Слёзы Луны

Верон Л'Рут

Настроение было хуже некуда, как я ни старался сплотить людей разных рас, объединённых лишь родством с огненными магами, распри так и не утихали. А обиднее всего были нападки на моих родных, единственных магов, сумевших соединить в себе дух эльфа и феникса, а не только магию огня. И даже то, что бог Солос даровал именно мне своё благословение и силу, не могут сдержать эту волну зависти. Быть императором такого агрессивного и воинственного племени оказалось тяжкой ношей: то и дело приходится гасить восстания, межрасовые столкновения, а также атаки соседних государств. В этом жутком ритме у меня совсем нет времени на семью, да даже выспаться времени нет: столько приходится носится по империи из края в край. Как защитить близких в случае опасности, если приходится подолгу отсутствовать? Пришлось пойти на хитрость. Одна семья была официально-лживая, в которой молодая императрица злится, требует внимания и законного наследника. А другая – настоящая, где моя истинная ждет сына. Мне пришлось её спрятать: в такой обстановке я боюсь за их жизни. Как же я по ней скучал… Мне очень не хватало ее ласкового взгляда, теплой руки на плече. Как в бесконечном кошмаре, я все никак не мог выбраться отсюда к ней, все никак не мог добиться мира, а тут еще и зреет бунт. Я удрученно вздохнул, выслушивая от советников очередные донесения. Кто-то намеренно будоражил людей, подбивая на распри, но кто? Почему лучшие ищейки не в состоянии найти этих негодяев...

— Муж мой, ты так устал, — печально посмотрев на меня, произнесла императрица. – Пойдём, время уже позднее, донесения подождут до завтра.

— Иди, Эвендорин, я скоро освобожусь, – я внимательно осмотрел свою верную подругу, решившую на время сыграть роль моей жены и принявшую её облик. Да, именно так я её и воспринимал, как верную подругу, хоть она и являлась кузиной моей матери, она единственная из всех эльфийских родственников всегда меня поддерживала и помогала в трудную минуту. Все остальные эльфы брезговали даже общением с такими, как я... Сегодня Альрена, как никогда, была прекрасна, может встретила, наконец, своего истинного. Её глаза впервые за долгое время излучали счастье и еще что-то, похожее на предвкушение. Я усмехнулся: "А хотя, пошли, я и правда очень устал".

Лишь миновав двери царских покоев и поставив защиту от прослушивания, я спросил её:

— Ну, что, прекраснейшая, рассказывай: почему ты такая счастливая, это то, что я думаю?

Лукаво кивнув, она подошла к кувшину и разлила вино по кубкам:

— Я уже и не надеялась, столько времени прошло, ты ведь знаешь, сколько мне уже лет... Жаль, что ты не унаследовал долгую жизнь от матери. Всё же Солос этим обделил твоего отца, зря она связалась с фениксом.

— Перестань, я знаю, что ты его терпеть не могла, необязательно мне об этом постоянно напоминать...

— Ты знаешь, как я её любила. Никогда ему не прощу. Никогда. Это из-за него она умерла, И Альрена подала мне кубок. Хмуро сдвинув брови, отпила из своего.

— Это был её выбор, не его. Отказаться от эльфийского долголетия можно лишь добровольно, ты сама это знаешь... И что это мы опять о грустном, ты лучше поведай о своём счастье, надеюсь, уговор пока в силе? Нам нужно всего две недели, а потом ты будешь свободна, — я сел в кресло и отпил вина, расслабленно откинув голову на спинку. Как же я устал... Одним богам ведомо, каких сил мне стоит управление этой Иберией.

Хитро усмехнувшись, Альрена медленно подошла ко мне и, наклонившись, посмотрела в глаза.

— Я очень давно этого ждала, чтобы ты вот так устал, и не заметил в кубке яда. Этот мир теперь мой, — и её глаза наполнились тьмой, а улыбка стала хищной. 

— Альрена... как... ты ... могла... — прохрипел я, уронив кубок. Попробовал встать, но тело уже не слушалось, хотел пустить магию по телу в надежде выжечь яд пламенем, но сила не откликнулась... Впервые в жизни я почувствовал жуткий страх не за себя, а за любимую. Последние драгоценные секунды терялись в бесполезных попытках что-нибудь сделать, осталась только надежда на эмоциональную связь с истинной. Я умирал, гордо смотря на предательницу. Она даже не подозревала, что в этот момент я мысленно послал видение любимой и попрощался, а потом оборвал связь с парой, чтобы не посмела пойти за мной. Эвендорин должна выжить любой ценой, ради сына.

В покои ворвался главнокомандующий наездниками грифонов, лучший воин империи и мой верный друг, теперь ей точно не сбежать от расплаты. Но вместо того, чтобы схватить мерзавку, он широко улыбнулся и плотно прикрыл дверь.

— Ну, вот, я тут мятежи устраиваю, а ей оказалось достаточно кубка вина, так нечестно, — расстроенно произнес он, видя опрокинутый кубок у моих ног.

Эльфийка усмехнулась и самодовольно повернулась в его сторону.

Один тихий вздох и с губ сорвалось заветное заклинание. Сила феникса, требующая отмщения, вырвалась на свободу, обдав всё таким жаром, что комната мгновенно сгорела, а окна выбило огненной волной вместе с кусками стен. Лживая Императрица не успела даже удивиться, как её окутало пламенем, а вот военачальник успел поставить магический щит, который разве что чудом не снесло вместе с ним. Весь в ожогах, жутко злой он спешил сообщить всем ужасную новость: императора убили эльфы!

500 лет спустя…

Сеней Л'Рут

В день Великого Светилостояния я как самый сильный маг огня должен был открыть наш славный праздник Ярилей, новый виток светила, новый иберийский год. Вместе со жрецом я поднялся по величественным ступеням храма, на огромное возвышение у жертвенной чаши. Внизу простиралась вся столица, Криэрон, белокаменный город света, раскинувшийся под лазурным иберийским небом. В этот праздничный день он весь сиял огнями и отблесками от золотых украшений, вплетенных в благоухающие белоснежные цветки. Начало Нового года всегда отмечают широко и помпезно. Этот год не стал исключением. Когда пылающая колесница Бога Солоса вошла в наивысшую точку на небосводе, я высоко поднял руки и направил энергию стихии в огромную золотую чашу на пьедестале. Вверх взметнулись тысячи искр и родилось необычное, созданное из света, пламя, которое будет гореть до следующего праздника. Жрец начал кидать в огонь подношения Богу, а я, завершив почетную миссию, спустился вниз, где уже начался веселый и шумный праздник. Вокруг танцевали, водили длинные хороводы, смеялись и радовались иберийцы. Поднимали руки к небу и умывались благословенным светом. Казалось, город ходил ходуном, вторя ритму барабанов и ритуальных песен многоликой толпы. Но, несмотря на это, увидев меня, все уважительно кланялись и расступались, дав свободно пройти. Я имею огромную власть или могущество, возможно, подумали вы, но это совсем не так. По сути, я не лучше любого раба, которому указывают хозяева, как жить и что делать. Все это фарс, сладкая ложь, для глупых дурочек, чтобы и дальше стремились пополнять ряды моего проклятого рода, в котором всегда рождались лишь сыновья, носители огненной силы.

А всё началось с того, что по воле верховного Бога великую силу получил мой предок и основатель династии магов огненной стихии — Верон Л'Рут. На то время он был ещё и первым императором молодой и развивающейся страны. Но магия не всесильна и её великого обладателя подло отравили. Где не смогли победить силой — выиграли хитростью. У Верона не было законного наследника, поэтому престол узурпировал властный и расчетливый военачальник. И теперь вся моя семья вынуждена служить его потомкам, принеся клятву верности на крови, под страхом полного уничтожения всего рода.

С детства мне упорно втолковывали, кем я являюсь и что должен делать. Верный безропотный слуга, вот кто нужен был Императору, он хорошо позаботился о "промывании умов" всем последующим поколениям. Родители и все остальные родственники то ли смирились, то ли их это устраивало. Даже моя мать думает, что нашему положению в обществе позавидовал бы каждый. В принципе, теперь так думают все, потому что не знают, или намеренно "не помнят" истинную историю моего рода, которую успешно удалось переписать новому императору. Все факты злодеяний он старательно уничтожил, как впрочем, и людей, знающих больше, чем полагалось. И теперь глава нашего рода, тот, в ком магии света и огня больше всего, по его повелению, обязательно становился придворным магистром и не имел права на другое призвание. Вот такая незавидная доля у самого сильного мага страны. Как это не грустно всё звучит, но император сделал всё возможное, чтобы эта ноша была в почете. Поэтому за мной еще и вечно слоняются жеманные кокетки, невинно хлопая глазками. Пытаясь оторвать такого "знатного" жениха. Нетрудно догадаться, о чем они мечтают. Вот теперь: то император меня нагружает делами, которые, в принципе, должен решать он сам, то я спасаюсь бегством от визжащей толпы очередных воздыхательниц с их мамашами!

По традиции, после открытия праздника, я должен был присутствовать на тагелу — своеобразных соревнованиях, где каждый может показать свою магическую силу и физические умения. Здесь собиралась элита, маги высших сословий и гвардейская специальная каста бойцов. В огромном зале с полупрозрачным куполообразным потолком, круглой сценой и защитным пологом уже начали выступать первые пары магов, когда я сел на почётное место рядом с императорской семьей. Здесь же находились и мои родители. Отец, как всегда при императоре, хмурый и немногословный, в парадном камзоле с вышитым фениксом на рукаве. Его красные, с проседью, волосы, были коротко острижены, а борода, красным колючим ежом, топорщилась во все стороны, что вызывало постоянные косые, осуждающие взгляды окружающих. Я уже давно догадался, что он так выглядит специально, чтобы показать этим напыщенным аристократам, что он не из их числа и тут его удерживает лишь воля императора. Мать же — полная его противоположность: в элегантном атласном платье, подчеркивающем её стройную фигуру. Оно ниспадало шелковыми алыми волнами до самого пола. И прическу она выбрала соответствующую. Наверно, не одна служанка старалась, чтобы так искусно завить, заплести и уложить водопадом её пышные золотисто-рыжие пряди. Лишь её сердитые зелёные глаза выдавали, что сегодня она явно не в духе. Наверно, опять поссорилась с отцом.

Мать, увидев меня, заметно оживилась, ведь ей никогда не нравились все эти магические штучки, возможно, потому, что у неё совсем не было стихийного дара, так еще и рядом с отцом она постоянно чувствовала себя неловко, будто стыдилась его присутствия рядом со своей почтенной персоной. Поэтому всё её внимание занял я...

— О Боги! Наш дорогой сын пожаловал! А мы уже думали, что ты не появишься..., —  укоризненно поджав губы, произнесла она.

— И тебя благослови, Свет матушка! — ответил ей, уже сожалея, что действительно не сбежал. — Ты же знаешь, что я обязан тут присутствовать, или ты опять в плохом расположении духа? Дай угадаю! Оттого, что я сильно занят, и не могу выделить время, чтобы послушать, какую замечательную невесту ты мне опять выбрала? Или отец тебе опять чем-то не угодил?

Бросив на меня недовольный взгляд, она нервно процедила:

— На этот раз тебе не удастся отвертеться. Мы всё уже решили, и нечего так на меня смотреть. Я договорилась о помолвке с её родителями. Ты только посмотри на девочку — вон, в правом нижнем ряду. Она само очарование. Красивая, скромная, так еще и дочь самого советника императора. Такую партию грех упускать!

Я набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул. От еле сдерживаемого гнева магия вырвалась искрами из пальцев. Все вокруг удивленно уставились на меня и даже император вопросительно поднял брови. Я улыбнулся и пожал плечами. В общем, сделал вид, что таким образом восхищаюсь представлением. Хотя готов был испепелить всё вокруг.

— Матушка, я не хочу, чтобы вы вмешивались в мою жизнь и навязывали мне женитьбу, я сам выберу себе невесту, — еле успокоившись, сквозь зубы ответил ей.

— Я тебя знаю, сын, — хмыкнула она, — будь на то твоя воля, и это не произойдет никогда! Но ведь ты уже в таком возрасте, когда Верховный Магистр просто обязан быть женатым! Ты дождешься, когда сам император тебе прикажет это сделать! — гневно сведя брови, выпалила мать.

Я вопросительно посмотрел на отца, но он упорно делал вид, что этот разговор его вообще не касается. Поняв, что мать теперь точно не успокоится, пока меня окончательно не выведет, печально вздохнул и процедил:

— Матушка, давай всё обсудим в более подходящей обстановке, не при всех.

— Хорошо... но только попробуй опять сбежать! — угрожающе предупредила она.

— Не сбегу, обещаю! — сдался я, лишь бы она хоть на время успокоилась.

Примерная карта Иберии:

Представление завершилось иллюзорным фейерверком и награждением особо отличившихся магов из рук самого императора и Верховного Магистра, как здесь меня называют.

Закончив с обязанностями, я направился через портал в наше родовое имение. Мне опять предстояла утомительная ссора с матерью, оттягивать этот разговор всё равно уже не имело смысла, нужно дать ей понять, что я сам с этим как-нибудь разберусь.

Подойдя к главному входу, нажал на наш фамильный герб феникса с горящими крыльями. Защитная магия дома признала меня, птица ожила и взлетела, двери отворились, пропуская в огромную, богато обставленную гостиную. Чего тут только не было: дорогая мебель, изысканно вырезанные гардины с тяжелыми шторами из редких тканей, закрывающие огромные окна почти от пола до потолка, на стенах из янтарного камня сурелу висели картины самых известных художников, и все это великолепие венчал камин, инкрустированный рубинами, так как ночи в Иберии все же были довольно прохладными. И это лишь малая часть того, чем был заполнен весь дом, но главное богатство мать приберегла для своих покоев: роскошный светящийся фонтан, который был наполнен чистейшей водой. Это поистине являлось настоящей драгоценностью, если учитывать, как мало её было в империи. Вот до такой степени она любила роскошь, и не могла упустить случая, чтобы всем показать величие и изысканность её вкуса. Чего не скажешь об отце. Он ценил сдержанность буквально во всём. И это касалось не только обстановки его кабинета и личных отдельных комнат, но и отношений в семье. Вот и капризы жены он тоже сдержанно терпел, как впрочем и повеления императора. Иногда мне казалось, что он, как та скала, о которую как бы не бились волны и не ярился ветер, будет спокойно стоять и взирать на всех, как на букашек, с высоты своего опыта и силы... Так родители и жили, вроде и вместе, но как с разных миров. Особенно раздражало мать то, что я был так похож на отца. Нет я, конечно, не стригся сильно коротко, аристократу полагается иметь длинные, заплетенные в хвост волосы и не отращивал бороду — мне по рангу не дозволено, а вот характером я был весь в него, поэтому она постоянно пыталась меня изменить, привить любовь к изысканным манерам и прочей ерунде... С этими мыслями я сел в моё любимое кресло у камина, наколдовал себе бутылку Иберийского вина, и приготовился выслушивать очередные нотации. Но, к моему удивлению, ко мне подошёл отец, а не матушка. Его лицо было печальным, а янтарные глаза смотрели вроде и на меня, но как-то отстраненно. Как будто он о чем-то глубоко задумался и это что-то сильно его тревожило.

— Благослови тебя Свет, сын, — сказал он, будто очнувшись, когда подошел к креслу впритык. — Нужно срочно поговорить. Твоя мать нам не помешает.

В руках он держал артефакт полога тишины — миниатюрную статуэтку в виде спящей птицы.

— Зачем тебе артефакт, отец? Я и сам могу защитить нас от прослушивания..., — удивился я.

— Нет, сын, только не пользуйся магией, прошу! — поспешно ответил он и активировал артефакт. — А теперь внимательно слушай, у нас не так много времени. За всплесками твоей магии регулярно следит Совет магов, и при любых подозрительных случаях все сообщают императору. А мне нужно, чтобы об этом разговоре никто не узнал.

Удивленно взглянув на отца, я встал и подошел к камину.

— Не думал, что они следят даже за моими разговорами, — мрачно промолвил я, —  продолжай, вижу ты задумал что-то важное, раз решился именно на такой разговор.

Отец налил из моей бутылки себе вина, сел в кресло напротив и продолжил:

— За нами всегда так следили, и в моё время тоже. Пока сила не перешла к тебе, я не мог и слова лишнего сказать, чтобы об этом не узнал император! Весь Совет только для того и существует, чтобы контролировать нас и держать, как псов на привязи, рядом с собой. Наша сила им нужна для защиты от врагов и для контроля союзников. Но эта же сила и самый великий страх императора, потому что может обернуться против него. Поэтому он так рьяно пытается контролировать каждый твой шаг, чтобы вовремя задавить тебя силой Совета. Ты хоть и очень силен, против тридцати магов различных стихий не выстоишь.

— Ты думаешь, я об этом не знаю? Но это все равно не помешает мне найти способ обрести свободу. Ты же видишь — я тут, как дикий зверь в клетке! Нет мне здесь ни спокойствия, ни жизни, ни права выбора, все уже давно решили за меня...

— Знаю, сын, когда-то и я хотел свободы, и брат мой тоже... Но я был скрытным, а он — нет. Как я за него боялся! Просил сдерживаться, страдал за него всей душой, и чем всё закончилось? Он разбился на грифоне, во время соревнований в академии. Ты думаешь, это несчастный случай? Нет, сын! Это император от него избавился, предпочел более спокойного, "ручного пса", — отец горько усмехнулся и отпил вина, поспешно отводя взгляд в сторону.

Я удивился. Впервые он мне открылся с такой стороны, и я увидел его эмоции, как же ему было больно вспоминать прошлое... Но, взяв себя в руки, он продолжил:

— Ты ведь знаешь, что герб императора — Грифон? У главы клана есть сила, чтобы управлять родовым животным. Да, на это нужно много энергии, и не каждому магу такое под силу, но с помощью артефактов-накопителей это возможно. Все знают, что самые мощные из них хранятся у императора. И вспомни, как он тщательно подбирает в свой Совет магов. Они все с ним заодно. Там ты друзей не найдешь, а значит, и свободы тебе не видать.

— Не пойму, отец, почему ты раньше мне всё не рассказал?! — разгневался я. — Почему не доказал, что это было убийство?!

— Сын, ты молодой и горячий, поэтому многого не замечаешь. Чтобы я предъявил в подтверждение своих слов? Всплеск магической силы? Так они там всю остаточную магию убрали. А то, что император может управлять грифонами, знают только советники и его семья. Ты думаешь, они пойдут против него и расскажут правду? А бездоказательственные обвинения императора — это верная смерть, в нашем же случае — клетка. Тебе я не говорил, оберегая от необдуманных поступков и слов. Брата не уберег, а тебя смог! Император бы уничтожил тебя до перехода силы! А я жил только мечтой, что наш род возродится, как феникс из пепла... Сеней, время пришло. Я, наконец, нашел выход из этой ловушки. Ты сделаешь то, что я не смог, — с этими словами он достал из кармана своего сюртука старый потрепанный пергамент. — Вот, прочти, — сказал он и отдал мне его в руки. Я аккуратно развернул ветхую бумагу и начал читать:

"Где-то на границе реальности и снов, в бесконечном множестве звездного света, Богиня трех лун Селенити поспорила с самой Судьбой и создала Великое Творение, способное изменить всё в жизни любого смертного. Прошлое, настоящее и будущее сплелись в нем — в Единое Целое. Богиня решила скрыть свой Дар, но храбрый сердцем и чистый душой может найти к нему путь и воспользоваться его силой. (Эльфийская легенда.)"

— Воспользоваться его силой... Эльфийская легенда... Отец, ты правда думаешь, что этот Дар существует? — удивленно спросил я.

Отец встал, подошел к камину, взял у меня пергамент и сказал:

— Смотри, — он бросил его в огонь. Но удивительно, тот не загорелся, а заискрил и превратился в огненную иллюзию карты. На ней в движении проносился наш мир, пока изображение не сменилось Эльфийским лесом, в середине которого распустился дивный цветок нежно-голубого цвета. Затем всё исчезло. Пламя в камине потухло, а целый и невредимый пергамент остался лежать поверх прогоревших поленьев.

— Убедился? Лишь великий артефакт способен на такое, а этот свиток — маленькая нить, ведущая к нему, — сказал отец, наклонился и поднял пергамент. — Мне его одолжил хороший друг. Он Хранитель ценных артефактов и пергаментов при академии магии. Раньше хранилище было при дворце императора. Пока не увеличилось настолько, что пришлось строить отдельное здание. Решили, что рядом с академией удобнее и охранять легче, ведь там преподают умнейшие маги, которые ставили на него защиту. А мне это только на руку, император теперь туда не так часто заглядывает. В общем, ты знаешь, куда тебе предстоит отправиться.

— Но как я попаду в Эльфийский лес без дозволения императора? — удивился я.

— Значит, надо получить это дозволение. Я слышал, что в тот лес нет пути ни простому человеку, ни искусному магу, что ни один охотник за эльфийскими богатствами не вернулся оттуда обратно. Почему бы не предложить императору этот лакомый кусочек? Скажешь, что уничтожишь там все барьеры своей силой и все богатства достанутся Империи. Эльфы давно ушли за грань нашего мира, оставив таинственные леса без присмотра, но никто так и не рискнул забрать эти земли себе, — предложил отец.

— Ну, хорошо, допустим, он согласится, а как ты себе представляешь уничтожение этого леса? Если там такой могущественный артефакт, получается лес — это защитное поле с препятствиями, его не уничтожить!

— Но император ведь этого не знает, — возразил отец, — а ты найдёшь лазейку, я уверен! Вот, я тебе добыл ещё один ценный артефакт, — отец протянул мне кольцо с двойным изображением лица.

— Он позволяет сделать копии любого существа, но действия хватит примерно на две недели. Думаю, за это время ты найдёшь дар богини, пока твоя копия будет пытаться уничтожить лес.

— Похоже, ты уже всё предусмотрел, — улыбнулся я, поняв его план.

— У меня было на это время. Император думал, что бессильный старик ему не помеха и толком за мной не следил, — усмехнулся он, — И еще тебе совет: найди проводника. Хоть чистокровные эльфы и ушли, остались их потомки — полуэльфы, с зачатками эльфийской магии. Они живут в селениях неподалёку от леса. Узнай, возможно, тебе кто-нибудь из них и поможет за соответствующую плату. Захвати с собой наши драгоценные камни, иберийские монеты они не возьмут, — он вытащил из кармана пять редких камней из семейной коллекции. — Это небольшая плата за возможность быть свободным. Но подумай хорошенько, как ты воспользуешься артефактом. Второго шанса у нас не будет, — после этих слов отец обнял меня и отключил артефакт тишины.

Потом, как будто этого разговора и не было, спросил:

— Ну, что, сын, готов обручиться? Элена знатно за тебя похлопотала, вон какую красавицу тебе выторговала! Да, выкуп за неё огромный, но ты же знаешь свою мать? Для неё и, соответственно, для тебя, всё самое лучшее! — усмехнулся отец.

— А вот и она...

Вильдрен Иберийский

— Как там мой подопечный? — спросил я, войдя в зал заседаний Совета. В зеркалах отражалась моя высокая статная фигура в золотом камзоле с красным тиснением, выгодно выделяясь на фоне приближенных и будто излучая ауру власти и силы. Так и должно было быть. Только так и никак иначе. Самодовольно улыбнувшись отражению, я направился к трону. 

Мне навстречу вышел главный Советник: худой и жилистый, с заостренными чертами лица и цепким взглядом. На многих он производил жуткое впечатление чем-то напоминая стервятника, но был незаменимым в политических делах. Его ум и изворотливость не раз помогали мне в управлении Иберией. Советник поклонился и начал произносить церемониальное приветствие:

— Да будут благословенны ваши дни, Ваше Величество! Да озарит Светило ваш путь...

— Да, да, давай ближе к делу, — нетерпеливо перебил его я и величественно сел на трон, который стоял в середине огромного полукруга, образованного из небольших кресел, в которых уже сидели все мои советники, окруженные магическими фигурами и чертежами. Я приветливо кивнул им, пусть выдохнут, сегодня у меня хорошее настроение, и обратил всё своё внимание на советника, Корнелиуса Фиери.

— Господин Магистр обсуждает с родителями предстоящую помолвку, Ваше Величество, — ответил на мой вопросительный взгляд Первый Советник.

— Отлично! А то я уже подумывал сам заняться этим вопросом. Это хорошо, что его родители быстрее сообразили.

— Ваше Величество, господин Дарен Л'Рут вчера посещал Хранителя артефактов, — продолжил Советник.

— Да, он его старый друг, я помню. И зачем на этот раз старый лис к нему наведался?

— Взял артефакт тишины и интересовался Эльфийским лесом, Ваше Величество.

— Интересно, что они задумали? Ладно, продолжайте наблюдение, скоро это выясним. Кстати, Магистр еще не догадывается, что мы за ним следим?

— Нет, Ваше Величество, — ответил Фиери. — К тому же Элена Л'Рут сватает ему мою дочь, так что в скором времени станет намного легче контролировать его действия, она у меня умница, всё понимает, — с улыбкой произнес Корнелиус, просчитывая в уме всю выгоду от предстоящего брака.

— Это действительно хорошая новость! Но ты, надеюсь, не забыл, про приходящие из Сайтара тревожные вести? Мне доложили, что там происходит что-то непонятное, какой-то темный туман приближается к нашей границе, а шейх делает вид, что у него всё под контролем, и его абсолютно не пугают опустевшие деревни. Так что следи за магом еще тщательнее! Нам скоро, возможно, понадобится его сила..., — улыбнулся я.

— Кстати, поблагодари Зарина за артефакт Продления Жизни, он заслужил награду! Ловко же жрец придумал: всякий раз как Л'Рут зажигает Священный Огонь — часть его энергии переходит в кристалл, так что мы должны тщательно оберегать нашего благодетеля! Вы же не хотите, чтобы ваш любимый Владыка превратился в дряхлого старика?!

— Конечно, нет, Ваше Величество! — Фиери прекрасно знал о болезни, которая уже унесла жизни пяти моих предшественников, буквально отнимая у них всю жизненную энергию.

— Мы не смеем о таком даже думать! Вы освещаете наш путь во тьме...

— Хорошо — хорошо, я тебе верю! — перебил его я, зная что он может часами меня восхвалять. А я торопился.

— Ваше Величество, — обратился второй советник. — Господин магистр ждет аудиенции по личному вопросу.

— Хорошо, проводи его в мою приёмную, — ответил ему я, поднимаясь с трона.

— А ты, Корнелиус, не забудь передать жрецу благодарность императора, — я снял с руки перстень, с огромным рубином, и передал ему. — Мне ещё понадобится его помощь на церемонии бракосочетания. Нам же не нужно, чтобы ваша дочь была связана с Магистром священной клятвой верности перед Богами?

— Да, Ваше Величество, я обо всём договорюсь, — с поклоном ответил советник.

Я взмахнул рукой, отпуская Совет, и направился в свою приёмную, где меня уже ждал Л'Рут.

***

Сеней Л'Рут

Император величественно вошел в свою приемную. Увидев его, я резко поднялся с кресла и склонил голову, приветствуя:

— Да осветит Солос ваш путь, Ваше Величество!

— Благословит он Светом и тебя, Сеней, — ответил император. — Я, кажется, тебя уже просил обходиться без формальностей, а то за целый день так наслушаешься этого "Величества", что хочется хотя бы от друзей свое имя слышать, — он улыбнулся, открыл магический замок на двери и жестом пригласил войти в кабинет вслед за ним.

— Хорошо, господин Вильдрен, — исправился я, стараясь сказать это как можно спокойнее. — Обязательно учту вашу просьбу.

— Вот! Уже лучше, можно даже без "Господина". Это тебе на будущее, — с наставлением сказал Император и сел за письменный стол.

— Хотел обсудить с вами одно важное дело. Помните, пару циклов назад, я по вашей просьбе урегулировал конфликт между поселениями в Низинных Холмах. Там якобы самовозгорались посевы. Правда, один мальчишка утверждал, что видел огненных птиц, но никто ему не верил. Тогда я задумался об этих птицах и попросил у отца разузнать как можно больше об Эльфийском лесе, ведь по слухам именно там они обитают. У него есть старинный друг, который очень увлечен этим местом. Он поведал ему много интересного, и среди прочего оказалась одна легенда, по которой в том лесу обитают удивительные огненные существа. Я хочу проверить ее правдивость. К тому же, если ему верить, в тех лесах не осталось больше эльфов. Попробую снять остатки их магии и у нас будет свободный доступ к их столице, а там, я уверен, найдется много интересного и полезного для нашей империи, — предложил я.

— И зачем тебе эти птицы? Это ведь бесконтрольные существа, вызывающие пожары и не боящиеся никакой магии, — удивленно поднял брови Вильдрен.

— У меня есть предположение, что это фениксы. Так как я сейчас являюсь приемником родовой силы, то, возможно, я смогу управлять ими. Но это только моё предположение... — после этих слов я взглянул на императора, пытаясь прочесть по выражению его лица ответ на мои слова. Не дождавшись комментариев или каких-либо эмоций в его мутно-зеленых глазах, в которых вообще трудно было что-либо разобрать, продолжил: — Вы только представьте, если у меня всё получится, в наших руках будет грозное оружие, способное защитить все границы империи.

— Ты прав, глупо отказываться от двойной выгоды. Но у нас мало времени. Шейх Сайтара что-то задумал. Мне приходят жуткие вести от послов про черную магию у наших границ, — задумчиво произнес он.

Тут в дверь постучали. Император взмахом руки открыл её, и к нам вошел слуга с подносом. Он поставил на стол бутылку редкого коллекционного Иберийского вина с Южных предгорий империи и Тунгарийских сладостей, по цене сравнимых с домом зажиточного крестьянина. Слуга поклонился и ушел. Император всё это время задумчиво смотрел на меня. Казалось, он даже не заметил, что кто-то нам помешал. Терпеть не могу, когда он меня так изучает, будто интересную букашку под лупой. В такие моменты становилось даже как-то жутковато от этого тяжёлого, будто неживого, взгляда. Вот вроде и обычный ибериец — рыжеволосый, зеленоглазый, светлокожий, с волевыми чертами лица и мощной фигурой, а было в нём что-то настораживающее, как будто под этой маской радушия скрывается что-то злобное.

— Прошу, угощайся, — наконец, очнувшись от созерцания меня, предложил Вильдрен. Я разлил по кубкам вино и вопросительно взглянул на него. Он взял свой кубок, сделал глоток и, приняв решение, произнес:

— Хорошо. Я дам тебе время на твои поиски, у тебя на всё только две недели, потом возвращайся. Будь готов, я могу позвать и раньше, смотря, как будут идти дела на границе.

— Но, господин Вильдрен, разве я успею? Только путь туда займет двое суток, причем на грифонах!

— Возьми мой артефакт портала, он действует по всей территории Иберии, не нужно даже бывать в том месте, главное, знать куда ты хочешь попасть, — он достал из ящика стола круглую пластину и стремительно провёл по ней ладонью. — Положи на неё ладонь, я подтвержу твоё право на пользование.

Я прикоснулся к ней, и она поменяла свой цвет с золотого на красный.

— Вот, теперь можешь пользоваться. И ещё, возьми на всякий случай из моей личной охраны трех бойцов и двух магов, никто не знает, что в этом лесу может случиться. Найди Советника, он тебе их определит.

— Благодарю, господин Вильдрен! Не смею больше тратить ваше время, — сказал я, вставая.

— Храни тебя Свет, Сеней, — с улыбкой попрощался император и махнул рукой, открыв дверь.

Я поклонился и вышел. Когда за мной закрылась дверь, нервно выдохнул. Во время этого разговора я так сильно сдерживал свои эмоции, что пальцы, сжатые в кулаки, покрылись волдырями от жара невыпущенной магии. Хорошо, что сила не вырвалась из-под контроля, — подумал я с облегчением. А то потом трудно было бы объяснить мою вспышку ярости. Вернее, вообще не объяснить... ещё не хватало обвинений в покушении на Императора! Да и не удалось бы мне ничего. На нем столько охранных чар, как на дереве плодов... Ладно, надо найти Советника и отправляться в путь, — с этими грустными мыслями я направился прочь из дворца.

***

Вильдрен Иберийский

Когда маг ушел, я снял камзол и кинул его на пол, затем закатал рукава белоснежной шелковой рубашки и посмотрел на запястья, которые обвивали магические нити. Они появлялись после клятв верности самых могущественных родов Иберии. Клятву приносили на крови, и нить приобретала узор соответствующего рода. После этого я имел полное право, при необходимости, вызвать любого мужчину из рода, просто прикоснувшись к ней и назвав его имя. Этим я с удовольствием и пользовался, когда хотел тайно с кем-нибудь поговорить, без формальностей. Я коснулся синей нити с узором бегущего по траве волка и произнес: "Ульрик Кинерийский".

Через какое-то время в комнате открылся портал и из него вышел берий, мой лучший друг и самый верный подданный — Ульрик Вильгельм Кинерийский. Он был одет, как всегда: в темную мантию с серебристой окантовкой поверх черной шелковой рубашки свободного кроя и таких же брюк. Но не только одеждой он отличался от всех иберийцев, предпочитающих светлые тона, но и ярко-голубыми глазами, выделяющимися на смуглой коже. Иногда казалось, будто они светятся, а светло-пепельные волосы только усиливали этот контраст, поэтому он и не любил появляться при дворе, предпочитая лишнему вниманию личные встречи с императором.

— Благослови Свет тебя, Вильдрен! Ты хотел меня видеть? — учтиво поклонился берий и улыбнулся.

— Да прибудет Свет и с тобой, Ульрик! Садись, — я нервно налил в кубок вина и предложил другу.

— Что-то случилось? — спросил он, принимая кубок.

— Да, мне кажется, этот мальчишка — Сеней Л'Рут, догадывается, что я причастен к смерти его дяди, или это ему отец вбил, в общем, неважно! Я хочу, чтобы ты приглядел за ним. Твои призрачные волки не раз помогали мне, окажи услугу и в этот раз... Кажется, он что-то задумал против меня. Отправился в Эльфийский лес, искать фениксов...

— Вильдрен, тебе ли его бояться? — усмехнулся Ульрик, — за тобой, друг, такая сила, что даже Магистру не по зубам. К тому же, он ведь ещё мальчишка... да и не сын же он тебе? Оракул ведь сказала, что ты будешь повержен рукой своего сына, а его у тебя нет. Так зачем переживать?

— Будущее изменчиво, друг! Мой род не для того так долго строил Иберию, чтобы упустить какую-нибудь мелочь, которая разрушит все труды! — возмущенно воскликнул я, слишком резко, чем мне хотелось.

— Хорошо, Вильдрен, я присмотрю за ним, — поспешно сдался Ульрик, зная, что когда я в таком состоянии, со мной лучше не спорить. 

Я улыбнулся, эмоции немного отступили, впервые за долгое время. Как же сложно было себя контролировать в последнее время. Эти резкие нервные скачки, потом выпадение памяти на неизвестное количество дней и полное опустошение сил. Всё чаще и чаще я ловил себя на том что делаю и говорю не то, что хочу, будто и не я это вовсе и только с Ульриком я мог быть собой, не притворяться, и не бояться "ножа в спину". Я вспомнил, как мы подружились ещё будучи мальчишками. Многие удивлялись: что наследник грозного императора нашел в забитом и отверженном полукровке, сыне мелкого сановника с самой границы Иберии? Кто-то даже говорил, что его умершая мать была сайтаркой, ведь только они имели такой необычный цвет волос. Но я пресекал все эти сплетни на корню, потому что видел его потенциал и старался во всём его поддерживать. Только мне Ульрик раскрыл свою способность контролировать призраков — редкий дар в этом мире. Когда я стал императором, после смерти отца, то первым же указом даровал ему титул берия — высший родовой ранг, который позволял контролировать торговые дела всех знатных семей Иберии. И не прогадал! Его самоотверженность и верность сыграли свою роль, все преклонялись передо мной, хоть раньше и презирали, считая недостойным трона. Ульрик, на удивление, быстро стал богатым и уважаемым, даже, несмотря на низкое происхождение. А когда я назначил его главой тайной службы, нас стали бояться даже соседи. Ведь отныне я знал обо всем важном, что происходило в империи и далеко за её пределами.

Кто бы мог подумать, что призраки могут быть так полезны... — я удовлетворенно улыбнулся, медленно отпив вина из кубка.

Энари

Я шла кромкой леса, опять разыскивая младшего брата.

— От его дара сплошные проблемы! Сколько раз ему нужно объяснять, что нельзя убегать в лес и общаться с животными без меня! Вот где его теперь искать? — бормотала я себе под нос. Злость и негодование на брата так завладели моими мыслями, что я даже не заметила полыхнувшей впереди вспышки. А вот когда передо мной, буквально в тридцати шагах, оказался конный отряд, я аж подпрыгнула с перепугу и пустилась бежать прямо в лес, не разбирая дороги. Сердце набатом стучало в ушах, ветви больно царапали руки и лицо, но меня это не останавливало. Только окончательно выбившись из сил, я решила оглянуться, и поняв, что за мной никто не гонится, остановилась и успокоила дыхание.

— Ну, что сегодня за день-то такой! Мало того, что не нашла брата, порвала платье, так ещё и сама заблудилась! — расстроено воскликнула я, поняв, что эта часть леса мне совсем не знакома. Так, спокойно, я знаю кто мне поможет... — закрыв глаза, стала слушать лес. Легкий шелест постепенно сменился шепотом, а затем и вовсе голосом древнего, могучего старца. Он скучал без меня.

— Прости, но сейчас я очень спешу... Поможешь найти брата? — спросила с надеждой его. Казалось, он погладил меня по голове, как свою маленькую внучку, и показал, в какую сторону нужно идти. Совсем недалеко от меня он слышит голос брата!

— Спасибо тебе, мой друг, — прошептала лесу, коснувшись дерева и прислонившись к нему лбом. "Не обижайся, я обязательно приду с тобой поговорить, подожди меня немного…"

Слава Богине! Я нашла брата раньше тех страшных всадников! Так, сейчас за этим негодником, а потом предупредить родителей, — и я решительно направилась по указанной тропе, вглубь леса.

— Ну, и что такого важного случилось на этот раз?! — возмущенно спросила, подходя к брату.

Он сидел на поляне рядом с дубом, в котором виднелась нора, и весело что-то обсуждал с барсуком, а он его внимательно слушал. При этом брат был похож на страшного лесовика: весь перепачканный в грязи, его обычно золотистые вьющиеся волосы сейчас были странного серого цвета и стояли дыбом, в них торчали листья вперемешку с травой. И да, брату десять сезонов, у него дар общения с животными, вот только не всегда он понимает, что они могут быть опасны... Вздохнув, я подошла и села рядом с ним.

— Неужели было трудно предупредить любимую сестрёнку? Я так волновалась! — сказала с такой обидой, чтобы ему стало очень стыдно.

— Энари, прости. Просто дело было срочное, барсук попал в капкан, поранил лапку, а тут лиса как раз пожаловала, в общем, пока я ему помог, совсем забыл о времени. Спасибо, что нашла, а то мой друг уже хотел звать дедушку, чтобы проводить меня до дома, — он ласково улыбнулся и погладил барсуку мордочку.

— Теперь понятно, почему ты в таком виде. Ладно, пошли уже домой. Мама волнуется. К тому же, я видела странных людей на лошадях, которые появились из воздуха прямо передо мной! Надо предупредить родных!

— Да, конечно, пошли, — встав, он взял меня за руку.

— Выздоравливай, малыш, — помахал он на прощание барсуку. Я улыбнулась и направилась в сторону дома.

Чтобы я делала без своего дара с таким непоседой? Кстати, о Даре, каждому в моей семье он достался в наследство от прабабушки — чистокровной эльфийки. В те времена, когда они свободно общались с людьми на этой территории, были совсем не редкостью смешанные браки. Светловолосых, зеленоглазых эльфов, с их холодностью и сдержанностью, часто привлекали жители бывшего уже королевства Ночи — Нитурии. От природы они были темпераментными, темноволосыми и голубоглазыми. В общем, противоположны им во многом. А еще деды рассказывали, что некоторые из родов Ночи могли оборачиваться в Лунных Волков, но уже мало кто помнит об этом. Потом королевство распалось под ногами суровых Иберийцев. Эльфы ушли в леса, а после, вообще, покинули этот мир. Почти все выжившие нурийцы теперь в подчинении у иберийцев. Относительно свободными остались только мы, потомки некогда величественных рас. И то только потому, что кому-то нужно следить за популяцией волшебных зверей в лесу так необходимых иберийцам, а, кроме нас, в него заходить никто не рисковал.

Бабушка мне рассказывала, что её мать была могущественной лесной колдуньей и могла жить очень долго, но когда на войне с Иберией не стало её любимого супруга, то она не захотела жить в этом мире без него. Она ушла к их Богине Элиниэль, которая олицетворяет всё живое во множестве миров. Но ее сила не исчезла, а распределилась между потомками. Сила эльфов тесно связана с жизнью и природой, поэтому бабушка, как и я, могла слышать голос леса и общаться с ним, она никогда не боялась уходить далеко от дома, знала, что он подскажет, куда идти и убережет от опасности. Моей матери достался Дар управления жизненной силой. Она могла лечить людей, а также быстро выращивать здоровые растения. Старшему брату досталась знаменитая эльфийская зоркость, а отцу ловкость. Поэтому они вместе и ходили охотиться в лес. Благодаря им мы хотя бы не голодали и могли продавать шкуры и овощи. А вот младший брат только открыл в себе дар общения с животными. И теперь я регулярно вытаскиваю его из каких-нибудь нор...

Постепенно люди стали побаиваться таких, как мы — уж больно мы отличаемся от обычных нурийцев, а иберийцы, вообще, кривились и отводили глаза, считая нас ничтожествами. Почему-то эльфов они ненавидели, ну, а нас еще больше. Поэтому наши семьи живут обособленно, в домах, рядом с лесом, чтобы лишний раз не попадаться им на глаза. Обидно, конечно, но хотя бы нас не гонят, если приходится выбираться в город... — мои мысли прервал конный отряд, стоящий у дома.

Опоздала! О Боги! Я остановилась и огляделась. Вроде тихо... Решила спросить у леса о чужаках. Он ответил, что они не опасны. Я вздохнула с облегчением, но на всякий случай всё равно решила им не показываться. Лучше пойду в обход дома, где есть неприметная дверь, ведущая прямо в комнаты. Хорошо, что хоть сегодня я взяла от неё ключ... Прямо как чувствовала! — обрадовалась я, отыскав его в кармане юбки.

Сеней Л'Рут

Портальная пластина императора перенесла нас прямо напротив Эльфийского леса. Что меня в нём удивило, так это изумрудный цвет листвы, на карте этой особенности леса видно не было, и переход от обычных иберийских деревьев оказался настолько контрастным, что сначала просто теряешься, будто переместился совсем в другой мир. К слову сказать, все знакомые мне деревья и кустарники имели синюю листву. Ну, раз пластина перенесла нас именно сюда, значит, ошибки быть не может, и насколько я помнил карту, первая деревня примерно в сутках пешего пути, если идти вдоль леса направо. А вот если повернуть налево, то добираться около двух дней. Время я тратить не хотел, его итак на всё не так уж много, поэтому направил отряд в ближайшее селение.

В нашем мире сутки делятся на тридцать шесть часов. Двенадцать часов уходит на восхождение Светила, столько же — на зенит и спуск, а потом наступают двенадцать часов тьмы, освещаемых тремя Лунами — по четыре часа на каждую. Каждая луна привносила в наш мир свой необычный цвет. Первую назвали Акварией, за красивое голубое сияние, вторую — Архоном, она испускала нежный, розовый свет, а третью — Перин, своим перламутровым светом она напоминала ракушки, в изобилии разбросанные у берегов Энтерийского моря.

Наше Светило, которым является сам бог Солос, оберегает империю от холодов. Поэтому у нас только в долгий сезон дождей в Низинных Холмах и Эльфийском лесу, занимающий восемь недель, становится прохладно. Хорошо, что хоть на основной территории Иберии они редкость, а природа облагорожена и поддерживается магией. Поэтому нужно торопиться, как раз через две недели пойдут дожди и бродить по лесу будет опасно. От моей огненной магии толку не будет, возможно, бытовая будет работать, и то не факт...

Нам повезло. Селение оказалось намного ближе, чем я думал, и спустя всего один час, мы уже подъезжали к ближайшим домам. Увидев нас, люди выходили из дворов и удивленно переговаривались. Ведь иберийцев встретить в такой глуши почти невозможно. Разве что в их крупном городе. Мне тоже было любопытно рассматривать их — детей Ночи, поклоняющихся Богине Селенити. Все были светлокожими, будто их вовсе не касаются лучи светила, волосы чернее самой темной ночи, глаза же необычного, голубого цвета, как штормовое море в грозу... Я подъехал к ближайшему серьёзному мужчине и спросил:

— Уважаемый, укажи нам дорогу к детям эльфов. У нас важное послание к ним от императора, — придумал я на ходу. И почему я не подумал, что придется как-то объяснять наше появление?

— Мы чтим договор. Следуйте за мной, — он махнул нам рукой и пошел вдоль домов. Когда сзади осталась почти вся деревня, вдалеке я заметил несколько одиноких домов, стоящих буквально у леса. — Вон там они живут, Светлейший. Но будь осторожен — они очень хитрые, многие их бояться.

— Благодарю за помощь и совет, — ответил я и кинул ему монету с ликом императора. Мужчина, как громом пораженный, стоял и удивленно её разглядывал. Думаю, он впервые в жизни держал в руках настоящий золотой Тин.

Добравшись до первого дома, я слез с коня и подошел к двери. Постучал и стал ждать ответа. Дверь открыл крепкий высокий мужчина, с темными, почти чёрными, вьющимися волосами и голубыми глазами. У него были слегка увеличены уши, но если не знать чей он крови, запросто примешь за обычного нурийца. За ним стояла худенькая светловолосая женщина, с тонкими чертами лица. Она обладала настороженным взглядом, миндалевидными глазами интересного бирюзового оттенка и заметно удлиненными ушами, выглядывающими из заплетенных волос. Так вот какие были эльфы... — подумалось мне, но так как разглядывать их было верхом неприличия, я отвел взгляд и решил сразу перейти к делу. Приложил руку к груди и склонил голову в стандартном приветствии:

— Пусть Боги берегут этот дом и вашу семью! Могу ли я обратиться к вам за помощью?

— Пусть Боги берегут и твой род, Человек Света. Проходи и поведай, какая помощь тебе нужна от нас, — удивлённо ответил мужчина, пропуская меня в дом.

Я вошел в прихожую и снял дорожный плащ, повесив его на предусмотренные для этого крючки на стене. Разом удивленно рассматривая голову дикого вепря, на клыках которого висели мужские шапки... Меня пригласили в небольшую комнату с очагом и накрытым столом. Видимо, я потревожил их как раз во время полуденной трапезы. Всё помещение было заставлено горшками с цветами: их было так много, что создавалось впечатление, будто стоишь в саду, а вокруг нежное цветочное благоухание. Окна были не как во всех деревенских домах, а на полстены, отчего свет заливал почти всю комнату. В правом углу наверх уходила винтовая лестница и терялась в цветочных зарослях. Я был, конечно, впечатлен, но постарался ничем не выдать своего изумления от увиденного.

— Прошу прощения, что помешал вашей трапезе… — обратился я к хозяину дома.

— Ничего страшного! Садись, Человек Света, и угощайся, — он сел в кресло напротив моего, а его жена поставила передо мной чистую посуду.

— Жена, принеси гостю вина, — попросил он у женщины. Она кивнула и быстро удалилась в другую комнату.

Через пару минут я уже держал в руках кубок с серебристым напитком. Какой необычный цвет... Незаметно проверил на яды, но ничего плохого в нем не было. Решил попробовать. Вкус оказался потрясающий! Чем-то напоминает наше вино, но с какой-то свежей прохладой и мягкостью, как будто пьешь и не вино совсем, а нектар из звезд.

— Из чего вы делаете такой необычный напиток? — спросил удивленно я.

— Это наш местный сорт винограда, только растет он не как у вас — на свету, а в тени деревьев, тут недалеко находится плантация, — ответил хозяин, улыбнувшись. — По легенде, его даровала нам наша Богиня, она осыпала звездами почву и из них появилось это необычное растение. Кстати, благодаря ему мы и живем дольше всех остальных народов. Но что-то мы с вами отвлеклись. Так почему вы приехали к нам? Если честно, впервые встречаю иберийца, который не воротит нос от нашего вида, так еще и вежливо обращается с просьбой о помощи...

— Я не разделяю мнения моих сородичей, считаю, что нужно судить о людях не по внешности, а по поступкам. И если мне нужна помощь, не считаю зазорным попросить её у того, кто лучше меня знает здешнюю местность. Мне нужен проводник в эльфийский лес, говорят, кроме вас, оттуда никто не возвращался. Не хочу его уничтожать, потому что там, по легендам, обитают фениксы. Они издревле покровители моего рода, хочу исследовать их способности и магию. Попробовать приручить. Возможно, они нам помогут в охране границ Империи, — я рассказал ему не все, предчувствие удерживало меня поведать всю правду.

— Это, конечно, интересно, но путь туда долгий и опасный. Точных троп туда не знаю даже я, в нашей семье только дочь унаследовала Дар общения с лесом, но вы сами понимаете, хрупкой девчонке там делать нечего, — мужчина, нахмурив брови, глубоко задумался.

Я понял, что если сейчас он мне откажет — все пропало! Мне придется вечно блуждать по этим дебрям в поисках артефакта. Я решил, что, возможно, камни смогут его переубедить, ведь отец говорил, что для них они имеют большую ценность:

— Простите за мою настойчивость, но я хорошо вас отблагодарю, — и выложил на стол два крупных камня, которые дал отец. — К тому же я сильный маг огня, и смогу защитить вас и вашу дочь от любой опасности! — я испытывающе посмотрел ему в глаза, надеясь на положительный ответ.

— Хорошо. Вижу, вы серьезно настроены, и даже если я откажусь, все равно пойдете на поиски приключений. А вдруг с вами что-то случится? Мне придется отвечать перед императором, почему я вам не помог. Да не удивляйтесь, я понял кто вы. Мы хорошо распознаем магическую ауру. В Империи всего один человек с такой силой. Кстати, меня зовут Берест Ларьен, моя жена Нинель, Дияр, выходи уже, все хорошо, — после его слов с лестницы спустился мужчина, примерно мой ровесник, с арбалетом в руках. Его глаза были не как у обычных людей, а как у Сокола! Такого же цвета и формы... Теперь я понял, почему в селении их побаивались, мало того, что у них внешность такая необычная, так еще и чутким умом не обделены. Я встал ему навстречу и протянул руку. Он пожал её и сказал:

— Не обижайтесь, простая предосторожность.

— Я понимаю. Благодарю, что решили помочь. Выдвигаемся на рассвете, соберите в дорогу все необходимое, буду ждать вас у границы леса, — попрощался и пошёл к своему отряду.