Сказка наоборот, или как Сергей ведьмой стал

В некотором царстве, в некотором государстве жил был царь, и была у него дочка: лицом бела, характером приветлива. Звали девочку Селена. Рано овдовел правитель, померла царица от неведомой хвори. Со временем заскучал царь, и когда дочке исполнилось пятнадцать лет, решил найти себе жену.

В то время разнеслась весть, что в соседнем королевстве проживает невероятной красоты девица благородных кровей. У проезжих трубадуров и портрет прелестницы нашёлся.

Юная дева и правда оказалась очень красива: яркий румянец освежал смуглую кожу, длинные чёрные волосы струились по хрупким плечам, а густые черные брови разлетались к вискам. Тёмные глаза обволакивали и звали, как коварный омут манит к себе неокрепших духом юнцов, отправляющихся в тихую безлунную ночь на поиски русалок.

— Женюсь! — заорал царь, впившись сначала глазами, а потом и пальцами в портрет, на котором крупными корявыми буквами было выведено "Диинэ Малкинская."

Вскоре послали сватов и сыграли развесёлую свадьбу, а во дворце появилась новая хозяйка.

Царица оказалась очень милой и приветливой. Вскоре все её полюбили. Но была у неё тайна, про которую не знал никто, а именно: Волшебное Зеркало. Что ни пожелает царица — то Зеркало ей и показывает.

К вечеру жара спала. Сергей опустил стёкла в своей "десятке" и, обдуваемый лёгким ветерком, поехал домой. Он стоял на светофоре, когда вдалеке послышались звуки полицейской сирены. 

Слева раздался резкий визг тормозов, Сергей повернул голову и увидел, что на соседней полосе остановилась "шестерка". Из машины выпрыгнул высокий парень во всём чёрном, он подскочил к машине Сергея и закинул ему на заднее сиденье большую сумку. Быстро запрыгнул обратно, и "шестерка" рванула вперёд, не дожидаясь, пока загорится зелёный.

Мимо, обалдевшего от такой наглости Сергея, с воем промчались две полицейские машины, и устремились в погоню.

Сергей выскочил на мостовую,  распахнул заднюю дверь, дёрнул бегунок молнии на сумке и обомлел. 

Толстые пачки пятитысячных купюр матово краснели в свете фонарей. У Сергея затряслись руки. Он судорожно закрыл молнию, чертыхнулся и, захлопнув дверь, быстро вскочил на водительское сиденье. 

Сергей провернул ключ в замке зажигания и вздрогнул от скрежета, он совершенно забыл о том, что не глушил двигатель. Две долгих секунды пытался прийти в себя, потом нажал газ и рванул с места прямо под красный сигнал светофора, который за это время уже пару раз успел поменять свой цвет.

Сергей крутил руль и лихорадочно соображал: " Деньги явно криминальные, его будут искать. Они по любому срисовали номер машины, и запомнили его самого. Дома появляться нельзя. Что же делать?"

Он уже сделал круг по городу и теперь заходил на второй.

"Камера хранения! " — мелькнула мысль, и Сергей свернул к железно-дорожному вокзалу. 

Сумка с деньгами оказалась невероятно тяжёлой. Холодный пот тонкими струйками стекал по лицу и спине. Сергею казалось, что все смотрят только на него.

Он заметил слежку сразу, как только вошел в здание вокзала. Двое мужиков плотного телосложения и с явно бандитскими рожами догоняли. Нервы не выдержали, и Сергей рванул. Он бежал так, как никогда в жизни.

Сергей повернул в переулок и заметался, не зная, куда спрятаться. Света в домах не было. Он нырнул в подворотню и увидел тускло освещённую вывеску: 

"Гадалка Марифель.

Круглосуточно.

Заходите, не пожалеете".

"Надеюсь," — мысленно отозвался на призыв магички Сергей и толкнул незапертую дверь.

***

Диинэ всегда просыпалась в отличном настроении. Царица сладко потянулась и поднялась с постели, чтобы совершить свой каждодневный ритуал. Она достала из-под перины Волшебное Зеркало, взяла черепаховый гребень и присела к окну. 

— Свет мой, Зеркальце, скажи! Да всю правду доложи! Я ль на свете всех милее, всех румяней, красивее?

— Ты красива, спору нет, — поверхность Зеркала помутнела, — но Селена всех светлее, и прекрасней, и милее.

Диинэ вгляделась в матовое стекло, сквозь которое постепенно проступал женский силуэт. С каждой секундой он становился всё чётче, и вскоре царица с досадой узнала свою падчерицу. 

Черноволосая красавица отшвырнула Зеркало, стараясь между тем, чтобы оно упало на перину и не разбилось: эта глупая стекляшка ей ещё пригодится. Царица потеряла главную радость в жизни. Внутри клокотала ярость, всё больше набирая обороты.

Диинэ вскочила и схватила злополучное Зеркало:

— Свет мой Зеркальце, скажи, да всю правду доложи! Как царевну погубить, отравить, иль утопить?

— Ведьма есть в лесу одна, силою облечена. К ней иди, когда темно, она ждёт тебя давно.

***

— Ну, зачем тебе эта молодость, Марифель, ты всё равно бессмертна, как и твой братец, у которого смерть в яйце, прости меня, Древобог! — Леший зашёлся от смеха, отчего молодые побеги на его голове мелко затряслись. — Я тебя и так люблю.

— Много ты понимаешь! — рявкнула ведьма и бросила на лесовика яростный взгляд. — Шёл бы ты домой, нечего здесь ошиваться.

— Ух ты, моя козочка! — лешак попытался схватить старуху кривыми древесными пальцами, но та ловко увернулась.

— Постой, охламон деревянный! — Марифель склонилась над кипящим котлом и разогнала рукой пар. — Идёт красавица! Сама в руки идёт! Всё, дуй домой, не мешай! Не до тебя сейчас!

Ведьма схватила кочергу и запустила в лешего, тот не успел увернуться, и металлический прут наполовину вошёл в тело лесного монстра.

— Ухожу! Ухожу, свет моих очей! — леший попятился к двери, одновременно вытаскивая железяку, — я завтра приду.

Он поставил кочергу у входа и вывалился наружу, не забыв аккуратно прикрыть за собой дверь.

Ведьма уже не обращала на лесовика внимания. Она усердно трудилась над котлом, кидая в него разные травки и корешки, бормоча под нос заклинания. Разноцветный пар медленно заполнял помещение.

Когда во дворце всё стихло, Диинэ осторожно выбралась из постели. Она уже была одета в мужской охотничий костюм, который позаимствовала в покоях своего супруга. Накинув теплый плащ, полностью скрывший фигуру, Диинэ взяла в руки Зеркало:

— Свет мой, Зеркальце, скажи, да дорогу укажи! Как мне по лесу идти, ведьму страшную найти!

Зеркало засветилось: 

— Пройдите прямо, через пять метров поверните направо. Поверните направо.

Диинэ, используя Зеркало, как фонарик, дошла до дверей спальни и, выйдя за дверь, повернула направо.

— Прямо пятьдесят метров, — отрапортовало Зеркало. — После поверните налево.

Царица услышала негромкие голоса стражников, совершавших обход, и резко зашагала в противоположную сторону.

— Маршрут изменён.

— Что? — не поняла царица.

— Прямо тридцать метров, затем вниз по лестнице.

— Там была стража, — проворчала, догадавшись, Диинэ.

— Строить маршрут с учётом стражи? — бесстрастно поинтересовалось зеркало.

— Да, — буркнула царица и начала спускаться.

Через два часа блуждания по лесу она вышла на поляну. Лунный свет заливал двухэтажную избу, покрытую мхом. Окна первого этажа тускло светились.

— Тук! Тук! — негромко произнесла Диинэ. — Кто в теремочке живёт, кто в невысоком живёт?

Дверь со скрипом распахнулась, и на крыльце показалась сгорбленная старуха, одетая в лохмотья. Редкие пряди сальных длинных волос не скрывали лысину на её голове, а, казалось, подчеркивали ещё больше.

— Чегой-то он невысокий? — возмутилась Марифель, — два этажа, как-никак! Да ты проходи! Не боись!

Огромная безобразная бородавка на крючковатом носу ведьмы до жути напугала царицу, но она сделала глубокий вдох и решительно переступила порог дома.

***

Сергей закрыл дверь и быстро повернул задвижку. Замок негромко щёлкнул. Сердце колотилось, норовя выскочить через горло. Сергей выдохнул, пытаясь восстановить дыхание и огляделся.

Мягкий красноватый свет лился из точечных светильников, расположенных на покрытых чёрным бархатом стенах и потолке. Середину комнаты занимал небольшой стол с огромным хрустальным шаром посередине.

Сергей быстро прошёл в конец комнаты и отодвинул драпировку, закрывавшую проход в соседнюю комнату.

— Есть кто живой? — спросил он срывающимся голосом и замер, прислушиваясь. Никто не отозвался. 

Вдруг в дверь резко и громко постучали:

— Кто? Кто в теремочке живёт? Кто в невысоком живёт? — в грубом мужском голосе слышалась издёвка. — Открывай, а то дверь сломаем!

Сергей ринулся в следущую комнату и оказался в костюмерной. Огромное зеркало во всю стену. Перед ним небольшой столик с косметикой. На полках справа красовались болванки, одетые в парики. Тут были и прямые блондинистые, и кудрявые, как у Аллы Пугачевой, и коротко-стриженные под унисекс.

Левую часть стены занимали цветастые балахоны, расшитые самым невероятным образом, и походившие на маскарадные костюмы. Сергей шагнул к стене и уперся в коробку с накладными грудями. Думать было некогда. Он быстро нацепил искусственную грудь, натянул на себя первый попавшийся балахон и в нерешительности замер перед полками с париками. 

Долго думать ему не дали. Раздался грохот, и Сергей понял, что входной двери больше нет. Он заметался по костюмерной, быстро сунул сумку с деньгами под висящие балахоны, натянул на голову кудрявый парик, почти скрывший его лицо, глянул в зеркало и отшатнулся. 

Шаги приближались. Сергей трясущимися руками взял со столика тюбик с помадой и обвёл губы ярким контуром, на секунду задумался и мазнул по щекам, быстро растер пальцами и обернулся. Перед ним стоял амбал с железно-дорожного вокзала.

— Да, как вы смеете! — вскричал Сергей и голос вовремя "дал петуха". — Выйдите и ждите снаружи! 

Мужик смотрел оторопело и с недоверием.

— Я сейчас вас приму. Вы что, не видите? Дама переодевается! — проблеял Сергей, стараясь, чтобы голос звучал как можно тоньше.

Амбал попятился, и портьера вернулась на  место, загораживая проход. Сергей кинулся к стене, надеясь найти потайную дверь, но все попытки оказались напрасны. 

"Придётся к ним выйти, — понял он, — может удастся отговориться. В этом наряде меня и родная мать не узнает."

Сергей ещё раз глянул на своё отражение, поморщился, судорожно вздохнул и шагнул вперёд.

Диинэ переступила порог жилища и оказалась в разноцветном тумане. Она спрятала Зеркало в складках своего плаща и остановилась в нерешительности.

— Сюда! Сюда! — послышался голос ведьмы, — проходи к котлу.

Диинэ разглядела чёрный силуэт огромной посудины и сделала шаг вперёд:

— Слушай внимательно, старуха! Я знаю, ты умеешь ворожить. Ты поможешь мне избавиться от падчерицы. 

— Я знаю, зачем ты пришла, царица. Всё давно готово! Нам надо заглянуть в котёл, подойди ближе, не бойся.

— Ещё чего! — фыркнула Диинэ.

Марифель провела рукой, разгоняя цветной пар, и обе женщины, молодая и старая, склонились над котлом.

Бурлящая поверхность задрожала и замерла, став гладкой, как зеркало.

Два лица отразились в нём.

Старуха поспешно забормотала заклинания. Диинэ силилась разобрать слова, но не смогла ничего понять.

***

Сергей шагнул за драпировку. Два здоровенных мужика в кожанках смотрели с явным раздражением. Ноги отказывались держать, и Сергей плюхнулся в кресло перед столиком с хрустальным шаром.

— Рассказывай! — рявкнул тот, кто заглядывал в гримерку, — где наши "бабки", и куда ты спрятала парня. Бегом, пока я добрый!

— Видите себя прилично, молодые люди, — в тоне Сергея послышались истеричные нотки, — я одна! Тут никого нет.

Он судорожно схватил хрустальный шар и негромко всхлипнул. 

***

Старуха сыпанула в котёл черный порошок, пробормотала очередную абракадабру, смачно плюнула в кипящую жидкость и вгляделась в отражение. Поверхность задрожала, Марифель охнула и отшатнулась: из котла на неё смотрела она сама, но только в рабочем наряде, в кудрявом парике и балахоне.

***

Второй браток достал нож и, раскрыв его со щелчком, направил лезвие в сторону Сергея:

— Говори, старая ведьма!

— Да чтобы мне провалиться на этом месте! — заорал Сергей. Неожиданно комната закружилась: пол, стены, потолок — всё поменялось местами, и Сергей потерял сознание.

***

— Что за чёрт! — заорала Марифель, в этот момент её вдруг с силой потащило и затянуло в котёл, закружило, понесло, она резко пришла в себя и увидела, что сидит в собственном кресле на работе, только без парика и балахона.

Ведьма подняла глаза. Перед ней стояли два бледных перепуганных мужика. 

— Ведьма! — заорал один и оба кинулись прочь из салона.

— Мдя!.. Что-то пошло не так, — Марифель задрала голову и почесала кадык, после чего перевела глаза вниз и увидела лежащую на полу царицу.  Девица была явно без сознания.

Сергей открыл глаза, но ничего не увидел. Разноцветное марево расплывалось, теряя очертания. 

"Ослепили! — обожгла мысль, тело сразу покрылось липким потом, — нафига я взял эти деньги, меня же за них "грохнут".

Он попытался встать, это, с трудом, но удалось. Болело всё. Сергей чувствовал каждую косточку, каждый нерв. Туман перед глазами постепенно рассеялся, проступили очертания стен и огромного чёрного котла. 

"Вижу!" — облегчение было настолько сильным, что Сергей почувствовал себя почти счастливым.

***

Марифель кряхтя поднялась с кресла. 

— Эти перемещения меня когда-нибудь доконают, — пробормотала она, с трудом распрямляя спину.

Старуха перевела взгляд на лежавшую девушку.

— Сдохла, что-ли? — ведьма пошевелила ногой и слегка попинала распластавшееся на полу тело.

Диинэ тихо застонала.

***

Разноцветный пар постепенно рассеивался. Сергей оторопело огляделся. Бревенчатые закопчённые стены почти сплошь увешаны пучками трав, связками диковинных перьев, гирлянды грибов свешивались с потолка. Посредине на каменном очаге — большой черный котёл, в котором бурлила мутная вонючая жидкость.

***

— Надо возвращаться, вставай! — Марифель пнула царицу, — не тащить же тебя, такую кобылу! Ещё неизвестно, сможет ли шар переместить нас обеих. Как бы не пришлось тебя тут оставить. 

Диинэ открыла глаза и села:

— Куда ты меня затащила, ведьма?

— Но, но! Потише! — старуха заглянула в шар и увидела связки грибов на потолке своей хижины, — подходи сюда, сейчас вернемся домой.

Царица со стоном поднялась и шагнула к столику. 

***

— Ох, и вонь! — Сергей поморщился, — так и отравиться недолго такими-то испарениями. И куда это меня занесло? 

Пар выедал глаза, заставляя слезиться, Сергей чихнул и огляделся.

В дальнем углу чернела крышка от котла. Слой пыли и паутины на ней заставил брезгливо содрогнуться.

Сергей, морщась и преодолевая отвращение, потянул крышку на себя, затем поднял её и накрыл котёл, после чего залил очаг водой из деревянного ведра.

"Вот и отлично," — мысленно похвалил он себя и вышел на крыльцо.