Шела и Вожак. Учеба, страсти, брак

— Ты всегда была отвратительным ребенком, Шела из Нокихара!

Сложно солидно орать на сидящего на крыше склепа, когда сам стоишь внизу и задираешь голову, но первая жрица старалась. Вопила так, словно рядом со мной на все той же крыше не находилась трехглавая гончая. Собачка нервно подрагивала, из ее клыкастых пастей то и дело вырывалось зеленое пламя, но в целом гончая продолжала лежать смирно.

Исключительно, потому что я ее об этом просила.

Если бы не мои уговоры, псина давно бы рванула вниз и попыталась бы улучшить свое настроение и моральный дух за счет тех, кто еще недавно собирался принести ее в жертву.

Подумать только, меня три года в родном Подземном королевстве не было, а за это время жрецы дроу не стали хоть капельку цивилизованнее. Они все также практиковали дикарские жертвоприношения и орали на маленьких девочек. Мое имя Первая жрица помнила до сих пор, как и название моего родного поселения.

Мелочь, а приятно.

Три года назад она чуть ли не пинками сопроводила меня из приюта для сирот в Нокихаре и сдала вместе с младшим братом вожаку черных драконов лорду Алдраку Мраку. У него я и выяснила, что стала внезапной владелицей драконьего дара и теперь обязана переехать к драконам, а узнав об этом, не особо сопротивлялась. Жизнь в приюте была скучной, дисциплина — отвратной, но я все равно немного скучала по Подземному городу, поэтому, узнав, что черным драконам нужен образец магии дроу, предложила свою помощь.

Что может быть безобиднее, чем желание ребенка снова побывать дома? Именно так и рассудили жрецы, когда позволили мне и моей няньке спуститься в Подземный город.

— Шела Мрак, вы ничего не желаете объяснить?

А вот и он! Моя няня, точнее, официальный куратор моего задания, лорд Зейдрак. Со мной его отправили, потому что он лучший разведчик Альгара и мог войти в образ дроу. Гримировали его на минималках, чтобы выдать за дроу-полукровку. Я лично помогла маме смешать порошок и белила, чтобы у чистокровного дракона кожа стала правильного лунного оттенка.

Уши дракон приклеивать отказался наотрез. Еще и аргументировал, что у полукровок они бывают разной формы. Был бы чуть догадливее и от краски бы отвертелся, потому что банально светлокожих среди дроу тоже хватало. Первая же встреча с подземным патрулем помогла дракону повысить свою эрудицию. Зуб даю, он сразу понял, что я заставила его испачкаться так, на всякий случай. И ничего не сказал! Не отчитал, не расспросил, никак не прокомментировал. Просто сделал вид, что не понял.

Зато сейчас мастер Зейдрак точно осознавал, что я залезла на крышу склепа не потому, что отсюда был отличный вид. Но при этом смотрел так спокойно, словно мы столкнулись на парковой дорожке во время утреннего моциона.

Злобствующая первая жрица и ее свита хотя бы орали забавно, а этот только смотрел, но от этого взгляда трехглавая гончая вдруг уронила все свои морды на лапы склепа и протяжно завыла.

— Мастер Зейд, мы тут с Одуванчиком как раз пытаемся объясниться…

— Хорошо. Продолжайте. И Одуванчика я тоже с удовольствием выслушаю.

— Мастер Зейд! — взвизгнула Первая жрица. — Довожу до вашего сведения, что Шела изгоняется из Подземного города! Я отбираю у нее пропуск и устанавливаю запрет на посещение на сто лет!

— И Одуванчика вы тоже изгоняете? — быстро уточнила я.

Папа Алдрак обещал, что я смогу взять с собой что-то из земель дроу на память. Так вот я три дня не могла ничего выбрать, образец магии еще в первый день добыла, а памятную вещицу, причем такую, что тронула бы мое темное сердце, найти не могла.

Интересно, когда мастер Зейдрак поймет, что я три дня морочила ему голову, он хотя бы на меня накричит? Папа Алдрак утверждал, что у профессионального рейнджера и невозмутимость профессиональная.

Первая жрица смешно открыла рот, явно собираясь снова заорать, как торговка с рынка, но в этот момент в районе главного храма дроу раздались крики, грохот, а со своего места мне еще и всполохи магии было отлично видно. До нас донеслось горестное:

— Замки монстрятника пали! Ночные твари в городе!

Словно спеша подтвердить свое освобождение, монстры, еще недавно томящиеся в в клетках, завыли и зарычали хором. Снова завопили дроу и жрецы рванули на выручку своим братьям и сестрам.

— Надеюсь, из жителей столицы никто не пострадает… — прошептала я, прекрасно видевшая, кто именно был заперт в тех клетках.

Видела многих, но вытащила только Одуванчика, да и то, потому что его уже примотали цепью к жертвеннику. Могла бы — спасла бы всех, но рациональность у дроу в крови, а я умела делать выбор. Ответственность за младшего брата помогла развить этот навык.

— Ночные твари знают, кому обязаны пленением, — невозмутимо пояснил услышавший меня Зейдрак. — Невинным мстить не будут.

Я смотрела на дракона с крыши склепа, и до меня понемногу стало доходить, что там, где я смогла совладать лишь с парой зачарованных замков, опытный рейнджер успел намного больше и за меньшее время.

— Но зачем?.. — потрясенно выдохнула я.

— Терпеть не могу жертвоприношения, — последовал невозмутимый ответ.

Наверное, в этот момент я и влюбилась в мастера Зейдрака.