Семья госпожи Аннари

 Начало истории можно найти тут

Мама лежит у подножия лестницы. Кровь вокруг расплывается алой кляксой. Глаза закрыты, но грудь вздымается, и только из-за этого понятно, что мама жива. Бегу к ней, но меня перехватывает повариха и крепко удерживает:

– Не ори! Твоя мама упала с лестницы. Сейчас Хота ей поможет.

Вырваться не получается. Стараюсь быть сильной, чтобы не пропустить возможность помочь, но слёзы льются помимо воли.

Хота неторопливо, по ощущениям целую вечность, спускается со второго этажа, осматривает маму и недовольно кривится:

– Марта, помоги отнести её на второй этаж. Я сама не дотащу.

– Иду.

Как только Марта ослабляет хватку, сразу же бегу к маме. Трясу её, надеясь, что она придёт в себя:

– Мама! Мамочка!

Наконец, она приоткрывает глаза и, словно в бреду, шепчет:

– Татиночка… Мне больно… Мне так больно…

И снова теряет сознание. Сердце замирает от страха. Хочу помочь маме, сделать хоть что-то, но не знаю как. Я слишком маленькая, слишком слабая, слишком неумелая. Такая беспомощная сейчас! Моей любимой мамочке плохо, а я ничего не могу с этим поделать.

Они доносят маму до комнаты на втором этаже, а меня выставляют за дверь. Сижу, обняв колени, и вслушиваюсь.

Когда слёзы заканчиваются и получается лишь всхлипывать, дверь спальни открывается, и тётки выходят. У Марты в руках свёрнутая простыня с чем-то внутри.

Вскакиваю:

– Как мама? Она жива?

Хота проворачивает ключ в замке и кривится:

– Ничего ей не сделалось. Жива она. А вот ребёнка скинула.

– Я хочу её увидеть!

– Твоя мама болеет. Не нужно её беспокоить.

– Но…

Они не слушают и уходят.

Спускаюсь за ними, вижу, как берут лопаты и отправляются в сад. Казалось бы, после новости о том, что мама жива, мне должно полегчать, но почему-то становится только тревожнее. Словно уже случилось что-то непоправимое, страшное. Но словно это только начало и теперь всё изменится.

Дождавшись возвращения женщин, снова прошу их разрешить повидать маму. Марта отмахивается от меня, а Хота кривится:

– Твоей маме нужен покой. Её пока нельзя навещать.

Не действуют ни слёзы, ни уговоры. Злыдни больше не притворяются, не лгут. Теперь их поведение совпадает с тем, что я о них думаю. Так надеялась, что ошибаюсь, что слишком маленькая и не понимаю… Но я оказалась права.

Ощущаю полное бессилие. А ещё мне очень страшно. Настолько, что хочется бежать отсюда подальше. Не выдерживаю и забиваюсь в угол своей комнаты. Твержу себе:

– Это сон! Это просто страшный сон!

Знаю, что не сплю, но как же хочется ошибиться!

Марта зовёт меня на ужин. Ставит передо мной тарелку супа и точно такие же перед собой и Хотой. Они приступают к еде. Даже в таком состоянии ощущаю голод, но не могу заставить себя начать есть. Суп кажется неправильным. Лица злобных женщин кажутся неправильными тоже. Внутри звенит от ощущения опасности.

Откусываю кусочек хлеба и медленно его прожёвываю.

– Ешь давай, – не выдерживает Хота.

Вскакиваю из-за стола:

– Спасибо, но мне не хочется.

Женщины тоже поднимаются из-за стола. Не дожидаясь того, что последует дальше, позволяю себе поддаться чувствую опасности, которое уже вовсю вопит: «Беги! Беги отсюда! Скорее!»

Забегаю в комнату и слышу за спиной топот – каким-то чудом у меня есть фора, но это не надолго. Открываю окно, выпрыгиваю в сад и прячусь за ближайшим пышным кустом. Затаиваюсь. Даже дыхание задерживаю, чтобы себя не выдать. Только повторяю про себя: «Меня здесь нет. Меня здесь нет»…

– Сбежала, поганка! – доносится из спальни голос Марты.

– Ничего, когда-нибудь проголодается, – хмыкает Хота.

Они замолкают. Сижу, делая осторожные вдохи и продолжая твердить: «Меня здесь нет. Меня здесь нет». Через пару минут слышу разочарованное:

– И правда, сбежала. Вот змеюка мелкая! Пойдём.

Слышу шаги, звук хлопающей двери и обхватываю колени руками. Чувство опасности стихает, замирает на донышке, готовое снова в любой момент вернуться. Отчётливо понимаю, что пока идти в свою комнату мне нельзя.

Мысленно перебираю места, где можно переночевать. В деревню нельзя – меня сразу вернут, если увидят. Им ничего не докажешь: я маленькая, а значит, должна слушаться взрослых. А взрослые думают, что сбегать плохо, и не верят детям. Даже староста не поверит, что уж говорить об остальных.

Сегодня ночью пойдёт дождь, так что прятаться в саду тоже нельзя – промокну. Может быть, в сарай? Я помню, что в одном была солома. Старая, но это всё равно лучше, чем ничего.

Жду, пока совсем стемнеет, а затем осторожно выбираюсь из своего укрытия. Иду тихонько, прячась за кустами, чтобы злые женщины не смогли меня увидеть, если вдруг не вовремя посмотрят в окно. Это занимает много времени, но я справляюсь.

Сарай встречает полумраком. Хватаю охапку сена и тащу в самый дальний пыльный угол, скрытый кучей хлама. Кажется, что так будет надёжнее. Обогнув кучу, натыкаюсь на два ярко горящих в темноте жёлтых глаза. В голове раздаётся:

– Не бойся! Я тебя не обижу!

Желтые огоньки приближаются, а потом часть тьмы формируется в кошку. Она садится, позволяя себя получше разглядеть. Голова кошки вровень с моей. У неё пушистая мордочка, удлинённые ушки и красивая чёрная шёрстка. Улыбаюсь:

– Вот ещё! Бояться тебя! Делать мне нечего… Меня Татина зовут. А тебя?

– Чернышка. Хочешь, покажу своих котят?

– Спрашиваешь!

Котята похожи на два пушистых клубочка. Сверкают жёлтыми глазками и смешно шевелят усами. Кошка укладывается рядом с ними, и появляется ощущение, словно она улыбается:

– Ложись и рассказывай.

Пристраиваю голову на её пушистый бок, глажу его и делюсь всеми своими бедами. Откуда-то точно знаю, что она не навредит мне. Что она – друг.

Чернышка внимательно выслушивает, а потом в моей голове звучит её голос:

– Ты всё правильно сделала. Но поесть тебе всё-таки нужно. Пошли.

– Куда?

– Ты же кушаешь груши? Тут неподалёку есть. Твои злыдни сейчас настороже, так что соваться в дом пока не стоит. Но поесть тебе необходимо. Идём.

Добравшись до заброшенного уголка сада, срываю и с аппетитом съедаю аж три груши. Ещё три беру про запас, и мы возвращаемся в сарай.

Снова укладываю голову на мохнатый бок. Чувствую себя в безопасности. А вот мама… Слёзы накатывают внезапно. Пытаюсь их сдерживать – я же уже не малышка – но ничего не получается.

Кошка вздыхает:

– Плачь. Тебе сейчас это нужно. Не сдерживайся.

Отпускаю себя. Рыдаю. Размазываю слёзы по щекам. Чем дальше, тем больше мне легчает. Постепенно слёзы заканчиваются, а вместе с ними и прежние эмоции словно теряют яркость. Сквозь сон разбираю слова кошки:

– Вот и молодец. Теперь ты точно справишься.

Следующей ночью пробираемся тайком на кухню. Кошка периодически останавливается, чутко прислушивается, а потом говорит, что делать дальше. Прокрадываемся в кладовку. По её совету беру всего по чуть-чуть, чтобы не было заметно. А когда выходим, предлагаю сходить проведать маму.

Чернышка качает головой:

– Не стоит. Слишком опасно. Не сейчас.

– Но вдруг ей плохо?

– Ты почувствуешь, если ей станет плохо. А сейчас идём.

Она оказывается права. В одну из ночей я вскакиваю от пронзающей боли. Боли невосполнимой потери. Чернышка показывает на свою спину и командует:

– Залазь!

Забираюсь и мы бесшумно мчимся, да так быстро, что приходится зажмуриться. Не знаю, каким образом у неё получается открывать мешающие двери, но мы добираемся до маминой комнаты без остановок. Кошка командует:

– Положи ладонь на замок. Правильно! Вот так, – она прижимается ко мне боком потеснее и продолжает: – Закрой глаза и сосредоточься. Сосредоточься, я сказала! Представь, что из ладони вытягивается крюк и проворачивает запор замка.

Услышав щелчок, открываю глаза. Дверь открылась.

Подбегаю к маминой кровати. Приходится забраться на неё, потому что роста не хватает. Мама выглядит безжизненной. Беру её за руку, но она как будто больше не мамина. Грудь мамы не вздымается и дыхания нет.

Становится невыразимо больно.

Глаза уже начинают наливаться слезами, когда кошка командует:

– Прекрати! Ещё не всё потеряно! Если хочешь её вернуть – соберись! Ты же хочешь её вернуть?

– Да, – киваю я, вытирая выступившие слёзы. Глупо реветь, когда всё ещё можно исправить. – Что мне нужно делать?

– Положи маме руку на лоб и молись Богам. Постарайся передать им, как тебе нужна мама. Как тебе больно без неё.

– Хорошо, – киваю я.

Занимаю место у головы, тогда как кошка прыгает маме на грудь и принимается мурлыкать, отчего мамино тело начинает слегка вибрировать.

– Давай! – командует кошка.

Закрываю глаза и прошу Богов вернуть мне маму. Мысленно кричу о своей боли. О том, как мне страшно… О том, что мне сейчас очень нужна помощь!

Слышу звук глубокого вдоха и тут же распахиваю глаза, с отчаянной надеждой глядя на маму. Она жива! Снова жива!

Обрадоваться мешает страх:

– Это точно всё ещё моя мама?

Кошка спрыгивает с кровати:

– Нельзя вернуть в тело чужую душу. Я же была рядом, так что это точно твоя мама. Она может измениться, но это всё ещё будет твоя мама.

Прижимаюсь к маме и шепчу:

– Спасибо!

– Идём, – торопит кошка. – Нам пора. Ты же не хочешь, чтобы всё было напрасно?

– Не хочу, – качаю головой я.

Пытаюсь сдержать слёзы. На этот раз, слёзы радости. Откуда-то знаю, что ничего плохого больше не случится.

Днём, как обычно, отсиживаюсь в своём убежище, когда кошка внезапно подхватывается с места, настороженно вслушивается, а потом произносит:

– Иди! Я чувствую, что сейчас маме понадобится твоя помощь!

– Куда идти? – мигом вскакиваю я.

– Беги ко входу. Тебе нужно впустить мужчину и отвести его к маме. Ты справишься.

– Прямо так бежать?

– Да. И быстрее!

Бегу до ворот усадьбы так быстро, как только получается. По сторонам не смотрю, но на всякий случай мысленно повторяю: «Меня тут нет! Меня тут нет!» Распахнув ворота, вижу, как подъезжает седой мужчина. Жду, пока он спрыгнет с лошади и заведёт её внутрь, а потом подбегаю к нему и хватаю за рукав:

– Скорее! Маме плохо!

Он мне почему-то верит. Сжимает мою ладошку и бежит за мной. Останавливаемся, только когда добегаем до маминой спальни.

– Мама тут! – показываю я.

Он толкает дверь и входит. Прошмыгиваю следом:

– Мама! Мама!

На злыдню, стоящую у кровати, не обращаю внимания. Всё, что мне нужно – убедиться, что мама действительно жива. Мама смотрит удивлённо, отмахивается от чашки с чем-то злым, которым её пытается напоить злыдня, и та шипит:

– Сейчас же выйдите отсюда! Баронесса больна и не принимает гостей.

Но мама поднимает взгляд на мужчину и просит:

– Не уходите, помогите мне!

Лицо мужчины суровеет, и он переводит взгляд на злыдню:

– Что здесь происходит? И кто вы?

Та высокомерно задирает нос:

– Я экономка баронессы Аннари. Она болеет, после того как скинула ребёнка, и сейчас не в себе. Вам стоит уйти.

– Останьтесь, – отчаянно настаивает мама. – Эта женщина меня опаивает каким-то наркотиком. Помогите мне, пожалуйста.

Мужчина в несколько шагов преодолевает расстояние, отделяющее его от кровати, быстрым движением берёт часть одеяла, на которую пролилось зелье, принюхивается, и его глаза яростно сужаются:

– Вы поите её лепестками алуники! Удивительно, как она вообще в состоянии говорить!

Злыдня срывается с места и пытается выбежать из комнаты, но мужчина оказывается быстрее. Он перехватывает беглянку и ловко связывает с неё же снятым поясом. Деловито интересуется:

– В доме ещё кто-то есть?

Киваю:

– Ещё кухарка Марта, её сестра.

– Больше никого?

– Никого.

– Хорошо. На всякий случай запритесь и ждите меня здесь.

Закрываю дверь, а потом забираюсь к маме на кровать и крепко-крепко её обнимаю:

– Мама, теперь всё будет хорошо?

– Да, милая, – кивает она.

В груди разливается тепло. Это точно моя мама. Когда она волнуется, всегда меня так называет. И взгляд совсем прежний. Родной. Теперь я знаю. Она всё такая же. Немного изменилась, но это всё ещё моя мама.

– Они не разрешали мне к тебе приходить, а я так скучала! – жалуюсь я.

Она покрепче прижимает меня к себе:

– Я тоже по тебе скучала, милая.

Становится спокойно и легко. Я справилась. Теперь всё будет хорошо.

Большую часть ночи проворочалась без сна, поэтому ничего удивительного, что просыпаюсь непривычно поздно.

Самая яркая эмоция, что я испытываю – это стыд. Как я могла позволить себе настолько забыться? Как могла поставить под угрозу репутацию и будущее дочери? Как теперь смотреть в глаза принцу Шардену? Даже если он и не знал, кого именно целовал, я-то знаю. Я слишком далеко зашла. Мне пора очнуться и прийти в себя.

После завтрака устраиваем собрание с Олирией. В последнее время было так много забот, что я совсем забросила дела кафе. Пора исправляться.

Олирия выглядит воодушевлённой:

– Продажи идут отлично! Как я и предсказывала, количество посетителей день ото дня растёт. Обучение персонала мы уже начали. Куклы тоже продаются очень хорошо. Единственное, я бы хотела обсудить с вами меню.

– А что с меню? – с недоумением спрашиваю я.

– Наступило лето, и появились первые ягоды. Потом вырастут ещё и фрукты. Было бы неплохо, если бы мы предлагали какие-то сезонные напитки и пирожные. Например, можно делать молочно-клубничный коктейль и украшать кексы клубникой.

– Хорошая мысль, – киваю я. – Мне нужно время, чтобы это обдумать. Но идея украшать некоторые десерты сезонными фруктами и ягодами мне нравится… Скажи, ты обдумала моё предложение?

– О том, чтобы стать управляющей над управляющими? Вы уверены, что это нужно?

Киваю:

– Да. Поскольку я открываю ещё несколько кафе, мне требуется кто-то, кто будет следить за картиной в целом. Не думаю, что во всех кафе дела будут идти одинаково хорошо. В таком случае твоя работа будет заключаться в том, чтобы выяснять, почему так происходит, и рассказывать управляющим, что именно им нужно будет изменить.

– Вы хотите, чтобы я устраивала проверки?

– И это тоже.

– Хорошо. Это звучит разумно. Как только вы откроете кафе в другом городе, я передам дела другому управляющему, а сама займусь анализом картины в целом. Само собой, я буду проверять финансовые отчёты, но мне нужно будет подумать над тем, на что ещё обращать внимание… Первое, что приходит в голову, это свежесть продуктов, чистота, своевременность выплаты зарплаты… Вы правы. Вам действительно нужен кто-то, кто будет следить за работой остальных управляющих.

– Я уверена, что ты справишься.

– Пока не попробую – не узнаю. Но звучит очень интересно. Раньше я слышала о том, что некоторые купцы открывают магазины в разных городах, чтобы продавать товар напрямую покупателям. Слышала и о том, что одному владельцу принадлежат три гостиницы в разных городах. А вот сеть кафе, насколько я знаю, пока никто не открывал. Но с другой стороны, никто раньше и не додумывался до такой организации досуга… Я согласна.

– Вот и отлично! У тебя есть ещё знакомые среди толковых управляющих? Поскольку я открываю школу и несколько кафе, мне уже пора об этом задуматься.

– Вы предлагаете настолько хорошие условия, что в крайнем случае можно кого-то переманить. И раз мой статус изменится, для этого кафе тоже придётся подыскать другого управляющего.

– Конечно… Как ты думаешь, на что стоит обратить внимание при выборе здания для школы?

– Тут всё зависит от количества обучающихся и того, будут ли они проживать в школе во время обучения.

– Думаю, разумнее предоставить им место для проживания.

– В таком случае вам нужна как минимум одна просторная кухня, на которой смогут вместиться преподаватель с учениками, классные комнаты и спальни. Я бы посоветовала, если будет такая возможность, отделить учебный корпус от жилого.

– Я тоже об этом думала. Спасибо за совет. Что-то ещё?

– Нет. А у вас?

– У меня тоже всё.

– Тогда я возвращаюсь к работе. Хорошего вам дня!

– И вам!

У дочки как раз начались уроки, так что присоединяюсь к занятиям. Внимательно слушаю о видах зайцев, обитающих в нашем королевстве, а потом старательно запоминаю очередную букву и соответствующий ей определённый звук. Радует, что здесь всё-таки пишут буквами, а не иероглифами, как в том же Китае.

На урок рисования не остаюсь – умение передавать образы с помощью рисунка меня всегда завораживало, да и сам вид этого искусства мне нравится, но я никогда не мечтала о том, чтобы стать художницей. К тому же пока дочка занята рисованием, мне остаётся лишь наблюдать за ней, а это не настолько занимательно, чтобы не отвлекаться на мысли.

По-хорошему, нужно бы отдохнуть, поскольку события последних дней меня очень измотали, но только вот оставаться наедине со своими мыслями не хочется совершенно, поэтому предлагаю Варисе съездить в городскую ратушу и выяснить, есть ли среди домов, выставленных на продажу, тот, что подойдёт для школы. Она соглашается.

Какое-то время едем в экипаже молча, а потом Вариса задаёт вопрос:

– Во время бала что-то произошло?

– Почему вы так решили?

– Ты танцевала несколько танцев с одним и тем же кавалером, потом вы куда-то пропали, а когда ты снова ко мне подошла, твоя внешность и одежда изменились. И ещё с тех пор ты выглядишь задумчивой. Что-то произошло?

Качаю головой:

– Нет. Всё в порядке.

Всё в порядке… Лишь осознание того, что я целовалась с принцем Шарденом, подействовало на меня, словно ведро ледяной воды. Я была настолько шокирована, что извинилась, сбежала в дамскую комнату и сразу же изменила свой внешний вид. И только после этого осознала произошедшее. Осознала, что именно его я и представляла во время поцелуя. Осознала собственные чувства и то, что всё это время старательно их от себя скрывала. Осознала, как далеко зашла и что если продолжу в том же духе, дороги назад уже не будет.

Когда я гостила у свекрови, то завела речь о наших правителях, использовав в качестве предлога встречу с наследным принцем и то, как она на меня подействовала. А потом, вроде бы невзначай, посетовала на то, что им, наверное, сложно найти себе спутницу жизни. И свекровь практически слово в слово пересказала то, что мне говорила старуха Мирим: драконы могут жить долго и счастливо только с принцессами. Если же они влюбляются в обычную девушку, это ничем хорошим не заканчивается.

Не лучше ли поставить точку сейчас? Ведь если решу быть с Шарденом, придётся либо скрываться, либо терпеть жалость от окружающих, после того как мы расстанемся. Ни первого, ни уж тем более второго, мне не хочется. Я решила в этом мире начать всё с чистого листа. Я помню, как тяжело мне дались мои прошлые отношения. Повторения не хочется.

А ещё, даже если бы я решила быть вместе с принцем, его желания могут не совпасть с моими. Судя по его поведению, ему нравилось проводить со мной время, но, если подумать, Шарден ни разу не попытался сделать что-то, что выходило бы за рамки дружбы. Есть вероятность, что он каким-то образом узнал меня во время бала, но она очень ничтожна, ведь моя внешность полностью изменилась. А если не узнал, выходит, он так легко может поцеловать незнакомку? Может быть, Шарден вообще предпочитает лёгкие необременительные интрижки, а я надумываю? То, что это не обсуждают, не значит, что этого нет. В мире магии, если ты принц, наверняка можно придумать, как оставить романтические похождения в тайне. В конце концов, с его-то деньгами можно прорыть подземный тоннель, соединяющий два дома, и спокойненько ходить к любовнице, не боясь засветиться…

Мне пора вернуться в реальность. Пора вспомнить, что у меня есть любимая доченька и интересное дело. Пора правильно расставить приоритеты. И прекратить себя обманывать. Мы с Шарденом непростительно сблизились. Пора это исправить.

В ратуше получаем список из восемнадцати вариантов и некоторые отбрасываем сразу. На этот раз нам не нужно, чтобы дом располагался на оживлённой улице или в центре. И хоть на покупку пойдут деньги графа Адрея, всё равно решаю сэкономить. Тем более уличный шум может отвлекать учеников от учёбы, а жить они будут в самой школе.

Выбираем шесть вариантов, на первый взгляд подходящих по метражу, выстраиваем маршрут петлёй от ратуши до кафе и отправляемся осматривать первый дом.

Он расположен в тихом районе среди помпезных особняков, окружённых роскошными садами. Сам дом двухэтажный и нуждается в косметическом ремонте. И мне он кажется недостаточно большим для школы. Обсуждаю это с Варисой, и она со мной соглашается. Но уточняет:

– А ты не рассматриваешь вариант пристроить ещё одно здание?

Пожимаю плечами:

– Нужно будет обсудить это с графом Адреем, но идея неплохая. Оставим её на крайний случай.

– Разумно.

Следующий дом по площади очень большой, но расположен в небогатом квартале. Нищеты как таковой нет, но развешенное у домов бельё, запах прогорклого масла, мусор на обочинах и пивная в двух минутах ходьбы меня не устраивают.

Прерываемся на то, чтобы пообедать, и продолжаем поиски. Отправляемся к усадьбе, расположенной в четырёх километрах от города. Чтобы добраться до неё, нужно свернуть с тракта и немного потрястись по просёлочной дороге. Здесь на территории целых три здания. По-видимому, в главном когда-то жили владельцы, другое было чем-то вроде гостевого домика, а последнее предназначалось для слуг.

– Что думаешь? – спрашивает Вариса.

Пожимаю плечами:

– То, что здесь три здания, мне нравится. Если школа будет пользоваться успехом, вариант неплохой. Но меня смущает, что рядом нет магазинов и харчевен. Придётся обеспечивать учеников не только ночлегом, но и питанием. К тому же им нужно будет на чём-то добираться до города. Не уверена, что это удобно.

– Да, придётся о многом позаботиться, – соглашается Вариса. – К счастью, у нас есть ещё три варианта.

Следующий дом выкрашен в симпатичный голубой цвет и расположен недалеко от центральной улицы в тихом тупичке. Дом одноэтажный, но очень просторный. Да и на первый взгляд кажется, что особого ремонта он не потребует.

– Что думаете? – интересуюсь я у Варисы.

– Если разделить дом на две части и сделать второй вход, может выйти неплохо. В крыле для прислуги есть небольшая кухня, ученики смогут ею пользоваться для своих нужд. Главная кухня достаточно большая, чтобы вместить всех, а вторую можно оборудовать в бальном зале. Неплохой вариант.

Согласно киваю:

– Читаете мои мысли. На главной улице полно харчевен и магазинов, что очень удобно. Мне этот вариант пока нравится больше всего.

– Мне тоже.

Следующий дом расположен рядом с мастерскими ремесленников, из-за чего здесь очень шумно. Соглашаемся с Варисой, что этот вариант нам не подойдёт.

У последнего дома хороший метраж, мне очень нравится окружающий его сад, расположение на тихой улице, но ловлю себя на том, что ищу, к чему можно придраться. Похоже, я уже сделала выбор и теперь подыскиваю повод, чтобы его не менять.

Обсуждаю это с Варисой. Она улыбается:

– Раз ты выбрала, пора написать графу Адрею.

– Вы правы.

Уже мысленно решаю, что снова обращусь за помощью к Рансону, но делать этого не приходится: стоит переступить порог дома, как Роза сообщает, что граф Адрей прислал своего доверенного человека, и он ждёт меня за столиком кафе. И если мне удобно, она может меня к нему проводить. Прошу меня подождать, быстренько посещаю ванную, а потом отправляюсь на встречу. Вариса вызывается меня сопроводить, и я ничего не имею против.

Роза подводит нас к столику, за которым сидит красивый мужчина лет тридцати пяти. У него тёмные волосы и светло-серые глаза. Присаживаемся напротив него и я представляюсь:

– Здравствуйте. Меня зовут баронесса Аннари Балтейн. Мне сказали, что вы хотели со мной встретиться.

– А я баронесса Вариса Орно. Я компаньонка баронессы Аннари.

Мужчина приподнимается отвешивает лёгкий поклон и опускается обратно на стул:

– Здравствуйте, очень приятно познакомиться. Меня зовут барон Крайтон Зуэн. Я доверенное лицо графа Адрея. Он поручил мне помочь вам с открытием школы, а также предоставить необходимые для этого средства. Спешу вас заверить, что граф предупредил меня о том, что все решения будете принимать вы, и я не собираюсь в это вмешиваться.

– Приятно познакомиться, – по очереди заверяем его мы с Варисой.

– Скажите, вы уже определились со зданием для школы?

Киваю:

– Как раз сегодня осмотрели несколько домов. И мне кажется, что один из них должен нам хорошо подойти.

– Не возражаете, если я тоже его оценю? – мужчина смотрит цепко и внимательно, из-за чего чувствую себя немного неуютно.

– Когда вам удобно это сделать?

– Чем быстрее, тем лучше.

– Как насчёт того, чтобы отправиться прямо сейчас?

– Отличная идея.

Барон Крайтон галантно предлагает опереться на его руку, когда мы подходим к экипажу. А по пути до выбранного дома восторгается отделкой нашего кафе и местными красотами. Настороженность, из-за того что граф Адрей именно ему поручил одобрить покупку здания и последующее выделение денег, слегка утихает.

Прибыв на место и выслушав мою идею о том, что дом можно разделить на общежитие и учебные комнаты, барон Крайтон кивает, после чего дотошно осматривает всё. Он проверяет прочность оконных рам, осматривает потолки, подвал, о существовании которого я до этого не догадывалась, даже на крышу залезает. Затем такому же тщательному осмотру подвергается сад, после чего барон Крайтон подходит к нам с Варисой и улыбается:

– Здание относительно новое. Полы, потолки и рамы в неплохом состоянии. Сад запущен, но его легко привести в порядок. Стены внутри нужно покрасить, как и сам дом. Если оставить три комнаты под учебные классы, переделать бальный зал в кухню, поставить дополнительные перегородки и сделать ещё один выход – будет отлично. Если вы не возражаете, можем прямо сейчас отправиться в городскую ратушу и подписать договор о покупке. Конечно же, договор будет оформлен на ваше имя, а оплачивать покупку будет мой работодатель.

– Хорошо.

В городской ратуше нам приходится полчаса подождать, пока посыльный сбегает за поверенным семьи хозяина дома, а после этого мы подписываем бумаги, и я становлюсь владелицей здания под школу.

Барон Крайтон улыбается:

– Поздравляю! Сегодня уже поздно, но завтра утром, если вы не возражаете, давайте сходим вместе к мастеру Биззаброзу и обсудим ремонт?

– Не возражаю. Девять утра вас устроит?

– Вполне… Скажите, а вы уже думали о том, чтобы начать обучение учителей?

Улыбаюсь:

– Пока нет. Но с сегодняшнего дня начну это делать.

– Замечательно! Тогда до завтра.

– До завтра.

У мастера Биззаброза обсуждаем то, как, по нашему мнению, должна выглядеть школа. Сколько помещений оставить под учебные классы, как организовать часть дома, отведённую под общежитие, чтобы она была удобной. Например, нужна общая комната, где ученики могли бы комфортно общаться друг с другом. А ещё, поскольку не будет разделения на мужское и женское общежитие, планируем два санузла.

Барон Крайтон вносит ценные замечания и живо участвует в обсуждении, раскрываясь сегодня с другой, более человечной стороны. В результате мастер Биззаброз обещает, что начнёт ремонт дома в ближайшее время, мы подписываем договор, и барон Крайтон рассчитывается по смете.

После того как выходим, он интересуется, когда я планирую начать осматривать здания под кафе, обещанные графу Адрею. Особых дел на ближайшее время у меня нет, так что пожимаю плечами:

– Да хоть завтра. Можно было бы и сегодня, но я не особенно представляю, как быстро управлюсь, так что мне следует поговорить с дочкой и управляющей.

– Тогда, может, встретимся в девять утра у портала?

Вопросительно смотрю на Варису. Она кивает:

– Я не возражаю.

– Значит, до завтра, – подытоживаю я.

– До завтра.

Во время ужина сообщаю домашним о запланированной поездке. Интересуюсь у дочки:

– Может быть, ты хочешь составить мне компанию?

Она качает головой и укоризненно произносит:

– Мама, у меня же уроки. А ещё мы с подружками договорились завтра поиграть в парке. Я не могу... А ты надолго?

Пожимаю плечами:

– Будет зависеть от того, как быстро мы найдём подходящие дома и как быстро заключим договора с хозяевами.

– Тем более! Я уже взрослая. Могу несколько дней побыть и без тебя… Ты ведь привезёшь мне подарочек?

– Обязательно. А что именно ты хочешь?

– Не знаю... Какой-то чудесный подарок.

– Хорошо, – улыбаюсь я. – Поищу тебе что-нибудь чудесное… А вы, Рансон, не желаете составить мне компанию?

– Сейчас много посетителей – не хочу оставлять девочек без присмотра. Да и Татина опять же... Я лучше останусь. Но если я вам очень нужен…

Качаю головой:

– Мы с Варисой справимся. Просто подумала, что может быть, вы хотите развеяться.

– Я много лет провёл, переезжая с места на место, так что путешествия меня больше не манят. А вам желаю приятно провести время. Вы же в Маутерне направляетесь?

– Да.

– Он находится гораздо южнее Гарта. Если память мне не изменяет, там много апельсинов, мандаринов, орехов и сухофруктов. А ещё местные умельцы славятся своими изделиями из серебра. И очень рекомендую по приезду приобрести тамошнюю одежду – в ваших платьях будет жарковато.

– Спасибо за совет… Татина, может, привезти тебе какое-нибудь серебряное украшение?

– Давай! – воодушевляется дочка. – Вдруг там будет кулончик в виде кошки?

– Если увижу такой, обязательно куплю.

– И орехов?

– И орехов.

После ужина подхожу к Рисе:

– Удели мне, пожалуйста, минутку.

– Конечно, госпожа, – она отходит от мойки и вытирает руки полотенцем. – Вам не понравился ужин?

– Что ты! Ты великолепно готовишь, и меня всё устраивает. Я хотела поговорить о другом. Скажи, тебе нравится готовить десерты?

– Очень! – Риса несколько раз с воодушевлением кивает.

– Я планирую открыть школу кондитеров, чтобы каждый желающий мог научиться готовить пирожные и торты. Для начала мы планируем обучить поваров для кафе, которые я открываю в Маутерне, а ещё тех, что пришлёт граф Адрей. Но в дальнейшем можно было бы обучать не только поваров, но и обычных горожан. Например, сделать несколько уровней обучения. Самый лёгкий – для начинающих, а самый сложный – для тех, кто хочет освоить выпечку профессионально.

– Это же замечательно!

– Рада, что тебе нравится моя идея. Я хочу предложить тебе стать одной из преподавательниц в моей школе.

– Мне? Но я же… Это очень неожиданно.

– Если не хочешь, я заставлять не буду.

– Учителя – очень уважаемые люди. Думаете, я справлюсь?

– А почему нет? Есть причины, по которым ты можешь не справиться?

– Так я же простая повариха!

– А бывают сложные повара? Ты ведь помогала обучать тех, кто сейчас работает у нас в кафе. И ты отлично справилась.

– И то правда… А как же вы? Я ведь не смогу вам готовить, если буду работать в школе.

– Думаю, найти новую повариху будет нетрудно. А вот найти того, кто может научить выпеканию совсем незнакомых с этим делом – задачка не из лёгких. Но я тебя ни в коем случае не принуждаю. Если ты не хочешь, можешь не соглашаться.

– Я хочу.

– Вот и отлично. Ты общалась с нашими поварами больше, чем я. Подумай, пожалуйста, кому ещё можно предложить стать учителем.

– Хорошо, госпожа. Огромное спасибо!

– Это тебе спасибо.

Одной заботой меньше. Немного грустно, потому что я уже привыкла к Рисе, да и дочка подружилась с Литой, но я уверена, что приняла правильное решение.

По пути в комнату Татины заглядываю к себе и обнаруживаю Розу рядом с горой вещей и распахнутый чемодан на кровати. Заметив меня, Роза объясняет:

– Готовлю ваши наряды. Госпожа Вариса сказала, что нужно положить вам пару обычных платьев, а ещё одно нарядное – на случай, если граф пригласит вас в гости.

– О! Спасибо! Тогда не буду тебе мешать.

– Что вы, госпожа! Разве ж вы можете помешать? Я могу и у себя закончить, – она вскакивает с места прямо с платьем в руках.

– Не стоит. Я всё равно шла к дочке.

– А. Ну тогда ладно, – она опускается обратно в кресло.

Дочка меня уже ждёт. Расчёсываю её волосы и расспрашиваю о том, как прошёл день. Она рассказывает, что нового узнала во время уроков, а ещё во что играла вместе с подругами. Потом настаёт моя очередь рассказывать о том, чем я сегодня занималась. Татина слушает внимательно и важно кивает. Это вызывает улыбку.

Затем укладываю дочку в кроватку и читаю ей сказку из книги. Спустя минуту глазки малышки закрываются и почти сразу меняется дыхание, значит, уснула. Подтыкаю одеялко, пару минут любуюсь своей красавицей, глажу Чернышку, пристроившуюся у ног дочки, а потом выключаю свет и ухожу к себе.

Роза упаковывает для меня чемодан, для себя же берёт сумку. Ашира тоже тащит чемодан и сумку. Прошу Рансона им помочь, потому что, как бы мне ни хотелось самой, но меня никто не поймёт – мне это не по статусу.

Барон Крайтон Зуэн ждёт нас у портала. Обмениваемся приветствиями, затем маг активирует проход, и уже через минуту мы оказываемся на площади Маутерне, вымощенной белой плиткой. И если в Гатре лето комфортное, здесь жара ощутимо давит на плечи. А ведь ещё только утро. Что будет днём, даже представлять не хочется.

Маутерне отличается и от столицы, и от Гатра. Дома здесь все белые и одноэтажные, у многих куполообразная крыша. Вокруг очень много зелени, и возле каждого дома высажены деревья практически вплотную к стенам. А ещё очень много садов с апельсиновыми, мандариновыми, персиковыми и абрикосовыми деревьями. Торговая улица тоже необычная: все тротуары скрыты под навесами, защищающими от дождя и солнца.

Экипаж привозит нас к одноэтажному домику, окружённому террасой. Слуги открывают ворота, и мы подъезжаем прямо к порогу. Барон Крайтон выходит первым и галантно предлагает опереться на его руку. Затем произносит:

– Граф Адрей приглашает вас остановиться в этом доме. Если он не понравится, либо вам что-то потребуется, скажите мне. Я уже понял, чем вы руководствуетесь при выборе помещения для кафе, так что сам съезжу в ратушу и отберу подходящие варианты. Но в первую очередь покажу дома, принадлежащие графу... У нас обычно с одиннадцати до пяти не принято показываться на улице без крайней необходимости, так что я заеду за вами в пять.

– Хорошо, спасибо, – благодарю я.

– А теперь давайте я представлю вас слугам.

Дверь нам открывает седеющий мужчина с пузиком, который представляется дворецким и сообщает, что слуги уже ожидают, а потом провожает в холл.

Первое, что ощущаю – прохладу и свежесть. И это так приятно, что моментально улучшает настроение. В холле высокие потолки и украшенные красивыми плитками с голубым узором стены, а полы отделаны светлым мрамором. Обстановка очень роскошная, но гармоничная – нет перебора с зеркалами или золотом. Даже мебели минимум – два кресла и диван у стены. Зато в центре комнаты небольшой прудик с плавающими в нём красными и белыми карпами. И именно рядом с ним выстроилось двенадцать человек разного возраста и пола. Среди них две уборщицы, три кухарки, пять охранников и посыльные. Услугами посыльных (парней подростков) предлагается пользоваться, если нам понадобится передать послание или что-то купить. А если нам захочется прогуляться, барон Крайтон советует брать с собой охранника.

Слуги нас рассматривают благожелательно, не скрывая любопытства. Чувствую себя неловко.

– Теперь позвольте откланяться, – произносит барон Крайтон. – До вечера.

– До вечера, – нестройным хором отвечаем мы с Варисой.

Дворецкий предлагает отвести нас в выделенные нам покои, и мы соглашаемся.

Идём по просторному коридору мимо гостиной, в центре которой установлен небольшой фонтан, и подходим к нашим комнатам.

Мои отделаны в бежево-жёлтых тонах, а Варисины – в жёлто-зелёных. Помимо спальни с кроватью, на которой легко можно поместиться впятером, гостиной, небольшой столовой, кабинета и ванной комнаты, в каждых апартаментах имеется ещё по две комнатки для слуг. И у слуг тоже есть свой санузел.

Из гостиной через двустворчатую дверь можно попасть во двор. Из окна видно, что там фонтан. Напротив него установлен навес, крышу которому заменяет виноградная лоза. А под ним топчан с разбросанными по нему разноцветными подушками. Выглядит мило и уютно.

А вот чего я в этом доме не заметила – так это каминов. Неужели здесь никогда не холодает настолько, чтобы они понадобились? Скорее всего.

Когда дворецкий уходит, Вариса просит Аширу заняться багажом, а потом обращается ко мне:

– Знаешь, думаю, Рансон был прав. Нам стоит прикупить платья, соответствующие местной погоде. До одиннадцати ещё есть время, так что можем попробовать успеть. А ещё, пока мы сюда добирались, я видела, что дамы используют тканевые зонтики от солнца. Очень практично. Но прикупить шляпок тоже не помешает – они здесь красивые.

– Я не возражаю, – тратить деньги не хочется, но раз уж мне придётся бывать в этом городе, действительно стоит пополнить гардероб.

– Отлично! Я договорюсь с охраной.

Уже спустя пять минут мы загружаемся в экипаж и отправляемся на торговую улицу.

В качестве охранника нам достаётся высокий хмурый мужчина, возвышающийся над нами, словно скала. Он цепко смотрит по сторонам и первый заходит в магазины.

Местные платья действительно отличаются от привычных. И ткань у них легче, и закрывают они гораздо больше. Поскольку у аристократов загар не пользуется популярностью (по крайней мере мне показалось именно так), то это меня не удивляет. Покрой платьев свободный, талию они не подчёркивают. И мне кажется, что это к лучшему: на одежде, не прилегающей плотно к телу, пот не так заметен, как на обтягивающей. Несмотря на простой крой, все платья по подолу украшены затейливой вышивкой нитками или камнями. И мне это очень нравится. Выбираю себе лазурное, расшитое серебряным узором, и бежевое, украшенное красно-золотым бисером, а Вариса останавливает выбор на травянисто-зелёном и синем. Первое украшено мелким янтарём, на втором – вышивка серебряными нитями. Торговец предлагает приобрести домашние халаты. Вариса отказывается, а вот у меня не получается устоять против красного, украшенного мелкими жёлтыми розочками. В качестве головных уборов выбираем по широкополой соломенной шляпе, а ещё покупаем по матерчатому зонтику от солнца.

Когда наступает момент оплаты, охранник оттесняет нас в сторону и начинает торговаться. Наблюдать за превращением безэмоционального мужчины в темпераментного и страстного – забавно. И если торговец ссылается на своих бедных детей и жену, охранник напирает на то, что мы гости города и нужно показать собственное гостеприимство. А когда охранник упоминает о нашем с Варисой вдовстве, торговец становится настолько уступчивым, что продаёт все вещи за половину стоимости.

Нам всё тут же упаковывают, и мальчишка, работающий в лавке, относит покупки в экипаж.

– Простите, госпожи, – произносит охранник, как только мы покидаем магазин, – но он уж слишком задрал цены в надежде, что вы не знаете местных порядков и не будете торговаться.

– Спасибо за помощь, – благодарит Вариса. Судя по её лицу, она тоже получила удовольствие от устроенного представления.

Следующим посещаем ювелирный магазин. Соглашаюсь с Рансоном в том, что здесь знают толк в украшениях. И что приятно – серебро стоит в разы дешевле золота.

Прошу у торговки показать мне кулоны из серебра с изображением кошек, и она выкладывает на прилавок аж четырнадцать штук. Есть просто мордочки, как плоские, так и объёмные, а есть животные целиком в разных позах. Глаза разбегаются и очень сложно выбрать что-то одно: слишком уж все они красивые. Заметив моё затруднение, Вариса предлагает:

– Давай сперва отложим в сторону крупные кулоны, они будут для Татины слишком массивны.

Идея мне нравится. Развиваю её:

– Думаю, кулоны с драгоценными камнями тоже лучше исключить – не стоит привлекать воров, да и будет не так грустно, если дочка потеряет.

– Хорошая идея.

Остаётся пять кулонов, что очень облегчает выбор. Откладываю в сторону ещё два, понравившиеся мне меньше других, а оставшиеся покупаю. Дополнительно приобретаю две серебряных цепочки и небольшой браслетик с кошачьей мордой, подходящий в пару к кулонам. Я на себя и так уже много потратила, так что этим и заканчиваю покупки.

Вариса приобретает массивный браслет, два кольца и колье с сапфирами.

Спрашиваем у охранника, есть ли тут рынок, но он качает головой:

– Уже скоро одиннадцать, так что лучше вернуться домой. А ещё на рынке может быть небезопасно. Если вам что-то нужно, просто скажите – вам всё привезут.

Поскольку мужчина здесь вырос, спорить с ним глупо. Смиряю своё любопытство и соглашаюсь. Вариса меня поддерживает.

Вернувшись домой, отдаём покупки своим служанкам и просим подготовить наряды к пяти вечера. Поскольку здесь не то чтобы много развлечений, располагаемся в моей гостиной, и Вариса вызывает слугу. Когда он приходит, распоряжается:

– Мы с баронессой Аннари хотели бы выпить чего-нибудь прохладного, а ещё перекусить.

– Слушаюсь, госпожа, – слуга кланяется и уходит, а через минут пять приносит кувшин с чем-то розовым и поднос, заставленный мисочками с разными орехами, виноградом, мандаринами, копчёным мясом и лепёшками.

Напиток оказывается чем-то вроде ягодного морса, виноград – очень сладким и без косточек, а лепёшки именно такие, что у нас готовят в тандыре. Приходится останавливать себя чтобы не объесться и приберечь место для обеда.

Через пару часов на обед нам подают что-то вроде мант, только непривычной треугольной формы; острое жареное мясо; рис с сухофруктами; сыр; салат с помидорами, луком и сладким перцем; а ещё лепёшки, к которым можно добавить мёд, варенье или ореховую пасту. Всё очень вкусно. В голову приходит мысль, что если я продолжу в том же духе, моя тонкая талия перестанет такой быть.

Ровно в пять приезжает барон Крайтон, и мы отправляемся осматривать дома под кафе.

Первое здание расположено в конце торговой улицы, и вокруг него разбит большой сад. Дом достаточно большой, так что в нём без труда можно вместить два зала, кухню, уборные, и ещё останется место, чтобы сделать внутри детскую площадку. В такую жару это будет очень кстати. Дорожка, ведущая к зданию, широкая и обсажена по всей длине деревьями с крупными мясистыми листьями. Опознать их не удаётся, но мне нравится густая тень, ими отбрасываемая. В глубине сада расположился небольшой фонтан, украшенный статуей в форме рыбы, а рядом стоят два навеса.

Уточняю у барона Крайтона:

– У вас не принято делать беседки? В доме, где мы остановились, есть топчан под виноградом, а беседок я не заметила. Здесь тоже только навесы.

– Верно. У нас предпочитают именно так.

– Понятно... Значит, нам лучше вместо беседок сделать несколько зон с топчанами. Мне нравится этот дом. Отличное расположение, метраж хороший и парк просторный. Нам нужно будет сделать дополнительные выходы и отделить детскую зону, в том числе звукоизолирующими амулетами; убрать часть перегородок; добавить в сад тех деревьев, что растут вдоль подъездной дорожки; отказаться от каминов и тёплых полов, что мы делаем в других кафе, и получится очень здорово.

– Согласен с вами.

– Знаете, я заметила, что еда, поданная нам на обед, отличается от той, к которой я привыкла в Гатре. Может быть, вкусы местных жителей на сладкое тоже отличаются… Я имею в виду, вдруг наши десерты покажутся им слишком приторными или, наоборот, пресноватыми?

– Это интересный вопрос, – кивает барон Крайтон. – Пожалуй, у нас здесь добавляют больше мёда и сахара в десерты, а ещё очень любят орехи. А вот напитки, наоборот, предпочитают несладкие и с кислинкой.

– Думаю, нам стоит посетить несколько заведений и лучше познакомиться с тем, как здесь всё устроено.

– Поддерживаю вашу идею. Я подумаю над тем, куда вас лучше отвести… А ещё у нас очень любят чай, но пьют его в основном по утрам и после ужина. Заваривают в огромных заварниках, а потом разливают по пиалам и пьют. А к чаю обычно идут сыр, мёд и орехи.

– Как интересно! У нас так не делают… Может быть, тогда мы поужинаем вне дома?

Барон Крайтон меняется в лице:

– Совсем забыл вам сказать! Граф Адрей пригласил вас сегодня к себе в гости. Как-то особенно наряжаться не нужно – встреча будет неформальной, в узком кругу. Простите, совсем из головы вылетело!

– Тогда нам, наверное, стоит вернуться и подготовиться? – уточняет Вариса. – К скольки мы приглашены?

– К восьми, а уже почти семь. Думаю, вам действительно лучше сейчас отправиться домой.

– Тогда так и поступим.

– Хорошо. Я подожду вас в холле… Так этот дом вам подходит для кафе?

– Да, – заверяю я.

– Отлично.

Дворец графа Адрея построен в восточном стиле: вырезанные из камня узоры, много плитки, арок и колонн, венчающие всё это сверху купола. Здание выглядит очень красиво и воздушно. Никогда не разбиралась в архитектуре и сейчас об этом очень жалею.

Холл дворца впечатляет не меньше, но на этот раз сложным сводчатым потолком, витражами и мозаикой. А вот мебели в нём нет. Дворецкий проводит нас в огромную столовую, в центре которой стоит длинный прямоугольный стол. Нас встречают граф, его жена (стройная брюнетка лет сорока), его старший сын и ещё трое мужчин, двое из которых представляются торговцами, а один – помощником графа.

Ужин проходит отлично. Большинство блюд мне незнакомо, но я пробую почти все. И дважды радуюсь тому, что взяла порцию на один укус: первый раз, когда еда оказывается склизкой и мне приходится приложить усилия, чтобы её проглотить, а второй – когда масса, внешне похожая на что-то грибное, оказывается чем-то плотным, тягучим и очень острым. Приходится выпить полстакана воды, чтобы хоть немного полегчало. А вот остальным, кроме Варисы, это блюдо явно нравится. Хотя, может быть, Варисе оно бы тоже понравилось, но она во время всего ужина явно выбирает только то, что выглядит знакомо: мясное рагу, салат из свежих овощей и рис.

На десерт нам подают лепёшки, к которым прилагаются мисочки с вареньем, мёдом и ореховой пастой. А ещё выпечку: небольшие обжаренные шарики, начинённые орехами. Мысленно решаю добавить в меню местных кафе как можно больше десертов с орехами – похоже, местные их любят.

Если во время основных блюд мы почти не разговариваем, то на десерт это правило, видимо, не распространяется, и меня засыпают вопросами. Делюсь своим мнением о городе, хвалю местную моду и кухню. Граф в ответ расхваливает моё кафе и выражает желание, чтобы в его городе тоже поскорее появились подобные. А ещё интересуется тем, как идут дела с организацией школы. Интересуется тактично и доброжелательно, так что отвечаю с удовольствием. Ужин оставляет после себя приятное впечатление.

На прощание графиня спрашивает у меня, нравится ли мне цирк. Ухожу от ответа, спросив, с чем связан её вопрос. Она объясняет, что в их город приехал цирк и завтра состоится последнее представление. И если у меня есть желание, можно туда сходить. А барон Крайтон с удовольствием меня проводит. Сам барон заверяет, что так и есть. В таких условиях отказываться как-то неловко, так что соглашаюсь.

После того, как возвращаемся домой и прощаемся с бароном, Вариса с усмешкой спрашивает:

– Что думаешь о бароне Крайтоне?

Пожимаю плечами:

– А что я должна о нём думать?

– Мне кажется, он пытается за тобой приударить.

– Приударить? Вы серьёзно?

– Приударить? Вы серьёзно?

– Да. Подумай об этом.

Перед сном старательно думаю. Барон Крайтон определённо красив, мне он нравится как человек, возможно, я бы хотела, чтобы он стал моим другом. Но мысль о том, что этот мужчина может стать для меня кем-то большим, раньше даже не приходила мне в голову. Если так подумать, то единственным мужчиной, о ком у меня появлялись романтические мысли, был Шарден. Но если уж я решила, что не хочу с ним отношений, будет разумно начать оглядываться по сторонам. Тем более, барон Крайтон действительно красив. И умён. И вообще, мне он нравится. Но как ни пытаюсь представить наш поцелуй, ничего не получается.

Оставив бесплодные попытки, переворачиваюсь на другой бок. Настойчиво гоню мысли о принце, но после того как засыпаю, мне всё же снится наш поцелуй... И снова по телу прокатывается волна дрожи. Снова не хочется, чтобы это когда-либо заканчивалось.

Проснувшись, чувствую себя совершенно опустошённой. Рада, что увидела его хотя бы так, но теперь мне очень грустно.

После завтрака отправляемся осматривать дома. Три первых мне не нравятся. Отделка фасада первого кажется слишком вычурной, второй дом требует серьёзного ремонта, а в последнем варианте очень маленький сад.

Прерываемся на то, чтобы пообедать. Барон Крайтон отводит нас в одно из самых популярных заведений. Снаружи оно выглядит, как обычный дом, но внутри в центре обеденного зала находится небольшой искусственный пруд с рыбками. Пол выглядит простым деревянным, три стены выкрашены белой краской, а четвёртая отделана плиткой с голубым узором. Столики расставлены так, чтобы посетители не мешали друг другу, и, судя по размерам, рассчитаны на разное количество человек. Ещё можно устроиться во дворе на топчане, но поскольку сегодня снова жарко, всё-таки остаёмся в помещении, где воздух явно охлаждается с помощью артефакта.

Названия блюд частично кажутся знакомыми, но некоторые я всё-таки не понимаю. Поскольку мне интересно, что же это всё-таки такое, засыпаю вопросами барона Крайтона. По улыбке и смешинкам в глазах заметно, что происходящее его забавляет. Выслушав пояснения, останавливаю свой выбор на плове с говядиной, лепёшках и фруктах. Мне нравится всё. Теперь понимаю, почему у этого заведения такая хорошая репутация.

Четвёртый и пятый дома меня устраивают, но пятый нравится больше, поскольку неподалёку от него располагается парк с озером. Именно на этом варианте, в конце концов, и останавливаюсь. Подписываем бумаги о покупке (по скорости этого процесса у меня возникает ощущение, что хозяева и этого, и прошлого дома ждали нашего решения где-то неподалёку), а потом возвращаемся в наше временное жилище, чтобы переодеться и подготовиться к посещению цирка.

Цирк располагается в огромном шатре, установленном на одной из площадей. У входа нас уже ждёт с билетами слуга барона Крайтона, так что мы сразу заходим внутрь и занимаем места в первом ряду.

До этого в цирке я была всего один раз с мужем в период, когда он за мной ухаживал. Тогда представление очень понравилось. Интересно, насколько оно будет отличаться от сегодняшнего?

После того как зал заполняется до последнего стула, на арену выходит солидная дама с сединой в волосах и произносит:

– Приветствую вас, жители славного Маутерне! Меня зовут госпожа Дориана. Рада видеть вас в своём цирке. Спасибо за ваше гостеприимство! Сегодня вы увидите небывалое представление с лучшими цирковыми артистами из разных стран, собравшимися здесь, чтобы продемонстрировать вам удивительное зрелище. И первым на арену я приглашаю жонглёра неповторимого ловкача Лайрима!

Звучат фанфары, все начинают аплодировать, госпожа Дориана отходит к занавесу. А вместо неё центр арены занимает смуглый темноглазый красавец с большим ящиком в руках, который он ставит на опилки и затем достаёт оттуда кольца, запуская их по одному в воздух. Через минуту летает уже штук двадцать, и он ловко направляет их, выписывая разные фигуры.

После того как номер заканчивается и под громкие аплодисменты жонглёр уходит с арены, его место занимает невысокий пузатый совершенно лысый мужчина. На нём ярко-красная просторная рубашка, ярко-жёлтые штаны и огромные ботинки. На лице грим: кожа выбелена, брови прорисованы так, что одна ровная, а вторая изгибается волной. Думаю, это клоун.

Он вытягивает из-за пазухи кольцо, внимательно его рассматривает, подбрасывает в воздух, ловит, а потом важно надувает щёки и звучно произносит:

– Проще простого!

Затем достаёт ещё одно, подкидывает в воздух уже оба и начинает жонглировать. Зрители хохочут, и я вместе с ними, ведь в отличие от жонглёра, кольца клоуна летят в разные стороны, и ему приходится метаться по арене, чтобы их поймать. При этом он прыгает, скачет, падает, комично бежит, и в конце номера всё-таки одно кольцо насаживается ему прямо на макушку на манер шляпы. Это вызывает взрыв хохота у всех присутствующих, и даже мне не удаётся сдержаться.

Хлопают ему гораздо активнее, чем жонглёру.

Госпожа Дориана объявляет новый номер:

– А сейчас на арену выйдет дикий варвар, спустившийся с северных гор! Великолепный силач Иван! Он неоднократно побеждал в схватке один на один медведей, волков и даже снежных барсов! Ему надоела его спокойная жизнь, поэтому сегодня у вас есть уникальная возможность насладиться невиданным зрелищем.

Услышать здесь типично русское имя – очень забавно и неожиданно. Может, он тоже попаданец?

На арену выходит мужчина, который продавал билеты. Он гнёт подковы и кочерги, а затем предлагает зрителям поучаствовать в номере. Вслушиваюсь в слова, но они звучат на местном языке. Похоже, его имя – всего лишь забавное совпадение.

Из зрителей, вызвавшихся поучаствовать в номере (а их оказывается довольно много), Иван выбирает двух мужчин. Он наклоняется, обхватывает их за бёдра, усаживает себе на плечи и под хохот окружающих (очень уж комичные выражения на лицах добровольцев) начинает приседать, не демонстрируя даже тени усталости. Иван покидает арену под громкие аплодисменты.

Затем вновь выходит клоун. И начинает смеяться. Сперва парочка смешков. Потом ещё несколько. А потом хохочет беспрестанно и так заразительно, что все начинают смеяться вместе с ним. Весело настолько, что на глазах выступают слёзы. Клоун уходит только тогда, когда зрители обессиливают.

Пока мы смеялись, циркачи успели отгородить арену по периметру решётками. Причина этого становится понятна, когда госпожа Дориана объявляет:

– А сейчас вы станете свидетелями небывалого и опасного зрелища! Загадочная дрессировщица Амая заставит ужасных чёрных пантер выполнять трюки на потеху публике. Во избежание неприятностей прошу не издавать громких звуков, не подходить к ограждению и уж тем более не пытаться просунуть сквозь него руку. Особо нервных просим отойти к стенам шатра… Итак, мы начинаем!

Она скрывается за занавесом, и через пару мгновений на арене появляются две чёрные пантеры. Их рост в холке достаточно велик, чтобы этих кошек можно было запросто использовать вместо пони. И при этом ноги не касались бы земли.

Несколько зрительниц осторожно поднимаются с мест и отступают к стенам шатра.

Пантеры скалят зубы, порыкивают на зрителей, кидаются на прутья клетки, вызывая сдавленные крики.

Затем на арену выходит миниатюрная зеленоглазая девушка. Она звонко щёлкает кнутом и командует:

– Сидеть!

Огромные кошки покорно садятся перед ней. Затем следуют команды: «по кругу», «лежать», «кувыркаться». И снова пантеры всё выполняют. А то, что во время бега успевают скалить пасти и порыкивать – не в счёт. Выглядит это забавно, и я совершенно не понимаю, почему окружающие пугаются.

После того как девушка с пантерами покидает арену, выходит клоун с маленькой белой собачкой по кличке Руха. У неё забавные торчащие ушки, которыми она смешно шевелит. Клоун отдаёт ей команды, собачка слушается, но стоит дрессировщику отвернуться, забегает ему за спину. А дальше мы со смехом наблюдаем, как клоун пытается её поймать. Получается это у него далеко не сразу, но после череды падений и неуклюжих прыжков, наконец, удаётся. Он отчитывает собаку и уносит её за занавес.

Закрывает представление великий маг Ойримиан. Седой сухощавый старец в мантии выглядит точь в точь как стереотипное представление о волшебнике в нашем мире: длинный острый нос, кустистые брови, седая борода до середины груди. Маг создаёт множество разноцветных огоньков размером с кулак и заставляет их кружиться по залу. Выглядит это очень красиво.

На этом представление завершается. Все в восторге, и я тоже. Хотя увиденное совсем не похоже на то выступление, что я видела в своём мире, но мне всё равно очень понравилось. Особенно клоун и маг.

В экипаже Вариса интересуется, что я думаю насчёт того, чтобы вернуться в Гатр прямо сегодня.

Задумчиво прикусываю губу:

– Было бы неплохо купить дочке фруктов и орехов. А ещё я бы хотела привезти местные лепёшки и мёд. Его вкус отличается от того, к которому мы привыкли.

– Я попросила Аширу нам всё купить, так что об этом можешь не переживать.

– Но ведь вы ещё хотели узнать, как у нас пьют чай на топчанах? Может быть, завтра домой вернётесь? – предлагает барон Крайтон.

Качаю головой:

– Я очень соскучилась по дочери. Нам действительно лучше вернуться сегодня.

Барон Крайтон провожает нас до телепорта и просит пообещать, что я составлю ему компанию в чайную во время следующего посещения Маутерне. Вежливо заверяю, что обязательно, а сама жалею, что моё сердце на него так и не откликнулось. Похоже, я влипла гораздо сильнее, чем думала раньше.