Сиротка на отборе для огненного дракона

Я сидела в кабинете главы Тайной канцелярии и теребила в руках мокрый от слёз платок. С трудом верилось, что всё происходящее сейчас имеет отношение ко мне. Слова инспектора казались каким-то дурным сном, от которого хотелось проснуться как можно скорее.

— Мисс Лантерс, для вас это единственный разумный выход из сложившейся ситуации. Вы же не хотите загубить жизнь своей сестре? — худощавый инспектор, сидя за столом, буравил меня суровым взглядом из-под оправы очков, заставляя сжиматься.

— Если я выйду за него замуж, вы обещаете, что отпустите мою сестру? — всхлипывая, спросила я. Обвинения в воровстве — это серьёзно. А если это воровство ещё и у благородной семьи, то преступление становится вдвойне тяжелее. Как Натали могла так сглупить?!

— Слово офицера, — сказал мужчина. — Но для того, что бы выйти за него замуж, вам ещё нужно победить в отборе.

— Да… — я утёрла нос платком. — Но я до сих пор не понимаю, как сирота может стать участницей отбора невест для лорда? Ещё и огненного дракона.

— Это уже не ваши проблемы. Наши люди сделают так, что вы окажетесь в списках претенденток, — кажется, у блюстителей правопорядка уже всё было подготовлено, и иного ответа, кроме как согласия, от меня никто не ждал.

— Хорошо. Я сделаю так, как вы говорите, — сдалась я, потому что счастье сестры было для меня важнее своего собственного.

– Вот и ладушки, — инспектор Фром расплылся в улыбке. — Сейчас поставите пару подписей и можете быть свободны.

— А моя сестра? — тут же спросила я. — Когда отпустят Натали?

Меня бросало в ужас при мысли, что десятилетняя девочка сейчас находится в тюремной камере с затхлым воздухом и крысами. В приюте Луноликого тоже было не сахар, но всяко лучше, чем в цитадели.

— Как только вы заключите брак и принесёте нам документы с разработками лорда Димье, — равнодушно пожимая плечами, ответил господин Фром.

— Но это ведь ещё так нескоро! — меня снова сковал ужас при мысли, где сейчас находится девочка и сколько времени ей ещё предстоит провести в данных условиях.

— Месяц, — мысленно прикинув сроки, сказал мой оппонент. — Время, официально отведённое на отбор. Дальше всё будет зависеть только от вас, мисс Лантерс.

— Что будет с Натали, если я провалюсь? Не смогу выиграть в отборе? Или не смогу найти нужные документы? — с замиранием сердца спросила я.

— Ничего хорошего. Ни сейчас, ни потом. Максимум, на что она сможет рассчитывать в этой жизни с клеймом воровки, — это работный дом, — ответил инспектор, подсовывая мне какие-то бумаги. — Три ваши подписи, капелька крови и закончим.

— А что это? — спросила я, глядя на разложенные на столе листы с мелким шрифтом.

— Договор о нашем с вами сотрудничестве, — небрежно ответил господин Фром, словно это был сущий пустяк. Я, может, и жила последние года в приюте для сирот, но знала: пустяковых договоров не бывает. Хоть инспектор и пытался его выставить именно таковым. — Или вы полагали, что мы поверим на слово сиротке?

Наверное, мне стоило изучить бумаги, прежде чем их подписывать, но на это мне бы просто никто не дал времени. Да и что изменило бы их чтение? Если хочу вытащить свою сестру из-под стражи, я подпишу что угодно. А потому я быстро поставила размашистую роспись, проколола палец иглой, капнула на бумаги. Договор вспыхнул зелёным, а после тут же потух, и я отдала листы обратно.

— Вот и замечательно, — улыбнулся глава Тайной канцелярии. — Вы мне ещё потом спасибо скажите, мисс Лантерс, за то, что я так хорошо устроил вашу жизнь.

Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Вынужденный брак и шпионаж на благо короны как-то далеки от счастливой семейной жизни. Но вслух говорить о таком я не стала, просто молча поднялась на ноги и отправилась прочь из кабинета этого ужасного человека.

Через три дня мне исполнится восемнадцать, и я навсегда покину приют для сирот имени Луноликого бога. Я ждала этого дня, как самого великого праздника, желая навсегда оставить ненавистные мне стены. А теперь мне бы хотелось, чтобы этот день никогда не наступал. День, когда моя жизнь разделится на до и после.

Утром к приюту Луноликого подъехала карета с неизвестными мне гербами, она остановилась у парадных дверей. Молодой мужчина в дорогом камзоле вышел из экипажа и зашел в двери административного здания.

Я тяжело вздохнула, глядя в окно. Моя сумка была уже почти собрана, ибо класть в неё было нечего. У воспитанницы казенного учреждения довольно скудный багаж. Два платья: одно парадное и одно повседневное, что сейчас было надето на мне; пижама и комплект нижнего белья. Всё поместилось в небольшую сумку, которую мне выдали утром.

Бросила последний взгляд в зеркало. Волосы отливали золотом на рассветном солнце. Тёмно-синее в пол платье, с белоснежным воротничком и цвета грозового неба шляпка. Мне бы очень хотелось надеть зелёное, но увы. Согласно уставу Карфенсера, сиротки из приютов могут носить только синее.

Разумеется, это правило действовало, пока я являлась воспитанницей. Но я не думаю, что в ближайшее время всё изменится. У меня просто нет денег, чтобы купить новый гардероб, и я буду дальше ходить в казенной форме.

Я спустилась по лестнице в холл и хотела было зайти в кабинет классной дамы, чтобы попрощаться, как меня окликнула одна из нянечек.

— Анабель, тебя желает видеть директриса Ронд.

Мне ничего не оставалось, как изменить маршрут и отправиться вслед за няней, так как та не собиралась уходить и получила поручение сопроводить меня до кабинета лично. Ладно, я и так  собиралась заглянуть к ней. Несмотря на всю мою ненависть к этой женщине, ибо доброго слова за все годы, проведённые в приюте, я от неё ни разу не услышала, она стала частью моей семьи. И я не могла уйти, не сказав ни слова. Тем более что здесь ещё останется Натали. Ведь когда я выполню свою часть сделки с главой Тайной канцелярии, сестра вернётся в приют. И мне бы не хотелось, чтобы к ней относились плохо из-за моих прегрешений. Даже если я выиграю отбор невест и выйду замуж за огненного дракона, не думаю, что он заберёт из приюта мою сестру. Во всяком случае, уж точно не сразу. Зачем лорду неизвестная ему девочка в доме?

— Миссис Ронд, вы хотели меня видеть? — я постучала в кабинет и, приоткрыв дверь, просунула внутрь голову.

— Да, Анабель, заходи, — директриса сидела за рабочим столом и вела беседу с тем самым молодым мужчиной в ливрее, что совсем недавно вышел из кареты под окнами.

— Это она? — спросил мужчина, и директриса согласно кивнула. — Мисс Лантерс, меня зовут Эдуард Посси. Я прибыл за вами.

— Анабель, у меня прекрасная новость! — восхищённо начала директриса. — Мистер Посси прибыл сюда, чтобы сообщить, что ты принята на работу в дом графа Стенского.

Видеть столь явную радость на лице директрисы было несколько необычно, ведь меня хотел нанять на работу простой граф. Этот титул являлся самым низшим в иерархии аристократов. Порой таких людей даже не приглашали на балы и светские вечера. Не зря к ним даже обращались просто «мистер» и «миссис», словно говорили с простолюдинами, а не «Ваша Светлость» или «милорд», как, например, к герцогам и лордам. 

— На работу? — удивилась я. Нет, то, что приют старается устроить всех своих выпускниц, я знала, но не думала, что это происходит вот так вот — просто ставят перед фактом. Надеялась, что будет хоть какой-то выбор. — А что мне нужно будет делать?

— Всё дальнейшее мы с вами обсудим в экипаже. Не стоит отнимать бесценное время у вашей уже бывшей опекунши, — произнес Эдуард — Моё почтение, миссис Ронд.

— Я могу попрощаться с нянечками и классной дамой? — спросила я у мистера Посси, когда мы покинули кабинет директрисы и остались вдвоём.

— Нет, — резко ответил мужчина. — На это у нас нет времени. Инспектор Фром не терпит отклонений от графика.

— Инспектор? — опешила я и наверняка побледнела, потому что при упоминании главы Тайной канцелярии появилось дурное предчувствие.

— Неужели вы, Анабель, правда поверили в то, что я ваш будущий работодатель? — с усмешкой осведомился мужчина. — Я здесь по личному распоряжению инспектора касательно известного вам мероприятия, о котором судачат все девушки Страйбенга последние несколько недель.

— Отбор невест? — догадалась я.

— Именно, — хищно улыбнулся мистер Посси.

Вот так меня забрали из приюта, даже не дав сделать ни единого глотка воздуха свободы. Помощник инспектора открыл дверцу экипажа, пропуская меня вперёд, а потом сел напротив. И мы куда-то поехали. Я инстинктивно прижимала к себе небольшую сумку с вещами, что не укрылось от внимания мужчины.

— Эти вещи вам больше не нужны. Сейчас вам подберут другие.

— Другие? — не поняла я, что он имеет в виду.

— Неужто вы думали, что вас отправят на отбор невест в этих казенных тряпках? — он потянулся вперед, небрежно дотронулся до кружевного воротничка на моём платье. — Невеста огненного дракона должна соответствовать статусу лорда, а не походить на нищенку с паперти.

— Но у меня нет средств на покупку нового комплекта одежды, — напомнила я мужчине.

— Все расходы на ваше участие в отборе покрываются короной, — сообщил мистер Посси. — К счастью, таковых немного. Стоит вам переступить порог дома жениха, и дальше все невесты переходят на его попечительство и полное содержание на время проведения отбора.

Богатый лорд, огненный дракон, член Совета, изъявил желание жениться и объявил отбор невест. Предполагалось, что девушки из именитых семей будут проходить некие испытания, где смогут показать себя с различных сторон, проявить лучшие качества. По мере прохождения отбора самые нерадивые будут отсеиваться, до тех пор пока не останется самая-самая, которая и удостоится предложения руки и сердца огненного дракона. Ему около трехсот лет. Мне даже страшно представить, насколько это дряхлый старик. Не удивлюсь, если он передвигается в инвалидном кресле, движимом личным камердинером. Куда ему жениться? На его месте стоило бы уже подумать о загробной жизни и о том, как он предстанет пред очи Луноликого. Ну и место в фамильном склепе поискать.

Экипаж остановился возле небольшого двухэтажного дома с открытой террасой и яркой табличкой над входом: Модный дом «Морская гавань». В окнах стояли огромные, в человеческий рост, нарядные куклы и лежали подставки с туфельками и шляпками.

Я ещё ни разу не была в модном салоне, и видеть все эти манекены в роскошных платьях было странно. В памяти всплыло, как в далеком прошлом, которое уже казалось счастливым сном, мама приглашала домой модисток, и нам шили наряды. К сожалению, воспоминания о детстве почти все стёрлись, хотя мне было восемь лет, когда родители погибли. Лекари из приюта сказали, что это произошло из-за психологической травмы, и мой мозг просто закрыл от меня всё, что было до попадания в приют. Я помнила лицо мамы, то, как папа смеялся, когда Натали делала свои первые шаги на пушистом ковре возле камина. Но это короткие обрывки, которые всплывали время от времени. Нашу жизнь в семье в целом я не помнила.

— Мистер Эдуард, — к нам вышла молодая золотоволосая женщина в платье цвета морской волны, так подходящем её глазам, и дорогом колье, украшенном морскими ракушками, — не ждала вас столь рано.

Женщина делала вид, что только проснулась. Даже один раз зевнула, прикрывая ладонью рот с идеально ровным рядом зубов. Только вот когда делаешь такой макияж и такую прическу на голове, нужно минимум часа два бодрствовать. Золотистые локоны идеальными спиральками падали на спину красавицы.

— Чем раньше начнём, тем быстрее закончим, — сказал мужчина. — Я оставлю вас на четыре часа. Думаю, этого времени достаточно, чтобы подобрать гардероб для юной леди. Ей необходимо три повседневных платья, два вечерних бальных, один дорожный костюм и ваши женские штучки. Думаю, тут вам будет виднее.

— Я всё поняла, — улыбнулась красавица, и я ей даже позавидовала. Таких роскошных женщин мне ещё не доводилось встречать. В ней всё было идеально: внешность, грация, даже голос с особыми завораживающими нотками.

— То, что этот визит должен остаться инкогнито, я думаю, вам объяснять не стоит? — спросил мужчина, и тут-то меня накрыло. С первой секунды, когда я его увидела, мне не давала покоя одна-единственная вещь. Я всё  не могла понять какая, а сейчас осознала. Он ведь работает на Тайную канцелярию, но при этом не носит их форму. Хотя она на то и тайная, что многие её люди работают скрытно.

— Можете не напоминать, — вновь улыбнулась женщина. Она не испытывала страха перед мистером Посси, но явно должна была. Его взгляд нельзя было назвать дружелюбным. — Сейчас приглашу свою помощницу, и она займётся девушкой.

В зал пришла полноватая светловолосая женщина средних лет в платье цвета нежнейшего розового зефира, дополненного несколькими рядами рюш. А хозяйка ателье покинула зал, отправившись по своим делам.

А дальше начался сущий кошмар. Всё отведенное время я мерила платья одно за другим. И если в начале я делала это с восторгом маленькой девочки, рассматривая фасоны и блестящие ткани, то к концу мне было уже всё равно, что на меня надевают. Единственное, чего мне хотелось, — это чтобы экзекуция закончилась как можно скорее.

А потом случилось это. Миссис Кинзи принесла бальное платье цвета весенней травы. Она было многослойным, из тончайшего шифона, но не просвечивало ни толики. Лиф расшит переливающимися камнями, по всем косточкам корсета пущена золотая нить. Это самое восхитительное платье, которое мне только доводилось видеть. Ничего более прекрасного просто не может существовать в мире.

— Примерим! — сказала помощница хозяйки салона.

С трепетом я ждала, когда девушки затянут корсет, а потом посмотрела на своё отражение в зеркале. Сейчас я напоминала принцессу. Нет, я была ещё краше!

— Идеально, — заключила миссис Кинзи. — Зелёный так подходит твоим глазам!

А я… Стояла как дурочка и улыбалась своему отражению. Даже тот факт, что меня собирают для неизвестного мне мужика с той лишь целью, чтобы продать ему, сейчас казался малозначительным. Если я смогу побыть принцессой хотя бы один вечер, то оно того стоит. Для девушки из приюта всё это казалось настоящей сказкой.

Но ровно до того момента, пока не пришел Эдуард и взглянул на чек.

— Нет, вот это вот заменить, слишком дорого. Короне не нужны такие траты, — сказал помощник главы Тайной канцелярии.

— Но… Оно восхитительно смотрится на девочке, — попробовала оспорить решение «зефирка», однако быстро стихла под суровым взглядом.

— Я сказал — нет. Дайте ей более дешевое платье, — и я сникла. Всё самое приятное в этой авантюре закончилось. — Дайте ей одно из повседневных платьев, — он окинул выбранные наряды на вешалке. Вот это. Иди переодевайся и выходи. Я буду ждать в экипаже.

Едва не плача, я отправилась за ширму переодеваться. Мне ещё ничего никогда не хотелось в жизни так сильно, как это зелёное платье. Разве что чтобы родители были живы. Но второе, к сожалению, невозможно. Даже самая сильная магия не способна воскресить.

Миссис Кинзи помогла мне переодеться в лиловое платье и оставила меня одну, чтобы проверить, все ли покупки  упаковали.  Я застыла за ширмой на мгновение, одернула платье, которое казалось мне крайне неудобным со всеми этими тесёмками и корсетом после простого сиротского. Я с таким усердием расправляла ненавистные складки, что, выходя из-за ширмы, не заметила молодого мужчину, идущего сюда, и столкнулась с ним, врезавшись в грудь, и едва не упала, потеряв равновесие.

— Ай! — воскликнула я, падая, но незнакомец схватил меня за талию и удержал в вертикальном положении. В нос ударил приятный хвойный аромат. Интересный парфюм. Дорогущий, наверное.

— Девушка, вас разве не учили смотреть, куда идёте? — раздалось над головой, ибо незнакомец был выше меня, и всё, что я могла сейчас видеть, — это ровно вздымающуюся грудь и прядь черных волос.

— Я? — опешила от такой наглости. — Это, кажется, вы так торопились подглядеть за обнаженной девицей, что забыли смотреть по сторонам.

— Я не знал, что там кто-то есть, — сказал мужчина, не спеша выпускать из своих объятий.

— Не знали? — передразнила я его, наконец-то поднимая голову. Красивый. Точеный нос, острый подбородок, светлая ровная кожа. Сразу видно — аристократ. Брюнет показался мне смутно знакомым, но откуда я могу его знать? Возможно, он приезжал в приют для благотворительности. — Просто признайте свои извращённые намерения, извинитесь, и я пойду. Меня ждёт экипаж.

— Извиниться? — теперь уже удивился он. — То есть, по-вашему, мне не доводилось видеть обнаженного женского тела, и я ищу возможности урывками посмотреть на… хм, худышек?

Я и без слов поняла, что он хотел сказать. Ну да, фигура у меня не самая идеальная: грудь небольшая, попы совсем нет… В приюте другие девочки были куда стройнее. Но зато у меня талия тонкая! И вообще, я не дурна на лицо.

— Вот видите, вы уже и признались. Дело осталось за малым.

— Боюсь, это моя вина, — подала голос хозяйка ателье. — Я думала, вы уже уехали, и пригласила нового клиента.

Проследив за взглядом женщины, я тут же отпрянула от брюнета. К счастью, он не стал удерживать. Я молча покинула дом моды, хотя стоило бы сказать хозяйке, что как раз её вины в случившемся нет. Но мне стало так стыдно за то, что незнакомый мужчина столько времени находился непозволительно близко, а я это игнорировала. Даже нет, не так. Мне импонировало его тепло, было так уютно и хорошо, что когда он отпустил меня, я испытала некую пустоту.

Расчёт был произведен, чемоданы собраны и погружены на запятки. А мы с помощником инспектора вновь сидели в экипаже и куда-то ехали.

— Вот, возьмите, — мистер Посси протянул мне папку, открыв которую, я увидела документы.

— Что это? — растерялась я. Потому что имя на документах было моё, а вот фамилия и остальные данные — нет.

— Ваша легенда, — ни капли не смущаясь этого слова, произнес помощник инспектора. — Мы не можем отправить на отбор сироту, а потому вы предстанете там моей младшей сестрой, графиней Анабель Ондекс.

— Но… Вы же Посси, — я запуталась.

— Моё полное имя Эдуард де Фонд Посси энд Ондекс, — сказал граф, но я и половины не запомнила. — Согласно легенде, у тебя было слабое здоровье, и было принято решение отправить с няней в приморский город к троюродной тётушке, где ты и провела своё детство. Сейчас же, по достижении совершеннолетия, твой организм окреп, и ты изъявила желание вернуться в столицу к семье. Узнав об отборе, не удержалась от прекрасной возможности заявить о себе в свете и уговорила брата, то есть меня, подать заявку на участие. Вопросы?

— Эм… — мысли путались, укладываясь в недрах головы, и мне было сложно сразу сформулировать то, что было непонятно. — Я выросла в Страйберне. Меня ведь может кто-то узнать, — резонно предположила я.

— Вероятность такого исхода не более одного процента. Ибо ты выросла не просто в столице, а в приюте для сирот. А высший свет как-то не привык иметь с ним что-то общее. За исключением разве что благотворительного финансирования, но там до конкретных лиц им нет дела. Выписал чек — и свободен.

Как-то незаметно мистер Посси перешел на «ты», но меня это особо не беспокоило. Гораздо важнее проникнуться новой информацией и в будущем случайно не выдать себя.

— Значит, я должна буду врать о том, кто я? — спросила прямо, потому что врать я не любила и не хотела.

— Да, — подтвердил мужчина, вновь возвращаясь на официальный тон общения. — Начиная с этого момента, если хотите свободы для своей сестры.

Какое-то время мы ехали молча, а потом граф протянул мне небольшую бархатную коробочку, открыв которую, я обнаружила украшения.

— Это мне? — я с восторгом погладила переливающееся колье.

— Да, — подтвердил мужчина. — На время отбора. Это фамильные украшения рода Ондекс. Они принадлежали моей бабушке.

— Красивые, — сказала я.

— Наденьте. Вы играете роль аристократки и должны выглядеть соответствующе, а не носить вот такие безделушки, — он пренебрежительным жестом указал на висящий на моей шее кулон. Та единственная вещь, что осталась мне от мамы. Под суровым взглядом мне пришлось снять аметистовую подвеску на шнурке и спрятать в карман, заменив на легкую невесомую многослойную цепочку.

Длинные серьги с гранатом легко оделись в уши. Кольца тоже пришлись впору, а вот застегнуть браслет пришлось просить мистера Посси.

Я выглянула в окно экипажа, мы проехали через фруктовый сад и направлялись к роскошному особняку. Он был белоснежным, с множеством колонн и даже двумя башенками! В таком месте было бы не зазорно жить самому королю!

Наш экипаж подъехал к главному входу. Я ступила на мощёную дорожку перед фасадом дома. Граф Посси, он же мой названый брат, предложил мне свой локоть, как того требуют правила, и повел внутрь. Пути назад больше нет. Впереди только неизвестность.

Ханс Димье

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь незадёрнутые шторы, больно резали глаза. Я поёжился и попытался сменить позу. Но когда ты уснул, сидя за столом, сделать это довольно проблематично. Пусть даже это произошло в удобном мягком кресле с отделкой по последней моде.

Мне ничего не оставалось, кроме как потянуться и щёлкнуть костяшками пальцев. Снова заработался. Снова просидел над проектом всю ночь. Когда-то у меня была напарница, и работа шла гораздо быстрее. Но время и судьба безжалостны, и я остался один. Прошло уже много лет, но я так и не приблизился к разгадке. Порой мне кажется, что без неё я никогда не закончу проект.

В дверь кабинета постучали, и я, прикрыв бумаги чем-то маловажным, кажется, это была вчерашняя газета, позволил войти.

— Войдите.

— Ханс, только не говори мне, что ты снова… — начал причитать мой лучший друг, замечая, что я пробыл тут всю ночь, — забыл о нашем визите к мадам ДеБоуш?

А вот тут я не угадал. В отличие от Марка.

— Забыл, — подтвердил я. Потому как, действительно, тот маленький момент, что сегодня мы едем к портнихе, вылетел у меня из головы.

Мадам ДеБоуш была уроженкой Северного моря, настоящей русалкой и владела самым элитным ателье по пошиву платьев во всем Страйбенге. Да чего уж там, во всём Карфенсере! Модницы всех мастей, у кого был более-менее пухлый кошелёк, стремились получить наряд её кройки и были готовы стоять в очередях едва ли не по несколько месяцев. Поговаривали даже, что сама принцесса Аврора была её постоянной клиенткой.

Ателье русалки шьёт форменные платья для невест, их уже должны были доставить в особняк. А также мой парадный камзол на церемонию официального открытия отбора. До сих пор не могу поверить, что я согласился втянуть себя в это. Никогда больше не буду так напиваться. Я — огненный дракон, выставивший себя на потеху всей столице. Королевские сезоны не собирали столько шума, сколько объявление о моей женитьбе. 

— Ну что, едем? — нетерпеливо спросил приятель, парфюмом которого пропах уже весь кабинет. Неужели он на что-то надеется? Русалка никогда не обратит на него внимания. Но у меня язык не поворачивался сообщить это влюблённому парню.

— Да, только приму душ и можно в путь. Отдай приказ закладывать экипаж, — сказал я, и друг, кивнув, скрылся за дверью.

Откинув в сторону газету, я собрал бумаги и поместил их в сейф, где хранил особо важные документы. Никто и так не попадёт в мой кабинет, но лишняя предусмотрительность всё же не помешает. Эти наработки слишком важны, и попади они не в те руки, быть беде. Накинув защитное плетение на сейф, а после и на сам кабинет, я отправился на второй этаж, где расположилась моя спальня.

Тёплая вода приятно освежила, и я уже не выглядел помятым драконом, уснувшим в кабинете. Наспех расчесал волосы, решив не собирать их сегодня в хвост и надеть исключительно чёрную одежду. Для многих этот цвет ассоциируется с трауром, для меня же это цвет независимости.

Стремглав спустившись по центральной лестнице, я застал Марка с печеньем в руке. Он самозабвенно лакомился угощениями, предназначенными для моих многочисленных гостей.

— Когда невесты прибудут? — спросил он, взяв из вазочки ещё несколько кругляшков.

— После полудня, — ответил я, принимая у дворецкого пальто. Вообще погода в последние дни радовала. Снег уже полностью сошёл, показалась молодая трава, а деревья распустили почки, подставляя солнечным лучам свои ярко-зелёные листики. Но всё же ещё временами было прохладно, и приходилось надевать верхнюю одежду. 

— Ммм… — промычал с полным ртом приятель. — Я тофта прифу пофмотреть.

Ах-ха-ха-ха, видел бы этот благовоспитанный лорд себя со стороны.

— Ты вроде к русалке собирался? — прищурив глаз, осведомился я, уже раздумывая, не почудилась ли мне его влюблённость.

— Таф я не… — прожевал наконец-то и, так как мы уже оказались на улице, договорил вполне себе нормально, — ради себя, а ради тебя. Должен же я знать, кому отдаю своего лучшего друга.

— Так чего тогда на них всех смотреть? Приезжай к концу месяца, когда останется только фаворитка.

— Тебе, кстати, известно, кто будет участвовать в отборе? — поинтересовался Марк Ляполен.

— Нет, — честно признался. — Всем занимается нанятый мною распорядитель. Он обещал, что до отбора будут допущены только самые родовитые красавицы Страйбенга.

— Графини? Герцогини? — друг принялся перечислять возможные варианты. — Драконицы?

– Я не з-на-ю-р-р-р, — ответил по слогам, потому что этот разговор меня начинал уже бесить, и в голосе начало проскакивать характерное для дракона рычание.

— Вай-вай-вай! Успокойся! — вскинул руки Марк. — Просто для жениха ты как-то мало интересуешься невестами.

— Честно? — я пристально на него посмотрел. — Мне пр-р-р-росто некогда, у меня столько р-р-р-работы…

Когда я злюсь, у меня проскакивают драконий рык в голосе, чаще всего я могу это контролировать. Но порой просто не вижу в этом необходимости. Выглядит эффектно. Не зря говорят: не буди дракона и будет счастье.

— Да-да, что ты засыпаешь за столом в кабинете. Знаю, — и ведь правда знал.

Марк был из тех немногих, с кем я хорошо общался и мог вести не только светские беседы, а приоткрыть гораздо больше. Но всё же не всё. Он знал, что я над чем-то работаю, но без подробностей. Я доверял ему немногим больше, чем остальным. Он был драконом в разы младше меня, ему только-только исполнилось двадцать три, а мне три сотни. Между нами века, но мы нашли общий язык.

А ещё Марк был тем, кто втянул меня в авантюру с отбором невест. Я был изрядно пьян. И если вам кто-то скажет, что драконы не могут хмелеть, не верьте. Могут, ещё как. Нас так же, как и людей, прошибает с одной бутылки, а уж когда их там несколько… Марк тогда сказал, что мне пора заканчивать быть холостяком. А я возразил ему, что не собирался им быть. Оно как-то вышло само собой. Просто не встретилась та единственная, с которой я бы захотел связать себя узами брака.

Слово за слово и вот я уже даю согласие на отбор невест, чтобы доказать, что я не заядлый женоненавистник. А теперь еду в экипаже к модистке забирать ворох платьев. Не огненный дракон, а какой-то клоун в красном колпачке на носу.

Мы застали мадам ДеБоуш сидящей на открытой террасе возле ателье. Она сидела в плетёном садовом кресле из ротанга и, попивая кофе с круассаном, рисовала в альбоме новые модели платьев. А над головой красавицы мерцала пропитанная волшебным эликсиром вывеска: Модный дом «Морская гавань».

— Доброе утро, мадам ДеБоуш! — поздоровался я с русалкой, которая, несмотря на свой далеко не юный возраст, выглядела впечатляюще. На вид не больше двадцати одного, а сама переступила пятисотлетний рубеж. Никто доподлинно не знает, почему она мадам, а не мисс. Ведь сколько её знают в столице, красавица живёт одна. По слухам, девушка была замужем, но лишилась супруга, ещё когда жила в подводном царстве.

— Моё почтение, мадам, — промямлил Марк, который рядом с русалкой враз терял дар речи и способность здраво мыслить.

Златовласая русалка посмотрела на нас насмешливым взглядом голубых глаз, отложила в сторону альбом, указывая рукой на пустые кресла.

— И вам доброе утро, господа. Составите мне компанию за чашечкой кофе? — спросила она и, не дожидаясь ответа, окликнула прислужницу. — Эми, принеси ещё кофе и бутерброды.

Последнее она добавила, когда я сел в кресло и наши взгляды встретились. Видимо, тот факт, что у меня со вчерашнего вечера ни крошки во рту не было, был написан у меня на лице.

Я мог бы вполне отправить за камзолом своего слугу, и так даже было бы правильнее, ибо не господское это дело — за тряпками мотаться. Но вновь поддался на уговоры Марка. И вот я уже сижу на летней террасе в компании русалки и пью кофе с бутербродом с ветчиной. Странное сочетание, но мне нравится. Мы, драконы, хищники по своей природе и можем есть мясное с чем угодно и когда угодно.

Эх, нет ничего приятнее на свете, чем ощущения свободного полета. И охоты. Когда ты паришь в облаках, а потом замечаешь внизу пасущегося оленя и стремглав с высоты устремляешься к нему, впиваясь острыми когтями в плоть… Жаль, на это слишком мало времени.

— Вы сегодня что-то на удивление тихи, лорд Ляполен. Что нового в столице? — поинтересовалась мадам ДеБоуш у Марка. И тот, как я уже говорил ранее, потеряв способность мыслить, ляпнул самое глупое из всего, что только можно было.

— Отбор невест для огненного дракона.

— Ах-ха-ха. Все платья я отправила вчера. Ваш камзол, лорд Димье ожидает финальной примерки, — проговорила русалка с певучими, присущими её расе нотками в голосе. И, отставив в сторону пустую чашку, дала понять, что время вышло, пора приступать к прямым обязанностям хозяйки ателье.

Одна из многочисленных работниц дома моды принесла мой камзол, и я, взяв его в руки, отправился за ширму переодеваться. Ничто не предвещало беды, и никто, уж точно не я, не ожидал, что внезапно в моих объятиях окажется девушка.

Многие бы упали в обморок, ведь сделаться без чувств было бы в данной ситуации проще простого. Ну или банально извиниться. Но нет, эта девчонка начала выставлять виноватым меня.

С шумом втянув воздух, я понял, что она человек. Ни капли драконьей крови. Но зато какая-то странная магия. Она витала вокруг неё, и я впервые не мог понять природу её происхождения. Стихийная? Нет, ни одна стихия не обладает таким ароматом.  Целительница? Тоже нет. Некромантка? Снова мимо. Пока мы препирались, я пробовал просканировать девушку, но всё тщетно. Интересно, кто она?

 К сожалению, она ушла, оставшись мимолётным видением. Девушка убежала. Значит, именно её экипаж стоял у входа в ателье. Но я не удосужился взглянуть на фамильный герб.

— Кто это? — спросил я у мадам ДеБоуш.

— Клиентка, — ответила она улыбнувшись.

— Я это заметил, — ответил ей такой же лучезарной улыбкой, как говорят в народе: от уха до уха. — Мне бы подробнее, милая Карин.

— Ах-ха-ха. К сожалению, я не разглашаю имена своих клиенток, — она развела руками.

— А что, если я… влюбился? — с вызовом предположил я, хотя на нежные чувства не было ни намёка. Скорее чисто научный интерес, азарт дракона раскрыть очередную загадку.

— Тогда ты сильно оплошал. У тебя сегодня начинается отбор, — напомнила мне давняя подруга. — Так что иди мерь, — тонкий пальчик с идеальным маникюром указал на камзол, что я так жестоко мял в руке.

Парадный камзол сел как влитой. Серебряные пуговицы на черном бархате спереди и вышитый узор серебряной нитью на спине. Приталенный, удлинённый, он делал меня зрительно ещё выше и даже, кажется, добавлял стати в плечах, которой я, увы, похвастаться не мог. Всегда был худым, сколько себя помню.

— Замечательно, — подтвердил я, рассматривая отражение в зеркале. А из головы всё никак не выходила девушка, стоящая тут до меня. Она мне кого-то напоминала, но кого — я никак не мог понять. А ещё эта странная магия...

— Я рада, что тебе понравилось, — произнесла модистка. — Я позволила себе немного магии и зачаровала его. Теперь, если какая-то неаккуратная мисс случайно, — тут она подмигнула мне, — прольет на тебя бокал вина, наряд останется чистым.

— Благодарю, — сказал я, снимая камзол и отдавая его прислужнице. Бытовая магия — такая простая, но такая незаменимая. Не будь её, не было бы всего этого модного дома «Морская гавань».

— Заберёшь сейчас сам или прислать доставку? — спросила русалка, отдавая мой камзол на упаковку.

— Заберу, — отозвался я, помня, что приятелю дорога каждая минута рядом с этой непревзойдённой женщиной. Когда он только признается ей?

Пока я примерял камзол, миссис Кинзи уносила платья, оставшиеся невостребованными прошлой клиенткой. Взгляд невольно упал на восхитительное изумрудное бальное платье с многослойной воздушной юбкой и расшитым камнями корсетом. Странно, почему девушка не купила такую красоту? Я мысленно представил хамливую незнакомку в этом наряде и напрягся. Увиденная в воображении картинка мне не понравилась. Точнее, понравилась настолько, что я невольно напрягся, чувствуя возбуждение, которое бывает при виде хорошеньких девушек.

Покачал головой из стороны в сторону. Нет, она слишком юна и невинна для меня, чтобы думать о ней в таком ракурсе. Мне нравятся женщины поопытнее, те, что уже знают, чего хотят от мужчины. А оранжерейный цветок у меня и так скоро будет, спасибо отбору. Будь он неладен! Оставлю себе везде записки с напоминанием больше так не напиваться, а то, не ровен час, ввяжусь ещё в какую-нибудь авантюру.

Выйдя на улицу, предсказуемо увидел только наш экипаж. Было глупо рассчитывать, что девушка ещё здесь.

— Когда мы приехали, здесь уже стояла карета. Не приметил чья? — спросил я у друга.

— О-о-о-о… — растерянно протянул Марк. — Нет.

— Выяснишь, кто это был? — спросил я его, зная, что ему не составит труда и он ничем не занят в ближайшее время.

— Я, конечно, могу. Только вот зачем? Тебя что, ограбили? — посмеиваясь, спросил юный лорд.

— Можно и так сказать, — загадочно ответил, ведь покой мой незнакомка явно украла.

— Неужели украли твоё сердце? — истолковал по-своему приятель.

— Ты же знаешь, я не верю в любовь, — честно ответил я.

Ну, или почти честно. Когда-то, много лет назад, я был влюблён. По-настоящему. И девушка отвечала мне взаимностью. Я хотел жениться и провести с ней всю свою жизнь. Но родители девушки отказались отдать её за меня. И тогда мы бежали. Ночью, под полной луной, тогда нам казалось, что это хороший знак, что сам Луноликий благословляет наши отношения. Мы ехали в экипаже, всё больше отдаляясь от столицы, окрылённые любовью, целовались словно обезумевшие. И потому не заметили, когда из лесу показался хищник, спугнув лошадей. И те, резко свернув, понеслись прочь. Я попытался остановить несущихся на полной скорости скакунов. Дорога закончилась, и лошади притормозили, зацепившись за какую-то корягу. Дышло с хрустом сломалось, и карета ушла в занос, свалившись со скалистого обрыва. Ариин была внутри, даже вскрикнуть не успела. Её изуродованное падением тело подняли утром.

Сколько раз я говорил себе, что мог обернуться драконом и поднять карету в воздух! Ровно столько же, сколько и отвечал, что я бы не смог ничего сделать, даже если бы очень захотел. Тот треклятый удар по голове вырубил меня на несколько часов...

Если бы я не подтолкнул Ариин к побегу, она была бы жива. Провела бы счастливую жизнь с мужчиной, которого наверняка бы полюбила, ведь родители не могли подобрать ей плохую кандидатуру. Но во мне взыграл дракон, собственник: моё и только моё.

А в итоге оказалось ничьё, лишь загубленная жизнь…

Особняк лорда Димье был огромен даже по сравнению с нашим приютом, а ведь он состоял из нескольких корпусов. Парадный холл с красной ковровой дорожкой вызвал ассоциацию с королевским дворцом. В сказках принцессы всегда ступали по такой, когда отправлялись к принцу. Только вот я не принцесса, да и трехсотлетний дракон далеко не прекрасный принц.  

Мы поднялись по парадной каменной лестнице, а лакей, выскочивший из особняка, уже тянул позади мои два чемодана с новыми платьями. В другой момент я бы обрадовалась обновкам, даже несмотря на то что платье моей мечты осталось в ателье. Девочке из приюта не так часто что-то покупают, но обстановка была таковой, что всё меркло.

Только Эдуард поднял руку, чтобы постучать кнокером и вызвать дворецкого, как дверь сама распахнулась нам навстречу. Молодой красивый мужчина со светлыми волосами, заплетёнными в косу, и в камзоле цвета ночного неба выходил из особняка. Блондин смерил меня взглядом, и в нём было нечто странное, словно этот человек видел меня насквозь. Ладони похолодели, сердце ухнуло в пятки, а время, кажется, остановилось. Потому что непозволительно долго мужчина смотрел на меня, а я на него. Неужели он видел меня ранее в приюте и теперь узнал? Всё закончится раньше, чем успеет начаться?

— Добрый день, — наконец-то поздоровался незнакомец. — Если вы не против, я спешу по делам, — он указал рукой на дверной проём, который мы загораживали.

— В этом доме слуг совсем не учат учтивости с господами? — возмутился граф.    

— В этом доме, мистер… прошу меня простить, я не знаю вашего имени… я подчиняюсь только милорду, — ни капли не смущаясь, произнес блондин с косой. Мне, если честно, впервые довелось видеть мужчину с такой причёской. Обычно сильный пол предпочитает завязывать волосы в хвост или просто использовать укладку, оставляя струящиеся пряди.

— Это не имеет значения! Ты по статусу никто, а я!.. — возмущению агента канцелярии не было предела, и он не стеснялся в выражениях.

— Вы правда хотите, чтобы я закончил эту фразу? — перебивая, с нажимом сказал незнакомец и, растянув улыбку, продолжил: — Энтони, встреть гостей. Прибыла невеста милорда, — он бросил на меня ещё один заинтересованный взгляд, а потом бесцеремонно прошёл мимо нас, демонстративно задевая плечом графа.

— Да как ты смеешь!.. — начал было агент канцелярии, но договорить не успел, блондин уже спустился по ступеням и садился в подъехавший экипаж.

Нас встретил дворецкий, мужчина средних лет с забавными усиками. Мне едва хватило сил, чтобы не рассмеяться при виде него. Но, кажется, я всё же прыснула, потому что он смерил меня строгим взглядом.

— Анабель Ондекс. Прибыла для участия в отборе невест, — представил меня «брат» словно никакого инцидента только что не было. — Её сопровождает старший сын графа Ондекса Эдуард Посси.

— Одну минуту, сейчас доложу о вас госпоже распорядительнице, — произнес лишённым всякой интонации голосом дворецкий и оставил нас одних.

— Хватит нервничать! — мистер Посси резко дёрнул меня за руку, отчего я едва не вскрикнула. — Хочешь привлечь к себе лишнее внимание?

— Мне страшно. Этот блондин, он как-то странно на меня смотрел, — сказала я, до сих пор не отделавшись от странного ощущения.

— Не выдумывай. Он никто, просто обнаглевший слуга, — отмахнулся мистер Посси.

— И я просто волнуюсь, — честно призналась я.

— Я тебе в няньки не нанимался. Успокойся, драконы не едят своих невест, — сказал Эдуард, а потом, расплывшись в улыбке, добавил: — Во всяком случае, официальной информации о подобных случаях не было.

— Что? — опешила я от такого.

— О Луноликий! Да у неё ещё и с чувством юмора проблемы, — расслабленно произнёс названый брат. 

В холл спустилась женщина средних лет в строгом бордовом платье и гулькой на голове. Она подошла к нам и сделала реверанс перед мистером Посси… и мной! Я едва сама не присела в книксене перед ней, вовремя вспомнив, что исполняю роль родовитой графини. 

— Мистер Посси, — поздоровалась женщина, — я распорядительница отбора Изина Хнали. Мисс Ондекс, попрощайтесь с братом и следуйте за мной. Напоминаю, на время проведения отбора все контакты с семьями запрещены. В том числе письменные. Участницам также запрещается покидать территорию особняка лорда Димье. Поэтому, если вы что-то хотели сказать друг другу, говорите сейчас, потом такая возможность представится только после отбора.

Моё сердце пропустило удар, мне никто не говорил, что этот отбор сродни заключению. Я планировала навещать Натали в цитадели, но теперь не смогу это сделать. И как сказать, чтобы за бедной девочкой лучше присматривали в присутствии распорядительницы, не выдав себя, не знала.

— Позаботьтесь, пожалуйста, о Натали, моём котёнке, пока меня не будет, — сказала я аккуратно.

— Можешь не переживать, сестрёнка. Обещаю хорошо кормить твоего котёнка, — сказал граф, правильно меня поняв. — Удачи на отборе, Анабель. И помни, только от тебя зависит, что будет с твоим котёнком.

Это было сказано довольно мягко, но подтекст я хорошо разобрала. Судьба сестры в моих руках, и только от того, оправдаю я ожидания инспектора Фрома или нет, зависит, как она сложится.

Распорядительница повела меня наверх, на третий этаж. Внутри особняк был ещё прекраснее, чем снаружи. Белоснежная лепнина на потолке, золочёная балюстрада лестницы, коридоры отделаны ореховым деревом, а также расписные стены.

Мы остановились возле двери тёмно-коричневого цвета, одной из множества других на этаже. На табличке были две золочёные цифры: двойка и шестёрка. Значит, моя комната под номером двадцать шесть. Госпожа Хнали отперла дверь, и мы вошли внутрь. Лакей следом занёс чемоданы, оставив их посреди комнаты на мягком пушистом ковре цвета слоновой кости. Обстановка была роскошной! Двуспальная кровать с ворохом подушек, комод, зеркальный светлый шкаф, в тон ему круглый столик с вазой, в которой стояли пионы, пара кресел и туалетный столик с пуфом. На двух окнах висели лимонного цвета шторы и невесомые тюли.

— Здесь вы будете жить на время отбора, — произнесла распорядительница. Я словно попала в лучший день моей жизни! Обстановка вокруг завораживала, ведь пусть ненадолго, но я получила собственную комнату. До приюта, в доме родителей, у меня тоже была своя комната, но я её не помню. Это воспоминание потерялось так же, как все остальные. — Вечером официальная церемония открытия отбора, на ней вы должны присутствовать в своём платье, а начиная с завтрашнего дня будете носить форменное. Оно уже поглажено и висит в шкафу. Чуть позже я пришлю к вам горничную, она станет вашей помощницей и компаньонкой на время отбора.

— Мне можно выходить из комнаты? — спросила на всякий случай, я до сих пор не знаю всех правил отбора. Меня в них никто не посвятил, а возможно, они держатся в тайне и о них неизвестно ни одной участнице.

— Разумеется. Вы невеста, а не пленница, — сообщила госпожа Хнали. — Вы можете свободно передвигаться по территории особняка Лорда Димье, в том числе выходить в сад и спускаться к реке. Запрещены только внешние контакты, дабы избежать влияния на отбор. Испытания подразумевают в том числе и ваши способности находить выход из различных ситуаций. И если кто-то даст одной из участниц средства для лучшего прохождения испытаний, то результаты будут не совсем честными.

— Я поняла, — от пояснения распорядительницы мне стало спокойнее. Значит, нас будут удерживать на одной территории, лишив контактов, исключительно для прозрачности и честности отбора. Мне импонирует такое решение. Это означает, что мы все изначально будем в равных условиях. А следовательно, у меня действительно есть шанс на победу. Победу, которую я себе выгрызу зубами, если это потребуется, но спасу Натали.

— Не забывайте закрывать дверь на ключ, когда вы находитесь в комнате и когда её покидаете. Это отбор невест для огненного дракона, и в нём пойдут в ход все средства, в том числе непосредственное устранение соперниц. Замки, как и ключи, дополнительно зачарованы, поэтому при помощи магии их не отпереть, — сказала распорядительница. И я осознала: этот месяц спокойным не будет.

Когда распорядительница ушла, я осмотрелась, увидела в комнате ещё одну дверь. За ней оказалась ванная, в которой стояла белоснежная, на золоченых ножках ванна. В приюте у нас был только душ, и мне до зубного скрежета захотелось полежать в ароматной пене. Благо многочисленными флакончиками были заставлены все полочки!

Также к комнате примыкал балкон. Отделялся он застеклённой дверью, которая являлась частью одного из окон. Балкон был во всю длину комнаты, имел перегородку, а потом продолжался дальше. И так по всей стене, что говорило о том, что выход сюда имели все комнаты на этаже. Во всяком случае, с правой стороны, где расположились выделенные мне апартаменты.

Я смотрела вдаль, на владения лорда Димье, в особенности на прудик, что серебрился в лучах полуденного солнца, когда в дверь тихо, но уверенно постучали. Открыв, я увидела за порогом молоденькую девушку. Она была моей ровесницей в тёмно-зелёном платье, поверх которого был надет белоснежный фартук, что выдавало в ней обещанную распорядительницей горничную.

— Мисс Ондекс, меня прислала к вам госпожа Хнали. Меня зовут Мари, — девушка сделала книксен.

На миг я растерялась, не зная, как вести себя со служанкой и как принято с ними общаться. Я не была родовитой по происхождению, в приюте мы полностью обслуживали себя сами, без посторонней помощи. Да что уж там, многие выпускницы и сами в будущем становились горничными. Нам говорили, что хозяевам нужно угождать, что от того, насколько они довольны, зависит: будет у тебя прибавка к жалованию или нет. Учили стирать, шить, готовить — всему, что может пригодиться на будущей работе. И если сиротке удавалось стать горничной в богатом доме, можно было сказать, что жизнь удалась.

— Проходи, — сказала я, дружелюбно улыбаясь, пропуская горничную внутрь.

Девушка тут же принялась разбирать мои чемоданы, раскладывая вещи в шкаф. Я хотела ей помочь, но вовремя себя остановила, рассудив, что навряд ли графини вешают одежду в шкаф наравне с горничными.

Вечером нас всех собрали в главном зале особняка. Я не знала, на что бросить взгляд, завораживало сразу всё. Мне никогда не доводилось видеть столько прекрасных девушек одновременно. Претенденток на руку и сердце огненного дракона оказалось ни больше ни меньше — тридцать красавиц. Родовитые аристократки в роскошных бальных платьях. Они сверкали бриллиантами в украшениях, гордо держали величественную осанку и улыбались.

Со стороны и не скажешь, что это настоящий серпентарий. Больше походило на светский раут. Моя рука непроизвольно потянулась к кулону на шее, и было непривычно его там не обнаружить. Сейчас мою шею украшало роскошное колье с рубинами в ансамбле с серьгами и кольцом.  

В зале играла музыка, но музыкантов не было. Флейта, виолончель и арфа парили в воздухе и издавали завораживающую мелодию. Правда, с таким же восторгом я смотрела и на хрустальную люстру в центре потолка с сотней подвесок и зажжённых свечей.

Но всё это померкло, когда в зал вошел он. Тот самый мужчина, с которым утром я столкнулась в ателье! Высокий, с длинными волосами, тьме которых позавидует ворон. Он был облачен в красивый чёрный камзол, расшитый серебряными нитями, а на ногах до неприличия узкие брюки, заправленные в высокие сапоги на шнуровке. Он был красив, статен, что сразу выдавало в нём не простого аристократа, а… дракона! Как же не поняла этого в модном доме? Вероятно, внук или правнук «жениха».

Мужчина прошёл в центр зала и встал рядом с распорядительницей отбора. Дракон скользнул по мне взглядом, тоже явно узнал, но вида не подал.

Стоит ли говорить, что в тот же миг, как он появился, воцарилась тишина? Даже музыкальные инструменты смолкли, приземлившись на пол. А все невесты разом сделали реверанс. Я вовремя спохватилась и тоже повторила его, вышло кривовато. Меня никто не учил этому. Девочке в приюте достаточно уметь делать хороший книксен, остальное по статусу не положено.

– Девушки, вы все прибыли сюда, чтобы стать участницами отбора невест для огненного дракона лорда Димье, — начала праздничную речь госпожа распорядительница. — Сегодня официальное открытие нашего с вами мероприятия и один из немногих дней, когда жених к нам присоединился.

Та-ак, ну и где он? Я осмотрела зал, но никакого дедушки не увидела. Вероятно, он подойдет позже, а пока…

— Я рад приветствовать всех вас в своём особняке. Вы все настолько очаровательные и достойные, что сам я просто не смогу выбрать спутницу жизни, а потому пусть вас рассудят соревнования, — сказал, улыбаясь, мужчина.

Так этот парень и есть огненный дракон Ханс Димье? Я, конечно, знала, что драконы, в отличие от людей, стареют намного медленнее, но не могла даже предположить, что в свои триста с хвостиком они могут выглядеть на двадцать пять! Но всё это меркло по сравнению с тем, что я уже оставила не лучшее впечатление о себе. Мало того что не извинилась, я вроде как его в подглядывании обвинила без особых на то причин, так ещё и обжималась! Какой позор.

— Впереди вас ждет тяжёлый месяц с заданиями. На каждом этапе будут те, кто не справятся и покинут особняк. До финала дойдут лишь сильнейшие. И потом испытанием, назначенным лично лордом Димье, будет выбрана самая достойная кандидатка на роль супруги, — продолжила речь распорядительница, но девушки её слушали вполуха, всё их внимание было приковано к жениху.

А вот он, напротив, выглядел каким-то отстранённым, совсем не рассматривал невест. Хотя, по идее, ему должно быть интересно. Ведь одна из присутствующих здесь мисс станет впоследствии его женой и проведет с ним всю свою жизнь. Разводы, конечно, случаются, хоть и не одобряются, но всё же… Стоило бы проявить больше интереса к кандидаткам.

Дальше началась церемония представления невест, каждая кратко рассказывала о себе.

— Герцогиня Аннет Иванская. Увлекаюсь верховой конной ездой. Много путешествовала. Окончила столичную академию. Магесса. В свободное время я люблю вышивать.

Ну да, а то ты такая занятая, небось и времени-то свободного нет. Аж смешно стало: герцогиня и отсутствие свободного времени. Да у неё же все делают слуги! Но звучит красиво, согласна.

— Я Юлиана Оттон из древнего драконьего рода Оттон, — начала жгучая брюнетка. Не зря из всех присутствующих она больше всех внешне походила на лорда, они были одной расы. Значит, на отборе не только люди. Это стоит учитывать. Другие расы всегда превосходят нас. — Наше герцогство расположилось на юге Карфенсера, где бескрайнее леса. А потому я с детства увлекаюсь охотой.

— Уже был первый оборот? — спросил Ханс, правда, без особого энтузиазма, скорее для поддержания разговора.

— Пока ещё нет, милорд. Только предстоит в следующем году, — ответила драконица. Не знаю, что это значит для драконов, но хозяин особняка как-то странно усмехнулся.

— А я Энни Бинс, графиня, — девушка с пепельного цвета волосами присела в глубоком реверансе. И он вышел забавным, каким-то резким. Было видно, что она одна из немногих, кто волновался. Остальные же, кажется, не сомневались в своей победе. — Я увлекаюсь пением. Мама говорит, что я божественно пою. Хотите, я что-нибудь исполню?

— Спасибо, но, быть может, в следующий раз. Не стоит занимать время других участниц, — тут же осадила девушку распорядительница.  

Дальше девушки продолжили представляться, а я внимательно слушала, кто они, мои соперницы. И с каждым новом именем понимала: у меня нет шансов на победу. Инспектор Фром отправил меня на заведомо провальную миссию. Девочка из сиротского приюта не продержится и дня против этих образованных интеллигентных леди. Дракониц.

Каждая из них что-то умела, чем-то увлекалась, а я…

— Анабель Ондекс, выросла в небольшом приморском городке. Младшая дочь графа Ондекса, — это было в моей легенде, а дальше стоило сказать, чем я увлекаюсь. Только вот у сиротки, в отличие от других присутствующих здесь, не было времени на какие-то увлечения. В приюте Луноликого действовал строгий распорядок дня, и большую часть времени мы учились. — Увлекаюсь живописью, — сказала я подумав. Уроки рисования были моими любимыми, хоть и проходили они лишь раз в неделю.

— Из какого именно приморского города? — неожиданно спросил лорд Димье, и я застыла, не зная, что ответить. Мистер Посси ничего не говорил на этот счет. Ему, видимо, не пришло в голову, что дракона может заинтересовать такая мелочь. Я закусила губу, вспоминая уроки. Мы ведь проходили географическое многообразие Карфенсера.

Сердце билось о ребра словно бешеное. Неужели вот так оплошаю в самом начале и вылечу ещё даже до начала испытаний.

— Лакшир, — выпалила первое, что вспомнила, промедление могло вызвать подозрение.

— Красивый городок. Я там бывал. Давно, — сказал лорд, и я незаметно выдохнула. Поверил.

Дальше представились другие девушки. Мне из них запомнилась только герцогиня Мишель Эрская — яркая рыжеволосая девушка с кудряшками. Она выделялась на нашем фоне не только цветом волос, но и простотой платья, словно особо не готовилась к мероприятию. Даже моё, хоть помощник инспектора не разрешил купить то роскошное зелёное платье, было сейчас намного богаче, чем её.

— В честь открытия отбора мы подготовили для вас праздничный ужин, — сказала госпожа Хнали. — Пройдемте за стол, где вы все сможете познакомиться с женихом поближе.

— Прошу, — сказал дракон, и слуги тотчас же отворили двойные парадные двери в столовую, где уже был накрыт длинный стол. За спиной вновь послышалась музыка. Инструменты поднялись в воздух и, ведомые магией, заиграли красивую мелодию.

От такого количества изысканных блюд у меня точно будет несварение желудка. После приютской еды все эти салатики, закуски, мясные рулетики, канапе и даже запечённая индейка казались королевским пиром, на который я попала по ошибке.

К счастью, поведению в обществе, как и тому, как вести себя за столом, какими приборами пользоваться, обучали в приюте. Умению держать себя в обществе уделялось особое внимание. Хоть большая часть тех уроков и была никому не нужна, тем не менее они входили в программу. Равно как и танцы, рукоделие. Никогда не знаешь, какая работа тебе достанется после приюта. Вдруг придется стать, например, сиделкой у пожилой дамы. А те часто предпочитали расширять границы общения с прислугой, ведь девушка становилась для неё единственным источником общения с внешним миром.

По этикету было положено, чтобы мужчина помог сесть за стол даме. Но, видимо, в нашем случае этот пункт упразднялся, ибо тогда жених рискует сегодня вообще не добраться до стола. Дракон сел во главе, а девушки стушевались. А точнее едва не устроили драку, одновременно ринувшись к ближайшим местам по правую и левую руку от жениха. Госпожа Хнали заняла место во втором торце стола.

— Спокойнее! Вы не простолюдинки на базарной площади, ведите себя прилично, — пристыдив, произнесла распорядительница, и девушки тут же притихли. — Невесты, как вы можете видеть, на спинке каждого стула имеется табличка с номером. Он эквивалентен номеру на двери вашей комнаты. Рассаживайтесь в том порядке, какой предусмотрен.

Я принялась рассматривать спинки стульев, моё место оказалось пятым по левую сторону от хозяина особняка. У меня уже сложилось впечатление, что обращаться к нам будут также по номерам, навряд ли дракон заполнил все наши имена и титулы. Но за столом началась ненавязчивая беседа, в ходе которой девушка представлялась и задавала вопрос, если таковой имелся. Ну а так как каждая дева хотела продемонстрировать себя, вопросы сыпались как из рога изобилия. Правда, далеко не все были логичными и адекватными. Такое ощущение, что некоторые говорили первое, что приходило в голову, ибо большей глупости мне слышать не доводилось.

— Милорд, а правда, что у вас в конюшне живет единорог? — спросила брюнетка с замысловатой прической.

— Нет, это слухи. Единорогов давно уже не существует, — небрежно ответил дракон таким тоном, словно отмахнулся от надоедливой мухи. Тут я была с ним абсолютно солидарна. Живой единорог! Это же надо было догадаться такое ляпнуть! Правда, идиллия продлилась недолго, пока дальше он уже не обратился ко мне: — Мисс Ондекс, быть может, расскажите нам о жизни в Лакшире?

Ханс Димье

Каково было моё удивление увидеть на отборе девушку из ателье! Анабель Ондекс, такая не похожая на других участниц. От меня не скрылась дрожь в руках и то, как она периодически теребила складки  платья. Но вскоре её поведение стало понятно. Девушка выросла за пределами столицы, в небольшом приморском городке. 

Я не соврал, когда сказал, что бывал в нём ранее, и с удовольствием бы послушал, что там успело произойти за прошедшие годы. Однако этому было не суждено сбыться. Во всяком случае, сегодня.

— Прошу меня простить, но, милорд, для вас срочное послание, — в обеденную вошел мой слуга, мистер Ротти. Он бы не стал тревожить, будь там что-то маловажное, а потому я сразу встрепенулся.

Высокий блондин с привычной ему косой, перекинутой через левое плечо, протянул мне конверт. Я сразу узнал королевский герб на сургучной печати. Наступила тишина, нарушаемая лишь стуком ложек по тарелкам невестами. Развернув кипенно-белый лист бумаги, я пробежался взглядом по строчкам, с каждым мгновением мрачнее все больше и больше.

— Дамы, я вынужден вас оставить, продолжайте трапезу без меня, — сказал я, поднимаясь на ноги.

Срочный совет у короля. И это уже не просто прорыв у западных границ, а настоящее вторжение! Орки всегда устраивали стычки возле границ. Они были бесспорно сильными солдатами, но глупыми. Ровно сколько в них физической силы, столько же и тугодумия. Проникнуть в Страйбенг — это что-то из ряда фантастики! 

Дворецкий уже стоял возле парадных дверей с моей верхней одеждой, но я прошел мимо, устремляясь к лестнице, ведущей наверх. Проблема не требует отлагательств, полечу сам. Драконом я доберусь до дворца гораздо быстрее, чем меня доставят лошади. На крыше особняка была посадочная площадка, такими часто оборудовали места, где проживали драконы. Нам было гораздо удобнее взлетать с возвышенности, чем с равнины.

— Займи моё место за столом и проследи, чтобы вечер прошел без происшествий, — дал распоряжение камердинеру.

— Разумеется, летите спокойно, — конечно, он говорил не о скорости, а о состоянии души.

Я снял с себя всю одежду, отдавая её Ротти, и тут же трансформировался в огромного ящера. Зрение стало острее, теперь я отлично видел в темноте. Слух и обоняние усилились. Я мог различить даже трель цикады возле озера и различить аромат жасмина в саду. Расправил крылья, изогнулся в спине и, ударив мощным хвостом с шипастым наконечников, разнеся край дальней балюстрады, взмыл в небо.

Летать… Нет ничего прекраснее на свете, чем ощущать себя в невесомости, парить под облаками. Я замахал крыльями, устремляясь в сторону королевского дворца. Подо мной спал ночной Страйбенг, точнее его бедные районы, там людям рано вставать на работу. Но чем ближе к дворцу, тем кардинальнее менялась картина. В центре столицы жизнь била ключом. Из таверн доносился смех продажных девушек, что искали клиентов. Студенты в парке устроили очередную пьянку и теперь подначивали самого слабого совершить глупость, что-то вроде пойти и слить выпитое пиво под дверью у ректора. Ну а в богатых особняках лилась восхитительная музыка. Салоны принимали гостей, где главные сплетницы, толкаясь кринолинами, спешили рассказать услышанное, а скромницы прикрывались веерами от красивых, полных горячей крови юношей.

Да, столица во всем её многообразии. Когда-то она мне нравилась, и я часто останавливался здесь в гостевом доме. Но со временем понял, что нет ничего лучше моего загородного имения, где я могу спокойно работать над проектом.  

Я приземлился на площадке во дворце. Там уже дежурили слуги с мантиями. Они знали, что после такого уведомления многие драконы прилетят лично и им потребуется одежда. Хоть в Совет и допускались исключительно мужчины, сверкать своими причиндалами перед всеми никому не хотелось. И на этот случай были разработаны специальные универсальные хламиды, которые выдавались всем по прибытии.

— Благодарю, — сказал я, взяв из рук молодого светловолосого парня безразмерный мешок мышиного цвета, надевая его через голову.

— Лорд Димье, вас ожидают в малом тронном зале, — доложил Окс Натти, личный помощник короля. Он редко встречает гостей, что в очередной раз говорит о том, что дело серьёзное.

Уже оказавшись внизу, я понял: по тревоге были подняты все. И когда я говорю «все», я имею в виду «абсолютно все». Дворец кишел солдатами, тут и там люди в форме и броне ходили по коридорам. Самые влиятельные лорды были уже на месте, и продолжали прибывать генералы армий, великие маги. И даже предсказателей вызвали.

— Говорят, его задержали в кабаке, — тихо сообщил мне лорд Анри Ляполен, отец моего лучшего друга. Мужчина на вид около сорока лет по человеческим меркам, хотя на деле там все семь сотен. Он входит в Совет короля столько, сколько я его знаю.

— В кабаке? — удивился я. У нас теперь просто выпить плошку дешевого вонючего вина запрещено? Нет, не то чтобы я рвался защищать грязных орков, но сам повод для ареста, мягко говоря, сомнительный. Нас всех здесь собрали, потому что какой-то зелёный решил напиться в столице? У нас орков не жалуют, мы с ними воюем, но вроде нигде и не сказано о том, что им нельзя находиться в столице  и выпивать в бедном квартале. Я думал, тут прорыв, масштабное вторжение в Страйбенг, полная мобилизация. А у нас бухой орк.

— Да, — подтвердил лорд. — При нём был обнаружен артефакт.

А вот это уже интересно.

— Какой?

— Да кто бы знал, но весь шум как раз из-за него, — продолжил едва слышно Ляполен. И хоть соседи даже не поглядывали в нашу сторону, они внимательно следили за беседой, ведь драконий слух не пропустит ни единого слова. А вот король, занятый сейчас обсуждением с одним из магов, нас точно подслушать не мог. — Поговаривают, это был «Баньен».

— Нет! — воскликнул я.

— Да, — подтвердил лорд. — Я сам сначала не поверил. Но будь это что-то иное, нас бы в таком составе посреди ночи не собирали.

Здесь было сложно поспорить. Но «Баньен»! Легендарный артефакт. Он принадлежал самому Луноликому. Меч, красоте которого нет равных. Лезвие из чистого серебра, рукоять — цельный рубин, а ножны из тончайшего башминского древа с изумрудами. Этот меч был способен повергнуть врага, не прикасаясь даже к нему. Достаточно было взмахнуть в сторону врага, и весь легион падал замертво. Этот меч создавался для борьбы с нежитью, которой полнился Карфенсер в древние времена. Луноликий очистил мир от тварей и создал благоприятные условия для будущего королевства. Когда бог пропал, исчез и «Баньен». Многие его искали, но найти не удалось никому. И тогда решили, что Луноликий его унёс с собой в божественный мир.  

Я хотел высказать свои мысли насчёт этого, но в зале резко наступила тишина. Король поднялся с трона. Началось официальное собрание Совета.

— Я собрал вас всех здесь, потому что наши враги в конец потеряли страх. Сегодня вечером в Страйбенге был пойман орк и при нём найдено легендарное магическое оружие «Баньен», — по залу пробежала волна охов и ахов, не все, видимо, узнали сплетню раньше или просто делали вид искреннего удивления.

— В королевстве необходимо ввести военное положение, — сказал один из генералов.

— Нет, — тут же возразил король. — Это вызовет панику среди жителей.

— Но, Ваше Величество, больше нет уверенности, что орк не будет поджидать нас за ближайшим углом и не нападёт, — вторил ещё один военный дракон.

— Мы усилим безопасность в столице, задействуем Тайную канцелярию, чтобы не привлекать внимания, — продолжил король.

— Мы к вашим услугам, Ваше Величество, — тут же подал голос инспектор Фром. Мне никогда не нравился глава Тайной канцелярии, нечистый на руку мужчина. В угоду наградам и продвижению по службе частенько прибегал к противозаконным методам. Королю об этом хорошо известно, но так как его работа приносила пользу и имела свои неоспоримые плюсы, он закрывал на это глаза.

— Орк в темнице? Он будет допрошен при помощи зелий? — спросил кто-то. Я даже не успел заметить, кто именно.

— Что с артефактом? — спросил я, меня гораздо больше интересовала сама вещь, а не тот, кто её принёс.

— Зелёный будет допрошен. Артефакт передан магам, они его изучают, — сказал король.

— Я могу лично на него взглянуть? — снова спросил я, артефакты — моя страсть с давней юности, и я не хочу упустить возможность прикоснуться к чему-то действительно интересному.

— Лорд Димье не доверяет королевским магам? — услышал я справа. Говорили с толикой насмешки, и я сразу понял, что это был граф Посси, ещё один противный работник Тайной канцелярии.

— Ну почему же? Доверяю, — тут же солгал я, потому что на самом деле действительно не доверял. Несколько пожилых магов в силу возраста могли упустить из виду важные детали. Как по мне, так их состав давно пора сменить, сильно омолодив. Порой опыт и седина в бороде не равно качество. — Но страсть как хочется посмотреть, это же божественная вещь. Неужели у вас, граф Посси, не возникает такого желания?

— У меня слишком много работы, чтобы гоняться за мифическими вещицами, — ну конечно, граф у нас был человеком, и ему обязательно нужно было кольнуть дракона. — Ну и за невестами заодно.

На этих словах по залу пробежались разрозненные смешки, многие не рискнули прыснуть при короле и сдержались, но мысленно поржали всем составом. В этом я мог не сомневаться. Отбор невест выставил меня главным посмешищем столицы. Когда-нибудь я убью Марка Ляполена и больше не буду вестись на дурацкие авантюры.

Мой вопрос про артефакт остался открытым. Дальше все перешли к обсуждению усиления охраны дворца, а также принятию решения отправить еще легион на границу.

Что ж, эта ночь выдалась и так слишком насыщенной, чтобы снова спрашивать и выслушивать очередную порцию насмешек. Подам официальное прошение королю. Не думаю, что он мне откажет, тем более что ему известно, над чем я работаю. И, быть может, прикосновение к легендарному артефакту Луноликого подтолкнёт меня к завершению собственной работы.

Вчера хозяин имения стремительно покинул праздничный ужин, что спасло меня от неудобного разговора. Но кто сказал, что сегодня он не повторит свой вопрос? Я проснулась непозволительно рано, несмотря на то что легла очень поздно. В сиротском приюте строгое расписание и обязательный подъём в пять утра. Особняк же лорда Димье ещё спал. Я слышала, насколько тихо было в коридорах. Опустила ноги на мягкий ковер, и пальцы тут же начали утопать в длинном светлом ворсе. Ощущение было такое, что хожу по облакам.

Замок двери тихо щелкнул, и я напряглась. Кто-то решил пробраться ко мне с утра пораньше. Первым порывом было схватить с комода вазу и замереть рядом с дверью, которая вскоре так же тихо отворилась и… В комнату вошла Мари, а я так и застыла с вазой в руке.

— Мисс Ондекс? — глаза горничной были похожи на два огромных блюдца. Она с испугом смотрела на меня.

— Ой, — только и смогла пискнуть я и сильнее прижала к себе вазу. — Услышала звук открывающегося замка и подумала, что ко мне ломятся, — честно призналась. Выдумывать что-то было глупо. Слишком уж у меня была специфическая поза с занесенной над головой вазой.

— Нет-нет-нет! — тут же отрицательно замахала руками девушка. — Я лишь пришла подготовить для вас ванную. Всем личным горничным выдали ключи от комнат господ.

— Ясно, — сказала я, ставя злосчастную вазу на место.

Значит, «не забывать закрывать дверь» — это было только на словах, а по сути прийти мог любой. Ну, может, и не совсем любой, но визит Мари стал для меня неожиданностью. Не хотелось бы, что бы кто-то что-то делал в комнате, пока я сплю. В приюте у нас, конечно, спальни были на двадцать человек, и я привыкла к шуму, но то были свои родные девочки, с которыми мы прожили столько лет. А тут чужой дом и чужие люди. Думала, в стенах хотя бы этой комнаты я могу быть в безопасности, а оказалось — нет. Что мешает нечистой на руку конкурсантке подкупить горничную и… Не знаю, что-то мне сделать.

— Я не хотела вас разбудить, мисс. Простите, — растолковала по-своему моё молчание горничная.

— Ты меня не разбудила, я уже не спала, — ответила, выглядывая в окно, и тут же ахнула. В лучах рассветного солнца в небе парил огромный дракон. И, судя по всему, он двигался в сторону дома.

— Милорд вернулся, — произнесла возникшая рядом Мари, также смотря на приближающуюся фигуру в небе.

— Милорд… Ты хочешь сказать, что это лорд Димье? — изумленно спросила я.

— Да, мисс. А что вас так удивляет? Хозяин ведь дракон, — пожала плечами горничная.

А я задумалась. Ну да, лорд — дракон, и я это знала. Но знать теоретически, что длинноволосый брюнет — дракон, и видеть огромного крылатого ящера в небе — это две совершенно разные вещи.

Приняв ванную и надев форменное платье участницы отбора, я заплела волосы в косу, настоятельно отказавшись от помощи Мари, чем вызвала одновременно и удивление, и несогласие.

— Я привыкла причесываться сама. Не люблю, когда кто-то касается моих волос, — соврала я.

Застегнуть коричневого цвета платье с корсажем я позволила прислужнице, потому что сама просто не справилась бы с этой мудрёной шнуровкой на спине. Да и вопросов было бы ещё больше, если попыталась бы сама. Чего, признаюсь, действительно очень хотелось. Но, пораскинув мозгами, пришла к выводу, что это будет выглядеть совсем уж странно. Ведь избалованные капризные леди и мисс не привыкли ничего делать сами, имея штат служанок. Именно к одной из таких я и намеревалась наняться на работу после выпуска из сиротского приюта. Но судьба распорядилась иначе.

Перед выходом из комнаты надела мамин подарок — аметист в форме маятника на серебряной цепочке, уже изрядно потемневшей от времени. Наверное, мне стоило надеть что-то из украшений, переданных мистером Посси. Но я решила, что серёг с рубином будет достаточно. Ни к чему массивные дорогие украшения днем. Я знала, что богатые леди частенько носят бриллианты даже во время конной прогулки, но также знала, что в приличном обществе это считается дурным тоном. Одеваться нужно к месту, и к украшениям это тоже относится.

На завтраке я словно окунулась в привычную мне атмосферу сиротского приюта, только с некоторыми поправками. Вроде бы тоже форменные платья, но из дорогой ткани, и на длинном столе стояли изысканные блюда, большую часть из которых мне никогда не доводилось попробовать. Ну и в отличие от приюта, здесь было не обязательно иметь всем одинаковую прическу. Так что некоторые конкурсантки расстарались, соорудив у себя на головах нечто, напоминающее птичье гнездо. Выглядело забавно.

Сегодня место во главе стола пустовало, лорд Димье отсутствовал на утренней трапезе. Госпожа Хнали вновь находилась в торце стола и смотрела на клюющих носом девушек с негодованием. Аристократки не привыкли к ранним подъёмам. Хоть в моей голове и не укладывалось, как девять утра можно считать таковым?

— Девушки, сегодня у вас первое испытание, соберитесь, — сказала распорядительница.

— Сегодня?

— Как — сегодня?

По обеденной пробежался гомон неровных голосов, во многих слышался испуг. Я промолчала, но, признаться, тоже изрядно занервничала. Не думала, что всё начнётся столь скоро. Что за испытания? Как именно будет проходить отбор? Мне никто ничего толком не объяснил, что нужно будет делать.

— А вы чего ожидали? Вас тридцать. И всего один месяц на то, чтобы выбрать лучшую претендентку на роль жены дракона, — ещё раз обозначила всю серьёзность мероприятия распорядительница, а также приз.

— Эм… — протянула Энни Бинс, выдав очередную глупость, а я-то полагала, что она исчерпала их лимит ещё вчера: — Испытания будут каждый день?

— Нет, мисс Бинс, столько фантазии, чтобы устраивать вам ежедневные ловушки, нет даже у меня, — ответила госпожа Хнали. — Испытаний будет всего пять. Но на каждом мы простимся сразу с несколькими участницами.

— Почему тогда первое уже сегодня? Я думала, нам дадут осмотреть особняк, прогуляться в саду, — недовольно поджав губы, высказала своё фи какая-то девушка, сидящая в ряду напротив меня.

— Вот на испытании у вас как раз такая возможность и будет, — загадочно произнесла распорядительница. — Изучить кухню — так уж точно.

Сердце колотилось о рёбра, мысли хаотично  метались в голове, пытаясь понять, что мы будем делать. Невесты как-то разом притихли. Меня обрадовал тот факт, что ни одна из участниц, как и я, не знала, что нас ждёт. На растерянных лицах так и читался немой вопрос. Это хоть как-то уравнивало наши шансы на победу. До последнего мне казалась, что я самая далёкая.

— Кухню? — переспросила растерянно драконица.

— Именно так, — подтвердила распорядительница. — И раз вы уже закончили с трапезой, проследуем сразу туда.

Госпожа Хнали поднялась из-за стола, и мы вереницей последовали за ней в небольшую белую дверь в дальней левой стене. За ней скрывалось ещё одно помещение, раза в два больше обеденной, с несколькими плитами, печью и множеством столов и всевозможной кухонной утвари. Здесь витал ни с чем не сравнимый запах еды. В обеденной он, конечно, тоже присутствовал, но все же там, где еда готовится, а не подаётся, он сильнее и разнообразнее. Когда мы употребляем пищу, то чувствуем аромат готового блюда. Но ведь продукты тоже его имеют, причём каждый неповторимый и отдельно свой. В приюте мне всегда нравилось приходить на кухню, сначала наблюдать, как готовят поварихи и старшие девочки, а потом готовка стала и моим приятным времяпрепровождением.

— Невесты, сегодня ваше первое задание! И мы проверим ваши кулинарные способности, — произнесла распорядительница под недоуменные взгляды девушек. — Вам необходимо приготовить обед.

— Нам что? — кажется, Аннет Иванская едва не захлебнулась от недовольства. — Мы благородные леди, а не кухарки, если вы не забыли.

— Вот-вот, для готовки есть стряпухи и повара. Вот пусть они этим и занимаются, — поддержала блондинку Энни.

— А я хочу напомнить вам, дорогие невесты, что драконы не только живут в роскошных особняках, они в первую очередь доверенные лица короны. В любой момент Его Величество Эдуард Третий может отправить лорда в гарнизон, и вы поедите его сопровождать. А там слуг нет. Полевые условия. Вы, так и быть, если хотите, можете помирать с голоду. Но своего мужа вы должны будете встретить накрытым столом, — обведя всех взглядом, сказала распорядительница. — Поэтому сегодня ваше задание — самостоятельно приготовить обед. В качестве бонуса: его действительно съест лорд Димье, лично выбрав набор блюд девушки из ряда тех, кто перейдёт во второй тур. Надеваем фартуки и приступаем. Вся кухня в вашем распоряжении до обеда.