Яркая вспышка озарила острые скалы горного хребта, укрытого непроглядной пеленой ночи. Земля задрожала под ногами. Но ни останавливаться, ни тем более оборачиваться не было ни сил, ни желания. Нужно было как можно дальше уходить с места приземления. Нет, меня не волновали возможные местные жители или местные хищники, что сбегутся на место шума. А вот попасть в зону воздействия возможной утечки радиации из блока питания капсулы спасения – это меньшее, чего желаешь, и так едва не расставшись с жизнью.
Действие адреналина давно прекратилось, и мысли ещё были спутаны. Но это не помешало осмотреть себя и скудные припасы на ближайшие несколько дней. Литра энергожидкости и трёх питательных батончиков хватит, чтобы поддерживать тело около ста двадцати стандартных земных часов. Улучшенный скафандр с облегчённым экзо-скелетом поможет двигаться без остановки примерно столько же.
Даже страшно подумать, что я не найду этому замену или не встречу хоть какие-то зачатки цивилизации. Абихар а н – планета седьмого класса стандартной системы отслеживания пригодных для жизни небесных тел. Точное название Абихаран П7-Д7-З. Вот если бы не «Д7» и не «З», моему счастью не было бы предела. А так… подкласс «Д» значит, что на планете есть жизнь, цивилизация, но «7» - не дошедшая до технологического развития, застрявшая в древних временах. «З» - запрещена для посещения всеми космическими расами, во избежание контакта.
Иными словами, я выжила, нарушив пятую поправку в закон «о невмешательстве в развитие планеты», грозящий мне смертной казнью. Замечательно! Что ещё тут скажешь? Ещё год назад, до всей этой страшной войны с дэхар а зами, такое приземление гарантировало бы мне пожизненную ссылку на Землю, без возможности её покидать. Даже, если я доживу до прибытия помощи и не выдам аборигенам своего здесь наличия.
Грёбаные шипастые ящеры! Жила бы я себе сейчас на Кварс а ре П7-Д1-С, работала в посольстве мелким переводчиком или, накрайняк, в инженерном отсеке помощником главного инженера. Но нет же! Приспичило им, видите ли, показать свои клыки в пространстве Конфедерации и начать качать свои права. Тупые, агрессивные, кровожадные и властные ублюдки. Из-за них я оказалась на том крейсере, из-за них выжила только я, из-за них я волочусь посреди горного хребта где-то на одной из запрещённых планет. Мрази!
Ладно, мне себя не очень-то и жалко. Сама решилась взять на себя инженерские обязанности при гипер-переходе на Арла а р П7-Д2-Н, а не мчаться на Сиддж е р П7-Д1-О в роли переводчика в команде нашего дипломата. А вот мать, оставшуюся на Кварсаре совсем одну, жалко. Она без меня, конечно, справиться, но волнение за единственного выжившего ребёнка, пусть и взрослого, её не оставит, пока я не вернуть.
Адовы дэхаразы!
И в таком ключе самобичевания и проклинания агрессоров, я брела уже семьдесят с половиной часов – почти трое суток этой планеты - по безжизненным камням, скалам и пересекала невысокие хребты, предпочитая двигаться хоть немного по прямой. Рано или поздно мне встретится хоть что-то. Горные источники, мелкая растительность, любой вид живности или, в худшем случае, поселение аборигенов. Но я не видела ничего. Да где же всё? Только камни и горы до самого горизонта! А запасы у меня не бесконечны, как их не растягивай.
Чудо, если это можно так назвать, случилось на восемьдесят втором часу хода. После очередного бесчисленного подъёма на высокую скалу, передо мной оказалось каменная равнина в небольшой низине. В её середине стояли разрушенные строения из камней, дерева и ткани. Если присмотреться, то местами ещё виден дым. Да и разрушения совсем свежие, - отметила я, приблизившись к руинам.
Остальные мысли и слова исчезли от увиденного. Повсюду лежали оторванные части или почти целые тела, заливая светло-бурые камни плато пурпурно-красной и желто-зелёной кровью. Боже! Что здесь случилось? Но больше в голове звенел вопрос: «что за существа здесь жили?». Если раньше, я не присматривалась, то теперь видела части тел животных: змеиные хвосты и конские ноги.
Но, если в начале поселения было чистое месиво, то вскоре, почти в самой глубине и в домах, стали попадаться более цельные экземпляры тел, заставившие глаза на лоб лезть. То тут, то там лежали наги, а вперемежку с ними - асуры, трёхрукие и копытоногие существа, некоторые даже с рогами. Мужчины, женщины, дети, старики – все были мертвы.
У нагов кровь была от оранжевой с жёлтой до салатовой с изумрудно-зелёной. Если подумать, то это зависело от того, насколько сильно его тело было больше змеиным или человеческим. У асур тот же принцип, но кровь была либо фиолетовой, либо пурпурно-красной, а у одного – того, что с рогами, - больше синей.
Обходя поселение в поисках выживших или хотя бы того, что могло бы пригодиться в дальнейшем мне, я услышала в лёгком вое ветра тихое шуршание. И замерла. Режим ночного видения у забрала шлема недавно перешёл в смягчающий режим – до рассвета несколько минут, не хотелось бы ослепнуть, - так что рассмотреть мелкие признаки движений я успела. Под развалинами небольшого дома мелко дрожала ткань упавшего навеса, заменявшего когда-то дверь. Жаль, у шлема отказал при аварии тепловизор, зато работает усилитель звука. Шуршание стало громче, как и еле сдерживаемое испуганное дыхание с биением маленького сердечка.
Ребёнок?
Тело передёрнуло от ужаса, вспоминая всё увиденное. И малыш выжил в этом месиве? Выжил, напуган и не проживёт без помощи взрослых, особенно, если напавшие вернуться. Осторожно двинувшись в его сторону, я специально делала шаги погромче, чтобы не напугать сильнее резким появлением. Вот только, кажется, сработало это в обратном порядке. Малыш вообще перестал дышать и шевелиться.
Остановившись точно перед ним, я присела на корточки и протянула руку к ткани. Лёгкое движение - и она откинута, а ребёнок, пискнув, весь сжался и зажмурился, будто в ожидании удара. Ого! Этот малыш – наг. Бледно-салатовый метровый хвостик с более тёмными пятнами, идущими сужающейся полосой от середины спины, где начинается хвост, до места, где должна заканчиваться попка. Ну, я так думаю, потому что бёдра перевязаны куском ткани, как юбкой. Кожа человеческой части ребёнка была буквально алебастровой с чуть салатовым оттенком. Короткие волосы белые, как снег. На ручках, закрывающих рот от рвущегося крика, маленькие белые коготки. В остальном же – просто ребёнок, малыш лет четырёх-пяти.
Ожидаемого им удара не последовало, так что мальчишка открыл сначала один глаз. А потом резко открыл второй, заметив мои ноги. Ого! У него и глаза почти нечеловеческие. Полностью салатового цвета и с чёрным кошачьим зрачком. Хотя, если присмотреться, радужка потемнее склеры будет. И это чудо стало поднимать удивительные глаза всё выше, раскрывая их всё шире, пока в уже полном ужасе не уставился на шлем, в предположительное местонахождение моих глаз. Дрогнул всем телом и закатил глаза, теряя сознание.
Обморок! Шикарно! Не думала, что шлем снаружи выглядит так страшно. Хотя-я-я-я... В темноте ночи что-то чёрное, с сияющими синим линиями на лице – они расходятся от центра вниз к подбородку и в стороны по вискам уходят назад, - думаю, выглядит достаточно страшно для столь испуганного малыша. Ну ладно. Мне же проще. Кричать не будет, привлекая лишнее внимание.
Подхватив маленькое тельце на руки, я зашагала дальше по намеченному пути. Всё равно ничего не нашла, только колодец в центре поселения. Но в нём было чьё-то тело, так что вода испорчена. Может потом ещё найду источники почище. Да и само поселение имело тонкую тропинку, уходящую чуть правее моего маршрута.
Двигаться по этой дороге сейчас слишком опасно, но и терять её из виду тоже не стоит. Так что, выпустив ненадолго мини-дрон вперёд и вверх, чтобы передал мне карту местности и маршрут, я двинулась параллельно.
Солнце показалось сразу, как только мы покинули равнину с руинами. Но ни через час, ни через два и даже ещё три после них – итого, шесть часов, - малыш так и не пришёл в себя. Неужели, шок был таким сильным? Я сделала привал, чтобы осмотреть внешнее и отсканировать внутреннее состояние мальчишки. Вдруг, он получил травмы, мешающие пробуждению? Но нет, ни ран, ни повреждений как снаружи, так и внутри я не обнаружила. Только мелкие царапины по всему телу. Может, он был чем-то отравлен через них?
Достав сангвитестер из тайника левого наруча, взяв малыша за руку и приготовившись проколоть иглой вену на сгибе локтя, я застопорилась. А выдаст ли анализатор опасность? Малыш – полузмей, а с такими существами человечество, как таковое, открыто не сталкивалось – если только в далёких мифах Земли. Возможно, Искатели новых заселённых и пригодных планет и смогли столкнуться с ними, но информация осталась не в общем доступе, а планеты просто входили в список запрещённых. Хотя, о чём это я, Абихаран – как раз подходит под эту категорию.
Но выбора у меня нет. Найдя вену и сделав прокол, дождалась сигнала завершения забора крови и стала следить за показателями на экране шлема. Удивительно, но кровь нагов очень близка по составу с человеческой, на семьдесят три процента. Остальное, видимо, относиться к их змеиной части. Вот она-то и была несмертельно, но ядовита, как испорченное молоко для желудка. Хотя суть не в этом. Сангвитестер не выявил никаких отклонений по крови, только несколько превышен гормональный фон. После случившегося, не удивительно.
Малыш здоров, слава Богу. Так что мы продолжили путь. Эх, жаль его нельзя закинуть на плечо для удобства. Нет, дело не в прильющей к голове крови, а в острых наплечниках моего скафандра. М-да, всегда казалась эта деталь лишней. И вот результат. Но они нужны для сцепки с дополнительными доспехами или при регуляции полёта.
Как же было бы проще, пролети я всё то расстояние, что сейчас иду пешком. Но тратить на такое энергию – расточительство. Просто потом перенастрою аккумуляторы на подпитку от солнца, как только доберёмся до безопасного места или следующего привала.
Привал ждать слишком долго не пришлось. Полтора часа к уже прошедшему времени - и малыш начал приходить в себя. Хм, почти к полудню. Осторожно уложив его на землю, отошла на пару метров назад, вновь присев на корточки. Снимать шлем было уже поздно, малыш открыл глаза.
Сначала непонимающе уставился на небо сонными глазами, потом, видимо, вспомнив вчерашнее, подскочил в сидячее положение и стал оглядываться. Замер, заметив меня и бледнея лицом. Глаза полны ужаса, но слёз нет – и то хорошо. Думаю, истерики не будет.
Осторожно поднимаю руки раскрытыми ладонями к нему, тянусь к шлему. Щелчок отсоединения заставил мальчика вздрогнуть, но никаких лишних движений он не сделал. Хорошо. Медленно снимаю шлем и опускаю вниз почти к земле. Далеко убирать не стоит, вдруг малец не выдержит и всё же рванёт куда подальше.
Воздух планеты отдавал какой-то нежной сладостью и лёгкой горечью, стояло вдохнуть полной грудью. Истинно горный воздух. Чист, чуть суховат, так же разряжен, как и на большой высоте. Ещё не успел прогреться до конца. До этого фильтры шлема хорошо справлялись со всеми возможными примесями. Так что на третьем вдохе голова слегка закружилась. Думаю, с непривычки. Адаптация пошла, как только я вышла из спасательной капсулы, но нужно следить за собой и медленно давать себе подстраиваться под новый мир, чтобы не навредить телу безвозвратно.
Мальчишка дрожать перестал, но на лице отразилось удивление и непонимание. Он бегал по мне взглядом, цепляясь за отдельные детали: ноги – явно не с копытами, руки – всего одна пара, голова – рогов нет, да и кожа молочно-персикового цвета. Больше всего его привлекли глаза, даже чуть придвинулся, вглядываясь в них.
Обычный, распространённый на Земле тёмно-серый цвет, третий по популярности между разными оттенками карих и голубых. Тёмно-русые волосы, собранные на затылке в плоскую шишку для удобства ношения шлема, отливали на солнце тусклым серебром – признак того, что я чистокровная землянка, долго пробывшая космосе. Но для малыша всё во мне было необычно. От макушки до пят. Даже грудь заинтересовала, хе. Понял, что я женщина? Видимо, да, судя по чуть зарумянившимся щёчкам.
- Ш а рше ва?* – тихо и хрипло выдохнул мальчик.
Что? Точно! Я ведь на нетронутой планете. Межгалактическому языку тут взяться неоткуда, а здешний мне знать неоткуда. Плохо, это весьма плохо, учитывая, что мы движемся к населённым пунктам. Нужно с этим что-то делать. Если получиться как-то уговорить малыша, то он обучит меня основам, а дальше программа адаптации, встроенная в систему скафандра, поможет.
- Я тебя не понимаю, - ответила я ему, вызвав оторопь. Медленно положила руку на грудь и представилась: - Мира, - перевела на него руку и сделав гримасу вопроса. Не понял. Сделала так ещё раз. Дошло.
- Ки а ш, - положил даже ладошку на грудь, а потом указал на меня. – Мира.
Кивнула и улыбнулась, показав заодно, что и звериных клыков у меня нет. А то, были среди тел как нагов, так и асуров такие оскаленные пасти, что дэхаразы обзавидовались бы.
Малыш хотел улыбнуться, но, оглянувшись, стал грустным. Даже что-то попытался спросить. Робко так, осторожно. Видимо, хотел узнать, выжил ли кто ещё. Но по моему взгляду понял, что нет. Хм, а он смышлёный. Хотя, он живёт в таком мире, что без хорошей смекалки и не выжить.
Встав на ноги, я прицепила шлем к бедру на магнит и достала из-за спины выше лопаток панель настройки аккумулятора. И под любопытные взгляды мальчишки начала постройку нужного алгоритма. Благо скафандр нового поколения попался, на установку зарядки от солнца не понадобилось и пяти минут. Зато теперь можно не волноваться за питание, даже в ночной период – заряда от одного часа на солнце хватит на два ночных.
Малыш, вставший на хвост, чинно сложил на животе руки и, то и дело, облизывал губы. Ему хочется пить? Простой воды у меня нет. Отсоединив небольшую дополнительную капсулу с энергожидкостью с пояса, подозвала Киаша к себе. Тот неуверенно, но подполз. Жестом указала ему открыть рот – открыл. Думаю, миллилитров сто ему хватит, чтобы утолить жажду и получить энергию до вечера.
Когда малыш отпил свою порцию, глаза его удивлённо раскрылись, а через пять минут пропала и вялость в теле. Отлично. Теперь можно двигаться дальше. Я отошла на пару метров, но, не услышав шуршания его хвоста, обернулась. Киаш стоял и непонимающе смотрел на меня. Пришлось махнуть рукой, зовя за собой. Вздохнув, он всё же пополз следом.
Мы прошли всего четверть часа, как наг что-то залепетал и указал чуть правее. Он знает дорогу до ближайшего поселения? Я вопросительно на него посмотрела. Опустившись «на корточки», он пальчиком нарисовал два кружочка и извилистую ленту между ними. Указал на ближайший к себе круг, потом на себя, перевёл пальчик на другой круг и указал в то же направление, что и раньше. Кивнула, что поняла его и стала вышагивать в нужную сторону.
Киаш даже расцвёл от этого и быстро пристроился рядом. Но слегка отставал, потому что был ещё мал, но проситься на руки или просто взять за руку не решался. Хоть я и видела, как он мнётся, протягивает ручку к моей, но быстро себя отдёргивает и просто старается ползти быстрее. Пришлось идти на компромисс и протянуть ему ладонь. Ох, сколько радости отразилось на его лице, что даже грусть в глазах на мгновение пропала.
Малыш схватился за ладонь, как в спасительный круг, а я чуть снизила скорость и длину своего шага. Вскоре мы вышли на дорогу, которую я так тщательно избегала всё это время, но Киаш уверенно тянул меня дальше по ней. Буду надеяться, что ни с кем опасным не столкнёмся. А если и столкнёмся, то оружие всегда при мне.
До следующего поселения мы шли около двух часов под палящим солнцем. Мне было комфортно в скафандре, только голову чуть пекло. А вот малыш уже тяжело дышал, даже находясь у меня за спиной и в моей тени. Но таким ходом мы-таки добрались до деревни. Если сорок с лишним домов поселения, построенного кругом, можно так назвать. В нём, слава Богу, кипела жизнь, и не было ни одного признака нападения. Киаш даже весь приободрился, заслышав родную речь, и пополз чуточку быстрее уже рядом со мной.
Когда мы попали в видимость дозорных, те тут же подняли крик и зашевелились. Раздались и испуганные крики жителей, озадачившие малыша. Ну, чего он хотел? У них тут, как я поняла, довольно опасная местность. Так что наги-воины, спешащие нас перехватить на подходах, скоро оказались недалеко, но так и замерли, увидев Киаша. Один из них его даже узнал и пополз к нам, пока остальные стояли в непонимании.
Малыш хотел броситься ему навстречу, но неуверенно посмотрел на меня, на наши вновь сцепленные руки. Пришлось улыбнуться ему и кивком головы указать на подползшего нага. Ого! А вблизи и вживую они куда больше, чем я думала. Этот был выше двух метров и имел очень широкие плечи, накаченный торс, длинные каштановые волосы, заплетённые в простую косу. На бёдрах серая ткань повязки, а на ней пояс с кожаными и с металлическими полосками на передней части. Прям как древнеримские птеруги, даром, что часть из железа. На могучих плечах кожаные треугольные наплечники, держащиеся на ремнях, скрещенных на груди и спине и прикреплённых к поясу.
Хвост. Его хвост, как и у большинства здешних стражников, был метров пять в длину, а то и больше. Тёмно-коричневого цвета без каких-либо рисунков, только «живот» чуть посветлее спины, наоборот темнеющей ближе к позвоночнику. Янтарные глаза смотрели пристально, а из ровной линии тонких губ то и дело показывалась тёмная лента змеиного языка.
Мы стояли друг от друга в метрах трёх. Не приближались ни мы с малышом, ни мужчина, ни другие воины.
- Киаш, - позвал стражник мальчишку, сурово нахмуривая густые тёмные брови и показывая головой, чтобы отошёл за его спину.
Но на всеобщее и моё удивление малыш отрицательно закачал головой и почти всем телом прижался к моей ноге. Мужчины даже стали переглядываться между собой полными растерянности взглядами.
- Р а кша ри р у ссти*, Киаш! – суровее высказался воин, протягивая ему уже свою когтистую руку.
- Рка*! – выкрикнул тот, теперь обняв ногу и хвостом. – Мира р а тва! Мира се асш у ри! Э се шт а кра в и а а э с*!
А дальше Киаш так быстро залепетал что-то, что для меня это слилось в сплошную какофонию шипяще-рычащих звуков. Зато мужчины его поняли, судя по удивлённым лицам и более расслабленным позам.
Что же это за язык у них такой? Чем-то напоминает смесь Тарви а нского, Окр и йского и С е рского диалекта Шумштр у ри, очень похожего на земные хинди и санскрит. Может они имеют общие корни и предков колонизаторов? Тогда я могла бы систематизировать его. Думаю, стоит попробовать, - решила я и запустила анализатор и систематизатор языков, введя необходимые параметры. Полученных данных пока мало, но они же ещё говорить будут, так что программе хватить должно.
По итогу этой небольшой стычки мы оба были пропущены в селение. Правда, нас, а точнее меня, всё время прожигали пристальными взглядами. Что ж, я их понимаю, как и всех попрятавшихся по домам жителей. Дома в селении были каменные, а крыши либо из дерева, либо из тканевого навеса. Ткань так же служила многим дверьми. И лишь пара домов имела двери из дерева. К одному из таких мы и подошли.
Наш главный сопровождающий и знакомый Киаша что-то громко крикнул, а через минуту оттуда выползли три взрослых нага и одна нагиня почти преклонного возраста. Ого! Я так понимаю, её можно считать за здешнюю Старейшину. Сопровождающий быстро зашипел ей что-то, потом она медленно и по-старчески мягко заговорила с малышом, так и не отпустившим мою руку. Благо хвост с ноги убрал.
Мальчишка чуть расслабился и стал отвечать. Снова несколько раз мелькнуло слово «асшури». Может это значит «асуры»? Очень похоже просто. И явно относиться к тем асурам, что я видела в его деревушке, которые и напали на неё. Под конец его рассказа стало мелькать и моё имя. Он говорил с улыбкой и благодарностью и даже снова обнял хвостиком мою ногу.
Старушка слушала внимательно и не перебивала, а потом, что-то обдумав, высказала своё мнение воинам. Те уже полностью расслабились и разбрелись по деревне, что-то говоря жителям, что они тут же стали появляться из домов. А Старейшина мягко улыбнулась мне, что-то сказала, обратившись по имени, и указала следовать за ней в дом.
Мы с Киашем переглянулись. Я вопросительно посмотрела на него, и он подарил мне почти счастливую улыбку и кивнул, потянув затем за руку внутрь строения. Что ж, пришлось идти. Даже наш сопровождающий зашёл - или лучше говорить заполз, - что-то тихо обсуждая с мужчинами этого дома.
Внутри всё было как-то… аскетично. Минимум мебели и вещей вообще, да и стены голые. В представшей передо мной гостиной были лишь низкие настилы-сидения, низкий столик между ними и всё. А, да, ещё на деревянном потолке прикреплено что-то в виде раковины моллюска. Может, это светильник, включаемый в тёмное время суток?
Женщина пригласила меня присесть на одно из сидений, сама уселась напротив. Двое мужчин встали рядом с ней, третий уполз через простенький проход куда-то в соседнюю комнату. Киаш без стеснения уселся ко мне на колени, а сверлящий его недовольным взглядом сопровождающий сел на соседний с моим настил.
Из проёма, где исчез мужчина, появилась девушка-нагиня с глиняными чайником и кружками на подносе в руках. Она вся дрожала, пока составляла всё на столик. Даже пыталась мне улыбнуться, но страх был слишком сильным, поэтому она быстро уползла обратно.
Киаш, никого не дожидаясь, набросился на принесённые булочки и сам себе налил отвар, похожий видом и запахом на чай. Правда, на секунду замер, посмотрел на меня, на булочку, снова на меня и протянул мучное изделие мне вместе с кружкой, а себе взял другие, заслужив улыбку. Так или иначе, я сначала просканировала еду анализаторами на ладонях прежде, чем к ней приступить. И не из-за недоверия к селянам, нет. Просто вдруг пища содержит что-то, что не подошло бы моему организму?
Старушка, проследившая за манипуляциями Киаша с небольшим удивлением, что-то мне сказала, видимо, начиная разговор. Но ответил ей малыш. Сопровождающий удивлённо что-то спросил у него. Тот кивнул и опять прошипел ответ с непосредственной интонацией, в этот раз сказав и моё имя.
Что же они такое говорят? Систематизирование языка языковой программой ещё не закончено. Я посмотрела на дисплей у правого наруча. Семьдесят один процент прогресса систематизирования. Слишком мало, чтобы заговорить, но уже неплохо. Ведь это показатель, что есть очень много схожих основ в словообразовании языка их мира с предположенными мной. М-да, не зря мать послала меня получать образование переводчика. Даже сказала, что на своих железках я далеко не уеду. Как в воду глядела!
Киаш, заметив мои манипуляции, весь извернулся, чтобы посмотреть на дисплей. Даже что-то мне проворковал, широко раскрыв глаза и посмеиваясь. Вот она, детская непосредственность. С ним столько случилось, а малыш всё равно ведёт себя как беззаботный ребёнок. За что, кажется, опять заработал выговор от нага-ворчуна.
Восемьдесят пять процентов. Девяносто три. Девяносто девять. И при каждой смене цифр, мальчишка весело и заливисто что-то щебетал, удивлённо и радостно посматривая на меня и на дисплей. Даже наш сопровождающий стал заинтересованно тянуть шею в нашу сторону, чтобы рассмотреть дисплей, но быстро возвращался назад и делал независимое лицо, понимая, что я его спалила.
Сто. Панель пискнула, заставляя малыша вздрогнуть, и показала запрос на активацию языкового адаптирования. Из капсул хранения на поясе достала звуковые адаптеры, похожие на беспроводную гарнитуру и под заинтересованные взгляды присутствующих надела на уши. Металл чуть холодил кожу ушных раковин, а потом часть отделилась и продвинулась в слуховые проходы. Эх, я готова. Подтвердив запрос на панели наруча, я скривилась от резкой боли во внутреннем ухе, распространившейся глубоко в голову, чем испугала присутствующих. Никогда не любила момент быстрого внедрения полученных знаний. Ужас, проще учить и запоминать, чем терпеть такое. Только сейчас обстоятельства требуют действовать быстро.
Сначала слова нагов не отличались от прежних, только в висках застучало от новой порции боли, но спустя несколько секунд я начала улавливать значение то тех, то других слов. Если всё пройдёт хорошо, то в ближайшие дни программа завершит процесс, и язык будет как второй родной.
Вот это да! Они ещё какого-то старичка привели в дом, чтобы тот меня осмотрел. Видимо, это лекарь. Он спрашивал у хозяйки дома симптомы моего недомогания и всё внимательней всматривался в меня. Так особо внятности не добившись, старичок с улыбкой подошёл ко мне и стал осматривать. Ему было предоставлено мало пространства для нужного осмотра, но он и не спешил ко мне прикасаться. Осматривал лишь внешне, то охая, то ахая. Ноги, руки, лицо. Особенно его заинтересовали глаза. Всматривался в них, пока я окончательно не смогла сосредоточиться на его чёрных радужках.
Удовлетворительно кивнув самому себе, лекарь что-то проговорил в сторону хозяйки, не сводя с меня взгляда. Женщина сказала что-то своим мужчинам, и те бросились вглубь дома, быстро вернувшись вместе с подавшей чай девушкой. В этот раз она спешно преподнесла мне пиалу с каким-то мутно-зелёным отваром. А старик заставил меня его выпить.
Отвар имел мятно-эвкалиптовый вкус с привкусом душицы. О, самое то для головы. Мне даже начало становиться легче. Такими темпами минут через десять-двадцать основной болевой синдром пройдёт. А пока я ловила кайф облегчения, лекарь продолжил свой осмотр.
- Осшиэс, - выдохнул он, осторожно беря меня за руку. – Нар! – и столько удивления.
- Нар? – неверяще переспросила Старейшина.
А мозг, отдавший лёгким спазмом сосудов, подсказал, что это слово одно из базовых и обозначает «человек». И что такого удивительного в этом?
- Нари се р а штру! Нари анр и тва! – почти прорычал наш сопровождающий. Мозг выдал скорее образами обозначения слов, получилось что-то вроде «людей не существует, люди – сказка или миф». И пока я формировала образы в слова, Киаш, подползая ко мне, испугано пискнул:
- Шард!
Хм, никакого отклика на это слово. Может, тогда это имя ворчуна? Да, скорее всего.
Чуть отодвинув от себя малыша и лекаря, увлёкшегося моим лицом и волосами, поднялась на ноги и ввела на дисплей команду «открытие и автономное поддержание скафандра». С тихими пшиками мой доспех открылся, и передние панели отъехали - каждая в свою сторону, - позволяя мне вышагнуть из железного одеяния. Наги ошеломлённо ахнули, а воин даже отступил назад, во все глаза смотря на моё почти голое тело. Ого! Он даже покраснел слегка!
На мне было лишь нанобельё в виде овальных чашечек для поддержки груди и специальной модели трусиков без боковых держателей, закрывающих только самое пикантное и чуть больше этого, идя от лобка до копчика. Бельё было устроено так, чтобы я не боялась ходить «под себя», ведь нанороботы всё устранят и переработают в топливо для скафандра. Даже женские дела.
Пока все ошарашено смотрели на меня, старик-лекарь не упустил шанса ещё внимательней осмотреть открывшиеся просторы. Особенно бёдра, ноги, ступни и даже пальцы. Для полного эффекта жестами попросил меня пройтись по комнате. Ну, я и прошлась. Ещё и как положено женщине – от бедра.
- Осшиэс! Осшиэс! Осшиэс, - только и восклицал старик. Кажется, это эквивалентно слову «удивительно».
А вот бедный сопровождающий весь раскраснелся и вперил взгляд в потолок, когда понял, что слишком сильно пялится на мою попу, и я это прекрасно вижу. Пришлось вернуться в свой скафандр, дабы и дальше не смущать свидетелей.
В комнате повисла тишина. Никто не знал что сказать. Нет, нагов, конечно, разрывало изнутри любопытством – лекаря уж точно – и вопросами, но задавать их непонимающему глупо.
________________________________________
*
Шарше ва? – Кто вы/ты?
Ракша ри руссти - Уйди за стражу.
Рка - Нет.
Мира ратва! Мира се асшури! Эсе штакра виа аэс! – Мира хорошая. Мира не усшури – асуры или демоны. Она спасла мне жизнь.
Ближе к вечеру, во время ужина один из до сих пор не вернувшихся ко мне дронов заметил странное движение на Юго-Востоке, о чём сообщил писком на панель правого наруча. Киаш вздрогнул, но любопытство, свойственное всем детям, какой бы расе они не принадлежали, взяло вверх. Малыш подполз ближе и заглянул на экран, когда я опустила руку.
- Мира? – вопросительно посмотрел он на меня.
Но ответить или просто сделать что-то я не успела. В деревне резко поднялся испуганный крик. Естественно, что мы тоже высыпали из дома на улицу. Жители испугано охали, вскрикивали и показывали в указанном мне ранее направлении. Над грядой холмов, скал и рядом с одной из вершин гор вздымались столбы чёрного дыма.
Расстояние до эпицентра задымления примерно с десяток километров. Адаптация языка ещё в начальной стадии, но я уже смогла понять по переговорам мужчин, поспешивших к нам, что там находится ещё одно из поселений нагов. Все думали, что им делать, как быть, если напасть дойдёт и до них.
Посмотрев на обнявшего мою ногу Киаша, я увидела лишь страх, тоску и обречённость. Да, он уже пережил тот кошмар, что сейчас обрушился на других. И, не смотря на свои устои и все известные мне правила, я вдруг задалась вопросом: «А могу ли я помочь? Ещё не поздно?»… Смогу, но...
Я осторожно опустилась на корточки перед малышом, взяв его за плечи и отнимая от своих ног. Все были слишком заняты, чтобы обращать на нас внимания. Маленький наг смотрел на меня вопросительно, но словно понял, что я собиралась сделать, поэтому только кивнул, сжавшись в комочек у меня на груди, позволяя крепче себя обнять. В этих объятьях осторожно достала из набедренных креплений маленький браслетик и застегнула на ручке малыша. Киаш удивлённо, но как-то без энтузиазма начал его рассматривать, но тут же вскинул на меня сияющие глазки, стоило мне ему тихо прошептать понятное:
- Я вернусь и смогу тебя найти, - указала на браслет, такой тонкий в свёрнутом положении, что едва заметен на его руке. - Жди меня, Киаш.
Он чуть не заплакал, но кивнул. А я выпрямилась, надела шлем и, не оборачиваясь ни на кого, направилась в сторону задымления. Сначала шагом, потом перешла на лёгкий бег, чтобы мышцы начали привыкать к импульсам постепенной нагрузки, а потом перешла на скоростной. Если использовать возвышенности, как трамплины и планировать с них в лёгком или даже бреющем полёте, то к месту я прибуду минут за пять или десять.
Но толи я ошиблась в расчётах, то ли преграды были не до конца просчитаны, но до разрушенного поселения я добралась через полчаса. И застала только руины. Что же это за сила такая у врага, чтобы так быстро сметать небольшие деревушки? Или не быстро.
Присмотревшись к некоторым деталям, поняла, что нападение произошло около четырёх или даже пяти часов назад. Но что тогда задымилось так поздно? Осмотрелась. Горела странная куча чуть в стороне от построек. Ну, как горела: пламя уже утихло, а вот оставшееся… А что это? Только приглядевшись узнала части тел, кучей сваленных друг на друга и сгоревшей. И это были не наги, а асуры. Их останки сожгли. Но возникает вопрос: кто? Никого я не видела по пути сюда. Может те асуры, что вышли победителями и потом просто ушли?
Слишком много вопросов без конкретных ответов, да и солнце быстро скрывается за острыми пиками гор. Вернуться в деревню к малышу я пока не могу, не будучи уверенной, что угроза не настигнет и то поселение. Мысли о невмешательстве я отбросила ещё тогда, когда взялась спасать маленького нага. И пока его судьба и жизнь зависят от меня, я буду его защищать и заботиться по мере своих сил.
Выпустила ещё четыре дрона на разведку в разные стороны. Но лишь два показали признаки движения. На Северо-восточном направлении небольшая колония движется в сторону деревушки с Киашем по той же дороге, что и мы с ним раньше. А второй на Востоке большое скопление живых организмов. Задала ещё три параметра ему и по присланной трансляции поняла – идёт бой. Наги дают своей колонне отступить в деревню, чтобы задержать или справиться с угрозой самим, пока те предупредят жителей? Думаю, что так.
Добраться до места столкновения основных сил много времени не понадобилось. Так что первые выстрелы в противника из лазерных установок в наручах я сделала уже через семь минут. Старалась целиться в головы или в сердца. И если бы не активированная функция ночного зрения, то в наступивших сумерках угробилась бы об скалы раньше, чем вступила в бой, ну или промахнулась по быстрой мишени и попала в «своих».
В общей суматохе на меня мало кто обращал внимания. Поначалу уж точно. Лишь когда асуры чуть проредили свои ряды, и основная часть агрессоров была чуть оттеснена назад, наги приметила и меня. Их внимание в больше степени привлекали мелкие вспышки, летящие от меня в противника. Тех же асуров, что близко подходили, я кромсала лазерными кинжалами.
Что скрывать, наги в первое время тоже пытались на меня нападать, ведь всё же я двуногое создание, а значит, по их меркам, опасна. Но к середине бойни я столкнулась с просто огромным нагом. В суматохе мало что смогла в нём разглядеть, кроме мощного семиметрового хвоста, плотных доспехов, скрывающих всю человеческую половину, кроме головы с короткими волосами и шрама на разъярённом битвой лице. Ужасного шрама, рассекающего с правой стороны от середины лба через глаз по щеке и уголку губ до подбородка.
Мы столкнулись сначала спинами, потом, отскочив, замерли в паре метров лицом друг к другу. Жёлтый уцелевший глаз с узкой чёрной полоской зрачка яростно пылал, рот оскалился мощными змеиными клыками, тёмная лента языка чуть подрагивала. Да, столкнись я с таким раньше, чем узнала об таких прекрасных анатомических особенностях здешних аборигенов, струхнула бы не на шутку. Но наг быстро взял себя в руки, особенно, когда на нас снова стали нападать. Быстро разделался со смельчаками парными палашами, только меня не терял из поля зрения. Но и я вступила в бой, чувствуя на себе его взгляд, на каком бы расстоянии не была. Правильно, сильного противника терять из виду нельзя. Вот только, понаблюдав, наг что-то прошипел другим, и они на меня перестали нападать. И на том спасибо.
Не знаю, сколько это всё длилось. Бой всегда заставляет теряться во времени. Но никого оставлять в живых из противников не стала. Ту оставшуюся мелочь, что бежала, поняв свои скудные силы дать отпор большему числу уцелевшего противника, я перебила прицельными выстрелами. М-да, потратила больше половины заряда скафандра от дневной подзарядки на всю эту стычку, но оно того стояло.
Битвой меня оттеснило далеко вперёд. Так что, когда вернулась к тому месту, где дислоцировались наги, никого не обнаружила. Где-то внутри стальным кольцом страха стянуло сердце. Неужели, погибли? Но как не высматривала знакомые очертания, среди трупов никого не увидела. Едва ли смогла выдохнуть спокойно, когда приметила следы хвостов, уходящих вдаль от места бойни. За ними не тянулись никакие другие, что сразу исключало возможность погони. Уцелели, хорошо. Только, почему глаза не могут остановиться в своих поисках? Что я ищу?
Откинув все мысли прочь, решила быстро сложить все трупы по кучкам и сжечь, как сделали неизвестные в той деревне. Если честно, они поступили правильно. Так можно уменьшить шанс заражения земли. Пока дралась, то не обращала внимания на поступающие данные, но сейчас. Сейчас, просмотрев все сообщения, поняла: на анализаторы, встроенные в ладони, попала кровь противника, и система тут же начала её проверять. Вот только проверка выявила наличие странного вируса. Опасного, заразного, передающегося через кровь, слюну и всевозможные жидкости организма. Только передаётся он у асуров и для нагов неопасен. И все, кто здесь был – были заражены. Все.
Трупы асуров горели небыстро, но основательно. Нагов я сложила отдельными кучками и тоже сжигала. А когда сгоревшие останки стали просто тлеть, направилась в обратный путь. Эх, хорошо, что дыхательные системы шлема не пропускают посторонних запахов, я не пропахла и не надышалась этим ужасом и гарью. Не хочу пугать малыша.
Двигаться решила пешком, чтобы и энергию скафандра до восхода солнца сберечь, и самой набраться сил, отнятых сражением. По пути встретила небольшой ручеёк чистой воды, стекающей по скале, и смыла со своих «доспехов» уже подсыхающую кровь противника, наполнив заодно небольшую пустую капсулу, мало ли, пригодится. А сама размышляла над вирусом. Программа в сангвитестере - я произвела забор крови со своих перчаток перед уходом с поля битвы - показала, что вирус имеет ряд особенностей.
Во-первых, он, действительно, действует только на носителей крови асуров, а образчиков на мне было предостаточно сегодня. Во-вторых, имел одну и ту же структуру, не поддаваясь быстрой мутации, что очень даже хорошо. В-третьих, вирус на семьдесят два процента был похож на представителей энцефалитов, т.е. воздействовал преимущественно на нервную систему своей жертвы. Остальные двадцать восемь процентов – это эффект горящей крови. В общем, я так поняла, асур заражается, вирус действует сначала на кровь, чем заставляет его испытывать прекрасный, сжигающий, в буквальном смысле, эффект, а потом сводит с ума, превращая в бешенную машину для охоты и убийства.
В-четвёртых, болезнь имеет несколько стадий: спокойную – когда заражённый ведёт себя как простой носитель и без вреда для себя, среднюю – лёгкое недомогание и жар, яркую – больной сходит с ума, но ещё понимает, что опасен, фатальную – все тормоза с сознания снимаются, превращая в чудовище для всего окружающего. Но самое удивительное то, что у некоторых заболевших есть шанс вылечиться, были бы соответствующие лекарства и действия. Да и часть крови показала, что лекарственное воздействие имело место быть, оно заглушало действие вируса на мозг, возвращая асура к привычной жизнь. Только ненадолго. Месяц максимум.
Ужасно, наверное, осознавать, что тебе уже ничем не помочь. А учитывая, сколько сегодня было нападающих, никто даже особо и не пытается с этим бороться. Или пытаются, но не всегда могут. Где от лечения сбежал один, там могли уйти и сотни. Планета-то большая. Вот и сбиваются в кучку, без разумной части они действуют инстинктивно и нападают на своих естественных врагов – нагов. Если, конечно, тут только одни наги. Других рас я пока не видела и не знаю, есть ли они вообще.
Так я шла, анализировала, размышляла, делала пометки, задавала параметры и алгоритмы для системы, чтобы найти идеальное противоядие от вируса. Не хотелось бы столкнуться с тем, что вирус может начать воздействовать и на нагов или даже на людей, на меня.
До деревни добралась к самому рассвету. Но меня поразила абсолютная тишина, зарождая панику и мысль: «неужели, опоздала?», и заставила помчаться проверять каждое здание. Опять сделала себе пометку починить тепловизор, с ним их осмотр не отнял бы столько времени. Но я не нашла никого. Ни мёртвых, ни живых, ни их вещей, только не до конца остывшие очаги и печи.
Лишь успокоившись от сдавившей горло паники, я приметила следы, уходящие Юго-Запад, прочь от деревни. Следы хвостов, повозок и тростей для ходьбы. Солнце принялось заряжать скафандр и освещать мне путь. Выпущенные ещё в начале ночи дроны, следившие за наличием асуров по близости – избежать второго нападения было приоритетнее, - вернулись ко мне, а потом двое отправились снова вперёд, чтобы теперь отследить колонну нагов. Видимо, те змеелюды, что вечером отделились от своих специально направлялись в деревню, были туда посланы предупредить жителей и начать их эвакуацию, пока противник не прорвался. Умно. Надо было и за ними проследить.
В любом случае, я бросилась бежать по следам, вновь переходя на максимальную скорость. У нагов фора почти во всю ночь, они должны быть примерно в восьми часах ходьбы от деревни. За час должна до них добраться.
Скоро сканер одного из дронов засёк сигнал от браслета Киаша. И теперь он следил за ходом колонны, показывал мне кротчайший путь до неё, в то время как второй сканировал местность на опасность для эвакуированных. Мне оставалось ещё метров четыреста, когда от колонны отделился отряд и направился мне на встречу.
Двигались они быстро, но я быстрее, так что встретились мы в метрах ста тридцати до колонны. Я даже вижу хвосты последних в ней. Но пройти к ним эти воины мне не дадут. Охранники деревни и рядом с ними не стояли. Это как сравнить только пришедшего в военный корпус рядового и прошедшего не одну битву матёрого вояку. Эти ребята меня и близко к каравану не подпустят.
Вперёд чуть выполз знакомый наг. Точно, я видела его в битве и даже столкнулась спинами. Он, кажется, у них за главного. Сейчас я могла разглядеть его лучше. Мощное телосложение, хвост цвета мокрого асфальта, как и волосы. В этот раз лицо было спокойным. Ну, относительно. Он был хмур, сжимал челюсть и губы в тонкую полоску сильнее обычного, но остальных эмоций не было. А шрам не такой уж и прямой. У него есть ответвления чуть выше рта в сторону, а так уже у глаза. Или это ещё один такой порез, от которого и пострадал глаз.
А ещё он носит в ушах серьги. В левом - в виде маленького колечка из серебра, а в правом – в виде клыка из чёрного камня. Может, это какие-то символы в их военном деле?
Наг смотрел так пронизывающе и надменно, он будто давил своей энергией, показывая свою власть и силу. Да, прямо как вице-адмирал фантарийского флота, тот ещё кремень и доминатор. Стоило ему появиться в зоне видимости, как все замирали по стойке смирно, а его взгляда хватало, чтобы слабенькие рядовые в обмороки проваливались.
Тут та же ситуация. У меня холодные мурашки забегали по спине. Но это не значит, что я не могу преодолеть этот змеиный барьер. Если подпрыгну достаточно высоко, чтобы меня нельзя было схватить хвостом, то смогу. Только это плохо скажется на их отношении ко мне. Сейчас я для них воспринимаюсь как угроза. Каждый из них, а особенно главный, видели меня в бою. Что же сделать? Киаш отдаляется с каждой минутой всё дальше. Хм, а что если…
Настроившись на браслет, я включила голосовую связь, чтобы меня мог слышать только он:
- Киаш, - позвала я малыша. Тот тут же отозвался тихим и удивлённым «Мира?». - Я в конце.
И вновь тишина. Воины даже не дрогнули, когда я вышла из позы, в которой замерла, тормозя быстрый бег, и выпрямилась. А вот ряды колонны стали наполняться шумом, заставляя парочку из «стенки» обернуться. Я же из-за спины главного смогла разглядеть центр суматохи – Киаш, уворачиваясь от всех рук и хвостов, что пытались ему помешать, мчался в нашу сторону. Вслед за ним полз и ловил его тот самый наг-ворчун, он-то и заметил меня раньше других преследователей малыша, теперь сам останавливал их.
- Мира! Мира! – закричал и Киаш, наконец, увидевший меня, но на пути у него стояла «стенка» из воинов, которая точно не пропустит.
Всё же придётся прорываться самой. Поэтому, когда мальчишка был в двадцати метрах, резко присела, напрягла мышцы и дала скафандру команду «прыжка», тут же взлетев метров на двенадцать. Это было даже больше планируемого, от чего ноги слегка отдало болью напряжения, а тело закрутило в перевороте. Так что, пролетая над воинами, я оказалась вверх тормашками точно над их главой – он даже головы не поднял, как сделали его люди, - а приземлилась прямо перед Киашем, присев для лучшей амортизации на колени.
- Мира! – вновь выкрикнул он и кинулся меня обнимать. Ему даже доспехи не помеха. – Ты пришла! Я ждал! А они меня забрали, сказали, что ты не вернёшься! Но ты здесь! – лепетал малыш. Ну вот, и как бы я такого оставила? Даже встать теперь смогу только с ним на руках, ведь своим хвостиком меня за талию обнял.
Встала и повернулась ко всё ещё стоящему к нам спиной нагу со шрамом. Что это? Высшая степень доверия? Или уверенность в своих силах так велика? В любом случае, к нам уже спешила Старейшина с двумя мужчинами из её дома. Вместе с Шардом они приблизились к нам.
- Мира вернулась! – радостно сообщил им Киаш, гордо восседая на моих руках, но это не вызвало положительной реакции у них, только обеспокоенность. И беспокоила их реакция того главы, который, кажется, был ещё и самым главным в этом караване.
Мужчина же медленно развернулся. Совершенно не изменился ни в лице, ни в позе. В бою и то больше эмоций было, что же сейчас не так? Неужели, это омертвление эмоций и чувства из-за долгой службы? Синдром Варгшурса* на лицо. Я многих повидала за этот год войны, чтобы выявлять это с ходу. И этот наг явно живёт от битвы к битве, где хоть немного кровь закипает, пробуждая хотя бы ярость и желание двигаться, сражаться, жить.
- Господин, - Старейшина чуть склонила голову, присев на хвост так, чтобы казаться меньше, - позвольте Мире присоединиться к нашему шествию. Это она спасла Киаша из его разрушенной деревни и привела к нам. И малыш очень привязан к ней, поэтом…позвольте.
О том, кто я, женщина умолчала. И на этом спасибо. А наг, он просто ещё раз придавил меня взглядом, холодящим всё изнутри, лишь качнул подбородком в знак согласия, а потом вместе со своими воинами уполз на своё место в замершей колонне. Нас с малышом остальные проводили в центр шествия, к телеге, на которой тот ехал до этого.
И так мы двигались несколько дней. Без происшествий, лишь по дороге забирали всех жителей из встречающихся нам деревушек. Многие новенькие странно косились в мою сторону, но, решив не лезть, быстро забывали или просто игнорировали.
У пятой деревушки мы вообще не остановились, не зачем. По оставшимся следам нападения, легко могла сказать, что оно произошло около двух суток назад. Воины стали куда усиленнее наблюдать за территорией и вести свой дозор. Благо к нам присоединился ещё один большой отряд на третьи сутки шествия.
Я же выпускала днём по два, а ночью по четыре дрона, круживших и сканирующих на предмет приближения чего-нибудь или кого-нибудь к нашим стоянкам или вообще к колонне. На животных дроны реагировали лишь тогда, когда они превышали размер средней земной собаки. Так что, приближение асуров к седьмому дню я не пропустила.
Оставив уснувшего после обеда Киаша на телеге и завернув его в ещё одно одеяло – ветер сегодня был очень холодным для него, - я спрыгнула сначала на землю, а потом быстро подбежала к краю колонны, где шли воины. Те лишь мельком взглянули на меня, но пройти не дали, покрепче взявшись за оружие. Пришлось снова перепрыгивать и бежать вверх по склону, закрывавшего нас от солнца весь этот день.
Естественно, моё движение и действия тут же были переданы Главному. Да, в прочем, он и сам видел со своего места мой бег по вершине скалы, когда я была уже близка к голове колонны. К тому же, вряд ли от него укрылись бы лазерные выстрелы куда-то по ту сторону. А ведь эти демоны успели подобраться едва незамеченными. Если бы не мои дроны, точно бы пострадало куда больше народу. А так, наги успели к тому моменту, когда четверть уже пала от выстрелов, а ещё десяток – от кинжалов.
Так что, бой надолго не затянулся. Думаю, к пробуждению малыша успею вернуться. Собирая трупы в кучи и поджигая их, мужчины что-то тихо шипели друг другу, косясь в мою сторону и на мою кучку. Особенно их внимание привлекло, как я по окончании бойни стала ухаживать на серьёзно ранившим хвост нагом.
Он лежал почти не двигаясь, только тяжело дыша. Кровопотеря была не такой уж смертельной, но его собраться собирались бросить его здесь, считая, что не доживёт до конечной цели. Ему когтями порвали хвост в районе, где у человека была середина бёдер и где у него заканчивались набедренная повязка и птеруги. Так глубоко вошли когти противника, что скорее всего слегка задели артерию. Да и рваное ранение было углублено так, что торчали голые кости.
Взяв и отсоединив кожаный ремень от его куртки, я сложила его вдвое. Подумала и увеличила на ещё один слой, а затем положила ему в рот и, надавив на нижнюю челюсть, заставила прикусить посильнее. Мужчина, судя по его глазам, понял меня, поэтому вцепился когтистыми руками в ближайшие камни и сжал их посильнее. Из капсул достала ту, в которую заливала простую родниковую воду. Пригодилась-таки. И полила ей рану, чтобы промыть от залетевшей туда грязи и пыли. Не хватило, конечно, но я делала это под ультрафиолетовым излучением из второй ладони, заодно убрала мелкие камешки, когда вода закончилась.
Мой пациент терпел мужественно, даже звука не издал. Надеюсь, его выдержки хватит. Это будет больно. По себе знаю, мне уже так делали, но рана тогда была скорее поверхностная и на спине. А тут… В общем, я начала операцию. Забралась пальцами правой руки поглубже в мясо раны, где сканер выдал артерию и брешь в ней. На кончике указательного пальца зажёгся точечный лазер, прижигая место повреждения и все мелкие сосудики. Мужчина чуть дёрнулся и тихо простонал, заставляя шипение своих соратников за моей спиной прекратиться.
Из бедренного отсека хранения достала только недавно убранный кинжал. Левой рукой, всё ещё светящейся, быстро и правильно соединила места разрыва тканей, а потом приложила к ним плашмя лезвие своего оружия. Сначала к одному, потом ко второму, к третьему и самому большому задержав подольше, там уже к четвёртому и, наконец, к пятому.
Раненый, уже не сдерживаясь, драл глотку. В бурых глазах была лишь агония от причиняемой боли. Клыки прокусили кожу ремня, но не выпустили его, не позволяя при этом и рта открыть. Ладони же крошили камни, зажатые в них, чем ранили себя. Как он не снёс меня в таком состоянии? Отвлёкшись при третьем порезе, чтобы посмотреть по сторонам, поняла, что его руки и плечи держат четверо нагов, а хвост - пятеро. Когда закончила прижигание, то быстро достала из очередной кампусы специальную мазь от ожогов, чтобы смазать только что полученные.
Я так увлеклась, что поначалу и не заметила движения где-то впереди, среди ещё неподожжённых куч трупов. А, заметив, поняла, что поздно. Асур уже схватился одной из рук за лицевую часть шлема, а потом снёс меня куда-то назад на несколько метров. Наги тоже не успевали отреагировать, хотя попытки атаковать уже начали, хватаясь за оружие.
Асур, навалившийся на меня всем телом и прижавший мои руки к телу своими, рычал и старался ухватить своими клыками меня за шею, но воротник скафандра, как раз защищающего её, стойко выдержал первые удары. А следующие я уже не допустила. Вырвала одну из рук, хватила капсулу с транквилизаторов и всадила точно в шею. Состав подействовал в первую же секунду, полностью парализуя демона и помогая мне его с себя скинуть, а потом забраться сверху и всадить в шею ещё один укол. В этот раз это был лекарственный состав. Я всю дорогу думала, где найти нужные компоненты для лекарства от вируса асуров. В итоге, нашла во всех травах, что вёз с собой целитель. Выпросила у него несколько и сотворила это чудо.
К этому моменту нас окружили наги, готовые совершить расправу над уцелевшим врагом. Но я знаком руки - скинутой в их сторону раскрытой ладони - остановила, а затем, показав указательный палец, попросила подождать. Только поняли они это по-своему, будто асур мёртв. Ну, он же не двигается, особо признаков жизни не подаёт, значит мёртв. А вот и нет. Наги так дёрнулись, когда демон начал хрипеть, откашливать странную чёрную жижу и приходить в себя.
Ещё больше удивления у них было, когда трёхрукий осмыслено всех осмотрел, задержав взгляд на подползшем к нам командире, потом на мне. Он убрал воткнутые ему в шею капсулы, недоумённо смотря на них, потом снова на меня, видимо, проводя соответствия, как никак они сделаны из того же материала, что и скафандр.
- Поарти, - хрипло выдохнул асур, но, подумав и осмотревшись ещё раз, перешёл на змеиный. – Спасибо.
Кивнув, я вернулась к раненому нагу. Тот уже был без сознания, но жизненные показатели вышли из зоны критических. Хорошо, жить будет. Державшие его наги, вопросительно наблюдали за мной, пока я колола ему что-то в шею – это было противовоспалительное и ускоряющее заживление, - а потом, дождавшись моего сигнала, подняли на руки и понесли в сторону каравана. Они донесут его как раз к тому моменту, как мы тут закончим свою зажигательную деятельность.
Пришедший в себя от болезни асур о чём-то говорил с Главным, а тот – ого! – даже отвечал ему. Так что, договорились они быстро, и демон, под конвоем разумеется, присоединился к нашему шествию, где ему сразу предоставили место на одной из телег и еду. Интересно, он с нами до ближайшего селения будет или до конечного пункта?
Старики лекари долго ахали и охали, осматривая мною подлатанных и не решаясь вмешиваться в лечение, а потом принялись за других пострадавших. Я же, проследив, что моим пациентам ничего не угрожает, вернулась к Киашу. Малыш уже не спал, но тихо сидел и ждал моего возвращения. Стояло мне появиться рядом, как молча бросился мне в объятья. Даже на время ужина не отпустил, так и уснув на моих коленях, пока я, укрытая от большинства глаз ящиками провизии, взятыми в последней деревне, чинила свои боевые ранения на скафандре и шлеме. Заодно, решила и тепловизор поправить, а то всё руки не доходили, да и конец нашего пути уже близок.
_________________
*
Синдром Варгшурса – выдуманный автором термин, который обозначает наступление полной апатии у больного, когда живёшь на автомате, без эмоций, стремлений, желаний просто потому, что надо. Используется после того, как Варгшурс открыл такое состояние и вывел его закономерность у переживших посттравматический стресс или серьёзную аварию, у прошедших войну или переживших мясорубку бойни. И чем дольше это длиться эта психологическая болезнь, тем хуже. Чтобы вылечиться, нужно найти Якорь – то, что может вернуть чувства и поддерживать выздоровление до полного исцеления больного. Утеря Якоря часто приводит к смерти.
С каждым часом оставшегося дня путешествия нам на пути всё чаще встречались вооружённые отряды нагов, каждый следующий больше предыдущего. И в последние сутки я почти не сходила с нашей с Киашем телеги, до этого же - только если нужно было удостовериться в состоянии своих пациентов.
За эти последние три дня асур, тихо и смирно сидящий в трёх повозках от нас, быстро шёл на поправку, хотя по ночам его мучили кошмары – думаю, это подсознание показывало ему то, что он творил, пока был заражён. Когда мужчина не мог проснуться сам, приходилось будить самой и заставлять выпить отвар, очень похожий на свойства нашего снотворного.
А вот наг ни в первое время не приходил в себя, ни к концу дня. К ночи поднялась температура, а к утру начались судороги. Сначала я пыталась понять, что же не так, ведь я сделала всё правильно. А потом меня насторожили сочувствующие взгляды нагов на повозку с больным, некоторые даже смотреть не могли, стараясь отползти подальше. Чего это они?
Сангвитестер решила использовать после того, когда вторая порция противовоспалительного не подействовала. Результат меня удивил. Нет, я проверяла кровь, пока делала операцию, ведь риск её заражения был велик. Но данные изменились. Вирус асуров попал в организм пострадавшего. Я считала, что он не опасен для нагов, тем более капля состава вакцины должна была уничтожить его. Только стало хуже. Вирус стал стремительно распространяться, буквально выжигая мужчину. Если он выживет, то… Что? Что будет с ним? Реакция змеиного организма могла быть совершенно другой от той, что была у демонов.
Пока вычислительно-анализаторная программа скафандра решала эту задачу, сопоставляя ДНК и тех и других, я старалась удержать нага в этом мире. Его сердце стало сдавать. Два раза даже останавливалось. Мёртвого пытались забрать у меня, но я и близко никого не подпустила, заставляя сердце биться вновь и вновь. Почему? Возможно потому, что он мой первый серьёзный пациент, и никто больше не сможет ему помочь.
Шаманы, кружащие у телеги нага и читающие какие-то заклинания-молитвы, уже через пару часов стали дико раздражать. Я уже хотела наорать на них или даже пострелять в землю у их ног, чтобы отогнать, как система дала ответ задаче. Боже мой! Этот вирус… эта дрянь действовала на змеелюдов куда хуже, чем на асуров. Она буквально сжирала их, превращая в… интересно, а термин «овощ» будет тут уместен? Ведь у нагов отмирало всё связанное с эмоционально-чувствительной и мыслительно-двигательной частями в их мозгах. Да уж, для их мира было бы куда милосерднее оставить умирать на поле боя, чем вот так мучиться всю жизнь. И больной даже не будет ничего понимать.
Но разве я могла сдаться теперь? Я капсулу за капсулой вливала в организм нага все возможные вариации лекарственных составов. Одни – чтобы побороть заразу, вторые – чтобы убрать её последствия и предотвратить последующие заражения, третьи – вернуть мужчину в строй живых и сознательных как можно быстрее. Удивительно, но вирус сдал свои позиции, и почти к обеду следующего дня полностью исчез из организма, давая тому отдых. Наг глубоко задышал, температура тела наладилась, позволяя мужчине перейти в простой сон. Скоро, думаю, очнётся. Тогда и проверю, всё ли в порядке с системами восприятия и движения тела.
Я уже была без сил, даже энергожидкость не действовала, когда покинула его повозку и забралась на свою. Слишком долго я была в бодрствующем состоянии. Мне нужен нормальный человеческий сон, только такая фатальная усталость будет опасна. Придётся отсыпаться уже в конечной цели пути. Включу у скафандра стабилизатор состояния и восстановитель и посплю от души!
Позволить же себе сейчас сон урывками я боялась. Отключусь и не добудятся. Разведут тут панику, а малыша вообще не хочу пугать, он уже то и дело обеспокоенно поглядывает на меня. Нужно будет потом поговорить на эту тему. А пока я позволила себе снять шлем и съесть несколько кусочков мяса и бульон из своей порции на сегодня.
За этим делом меня и застал один из нагов, решивших заглянуть к нам и проверить, всё ли хорошо – сутки меня не видели высовывающейся из-за коробок. Я бы даже не заметила вторженца, если бы не напрягшийся Киаш. Малыш держал мой шлем, пока я кушала, еле шевеля руками и челюстью, когда резко мальчишка подорвался ко мне, встав на хвостик сбоку от меня так, что спиной закрывал мою голову от нарушителя нашего уединения. Только думаю, что уже поздно.
Отставив тарелку, подняла руку и похлопала Киаша по плечу, заставляя посмотреть на себя. Судя по его взгляду, малыш уже понял, что наг всё видел, но продолжал «защищать», за что заслужил благодарную и поддерживающую улыбку. Вон как приосанился от гордости, но в сторону ему отползти пришлось.
Нашим гостем и невольным наблюдателем стал молодой воин, присоединившийся к сопровождению колонны в последнем пополнении нашей охраны. Почему я так решила? Потому, что другие стражи уже давно привыкли к моей скрытности и просто не обращали внимания, только следили время от времени, чтоб порядок не нарушала. Этот же сейчас смотрел на меня, как на пуискую тиарку*, даже забыл, как дышать и моргать.
- Что-то случилось? – вывел его из прострации голос малыша. Парень аж вздрогнул, зарделся и, не зная, куда деть глаза, ответил:
- Вы не показывались долгое время. Я лишь хотел удостовериться, что всё в порядке. Простите! – и скрылся с моего поля зрения, тут же в кого-то влетев. Судя по возмущённому голосу, с Шардом. Тот что-то грозно прошипел в сторону уползающего молодчика, а потом заглянул к нам, чтобы проверить самому. Удостоверившись, что я всё съела – Старейшина именно его посылает к нам с едой, - кивнул, забрал тарелку и уполз по своим делам.
Потом оставшееся время опять прошло в относительном спокойствии, что приходилось сдерживаться и не засыпать. Дроны-разведчики посылали фото и видео отчёты встречающих нас отрядов, дроны-наблюдатели летали рядом с асуром и раненым нагом, сканируя их состояние и наблюдая за любой малейшей сменой привычного ритма жизнедеятельности.
Перед самым прибытием к нам подползла Старейшина. Она решила предупредить меня. Город, в который мы всё это время держали путь, - столица этого государства. В нём для всех нас приготовили свою зону проживания в нижнем кольце, так что, нам будет, где хорошо расположиться в полной безопасности.
Пока было время женщина немного поведала о самом государстве и городе, по моей же просьбе. Государство Р а гхварва – самое большое княжество нагов в их мире. В нём живут преимущественно наги, но сюда приходят жить и работать другие жители планеты: кв а ры, гр ы нги, э йлы, шург а ры. Файды и архисы сюда почти не залетают, а льисы даже показываться не хотят рядом с нагами. А вот у ндам здесь в принципе не рады, и если я их встречу, то должна сразу сказать об этом стражам или другим представителям власти.
Старейшина всё говорила и говорила, упоминая то одну, то другую расу или национальность, а мне оставалось только гадать о значении всех этих названий. Женщина спохватилась, когда поняла, что я могу вообще её не понимать, и, мило улыбнувшись, уползла по срочным делам. Тогда за объяснения Киаш. Малыш попытался описать мне представителей названных народов. Смотреть на его пантомимы было очень забавно, я даже взбодрилась.
Если я правильно поняла кривляния мальчишки, то квары – это низенькие пухлые и бородатые гномы, эйлы – утончённые двурукие и изящно-надменные остроухие эльфы, шургары – хвостатые пушистые и клыкасто-рычащие волки с двумя передними лапами. Из представлений других поняла, что унды – это кровожадные и не любящие солнце вампиры, а льисы – хвостатые как наги, но живущие в воде русалки! Русалки! Боже!
Понять же изображения оставшихся рас оказалось почти невозможно – только то, что у файдов и архисов есть крылья. Может я просто не знаю таких или не понимаю образы малыша. Но Киаш успокоился, когда объяснила, что ему будет проще в городе показать их или на картинках, если такие есть.
Один из дронов взлетел повыше и подал мне сигнал, что впереди большое скопление живых существ. Послав ему на подмогу другие незанятые, начала просматривать их камерами всё вокруг. Оказалось, то скопление – это город. Просто невероятно огромный для данной цивилизации город, расположившийся почти во всех долине, окружённой с трёх сторон горами, а с четвёртой – морем или даже океаном.
Столица имела круговую, даже кольцевую форму. Во внутреннем кольце я различила большой дворец в окружении большущих поместий и особняков. Во втором круге дома были не больше трёх- или четырёхэтажных, имели свои садики – своеобразный коттеджный посёлок. В третьем же было большое нагромождения домов как в средневековой Европе на Земле, близко стояли друг к другу, имели два или три этажа, на первом из которых были магазины и лавки, мастерские и кафешки или таверны. Четвёртый круг представлял из себя сбор одноэтажных строений, переходящих в поток палаточного городка. Думаю, там нас и расселят, как и остальных беженцев.
Это всё, что успели передать мне дроны, пока мы приближались к серой каменной стене внешнего, четвёртого кольца. Ворота были массивные, огромные и двустворчатые из тёмного дерева и железных креплений. В образующемся в них проходе могли спокойно разъехаться две трёхместные кареты, что уж говорить о наших повозках и телегах? Досматривать которые почему-то не стали. Думаю, тут не последнюю роль сыграл наш Глава каравана. Стоило стражам приметить его, как они сначала выпрямлялись по стойке смирно, а потом низко кланялись, свивая свои хвосты кольцами вокруг себя – возможно, это своеобразный признак признания силы и власти вышестоящих.
Пока мы проходили ворота, я старалась из своей телеги не показываться, стражей итак насторожило присутствие асура в нашем шествии, но Главный что-то прошипел главе охраны и тот быстро разогнал подчинённых по их местам. Когда переход остался позади, нас словно окутало гулом голосов со всех сторон. Всех стали тут же распределять по своим секторам проживания, помогая устроиться на новом, надеюсь, временном месте.
Появление среди народа асура вызвало испуганные и гневные крики, ахи и шипения. Я их понимаю, многие, если не всех, из беженцев тут по их вине. Но разве демоны виновны в том, что с ними происходит? Не думаю. Тут и они частично жертвы, марионетки.
Тишина вокруг настала, стоило мне показаться из своей повозки – её приходилось отдать тем, чем груз она везла - и спрыгнуть на землю рядом с малышом Киашем. Все смотрели на меня с непониманием, страхом, осторожностью и удивлением. К нам тут же подползло двое нагов и Старейшина, заинтересованная их намерениями.
- Мира должна пройти с нами, - сказал один из них.
- Зачем это? Кто такое приказал? – сощурилась старушка.
- Господин Дэ а ш, мудрая госпожа, - было ей ответом от ещё одного незнакомого нам нага, решившего вмешаться. – Это необходимо для прояснения дела с присутствием в вашем обществе асура и… - меня осмотрели с ног до головы пронизывающим взглядом серых змеиных глаз. Да и сам наг весь был серый, как пепел: пятиметровый хвост, длинные до поясницы волосы, заплетённые в косу, глаза, язык, даже одежда в виде светло-серой туники до середины бедра и тёмно-серого камзола.
- Ох, - тяжело вздохнула женщина. – Если так, то… Мира, - обратилась она ко мне и жестами стала показывать значение своих дальнейших слов, - иди с ними. Всё хорошо.
- Я пойду с Мирой! – гордо выпятив вперёд грудь, заявил Киаш, беря меня за руку и пристраиваясь рядом.
- Нельзя, Киаш! – нахмурилась Старейшина. – Тебе нужно остаться с нами.
- Но почему? – надул он щёчки и посильнее прижался к моей ноге.
- Потому что, Мира и эти господа будут решать очень важные взрослые дела, - объяснила она и попыталась забрать ребёнка на руки или хотя бы к себе ближе, но тот спрятался за мной, громко заявляя:
- Нет! Я не пущу Миру одну! Я пойду с ней!
- Киаш! Прекрати! – старушка всё больше злилась и хмурилась, ведь считала, что малыш задерживает столь важные персоны своими капризами. – Ты ужасно себя ведёшь и позоришь нас всех! Ты же не хочешь мешать Мире?
Это что ещё за слова такие «не хочешь мешать»? Когда и кому может мешать ребёнок? Он что, лишний, чтобы такое произносить? Я спокойно наклонилась к притихшему и загрустившему малышу, подняла его на руки, позволяя обхватить свою талию хвостом, а шею руками. И направилась в сторону телеги с асуром.
- Госпожа Мира! – ахнула поражённо Старейшина. Но я уже не обращала внимания. Не нужен ребёнок? Значит, будет мой. Я больше ни за что его с вами не оставлю!
Уже на подходе к ожидающему нас отряду, меня нагнал серый наг и, как-то по-змеиному улыбаясь и по-лисьему щуря глаза, заговорил:
- Моё имя Урса а ш Дш а ли, - положил ладонь себе на грудь, а дальше пошла невообразимая попытка жестами до меня достучаться. – Я главный лекарь, - показал, будто порезался и тут же наложил повязку, а потом выпятил грудь колесом, - и советник по здоровью у нашего Князя, - показал пантомиму «шепчу на ушко» и «возложил корону на голову».
Если бы могла, то смеялась бы до колик в животе. Честно, мужчина так старался. Вон даже народ, мимо которого мы проходили, старался прятать улыбки или вообще тряс плечами в беззвучном смехе. Что уж говорить о воинах, нас сопровождающих и встречающих. Кстати, этот странный Главный Лекарь привёл меня именно к тем двум телегам, где находились мои пациенты, и с наиживейшим интересом стал наблюдать за мной. А что я? Мои дроны не покидали своего места и всё это время передавали мне данные.
Асур чувствовал себя без особых изменений, только энергии стало больше. Но мужчина сидит на месте, стараясь лишний раз не поворачивать головы или не поднимать рук за своей едой. Его телегу окружили шесть хорошо вооружённых и бдительных нагов – дёрнешься тут, ага.
А вот пострадавший змеелюд вообще не подавал признаков сознания. Тело уже вернуло былой тонус, ранение заживало в нужном направлении и с нужной скоростью. Ни одна система его организма не подаёт сигналов о нарушении. Почему же тогда он ещё не пришёл в себя?
Я посадила Киаша в изголовье телеги, забралась на неё сама и присела рядом с мужчиной. Очередной забор крови тоже не показал проблем. Прошлась усиленным сканером на тыльной стороне сгиба запястья – ничего. Обычный сон. Вот только длиться уже третьи сутки. Нормально ли это?
- Здоров. Рана хорошо заживает. Три дня спит. Это нормально? – спросила я через Киаша.
Глаза Главного Лекаря прямо загорелись. Он расположился у пациента с другой стороны от меня. Послушал его дыхание, проверил сердцебиение, осмотрел рубцующийся ожог, приоткрыл веки для осмотра глаз, потом осмотрел клыки, язык и даже в уши заглянул. Больше всего его интересовала чешуя на плечах, локтях и запястьях, а потом и на хвосте. Всю осмотрел, чуть ли не каждую чешуйку, подумал и ответил:
- Действительно идёт на поправку. А сон… Ранение было слишком серьёзным. Как только встретиться с Сердцем, вернётся и его душа.
Что? Что ещё за Сердце? При чём тут душа? Но ответы я свои прямо сейчас всё равно бы не получила. Лекарь согнал нас с Киашем с телеги, подал знак нагу извозчику и охране и отправил всё это шествие куда-то вглубь города. Заметив, что я долго стою на месте и смотрю в сторону уезжающих, сказал:
- От нас больше ничего не зависит. Теперь только Богиня его рассудит, - и опять устроил пантомиму. При этом его глаза так сверкали, будто ему самому было смешно от своих действий. – Прошу, - и показал рукой пройти к телеге с асуром.
Ничего, мой дрон всё ещё присматривает за змеем. О любом отклонении в его состоянии или в его окружении он мне тут же сообщит, как и о новом месторасположении.
Демон, заметивший наше приближение, слегка разнервничался, но внешне этого не показал. Решавший свои дела Глава нашей колонны тоже решил к нам присоединиться. Вот от его присутствия асур вздрогнул. Ритм сердцебиения и кровеносное давление резко подскочили, выдавая его страх.
- Господин Дэаш, - Лекарь положил руку на сердце и поклонился Главному, даже ниже на хвост присел.
- Ршат? – низкий, грудной и немного приглушенный безэмоциональный голос заставил моё тело покрыться мурашками и мелко задрожать, а внутри поджаться всему, что можно. Надо же такую власть и столько силы иметь, чтобы одно слово таким голосом заставляло начать думать о повиновении.
- Телом здоров, но дух его в руках Богини, - без кривляний и очень серьёзно ответил ему Лекарь. От дурочка не осталось и следа.
Больше никто ничего спрашивать или говорить не стал. Они просто посмотрели на меня. А я уже залезла на телегу и подобралась поближе к асуру, чтобы проверить его кровь и отвлечься от дрожи в теле. Благо скафандр не позволяет это никому увидеть. Да и спасибо демону, тот позволял мне делать с ним всё, что нужно, никакого сопротивления, слова или лишнего взгляда. Он вообще старался ни на кого не смотреть сразу, как появился Глава каравана. Кстати, а кто он на самом деле?
Сангвитестер показал, что кровь в полном порядке, лишь некоторые гормоны увеличили своё присутствие. Но думаю, оно и понятно, у него начинается стресс: стан врага, один из сильнейших - буквально в паре метров стоит, одно движение или сопротивление – и можно прощаться с только вернувшейся жизнью. Демон даже не дрогнул, когда я включила усиленный сканер.
- Полностью здоров, - сказал Киаш, сидящий на краю телеги. Вот кто-кто, а малыш совершенно не боялся никого. Сидел и болтал хвостиком, смотря то на одного нага, то на другого, то возвращая взгляд мне. А тут он уже начинал улыбаться. Если не губами, то глазами точно.
Вокруг повисла тяжёлая тишина. Охрана иногда косилась в сторону асура, потом на своего командира и обратно. Лекарь же напрягся, нахмурился и, не дождавшись разрешения, забрался на телегу ко мне, сам начал осмотр. Даже нашёл то место, откуда пошло заражение вирусом – старый зарубцевавшийся след от укуса на боку был хорошо виден на полуголом теле.
- Удивительно! – выдохнул серый змеелюд. – Он был заражён больше года назад. Его уже ничего не могло удержать от полного безумия уже с того момента. О возвращении и полном здоровье и мысли не могло быть… - обернулся ко мне, уже смотря совершенно другим взглядом. Серьёзен, насторожен, внимателен к каждой детали. – Как вы это сделали? Проклятье Богов невозможно снять.
Я бы и ответила, да только примчался посланник от Князя. Тот требовал и Главу, который оказывается Генерал всей змеиной армии и княжий Военный Советник, а также Главного Лекаря вместе с исцелённым асуром прибыть ко дворцу вместе с чудо-лекарем. Сказав последнее, посланник посмотрел на меня и низко склонил голову. Ого, как быстро до него дошли слухи обо всём тут происходящем!
В прочем, Князя никто заставлять ждать не собирался. Так что телега тут же тронулась с места и поехала по главной улице к воротам следующей стены.
Я подобралась ближе к Киашу и присела рядом. Малыш долго себя ждать не заставил, забрался ко мне на колени и прижался к груди, обхватывая торс руками, а правую ногу хвостом. Все его движения, эмоции, взгляды – всё было под присмотром старших нагов. Лекарь вообще в нас дырку прожигал. И только Генерал был в своём мире. Полз у правого изголовья – когда мы сидели у левого – и внимательно следил за дорогой, что следовало бы делать охране и извозчику. Да только их больше интересовали мы и асур.
Боялись, что демон мог пойти в атаку или в простое нападение? Не думаю. Рядом с этим Дэашем многорукий вообще едва дышал. Все их действия - простое любопытство. Я могу их понять. Сама вела себя не лучше, когда первый раз столкнулась с представителями неизвестной ранее расы Ишгур, решившей присоединиться к Конфедерации, - мне тогда было десять, а брату – шестнадцать.
Очень похожие на нас, но словно скрещенные с животными: невероятные слух, зрение, другие чувства и инстинкты. Высокие, сильные, решительные. Девушка, а в дальнейшем и жена моего брата была одной из них - как волчица. Когда мы с ней встретились, я оторваться не могла от этой милой и серьёзной брюнетки с серебряными волчьими глазами.
Вот так же все, кто был встречен нами на улице, смотрели на телегу и, в особенности, на меня. У меня они вызывали ответный интерес. Многие из прохожих были нагами всех возможных цветов и расцветок хвостов: даже ядовитые цвета присутствовали, режа собой глаза. Но были и другие существа! Боже, куда меня занесло? На закрытую планету или в книжку со злыми сказками? Киаш тут же оживился, заметив мой интерес, и решил мне объяснить:
- Квары, – указал на бородатых гномов, но с двумя парами рук! - Эйлы, – действительно как эльфы, только куда тоньше, чем люди привыкли считать эту расу, и тоже имеют вторую пару верхних понечностей. - Шургары, – одним словом – оборотни. Только они совершенно не так близки людям. Все за два метра ростом, большая часть тела покрыта шерстью, есть хвосты, уши, когти, зубы и глаза как у животных, а вот телосложение и головы – людей! Кажется, этот мир исковеркал мне известные мне расы: кому лишние конечности добавил, кому наоборот, а кому и тело изменил. А ведь это ещё не все, о ком упоминал ребёнок.
Наш односторонний диалог тут же привлёк внимание всех, но лишь Лекарь приблизился ближе и решил поинтересоваться:
- Вас так интересуют иные народы? – любопытно сверкнул он глазами.
- Мира никогда их не видела, - ответил ему малыш.
- Никогда? – удивился мужчина, а слышащие нас стражи непонимающе переглянулись.
- Видела лишь похожих, - передал Киаш мои слова.
- Если так, то… - слегка замялся наг. – То, кто вы, Мира?
Но отвечать я не собиралась, а малыш лишь прижался ко мне плотнее. Если подумать, наги деревни, куда я вела мальчишку, могли рассказать своему «начальству» всё, что знают и что связано со мной. Только, видимо, делать этого не стали. И спасибо им за это.
Медленно наша процессия двигалась от одних ворот стен города до других. И ничего кроме улучшения условий жизни я не видела. Всё было по-прежнему: те же существа, те же жизни, те же стремления и общение. И всё те же любопытные взгляды, те же торопящиеся уступить нам дорогу экипажи, повозки и телеги.
Лишь в верхнем кругу жителей было меньше, да и большинство предпочитали оставаться в своих домах. А встреченные нами чаще всего приходились служащими и слугами у хозяев этих величественных больших и высоких – этажей пять - особняков. Да и целью нашей всё же были не они, а дворец.
Он же был куда выше всех встреченных мной построек. Десять этажей, белые стены, наклонные и плоские крыши, пять невысоких пухлых башен – четыре по «углам» здания, одна в центре. Каждая была будто куполом с острой вершинкой. И всё это окружала дворцовая стена с уже шестью тонкими высокими как свечки башенками. Чем-то мне это напомнило стиль индии или арабского востока далёких времён, когда люди Земли ещё даже о быстрых далёких путешествиях в иные страны и не догадывались.
Стражи внешней стены дворца встречали нас поклонами и цепкими взглядами, спеша открыть ворота и пропустить нашу процессию внутрь. Внутренний двор перед основным зданием был широким, цветущим и тоже застроен разными постройками, что стена хорошо скрывала от внешнего обзора. В одной из них я признала своеобразную казарму для стражей, в другой – склад, стоящий перед входом в огромных цветущий сад, за которым была ещё одна – один из выпущенных вверх дронов передал мне фото огромного и выстроенного совсем в другом стиле храма. Что-то среднее между европейским и древнеримским, если присмотреться. Хм.
Но внутрь заглядывать стало некогда. К нам уже спешили встречающие наги, одетые в одинаковые серо-коричневые одежды, думаю, это ливреи слуг. Самый быстрый и главный из них - явно дворецкий – подполз к Дэашу, низко поклонился и быстро что-то прошептал, приглашающим жестом руки указывая нам новое направление движения.
Мы двинулись в сторону казарм, а потом и дальше. Там шёл ещё один сад, но из деревьев, которые закрывали собой в самой своей середине странную каменную скалу и пещеру. Вход и полы пещеры были устроены для удобного передвижения в ней. Часть слуг, шедших за дворецким, несла в руках круглые хрустальные шары, засветившиеся изнутри сразу, как только мы оказались внутри природного прохода, и нас окружила тьма. Правда, если присмотреться, то вдали внизу после резкого поворота влево тоже горел свет.
Асура, спустившегося с телеги, окружили со всех сторон охранники и вели позади нас с Киашем. Дворецкий, шедший самым первым, что-то шептал Лекарю, то и дело кидая на меня косые взгляды. Думает, что я этого не вижу, раз он скрыт за широкими плечами ползущего между нами Генерала?
Нас остановили перед самым поворотом. Дворецкий заполз внутрь, а через минуту попросил зайти внутрь Господина Дэаша. Разговор слышать мы не могли, только отголоски голосов долетали до нас. Да и всё равно было как-то. Меня больше начали волновать поступающие данные с дрона у так и не пришедшего в себя Ршата. Его дыхание и сердцебиение увеличились, а в тело стала попадать странная субстанция, тут же вызывая взрыв гормонов по всему организму.
Жмущийся ко мне Киаш, сидящий у меня на руках, будто почувствовал моё напряжение. Заёрзал, посмотрел на меня не по-детски внимательным взглядом, чуть нахмурился и тихо-тихо спросил:
- Что-то случилось? Тебе нужно идти? – и приложил руку с браслетом к уху, чтобы лучше расслышать мой ответ, ведь в пещере будет слышно мой голос куда ярче.
- Что-то не так с Ршатем, - шёпотом ответила ему я. – Мне не нравиться его состояние. И если понадобиться, я должна буду тут же уйти. Ладно?
- Ладно, - кивнул малыш и попросил его опустить на пол, чтобы легко уйти в любой момент. Какой же всё-таки этот мальчишка милый, умный и хороший. С каждым мгновением я радуюсь всё больше, что не пришлось его оставлять со Старейшиной и жителями той деревни.
Из-за угла появился дворецкий, смотрящий на меня с лёгким прищуром. Приглашающий жест рукой и тихий напряжённый голос без лишних эмоций:
- Прошу, вас ждут.
Я уже было шагнула вперёд, как наг хмуро посмотрел на Киаша, держащегося за мою руку. Лекарь, понявший ситуацию, тут же вступил в «разговор»:
- Мира не пойдёт без Киаша. Так что, им лучше идти вместе, раз ждут.
Под давящим взглядом Глав.врача дворецкий стушевался и, кивнув, попросил следовать за ним. Проходя мимо заступника, кивнула ему, а Киаш тихо передал от меня «спасибо», за что мы оба получили поддерживающую улыбку.
______________________
* Пуирская тиарка – гумоноид расы Тиар женского пола с планеты Пуир. Это утончённые существа, тонкие и изящные, прям эльфы или даже нимфы, только ростом как гномы – если живут в горных районах, лесные жители могут вырастать до двух с половиной метров. Очень утончённые в манерах и миролюбивых характерах, плавные в движениях и невероятно красивы, что мужчины, что женщины. В ночное время их кожа начинает люминисцировать. Особую притягательность имеют в период спаривания, т.к. кожей начинают выделять особый феромон для привлечения партнёра, стараются образовывать пару с один партнёром на всю долгую жизнь.
Рука сработала быстрее, чем я успела осмыслить движение. Писк лазерного выстрела, и каменные осколки разлетаются в разные стороны, с гулом отскакивая от стен пещеры, её пола и с всплеском погружаясь в природный тёплый источник. Наблюдая за этим хаосом и медленно опуская руки, я чувствовала лишь гулко бьющееся где-то в горле сердце. Снова могу порадоваться, что ни моего лица, ни сбившегося от выброса адреналина дыхания, ни дрожи в теле в скафандре не видно. Да что со мной происходит? Что за реакции такие?
Я посмотрела на самый большой уцелевший кусок разрушенной статуи и запустила процесс сканирования организма. Может, что-то есть такое в воздухе, что не сразу отметилось системой и начало только сейчас влиять на меня? Не знаю, но нравится мне это с каждой секундой возвращения осмысленности всё меньше.
Кстати, если присмотреться, из камня было вырезано существо, очень сильно походящее на дэхараза. Чешуйчатое тело – то, что осталось от него, - когтистые передние конечности, вытянутое по-змеиному лицо с едва выпуклыми глазами с вертикальными зрачками, длинная шея. И даже хвост, выглядывающий из-под тоги, надетой на него. Судя по данным скана, существо стояло весьма прямо на нём, сложив руки на животе – одна сжата в кулак, другая положена сверху, выглядывающие из-под длинных и широких рукавов.
Нет. Это не дэхараз. Похож, но не он. Не он!
- Вам так не понравилась эта статуя? – спокойный и мягкий мужской голос отдался от стен грота, полностью возвращая меня в реальность и заставляя резко обернуться на его хозяина.
В источнике, у дальней от статуи стены на небольшом рукотворном выступе под водой сидел мужчина. Наг, абсолютно белый змеелюд. Вся его кожа и хвост, выглядывающий из-под чуть мутной водной глади, были как первый снег. Даже его длинные волосы и…чешуйки на лице. Они шли по скулам под глазами и вискам, по скулам нижней челюсти и даже по лбу. Полоской, расширяющейся прямо от переносицы к волосам. Но это совершенно его не портило.
Мужчина был очень красив. Будто ожившая статуя далёкой древности. Точёные черты лица, сильная шея, мощные плечи, широкая грудь. Но эти глаза цвета расплавленного серебра, смотрят слишком цепко, слишком холодно и по-звериному пугающе. От этого нага так и веяло властью, силой, несгибаемой волей.
Правитель этих мест.
Князь.
Эту догадку…нет, этот факт подтверждал и стоящий рядом с государем Дэаш. Генерал был неизменен в своих движениях, выражении лицо и безразличии взгляда. Он сложил руки за спиной и просто смотрел на нас.
- Рефлексы, - тихо за меня ответил малыш, держащий меня за руку всё это время и прячущийся половиной тела за моими ногами. – Слишком похож на врага.
- Хм, - только и издал на это мужчина. Он даже не моргает. Всю минуту, молча что-то обдумывал, не шевелился. О, моргнул! Медленно и как-то устало. А потом и сдвинулся с места, поднялся, вылез из источника, тут же принимая повязку на бёдра от своего военачальника, и, заворачивая её вокруг себя, двинулся в нашу сторону. – В а крис Сарк а ри А свар, - и чуть склонил голову в приветственной кивке. - Позвольте поблагодарить вас за спасение моих подданных и посильной помощи в нашей борьбе. Дэаш рассказал о вашей невероятной силе и навыках в лекарстве, особенно, совершённых относительно асура. И, если честно, они слишком невероятны, чтобы быть реальными. Не доверяй я слову своего верного генерала… - и замолчал, сузив глаза.
Весь его вид говорил мне о бахвальстве, мыслях о собственной значимости и поиске выгоды. Я говорила, что он сказочно красив? Поправка: обложка как-то не так соответствует содержанию. Особенно, его попытка манипуляции ситуацией. Наг пытается заставить меня думать так, как он хочет, поступать так, как он хочет, поэтому выдаёт себя за одного, когда является совсем другим.
Умён, чёртов манипулятор. Такое качество вкупе с внешностью прекрасно для тех, кто держит в своих руках власть. Заявляю это как младший помощник главного помощника Главы Дипломатической Миссии на Сидджер, в которую в этот раз я не попала. Но, как бы там ни было, на меня его манипуляции не подействуют.
- Благодарю, Ваше Величество, за столь высокие слова, - Киаш сказал, а я отзеркалила кивок мужчины. – Все мои действия направлены на оптимизацию складывающихся вокруг меня ситуаций. И вам нет необходимости в недоверии к вашим преданным подданным.
Слушая «меня», наг слегка напрягся, а глаза опасно сверкнули. Он понял, что его раскусили. Понравилось это ему или нет, мне становилось с каждой секундой всё равно. Данные, поступающие от дрона у Ршата, становятся скачкообразными. А некоторые показатели слишком неправильными, чтобы оставить их без внимания.
- Мой народ с твоих слов зовёт тебя Мира, - решил продолжить разговор Князь. – Позволишь ли нам услышать твой голос, узнать твоё настоящее имя и увидеть твоё лицо? – и надел на себя роль соблазнителя. Решил, раз не сможет доминировать через показательную властность, так через свою красоту получиться?
В проходе в пещерку показался дворецкий, желающий присутствовать при этом действе. А система анализа внешнего пространства вдруг выявила новую примесь в воздухе. Её состав был очень похож на человеческие мужские феромоны, начинающие влиять на женское поведение через рецепторы дыхательных систем, чтобы показать, насколько этот экземпляр мужественности подходит с точки зрения генетики для образования семьи и будущего потомства. И эти самые феромоны сейчас буквально окружили меня, заполняя пространство пещеры. Как же я рада системы фильтрации воздуха! Система показала, что такая атака на мой организм возымела бы положительный эффект.
Я перевела взгляд на дворецкого, резко отшатнувшегося обратно в проход. Он был весь напряжён и даже напуган. Кажется, такой ароматной аурой Князь так же воздействует на мужчин, но их организм её воспринимает как угрозу. Как бы выразилась моя однокурсница Дария из Звёздной Академии Междумирья: «Надо же Альфе как-то отвадить других самцов от желаемой добычи, чтобы не вмешивались и претендовать не смели!». Девушка была зитранкой - представительницей гумоноидной расы с планеты Зитран П7-Д1-Н, имеющей в почти человеческой внешности сиреневую кожу, овальные глаза полностью матово-чёрного цвета и перьёобразными отростками на голове вместо волос. И у них такое поведение в знакомстве с противоположным полом самособой разумеющееся: понравилась или зацепила – распространи свои запахи и феромоны, покажи, что достоин стать мужем и отцом.
И я никогда не думала, что попаду в похожую ситуацию. Только тут скорее попытка показать себя доминантом. Он – Князь, куда уж больше доминирования. Но я не его подданная, я не обязана ему подчиняться, так что, вот так вот воздействовать почти незаконно и… неправильно что ли. Мужик вроде умный, понимать должен, что играет нечестно. Только, как говорил нам преподаватель дипломатии: «политика – грязная игра, нужно играть по её правилам так, чтобы выгодно было больше тебе, но другая сторона считала, что осталась в победителях».
Хм, а вот Дэаш вполне себе спокоен. Лишь слегка ноздри подрагивают, а брови чуть хмурятся. Кажется, синдром ещё не до конца погубил его сенситивность. Это хороший признак. Очень хороший признак. Есть шанс, что возможно частичное, но возвращение к правильному состоянию чувствительности и эмоциональности.
- В самое ближайшее время, Ваше Величество, - ответила я на «просьбу» правителя, чем вызвала довольную улыбку, едва заметную на холодном лице. – В любое ваше свободное время, которое сейчас я у вас отнять не посмею.
Ну что? Съел? Судя по ещё большему напряжению в позе и взгляде мужчины, проглотил и подавился. А я подхватила малыша на руки и направилась к выходу:
- Прошу прощения, но что-то случилось с Ршатом. Мне, как его лекарю, необходимо его срочно осмотреть.
Мне выход из купальни Величества преградил слегка запыхавшийся наг в длинных подпоясанных тёмно-серых рясах. Он что-то быстро шепнул дворецкому, тот его пропустил, но тут я. Молодой змеелюд с огненно-красными волосами и хвостом выпучил свои янтарные глазища, но быстро взял себя в руки. Чуть поклонился и обполз стороной, чтобы приблизиться к Князю и быстро проговорить:
- Сердце Богини пробуждается, мой Господин, - низко присел он на свой хвост и склонил голову. – Жрица Сурфрас говорит, что Время Золотых Лун наступает.
- Когда? – мрачно спросил Вакрис.
- Этой ночью можно проводить церемонию Лунных Слёз, а следующей – Слияние Лун, - протараторил посланник.
Дальше я уже не слушала, спешно выходя в коридор, а дальше ступая в сторону сигнала от дрона. Вообще, моё появление нисколько не удивило никого, но столь спешный уход… Урсааш будто почувствовал, куда я направилась, быстро пристроился рядом и спросил, как только мы оказались достаточно далеко от входа в пещеры:
- Что-то случилось?
- Мне не нравится состояние Ршата, - коротко бросила я. И этого мужчине хватило, чтобы максимально собраться и уже решительно двигаться со мной на равных. – Скажите, - спустя пару минут тишины заговорила я.
- Да?
- Что такое Время Золотых Лун?
- Так вот, почему младший жрец так спешил прорваться к Его Величеству, - усмехнулся наг своим мыслям, но быстро вернулся к разговору: - Это время, когда Небесные Боги – Элар и Руус – одновременно отдают нам свой божественный свет и благословляют любые союзы между нами. В это время мы подтверждаем свои дружественные намерения относительно друг друга, заключаем любые договоры, помолвки, брачные союзы.
- Для этого и предназначены церемонии Лунных Слёз и Слияния Лун? – мы были уже в саду перед храмом. Здесь всё чаще мелькали наги в рясах и других одеждах, которые обычно носят служители разных культов Богов.
- Да, - кивнул Урсааш. – Первая из них для того, чтобы обозначить свои намерения, вторая – для того, чтобы их закрепить перед лицом и под светом Богов.
Больше мы ничего не говорили, пересекая порог храма. Нас встретила полузатенённая длинная зала с высокими потолками, заканчивающаяся небольшим возвышением и постаментом со статуей. Стены с обеих сторон украшались полуколоннами и аркообразными углублениями между ними. В каждой арке – кроме первых, что шли куда-то коридорами - на стенах были различные изображения каких-то сцен, думаю, мифологического порядка. Под каждым из них стоял небольшой вытянутый прямоугольный камень, держащий чашу с огнём.
И всё же, меня больше привлекла Богиня. Это была молодая женщина в воздушных полупрозначных одеждах, с цветами в длинных до пола волосах и рогатом венце, выполненная из молочно-белого лунного камня. Тонкий силуэт, мягкая стать, нежность линий. Передо мной предстал идеал женской мягкости. Она даже слегка повернула голову право и мягко наклонила, как бы по-матерински снисходительно смотря и улыбаясь своим детям. На Её лбу был вычерчен крупный полумесяц остриями вверх, в который капала крупная капля, и который испускал по пять лучей, обхватывающий лоб Богини, будто диадема.
В руках Она держала, а точнее между ними левитировал шар. Правая Её рука была над ним, а левая – под. Сфера была из того же камня, что и статуя, только куда прозрачнее. Он мягко светился. Если присмотреться, то это даже скорее глобус этой планеты: с очертаниями материков, островов, морей и океанов. Но сияние было такой интенсивности, что будь я без шлема, вряд ли бы заметила всё это.
- Это ваша Богиня? – тихо спросила я Киаша, так же завороженного смотрящего на Её лик, как и Урсааш.
- Да, - шепнул мне малыш в ответ. – Богиня Элар.
- Верно, - кивнул Лекарь. – А это, - посмотрел он на сияющую Сферу, - Её Сердце.
И я бы полюбовалась необычным для этого мира явлением, как испускающий странную энергию шар, но меня отвлекло тело Ршата, лежащего на простынке, расстеленной у основания постамента Богини. Поэтому осторожно опустила Киаша на пол и метнулась к пациенту. Меня, заставившую своим видом замереть и напрячься всех служителей и посетителей храма, тут же попытались остановить. Особенно рьяно это делала нагиня в возрасте, принявшись негодующе и возмущённо что-то шипеть. Но её на себя взял Главный Лекарь, за что ему отдельное спасибо.
Опустившись рядом с Ршатом, я просканировала его, взяла анализ крови. Что-то царапнуло сознание, странная догадка, заставившая меня заняться сканированием Богини и Сердца. Вот оно! Вот раздражитель! Это Сфера испускает странные волны энергии и почти неслышимого звука, влияющего на физического состояние любого, кто находятся рядом в этот момент. При чём, на всех по-разному. Кому-то это помогает, кому-то делает хуже – видимо, поэтому мне говорили, что жизнь мужчины будет зависеть именно от решения Богини. И если столько ярое воздействие на него продолжится, то, боюсь, они сделают только хуже.
Я стала судорожно пытаться найти решение этой проблеме. Если я попытаюсь убежать с Ршатом на руках – нет, меня не остановят, сил не хватит, - то это ему может навредить. Воздействие Сердца слишком мощное и глубоко проникло… И тут меня осенило: а можно ли исправить тональность излучения? Изменить его так, чтобы оно не разрушало, а излечивало, как, например, регенератор в медицинских отсеках военных кораблей!
Сам источник я исправить не смогу, для этого нужно время, которого у меня просто нет. Поэтому я выставила ладони прямо над головой и сердцем нага и запустила экран. Он вытянутым овальным куполом укрыл его тело. Настройки пришлось задавать голосовым управлением, но лучи Сердца, проходившие через экран, тут же фильтровались: экран задерживал собой вредоносные волны, пропуская только нужные.
В храме повисла тишина. Минута. Вторая. Десятая. Семнадцатая. Я, искусав от нервов нижнюю губу почти до крови, уже начала думать, что всё напрасно. Как тут Ршат тихо застонал, поморщился и открыл свои глаза. Сначала расфокусировано пытался понять, где он и что происходит, а потом увидел меня. От испуга вздрогнул – да, знаю, шлем снаружи не очень, - но, судя по проясняющемуся взгляду, тут же успокоился. Вспомнил меня. Хорошо, значит, голова работает правильно.
- С возвращением, - тихо прошептала я.
Мужчина кивнул и стал осторожно подниматься. К всеобщему удивлению, это у него получилось легко. И тут все разом отмерли. Жрецы и жрицы окружили нага, но их быстро растолкала молодая нагиня и, дрожа всем телом, прижалась к Ршату. Тот нежно улыбнулся, прижимая её к себе в ответ.
Как хорошо, что отвлеклись на возвращённого, буквально, с того света, что ускользнуть из храма мне труда не составило. Тем более Урсааш так же взял часть внимания на себя, решив удостовериться в полном выздоровлении моего пациента. А вот малыш следовал за мной, взяв привычно за руку.
- И куда мы с тобой пойдём? – решила поинтересоваться у него и остановилась у главного входа во дворец.
Киаш состроил умилительную мордашку задумчивости. Если подумать, нам действительно особо и пойти некуда. Нет, мы, конечно, можем вернуться в нижний круг к жителям деревни. Только я сама уже не хочу к ним, а отдавать малыша – и вовсе. Интересно, а я смогу купить нам домик во втором или третьем круге?
Но размышления пришлось прервать. К нам со стороны пещер-купален спешил стражник с копьём наперевес. Заведя мальчишку к себе за спину, приготовилась встречать посланника. Наг затормозил в паре метров, поклонился почти в пояс и заговорил:
- Прошу вас проследовать за мной.
- Что-то случилось? – Киаш наполовину выглянул из-за моих ног.
- Мне велено сопроводить вас в ваши покои, - отчеканил мужчина, заставляя нас с малышом переглянуться. – Такого повеление Князя.
Ну, раз Князя… Хотя, чего это он? Разве ему не должно быть всё равно? Зачем выделять нам целые покои – ну, за жилые метры отдельное спасибо, - чтобы не упускать меня из виду? Ему так интересно то, что я из себя представляю? Хочет иметь преимущество перед другими? Возможно. Всё это имеет место быть. Вакрис умный, расчётливый и хочет не упустить выгоду, как для себя, так и для своего народа. Что ж, как правитель, он действительно хорош.
Так или иначе, а пойти за стражем пришлось. Я не против пожить во дворце. Для меня вообще особо не принципиально это. Но удобства лишними не бывают, особенно, в таком мире. Да и малышу будет там лучше. Удобно, тепло, сытно – самое то. А я… я же просто буду внимательней. Шпионов, интриганов и диверсантов никто не отменял – только это может испортить жизнь в таком месте. Да и не думается мне, что Князь так просто откажется от своей идеи посмотреть на меня без шлема, если не без скафандра – ситуация с его попыткой атаковать и подчинить меня с помощью феромонов была ведь не простой попыткой покрасоваться и выделить себя как лучшего самца, тут тоже больше меркантильности замешано.
Дворец изнутри был просторен. Если присмотреться, мебели, вроде комодов, зеркал, подсвечников и широких низких кресел, раз-два и обчёлся. Сами стены, полы и потолки заменяли собой убранство своими росписями в восточно-индийском стиле, украшенными фигурной золотой лепниной. Каких-либо ковров или настилов не было ни на полу, ни на лестницах – они, кстати, были с очень широкими ступенями. Проходы в другие залы и коридоры были выполнены в виде арок, занавешенных полупрозрачными белыми летящими занавесями.
На втором этаже, как и на последующих, картинка особо не поменялась. Только больше огромных залов не было, всем достался первый этаж. Мы же поднялись на пятый – этаж важный гостей, как выразился страж-сопровождающий – и свернули в широкий и длиннющий коридор. Росписи слегка изменились, принимая больше тёмных и спокойных тонов. А также появились двери. Обычные деревянные двустворчатые двери, ведущие в покои тех или иных господ. В нашем коридоре таких было пять: три с правой стороны и одна в самом конце. Левой же стены вовсе не было. Так что, этот коридор можно назвать скорее балконом, выходящим на внутренний сад.
Вокруг центрального купала был сад! Прямо на крыше дворца под нами. Он располагался на уровне четвёртого этажа, и из него легко можно было попасть в центральную часть здания. А вообще, мне этот палисадник очень даже понравился. Абсолютно разные клумбы, кустарники, деревья. Все ухоженные, под большим присмотром. Да и дорожки с перекрестиями в виде больших и малых фонтанчиков с лавочками для отдыха выглядели чистенько.
Страж подвёл нас к центральной двери, сам открыл её и, поклонившись, уполз дальше исполнять свои обязанности. Только далеко не ушёл, остался у входа в коридор, где стоял такой же наг. Вообще у каждого прохода, коридора, лестницы была своя пара охранников. Что весьма неудивительно для такого места.
Выпустив один из дронов и закрепив его прямо над дверью, я прошла внутрь. Что ж… впечатляет. Покои были огромные. В самый раз для высокопоставленных нагов. А вот для меня слишком большими. Потолок под три метра, а само помещение почти десять на десять. Опять с минимумом мебели. В центре перед камином стояли три широких трёхместных дивана с невысокими спинками и подлокотниками, но все в подушках – честно, они размером с полутоспальную кровать, - между ними был расположен низкий столик. У стены слева от входа стоял небольшой комод и своеобразная книжная полка от пола до потолка. И всё.
Напротив входа были арочные выходы – от пола до потолка прям - на балкон с видом на столицу прикрытые лёгкими прозрачными тканями, как и все увиденные мною проходы в этом дворце. Справа от входа шла стена и ещё один проход, укрытый уже плотной занавесью, в другую гигантскую комнату, оказавшуюся спальней.
В ней находилась исполинская кровать с прозрачным балдахином и изысканным шёлковым постельным бельём тёмно-синено цвета. Напротив стояли женский столик с зеркалом и комод. Слева так же была двойная арка-выход, как в гостиной. За дверью напротив входа и справа от кровати была ванная. Не так, чтобы стояла какая-то лохань, нет, это скорее ванная, вырубленная прямо в полу и больше смахивающая на ними-бассейн два на два метра с глубиной почти в метр.
Комнатка была небольшой, но куда более уютной. Тут были разные шкафчики с халатами, полотенцами, тюбиками, колбочками и чашечками, наполненными разными составами и порошками. Из неё влево вёл ход в гардероб, просто переполненный богатыми одеждами и обувью, и из которой можно было легко вернуться в комнату, минуя ванную.
М-да. Покои так покои. Почти королевского масштаба. Мне нравится, осталось только дроны запустить в каждую комнату и на балкон сразу два, чтобы наверняка. Что я тут же и выполнила, как только осмотр посчитала законченным и вернулась в гостиную.
Но это было ничто. Мне больше нравилось наблюдать в этот момент за Киашем. Малыш ни разу не видел ничего подобного, учитывая, где он родился и жил до этого. Его глаза сверкали любопытством и неверием, но, что удивительно, он ничего не трогал и лишь ходил за мной попятам.
- Тебе здесь нравится? – спросила у маленького нага. Тот дрогнул, словно приходя в себя, посмотрел медленно на меня и как-то неуверенно кивнул головой, прижимая ручки к груди. Хм. – Не волнуйся, если хочешь, мы можем тут долго не задерживаться. Найдём себе дом во втором или третьем круге, будем жить вдвоём. А пока лучшего места переждать это время просто нет.
- Мы… будем жить вдвоём? – удивился Киаш. И чего это он?
- Да, - подтвердила я, - разве должно быть по-другому? Будем жить вместе, ведь нам с тобой некуда больше идти.
- Ты не можешь вернуться домой? – растерянно поинтересовался мальчишка.
- Мой дом слишком далеко, Киаш. И как бы долго я не шла, я не смогу туда вернуться.
Да, пешком на другой конец Галактики – нет путешествия желаннее, ага. Но следующие слова маленького нага невероятно удивили:
- Это потому, что ты нар?
- С чего ты так решил? – не поняла.
- Нууу, - затянул он. – Старейшина сказала, что нары живут на Небесах под присмотром Богов. Туда нет прохода никому из нас, ведь Врата давно закрыты Богами. И Мира - нар, прошедший сквозь Врата и спустившийся с Небес. И, однажды, ты можешь вернуться домой, а значит, тебе нужно будет оставить меня, - малыш весь сжался, опустил голову, и, кажется, у него на глаза навернулись слёзы.
Вот же старая змея! Наплела мне тут ребёнку!
- Послушай меня, Киаш. Есть кое-что, что рано или поздно я должна буду тебе сказать, - я опустилась перед ним на колени и взяла за ручки. Малыш тихо, почти беззвучно всхлипывая, поднял голову и посмотрел туда, где для него предположительно были мои глаза. – Ваш мир закрыт для нас под страхом смерти. И даже если я найду способ вернуться, то меня просто казнят. Поэтому, я не могу вернуться. Я буду здесь, в этом мире, всю свою жизнь. Поэтому никуда не уйду, не оставлю тебя и буду защищать. Да и ты первый, кого я вообще здесь встретила. Мы столько с тобой прошли, что мне впору называть тебя младшим братом… Хочешь быть моим младшим братиком?
От этого малыш ещё сильнее расплакался, вводя меня в ступор. Он просто бросился в мои объятья и плакал уже не скрываясь, позволяя себя утешать. А когда всхлипывания закончились, Киаш сказал:
- Я буду твоим братиком, Мира. И, однажды, я вырасту и буду сам тебя защищать! – он быстро отлип от меня, вытер глазки, широко улыбнулся, гордо поднял голову и расправил плечи. Но быстро сдулся. Что на этот раз? – Мира, а где твоя семья? Она там, на Небесах? – указал он пальчиком вверх.
- У меня осталась только мама, - честно ответила я. – И да, она там же, где и все остальные мои сородичи. Но больше у меня никого нет, кроме тебя.
- Совсем-совсем? – удивлённо выпучил он глазки и поднял бровки.
- Совсем-совсем, - усмехнулась я. – Был старший брат, но… он ушёл в чертоги предков к отцу вместе со своей женой.
- С ними что-то случилось? – участливо поинтересовался ребёнок, взял меня за руку и даже погладил её. Какой же он милый!
- Случилось то, почему я попала сюда, малыш, - усмехнулась невесело я, но пытливый взгляд не дал на этом закончить. – У нас идёт война. И на их корабль напали враги.
- Как асуры? – ужаснулся Киаш, слегка бледнея.
- Нет, малыш. Многим хуже.
Один из дронов, устроившихся на потолке, опустился на пол и создал полупрозрачную голограмму уродливого существа. Высотой под два с половиной метра, мощного телосложения, весь покрытый прочной тёмно-зелёной или серо-зелёной чешуёй. Его хвост, спина, плечи и даже затылок были покрыты чёрными острыми ядовитыми шипами. На руках и на по-звериному изогнутых назад ногах были острые чёрные когти. Морда же была вытянута как у ящериц. Глаза как чёрные провалы и горящей алой расщелиной зрачка. Пасть жутко оскалена, и из неё виднеются острые как бритва ряды клыков.
Дэхараз во все его чёртовой красе. Ну и без доспехов, что обычно покрывают их либо полностью – для выхода в космос, либо только грудь, бёдра, руки и ноги – где спрятаны большая часть оружия.
Киаш, увидевший этот ужас, отшатнулся за меня и мелко затрясся. Да, уродливы, страшны, яростны в бою и невероятно беспощадны, даже если это их раненый товарищ – убью, чтобы не отвлекаться и не мешал.
Голограмма быстро исчезла, а я повернулась к бледному мальчишке и горько усмехнулась:
- Прости, нужно было тебя предупредить об этом. Тебе не стоит бояться, это всего лишь рисунок, что строиться из све…
- К-к-кто э-э-это бы-ы-ыл? – трясясь спросил он, держа меня за руку.
- Дэхараз, - ответила и послала дрон обратно к полотку, где он тут же принялся маскироваться под рисунок.
- И-и в-вы в-вою-ете с н-ними? – чуть менее опасливо выглянул ребёнок из-за меня, а не найдя опасности, ещё и вышагнул.
- Да, малыш. Из-за одного такого столкновения я и попала в ваш мир. Мы направлялись в другое государство, чтобы наладить контакты, но напали они. Выжила только я, но теперь мне нет возврата назад. Я остаюсь здесь.
Вместо дальнейших слов, он просто меня ещё раз обнял. И продолжал бы ко мне жаться, если бы не появившиеся три нагини. Две несли подносы полные еды, а другая – держащаяся более важно – начала говорить:
- Моё имя Сарсия, - лёгкое приседание на хвост и опущенная в поклоне голова. – Вы можете обращаться ко мне с любым вопросом. Я назначена вам помогать в любом вопросе. Так что, спешу вам сообщить, что вам необходимо хорошенько подкрепиться, - указание рукой на подносы, - помыться, отдохнуть и подготовиться к предстоящему празднику.
Никак Князь постарался. Вот же! Думала опасаться простых шпионов с методом «подгляну-подслушаю», а тут – на тебе! – личные слуги доносчики. Но, кто сказал, что я буду играть по его правилам?
- Благодарю вас, Сарсия, - передала я через Киаша. – Но я могу легко позаботиться и о себе, и о Киаше без вас. Прошу вас только предупреждать меня о любых новостях или событиях, где должна присутствовать. Поэтому, можете быть свободны до времени, когда нужно будет выходить на предстоящее празднование.
Опешившая девушка – м-да, молода ещё, примерно моего возраста – только растеряно моргала и раскрывала-закрывала рот, как рыба. Но Киаш быстро сориентировался и просто вытолкал её за двери. Благо другие нагини сами уползли, как только оставили свои ноши на столике между диванов.
Что ж, радикальные воздействия имеют радикальные ответные действия. Возникает теперь другой вопрос: а зачем мне присутствовать на этом их празднике-церемонии? Что задумал этот Змей? Вот возьму и не пойду! Мне там быть не обязательно так-то. У меня и без этого есть, чем заняться – нужно срочно разобрать все полученные данные по ситуации с Ршатом. Что-то меня в них слишком цепляет.
Вот только, через час разбора данных, когда малыш помылся в ванной – под моим пристальным наблюдением, - поел и почти задремал на одном из диванов, я нашла цепнувшую меня мысль. Состояние Ршата, не прими я своевременные действия конечно, приняло бы определённый вид. Вирус асуров слишком специфичен по своей природе. И если шестируких превращает в безумные машины для убийства, то змеелюдов – тех, что выживают, естественно – делает похожими на отморозков. В прямом смысле. Они перестают чувствовать, становятся безразличны ко всему. По-нашему можно сказать, что у них проявляется последняя стадия Синдрома Варгшурса.
Но здоровье Ршата не было так пагубно подбито. Он, буквально, избежал этой участи. Избежал, потому что я дала ему настойку для победы над вирусом, когда все системы его организма были заражены. Возникает логичный вопрос: а можно ли воздействовать на тех, кто выжил, но стал льдышкой? За примером далеко ходить не надо – Генерал Дэаш самое прекрасное пособие.
Безумный план родился буквально за мгновение. Взять и проверить свою теорию прямо сегодня. Благо, обстоятельства позволяют.
Что ж, Княже, ждите! Я приду на ваш Праздник Жизни!
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги