Сладко и гадко

Тьери зажал в кулаке позаимствованный ключ. Любопытство уже охватило его, а молодой вампир привык этой черте своего характера потакать. Сейчас и десяток демонов его не остановил бы, провернул ключ в замке.

Она сидела на кровати, обняв колени руками. Даже не взглянула на него, только вздрогнула, услышав, что дверь отворилась. Крадущейся походкой зверя Тьери приблизился к постели, по-доброму улыбнулся.

- Привет! Ты понимаешь наш язык? – с юношеской беззаботностью в голосе бросил пленнице.

- Да, - глухо прозвучало в ответ.

- Я только посмотреть зашел, - доложил молодой вампирчик, решив, что пугает ее.

- Смотри, - тот же безразличный голос.

Но хоть повернулась к нему, выбралась из позы-ракушки. Девушка оказалась совсем не такой, как Тьери ожидал. Какой он ожидал увидеть плененную дочь Дома вражеского государства? Ожидал увидеть роскошную девушку с высокой грудью, округлыми бедрами, густыми длинными волосами, колдовскими зелеными глазами, преисполненную негодования сим бесцеремонным пленением.

Дайз Айкош оказалась худой, угловатой, вместо груди у нее на теле выступали ключицы, узкие бедра, которые не скрадывала сейчас натянутая юбка, никак не являлись образцом женственности. Тьери внимательно разглядел и лицо – большие карие глаза, в обрамлении черных ресниц ему понравились, и красиво очерченные губки чуть было не заставили его запечатлеть на них томительный поцелуй. Чуть вьющиеся тонкие каштановые волосы, срезанные неровно чем-то вроде кинжала, едва ли доходили до лопаток.

- Ты совершеннолетняя? - Тьери сам не понял, как мог вдруг задать столь изобличающий его желания вопрос.

- Да. Мне двадцать, - карие глаза посмотрели настороженно.

- Мне тоже, - как можно доброжелательнее улыбнулся парень. – Я третий приемный сын Жана Розблю Тьери Розблю. Надеюсь, все разрешиться для тебя наилучшим образом, Дайз Айкош. Сейчас я вынужден откланяться, но я еще зайду.

Девушка не ответила, и парень поспешно выскочил за дверь, не забыв запереть ее на ключ. Бегом припустил в кабинет главы, он отчаянно опаздывал, но не воспользоваться шансом познакомится с пленницей не мог. Из головы его никак не выходили прекрасные светло-карие глаза.

Жан Розблю строгим взглядом посмотрел на троих приемных вампирчиков, усевшихся на диване в его кабинете. Безалаберный Тьери, как всегда, опаздывал, и в этом не было ничего удивительного. 

- Если ваш брат так и не появится, передадите мои слова, - недовольно бросил мужчина. – С этого дня в доме будет находиться пленница. Она является дочерью главы Дома Айкош. Как вы знаете, между нашими странами война и вампирские Дома Розблю и Айкош, хоть и не принимают участие в разборках магов, все же поддерживают каждый свою страну. Нам посчастливилось пленить Дайз Айкош. Теперь у нас есть рычаг давления на ее Дом.

- Простите, опоздал, - в кабинет ворвался Тьери и плюхнулся в кресло.

- Это ожидаемо, - скривился глава Дома. – Так вот госпожа Айкош будет жить здесь в качестве заложницы. В зависимости от хода военных переговоров и от наших переговоров с Домом Айкош, ее придется убить, вернуть или же женить на одном из вас.

- А можно не на мне? - вскинул два пальца Эмиль, второй приемный сын главы, тряхнув длинной челкой каштановых волос.

- Она выйдет за того, за кого будет выгодно ее отдать, - с нажимом произнес господин Розблю, – за старшего, младшего или одного из средних сыновей. От вас ничего не потребуется, кроме как просто подтверждать брак в спальне, в остальном вы вольны делать с ней, что пожелаете, можете запереть в комнате или миловаться с ней днями и ночами, дело ваше. Ничего сложного.

- А я и не против жениться, - задумался младший сын главы Реми, запустив пальцы в красивые густые волосы цвета спелой пшеницы.

- Женилку отрасти сначала, - хохотнул Тьери.

- Не вам решать ее судьбу, - напомнил глава. - Ходить по территории поместья -дом, сад- ей можно, все равно выход зачарован, не сбежит. Можете выпустить ее из комнаты. Тьери, я уверен, ты уже позаимствовал ключ. Не повредите предмет торга. Руки, ноги, голова чтобы были на месте к моему возвращению.

- Глава, позволь спросить, куда ты отбываешь? – старший приемный сын Рин, сверкнул серьезными серыми глазами.

- В столицу. Возможно, там и встречусь с главой Дома Айкош.

- Позволь составить тебе компанию? – порывисто вскочил с дивана Рин.

- Ты остаешься здесь за главного, все под твою ответственность, - глава с неудовольствием посмотрел на старшего сына. – Сколько раз говорил, Рин, не лезь с дурацкой инициативой, когда не просят. Тебе уже двадцать два, а ведешь себя хуже Реми.

Не прощаясь с приемными сыновьями, Жан Розблю покинул кабинет. Старший сын испортил ему настроение.

Рин же постарался не показать братьям, что комок обиды подкатил к горлу. На его красивом благородном лице застыла маска безразличия. Сероглазый, русоволосый, с узким лицом, с правильными, даже идеальными чертами Рин был красив классической холодной красотой. Эмиль же выглядел чуть проще, но оттого более чувственно - большие темно-бордовые глаза в обрамлении черных загнутых ресниц смотрели зло, пухлые губы часто кривились в презрительной усмешке. Плохой красивый парень, образец идеального подонка, в которых так любят влюбляться женщины всех возрастов.

Красавчик Тьери был больше похож на Рина – темно серые глаза, темно русые волосы, утонченные черты лица, природная веселость делала его менее строгим.

А Реми меньше всех имел схожесть с братьями – светлые пшеничные волосы выбивали его из стаи. Прекрасные карие глаза излучали еще некую юношескую наивность и теплоту.

Да, братья, несомненно, могли бы посоперничать друг с другом в красоте и обаянии, только вот соперничать между собой они не любили и всегда держались один за другого. У них были разные матери и разные отцы, и парни их никогда не видели. Их воспитывали безразличные к ним гувернеры, а приемный отец был более чем холоден. Он проявлял что-то хоть немного похожее на симпатию лишь к Тьери. Видимо, к его матери у главы все же были какие-то чувства. Из-за такого отчуждения главы и одинокой жизни в отдаленном поместье братья сплотились, и их четверка стала просто неразлучной.

- Эй, Тьери, лисенок, так ты уже видел девку? – Эмиль обхватил брата за плечи. – Трахнуть не успел?

- Только мельком посмотрел, - Тьери вспыхнул от такого провокационного вопроса.

- А она красивая? – Реми закусил нижнюю губу, нетерпеливо отталкивая Эмиля от источника ценной информации.

- Какой ты ее себе представляешь? – Тьери повертел в кармане ключ.

- У нее шикарные светлые волосы, длинные, волной, - задумчиво выдал Реми. – Огромные голубые глаза и… ну, это… грудь… Большая.

- Нет, пусть бы лучше брюнетка, - отмел фантазии брата Эмиль, – стервозная зеленоглазая, с изысканными манерами и камнем за пазухой. Опасная горячая штучка.

- А ты бы какую хотел, Рин? – младший посмотрел на старшего брата.

- Убить? – холодно бросил Рин. – Мне без разницы. Не забывайте, что она заложница и ее, возможно, придется убить. Так что не привязывайтесь. Также ее, возможно, придется вернуть. Так что будете играть, не сломайте. Я буду в мастерской, если понадоблюсь.

- Вот же ты зануда, - фыркнул Эмиль, - умеешь сбить настрой!

- Даже посмотреть не пойдешь? – удивился Тьери. – Пойдешь рисовать?

- Мне особо неинтересно, но потом гляну. Сейчас настроения нет, - Рин, дернув плечом, вышел из кабинета.

Эмиль отмахнулся от старшенького и велел Тьери не тянуть, а поскорее вести их к девушке. Тьери вот не понимал, как это Рину может быть не любопытно. Старшему брату было двадцать два года, а он ни разу не был с женщиной. Вот Тьери и Эмиль были. Они как-то пробили магические охранные щиты пока приемный отец был в отъезде, остановили проезжающий по дороге экипаж и успели добраться до ближайшего города. Им хватило времени и денег, чтобы успеть посетить целых два борделя, потом глава прознал о побеге и вернул вампирчиков домой. И да, заточение в комнате на неделю в качестве наказания того стоило, братья все равно спокойно лазили через окно, когда им что-то было нужно.

В комнату пленницы Тьери вошел первым. Он чувствовал некоторое превосходство над братьями, ведь с девушкой он был уже знаком.

- Дайз, привет, - по-свойски обратился к ней Тьери. – Это Эмиль и Реми. Мои братья. Пришли познакомиться.

От Тьери не укрылось, что братья, как и он, удивились, увидев вместо пышногрудой длинноволосой чаровницы, худенькую девушку с обрезанными волосами, без малейшего намека на какие-либо округлости в верней части туловища.

- Ну привет, - Эмиль бесцеремонно запрыгнул на кровать и схватил девушку за тонкую прядку полос, что пропустил между пальцев. – Значит, я Эмиль. Самый красивый из братьев и самый опытный.

- Насчет опытности я бы поспорил, - возмутился Тьери. – У нас было равное количество женщин!

- Но я чаще рукоблудствую! – Эмиль расхохотался, оценив свою шутку.

Реми и Тьери тоже забрались на кровать и уселись перед девушкой на пяточки.

- Ты так ничего не поймешь, - Реми внимательно разглядывал девушку, страсть как хотелось до нее дотронуться. – Я объясню. Нас четверо братьев. Рин самый старший ему двадцать два, потом идет Эмиль ему двадцать один, с ним будь поосторожней. С Тьери ты знакома, ему двадцать. А я Реми самый младший, и мне восемнадцать лет. Жениться уже можно, если что.

- А где пятый? – безучастным тоном спросила девушка.

- Пятый… - осекся Реми.

- Восемнадцать, двадцать, двадцать один, двадцать два, как будто девятнадцать не хватает, - вампирша мазнула взглядом по блондину.

- Пятый умер, - пояснил Тьери. – Просто на нашего опекуна наложено заклятье, он не может иметь потомков, поэтому он находил одиноких человеческих женщин, находящихся в особом положении, и тем самым находящихся в затруднительном положении, женился на них и пускал им кровь особым ритуалом, таким образом дети становились вампирами. Но все женщины умирали при родах от этого ритуала, потому как зачали человека, а рожали вампира, природа бунтовала. А четвертая жена главы умерла, не сумев разродиться, и ребенок умер в утробе. Мать Реми была последней попыткой. Более жен глава не заводил и детей больше не планирует. 

- Но тебе же четверых хватит? – Эмиль собственнически провел по бедру девушки.

От Реми не укрылось, что она вся внутренне сжалась, покрепче обхватила колени руками. Парню стало даже как-то немного стыдно. Тьери же решил, ее приободрить, надеясь, что это раскрепостит пленницу:

- Мы пришли выпустить тебя из комнаты! Ты можешь свободно передвигаться по дому и саду. Здорово же?

Девушка никак не отреагировала, может, только слегка кивнула.

- А ночевать можешь со мной. Ночи прохладные, а я согрею, милая, - Эмиль вновь провел ладонью по бедру.

Его возбуждение даже передавалось легкими разрядами, пробегающими по коже. Младшенький Реми, задыхаясь от собственной дерзости, решился тоже высказаться:

- А можешь и со мной. Я точно не обижу.

- И я не обделю ласками, - Тьери включился в охоту, нежно поглаживая девушку по голове. – Можешь выбрать меня.

Девушка растеряно оглядела трех молодых вампирчиков, рассевшихся вокруг нее на постели и поглядывающих жадными глазами. Они были возбуждены, но тоже немного растеряны и смущены, хоть и пытались скрыть это. Ее здесь удерживала магия, их даже не охранять ее оставили, а просто присмотреть, и позволили развлечься. Все четверо это понимали. Ситуация, в которой они сейчас оказались, была как минимум странная.

Она просто молчала. Сказать ей было нечего.

- Дайз, пугаем тебя? – выдохнул Тьери.

- Ты же, наверное, давно не пила! – спохватился Эмиль, закатал рукав белоснежной сорочки и подставил запястье. – Пей.

- Если удобно в шею, то прошу, - Тьери подставил ей шею и, пользуясь этим, приобнял.

Кровь обоих пахала вкусно, даже через кожу она это чувствовала, от жажды скрутило тело. Девушка заплакала, она боялась касаться их. Но источник обещающий прекратить мучения пульсировал и манил, находясь лишь в нескольких сантиметрах от клыков. Парни отстранились, посмотрели удивленно.

- Ты чего? Почему ты плачешь? – обиженно проворчал Эмиль. – Ненавидишь нас? Не мы тебя сюда затащили. Мы так же обязаны торчать тут и служить Дому, такие же заложники.

- Тебя, может, не убьют, - с надеждой прошептал Реми. – Может, отпустят, а, может, отдадут кому-то из нас в жены. Вдруг разрешат выбрать, ты бы присмотрелась к нам.

Девушка посмотрела на него как на безумного. Впрочем, молодые вампирчики, с самого рождения запертые в одиноком поместье, не имеющие возможность общаться и строить отношения в обществе, такими и были.

- Я пошел. Пришлю камердинера, чтобы привел тебя в столовую на ужин, - Тьери бросил ключ на покрывало, спрыгнул с кровати и вышел из комнаты.

Разочарованные братья поспешили за ним. Девушка долго смотрела им вслед и все недоумевала, правда ли они считали, что заложница будет им улыбаться и с радостью примет приглашение провести с ними ночь? Даже стало их жаль, они были такими красивыми, такими молодыми, но совершенно асоциальными.

Озадаченные братья собрались в гостиной.

- Мы не понравились ей, да? – расстроенно спросил Реми. – Никто из нас?

- Мы просто ее испугали, - отмахнулся Эмиль, - как мы можем не понравиться? По крайней мере я. Знаешь, как стонали подо мной шлюхи? Я нравлюсь женщинам.

- А я никогда и не разговаривал с женщинами, до этого дня, - вздохнул Реми. – Я видел их лишь в те редкие разы, когда опекун брал с собой в город. И со стороны они казались такими разговорчивыми.

- Им-то смерть не грозила, - фыркнул Тьери.

- Если получится, мы ее спасем, - рассудил Эмиль. – Но тогда я ее обязательно трахну, как бы в награду.

- А у тебя встанет, если она будет сопротивляться? – заинтересованно спросил Тьери.

- Не знаю, - вампирчик сбросил с лица длинную темную челку. – Ты если подержишь, и она не будет биться в истерике, думаю, да.

- А женщинам очень больно, когда их… ну? - Реми смутился до покраснения ушей.

- Откуда я знаю? – шикнул Эмиль. – Я буду осторожен. Вы главное держите крепче, зафиксируйте. Может, ей даже понравится. Я буду стараться.

На обед все собрались в малой столовой. Обычно вампирчики обедали там. Только на Йоль собирались в большой помпезной зале, но все тем же составом. Глава на праздники не приезжал, а гостей Розблю никогда не приглашали.

После обсуждения коварного плана по овладению пленницей было особенно стыдно на нее смотреть. Когда девушка вошла в столовую, троица как по команде опустила глаза. А вот старший брат, сидящий во главе, все же мазнул по вампирше взглядом.

- Сядь, - грубовато приказал он, кивая на место рядом с собой.

Братья сели так, что место рядом с Рином оказалось свободным. Хотели выказать заботу и уважение, сажая рядом со старшим. Девушка послушно села между Рином и Реми. Тьери и Эмиль, сидящие напротив, увлеченно ковыряли картофельный гратен и не смотрели на нее. От запаха еды замутило. Есть очень хотелось, но, когда во рту так давно и капельки крови не было, еда вызывала приступы тошноты. Рин угадал ее состояние, чуть выдвинулся из-за стола.

- Сядь ко мне на колени и испей крови, - старший вампирчик заметил, что она замешкалась, и сделал тон строже. – Это приказ.

Девушка повиновалась, присела к нему на колени и послушно впилась клыками в подставленную шею. Испить крови вампира было небывалым облегчением для измученного жаждой тела. Когда она немного насытилась, обратила внимание, что невольно впилась сильными пальцами в предплечье Рина. Ощутила напряжение его тела. Ей даже показалось, что он возбужден. Оторвалась от шеи и потянулась было к ранам, чтобы залечить, но парень грубо оттолкнул ее руку.

- Я сам. Иди ешь.

Девушка повиновалась. Гратен во рту смешался со вкусом его крови, исподлобья всмотрелась в суровые серые глаза.

- А мне ты отказала, Дайз. Я тоже хотел напоить, - Эмиль глянул зло и обиженно.

- Ты предложил, а он приказал. Это большая разница, - а вот в глаза цвета спелой черешни девушка посмотрела прямо, не отводя взгляд.

- Вот как? – порочно ухмыльнулся Эмиль. – Выходит, если я прикажу, ляжешь под меня?

- Вряд ли, за исключением варианта, когда от этого будет зависеть мое благополучие, - холодно выдала она и вернулась к поглощению гратена.

- И ты так хочешь? – Рин удивленно посмотрел на брата. – Брать женщину, зная, что вызываешь отвращение и омерзение? Что противен?

- Я трахаться хочу, Рин! – рявкнул Эмиль.

- А мы тебе так противны, да, Дайз? – расстроенно уточнил Реми.

- Мне все равно, - девушка спокойно продолжала трапезу.

- Это может еще и хуже, - запальчиво выдал Тьери. – А хочешь, я доставлю тебе удовольствие, но не войду в тебя? Так понравится? Меня шлюхи научили.

- Мне ничего не понравится, - как на идиота посмотрела на него девушка. – Я смертница. Я ожидаю смерти с минуты на минуты. Как думаешь, могу я в таком состоянии наслаждаться соитием?

- Это случится в крайнем случае, - вздохнул Рин. – Вряд ли дочь Дома Айкош решаться убить. Ты заложница, предмет торга.

На какой-то момент ей даже показалось, что в безразличных серых глазах промелькнуло беспокойство. Обед закончился в полной тишине. Даже Эмиль и Тьери не проронили ни звука. После пленница ушла к себе, и братья не позволяли себе заглядывать к ней вплоть до самого вечера. От ужина она отказалась, не спустилась в купальни, помылась в тазу, который принес камердинер. Но ночью Тьери все же заявился.

- Дайз, - нагло заполз к ней под одеяло. – Давай я посплю с тобой, чтобы было не страшно.

- Мертвые не бояться, - равнодушно бросила девушка.

Он приблизился к ней настолько, что они могли чувствовать дыхание друг друга. Тьери так хотелось ее обнять, но он, конечно, не решался, к тому же боялся, что она почувствует его возбуждение. А еще боялся, что ночью он может слить, такое случалось с ним, когда снились особенно чувственные сладострастные сны. Девушка повернулась к нему спиной, теперь он мог чувствовать запах ее волос. Она вроде бы заснула, а парень все лежал и думал, был ли способ спасти ей жизнь, если Дома не договорятся, и ей вынесут смертный приговор.

Под утро Тьери ушел, нужно было все же заняться рукоблудием, потому как возбуждение крыло совсем уж невыносимо. Зато заявился Реми, младшенький вампирчик принес огромный букет цинний, предусмотрительно поставив их в вазу.

- Я читал в романах, девчонкам нравятся цветы, - с обожанием уставился на девушку. – Ты готова к завтраку, Дайз?

Девушка, не удостаивая его взглядом, пошла в столовую, где уже ждали остальные братья.

- А у меня предложение, - вскинул указательный парень Эмиль. – Пойдемте плавать! Озеро на территории поместья, у тебя есть к нему доступ, Дайз. Можешь купаться в моей ночной сорочке, если стесняешься нас, - парень тяжело выдохнул, представив девушку в мокром одеянии. – Ну, что думаешь, Дайз?

- Я думаю, что вы все сумасшедшие. Я не раз повторяла - я заложница, пленница, которую могут убить, а вы таскаете мне цветы и зовете плавать.

- Ну а как нам следует поступать? – нахмурился Тьерри.

- Не обращать на меня внимание.

- Не получится, сладкая, - похотливо облизнулся Эмиль. – Член не позволит оставить тебя в покое, я, может, могу о тебе не думать, он нет.

- У меня есть способ покончить с собой, я сделаю это прежде, чем ты попытаешься сношаться со мной, - бесцветным голосом выдала девушка.

- Настолько противен, что лучше умереть? – обиделся Эмиль. – Да почему? Я же такой красивый!

- А ты считаешь, этого достаточно, чтобы тебя хотеть? – в ровном тоне даже скользнула нотка удивления.

- А что еще нужно? – заинтересованно спросил вампирчик.

 - Если бы ты не была пленницей, мы бы понравились тебе, Дайз? – уточнил Реми. – Кто-то из нас?

- Нет, конечно, - посмотрела на него как на идиота. – Вы просто дикие асоциальные ублюдки, которые смотрят на девушку как самцы на самку. Или уж набросьтесь, тогда я покончу с собой, или не ведите себя как дурачки.

- Не получится, - тихо усмехнулся Рин. – Мы всю жизнь общались только между собой, с учителями только по делу в рамках предмета, слугам тоже запрещено с нами общаться, да они и не смогут. Гувернеры даже с маленькими нами практически не разговаривали, как и опекун. И да, мы ведем себя странно, нелогично, по-глупому, не понимаем, где нужно скрыть свои мысли, где нужно отыграть какую-то роль. И уж тем более не знаем, как понравиться девушке. Мы моральные уроды, Дайз. И мы опасны своим безумием. У тебя есть выбор - подружиться с нами такими или не общаться вовсе.

- Ты правда позволишь мне не общаться с вами? – с надеждой посмотрела на Рина девушка.

- Я не буду с тобой отныне заговаривать, - горечь в голосе скрыть не удалось. – Братьям я приказывать не могу, договаривайся с ними сама.

- Я тоже не буду, - прошептал Реми, слезы капали в тарелку. – Я не понимал, что моральный урод и странный такой, прости.

Тьери хотел было что-то сказать, но Эмиль сжал под столом его колено, призывая промолчать. Как он и рассчитывал, Реми поспешно покинул столовую, да и Рин не затягивал с завтраком, Тьери он держал за ногу, хотя тот тоже был готов свалить к хренам и тыквам. Когда старший и младший ушли, Эмиль заговорщицки оглядел присутствующих.

- Дайз, - вздохнул вампирчик. – Пусть мы тебе не нравимся, но у меня к тебе есть деловое предложение. Уговор. Мы поможем тебе бежать! Только Рину не говори. Однажды нам с Тьери удалось пробить охранный магический щит, окружающий поместье, и мы сбежали в город. Сейчас будет сложнее, но щит — это магия артефактов Дома Розблю, она нам поддается. Мы сможем пробить, а свалим все на то, что ты сама справилась и сбежала!

- А взамен я должна буду раздвинуть ноги?

- Ну да, по разику со мной и с Тьери хотя бы.

- Нет.

- А ты девственница, Дайз? - Тьери вытер потные ладошки о брюки.

- Нет. Совсем нет.

- И что же мы настолько тебе отвратительны, что даже ради спасения жизни ты с нами не потрахаешься? – Эмиль подскочил к девушке.

- Верно.

- Я ведь могу и насильно, - прошипел вампирчик, хватая ее за волосы на затылке.

- Давай. Я сразу же покончу с собой, способ есть.

- Дура! – Эмиль грубо ткнул ее лицом в тарелку. – Ты мне тоже не особо-то нравишься, даже сисек нет! Просто развлечься хотел.

Парень выбежал из столовой, Тьери бросился за братом. На девушку он после ее заявлений даже не взглянул. Она облегченно выдохнула, значит не будет больше лезть в постель. Понимала, что подружиться с вампирчиками было бы гораздо выгоднее, чем враждовать, но подружиться с четырьмя сходящими с ума от похоти юными парнями не представлялось возможным.

Думала, будет можно ими повертеть оттягивая момент соития, но видя их вожделение, поняла, что сделать это будет непросто. Может, кто-то опытный и смог бы, но она, хоть девственницей и не была, в искусстве обольщения все же не совсем преуспела. И как бы ни была заманчива перспектива побега, девушка понимала, что, потребовав плату в виде соития, они потребовали бы и раздеться перед ними, и тогда уж никакой побег ей бы не светил.

Дом Айкош нашел кое-кого из их прошлых учителей Розблю и выяснил, что молодые вампирчики не склонны к насилию, холодны и строги. Или учителя были полными дебилами, или соврали специально. Так или иначе, прибыв сюда в качестве пленницы девушка была уверенна, что скорее всего ее запрут и даже слова ей не скажут, если же и будут общаться и проявлять интерес, то парнями будет легко манипулировать.

Она никак не ожидала, что они полезут к ней в постель, будут трогать и предлагать купаться в озере. Да, ее не изнасиловали, но касания и приставания были тоже опасны. Объяснять им что-то было бесполезно, изолированные от общества, они просто не понимали, что, если девушка сама не выказывает желания, нельзя ее трогать. Да, обучали их, видимо, только наукам.

Накрыла жуткая паника, она вдруг осознала, что жить ей осталось считанные часы. В дверь постучали. А, может, и минуты. В комнату вошел Рин с кристаллом артефактом в руках, его сопровождал камердинер.

- Господин хочет проверить, какие на госпоже чары, - голос камердинера звучал странно.

До этого камердинер с ней не заговаривал, она лишь мельком видела слуг, они показались ей странно отстраненными, но девушку характер слуг не заботил. И только теперь по голосу она поняла, что за существо перед ней – дёмимор. Таких существ могли создавать вампиры – они убивали человека не совсем до конца, сохраняя его разум в относительно примитивном состоянии, так, чтобы он мог служить в качестве слуги, например. При этом у существа полностью отсутствовали чувства, эмоции, желание и логическое мышление.

Когда Рин говорил, что они не общаются со слугами, девушка думала, что он имел в виду, не дружат. Но была уверена, что они, например, болтают о жизни со словоохотливым конюхом, враждуют с вредным поваром, подстраивают мелкие пакости скромному камердинеру. Но нет, оказалось, что они были лишены даже самого элементарного общения.

- Рин, все слуги здесь демиморы? – посмотрела на хмурого вампирчика.

- Да. Из живых существ в поместье только мы с братьями и ты, еще повар, но он немой и отсталый в развитии, - нехотя выдал Рин. – Я обещал с тобой не говорить, поэтому привел слугу.

- Мне не по себе говорить с демимором. Уж лучше с тобой.

- Отрадно слышать, что общение со мной хоть немного приятнее, чем с мертвецом, - серые глаза смотрели холодно. – Мне нужно проверить тебя на воздействие чар, Дайз. Ты сказала, что можешь самоубиться в любой момент. Вампира не так-то просто убить, все начинается с отсечения головы, но и она может срастись, в общем, это долгий процесс, и, если ты можешь провернуть самоубийство в момент, значит наложены специальные чары. Я должен сохранить тебя живой до возвращения главы, поэтому начну проверку.

- Кристалл вычислит чары? – с подозрением спросила девушка.

- Да, я запустил, - кивнул Рин. – Он покраснеет, если что не так. Глава периодически проверяет нас с братьями.

Девушка смотрела на кристалл. Понимала, что чар на ней нет, что она блефовала. Но хорошо, что у Рина был способ досмотреть ее не дотрагиваясь, оставалась надежда, что удастся рассорится с братьями так, чтобы они не завалили ее, и не подходили к ней. Инстинктивно схватилась за высокий ворот блузки.

В комнату ввалились остальные братья – обиженный Эмиль, пристыженный Реми и заинтригованный Тьери.

- Я блефовала, Рин, - с вызовом посмотрела в серые глаза. – Теперь что? Раз можно, трахнешь меня?

- Нет, - дернул кадыком парень. – Не буду. Раз ты так этого не желаешь, так боишься наших прикосновений, то лучше тебе быть запертой в комнате, Дайз. Своим видом ты провоцируешь нас на заигрывания, которые тебе неприятны. Лучше будет, если мы не будем встречаться – безопаснее для тебя, спокойнее для нас.

- Спасибо, Рин, - с облегчением выдохнула девушка. – Звучит отлично.

- Предпочитаешь быть запертой общению с нами? – запальчиво прошипел Эмиль.

- Эмиль, мы ей отвратительны, пойдем, - строго приказал Рин.

- Да почему?! – сжал кулаки парень. – Ты не находишь такое поведение подозрительным? Любая на ее месте попыталась бы извлечь для себя выгоды из общения с нами! Мы ей противны? Боится, что трахнем? Так не нужно быть очень умной или хитрой, чтобы сообразить, что можно вскружить голову добренькому Реми! С ним можно долго играть, отдавая максимум поцелуи и показывая плоские сиськи. А мы отступили бы, поняв, что она выбрала лишь брата.

- Ты считаешь, что у Дайз есть причина находиться вдали от нас? Свести общение к минимуму? – Рин перевел взгляд с брата на девушку.

- Да! Боится, что мы в чем-то уличим ее. Осмотри ее, может на ней какие кристаллы? Артефакты вшиты в белье, как в том романе про затерянный остров? – предположил Эмиль.

- Ты читаешь слишком много глупостей, - заявил Тьери.

- Сперма залила тебе мозги, - угрюмо посмотрела девушка. – Так не терпится раздеть меня до белья?

- Давай, чтобы снять такие подозрения, я просто посмотрю, - Рин залез к ней на кровать. – Только гляну, и мы с братьями не побеспокоим тебя более.

- Нет! – безэмоциональная маска девушки вдруг мигом слетала, она в ужасе шарахнулась от парня.

- Осмотри ее, Рин! – рявкнул Эмиль.

- Рин, не надо! Не мучай, пожалуйста! – сжал ладони Реми.

Старший вампирчик же схватил истерично отбивающуюся девушку, она оказалась на удивление сильной. У него сейчас и правда не было никакой похотливой мысли, желание осмотреть ее не было предлогом, чтобы увидеть нагое женское тело. Сейчас его действительно охватило подозрение, что девушка что-то скрывает на теле.

В борьбе он дернул ее блузу так, что пуговки разлетелись, и взору каждого предстала верхняя часть ее тела, она была перебинтована. Но зачем было бинтовать вампиршу? Она не человек, легкие раны заживали на вампирах за несколько часов, тяжелые ранения за неделю, за месяц, год в зависимости от степени тяжести. Но если бы девушка была тяжело ранена, она бы не скакала здоровой кобылицей. Рин выпустил острый коготь и полоснул по бинтам. Тут же отшатнулся, в ужасе спрыгнув с кровати.

Глаза остальных вампирчиков были наполнены неменьшим ужасом. Девушка еще хранила надежду, что эти изолированные от общества парни ничего не поймут, но они поняли. Историю Домов вампиров сего мира им преподавали, судя по их шокированным лицам, хорошо.

Неверяще смотрели на большую яркую татуировку под правой ключицей. В шипастый венок в виде сердца была воткнута черная роза с алыми каплями крови на лепестках и шипах. Татуировка не бледнела со временем, она была ярка и прекрасна. Этот жуткий герб знали все вампиры мира. Черный Дом.

- Т-ты не Дайз Айкош? – Рин неверяще смотрел на изображение. – Черный Дом? Почему ты здесь? Как? Кто ты?

- Я расскажу. Теперь нет смысла скрывать. Меня зовут Даниэле Криоте, - девушка почувствовала даже облегчение.

Понимала, что ее вряд ли оставят в живых, когда поймут, что мало того, что Дом Айкош их обыграл, так еще и подсунул девицу из Черного Дома. Но страх быть пойманной, ожидание смерти – это оказалось тяжелой ношей, однако скоро все должно было разрешиться.

Когда Черный Дом был уничтожен другими Домами вампиров, детей до семи лет было решено оставить в живых. Даниэле на тот момент было пять. Глава Дома Айкош, участвовавший в разгроме Черного Дома, принял ее в свою семью в качестве компаньонки своей дочери. Дайз была младше Даниэле всего на несколько месяцев. Девочки росли вместе и даже были похожи внешне. 

Шпионы доложили главе Дома Айкош, что Дом Розблю готовит похищение Дайз, так как Дайз и Даниэле редко покидали поместье, и внешность их врагам была известна лишь в общих чертах, семье Айкош не составило труда выдать одну девушку за другую.

Расчет был прост – во-первых, захватив в плен Даниэле, уже никто бы не покушался на Дайз, во-вторых, Дом Айкош получал шанс встретиться и договориться с несговорчивым Домом Розблю, при этом не особо беспокоясь о судьбе пленницы, пытаясь извлечь из переговоров собственную выгоду.

- Но почему ты согласилась так подставиться? – Рин отступил от пугающей девушки на шаг.

- Хоть мне и было пять, когда Дом Айкош забрал меня, я уже считалась полноценным членом Черного Дома, мне уже была поставлена татуировка. Глава Дома Айкош все же считал меня потенциально опасной, поэтому поставил на меня метку принятия в Дом на условиях услужения, я не могла покинуть их. В обмен на мое согласие подставить себя вместо Дайз, глава снял эту метку. Теперь я свободна от них. Но не от вас, - горько усмехнулась девушка.

- На что вы рассчитывали? Что мы не увидим герб Черного Дома? – Рин продолжил допрос.

- Да. Нам сообщили, что вы вменяемы и холодны. Мы посчитали, что вы запрете меня в подвале, но не рискнете насиловать, дабы не портить предмет торга.

- Криоте? Т-ты из главенствующей семьи Чер… того самого Дома? – Реми закрыл рот обоими ладонями, тяжело задышал.

- Да. Дочь главы, - холодно доложила Даниэле.

Парень не выдержал, выбежал за дверь. Братья проводили его сочувствующим взглядом.

- Когда мы изучали историю вампирских Домов, пришлось изучать и Черный Дом. После того как Реми узнал, какие зверства там творились, о жутких жертвоприношениях, о ваших изуверских пирах и прочем, ему потом пару недель снились кошмары, он даже несколько раз обмочился во сне. Нежный мальчик, - объяснил Рин.

- Мне не за что извиняться, мне было пять лет, когда Черный Дом уничтожили, - отчеканила Даниэле.

 - Ты права. Но при одном упоминании Черного Дома меня выворачивает, - задохнулся эмоциями Эмиль.

- Тебя и стошнило на парту прямо на занятиях, - презрительно посмотрел на брата Тьери.

- А как еще можно было отреагировать на то, что они совершили на ледяном пиру с тридцатью магами? А с теми людьми на праздновании Медовой Луны? – Эмиля затрясло, он не выдержал и тоже выскочил из комнаты.

Даниэле проводила его хмурым взглядом, дерзко посмотрела в холодные глаза Рина.

- И что теперь? Убьешь меня?

Даниэле поняла, что только в момент смертельной опасности, осознаешь, как же хочется жить. До этого смерть не казалась ей чем-то ужасным, ради свободы она легко готова была рискнуть жизнью.

- Нет, - уверенно заявил Рин. – Я свяжусь с опекуном, расскажу ему правду. Если он прикажет убить тебя, скажу, что так и сделал, но спрячу здесь, пока не придумаем, как освободить.

- Правда поможешь, Рин? - с такой надеждой посмотрела на старшего вампирчика. – Почему?

- Потому что ты не Дайз Айкош и это не твоя война и не твоя история. Черный Дом вообще находился в стране, которая в сегодняшних противостояниях не замешана. Я сообщу результат, - сухим тоном выдал Рин и поспешил выйти из комнаты.

Тьери выбежал за ним.

Вечером братья собрались в кабинете главы. На крайний случай, если дело не требовало отлагательств, они могли послать сообщение главе Дома. Процесс этот был болезненным и изматывающим, но Рин был готов, дело было важным.

Старший брат уселся за стол опекуна, положил перед собой круглое зеркало, размером с поднос. Разрезал клыком запястье, пролил несколько капель крови на зеркальную поверхность. Глава вышел на связь почти сразу же. Так как тело Рина охватила болезненная судорога, Тьери и Эмиль подскочили к брату, держали за плечи с двух сторон, помогая, если не уменьшить боль, то хотя бы сохранить разум ясным. Зеркало стало запотевать, дрожащим пальцем Рин вывел сообщение на его поверхности. Через несколько минут зеркальная поверхность стала черной, а после стало возможным разглядеть и послание от главы. Алыми буквами было написано:

«В таком случае план следующий - буду притворяться, что уверен, что Дайз у нас. Посмотрю, чего можно добиться на переговорах, когда обе стороны будут блефовать. Также бдительность Дома Айкош ослабнет, если они будут думать, что мы не раскрыли их план. И похитить настоящую Дайз, если это потребуется, будет легко.»

Рин взвыл от разочарования, его не волновали интриги Домов, его волновало, что глава прикажет сделать с Даниэле, но об этом не было ни слова. Пришлось продолжить мучительный сеанс, хотя вампир был уже близок к тому, чтобы потерять сознание от боли. Попросил дать инструкции касательно Даниэле. Слава Великим, ответ пришел быстро:

«До девки мне дела нет. Оставьте себе и делайте, что хотите, главное, чтобы она не покидала пределы поместья до того, как в переговорах будут достигнуты договоренности, или настоящая Дайз будет доставлена в поместье Розблю.»

Рин прервал сеанс связи и обессиленно обмяк в кресле. Эмиль и Тьери обхватили его с двух сторон и поволокли в спальню. Уложили в постель, Эмиль остался присматривать. До утра Рин должен был поправиться.

Перед сном Даниэле с облегчением сняла давно «уставшую» одежду. Теперь не было необходимости прятать татуировку. Умылась в тазу, не стесняясь уже камердинера, поняв, что это демимор, и дела ему до ее наготы нет. Юркнула в кровать, не задувая свечей. И хорошо, что не потушила, свет свечей поддержал лунный, и можно было с легкостью заметить смущение на лице вломившегося без стука Тьери. Даниэле натянула одеяло до подбородка, дыбы не смущать вампирчика еще больше, и выслушала его рассказ. Факт, что главе Розблю до нее нет дела принес небывалое облегчение. Девушка предположила, что скорее всего она получит свободу и теперь скорее всего выживет. Даже слезы на глаза навернулись.

- Ты плачешь, Даниэле? – Тьери нерешительно присел на кровать.

- От облегчения, Тьери.

- Хорошо. Я тут подумал - тебе все еще страшно? То есть, мы тебе, конечно, противны, это я понял, но ты же спала со мной прошлую ночь, и вот я подумал, если я не буду тебя касаться, можно же как в прошлый раз? Чтобы не страшно, - разразился словоблудием Тьери.

- Вы не противны, - улыбнулась Даниэле. – Я боялась, что вы полезете ко мне, увидите татуировку. Бинты — это так себе прикрытие для вампирши.

Тьери расценил ее слова как приглашение в постель, споро забрался под одеяло, приблизился на расстояние дыхания. Молодые вампиры лежали на боку и смотрели друг другу в глаза.

- Если будет страшно, можешь за руку взять, - с надеждой выпалил Тьери.

- А тебе не страшно, Тьери? Не боишься меня? И даже не презираешь? Эмиль и Реми так болезненно отреагировали на члена Черного Дома в своем поместье.

- Все вампиры разные, - тихо произнес Тьери. – Я с удовольствием изучал историю вампирских Домов. Мне была интересна история Черного Дома. То есть жертвоприношения в виде магов я осуждаю, но менее жестокие выходки были даже… я бы поучаствовал. 

- Например?

- Например в Фиалковом Завтраке на день летнего солнцестояния. У вас был дружный Дом. А у нас остался только опекун из всего дома Розблю. Ему удалось заделать четырех сыновей, но теперь он держит нас здесь как заложников, потому как не зная жизни, мы легче подчинимся.

- Подчинитесь?

- Нужно нас выгодно женить, чтобы расширить влияние Дома и увеличить количество его членов. А если мы распоясаемся, то можем встретить какую человеческую девку, повязаться нитью судьбы и ищи нас свищи по миру.

- Может, на Дайз все же заставят жениться, когда приволокут сюда. Она вам понравится, красивая и бойкая.

- Мне нравишься ты, - у Тьери отчаянно застучало сердце, оказалось, что это так страшно - произносить такие слова девушке.

- Решение об уничтожении Черного Дома было принято на голосовании совета всех Домов вампиров этого мира. Все члены Черного Дома, кроме детей, были признаны психически больными и их убили сородичи. А ты не боишься, что я тоже окажусь ненормальной?

- Криоте ведь главенствующая семья Дома?

- Глава был моим отцом, одна из трех его жен матерью.

- Три жены, - уважительно присвистнул Тьери, - на занятиях вскользь упоминали об этом.

- И еще с десяток наложниц и наложников, - ухмыльнулась Даниэле.

- А я к проституткам вырвался, так потом еще три месяца радовался, - смущенно рассмеялся парень.

Тьери не кстати вспомнил свой отрыв в борделях столицы, тело и так изнывало от желания, ведь Даниэле была так близко. Еще он подозревал, что она под одеялом абсолютно обнажена, ее одежда валялась на стуле, а от тела шел волнующий жар. Казалось, погладь он просто манящий стан и сразу же сольет. Но вот он в отличии от Эмиля даже Дайз Айкош не решался особо трогать, а уж Даниэле Криоте дочь безумного главы Черного Дома и подавно. Девушка вдруг накрыла его ладонь своей, рука у нее неожиданно оказалась сухой, шершавой и теплой, не походила на нежную ручку девушки, в Даниэле все было не то, что он ожидал найти в женщине, с которой у него могут быть некие отношения. Но эти вот «обманутые ожидания» почему-то радовали, и его тянуло к Даниэле все больше.

- Теперь мне не страшно, - заговорщицки прошептала девушка.

Она уснула первой, а Тьери потребовалось время, чтобы успокоится.

Утром он показал ей купальни и забрал оттуда после мытья, чтобы привести в столовую. Не зная, как отреагируют на нее братья, не хотел отпускать Даниэле одну. За столом был пока только Рин, сидевший во главе. Дворецкий демимор подавал завтрак.

- Присаживайтесь слева, - предложил Рин.

Даниэле села между ним и Тьери. Вошедшие следом Эмиль и Реми, похоже, не ожидали ее увидеть. В столовой повисла напряженная атмосфера. Реми смотрел в тарелку, но пытался заставить себя посмотреть на Даниэле и, может, даже улыбнуться. Младший вампирчик понимал, что ее нельзя винить в жутких деяниях Черного Дома, ей было пять лет, когда взрослых членов уничтожили. Но в памяти всплывали отвратительные истории даже оттого, что Даниэле находилась рядом. Это напрягало.

- Тьери, ты не ночевал в своей комнате, я утром заходил к тебе перед появлением камердинера, но постель была нетронута, - Эмиль с вызовом посмотрел на брата.

- Я ночевал с Даниэле. Проблемы? – принял вызов Тьери.

- Нет, - ответил за Эмиля Рин. – Вы взрослые люди, это ваше дело.

- Просто поддержал Даниэле и охранял от вас, - в голосе Тьери послышались собственнические нотки.

- Да мы не сделаем ничего плохого! – выдохнул Реми. – Понимаем, что Даниэле не виновата ни в интригах нынешних Домов, ни в грехах своего прошлого Дома.

- Все еще хочешь взять меня в жены, Реми? – горько усмехнулась девушка.

- Он хотел в жены девушку из Дома Айкош, о члене Черного Дома речи не шло, - парировал за брата Эмиль.

- А ты тоже хотел трахнуть титул, а не меня? – оскалилась Даниэле.

- Хотел бы трахнуть, давно бы трахнул, - рявкнул Эмиль.

- Оставьте ее в покое, - прошипел Тьери.

- Так не мы это начали! – поперхнулся беконом Эмиль. – Это твоя сучка провоцирует!

- Не нужно, Эмиль! – Тьери вскочил.

- А то что? – Эмиль последовал примеру брата.

- Оба сядьте, и прекратите ссору, - отрезал Рин, - мы так гордились тем, что дружны, хотели сохранить навсегда братские чувства, но при первом же контакте с внешним миром начали грызться.

Братья его послушали, Эмиль бросил пару злобных взоров в сторону Даниэле, Тьери опустил руку под стол и позволил себе сжать колено девушки, Реми по-прежнему смотрел лишь в тарелку. Даниэле искоса посмотрела на Рина, тот оглядел присутствующих холодным взором. Судя по всему, он имел среди братьев определенный авторитет.

Этот авторитет Рина сейчас тяготил. Он был всего на год старше Эмиля и на два старше Тьери, так почему должен был играть в их отца? И старшинство его не давало ему право даже наследовать титул главы Дома, если с нынешним когда-нибудь что-нибудь случиться. Глава избирался путем голосования членов. Рина не радовала перспектива веками играть в папочку, а потом оказаться подчиненным Реми. Братьев он любил, уступил бы титул любому, но считал, что тогда сейчас не нужно было распределять роли.

Завтрак закончили в тишине, после чего Даниэле изъявила желание выбрать книгу в библиотеке, куда ее вызвался проводить, разумеется, Тьери.

Девушка прошла вдоль стеллажа, парень волочился следом. Предложил почитать пару романов, написанных членами Дома Люнруж, славившегося выдающимися писателями и художниками.

Нервно дернул кадыком засмотревшись на тонкую талию, и, вспомнив, что за завтраком она не сбросила его ладони с колена, решился и обхватил девушку со спины, притянул к себе. Тьери охватило такое возбуждение, что он на какие-то мгновения потерялся, даже не сразу сообразил, что вжимается в нее напряженным пахом и, наверное, пугает, а что еще хуже вызывает отвращение. Задыхаясь от похоти, все же отстранился. Даниэле развернулась, оперлась спиной о стеллаж и притянула его к себе. Они были почти одного роста, Тьери оказался выше лишь благодаря каблукам сапог, он осторожно приподнял ее подбородок, ухватив его кончиками пальцев, и, сдерживаясь, коснулся губ.

А Даниэле не сдерживалась, обхватила его за талию, вжала в свое тело, распахивая уста и позволяя его языку проникнуть в рот. У нее были такие упругие губы, так распалял ее напор, ее развязные поцелуи. Невозможно было остановиться, и тысячи демонов не оттащили бы сейчас Тьерри от этой девушки. Сильные пальчики огладили его ягодицу и потерли член. По позвоночнику пробежала молния, и весь мир для Тьери сосредоточился сейчас в паху. Он отстранился от девушки, уперся кулаком в плотный ряд книг, не в силах сбросить охватившее его безумное возбуждение. Вздрогнул, когда понял, что Даниэле расстегивает пуговки на его брюках.

Девушка высвободила изнывающий, влажный от смазки желания ствол, и пару раз качнула вперед-назад, любуясь крепко стоящей пушкой.

Затем взяла его ладонь и плюнула на нее, заговорщицки глядя в глаза. Тьери размазал ее слюну по своему орудию, лаская член рукой, а Даниэле взором. И тут она неожиданно сползла вниз и оказалась на коленях перед ним.

- Что ты делаешь? – парень растерялся, перестав качать ствол.

Она не ответила, но в следующее мгновение ее губы коснулись горячей головки. Даниэле поцеловала его «там», вызвав крайнее смятение и непонимание в душе парня. А потом ее рот скользнул по его орудию, насаживаясь полностью словно влажные ножны. Ошарашенный Тьери почувствовал посасывающие движения губ и застонал в голос, всецело отдаваясь миру наслаждений. Продолжая упираться одной рукой в стеллаж, а другой ухватив ее волосы на затылке, он залитым похотью взглядом, наблюдал как Даниэле ублажает ртом его пушку.

- Даниэле, малышка, я сейчас, подожди, пожалуйста, сейчас могут быть последствия, - прошептал Тьери, бессовестно сливая девушке в рот.

Обессиленно грохнулся на колени рядом с ней, крепко обнимая.

- Даниэле, прости, я не знаю, как так вышло, - виновато прошептал вампирчик.

- Вышло что? – хихикнула девушка. – То, что из тебя вышло? Так я сама спровоцировала сие извержение. Все хорошо, Тьери, мне понравилось, - погладила напряженную спину.

- Мне тоже. Очень-очень. Я не знал, что так можно. Что так делают ртом, - выдохнул парень. – Это до одури приятно.

- Я рада.

- Даниэле. А можно я тебя? Ночью? Возьму по-настоящему? – прижал крепче, присваивая себе.

- Да. Ты же придешь ночью? Мне страшно ночью без тебя, – Даниэле отшатнулась и уперлась руками в плечи, с отчаянием всматриваясь в серые глаза. – Ты же защитишь меня?

- Конечно! – порывисто заверил вампир. – Ничего не бойся, моя малышка. Я буду защищать.

- Хотя бы пока не приедет глава, - вздохнула девушка.

- И после буду защищать, - напряженно посмотрел на девушку Тьери. – Я смогу защитить. У меня есть секрет, тайна, я никому ее не раскрываю. Просто верь мне. Я смогу тебя защитить, если глава решит что-то сделать с тобой. А братья не навредят тебе, здесь ты в безопасности.

Даниэле кивнула. Судя по уверенному тону Тьери, у него и правда было припрятано в рукаве несколько тузов. Счастливый парень убежал в купальню, а Даниэле устроилась на диване, выбрав книгу писателя из Дома Люнруж. Дом Люнруж в уничтожении Черного участия не принимал, и в целом в разбирательства Домов не вмешивался, предпочитая отдавать силы и время искусству. Вокруг еще немного витал сладкий манящий запах Тьери, девушка жадно повела носом, наслаждаясь запахом и воспоминаниями о сильном теплом прижимающемся к ней теле.

Эмиль появился через полчаса. Кривя, плотно сжатые губы, приблизился к девушке, севшей прямо при его появлении.

- Я слышал стоны Тьери. Их даже в столице, наверное, слышно было, - зло выдохнул Эмиль.

- Наверное.

- Дала ему, сука? А верещала, что мы тебе омерзительны!

- Я врала, чтобы Вы не приставали, не пытались меня раздеть, подсмотреть за мной, чтобы не увидели татуировку.

- Зачем только Рин сорвал бинты, - сокрушенно покачал головой Эмиль.

- А то ты бы успел трахнуть меня? – усмехнулась Даниэле. – А теперь я тебе омерзительна?

- Нет. Не омерзительна. Но если бы ты знала, как я тебя суку ненавижу! – Эмиль задыхался от злости. – Ты сделала из меня мерзейшее существо на свете!

- Я тебя и пальцем не тронула, Эмиль, - вскинула брови девушка. – И не виновата, что ваш глава похитил меня.

- Твой Дом тронул. Я ведь тоже…. А ты член Черного Дома, тебя же родила одна из бл#дей, стелившаяся под безумного главу. А я… я изучал вашу историю, ваши безумства, зверства, но и вот эти вот всякие свальные соития и оргии, что члены Дома творили на своих аморальных сходках, и ублажал себя по ночам, не мог остановиться. Меня от самого себя потом воротило, так противно было и так возбуждающе.

- Гадко и сладко, - ухмыльнулась Даниэле.

- Что ты за дрянь! – Эмиль наклонился над девушкой, выставив руки по обеим сторонам от нее, уперевшись в спинку дивана.

- Я дрянь? – посмотрела на него с вызовом. – Я ничего такого не делала, и в отличии от тебя, даже не радовала себя, представляя развлечения Дома.

- Все равно я ненавижу тебя! – в прекрасных глазах цвета спелой черешни стояли слезы.

- У тебя поэтому так стоит? – пробежала пальчиками по напряженному паху.

Эмиль рыкнул и выбежал из библиотеки. Даниэле долго и задумчиво смотрела ему вслед, после чего все же углубилась в чтение. Тьери забегал, приносил ей подушки и чаю, постоянно целовал в губы и выглядел сумасшедше счастливым.

После обеда все же решил ее не тревожить, Тьери проводил бы с Даниэле дни и ночи напролет, но боялся надоедать. Устроился на послеполуденный сон в своей спальне. Поспать ему не дали, в комнату вломился Эмиль и залез на кровать брата.

- Ну и как она? – Эмиль натянул одеяло до подбородка. – Ты так стонал. Но не лучше же проституток?

- Эмиль, - Тьери прикусил нижнюю губу, - помнишь ты говорил, что тебе одна шлюха предлагала взять у тебя пушку в рот? Но тебе денег не хватило на дополнительные услуги?

- Ну.

- Я тебе не поверил, подумал, как можно в рот, он маленький и там зубы. Но знаешь, даже клыки не мешают.

- Она что член в рот взяла? – затаил дыхание Эмиль. – И прямо глубоко?

- Ага, - Тьери облизнулся вспоминая, - до конца даже, и сосала что леденец. Как же это было крышесносно, Эмиль! Я никогда так ярко не кончал.

- Сладко и гадко, - горько усмехнулся Эмиль.

- А ты приходи сегодня ночью к ней, может, и тебе она не откажет, - задумался Тьери. – Это же нормально? Можно же с одной девушкой вдвоем? Если судить по истории вампирских Домов, то почти у всех глав полигамные браки. Да и среди обычных вампиров все реже встречаются пары.

- Можно. Но я не приду к девке из Черного Дома.

- Ааа. Ты ханжа, братишка, - прошептал Тьери.

- Может. Я очень сейчас тебе завидую, с твоим жестокосердием легко ее принять. Единственную женщину, посетившую это поместье за последние восемнадцать лет.

- Жестокосердием? – удивился Тьери.

- Ага, ты жестокий. Помнишь, как ты расчленил того камердинера демимора?

- Ну и что? – возмутился Тьери. – Демимор все равно что растение, розу же можно срезать. В учебниках по анатомии все так скупо, а мне хотелось посмотреть, что внутри.

- И по твоей вине мой кот теперь бесхвостый урод, - навис над братом Эмиль. – Отрубил же хвост котенку.

- Сейчас могу признаться, что хотел его просто убить, - захихикал Тьери. – Просто, когда занес тесак, вошел ты, и я решил ограничиться хвостом, чтобы не терять твоей дружбы.

- Ценю, - растрепал брату волосы Эмиль.

- Мне тогда казалось, что ты любишь только кота, - обижено выдал Тьери. – Ты же таким задиристым был.

- Я люблю только братьев, больше у меня никого и нет, и немного кота, - вздохнул Эмиль. – Не главу же любить, который запер нас в поместье и сам раз в год здесь появляется.

- А Даниэле теоретически мог бы полюбить? – Тьери не дал брату отпрыгнуть, вцепился в волосы и заставил смотреть в глаза.

- Боюсь, что да, - выдохнул Эмиль.

Даниэле же не отправилась на послеполуденный сон, решив побродить по дому. В кабинете ее острый слух уловил шуршание, и девушка заглянула в щелочку приоткрытой двери. За столом сидел Рин, что-то сосредоточенно рисовал на бумаге угольными карандашами. Даниэле тихонько стукнула в дверь, и тут же вошла, поспешила подойти к столу, боясь, что Рин выставит ее. Парень перевернул лист бумаги, девушка лишь мельком успела заметить эскиз всадника на лошади.

- Рин, можно побуду с тобой минутку? - выдохнула Даниэле. – Я понимаю, ты занят, но удели мне пару мгновений.

- Я не занят, - холодно улыбнулся Рин. – Я делаю вид, что занимаюсь чем-то важным, прежде всего для самого себя. Рисовать мог бы и в комнате, и в мастерской, но просиживание в кабинете выглядит солиднее. С тех пор как закончилось обучение, и учителя уехали, у меня безумно много времени.

- А поместье? Им же кто-то управляет?

- Демиморы получают ментальные указания от опекуна, все функционирует само по себе, конюшни прибраны, кони накормлены и выезжены, кусты пострижены, дом прибран, обед приготовлен. Я лишь могу заказывать блюда и цвет простыней.

- Тебе скучно?

- Не знаю, - пожал плечами парень. – Я привык бездельничать все тридцать шесть часов в сутках, это и пугает. Так и в демимора превратиться недолго.

- Ты бы хотел иной жизни, Рин? – девушка обогнула стол, встала позади вампира, прижавшись к спинке кресла.

- Конечно! Я мечтаю иногда даже, казалось бы, о самом простом - выйти в городе из дома, зайти в лавку, перекинуться парой слов с лавочником. Даже с учителями нам не дозволено было общаться не по теме занятий. Представь, какого это - быть настолько изолированным от общества.

- Я тебя понимаю, я росла как компаньонка Дайз, мы были немного дружны, но все же у меня была эта метка служения, и я была как в заточении. Иначе никогда бы не решилась так подставиться. Повезло, что вы смилостивились надо мной.

- Я тебя защищу, Даниэле, - тихо выдал Рин. – У меня есть одна тайна, я никому не говорю о ней, и тебе не скажу, но знай, я смогу тебя защитить.

- Спасибо, - девушка положила руки на плечи парня.

Стала массировать сильными ладонями, предполагалось, что так она помогает ему расслабиться, но Рин вот наоборот напрягся, радуясь, что сидит, придвинувшись почти вплотную к столу, и Даниэле не видит его реакции на ее прикосновения.

- Хорошо?

- Даже слишком, - выдохнул парень. – Даниэле, а там в библиотеке… Тьери так стонал. Вы занимались любовью?

- Не совсем, - Даниэле нагнулась, чтобы прошептать ему в ухо, обдавая кожу горячим дыханием. – Я приласкала его пушку ртом.

- А так можно? – хриплым голосом уточнил парень. – Мне просто для просвещения. Я понимаю, как происходит соитие лишь в общих чертах, основываясь на примере скота и сухих фраз из учебника по анатомии.

- Нужно было лучше изучать историю Черного Дома, - девушка лизнула парню ушко.

- В истории физиологические подробности опущены, - Рин так мечтал, чтобы она повторила это движение языком.

- Хочешь, я тебя просвещу? – еле слышно прошептала девушка, теперь губы касались его шеи.

Рин вспомнил, какие они упругие, он немало времени провел за рукоблудием, воскрешая в памяти ощущения, которые он испытывал, когда она пила его кровь. Но сейчас было в тысячу раз лучше, Даниэле не сдерживалась, и посасывающие движения по коже приводили Рина в полный восторг.

- Хочу, но стесняюсь своей неопытности, - молодой вампирчик сжал кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

- Просто сядь на диван, я все сделаю сама.

Девушка отошла, принялась разглядывать шкаф со свитками, давая Рину возможность преодолеть смущение и принять решение.

- Хорошо, иди ко мне, - позвал вампир.

Даниэле подскочила к диванчику и, ловко оседлав парня, впилась в его губы грубым поцелуем, сразу проталкивая язык к нему в рот. Слегка подрагивающими ладонями Рин обхватил ее талию, и она плавными движениями потерлась о него, раздразнивая и без того возбужденное орудие.

- Будет очень презренно, если я солью в брюки? – прошептал парень, когда они прервали поцелуй, чтобы перевести дыхание.

- Потерпи, - подмигнула Даниэле.

Девушка сползла с Рина и расположилась между его ног, споро расправляясь с пуговками на брюках. Извлекла его пушку на свет и игриво потерлась о ствол гладкой щекой. Парень до последнего не верил, что она это проделает, но Даниэле скользнула влажными губами по головке и принялась ублажать его орудие ртом, ее постанывания вибрациями отдавались в паху. Рин, вцепившись ногтями в обшивку дивана и возблагодарив всех Великих, создавших этот мир и такую прекрасную Даниэле, излился ей в рот, проваливаясь в мир сносящих крышу наслаждений.

- Вот, - облизнулась Даниэле. – Но я не очень хороша в искусстве шпагоглотания, если бы вам попалась настоящая Дайз, повезло бы больше.

- Даниэле, - Рин нагнулся и притянул ее к себе, заставив оседлать его снова. – Мне не нужно искусство. Мне нравится, что это делаешь ты.

Обхватил лицо ладонями, жадно целуя, уже смелее запуская язык ей в рот.

- Ночью, - прошептала девушка, – приходи ко мне.

- Там ведь будет Тьери, - замялся Рин. – Как-то меня смущает, что мой первый раз будет на свальном соитии.

- А то, что твой первый раз будет с девкой из Черного Дома не смущает?

- Не знаю, - задумался Рин. – Я тебя ни в чем не обвиняю, ты была ребенком, когда взрослых членов Черный Дом уничтожили. Ты не ведала, что они творили. Но я вот подумал, безумие оно же не заразно?

- Не знаю, - призналась Даниэле. – Может, передается через кровь, но уж точно не через соитие. Но убей своих учителей, если встретишь, тебе лгали. Члены Черного Дома не были безумны. Они были жестокосердны, аморальны и развращены. Их деяния порождало не больное воображение, но жажда зла.

- Еще страшнее звучит, - улыбнулся Рин. – Я прийду ночью, если ты согласна. Но не уверен, что смогу доставить тебе хоть сколько-нибудь удовольствия.

- А тебе бы хотелось меня порадовать?

- Очень.

- Я научу, Рин, - девушка потянулась за поцелуем.

Тьери был счастлив, счастлив, потому что Даниэле не отвергла его, и потому что чувствовал, что с момента ее появления в их поместье жизнь его начала меняться, он больше не чувствовал себя пленником, заложником судьбы и обстоятельств, он был готов им противостоять. И мысли возможной борьбе с главой не тяготили его, а почему-то радовали. И как будто спала с плеч его многовековая усталость.

Нервное напряжение, однако, не поубавилось, он же помнил, что Даниэле пообещала ему ночью соитие. Как всегда без стука, отворил дверь. Вампирша лежала, завернувшись в простыни, лукаво поглядывая на него в свете свечей.

- Мне можно раздеться? – запрыгнул к ней на постель.

- Нужно, - расплылась в коварной улыбочке девушка. – И ты же не против, если Рин заглянет?

- Да нет, - смутился Тьери. – Хотя я к такому не готовился.

- Я готовилась, - хихикнула девушка и потянула парня на себя.

Он нетерпеливо расправился с простынями, позволяя себе полюбоваться ее телом. Нежно поцеловал шею и груди, не зная, что предложить еще в качестве прелюдии. Не сразу же ее….

- Давай, - девушка развела перед ним ноги. – Не думай, просто делай, что хочется.

Хотелось уже ворваться на всю длину, яйца, казалось, и не опустошались сегодня днем, молодое тело изнывало от желания. Но Тьери как мог держался, осторожно приставил, плавно протиснулся внутрь и медленно задвигался. Даниэле обхватила его талию ногами, чуть подыгрывала бедрами, тихо и сладко стонала, побуждая к более активным действиям. Тьери понимал, что задвигайся он чуть быстрее в таком теплом тесном лоне, то немедленного извержения будет не избежать, а так хотелось доставить ей удовольствие, возможно даже довести до разрядки. Тело Даниэле выгнулось под ним дугой, отвечая на очередной более резкий толчок, и Тьери не сдержался, принялся ненасытно сношать ее все крепче вжимаясь в тело. По позвоночнику молнией пробежала приятная дрожь, осев горячим желанием в паху, а после фонтан семени вырвался из ствола, а фонтан удовольствия затопил тело.

- Даниэле, - Тьери откинулся на спину. – Так хорошо. Как сделать тебе также? Меня научили пальцами, но, может, научишь меня тоже делать всякие штуки ртом? Тебе понравится?

- Мне не важна разрядка, очень нравится просто даже касаться тебя, Тьери, - проворковала девушка. – Но я научу со временем тебя всему, что мне нравится и понравится тебе.

Тьери все равно было немного стыдно, от того, что он удовольствие получал, а Даниэле пика наслаждения не достигала. Но он ничего не мог поделать со своей неопытностью. Привлек девушку к себе, устраивая на груди.

Рин по крайней мере стучался. Правда, не дожидаясь приглашения, он тут же вошел. Нерешительно завис у порога, разглядывая завернутую в простыни девушку жадным взором.

- Да, заползай же на кровать, Рин, - весело подмигнула Даниэле.

- Не знаю, нормально ли это, - старший вампирчик последовал ее указаниям, залезая на постель.

- А не наплевать ли? – фыркнул Тьери.

- Правила устанавливаете вы, это ваше поместье, - облизнулась Даниэле. – Если ты скажешь, что это нормально. Значит — это нормально, Рин. Ваше слово в Доме – закон.

- Да, но последнее слово за главой, - напомнил старший брат.

- Он ввязался в опасную игру, может, его убьют, - задумалась Даниэле. – Пока его здесь нет, его вообще не существует.

- Интересная мысль, - Тьери сел в кровати с другой стороны от Даниэле, облокотившись об изголовье. – А скажи, Рин, если бы глава умер, ты бы хотел занять его место?

- Да не особо, - пожал плечами Рин. – Я пытаюсь играть в его заместителя и старшего брата, чтобы уличить возможность выбраться в город, посмотреть на других существ хотя бы из окна экипажа. А роль главы больше подойдет тебе, лисенок.

- Почему?

- Ты жестокий.

- Да что это вы заладили с Эмилем? Он тут все припоминал своего бесхвостого кота, ты еще…

- Ну так, а моей канарейке ты вообще шею свернул, - возмутился Рин. – А кролика Реми выпотрошил, малыш так плакал…

- А у тебя не было питомца, Тьери? – засмеялась Даниэле.

- Кого-то этому живодеру тоже подарил один из учителей на Йоль, - ответил за брата Рин. – Мы видели лишь кровавое пятно, но Тьери утверждает, что это был хомяк.

- Я был любознательным ребенком просто, - фыркнул Тьери. – А мир вокруг слишком хрупок для меня.

 - Расскажите еще что-нибудь про себя, - попросила девушка, - мне так интересно.

- Да ничего рассказывать, - разочаровано вздохнул Рин. – Мы всю жизнь провели запертыми в поместье, о внешнем мире знаем лишь из книг, мы дикие асоциальные ублюдки.

- А о чем ты мечтаешь, Рин? – заинтересовано спросила вампирша.

- О свободе. О свободе передвижений, о свободе выбора своего пути, своей судьбы.

- А ты, Тьери? - перевела взгляд на среднего брата.

- О развлечениях, - мечтательно прошептал Тьери. – О пирах, соитиях, охоте, о поездках в другие города, о посещении всяких разных мест.

- А ты о чем мечтаешь, Даниэле? – Рин откинул голову на изголовье и обнял девушку за талию.

- Найти своего брата. Его забрал Дом Хрустальный Пепел. Ему было три, когда уничтожили Черный Дом.

- Теперь ты свободна от Дома Айкош, я найду способ вызволить тебя отсюда, и можешь отправляться на поиски, - выдал Рин.

- Я вас тоже освобожу, - прошептала Даниэле. – Но пока нужно посмотреть, чем закончится история с Дайз.

- Надеюсь, нас это не коснется, - проворчал Рин.

- Неужели не хочется заполучить прелестную Дайз в плен? – улыбнулась Даниэле.

- Меня интересует другая пленница, - старший вампирчик повернулся к девушке.

Даниэле притянула его к себе чувственно целуя, ловко пробегая пальчиками по пуговкам на его сорочке. Отбросила простыни, позволяя оглаживать и рассматривать свое нагое тело. Тьери тоже не терялся, ласкал ладонями тонкий стан. Даниэле же уложила Рина на спину, ублажая пальцами напряженную пушку, а потом оседлала его, усаживаясь на каменное орудие. Плавно задвигалась на стволе, и парень, тяжело дыша и сдерживая стоны, сжал ее тонкую талию ладонями, насаживая глубже. Покусывая губу, Даниэле смотрела то в серые глаза сходящего с ума от возбуждения Рина, то в серые глаза, наблюдающего за ней Тьери, качавшего свою вновь вставшую пушку.

Пламя свечей отражалось извивающимися саламандрами в прекрасных глазах Даниэле, Рин чувствовал пожар в сердце и пожар в паху. Скопившийся жар выплеснулся вместе с семенем, накрыв парня волнами удовольствия.

Даниэле, прикусив пальчик, слезла с Рина, но Тьери тут же притянул ее к себе.

- А можно я еще раз? – голос стал хриплым от возбуждения.

Девушка встала перед ним на четвереньки, прогнувшись в спине. Растерявшийся было Тьери, все же сориентировался, разобрался с этой позой и в этот раз даже действовал намного чувственней, почти доведя Даниэле до разрядки.

- А мне можно также? – Рин тоже был готов к повторному соитию после того, как Тьери, ошалев от счастья, повалился на спину.

Старшему вампирчику было стыдно так утомлять девушку, но он надеялся, что тело вампирши все же достаточно выносливое.

- Конечно, - довольно прошептала Даниэле, осталась стоять на четвереньках.

Сейчас Рин действовал гораздо уверение, был грубее, чем Тьери, но так сладко тянул за волосы и прикусывал шейку, что даже выбивал из девушки тихие стоны.

Когда и старший вампир, получил свой кусочек умопомрачительной разрядки, парни бесцеремонно залезли под одеяло и обняли Даниэле с двух сторон. Ну да, чтобы ей уж точно не было страшно.

На завтраке присутствовали довольная Даниэле, абсолютно счастливые Рин и Тьери, то и дело опускающие руки под стол и хватающие девушку за колени, хмурый Реми, и в этот раз пристывший взглядом к тарелке с горячими бутербродами, донельзя раздраженный Эмиль, периодически бросающий взоры на сияющую троицу.

- Ну как свальные соития? – метнул молнию в братьев Эмиль. – В духе Черного Дома?

- Не строй из себя возмущенную невинность, - скупо улыбнулся Рин. – Уж кому-кому, а вот тебе не идет, Эмиль.

- А завидовать нехорошо! – с легким смешком поддержал брата Тьери.

Эмиль уставился прекрасными глазами цвета спелой черешни в глаза Даниэле. Девушка отвечала ему не моргающим взглядом, смотрела почти что с вызовом.

- Да, демоны с вами, - сдался Эмиль. – Делайте что хотите, только не у меня на виду. Противно.

- Сладко и гадко, - одними губами вымолвила Даниэле.

- Кстати, о делайте что хотите, - взмахнул вилкой Тьери, - пойдемте сегодня к ограде, посмотрим охранный щит? В случае опасности мы должны суметь выпустить Даниэле отсюда.

- Да, можно, - недовольно проворчал Эмиль.

Реми ничего не ответил, продолжая гипнотизировать овощной салат и распластанный на бутерброде сыр, но в «поход» к ограде пошел со всеми. Выбрали участок, через который прорвались в прошлый раз Тьери и Эмиль, сбегая в бордели. Он находился в довольно запущенной восточной части сада, садовник демимор захаживал сюда редко. К ограде пятерка продиралась через дикий кустарник ежевики. Эмиль выбрался первым, схватился за потрепанную жизнью чугунную решетку.

- Вот тут щит слабее, - уверенно заявил парень. – Если давануть заклинанием прорыва, которое мы тайно выучили, сперев у учителя тот фолиант, можно пробить.

- Только сейчас весь щит усилен, ведь глава думал, что похитил Дайз Айкош, - со знанием дела заявил Тьери. – Мы в прошлый раз ударили вдвоем, но теперь такого удара может не хватить.

- Заклинание заклинанием, - с подозрением уставился на братьев Рин, - но как вы так чувствуете охранный щит, а именно слабое место в магии?

- Нууу, - замялся Тьери, - если очень захотеть, можно понять. Мы просто чувствительные очень.

- Я и дождь предсказать могу, - принялся рассматривать цветочки ежевики Эмиль.

- А я не поэтому чувствую! – с придыханием, наивно посмотрев на каждого прекрасными карими глазами, выдал Реми. – Я давно хотел вам сказать, но никак не решался. Похоже, я владею магией! Я маг-вампир. Я не только заклинания могу использовать, но и просто силой мысли могу кое-что колдовать!

- О, Великие, - Рин вознес глаза к небу. – Теперь даже неудобно скрывать, но я тоже маг-вампир. Только попрошу вас хранить это в строжайшем секрете.

- Ладно, тоже сознаюсь, у меня есть маг-способности, - заявил Тьери. – Эмиль, я так понимаю, и ты не обделен?

- Да, - кивнул Эмиль, - видимо, у главы получалось все же создать вампиров не от простых человеческих женщин, а от тех, в ком была скрыта магия, и на деле они являлись магичками, а не людьми.

- Это прекрасно! – с любовью в глазах оглядела парней Даниэле. – Но вы правы, до поры до времени об этом лучше никому не знать! Пока храним эту тайну.

- Выходит, мы вчетвером можем ударить заклинанием, и оно будет сильнее, чем у обычных вампиров, - постучал пальцем по губам Реми.

- Попробуем? – в предвкушении потер ладони Тьери.

Парни велели Даниэле углубиться в кусты, вычислили слабую точку в охранном щите и почти синхронно направили в нее заклинание. Тьери и Эмиль уже проделывали такое раньше, поэтому действовали уверенно, Реми помог лишь чуть, однако, каждая капля магии была важна. Щит поддался, и, сообщив, что в нем есть теперь прореха, Тьери ловко перемахнул через ограду в поруганном месте.

- Ох, как же хочется в лес! – оглядел присутствующих Эмиль. – Может, сходим ненадолго погулять?

- А надолго не хотите? – заговорщицки предложила Даниэле, выбираясь из кустов. – Давайте отправимся в поход на денек?

- Ох, нет, если глава узнает, нам прилетит, - возразил Рин.

- Если он в столице, то наверняка строит планы по похищению Дайз, а если и соберется в поместье, то это три дня пути верхом из столицы, - подсчитал Эмиль, – и то, если периодически переводить лошадь в прибавленную рысь. На день сходить в поход вполне можно!

- Давайте! Давайте сделаем это! А куда мы пойдем, Даниэле?! – впервые с момента как увидел татуировку, Реми посмотрел девушке в глаза.

- У меня есть цель, - серьезно оглядела парней девушка, - я хочу присмотреться к поместью Дома Хрустальный Пепел. Туда забрали моего брата. Если вам все равно, где гулять, давайте дойдем до ваших соседей и понаблюдаем.

- А ты знаешь куда идти? – Тьери перелез обратно в сад.

- Да, я изучила карты, когда узнала, что меня хотят подослать вместо Дайз. По моим расчетам это в часах шести отсюда, если идти пешком через лес. Но мы можем погулять по лесу подольше и даже заночевать там.

- А ты умеешь читать карты? – с интересом уточнил Рин. – В библиотеке есть несколько подробных карт местности, но идти по лесу, ориентируясь по карте мы не сможем. Чтобы попасть в город достаточно пройти вдоль ограды и выйти на дорогу, но лес другое дело.

- Я смогу, - кивнула Даниэле. – Ориентируясь по светилу и карте, я приведу нас к поместью Дома Хрустальный Пепел.

Пятерка повернула обратно к дому, ломанулась сквозь кусты словно стадо диких бизонов, так не терпелось молодым вампирам найти приключения. В библиотеке разложили карту окрестностей, и Даниэле указала местонахождение соседнего поместья. После чего парни по ее указке принялись забрасывать в заплечные мешки все необходимое для похода. Сборы заняли около получаса, но вампирчики решили выдвинуться ближе к вечеру, чтобы заночевать в лесу.

Рин и Реми нервничали больше всех, они еще никогда не выходили за пределы поместья самостоятельно. Лишь считанные разы выезжали в город вместе с главой, но там даже ни с кем не разговаривали. Реми уже, кажется, забыл, что Даниэле член Черного Дома, и поглядывал на нее с восхищением как на великого полководца.

Собравшись, молодые вампиры предупредили дворецкого, что плюс-минус два дня будут сидеть в саду и застилать постели и подавать еду им не нужно. Демимор безучастно принял нелепую информацию к сведению.

Парни и девушка же побежали в сад. Тьери лихо взобрался по ограде, подавая руку Даниэле, та прекрасно лезла сама, но, чтобы не обижать вампирчика, приняла помощь. Когда все перелезли, Даниэле, взглянула на заходящее уже светило и велела следовать за ней.

- Тут, кстати, водятся волки, - доложил Эмиль. – Когда устроимся ночью на привал, нужно будет развести костер, чтобы их заметить.

- А может лучше подкараулить в темноте, а то вдруг они испугаются огня и не придут? – кровожадно облизнулся Тьери.

- Они скорее всего и так не придут, - разочаровала парня Даниэле. – Животные чуют вампиров, и дикие в отличии от прирученных боятся нас и избегают. Так что мы не встретим никого в лесу.

- Да и волк не хомяк, - потянул Рин. – Ты Тьери, мой лисенок, уверен, что хотел бы сразиться со стаей?

- Еще как! – воинственно обнажил клыки. – Ты разве не хотел бы?

- Пожалуй, хотел бы, - задумался Рин.

А Реми вот не хотел бы. Волки его пугали. Он на всякий случай даже схватил за руку Эмиля, брат крепко сжал ладонь младшенького вампирчика, как бы сообщая, что он его защитит. Эмиль не видел особого веселья в том, чтобы перегрызать горло толпе серых псин, он был готов вмешаться только в том случае, если бы братьям грозила опасность. Даниэле он тоже был готов защищать. Он отчаянно ее ненавидел и отчаянно вожделел, и его сердце прибывало в полном смятении из-за противоречивых эмоций. Но как бы там ни было, защищать Даниэле Эмиль хотел от души. И должен был защищать. Почти обещал же…

Братья с интересом оглядывали лес и с готовностью подчинялись указаниям Даниэле. У ручья она все же позволила им надолго «зависнуть», парни носились по мелководью как дети, направляя друг в друга холодные брызги.

До темноты вампирчики преодолели гораздо большее расстояние, чем ожидали, Какое-то время шли в темноте, благо вампиры прекрасно видели в ночи, но потом все же усталость взяла свое. Дойдя до небольших каменных насыпей, решили прилечь у огромных валунов, где росла мягкая весенняя травка.

Одеяло было одно, вампиры могли спать и на земле, контролируя температуру тела, но нагреть магией тел шерстяное изделие было проще, а спать на тепленьком приятнее. Тьери в один прыжок занял место рядом с Даниэле, Рин собственнически придвинулся к ней с другой стороны. Реми скромно улегся с краю от него, а Эмиль, презрительно фыркнув, лег по другую сторону от Тьери.

Никто не спал, но каждый делал вид, что спит как положено, устроившись на ночлег в походе. Даниэле повернулась лицом к Тьери и принялась его потихоньку целовать, а задом уперлась в лежащего на боку Рина, ерзая по паху парня.

- Отойдем? - прошептал ей в ухо старший вампирчик.

- Давай здесь, - еле слышно проговорила Даниэле. – Просто вытащите пушки.

Парни повиновались, и принялись качать вызволенные из брюк стволы, тыкая в девушку влажными головками. Даниэле поворачивалась то к одному, то к другому целуя в губы и помогая ублажать пушки пальчиками, а потом сползла пониже. Таким образом члены оказались напротив ее лица и, поворачиваясь с одного бока на другой, Даниэле брала их по очереди в рот или вылизывала языком.

Реми, плавясь от стыда, уткнулся лицом в землю, отчаянно делая вид, что спит. Эмиль же, разражено рыкнув, вскочил и убежал за валуны.

Рин и Тьери, уже не стесняясь, излились Даниэле на лицо.

Наспех обтеревшись рукавом, Даниэле все же прибежала к Эмилю за каменную насыпь. Как и ожидалось, застала того за рукоблудием.

- Свали сейчас же, - процедил сквозь зубы парень.

- Так я могла бы помочь, - девушка бесцеремонно разглядывала зажатый в кулаке ствол.

- Сва…. Ах! – Эмиль, тяжело дыша, смотрел на то, как сливает на землю.

Даниэле, усмехнувшись, развернулась к нему спиной и убежала на одеяло в объятия Тьери и Рина.

Проснувшись, никто ночные приключения не комментировал, но всем, кроме Даниэле, было неловко. Умывшись в обнаруженном роднике, пятерка двинулась дальше, и уже на рассвете вампиры увидели с высоты холма сад и особняк поместья Дома Хрустальный Пепел. Дом был выкрашен белым, бежевым, желтоватым, казался легким, воздушным. Двор утопал в цветах, его заполняли многочисленные цветочные клумбы, где преобладали преимущественно желтые и белые оттенки, и цветущие сейчас плодовые кустарники.

Несмотря на раннее утро в саду было оживленно, копошились слуги, устанавливали два стола, покрывая их белоснежными скатертями, расставляли стулья. Слуги бранились, перешучивались, поторапливали друг друга. В услужении Дома Хрустальный Пепел были живые люди, это так контрастировало с поместьем Дома Розблю, где бродили безучастные ко всему демиморы.

Братья как завороженные смотрели на простую, казалось бы, картину подготовки к какому-то торжеству. Наполненное жизнью цветущее во всех смыслах поместье казалось им сказкой. Из дома выскочила молоденькая вампирша в светлом платье, смеясь побежала вокруг столов, раздавая на ходу поручения слугам, за ней выскочил парень вампир, подхватил на руки и стал на невероятной скорости кружить, после чего они с тем смехом, который присущ лишь беззаботной юности, повалились на траву.

- Можно я подойду поближе? – Реми умоляюще посмотрел на братьев. – Хочу послушать голоса, понять, что и как говорят нормальные вампиры. Может, такого шанса больше и в течение ста лет не представится.

- Хорошо, - строгим тоном выдал Рин. – Но одного мы тебя не пустим. Не забывайте, зачем мы здесь, узнать хоть что-то о брате Даниэле. Предлагаю спуститься и подойти к ограде со стороны зарослей лавра, там нас не увидят. Послушаем разговор.

Вампиры, стараясь держаться поближе к кустам, стали спускаться к ограде, когда добрались до зарослей лавра, тонкий слух маг-вампиров уже смог различать голоса. Даниэле тоже обладала магией, основную нить разговора между парнем и девушкой она улавливала, тем более что те отошли от столов и сейчас прогуливались чуть ближе к ограде.

«Судя, по количеству приборов, почти все приглашенные подтвердили, что нанесут визит по случаю дня рождения Манон. Но я не рад, не люблю толпу»

«А я не люблю Манон. Но это тссс. А так да, подтвердили, почти все, кроме парочки Домов типа Дома Розблю, например. Но ты же знаешь этих сухарей, Итан, они никогда даже не отвечают сами, всегда получаем лишь сухой отказ от их главы. Зачем приглашать их каждый год?»

«Они ближайшие соседи. Вежливость. Формальность. Стратегия. Хотя, знаешь, Флор, возможно, в этот раз мы увидим кого-то из наших нелюдимых собратьев. В этом году их младшему исполнилось восемнадцать, они все теперь совершеннолетние и могут принимать решение самостоятельно. Может, младший не такой сухарь и явится?»

«Ах, нет, я поинтересовалась у матери насчет Розблю, их глава уже прислал отказ, ясно дав понять, что никто из братьев не приедет.»

Из парадных дверей особняка выскочила женщина и позвала парочку в дом. Итан и Флор послушно побежали на зов.

Вампиры, засевшие в кустах лавра, переглянулись.

- Нас звали на день рождения? Принять участие в торжестве? – Реми так старался, чтобы тон его был холоден, но все в нем выдавало детскую обиду.

- Какой же Жан сука, - сплюнул Эмиль. – Прятал письма, адресованные нам. Сколько еще приглашений присылали нам вампирские Дома?

- А что лучше было бы, если он показывал и не пускал? – охладил пыл братьев Рин. – Представьте, как было бы обидно все эти годы.

- Мы бы прорывались, сбегали! – выдал Тьери. – Он понимал это, конечно. Гораздо проще держать нас в поместье, когда нет соблазнов извне.

- Так что мешает нам пойти на торжество? – сложил руки на животе Эмиль. – Нас же пригласили! Тем более, мы хотели найти брата Даниэле. Наверняка он среди них.

- Одежда, - вздохнул Рин. – Нам помешает одежда. Мы надели конные бриджи и старые блузы, готовясь к походу. Нельзя так являться на праздник.

- Допустим, вопрос с одеждой, я решу, - отмахнулся Тьери. – На ум приходит один случай, вычитанный в романе, он объяснит, почему мы так одеты. Эмиль, ты расскажешь, у тебя лучше всех получится. Как решить вопрос с Даниэле? Лучше не рассказывать, кто она. И оставлять одну в лесу не стоит. Хотя думаю, ты не сбежишь, Даниэле?

- Хотела бы сбежать, давно сбежала, пока вы давали дружного храпака и даже не подумали меня охранять, - указала на оплошность парней Даниэле. – Может, вновь сыграем трюк с подменой? Я притворюсь кем-нибудь еще, кто гостил у вас. Скажете, что дерзнули взять с собой гостя. Лучше даже парнем, на мне ведь мужская одежда сейчас.

- Отличная идея! – одобрил Тьери. - Только вот нужно быть уверенным, что они этого парня не знают. Вспомните составы Домов, есть где отшельники вроде нас?

- Дом Нефритовые Звезды находится на отдаленном острове, - воскликнул Эмиль. - Насколько я помню из истории Домов, он никогда не принимал участие ни в каких союзах, заварухах и прочем. Возможно, и в торжествах не участвует. Вряд ли его молодых членов знают.

- Насколько помню я, - взял слово Рин, - из молодых вампиров у них есть девочка лет десяти и два парня двенадцати и пятнадцати лет. Если кто их и встречал в последние годы, вряд ли запомнил цвет глаз, тем более лицо, да и дети сильно меняются. Даниэле вполне сойдет за пятнадцатилетнего парня.

Нужно было еще вспомнить имя этого парня, но вампирчики помнили только имя главы, решили придумать имя сами, надеясь, что и присутствующие не вспомнят имен. Бодро двинулись вдоль ограды, намереваясь найти главные ворота.

Реми не нравилась идея с подменой Даниэле, он очень боялся, что их раскроют. Это пугало, потому что ему было непонятно, как отнесутся местные вампиры к тому, что они соврали, и к тому, что привели девушку из Черного Дома.

Эмиль беспечно отмахнулся, сказал, что, если их ложь раскроют, они всегда могут сказать, что решили так подшутить, ну и по-быстрому откланяются, вспомнив о неотложных делах в поместье.

Итан и безудержно сыпящая вопросами Флор, потащили пятерку знакомиться с остальными молодыми членами Хрустального Пепла. Ими являлись Манон и Жерар из семейства Эпи, главенствующего в Доме Хрустальный Пепел. Эпи тоже были похожи между собой – льдисто-голубые глаза, светлые волосы и высокие лбы были их характерной чертой. Жерар был настроен весьма благожелательно и его полные губы то и дело растягивались в дружественной улыбке. А вот именинница смотрела на гостей с выражением на лице «чего приперлись?», ее и без того тонкие губы были почти всегда презрительно поджаты.

Реми совсем потерялся под этим взглядом. Все-таки девушки показались ему очень странными существами – Флор - ураган дружелюбия очень привлекала его, и оттого общаться с ней было стыдно, под ворохом вопросов он терялся, а злюка Манон так и вовсе пугала.

Рин тоже чувствовал смущение, понимал, что сморятся они диковато. Но умело скрывал свои чувства за холодной маской безразличия.

Эмиль и Тьери более-менее освоились, они-то в основном и общались с хозяевами.

Даниэле же высматривала брата. Итан показал ей список тех, кого они ожидали, тех кто откликнулся на приглашение. Дом Нефритовые Звезды ответил отказом, но что им мешало несмотря на это заявиться как Розблю? И все же девушка выдохнула. Из Домов вампиров на празднике должны были появиться Дом Золотая Сабля, Дом Чернильная Река, Лазурный Дом, Дом Карминовые Капли. Восемь гостей, а с Розблю и Даниэле получалось тринадцать.

Прибывающие молодые вампиры набрасывались на Розблю с разговорами и вопросами. Вся молодежь этих Домов была знакома между собой, и пообщаться со «свеженькой кровью» было куда интереснее. Даниэле старалась не отсвечивать, изображала стеснительного подростка. Тут все были совершеннолетние, всем было чуть меньше или чуть больше двадцати, так что ее застенчивость, и торчание за спиной Тьери были вполне объяснимы. А если кто и пытался донимать ее расспросами, то тут же словно гриб после дождя подле нее «вырастал» Эмиль и бесцеремонно вмешивался в общение, утягивая одеяло интереса на себя.

После пары часов общения, прогулок по саду и испития игристого вина, молодых вампиров пригласили за стол. На горячее подали поросенка с печеными яблоками, гуся в лимонном соусе, печеный картофель, салат с голубым сыром и шалотом. Розблю смотрели на еду с интересом, таких блюд их повар не готовил.

- Флор! – воскликнула дочь главы Дома Карминовые Капли. – Уверена, ты и в этот раз придумала какую-нибудь забавную игру, чтобы мы могли скоротать время в ожидании десерта.

- Играем в монетку, - предложила Флор. – Ведущий отворачивается, а остальные становятся в ряд и передают друг другу монетку, в любой момент ведущий может повернуться, и тогда нужно всем раскрыть ладони, тот у кого будет монетка, выбывает. Побеждает тот, кто останется последним в строю.

- А какая награда? – племянник главы Дома Чернильная Река плотоядным взглядом оглядел Флор. – Пусть будет страстный поцелуй с языком от прекрасной Флор!

- А если победит Итан? – уперла руки в боки Флор.

- Тогда это будет очень пикантный поцелуй, - рассмеялся парень из Дома Золотая Сабля.

- Наградой будет желание, ведущий исполняет желание победителя, - придумала Флор.

- Тогда пусть ведущим будет Жерар, - дочь главы Карминовые Капли посмотрела в упор в льдистые глаза сына главы Дома Хрустальный Пепел, но искоса бросила взгляд на парня из Дома Чернильная Река, призывая приревновать ее. – Флор и так придумала для нас развлечение, пусть поиграет.

Жерар согласился, вампиры выстроились в ряд. Реми, первый раз попавший в общество, так мечтал встать рядом с кем-то из новых знакомых, с любым, кроме Манон. Каждый вызвал в нем интерес и жадное любопытство, а Манон отторжение, но именно девка с недовольным лицом и вечно поджатыми губами и встала по левую руку от него. Однако, Итан, будто бы угадав настроение Реми, протиснулся между ними, занимая место рядом с младшеньким Розблю, понимающе улыбаясь. А выиграл Эмиль. Девушки уже придумавшие желания, которые будет исполнять Жерар расстроились.

- Ладно, ладно, - рассмеялся Жерар. – Не расстраивайтесь, у нас припасено для вас еще немало развлечений, дорогие гости. Например, десерт нам будет подавать наш домашний питомец, правда забавно? Сейчас приведу!

Слуги уже крутились у раздаточного стола, где разрезали торт и укладывали фрукты. Туда же Жерар привел парня. Привел на поводке. Перед гостями предстал худой ссутулившийся вампир в застиранной сорочке с синяками на теле и лице. Запястья его были стянуты ремнями спереди, а на глаза одета повязка. Парень подрагивал, но стоял послушно. У Даниэле перехватило дыхание, сквозь распахнутую сорочку была видна часть татуировки. Но и без нее она бы узнала брата. На какой-то момент тот выпрямился, и несмотря на повязку повернулся в ее сторону, будто-то бы почувствовав. Но сразу получил удар ремнем от Жерара и ссутулился снова.

- Так это твой питомец? – скептически скривила губки дочь главы Дома Карминовые Капли.

- Самый страшный зверь, у нас на услужении, в нашем распоряжении, - оскалил клыки Жерар. – Член Черного Дома.

- Ну, не новость, мы видели этого слугу раньше. Как же он будет подавать нам на десерт, если ты завязал ему глаза? – один из членов Дома Чернильная Река с сожалением посмотрел на юношу на поводке.

- Только пусть попробует оступиться, мы сразу же его накажем! – лицо Жерара приобрело хищное выражение. – Прошу к столу.

Гости стали рассаживаться, Тьери ухватил за руку Даниэле и усадил рядом с собой, Рин сел по другую сторону, стараясь отвлечь разговором. Девушка и сама понимала, что нельзя с жалостью пялиться на брата. Нужно продолжать играть роль. Тот как-то изловчился ухватить блюдечко с кусочком торта, стянутыми впереди руками. Повернулся и понес его, ориентируясь на звук голосов, даже донес до стола, но врезавшись в угол чуть накренил блюдце. Надо отдать вампирчику должное, торт он все же не уронил и под глумливый хохот поставил тарелочку с угощением на стол.

- Это нужно делать резвее, - Жерар что есть силы ударил парня ногой, повалил на землю и заставил ползти до раздаточного столика.

Тот повторил трюк, схватил узловатыми пальцами блюдце, переданное слугой. Тьери сжал под столом колено Даниэле. Очень надеялся, что она молчаливо переживет эту странную подачу десерта.

Брат Даниэле уже почти донес угощение до стола, но Жерар поставил ему подножку, и парень повалился на землю, упав аккурат на кремовый кусочек.

- Ну вот, что и требовалось доказать, - победно заявил Жерар. – Эти животные неспособны даже на малое.

- Ладно, Жерар, - махнула рукой Флор. – Не разбазаривай наш десерт. Пусть подаст дворецкий, а ты иди к нам, общаться нужно с гостями, а не со слугами.

- Так я гостей и развлекаю, - садистски ухмыльнулся Жерар. – И как же наказание? Такая нерасторопность должна быть наказана.

- Никому неинтересно, - жеманно потянула Флор.

- Кому неинтересно? – ответом Жерару была тишина, и он вновь ухмыльнулся. – Флор, маленькая шлюшка, неделями запираешься с этим животным во флигеле, утверждая, что истязаешь, но сейчас я уже начинаю сомневаться в твоих словах, может ты ласкова с ним, маленькая зоофилка? Тогда мне стоит сейчас наказать его в стократ жестче.

- Брось, Жерар, - усмехнулся Итан. – Просто Флор ревнивая сучка, а ты посягнул на ее игрушку.

- Ах, я страсть как люблю изучать кукол девчонок, - рассмеялся Жерар.

С этими словами сын главы Дома Хрустальный Пепел, схватил с раздаточного столика чайник и выплеснул горячее содержимое в брата Даниэле. Парень вскрикнул от боли и неожиданности, упал на траву, и бесполезно мотая головой в своей повязке, так и остался сидеть там, не имело смысла подниматься с земли.

- Ну, это прелюдия, - заявил Жерар. – Наказывать животных нужно со всей строгостью. Сейчас принесу кое-что интересное. Зверя не трогать!

Парень убежал и вскоре скрылся за углом дома. Связанный член Черного Дома сидел, сгорбившись на траве. Остальные переводили взгляд то на подающийся им десерт, то на плененного, выражая самые разные эмоции.

- Жерар в своем репертуаре, принес на мой праздник эту свинью, - вздохнула Манон.

- Так давай его уведем, - подскочила было Флор.

- Села! – раздался приказ Итана. – Ешь, тортик, милая сестренка, - тон его резко сменился на сиропный. – Не мешай Жерару развлекать гостей.

Даниэле жадно разглядывала брата, сжимала и разжимала кулаки, не зная, как ему помочь. Рин и Тьери железной хваткой вцепились ей пальцами в бедра с двух сторон, призывая сейчас ничего не предпринимать. Осознавали бесполезность каких-либо действий.

Жерар привез небольшую клетку на колесиках, в руках у него была рапира, загнал туда непонимающего, что происходит, пытающегося разглядеть что-то сквозь ткань брата Даниэле. В следующий момент сквозь решетку прошло острие, и конец рапиры уколол парня. Тот испуганно забился в клетке. Жерар же стал тыкать клинком с разных сторон, заставляя жертву неистово метаться, врезаясь в стальные прутья клетки.

- Жерар, когда устанешь забавляться, угостись тортом, - предложил Итан. – Крем отменный и тепличная клубника на нем неплоха.

- А я не устану, - развернулся к Итану Жерар. – Это же рапира, как можно от нее устать? Бесполезное тонкое оружие. А, знаете забавный факт? Говорят фамилии семей членов Хрустального Пепла говорящие, и назначались они в соответствии с размером достоинств мужей их семей. Прости, что не утаил, Итан! Рапира так проигрывает мечу, и даже дохлой ныне сабле!

Итан равнодушно пожал плечами, попивая чай из фарфоровой чашечки. Реми, сидящий рядом с Флор, заметил, что ее, как и его потряхивает от творящегося действа, хотелось как-то утешить девушку, но он осознавал сейчас свою бесполезность. На Даниэле даже боялся взглянуть, но ее вроде как зажали в тиски тел Тьери и Рин.

- Ну и долго ты будешь продолжать, Жерар? – недовольно буркнул племянник главы Дома Чернильная Река.

- До финала, - сверкнул клыками Жерар. – Исхода два – или я затыкаю эту гниду рапирой до состояния полудохлости, так что он пару лет будет восстанавливаться от ран, или он просто согласиться на потеху нам обоссаться, и тогда я его прощу и закончу сию экзекуцию. Ты понял, ублюдок, что нужно сделать? – Жерар ткнул парня в клетке рапирой. – Тебе будет не сложно показать свою омерзительную животную сущность. Давай, развлеки моих гостей!

- Жерар! – Флор вскочила, сжав кулаки.

- А ведь я для тебя стараюсь, Флор, - притворно обиделся Жерар. – Догадался, что ты не так уж и строга с животинкой, как живописуешь. Хочу показать, что нужно делать.

- Флор, сядь и ешь торт, - сквозь зубы процедил Итан. – Если ты этого не сделаешь, я заставлю, ты меня знаешь.

- Есть еще третий вариант исхода! – выдал вдруг Эмиль, обратив на себя взоры всех присутствующих. – Ты должен мне желание, Жерар.

- В условиях не стояло, что я должен исполнить любое, - скривился Жерар. – Так что я не освобожу просто так скотинку.

- Не освобождай, - Эмиль встал из-за стола и приблизился к клетке.

- …?

- Отдай его мне поразвлечься, - оскалился Эмиль, похотливо оглядывая пленника.

- О как! – льдистые глаза Жерара встретились с теплыми глазами цвета спелой черешни.

В глазах Эмиля играла лишь злая усмешка, и более ничего прочесть было нельзя.

- Можно мне с ним уединиться? – вывалил язык Эмиль. – Я парень застенчивый, но жесткий.

- Идет, - усмехнулся Жерар. – Такое желание я исполнить согласен. Он твой. Можешь развлечься с ним вооон в том флигеле, – указал рукой по направлению к небольшому бело-голубому строению.

Эмиль подмигнул участникам чаепития и, насвистывая веселую мелодию, повез клетку с забившимся в ней пленником в направлении флигеля.

- Эмиль, ты что?! – вскочил вдруг ошарашенный Реми, тут же награжденный укоризненными взглядами братьев и Даниэле.

- Сел за стол! – приказал Рин на правах старшего.

Реми непонимающе посмотрел на брата, но все же сел, опустил глаза и вздрогнул – Флор вонзила себе десертную вилку в бедро, но сидела и ела торт, как будто ничего и не происходило. Спустя некоторое время Даниэле вышла из-за стола, буркнув, что по нужде. Несмотря на то, что словила подозрительные взоры хозяев, пошла по направлению к флигелю.

- Люка! Подглядывать не хорошо, - весело присвистнул ей вслед Тьери, вызвав одобрительный хохот некоторых присутствующих.

Эмиль закатил клетку в небольшую гостиную на первом этаже, не спешил освобождать забившегося теперь в угол парня.

- Успокойся для начала, - прошипел вампир Розблю. – Мучать я тебя не собираюсь, но, если хочешь остаться цел и невредим, не подставляй меня. Никуда не убегай. Я тебя сейчас освобожу. Мы понимаем друг друга?

- Хорошо. Я не убегу, - тихим голосом выдал пленник. – Мне и некуда бежать.

Эмиль вздохнул, открыл клетку, снял повязку с лица члена Черного Дома и уставился в глаза парня. Они были такие же как у Даниэле - большие светло-карие глаза в обрамлении густых изогнутых ресниц. Парень удивленно рассматривал Эмиля. Розблю снял ремни с его запястий, решив все же, что тот неопасен, и посторонился, позволяя пленнику выбраться из клетки.

- Кто ты? Почему спас меня? – вампир ладонью развернул лицо Эмиля к себе, внимательно всматриваясь в глаза цвета спелой черешни.

- Руками меня не трожь, выродок вонючий! – Эмиль больно ударил парня по руке. – Противно же! Ты как-никак отродье Черного Дома. Я спас тебя вынуждено, чтобы не огорчать… одну свою знакомую.

- Моя сестра здесь? – выдохнул парень. – Я почувствовал.

- Инкогнито, не смей ее сдать! – рявкнул Эмиль.

- Хорошо. Конечно. Но мне бы очень хотелось ее увидеть! Пусть и издалека. Можно?

- Посмотрим, а пока будем сидеть здесь, я ж тебя типо пытаю, - фыркнул Эмиль.

- Меня зовут Ашиль. Ашиль Криоте, - протянул подрагивающую ладонь.

- Грязные лапы убери! Мне мерзко даже рядом с тобой находиться, - шарахнулся Эмиль.

- Прости, - Ашиль убрал руки за спину и сделал шаг назад. – А моя сестра она твоя служанка?

- Нет, она эээ… хм…, - расплылся в гаденькой улыбочке Эмиль. – Шлюшка моих братьев.

- Они ее не очень обижают?

- Они ее не обижают вообще, не равняй всех по себе, ублюдок вонючий! – обиделся за братьев Эмиль.

- Как ее зовут? – выдохнул Ашиль.

- Ты дегенерат?

- Мне было три, когда нас разлучили. Я… я не помню, - он все-таки заплакал.

Чем выбесил Эмиля окончательно, парень смачно плюнул в дарованного пленника и выскочил в холл. В окно кто-то скребся. Молоденький Розблю почти что вслух застонал, находится в одном помещении еще с одним отродьем Черного Дома было выше его сил, но все же он отворил дверь Даниэле. Вампирша бесцеремонно прошла мимо Эмиля, и парень возмущенно дернул ее за волосы.

- Где брат? – прошипела девушка.

- Поблагодарить не хочешь? – Эмиль кипел.

Девушка вдруг подскочила к нему, почти успела коснуться губами, но Эмиль отшвырнул ее от себя как чумную. Указал глазами на закрытую дверь гостиной. Сам же уселся на пол в коридоре. Даниэле ворвалась в гостиную и уставилась на юного вампирчика так похожего на нее. Он тоже на нее смотрел во все глаза, мужская одежда сбила его с толку.

- Ашиль, - прошептала девушка. – Ты ведь Ашиль? Я твоя сестра Даниэле.

- А.

- Даниэле Криоте.

- А мне можно подать тебе руку?

Девушка подскочила к брату, крепко обнимая. Тот доверчиво прижался в ответ.

- Я не представляю, какого тебе тут выживать, - недовольно осматривала брата, - ты же весь в синяках, и тебя совсем не кормят? Попьешь моей крови?

- Подожди, Даниэле, - схватил за плечи вампиршу. – Я недавно пил кровь. Со мной здесь все в порядке, не переживай. То, что ты сегодня видела, такое происходит не так давно. Я жил среди слуг, меня воспитывали маги и люди, и господин Флюре даже позволял посещать занятия с его племянниками. Когда мы были младше, все было в порядке, Итану двадцать три, он старше Жерара на четыре года, поэтому он всегда правил бал среди молодежи Дома Хрустальный Пепел и допускал лишь несерьезные издевки в мой адрес. Но сейчас все изменилось, Жерар вырос, он член главенствующей семьи Хрустального Пепла, сын главы, пытается самоутвердиться, подавить Итана. И уж теперь, измываясь надо мной, он не сдерживается. Флор делала вид, что издевается тоже, неделями прятала меня в этом флигеле, отвоевывая себе, но сейчас, похоже, наш секрет раскрыт. Это ничего, продержусь.

- Продержишься?

- Итан обещал придумать как освободить меня, - отмахнулся Ашиль. – А как ты живешь, Даниэле? Почему ты в мужской одежде? Я слышал, тебя забрал Дом Айкош, но даже имени твоего узнать не смог.

- Я уже свободна от Дома Айкош, здесь я инкогнито вместе с парнями из Дома Розблю. Но это долгая история. Потом расскажу.

- Понимаю, - Ашиль покраснел и принялся разглядывать ковер на полу. – Но расскажи просто о себе. Что любишь? Как жила?

После чаепития гости снова прогуливались по саду, Итан же поймал Реми и велел следовать за ним. Молодой вампирчик с отчаянием посмотрел на братьев. Но те были заняты - активно общались с членами других Домов, пытались наладить пошатнувшиеся из-за выходки Эмиля только было возникшие отношения. Теперь на них поглядывали со смесью опаски и негодования, но все же общались. Реми не решился перечить хозяину дома и поплелся за Итаном.

 Тот привел его на кухню и велел слугам убираться оттуда. Достал из шкафчика высокий бокал на длинной ножке, но плеснул туда не игристого вина, а огненной настойки из деревни.

- Попробуй, - Итан протянул бокал молоденькому вампирчику.

- Не хочу, - Реми взял фужер и недовольно посмотрел на содержимое.

- Ты не захмелеешь сильно, - снисходительно посмотрел Итан. – Ты вампир. Но зато немного расслабишься, ты так напряжен, что, того и гляди, завалишь вашу тайную миссию.

Реми испуганно поглядел на хозяина и также испуганно опрокинул в себя содержимое бокала.

- Гадость же! Горько! – даже слезы выступили. – И никакой у нас нет тайной миссии. О чем ты? Вы пригласили на день рождения, мы пришли.

- Ага, - Итан облокотился задом о край стола и оперся о него ладонями. – Я даже в ситуацию с экипажем поверил бы, будь вас четверо.

- Ну так Люка у нас гостил, - Реми пристроился рядом на столе.

Итан же развернулся, встал вплотную к Реми, и ухо вампирчика обожгло горячее дыхание, а потом он распознал еле слышный шепот:

- Только вот Люка зеленоглазый блондин. Вам повезло, что никого из старших нет дома, а из молодых внешность Люки здесь знаю только я. И как похож «ваш Люка» на нашего Ашиля, и как смотрел на него. А может девушка? Подушечку для булавок для галстуков потом верните.

- Мы ничего не хотели плохого, - быстро сдался Реми. – Мы правда пришли на день рождения, а заодно посмотреть, как тут брату Даниэле живется.

- Даниэле значит. Черный Дом. Сестра? – Итан упер руку в стол, перекрывая Реми пути к побегу.

- Да, - не смог увильнуть от правды молодой вампирчик.

- Хорошо. Она поможет мне освободить Ашиля. Но мне нужно нанести вам визит. Я столько раз присылал вам запросы с просьбой принять меня, но все время получал отказ, мотивируемый тем, что вы то в городе, то безумно заняты учебой, то принимаете чуть ли не под сотню гостей.

- Мы сидим дома взаперти, - выболтал вампирчик семейные секретики, повертевшись в плену тела Итана. – И никуда не выезжаем, никого не принимаем. Не получится нанести официальный визит. Письма до нас не доходят, почтовые вороны могут лететь лишь по зачарованному каналу до спальни главы, она всегда заперта. Может, приедешь неофициально?

- Думаю, теперь можно неофициально. Раньше я просто понятия не имел, что вы за перцы, и как отнесетесь ко мне.

- Только тебе нужно сообщить время и час, и я покажу на карте место, к которому нужно подойти, иначе никому ни войти, ни выйти нельзя.

- Странно, - Итан выдохнул в плечо. – Почему вас держат в таких ежовых рукавицах? Хорошо, я дам тебе сейчас карандаш и бумагу, нарисуешь. Встречайте меня в пятницу в восемь утра.

- Но такое бы лучше с Рином или Тьери обсудить, - попытался дать задний ход Реми. – Или с Эмилем, когда он… освободится.

- Он же никого там не насилует, я правильно понял? – обеспокоенно спросил Итан, выдирая лист из поварской книги.

- Да, Рин и Тьери мне все ноги оттоптали за тот выпад, но я лишь на мгновение так подумал, - смутился Реми. – И все же не со мной нужно решать вопросы о визитах. Я самый младший, самый глупенький и ничего не решаю.

- Вот именно! Если я уединюсь с Рином или Тьери, Жерар может подумать, что я тут заговоры против него плету, а если с наивным кареглазеньким малышом Реми, то он, конечно, тоже ничего приличного не подумает, но уж точно мысли о военных стратегиях не всплывут в его мозгу. Рисуй прямо на рецепте, - насмешливо поглядывая на парня, протянул карандаш Итан.

- Да, мой господин, - недовольно пробурчал Реми, вспоминая план поместья. Настойка все же придала ему дерзости.

- И скажи Даниэле, мы с Флор позаботимся о ее брате, будем защищать по мере сил, но не выдавая себя, потому как если опростоволосимся, в серьезной заварухе уже помочь не сможем.

- Ты бы вмешался сегодня?

- Да, но только если бы дело приняло крайне серьезный оборот, - вздохнул Итан.

Эмиль дождался пока Даниэле с Ашилем наговорятся. Поняв, что самое время возвращаться к празднующим, вошел в гостиную. Недовольно поморщился, разглядывая сидящих на полу и вцепившихся друг в друга членов Черного Дома. Они были так похожи, и эти их огромные светло карие глаза были такими красивыми, что, когда Эмиль смотрел на Даниэле, сердце его билось почти заполошно. Как же ненавидел себя молодой вампирчик за это невольное, непрошенное чувство, и Даниэле ненавидел, и Ашиля, и братьев, и вообще весь мир! Парень сжал кулаки царапая ногтями кожу на ладонях.

- Снимай брюки, Ашиль, - приказал Эмиль. – Даниэле, нам пора идти.

Брат с сестрой подскочили и непонимающе уставились на молодого вампира.

- Эмиль, ты… - запнулась Даниэле.

- Я ничего не сделаю! – зло рявкнул Эмиль. – Пусть твой ублюдок братец снимет брюки и положит их на пол задней стороной вверх. И подальше отойдите, тошнит от вас. Вы отвратительные.

Удивленный Ашиль повиновался. Разложил свои старенькие светло коричневые брючки на полу. Эмилю стыдно было портить вещь нищего мальчишки, но его идея определенно должна была ему немного помочь. Эмиль много читал, у молодого вампирчка была масса свободного времени. Мог читать почти все тридцати шестичасовые сутки напролет. Потому у него была богатая фантазия, и идеями он просто фонтанировал. Эта идея показалась ему отличной.

Эмиль разрезал клыком запястье, и полил кровью заднюю часть брюк. Залечил раны, от прикосновения его пальцев след от укуса исчез. Недовольно посмотрел на Ашиля:

- Сейчас снимаешь сорочку, надеваешь штаны, сворачиваешься клубочком в углу, чтобы было видно окровавленный след на заднице и просто-таки отчаянно скулишь. Это поможет тебе заполучить несколько дней свободных от издевательств. Надеюсь, Жерар решит, что с тебя достаточно.

- Спасибо! – выдохнул парень. – Большое спасибо тебе, Эмиль!

- Это не ради тебя, шваль подзаборная, - скривился вампир.

- Ради меня? – поддразнила Даниэле.

- Ради братьев, они расстроятся, если расстроишься ты, - Эмиль резко развернулся и выскочил из комнаты.

Даниэле крепко обняла брата и побежала вслед за молодым Розблю.