Слишком поздно

Аня давно поняла, что что-то происходит. Невозможно не понять, когда твой любимый человек вдруг стал раздражительным, вечно недовольным без видимых на то причин, а из вашей жизни практически исчезла интимная жизнь. Фадеева связывала изменения в поведении Вадима с проблемами на работе, излишней нагрузкой, стрессом. Из столицы приехала проверка, и весь офис стоял на ушах. Она старалась реагировать на его несдержанность с позиции мудрой женщины, не велась на провокации, чем только сильнее его злила. Наверное, в глубине души Анна уже понимала, к чему всё идет, но не могла принять. Не хотела верить. До последнего надеялась, что он одумается.

Десять лет семейной жизни. Как и в любой семье между ними всякое бывало. Ссоры, примирения, ворчание, нехватка денег, бытовые неурядицы. Всё это было, но они вместе преодолевали все невзгоды. Что бы не происходило, они были друг у друга, любили и уважали. И ей было трудно вот так просто перечеркнуть их долгую историю, чтобы посмотреть на ситуацию под иным углом. Вот и старалась делать вид, что всё хорошо.

Так продолжалось ровно месяц, пока однажды, вернувшись после работы, не обнаружила мужа дома. Одного. На кухне. В каком-то странном философском настроении. Перед ним стояла кружка с уже успевшим остыть кофе.

— Милый, ты чего так рано? И где Пашка? — удивилась она.

— Он с мамой, — ответил муж кратко.

Она только пожала плечами. Со свекровью у нее были хорошие отношения, и жила она буквально в десяти минутах ходьбы от них, так что ничего удивительного в том, что сын зашел к бабушке, не было. Решив, что и сама от кофе не отказалась бы, Анна щелкнула выключателем на чайнике, и дернулась, когда муж неожиданно рявкнул:

— Аня, сядь! Нам нужно поговорить!

Сказано это было таким тоном, что сразу понятно, ничего хорошего он ей не скажет. Аня покосилась на него, но выполнила его распоряжение и села на стул. Решила, что выпить кофе и потом сможет, а вот разобраться в странном поведении Вадима стоило.

— Вадик, что-то случилось? — спросила она неуверенно.

Аня никогда еще не видела мужа таким… Таким злым, далеким, словно чужим. Судя по его поведению, случилось что-то действительно серьезное. Уволили? Заболел?

Первым порывом стала попытка поддержать, и она протянула руку, чтобы коснуться его, но муж как-то дернулся, убрал руку и бросил на неё раздраженный взгляд, будто Аня сделала что-то недостойное. Противоестественное. Хотя казалось бы, что может более естественным, чем желание морально поддержать близкого человека.

— Анют, нам надо развестись!

Его слова упали в пространство между ними словно тяжелые булыжники. Она судорожно выдохнула, не совсем понимая, о чем он толкует. Какой еще развод? У них же всё хорошо…

— Вадь, ты о чем? — получилось жалобно. Фадеева не понимала, что случилось. Растерялась. Слишком внезапным стало его заявление. — Какой развод?

— Самый обыкновенный, — он говорил ровно и уверенно, что говорило о том, что Вадим всё заранее обдумал и решил. — Я люблю другую женщину, Аня. И больше не могу быть с тобой! Я пытался, но… В общем, мне нужен развод.

Жестокие слова словно ножи входили в ее сердце, и оно бедное стало истекать кровью. Она замерла и автоматически положила руку на бешено стучащий орган, стала мысленно уговаривать его не останавливаться, биться дальше.

— Я понимаю, что тебе больно, но так будет лучше. Ты сама говорила, что лучше горькая правда, чем сладкая ложь, — он продолжал, не замечая ее состояния. — Я действительно пытался бороться со своими чувствами, но не могу. Прости меня. Поэтому я и хочу уйти. Так будет правильно. Я просто хочу быть честным и сделать все правильно. Не хочу тебя обманывать и Олесю унижать положением любовницы.

Было адски больно. Ане казалось, что кровь свернулась в ее венах, а в горле образовался комок, который мешал ей нормально дышать. Глаза запекло, но слез не было. Плакать можно рядом с родным и близким человеком, а теперь это чужой… Чужой мужчина. И смысла просить его пересмотреть свое решение нет. Только дать лишний повод себя унизить. Нет уж. Анна знала, что если Вадим что-то решил, то уже ничто и никто не способно изменить его решение. Можно только смириться.

— Ты разводишься, чтобы жениться на ней? На этой Олесе? — она даже удивилась тому, насколько сухо прозвучал ее голос. Ее буквально трясло от обиды и несправедливости, но самообладание Аня не потеряла.

Вадим кивнул и улыбнулся, словно вспоминая что-то хорошее, при этом не смотрел на жену. Он вообще в последнее время постоянно отводил глаза. Теперь понятно почему. Совесть мучила.

— Да, это словно сумасшествие какое-то, Ань, — начал он делиться своими переживаниями, совершенно не думая, какую боль причиняет ей этим. — Олеся такая красивая, яркая, веселая. Не знаешь, что она в следующий момент вытворит. При этом знает, чего хочет, и идет к своим целям семимильными шагами.

— То есть полная противоположность мне? — горько усмехнулась Фадеева. После замужества она действительно полностью погрузилась в семью и стала немного занудной, даже стиль одежды сменился, стал более удобным и лаконичным. Но Вадик никогда не жаловался.

— Да, вы совсем разные, — кивнул он. — Ты совершенно другая. Серьезная, основательная, зацикленная на семье. Когда ты в последний раз делала что-то авантюрное? Рисковала? Прости, Ань, но наша семейная жизнь давно превратилась в болото. Я хочу иного.

Ну да, эта Олеся наверняка не является матерью, не ведет хозяйство, не наглаживает мужу рубашки. Он думает, что Аня стала такой по собственному желанию? Большинство свободных девушек, выйдя замуж и став матерями, меняются внешне и внутренне, просто приоритеты смещаются, и уже вместо шопинга или посиделок с подругами в баре, ты спешишь к педиатру, потому что сын заболел, либо планируешь ремонт в квартире. Но похоже столь простая мысль не приходила в голову Вадиму. Он уже весь находился в своей новой любви.

— Ты никогда не говорил, что я тебя чем-то не устраиваю, — ровным голосом заметила она.

— Я не хотел тебя обижать, — вздохнул он и поморщился. — Поверь, если бы мог, то облегчил бы для тебя всё это, но не могу. Я хочу завершить изжившие себя отношения и начать новые, с той, кого полюбил. Я хочу остаться с тобой в хороших отношениях, не хочу скандалить.

Вот так она и Пашка, их маленькая семья стала изжившей себя. Она посмотрела на Вадима и поняла, что он чужой. Стал таким по своему желанию. Что ж, пусть будет так.

— Что ж, — ответила она спокойно, — раз ты всё решил, то я не вижу причин тебе ставить палки в колеса.

Смысла трепать друг другу нервы, она действительно не видела. Чем быстрее Вадим уйдет, тем быстрее она залижет раны и начнет свою новую жизнь. Уже без него.

Спустя пару месяцев их семья перестала существовать официально, а еще через полгода Вадим женился на своей веселой и красивой Олесе. Он действительно надеялся, что они смогут сохранить хорошие отношения, но довольно быстро понял, что это невозможно. Новая жена безумно его ревновала, причем не только к бывшей жене, но и сыну. В какой-то момент их отношения окончательно прекратились, даже с сыном он общался пару раз в месяц по телефону, а встречался с Пашкой и то реже.

Аня же зализала раны и действительно начала новую жизнь. А потом в жизнь женщины снова ворвался Вадим с твердым намерением вернуть её, и его совершенно не интересовало мнение самой Анны.

Канун нового года — особенное время. В воздухе витает особый запах волшебства, непередаваемая магия. И даже если разочарован в жизни, всё равно часть тебя, та самая сохранившая из детства, ждет чуда. Пусть маленького, но чуда.

Аня возвращалась домой и с улыбкой размышляла об этом. Не спешила. Сын остался с ночевой у своего лучшего друга, она тоже планировала остаться с ночевкой у своего друга, но они с Максимом поругались. Вот так на ровном месте.

Она вздохнула, поправила свою белую пушистую шапочку и посмотрела на небо, откуда крупными хлопьями падал снег. Очень красиво и завораживающе, она бы сказала успокаивающе. Анна научилась останавливаться и видеть красоту в моменте. Это умение сделало её более внутренне наполненной.

Как же всё изменилось за последние два года. Если раньше уход Вадима из семьи она воспринимала, как катастрофу, свою личную боль, то сейчас она поняла, что для неё предательство мужа стало точкой роста. Как это и бывает иногда, сначала она горевала, оплакивая свое семейное счастье, разбитые мечты, а потом в какой-то момент поняла, что как-то дышится свободней, да и время дополнительное появилось, которое Анна использовала на себя.

Первым небольшим шажком в новую жизнь стала йога. Она давно планировала записаться на нее, но то времени не хватало, то денег, а тут наконец появилась такая замечательная возможность. На самом деле ей нужно было девать куда-то вдруг появившееся свободное время. Потом к йоге добавились силовые тренировки, так как клиентам, занимающимся на групповых занятиях, предоставили скидку в пятьдесят процентов на тренировки в зале. Аня повелась и купила абонемент. И не пожалела. Очень скоро активные занятия спортом благоприятно отразились на ее фигуре и осанке, да и чувствовать себя стала заметно лучше.

Вторым шагом стало избавление от всех вещей, что связывали ее с мужем. Как сказала её подруга, с глаз долой, из сердца вон. Она посоветовала убрать с видных мест все, что напоминало ей о жизни с Вадимом, почистить шкафы. Наталка была опытной в этом отношении дамой, три развода за плечами, как никак, поэтому Аня ее послушала. Собрала все оставшиеся от бывшего мужа вещи да отнесла их в церковь, памятные вещички собрала в коробку и спрятала, даже фотографии в рамках заменила, оставила лишь те, где она с сыном, родными, подругой. А потом еще решила и ремонт сделать, так сказать, до кучи. Спальня изменилась до неузнаваемости и стала чисто женской, комнату сына сделала в стилистике космоса, как он и хотел, купили кондиционер наконец, да диван новый. И стало действительно как-то легче, будто пространство очистила от невидимого присутствия бывшего мужа. Ей неожиданно понравилось меняться и менять всё вокруг.

Третьим шагом стала смена гардероба. Анна обновила его практически полностью, добавила ярких красок. Купила несколько платьев и юбок. Сменила прическу. Все эти годы она носила длинные волосы. Муж настаивал и запрещал их резать, а так как постоянно укладывать копну непослушных длинных волос было затратно по времени, чаще всего они были скручены в небрежный узел на макушке или заплетены в косу. Аня сделала удлиненное каре и выдохнула с облегчением, как оказалось она носила на своей голове очень тяжелое дополнение, да и более короткая стрижка ей шла, в отличие от длинной копны волос.

После наведения порядка вокруг себя, Анна решила и свои мозги очистить от всего лишнего и ненужного, провести ревизию. К абы кому она не хотела идти, так как сейчас слишком много развелось доморощенных психологов, закончивших разномастные курсы. Тут ей помогла опять подруга, которая уже несколько лет ходила к психологу с высшим медицинским образованием. Вообще, Петр Николаевич был психиатром, но потом открыл частную практику, стал консультировать и помогать обычным гражданам. С ним на консультациях она узнала о себе очень много интересного, он вытащил на свет уже забытые случаи из ее детства и юности, которые до сих пор влияли на нее уже такую взрослую и мешали.

Разложили по полочкам они и семейную жизнь Ани с Вадимом, и в какой-то момент она поняла, что так сильно хотела быть любимой, что во всем подстраивалась под мужа, забывая про себя и свои потребности, а Фадееву это было удобно. Она была удобной для него. Никакой любви с его стороны не было. Это открытие принесло боль, растерянность и какую-то беспомощность, которая впрочем очень быстро превратилось в твердое намерение — проработать данную проблему и больше не допускать подобной ошибки.

По мере проработки своих психологических зажимов, Анна вдруг поняла, что хочет сменить деятельность. Вообще-то, она с красным дипломом закончила университет, но работала рядовым бухгалтеров в ЖЭКе, а все потому что так было удобно мужу. Её звали на более денежные и престижные места, но Вадим всегда был против. Мол, там она будет уставать, слишком большая нагрузка, и Аня не сможет быть хорошей женой и матерью, не будет успевать выполнять работу по дому, а тут практически рядом с домом работа непыльная. Это сейчас Анна вдруг поняла, что он просто боялся того, что она будет зарабатывать больше него и станет более успешна. К сожалению, подобные откровения приходят слишком поздно.

В итоге она решилась сменить привычное болото и не прогадала. И снова ей помогла подруга. Можно сказать, что в нужный момент именно она стала ей феей-крестной, которая помогла и направила её в лучшую жизнь. Наталья работала в крупной строительной фирме начальником кадрового отдела и сразу же подтянула ее, когда одна из работниц бухгалтерии ушла в декрет, из которого вряд ли уже выйдет, потому что она почти сразу же переехала к отцу своего ребенка в Турцию. Анне было страшно, но она рискнула, прошла собеседование и сдала необходимые тесты, а потом ее неожиданно взяли. Зарплата в пять раз выше прежней, куча плюшек и шикарное рабочее место. Конечно работать нужно было больше и упорнее, чем на прежнем месте, но оно того стоило.

Завершающим этапом прощания с прошлой жизнью стал роман. И непросто роман, а роман с генеральным директором фирмы, где Аня работала. Даже сейчас вспоминая, как началась их связь, она тихонько хихикала.

Максим Вяземский был весьма желанным и перспективным женихом, многие коллеги женского пола старательно пытались привлечь его внимание, а удалось это ей, хотя Аня и не искала отношений. Просто после корпоратива в честь дня строителя у них случился спонтанный секс на крыше ресторана, где они праздновали. Всё было безумно, остро, вкусно и ярко. Самое смешное случилось потом, когда она поняла, что не может найти свои трусики, которые босс стащил с нее и бросил куда-то в сторону. Куда они запропастились, стало понятно уже когда они вышли из ресторана. На ближайшей ели ярким красным флагом висели её дорогие кружевные трусы. Именно так начался ее бурный роман с собственным начальником.

Подумав о Максиме, она улыбнулась, даже несмотря на случившуюся с ним ссору, а потом прибавила шагу к подъезду. Раз уж романтический вечер не удался, значит нужно устроить себе антистресс-процедуры. Ванна с пушистой пеной, вкусное вино, виноград, приятная музыка… Она так размечталась, что не сразу услышала, как ее окликает знакомый голос.

­— Аня, Анечка, стой! Подожди!

Сначала она подумала, что ослышалась. Вспомнила прошлое, вот и почудилось, но окрик повторился. Анна затормозила и резко обернулась. Нахмурилась, не понимая, что тут забыл ее бывший муж, да еще и с огромным букетом алых роз.

­— Вадим? Что ты тут делаешь? — спросила она, ошарашено глядя на запыхавшегося Фадеева.

Он практически не изменился с их последней встречи. К её большому сожалению. Чисто по-женски, ей бы хотелось увидеть его сильно похудевшего или наоборот набравшего вес в изношенной одежде с лысиной на макушке, но увы. В реальности всё не так концентрированно и явно, хотя у него был уже не такой уверенный взгляд, как при их последней встрече, когда Вадик торопился к своей хваленой Олесе и стремился побыстрее избавиться от нее.

Неожиданное появление бывшего мужа привело ее в ступор. Его Олесенька была очень ревнивой, и Вадим свел встречи с бывшей женой на нет. Сначала это задевало, то потом Аня поняла, что так даже лучше. Быстрее переболела, ее не мучила ностальгия и невысказанные вслух «А что если бы…?». С глаз с долой — из сердца вон. Простая и действенная истинная. Если бы Вадим постоянно маячил у неё перед глазами, Ане было куда тяжелее его забыть и сконцентрироваться на себе и своих потребностях.

За эти два года она как-то подрасслабилась и уверилась, что Фадеев теперь окончательно в прошлом, но кажется, слегка поторопилась с выводами. Иначе отчего она наблюдает бывшего мужа под окнами своей квартиры поздно вечером с букетом в руках? Да еще и в конце декабря? Не должен он разве где-нибудь отдыхать со своей зазнобой, ведь для Олесеньки только лучшее полагается?

С горечью Аня поняла, что обида осталась в ней. И сильная, жалящая, а ведь она думала, что уже все пережила и отпустила. Что же, может это и к лучшему. Обида может быть весьма полезна, и не даст ей подпустить этого человека к себе слишком близко. К сожалению, Вадим остается отцом её сына и мешать их общению Аня не станет. Она не враг своему ребенку, чтобы лишать его отца, пусть и такого необязательного и легкомысленного.

Фадеев подошел к ней вплотную и улыбнулся, словно нашкодивший пацанчик. Эта улыбочка не произвела на Анну ровным счетом никакого действия.

— Здравствуй, Аня! Я понимаю, что мой приход неожиданный, — произнес мужчина неуверенно.

— Во всех смыслах неожиданный, — подтвердила она, кивнув на автопилоте. — Пашка у друга с ночевкой остался, так что если ты к нему, то…

И сама же себя оборвала. Глупо прозвучало. Ведь не для сына же он дорогой букет цветов купил. Аня еще раз более внимательно и медленно осмотрела бывшего мужа, отчего он явно почувствовал не в своей тарелке.

— Я не к нему, я к тебе, — на одном дыхании признал он.

— Зачем?

Анна и вправду не понимала. Два года назад они развелись, поставили все точки над «и». Да ей потребовалось гораздо больше времени, чтобы пережить расставание и смириться, но она это сделала. И вот этот внезапный приход Вадима являлся иррациональным. Ну не поздравить же он ее собирается с предстоящими новогодними праздниками? Всё это время Фадеев ее не вспоминал, жил в свое удовольствие, а тут внезапно решил объявиться. Не к добру. Ой, не к добру…

Её отстраненная реакция явно стала сюрпризом для Вадима. По-видимому, он рассчитывал на слегка иную реакцию. Даже этот казалось бы простой вопрос, заданный равнодушно-недоуменным тоном, заставил его заволноваться. К тому же его рыскающий по ней взгляд говорил о том, что смена имиджа не осталась незамеченной им. Когда-то Аня представляла этот момент, когда покрасуется перед ним обновленная и красивая, заставит тем самым локти кусать. Был такой момент, чего греха таить, но он был недолгим. В какой-то момент все поступки и попытки самосовершенствования Аня стала совершать только для себя и сына. Всё. Чужое мнение ее совершенно перестало волновать.

— Я извиниться хотел, — буквально выдавил Вадим из себя.

У Ани от удивления едва глаза на лоб не полезли. Фадеев был из тех людей, кто редко просил за что-то прощение. Очень редко. Наверное, припрись он к ней даже год назад с извинениями, когда её ломало от тоски по нему, у него был бы шанс. Сейчас же она смотрела на него и не понимала, какой реакции он от нее ждет? Чего хочет? Уже всё давно прошло, переболело. Зачем ворошить прошлое?

— Я давно тебя простила, — пожала плечами она. — Ты честно поступил, рассказал правду и ушел. На самом деле, это лучшее, что ты мог сделать в той ситуации.

Эту простую истину Анна тоже поняла совсем недавно. Обида конечно осталась на него, но она притупилась, зато в полной мере пришло осознание того, что не будь он честен, она бы могла до сих пор жить в заблуждении и лжи, полностью зациклившись в потребностях семьи, забыв про себя. Так что всё, что не делается, то делается к лучшему, хотя порой это происходит максимально болезненно.

— Я понял, что Олеся не моя женщина, — торопливо произнес он, явно приободренный тем, что не получил по лицу букетом роз и не был послан на три буквы. Вот только Вадим честность и нежелание скандалить принял за зеленый свет для себя. — Мне жаль, что на это ушло так много времени, но я понял, что допустил ужасную ошибку, когда ушел от тебя. Давай всё начнем сначала!

Вот так просто? То есть он легко отмахнулся от семьи, два года счастливо жил со своей красивой и веселой Олесей, а теперь он явился и говорит: «Давай начнем сначала!». Она должна так просто забыть его предательство, с улыбкой согласиться и броситься в объятия? Судя по его дебильной улыбке, именно так Фадеев и думал.

Аня медленно выдохнула, заставив раздражение в душе хоть немного улечься. Слишком бурная реакция не есть хорошо, хотя она и понятна. Стоило ей зализать раны и привести свою жизнь в порядок, как является бывший муж с твердой уверенностью, что его тут простят и примут. Трудно на подобное реагировать отстраненно и выверено.

— Смею напомнить, Вадим, но ты женат, — твердым голосом напомнила ему она.

— Мы с Олесей разводимся, — печально сообщил он. — Мы поняли, что не созданы друг для друга. Слишком разные. Потребовалось время, чтобы это понять и принять. Так что Олеся нам никак не помешает и будет только рада, если мы снова сойдемся.

Как мило с ее стороны! Увела мужчину из семьи, поиграла с ним в любовь, попользовалась, а теперь возвращает. И всё это под лицемерным соусом вежливости. И почему Аню от этой сахарной патоки блевать хочется? То есть он со своей второй женой играл в любовь два года, и ему было абсолютно плевать на нее, а теперь Фадеев явился сюда и хочет, чтобы Аня вошла в его положение и простила, пустила обратно? Он реально думает, что она такая идиотка?

Эта Олеся просто не наглаживала ему рубашки, не готовила, жопу не лизала, да еще и требовала привычный высокий уровень жизни. Отдых за границей, дорогие цацки, лучшие рестораны, шмотки от элитных брендов. Всё то, что Анна себе не позволяла, считая, что есть вещи более ценные, часто экономила на себе. Скорее всего, Вадик просто не потянул такую дорогую девушку ни морально, ни финансово. И самое противное, что был уверен, что бывшая жена примет его с распростертыми объятиями и простит. Ей реально припасли место запасного аэродрома, даже не посчитав нужным спросить её мнение. Это же насколько наглым и самонадеянным нужно быть? Или он просто считает ее всепрощающей дурочкой? Скорее всего, именно второй вариант и был правдой, и это сильно задевало ее эго.

Анна только набрала в рот воздуха, чтобы грубо ответить ему, как неожиданно дверь открылась и из подъезда вышла тетя Тоня, соседка снизу. Она была подвыпившая, чуть навеселе. К ней родственники с другого конца страны приехали на новый год, так что по всей видимости они потихоньку начали уже праздновать. Антонина была не сильно уж старше самой Ани, но ей нравилось прибавлять себе важности в глазах других. Она редко пила, не курила и любила раздавать советы и тем, кому они требовались, и тем, кому не требовались, что естественно не делало ее любимицей среди соседей, но это Тоню совершенно не парило.

— О, Анечка, здравствуй! Ты откуда? — обрадовано улыбнулась она, а потом перевела взгляд на Вадима и сурово нахмурилась. — Анюта, надеюсь, ты не вернулась к нему? Только не говори, что «да», ладно? Ты же такая классная деваха, зачем тебе этот кобелина?

Их развод с интересом обсуждал весь двор. И это добавляло переживаний самой Ане и Паше, хотя все и были на ее стороне. Даже свекровь. Этот факт, кстати, сильно задел самого Вадима. Порицание матери он плохо воспринял, но желание быть с Олесей перевесило.

«Он обязательно перебесится, Аня», — похлопывая по плечу, приговаривала свекровь. — «Не подходит ему эта Олеся. Рано или поздно опомнится и вернется».

И ее никто не спрашивал, хочет ли Аня, чтобы Вадим вернулся к ней. Да и кто ему подходит? Терпеливая и прощающая все загулы? Исполняющая прихоти и капризы? Готовая закрыть глаза на его недостатки и живущая по его указке? Получалось именно так по логике свекрови, и именно поэтому новая жена Вадима ему и не походила, ибо была совершенно не такой. То есть терпилой не была, хотя в народе этот не очень приятной эпитет преподносили под соусом женской мудрости. Вот Олеся не была мудрой, потому что точно знала себе цену.

Как потом узнала Анна, пассия Вадима была непростой девицей во всех отношениях. Родители богатые, сама она образование получала за границей, успела поработать моделью. Мужики прямо штабелями укладывались у ее ног, и привыкла она к лучшему. С такой не забалуешь. Такой нужно соответствовать. Вадим же не привык соответствовать кому-то, потому что всегда соответствовали ему. Когда они были женаты, по умолчанию он был центром всего. Вадик попросту не привык подстраиваться под кого-то. Так и получилось. Чувства прошли, а неудобство осталось, вот свалил он от этой Олеси или она его сама выпнула, что более вероятно. И явился Вадик к привычному, уже проверенному, самому удобному из вариантов.

Об этом додумалась не только сама Анна, но и другие. Та же тетя Тоня быстро смекнула, что к чему. Ей захотелось сплюнуть, во рту почему-то скопилась горечь.

— Антонина, шла бы ты дальше по своим делам, — прошипел Вадим, явно недовольный чужим вмешательством. — Мы и без тебя разберемся!

— Это ты отсюда шуруй, Вадик, — заявила та. — Ты тут больше не живешь, неизвестно с какими целями пожаловал. Может ты решил обворовать бывшую жену. Или еще что дурное замыслил!

— Ты совсем умом двинулась? — не сдержал Фадеев. — Совсем кукуха съехала?

Назревал скандал. Возможно с потасовкой. Даже в трезвом состоянии тетя Тоня была не из тех, кто пасует, а Вадим был просто зол.

— Так хватит! — отрезала строго Аня, и бывший муж удивленно на нее посмотрел. Не знал, что она так умеет. Он-то запомнил ее мягкой и послушной, а тут совершенно иная манера поведения. Его еще множество сюрпризов ждало. — Тетя Тоня, иди в магазин! Вы же туда шли? И не беспокойтесь, возобновлять отношения с Вадимом я не собираюсь, так что можете спать спокойно.

— Точно? — прищурившись, спросила соседка.

— Я что, так на идиотку похожа? — фыркнула Аня.

— Да вроде нет, но всякое бывает, — пожала плечами та. — Порой бабы ведут себя как всепрощающие дуры, а мужики этим пользуются. Что же, раз ты не собираешься делать глупости, то действительно пойду-ка я в магазин, а то он скоро закроется… А ты, милок, поздно веник притащил. Раньше надо было думать!

На этой внушительной ноте соседка всё-таки отправилась по своим делам, оставив их наедине. Относительно, конечно. Площадка перед подъездом не самое лучшее место для выяснения отношений. Вот ведь! От Максима ушла, не осталась, чтобы не доводить дело до крупного скандала и выяснения отношений, пришла домой, надеясь на спокойный вечер, но тут ее ждал облом по имени Вадим. Ну что за человек, а? Явился спустя столько лет и всё опять с ног на голову перевернул.

— Вот ведь грымза, — проворчал Фадеев. — Всё ей неймется…

— Почему ты назвал ее грымзой? Потому что правду в глаза сказала? — спросила она устало, краем глаза заметив, что ими уже заинтересовалась другая соседка с первого этажа. Зима в этом году теплая, стекла не замерзли и ей все прекрасно видно. Можно было конечно продолжить разговор и здесь, но не хотелось устраивать бесплатное шоу для всех желающих. — Ладно, я так понимаю, нам следует серьезно поговорить. Здесь не лучшее место, так что давай поднимемся.

Вадим просиял. Опять не так ее понял. Но ничего, наедине она все выскажет, что думает по поводу его далеко идущих планов.