Сказочная невеста мага

Я часто думала о том, что хотела бы поменять свою жизнь. Вот будь у меня шанс, я бы не стала задерживаться. Сразу бы всё бросила – и в омут с головой, так, кажется, говорится.

Однако проходили дни, которые складывались в года, те стали десятилетием, а я так ничего и не предприняла. Исправно ходила на работу, выполняла все поставленные руководством задачи, но никакие мои мечты не двигались с места.

Нельзя сказать, что я ничего не добилась в жизни. У меня приличная работа, достойная зарплата, есть даже квартира и машина, но вот счастья нет.

Тружусь как пчёлка в издательстве заместителем генерального директора. Всё окружение считает, что у нас роман, потому что я одинока, а он женат. Для всех это просто идеальные условия для неуставных отношений.

Я же знаю, что Олег любит свою жену, а я просто его верный работник, который прикроет, когда надо отлучиться, если болеет жена или дети, или, наоборот, праздник на носу, надо покупать подарки для семьи.

Сама я грежу о «принце», в моём понимании – это воспитанный начитанный мужчина, умеющий поддержать беседу или сделать комплимент, а не опошлить всё на свете. От юмора коллег у меня оскал появляется вместо улыбки.

Меня бы порадовал джентльмен, который подаёт руку даме, когда она выходит из машины, умеет танцевать, а не «дёргаться» на танцполе, будто на оголённый провод наступил.

Но, видимо, я многого хочу, такие мужчины вымерли ещё в позапрошлом веке, а я осталась. Что хочешь с этим знанием, то и делай. Поэтому и нет у меня «сердечного друга». Так, кавалеров называет Зоя Михайловна из бухгалтерии.

Настолько мне тошно от этого одиночества, что однажды села за компьютер и сочинила сказку, где я – девушка, попавшая в сказку, поэтому все мои мечты сбылись. Для тридцатичетырёхлетней женщины это несерьёзно, но так приятно!

Я читала её перед сном почти каждый день, будто мантру повторяя любимые строки. Закрывала глаза и погружалась в нереальный мир, где всё так, как я хочу, включая моего идеального мужчину.

Моё маленькое персональное счастье, которого я ждала весь рабочий день.

Сегодняшний день был самым любимым, так как пятница – это маленький праздник. У нас рабочий день на полчаса короче, поэтому все уже с утра в приподнятом настроении, стараются доделать все дела, что за неделю не успели.

Я оформляю последние бумаги на крупный заказ. В нашей стране бумагомарание – это просто искусство. На каждый «чих» по три бумажки, и никак иначе, а то вдруг что, а прикрыться нечем!

Коллектив радостно предвкушал, кто чем займётся в выходной день, я же мечтала только о ванне с пеной, тихой музыке и интересной книге.

Верочка сообщала всем желающим, что её ведут в ресторан. Не в какой-то фастфуд, а в настоящий, с официантами и скатертями! Вот. Жених перспективный у неё.

Видела я этого жениха. Нет, я морально не готова общаться с человеком полжизни, если он произносит через слово «эт самое!», но, видимо, не всех это смущает.

Григорий уже предвкушал, как выедет за город с друзьями. Он поклонник пейнтбола, поэтому при любой возможности удирает в клуб. Поэтому в понедельник все желающие услышат о счёте команд и истории из серии «под кружечку пива».

Я встала и плотнее прикрыла дверь, чтобы сосредоточиться. Ворох бумаг не желал заканчиваться, а Олег час назад позвонил и виноватым голосом сообщил, что подстыл и не хочет меня заражать.

Что-то мне подсказывает, его выходные начались уже сегодня, так как бумажную работу он не любил ужасно, поэтому через раз находил отговорки, лишь бы мне не помогать.

Только головой покачала, когда слушала его придушенный голос в трубке, зато на заднем плане радостно пищали и смеялись его дочки, совсем неопределяемые по голосу как больные.

В полпятого, когда сотрудники дружно исчезли из офиса, попрощавшись со мной, я ещё печатала, считала, сшивала документы. Работы минимум на час, и всё – я тоже выходная!

Перед выходом на улицу посмотрела в окно. Первые снежинки стали срываться с неба, подморозило. Не скажу, что ноябрь мой любимый месяц, но куда же без него?

Погасила свет, спустилась в фойе, пожелала охране тихих выходных и отправилась к машине на парковке.

Пару раз поскользнулась. Лужи замёрзли, что не радовало при ходьбе. Нырнула в салон машины с облегчением. Включила обогрев и тихую музыку.

Когда вырулила на шоссе, поняла, что мне долго ещё в пробке пробираться в сторону дома. Тихо вздохнула. Жаль, но выбора нет. Прикрыла глаза на минутку.

Вокруг нетерпеливо раздавались гудки, что только накаляло атмосферу на дороге.

Какой-то лихач очень спешил и, видимо, решил «прощемиться» между машин, нарушая правила. Он жал на газ, пытаясь проскочить по встречке, когда возобновилось движение.

Я не знаю, что там произошло, так как не видела, знаю только, что визг тормозов, раздавшийся со стороны моей машины, заставил резко открыть глаза и обернуться.

Всё, что я успела понять: чью-то машину занесло на подмёрзшем асфальте, и она стремительно неслась на меня, пытаясь тормозить, но ничего не выходило. Тело сковало ужасом, так как сделать ничего не успевала.

Почувствовала сильнейший удар, и наступила темнота. Дальше уже не видела и не ощущала ничего.

Люди выскакивали из машин, подбегали ко мне и водителю второй машины, кто-то звонил в скорую помощь, но мне и ему это было уже не нужно, просто они этого ещё не поняли.

Глаза открывала тяжело, будто веки опухли и не желали смотреть на белый свет.

Однажды я сильно болела воспалением лёгких, всё тело выворачивало и ломило, но даже тогда мне было не так плохо, хотя страшный кашель и температура едва не доконали меня.

Ощущение тошноты и какого-то мерзкого привкуса во рту не давало покоя. До трясущихся рук хотелось выпить апельсинового сока, чтобы его яркий свежий вкус прогнал эту гадость, что поселилась на языке. Будто весь вечер полынь жевала.

Руки тоже плохо слушались, я перебирала пальцами простыню, но не могла поднять их к лицу.

Вопрос «Что со мной?» напрашивался сам собой. Я напрягала все силы, чтобы вспомнить, что было накануне. Почему такое состояние?

Это точно не похмелье, так как я, считай, не пью. Бокал шампанского на Новый год – мой максимум. Иногда бокал вина, если в гости пригласят, но от этого и захмелеть трудно, не то что заработать такие ощущения.

И тут как вспышка в моём сознании: вечер, шоссе, удар, темнота. Видимо, я в больнице и травмирована, а этот привкус – это лекарства. Испытала облегчение, но ненадолго.

Почему так тихо? Нет писка приборов, шагов за дверью, кашля, чихания, машин за окном. Хоть что-то же должно быть! Даже ночью в столице не бывает абсолютной тишины, а я ведь не в пригороде живу!

Наконец удалось открыть глаза. Вокруг абсолютная темнота. Первой мыслью было, что я ослепла. Нет такой черноты в двадцать первом веке. В ужасе я всхлипнула и потеряла сознание.

Второе пробуждение вышло несколько более информативным. Из хороших новостей было только одно: я жива. Остальное трудно было осознать, так как я не знала, где нахожусь, абсолютно не понимала увиденного за окном, когда мне удалось встать, а обход дома, где я находилась, вызвал отнюдь не лёгкую панику.

Если совсем по порядку, то я очнулась в чьей-то спальне. В окно светило солнце, на улице разговаривали какие-то женщины, прямо под моим окном. Сначала мне показалось, что я не знаю языка, на котором они говорят. Прислушивалась, чтобы определить звучание, но вдруг сообразила, что разбираю слова.

Это одна соседка жаловалась другой, что её муж опять пропил все деньги с друзьями в таверне, поэтому ей придётся брать на стирку в два раза больше белья, а у неё и так все руки стёрты!

Я никак не могла уразуметь, о чём она? Почему не постирать бельё в стиральной машинке? И кто отдаёт свои вещи кому-то стирать?

Затем мой взгляд переместился на стол, где я увидела настоящий подсвечник с одинокой свечой, на которой имелись застывшие потёки, значит, ею пользовались. Свет отключали, наверное? А вот письменный набор меня несколько озадачил. Зачем писать перьями и чернилами? Чем шариковые ручки местным не угодили? Какая-то штука для промакивания бумаги, забыла, как называется. Раритетные вещи.

Но осмотр потолка меня тоже поразил. Там не наблюдалось люстры или светильника, зато копоть была.

Осторожно села на кровати. Первое, что бросилось в глаза – это камин! Настоящий камин, с сажей и дровами! Я на него минут пять любовалась, потом и кочергу на крючке приметила. Так, надо полагать, что такой «зверь» как центральное отопление здесь не водится. Осмотр стен это предположение подтвердил.

Я встала и вышла из комнаты в коридор.

– Эй, есть кто-то тут? – спросила, не знаю у кого. – Ау!?

В ответ была тишина.

Обход дома выявил только то, что я тут одна. В доме три комнаты и кухня.

Кухня без посудомоечной машины, холодильника, нигде нет телевизоров, компьютеров или хоть какой-то техники. Вообще никаких знакомых вещей, вплоть до электричества. Нет ни одного выключателя!

В шкафчиках нашла немного крупы, а в комнате, где было что-то вроде чулана, совсем ничего не было. Сухарик хлеба лежал на массивном кухонном столе. Невымытая чашка стояла рядом.

Был очаг с вертелом, что меня совсем уж удивило. Это трактир «под старину»?

Одна комната была кабинетом, там был большой письменный стол и два шкафа с книгами, плюс вторая спальня.

В ужасе застыла в проёме спальни. Я в деревне староверов? Как я тут очутилась? Что вообще происходит?

Мой взгляд блуждал по всем поверхностям, не зная, на чём остановиться. На столе я увидела бумагу и машинально подошла посмотреть, что это.

Буквы сначала не опознала, но потом смогла прочитать. Оказалось, что я держу в руках предсмертную записку.

«Прощайте все. Моих сил нет более терпеть такую муку. Мой любимый Эдвард умер, и вся жизнь покатилась в пропасть. Мне нет смысла жить далее. Яд – моё спасение от нищеты и одиночества!»

Листок выпал из моих рук, сама я села на стул, чтобы не рухнуть. Что за женщина это написала? Почему это сил у неё нет больше жить? А на работу устроиться? И где эта самоубийца?

Я опять обошла дом, ища её? Вернее, её труп? Но опять ничего не нашла. Может, она только собирается убить себя?

Вышла к входной двери, не решаясь открыть её. Ржание лошадей, крики и смех пугали меня. Не к такому я привыкла. В каком я хоть виде? А то, может, лохматая? Оглянулась в поисках зеркала и увидела его на противоположной стене в нише. Большое зеркало в полный рост.

Из него на меня смотрела стройная красивая шатенка с несколько надменным, но очень бледным лицом, волосы спускались до поясницы, взгляд янтарных глаз завораживал.

Я протянула руку, чтобы дотронуться до его поверхности, даже не знаю, для чего? Это же не я. Где мои русые волосы со стрижкой, голубые глаза, небольшой рост?

Кто эта женщина и почему я в её теле!? Что за шутки богов? Или я сошла с ума?

Лорд Флистоу

Я сидел у себя в кабинете закинув ногу на ногу и смотрел в пространство. Родня в очередной раз пыталась мне поставить ультиматум по поводу женитьбы на молоденькой и глупенькой девице.

Надоели они мне как горький перец, все тётушки разом и по отдельности. Я оказался единственным мужчиной в семье. Отец умер уже тридцать лет назад. Тётушки мужьями почему-то не обзавелись, чтобы нарожать мальчуганов, но вот от меня в приказном тоне требовали сделать решительный шаг в сторону семейной жизни и осчастливить всех карапузами.

Не то, чтобы я не любил детей, скорее, семейных женщин. Этих наседок, что квохчут вокруг тебя, спрашивая, выпил ли ты настой с утра и надел ли тёплые носки? Я и дома этим «наелся».

Если мама как-то сдерживала свои порывы, то тётушки себя этим не утруждали, и все пять штук требовали от меня ответы на массу своих вопросов. Их были сотни, и часто они наслаивались один на другой.

Поэтому сейчас, когда я от них освободился, даже думать не хочу о том, чтобы опять загонять себя в это положение. У жены будет законное право спрашивать у меня всякую чушь.

Мои мысли прервал стук в дверь.

– Разрешите войти, лорд Флистоу?

– Входи, Криспин! – крикнул я. – Заканчивай изображать там раболепие!

– Я для подчинённых, чтобы знали, как к начальству входить нужно, – рассмеялся друг, закрыв за собой дверь. – А ты чего такой хмурый? Из столицы что-то прислали?

– Нет, родня пишет, – буркнул я.

– О, очередная невеста, – опять расхохотался маг, – слушай, может, тебе на неё хотя бы посмотреть? Вдруг понравится?

– Пока рот не откроет и не ляпнет глупость.

– Ты много хочешь от бедных прелестниц, – пожал плечами лорд Марлоу.

– Она совсем небедная, если верить письму, а весьма богатая. Вот тётушкам и не спится, так охота прибрать это состояние в семейные сундуки!

– Возможно, ты им мало на содержание выделяешь, поэтому это такой прозрачный намёк, что денег не хватает?

– Мало выделяю? Да я им весь доход отдаю, а сам живу на оклад начальника гарнизона! – вспылил я, и тёмное пламя взвилось надо мной.

– Спокойнее, Брай, а то не хватало тут прорыв тёмной материи устроить, чтобы нас навестил лорд Найт с проверкой.

– Тут ты прав, что-то я совсем расстроился с этими родственницами. Сделаю, как всегда.

– Это как?

– Проигнорирую, – ответил другу, – раз им не жаль бумагу переводить, пусть пишут. Свободного времени у них полно.

– Слушай, а раздай их всех замуж, и дело с концом, будут мужьям плешь проедать!

– Ну, это уже крайняя мера, всё же не чужие, – мне стало неуютно от такого поворота в разговоре.

Это мужиков я муштрую как хочу без жалости, но вот женщин как котят раздать первым встречным – это меня коробило. Всё ещё надеюсь, что сами найдут свои половинки.  

– Смотри, моё дело предложить, а там решай сам! Только когда и на ком ты хочешь жениться? В глубокой старости? Какой должна быть эта женщина?

– О, это должна быть сказочная леди, чтобы я сделал ей предложение: умная, интересная, ненавязчивая, с собственными интересами, чтобы меня не донимала, красивая, ласковая, приятная в общении и на ощупь!

– Что сказать, она и правда сказочная, потому что таких не существует! – возмутился друг. Ты умрёшь холостяком!

– На себя посмотри. Ты женат?

– Нет, но я и не отнекиваюсь, жду свою единственную, активно ищу.

– Знаю я, как ты ищешь, – вздохнул я. – От жалоб на твою персону голова болит.

– Ой, кого ты слушаешь? Тут косо глянешь в сторону дамы и уже скандал!

– А ты не коси, а то косоглазие заработаешь и фингал!

– Что же мне, и посмотреть на красивых дам нельзя?

– Ститаун большой торговый город, пусть меньше столицы, но всё же, однако ты в нём знаменит! – добавил я. – Это же умудриться надо!

– Да, в нём много прекрасных богинь, как я могу удержаться?

– Руками за забор! – рассмеялся я.

– Не, за прекрасных дам держаться интереснее, а ты у нас за двоих сдержан.

– Я не могу себе позволить такого поведения. Кто-то же должен показывать пример, – вздохнул я и, поднявшись, подошёл к окну.

Город лежал в долине как на ладони, а наш гарнизон располагался на холме в полумиле от него. Так что обзор был чудесный. Военные проводили всё своё свободное время там.

Вокруг на много миль, располагались леса. Мне это нравилось. Я не любил душные города и не мечтал в них жить. Меня устраивала природа: люблю гулять, ездить верхом, наблюдать. Это помогает управлять сильным тёмным даром.

Мои земли находились южнее гарнизона миль сорок, но этого было достаточно, чтобы тётушки не наведывались ко мне в любое время.

– Вот женишься и покажешь достойный пример всем солдатам, и мне в том числе, а то сто девяносто семь лет командиру, а благоверной даже не предвидится, – подтрунивал мой зам.

– Тогда сидите холостыми, – буркнул в ответ.

– Сидим, скучаем, из развлечений только учения, женщины и выпивка.

– Стихи сочиняйте, вот вам и занятие.

– Нет, к этому талант надо иметь.

– Картины рисуй.

– И к этому тоже талант нужен, – тяжело вздохнул лорд Марлоу.

– А хоть какие-то умения у тебя имеются? – поднял я брови. – Кроме как всех вокруг раздражать?

– Это тот талант, который никто не ценит! 

– Ты за бесценок его раздаёшь, так что незачем ценить!

– Тебе бы только язвить, – сказал друг. – Может, в таверну сходим?

– Нет уж, пить я могу и в кабинете, для этого толпа пьяных горожан мне ни к чему!

– Зануда ты! – буркнул лорд Марлоу.

– Радуйся, что ты не леди, так что терпеть моё занудство всю жизнь не придётся. Я на тренировку! – решил для себя.

– Уговорил, я с тобой!

– Делать мне нечего тебя уговаривать, но раз ты идёшь, то мне не надо будет искать себе спарринг-партнёра. Побью тебя, отведу душу.

– Нет у тебя стыда такое говорить своему другу.

– Стыд у военного – большая редкость, поэтому тратить его приходится экономно, – коварно улыбнулся я заходящему солнцу.

– Философ местный выискался. Может, это я надеру тебе зад!

– Мечты-мечты! – пропел я, на бегу расстёгивая китель.

– Вот женю тебя сам, буду отомщён.

Я только посмотрел на друга исподлобья. Мы такие разговоры вели после каждого письма из дома. Друг просто пытался отвести от меня грустные мысли. Под мои критерии жену в Империи практически не найти, так что оставалось уповать на чудо или Богов. Если уж лорд Найт, страшный урод, нашёл себе женщину, значит, и я смогу.

Наталья Светлова

Сказать, что мне стало страшно – это просто промолчать. Будто во сне подошла к гладкой поверхности и прикоснулась к ней рукой. Провела по отражённому контуру лица, шее и на секунду открыла глаза. Ничего не изменилось.

Внимательно всматривалась в отражение, чтобы запомнить свой новый облик. Не знаю точно, зачем, но вдруг пригодится.

Если я так качественно сошла с ума, то будет просто знанием, а если книги не врали, значит, после смерти я начинаю новую жизнь.

Смущает тут одно: где я? Нет инструкции по использованию нового мира, тела, хоть намёка, как быть.

В детстве я мечтала стать высокой и красивой. По телевизору показывали «броских» женщин, мне хотелось быть такой же. С возрастом такие мысли ушли, уступив здоровому реализму. Давно уже смирилась со своим миниатюрным ростом, спокойным цветом волос и глаз, но, видимо, Вселенная всё помнит, раз я оказалась в теле своей полной противоположности.

Будто в компьютерной игре сменила персонажа и локацию. Кто знал, что так можно? А я не поклонница таких игр.

Теперь придётся начинать жизнь не просто с нуля, а с младенчества – я же ничего не знаю! Особенное беспокойство вызывает момент безденежья, о котором писала в письме моя предшественница. Это дома я могла устроиться на работу. Что мне делать здесь?

Не знаю, сколько я стояла, уставившись на себя в отражении, сокрушаясь о вечном, но потом мой живот напомнил о том, что я жива и хочу есть.

Вздохнув, направилась на кухню. Что и как готовить, оставалось загадкой. Очаг отмела сразу. Я им пользоваться не умею. Хотя, по идее – это костер в доме, а его я разводить умею.

Как погреть воду, пока было совсем неясно. Осмотрела сухарик со всех сторон на предмет плесени. Ничего не обнаружила, что не могло не радовать. Осторожно откусила. Оказалось, что с голодухи очень вкусный хлебушек.

Вопрос по добыванию продуктов встал очень остро, так как мой аппетит не сильно уменьшился от такого количества еды.

Вернулась к окну – это было моё единственное развлечение и источник знаний.

Пристально рассматривала женщин и мужчин сквозь занавеску. Мне требовалось разобраться, как тут одеваются, чтобы можно было выйти на улицу.

Одежда оказалась вполне терпимой, без кринолинов, тысячи подъюбников и корсетов, но длиной до пола.

Достаток у граждан этой страны тоже отличался, что очень бросалось в глаза. Я прикинула в своём нынешнем гардеробе качество вещей, надо полагать, что ранее хозяйка дома не бедствовала. Три чёрных платья были на самом виду. Хорошего качества, и шляпка к ним с вуалью.

Ещё бы знать срок траура, а то, что ни спроси, я не в курсе. Не приведи Господь, какая-нибудь родня заявится, а я никого не знаю.

Радовало, что я не отношусь к низшему классу. Что ни говори, а быть поломойкой или прачкой мне совсем не хотелось. Буду честна с собой. Я человек творческий, и прислугу изображать мне не по нраву.

После двух часов сидения у окна отправилась в кабинет, рассудив, что деньги стоит поискать там. Судя по всему, материальные трудности были в наличии, раз в записке упоминалась грозящая бедность.

Открыла верхний ящик. Там под самый верх было напихано множество бумаг и писем, многие из которых были не вскрыты. Я всё выложила на стол, во втором обнаружилось то же самое. Выходит, дама не собиралась заниматься делами. Сомневаюсь, что она не умела читать, раз я могу это делать.

Зато выяснила, что меня зовут леди Несилия Кристоу. Хоть что-то.

Деньги нашлись в третьем ящике, было их не так много. Кошель монеток серебром и немного меди. Может, где-то  ещё спрятано, но на продукты должно хватить по моим предположениям.

Я быстро умылась, расчесала волосы и подняла, как видела у других дам, закрепив гребнями. Платье надела сама, хотя это было непросто. Они были рассчитаны, как мне кажется, на помощь служанки. По ощущениям было тепло, поэтому я не стала искать платок или что-то ещё. Прихватила половину монет, сложив их в ридикюль.

Шляпка заняла своё законное место, вуаль опустила, чтобы прикрыть свои испуганные глаза.

Очень медленно выдохнула перед дверью в новый мир, решительно распахнула её и шагнула на крыльцо.

Какой тут был приятный запах и свежий воздух. Никакого смога. Даже не верилось, что я в городе. Правда, дома вокруг были максимум в два этажа, но на деревню не похоже.

Обернулась, чтобы запомнить свой дом, а то не буду знать, куда возвращаться. Красивый домик, из серого камня с бордовой крышей и чёрным флюгером. Один этаж, небольшой палисадник перед домом и белый забор. Надо полагать, я живу в частном секторе.

Вышла на улицу. На калитке обнаружилась цифра 8. Уже легче. Пошла медленно направо, так как не знала вообще, куда направиться, изображая прогулку.

Встречные люди мне сдержанно кланялись, а я не знала, как поступить, поэтому слегка кивала. Будем надеяться, что спишут на моё горе.

Вышла я на небольшую площадь, в центре которой располагался памятник неизвестно кому.  Мужчина в старомодной одежде и с книгой в руках сурово смотрел вдаль.

Тут обнаружились торговки овощами и лавки, где продавали другую еду. Рот наполнился слюной от витавших тут запахов.

Первым делом подошла к той, где пахло хлебом. Внутри царил порядок, что очень радовало, мне не хотелось бы найти средневековые представления о чистоте.

За прилавком стояла девушка, очень румяная и пухленькая, сама будто булочка.

– О, леди Кристоу, доброго дня! Вы решили сами прийти к нам!  – воскликнула она.

– Да, – произнесла я с достоинством, очень надеюсь, что именно с ним. – Надо самой выходить на прогулки. Вот куплю что-нибудь вкусное.

– Да вам же нельзя самой носить вещи! – изумилась она. – Я вам сейчас Сина позову, он с корзинкой походит за вами.

– Спасибо, что-то я и вправду забыла про корзину, – изобразила я смущение.

– Ничего, так бывает, разве леди всё упомнит?! – поддержала она меня. – Что вам предложить?

– Дай мне тех булочек, – ткнула я в очень румяную сдобу, – мясной пирог и чёрный хлеб.

Девушка глянула на меня немного удивлённо, но всё споро завернула в бумажный кулёк.

В зал вышел мальчик с корзиной. На вид ему было лет двенадцать.

– Син, бери корзинку для леди Кристоу, будешь ей носить покупки, – велела продавщица.

– Сколько с меня? – спросила у неё, так как была вообще без понятия, сколько подать денег.

– Пятьдесят медяшек, – смутилась отчего-то девица.

– Я протянула её серебряную монету, в момент передачи наши руки соприкоснулись, и меня будто током стукнуло, а всё вокруг замерло. Я увидела, как она счастливая идёт под руку с парнем в сторону здания, которое напоминало церковь. Вокруг разговаривали и смеялись люди, молодёжь кидала в пару цветы.

Когда я уже забеспокоилась, всё отмерло. Девушка отсчитала сдачу и положила на прилавок.

– Напомни мне, есть у тебя жених? – осторожно спросила я, пытаясь разобраться, что со мной.

– Как не быть, – просияла она, в это воскресенье пройдём обряд в храме.

– Мои поздравления, – чуть улыбнулась я.

– Благодарю, леди.

На этом мы распрощались, и я вышла из лавки. Опять медленно выдохнула. Первая покупка в новом мире. Не уверена, что всё сделала правильно, но пальцем в меня никто не тыкал. Будем надеяться, что и дальше справлюсь.

Наталья Светлова

Осмотрелась, чтобы решить, куда пойти дальше. Мальчик меня не подгонял, видимо, тут не принято.

Раз есть тот, кто будет носить мои вещи, то можно «затариться» более основательно, тут только одна проблема: где хранить?

Я остановила взор на провожатом. Есть смысл попробовать его расспросить, возможно, удастся узнать что-то полезное для хозяйства.

– Скажи, а вы как мясо храните дома? – обратилась я к парню.

– Мы как зажиточные, – гордо сообщил он, – холодильным заклинанием остужаем кладовую. Мага приглашали, он всё сделал.

– И дорого ли с вас взял? – с интересом спросила его.

– Три золотых, леди!

– О, – только и сказала я.

– Да, зато год не надо переживать, что испортится продукт на жаре, – важно кивнул он, явно повторяю чью-то фразу.

– Тут ты прав. А не подскажешь имя того мага?

– Так Стайрус Вагриу, живёт за этой площадью, – махнул он на противоположную сторону.

– Ах да, что-то слышала, – изобразила работу мысли на лице.

– Так не удивительно, леди, рядом же живём, – пожал он плечами.

– Точно, рядом, – медленно проговорила я. – Надо бы ему написать, чтобы и мне заклинание поправил, барахлит.

– Чего делает, леди? – округлились глаза мальчишки.

– Плохо работает, – пояснила я.

– А, так он завсегда поможет, – важно покивал он головой. – За мясом пойдёте?

– Да, надо что-то купить. Ты иди, я гуляю медленно, тебе, верно, скучно. Вижу, куда ты идёшь, тихонько за тобой приду, – сказала, в надежде, если что, изображать малахольную и передвигаться за Сином, раз сама не знаю, куда двигаться. – Пойду скажу, чтобы достал лучшие кусочки для вас! – обрадовался мальчуган и побежал через площадь, а я размеренно пошла за ним.

Лавка мясника встретила меня чудесными ароматами. Тут было всё, что могла пожелать душа: копчёное, вяленое, сушеное, сырое мясо.

Окорока и цепи сосисок висели на штырях в стене. Сырое мясо стояло на прилавке и под ним в деревянных коробах.

Судя по их виду, я не смогла бы поднять ни один из них. Там килограмм по сорок в каждом с продукцией, однако, мясник переставлял их ловко и без существенных усилий.

Дяденька этот был не слишком высок, зато в ширину за двоих сошел бы, сплошь мышцы. Атлеты бы удавились от зависти.

– Леди Кристоу, рад вас видеть, – пробасил он низким голосом. – Хорошо, что стали выходить в люди. Чем вас порадовать?

– Я бы всё съела, но у меня сломалось заклинание охлаждения, – вздохнула я. – Так что буженины на обед можно взять.

– Так что же вы молчите, – сказал мясник, – надо починить обязательно! А то так и отравиться можно. Син!

– Да, рир Трави.

– Беги до рира Вагриу, пусть к обеду придёт к леди Кристоу, наложит ей заклинание холода на кладовку! И без опозданий!

– Хорошо! – мальчишка выскочил на улицу и бегом скрылся среди улочек.

– Выбирайте, что ещё хотите, теперь сможете хранить.

– Тогда дайте мне ещё сосисок пару дюжин и полфунта вырезки, – сказала я, сама не зная, правильно говорю или нет. Какие тут в ходу выражения и меры, без понятия. Одна надежда, что мясник поймёт или не обратит внимания на странности леди. – Мне надо чаще гулять, поэтому буду к вам захаживать, чтобы сил набираться.

– Это правильно, леди Кристоу, вот теперь ваш настрой правильный!

Судя по всему, ранее он был другим, и раз я здесь, настроение это никуда не делось, а привело к трагедии. Молодая женщина ушла из жизни, а никто этого не предотвратил. Жаль.

– Спасибо, сколько с меня?

– Я могу на счёт записать, как обычно, – как-то по-отечески сказал мужчина и отвёл глаза.

Он, похоже, уже записывал у моей предшественницы что-то на этот счёт, но судя по кабинету, она и не читала ничего, поэтому там уже долг мог накопиться.

– За это давайте заплачу, а то мне бумагами стоит заняться, надо брать себя в руки, – вздохнула я.

– Тогда серебряный и пять медяшек, – кивнул мясник бодро.

Я отсчитала доброму мужчине деньги и пошла к овощам, оставив корзинку.

– Сейчас Син прибежит и принесёт её вам, – напутствовал рир Трави меня.

В этом мире к леди относились очень трепетно, ничего мне носить не давали, так что я решила воспользоваться этой ситуацией, раз уж тут все такие вежливые. Приятно, если честно.

Женщины на улице торговали овощами, я осматривала их и понимала, что не всё знаю, как называется и готовится. Задачка.

В задумчивости смотрела на это изобилие, пытаясь придумать, как попросить взвесить мне неизвестные продукты.

– Добрый день, леди Кристоу, – раздался приятный мужской голос. Я даже вздрогнула от неожиданности, так ушла в размышления. – Вас так заинтересовала лавандини.

Осторожно повернулась в сторону говорящего, чтобы понять, что ему от меня нужно. Я его, конечно, не знала, память молчала намертво. Красивый мужчина, сказать нечего. Тёмно-медные кудри до плеч, правильные черты лица, серо-зелёные глаза, еле видная бородка, аккуратная, что мне в мужчинах очень нравилось. Но этот кроме эстетического восхищения никаких тёплых чувств он не вызывал. Что я, красивых мужиков в своей жизни не видела?

– Добрый, коли не шутите, – спокойно сказала я. – Выбираю.

– А слуги теперь не в моде? – удивился он, – что вы сами за покупками ходите?

– Целитель сказал, надо двигаться самой, втягиваться в простые радости, – изобразила я смущение.

– О, могу поспособствовать, – усмехнулся он тихонько.

– Держите себя в руках, – холодно осекла я его. – Не до вас.

Он странно посмотрел на меня, окинув взглядом мой образ в чёрных тонах.

– Да, что-то я и правда увлёкся, прошу прощения, – кивнул он. – Может, вам помочь?

– У меня уже есть помощник, сейчас прибежит.

– Прибежит? – опять удивился мужчина. Да как же его зовут?! Одни неудобства!

В этот момент раздался топот ног и к нам подскочил Син.

– Доброго дня, рир Марлоу! – радостно возвестил он.

– И тебе, Син, – потрепал он по голове парня. – Это ты помощник леди Кристоу?

– Да! Я стараюсь!

– Молодец, парень! – улыбнулся мужчина. Такая тёплая она у него, и сам он будто костёр в ночи. Хороший мужик, вот чувствую, но ловелас, это видно.

– Тогда разрешите откланяться, – сказал он и, подхватив мою руку, прижался к ней губами. – Надеюсь, что видимся не в последний раз.

Вот и зачем он это сделал? Я опять стояла в пустоте, но видела, как он стоит рядом с девушкой. Они смотрят друг другу в глаза, он гладит её по лицу, что-то шепчет ей, но я не слышу.

Она красавица: волосы тоже рыжие, но намного более светлого оттенка, чем у него, прямые, бледное лицо, голубые как небо глаза, красивые пухлые губы, худа, если не сказать, что тощая.

И вот я опять на площади.

– Ах, оставьте, не растрачивайте себя на пустое. Ждите, ваша девушка вас найдёт, или вы её.

– Откуда вы знаете? – вдруг строго спросил он.

– Чувствую, а ещё чувствую, что вы мне синяки на руке оставили, – прошипела я.

– О, Боги, прошу прощения! – он быстро отпустил мою ладонь. – Что-то я сегодня не то делаю.

И он, откланявшись, исчез.

– Криспин хороший, – вдруг сказал Син, – но он уже и не верит, что влюбится, а ему почти триста лет!

– Сколько?! – если бы было что уронить, оно бы упало.

– Так маг же, и очень сильный, не зря же служит в гарнизоне!  Хоть и ещё столько же может прожить, а то и больше, но вот сердце его свободно, – рассуждал он с детской непосредственностью.

– Ничего, где-то же есть его половинка. Может, ему погадать, где она? – сказала я.

– Так где же взять предсказательницу? – удивился мальчик, – они такая редкость! Тут бы полгорода выстроилось судьбу узнать! И с соседних городов приехали!

– Да, но вдруг… – не знаю, что тут можно добавить, не выдав себя.

Я всё же купила овощей, просто тыкая в них пальцем, что явно не было слишком культурно, но что же делать?

– Идём домой, а то что-то я устала, – сказала Сину. От голода я уже была готова что угодно съесть, так как ноги подкашивались.

Наталья Светлова

– Да, Наташа, влипла ты в леди Несилию по самую макушку! – сказала я себе, глядя в зеркало в прихожей. – Теперь вот судьбу предсказываешь. Какие ещё сюрпризы?

Син занёс мне корзинку на кухню, напомнил, что через час придёт маг, и убежал, получив от меня несколько медяшек. Так легко сделать ребёнку приятное, сразу себя добытчиком чувствует.

Сполоснула руки и стала разбирать корзину. Первым делом вынула буженину и хлеб, нарезав их, чтобы сразу перекусить.

Еда казалась просто божественной, ещё бы горчицы, и счастье моё было бы полным. Я даже не пыталась есть культурно. У меня внутри будто чёрная дыра поселилась, так что от мяса ничего не осталось и полкаравая хлеба я тоже слопала. Ужасно хотелось кофе или чая, но я не знала, где их взять.

В одном из шкафов нашлась какая-то травка, по запаху похожая на мяту, но воду вскипятить не знаю как. Грустно вздохнула. Надо выяснять.

В ожидании рира Вагриу переместилась в кабинет. Просто жизненно важно разобраться с делами, так как деньги тают на глазах. Сейчас оплачу работу, и всё, пойду по миру.

Села за стол, чтобы рассортировать письма и бумаги: первая стопка – счета от лавочников, вторая – соболезнования и личная переписка, а третья – надо полагать, о работе, потому что там велся разговор о заказах и печати.

Достала чистый лист, чтобы вести записи для себя. Надо подсчитать, сколько я должна людям. Потом почитаю переписку, может, выясню что-то про родню. Третью кипу буду разбирать, чтобы вникнуть, чем занимался муж леди, и смогу ли я зарабатывать тем же?

Счетов было столько, что я удивилась, почему столько времени они не оплачивались? Дамочка, видимо, считала, что заниматься хоть чем-то кроме страданий ей некогда.

Одному мяснику она задолжала на двадцать золотых, а там ещё пекарня, модистка, за дрова, лавка риры Крус, горничной, которой не выдали оклад за два месяца и стопка счетов из печатни, как я выяснила. Тут суммы были уже посолиднее: не оплачен пергамент для новостных листов, чернила тоже не оплачены, работникам должны месячный оклад, новостей нет, продажи сильно упали.

Я выписала суммы, чтобы понимать масштабы бедствия. Они впечатляли. На текущий момент мне только на погашение долгов требовалось пятьсот сорок три золотых монеты.

Даже мне, жительнице другого мира, эта сумма показалась огромной. Что делать? Я осмотрелась вокруг. Может, можно что-то продать? Но что? Я даже не знаю, есть ли что-то ненужное или хотя бы дорогое, что можно заложить!

Не уверена, что сам дом столько стоит. Я уже поднялась в намерении прошерстить весь кабинет на предмет бумаг, денег, клада, завещания, чего угодно, что мне поможет, но меня остановил стук в дверь.

Точно, маг!

Я выдохнула, поправила волосы и пошла открывать дверь.

– Добрый день, леди Кристоу, – сказал несколько опешивший маг.

Я сначала не поняла его замешательства, а потом сообразила, что леди вряд ли сами открывают двери в этом мире.

– Добрый день, рир Вагриу, моя служанка внезапно уволилась. Теперь приходится всё самой делать, – вздохнула я. – Попозже найду новую прислугу, пока других дел масса.

– Это так некрасиво с её стороны, – покачал он головой, – бросить свою госпожу в столь непростое время!

– Что делать? Видимо, Боги испытывают меня, – ещё тяжелее вздохнула, играя на публику.

– Помогу чем смогу. Где ваш чулан? – спросил маг.

– Проходите, – пропустила я его внутрь дома. Он внимательно осмотрел помещение и сказал, что ему требуется десять минут. Не стала ему мешать и села на стул в кухне.

Он и правда справился за указанное время и зашёл ко мне.

– Давайте я проверю плиту и заклинание от насекомых и грызунов, – предложил он.

– О, это было бы чудесно, – оживилась я, так как понятия не имела, что тут такое было.

Маг подошёл к чёрной панели на столе, которую я приняла за декоративное украшение столешницы.

– Включись! – сказал он, и поверхность стала нагреваться, становясь красной. Он провёл пальцем по краю: интенсивность свечения сначала увеличилась, а затем уменьшилась.

Да это же варочная панель магического мира. Как же вовремя он зашёл! Уж теперь попью я чаю! Ну, или что тут можно попить.

– Выключись! – промолвил маг, и панель потухла. – Заряд хороший, тут моя помощь не нужна.

Он также поводил руками по стенам, бормоча что-то, и в конце сообщил, что обновил заклинание на год, так что никакая мошкара, грызуны или чужая живность ко мне не забредёт.

– Спасибо, рир Варгиу, вы очень меня выручили.

– Что вы, мне было очень приятно, – смутился он. Однако три золотых и одну серебряную монету получил за работу с удовольствием. Надо полагать, его радовало, что услугами пользуется и знать.

Распрощавшись с магом, я быстро нашла чайник и поставила греться воду. Сама же заглянула в кладовую. Там существенно похолодало, а значит, мне есть, где хранить продукты.

Радостно разгрузила их остаток в местный холодильник.

В большую сковороду выложила вырезку, обложила ее овощами, добавила немного масла и специй, что нашлись в шкафу.

– Буду пробовать! – сказала сама себе.

Когда вода закипела, уменьшила нагрев и поставила сковороду, пусть тушится, а то я на полуголодном существовании.

Залила травяной сбор, что нашла ранее и накрыла его блюдцем, чтобы заварился. Сама же сняла платье и пошла обыскивать кабинет.

Через пятнадцать минут присела попить чаю. За это время проверила один шкаф. Ничего похожего на сейф не обнаружилось, но нашла книгу по истории Империи. Отложила её на стол, так как это чтиво мне явно понадобится.

После я обыскала всё помещение. Закончила через два часа. Ничего нужного не обнаружилось, поэтому я была расстроена.

В столе нашла завещание. Там было сказано, что дом, печатня и всё имущество остаётся мне. Краткость – сестра таланта. Про деньги ни слова: есть они или нет, оставалось загадкой.

Чувствую, мне необходимо поговорить с адвокатом или душеприказчиком, кто тут занимается делами?!

И главное, навестить эту самую печатню, источник дохода, который, видимо, пересох!

Наталья Светлова

Пока я устраивала погром в кабинете, мясо приготовилось, и по дому поплыли вкусные ароматы пищи. Желудок радостно встрепенулся.

Я поправила волосы и посмотрела в сторону кухни. Не сказать, что время ужина, но есть хотелось, поэтому я решила не тянуть и поесть, возможно, есть резон выйти на прогулку и поискать, где находится эта самая печатня.

Принятие решения привело меня в боевой настрой, поэтому я с удовольствием поела, хотя цвет рагу несколько настораживал, этакая оранжево-лиловая гамма, будто из мультика.

Однако вкус был вполне приличным и привычным. Дома я тоже готовила рагу из картофеля, моркови, горошка, фасоли. Если закрыть глаза, чтобы не видеть тарелки, то очень даже похоже.

Пришлось опять надевать платье и шляпку траурных цветов, также нашла кружевные перчатки, чтобы не выпадать из реальности, если кого-то коснусь. Некоторая осторожность не повредит.

Вышла всё с тем же ридикюлем, но монет в нём было совсем мало.

Оглядевшись, решила идти в другую сторону улицы, чтобы разузнать местность.

Прогулочным шагом я добиралась до другой площади минут двадцать. Видимо, постройка города именно такая: в углах квадратов находились небольшие площади, которые служили и местом сбора, и торговыми рядами, а вечером здесь собирались парочки.

Вот на противоположной стороне этой площади я и увидела здание, где было написано, что это печатня, а слева от входа было окошко, где дремал молодой парень. Он, если я правильно поняла, был продавцом, так как в окне виднелась газета, бумага, пузырьки с чернилами и сами перья.

Решительным шагом направилась вперёд.

Перед дверью выдохнула и потянула ручку на себя.

Мне казалось, что внутри должна кипеть жизнь, шуметь станки, перекрикиваться рабочие, но тут было тихо. Несколько мужчин дремали по лавкам и стульям, а агрегаты не совсем привычного мне вида, стояли без движения.

– Добрый вечер! – громко сказала я. – Где мне найти управляющего?

Ближайший ко мне мужик открыл один глаз и лениво посмотрел на меня, затем и второй распахнулся.

– Хозяйка, так в кабинете же! – сказал он.

– Веди! – властно припечатала я.

Он подхватился и пошёл вглубь здания, а я за ним, остальные рабочие приняли сидячее положение и с интересом смотрели на меня.

Кабинет оказался на другой стороне просторного помещения. Его занимали столы, где должны были располагаться листы, какие-то этажерки, прессы, если я правильно определила назначение.

Без стука открыла дверь, так как я тут не наёмная служащая, чтобы просить разрешения войти.

За столом сидел полный мужчина и задумчиво смотрел в окно, его волосы уже были тронуты сединой, лицо выражало безнадёжность.

Так с настроениями служащих далеко не уедешь.

– Добрый вечер, рир Стробиус, – спасибо за табличку у двери кабинета.

– Леди Кристоу? Какими судьбами? – удивился он, поднимаясь и кланяясь.

– Скорбными! Пока я в трауре и оплакиваю смерть мужа, чем вы занимаетесь? Долгов выше головы, рабочие спят, а станки встали! Вам за что платил мой муж?! – рявкнула я не хуже прапора на плацу.

Мужик рухнул в кресло, его бледный вид мог бы насмешить, если бы не было так грустно.

– Леди, но вы же никогда не интересовались делами, – промямлил он, – поэтому я вам и не носил отчёты.

– А кто этим может теперь заниматься, если лорд Кристоу мёртв? Придётся мне, так как от вашего управления я практически разорилась!

– Так я не могу ничего поделать! Душеприказчик вашего мужа говорит, что денег нет, а без них никто не хочет работать, нам ничего не продают в кредит, – обречённо сказал он. – Заказы собирал ваш муж, всякие законы, книги, учебники, сборники. Я не владелец, поэтому со мной особо и не разговаривают.

– Так, – сказала я и села в кресло напротив. – Теперь очень подробно рассказывайте, что вы тут печатали и для кого, мне дайте бумагу и перо, буду записывать, чтобы проработать заказчиков на досуге.

– А вы такое умеете? – удивился он.

– Вот сейчас и научусь! Другого выхода нет, – сообщила ему.

В своём мире я всё умела, а тут надо соображать и смотреть, как дело построено. Раз там умела, то и тут разберусь.

Деловая женщина нигде не пропадёт. Леди я только снаружи, а внутри управленец! Вот и буду управлять, исправлять, привносить!

Рир Стробиус подробно излагал перечень печатной продукции, всё очень просто. Тут не было никаких цветных рисунков в книгах, красивого оформления, подарочных изданий, романов про любовь и приключения, тысячи советов для подростка, дневников, календарей и всего прочего. Унылость, одним словом. Поле непаханое с другой стороны.

Вот процесс печати отличался, тут магией набирали текст и опускали пресс, а стоило это немало. Зато ручной труд стоил дёшево. Рабочему в неделю платили пол серебряной монеты.

Так, если убрать магическую составляющую, то можно удешевить производство, пока не насобираем на специалиста.

Мы разговаривали около трёх часов, я задавала вопросы, а управляющий взирал на меня с каким-то удивлением, неверием и лёгким шоком.

– Леди Кристоу, вы серьёзно намерены заниматься печатным делом? Возможно, вам проще выйти замуж, чтобы кто-то заботился о вас? – несколько неловко спросил он.

– У меня траур, но от этого меньше есть не хочется, а хорошие мужья на дороге не валяются, поэтому будем пока спасать себя сами. Для плана мне ещё надо поговорить с душеприказчиком моего мужа. Не подскажете, как его найти?

– Подскажу, отчего же не сказать, его контора на этой же площади, напротив нас. Рир Тристаунс вел дела вашего мужа последние пять лет. Только контора его уже закрыта.

– Так, я утром к нему, а вы пишите большое объявление, что наш информационный вестник принимает объявления о поиске и предложении работы, а также о предоставлении услуг мастеров и магов. Вешайте его над входом. И в самом вестнике печатаете то же самое. После разговора с риром Тристаунсом я приду к вам, будем решать, что делать для поднятия продаж. В последующие дни буду работать с заказчиками.

– Как прикаж-те, леди! – с восторгом проговорил управляющий.

– Тогда не буду вас более задерживать, прощаемся до завтра.

Я поднялась и направилась в сторону дома, так как моя голова опухла от мыслей, а там ещё письма непрочитанные на столе лежат.

Придётся вечер, а может и ночь потратить на их прочтение, но это необходимо сделать, так как я не знаю ничего, что связано со мной и работой.

Надо ночью придумать, как заработать денег, чтобы не потерять типографию, раз это мой источник дохода. Что-то мне слабо верится, что где-то ждёт состояние. Думаю, что владелице тела об этом было бы известно. То-то она решила все свои проблемы кардинальным способом и одним махом.

Надо как-то использовать своё положение и дар, даже не знаю. В общем, времени нет, а дел по самую макушку.

Придя домой, заварила еще раз настой и села поближе к письмам, чтобы тщательно изучить их содержание. В борьбе за выживание все средства и знания хороши!

Лорд Флистоу

Так я и не пошёл кутить с другом. Не моё это занятие – по тавернам шататься, глазки дамам строить.

Я уже перебесился в юношеские годы, поэтому никакого душевного трепета от такого занятия не получал, а вот Криспин, несмотря на то что был старше меня на сто лет, никак не мог успокоиться.

Обычно маги земли – степенные люди, но только не он. Криспина всё время манили путешествия, опасности, женщины, приключения. Он будто не мог остановиться. Наблюдалась в его поведении некоторая хаотичность. Чем это было вызвано, я не знал, а сам он никогда не говорил.

Его пока не повышали в звании, так как порывистость вредила делу, плюс он не из знати, бастард, если быть точным, без земли и значительных капиталов. Именно поэтому он оказался среди военных.

Мы подружились при нападении кочевых племен на форт, где я тогда служил, а его только перевели. Жаркое было время. Спали вполглаза, чтобы сохранить свои жизни в себе.

Он лихо сражался, не знал страха, имел много боевого опыта. Его необычная внешность обращала на себя внимание. Я рыжих до него видел нечасто. Даже не рыжина в полном смысле этого слова, а медная бронза. Его макушку легко было отследить в «свалке» битвы.

Оказались мы тогда спина к спине, отбивались так, что руки в суставах ныли, так как резерв закончился, а подкрепление ещё не пришло.

Тогда-то и сдружились накрепко.

Потом неделю вместе бока мяли у целителей в лазарете, лечили раны и резерв, там уже и аура в лохмотья была, так что долго собирали нас по магическим потокам.

Меня потом в честь боевых заслуг и знатности рода повысили, я выхлопотал, чтобы Криспина ко мне в форт перевели, вот уже тридцать два года тут служим. И никак поведение друга не менялось, пока он из города не вернулся на следующий день после получения мною письма из дома.

Я его встретил на крепостной стене, тихо смотрящего вдаль. Именно в этот момент вдруг увидел все прожитые им годы. Он выглядел на все свои триста лет, точнее, двести девяносто восемь, но это уже не принципиально.

Его внешность никак не изменилась, нет, никаких морщин и седины, но это ощущение власти, опыта, мудрости и потерь будто единовременно проявилось в нём.

Я застыл в трёх шагах от него, не зная, что сделать. Нужно ли сейчас подойти, или дать ему время побыть в тишине. Неужели что-то случилось? Семьи у него нет, поэтому я не совсем представляю, что же настолько выбило его из колеи.

Друг, будто почувствовав мои метания, повернул голову ко мне.

– Доброе утро, Брай. Сегодня интересный день, ты не находишь? – спросил он таким спокойным и серьёзным тоном, которого я не слышал со времен похорон его первого боевого командира.

Меня аж передёрнуло.

– Что-то не вижу я счастья на твоём лице от этого интересного дня, – ответил ему. – Что случилось?

– Наверное, ничего, и в то же время…

Он не закончил фразу и опять стал смотреть в сторону города.

– Ты меня пугаешь, друг, – подошёл я ближе. – Что с тобой?

– Ничего страшного, но сегодня я встретил в городе женщину, и она мне сказала, что моя половинка ждет меня, мне не стоит растрачивать себя на других. И то, как уверенно это было сказано, заставило меня поверить ей. Сам не знаю почему?

– Что за женщина? – удивился я. – Шарлатанка? Ты никогда не был легковерным.

– Нет, вдова лорда Кристоу.

– Эта глупышка, про которую все говорили, что она сама себя изведёт, так убивалась по мужу? Эта леди Кристоу?

– Да, но я что-то не заметил никаких упаднических настроений. Она была бодра и критична. Что-то народ рано её к Богам отправлять стал. Я с ней не был знаком, но издали видел.

– И решил сейчас попытать счастья? Нашёл время.

– По привычке, если честно. Меня женщины во вдовьих нарядах не очень привлекают обычно. Но вот глупышкой она никак не выглядела, точно тебе говорю.

– Странно это всё. И ты поэтому хандришь?

– Просто я так давно жду.

– Чего?

– Кого! Любимую.

– По тебе и не скажешь, – усмехнулся я.

– А что по мне скажешь? Я бабник, кутила и мот! Да? А что мне делать в своей одинокой жизни? Сидеть в четырёх стенах казарменной комнаты? Читать триста лет книги? Что!? Я никому не нужен: нет ни сестры, ни брата, ни родителей, даже друг у меня один – это ты. Всё!  Я ищу компанию, чтобы не слушать тишину!

Он круто развернулся и ушёл, а я стоял на месте, оглушённый. Вот и поговорили. Я ему только и жалуюсь на навязчивость родни, а Криспину только её и не хватает.

Боги смеются над смертными, раздавая им жизненные испытания.

Как можно было догадаться, что Криспин хочет быть любим, ждёт свою единственную. Хочет заботы и любви. Семья – это его мечта, а вовсе не деньги и власть, как у других.

Что же там с этой вдовой не так, что она посеяла в душе друга такую панику? Надо как-то с ней познакомиться, что ли, а то неизвестно, что там за хитрая бестия. Строит из себя недотрогу, а сама, может, следующего мужа ищет. Хотя из Криспина кандидат так себе. Нет денег и связей.

Он красив, этого у него не отнять, для кого-то это тоже станет достаточным мотивом. Но мне не давало покоя воспоминание, что я уже слышал что-то про этого лорда Кристоу, но где и когда, мысль никак не получалось ухватить. Ладно, если не вспомню, то поеду наводить справки в город.

А может, у друга хандра пройдёт, просто ночь была неудачная, а утро необычное, вот и накатило!

Странно всё это. Ощущение неприятностей уже дышало в затылок.

Наталья Светлова

Разговор с душеприказчиком можно считать состоявшимся. Чрезвычайно познавательная и в высшей степени раздражающая беседа.

Так, я думала, шагая по дороге из города. К управляющему я всё же зашла, посмотрела на объявление, похвалила и сказала, что зайду на следующий день, уточнила, есть ли в округе дикие звери.

– Нет, леди Кристоу, они близко к городу не подходят, да ещё и утром! – удивился он, с подозрением глядя на меня.

– Да, вот думаю насчёт благотворительного пикника, а то мало ли, – сказала я с деланным равнодушием.

– А, так да, конечно, устраивайте без опасений, – ответил он расслабляясь.

– Нам придётся много и плодотворно работать, – повернулась я к нему. – Рир Тристаунс ничем меня не обрадовал кроме долгов. Управленец из него никудышный, к сожалению, и мой бедный Эдвард был не лучше.

Я приложила к уголкам глаз кружевной платочек жестом, который видела в романтических фильмах. Так по-женски, надеюсь, не сильно заметно было, что глаза сухие. Зато как вздрагивают мои руки, он видел, только не от слёз, а от злости, меня аж потряхивало.

– Я часто говорил вашему покойному супругу, что надо бы поискать другого помощника, – смущённо сказал рир Стробиус, – но он не хотел об этом и слушать. Дела наши не улучшались, но тот его всё «кормил байками» о скорых доходах.

– Он его просто обокрал! – не выдержала я. – Обокрал и, не скрываясь, мне в этом признался, так как доказать уже ничего нельзя! Эдвард ему верил и деньги отдавал в руки! Ничего нет. Никаких бумаг, которые бы подтвердили, что рир их брал и присвоил, а вовсе не в дело вложил!

– Это печально, но что же теперь делать? – вздохнул он.

– Работать. С завтрашнего дня я буду приходить каждый день: будем обсуждать, что можем делать, рисовать, придумывать. Ваша задача найти хоть парочку бедных людей, но с талантом к рисованию. Мне всё равно, кто это будет: девушка, парень или старушка. Главное, чтобы старались и зарплату занебесную не просили.

– Попробую, леди Кристоу.

– Некогда пробовать, ищите! Нам нужны новые интересные идеи и таланты, а то будем сами на работу устраиваться. Что-то мне в таверне работать совсем не хочется!

– Боги, что вы говорите! Вы же леди! Никто вас туда не возьмёт.

– Просто чудесно, значит, я просто умру с голода дома! – сказала я, поднимаясь со стула. – До завтра, рир Стробиус.

Так я и попала на дорогу, ведущую из города. Злость кипела во мне. Надо куда-то её деть, а то боюсь, что меня разорвёт. Наглость управляющего меня просто «убила», а что самое досадное – управы на него я не найду. Сама в этом мире несколько дней. Что я могу ему сделать? Даже куда обратиться с жалобой, не знаю, а если что-то спросят? Я же ничего не знаю!

Решила погулять на свежем воздухе без людей, успокоить нервы. Мне и так страшно до трясущихся коленок жить в новом мире, а тут ещё надо с нечистыми на руку дельцами разбираться, предприятие налаживать.

Лес начался и вправду недалеко, всего пара километров от города. Очень светлый и сухой, просто удивительно, деревья, похожие на наши дубы, составляли его основную массу.

Между ними встречался кустарник с мелкими почти круглыми листиками, росла ягода, очень похожая по запаху на нашу клубнику, а вот на вид совсем не такая. Но этот сладкий запах буквально висел в воздухе.

Я не спеша брела по лесу, следя, чтобы далеко не углубляться в него. Только потеряться и не хватает. В какой-то момент нашла большой лист неизвестного мне растения, свернула из него кулёк и стала собирать туда ягоды. Потом присяду и съем. Надеюсь, они не ядовитые.

Мне и грибы попадались, но их собирать я не решилась, как выглядят съедобные в этом мире, я и отдалённо не представляла. Рисковать не буду. Может, позже кто-то из местных покажет мне, что можно брать, вот тогда и сварю супа.

Затрудняюсь сказать, сколько я шла вперёд, пока не набрела на круглое озеро с прозрачной водой. Видимо, на дне бил ключ, так как ни ручья, ни реки поблизости не наблюдалось. Аккуратно положила пакет с ягодами на краю кромки воды и опустила в неё руку. Она была не холодной.

Солнце нагрело воду, так как оно совсем неглубокое. Сразу захотелось искупаться. Я воровато оглянулась. Пока размышляла на тему, а стоит ли это делать, перемыла все ягоды.

Села поудобнее и стала лакомиться ими. Боги, как же было вкусно! За три минуты я слопала всё, что собрала. Настроение поднялось.

Если я никого не встретила за всё время, что тут брожу, значит, ничего страшного не случится, если я немного искупаюсь.

Недолго собираясь, сняла шляпку, платье, туфли и положила их за кустик, точно сама не знаю, зачем. Вдруг ветер. Осталась я в бюстике и шортиках, что тут нижним бельём считались. Мой купальник дома был минимум в два раза меньше. Распустила волосы и осторожно стала заходить в воду.

Она была не горячей, но мы в речке у бабули купались всё детство. Приятная температура, особенно, чтобы немного остыть от встречи с неприятными людьми.

Я неспешно плыла в чистой воде, особо разогнаться было негде, так как его компактные размеры этого не позволяли.

Не знаю, сколько я наслаждалась купанием, по ощущениям минут тридцать, когда решила, что надо вылезать и обсохнуть, а то на мокрое тело платье надевать сущая мука, а ещё домой надо дойти. И, честно говоря, есть начинает хотеться. Ягоды – это очень вкусно, но не так питательно, как хотелось бы.

Я медленно выходила из воды, щурясь на солнышке, улыбаясь теплу, и вдруг увидела на берегу мужчину, который стоял прямо напротив меня и пристально рассматривал.

Да уж, что тут скажешь. Видимо, не одна я решила искупаться.

Его китель и плащ наводили на мысль, что он из гарнизона, о котором часто говорят в городе, и его я хотела посетить, но не уверена. Что я знаю о местных военных? Правильно, ничего!

Мужчина был высоким и мускулистым, жгучий брюнет, суровые черты лица не назовёшь красивыми, но очень породистыми точно, ровный нос, чётко очерченные губы, подбородок с ямочкой. Самыми примечательными на его лице были глаза: один тёмно-карего цвета, а другой голубой.

Даже залюбовалась таким редким сочетанием.

Не знаю, сколько мы стояли в молчании.

– Леди, вы в порядке? – вдруг спросил он бархатным баритоном. – Что с вами  произошло?

Меня всю с ног до головы мурашками накрыло от этой фразы. Вот это да!

– В полном порядке, – сказала я, не подавая вида, что несколько не ожидала встречи. – Просто решила искупаться.

– Одна? – изумился он.

– Вы тут тоже не с компанией, – пожала я плечами.

– Я мужчина.

– Я женщина, – едва улыбнулась уголками губ. – Приятно, что мы всё выяснили.

– Мы ещё ничего не выяснили, кроме того, что чувство юмора у вас присутствует, – чуть качнул он головой. – Как вас зовут?

– Нес.

– А дальше?

– А дальше не зовут, – твёрдо ответила я. – Вы сами не представились.

– В таком случае зовите меня Брай.

– Договорились, – лукаво ответила я. – Никогда не видела человека с гетерохромией.

– Кого вы не видели? – изумился он.

Да, что это я сыплю тут странными терминами? Совсем осторожность потеряла.

– Ваши разноцветные глаза, – сказала я.

– Вы давно в наших краях? – спросил он, явно немного удивлённо, но пристально рассматривая меня. Его взгляд был столь пристальным, будто незнакомец силился рассмотреть что-то во мне, но не находил.

– Не очень, – пожала я плечами.

Это озеро только сегодня нашла, но уточнять не будем.

– А почему вы спрашиваете? – насторожилась я. – Это закрытая территория?

– Нет, просто редко встретишь жителя Империи, который не знает, что разноцветные глаза, как вы изволили выразиться, признак мага с двумя сильными стихиями.

Вот же встряла, мне вообще лучше молчать, так как я так договорюсь до неизвестно чего.

– Не интересовалась. Я не маг, так с чего питать ненужный интерес? – изобразила я неприступный вид.

– А вы уверены, что не маг? – спросил он. – Что-то с вами точно не так.

– Всё со мной так, кроме навязчивых малознакомых мужчин, которым не хватает такта удалиться вовремя, чтобы леди могла одеться, – сказала я, стараясь избавиться от незнакомца. Он слишком наблюдательный, да ещё мы тут одни. Мало ли что там у него в голове бродит.

– Я подошёл, так как решил, что вам нужна помощь.

– Теперь вы знаете, что не нужна, так что же вы не уходите? – спросила настойчиво.

– Сам не знаю, – несколько смутился он. – Но вы не хотите отвечать на мои вопросы.

– Я не преступница, так к чему этот допрос? Вы никогда раздетой женщины не видели, что теперь глаз оторвать от меня не можете? Вроде бы уже не юноша!

– Вы правы, я много чего видел в своей жизни, но такой леди никогда, – уверенность звучала в его голосе, стало неприятно. Что же он там такое во мне рассмотрел?

– Уходите! – перестала я изображать любезность.

– Хорошо, уйду, но с вас небольшой подарок мне на память! – с этими словами он сделал три шага вперёд, обхватил меня руками, прижав к груди, и поцеловал так, что я вообще забыла, кто я и где нахожусь. Боже! Я как героиня романа!

Меня «прошибло» знакомым ощущением остановки времени. Я целовала мужчину в реальности и видела, как он целует меня в храме, обещая, что так будет всегда. Ого! Не слишком ли это круто!? А следом я вижу нас на огромной кровати, камин ярко пылает, бутылка и два бокала с вином. То, что мы вытворяем, я нескоро забуду. Только бы не покраснеть! Откуда он свалился на мою голову!?

– Сладкая ягодка, – прошептал он мне в губы хрипло, когда наше дыхание закончилось. – Неожиданно.

– Надеюсь, у вас хорошая память! – возмутилась я, тяжело дыша. – Больше никаких подарков вы от меня не дождётесь!

Надо от него бежать! Выяснить бы, кто это вообще!

– Посмотрим! – рассмеялся он и, мягко проведя шершавыми руками по моим предплечьям, отошел. Через минуту ничто не говорило о его присутствии на этой поляне.