Школа Сказок

Если вам понравилась наша история, то не забудьте 😊
***
История эта началась с домика в деревне и наливных яблок, что росли под окнами моей чердачной комнаты. Кому-то она может показаться выдумкой, но для меня стала волшебной сказкой. Сказкой, длиною в жизнь…

В тот солнечный и погожий день я сидела на подоконнике и наслаждалась теплым августовским ветром, приносящим с собой запах луговых трав. Ветвистая яблоня в этом году, как никогда, была богата на урожай. Сочные наливные плоды буквально сами просились в руки, соблазняя румяными боками, а воздух был пропитан тонким сладким ароматом. Сорвав с ближайшей ветки спелый фрукт, я уже было поднесла его к губам, как услышала странный шум.

Тихое пыхтение и резкое покачивание дерева известили о появлении во дворе гостей. Усмехнувшись, я положила яблоко в карман сарафана и, выскользнув из комнаты, быстро спустилась вниз. Подкравшись к яблоне, я стала с интересом наблюдать за юным воришкой, покусившимся на наш сад.

– Ты что тут делаешь? – вкрадчиво спросила я, следя за его манипуляциями.

Вздрогнув, обладательница криминальных наклонностей дернулась и, неловко взмахнув руками, полетела на землю. На какой-то миг мир вокруг замер, оставляя меня наедине с единственным вопросом – что делать с трупом? Не дай бог, шею себе свернет…

Пока глупую голову терзали панические мысли, незнакомка умудрилась ловко извернуться в воздухе и грациозно приземлиться. Зеленые глаза, сверкающие каким-то колдовским светом, с минуту скользили по мне нехорошим взглядом, а потом девушка поднялась и стремительно побежала через сад к дальней ограде. Мне бы вернуться в свою комнату да забыть о нежданном визите, вот только отчего-то ноги сами понесли следом.

Воспользовавшись небольшой закрывающейся на крючок калиткой, я миновала старый забор. В душе разгорался странный азарт, а сердце готово было вырваться из груди, словно чувствовало приближение чего-то… волшебного. И оно не заставило себя ждать!

Легко выскользнув за околицу, я по инерции сделала несколько шагов и застыла в изумлении – такого пейзажа за деревней я раньше не видала!

Несильный удар в спину вынудил на мгновение потерять равновесие, но вместо того, чтобы упасть, меня неожиданно потянуло ввысь. Прямо к голубому небу, что в это время года казалось бескрайним. Испуганный крик застрял где-то в горле, а глаза сами собой закрылись, погружая сознание в темноту.

Дед и Бабка учли свою ошибку

и испекли Кубик.

– Тринадцать девушек по списку, как вы и просили, Ягиня Костеяловна, – писклявый голос раздался совсем рядом.

– Сама вижу, Норушка. Спасибо за помощь, удружила.

Открыв глаза, я некоторое время с любопытством рассматривала темные кроны деревьев-великанов, закрывающих солнечный свет и создающих приятную прохладу. Густая трава под спиной служила мягким покрывалом, вызывая безотчетное желание поваляться еще. Да только мне не дали.

– Девочки, подъем! – И неведомая сила вздернула вверх, заставляя принять вертикальное положение и удивленно оглядеться.

Лес… Темный и дремучий, простоявший на этом месте не один век. Ни единого просвета или намека на тропинку, что вывела бы с поляны, на которой я так неожиданно оказалась. Рядом со мной, в таком же подвешенном состоянии, болтались еще с десяток девушек, с неприязнью глядя на красивую молодую женщину, стоявшую напротив. За её спиной с ноги на ногу нелепо переминалась стая гусей, на шее одного из которых сидела мышка… в сарафане и с пшеничным колоском в лапке.

– Вижу, меня вы все узнали, и представляться не стоит, – радостно улыбнулась женщина. – Вот мы с вами и встретились, подопечные мои.

– Отпусти, Яга. Подобру-поздорову прошу, отпусти! – заговорила одна из «подвешенных», с толстой косой насыщенного рыжего цвета.

– Вот как выучишься, Любава Змеевна, так и отпущу.

– Папка мой прилетит и…

– И улетит, золотце, – перебила женщина, мягко улыбаясь. – Все вы находитесь здесь с согласия родни. А некоторые еще и по просьбе, так что оставьте угрозы. К тому же, с минуты на минуту должен появиться директор. А уже после его утверждения вам, в любом случае, придется отучиться положенный срок.

– Отучиться где? – тихо спросила я, впрочем, не рассчитывая на ответ.

Однако меня услышали и тут же наградили внимательным взглядом.

– Ты чья будешь, девонька? – подходя ближе, спросила женщина.

– Родительская, – отозвалась я, не совсем понимая сути вопроса.

– А кто у нас родители?

– Андрей и Вероника Туманные.

– Туманные? Что-то не припомню я таких… Маги?

– В с-смысле? – с запинкой спросила я, удивленно глядя на женщину.

– Норушка, ты кого мне принесла? – резко обернувшись к мышке, спросила дама с необычным именем.

– Так, судя по отпечатку ауры… должна быть Василиса Бессмертная, – и уже обращаясь ко мне: – Тебя как звать?

– Яника.

– Ой… Ошибочка вышла, – как-то растеряно пропищала мышка. – Прикажете вернуть?

– Да, – прищурившись, отозвалась женщина. – Не забудь исправить память девочке и…

Что еще должна была сделать мышка, я так и не узнала. Воздух над поляной пошел рябью, а затем из него плавно развернулось нечто, более всего напомнившее аварийный трап в самолетах. Мгновение, и по этому трапу прямо на траву скатился крупный шар. При ближайшем рассмотрении это оказался пережаренный кулич, к которому кто-то прикрепил глазки и сделал надрез в виде рта. Ой…

– Здравствуйте, девушки! – голос у хлебушка был на удивление приятным и чарующим. – Очень рад видеть всех вас. Доставили вы мне, конечно, хлопот. Но, я даже рад, что вы такие упорные и ловкие. Значит, и учиться будете всем на зависть. С этого дня все вы числитесь ученицами Школы Сказок, направления Зловредности по специальности Бабки Ёжки. Мои искренние поздравления!

– Простите, Колобок Батькович, но у нас проблема. Одна из девочек не является жителем Сказочного мира и подлежит возвращению домой.

– Какая именно? – заинтересованно спросил каравай и, проследив за указующим перстом Яги, повернулся ко мне. – Подойдет. Прошение на возвращение домой отклоняю. Пусть учится. – И уже обращаясь ко мне: – Можешь не благодарить.

Я и не стала, озадачившись вопросом – отчего у меня такие странные видения? То ли когда за воровкой гналась – упала и головой ударилась, то ли бабушка яблоки чем-то опрыскала, а мне сказать забыла. В любом случае, галлюцинации оказались на редкость бредовые и… реалистичные.

– Спасибо, Колобок Батькович, – первой откликнулась Ягиня Костеяловна и поклонилась. – И за разрешение, и за напутствие, и за новое общежитие. Кстати, когда можно заселять учениц?

– Все необходимые бумаги уже подписаны, так что можете приступать. Еще вопросы? Нет? Тогда позвольте откатиться – дела.

С этими словами Колобок ловко забрался обратно по дорожке-трапу и растворился в воздушном мареве. Мы же, не сдерживаемые более заклинанием, плавно опустились на землю. Ну хоть не попадали – и на том спасибо.

– Вот и все, мои хорошие. Я тоже поздравляю вас с поступлением в Школу Сказок. На ближайшие шесть лет я ваш куратор, нянька, мамка и лучший друг!

– Как можно отчислиться? – с неприязнью спросила Любава, почесывая кончик носа.

– А никак! Досрочно покинуть школу можно только в одном случае – если выйдете замуж. И не абы за кого, а за носителя голубых кровей. И неважно – за Ивана-царевича-пятидесятого… хотя царь-батюшка Иван-сорок-девятый тоже вроде свободен… или за наследника империи, – Яга на мгновение задумалась, а потом продолжила веселым голосом. – В общем, как только найдете своего царевича с луком и стрелами, да получите от него предложение этой самой стрелой промеж… кхм, это вам еще рано знать. В общем, как предъявите именную обручальную стрелу, можете сразу покинуть школу. А до этого момента – учиться, учиться и еще раз учиться! Так что, Ёжки мои, подъем и вперед на обжитие общежития!

Подниматься никто не спешил, так что неведомая сила снова вздернула нас на ноги, а потом понесла в сторону особенно густых кустов. Впрочем, при нашем приближении они расступились, открывая вполне приемлемую тропинку. Вот по этой дорожке нас и потащили в светлое будущее...

Общежитие, честно говоря, впечатлило. Даже не подозревала, что у меня такая богатая фантазия! Семиэтажное деревянное здание… на куриных ножках, с соломенной крышей и… живое! А еще у него были маленькие беленькие крылышки.

– Девочки, вот ваш дом на время учебы. Запоминаем пароль! Итак, избушка-избушка, повернись ко мне передом, а к лесу…

– Задом? – подсказала одна из девочек, с розовыми волосами и внушительной дубинкой.

– … а к лесу тыльным фасадом! – закончила Яга, недовольно глядя на подопечную. – У нас цензура, Ёжка. Так что впредь попрошу не выражаться.

Девушка невинно похлопала ресничками и кивнула. Только стоило куратору отвернуться, как на милом личике расцвела коварная улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Эх, не стоило Яге упоминать про цензуру.

Повинуясь чужой воле, мы залетели в общежитие и начали заселение. Меня отпустило только на третьем этаже, прямо напротив двери с металлической пластиной, на которой красовалась каллиграфически выполненная надпись: «Яника Туманная и Верея Серая».

Оглядевшись и не заметив поблизости соседки, я дернула ручку и зашла внутрь, разглядывая небольшой коридор и три двери. Правая и левая были приоткрыты и вели в спальни со стандартным набором – кровать, шкаф, книжная полка и письменный стол. Не обнаружив ничего интересного, прошла до конца коридора и сунула любопытный нос за третью дверь.

Там была кухня. Обычная такая, с нехитрой утварью и небольшой печкой, в которой пылало яркое пламя. Припоминая любимые книги фэнтези, я морально приготовилась к встрече с саламандрой, и тут меня поджидал первый облом – огонь поддерживали не волшебные ящерицы, поленья или, на крайний случай, газ. Нет, светилось и грело перо!

– Ничего себе! – вслух удивилась я и тут же чуть не подпрыгнула на месте, услышав комментарий:

– Ты что, перья жар-птицы никогда не видела? Деревня…

– Не видела, – не стала отрицать я, с интересом рассматривая говорившую. Красивая, надо признаться. Высокая, черноволосая и сероглазая. Тонкие и приятные черты лица, ладная фигура. Хороша! – Яника.

– Знаю, – улыбнулась незнакомка, набирая воду в чайник. – На двери было написано.

– А, точно… А ты, значит, Верея? Приятно познакомиться.

– Взаимно. И кем будешь, Яника?

– В смысле?

– Родители твои, судя по всему, люди. Значит, у тебя либо кто-то из родственников из Сказочного мира, либо сама даром обладаешь. Так кем будешь?

– Человеком.

– Неужели Норушка тебя действительно с Василисой спутала? Да уж, весело!

– И что весёлого?

– В том-то и дело, что ничего. Первое время трудно будет, особенно с учебой. Насколько я знаю, по многим предметам предполагаются магические практикумы. Но раз Колобок Батькович сказал оставить, значит справишься.

– А вы что, все маги?

– Одни – маги, другие – нет, но колдовать умеем.

– А твои родители кто?

– Я – дочь Серого Волка и Серой Лисы.

– Серой лисы? – удивленно переспросила я.

– Лисы Патрикеевны. После замужества мама взяла фамилию отца.

– Ясно. Прости, но разве ты не должна тогда… м-м-м…

– Выглядеть иначе? – подсказала девушка и улыбнулась.

Мне от этой улыбки стало плохо! Острые зубы в два ряда абсолютно не внушали доверия и, чего уж скрывать, вызывали здоровое опасение за жизнь.

– Ничего себе!

– То-то же, – усмехнулась Верея и улыбнулась уже нормально. – Оба моих родителя из высших оборотней, так что проблем со сменой ипостаси нет.

В ответ я только кивнула, на автомате принимая от девушки кружку с чаем и усаживаясь за стол. Что-то затянулись мои галлюцинации. Интересно, какой силы должен быть удар, чтобы у человека начались такие странные видения?

Пока размышляла на отвлеченные темы, руки и рот действовали совершенно самостоятельно. В себя я пришла, дожевывая шоколадную печеньку с капельками карамели. Последнюю с тарелки, между прочим!

Поймав насмешливый взгляд серых глаз, смутилась и спрятала руки под стол. И тут-то вспомнила про яблоко, что до сих пор покоилось в кармане сарафана. Стряхнув с расписной тарелки крошки, с радостным видом водрузила на неё румяный фрукт. И только потянулась за ножом, чтобы поделить пополам…

– Ёлки! – вскрикнула я, подскакивая на месте. – Тут что, еще и призраки водятся?

– С чего такие предположения? – следя за яблоком, наворачивающим по тарелке круги, поинтересовалась Верея.

– Так оно же движется. А когда какие-либо предметы передвигаются без посторонней помощи, то явно попахивает паранормальным!

– Попахивает из окна – нас с видом на болото и его жителей поселили. А яблоко, скорее всего, зачарованное. Сейчас поглядим, что нынче в эфире. Ага, расписание на послезавтра… Умер-р-реть от счастья! – прорычала девушка, вызывая волну мурашек. – Еще толком устроиться не успели, а у нас уже лекции!

– Это плохо? – робко спросила я.

– Еще как! Ни тебе письменных принадлежностей, ни формы, ни… Да у нас вообще ничего нет! Так, надо с этим срочно разбираться. Общий сбор!

Создав в воздухе небольшую звездочку, сияющую серым светом, Верея отпустила её в коридор. Бросив короткий взгляд на посуду, прищелкнула пальцами и с довольным видом пошла на выход, оставляя меня с затихшим яблочком, чистыми кружками и в шоке.

Некоторое время я провела на стуле, щипая себя за руку и с какой-то робкой надеждой ожидая пробуждения. Нежная кожа уже успела покраснеть, а глюки все не проходили, заставляя задуматься о состоянии психики. Правда, долго думать не дали.

– Человечка, на выход! – крикнул кто-то из девчонок, проходя мимо нашей комнаты. – Общий Ёжкин сбор!

На выход, так на выход. Поставив посуду в шкаф и закрыв за собой дверь, я слетела с лестницы и, оказавшись на улице, спряталась за спинами девочек. Двенадцать учениц стояли напротив маленького домика, в котором скрывался куратор, и недовольно сопели. Я же с любопытством наблюдала за происходящим.

– Яга, выходи!

– По щучьему велению…

– Ульяна Емелевна, попрошу не упоминать вашего фамильяра всуе! – отозвалась женщина, выплывая на порог. – Чем недовольны мои Ёжки?

– Послезавтра первые занятия! – начала наезд Любава, с растрепанной рыжей косой смахивая на деву-воительницу.

– Я в курсе, девочки. И в чем проблема?

– В том, что вы похитили нас из дома! Мало того, что перепугали, так еще и вещи собрать не дали. А в чем мы на уроки ходить должны? А писать чем и на чем? А книги? Нет, я, конечно, не против сорвать занятия, но все же…

– Девочки, успокойтесь. Сегодня обживайтесь и отдыхайте. А все необходимое, включая форму, книги и письменные принадлежности, доставят уже к вечеру. С выходными вещами, правда, накладка вышла… – задумавшись на мгновение, Ягиня Костеяловна просияла и радостно улыбнулась. – Завтра отправимся магазинничать! Сейчас подготовлю бумаги и стребую с директора дотацию на… развитие молодого поколения! В общем, ни о чем не волнуйтесь, Ёжки! Все будет.

Снова широко улыбнувшись, Яга скрылась в доме, оставив нас с девочками стоять во дворе. Причем, если они переглядывались с хмурыми лицами, то я лишь недоумевала, чем одноклассницы недовольны на этот раз. Вроде и вещи им пообещали, и все для учебы, а они опять носы воротят. Хотя для тех, кто в принципе учиться не хочет, все будет не так. Но это не мои проблемы.

У меня все гораздо сложнее и серьезнее. Во-первых, следует внести ясность в происходящее – сон это, галлюцинации или всё происходит взаправду? Конечно, синяк на руке – аргумент в пользу последней версии, но не сильно весомый. Поэтому сейчас надо посетить куратора и убедиться, что я в трезвом уме и относительно здоровом сознании, а все происходящее чей-то неудачный розыгрыш. После этого можно будет и дорогу домой спросить, и денег на билет одолжить.

Дождавшись, пока девочки вернутся в общежитие, я скользнула на крыльцо Яги и неуверенно постучалась. Дверь открылась сама. Потоптавшись на месте, но так и не получив приглашения войти, решила проявить инициативу и медленно заглянула внутрь. Дом как дом. Ни сухих трав под потолком, ни хвостиков крыс и крыльев летучих мышей. Самая простая деревенская хата.

– Я здесь! – раздался голос из глубины дома, и я поспешила туда.

Женщина сидела за небольшим столом, у окна, и что-то быстро писала. Мешать было неудобно, однако хотелось выяснить подробности возвращения домой.

– Простите, Ягиня Костеяловна.

– Да? – оторвавшись от очередного листка, «мамка-нянька» смерила меня задумчивым взглядом, а потом тяжело вздохнула. – Ничем не могу помочь, Яника. Правда, не могу…

– Но вы даже не знаете, зачем я пришла.

– Знаю, девочка, и должна тебя огорчить – домой вернешься только на каникулах. А они будут не раньше, чем через шесть месяцев. Родителей мы уже уведомили, так что не переживай.

– Вы сказали им, что я поступила в… Школу Сказок?

– Скорее, попала в программу по обмену, и тебя забрали в частную школу. Не волнуйся за родню, с ними все хорошо.

Кивнула, а потом как-то потеряно обвела взглядом помещение. И теперь все здесь мне казалось… особенным. Пусть дом не походил на жилище колдуньи, но было в нем нечто необычное. И то, что на первый взгляд казалось антуражем и плодом больного воображения, теперь приобретало новые краски.

– То есть, всё это не розыгрыш?

– Нет, Ёжка. Всё происходящее вполне реально и материально, – и я удостоилась хитрого взгляда Яги.

– Значит, искать меня не будут?

– Не будут, – подтвердила женщина, а потом отодвинула стул и жестом попросила присесть. – Прости, Яника, что втянули в это дело, но ничего уже не изменишь. Твои имя и фамилия появились в табеле, поэтому учиться придется. Не важно – как, главное хоть толика желания и старания с твоей стороны. Преподавателей я оповещу о случившемся, но особого отношения и поблажек не жди. Будешь изучать теоретическую часть, а с практикой мы что-нибудь придумаем.

– А если я не хочу? – робко поинтересовалась у странной женщины.

– Придумывать не хочешь? – поймав мой недовольный взгляд, она перестала шутить. – Значит, не хочешь в сказку?

Я молчала, не зная, что на это ответить. В сказку мечтает попасть каждая маленькая девочка, а шанс выпал именно мне. Но так внезапно и без предупреждения, что страшно до дрожи в коленках.

– Яника, не волнуйся и взгляни на это с другой стороны. Все что ни делается – не случайно. Значит, сама Судьба привела тебя к нам.

– Получается, это все-таки не сон…

– Не сон, девочка. Магия действительно существует. Она многогранна, интересна, а главное – избирательна.

– Хорошо, – кивнула я, ошарашенная словами куратора. – А что я буду изучать?

– Ты любишь старые сказки? Или хотя бы фэнтези-романы?

– Очень. Особенно истории про волшебные народы.

– Ну, этого добра ты еще успеешь наслушаться на уроках Полоза Гадовича, – меня одарили теплой улыбкой.

– А он кто?

– Преподаватель по «Культуре историй». Интересный и увлекательный предмет. И, что немаловажно, первые пару лет чисто теоретический. Тебе понравится! Но, вернемся к твоему вопросу. Изучать ты будешь Сказочный мир и осваивать профессию Бабы Яги. Вот именно так – с большой буквы.

– А почему Ёжек не обучают в семьях?

– Потому что с силой Яги может родиться только седьмая дочь в семье. Сама понимаешь, какая это редкость – семеро девочек. Вот и получается, что пока родится новое поколение, подходящее по силе, старое уже не желает ничего, кроме покоя. Оттого Ёжки и являются дефицитными и ценными.

– Но я… Я ведь не седьмая, и даже не вторая! Я вообще единственная и… и…

– Да, ты не седьмая дочь, и магия Яги тебе не подвластна, но… Кто сказал, что это единственная сила нашей земли?

– И во мне есть… сила?

– Раз Колобок Батькович тебя оставил, наверняка есть. А вот какая – узнаем со временем.

– Выходит, в родную школу я больше не вернусь? А как же экзамены, аттестат и выпускной?

– А ты еще школьница? Удивила…

– Так получилось, – неожиданно засмущалась я и прошептала, – по состоянию здоровья.

– Ну что ж, бывает, – меня ободряюще похлопали по руке. – А здоровье мы тебе поправим, даже не сомневайся. И в старую школу ты не вернешься, это верно. Зато новая – ничем не хуже и, скажу тебе по секрету, даже лучше. Выпускной у нас будет свой, и его ты запомнишь надолго.

– И кем я буду работать по окончании учебы? Да и где? – подсознание видимо смирилось со свалившимся счастьем быстрее меня, тут же подкидывая правильные вопросы.

– На счет работы, тут уже от тебя самой зависит. И успеваемость в этом деле сыграет не последнюю роль.

– Я совсем не представляю, чем может заниматься Баба Яга. Тем более – липовая! Засовывать Иванов-царевичей в печь? Воровать детей с помощью гусей-лебедей? Пакостить?

– С пакостями ты не ошиблась, а в остальном – зависит от фантазии. Ведь Ёжки – не просто сказочные персонажи, которыми пугают детей. Мы – волшебницы, что создают свою историю. Мы пишем сказки и повествуем их миру, нередко и представления устраивая для закрепления результата. Многочисленные былины, которые веками передавались из уст в уста. Волшебные создания, что появлялись благодаря нашей силе и входили в историю. Я столько всего могу тебе рассказать, но не стану. Учись, девочка, погружайся в Сказочный мир и наслаждайся шансом, что выпадает не каждому.

– Спасибо... наверное.

– Пока не за что, – улыбнулась Ягиня Костеяловна и как-то хитро на меня покосилась. – А ты не могла бы заполнить один листик?

– Могла бы, – кивнула я, обдумывая услышанное.

Листиком оказался бланк для получения денежной суммы из школьной казны. Получив пример заполнения и список фамилий, я приступила к работе. За первым листом пошел второй, а потом и пятый. Так что через десять минут на столе куратора лежала небольшая стопка заявок, а у меня созрел очередной вопрос.

– Ягиня Костеяловна, а как так получилось, что я понимаю здешний язык? И письменность… Неужели в ходе перемещения из родного мира в этот сработало некое заклинание, поспособствовавшее преодолению языкового барьера?

– Теперь верю, что ты любишь сказки, – засмеялась куратор, качая головой. – Какой мир, Яника? Мы по-прежнему на Земле, на Руси-матушке. И писать ты умеешь, потому что отмучилась десять классов в школе.

– Значит, мы не в другом мире? – вопрос получился с ноткой разочарования.

– Скажем так, в альтернативной реальности, где невозможное – возможно!

– И почему меня пугает такая формулировка ответа?

Яга на мое замечание опять весело рассмеялась, а потом вежливо спровадила обратно в общежитие – знакомиться с будущими одноклассницами и привыкать… к волшебству, ага.

Все еще пребывая в легком ступоре от происходящего, я медленно поднималась по лестнице на свой этаж и размышляла, как расспросить Верею о волшебном мире и какие вопросы являются самыми важными, когда мимо промчалось что-то мелкое и розовое. Промчалось, на мгновение остановилось, а потом вернулось и, схватив меня за руку, рвануло вперед с удвоенным рвением.

– Куда? – только и успела спросить я.

– Наверх!

– Зачем?

– Начинается!

– Что?

– Игры!

Очень емкий ответ! Хотела было остановиться и отчитать девчонку за хамское поведение, только не смогла. Несмотря на тщедушное телосложение, сила у розововолосой оказалась богатырская. И вот этот мелкий буксир на ножках не успокоился, пока не дотащил меня до последнего этажа, где помимо прочего находилась общая гостиная. Все одноклассницы уже сидели тут, устроившись на диванах и креслах, а кто и прямо на полу, обложившись конфетами и печеньями. И все с невероятным энтузиазмом смотрели на прямоугольный искрящийся кристалл, висящий на стене.

– Фух, успели! – радостно пискнула мелкая, отпуская мою руку и плюхаясь на ворсистый палас.

Я же осталась стоять на месте, так и не поняв, что происходит. Правда, через мгновение этот факт исправила Верея, дернув на себя и заставляя сесть рядом. Тут же во рту оказалась конфета, в руках дымящаяся кружка с чем-то вкусно пахнущим, а настенный кристалл пошел рябью, одновременно раздаваясь в стороны. Когда кристалл вырос до размера солидного плазменного телевизора и отобразил привлекательную блондинку, я открыла рот от удивления.

– Приветствуем дорогих зрителей и телезрителей на проекте «По стопам Хоббитов»! Целый месяц мы следили за отбором новых команд для участия в квесте и сегодня наконец-то узнаем имена лидеров, рискнувших отправиться в Мордор, на покорение Роковой горы!

– Это что? – тихо обратилась я к Верее, чтобы не мешать другим девчонкам.

– Самая классная передача этого века. Яника, это нечто! Вот увидишь, тебе понравится. А теперь сиди и смотри.

Кивнув в ответ, я придвинула ближе чьё-то ведерко с попкорном и, уставившись на экран, на некоторое время выпала из реальности. Игра меня и в правду захватила. Началось все с момента представления команд, прошедших отбор. Ух, кого там только не было! И большинство такие… что дух захватывало. Особо дружно мы пищали от восторга, когда камера выхватила капитана команды «Саурнят» – невероятно потрясающего мужчину. Его соратники были под стать, заставляя девичьи сердца биться чаще обычного. В общем, я даже не удивилась, когда Ёжки стали дружно делать ставки именно на эту команду.

Сама игра проходила в несколько этапов, растянутых на месяцы. Участников ожидал увлекательный поход по маршруту хоббитов, с многочисленными заданиями, головоломками и ловушками, призванный выявить самых лучших борцов за добро и справедливость. Как при таком раскладе до финала смогли дойти наши фавориты – «Саурнята» – пока оставалось загадкой. Но, видимо, творить добро под эгидой зла – это сказочно-коварный тактический ход.

К концу передачи, которая, кстати, шла чуть больше двух часов, я успела узнать о существовании нескольких волшебных народов, о которых в книжках не писали. А еще познакомилась с девочками, которые сидели ближе всего и иногда комментировали происходящее.

После прощания ведущей кристалл на мгновение мигнул, показав тридцатисекундный отрывок следующей передачи, а потом погас, оставляя после себя приятное и радостное послевкусие. Некоторое время в помещении царила тишина. Девочки переглядывались с предвкушающими улыбками и с нездоровым блеском в глазах. И в этот раз я была с ними абсолютно солидарна!

– Ну, как тебе? – наконец нарушила молчание Верея, обращаясь ко мне.

– Невероятно! – выдохнула я, счастливо улыбаясь.

– Наш человек! – хмыкнула соседка, тряхнув розовой шевелюрой. – Я же говорила, что она оценит.

– Говорила-говорила, – засмеялась рыжая Любава, а потом обратилась к девочкам. – Пришло время знакомиться, Ёжки! Раз уж мы с вами здесь застряли, будем держаться вместе. Начнем, пожалуй, с меня. Любава, двадцать четыре года. Дочь Змея Горыныча и Гидры. Родовая магия – драконье пламя.

При этих словах девушка любовно погладила свою рыжую косу и сверкнула зелеными глазами, в которых заплясал колдовской огонь. Высокая, статная. Сразу видно, что не из простой семьи.

– Верея, двадцать лет. Дочь Серых Волка и Лисы. Родовая магия – метаморфические способности.

И уже знакомая клыкастая улыбка озарила девичье лицо, а глаза на какое-то мгновение из серых стали янтарно-желтыми.

– Алёнушка, – печально улыбнулась следующая девушка, опуская голубые глазки долу. – Седьмая внебрачная дочь царя Ивана-сорок-девятого. Девятнадцать лет. Родовой магии нет, но обладаю магией очарования.

– Так ты царевна? – удивилась я.

– Да, но без права наследования, – пожала плечами светловолосая красавица.

– Ничего не потеряла, – улыбнулась девчонка с розовыми волосами. – А я – Хима. Седьмая дочь вождя южного племени Орков и нимфы. Двадцать лет. Родовая магия – шаманская и немного стихийная. В совершенстве владею метательными ножами, мечом и дубинкой.

– Златоцвета, можно просто Злата.

У этой девушки внешность была весьма специфической. Короткий ежик золотых волос, большие водянистые глаза, маленький аккуратный носик и… чешуя. Золотые капельки, украшающие ладони и изящным узором оплетающие руки.

– Двадцать пять лет. Дочка Золотой Рыбки из седьмой икринки седьмого помета. Отец неизвестен.

– Обалдеть… – каюсь, сорвалось само собой от удивления.

– И не говори, веселая компания! – засмеялась Любава и посмотрела на меня. – Представишься?

– Яника, восемнадцать лет. Дочь Андрея и Вероники Туманных. Магии нет.

– Есть, – загадочно улыбнулась рыжая. – Просто надо выяснить какая именно. Дальше?

– Ульяна, двадцать два года. Дочь Емели и Марьи-царевны. Родовой магии нет, но есть фамильяр – щука.

– Радомила, – представилась следующая девушка, приложив руку к сердцу, – дочь Соловья Разбойника и Марьи Моревны. Двадцать два года. Родовая магия – некромантия.

– Уже заметили, – усмехнулась Хима, с любопытством оглядывая девушку.

Скользнула взглядом по черным волосам, строгому темному платью, слишком бледной коже и замерла, глядя в черные, как сама ночь, глаза. Не смутилась, не отвернулась, только улыбнулась шире и уже более открыто, словно нашла родственную душу.

– Пелагея, восемнадцать лет. Дочь Морского Царя и Василисы Премудрой. Родовая магия – стихийная. Сила воды.

У этой девочки волосы отличались насыщенным синим цветом, украшенные морскими звездами и жемчугом. И держалась она немного особняком, словно таким образом пытаясь намекнуть на своё высокое происхождение. Правда, после знакомства придвинулась ближе к Злате, почувствовав родную стихию воды.

– Снежана, можно просто Снежа. Тоже восемнадцать лет. Дочь Мороза Ивановича и Весны. Родовая магия – стихийная. Сила земли и воздуха.

Белоснежные волосы были собраны в аккуратный пучок, а абсолютно белые глаза смотрелись немного пугающе. Одета она была в легкие одежды, постоянно обмахивалась веером и то и дело создавала вокруг себя снежинки.

– Веселина, но больше люблю имя Лина. Двадцать один год. Дочь купцов. Родовой магии нет, но из-за тесного общения с маминым младшим братом, появилась способность общаться с животными.

– А кто у нас брат?

– Иванушка… Проклятый оборотень.

– А кем оборачивается?

– Козлом… – вздохнула девушка.

– Хм, ясно. Дальше?

– Голуба. Семнадцать лет. Дочь Финиста и Марьи Соколовых. Родовая магия – метаморфические способности. Обращаюсь горлицей.

– Здорово. И последняя?

– Тенья. Двадцать два года. Родовая магия – стихийная. Тьма.

От этих слов девчонки заметно вздрогнули и даже немного отодвинулись от Теньи. Она же, кажется, этого не заметила, погруженная в свои мысли.

– Что же, приятно со всеми познакомиться! – Любава снова взяла слово, разрушая повисшую тишину. – Надеюсь, в нашей Ёжкиной компании будут царить мир и покой. Главное правило вы знаете: «Вместе до последней капли силы». Яника, добро пожаловать в ряды хоббитоманок и в Сказочный мир в целом. Первое время будет тяжело, но не бойся, за своих мы стоим горой.

– Один за всех, и все за одного, – улыбнулась я, подмигивая девушке.

– Именно! Наша жизнь сплошное состязание, где всё получают только сильнейшие. И чтобы быть на уровне или хотя бы не опускаться ниже среднего, нам необходимо держаться вместе и оказывать посильную помощь друг другу. После зачисления считай, что мы стали одной семьей. Теперь если обидят одну, на помощь придут все. Нам нельзя выказывать слабость, иначе затопочут и не заметят. Суть уловила?

– Не всё, но основную мысль поняла.

– Замечательно, можно переходить к главному. Как я поняла, ты – человек, но с зачатками магии. Значит, нам необходимо узнать, каким видом Силы наделила тебя природа, чтобы понимать, в каком направлении действовать. Также будем вырабатывать другие навыки – мало ли что сможет пригодиться в обучении и жизни. Как ты относишься к травам? Разбираешься в них?

– Не очень, – честно призналась я.

– А что касается творческих порывов? Может, любишь мастерить украшения?

– Порывов не было, но попробовать стоит.

– Хорошо. Тогда в ближайшее время займемся раскрытием твоих талантов, а с учебой будем разбираться постепенно. Кстати, девочки, кто знает, где можно приобрести товар из-под лавки?

– Какой именно? – отозвалась Верея.

– Артефакты, дающие возможность работать с минимальными магическими потоками. Пока не раскроем истинный Дар, придется довольствоваться этим.

– А что, раскрыть его очень сложно? – полюбопытствовала я.

– Нет, но нужны определенные планетарные и магические условия. Для начала необходимо выяснить твою планету-покровителя, затем дождаться определенной фазы луны, когда она будет находиться в благоприятном знаке. Да и время…

– Все, дальше можешь не объяснять. Все равно ничего не поняла, – рассмеялась я, качая головой.

– Не страшно, я все рассчитаю и выведу нужный день для проявления Силы, – пообещала Радомила.

– Увлекаешься астрологией?

– Для многих обрядов вызова духов, упокоения и очищения так же необходимы определенные положения планет, луны… Астрология – не столько увлечение, сколько надобность.

– Как-нибудь продемонстрируешь свою работу, – улыбнулась Любава. – И все же вернемся к артефактам.

– Я найду, – пообещала розововолосая Хима.

– Тогда предлагаю сходить на ужин, потом набросать список необходимых вещей и можно спать. Возражения? Тогда в путь!

Мне, честно говоря, после всех сладостей есть не особо хотелось, но я пошла. Во-первых, потому что было интересно, что из себя представляет столовая. А, во-вторых, не хотелось бросать девочек сразу же после того, как меня признали своей. И пусть я до конца не понимала целей и мотивов Ёжек, но подводить их не хотелось. Значит, буду заканчивать с одиночеством и учиться жить под девизом мушкетеров! А дальше видно будет, что приготовила для меня судьба и этот новый мир.

– Батюшка, привези мне из-за моря

цветочек аленький...

– Доча, у меня еще за твою чудо-траву

условный срок не закончился!

– Верея, а почему у вас такой странный телевизор? Магические технологии?

– Можно сказать и так, – хмыкнула девушка, шагая рядом.

– На самом деле наш телевизор – это магический шар, просто немного видоизмененный, – пояснила Лина.

– Да уж, совсем чуть-чуть.

– Не смейся. Изначально магические шары использовались только прорицателями для упрощения работы с потоками будущего. Но со временем маги нашли ему еще несколько применений, одним из которых стала связь сквозь расстояние. И было это задолго до появления телефонов. А потом подумали, почему бы не использовать красивые камушки для массового оповещения? Вот тогда и появились первые кристаллы, предназначенные для передачи экстренных новостей, а чуть позже и развлечений.

– Здорово. Только теперь мне интересно, где телевизоры появились раньше – в нашем мире или вашем?

– Наверняка не знаю, но ход твоих мыслей уловила. Да, Яника, мы частенько заимствуем идеи у обычных людей, а потом подстраиваем под себя. И в этом нет ничего зазорного. Жить в комфорте хочется всем.

– С этим не поспоришь, – улыбнулась я, чем заработала ответные улыбки девочек.

Значит, меня дружно решили приобщить к магическому миру? Ну что же, сопротивляться не буду. Тем более, все это действительно интересно и увлекательно.

– Пришли! – возвестила Любава и первой шагнула к белоснежной скатерти с красным орнаментом по краю, расстеленной прямо на траве.

Опустившись на землю, девушка дождалась, пока все рассядутся, а потом прикоснулась к ткани и поздоровалась с кем-то невидимым. Помолчав мгновение, чему-то кивнула, а потом изрекла короткое: «Ужин».

Тут начались чудеса. На скатерти одно за другим стали появляться блюда с едой, от вида и запаха которых потекли слюнки. Чего там только не было! И несколько видов жареной дичи, и запеченная картошечка, и салаты, и сыры. В общем, много всего. И даже как-то позабылся факт, что я вроде была неголодная и решила прийти за компанию.

– У-у-у, – как-то печально протянула Любава, а потом тяжело вздохнула. – Ладно, сегодня устроим себе праздник в честь поступления, а вот с завтрашнего дня попрошу вас подавать исключительно диетический ужин. Мы, все-таки, девушки и должны следить за фигурой.

– Ешь – пока рот свеж, а завянет – никто в него не заглянет! – раздался ворчливый голос над поляной.

– Если будем отращивать бока, на нас тоже мало кто взглянет.

– Принцы не собаки – на кости не кидаются!

– Хорошо, мы просто хотим полезной пищи. И диета с принцами тут ни при чем, – примирительно произнесла Любава, потянувшись за куриной ножкой.

– Ага-ага, нашли дурака, – припечатала скатерть и затихла.

Зато на её поверхности появились кувшины с янтарной жидкостью и стойким запахом меда. Судя по веселым лицам девчонок, содержимое посуды было им хорошо знакомо и любимо. Значит, отмечать поступление будем на полную…

Где-то полтора часа спустя всем было хорошо. На поляне, выделенной в полное наше распоряжение, гремела музыка, а веселые Ёжки отплясывали у большого костра. Иногда кто-нибудь из девочек прыгал через весело трещащие поленья, получая в награду за смелость клубнику. Я тоже порывалась прыгнуть, но меня все время останавливали то Верея, то Хима. Я дулась и обижалась, но послушно отступала, дожидаясь, пока пламя немного спадет.

В какой-то момент моя деятельная натура всё-таки не выдержала и, улучив минутку, я прыгнула. И вот лечу я, лечу… И понимаю, что не долетаю! Но запаниковать не успела – что-то невидимое шлепнуло меня по мягкому месту, придавая ускорения, и вместо позорного падения в костер, я перелетела на другую сторону. Приземлившись, не устояла на ногах и по инерции упала на колени. Лишь легкий запах подпаленных волос свидетельствовал о недавнем прыжке.

– Ну, ничего себе! – выдохнула Любава, помогая подняться и спешно оглядывая на наличие ожогов.

– Ага, хорошо прыгнула.

– А приземлилась как!

– Ничего не болит? – перебила всех рыжая.

– Не-а. Еще хочу! И где моя награда?

– С тебя хватит, – засмеялась одноклассница, а потом пытливо заглянула в глаза. – Ты где так прыгать научилась?

– Не знаю, но мне понравилось! – заулыбалась я, а потом снова потребовала клубничку.

В ответ меня обозвали обжорой и вручили стакан с чаем. Очередную попытку обидеться пресекли тарелкой клубники, после чего усадили на плед и потребовали немного посидеть тихо. Как выяснилось, это требовалось для того, чтобы девчонки подготовили поляну для ворожбы. Начать решили с самого простого – кидания обуви. Кто вспомнил про это зимнее гадание – неизвестно, но ни отсутствие окна и забора, ни снега, ни даже валенок никого не остановило.

Встав в круг, и глядя друг на друга искрящимися глазами, мы сжимали в руках обувку и дружно недоумевали, что делать дальше. В итоге, так и не придумав ничего умного, Любава скомандовала: «Кругом!». Когда все Ёжки развернулись к лесу передом, она же первой запустила туфельку в полет. Не знаю, каким волшебным образом, но обувь рыжей попала прямехонько по макушке Химе.

– Так вот ты какая, любовь моя? – засмеялась Любава, а потом пригорюнилась. – Не, девочки, что-то тут не так. Кругом!

Некоторые после этой команды закачались, но все же повернулись. Стоим, опять смотрим друг на друга и думаем. Мыслительный процесс продлился недолго, так что за десять минут до полуночи все окрестные кусты были обстреляны балетками и босоножками.

Кусты в ответ ругнулись и что-то зашипели про непутевых девчонок, однако являть принцев пред наши светлые очи не спешили и инкогнито своё сохранили.

Разочаровавшись в глупом гадании, мы решили воспользоваться самым старым и проверенным средством – призывом. Инициативная Радомила взяла на себя рисование пентаграммы, а Тенья готовилась напитать её силой. Получилось красиво, а главное – зрелищно. Встав по кругу на равном расстоянии друг от друга, мы наблюдали за мерцанием неизвестных символов, зачарованные предстоящей ворожбой. А ровно в полночь по поляне поплыл неслаженный хор голосов, требующий появиться суженых-ряженых.

Мы так душевно пели, что следившие за нами непонятные маленькие мохнатики с писком рванули вглубь леса, а серый сыч как-то странно угукнул и взлетел ввысь, тут же растворяясь в ночном небе. Но нас, Ёжек, это не остановило, и мы продолжили развлекаться.

Первый из «суженых» материализовался минуты три спустя, напугав нас до икоты. Потому что это нечто выпрыгнуло из кустов, а не из пентаграммы, было с ног до головы увешано тиной, а на голове мерно колыхался одинокий камыш. И выражался этот некто так, что стало понятно – как жених он совсем не котируется!

– Совесть есть? – наконец изрек он, сбрасывая с себя и тину, и несчастное растение.

– Вообще или конкретно сейчас? – хихикнула Хима, поправляя пышные розовые волосы.

– В принципе, – мрачно изрек мужчина, а потом оглядел наш ёжкин круг. – Первогодки?

– Перводневки! – поправила Любава.

– Чего-то подобного и следовало ожидать. Куратор ваш где?

– Зло дремлет, – хихикнула я и была поддержана девочками.

– Уже не дремлет, – рыкнул мужчина и ринулся к нам.

Шустрый какой! Взвизгнув, мы побежали к другому краю поляны, рассчитывая скрыться от неизвестного. Но не тут-то было! Яркий огонек, сорвавшийся с рук мужчины и взлетевший в звездное небо, рассыпался сотней звездочек. В тоже мгновение на поляне стали появляться очередные непонятные личности с камышами на головах. Уж не знаю, сколько их было, но буквально за минуту они заполонили все пространство, окружив нас, маленьких.

– Пентаграмма вызова шестого уровня, – прорычал первый суженый. – Ставьте защиту и закрывайте пространство.

Повинуясь его приказу, вперед выбежало несколько парней, которые тут же принялись размахивать руками и что-то шептать под нос. Оставшиеся загородили нас от происходящего, напряженно всматриваясь в круг. А мы? Нам тоже интересно стало!

Растолкав мальчиков, мы пробились вперед и стали свидетелями захватывающего зрелища – явления настоящего суженого! Прямо в центре пентаграммы закручивался огненный смерч, с каждым ударом сердца набирая мощность и обороты. Когда воронка достигла краев рисунка, раздался громкий «пшик», следом за которым повалил «ароматный» пар.

– Фу-у-у, это чего?

– Сера, – прошептала Радомила побелевшими губами. – Мы вызвали сущность нижнего плана…

– Умер-р-реть от счастья, – рыкнула Верея, частично изменившись. – Он сможет преодолеть контур?

– Все зависит от того, сколько силы было влито. Тенья?

– Много, – коротко отозвалась девушка.

– Зомби мне в мужья! – выругалась некромантка, привлекая внимание незнакомых парней.

– Можем обеспечить, – хмыкнул один из них, подмигивая подруге. – Но поверь, живой мужик в доме намного лучше! Всегда есть кому ужин согреть. И не только!

– Упырь тебе ужин согреет, – огрызнулась Рада.

– Чего же вы, девушки, такие злые? Неприветливые. Мы тут, понимаешь, ваши жизни спасаем, рискуем. И никакой благодарности в ответ!

– Ты сначала спаси, а уже потом обсудим размер нашей благодарности, – прервала этот разговор Любава и оттащила испуганных Ёжек в сторону. – Что делать будем?

– Предлагаю смыться, – зашипела Пелагея, поглядывая на парней.

– Я за! – кивнула Хима. – Сумел напакостить, умей вовремя свалить.

– А Баба Яга против! – заявила Голуба, уперев руки в бока. – Это что же получается, мы тут кашу заварили, а этим – кивок на парней – за нас страдать? Не по-ёжкиному это!

– Согласна с мелкой, – вздохнула рыжая. – Надо спасать положение. Кто-нибудь помнит, какое заклинание мы читали?

– «Суженый-ряженый – явись, в пентаграмме покажись!», – процитировала Снежана. – Но с заплетающимся языком могло получиться все, что угодно.

– Это моя вина, – схватилась за голову Рада и начала оседать.

– Держи себя в руках! – прикрикнула на девушку Златоцвета, а Пелагея окатила холодной водой. – Нам могут понадобиться услуги некроманта.

– По воскрешению? – ляпнула я, заработав одиннадцать недобрых взглядов.

– Ой… – пискнул кто-то, привлекая наше внимание к пентаграмме.

А там, в уже рассеявшемся мареве, стоял… черт. Маленький миленький чертик, практически в костюме-тройке, если не считать того, что брюки были обрезаны выше колен. Зеленый цвет наряда хорошо сочетался с черной шерсткой, а круглые очки и указка в руках придавали солидности.

– … использование огненной стихии… Что? А где? Опять?!

Что «опять» – мы не поняли, но столько негодования было в этом писклявом голосе… В общем, мы решили устыдиться заранее: приняли покаянный вид и опустили головы. Если лишний раз не отсвечивать, то может, нас и не заметят.

– Огнеслав, ты чего творишь? У нас плановые общие занятия только через месяц!

– А это не мои ребята, – усмехнулся мужчина, заметно расслабившись. – Скажи спасибо вон тем красавицам.

Все, абсолютно все, повернулись к нам! Мы снова опустили наполненные любопытством глаза к земле и затихли, стараясь даже не дышать лишний раз.

– Ведьмы? – удивился чертик. – Так у вас же дипломная уже была.

– Мы не ведьмы, мы – Ёжки.

– Кто? – переспросил рогатый.

– Бабки Ёжки! – почти в один голос отозвались мы.

– Ёжки, значит. А почему со мной не было согласования о вызове? – возмутился черт.

– Наверное, потому что он – несанкционированный, – вздохнул Огнеслав и покачал головой. – Прости, Азазель, не уследили. Жалобы в администрацию будут?

– Нет, но этим мелким выговор. Кстати, а кто чертил пентаграмму?

– Я, – Радомила вышла вперед.

– Училась бы у меня, получила отлично по начертательной. Филигранная работа! Не хочешь перевестись? – вкрадчиво спросил рогатый.

– С-с-спасибо, но мне пока и на этом свете хорошо.

– Жаль. Ну что же, стирайте линии запрета, и я пошел. У меня лекция, между прочим, была в самом разгаре!

– П-п-простите, – прошептала некромантка и поспешила к контуру.

Пара изящных движений руки, несколько слов и затерев один из символов ножкой, Рада разрушила пентаграмму.

– Ну, все хорошо, что хорошо заканчивается, – широко улыбнулась Хима. – Мы пошли?

– Не так быстро, девушки. Сначала проведем воспитательную беседу, а потом… Парни, хватайте Ёжек и…

– Надругаться решил, ирод окаянный? – вдруг взвыла Любава, а потом вышла вперед и расставила руки в стороны. – Не позволю обижать моих Ёжек!

Из рук рыжей сорвалось зеленое пламя, в мгновение окружившее нас с девочками и скрывшее от загребущих ручек непонятных личностей. А дальше начался кошмар. Кто-то кричал, ругался и матерился. Потом послышался голос Ягини Костеяловны, которую Любава впустила в наш круг и тут же принялась жаловаться на бессовестных насильников, пожелавших надругаться над беззащитными девушками. То, что у половины девушек при этом были не совсем безобидные когти, дубинки и странные разноцветные сгустки в руках, жалобщицы в расчет не принимали.

Дальше нас убеждали, что эти самые личности вполне безобидны и всего лишь хотели растащить Ёжек по комнатам. Причин не верить родному куратору, которая нам теперь мамка-нянька, не было. Так что, погасив пламя, Любава прошагала до приглянувшегося парня и, картинно закатив глаза, упала в надежные объятия. Остальные последовали её примеру, и уже через несколько минут из стоячих остались я да Яга, взирающая на происходящее со смущением и какой-то обреченностью.

– А ты чего стоишь, красавица? Парня никак выбрать не можешь? – засмеялся Огнеслав.

– Не доверяю.

– Себе или парням?

– Не кому, а что! Клубнику, – прижимая подхваченную тарелку к груди, подозрительно огляделась я.

Мое заявление восприняли со смешками, а потом вереница из незнакомых ребят со слегка веселыми Ёжками на руках двинулась к общежитию. Ну что я могу сказать – вечеринка определено удалась!

***

– Э-э-э, – протяжный звук, наполненный невыносимой мукой, донеся из соседней комнаты.

– Умертвия атакуют? – сонно отозвалась я, впрочем, не спеша открывать глаза.

Мне было хорошо, тепло, а главное – лениво. Голова после посиделок не болела, зато в теле чувствовалась непривычная усталость, свидетельствующая о чрезмерной нагрузке для организма. Чем эта самая нагрузка была вызвана, я помнила смутно, но судя по положительным эмоциям, чем-то веселым.

– Воды-ы-ы… – снова прохрипели из соседнего помещения, и раздался звук падающего тела.

То, что падало именно оно, я догадалась по последующим ругательствам. Пришлось сжалиться и, откинув теплое одеяло в сторону, пойти на помощь. По стеночке добравшись до кухни, я набрала воды в кружку, а потом отсчитала пять капель из флакона, оставленного на столе. Смутно помнилось, что это зелье должно было помочь взбодриться, но кто и при каких обстоятельствах его давал, ускользало от сонного мозга. Предварительно сделав глоток, поморщилась от кислого привкуса, но в голове однозначно прояснилось. Довольно вздохнув, я уже значительно бодрее прошагала по коридору и зашла к Верее. Несчастная дочь высших оборотней, тихонько стонавшая на полу, представляла собой очень печальное и помятое зрелище. Опустившись рядом, я осторожно приподняла девушку и всучила кружку, к которой тут же жадно припали. Секунд десять слышался только булькающий звук, а потом раздался стон облегчения.

– Яника, я тебя люблю!

– Лучше люби того, кто оставил флакончик, – усмехнулась я, помогая однокласснице подняться.

– И его тоже люблю!

– Вот ему при встрече и сообщишь. А сейчас предлагаю пройтись по комнатам и поделиться чудесным зельем с остальными.

Возражений не последовало, так что мы, разделив «лекарство» на двоих, отправились изгонять сонность и ленность из ёжкиной общаги. После посещения каждой комнаты мне вслед неслись признания в любви, а неизвестному благодетелю – в вечной преданности.

Так было ровно до седьмого этажа, где жила наша предводительница – Любава. Рыжая, в отличие от остальных, от последствий вечеринки не страдала, зато была непривычно хмурой и задумчивой, обнимая кружку с кофе.

– Доброе утро, – поздоровалась я, проходя на кухню.

– Утро добрым не бывает, – вздохнула девушка.

– Откуда столько пессимизма в голосе?

– Мы вчера так накосячили…

– Вечеринкой, попойкой или призывом черта?

– Не напоминай!

– Ну, что сделано, то сделано.

– Мы так подставили Ягиню Костеяловну...

– Перед начальством? Но ведь черт обещал, что не будет жаловаться.

– Перед Черномором.

– Перед кем? – удивленно переспросила я, глядя на Любаву.

– Помнишь мужчину, который первым пожаловал? Я его сначала не узнала, еще думала, почему имя такое знакомое. А утром пришло озарение… Это Огнеслав Черномор – боевой маг и бывший муж нашей Яги.

– Ого, – только и смогла выдавить я.

– Вот и я о том же. Мы же её, получается, перед ним и его учениками опозорили. Как вспомню, что чудила, со стыда умереть хочется!

– Не ты одна, так что, если помирать, так всем вместе.

– Предлагаешь общий сбор?

Кивнув в ответ, я поправила свой местами грязный, а местами и подпаленный сарафан, и направилась в гостиную. Любава последовала за мной, предварительно запустив «звезду» созыва. Пока девочки поднимались, я не преминула задать терзавший меня вопрос.

– Слушай, а почему Ягиня и Огнеслав разошлись?

– Честно говоря, точно не знаю. Поговаривали, что он изменял, вот она и не выдержала – ушла. Но это только слухи, и я им не особо доверяю.

– Почему?

– Да потому что всем известно, что темные – однолюбы.

– А причем здесь темные?

– Огнеслав боевой маг, значит – темный.

– А что, светлые боевыми быть не могут?

– Могут, но... Когда увидишь светлых – сама все поймешь. Вообще быть боевым магом очень престижно, так что не удивляйся, что все мальчики из Академии Темных Боевых Искусств такие зазнайки.

– А мне-то что? Я вчера с ними не особо общалась, а больше, думаю, и не встретимся.

– Тешь себя надеждами, – засмеялась Хима, подкравшаяся со спины и напугавшая до жути. – Наша общага находится на самой границе с академией, так что с этими задаваками мы будем сталкиваться часто. Кстати, если не ошибаюсь, окна вашей кухни выходят как раз на болота, где у них проходят практические занятия.

– Бедный болотник и его кикиморы! – ужаснулась Пелагея, прикрывая рот ладошкой.

– Почему это бедные? – удивилась Любава. – Кикиморы учатся создавать мороки, а маги – их обходить. Все по взаимному согласию и с пользой.

– А мне все равно жаль девчонок. Каждый день терпеть этих выскочек... – надулась Поля.

– Не знаю на счет кикимор, но нас мне точно жаль, – миловидная блондинка Алёна села на диванчик и окинула нас мрачным взглядом. – Один из этих поганцев меня вчера поцеловал. Нет, представляете, взял и поцеловал!

– А ты что?

– А что я? Я была неадекватная!

– И-и-и?

– Что и? Я ответила. Попробуй не ответить, когда тебя целуют с таким знанием дела…

– Ну и чего ты тогда возмущаешься, если самой понравилось? – поинтересовалась Верея, и мы с ней снова устроились на полу.

– Так он сказал, что и сегодня придет. И не один!

– И ты до сих пор молчала? – возмущение вышло общим и слаженным.

– Девочки, у нас ни одного приличного платья! – охнула Злата.

– И косметики нет, – поддержала её Пелагея.

– А мы что, готовимся к свиданию? – удивилась я.

– Конечно, только им об этом знать пока не нужно, – коварно улыбнулась Любава. – Девочки, вчера все себе ухажеров выбрали?

– А то! – мечтательно протянула Голуба.

– А я пока воздержусь, – хмыкнула Хима, теребя розовую косичку.

– Я тоже, – поддержала я одноклассницу.

– Как пожелаете, девочки. Тогда на повестке дня три вопроса. Первый касается покупок – мы так и не составили список. Второй относительного прошлого вечера и столкновения с Черномором и его богатырями. Собственно, из второго вытекает и третий вопрос – как будем вести себя с мальчиками?

– Я перед игрой набросала список необходимых вещей, как личных, так и для общего пользования, – выуживая из кармана сарафана блокнот, начала Верея, – ознакомьтесь и дополните.

Она начала зачитывать список, иногда делая пометки по просьбе девушек. К концу чтения ровный столбик из наименований значительно удлинился, а я, припомнив сумму, запрашиваемую Ягой у администрации, загрустила. Что-то мне подсказывало, что выделенных денег на все не хватит. Выразив свои сомнения, была награждена недовольными взглядами, а потом проверка списка пошла по второму кругу. Только на этот раз вещи делились на «Первой необходимости» и «Подождет до лучших времен».

– Раз список готов, предлагаю звать Ягиню Костеяловну и отправляться в город.

Возражений не последовало, так что, кое-как пригладив лохматые косы да мятые платья, мы отправились вниз. А там нас уже ждала куратор в окружении гусей-лебедей.

– Доброе утро, Ёжки!

– Доброе!

– Вижу, зелье вы приняли. Это хорошо. Итак, девочки, пока полет в ступе не освоен, придется пользоваться услугами компании «Косяк». Выбирайте себе транспортное средство и в путь. У нас не так много времени.

Не дожидаясь ответа, Яга залезла в высокую округлую конструкцию, хорошо знакомую мне по детским сказкам. Покопавшись внутри, она вытянула… руль, самый настоящий, как в автомобилях, а потом закрепила зеркала бокового вида.

– Яника, не смотри так. Пока права не получишь, даже не мечтай о ступе!

Кивнув в ответ, я подошла к одному из гусей и, следуя примеру девочек, стала с ним рядышком. Когда вся живность была разобрана, Ягиня Костеяловна плавно оторвалась от земли, произнесла волшебное «В добрый путь!» и двинулась вверх. Мы, подхваченные птицами, – следом.

И вот лечу я, значит, лечу. Сначала мы оставили за собой леса и поля, по которым резво скакали непонятные существа. Потом стали появляться постройки и многоэтажные терема. Даже стадион один пролетели, на котором то и дело сверкали вспышки света. Как ни странно, но ветер совсем не мешал наслаждаться пейзажем и знакомиться с новым местом жительства. Возможно, это было какое-то гусиное волшебство, но дышалось на этой немалой высоте легко и свободно. Всё вокруг было таким интересным, таким фантастическим, что я вдруг поняла одну вещь – я ни капельки не жалею, что попала в Сказочный мир. Пусть это всего лишь второй день пребывания здесь, но мне уже все безумно нравилось.

Летели мы около часа. От пестрого мельтешения проносившегося пейзажа у меня закружилась голова, и я прикрыла глаза, во избежание так сказать. Только когда почувствовала, что мы спускаемся, снова распахнула веки. В первое мгновение даже дыхание задержала, наслаждаясь красотами торговых рядов. Разноцветные, яркие, волшебные. Между лотками сновали диковинные существа, рассматривая не менее чудные вещи. И оживление, что царило здесь под шумный гомон голосов, сразу же захватило с головой, вызывая радостную улыбку.

Приземлившись, мы собрались вокруг куратора, чтобы получить последние наставления и деньги.

– Так, Ёжки, на покупки у вас пять часов. После этого собираемся здесь. Все ясно? Любава, Янику отпускаю под твою ответственность. Я бы её с собой взяла, но, увы…

– Всё поняли и сделаем в лучшем виде, – пообещала рыжая, а потом развернулась к нам и скомандовала: – Ёжки, на группы по четыре разойдись! Так, вот списки основных покупок. Сначала разбираемся с ними, а на оставшееся берем уже все, что душе угодно. Личные карманные деньги пока не трогаем. Вперед!

И две группы Ёжек двинулись сквозь разноцветную толпу, сразу же в ней растворяясь. Я же осталась с Вереей, Химой, Ульяной и Любавой. Кивнув куратору, рыжая схватила меня за руку и тоже увлекла в толпу, куда-то целенаправленно двигаясь. Как оказалось, на площадь, где было основное скопление народа, а еще многочисленные развилки, ведущие в разные стороны от торговых рядов.

– Девочки, вот деньги и список. Точно так же – сначала закупаете вещи первой необходимости, а потом уже все, что нужно лично вам. А мы с Яникой пойдем за артефактами. Хима, узнала?

– Да. Все необходимое можно заказать в «Аленьком цветочке». Из-под прилавка, естественно.

– Замечательно! Все, девочки, время!

И мы направились в одно из уличных ответвлений, заполненное многочисленными лавками. Проходя мимо стеклянных витрин, я то и дело зачарованно замирала, разглядывая удивительные вещи. Где-то мелькали книги с живыми изображениями, рассказывая старые сказки на новый лад. В других сидели милые зверьки, над которыми большими буквами светилось – «фамильяр». А главное – как светилось! В стеклянных трубочках порхали десятки мотыльков, своим приглушенным сиянием освещая спящих зверей. И так почти в каждой лавке!

С каждым шагом витрины становились все любопытнее, а товар – притягательнее. И я бы с большим удовольствием рассмотрела все и вся, но, увы, Любава на мои просьбы идти медленнее не реагировала, таща за руку. Я не вырывалась, понимая, что стараются для меня. И все же, так хотелось остаться здесь. Бродить по лавкам и смотреть, смотреть, смотреть! Но, не время.

– Пришли! – наконец остановилась одноклассница, когда у меня уже начали гудеть ноги.

Стоило двери чуть приоткрыться, как звякнул маленький колокольчик, сообщающий о посетителях. В небольшой лавке было светло, но невероятно захламлено. Многочисленные товары лежали на столах, тумбочках, шкафах и даже на полу. Прямо у входа расположился большой самовар, от которого подозрительно пахло ромашкой и мелиссой.

– Налей себе чаю, – повернувшись ко мне, предложила Любава.

– Я не очень люблю ромашку.

– А зря. Она, знаешь, как хорошо успокаивает? Я бы на твоем месте не отказывалась.

– Да я вроде и не нервничаю, чтобы успокаиваться.

– Это пока, – улыбнулась рыжая, а потом громко позвала хозяина.

– Иду-иду! ­– донеся басовитый голос откуда-то из подсобных помещений, а спустя пару минут послышались тяжелые шаги.

Еще мгновение и… я заорала. Как не хлопнулась в обморок, неизвестно, но кричала громко и качественно.

– Чистокровный человек, – пояснила Любава хозяину лавки, который смотрел на меня сначала с удивлением, а потом с пониманием.

– Чаю? – вежливо осведомилось это… это что-то, кивая на самовар.

– С-с-спасибо, – запинаясь, отозвалась я и, на негнущихся ногах отправилась наполнять кружку.

Руки дрожали, норовя пролить успокоительное, но я лишь крепче сжимала зубы и продолжала наполнять кружку, стараясь не смотреть на чудо-юдо мохнатое. Получалось плохо. Габаритный владелец лавки занимал большую часть свободного пространства, удивительно легко лавируя между нагромождениями вещей. И столько достоинства было в его осанке, в посадке головы, да и в движениях, что сразу становилось понятно – не прост, ох не прост хозяин.

– Доброго дня, любезнейший. Мы к вам по весьма деликатному вопросу… – начала издалека Любава.

– Аленький цветочек нужен? – усмехнулось чудовище. – Так в лавке почтенного Уста только вчера был завоз маков. Тех самых… волшебных.

– Спасибо, конечно, но дурманящими средствами не увлекаемся! А вот артефактами с определенными свойствами – очень даже.

– И где же вы видите у меня тут нужный вам товар? – усмехнулся лавочник и огладил косматый подбородок.

– Да вон, из-под прилавка торчит, – хитро прищурившись, ответствовала Любава.

– Значит, слова заветные знаешь… – уже по-деловому произнесло чудо-юдо. – И чего конкретно желает ваша душа?

– Предметы силы. Мне необходимы накопители, а также несколько артефактов для возможности работать с магическими потоками.

– Для человечки? – уточнило чудище, разглядывая меня с интересом.

– Значения не имеет!

– Еще как имеет, сударыня, – не согласился хозяин лавки. – Под каждый вид осуществляются свои настройки. Если, допустим, вы взяли артефакт для нимфы, а надели на наяду, то он не будет работать. А вот если для перевертыша, и надели на человека – то он сгорит. Человек, не артефакт. Так что, сударыня, мне необходима конкретика. Не волнуйтесь, конфиденциальность гарантирую!

– В таком случае, полагаю, нам следует перейти в более… спокойное место и обсудить цену.

– Прошу, уважаемая, – подойдя к стене, чудище что-то нажало и, как только невидимая до этого момента дверь распахнулась, приглашающе махнул Любаве.

– Моя спутница понадобится?

– Нет. Все необходимые мерки я уже снял.

– Замечательно! Яника, можешь пока прогуляться по соседним лавкам, только далеко не уходи.

Кивнув в ответ, быстренько выпила чай и скользнула за дверь, отчетливо расслышав щелчок замка за спиной. Надеюсь, Любава знает, что делает, и это чудо-юдо её не слопает.

На улице было хорошо. Я бы даже сказала – замечательно. Многочисленные покупатели сновали между магазинчиками, из каждого выходя с покупкой и весьма довольным видом. Люди были преимущественно одеты в старорусском стиле, но попадались и совершенно невообразимые наряды. Кто-то предпочитал длинные закрытые платья, чем-то напоминающие чадру, но при этом настолько пестрые, что в глазах рябило. Другие, наоборот, носили костюмы-мини, темных и мрачных тонов. И у всех без исключения была одна особенность – многочисленное оружие. У кого за спиной, у кого на поясе, а некоторые и вовсе обвешаны с ног до головы. Уж не знаю, кого они опасались, но я в этом милом месте лиходеев не наблюдала. По крайней мере – пока.

Оглядевшись, я направилась к ближайшей лавке, в которой заприметила живые книги. Там и народу было немного, и товар выставлялся на всеобщее обозрение. И вот стоило скользнуть внутрь, как меня обдало жарким, сухим воздухом, который тут же рассеялся, оставляя вокруг чуть прохладную атмосферу. На многочисленных полках стояли книги и талмуды, лежали свернутые в трубочку свитки, а еще стопками разнообразные газеты. Взяв одну из них в руки, некоторое время рассматривала картинки, а потом заскользила глазами по статье. Новости увлекли так сильно, что весь мир отошел на второй план.

В газете, что весьма характерно, по большей части содержались общественно значимые новости и новые законопроекты. Многие были недовольны финансовой политикой, другие – военной. И так на каждой странице, о каждой державе. В итоге я выяснила, что Сказочный мир не просто другая реальность, а практически другая вселенная! Пусть я понимала государственный язык и вполне сносно на нем читала, но все же, этот мир был другим. Соприкасался с моим родным, где-то, быть может, даже объединялся, но все же значительно отличался.

В Сказочном мире существовало два царства, в одном из которых правил царь Иван сорок девятый, а в другом – царь Кощей. Одна Светлая империя, в которой, по-видимому, проживали светлые существа, а еще были многочисленные королевства и княжества, находящиеся на территории Закатных земель. И у каждого свои законы, заботы, проблемы… Я читала статьи, стараясь получить как можно больше информации. Заканчивала один журнал и переходила к другому, снова и снова погружаясь в мир, кажущийся нереальным. Было чувство, словно я прикасаюсь к чему-то запретному, но такому желанному.

А потом кто-то осторожно забрал газету и помахал рукой перед лицом. Некоторое время я приходила в себя, стараясь разложить по полочкам прочитанное, и, только подняв глаза, встретилась взглядом с Любавой и задала сокровенный вопрос:

– Слушай, а интернет у вас есть?

Ответом мне стала понимающая улыбка.