Сердце ведьмы

Трясущимися руками я принялась заполнять документы для поступления в Академию магии. Пусть и не на себя, а на младшую сестрёнку — её возраст и магия огня, срочно нуждались в укрощении. А что могла дать ей я — обычная, неучёная ведьма, на которую свалилось всё сразу четыре года назад? Нет, я не жалуюсь. Я очень люблю свою семью и осознанно сделала свой выбор. Хотела бы я учиться в Академии? Когда-то я очень об этом мечтала, но в один миг всё изменилось. Изменилась жизнь всей нашей семьи…

Меня зовут Селеста. Я одна из пяти детей семейства Гейл, вторая по старшинству. Недавно мне исполнилось восемнадцать. Я — ведьма, как и моя покойная матушка. Дар передался мне от неё. Отец, тоже ныне покойный, был простым смертным, который влюбился в ведьму — в замужнюю ведьму. За это он и поплатился.

Первый муж моей матери, Зевулон, был магом огня. Они поженились, и вскоре родился мой старший брат Кайн. Спустя несколько лет Зевулона призвали на службу. Через пару лет мама заскучала и приютила путника. В народе говорили, что ведьмы обладают свободным нравом, природным обаянием и красотой, перед которой не могут устоять даже демоны — сильнейшие существа нашего мира. Что уж говорить о простом смертном — у него не было никаких шансов.

Так или иначе, через два месяца после того, как мама подселила соседа, вернулся её муж. Застав жену с посторонним, Зевулон тут же избавился от него. Каким образом — история умалчивает. Больше мама его не видела. Но тот мужчина оставил ей «подарок» — она забеременела. Так на свет появилась я.

Зевулон простил маму — то ли из большой любви, то ли под действием какого-то зелья. Надо признать, несмотря ни на что, он был для меня неплохим отчимом. Эту историю я узнала уже взрослой, но, наверное, ещё не достаточно зрелой, чтобы осознать всё произошедшее. Восприняла новость сдержанно — тогда было не до личных переживаний.

Через четыре года после моего рождения появилась на свет Лейла. Как и Зевулон, она и Кайн унаследовали магию огня.

Вскоре после рождения Лейлы Зевулона снова призвали на службу, и больше он не вернулся — погиб героем. Позже мама родила нам братика Таира. Сейчас этому неугомонному мальчишке уже десять лет. Его отец был магом ветра. Почему был — потому что унесло его, как ветер, в неизвестном направлении. Таиру достался отцовский дар.

Спустя ещё шесть лет мама снова забеременела — нашей младшей сестрёнкой. Мне тогда было четырнадцать. К сожалению, это оказался последний день жизни нашей матери. Всё произошло слишком быстро. Перед смертью мама успела сказать, что её гибель — дело рук соперницы, и попросила назвать дочь Сарой. Кто был её отец и кто эта таинственная соперница — мама так и не сказала. Мы выполнили её просьбу и назвали девочку так, как она хотела. Со временем выяснилось, что малышка обладает магией воды.

Так на нас со старшим братом легла ответственность за всю семью. К счастью, обучение Кайна в Академии магии уже было оплачено, и он старался изо всех сил. Кайн оказался не только сильным магом, но и прилежным учеником, что позволило ему получать стипендию и устроиться на работу. Все заработанные деньги он отправлял нам.

Я присматривала за младшими, варила зелья по маминой книге и продавала их в лавке, оставшейся после неё. Так мы и выживали. Когда Кайн окончил Академию, его пригласили на службу к королю Фаилю IV. Это позволило нашей семье наконец вздохнуть свободнее — накопить на обучение Лейлы и начать откладывать на младших.

Жизнь постепенно налаживалась. Может, мы и не выглядели как столичные красавицы, но и на нищих уже не походили. Мы жили в деревне недалеко от столицы, в королевстве, где правил король Фаиль IV — маг воды. О нём было известно немного, ходили лишь слухи о нём и его жене. Но, как и полагалось, к королевскому семейству относились с почтением.

Хотя попытки переворотов всё же случались, исходили они в основном из соседних государств. Наша Валандия располагалась на землях, богатых различными ископаемыми, особенно драгоценными камнями, которых не было больше нигде. Из них изготавливали магические артефакты и амулеты, что приносило основной доход в казну.

Именно поэтому многие стремились свергнуть нашего короля и завладеть нашими землями. Но все попытки оказывались тщетными. Помимо чудесных камней, на нашей стороне были и демоны. Не то чтобы они были нам друзьями — скорее, смотрели свысока, как и подобает демонам, — но благодаря тому, что дочь короля демонов — Кахира, Арида, стала женой Фаиля IV, между нашими народами установился мир. Мы обрели надёжных и могущественных защитников.

Демоны называли себя высшей лигой — и не безосновательно. Они действительно были сильны, хитры, умны и, по рассказам тех, кому доводилось их видеть, — просто демонически красивы. Мне же, встретить их не довелось. Да и что им делать в нашей деревне?

Однако союз с нами был выгоден и для демонов. Камни, что приносили силу и богатство нашему королевству, в их руках не обладали никакой магической мощью. Для этого им нужны маги. Хотя при этом же камни не могли и навредить демонам. Зачем они вообще были им нужны– не ясно. Ни один камень не мог навредить — кроме одного. Точнее, двух. Сердце, разделённое на две части, на две пульсирующие половины, словно живое, бьющееся в такт далёким подземным венам земли. В тусклом свете факелов они переливались глубоким, гипнотическим сиянием — смесью фиолетового и чёрного, с прожилками, напоминающими трещины в вулканическом стекле. Если соединить их, камень обретал такую силу, что мог подчинить массы людей и демонов разом, заставить их склониться в слепом повиновении, исполняя любую волю хозяина.Его нельзя было уничтожить — все попытки провалились, как и усилия спрятать. Поэтому столетие назад приняли решение разделить Сердце: одну часть хранили в мире демонов, а вторую охраняло наше королевство.

Хотя мама говорила, что это всё выдумки про охтопаз — так он назывался, — я всё равно верила. В более позднем возрасте, пыталась расспросить Кайна, но на нём лежала печать молчания о государственных делах и делах королевской семьи. Я старалась его не мучить, хотя любопытство жгло изнутри. С детства я обожала такие рассказы.

Но зная своего братца, он не рассказал бы ничего, даже без печати. 
За все восемнадцать лет я не встретила человека более надёжного и верного, чем Кайн.

Он никогда не показывал своих чувств и эмоций, но мы всегда знали: мы под его защитой — тенью стража, что незримо стоит за спиной, готовый к удару в любой миг. Внешне Кайн, Лейла и я были больше похожи на маму. Высокий Кайн с тёмными волосами, как ночь, и глазами цвета чистого неба — редкость для огневика, чья стихия обычно полыхает жаром. У Лейлы те же тёмные пряди обрамляли лицо, но с тёмно-синими, почти фиалковыми глазами, полными упрямого ледяного пламени. Таир выделялся светлыми локонами и янтарными глазами, искрящимися озорством воздуха. А у меня и малышки Сары — изумрудные очи, искрящиеся зелёным блеском под солнцем; только её рыжие, как лесной пожар, кудри выделяли ее.

Таир и Сара, младшие в семье, всегда дрожали при мысли, что я выйду замуж или Кайн свяжет себя брачными узами. Честно говоря, я сама иногда робела перед этим — не за себя, а за братца. И не удивительно: высокий, с атлетической фигурой, выкованной тренировками в Академии, тёмными волосами, ниспадающими на плечи, и небесно-голубыми глазами, он притягивал взгляды, как магнит. Девушки вились вокруг него роем, особенно на каникулах: то одна "случайно" проезжала мимо нашей деревни, то другая заглядывала "в гости" с румянцем на щеках. Но Кайн оставался холоден, не привязываясь ни к кому. Я желала ему только лучшего и верила: рано или поздно та, что растопит его ледяное сердце обязательно найдётся

Что до меня, замуж я не рвалась и влюбляться тем более. Лейла с Таиром переживали: вдруг я сама уйду или меня украдут? Кайн же методично разгонял ухажёров — парней из деревни или его сокурсников, что осмеливались заглядываться. Перед зеркалом я видела симпатичную девушку среднего роста: длинные чёрные кудри каскадом падали до пояса, изумрудные глаза переливались зеленью или синевой в зависимости от света, густые чёрные ресницы обрамляли их, слегка курносый нос венчала россыпь веснушек — золотистые точки, что раньше бесили, а теперь даже нравились . Хотя неудачные детские опыты по их "устранению" помнит еще весь дом : зелья взрывались, оставляя волосы дыбом или лицо синим на неделю. Мама подшучивала, Кайн с дружками не давал спуску — да, он тогда был тем ещё сорванцом.

Не смотря на мое приятное отражение, столичные друзья братца, приезжавшие свататься, вызывали у меня недоумение: я видела красавиц из Академии магии, статных, в изысканных платьях для городских прогулок, с грацией королев.

Мне было десять, когда я впервые приехала к Кайну в Академию. Высокие башни из белого камня, увитые плющом, витражи с рунами, шелест мантий — я смотрела на этих прекрасных девушек и мечтала: скоро и я на ведьминском факультете, буду не гостья, а ученица. Но судьба или боги распорядились иначе.

Вечерами в нашей уютной гостиной, у камина с потрескивающими поленьями, мы пили травяной чай, болтали и разбирали книги. Лейла часто вздыхала:

— Не справедливо, что тебе из-за нас приходиться жертвовать всем

—Чем всем? — спрашивала маленькая Сара — Что значит жертвовать?

—Учебой в Академии, счастливым замужеством.

—Я ничем не жертвую —успокаивала я ее — я читаю книги, изучаю самостоятельно, и потом я же не стихийный маг, а всего лишь обычная ведьма.

—Ты не обычная, ты сильная ведьма, даже сам Кайн говорит, что заговоренные тобой амулеты, не сравнятся даже с королевскими- восклицала Лейла, —Ты могла быть главной ведьмой королевства, а возишься тут с нами.

—Но Селесточка, жениха мы тебе найдем сами, когда подрастем, ты только подожди немного - словно упрашивал меня Таир

—Я вас люблю больше всех на свете, и не променяю ни на какую Академию и ни на каких женихов! —смеялась я. И это было абсолютной правдой. Даже, если бы у нас были деньги, я не смогла бы оставить своих младших брата и сестер. Они нуждались во мне. Лейла же была просто сгустком магии огня. Ее сила иногда пугала. Характер сильный как и у всех Гейлов. Эта девочка постоянно стремилась овладеть чем-то новым. От ее экспериментов трясся дом.

—Я не хочу поступить в Академию и быть в отстающих. Другие наверняка учатся чему-то. –повторяла она когда мы в очередной раз тушили пожар, устроенный ей. Она постоянно изучала книжки, и учебники, которые Кайн привозил ей. Не отходила от него, пока он не научит ее новым заклинаниям. Ведь их магия была идентична.

Таир дразнил ее «заучкой». Как и полагалось стихии воздуха – постоянно раздувал ее огонь. Эти двое иногда просто сводили с ума. Таир был тем еще сорванцом. Этот мальчишка порой приносил хлопот не меньше, а то и больше, чем вечно стремящаяся к знаниям и экспериментам Лейла, Он был уже красивым мальчиком, высоким, относительно свих сверстников, с глазами цвета янтаря. Но с ним было порой мне сложно справиться. Повезло, что Кайн был для него авторитетом. Его он слушался беспрекословно. Я отдыхала, когда он приезжал домой.

Вот с кем не было проблем, так это с малышкой Сарой, она обладала очень мягким и покладистым характером, Эта рыжая кудрявая девчушка, хоть была еще 4 летней, но я уже видела толпы женихов, просящих ее руки. Нежная, добрая, очаровательная, будто соткана из солнечного света и любви.

Это была моя семья, даже не было в мыслях оставлять их, ради замужества тем более. Да и повторять судьбу мамы, как бы я не любила ее, мне не хотелось. Хотя, признаюсь, я этого боялась, ведьмы отличались свободными нравами и своей любвеобильнотью. Но за собой я пока такого не замечала …