Сильнее любви

– Он сегодня женится, Ась.

В словах подруги, произнесенных звенящем шепотом, так отчетливо слышалось сочувствие, что мне захотелось завыть. Швырнуть подальше чашку с остывшим чаем, которую зачем-то крутила в руках. Пить все равно не могла. 

– Женится? – хотела переспросить вслух, но тут же умолкла, ощущая, как слово царапает губы. Больно. Опять больно. Но только можно ли сравнить эту мою боль с той, что я ему причинила? Не соизмерить никак, не взвесить.

Женится… Что же, раз он решился на такой шаг, значит, его избранница действительно этого достойна. И пора, наконец, усвоить урок, раз жизнь подкидывает его вновь и вновь.

– Так и будешь молчать? – Маша осторожно коснулась моего плеча. Бережно, почти неощутимо, словно своим движением боялась добавить мне боли. Да только куда уж больше? Ее и так – целый океан. Ни конца, ни края, и кажется, так теперь будет всегда. – Ася?

Такое привычное и совсем недавно единственно допустимое обращение заставило поежиться. Я будто воочию увидела перед собой жесткое лицо с выразительными чертами. Темные насмешливые глаза. Непослушные волосы, небрежно упавшие на лоб. Их пригладить бы… да только я и в лучшие наши моменты на это не осмелилась бы, а теперь – и подавно.

– Не называй меня так… – пробормотала, обхватывая руками собственные плечи в отчаянной попытке унять подступающую дрожь.

– Как так? – подруга нахмурилась. – Я же всю жизнь тебя этим именем называю. Ты сама просила.

Привидевшийся мне взгляд сделался еще более насмешливым. И одновременно в груди заныло, когда я вспомнила все: каждое его слово, до мельчайших оттенков в интонациях. Заморгала, смахивая слезы. Пустая затея – знала, что уже мгновенье спустя они польются из глаз, обжигая щеки и мешая дышать. Но так хотя бы видение было не слишком отчетливым. Еще одна бесполезная попытка отвлечься и забыть. Да только как можно забыть то, чем ты пронизан до кончиков пальцев?

– А теперь прошу больше так не называть, – оценил ли бы он мои усилия? Ведь столько раз говорил о том, что я должна решиться, наконец, отзываться на имя, которое всегда ненавидела. В любом случае, узнать об этом мне уже не суждено…

– А как… – Маша поперхнулась вопросом, глядя на меня с нескрываемым изумлением. – Как же мне тебя называть?

Когда он произносил мое настоящее имя, по коже разбегались мурашки. Его голос делался глуше, ниже, словно специально дразня меня и доводя до какого-то исступления. Я и злиться не могла, и реагировала так, словно в одно мгновенье оголялись все нервные окончания. Неужели это ощущение никогда больше не вернуть?

Закрыла глаза, уже даже не пытаясь скрыться от воспоминаний. И отозвалась, не подруге – себе самой. Он-то ведь все равно не услышит и не узнает. Особенно теперь, когда… воздух в груди резко кончился… когда он женится.

– Есения. Называй меня Есения.
____________
Добро пожаловать в мою новую историю, друзья! Она родилась не сейчас, я довольно давно вынашивала эту идею, а теперь хочу познакомить с нею вас. Как всегда, жду комментариев и поддержки, для автора это очень важно. Ну, вы и сами все знаете) 
Приятного чтения!!! 

– Как думаешь, он ведь будет скучать? – подруга кивнула в ответ так быстро, что вопрос завис у меня на губах. Опустился противной горечью, давая понять, что я и сама-то в это не особо верю.

Всего два часа на электричке от Питера, а кажется, уехала на край света. И неизвестно, как там Юрка, а у меня от тоски по нему уже скручивает все внутренности. Что будет дальше – вообще непонятно. А вдруг он, наоборот, разозлится из-за того, что я сбежала?  Решит, что совсем не ценю наши отношения. Или, почувствовав свободу, заведет себе кого-то?

От роя свербящих в голове мыслей резко сделалось не по себе. Так, что в горле застрял комок, а глаза начали щипать непрошенные слезы. Может, ну ее, эту гордость? Плевать, что мы все время ссоримся? Зато вместе. И не надо бояться, что потеряю его навсегда.

– Поехали домой, а? – мой жалобный всхлип заставил Машу нахмуриться. Подруга какое-то время сердито разглядывала меня, а потом решительно мотнула головой.

– Ну уж нет! Мы за эту поездку с тобой целую кучу денег отвалили! И их никто не вернет, между прочим! Да и практику все равно проходить надо! Так что вперед! – и она, вцепившись в ручку моего чемодана, потянула его за собой, спеша уйти с перрона.

Не самый внушительный аргумент, но все же. Нам и правда надо было пройти эту злосчастную практику. Только пока я страдала из-за проблем с Юрой, а Маша сочувствовала мне, лучшие места разобрали. Да вообще почти все разобрали. Осталось только это: более чем уединенная база в какой-то Кукуевке. Я и названия поселка толком не запомнила. Как и фамилии куратора. Это, в общем-то было и неважно. Ухватилась за возможность оказаться на какое-то время вдали от города. И от Юры. Мне тогда показалось, что это лучший способ решения наших с ним проблем. Побыть вдалеке друг от друга. Соскучиться. Осознать.

Но то, что казалось таким правильным всего пару дней назад, теперь здорово напрягало. Я отчаянно хотела вернуться. В родной город. В свою привычную квартиру. В теплые объятья любимого. Ну а практика…

– Ася, пошли скорее! – нетерпеливым и даже немного злым тоном окликнула меня Маша. – Ты же слышала, что говорят про этого нашего куратора? Что он настоящий зверюга. И опоздавших терпеть не может. Давай постараемся не испортить все с самого начала. Девчонки говорили, что пересдавать он тоже не дает.

Я вздохнула. Как бы ни было тошно, сдавать практику действительно надо. Выпускные экзамены совсем скоро, а без нее нас к ним просто не допустят. Да и вдруг Юра на самом деле соскучится за те пару недель, пока меня не будет в городе?

Спрыгнув с платформы на усыпанную гравием дорожку, я побежала догонять подругу. Забрала у нее чемодан.

– Да не спеши ты так! Успеем, здесь же всего минут пятнадцать идти? Время у нас есть.

– Ага, целых 23 минуты, – мрачно уточнила Маша. – А если навигатор врет? А он врет… – заключила она, разглядывая экран телефона, на котором прямо на глазах растаял индикатор связи. – Тут даже жалкой ашки нет, так что совсем не факт, что мы успеем добраться вовремя. Надеюсь, хотя бы на базе есть вайфай.

Перспектива остаться на две недели без связи показалась мне не просто ужасной – катастрофической. Юра же не сможет дозвониться! Не напишет ничего. Я даже не узнаю, что он чувствует все это время вдали от меня! А если с ним что-то случится? Если…

– Самое страшное, что может случиться, это то, что мы вылетим из института накануне защиты. И только потому, что не смогли явиться на практику вовремя! – процедила Маша, будто угадав мои мысли, и ускорила шаг: – Шевелись давай!

Мы успели. Дорога до базы заняла семнадцать с половиной минут. Оставили чемоданы на вахте и взлетели на третий этаж, остановившись перед кабинетом начальства, чтобы перевести дух. Я запоздало подумала, что выглядим с подругой не лучшим образом – взмокшие и запыхавшиеся, с раскрасневшимися от быстрой ходьбы лицами. Но тут же осадила себя. Какая разница? Не на свидание же прибыли, а всего лишь на практику. Тем более, если судить по отзывам о ее кураторе, он старый и нудный дед, которому абсолютно все равно, как выглядят его студенты. Так зачем мне заморачиваться по этому поводу?

Маша казалась какой-то слишком перепуганной. Вообще не похожей на себя – обычно ее не так просто было вывести из равновесия.

– Волнуешься? – я сделала несколько глубоких вдохов, стараясь выровнять дыхание. – Он же все равно уже подписал документы, да и приехали мы вовремя. Поэтому каким бы зверюгой не оказался, придраться ему не к чему.

Подруга скептически хмыкнула.

– Столько слышала про него… ты не представляешь. Как думаешь, почему сюда особо не было желающих ехать?

– Потому что он вампир, который по ночам попивает кровь молоденьких студенток? – я ляпнула откровенную глупость, надеясь немного разрядить обстановку, но Маша даже не улыбнулась.

– Вот именно! Попивает кровь и не только по ночам. Он деспот и самодур. Живет по принципу: есть мое мнение и неправильное.

– Вовремя ты об этом говоришь, конечно, – я пожала плечами. Перспектива работать с таким руководителем практики была не очень, но и выбора у нас особо не осталось. Да и потом, это же всего на две недели. А я всегда считала себя достаточно терпеливым человеком. Ну, подумаешь, какой-то старик будет время от времени брюзжать и капать на мозги. Переживу! Куда важнее, как это время отразится на наших с Юрой отношениях…

Вспомнив про любимого, опять  моментально ощутила, как все болезненно сжалось внутри. Сглотнула комок в горле и кивнула дверь.

– Идем?

Подруга неожиданно часто-часто задышала, будто только что сдавала норматив по бегу.

– А давай ты первая? Я пока морально приготовлюсь…

Мне даже смешно стало: такой напряженной она выглядела. Было бы из-за чего! Вернее, из-за кого. Пожала плечами.

– Ладно, как хочешь. Только зря волнуешься, уверена, он совсем не такой страшный.

– А я уверена, что все еще хуже, – вздохнула Маша. – Иди, а то все-таки влетит за опоздание, осталась одна минута.

Я усмехнулась и дернула на себя ручку массивной двери. Даже интересно, кто там за ней, что моя решительная подруга трясется, как осиновый лист. Ничего, потом вместе с ней посмеемся, вспоминая эти нелепости.

– Можно? – переступила порог кабинета, окидывая взглядом небольшое помещение со столом в самом центре. А за столом…

Не такой уж он и старик… – мелькнула мысль перед тем, как все остальные разлетелись, стоило мне наткнуться на жесткий и до самых внутренностей пронизывающий взгляд.