хорошо, – услышала я тихий спокойный голос.

Он прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула и резко подняла голову. Мимо проплыла женщина в сером платье.

- Здравствуй. Ты помнишь, что когда-то мне обещал? – тихо спросила она Серафима.

Тот смотрел вдаль разноцветными глазами, не обращая на нее никакого внимания. Женщина резко вытянула руку вперед, и та врезалась в грудь мужчины, проникая глубоко внутрь. Я вскрикнула и вцепилась в отшельницу, но та лишь грустно улыбнулась и положила ладонь мне на голову. На меня тут же накатила усталость, руки опустились. Я пустым взглядом наблюдала за тем, как женщина продолжает шарить рукой внутри Серафима. Причем мое сознание словно раздвоилось. Я видела две разные картинки, сливающиеся в единое целое. 

На одной мужчина спокойно сидел и тяжело дышал, но на другой – извивался и кричал страшным голосом. В какой-то момент женщина резко выдернула руку и вытащила из Симы что-то черное, склизкое, похожее на извивающийся клубок змей. Серафим повалился набок, и женщина, отпустив меня, тихо двинулась в глубь болота.

Усталость как рукой сняло, и я, наконец, смогла выбраться из-под мужчины. Я наклонилась над ним и попыталась привести его в чувства. Он тяжело вздохнул и открыл глаза. Они снова были ярко-синие. Я улыбнулась и заплакала. Мужчина вздохнул, приподнялся и крепко обнял меня.

- Тише, ты чего плачешь? Все же получилось! Мы смогли! Ты смогла.

- Я испугалась, что он тебя захватил и отправил туда, где сейчас Варвара! – тихо пискнула я.

- Ага, как же! Или ты думаешь, что я хлюпик какой-нибудь? Я, в отличие от нее, и в морду дать могу. К тому же у меня был помощник. Мы с ним не один бой прошли! – сказал Сима и таинственно улыбнулся.

- Какой помощник?

- Потом расскажу. Ты лучше скажи, где этот говнюк Роман?  Я с ним еще не закончил! – крикнул Серафим и попытался встать.

Только у него это не получилось. Ноги подкосились, и он медленно сполз вниз. Я еле успела его подхватить. Правда, он оказался слишком тяжелым, так что мы оба рухнули на мягкую землю.

- Ты меня раздавишь! – жалобно пискнула я, который раз пытаясь выбраться из-под мужчины.

Серафим же повернулся ко мне лицом и посмотрел прямо в глаза. Он навис надо мной и как-то не торопился вставать. Внезапно мужчина наклонился и поцеловал меня. Я попыталась отстраниться, но он крепко сжал мою голову и продолжил яростно целовать. Потом отпустил и резко поднялся. Довольно улыбаясь, он протянул мне руку. Я же закашлялась и обиженно отмахнулась от него. Сима, не переставая улыбаться, сжал мою ладонь и помог встать.

- Во время поцелуя лучше все-таки дышать. Носом, например! – усмехнулся он.

- Да иди ты в жопу, придурок! – обиженно фыркнула я.

Но мой взбешенный вид лишь еще сильнее развеселил мужчину. Я же решила не обращать на него внимания. У нас оставалось одно незавершенное дело, поэтому я стала оглядываться, пытаясь понять, куда делись отшельница с Романом. Вдали, у самой кромки воды, я заметила серую фигуру и направилась к ней.

- Стой, ты уверена, что это безопасно? – тихо спросил Серафим, недоверчиво рассматривая женщину.

- Да, она ничего нам не сделает. К тому же я хочу побыстрее покончить с этой историей, так что не отставай! - ответила я и осторожно подошла к отшельнице.

- Где он? – тихо спросила я.

- В надежном месте. Скоро мы уйдем, ему надо подготовиться, - безразличным голосом ответила мне женщина.

- Он больше не вернется? – спросил Серафим, обнимая меня сзади.

- Не могу обещать. Но одно скажу точно: Роман нарушил обещание и теперь должен остаться со мной. Но чтобы мы окончательно ушли из этого мира, мне нужна книга. Вы вернете мне ее? 

- Да, она куда-то в овраг упала. Я сейчас! – крикнула я и рванула к лесу.

- Стой, ненормальная! Я с тобой! – послышался позади голос Серафима.

Я пробежала пару метров, и мою ногу свело. Я упала, ругая все на свете. И опять Серафим пришел мне на помощь. Он аккуратно поднял меня и поставил на ноги. Я оперлась на его руку, и мы медленно пошли дальше. Недалеко от места нашего падения, мы обнаружили огромный овраг. Именно туда упала книга. Серафим оставил меня наверху, а сам спустился вниз и, светя телефоном, начал поиски.

Но сколько он ни пытался, найти ее не мог. 

- Ее нигде нет! – крикнул мне мужчина.

- Нет, она там! Я чувствую. Я слышу, как бьется ее сердце! 

И это было правдой. Удивительно, но в этой тьме, я ощущала ее, словно мы были одним целым. Я чувствовала ее шепот, дыхание, страх. Она пряталась от нас, как будто не хотела возвращаться к истинной хозяйке. А еще рядом со мной то и дело слышался шорох, словно мячик катался по жухлой траве. Я повернула голову и увидела изуродованное тело Варвары. Ее руки и ноги шевелились, перекатывая бесформенный человеческий ком между деревьев и кустарников. От увиденного мне стало плохо, и я резко подалась назад, соскользнув в овраг.

- Твою мать! – послышалось внизу.

Серафим заметил мое падение и успел подхватить.

- Ты что творишь? Жить надоело? 

- Я случайно. Меня Варвара напугала.

- Не понял.

- Она там! Шевелится… 

- Не говори ерунды! Или ты что, прогуляться решила и на этот шедевр Романа наткнулась? Вроде рядом же стояла! 

- Нет! Она ко мне… Подкатилась.

- Тебе в больницу надо. Причем срочно! Давай найдем быстрее этот фолиант и в путь.

- Стой! Я ее чувствую! Она под нами.

- Ты шутишь? Я здесь уже сто раз смотрел! 

- Опусти меня.

Серафим осторожно поставил меня на ноги, и я нагнулась к земле. Закрыв глаза, я сосредоточилась. Странный гул слышался совсем рядом. Казалось, стоит мне протянуть руку, и я сразу почувствую под пальцами кожаный переплет. Повинуясь инстинктам, я резко распахнула глаза и тут же увидела ее. Книга лежала в нескольких сантиметрах от нас. Мне оставалось лишь взять ее и продемонстрировать удивленному мужчине.

- Не понял. Как она тут оказалась? Я же здесь сто раз смотрел! Получается, я по ней уже минут десять топчусь, – раздраженно сказал он.

- Маскируется.  Видимо, не хочет обратно к хозяйке на болото. Еще бы! В городе в разы веселее. Ладно, берем ее и идем назад.

Серафим поднял книгу и закинул ее наверх. Потом подошел вплотную ко мне и хитро улыбнулся. 

- Э, руки прочь! Я сама.

- Выбирай! Или я тебя беру на руки и аккуратно помогаю выбраться из оврага, или запускаю в полет, как этого кожаного монстра.

- Не надо меня кидать! 

- Хороший выбор, – усмехнулся мужчина и, схватив меня, полез наверх.

Тепло его тела окутало меня, и я почувствовала, как голова закружилась. В крепких объятиях было тяжело дышать, но вырываться мне не хотелось. 

- Ты что там, мурлычешь, что ли? – послышался удивленный голос.

Я подняла голову и поняла, что мы уже наверху, я лежу в объятиях Серафима, и он наблюдает за мной. “Кажется, я опять вырубилась!” – удивленно подумала я, а вслух сказала:

- Ты спятил? Нет, конечно! И вообще, некогда прохлаждаться. Где книга?

- У тебя хочу спросить. Я опять не могу ее найти! Зато клубок из Варвары мимо нас раз пять прокатился. А я ведь тебе сначала не поверил. А потом увидел ее и сам чуть не обосрался! 

- Сейчас! – сказала я и прислушалась.

Книга оказалась совсем рядом. Под моей левой ногой. Серафим, увидев ее, чертыхнулся.

- Все, пора мне очки заказывать. Старею!                   

Он осторожно поднял мою ногу и вытащил книгу. Потом встал и протянул руку мне. Я чувствовала себя разбитой, поэтому не стала упрямиться и взяла ее. Мужчина притянул меня ближе к себе, и мы пошли к болоту. Странно, но, несмотря на ночь, вокруг словно стало светлее. Яркие лучи луны пробивались сквозь сумрак и озаряли лес. Повсюду слышались голоса и сновали светлые тени. 

- Похоже, мы здесь не одни, – шепнул мне на ухо Серафим. – Сколько же их здесь!

- Не привлекай внимания. Мало ли чего можно от них ожидать! – ответила я ему, и мы ускорили шаг.

 Отшельница ждала нас.

- Извините, мы задержались. Долго книгу найти не могли, она пряталась от нас! – сказала я, обращаясь к женщине.

- Ничего, время для меня не имеет значения. Впрочем, как и для других. 

- Кого? Не поняла…

- Я расскажу тебе. Мой род издревле жил в этих местах, вдали от людей. Хотя те частенько приходили к нам со своими просьбами. Но со временем от некогда большого семейства остались лишь двое. Я и бабушка. Но и она ушла в мир иной, когда мне исполнилось пятнадцать, оставив в наследство родовую книгу. А потом пришли они, иноверцы, не признающие древних законов, не знающие силы этих мест. Их никто не звал, но они поселились здесь. Бабушка частенько предупреждала меня, чтобы я не водила дружбу с мирскими, но в тот момент мне было так одиноко, что я не вняла ее наставлениям. Мою подругу звали Дуней. Мы стали очень близки, но все пошло прахом, когда ко мне со своей просьбой пришел парнишка из далекого города. Я полюбила его всем сердцем, и он остался со мной. Узнав про мою силу, он попросил исполнить его самое заветное желание. Потом еще одно. Не прошло и пары месяцев, как это стало обыденностью. Просьбы превратились в приказы, а некогда трепетное отношение - в холодный расчет. Я изо всех сил старалась угодить любимому, но ему было все мало. 

Отшельница замолчала. Тяжело вздохнув, она посмотрела вдаль. Я не смела ее тревожить. Но женщина недолго придавалась воспоминаниям. Через минуту она повернулась к нам и продолжила: 

- Он то и дело уезжал в город, пропадал там, а вернувшись, просил опять воспользоваться моей силой. Мне приходилось снова и снова использовать черную магию, жертвуя свою кровь для обрядов. Но с каждым разом его поручения становились все сложнее, заклятия – опаснее, и своей крови мне уже не хватало. Я стала заманивать случайных путников к себе, и сама не заметила, как превратилась в чудовище. Я любила и боялась потерять своего суженого, почти всю силу отдала ему, а он стал заглядываться на мою лучшую подругу! Не выдержав предательства, я заманила обоих себе в дом, опоила и отдала всю их кровь книге! Когда я поняла, что натворила, мне не хотелось больше жить. Я просто сидела и ждала. Пропажу Дуни заметили быстро. Ее отец с односельчанами заявился ко мне и все увидел своими глазами. Он ревел, как раненый медведь, а жители тихо стояли в стороне, не смея подойти к нам, но мне было абсолютно все равно. И когда отец Дуни занес нож, я спокойно сидела, наблюдая за ним. А после мое тело скинули в болото, дом сожгли, а книгу забрали.

- Подожди, ты рассказываешь о деревне староверов? И про Дуняшку? - догадалась я.

- Да, - послышался знакомый голос.

Я обернулась и увидела лучшую подругу.

- Мой отец был в не себя от горя и никак не мог успокоиться. Он решил воспользоваться книгой, чтобы вернуть меня. Читал заклятия, приносил жертвы. Но у него ничего не получилось. Другие жители тоже решили воспользоваться запретными знаниями. Но в итоге были прокляты и после смерти остались в деревне вместе с отцом. Но перед кончиной папа успел закопать книгу в лесу, чтобы она больше никому не смогла причинить зла.

- А как же ты? Ты же ничего плохого не сделала! Почему ты здесь? – прервала я подругу.

- Я не хотела бросать свою семью. Все это случилось из-за меня! К тому же я не могла предать подругу снова. Она осталась совсем одна. Из-за того, что она не смогла передать книгу преемнице и не забрала ее с собой, Ясна застряла между мирами! Но теперь все закончилось. Книга у истинной хозяйки, и мы все можем, наконец, уйти.

- И Романа с собой заберете? Ну пожалуйста! – попросила я и скорчила жалостливую мордочку.

- Он нарушил договор и теперь последует за мной, хочет он этого или нет, – сказала отшельница, и впервые я увидела, как на ее лице показалась счастливая улыбка. - А теперь нам пора! Прощайтесь.

- Дуня, я тебя больше никогда не увижу? – расстроенно спросила я.

- Ничего нельзя знать заранее, так что все может быть.

- Как тебе это удается? Вроде ответила, а что сказала – ни фига не понятно! Я буду очень скучать по этому.

Подруга улыбнулась и крепко обняла меня. 

- Все, пора! - тихо сказала она и отплыла в сторону.

Сотни светящихся огоньков окружили девушку и закружились в бешеном танце. Дуня взмахнула руками, но потом внезапно остановилась. 

- А ты идешь с нами? – сказала она, обращаясь куда-то в сторону леса.

- Пока нет. Я еще ненадолго задержусь. Хочу убедиться, что теперь моей девочке ничего не угрожает, – послышался чей-то голос.

- Тогда до встречи! И не задерживайся.

Яркая вспышка озарила болото, и все тени исчезли. Кроме одной. Из леса выкатился черный шар. У меня волосы встали дыбом. “Неужели опять Варвара?” – мелькнуло у меня в голове. Но приглядевшись, я поняла, что это всего лишь Малевич. Или Барсик? Я вспомнила кота из своего детства. Но это не мог быть он. Тот наверняка давно умер.

- О, Малевич! И ты тут, блохастый! – послышался голос Серафима.

Кот недовольно фыркнул и гордой походкой удалился в кусты.

- Обиделся, – усмехнулся мужчина.

Я недовольно посмотрела на Серафима, и тут заметила, что отшельница все еще с нами.

- Знаешь, о чем я подумала? – послышался ее голос. – Книга признала тебя. А это значит, что я могу по праву магии отдать ее тебе. Подумай! У тебя будет безграничная сила. Ты сможешь добиться всего, чего захочешь! Люди будут тебя уважать и бояться. И ты больше никогда не почувствуешь себя одинокой.

Я задумалась. Искушение, конечно, было то еще. Вот только нужно ли это было мне? Книга свела Романа с ума, хотя он и до того был чокнутым, но безграничная власть убила в нем все человеческое. Да и самой отшельнице эта сила не принесла счастья. Женщина убила лучшую подругу и любимого. А сколько невинных людей пострадало в городе из-за ее чар! Поэтому, немного помедлив, я произнесла:

- Это, конечно, большая честь, вот только я, пожалуй, откажусь. А то я человек импульсивный, захочу еще мирового господства! А правитель из меня выйдет так себе. Да и не думаю, что мир готов к третьей мировой войне.

- Подумай! Если ты откажешься, вся твоя сила уйдет. Ты больше не будешь видеть скрытого от глаз смертных. Твой дар исчезнет. И сила, защищающая тебя, тоже. Ты останешься один на один с этим жестоким миром.

- Ничего, теперь Аню есть кому защищать. А то, что сила исчезнет – это даже хорошо! По крайней мере, не закончу, как ее бывший, – сказал Серафим и крепко обнял меня.

Я улыбнулась и с благодарностью посмотрела на Симу. Он улыбнулся мне в ответ. На душе стало тепло. Я не знала, что ждет меня впереди, но верила в лучшее. Поэтому, недолго думая, произнесла:

- Я все сказала и решения не поменяю. Есть вещи, которым лучше оставаться в земле. И желательно навсегда, чтобы их больше никто и никогда не откопал.

Отшельница пристально посмотрела на меня, а потом улыбнулась. Крепко обхватив книгу, она направилась к болотной жиже, над которой поднимался белый туман. Подойдя к кромке воды, женщина смело шагнула вперед, погружаясь все глубже. Туман окутал ее, скрывая от глаз. И тут послышался жуткий смех. Приглядевшись, я заметила, как отшельница тащит с собой за руку черную тень в капюшоне. Та билась в истерике, но вырваться не могла. Тень обернулась, и я узнала Романа. Он последний раз улыбнулся мне своей бешеной улыбкой, после чего ушел под воду. А мы с Серафимом еще долго стояли и смотрели на водную гладь.

- Да! Все-таки я молодец! – нарушила я молчание.

- Ты о чем?

- Смотри, Карину, свою одноклассницу, пристроила. Теперь и отшельнице жениха нашла. Я прям сваха!

Серафим ничего не сказал, только схватил меня рукой и начал кулаком тереть голову.

- Прекрати! Что ты делаешь? – взвизгнула я.

- Проверяю, остались ли твои способности. Видимо, все-таки нет, раз я еще жив! 

Я стала вырываться и даже попыталась пнуть мужчину. Но он ловко увернулся, при этом умудрившись наступить мне на обе ноги сразу! Прямо как я когда-то в доме у Леры Вениаминовны. Я дернулась. Послышался треск. Взглянув на свои сандалии, я поняла, что они обе разодраны, причем самым зверским образом! Их теперь даже в ремонтной мастерской не смогли бы восстановить.

- Ты это специально, да? Мстишь за прошлое? – злобно спросила я, пытаясь ударить Серафима. – Как я теперь пойду? Босяком? Собирая все колючки и занозы? 

Мужчина ничего не ответил. Он лишь усмехнулся и подхватил меня на руки. Одним рывком он снял с меня обувь и выбросил ее в болото. Грустно я наблюдала, как мои боевые товарищи медленно погружаются в мутную жижу, а Серафим как ни в чем не бывало развернулся и бодро двинулся в сторону леса.

- Куда мы идем? – тихо спросила я.

- В больницу, куда же еще? Отдыхай, тебе сегодня здорово досталось.

- Ладно, только смотри не урони меня и не потеряй где-нибудь по дороге!

- Поверь, не потеряю! Теперь уже точно. 

Я фыркнула и прижалась лицом к груди Серафима. Если честно, отдыхать мне совсем не хотелось. Слишком много впечатлений было за сегодняшний день. Но запах и тепло тела мужчины сделали свое дело. Не прошло и пяти минут, как я задремала.

Аня

…

Серафим

Мне сложно описать, что я чувствую сейчас. С одной стороны, я вернулся в реальность, чему просто невероятно рад. А то все эти призраки, магические книги, зомби… Я слишком далек от всей этой чертовщины. Мой мозг попросту не может воспринимать всю эту магическую хрень всерьез. Но, с другой стороны, я смог увидеть своего лучшего друга, и неважно, было ли это галлюцинацией, возникшей на фоне стресса, или правдой, я был безумно счастлив снова встретиться с ним.

И теперь, когда все закончилось, оглядываясь назад, я понимаю, что жизнь не будет прежней. Последние события помогли мне взглянуть на свою жизнь под другим углом. Сестра была права: я слишком зациклился на работе и стремлении все контролировать. Постоянно вмешиваясь в ее жизнь, я делал только хуже. Дина замкнулась и начала отдаляться, и в итоге я ее чуть не потерял. К счастью, теперь она в безопасности. 

Эта глупая девчонка звонила пару часов назад. Судя по голосу, с ней все хорошо, она пришла в себя. Узнав, что мы с Аней в больнице, порывалась приехать, но я не разрешил. Все-таки в городе пока небезопасно. 

Люди-зомби и бывшие фанатики Варвары, еще вчера порывавшиеся уничтожить все и вся, очнулись и теперь ходят как с жуткого похмелья. Половина из них вообще ничего не помнит. Больница под завязку забита такими ежиками в тумане и людьми, пострадавшими от их действий. Так что я решил подержать сестренку пару деньков под охраной, подальше от города и больницы. А что, так и мне спокойней, и Аню никто тревожить не будет.

Да, моему хомяку здорово досталось. Хорошо, что я настоял на полном обследовании, а то она все домой рвалась, говорила, что хорошо себя чувствует, лишь голова и нога немного болят. Только вот она не учла, что спорить со мной бесполезно. Все ее жалкие попытки убежать были безжалостно уничтожены моим захватом. Не думал, что она так сильно не любит больницы. Сейчас Аня спит. Врач сказал, что дал ей сильное успокоительное, так что она, скорее всего, проспит весь день. Вот и хорошо, я хоть успею решить все проблемы. 

Из-за случившегося спать совсем не хочется. Видимо, я все еще на адреналине. Интересно. Еще недавно я ходил в подавленном настроении из-за состояния сестры, а теперь готов горы свернуть. А все из-за моего хомяка, из-за этого маленького ходячего бедствия. Дина была права: мне просто надо было найти своего человека, тогда, может, я не третировал бы ее так сильно. Она выросла и скоро уйдет в свободное плавание. Сейчас я осознаю, что не хотел ее отпускать, потому что боялся остаться один. 

Мои бывшие не понимали меня, да и не стремились узнать, что творится у меня в душе. Им нужны были деньги. К тому же я часто пропадал на работе, за что постоянно получал кучу упреков. Якобы я уделял им мало внимания, не давал нужных эмоций. Что ж, отчасти они были правы. Зато когда мне все это надоедало, и я давал им их так называемые эмоции, эти девушки, еще недавно клявшиеся мне в вечной любви, бежали в страхе. 

Правда, потом звонили, пытались как-то исправить ситуацию и вернуться ко мне, но место рядом со мной всегда оказывалось занято. Я постоянно был окружен женщинами, так что найти замену проблемой не было никогда. До недавнего времени.

Аня – единственный человек, который смог вывести меня из равновесия, разбудил давно забытые чувства, но при этом не бросил в трудную минуту. Я не хочу ее отпускать. Я не хочу снова остаться один. И я сделаю все, чтобы она осталась со мной. 

Аня

Очнулась я уже в палате. Как выяснилось, я проспала весь предыдущий день. Мои травмы оказались довольно серьезными. У меня диагностировали переломы ключицы и стопы, множественные ушибы и травмы мягких тканей, сотрясение мозга. Так что в больнице мне пришлось задержаться. Удивительно, но, несмотря на переполненность отделения, мне выделили отдельную палату, причем довольно неплохую. Там даже был старенький телевизор! Да, деньги все-таки творят чудеса…

Серафим несколько дней провел рядом со мной, а потом уехал решать какие-то неотложные дела в столицу. Но оставил присматривать за мной свою ненормальную сестренку, которая, несмотря на все свои акробатические кульбиты, осталась цела и невредима.

Мужчина звонил мне постоянно. Для этого даже купил мне какой-то навороченный телефон, чтобы видеосвязь поддерживать, заверяя, что моя раскладушка безвозвратно устарела. А Дина, воспользовавшись моим беспомощным состоянием, забрала мой старенький сотовый и с лицом хомяка, проглотившего лимон, “нечаянно” уронила его на пол. При этом абсолютно случайно трижды прошлась по нему, за что получила от меня апельсином по голове.

Девушке это, конечно, не понравилось. Она тут же пожаловалась на меня Серафиму, но тот лишь посмеялся. А после заявил, что она сама хотела свободы, так что пусть учится решать проблемы самостоятельно.  Дина после этого еще долго пыхтела от возмущения, но через какое-то время успокоилась и стала всячески подлизываться ко мне. Я же сразу почувствовала, что она затевает недоброе. И оказалась права.

Это милое создание весь следующий день строило глазки моему лечащему врачу, и под вечер тот внезапно назначил мне курс витаминов в уколах внутримышечно. Дина же с довольной мордашкой вызвалась мне их проколоть. Но я категорически отказалась от такой помощницы и сказала, что, если девушка попытается ко мне приблизиться с чем-то острым, мигом спущу ее с лестницы. Дина пофырчала, но спорить не стала. Но все же напросилась посмотреть, как этот курс мне прокалывают.

Были, конечно, и другие неприятные моменты. Например, теперь мне все время казалось, что я нахожусь под колпаком. А все из-за людей Серафима, постоянно курсирующих по коридору. Они преследовали меня всюду. Даже когда мы с отчимом отправились погулять во двор, человек Ефима буквально по пятам за нами ходил, за что получил замечание от Михаила Ивановича. И хотя наш преследователь рьяно утверждал, что он простой пациент и не знает никакого Серафима Андреевича, мы с отчимом ни на грамм ему не поверили.

Ага, пациент. У нас же в стране все пациенты в муниципальных больницах лежат в строгих костюмах и с оружием в кобуре. Хотя в постоянной охране тоже были плюсы. Из-за наличия телевизора в моей палате некоторые хворающие пожилые дамы, еще утром готовящиеся уйти в мир иной, к определенному времени резво вскакивали с кроватей и всеми правдами и неправдами пытались пробраться ко мне, чтобы устроить массовый просмотр очередного сериала. К счастью, люди Серафима хорошо знали свое дело, и враг так и не смог оккупировать мою территорию.

Дина, глядя, как охранники кружат вокруг моей палаты, искренне радовалась. Она по секрету мне призналась, что теперь, когда все внимание брата направлено на меня, и охрана не ходит за ней по пятам, ей стало легче дышать. Девушка часто меня обнимала и говорила, что жутко счастлива, что я появилась в их семье. Однако я не разделяла ее радости. Наоборот, у меня возникли смутные подозрения, что меня обманули, но в чем конкретно, я пока не понимала.

Родные тоже частенько навещали мою скромную персону. Мама и бабушка все время просили прощения и клялись, что всегда любили меня и никогда не желали зла. Ну-ну, так я и поверила! Зато отчим ходил довольный и постоянно подшучивал над ними, особенно над бабушкой. Кажется, вся эта ситуация помогла ему, наконец, утихомирить своенравных женщин и взять власть в семье в свои руки.

Сестра с мужем тоже время от времени заходили. А вместе с ними ко мне врывались любимые племяшки, снося все вокруг и наводя повсеместный шухер. Они забалтывали меня до потери сознания, заставляли есть противные апельсины и другую полезную в их понимании еду, а Оксана с Федором всячески поддерживали детей, как будто нарочно стараясь разозлить меня. Милана и Лилиана упорно пытались сделать мне макияж и прическу, а Роберт Федорович подсовывал бумаги с описанием будущих, как он выражался, сверхприбыльных проектов. А еще он сильно переживал, что его бизнес-партнера скоро куда-то увезут. Но когда я пыталась у него выяснить, что он имеет в виду, хитрый мальчишка ловко уходил от ответа.

И это не весь список моих посетителей! Ко мне частенько заходила Любовь Анатольевна. Она угощала меня своим фирменным чаем с плюшками и делилась планами на будущее. У нее появилась мечта. Женщина очень хотела посетить столицу и тем самым утереть нос старой козе, то есть своей лучшей подруге, с которой она все-таки помирилась. Хотя за глаза продолжала перемывать ей косточки с другими заклятыми подружками.

Зинаида Игоревна с дядей Василием тоже несколько раз заглянули. Они наконец-то официально объявили о своих отношениях и теперь жили вместе. Но больше всего меня удивило появление Карины с новоявленным женихом. Бывшая одноклассница была очень счастлива, что, наконец, нашла своего суженого и на радостях объявила меня своей новой лучшей подругой. Во время своего визита девушка так долго рассказывала о своей внезапной удаче и дальнейшем светлом будущем, что я, не выдержав, уснула и чуть не пропустила обед. Хотя можно было обойтись дежурными фразами: спасибо, у меня все хорошо, ну я пошла, а ты звони, если что.

В самом городе все быстро вернулось на круги своя. Дело Варвары спешно закрыли, всю вину, конечно, свалили на нее. По данным следствия, женщина являлась главой какой-то экстремистской секты, занимающейся человеческими жертвоприношениями. Куча свидетелей, еще недавно слепо повиновавшихся госпоже прорицательнице, подтвердили данную версию, да и видеоматериалов с ее зверствами было отснято предостаточно.

Кстати, саму Варвару нашли в лесу. И она оказалась жива! Хотя, учитывая травмы, к нормальной жизни она вряд ли вернется. К тому же видевшие ее люди сообщили, что женщина ушла в себя и ни на что не реагирует. О ее дальнейшей судьбе мне ничего не известно, но я очень надеюсь, что мы больше никогда не встретимся.

Что касается самой программы, ее быстро закрыли и все упоминания о ней удалили из сети. Хотя один персонаж все-таки засветился на экране. У моего любимого Йорика появилась своя собственная передача, где он разбирает таинственные дела! Его соведущим стал Александр Фет. Да, да! Тот самый парень в черном платье. Надеюсь, он хорошо заботится о Йорике.

А по округе поползли новые сплетни. Якобы в городе появились три новых призрака. Двух видели на Черной поляне. Парня и девушку. По словам очевидцев, эти двое все время ругаются и дерутся, пугая случайных путников, рискнувших ночью пойти через это страшное место. Еще одного видели в бизнес-центре в актовом зале. После известных событий весь третий этаж был закрыт на ремонт, но местный сторож клялся, что ночью столкнулся с женщиной в балахоне, которая вещала на весь зал какие-то странные речи. Но, учитывая его репутацию, мало кто воспринял эти слова всерьез. Тем более что строители, восстанавливающие здание, ничего сверхъестественного на объекте не заметили.

Лично я не слишком интересовалась слухами: cлишком неприятные воспоминания они вызывали. Так что сказать точно, есть в тех местах призраки или это все выдумки скучающих пенсионерок, я не могу. К тому же все эти сплетни быстро сошли на нет, уступив место новым. Спасибо следователям, организовавшим в нашем лесу самые настоящие раскопки.

А все началось с того, что по анонимному доносу некоего доброжелателя в одном из обрушившихся тоннелей нашли останки известного криминального авторитета, пропавшего много лет назад. А после недалеко от того места были обнаружены кости более двадцати девушек, исчезнувших еще в конце девяностых. Правда, открывшиеся в связи со страшными находками дела быстро перешли в разряд висяков и отправились в архив. Но хоть люди узнали судьбу своих близких.

Кстати, гуляя во дворе больницы, я случайно наткнулась на маму Романа. Она приехала из другого города забрать останки сына. Как оказалось, после его пропажи она уехала в соседнюю область, там вышла второй раз замуж и родила дочь. Но женщина все время помнила о сыне и надеялась найти его живым, но судьба распорядилась иначе.

Мама Романа не знала, как поступить: похоронить сына на местном кладбище рядом с отцом или забрать его с собой, в соседнюю область. Я посоветовала ей его все-таки забрать, а то в городе у Романа осталось слишком много недоброжелателей. Не хватало еще, чтобы кто-то осквернил могилу и вновь пробудил этого монстра. Женщина, немного подумав, согласилась со мной. Ну а я была этому только рада, здраво рассудив, что чем дальше увезут Романа от моей семьи, тем мне же будет спокойней.

А так, в принципе, это все новости. Завтра меня выписывают, и я возвращаюсь домой. Жалко, что я не могу рассказать тебе обо всем лично, но надеюсь, ты слышишь меня, где бы ты сейчас ни находилась. Я очень скучаю по тебе, Дуняша.

Когда меня выписали, я просто летала от счастья. Наконец-то закончились все эти процедуры, уколы, лекарства. Первые дни я провела дома, валяясь на диване и не желая лишний раз шевелиться. Но моему отдыху постоянно мешали. Ко мне каждый день кто-то приходил: родственники, знакомые, еще и Дина по вечерам вместо того, чтобы идти домой, постоянно ошивалась у меня. 

Она словно не понимала, что порядочные гости должны уходить домой в девять вечера, а в десять - ложиться спать. Для нее до двух часов ночи было детское время, так что порой доходило до абсурда. Не выдержав ее ночных метаний по моей скромной обители, я выходила во двор и звала кого-нибудь из помощников Серафима. Эти суровые люди вежливо выпроваживали девушку и увозили ее домой. 

Как я и думала, после моей выписки охранники никуда не делись. Они из больницы плавно перебрались к моему дому. Но я не возражала. От них было много пользы. Эти бдительные люди пускали ко мне только знакомых и отгоняли любопытствующих, которых после кровавых событий развелось очень много.

Слухи разлетались по округе, обрастали подробностями, и во всей этой истории я оказалась главной героиней. По последней версии, Варвара каким-то непостижимым образом узнала о моих способностях, после чего натравила призраков на бедных подростков. А потом под благовидным предлогом заявилась в наш мирный город, загипнотизировала жителей, натравив их друг на друга, а меня попыталась принести в жертву темным силам, чтобы забрать дар себе. Но я оказалась сильнее, так что злые силы забрали саму Варвару. 

Не знаю, то ли благодаря связям Серафима, то ли сами менты не хотели во всем долго копаться, но то, что случилось с самой пророчицей, никто толком расследовать не стал. Написали, что она, пытаясь скрыться от местных стражей порядка, пытающихся положить конец ее безобразиям, упала в овраг. Вот и переломала себе все, что только можно. Ну и головой повредилась. Меня это вполне устраивало. Мое имя в официальной версии никак не фигурировало, а правде все равно никто бы не поверил.

Зато люди стали считать меня экстрасенсом. Некоторые даже пытались через семью записаться на прием. Вот только как ни пытались мама с бабушкой уговорить меня встретиться с их очередной хорошей знакомой, я слала всех далеко и надолго.

Но больше всех в данной ситуации выиграл мой племянник Роберт Федорович. Он умудрился продать все мои работы! Даже незаконченные и испорченные смог выдать за современное искусство! Как оказалось, после случившегося фанатики Варвары основали новый клуб по интересам. И его звездой стала я! Племянник каким-то образом прознал про это, ну и под шумок по секрету рассказал членам, что у него случайно завалялось несколько моих работ, несущих мою энергетику и дарующих обладателю здоровье и духовную благодать. Те и купились. 

Зато Роберту Федоровичу удалось сделать невозможное. Он не только разграбил всю мою мастерскую, но и очистил от неудавшихся экспериментов прихожую. Этого в течение многих лет не удавалось сделать ни его матери, ни отчиму, ни мне самой! Дина, увидев мой дом после его набега, от удивления рот открыла. Сказала, что мое жилище, наконец-то, на жилое стало похоже, и ходить здесь уже не так страшно. Возможно, поэтому она стала все чаще и чаще ночевать у меня. 

Кстати, она выполнила свое обещание и купила-таки мне новый чайник. Правда, спалила его уже на второй день после покупки, поэтому ей пришлось приобрести мне еще один, к которому я подходить ей запретила под страхом недопуска ко мне домой навечно. 

Сегодня она опять пришла ко мне и напросилась на ночлег, мотивируя это тем, что завтра приезжает Серафим, и она хотела бы передать его сокровище из рук в руки в целости и сохранности. И тем самым показать, что она стала ответственной личностью и теперь заслуживает доверия. Я была этим очень недовольна, ведь это значило, что она опять займет мою кровать. Дина еще в первую свою ночевку заявила, что мой диван слишком маленький, только мне и подходит, а вот кровать у меня очень даже ничего. Хотя тоже маловата.

Пришлось уступить спальню этой маленькой заразе. Ее подозрительное предложение спать вместе я сразу отклонила, мотивируя это тем, что во сне я буйная и могу ей нечаянно что-нибудь сломать. Девушка сначала возмущалась, но, услышав про локоть и ее лицо, как-то сразу стихла и спать вместе больше не предлагала.

Вот и сейчас, устраиваясь на ночлег, я не стала расстилать диван. Мне было не впервой так спать. Иногда я так выматывалась в мастерской, что засыпала, бухнувшись вниз лицом без подушки и одеяла. Закрыв глаза, я представила Серафима. “Интересно, смог бы он так спать или свалился уже через пять минут на пол?” – думала я, поглядывая на часы. 

Сон не шел ко мне, несмотря на глубокую ночь. Я прислушалась. Дина уже храпела вовсю. Ее попытки вечером приготовить нам ужин я пресекла на корню, отправив девушку за готовой едой в магазин. Там она, несмотря на свой юный возраст, умудрилась купить бутылку вина, хотя это было неудивительно. В свои шестнадцать она выглядела на двадцать пять и, как я поняла, пообщавшись с ней поближе, могла в некоторых моментах дать пару уроков не только мне, но и Зинаиде Игоревне, а та прожила жизнь! 

Вот и сейчас эта благородная девушка дошла до моего дома с практически пустой бутылкой. “Эх! Чувствую, Серафим не того человека поставил следить за мной! – грустно подумала я, увидев ее. - Или он решил, что я буду следить за ней? Тогда он ошибся и очень серьезно!”

С грустью посмотрев на это чудо, я допила остатки из бутылки, чтобы те не достались и без того шатающемуся врагу, и отправила недовольную девушку спать. Сама же уснуть никак не могла. Я все время возвращалась к мыслям о Серафиме. Он должен был приехать завтра ближе к вечеру, и от этого мое сердце стучало как бешеное. Даже закрыв глаза, я не смогла выбросить его образ из головы. Встав с дивана, я еще какое-то время ходила по комнате, пока не увидела что-то черное в углу. Приглядевшись, я поняла, что это Малевич. Обрадовавшись, я быстро подскочила к нему и взяла кота на руки. Малевич довольно замурчал, а я подошла к дивану и, обнимая кота, свернулась комочком. 

Проснулась я оттого, что чей-то недовольный сиплый голос жалобно просил воды. Сначала я до смерти перепугалась, так как никак не могла понять, как в моем доме оказался какой-то незнакомый мужик. Но, прислушавшись, я поняла, что голос принадлежал Дине. Девушка орала, как орангутанг в период брачного сезона, требуя, чтобы ей дали, наконец, живительной влаги и перестали стучать в дверь. Посмотрев на часы, я поняла, что уже полдень. Малевича нигде не было, зато дверь действительно тряслась от чьих-то ударов. Я быстро подскочила к ней и отодвинула задвижку. На пороге стояла сестра. Она осмотрела мои шортики и майку и, недовольно хмыкнув, зашла внутрь.

- А день вчера удался, я смотрю! – нагло сказала она.

- Не понимаю, о чем ты.

- Вы что, всю ночь бухали с этой девицей, сестренкой Серафима? Что-то в последнее время она зачастила к тебе!

- Нет, конечно! Это она напилась и такой заявилась ко мне. А я так, пригубила немного. Не пропадать же добру! И вообще, за кого ты меня принимаешь? Этой пигалице малолетней всего шестнадцать!

- Сколько? Я думала, она чуть младше тебя. Или даже ровесница!

- На Дине просто слой штукатурки. А помыть – дите!

- Да! Ну и дети пошли! Ладно, я к тебе по делу. Понимаю, что это прозвучит очень странно, тем более спустя столько лет, но дело будет касаться Гены. Помнишь, когда-то ты рассказывала, что он что-то хотел мне передать? – сказала сестра и замялась.

Я видела, как Оксане тяжело об этом говорить, и что она готова плюнуть на все и убежать, но что-то ее останавливало. Глядя на растерянную сестру, я сначала хотела сказать ей что-нибудь колкое и обидное, но, подумав, вздохнула и тихо произнесла: 

- Да. Но с каких пор ты стала мне верить? Я же псих, которого лечить надо! 

- Даже не думай, что я поверила слухам про твой дар и изменила свое мнение. Но если есть хотя бы малейший шанс узнать, почему он тогда бросил меня, то я хочу им воспользоваться. Меня это мучает много лет. Возможно, узнав правду, я смогу, наконец, жить спокойно, не задаваясь глупыми вопросами.

Я внимательно смотрела на сестру. Она побледнела. Я помнила то время, когда она встречалась с Геной. Оксана влюбилась в него с первого взгляда, когда он только переехал с мамой из соседней деревни. Генка был высоким, несуразным, но для Оксанки не было никого милее. Она могла целыми днями говорить о нем, но подойти и познакомиться очень боялась. И когда он на дискотеке пригласил ее на танец, а потом признался в любви и предложил встречаться, сестра просто не могла поверить своему счастью. Полгода она летала как на крыльях, а потом Генка уехал, но обещал вернуться. И пропал. 

Его мама всегда недолюбливала сестру из-за слухов, окружающих нашу семью. И когда Гена уехал, постоянно твердила окружающим, как она рада, что сынок наконец-то смог отвязаться от шалавы Оксанки и ее ненормальной семейки. А спустя время вообще с катушек слетела. Часто устраивала истерики, говорила людям гадости. Особенно доставалось моей сестре. 

Женщина любила при Оксане рассказывать, как у ее сына все хорошо, что он учится в другом городе и там нашел хорошую девушку. И что она сама скоро переедет к нему, вот уладит все дела, и обязательно уедет. Вот только мама Гены так никуда и не уехала. Умерла через год. Родственники увезли ее тело в родную деревню, а Гена так и не вернулся.

- Ну так как? Поможешь? – вывел меня из задумчивости голос Оксаны.

- Если ты только поможешь мне в одном деле.

- Интересно, и в каком же?

- Найти могилу отца. Я уверена, ты знаешь, где она. Родные не хотят говорить. Думают, что это плохо повлияет на мою и так расшатанную психику. Но ты и так думаешь, что я ненормальная и хуже уже не будет. Так что для тебя это не аргумент. 

- Я не могу, обещала маме. 

- Услуга за услугу. 

Сестра посмотрела на меня тяжелым взглядом, подумала и сказала:

- Хорошо, только потом не жалуйся. И, если сдашь меня, я тебе ноги вырву!

- Договорились! Тогда я одеваюсь, и пойдем к дому Гены. Потом на кладбище.

- А как же Серафим? Он же сегодня приезжает! И Дина? У тебя из спальни такие страшные звуки доносятся! Ты уверена, что ей не нужна помощь? И вообще, это точно она там, а не какой-нибудь мужик храпит?

- Не волнуйся, Серафим вечером приедет. Дина в порядке. Это ее естественное состояние. Не переживай, я все равно иду за одеждой, заодно и проверю, как она. А ты пока кофе сделай с бутербродами. И кексики достань! Поедим перед дорогой.

- А я смотрю, ничего не изменилось! Ты самое наглое и самоуверенное существо, которое я знаю.

- Но ты же любишь меня, и не надо врать, что нет! В машине перед бизнес-центром всю меня облапала.

- Иди уже! – засмеялась сестра и кинула в меня тапкой.

Я улыбнулась и тихо скользнула в комнату, где храпела Дина. Быстро собравшись, я посмотрела на ворочающееся существо в моей кровати, вздохнула и побежала к сестре. 

 ***

- Прекрати дергаться! Ты меня с ума сводишь, – зашипела я на сестру.

Мы шли по улице, стараясь держаться в тени деревьев. Я напялила кепку и большие солнечные очки. В последнее время я стала очень популярной, из-за чего не могла нормально передвигаться по городу. Люди постоянно лезли ко мне. Они задавали странные вопросы, лапали меня, а кое-кто даже пытался фотографировать! Можно сказать, я стала местной достопримечательностью. Еще бы, меня же чуть торжественно не принесли в жертву злым силам на глазах сотни людей! Еще и этот дурацкий фан-клуб появился. От его членов я убегала как от огня! Эти ненормальные решили, что я их новый проводник в мире эзотерики, и вели себя при встрече неадекватно. Руки целовали, песни странные пели, а какой-то псих во время последнего столкновения пытался отрезать кусок моей футболки! Видимо, решил сувенир с собой унести.

Поэтому я старалась держаться как можно более незаметно. Благо по дороге нам почти никто не встретился. Наш путь вел на окраину, к старым заброшенным деревенским домикам. Когда-то эта улица была оживленной, но сейчас из двадцати домов заселены были только два. И то в них жили одинокие глуховатые старушки, так что бояться нам было нечего. 

- Ты уверена, что оно там? – спросила сестра и боязливо оглянулась.

- Конечно! Он сказал, что оставил его в доме.

- Столько времени прошло! Родственники все ценное забрали, да и школота местная постоянно в эти дома лазит. Может, его там давно нет!

- Я могу тебе точно сказать, я тогда видела Гену! И он сказал, что оставил письмо. И что оно обязательно тебя дождется! Так что вперед.

- Но почему тогда мать Гены не отдала его мне? 

- А ты сама не понимаешь? Она же тебя на дух не переносила! Считала, что ты портишь мальчишке жизнь. А потом вообще свихнулась! Стала хуже злой собаки. Так что вполне могла это сделать из вредности.

Мы приближались к старому домику, стоящему недалеко от заброшенного сада. Рассматривая знакомые места, я с грустью заметила, что забор вокруг участка покосился, стекол в рамах не было, но сам дом выглядел на удивление крепким, словно что-то держало его изнутри, не давая обрушиться.

- Не могу, давай уйдем! – взмолилась Оксана и попятилась назад.

- Что, воспоминания нахлынули? Помнишь, как я по просьбе мамы искала тебя, а ты с Генкой в саду под яблоней целовалась. Я вас спалила, и ты с криками гонялась за мной с палкой.

- Да, мы потом с Генкой, чтобы тебя отвадить, страшные истории про сад придумывали. Помнишь про призрак тракториста?

- Конечно! Я три ночи к саду бегала, выследить его хотела! А вам не стыдно было такое ребенку рассказывать? А если бы я испугалась?

- Тебя испугаешь! Только хуже сделали. Ты после этих историй постоянно за нами ходить стала! Новые рассказать просила.

Мы засмеялись. Схватив Оксану за руку, я стала пробираться через высокую траву к забору. Осторожно открыв калитку, мы подошли к крыльцу. 

- Давай за мной. Только смотри под ноги, - сказала я и смело поднялась по ступенькам.

Дом оказался незапертым, что было неудивительно. Наверняка местные пацаны постарались. 

- Как думаешь, где его искать? – тихо спросила сестра.

- Генка говорил, что оно в комнате матери, в ящике старого комода.

Мы прошли сени и осторожно обошли полуразвалившуюся печку. Через дыру в крыше на пол падали лучи солнца, освещая большую комнату, когда-то служившую гостиной. Наш путь лежал в маленькую комнатку, находившуюся за дальней дверью. 

- Твою мать! – выругалась я, наступив на прогнившую доску.

- С тобой все в порядке?

- Да, давай быстрее покончим с этим. Здесь небезопасно!

- Ты ли это мне говоришь? – усмехнулась сестра.

- Посмотрим, как ты заговоришь, провалившись больной ногой в дыру. Хватит с меня переломов и гипса!

- Рада слышать! Наконец-то рассуждаешь как взрослый человек. И всего-то понадобилось натравить на тебя фанатиков, злые силы и одного симпатичного мужика! 

- Заткнись, а то сама сейчас в этой яме окажешься! – крикнула я и тут же осеклась.

Вокруг послышался треск. А потом мне показалось, что дом начал оседать.

- Давай быстрее! – вскрикнула Оксана и потащила меня за шкирку в комнату своей несостоявшейся свекрови.

Здесь было темно. Единственное окно было загорожено старым шкафом. Все пространство было завалено барахлом, так что разглядеть что-либо было практически невозможно.

- Подожди, сейчас посвечу! – сказала я и включила фонарик на телефоне.

- Да ладно! С каких это пор ты носишь с собой телефон, да еще заряженный? Уж не звонка ли своего дружка ждешь?

- Слушай, ты специально выводишь меня из себя? Мы, вообще-то, ради чего сюда приперлись? Ищи комод! Ты лучше должна знать, как он выглядел.

- Вот он, – тихо сказала сестра, указывая в сторону.

- Да, понятно, почему его не увезли. Эта глыба весит, наверное, целую тонну! - усмехнулась я, рассматривая обшарпанные ящики.

Было видно, что когда-то комод был очень красивым. Украшенный резьбой, опирающийся на гнутые ножки, казалось, время было не властно над ним. Осторожно открыв верхний ящик, я достала кипу бумаг.

- Чего стоишь? Давай помогай! – чихнув, буркнула я сестре и начала перебирать документы.

Сестра открыла второй ящик и достала из него деревянную шкатулку.

- О, кажись, сокровища нашли! Наконец-то разбогатеем. Открывай быстрее, вдруг там золото или бриллианты! – съязвила я, за что получила от сестры подзатыльник.

Оксана осторожно доставала содержимое. Ценностей там не оказалось. Шкатулка была доверху набита письмами, открытками, старыми фотографиями. Сестра осторожно перебирала пожелтевшие листы бумаги, откладывая ненужное в сторону. В какой-то момент она остановилась. Я посмотрела на Оксану и увидела, как по ее щекам текут слезы.

- Что там? – спросила я, заглядывая через плечо.

Сестра держала в руках старые фотографии. На них она, совсем молодая, с Геной позировали неизвестному фотографу. На первом фото они сидели в обнимку под яблоней, на другом целовались возле реки. На последнем снимке засветилась я. Генка обнимал нас с сестрой на фоне сада.

- Слушай, можно я заберу эту фотографию себе? Ты же не против? – спросила я, выхватывая наше общее фото.

Сестра покачала головой, опуская руки. В этот момент из кучи снимков выпал небольшой конверт. Я осторожно подняла его. 

- Смотри, это от Генки! Он его из Москвы матери отправил. Но оно почему-то не вскрыто. Тут от руки приписка: для Оксаны.

- Дай сюда! – вскрикнула сестра и отобрала письмо. 

Трясущимися руками Оксана открыла конверт и достала пожелтевший от времени лист.

- Ну что там? 

Сестра ничего не ответила. Ее плечи тряслись, слезы текли по щекам. В какой-то момент она закрыла лицо руками и завыла в голос.

- Да что случилось? Что там? – спросила я и отняла лист.

Я быстро пробежалась глазами по тексту. 

- Во дела! – только и смогла выговорить я.

Зато теперь все стало ясно. Гена не просто так уехал. У него нашли опухоль. Предстояла серьезная операция, и шансов на успех было немного. Я вспомнила, как мы с сестрой провожали парня. Гена выглядел бледным и худым. Он говорил, что это из-за недосыпания и экзаменов, и что не стоит волноваться. И в Москву он якобы едет в гости к тетке и скоро вернется. Не вернулся. 

- Смотри, он пишет про какое-то кольцо. Посмотри в конверте!

Оксана шмыгнула и достала маленькое золотое колечко. Она долго рассматривала его, а потом тихо заговорила:

- Мы тогда поехали в центр. Я увидела это кольцо в магазине и буквально влюбилась в него. Все никак не могла отлипнуть от витрины. Генка только смеялся надо мной. Он пообещал, что потом купит его и после окончания школы сделает мне предложение. Кольцо стоило очень дорого, и я не поверила ему, а он все-таки сделал это. Дурак! Знаешь, его отец ведь тоже умер молодым. Рак, - сказала Оксана и снова разрыдалась.

Переминаясь с ноги на ногу, я с грустью смотрела на сестру, не зная, как поступить. Но чуть подумав, я подошла ближе и крепко обняла ее. Она затихла. Так мы стояли несколько минут, пока Оксана не пришла в себя.  Отдышавшись, она отстранилась и с благодарностью посмотрела на меня. Я улыбнулась ей и сказала:

- А еще Гена пишет, если с ним что-то случится, чтобы ты не отчаивалась и обязательно влюбилась снова! И даже кандидатуру тебе подыскал. Своего лучшего друга Федю, который, как он пишет, влюблен в тебя с первого класса. 

Я задумалась. Федя. Влюблен с первого класса. Неужели?

- Стоп, это что, твой Федя, что ли? Муж?

- Наверное, других его друзей с таким именем я не знаю, - сказала Оксана, грустно улыбнувшись.

- Вот ведь судьба! А ведь он после отъезда Генки всюду хвостом за тобой таскался. Интересно, он знал о смерти друга? О, кстати, перебирая бумаги, я тоже кое-что нашла. Тут копия свидетельства о смерти. Гена умер через неделю после своего отъезда. Видимо, операция прошла неудачно. Получается, он не бросал тебя, просто так сложилась судьба. 

Вокруг снова послышался странный треск, и я вздрогнула.

- Оксан, давай выбираться отсюда! Не знаю, как ты, а я пока еще жить хочу.

Оксана кивнула, сжала кольцо в руке, и мы двинулись на выход. Всюду слышались шорохи, дом словно тяжело дышал. Чутье подсказывало, что уходить надо немедленно. Мы вышли и отошли от дома буквально на пару метров, как снова послышался треск. Обернувшись, мы увидели, как здание медленно сползает на левую сторону. Задняя стена рухнула, крыша погребла под собой остатки фасада. Дом умер. 

Мы тихо направлялись в сторону кладбища. Говорить не хотелось. На душе скребли кошки. А ведь мне еще предстояла встреча с отцом. Я погружалась в грустные мысли все сильнее и даже не заметила затормозивший рядом черный внедорожник. Меня кто-то окликнул, но я продолжала свой путь, пока не почувствовала, как сестра тянет меня за руку.

- Эй, своих не узнаешь? Я тут волнуюсь, по городу вас ищу, а ты даже внимания не обращаешь! И вообще, я тебе три раза звонил! Чего трубку не берешь? – послышался знакомый голос.

- Серафим! Ты же должен был приехать позднее...

- А вот приехал раньше! И что я вижу? Дина после страшного бодуна по твоему дому ходит, ревя, как стадо раненых медведей, а тебя и след простыл! Хорошо, что Оксана СМС скинула, где в случае чего вас искать. Хоть один ответственный человек!

- Когда ты успела? – удивленно спросила я сестру.

- Когда ты одевалась. На всякий случай.

- Что это вообще за улица вымерших домов? На хрена вы сюда поперлись? Опять приключения на пятую точку ищете?

- Так надо было. И не бойся, все хорошо! Просто забрать нужно было кое-что. Нам надо еще в одно место, подкинешь?

- Садитесь!

Мы с сестрой быстро залезли в машину и от ужаса чуть не вывалились обратно. В салоне что-то сидело и издавало какие-то нечеловеческие звуки.

- Твою мать! Дина! Ты что здесь делаешь? – испуганно вскрикнула я.

- Аня! Как ты могла бросить меня одну? В таком состоянии! – послышался хриплый голос.

- Заткнись, пьянчуга! С тобой я потом отдельно поговорю. А ведь поверил, что ты стала ответственнее! Как теперь тебе доверять? – закричал Серафим не своим голосом.

Дина притихла, а я, подумав, села на переднее сиденье, опередив сестру.

- Слушай, это нечестно! К тому же мне дорогу еще вам показывать, – обиженно фыркнула та.

- Нам же на кладбище надо! Дорогу туда я и без тебя знаю. Так что давай назад.

Сестра вздохнула и села в машину. Ехать надо было минут пятнадцать, но и за это время две дамы, сидящие сзади, смогли вывести меня из себя. От одной разило перегаром так, что у нас стекла в машине запотели. Другая ворчала про нынешнее поколение детей. Оксана знатно так присела Дине на уши, а та, боясь брата, который одобрительно кивал, сидела и пыхтела как паровоз. “Интересно, когда это Серафим успел так спеться с моей сестрой? – думала я, с подозрением косясь на странную парочку. - Зато хоть Оксана отвлеклась от грустных мыслей и снова ведет себя нормально”.

Но все равно атмосфера, сложившаяся во внедорожнике, раздражала меня все сильнее. Я считала минуты, пытаясь не сорваться. Серафим искоса наблюдал за мной, но ничего не говорил. Я чувствовала, что он очень зол, но старается сдерживать себя. Впереди я заметила палатку с цветами и попросила остановить машину. Позади послышались недовольные возгласы, но Серафим шикнул на возмущенных дам и остановил внедорожник. Возвращаясь к машине, я слышала недовольные голоса, которые сразу стихли, когда Дина с Оксаной увидели цветы у меня в руках. Так что оставшийся путь мы проделали в тишине.

Мы приехали на старое кладбище, расположенное недалеко от леса. Дина тут же выскочила, но я попросила ее и Серафима остаться в машине. Мы с Оксаной двинулись в путь сквозь огороженные плиты и одинокие кресты. Пройдя практически сквозь все кладбище, у дороги под сосной я заметила огороженный крест. Почему-то я сразу поняла, что эта та самая могила. Мы пришли на место.

- Отец с друзьями скинулись на похороны, поставили ограду ну и все прочее, но памятник ставить не стали. Мама была против.

- Понятно, - тихо сказала я.

Я дала себе слово не плакать, но тут просто не могла сдержаться. Слезы лились у меня по щекам. Меня терзало чувство вины, ведь столько лет я не приходила сюда. Оксана куда-то отошла, а я продолжала стоять и смотреть, не решаясь приблизиться. Не знаю, сколько прошло времени, когда я почувствовала, как чья-то рука легла мне на плечо. Обернувшись, я увидела Серафима. Он улыбнулся мне и осторожно подтолкнул вперед.

Дальше все происходило как во сне. Я положила цветы и, не выдержав, упала на колени, обняв крест. Я долго плакала, не в силах остановиться. Серафим стоял рядом и просто ждал. Удивительно, но, когда я успокоилась, мне стало гораздо легче. Словно невидимая тяжесть, долгие годы давившая на меня и не дававшая нормально жить, неожиданно исчезла. Я кивнула мужчине, попрощалась с отцом, и мы пошли назад.

Оксана сидела в машине и о чем-то спорила с Диной. Кажется, мы пришли вовремя. Казалось, еще чуть-чуть, и они вцепятся друг другу в волосы. Увидев меня, Дина присвистнула и сказала:

- Ничего себе! Тебя там что, пчелы покусали? Ты вся опухла!

- Спасибо! Большое спасибо за поддержку! Век не забуду, – обиженно всхлипнула я и села на переднее сиденье.

- Знаешь, я ведь вчера не просто так решила… немного расслабиться. У меня была причина! – бодро ответила Дина.

- И какая? Заранее начала отмечать приезд брата?

- Нет! Я теперь знаю, как выяснить, из-за чего Дима погиб!

- Так я тебе причину и так сказать могу. Он нашел у друга остатки наркоты и под этим делом не вписался в поворот, – съязвила я.

- Откуда ты… Хотя это неважно! Я узнала, что ему перед смертью звонила какая-то женщина. Он с ней в последнее время довольно часто общался. Если мы узнаем, кто она, все сразу встанет на свои места.

- Для тебя это так важно? – устало буркнула я.

- Конечно! Оксана рассказала мне, зачем вы ездили к заброшенным домам. И теперь я уверена: мы точно сможем сделать то, что я задумала!

- Да? И что ты там придумала?

- Дима вел дневник. Там наверняка что-то есть про ту женщину. Его просто надо найти. И ты поможешь в этом! С письмом же получилось.

- Стой! – прервала я девушку. – Тут совсем другое дело. Мои глюки давно покинули меня, так что я навряд ли смогу тебе помочь.

- А ты попробуй! Вдруг получится, – сказала девушка и жалобно посмотрела мне в глаза.

Я вздохнула и кивнула ей.

- Хорошо, я попробую. Только, пожалуйста, не дыши перегаром и не жди от меня чего-то сверхъестественного! И с чего ты вообще решила, что найдешь там что-то интересное?

- Я абсолютно уверена! Он все важные события туда записывал. Сам говорил! Но когда я просила дать почитать, всегда отказывал. Я уважала его личное пространство, поэтому сильно не настаивала.

- Ты и не настаивала? Или просто Дима следил, чтобы кто-то очень любопытный не брал его вещи?

- Это неважно! Дом сейчас продается, там никто не живет. Ключ у меня есть, пароль от сигнализации я знаю. К тому же родители Димы, узнав о неразберихе в коттеджном поселке, звонили мне. Я, воспользовавшись ситуацией, попросила у них разрешения зайти в гости. Они дали добро. Так что никаких проблем у нас не будет!

- А сразу ты не могла так поступить? И не мучить ни брата, ни наш город наплывом экстрасенсов!

- Я была в ужасном состоянии и сразу не сообразила! – обиженно фыркнула Дина и отвернулась.

- Она не отстанет? – грустно сказала я и посмотрела на Серафима.

- Думаю, нет. Она мне вчера вечером раз двадцать звонила. Я поэтому так рано приехал.

- Хорошо, но я тут при чем? Сами и поезжайте!

- А сестре ты помогла! А мне не хочешь. Ты что, меня не любишь? Я Симе пожалуюсь! Он тебя тоже любить не будет, – заканючила Дина.

- Это что сейчас такое было? Ты что, шестилетний ребенок? – вспылила я.

- Ага, шестилетний ребенок, пьющий, как заправский алкаш, и матерящийся так же! – засмеялась Оксана. – Ладно, разбирайся со своими новоявленными родственничками сама, только подкиньте меня, пожалуйста, до дома. А то Федя, наверное, волнуется. И сами, как разберетесь со своими делами, приезжайте! Культурно посидим, я вино открою. То самое, которое для особого случая берегла!

- С удовольствием приедем! И вино попробуем! – оживилась Дина.

- Тебе нельзя! И вообще, закодировать тебя надо, а то восемнадцати еще нет, а уже алкоголизмом страдаешь, – буркнула я.

- Поддерживаю! – кивнул Серафим.

- Изверги! – крикнула Дина, но мы ее уже не слушали. Мы устроились во внедорожнике и отправились в путь.

Доставив Оксану домой, мы направились в коттеджный поселок. Наш внедорожник спокойно пересек пост охраны, и мы въехали в поселение. Разглядывая улицы, я с удивлением заметила, что здесь стало очень тихо. Люди не бежали по своим делам, машины не носились по дороге. Видимо, многие жители так и не вернулись сюда после известных событий. Повсюду были видны следы пожара. Вдоль дороги то и дело попадались деревья с обгоревшей корой, на тротуарах валялся строительный мусор. Часть домов не пострадала, но встречались участки, где огонь заметно оставил свой след. Не доехав до дома Жеки, мы остановились

- Приехали, выметайтесь! – послышался голос Серафима.

Мы с Диной вышли и встали у ворот. Оглядевшись, я поняла, что сюда пожар не добрался. Коттедж и прилегающая территория не пострадали от огня. Дом Димы был меньше, чем у Жеки, но выглядел куда лучше. Было видно, что люди, строившие его, знали свое дело. Особняк был небольшим, двухэтажным, с красивой террасой. Весь его внешний вид говорил о хорошем вкусе владельцев.

Когда мы зашли внутрь, мое убеждение в этом только укрепилось. Дом был оформлен в светлых тонах, обстановка была сдержанная, но в то же время практичная. Никаких вычурных портретов и статуй, как в доме у Жеки. Только несколько пейзажей. Зато в доме было много огромных окон в белоснежных деревянных рамах. И цветы. Они были везде. За всей этой красотой явно кто-то ухаживал.

- Ну давай, вперед! – поторопила я Дину, и мы двинулись наверх.

Когда мы зашли в комнату, я решила, что мы ошиблись. Как-то не так я представляла себе жилище молодого парня. Оно кардинально отличалось от комнаты Жеки. Здесь было чисто и уютно. Все было оформлено в светлых тонах, на стенах висели плакаты с какими-то молодежными группами, посреди красовалась огромная кровать, застеленная белым пушистым пледом. Не зная, к кому мы идем, я бы решила, что эта комната девушки.

- Так ты говоришь, что Дима дневник вел и был очень привязан к Женьке? – решила уточнить я.

- Да, а что?

- Да так, ничего.

Я посмотрела на Серафима. Он это заметил и отвернулся. Решив не задавать неудобных вопросов, я прошла в комнату и подошла к столу. На нем был идеальный порядок. Книги и тетради были сложены аккуратными стопками рядом с ноутбуком. Все канцелярские принадлежности были разложены в органайзере. Идеальную картину портила лишь сломанная ручка, брошенная посреди стола. Взяв ее в руку, я почему-то представила, как парень что-то взволнованно пишет. Звонит телефон. Он что-то нервно отвечает, после чего бросает трубку, ломает ручку, а потом с силой кидает тетрадь и куда-то срывается. Та ударяется о стену и падает в щель между столом и стеной. Голос Дины вывел меня из задумчивости.

- Так как будем искать дневник? – оживленно спросила девушка. - Твоим фирменным способом? Сима мне про него рассказывал! Я в восторге! Научишь?

- Нет! Тем более не надо быть экстрасенсом, чтобы его найти, – буркнула я и немного сдвинула стол.

Послышался глухой стук. Я наклонилась и достала пыльную тетрадку. Дина открыла рот от удивления и шепотом произнесла:

- Как ты это делаешь? Чувствуешь энергетику или тебе рассказал призрак?

- Никаких призраков тут нет. Я всего лишь использовала наблюдательность и логическое мышление. Помнишь Алекса Петрова? Он так же работал. Вот, переняла у него некоторые приемы. Тебе бы тоже, кстати, не помешало. А то ты только глазки взрослым мужикам строить можешь.

Дина подбежала ко мне и взяла исписанную красивым почерком тетрадь.

- Точно. Это он! Дневник Димы! Быстро нашли, даже скучно как-то.

- А на что ты рассчитывала? Хочешь шоу – звони на телевидение. Йорику, например. Он единственный из вашей компашки остался. Классный чувак! А, да! С ним еще парень был. Фет, кажется.

- Йорик? Сима, кто это? Что-то я не помню никого с таким именем.

Серафим только фыркнул и дал мне подзатыльник.

- За что? Он реально был самым крутым! – возмущенно сказала я и снова получила подзатыльник.

Обидевшись, я молча отошла к окну. Дина же открыла тетрадь и стала оживленно читать, не обращая ни на кого внимания. Серафим подошел ко мне и обнял.

- Не подлизывайся! - буркнула я.

- Заслужила. Я на тебя, вообще-то, зол. Так что давай не будем нагнетать обстановку.

Мы застыли у окна. Я смотрела вдаль и думала об отце. Серафим не выдержал и нарушил молчание:

- О чем задумалась?

- О памятнике. Надо поставить.

- Ясно. Фото нужно. У тебя остались фотографии?

- Еще месяц назад я думала, что нет. Теперь знаю, что остались. Я вспомнила, где они спрятаны.

- Как интересно! Очень хочу посмотреть на тебя маленькую. Как я понял, ты их еще не доставала?

- Нет. Несколько раз порывалась, но духу не хватило. А когда наконец-то решилась, нагрянула Дина. Она у меня последнюю неделю постоянно ночевала, покоя от нее не было. И хотя я очень хотела снова увидеть папу, из-за этого ходячего бедствия, именуемого Диной, я так и не смогла осуществить задуманного. Она постоянно носилась вокруг, пытаясь что-либо уничтожить, а когда, наконец, уставала или куда-нибудь уходила, ко мне сразу родственники приходили. Как чувствовали! Не дом, а проходной двор стал. Весь этот месяц покоя не было от знакомых. Вот я и решила дождаться, когда страсти утихнут, и все оставят меня в покое.

- Не бойся, теперь я рядом. Я смогу отогнать от тебя навязчивых родственников, - сказал Серафим и зарылся лицом в мои волосы.

Я улыбнулась и задумчиво посмотрела вдаль.

- Как он мог? После всего, что между нами было! Я думала, мы друзья, – послышался голос Дины.

Серафим резко отстранился и подошел к сестре. Я же наблюдала за ними со стороны.

- Сима, они все это специально сделали! С Жекой! И машину оставили. Это все эта стерва! Женькина подружка.

- Ты про женщину, с которой Жека встречался, и которая ему наркоту подсовывала? – подала я голос.

- Откуда ты знаешь? – удивленно спросила Дина и с подозрением посмотрела на меня.

- Мне про их отношения одна женщина рассказала, когда передачу снимали. Она в том доме работала. Пожилая, но красивая! Никогда таких не видела. И глаза необычные, черные.

- И шрам, наверное, над бровью был? – вставил свои пять копеек Серафим.

- Да, ты тоже с ней разговаривал?

- Нет, и, боюсь, никто бы не смог. Ее звали Гульнара, она умерла два месяца назад. Инфаркт.

- Сима, она меня пугает. Ты реально с призраками разговаривать можешь? И все слухи – правда? – испуганно спросила Дина.

- Не знаю. Может, я просто псих, а может, и нет. В любом случае я уже давно никого не вижу. Дар пропал вместе с книгой.

- Ты уверена? – недоверчиво спросил Серафим.

- Конечно! Я недавно ходила на болото и в деревню. Никого там нет, и вместо поселения - старый погост, как мне и говорили. Так что все нормально.

- Ты ходила одна в лес? После всего случившегося? – с нажимом сказал Серафим и с каким-то недобрым лицом пошел ко мне.

- Э, спокойно! Стоял день, и вообще, имею право! И не подходи ко мне с таким страшным лицом, – пискнула я и попятилась к двери.

- Хватит спорить! У меня вообще-то тут трагедия, а вы опять ругаетесь, – вскрикнула Дина и как-то неестественно всхлипнула.

- Вот, у тебя сестра страдает, а ты на мелочи всякие отвлекаешься! – поспешно сказала я и быстро подбежала к девушке.

- Потом поговорим, - бросил мне Серафим и подошел к сестре.

- Давай, что там еще? – спросила я и заглянула в тетрадь.

- Я всегда знала, что Дима был очень сильно привязан к Женьке. Они с самого детства дружили. Но что бы он пошел на такое!

- Эй, не томи! На что пошел?

- Та дамочка, подружка Жеки, предложила парням подсадить меня на наркоту. И в день, когда мы видели призрака, это они все подстроили и ключи в машине оставили. Они специально заманили меня в лес, где эта женщина из себя привидение строила, а сами убежали, оставив меня один на один с ней. Естественно, я, испугавшись, рванула обратно к машине. Они думали, что я под этим делом до города не доеду! – всхлипнула Дина.

- Красота! Хорошие у тебя друзья. А я-то думала, что я в людях не разбираюсь.

- Дима пишет, что он не хотел так поступать и специально в тот день не давал мне курить. Надеялся, что обойдется, и Жека прекратит свои попытки.

- Значит, он все-таки был не таким уж и козлом.

Дина недовольно посмотрела на меня, но потом, тяжело вздохнув, продолжила:

- После всего случившегося Сима запретил мне видеться с друзьями. Но Жека не бросил наркотики и после очередной дозы разбился. Дима был вне себя от горя. Он стал искать ту женщину и угрожать ей. Она договорилась с ним о встрече за коттеджным поселком. Он пишет, что хочет заскочить к Женьке домой, но не за наркотой, а чтобы попрощаться с Гульнарой, той самой женщиной, которая все это время заботилась о Женьке. Дима хотел разобраться с подружкой Жеки. Он винил ее в смерти лучшего друга и боялся, что она опять захочет мне что-то сделать. На этом записи заканчиваются. Дима погиб в тот день.

Дина замолчала, а я посмотрела на Серафима. Он был каким-то дерганным, вел себя странно после того, как вернулся. Ему определенно что-то было известно. Зная его, я была на сто процентов уверена, что он до последнего копался в этой истории и разузнал гораздо больше, чем говорит.

- Серафим, ты ничего не хочешь нам рассказать? Ты ведь не зря в Москву ездил. Ты все узнал, да?

Мужчина вздохнул и сказал:

- Да. Все дело в наследстве. И приложила ко всему руку наша тетка, Мара. Она сошлась с Женькой и вертела им как хотела. Уж не знаю, как ей это удалось, может, он ее действительно любил, а может, дело в наркотиках и больших деньгах, но парень выполнял все ее приказы. Именно через него Мара решила подобраться к Дине. Я был бы следующим.

- Как она могла! Она ведь наша тетя! И мама ее очень любила, – вскрикнула девушка.

- О, девочка, ты жизни не знаешь! – усмехнулась я. – У нас тут из-за нескольких метров земли два семейства друг друга раз двадцать убить пытались, а тут речь идет о деньгах. И, судя по всему, очень больших. Я права?

Я посмотрела на Серафима. Мужчина невесело улыбнулся и сказал:

- Да, наша семья и до этого была небедной, но последние десять лет были особенно удачными. У тетки же наоборот. Она ушла от богатого мужа к любовнику. Тот не простил, оставил без гроша. Любовнику без денег она сразу стала не нужна. Тетка ни дня не проработала, никогда не считала денег, а тут ее лишили привычного образа жизни. И хотя мать пыталась ей помочь, поддерживала всячески, тетке хотелось большего. Мара хотела добиться былого влияния и всем отомстить, вот только она не молодела и богатым папикам скоро стала неинтересна. А тут несчастный случай с родителями произошел, из наследников только мы с сестрой, она в очереди следующая. Мара хорошо понимала, что я для нее недосягаем. Однако у меня есть слабое место – Дина. Но из-за охраны ей к сестре было не подобраться, вот она и решила действовать через лучших друзей.

Мужчина замолчал и бросил суровый взгляд на сестру, та же виновато отвернулась. Серафим покачал головой и продолжил:

- Я сразу понял, что она что-то замышляет, и, когда парни погибли, пришел к ней. Мы довольно конструктивно поговорили. Мара призналась, что это она подсадила Жеку на наркоту. Димка не смог ей этого простить, угрожал. Тогда она предложила ему встретиться подальше от посторонних глаз, после чего подрезала на дороге. Парень не справился с управлением и врезался в дерево. Мара клялась, что это был несчастный случай, что Дима был в невменяемом состоянии и хотел столкнуть ее с дороги, но я думаю, что она все заранее спланировала. Я был бы и рад уничтожить эту женщину, но она была сестрой мамы, та очень любила ее, поэтому мы договорились, что она уедет и больше никогда не побеспокоит нашу семью. Мара укатила за границу, но свою идею не оставила. Донимала сестру звонками, потом якобы невзначай подкинула Лере, матери Женьки, идею с программой и познакомила ее со своей сообщницей Варварой. А дальше та должна была подобраться к сестре и втереться в доверие. Вот только появилось одно маленькое наглое существо, и все пошло не по плану.

Серафим кивнул на меня и улыбнулся.

- И что теперь ты будешь делать? Надеюсь, не станешь лезть к этой женщине? Месть – это не выход, поверь мне! – взволнованно сказала я и взяла Серафима за руку.

Тот погладил меня по голове и сказал:

- Даже если бы захотел, ничего бы не получилось.

- Стой, ты хочешь сказать, что Мары больше нет? – задумчиво произнесла я, вспоминая свой разговор с женщиной на кухне в доме Жеки. - Дай догадаюсь, она погибла в день сьемок?

Брат с сестрой с изумлением посмотрели на меня. Повисло неловкое молчание, которое разрушил вопль Дины:

- Ты ведьма! Точно! Даже не подходи ко мне! А я ведь у нее ночевала и ее еду ела. Как ты узнала? Мы с Симой никому не говорили о смерти тетки!

- Просто та женщина, Гульнара, сказала, что подружка Жеки получила свое. Как раз в день съемок. Как она погибла?

Серафим, задумчиво посмотрев на меня, ответил:

- Смотрю, твое любопытство никак не уймется? Ладно, скажу. Я не святой и, вернувшись в Москву, первым делом хотел узнать, как дела у моей дорогой тетушки. Вот только меня там ждало известие о ее смерти. Она попала в аварию. Вылетела с трассы и врезалась в дерево. Я стал узнавать подробности и выяснил, что незадолго до гибели она утверждала, что ее преследует призрак какого-то парня. Уж не знаю, принимала ли она сама наркотики или ее совесть замучила, но в любом случае теперь она не представляет для нас угрозы.

- Брат, скажи правду. Это ведь не ты постарался? – с подозрением спросила Дина.

- Честно, я тут ни при чем. Я бы не стал тебе врать.

Дина косо посмотрела на меня, хмыкнула и сказала:

- Мне-то точно бы не стал, но нашей Ане вполне мог. А то испугается еще и убежит!

На этот раз подзатыльник получила Дина. Она долго возмущалась по этому поводу и препиралась с братом, мне же было грустно. Я вздохнула и тихо спросила:

- Значит, дело закрыто? И вы возвращаетесь домой?

- А что, есть предложения? – с хитрой улыбкой спросил Серафим.

- Сестра приглашала к себе, но до этого я бы хотела заехать домой. Хочу найти фотографии. Пора. Кстати, у меня с собой есть одна. Хочешь посмотреть? Я там маленькая, с сестрой! Как раз пополню альбом.

С этими словами я достала фотографию, на которой мы с Геной и Оксаной обнимались на фоне сада, и сунула ее Серафиму под нос. Он аккуратно взял снимок и нахмурился. Дина тут же присоединилась к просмотру, а потом с усмешкой посмотрела на брата.

- Ух ты! Какие вы здесь счастливые. Не томи, кто этот парень? А то брат сейчас умрет от ревности!

- Это Гена, бывший парень моей сестры. Он умер от рака. Уже давно.

Могу поклясться, что Серафим облегченно выдохнул в этот момент, а Дина нахмурилась и серьезно сказала:

- Слушай, в вашем семействе все женщины такие? Ваши мужики мрут как мухи! Я начинаю бояться за Симу. Брат, подумай еще раз, стоит ли связываться с таким человеком. Я реально начинаю за тебя бояться!

- Дождались! Наконец-то ты за меня волнуешься, а не наоборот! Теперь я точно для себя решил, что не откажусь от Ани. В конце концов, она на тебя хорошо влияет. Становишься более ответственной, начинаешь думать о других, хотя по-прежнему легкомысленно относишься к своей жизни. Я вот смотрю на тебя и думаю, научила тебя эта история хоть чему-нибудь. Ты потеряла двух друзей, сама чуть не погибла, а продолжаешь улыбаться и прыгать как стрекоза.

- Прекрати! Конечно, эта история ударила по мне! Я любила Диму и даже этого противного Жеку. Просто у меня такой характер. Я не могу долго грустить, тем более что сейчас все разрешилось, и я могу вздохнуть спокойно.

Я решила прекратить спор и потянула Дину с Серафимом на выход. В этом доме мы все выяснили, а у меня оставалось еще одно незаконченное дело.

Когда мы подошли к машине, брат с сестрой наконец-то замолчали. Я обрадовалась и подумала, что спор закончен, но не тут-то было! Дина схватила меня за руку и затащила на заднее сиденье, чем вызвала очередную вспышку гнева у брата. Всю дорогу до моего дома они ругались. Я заподозрила, что для этой семьи такое поведение норма, и это мне очень не понравилось. Поэтому, как только машина затормозила, я сразу выскочила и быстрым шагом направилась к двери.

Серафим с Диной затихли и с удивлением посмотрели на меня. Они молча вышли из машины и последовали за мной. У меня была мысль не пускать эту семейку к себе, но здравый смысл победил, и я все-таки открыла перед ними дверь.

- Не ругаться! А то выгоню вас двоих на фиг! – пригрозила я им.

- Извини. Мы сами иногда не замечаем, как перегибаем палку. Тебе если что-то не нравится, говори! Не молчи! – тихо сказал Серафим и обнял меня.

Я фыркнула и подошла к деревянной панели, перекрывающей путь на второй этаж. Вздохнув, я попыталась ее отодвинуть, но у меня ничего не получилось. Серафим с недовольством посмотрел на меня и одной рукой убрал препятствие.

Я стала подниматься по старым скрипящим ступенькам. Оказавшись наверху, я направилась в свою старую комнату. Все вокруг обветшало. После смерти Романа сюда много лет никто не заходил, и второй этаж практически полностью утратил жилой вид. К тому же предприимчивая мама продала из дома все, что было возможно. На эти деньги шиковала, пока они не закончились, и ей не пришлось вернуться к отчиму.

Подойдя к нужной двери, я заметила след от топора рядом с ручкой. В голове тут же возник образ Романа, и я невольно попятилась назад. Серафим заметил мой испуг. Он подошел сзади и легонько толкнул меня. Я собралась с силами и открыла дверь.

Когда я впервые забралась на второй этаж после переезда от родных, я облазила все вдоль и поперек. И в этой комнате тоже, конечно, была, но тогда я не помнила ее так, как сейчас. Поэтому сама не ожидала, что запустение и отсутствие привычных вещей так ранят меня. Тем не менее я смело зашла внутрь и направилась к одной из стен.

Серафим с Диной зашли следом. Оглядевшись, Дина сказала:

- Это комната была твоей? Что-то здесь как-то пустовато. Неудивительно, что ты решила поселиться на первом этаже.

- Мама все продала. Часть вещей - после смерти отца, остальное – после истории с Романом.

Я дотронулась до стены, осторожно провела рукой вниз и нащупала тайный замок под скрытой панелью. У отца все-таки были золотые руки. Он смог сделать для меня тайник, который никто так и не смог отыскать. Я аккуратно нажала на защелку, и дверь небольшого шкафа, вмонтированного в стену, открылась. У меня екнуло сердце. На самом деле я очень боялась, что мать добралась и сюда, но мои опасения оказались напрасны. Внутри все оказалось на месте.

Я улыбнулась и стала столбом у открывшейся дверцы, Дина же без церемоний отодвинула меня и полезла внутрь. Я недовольно прикрикнула на нее, но девушку это не остановило. Она без зазрения совести начала лапать мои вещи. Дина достала несколько игрушек и книг, после чего на глаза ей попалась фарфоровая кукла. Девушка с усмешкой посмотрела на нее и сказала:

- А я смотрю, ты начала их коллекционировать еще в детстве!

- Дай сюда! - обиженно фыркнула я и забрала куклу у Дины.

Я посмотрела на игрушку. Действительно, она была моей первой фарфоровой куклой. Отец привез ее из Москвы, когда ездил на какую-то выставку. Я была очень счастлива и носилась с ней весь день. Дважды чуть не разбила, но папа, глядя на это, не стал ругать меня. Наоборот, он был счастлив, что подарок мне понравился.

Погрузившись в воспоминания, я обняла игрушку, а Дина продолжила рыться в моих сокровищах. Не прошло и пары минут, как послышался ее довольный голос. Дина достала огромный альбом и плюхнулась на пол. Я присела рядом с ней. Дрожащей рукой я открыла первую страницу. Оттуда на нас смотрели улыбающиеся папа и мама.

- Эй, Сим! А этот человек мне знаком. Где-то я его видела! Посмотри! – позвала брата Дина, но тот не ответил.

Серафим достал одну из картин и долго на нее смотрел. Потом повернулся ко мне и каким-то странным голосом спросил:

- Аня, а твоего отца, случайно, не Борисом Маленковым звали?

- Случайно так и звали, а что?

Дина присвистнула, а потом неожиданно обняла меня и потрепала по голове.

- Сима, кто бы мог подумать! Ты нашел дочку своего любимого художника! Ань, по брату может и не скажешь, но он фанатеет по живописи и прочей хрени, картины собирает. У него есть пара работ твоего отца. Он за них кучу денег отдал. Картины твоего папаши неплохо так стоят и ценятся среди коллекционеров. Их мало, и все они давно в частных коллекциях хранятся.

- А мама после смерти папы продала их буквально за копейки какому-то московскому другу отца, - грустно сказала я.

- Но, я смотрю, не все! – с улыбкой ответила Дина.

- Про этот тайник я маме не рассказывала. Это был наш с отцом секрет. Тот человек, купивший работы, просил маму связаться с ним, если она еще что-нибудь найдет. Наброски, зарисовки, дневники. Я очень боялась, что она и эти картины продаст, и у меня совсем ничего не останется, поэтому никогда не говорила ей о нем. А потом вообще забыла о тайнике, и они все это время пролежали здесь.

Серафим опять залез в мою сокровищницу и бесцеремонно стал там копаться.

- Их тут штук десять! И тетрадь с набросками! Аня, а это твой портрет! Я видел его эскиз. Считается, что эта картина утеряна. Никогда не думал, что буду держать ее в руках! – с восторгом сказал он. – Мы когда впервые встретились в магазине, я сразу сходство с рисунком заметил. Еще удивился.

- Ты поэтому на меня так пялился? Мне тогда даже не по себе стало! Как будто маньяк изучает свою жертву.

- Уж кто бы говорил! Я когда по твоему городу бродил и тебя искал, у меня все за спиной шушукались. А когда в гости к твоим родным заглянул, твоя мамаша вообще в обморок упала. Я все никак не мог понять почему. Только потом узнал, что похож на местного ублюдка, умершего много лет назад. Могла и предупредить.

- Как? Я между вами никакого сходства не вижу! Только слепой может сказать, что вы похожи. И вообще, у тебя глаза добрые и улыбка красивая!

- Сочту это за комплимент. Кстати, у тебя тоже улыбка стала как у нормального человека. Я еще в лесу это заметил. До этого на оскал была похожа, а теперь как у милого маленького хомячка! И так не только я думаю. Твоя сестра сказала, что у них, наконец, все зеркала дома целы, и шутить перед тобой ей не страшно. До этого было чревато всякими бедствиями.

- Заткнись. Все совсем не так! И сам хомяк! Смотри, а то опять верну свой фирменный оскал.

- Не получится. Сама сказала: дар пропал. И это к лучшему! – с усмешкой произнес Серафим и потрепал меня по голове, но потом вдруг стал серьезным и деловито произнес: - Малыш, ты хоть представляешь, сколько денег у тебя все это время в тайнике хранилось? Да ты просто завидная невеста!

- Эй, я ничего продавать не собираюсь! Это память об отце, так что руки прочь от картин! Тоже мне, семейка! Знакомы всего ничего, а вы уже мое имущество прибрать хотите, – обиженно сказала я и, отняв у недовольных брата с сестрой свои вещи, быстро сложила все обратно в тайник.

- Идемте! Сестра нас, наверное, заждалась. Впереди еще один веселый семейный ужин. И про картины ни слова! Особенно это касается тебя, – сказала я и ткнула пальцем в Дину, после чего схватила упирающегося Серафима за руку и потащила прочь из комнаты.

- Почему именно меня? Сима тоже вполне может проболтаться! – обиженно фыркнула Дина и медленно поплелась за нами.

Я же быстрым шагом направилась к машине. Внутри бушевали эмоции. Я и злилась, и радовалась. Чувства разрывали меня, и это было очень непривычно и даже больно. В какой-то момент я вдруг стала скучать по своей прежней холодности. Раньше рядом мог хоть самолет упасть, а я бы лишь удивленно обернулась и с любопытством отправилась исследовать обломки. Сейчас все было по-другому, и это пугало.

- Не грусти, я не дам тебя никому в обиду! – услышала я голос Серафима.

Мужчина подошел сзади и обнял меня, после чего со смешком затолкал на переднее сиденье, чем вызвал бурное негодование сестры. Она надеялась, что я снова поеду с ней. У меня возникло нехорошее предчувствие, что эти двое как малые дети словно игрушку будут постоянно делить меня между собой. “Надо быстрее найти Дине парня. Пусть за его счет развлекаются. А я буду тихо наблюдать за всем со стороны!” – решила я, недовольно поглядывая на брата с сестрой.

Внезапно к машине подскочил какой-то мужчина и стал стучать в мое окно. Приглядевшись, я с удивлением узнала мужика, заказывавшего у меня статуи своей жены.

- Ань, привет! У тебя тут все нормально? – спросил он, то и дело поглядывая на Серафима. – Помощь нужна?

- Нет, это мои друзья.

- Ясно. Извини, я без звонка. Я просто слышал, что у вас тут происходило, вот решил проверить, все ли у тебя хорошо. У вас тут такое творилось, а я все пропустил! Был в Москве. С женой и адвокатами разбирался. Когда уже закончится этот проклятый развод! Кстати, у меня к тебе пара предложений. Может, зайдешь ко мне на чай? Обсудим.

- Нет, и не мечтай! – подал голос Серафим и дал по газам.

Я испуганно посмотрела на него, Дина захихикала на заднем сиденье, а удивленный мужик остался стоять на дороге, и, судя по выражению лица, он был очень недоволен поступком Симы.

- Зачем ты так! Он мне за прошлый заказ довольно неплохие деньги отвалил, а ты его обидел. А вдруг он теперь не захочет иметь со мной дел? Взял и отпугнул постоянного клиента!

- Забудь о нем. Тебе такие клиенты не нужны! Я знаю этого типа. Они с женой те еще психи. Их развод длится уже пять лет. Для них это игра. Достали всех! Столько лет мучают друг друга и окружающих: то разводятся, то опять сходятся. Запрещаю тебе с ними общаться! – серьезным голосом произнес мужчина.

- Ну знаешь! – крикнула я и отвернулась к окну.

Дальше мы ехали в полной тишине, лишь изредка прерываемой смешками Дины. Меня это бесило, и что-то мне подсказывало: Серафима тоже. Я никак не могла понять, что его так разозлило.

- Ты что, ревнуешь, что ли? – внезапно осенило меня.

- А ты что, сомневаешься? – послышался голос Дины.

- Всем тихо! – крикнул Серафим и включил радио.

Хихиканье с заднего сиденья продолжалось, а я с удивлением рассматривала мужчину. Тот сидел красный, но старался сохранять спокойствие. Так мы и доехали до дома сестры, не зная, что сказать друг другу.

А дальше начался самый что ни на есть настоящий бедлам. Нет, сначала все было тихо и спокойно. Нас тепло поприветствовали, после чего мы сели за стол. Но потом Серафим с Федором начали разговаривать о политике и чуть не сцепились, благо отчим, как рефери, был на страже и при опасных поворотах призывал всех успокоиться.

Бабушка, мама и сестра с другой стороны стола тоже что-то активно обсуждали. Кажется, график работы на кухне. У бабули от этого волосы встали дыбом. Она за всю свою жизнь ни одной тарелочки не вымыла, а тут такое! Когда же началось распределение обязанностей по уборке дома, Алевтина Матвеевна окончательно сникла. Как я поняла, после случившегося сестра подмяла под себя всю женскую половину семейства и теперь строила старшее поколение как самый настоящий тиран. И я, если честно, была этому очень рада. Давно пора было навести порядок в нашей семье.

Голос детей привлек мое внимание. Они расположились напротив. Близняшки облепили Дину с двух сторон и с упоением слушали ее рассказы о столичной жизни. Девушка, довольная таким вниманием, с удовольствием рассказывала им про моду, новые гаджеты, скидывала какие-то “видосики”. Роберт же хоть и старался делать безразличный вид ко всему происходящему, на самом деле проявлял довольно-таки сильный интерес. Что было неудивительно. Я была уверена, что мальчишка со своей деловой хваткой все полученные сведения потом обязательно использует в своих целях и заработает на этом неплохие деньги.

Но Милана и Лилиана не были бы собой, если бы в какой-то момент не захотели поделиться со мной очередной невероятной новостью. Я заметила их волнение, как только переступила порог дома. Они шушукались, хихикали, то и дело поглядывая на меня, но честно пытались держать себя в руках. Но потом все-таки не выдержали и стали полунамеками говорить со мной.

Роберт постоянно цыкал на сестер, из-за чего те вспылили и начали ругаться с братом. Возможно, все закончилось бы мирно, но Дина, с интересом наблюдавшая за детьми, словно специально влезла в разговор и ловко перевела спор на финансовую тему. И тут началось!

Близняшки с обидой начали предъявлять брату претензии из-за нечестной, по их мнению, дележки денег, полученных после продажи моих работ. Тот, как настоящий дипломат, отрицал все обвинения, но дети есть дети. Их мирный разговор чуть не перерос в драку, благо Федор заметил опасное развитие событий и предостерегающе крикнул на детей, а Серафим отвесил сестренке мощный подзатыльник, после чего вся честная компания сидела уже тихо.

И только я мирно уплетала тазик оливье, чувствуя себя зрителем Первого канала с его шумными программами. День мирно подходил к концу, а я впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему счастливой. Я не знала, что ждет меня впереди, но чувствовала, что теперь все точно будет хорошо.

Я сидела на станции метро и ждала Серафима. Он опаздывал, что было довольно непривычно. Вот уже месяц, как я перебралась в Москву. Как так получилось? Легко! Серафим пригласил меня вместе с ним отправиться в отпуск. Куда-нибудь на море, чтобы, как он сказал, поправить мое пошатнувшееся здоровье. Естественно, все расходы он брал на себя, что подкупало вдвойне.

Я сначала сомневалась, но вся моя родня впервые выступила единым фронтом и надавила на меня. Они пригрозили запереть меня в доме у бабушки, если я не соглашусь. Мои любимые родственники так обрадовались, когда я, наконец, дала свое согласие, что мне даже обидно стало. А Серафим с улыбкой поблагодарил всех за помощь, отчего у меня возникло ощущение, что все было спланировано заранее. 

Особенно это чувство усилилось, когда в день отъезда близняшки, хитро улыбаясь, от имени всей семьи вручили мне в подарок небольшой розовый чемоданчик, доверху набитый одеждой. Чего там только не было! С удивлением я рассматривала легкие сарафанчики, шорты и блузки всевозможных цветов и фасонов, но добили меня окончательно новые летние сандалии. Они выглядели точь-в-точь как мои предыдущие! Даже молнии на них заедали так же. Где девчонки умудрились найти их, для меня так и осталось загадкой.

Свои старые я купила много лет назад и не думала, что где-то могли сохраниться такие же. Но близняшки сделали невозможное: вернули мне эту адскую обувь и все проблемы, связанные с ней. Хорошо, что в дополнение к сандалиям они прикупили мне удобные кеды. Теперь у меня хотя бы выбор появился.

Место отдыха Серафим предоставил выбрать мне и очень удивился, когда я остановилась на славном городе Геленджике. Он предлагал уехать в другую страну, но я уперлась, мотивируя это тем, что там находится крупнейший открытый аквапарк России, и я просто обязана его увидеть! Сима чертыхнулся, обозвал меня ребенком, но согласился. И даже позвал с нами Дину, но та отказалась, говоря, что не хочет портить нам медовый месяц.

Отдохнули мы замечательно! По крайней мере я. Хотя Серафим в первый же день умудрился подпортить мне настроение, залив газировкой мою дорожную сумку, в которую я на всякий случай положила любимый комбинезон, спортивный костюм и берцы. Поэтому я была вынуждена весь отпуск носить одежду из розового чемоданчика. Зато судьба сама отомстила за меня этому извергу. В тот же день Сима сильно обгорел, так что пришлось мазать его сметаной. 

Почти весь отпуск мужчина постоянно ворчал. То ему сервис не нравился, то назойливые продавцы. Он с кислым лицом ходил со мной на экскурсии, даже на фото строил серьезную мину! Однако все изменилось, когда в конце путешествия мы заглянули в местный ресторанчик, где я сильно перебрала. Тем вечером наши отношения перешли на новую ступень. И теперь уже Серафим ходил всем довольный, хваля этот замечательный город. Я же, наоборот, постоянно ворчала на Симу. Никогда не думала, что его довольная рожа будет так меня бесить.

Когда мы вернулись, мужчина предложил мне пожить у него неделю. Обещал показать город и все парки отдыха. Я согласилась, решив, что когда я еще смогу так расслабиться. К тому же мне очень не хотелось расставаться с Серафимом. Когда же наступил день отъезда, у меня пропал паспорт, из-за чего я не смогла сесть на поезд.  Документы как-то подозрительно быстро нашлись уже на следующее утро, но купить новый билет я не смогла. Все более-менее дешевые были раскуплены, а приобрести дорогой у меня рука не поднялась.

Серафим радушно предложил мне пожить у него еще неделю. Дина полностью поддержала брата и даже пообещала купить мне билет на ближайший поезд. Правда, через неделю выяснилось, что она забыла это сделать. Так что мне пришлось остаться с ними еще на неопределенный срок. 

Родные особо за меня не волновались. Наоборот, уговаривали не торопиться, хорошенько отдохнуть, город опять-таки получше изучить. А Роберт Федорович так вообще предложил осесть, заявив, что в столице мой бизнес пойдет в гору, а он, как подрастет, обязательно ко мне приедет, а потом со временем перетащит в Москву всю семью.

Если честно, от всего происходящего я испытывала смешанные чувства. С одной стороны, мне хотелось остаться с Серафимом и посмотреть, что из этого получится. С другой – было очень страшно уезжать из родного городка, где все было знакомо, в этот огромный непонятный муравейник. К тому же я с каждым днем все сильнее привязывалась к Симе и Дине, из-за чего чувствовала себя предателем по отношению к собственной семье.

Правда, брат с сестрой вообще не переживали по этому поводу. Они сразу приняли меня в свой круг, и возражения не принимались. У меня даже со временем появилось какое-то странное чувство, что, если однажды я захочу уехать от них, мне просто не дадут этого сделать. Но проверить свою теорию мне так и не удалось. Я все-таки решила остаться в столице. С благословения родных, конечно. Взамен Оксана радостно поклялась присматривать за моим домом, отыскать Малевича и взять его к себе. 

Поселились мы с Симой в его большой квартире в каком-то элитном районе. Туда же перебралась Дина. Она сказала, что у них есть еще большой дом, вот только Сима почему-то не горел желанием мне его показывать. Говорил, что он старый, да и находится в каком-то нехорошем месте. Там, по его словам, какая-то жуткая история произошла, так что он пока не готов тащить туда человека, болтающего с призраками, словно они обычные люди. 

Я пыталась его убедить, что дара нет, и я давно никого не вижу, но он остался непреклонен. Я даже заподозрила его в обмане, но Дина сказала, что Серафим прав. Дом ветхий, и место там плохое, и ей бы очень не хотелось, чтобы меня атаковали призраки со всех сторон.

В новой квартире мне выделили отдельную комнату под мастерскую, куда я перетащила все свои инструменты и материалы, заботливо отправленные мне моими родными, после чего потихоньку начала развивать свой бизнес.

Первым заказчиком, как ни странно, оказался Роберт Федорович. Ему зачем-то понадобились фигурки жутких котят, которые я когда-то сделала после встречи с Варварой. В дополнение к этому он передал мне несколько заказов от клуба местных фанатиков, упомянув, что они объединились с творческим кружком из соседней деревни и теперь очень хотят, чтобы я, вернувшись в город, провела у них несколько мастер-классов. За вознаграждение, конечно.

А вообще, дела у меня шли в гору. Во мне открылась бешеная работоспособность. Я по двенадцать часов творила, иногда даже вставала ночью, чтобы воплотить очередную внезапно появившуюся идею. Доходило до того, что ночью в мастерскую врывался Серафим и, угрожая разбить все к чертовой матери, утаскивал меня в кровать. Он постоянно жаловался, что я работаю больше, чем он, и что нам надо чаще выбираться куда-нибудь. Дина, слушая эти жалобы, постоянно подкалывала брата. Говорила, что он, наконец, понял чувства своих бывших, и карма настигла его в моем лице. 

Вот и сегодня от него поступило предложение после работы сходить куда-нибудь. Я очень хотела прогуляться по ВДНХ, и Сима решил пораньше уйти с работы и заехать за мной, но я сказала, что поеду на метро. Меня действительно достали пробки: больше стоишь, чем едешь. Поэтому я поставила условие: либо он соглашается со мной, либо я остаюсь дома. Сима долго ворчал, но решил не спорить. Мы договорились встретиться на станции рядом с его работой. К назначенному времени я доехала до нее и послушно ждала Серафима. 

Вокруг суетились люди, поезда приезжали и уезжали. Мне нравилась эта суматоха, я вообще очень сильно полюбила метро. Я сидела на лавочке, недалеко от тоннеля, когда меня окликнули.

- Анечка! Вот так сюрприз. Я так рада тебя видеть!

Я оглянулась и с удивлением узнала Любовь Анатольевну. Она говорила мне о своих планах посетить столицу, но чтобы мы вот так случайно встретились в многомиллионном городе… Это было действительно сверхъестественное событие!

- Любовь Анатольевна! Вы когда приехать успели? 

- Так сегодня! Недавно совсем, – сказала довольная женщина и улыбнулась мне.

- А где остановились? Если что, можете у меня пожить! Я вам город покажу. Как там мои? Что нового в городе? Я так скучаю!

- Не волнуйся, мне есть где перекантоваться. С твоими все хорошо. У них котик появился. Малевич, кажется. Ты обязательно навести их на следующей неделе! Заодно ко мне заглянешь, посмотришь, как там мой дом. Кстати, помнишь, ты спрашивала о Черной поляне? Я тебе там кое-что оставила. Зинаида Игоревна передаст. Поверь, тебе понравится! К слову, как там твой дар?

- Нет его! Я больше не вижу призраков, не разговариваю с ними, и вообще, веду себя как добропорядочная гражданка.

- Ну-ну! – задумчиво произнесла баба Люба. – Знаешь, это ведь как научиться кататься на велосипеде. Велосипед отнимут, а навык останется… Ладно, пора мне. Родные ждут, нехорошо опаздывать! 

 Баба Люба резко встала и направилась к поезду. Я лишь успела на прощание помахать рукой. Любовь Анатольевна зашла в вагон и весело махнула мне в ответ. Поезд тронулся, а я, растерянная, осталась стоять на платформе.

- Мать твою, Аня, ты здесь? Темно, как в заднице! – послышался чей-то злой голос.

- Сима? Я здесь! Ты почему опаздываешь? 

- А как я, по-твоему, должен был сюда попасть? И что ты тут делаешь? С ума сошла? Опять твои глюки на приключения потянули?

- О чем ты? Мы же договорились встретиться на этой станции!

- Конечно, вот только я одного не учел: ее закрыли на ремонт. Меня сюда еле пропустили! Пришлось дать взятку строителям, а это, знаешь ли, подсудное дело!

- Как закрыли? А поезда? А люди? Я видела здесь Любовь Анатольевну! Она в Москву приехала. Привет передавала!

Неожиданно свет замигал и стал меркнуть. В какой-то момент наступила полная тьма, но через секунду свет снова включился. Только теперь он был тусклым. Людей вокруг не было, как и поездов. На платформе мы с Серафимом стояли одни.

- Все с тобой ясно! – сказал Сима и потащил меня на выход.

Мы поднялись по неработающему эскалатору, прошли мимо удивленных рабочих и вышли на улицу. Серафим злился на меня, а я молчала. Внезапно у меня зазвонил телефон.

- Это Зинаида Игоревна, - растерянно сказала я.

Серафим тут же отнял у меня трубку и ответил. Тетя Зина что-то долго ему говорила, и чем больше он ее слушал, тем сильнее хмурился. Через несколько минут мужчина кивнул, а потом отключил сотовый и пристально посмотрел на меня.

- Что случилось? – обеспокоенно спросила я.

- Любовь Анатольевна умерла. Тебя приглашают приехать на следующей неделе на девять дней. 

У меня от удивления отвисла челюсть. Я не знала, что сказать, чувствуя, как в душе нарастает паника. Серафим, внимательно посмотрев на мое испуганное лицо, вздохнул и крепко обнял меня. Он все понял.

От Автора

Дорогие Читатели! Вот и закончилась эта мистическая история. Спасибо за то, что вы до конца оставались со мной! Особую благодарность я бы хотела выразить Виктории родом из славного города Жигулевска, моей первой Читательнице! Без нее этой книги бы не было. Именно она постоянно тормошила меня и заставляла писать. Спасибо тебе огромное! Надеюсь увидеть когда-нибудь и твою книгу 😊

2020

P.S. У автора на сайте еще выходит серия “Древние”. Всем любителям фантастики и постапокалипсиса рекомендую.

Это Новый мир. Люди живут практически вечно, не знают голода, болезней и старости. Новое поколение не помнит ужасов войны, не помнит страшных монстров, уничтоживших большую часть человечества. И кажется, так будет всегда. Лишь несколько человек, переживших те времена, знают правду. Нас называют Древними, и мы ждем нового удара. Потому что понимаем: зло никуда не ушло, а лишь затаилось…