Сердце шести стихий (Академия Познаний - 2)

Северные Пределы, территория демонов, замок Повелителя, тронный зал

Когда в тишине раздались звуки женских каблучков, цокающих по черному мрамору, демон был погружен в глубокую задумчивость. Он был невероятно красив — и столь же хитер. Ваал, покровитель обмана, заслуженно носил свое звание. Сидя на месте последнего Владыки, мужчина размышлял о превратностях судьбы и роли случая в них. Его холодные голубые глаза подернулись дымкой воспоминаний.

Он, один из прекраснейших демонов Дальних Пределов, оказался парой простой, невзрачной человечки без рода и племени. Он случайно оказался на территории людей, а она… Язык не поворачивался назвать ее женщиной. Всего одна ночь с ней, и спустя месяц он почувствовал зов крови. Человечка понесла.

Грязная человечка с юга понесла от демона Дальних Пределов!

Ваал знал непреложный закон: потомство, единственный ребенок, должен родиться от одной женщины, которую нужно держать рядом на протяжении всей беременности. Иначе плод погибнет или убьет мать. Демоны были единственной расой, на которую этот закон не распространялся. Даже драконы рождали полукровок от людей. Демоны гордились тем, что их семя давало только мальчиков, способных продолжить великое дело отцов.

Но в этом законе был скрыт и главный подводный камень. Чтобы сын окончательно стал демоном, его мать во время беременности должна была находиться рядом с отцом. Как бы ни противна была человечка демону, ее нельзя было отпускать. Так случилось и с Ваалом. Мать Эсхаала была обычной и ничем не примечательной. Единственное, что осталось в памяти, — это расплавленное золото ее волос. Почему одна простая девушка смогла сделать то, что не удавалось десяткам красавиц до нее?

Ту ночь он помнил в деталях. Приходилось помнить все, чтобы женщина была счастлива. Он поддерживал плод своей силой, но внутри морщился от того, с кем приходилось иметь дело. Такова была участь демонов. В будущем родильницу можно было отослать, ребенка поручить кормилице, а самому забыть о том, что пришлось терпеть ради выживания рода.

Ваал ненавидел человечку. Ненавидел за стоны и крики наслаждения, когда хотел причинить ей только боль. За заплаканные глаза, когда он говорил, что она больше не нужна. Он не убил ее за эти слова, но и спокойной жизни не позволил. Она закончила свои дни в темнице под дворцом.

— Размышляешь о своей судьбе, обманщик? — насмешливый голос Силь вывел его из задумчивости.

Девчонка, магиня, одевалась вызывающе: обтягивающие штаны, тесная рубашка, которая нисколько не скрывала высокую грудь. Ее цоканье раздражало, но Ваал пока позволял ей это. Она была менталисткой, иллюзионисткой с большим магическим резервом. Красивая: яркая блондинка с бронзовой кожей и зелеными глазами. У Силь была лишь одна беда: она была влюблена в отпрыска драконов, который отказался от ее чувств.

Ваал скривился. Ему были чужды страсти человеческих магов. Силь могла бы оказаться приемлемой спутницей жизни, если бы не человечка, уже родившая ему любимого сына. Силь была сломана, пусть и казалась идеальной внешне. Маги глупы. Они не умели ценить моменты драгоценной жизни. Они мало отличались от чистокровных людей.

— Как обстоят дела на границе? — холодно спросил Ваал, не считая нужным реагировать на выходки девчонки.

Успешная выпускница Академии Познаний — и такое невеселое будущее. Очень, очень жаль.

— Демоны под мороком, для драконов недоступны, но регулярно видят Повелителя, — пожала плечами Силь.

Ваал знал: помимо мести, она согласилась создать иллюзию Владыки еще и по собственному желанию. Ей нравилось применять свои силы, чтобы вводить других в заблуждение.

Пятьсот лет назад он учел почти все. Почти. Яд, который он дал Повелителю, действовал так же, как и тот, что скормили Алькору: удушье, потеря сознания и расслабление мышц. Однако отрубить демону голову не удалось. А это было единственным способом убедиться, что Повелитель больше не очнется. Этот мужчина долго управлял Дальними Пределами мудрой и справедливой рукой. И даже в состоянии, близком к смерти, он успел поставить на себя непроницаемый физический щит, устойчивый к любым видам воздействия. Обещание встречи, которое Ваал дал Алькору Верному, не удавалось выполнить уже полтысячелетия. Господин не хотел присоединяться к своему рабу. Ваал не мог найти канал подпитки Повелителя. Значит, все еще оставался шанс возрождения Владыки из летаргического сна.

Мог ли подумать мальчик Закарион, дракон Айдаран, эльф Сейфиэль и оборотень Мируту, что из-за найденного ими семечка в будущем разразится целая кровопролитная война? Эльфам и оборотням пока все было нипочем — их защищали драконы, но демоны намеревались добраться и до них. Дальний Предел создал иллюзию спокойствия, пока армии демонов тихо и незаметно продолжали сокращать владения драконов. Они не отступали. Благодаря Силь и ее иллюзии, показывающей воинам Повелителя и заставляющей их верить, что они идут на благое дело, среди демонов не возникало даже мысли о бунте. Демоны знали, что их ведет Владыка, и верили в победу. У Ваала имелась собственная цель.

Академия Познаний. Сад вокруг Древа. Договориться с ним мог только друид. Магия иного мира навсегда могла бы решить проблему демонов с выбором второй половины. Правило единственного чада было бы разрушено. Девочкам позволили бы рождаться. Ваал не хотел сыну своей судьбы. Проклятие человечки все еще всплывало в его памяти.

Нет, мать никогда не прокляла бы свое дитя. Расплачиваться придется ему самому. Но Ваал никогда не пожалеет и не попытается повернуть время вспять. Повелитель, подружившийся с драконами, ему не помешает — с хозяином он разобрался окончательно.

Кто сказал, что источник магии должен находиться на землях огнедышащих? Кто установил это правило? Закарион, первый из династии правителей? Он был глупцом! Демоны сильны и лучше выживают. Они несут знамя своей силы даже в генах. Демоны станут полноправными правителями Пределов, завладев Древом Познаний.

За ними — будущее.

Северный Срединный Предел, Академия Познаний, корпус менталистов

Мама, только бы успеть! Иначе мне будет плохо. Как же я жалела, что согласилась остаться с Маем и деревом. Мой язык, наверное, был проклят, раз я решила потягаться в терпении с древним друидом. Я хотела увидеть, как Древо выпускает своих светлячков наяву, а не во время медитации. И зря не заподозрила подвоха, когда Май в ответ на это коварно улыбнулся. Я, наивная, до последнего стояла на своем. Когда на горизонте, который друид открыл по моей просьбе, начал заниматься рассвет, я сообщила, что мне нужно возвращаться, чтобы меня успела разбудить Амина. Май проводил до комнаты, пожелал не проспать и ушел. Растения ведь не спят, им достаточно искупаться в энергетической ванне — и они снова полны сил и бодрости. А я сплоховала. Хотя, положа руку на сердце, после того сна проспать было совершенно не стыдно!

Смутно помню, как Амина будила меня, убеждая, что опоздать на пару Златоглазого будет самой большой ошибкой в моей жизни. Я даже встала с постели и бодро сказала, что сейчас пойду умываться. Но как только дверь закрылась, голова решила, что встреча с подушкой важнее. Теперь я бежала, чтобы не опоздать на занятие к дракону.

За два месяца я хорошо успела изучить расписание. Из-за отсутствия Златоглазого и других преподавателей занятия были однообразными, но я привыкла к тому, что условный четверг — это время, когда я сплю на первой паре.

Сегодня четверг был у Златоглазого!

Самое смешное, что накануне вечером я даже изучила самый короткий маршрут до аудитории, где намеревался вести занятие дракон. Но и это не смогло спасти мои опаздывающие кости.

Дверь аудитории была открыта. Я осторожно заглянула внутрь. Все сидели тихо, но счастливые лица Эланиэля и Мая почему-то вселили в меня уверенность, что Златоглазый еще не пришел. Я уже собиралась подняться к ним, но услышала насмешливый голос:

— Так-так-так, нас решила почтить своим присутствием сама Валентия Сазонова?

Я думала, никто больше не будет произносить мое имя с ошибкой. А тут — на тебе! Вздохнув и поборов раздражение, я выпрямилась и вежливо проговорила:

— Меня зовут Ва-лен-ти-на. Доброе утро, милорд Златоглазый. Прошу прощения за опоздание.

Мне было искренне жаль. Тем более что сегодня Арегван выглядел гораздо лучше, чем при нашей первой встрече. Здоровый румянец вернулся на его лицо, а глаза весело блестели. Я невольно залюбовалась им.

Арегван Златоглазый стоял перед студентами, высокий, широкоплечий и внушительный. Пиджак, отличный от обычной формы преподавателей, придавал мужчине неформальный вид. Темная майка с V-образным вырезом выгодно подчеркивала мускулистую грудь. Кажется, я начинала понимать, почему девчонки поголовно сходили по нему с ума.

— А жаль, — задумчиво сказал Златоглазый, не теряя веселости. — Жаль, что вас зовут не Валентия. У этого имени очень красивое значение.

— Какое? — поинтересовалась я.

— «Предназначенная», — улыбнулся дракон.

Меня неприятно кольнуло от его слов. Просто совсем недавно я поняла, что никому больше не предназначена.

— Мое имя означает «здоровая», милорд Златоглазый, — сказала я, стараясь не выдать своих эмоций.

— И почему же вы, такая здоровая, решили опоздать на пары? — выгнул бровь дракон.

— Простите. Этого больше не повторится.

— Очень на это надеюсь, — кивнул дракон. — А что делали преподаватели на вашей Родине, если вы опаздывали?

Слово «Родина» меня снова царапнуло. Такое ощущение, что Златоглазый умел находить слабые места человека по одному его виду.

— Ничего. Я не опаздывала.

— То есть сегодня у вас первый раз? — удивился дракон. — Тогда, Валентина, я считаю необходимым, чтобы вы запомнили этот прогул. Познание — это уверенность в том, что вы можете идти к цели, не отвлекаясь на лень.

Я тяжело вздохнула. Никогда не была лентяйкой. Но, что поделать, Златоглазый распинал меня заслуженно.

— Учитывая ваши неплохие результаты за два месяца, сделаю вам скидку. Но на праздник Ингермона в воскресенье вы не пойдете — ни в каком состоянии.

Он особенно подчеркнул последнее условие. Я не знала, что за праздник имеется в виду, но решила не задавать вопросов.

— Я поняла, милорд Златоглазый. Еще раз прошу прощения. Могу я теперь пройти на свое место?

Златоглазый улыбнулся и махнул рукой. Я поднялась к Элу и Маю под неодобрительные взгляды знакомых эльфийских лиц. Вскоре в аудитории снова стало тихо.

— И чего меня лишили? — спросила я у товарищей. — Кто такой этот Ингермон?

— Отец Базилура и верховный демиург всей спирали миров, — пояснил Эланиэль.

— А что происходит на его празднике?

— В двух словах не объяснить. Главное — это день, когда разрешены поединки между студентами и преподавателями. Весь год боевики и менталисты ждут его, чтобы выпустить пар.

— Мало им тренировок, что ли? — удивилась я.

— Это другое, — покачал головой Эл. — Я уверен, что Вондар вызовет Инабора.

Я не могла не отметить наивности Златоглазого. Меня лишили возможности увидеть полуголых дерущихся мужчин и считали, что это заставит меня страдать? Да он просто не видел, что женщины с Земли вытворяли в грязи! До чего же наивен был мир Пределов. У меня имелось целых пять пригласительных на закрытую вечеринку, и можно было не платить ни копейки. Хмыкнув, я покачала головой и занялась более насущными вопросами.

Меня очень беспокоил Вондар. Червячок сомнений не давал покоя. После того дня, когда Златоглазый впервые посетил столовую после возвращения из Южного Предела, мы с Вондаром окончательно разругались. Но я действительно не знала, как поступить лучше.

В то день я ушла из столовой пораньше. Пока ходила между корпусами, наткнулась на неприятную картину: Инабор поймал Киару и утаскивал ее в темный коридор. Стоило мне только увидеть это, и я уже не думала о том, куда подевался оборотень. Я забежала в свою комнату, опустилась на кровать и вошла в астрал. Душе искать Вондара было гораздо проще.

Он находился в спортивном зале корпуса боевиков. Избивал снаряд руками и ногами. Мне стало его жалко. Но Киару было еще жальче. Я проникла в сознание Вона без проблем. После моего поцелуя силы это не представляло труда.

Оказавшись внутри, я сразу попыталась передать волку, что происходит. Кажется, мне удалось привлечь его внимание, и мы дружно отправились спасать Киару. Инабор не стал прятаться, так что найти его было легко. Вондар действовал кулаками, я — словами.

— Всегда мечтала врезать тебе за то, что напугал во дворе Академии, — сердито сказала я.

После серии ударов демон потерял сознание и сполз по стене. Я подошла к спрятавшейся в угол Киаре и тихо прошептала:

— Не бойся и не ругай Вона, когда он очнется. Я — Валя, и я увидела, как Инабор тебя тащил. Пришлось звать на помощь.

— Спасибо! — прошептала девушка, прикрыв губы ладонью.

Она поняла, в чем заключается мой дар. Улыбнувшись, я предложила:

— Приходи в гости, будем дружить! И Вондар хороший, хоть он и оторвет мне голову после этого.

Киара кивнула, а в ее глазах мелькнула решимость. Когда я начала исчезать из сознания Вона, до меня дошло, что девушка задумала. Но я не стала мешать целующейся парочке. В конце концов, сколько можно было бегать от истинной?

Спустя два дня я заметила, как в поведении волка начались изменения: он почти везде ходил с Киарой и пытался общаться с другими студентами. Пока выходило не очень, но ведь начало было положено. Я была от этого счастлива.

К сожалению, Златоглазый совершенно не хотел радоваться вместе со мной.

— Мы вам не мешаем, уважаемая Валентина? — раздался его спокойный голос. — Может быть, вам есть, что сказать сокурсникам? — выжидающе подняла бровь преподаватель.

В его глазах я заметила веселье. Боже, как же я прокололась с Вондаром! Больше никаких посторонних мыслей на парах по менталистике. Никогда!

Я замотала головой, давая понять, что полностью сосредоточилась на лекции. Почему он выбрал именно меня? Эльфийки спокойно болтали, а как только меня заметили, сразу переключили внимание. Где в этом мире была справедливость?

«С вашим потенциалом, Валя, стыдно на первой же паре размышлять о личной жизни товарища. Для этого есть перемены и время отдыха», — раздался приглушенный голос Златоглазого в моей голове. Я поняла, что попала.

Сохранить невозмутимое лицо не получилось, и я опустила голову к парте, выдохнув куда-то под нее. Мама дорогая! Меня только что прочитали? Все мои мысли? Хотя почему только сейчас — он, получается, с начала урока следил за мной!

Кровь прилила к лицу мгновенно. Никогда больше не буду размышлять вслух, когда рядом Златоглазый! Я же его оценивала, когда он вошел в аудиторию! Как так? У меня же блок на мыслях! Значит, Златоглазый может его обойти? Какой же он преподаватель! Не дай бог, он еще что-нибудь скажет. Тогда я точно не подниму головы до конца пары.

— Валь, все в порядке? — раздался голос Эланиэля.

Я еле заметно кивнула, чтобы он не начал расспрашивать. Значит, он не был в курсе моих мыслей. Значит, у Златоглазого были свои методы воздействия на студентов. А значит, я должна была знать профильный предмет идеально. Чтобы научиться контролировать разум и скрывать его ото всех.

Сделав такой вывод, я несколько раз глубоко вдохнула и медленно подняла голову. Краска постепенно сходила с лица. Мне даже показалось, что Златоглазый кивнул, поддерживая мое решение. Осталось только начать погружаться в предмет.

Златоглазый не только умел располагать к себе, но и увлекал студентов, не напрягаясь. Лекция проходила в дружелюбной атмосфере. Я узнала, что менталист — это совсем не Патрик Джейн, помогающий следствию на основе своих наблюдений. Менталистами назывались маги, которые умели контролировать сознание. Дар у каждого был уникальный, он выявлялся на вступительных испытаниях. Кажется, мой экзамен состоялся тогда, когда я проникла в сознание Марика.

Маги нашего направления использовали ментал — область знаний, доступную для путешествий чистого разума. Это было его принципиальное отличие от астрала, в котором душа была способна чувствовать. Что-то подобное я читала раньше, но считала шарлатанством. Слава Богу, что в Академии способностью выходить на высокие уровни сознания обладали не все: кто-то выбрал боевое направление, кто-то — ментальное, кто-то — исцеление.

Златоглазый добавил, что некоторые студенты могут поддерживать связь с астралом постоянно. Это заявление удивило меня, ведь я помнила, что у меня такие способности проявлялись только во сне. К счастью, кто-то с первых рядов спросил, как это делается.

— Очень просто, — улыбнулся Златоглазый. — Представьте себе массу информации, которая условно хранится в одном месте, и собственное сознание.

И тут начались чудеса: перед Арегваном развернулись голографические изображения. На одном было радужное облако, на втором — человек под ним.

— Это иллюзии, — пояснил Арегван, показывая на макеты. — Но они помогают понять принцип связи. — Он поднял руку, и от облака вниз протянулась нить. Она коснулась головы человека, вызвав у него вспышку. — Представьте, что любое событие записывается в информационном пространстве. — Облако мигнуло, впитывая новые знания. — Маг, связанный с астралом, получает эту информацию раньше других. — Нить вспыхнула снова и исчезла в голове человечка. — Как бы вы это назвали? — спросил Арегван.

— Интуиция, — тихо ответила я.

Его цепкий взгляд остановился на мне.

— Повторите для всех, — попросил меня дракон.

— Интуиция, — произнесла я громче.

Арегван кивнул:

— Верно! Это обостренное восприятие информации, предчувствие. Оно приходит благодаря постоянной связи с астралом.

Его слова прозвучали так торжественно, что аудитория замерла. Почему-то я вспомнила о своей интуиции дома, где магии не было и в помине.

— Таких магов называют интуитами, — сказал Арегван. — Они предсказывают будущее, к ним обращаются за советом перед важными решениями.

— Гадание на картах, — подумала я, вспомнив сравнение.

— Яркий пример — миледи Грозная, — между тем, продолжил Арегван.

Значит, Амаринэ унаследовала от родителей не только стихийность, но и частичку ментального дара. Это почему-то обрадовало меня. Несмотря на ее грозный вид, она оставалась женщиной, а значит, могла помочь мне с моими проблемами. Обращаться к Златоглазому я побаивалась. Слишком уж деликатными были мои вопросы.

В конце лекции Арегван рассказал о предстоящем испытании первого триместра, которое определит нашу специализацию. Я задумалась о дате — конец месяца. Если учесть, что Златоглазый пропустил большую часть занятий, а с Андо мы не продвинулись дальше чтения аур, провал на зачете казался неизбежным. Но с другой стороны, я освоила некоторые техники сама, просто не говорила об этом.

Когда лекция закончилась, я вышла из аудитории вместе с остальными.

— Выдохни, — сказал Май, сидевший рядом.

Я вздрогнула.

— Что случилось?

Он с беспокойством смотрел на меня. Громкий звук желудка нарушил тишину.

— Я понял, — хмыкнул Эланиэль. — Она просто не успела позавтракать, торопилась к Златоглазому. Пошли. У нас двадцать минут, чтобы уговорить Дезиру на еще одну порцию, а потом следующая пара.

Я узнала о новом занятии по расписанию еще в начале недели. Голос Эмманиэль, секретаря декана, звучал в моей голове, как обычно. Я научилась его предугадывать и не реагировать так бурно, как раньше.

В тот условный вторник, спустя день после памятного подарка Андо и освобождения души, я увидела расписание четверга. Вместо свободных мест на две первых пары появились лекция Златоглазого и занятия с новым преподавателем — женщиной. Предмет назывался «Основы семейного быта», и я удивленно подняла бровь. С чего вдруг такой предмет решили ввести в Академии Познаний?

 «Тида Хозяйственная» — значилось в графе с именем преподавателя. Эланиэль рассказал, что видел ее на встрече с представителями ученого совета. Это была женщина-гном, и я поняла, почему она получила такое прозвище. В отличие от милорда Мрота, который имел только земельные владения, она чем-то еще отличилась. Судя по названию, ее предмет должен был представлять обычный курс домоводства для девочек и труда для мальчиков. Для меня главным оказалось то, что после этого будет свободное время. Хотя оно закончится вечерним занятием со Златоглазым.

Как хорошо, что тогда я еще не знала, что позорно опоздаю на пару к дракону и озвучу свои мысли перед ним. Опять все сводилось к Златоглазому. Но я была слишком голодна, чтобы думать о том, как вести себя с куратором. К тому же приближалась столовая, а вместе с ней и желание перекусить перед парой у миледи Хозяйственной.

Столовая встретила нас тишиной и покоем. С кухни доносились звуки посуды, которую, скорее всего, домывали после завтрака. Интересно, Стремительный поставлял сюда инвентарь?

— Нет, — наконец смог прочитать мои мысли Эланиэль. Май просто улыбнулся: ему наши мысленные беседы явно доставляли удовольствие. — Стремительный не стал бы тратить на это силы. Посуда — результат взаимодействия с Южными Пределами. Среди людей много ремесленников. Они поставляют нам ткани, столовые приборы. Они вообще очень полезны для магических рас.

— И только магические расы никак не могут начать жить в согласии, как люди, — хмуро заметила я, намекая на конфликт с демонами и драконами.

— Чем больше силы — тем больше власти, — философски заметил Май. — А чем больше власти, тем больше ее хочется.

— Как будто и не пропадала с Земли, — отозвалась я, но затем мое внимание переключилось на гнома, выглянувшего с кухни.

Тот посмотрел на нас скептически и громким голосом прокричал в сторону кухни:

— Дезира, нашлась пропажа! Пришла та, что завтрак пропустила! — и, уже обращаясь к нам, добавил: — Нехорошо!

Из кухни выплыла Дезира с тарелкой и дымящейся чашкой в руках.

— Ты что, решила брать пример с не самых добросовестных студентов? — прогремела троллесестра на всю столовую. — У меня строгий учет: кто, сколько и когда покушал! И перед ректором я отчитываюсь, если кто-то пропускает! Слушай, не доводи до греха — не поступай так больше! — добавила она, приблизившись к нашему столу. — И без того еле на ногах держишься, а так совсем загнешься!

— Больше не буду, — пообещала я, улыбаясь.

— Что же заставило тебя опоздать на пару к Златоглазому? — насмешливо спросил Эл, когда я утолила первый голод.

— Спроси у него! — жестом указала я на Мая.

Эльф удивленно посмотрел на друида, который тихо засмеялся.

— Я не виноват. Валя решила увидеть созданий Дерева, которые никогда не появляются в физическом мире.

— А ты? — обличительно сказала я. — Почему не убедил меня сразу?

— Зачем? Ты была так уверена, — удивился Май, но по его улыбке я поняла: он издевался.

Ух, погоди, деревянная полешка, я тебе отомщу!

— В саду сидели? — понимающе спросил эльф.

— Ну да. Удай ждали. Дождались.

— Ты поэтому под стол спряталась? — продолжил он.

— Нет. Я думала о Вондаре, а потом Златоглазый сказал, что с моими данными тратить первую пару на личную жизнь товарища стыдно, — призналась я, смутившись.

Парни заржали. Я обиделась.

— Что? — спросила я.

— Ты не первая, кто подвергается такой проверке, — пояснил для меня Май. — Я слышал, что одной магине с эльфийскими корнями он устроил показательные выступления за излишнее внимание.

— Силь, — поморщился Эланиэль так, будто его заставили съесть ведро лимонов.

— И что это были за выступления?

— Он заставил ее сутки рассказывать героические поэмы Пределов у сада. Сказал, что ее красноречие нуждается в выходе.

Я не знала, как реагировать. Это было необычно для преподавателя, но наказание выглядело чисто символическим. Меня интересовало другое. До какого состояния нужно было довести Златоглазого, чтобы он так поступил? Златоглазый казался мне очень спокойным и взвешенным мужчиной.

— Она закончила Академию? — спросила я.

— Да, — кивнул Эланиэль. — Стала сильной иллюзионисткой. Но со Златоглазым у нее с тех пор плохие отношения.

— Интересно, куда она пошла после Академии, — задумалась я.

Впрочем, долго рассуждать о поступке Златоглазого я не стала. Только на задворках сознания мелькнула мысль, что у Эмманиэль на фронте драконьего завоевания будет мало шансов.

Северный Срединный Предел, Академия Познаний, общий корпус

Занятие у женщины-гнома должно было пройти в том же корпусе, где и остальные лекции. Мы с ребятами не торопились из столовой, потому что Эланиэлю было интересно узнать о моих впечатлениях после первой лекции Златоглазого.

Я же была в полном восторге. Иллюзии, потоки информации, переходящие из астрала в мозг через интуитивную связь, поразили меня. Я ощутила искреннее желание освоить ментальную магию. Об этом я и сообщила друзьям. Эльф тяжело вздохнул, а Май хлопнул его по плечу.

— Это что? — спросила я.

— Мы поспорили, — признался Эланиэль. — На то, кто больше поразит тебя: пара или сам Златоглазый. И я, кажется, проиграл друиду.

Май широко улыбнулся и добавил:

— А я говорил, что ты будешь учиться, а не рассматривать преподавателя. Но мне никто не поверил. Это же Златоглазый, гроза всех девчонок Академии.

— Не всех, — поправила я. — Половина увлечена Стремительным. И вообще, Златоглазого я прекрасно успела рассмотреть. А вот спорить на меня — это верх бескультурья. Я разочарована. Надеюсь, это было в первый и последний раз. И следующую пару давайте посидим отдельно.

С этими словами я ушла в кабинет, где должно было пройти занятие по основам семейного быта. Конечно, я и не думала всерьез злиться на мальчишек. Строго говоря, это из-за меня у них стали появляться такие наклонности. Но это не значило, что стоит демонстрировать их, споря на подругу!

Девчонки-первокурсницы уже расселись по местам. Внутри было просторно. Стол в форме буквы «О» позволял видеть всех. У окна оставалось одно свободное место, которое я сразу заняла, потому что не могла спокойно смотреть на хрустальные ворота. Пока преподавателя не было, я то и дело оглядывалась на улицу.

Вдруг передо мной возник инвентарь. Я заметила, что у остальных тоже появились предметы. Из предбанника раздался голос:

— Каждый год начинается так. Ну что ж вы, девушки, такие непонятливые? Или бытовой магии у вас не было? А, точно, не было.

В аудиторию вошла гномуля. Назвать ее по-другому просто не поворачивался язык. Тида Хозяйственная была очень симпатичной. Ростом мне по пояс, с заплетенной косой, милым лицом и доброжелательной улыбкой. Она напомнила мне коменданта Мрота. Женщина была такой круглой и милой, что хотелось затискать ее в объятиях.

— Давайте знакомиться, — продолжила Тида. — Меня зовут миледи Хозяйственная. Я преподаю основы семейного быта. Пусть сейчас вам кажется, что магия и семья несовместимы, но на следующий год вы увидите, что это не так.

Тида подошла к нашему столу и продолжила:

— Многие из вас по своему социальному статусу выше остальных. А значит, основы этикета и правила поведения вам придется применять на практике.

— Это впитывается с молоком матери, — фыркнула Эйдалатриэль.

Тида сузила глаза:

— Судя по вашему поведению, с молоком матери вы впитали только отсутствие воспитания. На моем занятии прошу вести себя подобающим образом.

Эйдалатриэль прониклась и стихла.

— В нашем заведении нет деления на титулы. Все будут обучаться одинаково. Первое занятие — вводное. Я хочу проверить ваше творческое мышление. Посмотрите вокруг.

Тида обвела рукой кабинет.

— Вы видите пустой кабинет. В ваших силах превратить его в нечто красивое. На столах — кусочки мозаики. Моя ассистентка Киара вам поможет. Киара умеет воплощать в жизнь ваши идеи. До конца пары покажите мне хотя бы одну из них. Если что-то хорошее придет вам в голову, сразу зовите нас.

В кабинет вошла застенчивая девушка, к которой испытывал нежные чувства Вондар.

Я быстро окинула взглядом помещение, отмечая, что большие окна на двух стенах делали его очень светлым. Взглянула на материалы, которые Тида дала нам для работы: лист папирусной бересты, уголек и кусочек ткани. Девушка рядом со мной, магиня Делина, рассматривала цветы и воск.

— Давай попробуем объединить усилия, — предложила я, беря уголь и бумагу.

Я не художник, но кое-что нарисовать могла. Дизайн интерьера казался мне логичным началом.

Я начала делать набросок. Рядом с нашим столом — деревянный пол, а у окна — журнальный столик с вазой для цветов. В дальнем углу — диван или кресло. Не забыть о занавесках для окон, чтобы добавить уюта.

В середине комнаты — большой стол для еды. На правой стене между окнами — шкаф с красивой посудой. Левая стена будет кухонной зоной: стол для разделки, посуда и кухонные принадлежности. Нужна печь — газовые плиты здесь вряд ли подойдут.

Делина с энтузиазмом подхватила идею и добавила свои штрихи: цветы на занавесках, свечу и красивую скатерть на стол. Мы посмотрели друг на друга, кивнули и привлекли внимание Тиды.

— Что-то хотели? — спросила она, поднимая глаза.

— Можно показать нашу идею? — мы с Делиной подошли к преподавателю.

Киара с интересом наблюдала за нами.

— Так-так, — миледи Хозяйственная быстро осмотрела рисунок, стуча пальцами по столу. — Что скажете? — обратилась она к ассистентке.

— Можно попробовать, — ответила Киара, склонив голову набок и едва заметно кивнув. — Только не забудьте привлечь мальчиков, — добавила она с хитрой улыбкой.

— А ты права, моя девочка! — воодушевилась Тида. — Мрот будет в восторге! — почти злорадно добавила она.

Тида подскочила с места и выбежала из кабинета, оставив рисунок и стол без преподавателя. Киара лишь подмигнула, не смущаясь внезапного ухода. Мы с Делиной пожали плечами и приготовились.

Второй акт не заставил себя ждать. Из коридора донеслось ворчание Мрота. Я напряглась, подумав, что он может забыть о нашем сотрудничестве и устроить хорошую выволочку. Хотя прижимистость коменданта меня радовала, становиться объектом его внимания опять не хотелось. Когда в аудиторию вошли два гнома, я спряталась за Делину.

— Ну? — с порога заявил Мрот, окинув помещение тяжелым взглядом. — Чем ты хотела меня удивить?

— Вот! — Тида схватила рисунок и гордо передала его коменданту, подмигнув нам с Делиной.

Я заметила любопытные лица парней в дверях, среди которых были Одуванчик и Эланиэль. Я помахала Одуванчику и сдержанно кивнула Эланиэлю.

— Самоубийство, — простонал комендант. — Дерево на полу, Тида! — запричитал он. — Ткани от людей…

— Этим займется Киара, — возразила гномуля. — Мне нужно немного материала и рабочие руки. Не думаете же вы, что девушки станут укладывать доски? — укоризненно посмотрела она на коменданта.

Мрот тяжело вздохнул и повернулся к студентам. Они не прятались и не делали вид, что остаются в стороне.

Гном нахмурился:

— Хорошо. Сделаем. А кто это придумал? — спросил он сурово.

— Вот! — Тида гордо указала на меня.

Мне пришлось выйти из-за спины Делины. Увидев меня, комендант изменился в лице. Его взгляд стал мягким, а на губах заиграла блаженная улыбка.

— Сейчас все быстренько наладим! — пропел Мрот и ушел, раздавая распоряжения парням.

Я поняла только, что мужская половина первого курса теперь знает, кто обеспечил их работой. Остальные ничего не поняли.

— Впервые комендант в хорошем настроении, — заметила Киара, нарушая тишину.

— Надо спросить у Сазоновой, чем она его так зацепила, — прищурилась гномуля.

Я пожала плечами, не собираясь раскрывать свои козыри:

— Иномирянка, что с меня взять?

После пары произошло неожиданное. Эльфа и друида у кабинета не оказалось, хотя обычно они провожали меня до общежития. Постояв у дверей, я отправилась домой в одиночестве. До занятий с Арегваном еще оставалось время, можно было заняться свитером для Эланиэля.

Дойти без приключений не получилось. В переходе между корпусами меня схватили за талию и оттащили в темный угол.

— Не трусь. Это я, Юрин, — прошептал на ухо рубиновый дракон.

Освободившись и повернувшись к парню, который решил привлечь внимание не самым удачным способом, я нахмурилась. Его наглое лицо, предвкушение в глазах и противная ухмылка говорили, что он что-то задумал. Зря я согласилась на его участие в нашей шестерке. Он совершенно не вписывался в команду.

— Что тебе нужно? — недоверчиво спросила я.

— Хотел поговорить с тобой, пока рядом не будет твоих телохранителей, — ответил он.

Сначала я не поняла, о ком говорил Юрин, но потом догадалась, что он имел в виду эльфа и друида. Между тем дракон начал приближаться.

— О чем? — спросила я, оценивая пространство и возможные пути к отступлению.

— О нашей связи. Я почти не чувствую ее, хотя уверен, что с остальными у тебя проблем нет.

— Я не выбирала тебя, Юрин. Ты сам предложил свою кандидатуру. И как в этом случае действует связь, я не знаю.

— Почему ты никому об этом не сказала? — спросил он, подняв бровь. — Или боишься, что тебя посчитают слабой? — проницательно заметил он. — Ты была слабой, когда я тебя нашел.

Знал бы он, где я была до этого и кого могла поцеловать вместо него. Злость накрыла меня мгновенно. Я приблизилась к дракону и оттолкнула изо всех сил:

— Тогда зачем ты предложил свою помощь?

Но отстранить Юрина не получилось, я оказалась прижатой к нему. Однако выражение его лица смягчилось, и он сказал уже более спокойно:

— Так у нас не получается нормальной беседы. Я просто хотел проверить, станет ли наша связь крепче, если попытаться.

— Попытаться — что? — спросила я, и его глаза сверкнули.

— Ты и сама знаешь, — ответил он.

Его лицо склонилось ко мне. Зачем ему все это было нужно? Зачем укреплять связь со мной? Скорее всего, он надеялся, что через меня сможет добраться до Эла и Хайджи. Юрина можно было понять: он же претендовал на трон правителя драконов. Поэтому логично, что хотел уже с молодости начать обрастать полезными связями.

Однако Юрин не один был таким умным. Я решила тоже извлечь выгоду. Что там говорил Даюс? Пора было подумать о парне? Может, настало время? В любом случае, я ничего не могла сделать, чтобы освободиться, так зачем было усложнять себе жизнь? Лучше попробовать получить удовольствие.

Во второй раз поцелуй мне даже понравился. То ли Юрин поднабрался опыта, то ли нервничал меньше, но все прошло хорошо. Я даже втянулась. Почти. Через несколько секунд дракон вдруг отпрянул от меня, сверкая гневным взглядом:

— Зачем ты это сделала?

— Что? — удивилась я.

— Ты ударила меня молнией, — прошипел он.

— Это не я!

Он нахмурился:

— Странно. Такое ощущение, что на тебе защита. И она активировалась именно в момент поцелуя. Ты кому-то предназначена? — осенила его внезапная мысль, и я удивилась еще больше.

Это слово болью отозвалось в моей душе. Нет, я не могла быть предназначена кому-то. Я была пустой. Ничего внутри не осталось. Ничего, кроме одного.

Вспомнив события того вечера, путешествие в то место, встречу с тем мужчиной, я расхохоталась от души. Юрин, стирая кровь с губы, смотрел на меня в замешательстве. Я смеялась и смеялась, пока не начала всхлипывать от досады.

— Валя, все в порядке? — спросил он, подходя ближе и кладя руку мне на плечо.

Но я продолжала смеяться. Ай, да демоняка! И сам не «ам», и другим не дам! Не ожидала я от него такого. Я думала, что, отослав меня, он забудет все, как страшный сон. А он… Надо же! Узнаю, кто он на самом деле — заставлю его снять с меня этот оберег от отношений.

Если смогу, конечно.

— Все нормально, — я сумела успокоиться, вытирая слезы. — Это просто неудачная шутка. Давай больше не будем пытаться наладить связь, ладно? — я подняла руку, увидев, как Юрин снова загорается энтузиазмом. — Я найду способ разорвать ее, хочешь ты того или нет. Мне не нравится, что ты стал частью нашего коллектива.

С этими словами я обошла ошарашенного дракона и направилась к нашему корпусу. Хозяин черной ауры меня сейчас не беспокоил. Он поставил охранку, он ее и снимет. Меня все равно ни к кому не тянуло. А вот то, что связь с Юрином стала нестабильной, и даже сам дракон это чувствовал, меня по-настоящему встревожило. Интуиция кричала, что с драконом нужно заканчивать, иначе случится нечто непоправимое. Но я не знала, с чего стоило начинать.

Вернувшись в комнату, я поняла, что совсем не хочу вязать. Недосып, напряжение после пары Златоглазого и мысли о Юрине сделали свое дело. Прикрыв глаза на пять минут, я мгновенно уснула. Проснулась только с возвращением Амины.

— Ну, ты даешь! Это тебя Златоглазый так достал? — с пониманием сказала она, увидев мой сонный вид.

— И ты можешь так говорить о своем любимчике?

— Почему нет? — подмигнула соседка. — Я же в его воздыхательницы не напрашивалась.

Только я собралась ответить, как в голове зашелестел легкий ветерок, возвещая о сеансе связи с Эмманиэль. Она напомнила, что через полчаса милорд Златоглазый ждет меня на стене между корпусами. Тогда я поняла, что пропустила и обед, и ужин. Дезира будет в ярости.

Дезира посмотрела на меня с осуждением, но я быстро проглотила ужин и побежала к месту встречи. Успела! Теперь можно и перевести дух.

Я снова стояла, как Андо, и задумчиво смотрела вдаль. Что могло быть там, что демоны вдруг решили прекратить сотрудничество с драконами? И кто тот таинственный мужчина, который поставил на меня защиту? Почему я всегда прилетала к нему во время астральных прогулок? Если бы я только могла знать.

— Вы так смотрите, словно вас что-то манит на территорию демонов, — голос Златоглазого прозвучал с легкой улыбкой, хотя его лицо оставалось спокойным. — Добрый вечер, Валя. Решили вернуться к пунктуальности?

Я невольно покраснела. Этот дракон никогда не оставит меня в покое. Или я просто слишком остро реагировала на его замечания?

— Я обещала, что больше опозданий не повторится. Добрый вечер, милорд Златоглазый. Опять будете читать мои мысли? — спросила я спокойно.

— А стоит? — наконец улыбнулся дракон. — Нет, Валя, не буду. Хотя, должен признать, экранироваться от вас — то еще испытание.

— То есть? — я задумалась над его словами.

— Вы очень громко думаете, — объяснил он. — Понимаю, вы из другого мира, поэтому будем учиться. Обычно это я стараюсь ломать чужие блоки, а с вами — наоборот: работаю, чтобы сохранить свой.

Это был комплимент? Во всяком случае, я успокоилась, что мои мысли сегодня останутся при мне. Робко улыбнувшись, я оторвалась от созерцания темной дымки и сделала шаг к преподавателю.

— Я какая-то дефектная, да?

— Нет, — покачал головой Златоглазый. — Просто необычная.

— Как мышка для экспериментов.

— А кто такая мышка? — снова улыбнулся Арегван.

— Это такая… — я попыталась объяснить, но запнулась, увидев знакомое облако иллюзии.

Златоглазый сделал приглашающий жест рукой, предлагая мне объяснить с помощью него.

— Может, все-таки посмотрите? — я нахмурила брови, указывая на свою голову.

Конечно, а то еще нарисую бегемота и скажу, что это мышь. А человек, то есть дракон, будет иметь неправильное представление о нашей фауне. Златоглазый проигнорировал мою мольбу и очаровательно улыбнулся. Его улыбка свела на нет все мои попытки сопротивления. А потом еще говорят, что девчонки по нему с ума сходят. Да он сам прилагает к этому огромные усилия!

Я тяжело вздохнула и начала рисовать.

Через пятнадцать минут я закончила эскиз, отдаленно напоминающий мышь. Я показала его преподавателю, добавив, что мышь серого цвета и в десять раз меньше моего творения.

— Нет, вы не мышь, Валя, — уверенно заявил Златоглазый, осмотрев результат моей работы.

Его слова заставили меня рассмеяться.

— Очень хорошо! — неожиданно похвалил меня дракон. — Страх отпускает?

— Какой страх? — нахмурилась я.

— Страх по отношению ко мне, — пояснил он, улыбаясь одними глазами.

Красивые глаза. Очень красивые. Мне нравилось смотреть на пламя, переливающееся в их глубине. У человека такого оттенка не встретишь, а глаза Арегвана периодически сверкали. Наверное, Златоглазому не нужны были дополнительные предметы для гипноза — он умел завораживать одним взглядом. Не зря Эмманиэль так эмоционально описывала мужчину в нашу первую встречу.

Однако я ответила честно:

— Я еще не поняла.

— Что говорит интуиция?

— Что вам можно доверять, — ответила я, не отводя взгляда.

— А что вас останавливает? — его голос звучал мягко и успокаивающе.

— Ваша раса, — призналась я. — Вы только не обижайтесь, ладно? Просто некоторые драконы любят забирать все необычное в свою пещеру и запирать в клетке с сокровищами. А на меня, точнее, на мой дар кукловода уже начали облизываться.

Я думала, он обидится. Но Златоглазый задумался над моими словами и серьезно ответил:

— Если я пообещаю, что этого не сделаю, вы мне поверите?

— Не знаю. Вас уже не было, когда меня передали милорду Стремительному. Он постоянно говорил, что с моим даром можно творить великие дела, если его развить.

— Поэтому вы ему не рассказывали о своих достижениях? — догадался он.

— Когда вы читаете мои мысли, мне страшно, я чувствую себя голой, — призналась я, уступая интуиции. — Я думаю, что смогу помочь миру. Ведь если я кукловод, то могу залезть в чью-то голову и подсмотреть мысли. Но я не хочу делать ничего, что может навредить другим. И я очень хочу домой.

— Вы знаете, что это невозможно, — мягко, но безапелляционно возразил он.

— Знаю. Но попытки вернуться от этого не прекратятся.

— Ваше право, — кивнул он. — Кажется, я понял вашу проблему, Валь. Вы не можете признать связь с миром Пределов. Может, попробуете расслабиться? — подмигнул он мне.

— Как именно?

— Давайте совместим приятное с полезным, — предложил Златоглазый, протягивая мне ладонь.

Я осторожно вложила в нее свою руку. Дракон осторожно приблизил меня к себе, обняв за талию.

— Что вы делаете? — вздрогнула я, пытаясь отстраниться.

Возможно, из-за утреннего инцидента с Юрином или потому, что близость взрослого мужчины пугала меня.

— Совмещаю приятное с полезным, — невозмутимо ответил Златоглазый, не давая мне отодвинуться. — Вы мне верите?

— Сейчас — не очень.

— Честно отвечаете — уже хорошо, — улыбнулся Арегван, а потом в моей голове зазвучала мелодия. — Это иллюзия. Звук слышим только мы с вами. Умеете танцевать? — спросил он, глядя на меня пылающими глазами.

— Практически нет, — призналась я.

— Смотрите, — он отстранился. — Это не так сложно. — Арегван показал несколько простых движений, идеально подходящих к тихой, плавной мелодии. — Это наш весенний вальс. Давайте попробуем, а, Валь? — он поднял одну черную бровь.

Я все еще была в оцепенении и испуганно спросила:

— Это ваш метод преподавания?

— Хотите, чтобы я попробовал на ком-то еще?

В алых глазах мелькнуло лукавство. Как быстро они меняли оттенок! Я невольно залюбовалась.

— Н-не знаю.

— Хорошо, я подумаю, — уголки его губ приподнялись.

Не дожидаясь моего согласия, он мягко подтолкнул меня к первой фигуре танца.

— А теперь попробуйте проникнуть в мою голову.

— Что? — я даже забыла о танце.

Но Арегван снова вернул меня к реальности:

— Не так, как обычно. Просто посмотрите мне в глаза и попробуйте оказаться внутри. Когда музыка в вашей голове изменится, это будет сигналом, что вы справились.

Златоглазый замолчал и продолжил вальсировать, а я пыталась отвести взгляд, чтобы не смотреть на него. Как попасть в сознание Арегвана? Я не могла сделать этого осознанно. Но рука дракона исчезла с моей талии, оставляя ощущение пустоты, и коснулась подбородка, подняв его так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Не бойтесь, Валь. Если что — я подстрахую.

Легко ему было говорить! Однако стоило его взгляду встретиться с моим, как страх исчез. Я поняла, что смогу. Хотя как — пока не представляла.

— Вы меня гипнотизируете? — вдруг спросила я.

— Почему вы так решили? — в его глазах мелькнуло удивление.

— Когда я смотрю на вас, перестаю бояться, — призналась я.

— Это не гипноз, а интуиция, — улыбнулся мужчина. — Она в вас сильнее.

Его рука снова оказалась на моей талии, и по спине побежали мурашки. Но до чего же красивыми были глаза напротив!

Музыка внезапно изменилась. Неужели я попала в сознание Арегвана? Меня затягивало все дальше и дальше, пока я не очутилась у красивой золотой двери с резной ручкой. Любопытство пересилило все остальные эмоции. Я ведь зайду только на минутку. Можно?

Дверь легко поддалась, и я вошла в темную комнату. Здесь было холодно и пусто. Стоило подумать об этом, как комната наполнилась алым светом. Огонь был таким же, как цвет глаз Арегвана. Он сиял, бросая пламенные блики на золотой алтарь в центре комнаты. К алтарю вели шесть каменных тропинок. Дверь, через которую я вошла, была началом одной из них. Между тропинками — бездонная пропасть. Страшно и красиво. Но почему-то меня это не пугало. Я сделала шаг к алтарю и почувствовала, как кожу начинает жечь. Следующий шаг — и волоски на астральной коже загорелись. Я больше не могла идти. Мне было больно, я могла пострадать. Я повернулась и побежала обратно. А потом меня затянуло в круговорот, и я вспомнила, что забыла закрыть дверь. Но вернуться уже не могла. Меня вынесло в реальность.

Арегван держал меня за талию. Я дышала, как после тяжелой работы. Его взгляд был обеспокоенным. Он переживал за меня? Это оказалось приятно.

— Вы в порядке? — тихий голос заставил меня вздрогнуть.

Путешествие в сознание Арегвана изменило мое отношение к мужчине. Теперь я воспринимала его как нечто родное. Так куда же, все-таки, занесло меня желание оказаться в мыслях дракона?

— Вроде да, — кивнула я, замечая, что мы все еще танцуем на стене, а в голове снова звучит плавный весенний вальс. — Только, кажется, я зашла слишком глубоко.

В глазах дракона отразилось любопытство. Я поняла, что каждой эмоции в них найдется свой уникальный оттенок. Золотисто-желтые, песочные, пламенные, оранжевые, алые — глаза этого дракона могут менять цвет на совершенно фантастический.

А я, кажется, рассуждала, как обычная влюбленная в него девчонка!

— Все нормально, Валь, — улыбнулся Златоглазый. — От слишком глубоких погружений иногда бывают неожиданные встряски. Со временем это пройдет.

Нет, не пройдет.

Я точно это знала.

Как знала и то, что до дрожи в коленях хочу снова оказаться в темной комнате и прикоснуться к живому огню с алтаря.