Шепот теней. Чародейка в деле

Шарлотта Мэри Хилл стояла у окна в доме дяди Ивкаса. Ее доме.

Обхватив себя руками, молодая чародейка рассматривала улицу, что простиралась перед ней. Столица. Клауден. Сверкающий город, который манил многих. Лорды и леди чувствовали себя здесь хозяевами жизни. Торговцы со всей империи мечтали перебраться в Клауден и закрепиться здесь. Простые люди стремились хоть раз побывать в столице, чтобы пройтись по улицам с вековой историей, полюбоваться на сверкающий императорский дворец, а может быть, даже увидеть самого сиятельного Эдварда Белкросса – мужчину, который правит империей строго, но справедливо.

Столица. Место, которое так и не стало домом для Шарлотты, даже несмотря на то, что по праву рождения она могла блистать на балах и приемах во дворце.

Столица. Место, где живет ее мать, за долгие годы так и не сподобившаяся ответить дочери на письма. Живут две сестры. И больше не живет любимый дядюшка. Чародей. Магистр ментальных чар. Бывший пес императора… Бывший, потому что мертвый, а о причинах смерти Чарли все еще ничего не известно.

Еще раз посмотрев на ухоженные лужайки на Грей Авеню, Чарли перевела взгляд на императорский дворец, что величественно возвышался в центре широкой улицы. Главной артерии города, места, где жили лишь представители древних фамилий. Аристократия.

Только на этой улице можно было понять, насколько важным для императора является владелец того или иного особняка. Вот, например, дом дядюшки Ивкаса находился совсем близко к широким позолоченным дворцовым воротам. От крыльца дома до них можно было добраться за десять-пятнадцать минут неспешным шагом. Ближе располагались лишь дома советников императора. Но они, что показательно, были меньше фамильных особняков. Жилье, которое не являлось собственностью служащего, но было закреплено за ним на время службы империи. Иногда пожизненной службы.

А вот Ивкас владел шикарным особняком именно в собственности. Благодаря своей фамилии и дару, он занимал не последнее место в империи и смог приобрести дом, который любил всем сердцем.

Умнейший мужчина, по мнению Чарли, всегда знал, как добиваться своего, и уверенно шел к своей цели.

А еще он крайне любил загадки. Воспитывая племянницу, он частенько придумывал для нее различные задания, чтобы она научилась видеть куда как больше, чем люди пытаются показать, а еще умела быстро принимать решения даже тогда, когда это сделать крайне сложно.

Вспомнив в очередной раз Ивкаса, Чарли с раздражением отвернулась от окна.

Что она не видела там? Этим видом маленькая Шарлотта любовалась каждые выходные. Более того, и по дворцу она бегала, еще когда носила короткие платья и легкомысленные ленточки в черных волосах.

Устало вздохнув, девушка подошла к массивному письменному столу и, уперевшись ладонями в столешницу, с раздражением посмотрела на письмо. То самое, что ей передала Лаура Фласт. То самое, что стало единственной ниточкой к прошлому дяди.

« Привет, непоседа. Знаю, что это письмо ты получишь. А еще уверен, что получишь ты его далеко не сразу, ведь Лаура – это Лаура.

Думаю, ты уже в курсе моего большого секрета. Моей самой большой боли и самой чудовищной ошибки. Уверен, что в курсе. Ты не из тех, кто успокоится, пока не докопается до сути. А суть такова, Шарлотта, что твой дядя хоть и одаренный с огромной силой, но все же обычный человек. Я был молод. Ошибался. И делал неверный выбор. Сейчас… Сейчас я ни за что не отказался бы от той, кого любил, и, уж тем более, не бросил бы сына только ради карьеры. Я был уверен, что у меня есть время, и я смогу все исправить. Но правда в том, что времени нет ни у кого. И есть такие ошибки, которые исправить невозможно. Ценой моей карьеры стала жизнь и счастье одной удивительной женщины и маленького, невинного ребенка, которого бросили родители.

Ты для меня стала дочерью. Когда я увидел, как моя сестра отказывается от тебя, понял, каким я был чудовищем в отношении Лауры, и пообещал себе, что моя племянница никогда не испытает того, что пришлось пережить моему сыну по моей же вине. Ты была моим искуплением. Стала моей отрадой. Гордостью самого пса императора. И той. кого я вынужден оставить. Снова из-за службы Императору и во имя безопасности империи, но в этот раз выбор даже не стоит. Не так я представлял свою смерть, совсем не так. Но что есть. Знай, Шарлотта, я скучаю. Скучаю даже в мире теней. И знаю, что ты тоже будешь скучать по мне. Ведь именно ко мне ты всегда шла за советами. К сожалению, Сара так и не поняла, как много потеряла, отказавшись от одаренной дочери. Я всегда буду с тобой, не забывай своего дядюшку.

Мне жаль, что меня не было на твоем выпускном. Безумно жаль, что мы больше не сможем вместе наслаждаться любимыми пирожными из кофейни «Соль и Перец». А еще меня очень печалит, что теперь я не смогу загадывать тебе свои глупые загадки. Жизнь, Чарли, длинная и крайне непредсказуема, и если тебе понадобится мудрый совет, обратись к истории. Я неоднократно говорил, что в ней таится больше ответов, чем кажется на первый взгляд. Если твоя тоска станет совсем невыносимой, ты всегда можешь перечитать сборник твоих любимых сказок. Помнишь, как я когда-то читал тебе их перед сном? Конечно, помнишь. Книга стоит на прежнем месте. Третья полка второго шкафа с правой стороны.

Бесконечно люблю тебя, моя непоседа, твой дядя Ивкас».

***

– Ты опять здесь? – недовольно каркнул Гомер, влетая в библиотеку. – Не надоело еще? Котор-рый месяц!

– Отстань, пернатый. – Чарли опустилась в кресло и прикрыла глаза.

Гомер был прав. Чарли ломала голову над загадкой от дяди уже не первый месяц, и если в Брамонде ее держала необходимость позаботиться об Харпе и Эмми, то по приезду в Клауден, Чарли и вовсе потеряла сон. Письмо Ивкаса она уже выучила наизусть. Перечитала сборник сказок. Дважды прочитала томик всемирной истории, проверяя, правильно ли она поняла подсказки дяди. Но сколько бы она не билась над вопросами, ответов так и не находила.

На первый взгляд прощальное письмо содержало в себе вполне конкретную инструкцию, что нужно делать. Из всех книг по истории Ивкас признавал только историю мира. Причем не новое ее переиздание, а то старое, которое есть в каждом доме, в каждой библиотеке да и, наверное, на городских свалках и то можно было найти несколько экземпляров. Люди предпочитали менять книги на более новые, красивые издания с дополненной информацией, но Ивкас Хилл был тем, кто утверждал, что история прошлого ему интересна, а история настоящего происходит на его глазах, и для этого ему нет необходимости читать выводы какого-то ученого. Он и сам прекрасно умеет делать их из происходящего.

Поэтому первое, что сделала Чарли – это нашла в доме двадцать три по улице Брамха в Брамонде старый потрепанный томик и принялась листать его.

– Чарли!

Гомер прервал ход мыслей хозяйки своим громким криком.

– Хватит изводить себя, иди спать!

– Ты заботишься обо мне, Гомер? – Шарлотта, прищурившись, посмотрела на своего любимца. – Что это с тобой?

– Конечно, забочусь! Ведь если ты, дурная чародейка, свалишься в кровать, кто позаботится обо мне?!

– Мисса Кларк? – сложив руки на столе, с насмешкой намекнула девушка.

– Клар-рк занята, – возмущенно хлопнул крыльями ворон.

– Тогда, может быть, мисса Лима? – прищур стал более хитрым.

– Она пр-рогнала меня с кухни!

– А как насчет Джун? – Чарли уже откровенно начала посмеиваться.

– Мы с ней поругались, – признался ворон и демонстративно отвернулся от хозяйки.

– Ну если ты довел даже обожающую тебя Джун, тогда говорить про садовника и дворецкого не стоит вовсе.

Чарли хотела протянуть руку и погладить черные блестящие перья на шее ворона, но не стала этого делать. Старому ворчуну давно пора было преподать урок – не все люди готовы плясать под его дудку и, тем более, не обязаны это делать. Гомер, которого в этом доме хорошо помнили еще молчаливым питомцем Ивкаса, был уверен, что уж здесь он сможет вести себя как ему вздумается. Но старые слуги, преданные своему хозяину, пренебрежительно отнеслись к капризам разговорчивого ворона. Они помнили его еще вороненком, которого гоняли по дому кто чем. Мисса Лима полотенцем, так как она не терпела вторжения на свою кухню. Дворецкий Уайт белыми перчатками. Садовник и вовсе мог запросто кинуть в Гомера пучком срезанной травы. Правда он же мог и подкормить ворона разными вкусняшками, но не терпел, если ворон имел наглость портить его сад. А Гомер портил. Иногда из вредности, а иногда в силу невозможности устоять перед соблазнительно-упитанным червем, и не важно, что для его добычи приходится потоптаться по каким-то там цветам!

– Чем занята мисса Кларк? – легко поднявшись с кресла, Чарли с видимым удовольствием потянулась.

– Ругается с миссой Лимой на тему, что ты предпочитаешь есть на завтрак.

На это заявление Чарли только закатила глаза.

Вообще-то она с удовольствием оставила бы только миссу Кларк. С этой женщиной они славно сработались еще в Брамонде. Но Ивкас когда-то назначил своим любимым слугам годовое содержание, которое выплачивалось единовременно на год вперед, и так как в этом году жители дома в столице уже получили оплату, выгнать их из дома не представлялось возможным. Умел менталист подбирать верных людей – это было у него не отнять. Да и для старого дворецкого, как и для кухарки, особняк Ивкаса был родным домом, а Чарли не была настолько жестокой, чтобы выгонять старых слуг, служивших его дяде больше, чем ей самой лет.

– А ты, значит, у меня остался голодным?

– Именно! А все потому, что они никак не могут договориться, кто же из них главная в доме!

Захлопнув книгу с историй, Чарли уверенно направилась на выход из библиотеки. Она даже не обратила внимание на то, что из книги выпал лист с крупно написанными буквами. Какая разница, если каждое слово она давно выучила наизусть?

Быстро спустившись со второго этажа, Шарлотта направилась в сердце дома – кухню. Именно оттуда раздавались два женских голоса с заметными нотками раздражения.

– … а я вам говорю, что Чарли не любит плотный завтрак, и вы, уважаемая мисса Лима, просто переводите продукты, закупленные на хозяйские деньги! – бушевала мисса Кларк.

– Послушайте, милочка, – отвечала ей повариха, – о вкусовых предпочтениях леди Шарлотты я знаю еще с ее детства. И поверьте, девочка ни за что не откажется от вареных яиц, свиных колбасок и свежих овощей на завтрак. Да и потом, деньги на расходы выделяет поверенный лорда Ивкаса!

– Вы только что намекнули, что Чарли живет за счет своего почившего дядюшки и не способна сама обеспечить как себя, так и своих домочадцев?!

Чарли, услышав гневные нотки в голосе миссы Кларк, едва не споткнулась на ровном месте.

– А я говор-рил! – заворчал Гомер, сидя на плече чародейки. – Кларк крайне занята!

– И давно они ругаются? – вскинула брови девушка.

– Долго, я давно кушать хочу!

– Пойдем разнимать женщин, пока они не разнесли нам дом.

Фыркнув, Чарли мысленно отметила, что раньше ее жизнь была куда как проще.

Зайдя на кухню, Шарлотта остановилась у стола и решила не дожидаться, когда две румяные и чуть взъерошенные женщины заметят ее. Мисса Кларк, конечно, была моложе, и сил продолжать спор у нее было однозначно больше, но старая кухарка брала опытом и после многих лет службы в доме Ивкаса могла больно ранить всего парочкой фраз. К такому жизнь миссу Кларк не готовила точно. Бомонд был прекрасным городом, но ему было далеко до столицы с ее правилами.

***

– Дамы, – привлекая внимания спорщиц, обратилась к женщинам Шарлотта. – Почему вы снова ругаетесь?

– Чарли, – полненькая мисса Кларк, всплеснув руками, повернулась к девушке. – Подумать только, неужели мы так громко говорили, что побеспокоили тебя?

– Нет, – кончиками губ улыбнулась чародейка. – Но вы так долго спорили, что Гомер прилетел просить своего позднего ужина.

– Ох ты, горе мое пернатое, – тут же обратила на него внимание домработница. – Гомерушка, сейчас я тебе заварю любимый шоколад!

– Вот уж, горюшко, – язвтельно протянула мисса Лима, – пернатое недоразумение не может себе еду добыть! Кто тебе вообще разрешал залетать на мою кухню?!

– Мисса Лима! – поторопилась вмешаться в разговор Шарлотта. – Я вам уже говорила и повторюсь снова, Гомер может и будет залетать в любые комнаты этого дома!

– Мастер Ивкас никогда бы не позволил… – начала женщина.

– Я – не мой дядя. А этот дом теперь принадлежит мне. Видят Боги, я этого не хотела. Но раз уж так сложилось, то и правила в этом доме буду устанавливать именно я. Надеюсь, мне не придется это повторять еще раз.

Под строгим взглядом чародейки повариха на мгновение стушевалась и опустила взгляд. Но характер и та власть, что была у нее в доме при прежнем хозяине, не позволили промолчать в такой ситуации.

– Знаете, леди Шарлотта, я много лет служила вашему дяде и остаюсь здесь только из-за уважения к нему. Вы очень изменились за те годы, пока мы вас не видели.

– Да, изменилась. Повзрослела. Стала магистром посмертия и очень не люблю, когда меня называют леди. Об этом я вам тоже уже говорила. Как и о том, что мисса Кларк – мое доверенное лицо, и именно она с приездом в этот дом стала старшей над слугами.

– Ваша мисса Кларк не знает ничего о правилах принятых в столице, ле…мисс Шарлотта! И доверять ей управление городского особняка – это не совсем уместно.

– Что совсем неуместно, так это ваши бесконечные споры как с миссой Кларк, так и со мной. Я от этого начинаю уставать.

– Знаете, я ведь могу найти себе и другую работу. Там, где меня будут ценить и уважать. Но память о мастере Ивкасе…

– Память о мастере Ивкасе – то единственное, что удерживает меня от вашего увольнения, – отчеканила Шарлотта, действительно устав от бессмысленного спора. – И, кстати, на вашем месте я бы прислушалась к миссе Кларк, она, в отличае от вас, знает все о моих вкусовых предпочтениях. Поверьте, за время обучения в академии как и дальнейшей жизни в Брамонде привычки маленькой девочки сильно изменились!

Побледневшая после слов об увольнении мисса Лима не стала ничего не говорить, лишь коротко кивнув, она стремительно развернулась и вышла из кухни.

Проводив ее взглядом, Шарлотта прислонилась спиной к стене и спрятала лицо в ладонях.

– Я была с ней слишком строга, да?

Мисса Кларк, до того молча варившая для Гомера горячий шоколад, пренебрежительно фыркнула.

– Знаете, мисс, я, конечно, ничего не знаю о жизни в столице, но даже в нашем «захолустье» всем известно, что ни один уважающий себя работник не будет спорить с хозяйкой дома лишь ради того, чтобы показать свою важность. В конце концов, вы платите нам деньги. И какая разница, любите ли вы на завтрак яйца и колбаски или чашку кофе и один тост даже без повидла? Так что, как по мне, вы с ней были еще слишком мягкой. У миссы Лимы слишком много гонору.

– Это потому, что она тощая как жердь, – проворчал Гомер. – А еще она сказала, что никогда не любила меня! Так что, Чарли, если ты ее выгонишь из дома, я плакать не буду. Да и вообще у нас здесь станет намного тише.

– Как в склепе, – хихикнула Шарлотта, представив себе, во что превратится дядюшкин особняк, если в нем не будут звучать ежедневные споры двух таких разных женщин.

– Шарлотта! – ахнула Кларк.

– Что? – уже откровенно смеялась чародейка. – Давайте будем честными, этот дом и так выглядит нежилым. Я не вылезаю из библиотеки. Джун вообще не отличается болтливостью, старый Уайт передвигается настолько бесшумно, что даже меня смог несколько раз испугать своими внезапными появлениями. Так что тихий склеп, как он есть. Только ворон каркает.

После секундной заминки в комнате раздался смех.

– Ох, мисс Чарли, вы как пошутите…

Домоправительница махнула на чародейку рукой и потянулась за небольшим ковшиком, в котором уже вовсю кипел горячий шоколад для ворона.

– Ну, не все же сидеть, зарывшись в книги, так и все веселье можно пропустить.

Чарли, совершенно наплевав на то, что в «приличных домах» Клаудена не принято есть на кухне, устроилась за небольшим угловым столом и схватила с противня еще горячую булочку. Те, по всей видимости, готовили на завтрак, но кого волнуют такие мелочи?!

– Снова всю ночь не спала и весь день из библиотеки не выходишь, – вздохнула мисса Кларк, – совсем никаких идей, что имел в виду твой дядя?

– Ивкас всегда любил загадывать мне сложные загадки, но в этот раз он превзошел себя. Ни один учебник по истории не дает подсказку. Как и другие книги дядюшки. Я, конечно, еще не все пересмотрела, но в самом деле не может же быть отсылка к детским сказкам. Ума не приложу, что мне делать.

Оставшись в компании проверенной миссы Кларк и Гомера, Чарли могла говорить свободно, без оглядки на условности и нужду хранить тайну. Если в своей милой круглощекой Кларк Шарлотта была уверена, – той попросту было не с кем сплетничать в столице, – то вот старые слуги дяди имели достаточно знакомств, и Чарли вовсе не хотела, чтобы ее дела обсуждались со слугами титулованных соседей.

– А я тебе давно говорю, напиши Бакстеру! – заворчал Гомер.

– Даже имени его не упоминай, – тут же рассердилась чародейка. – Он стал слишком важным, чтобы снизойти до помощи какой-то там Чарли Хилл. Шутка ли, такой карьерный рост. Переезд в столицу. Да ни куда-нибудь, а старшим детективом младшего отдела целого ГУБИ. Какое ему дело до нас?!

– Зр-ря ты так, мужик умный, может и смог бы понять, о чем Ивкас говорил в своей загадке!

– Забудь!

С раздражением отложив надкусанную булочку, Чарли встала из-за стола и вышла из комнаты. Она бы и дверью хлопнула, но дело в том, что та была закрепленной, а возиться со шпингалетом только ради того, чтобы показать степень своего раздражения, было глупо.

– Упр-рямая девчонка, – донеслось до чародейки ворчание ворона.

– Зря ты так, – тихо отвечала ему мисса Кларк. – Шарлотта очень переживала за Бакстера, пока не стало понятно, что его действительно повысили, а не упекли в душегубку. А потом, вспомни, сколько она ждала от него весточку? Да если бы не Миллер, Чарли до сих пор бы и не знала, что случилось с детективом.

– И что? А ты представь себе, каково было Бакстеру. Такие перемены в жизни! Неужели из-за того, что он пару месяцев не давал о себе знать, стоит так злиться?

– Она не злится, Гомер, – вздохнула Кларк. – Чарли обижена и имеет на это право. Так что не вмешивайся.

– Я? Да разве бы я! – тут же всполошился ворон. – Я же не предатель какой-то! Но ты же сама говорила, что тебе нравится детектив.

– Нравится конечно, Бакстер милый мальчик, и нашей Чарли такой мужчина в жизни пришелся как раз бы кстати. И плечи крепкие, и за спиной безопасно, но и рядом можно идти, а не в тени прятаться. Но как уж сложилось. Они взрослые, сами ошибки совершают, сами и разбираться с ними будут. Без нас.

Дальше Шарлотта не захотела слышать разговор. Ускорившись, взбежала по лестнице на второй этаж и, свернув направо, направилась к спальне. Да, Гомер прав – она упрямая. И Кларк тоже права – Чарли обижена. И именно гордость, упрямство и обида не давали ей самой обратиться к Бакстеру за помощью. Хотя та помощь ей была очень нужна. Вот только однажды она уже доверилась детективу, и в итоге он обманул ее надежды. Довериться во второй раз будет гораздо сложнее. Даже если она сама не может понять, что же именно хотел сказать Ивкас в своем зашифрованном послании. Само послание Чарли разгадала довольно быстро. Да и что сложного, если в письме было прямо сказано – искать ответы в книге по истории, а историей Ивкас всегда считал именно мировую историю. А так же в самой записке находился и ключ к шифру. 3\2. Уж такие загадки Чарли щелкала еще с детства. Да и на каких страницах искать буквы тоже было понятно, стоило только пересчитать строки в самом письме. Но вот итог… К чему были эти короткие шесть слов, и что же они значили на самом деле?! Чарли с раздражением в очередной раз вспомнила получившееся:

НАЙДИ_СТУПЕНИ_ВОСХОЖДЕНИЯ_УГРОЗА_ВО_ДВОРЦЕ

– Беннет, ты брамондовского губошлепа не видел? Его шеф вызывает!

В кабинет на третьем этаже главного управления безопасности империи заглянул худощавый, чрезмерно говорливый и крайне скользкий тип с красивой фамилией Чатвей. Лорд в каком-то там поколении, с которым у Картера Бакстера Ли с первых дней на новой работе не сложились отношения. Генри Чатвей был настолько же самоуверен, насколько Бакстер предпочитал оставаться молчаливым, но лорд, ростом достававший детективу по плечо, так сильно зарывался, что Бакстер с каждым днем все больше мечтал о том, как однажды поднимет эту аристократическую задницу и подвесит на гвоздик прямо за его дорогой, сшитый на заказ, сюртук.

– Генри, прекрати к нему цепляться, – Честер Беннет поднял взгляд от документов, разложенных перед ним на столе, – Картер проявил себя как замечательный спец в своем деле. Чего ты никак не успокоишься?

– Раздражает, – процедил в ответ лорд. – Так ты его видел?

Сорокалетний мужчина с глубокой складкой между густых черных бровей мотнул головой, показывая, что Бакстер на своем месте. Его мало интересовали склоки между сослуживцами, на данный момент старшего следователя больше интересовали донесения топтунов по одному из дел, которые в данный момент были на его контроле.

– Что ж ты сразу не сказал? Я, как конь, бегаю по этажам ищу этого… с Брамондской губы! Эй, Ли! Бросай просиживать штаны, тебя главный ждет.

Бакстер, отлично слышавший весь разговор, скривил губы в усмешке и закрыл папку с готовым отчетом по последней проверке районного управления безопасности в городе Харос.

Взяв её в руки, Бакстер, поднявшись со своего места, сделал пару шагов, чтобы с той же кривой усмешкой посмотреть сверху вниз на наглого Чатвея.

– Какой из главных? – проскрипел он.

– Тот, который твой непосредственный начальник, – закатил глаза Генри и поторопился освободить дверной проход.

Как бы молодой лорд не старался, но все его нападки на Бакстера выглядели глупо, просто потому что на самом деле он побаивался высокого угрюмого детектива из Брамонда. И Генри прекрасно понимал, что детектив Ли чувствует этот страх. Такие, как Бакстер, всегда чувствовали!

– Эй, Картер, – Бакса уже в дверях остановил голос следователя, – что-то натворить успел?

– Бакстер, я просил, – снова скрипнул голосом детектив Ли и тут же поморщился. – И понятия не имею, зачем я понадобился начальству. Пойду узнаю.

– Поздно уже, может, после очередных ценных замечаний сходим в паб? Ты горло свое долечишь, я просто отвлекусь от потока информации. Поболтаем?

– Тебя жена из дома выгонит такими темпами, – ответил Бакс, но тем не менее утвердительно кивнул в ответ.

Беннетт был одним из немногих новых сослуживцев, с кем у него сложилось общение. Не то чтобы он готов был бы подставить ему спину для защиты, или чего доброго работать в паре на земле, но нечто близкое. Все-таки три месяца как делят один кабинет на двоих.

Только закрыв за собой дверь кабинета, в котором гуляли беспощадные сквозняки, несмотря на лето за окнами, Бакс позволил себе нахмуриться и нервным движением поправить галстук. Он терпеть не мог эти модные шейные платки, но выбора не было, все работники ГУБИ обязаны были носить галстуки, дабы выглядеть более чем представительно. И не важно, что иногда, по долгу службы, приходилось бывать в таких местах, где эта тряпка на шее могла пригодиться только преступникам в виде самой настоящей удавки!

Стиснув папку в руке, детектив Ли широким шагом отправился на четвертый этаж к самому начальнику главного управления безопасности империи, который подчинялся лишь советнику по безопасности, или проще говоря – Щиту империи.

Джеффри Бауэр был человеком с железным характером, уверенной хваткой и таким пронзительным взглядом, что сразу становилось понятно – даже пытаться его обмануть не стоит. Хотя отчаянные личности и находились. Бакстер никогда не относился к их числу. Он привык на прошлой службе быть откровенным с руководством и здесь, в столице империи, продолжал выбранную много лет назад линию поведения. И это служило еще одним фактом для массовой нелюбви к детективу из Брамонда.

Бакс бесился, когда впервые услышал, как его называют Брамондовским губошлепом. Только Беннет и объяснил, что это не оскорбление его угрюмой рожи, а вполне себе расхожее обозначение города и управления, в котором работал тот или иной специалист. Тем более что в ГУБИ чаще приходилось заниматься не расследованиями, а проверками и надзором за работой всех ГГУБов и ГУБов как столицы, так и других городов. Бакстер, привыкший работать на земле, до сих пор не мог привыкнуть к новым должностным обязанностям и искренне радовался, если ему удавалось поучаствовать в каком-то из расследований. Конечно, в их управлении не бывало простых дел, и, естественно, новичка никто не спешил ставить старшим следовательной группы, но даже просто иметь возможность размяться и съездить на опросы или тем более допросы уже было за счастье. Все же кабинетная работа была не по нраву деятельной натуре детектива Ли. Не за этим он шел работать в службу безопасности империи!

Зайдя в приемную начальника, Бакстер дождался, когда личный помощник Джеффри обратит на пришедшего внимание, и только после его кивка в сторону кабинета, подошел к высокой деревянной двери, рядом с которой висела медная табличка «Начальник главного управления безопасности империи Джеффри Бауэр».

«Мда, высоко ты взлетел, Бакс» – в который раз подумал детектив и уверенно открыл дверь.

– Добрый день, сэр. Вызывали?

– Ли? Да, проходи.

Джеффри сидел за широким столом, в удобном кресле с мягкой темно-зеленой обивкой. Пару раз Бакс слышал пересуды о том, что такой мягкий «трон» у начальника из-за того, что сидячая работа приводит к неприятным болезням, но у Бакса было хорошо развито чувство самосохранения, поэтому он даже не позволял себе косого взгляда в сторону мебели начальства. Вместо этого он встретил прямой взгляд Бауэра и уверенно подошел к его столу.

– Что у тебя в папке?

Джеффри был мужчиной довольно мощного телосложения хорошо за пятьдесят. Седые волосы, прямой, хищный нос, ястребиный взгляд и широкие ладони. Это и, пожалуй, любовь к вычурным узлам на шейных платках и были отличительными чертами одного из крайне важных лиц империи, приближенных к правительству.

– Отчеты по последней проверке в Харосе.

– Оставишь в приемной, – махнул рукой начальник. – Ты знаешь, почему тебя перевели на службу к нам?

– Да, вы ясно дали понять в первые дни моей службы здесь, почему именно мне так повезло.

– Наглый щенок, – сжал кулаки Джеффри. – Когда-нибудь ты поплатишься за свою несдержанность, Ли!

– Доверюсь вашему суждению, сэр, вы более опытный в таких вопросах.

– Скажи, как тебя терпел Миллер в своем управлении? Я ведь его знаю, он тот еще засранец!

– С трудом, – уголки губ Бакстера на мгновение приподнялись, но он тут же вернул маску равнодушия на лицо.

– Могу себе представить, – неожиданно хохотнул начальник. – Ладно, Бакстер, о том, что тебя не переговоришь, я понял еще в первый день. Только ты во всем управлении таким тоном умудряешься сказать мне «сэр», что складывается неоднозначное ощущение, будто меня посылают прогуляться к теням. Давненько в моей жизни такого не было, если, конечно, не считать совещаний при совете. Перейдем к сути, ты за несколько месяцев показал себя как исполнительный, принципиальный и молчаливый сотрудник, которомуу кабинетная работа давит в плечах.

– Так точно, сэр.

– Ли!

– Простите, сэр.

– У меня для тебя есть дело.

– Очередная проверка? – Бакстер чуть прищурился.

– Не разочаровывай меня, детектив.

Под многозначительным взглядом руководства, Бакстер все же не смог сдержать скупую улыбку. Боясь радоваться раньше времени, он решил уточнить:

– Что от меня требуется?

– Совершить невозможное, Ли. И, надеюсь, я не ошибся в выборе сотрудника…

***

– Слушай, Картер, чего ты все рычишь?

Беннет шел уверенными шагами по одной из многочисленных улиц Майстран парка. Центрального района столицы, в котором, помимо особняков аристократии, так же располагались банки, дорогие рестораны, торговые точки высоко взлетевших дельцов, несколько частных госпиталей и, конечно же, ведомства, обеспечивающие полноценную работу всей империи. Главное управление безопасности, естественно, относилось к таким. Так что Бакстеру, можно сказать, повезло работать в самом центре. Не на Грей авеню конечно, но из окон управления дворец было неплохо видно.

Правда дом, который Баксу предоставили как работнику ГУБИ, находился в районе попроще, чему он был очень даже рад. Там и люди жили более общительные, и от начальства подальше. Да и цены в пабах да кофейях были на порядок меньше. Именно поэтому сейчас сослуживцы бодрым шагом пересекали улицу Кирсби, чтобы свернуть в проулок и из него выйти на Орчард, которая изгибалась неровным кольцом по всему городу вдоль искусственного канала и имела, – подумать только! – выход к восьми мостам. Да-да, Клауден уже давно называли городом мостов. Ведь их здесь было не много, не мало – шестнадцать штук. И это только в городе, те четыре, что располагались на просторах зеленых лугов вокруг города, даже не брались в расчет.

– Я не ворчу, – просипел Бакстер, горло к концу дня нещадно драло, и говорить становилось все неприятнее, – просто ругаюсь.

– Есть повод? – Беннет первым достиг конца переулка и, выглянув из за угла, уверенно шагнул на Орчард.

– Повод всегда есть.

Бакс последовал за ним, так же сначала выглянув и лишь потом шагнув на вымощенную камнем улицу. И дело не в том, что следователь и детектив не могли вести себя иначе. Просто улица, рядом с которой было столько воды, славилась не только количеством мостов, но и наличием огромного количества вонючих луж. И ни Бакстеру, ни Беннету не хотелось провести вечер в облитой этой жижей одежде. Окинув улицу внимательным взглядом, детектив Ли зябко повел плечами. Несмотря на лето, вечера в Клаудене были весьма прохладными, а всему виной обилие рек, что пронизывали столицу с четырех сторон, и гор, которые окружали Клауден плотной стеной. Из-за них же каждый вечер на город опускался густой туман и рассеивался он только часам к девяти-десяти утра, когда все работающие люди уже давно трудились на благо империи.

– Снова туман, – процедил Бакстер, заметив первые клочки белесой дымки у нескольких домов.

– Каждый день туман, что в этом удивительного, – флегматично заметил Честер.

– Привыкнуть не могу. Ни к туману, ни к сырости этой постоянной, ни к галстуку идиотскому!

– Да, удавки – явно не твое, – хохотнул следователь. – Зато твоя любовь к шляпам уже стала причиной очередных баек в управлении.

– Плевать.

Бакстеру, и правда, не было дела до досужих сплетен. Ему и так пришлось изменить всю свою жизнь, отказываться от шляп он не собирался. Единственной уступкой была покупка более дорогих, модных мужских шляп. Детектив не скоро еще забудет, как на него косились в первые дни жизни в Клаудане, а все потому, что его плащ и старые, проверенные и крайне удобные шляпы были не модными! Бакса злил столичный снобизм, вот только сделать он с этим ничего не мог.

Дойдя до моста Невинности, Бакстер с Честером покинули дорогой центральный район города и перенеслись в более привычный им обоим мир. Здесь вечером была совсем другая обстановка. И если в Майстран парке сейчас более активно разъезжали кареты с титулованными пассажирами, то в Нижне-восточном Вуппере жизнь била ключом. Жители столицы после долгого рабочего дня выходили на улицы, чтобы прогуляться или посетить многочисленные пабы и кафе, пообщаться в скверах или даже посетить освещенные сотнями фонарей парковые дорожки. Смех то и дело раздавался с разных концов улиц, а прохожие не спеша шли по своим делам. Конечно, не все здесь было так радостно, преступность никто не отменял, но мелкие воришки и жулики не могли сбить жителей империи от желания отдохнуть перед сном, чтобы завтра с новыми силами приниматься за работу.

Работники ГУБИ, не сговариваясь, отправились в сторону Джед Лейн, улицы, на которой стоял полюбившейся мужчинам паб «Ночная сова». От этого места было рукой подать как до дома Бакстера, так и до жилища Беннета. Правда, следователю нужно было перейти еще один мост, и вот тогда уже, пройдя пару кварталов, он будет дома.

Заняв стол в углу паба, джентельмены, дождавшись, когда им принесут заказ, погрузились в неспешную беседу.

О работе, о незаконченных и уже сданных отчетах. Честер жаловался на семейную жизнь, и что его жена в последнее время все чаще начала придумывать, куда потратить деньги, а сам Честер предпочел бы накопить на небольшой домик за городом. Поближе к Туманному лесу. Там и воздух чище, и тишина кругом, да и горы рядом, можно устраивать прогулки по безопасным тропам. Только мисса Беннет и слышать не хотела о переезде.

Бакстер все это слушал, а сам размышлял, зачем оно ему? Детективу бы домой, выпить горячего молока с медом, принять горячую ванную и дать отдохнуть уставшему организму, тем более завтра предстоит непростой день. Но Беннету хотелось выговориться, а у Бакстера и так в столице не было никого, чтобы раскидываться приятелями.

– Слушай, – вдруг прервал свой рассказ о жене следователь, – а что от тебя хотел Бауэр?

– Дело новое обещает. – Бакс, чуть прищурившись, посмотрел на полупустой зал паба.

– Секретное что ли? – понятливо усмехнулся Беннет.

– Пока я вообще не знаю никаких деталей, – изогнул в усмешке губы детектив. – Завтра буду знакомиться с бумагами. И с мастером Бартоном, из секретников.

Присвистнув, Честер уважительно кивнул.

– Алисия Бартон значит. Видимо интересное дельце тебе решили подкинуть. Растешь.

– Женщина?

– А для тебя это какая-то проблема, Картер?

– Нет, прошлый опыт доказал, что одаренные мисс запросто могут утереть нос многим детективам из ГУБов.

– Да, губашлепы частенько…

– Беннет! – Бакстер кинул колючий взгляд на коллегу.

– Ну прости, привычка.

– И прекрати уже называть меня Картером! – недовольно проворчал Бакстер, незаметно для коллеги стискивая кулак под столом.

– Да что ты к имени-то прицепился? Нормальное же имя, твое, не чужим же зову. Просто у меня Бакстером племянника назвали, я так и разграничиваю.

– Картером звали моего отца. Я Бакстер. Беннет, я серьезно, прекращай, иначе начну коверкать твое имя.

На какое-то время за столом повисла тишина. Бакстер вспоминал свою работу с Чарли и искренне надеялся, что новая напарница окажется такой же хваткой и умеющей слушать, а не амбициозной фурией в сером пиджаке, с задранным носом и неумением здраво оценивать ситуацию. Секретная служба империи отличалась своими методами работы и, что не удивительно, не очень любила работников щита империи. Как и те не жаловали служащих Ока империи.

Переключившись с предстоящего знакомства на письма, которые Чарли вернула ему непрочитанными, Бакстер посмурнел. Упрямая девчонка! Вот чуть-чуть разобраться с делами и обязательно наведаться к ней. Определенно им давно стоило поговорить. Но одна единственная встреча с Гомером ясно дала понять, что молодой, но крайне гордый магистр посмертия не желает видеть бывшего детектива Брамонда. Чародейка изволит злиться.

– С отцом что-то случилось? – Честер прервал размышления Бакстера.

– Убили, – детектив Ли сцепил зубы.

– Убийцу не нашли?

– Почему? Нашли. Примерно за полгода справились. И нашли, и наказали. Только это не вернуло мне ни отца, ни мать, которая сгорела буквально за несколько месяцев. Как не вернуло и разрушенное семейное дело, а вместе с ним и невесту.

– Кхм. А невеста?..

– Разорвала помолвку за несколько дней до свадьбы, потому как решила, что я не смогу ее обеспечить без денег родителей.

– И ты обижен на отца?

– Создатели, за что? Я любил их. И искренне благодарен тем детективам, которые смогли не только найти убийцу, но и доказать его вину несмотря на все препятствия, что чинил этот властолюбивый выродок.

– Ты поэтому поэтому подался в безопасники?

– И поэтому тоже. А вообще служба империи неплохо оплачивается, а еще работникам выделяют жилье. Оставаться в своем родном городке я точно не мог. Маленький, все друг друга знают, надоели эти сочувствующие взгляды. Поэтому распродал все, что оставалось от имущества, и перебрался в Брамонд.

– Тогда я не понимаю, что с именем не так?

– До сих пор вспоминать не могу родителей. Слишком тяжело. Просто прошу, не надо называть меня Картером.

– Ладно, я услышал.

Еще какое-то время мужчины сидели в пабе, а потом, распрощавшись до следующего дня, разошлись по домам. Настроение было не то, чтобы вести задушевные беседы. Как-то не так хотел провести вечер следователь Беннет. А Бакстер его и вовсе не хотел проводить в питейном заведении, чтобы потом добираться до дома через густой белесый туман.

Тем более, голова его была занята мыслями как о новом деле, так и о старой знакомой мисс Хилл. Он корил себя, что не нашел время зайти к чародейке. Не важно, что думает на его счет Шарлотта, Бакстер не собирался отказываться от своих слов о помощи. Но на данный момент его положение в ГУБИ было настолько шатким, что Бакс даже не рисковал интересоваться делом пятилетней давности. Тем более, за свое любопытство он уже удостоился сомнительной чести быть переведенным в столицу. Начальник ему прямо сказал, что его сюда перевели исключительно для того, чтобы ретивый детектив был под присмотром. И вроде все понятно, и Бакстер должен был быть благодарным, что это повышение не было как у Фредди, но один вопрос ему никак не давал покоя… Кто именно собрался за ним присматривать?!

– Доброе утро, мистер Ли.

Это было уже пятое вежливое пожелание с того момента, как Бакстер переступил порог ГУБИ. Он уже даже не стал удивляться, до его кабинета оставалось пройти всего-то один лестничный пролет и добрый десяток метров по коридору. Уж там-то не должно быть чародеек, которые вот уже три месяца пытаются привлечь внимание одного угрюмого детектива.

И если по первости Бакстер весьма наивно полагал, что работа с одаренными после опыта с Чарли его не будет смущать, позже он решительно отгораживается от весьма навязчивых дам за маской молчаливого чужака, то сейчас все эти улыбочки, хлопанье ресницами, виляние бедрами в весьма специфично пошитой одежде Бакса только раздражали. Он не понимал, чем вызван такой ажиотаж вокруг его персоны со стороны женщин, но они его уже достали. Единственное, что успел понять детектив за месяцы работы на новом месте, что Чарли разительно отличалась не только от обычных женщин, но даже среди одаренных ее можно было назвать парией. Белая ворона, предпочитающая идти своей дорогой и не скрывать свое истинное отношение как к людям, так и к происходящему вокруг. И если прямота Шарлотты Бакстеру импонировала, то вот эти лживые улыбки, призванные скрыть интерес определенного толка, неимоверно раздражали.

– Ли, ты чего такой хмурый? – встретил детектива вопросом Беннет.

– Достали, – рыкнул в ответ Бакс, снимая черный пиджак. Единственную вещь из столичной моды, которую он смог по достоинству оценить.

– Опять наши одаренные мисс тебе проходу не дают?

– Случай, Честер, что им от меня нужно? Целых четыре этажа здоровых сильных модных столичных мужчин! Нет, устроили охоту за каким-то Брамондским “губошлепом»! Это у вас здесь игры такие?

– Аха-ха-ха-ха, Ли, ну ты даешь! Какие игры? Местных мужиков эти дамочки давно уже изучили как облупленных, а многих и не только взглядами пощупали. А ты для них человек новый, тем более на контакт не идешь, на привычные уловки не реагируешь, на заигрования не отвечаешь. Я такой парад мод уже несколько лет в нашем управлении не видел, а тебе все одно – работа, работа, работа. Конечно, девушки с ума сходят. Кто замужем и те нет-нет, да обсуждают твою симпатичную, по их мнению, морду.

– Что?

– Обычный ты, не бери в голову, – махнул рукой следователь. – Угрюмый правда, но обычный. В себе уверенный. Слово держишь. На столичных модников не похож совсем, нормальный мужик. Им в диковинку, вот и вьются рядом.

– То есть просто так это все не закончится?

– Нравишься ты мне, Ли. Умный мужик, вот правда. Наверное, поэтому шеф и на дело новое тебя решил бросить.

– Угу, или потому что ему меня не жалко, – усмехнулся Бакстер. – Кстати, Генри не забегал?

– Думаешь, опять его искать тебя отправят?

– Он еще не понял, видимо, но именно его чаще всего помощник Бауэра просит найти меня. Вертлявый засранец, прекрасно знает, как лордик ко мне относится, и специально бесит.

– Да Майлз вроде не такой.

– Такой, не такой, но Генри он не жалует, это я могу точно сказать.

Честер упрямо мотнул головой, но не успел ничего ответить, как дверь в их кабинет резко распахнулась, и только что упомянутый Генри Четвей ровным тоном обратился к невидимому для него Бакстеру:

– Детектив Ли, вас ожидают в зале совещаний. Начальник сказал срочно.

С тихим щелчком Генри закрыл за собой дверь, а Бакстер принялся бесшумно хохотать.

Убрав в ящик стола пару папок, спрятал свою кружку для кофе, которой не успел воспользоваться, и, натянув пиджак, поспешил к выходу.

– Смотри, какой вежливый, – обернувшись, улыбнулся коллеге. – Не иначе люди из Ока прибыли.

Беннет шутливо осенил себя охранным знаком и махнул Бакстеру рукой на дверь – проваливай, мол. Тебя ждут.

Детектив Ли, как человек относительно новый не только в управлении, но и в столице, не очень понимал соперничества между двумя ведомствами, которые по большому счету делали одно дело – обеспечивали безопасность империи. Но соперничество, настороженное отношение и временами даже ненависть были. И не стоило Бакстеру об этом забывать. Тем более, Джеффри Бауэр вчера весьма категорично высказал, что именно ждет от своего сотрудника. И в список обязанностей совершенно точно не входили теплое отношение к представителю секретной службы. Правда, начальник забыл предупредить, что одаренный из Ока, с которым предстоит работать над делом, женщина, но с другой стороны, здесь, в Клаудене к этому были привычными. В одном только ГУБИ работало семь девушек. Слава Создателям они не щеголяли в брюках на работе, иначе нервная система Бакстера давно бы уже вышла из строя.

– Разрешите войти? – постучав в дверь зала совещаний, уточнил детектив.

– Детектив Ли, – раздался из-за двери голос начальника, – один из наших лучших специалистов. Я уверен, вместе с мастером Бартон они смогут добиться результата в кратчайшие сроки.

Толкнув дверь, Бакстер оказался в просторном помещении. У дальней стены от входа располагалась небольшая трибуна для выступлений, в паре метров от нее начинались ряды стульев, а вдоль одной из длинных стен, прямо под газовыми рожками, стояли несколько добротных столов. Чаще всего там сидели секретари и вели протокол совещаний, сейчас же за одним из них устроился Джеффри Бауэр, напротив него мужчина совершенно неброской внешности в светло-сером пиджаке, а за его спиной стояла высокая яркая блондинка, в таком же форменном пиджаке. Мужском, но ладно подчеркивающем все женские изгибы.

Незнакомка, повернувшись, окинула Бакстера цепким, пронзительным взглядом и на мгновение позволила себе улыбнуться.

Окинув еще раз взглядом комнату, Бакстер едва сдержал парочку крепких слов, что готовы были сорваться с губ.

«Кажется, сработаться с мисс Бартон будет крайне сложно» – с тоской подумал детектив, в очередной раз вспомнив Чарли.

***

Бакстер с трудом дождался, когда двое начальников договорятся об организации совместного расследования. Представитель Щитов настаивал, чтобы детектив Ли вместе с Алисией базировались на территории секретной службы Империи. Изворотливый, как уж, представитель Ока в сером пиджаке с тонкой улыбочкой убеждал, что вынужденным напарникам будет гораздо комфортнее расположиться в здании ГУБИ. Этот раунд был за ним. Джеймс Карди так же смог настоять на участии в расследовании своих людей.

– Исключительно в виде помощи детективу Ли и мастеру Бартон, – сложив пальцы домиком, уточнил он.

Баксу, который никогда не отличался терпением, такие словесные дуэли были непонятны. Естественно, детектив прекрасно разбирался в ситуации и осознавал, что начальники двух соперничествующих управлений стараются сделать все, чтобы выбить максимально выгодные условия для себя. Но его злило, что при этом совершенно не учитывались мнения тех двоих, кто действительно будет заниматься этим делом.

Хотя при взгляде на чародейку, можно было понять, что она фанатично готова следовать за своим руководителем и слова против его решений не скажет. Такое слепое подчинение Бакстер тоже не любил. Но приходилось стоять на вытяжку и молча дожидаться, когда же им с мисс Бартон отдадут папку с материалами дела и отпустят уже заниматься работой.

Итогом переговоров стали несколько уступок со стороны мистера Карди и вынужденное подчинение Бауэра в ключевых организационных вопросах. Исход, из чего Бакстер сделал вывод, что начальник управления секретной службы империи имеет гораздо больше опыта в таких беседах.

– Мистер Ли, – обратился к нему начальник, – для вас с мисс Бартон уже приготовили седьмой кабинет на первом этаже. Забирайте папку и идите работать. И я надеюсь, вы помните наш вчерашний разговор.

– Так точно, сэр.

Уверенно кивнув, Бакстер забрал протянутую папку и приглашающим жестом пропустил вперед себя мисс Алисию. Спрашивать, когда это в управлении появился седьмой кабинет на первом этаже, ему даже в голову не пришло. Главное, чтобы его переделали из одной из приемных, а не из какой-нибудь каморки без окон и размером с табакерку!

Что же касается вчерашнего разговора, начальник мог и вовсе не напоминать. Указаний было всего несколько. Первое – не доверять напарнице, второе – постараться как можно быстрее разобраться в случившемся, ну и третье – мисс Бартон не должна вынести из управления никаких важных тайн.

Последнее особенно повеселило Бакстера, но в то же время и пролило свет, почему выбор пал именно на него. Как новый сотрудник, он и сам не был посвящен в секреты управления.

Пока Бакс в компании навязанной напарницы шел до первого этажа, он поймал на себе несколько растерянных женских взглядов, которые тут же превращались в озлобленные, стоило им только переключиться на высокую стройную блондинку.

– С вами опасно передвигаться по управлению, мистер Ли, – впервые заговорила Алисия, переступая порог нового кабинета в управлении.

Голос ее оказался глубоким, мягким. Крайне приятным и полностью соответствовал внешности. Встреть Бакстер такую женщину вне работы, обязательно обратил бы на нее внимание. Но чародейка, да еще из службы Ока, которая непременно будет доносить своему начальнику обо всем, что удастся случайно узнать в ГУБИ – автоматически перешла в категорию «досадная помеха», и секундный мужской интерес угас, так и не разгоревшись.

– Зато с вами безопасно, – проскрипел детектив, осматривая комнату, в которой им придется провести немало времени.

– Мда, не думала, что начальник главного управления безопасности Империи настолько не ценит своих сотрудников, – тоже обвела комнату взглядом чародейка.

– Своих ценит.

Бакстер даже не стал пояснять свой резкий ответ. Вряд ли он сказал что-то неожиданное для Алисии Бартон. Вместо продолжения пустой болтовни он направился к одному из двух столов. Те стояли друг напротив друга, и между ними уместился лишь один стул. Рядом с каждым из рабочих мест располагались узкие шкафы с открытыми полками – создавая видимость, что здесь и правда был кабинет, а не кладовка для забытых вещей.

Окно располагалось как раз между столами, и на его подоконнике заботливо поставили кувшин с водой и два стакана. Решетки на окне завершали интерьер кабинета.

Бакс поморщился, без особой надежды выдвинул несколько ящиков своего стола и с облегчением обнаружил там пару чистых блокнотов для записей, карандаши и, зачем-то, стопку носовых платков.

Сделав себе пометку выяснить имя шутника, детектив Ли, поднял взгляд на напарницу.

– Ну что, мисс Бартон, за работу? Я так понимаю, вы уже в курсе случившегося и в отличие от меня знаете, чем нам предстоит заниматься?

– Документы формировались в нашем управлении, – не стала отрицать очевидного Алисия, занимая стол напротив. – Так что вы правы, я знаю чуть больше вас. И должна заметить, смерти, которыми нам предстоит заняться, вызывают множество вопросов. И я бы советовала вам уже начать читать документы, у нас не так много времени.

Бакстер, тихонько хмыкнув, раскрыл папку.

В ней обнаружились две подшивки. Первая содержала информацию о самоубийстве некой Агнес Селестии Клоуз. Девушка выпала из окна третьего этажа загородного семейного поместья. Выпала крайне неудачно. Судя по описанию места обнаружения тела, леди забралась на широкий подоконник дома и попросту упала в распахнутое окно спиной прямо на мощеную дорожку, что проходила вокруг дома. Погибла двадцатитрехлетняя девушка от обширных повреждений, или же от ушиба головы – еще выясняется.

Бакстер дважды прочитал все, что было в тонкой подшивке. Конечно, любое самоубийство тщательно проверялось на предмет совершенных преступлений. Сам ли человек решил расстаться с жизнью, или же ему кто-то помог с этим, или же и вовсе довел до отчаянного шага. Но чтобы таким делом занималось ГУБИ и уж тем более ССИ? Странно.

Задумчиво почесав бровь, Бакс отложил первую подшивку и раскрыл вторую.

В этой речь шла об убийстве. Снова девушка. И опять леди. Савия Ирис Эдерли была всего на год старше Агнес. Тело было найдено у Ругмарского моста. Девушка, предположительно, погибла в результате удара острым предметом, предварительно обоюдоострым ножом, в область живота, о чем говорилось в отчете коронера. Также на теле обнаружена рана в затылочной области головы. Заключения о точной причине смерти в настоящее время не готово. У леди отсутствовали какие-либо украшения, что для женщины определенного сословия выглядело весьма странным, а так же не было кисета с деньгами. Следов сексуального насилия обнаружено не было.

И снова дело, которое, к сожалению, не выходило за рамки обычного преступления.

Убийство с целью наживы. Таких случаев в любом районном ГУБе ежегодно расследовалось великое множество. Редко преступник оставался ненайденным. Ну, может быть, к этой смерти можно было бы привлечь работника ГУБИ и то исключительно из-за того, что пострадала представительница аристократии. В остальном, ничего экстраординарного.

Еще раз перечитав предварительный отчет коронера и описания мест преступления, Бакстер с раздражением сложил подшивки и захлопнул папку.

– Ознакомились? – насмешливо уточнила Алисия.

– Дважды.

– Интересно, к каким выводам вы пришли, детектив, – чародейка скользнула взглядом по мужской фигуре.

– Первая смерть не носит криминальный характер. Вторая – убийство, совершенное из корыстных побуждений. Мне было бы интересно послушать то, чего нет в этих прошивках.

– С чего такой вопрос?

– Не могу понять, при чем здесь ГУБИ и тем более ваше управление.

Алисия, наклонив голову к плечу, довольно рассмеялась. Ей определенно нравилось то, что она видела. Сильный мужчина, на которого приятно посмотреть. К тому же уже сейчас заметны его профессиональные качества. Алисия даже мысленно порадовалась, что именно ее направили на это дело. По крайней мере, – думала чародейка, – с напарником ей определенно повезло.

– Что вы знаете о предстоящем Избрании Алрун, детектив?

– Что традиционные гуляния начнутся чуть больше чем через неделю, и столица готовится к празднествам?

– Это простые обыватели готовятся к гуляниям уже полтора месяца как, а вот советники императора готовились последние пять лет.

– Конечно, они готовились, – Бакстер сложил руки на груди и чуть нахмурился. – Лишь для них Избрание Алрун несет больше смысла, чем для жителей империи.

– Именно.

– Я рад, что прошел проверку на знание истории, а теперь, Алисия, мне хотелось бы узнать про связь между двумя леди с такими разными смертями, и почему к выяснению обстоятельств их ухода в мир Теней привлекли имперцев?

– Связь, и правда, на первый взгляд не заметна, если не знать одной маленькой, но очень важной детали. Обе аристократки были претендентками на участие в избрании.

Осознав всю глубину той пропасти, на край которой его поставил начальник, Бакстер, сцедив несколько крепких словечек сквозь зубы, прикрыл глаза и сделал единственно верный вывод:

– Мы в глубокой заднице.

Несколько минут в кабинете висела напряженная тишина. В это время вынужденные напарники обменивались изучающе-задумчивыми взглядами. Первым заговорил Бакстер:

– Итак, что же еще известно вам, мастер Бартон, чего не отображено в бумагах?

– На самом деле ничего сверх написанного, – чародейка поморщилась из-за такого официального обращения, но не спешила предлагать детективу переходить на более неформальное общение. Еще не время. – Самоубийство произошло пять дней назад. Конечно, это огромная трагедия для семьи. Но в начале никто не придал огромного значения смерти леди Клоуз, была проведена обычная проверка районным ГУБом, их отчеты должны доставить сегодня. Тело леди Эдерли обнаружили вчера рано утром. И вот тут уже оба управления встали на уши. Слишком уж это подозрительно – накануне большого праздника, такая повышенная смертность среди предполагаемых участниц отбора.

– Дальше? – интуиция Бакстера упорно твердила, что Алисия выложила еще не всю информацию.

– А ты настойчивый.

– А ты недоговариваешь. Я слушаю.

Алисия, сверкнув недовольным взглядом, вздохнула и сухим тоном начала перечислять:

– Шептуны и топтуны уже работают на местах. Было сформировано две группы, одна на данный момент работает у поместья Клоуз, вторая прочесывает Майстран парк в районе Руграмского моста. Также, после переговоров начальников, мы ожидаем вашего мастера посмертия.

– То есть по сути, сейчас ты с таким непринужденным видом сидишь за столом, просто потому, что распоряжения уже розданы, и мы ждем отчетов.

– Как-то так, – на губах чародейки заиграла легкая улыбка.

– В таком случае, мисс Бартон, доставайте блокнот. Не за чем терять время, давайте поработаем.

Алисия, не ожидавшая такого, растерянно оглядела пустой кабинет, в котором для работы находилась только одна пресловутая папка с двумя подшивками, содержащими в себе лишь сухую выжимку предварительных отчетов.

– И чем же по вашему, мистер Ли, мы сейчас должны заняться?

Раскрыв папку, Бакс, не глядя, взял одну из подшивок и уверенным движением кинул ее на стол Алисии.

– Открывайте дело, и в блокнот все ваши мысли по предстоящей работе. Все, на что стоит обратить внимание, какие задачи необходимо решить в первую очередь. Кого опросить, что выяснить. Любые мысли. Полчаса вам, мастер. Потом меняемся папками и все заново. К моменту, когда ваши следственные группы придут с первыми отчетами мы точно должны понимать объем проделанной работы, и что еще предстоит сделать. Поехали.

Больше Бакстер не смотрел в сторону чародейки. А она, не замечая этого, поджала губы, недовольно буркнув:

– Тиран.

Достала из ящика стола новый блокнот и парочку карандашей. Когда Джеймс Карди по дороге к зданию главного управления безопасности империи сообщил ей, что на дело начальник ГУБИ отписал недавно переведенного из Брамонда детектива, Алисия была уверена, что с ним проблем не будет, и командовать в их дуэте будет именно она. Сейчас же, после первого знакомства с детективом Картером, чародейка вынуждена была признать, что слишком рано сбросила его со счетов. Упрямство и хватка у Картера Бакстера Ли была такой, что многие ее коллеги могли бы поучиться у него умению настоять на своем.

Открыв подшивку с отчетами о смерти леди Эдерли, Алисия погрузилась в работу.

Спустя час в дверь кабинета постучали. Бакстер, оторвав взгляд от своих пометок, повернулся на звук.

– Можно.

В кабинет уверенно вошел мужчина средних лет. Высокий, сухопарый, со скрюченными пальцами левой руки и подволакивающий левую ногу. Темный костюм, светло-серый галстук. И растрепанные пшеничные волосы.

– Бакстер, – кивнул мужчина, – нашел записку у себя на столе. Пришел как только освободился.

– Алисия, – обратился к напарнице Бакс, – познакомьтесь. Мастер Вейн.

– Посмертник? – вскинула брови чародейка.

– Именно, – Брэм Вэйн вежливо кивнул, отметив и необычный цвет глаз мисс, и приметный серый пиджак. – С кем имею честь?

– Алисия Обри Бартон, – вежливо улыбнулась чародейка. – Мы вас ждали.

Одаренные обменялись понимающими улыбками, и тут же Вэйн перевел взгляд на детектива:

– Очередное дело повышенной срочности, важности и секретности.

– Как будто тебя бы дернули в ином случае, – фыркнул Бакс. – Ознакомься и скажи, с каким из тел было бы удобнее работать в первую очередь.

– Для вас это не имеет значения?

– Для нас имеет значение результат, – со значением протянула Алисия.

Хмыкнув, мастер посмертия раскрыл папку и погрузился в чтение. Бакс отметил, что одну из подшивок Брэд лишь бегло прочитал и тут же отложил в сторону, а вот вторую изучил более подробно. На все про все у него ушло не более четверти часа. После чего он положил на край стола Бакстера обе подшивки и посмотрел сначала на Алисию, а затем перевел взгляд на Бакстера. Вести беседу он предпочел именно с ним. Как бы одаренные не старались помогать друг другу, но служба – есть служба, и сотрудничать с представителем секретной службы имперцев… Начальник ГУБИ потом три шкуры снимет с такого сотрудника и не посмотрит ни на какой дар.

– Значит так, вот по этому делу я вам ничем помочь не смогу, – Вэйн постучал указательным пальцем правой руки по подшивке о самоубийстве.

– Почему? – тут же спросила Алисия.

– Потому что, мисс, мир Теней открывается для каждого мастера по-разному. И сколько я не пробовал искать там самоубийц – увы, ничего не выходит. А время, проведенное среди Теней, слишком дорого стоит, чтобы тратить его впустую.

При этих словах Вэйн привычным движением потер изуродованную ладонь. Бакстеру даже в голове не пришло в свое время спрашивать, что произошло с мастером. Слишком хорошо он запомнил все, что когда-то ему рассказала Чарли. Особенно в память врезались разрезы на ладонях Шарлотты, и та лужа крови, которую он обнаружил после одной прогулки своевольной чародейки при работе. Любой дар требует платы. У Вэйна, к сожалению, эту плату легко было увидеть всем. А любые вопросы на эту тему будут восприняты в штыки, это Бакстер понимал так же отчетливо, как и то, что если Алисия сейчас не сдержит своего любопытства, то будет вынуждена выслушать длинную лекцию о любопытстве при непосвященном.

К счастью, мисс Бартон не стала ничего спрашивать. И Брэд смог перейти к следующей папке.

– С этим можно работать. Тело уже у нас в холодильнике?

Бакс не знал ответа на этот вопрос, поэтому посмотрел на Алисию, а та лишь развела руками.

– Запрос отправили, надеюсь, что привезут сегодня.

– Тогда как привезут, так и зовите, в первую очередь с ней поработаю.

Кивнув, Вэйн ушел.

Бакстер же снова вспомнил работу с Чарли. Она ни разу не говорила о том, что не может работать с каким-либо телом. Более того, зачастую в своем офисе мисс Хилл брала такие дела, где и тел-то уже не было, и всегда выполняла свою работу. Единственной загвоздкой для нее стал поиск родного дяди. Но, зная упрямцу, Бакстер был уверен, что и эту загадку Чарли решит. Вот только разберется, по какой причине тень пса императора не отзывается на зов магистра посмертия, и обязательно выяснит все, что захочет.

Идея, еще не оформленная, мелькнула в голове детектива, но развить ее не позволили следующие посетители.

Двое мужчин скользнули в кабинет без стука. Одинаково неприметные, в самой обычной одежде, с небольшими серыми значками на лацканах пиджаков. Лишь посвященные не перепутали бы их с обычными пуговицами. Только для знающих это же были отличительные знаки принадлежности к имперцам. В кабинет пожаловали представители двух рабочих групп.

– Доброго дня, господа, – поприветствовал их Бакстер, убирая папку с угла стола и раскрывая свои заметки. – Есть чем порадовать?

В этот раз ситуация оказалась прямо пропорциональной той, что сложилась с Вэйном. Незнакомцы даже не подумали вести беседу с детективом, вместо этого они встали перед столом Алисии и принялись отчитываться о проделанной работе.

– Мастер Бартон, – кратко поприветствовали они Алиссию. – На данный момент проведены следующие мероприятия.

Достав из кармана небольшой блокнот, мужчина справа начал зачитывать:

– По первой смерти. Наша группа проводит опросы. Жених погибшей, родители. Проведены беседы с соседями. Наблюдение пока не дало каких-либо результатов. За леди Клоуз был закреплен почтовый ящик на почтовом отделении. Адресаты выяснены, документы в процессе изучения.

– Были ли изучены жилищно-бытовые условия леди? Предпосылки к решению расстаться с жизнью обнаружены? Вы сказали, что был опрошен жених, как давно планируется свадьба, и не был ли это навязанный брак?

Бакстер по ходу доклада отмечал в своих заметках то, что уже было выполнено, и не преминул спросить о том, что по его мнению было важно сделать в ближайшее время, но в докладе, о этом он не услышал.

– Помолвка была заключена полтора года назад, – пролистав несколько страниц в блокноте, ответил тот из спецов, что и отчитывался. – Со слов родственников юная леди была счастлива, влюблена и считала дни до свадьбы, которая, кстати, должна была состояться сразу по окончанию Избрания Алрун.

– Менталист работал с родственниками? – прищурился Бакс.

– Да, по предварительным результатам мастер сказал, что поведенческие особенности погибшей не оставляют сомнений, что прогулку в мир Теней она не планировала.

– Отчеты когда будут?

Специалист ССИ кинул мрачный взгляд на Алисию, но по выражению лица понял – отчеты писать все же придется и устным докладом не обойтись.

– Завтра днем уже будут у вас, – со вздохом признал свое поражение.

– Также хотелось бы получить отчет по следам на месте гибели леди Клоуз, – снова обратился к своим записям Бакстер, – подробное заключение коронера, отчет менталиста. Результаты гласного и негласного осмотров, и результаты экспертизы вещей, которые были на погибшей и при ней во время смерти.

Судя по тому, как быстро карандаш запорхал над чистой страницей блокнота спеца ССИ, не все из сказанного Бакстером планировалось сделать или уже было выполнено.

– Теперь вы, – обратилась Алисия к мужчине слева. – Что по убийству?

– Место преступления осмотрено как нашими ребятами, так и коронером, заключение, – тут мужчина повернулся к Бакстеру, – будет завтра утром. Уже сейчас можно сказать, что убийца был чуть выше среднего роста, скорее проныра, чем силач. Удар ножом был прямым и без особого замаха. Рана хоть и глубокая, но не смертельная. Леди умерла от травмы головы. Упала и ударилась затылком о мостовую.

– Дальше, – кивнул Бакс.

– Свидетелей ищем, рядом расположенные пабы, рестораны и магазины в работе, с семьей так же работает менталист. По личным дневникам и переписке пострадавшей, как я и говорил, ведется работа.

– Что с украшениями?

– На теле их не было, – последовал быстрый ответ.

– Это я знаю, – дернул уголком губ Бакс. – Вы выяснили у родителей погибшей, что на ней было, когда она выходила из дома?

– Она не жила с родителями, – сразу ответил спец.

– Хорошо, а где жила леди?

– С мужем.

– Вы выяснили у мужа, какие из украшений леди отсутствуют? И сразу следующий вопрос, искали ли вы побрякушки в притонах?

– Притоны? – Алисия вскинула голову. – Бакс ты всерьез думаешь, что какие-то отбросы Клаудена убили леди в центре города, чтобы отнести ее украшения на окраину и там попытаться сбыть?

– Нет, – упрямо вздернул подбородок детектив. – Я считаю, что даже в центре столицы достаточно подпольных карточных клубов, где можно поставить на кон не только деньги, но и разного рода драгоценности. А еще совсем рядом расположено достаточно ломбардов, блошиных рынков и просто шаек воришек, у которых есть свои клиенты. И я ни за что не поверю, что Оку не известно об их существовании.

И снова карандаш зашуршал над блокнотом. После чего беседа продлилась не более десятка минут. Коротко поклонившись, спецы ССИ вышли из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.

– Скажите, Бакстер, вы всегда так скептичны к чужой работе, или это относится именно к специалистам нашего управления?

– Всегда, – не отвлекаясь от записей, ответил детектив.

– Так что же вопросов к вашему Вэйну было не в пример меньше? – саркастично спросила Алисия, подчеркивая, что она не очень-то верит в показную непредвзятость своего напарника.

– Какие вопросы могут быть к тому, кто даже не приступил к своей работе, но зато сразу предупредил, что по одному из дел не сможет нам помочь? Вот когда он поработает с телом леди Эдерли, тогда и вопросы будут.

– И что, вас устраивает, что мастер не может помочь в поисках ответов к смерти первой леди?

– Нет, – захлопнув блокнот, ответил Бакс. – Настолько не устраивает, что я готов обратиться за помощью к знакомому магистру посмертия.

Бакстер встал из-за стола и со вздохом вспомнил, что его шляпа осталась в кабинете на третьем этаже.

– И что, ваш знакомый согласится поработать с ГУБИ? – так же поднимаясь с места, с любопытством спросила Алисия.

– Она? – Бакстер чуть было не расхохотался, вспомнив первую встречу с Чарли Хилл. – Боги, скорее эта женщина прогонит меня с порога своего дома. Но попытаться все же стоит. Ответы нам нужны и желательно в кратчайшие сроки.