Сердце демона, кровь инкуба. Искушение полукровки.

– Лали, Лалия, вставай, – будит меня соседка по комнате, толкая в плечо. 

– М-м-м, – проявляю недовольство, но веки все же разлепляю.

– Глупо дрыхнуть в такую ночь, Лали, – журит меня Олса.

– Какую такую? – бормочу спросонья.

– Ну как же?! – взмахивает подруга руками. – В Пурпурных садах празднуют двадцатую годовщину со дня их восстановления. – Я тебе всю неделю твердила о подготовках. Сейчас туда куча наших стекается.

– Угу, и столько же демонов явится! – сажусь я в кровати и гневно смотрю на авантюристку Олсу.

– И что, – пожимает она плечами, будто я не о вражеском лагере ей напоминаю, а так, о миролюбивых соседях. – Пурпурные сады – нейтральная территория.

– Угу, только вот она в Огненных котлах располагается, а это дом демонов. А сами Пурпурные сады - вообще колыбель их цивилизации.

– А ничего, что возродила их суккуб Бэи, которую сама Лилит на это подвигла.

– Вместе с демоном Наасом, если ты запамятовала.

– Так, хвати с меня истории! – стаскивает мое одеяло Олса. – Я не хуже твоего ее знаю. Но вот чего я не ведаю, так это устройства тех самых Пурпурных садов. И как демоны празднуют. Говорят, они плюются огнем и всякие пикантные трюки показывают.

«Ага, на своих гипертрофированных членах крутят таких вот глупеньких дурочек, как ты», – хочется съязвить, но я держу язык за зубами, чтобы не обижать подругу.

– Потерпи еще немного, – говорю вместо колкости. – Выучишься, пройдешь инициацию и сможешь явиться туда на правах истинного суккуба.

– Я не хочу ждать! Я хочу на праздник. Прямо сейчас. И ты тоже, – настаивает Олса.

– Нет! – возмущаюсь, отбирая у взбалмошной подруги одеяло. – Я мало того, что не хочу соваться к демонам, так еще и права не имею! – напоминаю дурехе о табу. – Мы всего лишь неопытные неофиты. Мы даже не во все сады собственной территории вхожи.

– Это ты не вхожа. А вот я уже побывала в Алом саду и видела оргию, которая разразилась после инициации одной из выпускниц пансиона. Было та-а-ак… – глаза подруги загораются при этом признании, взор устремляется куда-то вверх, а губы приоткрываются, и по ним начинает гулять острый язычок, – бомбически! Столько горячих инкубов, и все у ее ног. Каждый был рад услужить… – и снова ее язык совершает круговое движение, а щеки наливаются румянцем. – Жду с нетерпением, когда и я пройду обучение и инициируюсь. Ради такого триумфа, я на любой экзамен соглашусь. Даже в мире людей.

– Все наши экзамены происходят в мире людей, – напоминаю ей. – Как и последующая деятельность.  

– Не всегда, – отрицает Олса. – Посмотри на ту же Бэи. Ей было велено восстановить руины Пурпурных садов.

– Напомнить тебе, почему эти сады были в руинах?! – выхожу из себя, понимая, что Олса не отступится. – Инкубы объявили войну демонам и проиграли. Но и те не остались без потерь.

– Так это ж когда было, – машет она рукой и идет к шкафчику. Не своему, а моему! Копошится там и, достав самое развратное из платьев, кидает мне в лицо.

– Жаждешь новой войны? – понимаю ее по-своему.

– Жажду хоть немного растормошить свою излишне пугливую подругу.

– Я не пугливая! – обижаюсь, потому что Олса наступает на больную мозоль. – Я просто осторожная.

– Я тоже, дорогая, – подмигивает она и достает из мешка две пурпурные мантии. – Стащила у одного инкуба, который готовился к празднику заранее. Наденем их, и никто из своих нас не узнает. Ты глянь, какие капюшоны! – демонстрирует она, примеряя одну из накидок. – Пол лица можно скрыть.  

– Вот только не скрыть того, что ты суккуб. Тебя любой демон по запаху вычислит.

– Да плевать на демонов, главное, чтобы наставник не вычислил и не узнал, что я слиняла из пансиона и вообще покинула Желтые сады.

– Если Гэбил узнает, что ты хотя бы помышляла о подобном, он… – вздыхаю обреченно, ведь понимаю же, что со мной или без меня Олса потащится на эту дурацкую вечеринку. А там уж наверняка найдет приключение на одну из своих дырочек. Она без них никогда не обходится. Такая уж натура. Потом Олса плачет, клянется, что больше ни в один блудень не влезет. Но проходит несколько дней, и неспокойная душа со знаменем первой бунтарки и авантюристки Желтых садов устремляется к новым приключениям.

И ладно бы она дома бедокурила, как делала это раньше. Но последнее время ее стали прельщать Огненные котлы.  Тянет дуреху запретная территория и эти жуткие огненные гиганты, которые зовутся демонами – детьми нашей общей матери.

И как только у нее получилось такое разное потомство. Сравнить нас – детей Подлунного царства и этих рогатых тварей, так в жизни не поверишь, что мы родственники. Но факт остается фактом, обе наши расы породила Лилит. Вот только живем мы не по-родственному – воюем, сколько себя знаем.

Одни лишь Пурпурные сады и стали некой отдушиной для тех, кто устал от склок. Но они не панацея. Многовековой вражды на идейном уровне не искоренят. Да и ревность не уничтожат. Боюсь, она и есть основная причина наших склок. Ни мы, ни демоны не можем понять, как Лилит способна любить нас одинаково сильно, ведь каждая раса считает другою ущербной.

Я так точно думаю, что демоны бракованные экземпляры. Только на роль экзекуторов и годятся. И я хотела бы, чтобы они варили грешников в своих котлах где-то подальше от нас. Но бед в том, что все мы живем в доме Лилит – в ее огромном, почти бескрайнем саду, где разбито множество садов помельче.

– Гэбил ничего не узнает, потому что сейчас уединился с Истомой, – заговорщически сообщает подруга, натягивая сетчатые чулочки.

– С наставницей инкубов?! – поражаюсь я.

– А ты не знала, что они уже пару месяцев свои шуры-муры крутят? – смеется Олса. – Если б они были людьми, решила бы, что влюблены.

– Можно подумать, мы не способны на искренние чувства? – бурчу, надевая-таки брошенное мне платье. – Между прочим, твоя обожаемая Бэи втрескалась в этого Нааса, да и среди наших такие истории случаются.

– Это, скорее, исключение, нежели правило, – отмахивается от меня Олса, протягивая мантию.

– Я бы порадовалась за наставников, если бы они стали тем самым исключением, –улыбаюсь, воображая учителя Олсы и роскошную брюнетку, от которой все молодые инкубы сходят с ума.

– Ты сейчас серьезно?! – поражается Олса. – Думаешь, это приколько – любить кого-то, но быть вынужденным спать со всеми неофитами, потому что ты наставник?

– Об этом я как-то не подумала, – морщусь и, надевая капюшон, тихо выскальзываю из нашей с Олсой спаленки. Мимоходом замечаю, что из дальней комнаты тоже кто-то выходит и тихо, по увитой розами стеночке, пробирается к выходу.

Понимаю, что Олса не единственная решила нарушить правила и выскользнуть из Желтых садов. Немного расслабляюсь. Если хулиганов будет больше, чем двое, нас не так сильно накажут. Но если честно, хотелось бы вообще избежать порицания. Мне хватает и своих проблем. Например, того, что я уже три месяца как созрела для полноценного обучения всем любовным премудростям, а мне так и не подобрали наставника. Олсу вот обучает красавчик Гэбил. И я бы не отказалась тренироваться у него. Он молод, в отличие от большинства наставников пансиона. Пусть не так опытен, зато пылок. Так говорит Олса. А ей я верю, и сама хочу узнать наконец, что же это такое – близость с инкубом.