Смена времен года

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

В книге присутствуют сцены насилия и жестокости, убийства, а также сцены грубого секса.
Все использованные в романе имена, названия городов и стран и т.д — вымышленные.
Мир меча и магии, любви и приключений, драконов и жестокости.

***

Маленькая девочка восьми лет быстро подбежала к шатру Верóники — шаманке племени. Осторожно осмотревшись по сторонам, она буквально влетела внутрь, плотно закрыв за собой полог шатра. Убедившись, что ни один солнечный лучик не проникает внутрь и девчушка оказалась никем незамеченной, она довольно улыбнулась и вошла во вторую, более просторную комнату.

О Верóнике говорили, что она была женщиной холодной, грубой, неприятной на внешность и в самом отношении с односельчанами. Ей было около пятидесяти лет, но время казалось, обходило ее стороной. У шаманки были черные, коротко стриженные волосы, что вызывало недоумение, так как по вековым традициям, все мужчины и женщины, которые пробуждали в себе магию, с того момента должны были отпускать волосы до конца своих дней, ведь в них была заключена сила.

Имея довольно высокий для женщины рост, шаманка была очень сутулой, а потому казалась неестественно худой и бледной, чем еще больше отталкивала от себя людей. Она носила только темную, свободную и бесформенную одежду и, если кто-то и видел ее идущей навстречу издалека, в страхе разбегался, желая спрятаться от равнодушного взгляда карих глаз.

И тем не менее, не смотря на холодное отношение к соплеменникам, Верóника никогда и никому в своей помощи не отказывала. Жители племени часто обращались к ней за помощью, в благодарность принося продукты, травы и что-нибудь из одежды. Золота и драгоценностей она никогда не брала, несмотря на то, что преподносили ей в дар их довольно часто.

Детей же, шаманка всегда лечила без какой-либо платы, а вот гаданием заниматься откровенно не любила, хотя была лучшей из лучших в этом деле. Исключения она делала редко, лишь для больно настойчивых молодых девчушек, которым с большим усилием удавалось уговорить женщину погадать им на любовь.

Жила Верóника рядом с лесом, подальше от народа, но по собственному желанию, предпочитая тишину и покой людской суете.

«К тому же,» — добавляла она каждый раз, когда ее спрашивали. — «все необходимые травы всегда у меня под рукой».

Терри сначала остановилась, не решаясь войти, хоть шаманка и бросила на нее мимолетный взгляд. Сжав мокрые от волнения ладошки в кулачки, девочка тихонько спросила:

— Можно мне войти?

— Ты уже вошла.

Терри медленно подошла к женщине. Та сидела за столом, перебирая книги, вокруг нее горели свечи, освещая склянки со странными жидкостями самых разных цветов, привлекая внимания девочки.

— Неужто пришла, чтобы я и тебе погадала? — усмехнулась шаманка и, отложив от себя книгу, жестом руки пригласила девочку сесть напротив нее.

— Да, я хочу, чтобы ты мне погадала, но у меня все очень серьезно, поверь! — воскликнула девочка, всем своим видом показывая, что дело для нее действительно имеет особую важность.

Верóника улыбнулась, подавив в себе смешок, а потом так же серьезно спросила ее:

— И что же это за важное дело?

— Я хочу, чтобы ты посмотрела, свяжу ли я свою жизнь и судьбу с одним человеком навсегда?

— Ты ведь знаешь, что будущее очень изменчиво и то, что я скажу сейчас, может поменяться?

— Да, — ответила Терри. — Но я еще помню, что ты говорила о том, что основную линию судьбы изменить нельзя, если оно предназначено высшими силами. Если что-то дано свыше, то никакие события и решения человека этого не изменят. Так?

— Ты очень внимательная, Терри, — в знак согласия кивнула головой шаманка. — Да, я так говорила, верно. И чье же имя ты хочешь увидеть в своей судьбе? Дэвида?

Терри от удивления открыла рот, не зная, что ответить, на что Верóника тихонько рассмеялась, а потом встала из-за стола, подойдя к другому столику, с необходимой для магических обрядов атрибутикой.

— А как же ты узнала, о чем я хочу спросить? — тихо, с нескрываемым удивлением спросила девочка. — Ты, правда, что ли, умеешь мысли читать?

— Конечно же, нет, Терри, — улыбнулась женщина и присела на корточки, пытаясь что-то отыскать. — Большинство того, что тут про меня говорят, лишь сказки, которыми взрослые пугают своих детей. Я не читаю мысли, не насылаю на тех, кто мне не нравится проклятия, и ни в коем случае не ем детей, которые не слушаются своих родителей.

— Тогда почему же другие дети тебя боятся?

Верóника достала из нижней полки стола колоду карт и свечи, а потом подошла к Терри и поставила перед ней красную свечу, зажигая ее.

— Мне это неизвестно. Наверное, ты единственный ребенок, который меня не боится и в тайне сбегает от родителей, чтобы пообщаться со мной. А откуда я знаю о том, что тебе нравится Дэвид, увы, ни для кого не секрет. Все племя знает, что тебе симпатичен этот мальчик, как и ты ему. Вы ведь не отходите друг от друга ни на шаг.

— Мы любим друг друга и когда вырастим, поженимся… если судьбе будет угодно так распорядиться.

— Тогда просто подожди своего часа и узнаешь.

— Не могу. Я постоянно думаю о том, что будет дальше. Даже спать и есть не могу, — голосом полным грусти прошептала девочка, а потом вздрогнула. — У меня даже золотые монеты есть, возьми! Ну, пожалуйста, погадай мне!

Терри быстро достала из тряпичной сумочки, которую носила через плечо пару золотых монет и протянула Верóнике. Та сначала удивленно приподняла брови вверх, а потом нахмурилась, схватив девчонку за запястье.

— Где ты взяла золото? Украла?

— Нет.

— Говори правду.

— Честное слово! Родители дали мне золота, — быстро заговорила девочка, пытаясь скорее все объяснить. — Они знают, что я с дедушкой часто езжу на ярмарку, и чтобы ему не пришлось тратить слишком много золота на мои игрушки и сладости, отец дал мне монетки. Правда-правда.

— Я никогда не беру золота, Терри, — тихо ответила Верóника, слегка прищурив глаза, а потом отпустила руку девочки. — Особенно за детей и тем более у детей. Убери обратно. Я погадаю тебе просто так.

— Правда?

— Протяни мне свои ладони. Посмотрю твое будущее.

Девочка радостно улыбнулась и тут же протянула раскрытые ладошки, вместе с Верóникой пытаясь что-то высмотреть, но не видела ничего из того, что было известно шаманке. Женщина взяла в свои холодные ладони маленькие ручки и первую минуту внимательно всматривалась сначала в левую ладонь, а чуть позже переводя сосредоточенный взгляд в правую. После, Верóника поднесла к ладоням девочки горящую свечу, проведя три круга вокруг рук, а потом еще раз пройдясь взглядом по скользящим по ладони линиям, махнула рукой, таким образом говоря, что закончила обряд.

— И все? — спросил вслух ребенок, поднеся к лицу руки и внимательно разглядывая их.

— Да.

— И что ты увидела?

— У тебя необычное будущее, — шаманка задула красную свечу. — В нем будет много плохого и хорошего.

— И что же победит? Хорошее или плохое? — нахмурилась Терри.

— То, что таится у тебя в сердце, — улыбнулась женщина. — Если ты чиста душой, то вокруг тебя всегда будет царить благосклонность и помощь высших сил. Добро всегда помогает человеку, у которого на душе благие намерения.

— Значит, многое зависит от меня?

— Верно.

— А что насчет моей половины? — девочка закусила губу, а на щеках появился легкий румянец. — Моим спутником жизни будет Дэвид?

— Я скажу лишь одно, — улыбнулась Верóника. — Твоим спутником жизни будет тот, кто будет подходить тебе по уму, сердцу и душе. Тот, кто станет для тебя поддержкой и опорой, когда тебе будет тяжело, когда возможно, многие отвернутся от тебя. Он будет тем, кто будет помогать тебе и спасать тебя, кто не отвернется, и до последнего будет верить тебе и верить в тебя. Он подарит тебе много радости, даст новую жизнь. Ты будешь окутана его любовью и будешь с ним счастлива до самого своего конца. Он твоя родственная душа. Такой любви можно будет только позавидовать.

— Значит, это точно будет Дэвид. Он уже защищает меня и помогает мне, — уверенно ответила Терри и быстро поднявшись с места, подошла к шаманке, обняв ее и поцеловав в щеку. — Большое спасибо, Верóника. Теперь мне спокойней.

Ребенок быстро выбежал из шатра, а шаманка лишь выдохнула, откинувшись на спинку стула. Видение ее было пусть и мимолетным, но запоминающимся и ярким. Что оно означало даже сама шаманка до конца не понимала, но знала, что девочке предстоит жить в трудном, но того стоящим будущем времени.

— Как называется наша страна?

— Страна Солнца!

— Почему ей дали именно такое название?

— Нашей стране дали такое название в честь самого солнца, которое царствует круглый год, одаривая нашу страну вечным летом.

— Кто дал нашей стране это название?

— Оливер из страны Холодного Камня!

— Оливер? — Вирсавия нежно улыбнулась малышам и, встав из-за стола, не спеша продолжила задавать вопросы. — Просто Оливер?

— Да, просто Оливер! — с тихим смешком ответили хором дети, сидящие за столами и внимательно наблюдавшие за учительницей.

— Расскажите мне немного об этом Оливере.

— Ну, госпожа учительница, вы же все знаете про него, — улыбнувшись, ответил мальчик по имени Бернард.

— Верно, а теперь я хочу послушать, что вы о нем запомнили из того, что я рассказывала на прошлом уроке. Вы еще слишком маленькие для углубления истории нашей страны, но основу обязан знать каждый из нас!

Мальчишка медленно поднялся из-за стола и покашлял в кулак, прочистив горло, тем самым привлекая к себе внимания ребят.

— Ну, Оливер был одиночкой путешественником, который мечтал найти новые земли для более благоприятных условий жизни своего народа. Родился он и вырос в стране Холодного Камня.

— А Страна Холодного Камня?

— Это страна, где господствует вечная зима, — добавил Бернард, следя за одобрительным взглядом молодой девушки. — Там очень холодно, круглый год идет снег и лишь три месяца в году светит теплое солнце. Северяне всегда ходят в шубах и теплых сапогах, едят только рыбу и мясо убитых животных, а еще живут в домах, сделанных изо льда.

— Так что же, там живут люди или снежные человечки? — класс рассмеялся, а мальчишка лишь улыбнулся, почесав правой рукой затылок. — Конечно же, люди не живут в замках и домах из снега и льда. Это преувеличение, не верьте тем, кто будет рассказывать подобные сказки.

— А, правда, что там не растут фрукты и овощи? — стали с интересом спрашивать дети.

— Многие жители держат теплицы, где выращивают овощи и фрукты, однако в основном торгуя морепродуктами, мясом и шкурами животных, они обменивают товар на необходимые им провиант с других земель. Что же дальше, Бернард?

— Ах, да! — вспомнил мальчик. — Про Оливера известно очень мало. Путешествовать он начал рано, желая найти земли для своего народа. В книгах пишут, что путь его до страны Солнца составлял около трех месяцев сначала на кораблях, а потом на скакунах. Когда он нашел нашу страну, первое, на что он бросил взгляд — это было солнце! В книгах еще писали, что он так поразился настолько яркому и теплому солнцу, что сразу же прозвал эти земли… — запнулся ребенок.

— Землями, где живет Солнце, — подсказала Вирсавия. — Верно, Бернард. После того, как Оливер открыл эти земли, он провел здесь несколько месяцев, изучая природу и климат страны, а также знакомясь с коренными жителями.

— А и еще кое-что! — закричал Бернард, воодушевленно добавляя. — Когда жители спросили, как его зовут, он сказал, что он просто Оливер. Так его здесь и прозвали. После своего путешествия он вернулся на родину и через год жители Холодного Камня приплыли на своих кораблях сюда и остались жить у нас. А Оливера больше никто и никогда на этих землях не видел.

— Правильно, Бернард, — улыбнулась учительница, а потом, сдерживая смех, спросила. — Или мне солнце голову напекло или же ты действительно читал те книги, которые я дала? Я приятно удивлена и горжусь тобой. Ты умница, Бернард.

Мальчик смущенно улыбнулся и сел на место, высоко вздернув нос, когда увидел, что взгляды одноклассников обращены на него.

— Помимо нашей страны и страны Холодного Камня существует еще две страны; Страна Огня — страна вечной осени и дождя, и страна Цветущего сердца прекрасная страны весны.

— А почему у всех стран такие названия? — тихо спросила одна из девочек, сидящая в конце всех.

— О названии страны Холодного Камня подлинно ничего неизвестно, а вот страну Огня, например, так прозвали из-за ярких красок — красного, оранжевого, коричневого, желтого окраса листьев деревьев. Каждый месяц жители осени собирают огромные кучи листьев со своих дворов и жгут их в полях, отчего страну охватывают яркие краски огня и душный запах костра. Главными угощениями у них считаются осенняя свекла, тыква, грибы, яблоки, виноград, гранат и облепиха. Все они имеют яркие красные и желтые оттенки осени. Потому страну и прозвали страной Огня.

В кабинет постучали и Вирсавия, ответив 'Входите', подошла к столу, написав следующую тему урока на бумаге. В кабинет вошел Марк — младший брат Вирсавии.

— Госпожа учительница, можно вас на минутку?

Девушка резко замерла, услышав за спиной голос брата, а потом, быстро дописав тему урока, обратилась к детям.

— Перепишите в свои тетради название урока. Дома выучите названия стран и основных крупных городов этих стран, а также историю названия и возникновения столицы каждой страны. Сейчас можете собирать вещи и идти домой. Встретимся на следующей неделе.

Дети радостно запищали, поспешно собираясь домой. Вирсавия, попрощавшись со своими учениками, подошла к брату и вместе они вышли из кабинета.

— Почему ты пришел так рано? Что случилось?

— Отец хочет нас всех видеть.

— Что-то произошло? — обеспокоенно спросил она, бросив напряженный взгляд на Марка.

Молодой парень нахмурился и кивнул, а когда они вышли за пределы школы, смог нормально заговорить:

— Отец сказал, что сегодня утром к нам приходила старейшина.

— Неужели она рассмотрела просьбу нашей сестры? Она смотрела будущее Терри? — улыбнулась Вирсавия.

— Скоро узнаем.

Вирсавия глубоко задумалась над словами брата. Если в прежние времена отцы выдавали своих дочерей замуж за мужчин по своему усмотрению, то на сегодняшний день женщинам было дано намного больше прав. Каждая девушка могла выйти замуж по собственному желанию и лишь за того, кого желало ее сердце, хотя в некоторых семьях, где обычаи и традиции были превыше всего, старые законы до сих пор соблюдались.

Однако, несмотря на это, действовало несколько правил, которым беспрекословно подчинялись все. Магия и по сей день имела огромное значение для каждой страны. Люди были суеверны и поэтому со всем вниманием и осторожностью относились к знакам и предсказаниям шаманов.

В каждой стране был свой мудрец и старейшина — одни из самых старших и опытных шаманов, обладающие большой магической силой и непременно, даром ясновидения. Мудрецы и шаманы часто гадали девушкам и юношам, помогая им найти своих истинных пар. Приход мудреца или старейшины в дом, где жила незамужняя девушка, считался благим знаком. Такие шаманы каждый год проводили обряды в начале года в надежде, чтобы высшие силы послали знак, где им предстояло найти прародительницу.

Прародительницами называли девушек, которым было предназначено выносить и родить наследника для своей земли и страны. Девушек специально выбирали с помощью магического обряда, поскольку именно от такого союза рождались необычные мальчики, которые владели не только огромной силой и умом, но и получали в дар магические способности. Если ребенок рождался одаренным, то на его теле был изображен символ избранного, что являлось главным доказательством для всех. Если же такого знака не было, то младенца не могли признать избранным и главным наследником. От такого ребенка не ждали ничего особенного для своей страны.

Прародительницы рождались крайне редко и многие считали, что они были детьми Богов, которые были созданы для каждого принца во всех четырех странах. За всю историю лишь несколько раз каждой стране посчастливилось заполучить прародительницу, которая дарила своей стране избранного.

Правление таких королей, императоров и некоторых последующих поколений всегда были мирными и благостными, а после кровь снова нужно было обновлять. Бывали случаи, когда прародительниц упускали и ребенок, что был обещан не появлялся на свет, что всегда каралось началом голода, мора и войн. Нечасто случалось и такое, что прародительница, рожденная в одной стране, могла отправиться в другую страну, предназначенная подарить наследника чужеземному правителю.

Мудрецы и старейшины проводили обряды, чтобы как можно быстрее найти девушку и заботиться о ней, дабы не упустить время и не изменить ход будущего. Если прародительницу находили, когда той было меньше трех лет, ее забирали в храм красного лотоса, где с детства готовили к тому, что было ей предназначено судьбой. Родители, чьи дети являлись прародительницами, могли гордиться своими дочерями, и были почитаемыми и уважаемыми всеми.

До самого дома Вирсавия не находила себе места. Она жутко волновалась за младшую сестру и больше всего хотела, чтобы та была счастлива в браке. В их семье ни для кого не было секретом, что Терри нравился ее лучший друг, живущий в племени их деда по имени Дэвид. Чуть ли не с пеленок эти двое всегда были вместе. Сначала они пошли учиться в одну и ту же школу, которая находилась недалеко от поселения Феохария в маленьком городе под названием Ред, а после Терри намеревалась остаться жить у деда, чтобы не расставаться с Дэвидом, но благо, родители этому помешали и забрали дочь домой.

Тогда же сам Дэвид, решил уехать из поселения, в котором родился и вырос, чтобы начать работать в большом городе. Его мечтой было построить огромный дом, где они с Терри могли бы жить после свадьбы. У этой парочки уже были планы на ближайшее будущее и вместе, они медленно, но упорно двигались к своей цели.

Вирсавия грустно улыбнулась, представив Терри рядом с будущим мужем и маленькими детишками у их ног. Марк, будто почувствовав настроение старшей сестры тут же перевел на нее взгляд, а потом удивленно спросил:

— Ты чего такая счастливая? У тебя хорошее предчувствие?

— Я просто представила сестру с ее будущей семьей. Я так хочу, чтобы она была счастлива.
— Как и я хочу, чтобы обе мои сестры были счастливы, — тихо, но твердо добавил парень, а потом резко остановился, положив правую руку на плечо девушки. — Вирсавия, твой муж умер три года назад. Мертвых не вернуть, как бы мы того не желали. Но на этом жизнь не останавливается. Ты еще очень молода и красива, твоя жизнь только расцветает. Никто и никогда не станет осуждать тебя, если ты снова выйдешь замуж и полюбишь. Многие так делают. Тут нет ничего постыдного. Я думаю, что Авиан хотел бы видеть тебя счастливой. Это не значит, что тебе придется забыть мужа или предать вашу любовь и…

— Я знаю, брат, знаю, — прошептала Вирсавия, обернувшись к Марку. — Но я не могу представить рядом с собой другого мужчину. Это вызывает во мне брезгливость и омерзение. Никому не позволю прикоснуться к себе. Мне противно от этого. Глядя на любого другого мужчину, я буду видеть в нем Авиана.

— О, Небеса, — Марк поднял взгляд в сероватое небо. — Кто знает, что нас ждет в будущем? Возможно, нам стоит попросить совета у мудреца или старейшины? Может, они глянут на твое будущее?

— Может быть, я не знаю. Ох, смотри! Это карета тети?! — удивленно спросила девушка.

Марк бросил взгляд на карету, когда они остановились перед воротами своего дома. Их семья никогда не могла назвать себя богатой, но они не были теми, кто нуждался в чем-либо.

Их дед — граф Алар был из довольно знатного рода Люсолеев, который славился своей властью, справедливостью и богатством. Нарушив запрет отца и сыграв свадьбу с девушкой из бедной дворянской семьи, Алар разругался со своей семьей и покинул родной дом, найдя покой и счастье в самой глубинке страны. Построив небольшой домик, они с супругой всю жизнь работали, не покладая рук, чтобы их дети ни в чем не нуждались. Отец, после смерти деда продолжил его дело. Мужчина успешно занимался торговлей.

Выдав замуж старшую дочь Вирсавию за Авиана, богатого купца из страны Весны, Ричард только укрепил свои силы, связи и торговлю. Вскоре, на то золото, которое было подарено молодоженам, Вирсавия открыла школу для детей, так как многие родители не могли позволить своим детям учиться в школах, которые находились в крупных городах и были платными для учеников из других уголков страны.

Когда Авиан умер, Вирсавия передала дело своего мужа младшему брату — Марку, а сама осталась работать в школе, чтобы обучать детей. В то время как отец и брат занимались семейным делом, Дени — их мама занималась домом, хозяйством и воспитанием младшей дочери — Терри, которая только этой весной окончила школу.

Родственники со стороны отца дали о себе знать еще в то время, когда Алар был жив. Его брат по имени Сем иногда навещал их семью и пытался помочь им золотом, на что старший брат реагировал крайне негативно, с каждой встречей все сильнее отдаляясь от семьи. После смерти Алара, его дом стали навещать гораздо чаще, чем это было необходимо.

Сарра — единственная дочь Сема была женщиной очень жадной, гордой, любопытной и довольно равнодушной ко всему, что не касалось ее и богатства. Будучи не замужем, несмотря на то, что ей давно перевалило за тридцать, заботливая тетушка занималась тем, что искала богатых женихов для своих племянниц. И если Вирсавия даже говорить на эту не собиралась, то Терри было проще манипулировать и каждый раз все сильнее пытаясь надавить на девушку, Сарра не оставляла попыток заинтересовать в своем плане племянницу.

— Только ее здесь не хватало. Зачем же она приехала, интересно?

— Я не удивлюсь, если она использовала свои силы, чтобы подкупить мудреца или старейшину и выдать нашу сестру за какого-нибудь богатого старика. Как хорошо, что наш отец очень умный и мудрый человек. Был бы он, чуть-чуть послабей, и тетя уже давно руководила тут всем от его имени.

— Ты права, — усмехнулся Марк, а потом они все же решили войти во двор. — Но надеюсь, что тетя ничего не знает о приходе старейшины, иначе нам не избежать беды.

Брат с сестрой тихо вошли в дом, стараясь быть незамеченными. В довольно просторном и уютном зале находились их родители и тетя. Дени то и дело вскакивала с дивана, убегая на кухню и проверяя обед на печи. Ричард сидел в кресле, которое стояло у окна, всматриваясь в летний сад, а Сарра сидела на диване, не спеша, поедая орешки, лежащие в вазочках на хрустальном столике.

— На улице сегодня очень жарко. Я уж думала, что не доеду до вас.

— К концу недели шаман говорил, что погода сильно испортится. Сейчас сезон дождей.

— Ты прав. Надеюсь, мы успеем уладить все наши дела, чтобы я могла как можно скорее уехать.

Ричард удивленно бросил взгляд на сестру, а потом спросил:

— Ты хочешь поскорее избавиться от нас?

— Наоборот, твои дети не очень-то мне рады. Я же вижу, как они на меня смотрят, а потом перешептываются между собой. Я может быть и глупа, но не настолько.

Вирсавия и Марк прислонились к стене в коридоре. Девушка выглянула из-за стены, рассматривая тетку. Сарра была очень красивой женщиной. У нее были мягкие и пушистые каштановые волосы, которые легкими волнами доходили до поясницы. Кожа была гладкой, нежной и светлой, даже немного прозрачной с легким голубоватым оттенком. Тетя была высокой и стройной, а учитывая ее вкус и манеры, выглядела всегда гордо и опрятно. Вирсавия до сих пор не могла понять, почему тетя так и не вышла замуж, не смотря на огромное количество поклонников из довольно знатных и влиятельных домов.

— Если бы ты каждый раз не капала девочкам на мозги по поводу скорейшего замужества, возможно, они бы были более мягкими к тебе.

Сарра бросила злой взгляд на старшего брата. Ричард был старше всего на три года и был необычайно красив. У мужчины была кожа персикового цвета, светло-каштановые волосы, миндалевидные голубые глаза и пушистые ресницы, чему завидовали многие женщины. Мужчина был чуть выше среднего роста, но в комплекции с довольно мускулистым телом, выглядел очень привлекательно. Дени же, была среднего роста, с длинными русыми волосами, которые всегда заплетала либо в косы, либо прятала под косынку. Кожа ее была прозрачной, а глаза серо-голубого цвета.

Вирсавия была похожа на мать, а Марк на отца. Терри же была точной копией своего деда Феохария — отца Дени. Она, как и пожилой мужчина была высокого роста, со светлыми волосами, бледной кожей и ярко-синими глазами. Фигурка девушки была слишком тощей и еще не до конца сформировавшейся.

— Ну, я ведь это не просто так говорю, пойми. Вирсавия уже три года как не живет, а существует. Или ты считаешь, что я настолько черствая, что не вижу этого и мне все равно?

Услышав, что речь идет о ней, Вирсавия напряженно замерла, а Марк, стараясь утешить сестру, погладил ее по спине. Девушка постепенно начала расслабляться, чувствуя заботу и поддержку брата и слабо улыбнулась.

— Разумеется, нет. Но если она не хочет, не нужно настаивать и давить на нее. Если будет угодно Богам, моя дочь еще встретит свою судьбу и будет счастлива. Но насильно и уж тем более из-за богатого жениха, я никогда не позволю моему ребенку совершить подобную глупость. Даже если она сама пожелает.

Сарра промолчала, но кивнула головой, соглашаясь кое в чем с кузеном. Дени вышла в гостиную и села на диван рядом с золовкой. Та бросила хитрый взгляд на женщину, а потом с улыбкой спросила:

— Почему ты прячешь такие красивые волосы? Не каждый шаманка может похвастаться такой шевелюрой, да и Вирсавия не отпускает волосы, постоянно стрижет их до лопаток. К чему это?

— Не любит она этого, — тихо и со смущенной улыбкой на лице ответила Дени. — Я пыталась приучить ее ухаживать за волосами, делать красивые прически и плести венки из цветов, но это ей не по вкусу. Ей нравятся книги и ученья.

— Никаких манер, а ведь она из знатного рода! — возмутилась Сарра. — Хорошо, что Терри похожа на тебя своей привлекательностью и манерами.

— Однако у нее тоже довольно сложный характер, — засмеялся Ричард. — И она не против скакать верхом на коне с утра до позднего вечера, стрелять из лука и обучаться бойцовскому мастерству вместе с парнями.

— Это не плохо, если честно. Она всегда сможет защитить себя в случае чего, хотя у нее есть отец и брат, — одобрила Сарра.

— Самый спокойный и хладнокровный у нас Марк… — тихо ответила Дени.

— Но лишь до тех пор, пока его не выведут из себя, — добавил Ричард.

Марк взял сестру за руку и вместе они вошли в гостиную, будто ничего и не слышали. Взрослые тут же замолчали, переведя на них взгляд. Ричард тепло улыбнулся детям, Дени быстро поднялась, чтобы начать накрывать на стол, а Сарра засыпала племянников тысячью вопросами и рассказами о своих путешествиях и самых последних новостях из столицы. Вирсавия смущенно улыбалась тете и ждала, чтобы младшая сестра вернулась домой и как можно быстрее.

***

Терри мечтательно улыбнулась, почувствовав теплое прикосновение на своей щеке. Открыв ярко-синие глаза, девушка бросила взгляд на Дэвида. Парень лежал на животе, всматриваясь в лицо возлюбленной и кончиками пальцев нежно, мимолетно касаясь ее щеки. Терри набрала полную грудь чистого, свежего воздуха, рассматривая ветви деревьев, колышущиеся от порыва ветра.

— Какая сегодня чудесная погода, правда?

— Да, только вот жарковато.

— Под тенью деревьев вполне можно выдержать, — Терри села со скрещенными ногами. — Знаешь, я люблю тебя, Дэвид.

Парень улыбнулся, а потом тоже сел, приблизившись к девушке. Терри закрыла глаза, облизав сухие губы. Во рту было сухо, а под ложечкой приятно сосало. Девушка обожала ощущать эти прекрасные чувства, особенно, когда находилась рядом с возлюбленным. Дэвид будто почувствовал то, что переживала она и, взяв в ладони ее маленькое личико, приблизился, целуя девушку в губы.

— Твои губы слаще меда.

— Прекрати так говорить, я смущаюсь, — Терри улыбнулась, застенчиво опустив голову, и чуть отодвинулась от парня.

— Терри…

— Да?

— Я хотел кое-что тебе сказать, но до сего дня не говорил, чтобы все было готово и ничто не могло поменяться или измениться в самый важный момент.

— О чем ты? — спросила девушка, разглядывая парня.

Дэвид понравился ей еще тогда, когда они в первый раз приехали в племя своего деда Феохария, отца Дени — матери Терри. Дед всегда выглядел недовольным, строгим и очень суровым, но только не тогда, когда шла речь о его внуках. Только наедине с ними он мог улыбаться и смеяться, подшучивая над родителями и позволяя внукам любые капризы.

Тот год был такой же прекрасный, теплый и ясный. Дети после приезда первым делом решили поплавать в реке, чтобы избавиться от мучительной жары. Вирсавия было почти двенадцать, Марку восемь, а Терри едва исполнилось пять. Сбежав к реке вместе с другими ребятами, Терри не отходила от брата с сестрой, однако крутилась, словно уж, пытаясь рассмотреть все и успеть везде.

В итоге, по неосторожности, она упала в воду, и пусть там было не глубоко, испугалась настолько, что подняла на уши чуть ли не все племя. И первым, кто пришел на помощь был Дэвид. Первым, кто улыбнулся среди чужих, незнакомых людей и протянул руку помощи, был Дэвид. Тот, кто после учил ее собирать ягоды и грибы в лесу, рассказал про Верóнику и привлек интерес к учебе и верховой езде.

Иногда Терри казалось, что Дэвид был в ее жизни чуть ли не с самого рождения. Будто сами Боги хотели, чтобы они были вместе. Они никогда не ругались и не спорили друг с другом, казалось, будто читая мысли друг друга, всегда находили вариант, подходящий им обоим. Их вкусы, предпочтения и образ жизни был схожим. И мечты у них были одинаковые. Терри и Дэвид с самого детства мечтали сбежать. Уехать туда, где могли бы построить свой райский уголок. Или же отправиться в удивительное путешествие.

Терри всегда хотелось посетить чужие, дальние страны. Увидеть красно-золотые листья, потрогать снег, почувствовать запах вечно цветущих деревьев и цветов. Еще когда они учились в школе, уже знали, что в будущем непременно сыграют свадьбу и будут вместе. Они считали себя истинной парой и были счастливы друг с другом. Родители ничего против подобной связи не имели, но внимательно присматривали за подростками, говоря, чтобы те не торопились и не переходили запретную черту.

— Знаешь, я накопил вполне достаточно золота на первое время, — неуверенно начал он. — В общем, через месяц я поеду в столицу. Меня позвали с собой туда работать знакомые моего отца. Заработная плата будет очень высокой, и думаю, уже через год, мы могли бы купить собственный дом. А пока можно будет снимать комнату или даже небольшую хибарку.

— Ты серьезно? — на лице Терри смешалась разная гамма чувств сначала от удивления, а после до восторга. Девушка радостно захлопала в ладоши, а потом крепко обняла парня, вдыхая его запах. — Я так счастлива, не могу в это поверить! Мы должны скорее сообщить нашим родным! Нужно ведь уже собирать вещи, у нас не так много времени.

— Не торопись, Терри, — засмеялся Дэвид, потрепав девушку за волосы. — Для начала мы обязательно проведем брачный обряд. Входя в наш семейный дом, ты будешь моей супругой. К тому же, пока мудрец и старейшина находятся в наших краях, будет великой честью, если ритуал над нами проведут именно они. Сейчас идет месяц священных праздников. Это будет очень хорошее и благословенное для нас время.

— Я поговорю со своими родными сегодня же вечером, — тихо прошептала девушка.

— И я тоже напишу своим письмо, — Дэвид снова взял в плен пухлые губы девушки, иногда покусывая их, словно желая распробовать на вкус. Терри не осталась сидеть без действия, отвечая на ласки любимого. Их языки сплелись, изображая непонятные никому узоры, а горячие ладони парня уже проникли под тунику девушки, мягко поглаживая ее ягодицы.

— Пожалуйста, Дэвид, — простонала Терри, отрываясь от губ Дэвида.

— Прости меня за это. До свадьбы никак нельзя, иначе твой отец точно решит оскопить меня. Не хочу, чтобы о тебе говорили плохо, а сам, как идиот провоцирую тебя, — прошептал он в губы любимой, нехотя убирая руки.

— Я понимаю, но никто ведь не узнает и, мы ведь все равно поженимся?

— И все же, не торопись, Терри. У нас впереди еще много времени… — парень быстро поднялся и повернулся к Терри спиной, чтобы не передумать и не наброситься на нее.

Менструация у Терри началась, когда той исполнилось пятнадцать. Тогда Дэвид был счастлив, как никогда, ведь это означало, что Терри стала девушкой, которая могла выносить и родить ему ребенка. К женщинам старались относиться очень трепетно, так как они вынашивали и рожали детей, продолжая род своих мужей. Однако не в каждой стране к слабому полу относились так уважительно, и это являлось еще одной частой причиной переезда многих иноземцев в страну Солнца.

— Ладно, я тогда пойду. Уже обед, наверное, и брат с сестрой приехали домой.

— Да и мне пора. Может быть, увидимся завтра? — с надеждой спросил Дэвид, подняв с земли свою тряпичную сумку.

— Да, давай в это же время, здесь же? — подмигнула Терри.

Дэвид быстро подошел к девушке и впился в ее губы, обняв правой рукой за талию. Терри тихонько застонала, почувствовав покалывание внизу живота, и обхватила руками шею парня, отвечая на страстный поцелуй.

— До завтра, родная. Я люблю тебя.

— И я тебя люблю, — ответила девушка, тут же бросившись бежать домой.

С лица не сходила улыбка, и она уже представляла, как сообщит родным о радостной новости. Ей до сих пор не верилось, что скоро они поженятся и уедут. Все казалось прекрасным сном, и Терри поверить не могла в то, что ее жизнь настолько легка и прекрасна, волшебна и идеальна.

Когда она, наконец, добежала до дома, то удивленно застыла на месте, увидев красивую карету, стоящую во дворе. Дома было очень прохладно и, расслабившись от жары и усталости, Терри не спеша прошла в гостиную.

— Тетушка?

— Терри, мы тебя уже заждались! Где ты была так долго? И почему ты вся в траве, доченька? — воскликнула мама, быстро поднявшись с дивана. — Немедленно иди в свою комнату и переоденься, но сначала умойся и приведи в порядок волосы.

— Хорошо, мама. Я скоро буду, а ты пока накрывай на стол!

— Стол уже давно накрыт, иди быстро. Все умирают с голоду.

Терри поцеловала мать в щеку и под ее тихое бормотание со смехом поднялась в свою комнату. Ужин обещал быть интересным, ведь в гости приехала непоседливая тетя!

***

— Так что вы думаете о том, чтобы приехать в следующем месяце ко мне? — Сарра отодвинула от себя блюдце с ягодным пирогом, жадно пожирая его глазами. — Могли бы отдохнуть у меня месяц и море в нескольких минутах от дома. Что скажете?

— Ты же знаешь, как много у меня работы в эти месяцы. Сейчас начинается сезон продажи овощей и фруктов в крупные города, столицу и заграницу. Я не могу все бросить и уехать. К тому же, нужно ухаживать за огородом и садом в доме, иначе весь урожай пропадет от засухи, — пожал плечами Ричард.

— Тогда пусть поедут хотя бы дети! — настаивала Сарра. — Девочки в отличие от Марка еще не бывали в нашей столице и даже не знакомы с родственниками со стороны отца. Не сидеть же им всю жизнь в Желтом городке, не видя ни света, ни жизни.

— Дети, конечно же, могут поехать с тобой, я не против. Но только если они сами этого пожелают — улыбнулся глава семейства, зная, как сильно может давить сестра.

— Отец, я не смогу оставить школу, нас итак всего трое преподавателей, — нахмурившись, сказала Вирсавия. — Кто будет заниматься с детьми?

— Да и я не могу оставить свою торговлю. Мне скоро нужно получать новый товар из страны Весны, да и тебе помощь нужна. Как ты со всеми делами будешь справляться? — спросил Марк, недовольный подобной идеей.

— Со мной будет Дени, дом останется на ней. А во время священных праздников можно закрыть школу на каникулы, ничего страшного месяц не решит. На счет твоей торговли я позабочусь со своими людьми, у нас достаточно работников, которые могут помочь. Марк, ты хоть где-то бываешь, а сестры кроме родного города и поселка деда ничего больше не видели. Отдохните один месяц, поживите в столице, познакомьтесь с родней. Возможно, заведете знакомства и связи в новом обществе, это даже пойдет вам на пользу.

Дени лишь улыбнулась, разглядывая Сарру, которая не при каких обстоятельствах не позволяла себе съесть ни крошки сладкого, но безумно любила вкусные десерты, вот уже которое время гипнотизируя пирог.

— Дени, родная, когда будет чай?

— Так, — хлопнула ладонями по столу Сарра, поднимаясь с места. — Я иду спать, уже очень поздно. К тому же, мне после дороги отдохнуть не помешало бы. А вы тут сами ешьте свои пироги.

— Ты что, опять отказываешься от сладкого? — усмехнулся Ричард. — Выпей хотя бы зеленый чай с мятой.

— Благодарю, но не сегодня, — кивнула головой женщина, и быстро встав из-за стола, поднялась на второй этаж, в свою комнату.

Дени с Вирсавией быстро убрали со стола горячие блюда, оставив лишь фрукты и выпечку. Когда все сели за стол, а на улице стало совсем тихо, Ричард в полной тишине глубоко вздохнул, оглядев детей. Вирсавия беспокойно бросала на него взгляды, а Марк то и дело, сжимал руки в кулаки, нервничая. Даже Дени выглядела напряженной, и весь день ходила молчаливой.

— Сегодня утром к нам в дом приходила старейшина.

Терри вместе с братом и сестрой подняла взгляд на отца, оторвавшись от чая и пирога. Дени замерла на месте. Ричард помолчал, пытаясь собраться с мыслями. Слова давались ему тяжело, он и сам жутко волновался.

— Вы ведь знаете, что после проведения обряда, мудрецы и старейшины путешествуют по стране в поисках прародительницы.

— Да, отец, — кивнула Терри.

— Старейшина сказала, что зашла к нам не случайно и хотела бы, чтобы наша семья посетила завтра храм Солнца. Она будет ждать нас там вместе с мудрецом.

— А что случилось? — нетерпеливо спросила Терри, снова приступив к еде.

— Думаю, они хотят увидеть вас, дети. Может быть, старейшина решила погадать всем незамужним девушкам?

— Говорят, когда мудрец или старейшина приходит в дом — это очень хороший знак для всей семьи. А если они нагадают незамужней девушке будущего мужа, то значит, что они являются истинной парой, и всегда будут жить в мире и любви до глубокой старости, — улыбнулась Терри, поедая пирог. — Будет хорошо, если он благословит нас с Дэвидом. А быть может, он пришел, потому что это связано с Вирсавией или Марком?

— Не разговаривай с набитым ртом, — тихо ответила Дени, улыбнувшись, глядя на сияющего дочь.
Ричард ничего не ответил. Плохое предчувствие не оставляло его в покое. Он не мог понять, чего старейшина желала от его семьи. Приход ее был тихим, внезапным и довольно странным. Женщина появилась посреди двора непонятно откуда и так же быстро пропала. Толком ничего не объяснив, она ушла, однако зная, что у Ричарда было две дочери. Стараясь не обращать внимания на неприятное ощущение в области солнечного сплетения, Ричард постепенно перешел на более нейтральную тему, от чего-то, не желая, чтобы завтра наступило так скоро.

***

Следующим днем, едва солнце успело появиться за горизонтом, Терри быстро поднялась и поспешила собраться. Когда бассейн был наполнен теплой водой с ароматной пеной и лепестками жасмина, девушка быстро сняла с себя ночную рубаху и, осмотревшись по сторонам, разбежалась, нырнув в воду. Брызги воды разлетелись в стороны, на что Терри тихонько засмеялась, зная, что получит нагоняй от матери.

Терри закрыла глаза и с блаженной улыбкой на лице расслабилась, облокотившись спиной о бортик бассейна. Птицы потихоньку начинали щебетать, солнце постепенно вставало, теплый ветерок разносил приятный аромат цветов из сада по всему двору. Девушка же, все это время предавалась приятным мечтам. Она желала поскорее увидеться с старейшиной и попросить, чтобы та посмотрела ее судьбу. От чего-то, с самого детства она была твердо уверена, что именно Дэвиду суждено быть ее половиной.

— Доброе утро! — Терри открыла глаза, мягко улыбнувшись сестре. — Не думала, что ты встанешь в такую рань. Мы уже давно не принимали ванну в бассейне. Обычно хватало маленькой лохани.

— Сегодня особенный день, — тихо ответила девушка.

Вирсавия тепло улыбнулась, глядя на сияющую сестру. Девушка быстро подошла к балкончику, который находился с левой стороны от бассейна и, вдохнув запах плетущихся роз и сиреневых лиан, которые росли по всему дому, оплетая стены и балконы их дома, улыбнулась.

— Ты права. Сегодня такое прекрасное утро. Так и хочется петь.

— Ты не хочешь принять ванну? Вода такая прохладная, да и время еще есть, — предложила Терри, собирая вокруг себя пену.

— Ты иногда ведешь себя, словно ребенок, — прокомментировала сестра, подойдя к бассейну и снимая сандалии.

— Значит, выходить замуж рано, я еще ребенок, но работать и заниматься делами дома — это значит, я уже взрослая. Мне вас не понять.

— Какая ты глупая у меня! — Вирсавия быстро сняла с себя светло голубую тунику, аккуратно повесив ее на плетеном стуле, и залезла в бассейн, осматривая лужи воды. — Твоя работа?

— Я случайно.

Терри повернулась к сестре спиной. Перед ней находилась маленькая беседка из плетущихся цветов, а в ней деревянный столик и скамья. На столике стояла ваза с фруктами и графин с соком. С правой стороны была лестница, спустившись по которой можно было выйти на первый этаж. Слева от бассейна был маленький балкон, а справа еще один стол, намного больше того, что стоял в беседке. На этом столе стояли разнообразные масла и крема для водных процедур. На против бассейна находилась стена, а справа от нее вход в комнату. Стены же, арки и потолок оплетали цветы.

Этот небольшой уголок Ричард когда-то построил для Дени, где та занималась своими растениями, а когда в доме появились дети, было решено построить небольшой бассейн. Вскоре, это место стали использовать только женщины, и мужчинам вход сюда был воспрещен.

Вирсавия подняла голову и устремила взгляд в потолок. Яркие краски и сильный аромат приятно расслабляли тело и все мысли, до этого сидящие в голове, унесло ветром.

— Вирсавия? — внезапно раздалось имя сестры в тишине.

— Да,

— А первый раз лечь с мужчиной… это больно?

Вирсавия удивленно посмотрела на сестру. Он знала, что Дени уже разговаривала об этом с младшей дочкой, но все равно разговор с матерью это было одно, а с сестрой или же подругой, нечто иное, более откровенное. Менструации у младшей сестры были нерегулярные, но лекари заверили, что с возрастом это пройдет и организм вскоре станет 'работать' нормально.

— Возлечь с мужчиной в первый раз — это очень необычно, прекрасно и тяжело одновременно. В этом есть множество своих минусов и плюсов.

— Каких? — быстро спросила Терри, подплыв к сестре ближе, будто кто-то мог подслушать их.

— Тебя, то бросает в жар, то в холод. Может меняться настроение, но это как я заметила, чаще бывает либо в переходном возрасте, либо у девушек постарше. Многое зависит от действий мужчины.

— Значит, это лишь одна боль, да? — нахмурилась Терри, задумавшись о том, что скоро и ей придется проходить через эти муки.

— Ну, конечно же, нет. Вместе с болью и неприятными ощущениями вскоре наступает такое наслаждение и возбуждение, что кружится голова! — слишком громко даже для себя, воскликнула Вирсавия, закрыв глаза. — Внизу все горит огнем, а сердце так сильно бьется, что кажется, выпрыгнет из груди. Хочется кричать. Единственное, о чем можно думать в такие моменты, о том, чтобы воссоединиться со своим любимым. Поверь, им тоже не сладко, когда они не могут контролировать себя и запах женщины сводит их с ума. В конце концов, выбора у тебя нет, и ты привыкнешь со временем.

— Ух, я думала, что постоянно будет больно… — тихо ответила младшая сестра, разглядывая лицо Вирсавии. — Ты помнишь… свой первый раз?

— Конечно. Это было так романтично, так сладко и нежно… Когда я только увидела его, то сразу же поняла, что это до смерти. Понимаешь? Когда ты встречаешь свою половину… это… ты сама поймешь, я не смогу объяснить то, чего ты пока не можешь почувствовать. Это особенное чувство. А что касается самого занятия любовью, то это больно для девушки в первый раз. Но лишь впервые минуты. Все мы проходим через это, наша судьба не легка. Сначала мы ждем прихода женских дней, мучаясь ими, потом теряем невинность. После наступает беременность, роды, воспитание детей, уход за домом, огородом и семьей. Это сложно. Но я тебе говорю, что многое зависит от спутника жизни и, если он будет любить и ценить тебя, твоя жизнь не будет тебе казаться такой тяжелой.

— Спасибо за то, что рассказала. Мама многое не говорила про эти сами ощущения. Теперь мне спокойнее.

— Я ведь тоже проходила через это. Это прекрасно, — тихо прошептала Вирсавия. — Когда ты встречаешь человека, который тебе дорог и мечтаешь построить с ним семью… это прекрасно.

В бассейне повисла тишина, а потом Терри быстро добавила, стукнув себя по лбу.

— Сестра, прости, я не хотела напоминать тебе об Авиане.

— Все в порядке, — улыбнулась Вирсавия, посмотрев на сестру и нежно погладив ее по щеке. — Мне не больно вспоминать об этом, а наоборот приятно. Это были самые лучшие годы в моей жизни. Ладно, давай еще чуть-чуть полежим и пойдем собираться. Еще нужно позавтракать и полить все цветы в доме.

Терри лишь кивнула, ничего не ответив, чуть отплыв от сестры. В голове до сих пор мелькали воспоминания о первых днях после похорон Авиана. Это был страшный период для их семьи. В семье Терри до того момента никогда, и никто не умирал, поэтому неожиданная смерть любимого зятя и мужа далась всем с большим трудом. Вирсавия с тех пор закрылась в себе.

Утром хлопотала по дому, в обед уходила в школу, где проводила время с детьми, а вечерами после совместного ужина, сидела в своей комнате, то читая, то вышивая. Он никуда не выходила, прекратила общаться с друзьями и больше никогда не шутила и не смеялась так жизнерадостно, как это было раньше. Мама пыталась поговорить с ней о будущем, но сестра отказывалась даже думать о другом мужчине. Хотя бы ради рождения ребенка, который бы помог ей по-настоящему жить дальше.

Ругая себя за свой длинный язык, Терри напряженно сидела в бассейне и думала про мрачную судьбу сестры и свою будущую. Девушке очень хотелось верить, что с ней никогда ничего подобного не случится, а сестра еще будет счастлива в будущем.

***

— Ричард… Ричард! — мужчина вздрогнул, стоя перед зеркалом.

Дени мягко погладила его по плечу, взволнованно разглядывая лицо мужа.

— Ну что с тобой? Ты всю ночь нормально не спал. Неужели приход старейшины тебя так взволновал? Она что-то плохое сказала?

— Нет. Появилась из ниоткуда, пригласила со своей семьей в храм и так же внезапно исчезла. Я даже толком ничего не спросил и до конца не понял. Просто предчувствие у меня какое-то странное, — Ричард нервно поправил жилетку на плечах и застегнул пуговицы.

— О, Боги! Надеюсь, ничего дурного, — тихо прошептала супруга и вышла из спальни.

Мужчина же еще некоторое время стоял перед зеркалом, словно оттягивая момент. Он и сам не мог понять, почему вдруг приход старейшины так напугал его, однако дурное чувство не покидало ни на миг и ему совсем не хотелось сегодня вообще куда-либо выходить из дому со своей семьей.

— Отец, мы идем? — в проходе появился Марк, нахмурившись, увидев отца стоящим, словно статуя перед зеркалом.

— Да, сынок. Идем.

Когда они вышли, Сарра уже стояла возле кареты, а племянницы быстро забирались внутрь.

— Тетя тоже поедет? — спросил он у сына.

— Я бы удивился, если бы она не поехала. Ей ведь все и всегда нужно знать. Она специально встала раньше обычного и замучила маму вопросами.

— О, Боги! Что же, посмотрим, что нам готовит сегодняшний день.

В храме было очень людно и шумно. Детей угощали сладостями, люди танцевали и пели священные песни, одетые в желтые, красные и оранжевые цвета, поклоняясь Богу Солнца. Храм был построен из желтого камня и имел пять этажей, а башни его были сделаны из золота и драгоценных камней.

Огромная широкая лестница, словно поднимаясь в небеса, вела от первого этажа до последнего. Дени крепко держала Терри за руку, ведя за собой по лестнице на второй этаж. Терри было невыносимо жарко, и она часто дышала, махая на себя свободной ладонью, чтобы почувствовать хоть немного ветра.

— Мама, а почему брат и отец с нами не идут?

— Отец и брат остались на первом этаже, потому что в храм послушниц входить запрещено. Они будут на нижнем этаже с мужчинами и мудрецом. Он сообщит им тоже, что старейшина и нам. Не волнуйся, они будут в курсе всех дел и новостей.

Добравшись до второго этажа, они остановились в темном коридоре, чтобы насладиться прохладой и тишиной. В коридоре у самого конца появилась одна из послушниц храма, которая поспешила подойди к гостям и пригласить их в комнату, где проживала старейшина.

Все послушницы храма одевались исключительно в желтые, красные, оранжевые или же бежевые, кремовые цвета одежды, так как этот цвет символизировал цвет солнца. Волосы можно было либо же отпускать, либо же совсем коротко стричь, однако это касалось только послушниц. Монахиням строго настрого было запрещено показывать свою голову кому-либо, поэтому они всегда носили платки на головах.

— Здравствуйте, добро пожаловать, — улыбнулась девушка, поклонившись в знак уважения и приветствия. — Проходите, пожалуйста, старейшина вас ожидает. Идите за мной.

Девушка внимательно посмотрела на Терри и тепло ей улыбнулась. Терри ответила добродушной улыбкой и, не спеша, они прошли внутрь. Комната старейшины поразила Терри своей красотой. Цветные занавеси пропускали через себя солнечный свет, и комната была окрашена яркими оттенками.

— Как тут красиво, сестра, — восхищенно прошептала Терри, оглядываясь по сторонам. На полу лежали мягкие ковры и большие подушки, рядом стояли миниатюрные диванчики и столики.

— Ты права, здесь очень красиво и ярко.

— Я рада, что вам нравится моя комната, — все трое резко вздрогнули от неожиданности и обернулись на голос за своими спинами.

Когда они увидели перед собой на их взгляд довольно молодую женщину, им сложно было поверить, что это и есть самая старшая и опытная старейшина из страны Солнца. Она был одета в желтую тунику и кремовые штаны, ее длинные каштановые волосы свисали до поясницы, а руки и шея были украшены традиционными браслетами и амулетами.

— Присаживайтесь.

Вирсавия села на диванчик с одной стороны, а Дени и Терри на тот, что стоял, напротив. На маленький столик тут же были поставлены вазы с фруктами и напитками. Когда послушницы вышли из комнаты, старейшина села за столик на стул и, сложив руки на коленях, тихо и медленно заговорила, чтобы слушающие могли вникнуть в каждое слово.

— Вы понимаете, что я пригласила именно вашу семью в храм не случайно. Мне часто доводится видеть многие видения, которые говорят о будущем. Иногда я вижу мужчину, женщину или ребенка разных возрастов, которые могут изменить ход истории. Тогда мы находим этого человека и помогаем ему понять его предназначение. Вначале этого года мы как обычно провели обряд для будущей прародительницы.

Дени резко вздрогнула, переведя взгляд на Вирсавию. Та тоже заметно напряглась, не зная, что и сказать. Много ума не нужно было, чтобы догадаться теперь, по какой именно причине их семья была приглашена сюда. Одна из ее дочерей была прародительницей для страны Солнца.

— Вашему мужу и сыну так же расскажут о том, о чем сейчас я собираюсь рассказать вам, — так же тихо ответила старейшина, сочувствующе глядя на Дени. — Я знаю, насколько это волнительно и страшно.

— Вы хотите сказать, что моя дочь прародительница? — прямо спросила женщина.

— Верно. Я долго думала о том, как именно сообщить вам об этом, ведь девочка еще совсем юная и не готова к этому…

— Вы имеете в виду Терри? — воскликнула Дени, от чего Терри сжалась в комок, боясь поднять взгляд.

В ушах зазвенело, а перед глазами появилась мутная пелена. До сознания доходил смысл этих слов, а когда Терри поняла, что означает это слово, ее будто облили то ли ледяной водой, то ли кипятком. Девушка резко вздрогнула и вскочила с места, ошарашено глядя на старейшину. Женщина также бросила удивленный взгляд на девушку, не ожидая такой реакции, а потом грустно улыбнулась тепло, заговорив с ней:

— Терри, пожалуйста, не пугайся того, что услышала. Здесь нет ничего ужасного. Быть прародительницей — это большая честь!

— Что вы говорите? Вы наверняка ошибаетесь. У меня есть истинная пара, я скоро выйду замуж! — закричала она, после сжав губы в плотную линию, а руки в кулаки.

— Тот, за кого ты хочешь выйти замуж не твоя истинная пара, девочка. Священный обряд никогда не обманывает и не ошибается. Ты прародительница, хочешь этого или нет. Не мы выбираем прародительницу и даже не нам решать, пойми. Однако это лишь начало того, что я хотела тебе сказать, но я даже не думала, что ты так отреагируешь. Как же я тебе остальное расскажу?

— Что еще вы мне хотите сказать? — нервно дернулась Терри.

Дени резко встала с места и подошла к дочери, обняв ее за плечи.

— Ты… — старейшина тоже встала и сделала несколько шагов навстречу к девушке, но та словно ужаленная резко отскочила назад, желая, чтобы никто ее не трогал, не смел прикасаться. — Ты являешься лишь одной прародительницей в этом году. Прародительницей четырех наследников. Я знаю, что до этого подобное было лишь раз, однако… так велят нам Боги.

Старейшина шумно выдохнула и опустила голову. В этот момент маска спала с ее лица, и она показала свои эмоции и настоящие чувства. Ей было очень жаль девушку. Она прекрасно понимала, что значило быть молодой, чистой, светлой и влюбленной. Представляла, что значит, лечь с мужчиной и родить ему ребенка, впервые увидевшись с ним. А после, оставив ребенка, возвратиться обратно в качестве всеми уважаемой прародительницы в богатстве и почете, но без любви в сердце и отказом возлюбленного взять ту в супруги. Ведь никто не хотел брать нечистую женщину, сын которой являлся правителем. А Терри предстояло сделать это в столь молодом возрасте, потратив около пяти лет для свершения этого долга.

— Я уже поговорила об этом на совете с другими шаманами. У вас есть время на сборы в течении этого месяца, пока не окончатся все священные праздники. Перед этим, я думаю, что вы должны побыть вместе, многое обдумать и обговорить. Конечно, Терри, ты имеешь право отказаться, но люди, верующие попросту не оставят тебя в покое, пока ты не выполнишь свой долг… — тихо прошептала старейшина, понимая, что сейчас это не имеет никакого смысла.

Вирсавия до сих пор сидела в шоке, переваривая полученную информацию, Дени тихо плакала, казалось, попав в какой-то кошмар. Терри же думала только о том, что она скажет Дэвиду, который ждет ее. Который хочет взять ее в супруги и завести с ней семью. Что теперь будет?

Девушка, больше не желая находиться здесь, быстро выбежала из комнаты, а Вирсавия поднялась, последовав за сестрой. Старейшина медленно подошла к Дени и усадив ту на диван, принялась успокаивать.

Терри быстро выбежала из храма, не замечая людей, которых расталкивала, ничего не слыша и не видя перед собой. Слезы мешали разглядеть дорогу, неудержимая злость разрасталась внутри. Хотелось разрушить этот храм, послать всех людей куда подальше, ударить глупую старейшину, да так сильно, чтобы мозги встали на место, а после убежать к Дэвиду.

Терри замерла на месте, теперь же вместо злости ощущая страх и неуверенность. Что она скажет ему, когда увидит? Как вообще расскажет о том, что ей нужно будет лечь с незнакомым мужчиной и родить ему сына? А потом что? Приехать домой, как ни в чем не бывало и рассчитывать на то, что Дэвид будет ее ждать и когда-нибудь простит, примет, после другого мужчины?

Вирсавия отдышалась, остановившись рядом с сестрой. Терри стояла к ней спиной, но девушка чувствовала злость и неуверенность младшей, видела ее каменную спину.

— Подожди, может быть еще можно что-то сделать?

— Ты слышала старейшину. Я могу отказаться, но как четыре страны примут это? Ты не хуже меня знаешь, как прародительницы важны и как их почитают. Они дети Богов, которые рождают на свет великих правителей, — усмехнулась она, и впервые Вирсавии показалось, что сейчас перед ним стояла не ее вечно шутливая и беззаботная младшая сестра, а вполне взрослая и мудрая девушка.

— Давай подождем всех и вместе вернемся домой? А потом спокойно обсудим, что нам делать дальше. Нельзя же вот так резко убегать?

— Я хочу побыть одна, Вирсавия. Мне очень тяжело оставаться сейчас трезвой и спокойной. Я чуть позже вернусь домой, ладно? — Терри медленно спускалась по лестнице.

— Но куда ты собралась? — взволнованно спросила Вирсавия, желая пойти за сестрой и боясь, что та может натворить глупостей.

— Посижу у озера, мне просто нужна тишина. Я приду, не волнуйся.

***

Ричард молча окинул взглядом свою семью. Дени выглядела бледной и вымотанной, заплаканными глазами смотря в одну точку. Вирсавию трясло от волнения, Марк все больше хмурясь, стоял в коридоре. Сарра же грызла ногти, то и дело бросая взгляд на Дени и брата.

— Нужно сообщить отцу, — наконец, смог вымолвить Ричард, имея в виду своего тестя. — А где Терри?

— Она вернулась около часа назад, сказала, что устала и хочет поспать, — тихо ответила Вирсавия.

— Неужели ей нужно обязательно ехать? Как она там будет одна? И потом… ей придется оставить своего ребенка, уехать в другую страну, родить еще ребенка и так четыре раза. А потом приехать домой. Как она оставит своих детей? И что будет делать, когда вернется? Никто не возьмет ее замуж. Простому мужу не нужна прародительница, чьи дети будут правителями страны.

— Я понятия не имею, что делать, дочка, — устало потер глаза мужчина. — Я обязательно завтра же поговорю с советом и попробую, что-нибудь решить, но вряд ли что-то получится. Если бы она хотя бы была прародительницей только своей страны и не влюбленной в Дэвида ей, конечно, было бы немного легче и проще. Сложнее будет покинуть свой дом, и уехать в другую страну. У нас нет никого, кто бы мог за ней присмотреть и помочь ей.

— Насчет этого можете не беспокоиться. В конце концов, моя племянница не безродная, а из довольно знатного рода, — уверенным голосом, ответила Сарра. — В столицу с Терри поеду я.

— Сестра, я бы не хотел, чтобы ты все это на свои плечи взваливала. Спасибо огромное, но я не думаю, что мы должны…

— Что за ересь, брат? — возмущенно перебив мужчину, нахмурилась женщина. — Это моя племянница. Неужели ты думаешь, что я просто буду сидеть и слушать, ничего не делая, когда слава Богам у нас есть такая возможность?

— Конечно, нет, — ответил Ричард. — Многое ли мы сможем дать Терри?

— Имя нашей семьи это уже большой плюс для Терри. Так как она из знатного рода, в обществе к ней будут относиться с почтением. Я выделю ей служанок, которые будут владеть всеми языками, чтобы ей было легче, а также верных стражников, которые будут везде ее сопровождать. Мы ее всему обучим: манерам, обычаям, этикету, знаниям, которые понадобятся в других странах. Если у нее будут деньги и хорошие знакомые, семья, а она будет, ей будет легче.

— Ее саму нужно подготовить к этому морально, — тихо сказала Дени, поднявшись с дивана.

— Может быть, будет лучше, если перед отъездом она с родственниками и друзьями увидится? — неуверенная в том, что это хорошая идея, предложила Сарра. — Может быть, они могли бы ее утешить, подбодрить…

— Я думаю, что ей сейчас это не помешает, — ответил Ричард, бросив взгляд в окно. — Но об этом поговорим завтра, я ни о чем не могу думать сейчас. У меня не осталось больше никаких сил.
Больше ничего друг другу не сказав, они быстро разошлись. У каждого был неприятный осадок внутри. Ричард сходил с ума. Он не смог заснуть этой ночью, думая, почему же именно его ребенка постигла подобная судьба.

Мужчина всегда с большим уважением и почтением относился к прародительницам. Однако, когда твой юный ребенок должен был родить ребенка незнакомому мужчине, пусть и правителю, а потом вернуться домой — это было совсем другое. По крайней мере, для него и его семьи. Глава семейства долго переворачивался с одного бока на другой, но сон не приходил, а мрачные мысли о дочери пугали и ставили в тупик.

Дени ночевала в спальне дочери. Они спали в одной постели, Терри плотно прижималась к матери, обхватив ее руками. Мать сначала долго гладила ее по волосам, пытаясь унять дрожь, которая была готова превратиться в истерику, а потом не спеша напевала колыбельную, после чего Терри незаметно погрузилась в сон. Дени еще долго плакала, очень тихо, чтобы не разбудить дочь и в перерывах жадно втягивала ее запах, понимая, что, когда Терри уедет ее ребенок умрет, невинность, детство и радость исчезнет, а эта девочка вернется взрослой и совсем другой. Если, конечно, вернется.

***

Завтрак прошел в молчании. Ричард ушел с первыми лучами солнца и вернулся только к вечеру. Благоприятных вестей у него не было. Прародительницу ожидали во всех четырех странах и люди бы попросту не потерпели, если бы родители попытались скрыть свою дочь. Мудрец и старейшина также разводили руками, отвечая, что такова ее судьба и случится то, что должно случиться.

Ближе к полудню, Ричард написал письмо и отправил его тестю, написав обо всем, что случилось и о скором визите. Сарра на следующий день отправилась в столицу, чтобы подготовить все необходимое для Терри. Это время Ричард решил провести в поселении тестя, в кругу семьи. Он понимал, что возможно, Терри это не поможет до конца расслабиться и отвлечься, но сидеть и бездействовать мужчина так же не мог. Терри со дня известия о прародительнице была ни жива, ни мертва, а искры жизни и радости больше не горели в ее глазах. На лице не было широкой, искренней улыбки, и это разбивало сердце ему и Дени. Родители беспокоились, что от горя дочь могла заболеть и слечь в постель.

Дети также были опечалены, их маленькая семья снова будто впала в траур, и Ричард пытался изо всех сил сделать все, что только мог, чтобы хоть немного улучшить положение, в котором они оказались. Дени долго плакала тем вечером, потихоньку складывая приданое младшей дочери в красивый сундук, украшенный драгоценными камнями. Ричард сидел рядом в комнате Терри, пустым взглядом глядя на супругу.

— Как мы отпустим нашего ребенка? В другой город, в другую страну… Она ведь такая наивная, никого там не знает, легко верит, чуть ли не каждому встречному. Что, если ее там будут обижать? Ведь у правителей есть свои гаремы, а король страны Солнца вообще состоит в браке, — голос женщины предательски дрогнул. — Ей придется возлечь с незнакомым взрослым мужчиной, забеременеть, родить ребенка. А потом ребенка заберут, хочет она того или нет. И после ей придется уехать не по собственному желанию и снова… В кого она там превратится? Вдруг вообще не вернется? Умрет во время родов или же ее попытаются убить… Ричард! Что мне делать? Как защитить моего ребенка? Я не для них ее вынашивала и рожала! Что это за жестокость такая?

— Я пытался, дорогая. Этим традициям тысячи лет. Люди суеверны, кто позволит моей дочери жить спокойно, зная, что она должна родить избранного? Я не знаю, что мы будем делать, но я правда пытался.

Ричард опустился на колени перед супругой, сидящей на кровати дочери и положил голову на колени Дени, а после тихо заплакал, осознавая свою беспомощность и невозможность помочь дочке.

***

Терри бросила взгляд на холодные, дрожащие руки. Ее трясло от страха. Сегодня она должна была встретиться с Дэвидом. После храма она сбежала ото всех, просто испугавшись встретиться с парнем и обо всем рассказать ему. Конечно, новость о нахождении прародительницы в стране Солнца уже была известна всем, но о том, что это была именно Терри, никто толком не знал. Девушка не представляла, с чего будет начинать разговор, а главное, как на это отреагирует парень. Конечно, она понимала, что Дэвид не будет ждать ее пять лет, ведь молодому парню это попросту не нужно. Она осознавала, что это была, скорее всего, их последняя встреча.

Дэвид шел по обочине дороги, не торопясь, закинув на плечо безрукавку. Терри быстро подскочила с земли и прислонилась к дереву. Страх усилился настолько сильно, что она готова была развернуться и убежать домой. Но Дэвид поднял голову, бросив на нее взгляд, а потом снова опустил голову наконец дойдя до Терри.

— Привет, — тихо поздоровался он.

— Привет, — еле слышно ответила Терри, не зная с чего начать.

— Я вчера заходил к вам домой, — Терри затаила дыхание. — Мне Вирсавия все рассказала.

— Что? — нервно улыбнулась Терри. — Что рассказала?

— Все рассказала, — Дэвид замер на месте, взгляд его застыл в глазах Терри. — Ты прародительница.

Терри вдохнула в грудь воздуха, опустив голову и плотно сжав губы. С одной стороны, ей было легче от того, что эту новость Дэвид узнал не от нее, а с другой было очень страшно. Девушка не знала, что ответить и чего от нее ждет парень.

— Я собиралась рассказать тебе сегодня, — дрожащим голосом ответила девушка. — Просто… когда я узнала об этом, мне нужно было побыть наедине с собой. Я была настолько шокирована, что не знала, что мне делать. Внутри меня плескалась и боль, и злоба, а потом страх и неизвестность… Мне так жаль, что все это произошло. Я ни в коем случае не рада и не хочу этого, клянусь тебе.

— Мне приятно это слышать. И я не сержусь на тебя за то, что ты мне ничего не сказала. Я понимаю твое состояние. Ну, хотя бы, как человек со стороны, смотрящий на это твоими глазами.

Когда Терри подняла взгляд на парня, тот быстро отвернулся в сторону. Руки девушки нервно сжали тунику в кулаки. Тишина давила на обоих и у Терри на несколько секунд сложилось впечатление, будто нить, которая до этого связывала их, оборвалась и теперь между ними образовалась пропасть.

— И что дальше? — с угрюмым выражением на лице спросил Дэвид.

— О чем ты? — непонимающе спросила Терри.

— Что теперь делать?

— А разве это что-то меняет для тебя? — слабо улыбнулась девушка и подошла к Дэвиду.

— А ты считаешь, что нет? — повысив голос, Дэвид сделал несколько шагов назад от нее. — Тебе придется уехать к другому мужчине, чтобы родить ему ребенка! Ты будешь спать с ним и возможно не один раз, чтобы забеременеть, а потом еще около года будешь там, пока не выносишь и не родишь. Пять лет от одного мужчины к другому! А что все это время буду делать я? Ждать тебя? А ты? Будешь ли ты ждать встречи со мной? Захочешь ли вообще вернуться обратно?

— Ты ненавидишь меня за это? — тихо спросила Терри, чувствуя, что сейчас заплачет. Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться и унять дрожь в голосе. — Ты считаешь, что я виновна?

— Конечно, нет, Терри! — воскликнул Дэвид. — Я понимаю, что ты этого для себя не желала, но вышло все так… и я не знаю, что теперь будет между нами. Я уезжаю почти через три недели, как и ты. Только мы поедем в разные стороны. Ты во дворец к королю, а я в свой выдуманный счастливый мир.

— Дэвид, зачем ты так говоришь? Это ничего не меняет! Я безумно хочу… мы безумно хотим, чтобы этот счастливый мир окутал нас, но я… что мне сделать? Сбежать? Покончить с собой? Что я могу сделать? Ты ведь знаешь, как люди относятся к прародительницам.

— Знаю и это проблема, — ответил парень, нервно взъерошив свои волосы. — Ты будешь прародительницей, это определенная ответственность, и даже должность. Я не хотел, чтобы все получилось так, но у нас теперь ничего не выйдет.

— Не выйдет… — прошептала Терри, и слезы навернулись на ее глазах. — Я понимаю, что ты не сможешь ждать меня столько лет. Прости. Мне правда, безумно неприятно и жаль, но плакать и делать что-то, что ничего не изменит, я не могу.

— Как и я, — Дэвид еще несколько секунд смотрел на Терри, а потом подскочил к девушке и горячо поцеловал ее в губы, так, как никогда до этого не целовал.

У девушки перехватило дыхание, горячие слезы потекли с ее лица, она застонала, прижимаясь к телу парня. Они крепко сжимали друг друга в объятиях, лаская друг друга в последний раз. Когда парень оторвался от Терри, та закрыла лицо руками и заплакала.

— Умоляю тебя, не заставляй меня говорить тебе все это. Я не хочу делать тебе больно, Терри. Клянусь своей жизнью, мне так жаль, что мы не можем быть вместе. Это они разлучили нас, они не дали нам быть вместе. Меня убивает мысль о том, что я ничего не могу сделать для того, чтобы ты была моей. Я всегда мечтал о тихой и спокойной жизни с тобой и нашими будущими детьми… А, теперь они будут у тебя от других мужчин… Я не думаю, что смогу лечь с тобой после кого-то. Прости меня, за это, Терри. Я люблю тебя, правда, очень люблю. Прощай.

Дэвид быстро развернулся и поспешил уйти, ни разу не обернувшись назад. Терри села на траву и прислонилась к дереву. Не понимая, что делать дальше, и возможен ли какой-нибудь выход из этой ситуации, девушка понимала, что уже всем своим сердцем ненавидит короля и мудрецов, которые сломали ей жизнь. Подняв взгляд вверх, летняя листва уже не дарила такого теплого покоя и счастья, как в обычные их дни. Теперь девушке казалось, что не она здесь проживает свою жизнь, а лишь ее могила стоит, греясь воспоминаниями о прошлом.

***

Терри зашла на кухню, села за стол и, сложив руки, уткнулась в них лицом. Как ни странно, плакать и страдать ей не хотелось, но внутри себя девушка испытывала сильную тоску, обиду и боль за несправедливость этого мира. Казалось, еще два дня назад она была самым счастливым человеком в мире, у нее было все, чего она желала, а теперь все было наоборот. Ничего не хотелось, ничто не радовало.

Ричард тихо вошел на кухню, не отрывая взгляда от дочери. Сев на стул напротив нее, он протянул руки, обхватив запястья девушки. Терри подняла взгляд на отца и слабо ему улыбнулась.

— Дочечка, я был вчера…

— Я знаю, отец, не надо ничего говорить. Я, может быть, и веду себя, как ребенок, но не глупая. Я все понимаю. Ты старался, я знаю. Спасибо. Ты самый лучший отец во всем мире.

Ричард удивился спокойствию в поведении дочки. Та говорила тихо и легко. Мужчина сильнее сжал в своих руках хрупкие запястья.

— Мне очень жаль.

— Мне ли не понимать, как вам с мамой жаль. Я ваш ребенок. Я бы не смогла отпустить дочь непонятно куда и непонятно насколько. Но мы простые люди, много ли мы можем сделать?

— Тетя поможет тебе и обеспечит всем необходимым, — начал мужчина. — Ты очень сильная и храбрая, но постарайся вести себя соответствующе, чтобы не навлечь на себя бед. Контролируй свой характер, он ведь у тебя далеко не сахарный.

Терри улыбнулась, а потом засмеялась, внимательно вслушиваясь в слова отца. Тот нежно улыбнулся и провел ладонью по щеке дочери.

— Я безумно обрадовался, когда ты появилась на свет, хотя Дени была расстроена. Она хотела, чтобы это был сын. Мужчины чаще всего желают породить на свет как можно больше наследников, чтобы их род процветал. А я всегда хотел дочку. Ведь дочки самые лучшие. Кто будет заботиться обо мне, когда я стану стариком? Кто будет любить меня за то, что я есть? Кто будет радовать меня, и наполнять мою жизнь смыслом?

— Ты, правда, радовался, когда я родилась?

— Безумно. Дени плакала, когда узнала, что родилась еще одна девочка. А я… — Ричард улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. — Когда я только взял тебя на руки, я сразу понял, что ты моя… что ты похожа на меня внутренне. Что ты не такая, как другие дети. И я был прав. Только ты из всех девочек интересовалась охотой и рыбалкой. Ты лезла в драку вместе с другими мальчишками, стреляла из лука, просила научить тебя держать в руках саблю и желала заниматься торговлей ничуть не хуже мужчин. Ты всегда заставляла меня улыбаться. Ты дарила радость всей семье. Ты мой маленький малыш, как я могу не любить тебя?

Терри продолжала улыбаться, одной рукой стараясь вытереть слезы. Ей не хотелось покидать родные края и оставлять семью. Она резко встала из-за стола и подошла к отцу, крепко обняв его.

— Я не хочу уезжать, отец. Как я там буду без вас?

— Мы будем скучать по тебе каждое мгновение, — тихо прошептал Ричард, не сдержав слезы в глазах. — Но я знаю, что ты справишься и совсем скоро будешь рядом с нами. Запомни — главное, не считать дни.

Ричард взял в ладони лицо дочери и внимательно всматривался в него, словно видел впервые. Потом наклонился и поцеловал девушку в лоб.

— Будь сильной. Не плачь, если тебя будут обижать. Не прощай, когда будут делать больно. Защищайся, чего бы тебе это не стоило. Знай себе цену. Никогда не унижайся ни перед кем. Помогай лишь тогда, когда считаешь нужным, а не тогда, когда тебе говорят, что ты кому-то и чем-то обязана. Не доверяй даже тому, кого знаешь долгое время. За горстку золотых человек всегда сможет предать тебя. Не влюбляйся сразу же. Это может показаться лишь иллюзией и стать слабостью для тебя. Веди себя достойно, будь справедливой и доброй, когда считаешь это нужным. И всегда думай. Думай разумом, а не чувствами, иначе это может погубить тебя. Ты едешь не на месяц, тебе придется повзрослеть. Там будут чужие, взрослые и возможно, жестокие и злые люди. Во дворце всегда полно интриг, тайн и коварства. Держись подальше от этого. Просто выполняй свой долг и иди дальше.

— Я поняла, отец.

— Мы очень сильно любим тебя, родная.

— И я вас.

Терри положила голову на плечо отца и закрыла глаза, стараясь не думать и просто попытаться отдохнуть от мыслей и образа будущего, которые не выходили у нее из головы. Дени нашла их на кухне, обнимающихся и спокойных. Женщина тихо подошла к мужу и положила на его плечо свою руку. Ричард лишь с грустью на лице и тоской в глазах посмотрел на супругу.

Время ускользало, словно песок сквозь пальцы. Вскоре им нужно было отпустить своего ребенка. Но для начала они собирались встретиться с дедушкой и провести еще несколько дней вместе. Терри должна была насладиться каждой минутой, проведенной дома с родными и впитать в себя самые сильные и приятные воспоминания, которые могла забрать с собой на чужие и холодные земли.

Всегда солнечный и яркий Ред с самого детства нравился Терри. Они любили бывать в гостях у дедушки, и родители часто отправляли детей к отцу, а тот бывало, оставлял их у себя на пару недель. Дедушка Феохарий любил проводить все свое время с внуками и не жалел для них ничего. И если Марк не был заинтересован в том, чтобы пользоваться добротой дедушки, то Вирсавия и Терри в детстве вытягивали из мужчины все, что только можно было. Тут же Терри впервые познакомилась с шаманкой, когда стала достаточно взрослой, чтобы понимать, что означает это слово.

Девушка слезла с коня и осмотрела просторы. Кругом расстилались поля, люди занимались своей работой, солнце приятно согревало, ветер освежал, животные паслись на лугу. Все, как раньше. Будто снова вернулась в детство. Тот же запах, вид, ощущения.

Вирсавия взяла свою сумку и посмотрела на младшую сестру. После отъезда из дому она и слова не вымолвила, равнодушным взглядом всю дорогу смотря в окошко кареты, а после и вовсе перебралась на своего коня. Марк со старшой сестрой переглядывались между собой, но говорить об этом не решались, особенно в присутствии родителей, которые тоже выглядели печально и угрюмо.

— Надеюсь, вы не забыли дорогу к дому?

— Отец, как мы могли забыть? — улыбнулась Вирсавия, бросив взгляд на Терри. — Вон посмотри на сестру. Она явно подумывает о какой-нибудь шалости или же о том, какой подарок попросить у деда, верно, Терри?

— Единственным подарком будет его благословение мне. Большего не нужно, — тихо ответила девушка и двинулась впереди родных, не желая больше разговаривать.

— Она совсем поникла, мама. Так нельзя! — сказала Вирсавия.

— А что мы можем сделать? Как тут поднять настроение? Ни у кого из нас нет ни настроения, ни сил. Я бы не смогла шутить и веселиться, постоянно думая о том, что скоро придется уехать на несколько лет. Она ведь нас не увидит, возможно, не всегда сможет писать письма, и кто знает, может даже останется на чужой земле или же будет переезжать с места на место, чтобы видеться с детьми. Не все прародительницы могут просто родить и оставить детей, живя в достатке до конца дней. В матерях родительский инстинкт заложен природой.

— Может быть, все-таки дедушка сможет ее приободрить?

— Может быть, доченька — выдохнула Дени.

Когда семья подъехала к дому, отец ждал их, сидя на крыльце. Домик был двухэтажным, но небольшим и уютным, еще со времен, когда бабушка была жива. Старик с тех пор так ничего и не поменял, лишь иногда сажая новые семена у дома, в память о любимой, которая безумно любила цветы. Феохарий медленно поднялся и вышел навстречу к своей семье. Внуки тут же приветливо улыбнулись и подошли поздороваться первыми. Дед тепло обнял Марка, а потом, обхватив за плечи, внимательно осмотрел с ног до головы.

— Какой ты стал красивый и мужественный, Марк, — улыбнулся мужчина. — Мой наследник, моя гордость! Именно таким я и желал тебя видеть. Мы все были наслышаны о твоей успешной и процветающей торговле. Продолжай в том же духе и не переставай радовать нас своими успехами.

Марк смущенно улыбнулся, почесав затылок, и отошел в сторону. Феохарий осмотрел Вирсавию, поцеловал ее в щеку, а потом спросил:

— Ты не собираешься выйти замуж?

— Дедушка… — прошептала девушка.

— Я хочу правнуков! Марк, тебя это тоже касается, — возмутился дед. — Вы уже взрослые, пора задуматься о собственной семье.

— Не волнуйся, дедушка, — ответила Терри. — Скоро мне придется родить тебе правнуков, но боюсь, никто из вас их не увидит. Но в этом все же есть свои плюсы, наш род будет процветать в правящих династиях. Прекрасно, не правда ли?

Все мигом тут же замолчали, бросив взгляд на Терри. Та не обратила на них внимания и медленно прошла в дом. Ей хотелось поесть и поспать, а потом как в детстве прокатиться верхом на открытой местности. Марк и Вирсавия молча прошли вслед за сестрой, а Феохарий обратился к Ричарду:

— Я получил твое письмо, а теперь жду подробностей. Идемте в дом, накормлю вас для начала.

***

После ужина, когда стало темнеть, Терри вышла на улицу и села на скамью. Раньше, будучи детьми, после ужина дед часто сидел здесь вместе с ними и рассказывал разные истории. Многие конечно, придумывал на ходу с подачи внуков, которые уплетали сахарных зайцев на палочке, большими, яркими глазами внимательно наблюдая за каждым его движением. Терри думала, что в этом году приедет сюда с женихом, чтобы дед и родители Дэвида благословили их на счастливый брак и провели церемонию. Возможно, через год она могла бы приехать сюда уже со своим ребенком, который когда-нибудь так же слушал истории своего прадеда, поедая сладости на палочке. Феохарий вышел на крыльцо и подошел к Терри, сам разглядывая появляющиеся звезды на открытом небе.

— И что ты теперь собираешься делать? Плакать и страдать? Ты вот с таким лицом и поведением хочешь покинуть родительский дом?

— А что мне нужно делать? Смеяться и веселиться?

— Именно. Потому что там ты этого делать не сможешь, и никто не будет смотреть на тебя, как на маленького любимого ребенка. Там ты сама будешь заботиться о себе, и никто не станет с тобой церемониться. Поэтому наслаждайся этими деньками детства, пока не поздно.

Терри взглянула на деда. Тот не сводил взгляда с неба. Девушка встала и подошла к старику, тоже устремив взгляд на небосвод.

— Видишь ту большую, яркую звезду? — мужчина поднял указательный палец вверх. — Она появляется самой первой и уходит самой последней. Ее называют звездой желаний.

— Да, ты мне рассказывал.

— Смотри на нее и вспоминай это поселение. Глядя на нее, ты будешь чувствовать, что находишься здесь, на крыльце, рассматривая небосвод и представляя, что семья уже спит, рядом лежат леденцы в тарелке, а я стою позади тебя и рассказываю одну и ту же глупую историю про зайца, дарящего детям конфеты за хорошее поведение.

Терри улыбнулась, вспомнив, как сама придумала эту историю и просила деда перед сном чуть ли не каждый вечер рассказывать ее со всеми подробностями и новыми приключениями, которые придумывала сама же во время рассказа.

— Ты ведь меня благословишь?

— Разумеется. Люди будут почитать тебя, и заботиться о тебе. Помни, что ты будешь представлять нашу семью и наш род. Делай это так, чтобы я, приехав в столицу, слышал только самое хорошее о тебе и мог гордиться тем, что моя внучка стала прародительницей. Возможно, сейчас тебе будет тяжело, но после ты будешь жить в роскоши и достатке. Ты сможешь видеться со своими детьми и будешь иметь власть в четырех странах. Разве это плохо?

— Но я этого не хочу.

— Ты еще ребенок и сама не знаешь, чего хочешь. Твое мнение и желание может меняться через каждые два дня. И на Дэвиде свет клином не сошелся. В этом мире есть очень много более успешных и хороших мужчин. Это просто единственный симпатичный парень, который тебе повстречался в нашем маленьком городке. Когда увидишь мир и узнаешь новых людей, твое мнение тысячу раз поменяется.

Терри задумалась над словами мужчины, про себя соглашаясь с каждым его словом. И правда, много ли она знает о жизни и настоящей любви? Нет. Но ехать куда-то для того, чтобы родить кому-то ребенка, ей все равно не хотелось. Так же, как и думать о других мужчинах. Сейчас она вообще не была уверена в том, что хотела бы завести семью.

— Иди сюда, — Терри подошла вплотную к деду и тот повернулся к ней лицом. — Я благословляю тебя, внучка. Пусть все Боги, какие только есть защищают и оберегают тебя от опасностей и разочарований. Пусть подарят тебе счастье, мир, покой и любовь. А мы всегда будем тебя любить, ждать и гордиться тобой.

— Я люблю тебя, дедушка… — девушка обняла старика, чувствуя, что сейчас расплачется.

— Я тоже, моя милая, — Феохарий нахмурился.

Глаза неприятно пекло, а девушка и вовсе плакала, но старик не собирался горевать. В том, что Терри предстояло пройти, по мнению мужчины, не было ничего страшного и ужасного. Он знал, что с таким характером, как у Терри, девушка обязательно справится со всеми проблемами и сможет двигаться дальше. Феохарий не собирался жалеть внучку, потому что она никогда не была слабой.

— Обещай мне, что больше не будешь грустить и строить из себя слабую жертву.

— Обещаю.

— Вот и славно. А теперь бери своего зайца и давай, садись. Расскажу тебе твою любимую историю. Так сказать, чтобы ты простилась с детством и вступила во взрослую жизнь.

Терри улыбнулась и до этого сидевший внутри страх и неуверенность куда-то испарились. На душе стало чуть легче, и Терри не знала, пройдет ли это со временем или же облегчение и спокойствие будет с ней и дальше, но дедушка был прав в том, что у нее была возможность проститься с домом в приятных для себя воспоминаниях, а не только со слезами и мрачным настроем. Спалось ей этой ночью лучше. Не снились кошмары, в которых она находилась в незнакомом месте без поддержки и опоры, где на нее таращились незнакомые люди, где страх, стеснение и неудобство сковывало, не давая ни о чем нормально думать. Однако кое-какие мысли все-таки не давали покоя. И следующим утром Терри решила отправиться к старой подруге, чтобы, наконец, поговорить откровенно.

***

— Поговорить откровенно? Это когда же я врала тебе о чем-либо? — спросила Верóника, откладывая от себя книгу. За то время, что они не виделись, шаманка совсем не изменилась, только, кажется, стала немного угрюмее, чем была всегда.

— Ты нагадала мне хорошее будущее, а что же теперь меня ожидает? Ты видела это в своих видениях?

Верóника плавно встала с места, легкой походкой подошла к девушке и шлепнула ее по затылку, после чего схватила за ухо и притянула к столу, заставив сесть за стул напротив себя. Девушка только зашипела, схватившись за больное место и непонимающе смотря на шаманку.

— Во-первых, вспомни-ка, что именно я тебе сказала?

— Ну, — девушка нахмурилась. — Что у меня будет необычное будущее.

— И в нем будет много хорошего, но и плохого тоже! Это раз. Будущее меняется, и шаманы не могут предвидеть или же увидеть абсолютно все, это два. И три, основную линию судьбы изменить нельзя. Если же тебя выбрали прародительницей, то не может быть никакой ошибки. Это должно было случиться.

— А ты знала, что я прародительница? Чувствовала ли это, когда смотрела мое будущее?

— Да. Я видела над тобой знак избранного, а это значило то, что ты должна подарить желанного ребенка этому миру. И конечно, как ты сама понимаешь, я не могла рассказать этого восьмилетней девочке, как и твоим родителям, которые могли попытаться изменить ход этих событий. Шаманы никогда не говорят о таких вещах, поскольку они касаются не только тебя одной, но и целой страны. Это предназначение, данное Богами и пытаться пойти против их воли это страшный грех. Я бы не взяла на себя такое, извини.

Терри нахмурилась. Верóника видела многое, но не сказала практически ничего, оставляя лишь множество вопросов без ответов. Девушка до сих пор не была уверена, что Верóника возможно, знала или же видела что-то еще, но по-прежнему продолжала молчать.

— А на счет моей половины?

— Я сказала, что это будет твоя истинная пара, твой родной человек.

— Но это не Дэвид.

— Он бросил тебя, когда узнал?

— Да.

— На его месте любой бы так поступил, — спокойно ответила шаманка, смотря на удивленную девушку. — Во-первых, чтобы вы там не говорили, вы еще слишком юны, чтобы думать о великой любви. А судя потому, что он слишком быстро тебя бросил, то и влюбленности особой с его стороны не было. Во-вторых, почему он должен верно и покорно ждать тебя столько лет, а потом принимать от рук каких-то мужчин, пусть и императоров? Не каждый мужчина примет такое. Он молодой юноша и конечно, ему хочется встретить свою девушку чистую, непорочную, скромную и принадлежащую только ему. Ну, и в-третьих, я не хотела тебе этого раньше говорить, так как ты была ребенком, но оно к лучшему, что он тебя бросил. Я его тушку насквозь вижу, у него все семейство такое. Такой мужчина тебе точно не нужен. Дэвид не подарил бы тебе того, о чем ты так сильно мечтаешь. А истинная пара подарит.

— Моя истинная пара — это император? — неуверенно спросила Терри.

— Их четверо не забывай, — улыбнулась женщина. — Все может быть, этого я уже не знаю. Я не видела ни лица, ни крови, ни знак того дома, к которому твой мужчина принадлежит. Я видела лишь его натуру. И так же, я не видела, что ты должна была стать прародительницей четверых избранных. Не все в моей власти, я вижу лишь то, что мне дано.

— Ненавижу, когда ты начинаешь говорить загадками!

— Тебе ведь не так уж и больно, верно? Ты не страдаешь по Дэвиду?

— Мне было так страшно разговаривать с ним. Я боялась, что он бросит меня, знала, что бросит, но все равно боялась. А когда это случилось, я расстроилась, но не было ничего того, что я себе представляла. Наоборот, в тот момент я испытывала лишь злость. Сама от себя такого не ожидала. Это чувство напоминает мне ощущение, когда близкий тебе человек должен уехать далеко и надолго. И ты будешь по нему скучать, но это не такая боль…

— Значит и проблема решена. Забудь его и думай о том, что будет ожидать тебя впереди. Ты сильнее, чем думаешь. Влюбленность проходит гораздо быстрее и легче, нежели любовь. Потому что влюбленность не такое сильное и глубокое чувство. Кстати, я хочу кое-что подарить тебе, — шаманка достала из коробочки, стоящей на столе тонкую цепочку из белого золота с лунным камнем голубого цвета, каплеобразной формы, обрамленной горным хрусталем. — Он защитит от дурного глаза, болезни и несчастий. Но только при условии, что ты будешь постоянно его носить.

— Спасибо, он очень красивый, — с восхищением в голосе и взгляде поблагодарила девушка, аккуратно касаясь подушечками пальцев камня.

Верóника слегка прищурилась, смотря, как девушка надела кулон и подошла к комоду, взяв небольшое зеркальце, чтобы посмотреть на себя. Улыбка появилась на лице девушки, и шаманке показалось, что та забыла обо всем на свете. Сердце ее дрогнуло, женщина нервно сглотнула.

— Если бы знала, что ты будешь так радоваться, давно бы отдала его тебе.

— Спасибо, Верóника. Это очень красивый подарок. Я всегда буду его носить и вспоминать о тебе, — девушка подошла к женщине и крепко обняла ее, вдыхая приятный аромат трав.

Верóника очень редко улыбалась и показывала какие-либо теплые чувства, но сейчас улыбнулась и ощущала неприятную грусть и тоску от того, что девочка уезжала так надолго. Конечно, они, возможно, общались не так уж и часто, но Терри была единственным ребенком и можно сказать родной душой, с которой она общалась так близко. Эта девочка стала для нее дочерью и Верóника хотела помочь, чем только могла.

— Я собрала тебе лекарственные травы, приготовила настойки, немного яда и противоядного лекарства.

— Зачем это? — удивленно спросила Терри, отстранившись.

— На всякий случай. Мало ли что может случиться. Так же, там есть голубая трава, — шаманка встала и подошла к полке, достав сумку, наполненную склянками и маленькими мешочками. — Вот, взгляни.

Терри подошла и взяла мешочек, а раскрыв его, увидела сушеную траву голубого цвета. Потом непонимающе подняла взгляд на шаманку.

— Когда будет тошнить во время беременности, заваривай чай. Пару листочков на чашечку хватит. Одной веточки будет достаточно для чайничка. Перед родами или менструацией тоже можешь принимать, это притупит боль, тошноту и рвоту.

— Спасибо большое.

— Синяя жидкость — кровь скалистых птиц. Она поможет практически от любого яда. А я их знаю не мало. Пары капель будет достаточно. На всякий случай. Ведь у Императоров большие гаремы и сильные враги. Не все желают, чтобы избранные появились на свет, да еще и от внезапно появившейся прародительницы.

— Меня и моих детей будут пытаться убить?

— Почему нет? Это дворец — место власти, — шаманка нахмурилась и замерла на месте, смотря в одну точку, а голос ее стал твердым и холодным. — Власть опасна и коварна. Она отравляет разум человека, превращая невинного в жадное чудовище, которое ради своей цели может пойти на все. Там все грехи и пороки вырываются наружу, порабощая тебя. Вот почему я беспокоюсь о тебе.

— Спасибо тебе за все.

— Пиши мне иногда, а я буду писать тебе. Если будем держать связь, нам будет легче.

— Когда я пересеку море, будет сложно писать письма родным, — с грустью ответила Терри, сев на стул. — В стране зимы и осени всегда очень холодно и мрачно. Даже не знаю, как я там проживу столько времени.

— Страна зимы опасна. Там полно нежити, монстров, магов и других необычных существ. Эта самая магическая страна из всех. Большей магии ты нигде не найдешь. Люди, рожденные там, всегда страдают от холодного и вечного мрака. Та страна была создана для всего самого страшного и отвратительного. Страна осени считается страной похоти и богатства. Там живут самые богатые и самые извращенные люди, садисты, убийцы и насильники. Там во всю процветает рабство. Страна весны — это страна нежности, и легкомысленности. Там живут добрые и нежные своей натурой люди. Это мир добра и дружбы. А наша страна — страна тепла и процветания. Здесь лучшая пища и лекарственные травы, моря теплые и лечебные, люди могут развиваться в военном плане, врачевании и науке. Тут больше возможностей. А главное, здесь с уважением относятся к женщинам и в нашей стране нет рабства.

— Откуда ты столько знаешь про страны? — тихо спросила девушка, нехотя перебивая рассказчицу.

— Я бывала во всех этих странах. Недолго, правда, но бывала. И многое довелось мне увидеть за мою жизнь.

— Расскажи мне о жителях этих стран. Чего мне ожидать?

— В стране весны ты можешь быть уверена, тебя встретят с теплом и любовью. Люди там сами по себе чистые, светлые, добрые и необычайно любвеобильные. Говорят, что Бог Красная Роза создал эти земли и населил их детьми, по подобию своему — игривыми, беззаботными и тесно связанными друг с другом, словно одна большая дружная семья.

Терри улыбнулась, вспомнив Авиана, который был родом из страны Весны. Теперь ей стали намного лучше понятны слова сестры о той нежной любви, которую к ней проявлял супруг. Авиан всегда был искренним и чувственным мужчиной.

— Страна осени очень мрачная, как по мне. Там часто холодно и дождливо, но, когда сухо и светит солнце, вся земля ослеплена золотом. Деревья и цветы цветут недолго, листья опадают, а потом снова цветут и опадают, постоянно окрашивая землю разными красками. Страна эта богата, там много драгоценных камней и золота, поэтому жители страны осени ни в чем не знают отказа. У них всегда есть пища, одежда и лекарства, которую они закупают у нашей страны. Бродяжек я там практически не встречала. Бедности ты там не найдешь.

— А страна зимы?

— Там вечно лежит снег, холод является неотъемлемой ее частью. Солнце выходит лишь на три месяца за весь год и только в это время вьюга прекращается, а люди могут насладиться спокойствием зимы. Снег искрится от солнечных лучей, живность выходит из своих нор, небо становится открытым и даже можно услышать пение птиц на деревьях. Люди всегда ходят в теплых одеждах и вырубают огромное количество дерева, чтобы поддерживать тепло в своих домах. Сами деревья растут с неимоверной скоростью, поэтому в древесине жители не знают отказа. Не скажу, что люди там плохие или же хорошие — разные. Но там живет очень много магов и других волшебных существ. Эта страна считается страной, где зародилось волшебство и уже после дошло до нас. Это страна магии и чудес. Туда очень часто в качестве наказания отправляют многих волшебников и преступников, совершивших государственные преступления и другие ужасные вещи. Там же находится Синяя Темница, куда сажают осужденных. Но зато там ты можешь увидеть ледяных змей и драконов, маленьких злобных гномов и русалок.

— А ты их сама видела когда-нибудь? — недоверчиво спросила Терри, приподняв правую бровь.

— Нет, только слышала, но не удивлюсь, если все это правда, — усмехнулась шаманка. — Хотя, знаешь, страшнее и глупее человека в этом мире никого нет.

После этого разговора, Верóника накормила и напоила девушку, а потом они долго беседовали о предках земли и звездах, по которым можно было предсказать свое будущее. Терри ушла от шаманки с легкостью на душе и большой сумкой с подарками. Феохарий не удивился, но и противиться не стал.

Верóнику здесь остереглись, но никому ничего плохого за столько лет она ни разу не сделала, поэтому не принимать ее подарков и советов было глупо. Мужчина всегда знал, когда внучка втайне убегала к шаманке. Люди видели, ему докладывали, но он никогда не препятствовал. Это было ни к чему и мужчина прекрасно понимал это. Феохарий видел, что Верóника и Терри любили друг друга, словно вторая мать и дочь.

Дени с Вирсавией то и дело собирали вещи Терри, без конца нервничая и перепроверяя все по несколько раз. Ричард готовился к предстоящему сезону, обсуждая дела торговли с отцом, невольно думая о дочери, впрочем, как и сам вождь. Терри же, этим вечером вместе с Марком катались верхом на лошадях, наслаждаясь родными просторами.

— Тебе уже лучше? — спросил брат, разглядывая счастливое лицо девушки.

— Да, давно мне не было так хорошо! — улыбнулась Терри, рассматривая луга и поля. — Тут красиво, правда? Особенно, когда солнце садится. Давай еще пару кругов проедем? Только не как копуши! Догоняй! Прямо, как в детстве!

— Ну держись, букашка! — усмехнулся парень, увидев, с какой скоростью Терри погнала лошадь и поскакал вслед за ней.

День был долгим и длинным, словно желание девушки, чтобы этот день не заканчивался, сбылось. Пока она ехала верхом, мысленно попрощалась с близкими и родными, старалась запоминать все, что видела и чувствовала, не переставая улыбаться и напоминать себе о том, что рано или поздно, но она обязательно вернется домой. Главное, не считать дни.

Когда они прискакали обратно, солнце уже почти село, начинало постепенно темнеть. Терри слезла с коня, схватив его за поводья и подойдя к дому, замерла на месте, увидев, как из дому вышли родители Дэвида.

Дядя Шон и тетушка Мери — родители Дэвида, торопясь спустились с веранды, а потом резко замерли на месте, не сводя взгляда с девушки. Терри уважительно кивнула головой и тихо поздоровалась с ними. Марк подошел к сестре и так же поприветствовал гостей.

— Здравствуй, Терри. Что ж, поздравляю тебя с новым статусом. Желаю, что ты была здорова и произвела на свет желанного всеми нами избранного, — ответила Мери, улыбнувшись.

— Я даже не знаю, что мне сказать…

— А что же ты можешь сказать? То, что случилось уже не изменишь, поэтому не вижу смысла говорить об этом. Ты идешь по своему пути, а мой сын пойдет по-своему. Сейчас на мне лежит большая ответственность, ведь мне нужно будет найти для него хорошую невесту. Не всегда же ему быть холостяком, рано или поздно, но он должен будет жениться.

Терри ничего не ответила, но Мери прекрасно видела, что девушке было больно слышать подобные слова. Вышедшая на веранду Дени прекрасно все слышала и быстро подошла к дочери, мягко ей улыбнувшись:

— Чтобы найти хорошую невесту, нужно, чтобы и жених так же был хорош. Не каждая девочка может захотеть прийти в вашу семью.

— Что это значит, Дени? Ты хочешь нас в чем-то обвинить? — зашипела Мери, сделав шаг ближе к женщине.

— Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать, не заставляй меня озвучивать этого при детях. Убирайся отсюда. Я искренне благодарна Богам за то, что избавили нас от такого наказания, как ты. Мы спасены.

— Да как ты… — Шон перебил супругу и схватив ее за руку, повел домой, дабы избежать ссоры.

О неприязни Дени и Мери было известно всему поселению, женщины враждовали с самого детства и конечно, Терри догадывалась, что ее мама всегда был против Дэвида и его семьи, но молчала, чтобы не испортить отношений с дочерью. Марк бросил взгляд на вышедших из дома отца и деда. Ричард покачал головой, посмотрев на Терри. Та замерла на месте, глазами провожая парочку. Марк взял сестру за руку, и та вздрогнула, потом посмотрела на старшего брата и тепло ему улыбнулась.

Родители, дедушка, братья и Верóника были правы. Она слишком много себя накручивала и придумала себе огромные проблемы, с которыми была не в состоянии справиться. Сказав, что она очень проголодалась, девушка вбежала в дом, удивив своим поведением родителей. Марк лишь сказал, что все хорошо, улыбаясь и думая о том, что у сестры наверняка будет интересная и насыщенная жизнь.

Этот вечер они провели все вместе. После ужина переместились в гостиную, где дед долго рассказал историю родословной, а потом наставлял детей советами. Родители с улыбками на лице наблюдали за детьми, чувствуя себя немного лучше, видя, что Терри не так сильно нервничает, как это было изначально. Конечно, внутри плескалась тревога и тоска, но поделать никто ничего не мог. Главное, что Терри смирилась и пыталась не раскисать.

Терри старалась не думать о том, что будет ее ожидать дальше. Она просто решила жить здесь и сейчас, не думая о будущем. Перед сном, когда мысли невольно приходили, она немного беспокоилась о предстоящем будущем, но после брала камень, висевший на шее в руку, и успокаивалась. Она верила, что кулон защитит от плохого и близкие всегда будут рядом духовно. Больше ничего не нужно было, ей не было страшно.

***

Терри потянулась, а потом, прикрыв рот ладонью, зевнула. Два дня назад, попрощавшись с дедом, Верóникой и племенем, они всей семьей вернулись в свой город. Оттуда Дени, Вирсавия и Терри сразу же отправились в храм, чтобы старейшины и монахини провели осмотр и священный обряд, после которого прародительницу можно было считать избранной и чистой, готовой к исполнению своего долга. Девушку осматривали с головы до ног, проверяя на болезни и изъяны, после чего благословляли и освящали 'чистым огнем'.

После этого весточка о прародительнице расходилась по всей стране, жители весело отмечали это событие, по пути из города провожая девушку, одаривая ее подарками и давая благословения. Мудрецы же, тем временем отправляли весть во дворец, где все так же готовились к приезду прародительницы. После дня проведения обряда праздник отмечали ровно семь дней и ночей, устраивая развлечения и разнообразные шоу. Господа осыпали крестьян золотом и угощали самыми лучшими яствами.

Первым делом, Терри отвели в купальню. Около часа ее тело вымывали, потом обтирали приятно пахнущей водой, а после маслами, приятно разминая мышцы. Пока двое девушек приводили в порядок ее волосы, другие служанки обработали ногти и зубы. После на нее надели свободное платье в пол ярко-красного цвета и отвели в главный храм.

У потолка возвышались три огромных паникадило, которые прекрасно освещали помещение. Так же по обе стороны зала стояли канделябры на высоких ножках, а перед статуями богов висело множество цветных лампадок. Четыре монахини во главе с старейшиной сидели посреди зала на ковре, с теплыми улыбками ожидая девушку. Справа от них Терри увидела маму и сестру. Они были одеты в традиционную красную одежду, расшитую красивыми узорами из золотой нити.

— Здравствуй, Терри, — поприветствовала старейшина, когда та подошла к ним.

— Здравствуйте.

— Единение с семьей пошло тебе на пользу, как я погляжу. Ты превосходно выглядишь, — женщина поднялась и подошла к девушке. — Ты такая красивая девочка. Мы бесконечно благодарны твоим родителям за такое прекрасное создание, как ты. Я очень надеюсь, что твоя внутренняя красота ничем не уступает внешней.

Терри посмотрела на маму, и на миг ей стало приятно от мысли, что родители и вся семья могут гордиться ею, а жители будут ставить своим детям в пример ее, ведь прародительницы являются образцом красоты, мудрости, справедливости и любви. Дени тепло улыбалась, а глаза ее слезились. Вирсавия держала мать за руку, с гордостью смотря на сестру.

— Для начала мы проведем осмотр, а потом священный обряд, после чего ты сможешь выйти к людям, где тебя поприветствуют и подарят дары.

— А это обязательно?

— Люди хотят поздравить тебя и пожелать тебе всех благ. Они делают это от души и сердца, конечно, это не обязательно. Но таковы традиции и отказываться от искренне чистых подарков не стоит. Это будет дурным тоном.

— Ну, если они сами хотят поздравить меня, то тогда я не имею ничего против, — ответила девушка.

Терри нервно вздохнула, идя за старейшиной к ложу. Она жутко нервничала и чувствовала ответственность, которую на нее накладывали. Люди ждали ее. Люди верили в нее. Они ждали от нее какого-то чуда и конечно, Терри пока не понимала, о чем именно шла речь. Что это должен был родиться за чудо ребенок, что народ так ждал его? Неужели он мог принести такое благо стране, которое никто другой бы не смог?

— Раздевайся.

Терри нехотя сняла с себя платье, чувствуя стеснение и неловкость, которое испытывала в купальне. Одно дело щеголять голый перед сестрой и матерью, другое перед посторонними людьми, пусть и женщинами. Монахиня-лекарь внимательно осматривала ее и щупала несколько минут, не забыв приподнять веки, вглядываясь в глазницы и осмотрев ее рот и зубы. Иногда она просила сделать какие-либо приседания, а также интересовалась, не болит ли у нее что-нибудь. После просила прочитать текст, написанный маленькими буквами и так же повторять слова, которые произносила шепотом. Когда Терри легла на кровать, ее накрыли тонким покрывалом, и попросили раздвинуть ноги. Старейшина присела на край ложа рядом с девушкой и с улыбкой на лице спросила:

— Тебе уже лучше? В прошлый раз ты выглядела такой подавленной, что я уж было подумала…

— Со мной все в порядке, — быстро ответил девушка. — Время, проведенное в родных краях с близкими, действительно пошло мне на пользу — дрожащим голосом прошептал она, сосредоточенно думая о монахине, которая трогала ее холодными пальцами.

— Не бойся, будет совсем не больно, — догадалась о мыслях девушки женщина. — Тебе выделят троих послушниц, которые будут служить тебе и помогать во всем.

— Они поедут со мной и в другие страны?

— Они будут служить тебе до самой смерти, если конечно, ты их сама не отпустишь. Служить прародительнице — это великая честь.

— Я не понимаю, что такого особенного в прародительницах? — нахмурилась Терри, почувствовав, как промежности коснулось что-то холодное и твердое. — Я ведь рожу особенного ребенка, да, но… стоит ли это такого восхищения и надежды? Что это за ребенок такой?

— Избранные рождаются с определенным знаком на теле. Этот знак означает, что ребенок действительно дан Богами, так как на избранных знаки изображаются в виде символа того или иного Божества. Исходя от этого, также можно определить какой дар или сила ему будет дана. Такие люди невероятно сильны и умны, справедливы и мудры, красивы и плодовиты, они приносят пользу и благо народу, а также продолжают свой род, который будет состоять из таких же чистых и особенных людей.

— Как часто рождаются избранные?

—Это всегда бывает по-разному. Обычно, раз в столетие. Иногда два, а то и трое избранных рождается в один год, но такие случаи были единичными.

— Тогда почему страна не особо процветает? Или же все-таки процветает, но я что-то не вижу особой разницы…

— Многие дети умирают в младенчестве, а также от болезней и заговоров. Не каждый избранный восходит на престол или же выполняет свой долг. Они ведь тоже люди и их нужно учить и наставлять, если хочешь, чтобы их сила шла в благое русло. Очень важно воспитать такого малыша добрым и честным мужчиной. Если его сила будет использована во зло, ты сама понимаешь, что будет ожидать нашу страну. А те же дети, которые погибли не в свое время, изменили ход судьбы, сделав жизнь народа тяжелой.

— Значит, родить ребенка — это только половина дела. Не такие они уж и особенные. Больше расписывают! — раздраженно прошипела девушка, чувствуя неприятную боль между ног.

Наконец, болезненная и неприятная процедура закончилась, и монахиня поднялась, с улыбкой на лице кивнув старейшине.

— Девушка совершенно здорова, целомудренна и прекрасно подходит для деторождения. Вы спокойно можете приступать к священному обряду.

— Слава всем Богам! — с блаженной улыбкой на лице и облегчением в голосе прошептала старейшина и помогла девушке подняться, после чего ее снова одели и отвели в центр зала, усадив на подушки.

— Наша будущая прародительница чиста, здорова и дана нам Богами. Давайте проведем церемонию и выведем прародительницу в добрый путь для исполнения своего долга.

Дени после этих слов улыбнулась, глаза ее снова заслезились. Терри и сама невольно улыбнулась, от чего-то, на миг, почувствовав себя невестой перед брачной церемонией. Монахини окружили ее, накинув на голову красное покрывало, расшитое серебряными нитями и принялись читать молитву, посыпая на девушку золото с драгоценностями и лепестками цветов. После вокруг нее зажгли свечи и стали проводить обряд 'чистого огня'. Точно такой же обряд проводили и девушкам перед первой брачной ночью для того, чтобы молодая пара поскорее обзавелась ребенком и смогла произвести на свет как можно больше детей.

Терри закрыла глаза, тяжело вдыхая воздух. Было страшно. Оставалось всего пару часов, и ей нужно было покинуть родной дом, семью, город и отправиться в столицу. У нее не было родных, друзей и знакомых в чужих землях, девушка не знала, сможет ли справиться с чем-либо сама, будут ли у нее друзья, а после рассказа Верóники, стало еще тревожней. Ее ведь и, правда, могли возненавидеть девушки из гаремов, супруги правителей и враги страны. Что уж говорить о ребенке?

Терри старалась не думать об этих страшных вещах и убеждала себя, что в этом случае, у нее все будет хорошо. Ведь она прародительница и Боги не допустят, чтобы с ней случилось что-то плохо? Если ей суждено было родить наследников четырех стран, то она обязательно должна была их родить! А об остальном можно было бы подумать чуть позже.

Когда молитвы были прочитаны, а священные песни спеты, девушку напоили молоком и хлебом, надели амулеты в виде браслетов на руки и ноги и переодели в традиционную одежду. Длинная красная юбка в пол мерцала при свете солнца, красная накидка скрывала лицо, украшения на всем теле приятно звенели вместе с колокольчиками на одежде.

— Ну, вот ты и готова, моя милая. Я желаю тебе удачи и благополучия, — улыбнулась старейшина, погладив девушку по голове. — Так как я живу в столице, то мы будем часто видеться, и я буду помогать тебе, когда понадобится. Не беспокойся. Это Ирина, Севиль и Фрида — послушницы нашего храма. Они будут служить тебе до конца своих дней верой и правдой, дав клятву перед Богом Солнца.

Терри бросила взгляд на троих девушек, стоящих позади нее. Девушки были одеты в красную традиционную одежду, их головы были повязаны платками. Все трое были светлокожими и скорее всего, светловолосыми. На внешний вид девочки казались ее ровесницами.

— Можешь попрощаться со своей семьей, мужчины ждут вас в соседней комнате, — тихо добавила старейшина. — Вы идите, а мы пока проверим готово ли все к отбытию.

Терри обернулась к матери и сестре. Дени плакала, но на лице ее была улыбка. Она крепко прижала к себе дочь, вдыхая ее аромат.

— Моя маленькая девочка, пусть у тебя все будет хорошо, — тихо прошептала она. — Будь счастлива и верно служи своей стране. Пиши нам как можно чаще, ладно? Если тебе что-нибудь понадобится, упоминай об этом обязательно. Мы все пришлем.

— Хорошо, мама — шмыгнув носом, ответила Терри, тоже крепко обняв родительницу

— Мы тебя очень любим и гордимся тобой.

— Смотри, не вздумай избить кого-нибудь до полусмерти, ты это умеешь, — засмеялась Вирсавия. — Но не давай никому себя обижать, заботься о себе. Мы будем думать о тебе каждый день. Я очень сильно люблю тебя, помни.

— Хорошо, сестра. И я люблю тебя.

Двери отворились, и в зал с нетерпением вошел Ричард с Марком. Терри сорвалась с места, подбежав к отцу и крепко обняв его одной рукой, второй прижав к себе брата.

— Я буду очень сильно скучать по вам! — заплакала Терри.

— Не плачь, Терри, — поглаживая по спине сестру, Марк сам плотно закрыл глаза. — Все будет хорошо. Я буду навещать тебя, и писать письма. Буду отправлять подарки. Кстати, я привез твоего скакуна, забери его с собой. Там еще твое оружие и…

— Какое оружие? — воскликнула Дени. — О Боги, зачем ей там оружие?

— Охотиться и рыбачить, мама! — ответила Терри серьезным голосом, а потом засмеялась, увидев выражения лица родительницы.

Ричард засмеялся вслед за дочерью, Дени смущенно улыбнулась, брат с сестрой весело переглянулись между собой. Мужчина поднял платок с лица дочери и посмотрел ей в глаза.

— Ты готова?

— Да.

— Ты помнишь, что я тебе говорил?

— Да, отец, я все запомнила. Я все сделаю.

— Я горжусь тобой.

— Спасибо, — еле слышно прошептала она, опустив взгляд.

— Ну, что ж, пора, — добавил Ричард, снова закрыв лицо дочери. — Мы и так уже задержались.

— Это ведь на несколько лет — добавила Дени, стараясь потянуть еще несколько минут.

— Главное, не считать дни, — ответила Терри. — К тому же, я буду часто писать, и вы даже не успеете соскучиться по мне, вот увидите!

***

Когда карета двинулась в путь, Терри отодвинула занавесь в сторону и вцепилась взглядом в родителей. Те стояли, обнявшись, провожая взглядом карету. Мама плакала, вытирая лицо рукой, глаза отца тоже были мокрыми от слез. Вирсавия положила голову на плечо Марка, а брат лишь улыбнулся и помахал ей рукой. Закрыв занавесь и больше не сдерживаясь, Терри горько заплакала. Ей не хотелось, чтобы родители видели ее такой и после разлуки нервничали из-за того, что не смогут ее успокоить и утешить. Но теперь, когда она осталась наедине со своим горем, она могла поплакать.

Вспоминая слова родных, девушка пыталась дать себе обещание, что вместе со слезами уйдут все ее слабости и она станет сильнее. Однако на самом деле девушка попросту не понимала, как ей себя вести и что точно должны значить эти слова. Наверное, она поймет их истинный смысл, только тогда, когда окажется на чужой земле.

Фрида сидела напротив нее, смотря в пол и лишь иногда поднимая взгляд на прародительницу, словно не решаясь заговорить. Девушка была на два года старше самой прародительницы, черноволосой, кареглазой, высокой и худой. Вид опечаленной и заплаканной девушки не мог оставить ее равнодушной.

— Я никогда не пойму, что вы чувствуете и как вам плохо сейчас, — неуверенно начала она, продолжая смотреть в пол. — Мои родители отказались от меня и подкинули в храм. Я выросла там, и монахини с послушницами заменили мне семью. Мне удалось увидеть только двух прародительниц. Одна из них умерла от старости, а другая так же, как и вы сильно плакала, покидая дом. Но потом я узнала, что она жила в достатке. Ее сын заботился о ней и дал ей богатство и власть. Прародительница помогала простым людям и детям, творила добро и даже создала собственную семью. Такое ведь тоже можно… все, что требуется — родить ребенка.

— Я никогда надолго не покидала родных, — шмыгнув носом, ответила Терри, вытирая слезы. — Только на две-три недели, когда мы навещали дедушку в маленьком поселении. Я никогда не бывала в других городах, отец обещал взять меня с собой лишь в следующем году. А что уж мне говорить про другие страны? Там будут чужие, незнакомые мне люди. Там будут свои правила и порядки. Мне придется находиться рядом с королем, родить ему ребенка… оставить этого ребенка и уехать, чтобы родить еще одного ребенка другому мужчине. Я боюсь, когда думаю об этом. Я ведь могу полюбить этих детей и привязаться к ним. Как я тогда их оставлю и вернусь домой? Увижусь ли я еще с родными, и что будет дальше? Вдруг меня убьют или же я умру во время родов? Эти вопросы не дают мне покоя.

— Вы узнаете, когда придет время. К тому же, я и мои сестры будем рядом с вами. Вы всегда можете положиться на нас, — улыбнулась девушка. — Мы давали клятву вечной верности. Для нас честь служить вам. С нами вы никогда не будете одиноки, поверьте. Мы теперь ваши слуги, сестры и семья. Меня зовут Фрида.

— А меня зовут Терри. Приятно познакомиться, — улыбнулась девушка, а вскоре и сама не заметила, как успокоилась. Уже через полчаса она крепко спала, а снились ей ее дом и родные, с улыбками на лицах махая ей ладонями на прощание.

***

— Госпожа, проснитесь, — Фрида растормошила девушку. — Мы уже приехали.

Терри вздрогнула и выглянула наружу. На улице только начинало светать. Они ехали целый день и ночь, практически не делая остановок. На улице было жарче обычного и Терри даже казалось, что они могут и не доехать вовсе, умерев от жары и жажды.

Дворец поражал своим великолепием и величественностью. Он был построен из красного камня, башни его были слиты из золота и сверкали от лучей солнца. В отличие от домиков, к которым она привыкла, большинство здешних домов были двухэтажными и сделанными из белого и красного камня. Терри не увидела ни фруктовых садов, ни огородов перед домами. Лишь небольшие лужайки, засаженные цветами и цветочные горшки у дверей. Здесь жили знатные семьи, которым не было нужды вести хозяйство.

— Тут очень красиво! — воскликнула Фрида, вглядываясь в каждый камень.

— Ты права, я впервые вижу такие красивые дома!

— Я тоже впервые выбралась куда-либо, госпожа — не отрываясь от окошка, они переговаривались друг с другом.

— Зови меня просто Терри, ладно?

— Как прикажите.

Карета все быстрее приближалась к дворцу, но Терри предстоящая встреча с королем больше не беспокоила. Она внимательно осматривала город и его жителей, поражаясь чистоте, порядку и внешнему виду города. Все люди, живущие в центре, были из богатых домов, разъезжающих в своих каретах. Они не знали, что такое хлопоты по дому и хозяйству, за золото всю эту работу выполняли рабочие.

Терри невольно вспомнила Дэвида, и ее душа вздрогнула от тоски. Они могли бы приехать сюда вместе. Возможно, вскоре, когда они смогли бы разбогатеть, то так же жили бы в одном из этих домов. Позади них ехало еще несколько повозок, стражники из храма и дворца, карета с послушницами, а также простолюдины, заметив знамя прародительницы, давно начали идти следом, неуверенно перешептываясь друг с другом.

Вскоре народу стало совсем много и внезапно появившиеся из толпы шаманы стали выкрикивать радостные приветствия в честь приезда прародительницы. Люди тут же оживились, стали все громче переговариваться между собой и пытаться заглянуть в карету, чтобы хоть глазком увидеть Терри.

Стражники не подпускали крестьян к карете, но Терри от этого легче не стало. Она слышала наилучшие пожелания в свой адрес и искреннюю радость в голосах людей. В этот момент она поняла, что старейшина не обманывала ее, говоря о том, что народ ждет ее и молится, чтобы пророчество сбылось.

Терри было не по себе, ведь она не привыкла к такому вниманию и была очень рада, что люди не видели ее лица. Ей до сих пор было стыдно и неловко, когда жители родного городка вот так же провожали ее, осыпая подарками и большими глазами рассматривая, словно Божье чудо. А ведь среди них были знакомые, соседи и друзья.

— Мы уже приехали? — спросила взволнованным голосом Терри.

— Мы уже въезжаем во дворец. Смотрите!

Золотые ворота медленно отворились и люди, идущие позади стали кричать во весь голос, словно празднуя веселье, а дворцовая стража в поклоне склонились перед каретой. Терри задвинула маленькую щелочку и откинулась на спинку сидения.

— И что же мы будем делать? Что теперь?

— Наверное, нас встретят и все объяснят — ответила Фрида.

Когда карета остановилась, дверцы ее резко отворились. Терри посмотрела на человека, встречающего их. Это был молодой парень лет двадцати пяти — тридцати. У него были слишком светлые волосы, отдающие желтизной, кожа с желтоватым оттенком и яркие традиционный дворцовый костюм того же цвета. Словно он сам был ярким солнцем.

— Добро пожаловать, госпожа, — со счастливой улыбкой склонился мужчина. — Мы так давно ждали вас! Для меня огромная честь с вами познакомиться. Мы думали вы приедете раньше.

Мужчина помог Терри выбраться из кареты, а прислуга уже разбиралась с повозками.

— Что в других повозках? — с недоумением спросил мужчина.

— Моя одежда, подарки и прочие необходимые мне вещи, — ответила Терри, рассматривая странной внешности мужчину. — Их собрала для меня старейшина страны Солнца.

— О! Наша госпожа! — воскликнул молодой мужчина, приложив ладони к своим щекам. — Тогда у меня больше нет вопросов. Прошу вас, пожалуйста, проходите, — поклонился он, жестом руки приглашая девушку подняться по лестнице к вратам дворца.

Лестница была довольно длинной и занимала около десяти минут ходьбы. Солнце начинало подниматься все выше, и уже было довольно жарко. Терри обрадовалась, что они приехали рано утром, а не к полудню. Добравшись до дворца, мужчина провел девушку и послушниц, которые молча, шли позади в покои прародительницы. Терри с удовольствием и нескрываемым восторгом в глазах рассматривала большие залы, многочисленные лестницы и длинные коридоры, старинные картины на стенах, дорогие ковры на полах и прочую атрибутику дворца.

— Ваши покои!

Девушка ахнула и замерла у порога, разглядывая свою комнату. Первое, что бросалось в глаза — это ее размер. Она была поделена на три огромные комнаты, лишь у одной из них имелась дверь. Первая довольно просторная гостиная, вторая спальня и третья видимо, купальня. Стены были окрашены в светло голубой цвет, окна были высокими от пола до потолка, ярко освещая комнату. Занавеси тоже были в голубых оттенках, отодвинутые в стороны и закрепленные. В центре комнаты находился большой диван и кресла кремового цвета, а также столик, на котором стояла большая ваза с фруктами. Рядом стояли высокие фарфоровые вазы, полные красных роз, собранных с дворцового сада.

С левой стороны находилась спальня, вход, который был занавешен голубой полупрозрачной занавесью. Проход был выполнен в виде овальной арки, пройдя через него, спальня расширялась. Во второй комнате находилась кровать с палантином, рядом стоял круглый столик на длинной ножке, а в углу стены с левой стороны от кровати стояло кресло-качалка, столик из дерева, а на нем ваза с цветами и фруктами.

С правой стороны комнаты находилась купальня, но Терри решила рассмотреть ее позже, когда будет принимать ванну, что было совсем скоро, так как она промокла и очень устала в дороге. Глаза невольно закрывались, и девушка все чаще зевала, желая поскорее лечь спать.

— У окна находится еще одна комната для прислуги. Там хватит места для ваших подчиненных, если пожелаете, чтобы они жили вместе с вами.

— Да, спасибо.

— Так же, к вам будет приставлена охрана и выданы еще слуги из нашего дворца, чтобы вашим подчиненным было легче, а вам удобнее, — добавил мужчина, поправляя подушки и осматривая комнату. — У ваших покоев будут находиться служанки. Если что-нибудь понадобится, вам достаточно отдать им приказ. Я велю слугам, чтобы подготовили ванную комнату и разложили ваши вещи. А вы пока можете немного поспать или перекусить.

— Я бы поела, очень проголодалась — призналась Терри и села на край дивана.

Диван было очень удобным, и с блаженной улыбкой на лице Терри откинулась на мягкую мебель, закрыв глаза. Ее слегка подташнивало от голода. Послушницы быстро переносили сумки со своей одеждой в комнату, которую им выделили, а дворцовые служанки суетились, готовя для прародительницы ванную комнату. Незаметно для себя погрузившись в сон, Терри так же внезапно разбудили и помогли принять ванну. После девушка без сил упала на кровать и проспала до вечера, забыв о голоде и обо всем остальном.

Когда Терри проснулась солнце почти село, а из гостиной комнаты разносился прекрасный запах жареного мяса. Девушка быстро встала и внимательно осмотрела постель, в которой спала, ночную рубаху, в которую была одета и саму спальню. Незаметно улыбка появилась на ее лице. На несколько минут она почувствовала себя настоящей принцессой, которая жила здесь с самого своего рождения. Проведя ладонью по столику у кровати, Терри прошла в гостиную и затаила дыхание, увидев горящие свечи, вазы со свежими цветами и красивые, аппетитные блюда в белоснежной посуде. Тетя Сарра говорила именно об этом. Красивая, ухоженная и богатая обстановка могла поднять настроение и дать необходимый комфорт, заставляя на некоторое время забыть о повседневных проблемах.

Из комнаты прислуги вышла Севиль, и замерла, увидев прародительницу.

— Давно вы проснулись, госпожа?

— Только что. Это все нам? — она кивнула на стол.

— Мы уже поужинали. Это все для вас.

— Но я ведь столько не съем, — тихо ответила она и забралась по привычке на диван с ногами. — Поужинаешь со мной? Мне немного непривычно есть одной в одиночестве. Пожалуйста.

— Я сыта, но посижу с вами, — улыбнулась девушка и села в кресло рядом с Терри.

— А где Фрида и Ирина?

— Фрида осматривает дворец вместе с прислугой, чтобы знать распорядок дворца, а Ирина в купальне приводит себя в порядок.

— А вы надеюсь, отдохнули?

— Не беспокойтесь, мы отдохнем вечером, когда вы ляжете спать, — тепло улыбнулась девушка и все же потянулась к винограду, чтобы Терри было спокойнее.

— Я хотела попросить, чтобы вы звали меня по имени, — запнулась Терри, а потом добавила. — Мне не нужны слуги, мне нужны друзья. Мы с одного края, и я была бы рада, если бы мы были очень сплоченными, как семья.

Севиль бросила удивленный взгляд на прародительницу, а потом кивнула.

— Я понимаю. Нам здесь тоже нужна подруга с родных земель.

— Вот и отлично, — улыбнулась Терри. — Я бы хотела завтра осмотреть дворец. Тут, наверное, безумно красиво. И сад, скорее всего, есть, ведь так?

— Конечно, он с другой стороны дворца, — ответила девушка. — Госпожа… то есть Терри, я могу спросить?

— Конечно, Севиль.

— Когда у тебя наступит менструация? Ты ведешь календарь?

Терри, потянувшись к мясу так и замерла, явно смутившись. Щеки ее тут же порозовели, и Севиль так же смутилась, поругав себя за столь открытый вопрос.

— Я прошу прощения…

— Нет, тебе не за что извиняться. У меня эти дни не очень регулярные. Ну, знаешь, идут через месяц, два. Лекарь сказала, что вскоре мой цикл станет нормальным, и это не помешает мне иметь детей, но я пока не знаю, правда ли это.

— Я спросила только потому, что подумала, что возможно, король не станет ждать и тянуть время, чтобы… вы привыкли и узнали его немного. У нашего короля есть супруга и сын, поэтому, думаю, он не станет докучать вам. Его миссия, как и ваша понятна. Поэтому, думаю, дабы не обижать свою возлюбленную он пожелает поскорее зачать избранного и оставить вас в покое.

— А гарем у короля есть?

— Нет, король отказался от гарема, когда вступил в брак. Говорят, они очень сильно любят друг друга. К тому же, в нашей стране не особо приветствуются открытые гаремы, но фаворитки, конечно же, имеются.

— Значит, супруга короля возможно, сразу же возненавидит меня и моего ребенка, — ответила Терри, почувствовав, что у нее пропал аппетит.

— Я думаю, что королева Ирис понимает, что это временно и не по вашей воле. Главное, стараться не пересекаться с ней и вести себя, как можно тише и незаметнее. Если тебе удастся быстро забеременеть, то тогда и проблем никаких не возникнет.

— С нашей стороны может быть, но мы ничего не можем сказать о тех, кто будет нам не рад, — Терри нахмурилась. — Кому-нибудь уж точно не будет сидеться на месте, и он попытается создать нам проблемы.

Девушка крепко сжала в руке кулон, вспомнив слова шаманки. На мгновение стало страшно от того, что вне зависимости от ее желания, прародительницу могут втянуть в какие-нибудь неприятности или же попытаться навредить ей и ребенку. И в таком случае, даже сидя целыми днями в комнате это не защитит и не избавит от проблем.

***

Терри не могла налюбоваться дарами, которые старейшина для нее подготовила. Вещей оказалось намного больше, чем она предполагала. Здесь была домашняя одежда и обувь, украшения, лекарственные настойки, которые ей передала шаманка, золото от отца, ароматические масла и вода, заботливо изготовленные Дени.

Старейшина и жители города так же подготовили для прародительницы щедрые подарки. В сундуках девушка обнаружила множество красивой одежды, расшитой золотыми нитками и драгоценностями, несколько ларцов с украшениями и драгоценными камнями, золото, шелка, ткани, амулеты, обереги и большое разнообразие другой атрибутики.

— Так много всего — улыбнулась девушка, проведя кончиками пальцев по шелковым тканям.

— Я прикажу, чтобы из этих тканей тебе сшили красивую и удобную одежду.

— И несколько простых нарядов без всяких украшений, — добавила девушка, выбрав нежно-голубые свободные штаны и тунику чуть ниже бедер. Из обуви, Терри надела сандалии, которые всегда предпочитала носить дома. — Моего коня уже подготовили?

— Да, уже все готово — ответила Ирина, помогая девушке переодеться.

Когда Терри вышла во дворцовый сад, вчерашний день, казавшийся ей таким утомительным и тяжелым и вовсе позабылся. Обстановка и жители дворца с которыми она пересекалась, не были жестокими монстрами, каких она ожидала встретить по рассказам отца. Сегодняшний день Терри надеялась провести с удовольствием.

С послушницами она сразу же нашла общий язык. Ирина — рыжеволосая и зеленоглазая девушка, любила проводить время на свежем воздухе и читать книги, а голубоглазая и светловолосая Севиль любила ковыряться в земле с растениями и заниматься вышивкой. Терри чувствовала себя в их компании намного свободнее.

— Тут не так уж и страшно, правда, девочки? — улыбнулась она, медленно идя по тропинке, внимательно осматривая каждый угол.

— Я слышала, что прародительниц привозят во дворец чуть ли не силком и под покровом ночи, чтобы никто не подозревал о ее прибытии, а после девушек держат взаперти вплоть до родов… — ответила Фрида, а потом, не успев договорить, вздрогнула, увидев нахмуренную Севиль.

— Это правда? Я впервые слышу о подобном… — тихо ответила Терри.

— Так делали раньше и в стране осени, — ответила Севиль, до сих пор испепеляя подругу взглядом. — Но это было много лет назад. Просто некоторые правители, которые не держали гаремов, от чего-то думали, что говорить открыто о прародительницах, с которыми ты проводишь ночь — стыдно. Поэтому об этом никто не распространялся, но люди знали о прибытие прародительницы, и всем было ясно, от кого был рожден избранный. Бывали и случаи, когда прародительницы противились высшей воле и не хотели отрываться от родных краев, семьи и детей. Тогда властям приходилось использовать силу.
ч
— Но сейчас точно так больше не делают, как думаешь?

— Думаю, нет. За многие годы люди привыкли к тому, что этот долг перед государством обязателен и смирились. К тому же, прародительницы получают почет, власть и богатство, поэтому этот статус для многих довольно привлекателен. Много лет назад такого права и статуса прародительницы не имели. Лишь немногие пытаются противиться судьбе, поэтому в жестокости более нет надобности.

Дойдя до конца тропы, девушки свернули направо, куда дорога вела прямо к конюшне, недалеко от которой располагался луг, где можно было покататься верхом и накормить скот. Забрав Звездочку и еще несколько лошадей, девушки не спеша выехали к лугу и, остановившись, замерли на месте.

У их ног открывался необъятный простор, который уходил к далекому горизонту и исчезал за яркими лучами солнца. Небо было синим и чистым, без единого облачка, солнце недавно поднялось, зелень при его свете казалась намного ярче. Кругом не было видно ни каменных домов, ни гор, ни городов, ни дорог, а лишь бесконечная зеленая трава, колыхавшаяся волнами под порывом ветром.

— Здесь потрясающе красиво! — восхитительно закричала Терри, улыбаясь искренней, счастливой улыбкой. — Давайте прокатимся, как следует! Вперед, Звездочка!

— Осторожней, Терри! — едва только успела закричать Севиль, когда Терри уже погнала свою лошадь, привстав над седлом и, размахивая правой рукой, а смех ее эхом отдавался по всему лугу.

Девушки не спеша катались, осторожно осматриваясь и переговариваясь между собой, а Терри уже успела проехать половину луга, когда устала и решила перевести дыхание. Она слегка натянула поводья, и когда Звездочка остановилась от бега, спрыгнула на землю и стала идти шагом, чуть придерживая поводья, внимательно осматриваясь вокруг. Рядом с лугом начинался лес. Под тенью деревьев было тихо, спокойно, красиво и не жарко.

Цветы были посажены повсюду, деревья росли рядом друг с другом и приятные запахи смешиваясь, ударяя по носу, напоминая о лесе у городка Ред, где они с дедом, то с Верóникой собирали, когда грибы, когда травы и цветы. Терри с удовольствием рассматривала пчел и бабочек, круживших над лепестками цветов, даже успела увидеть белку, перепрыгивающую с одной ветки на другую.

Ей хотелось бы увидеть и олененка или же какое-нибудь другое, чудесное животное. Дед как-то раз рассказывал о том, что если животное в лесу заметило и приблизилось к незнакомцу, обнюхав его, то этот человек не так прост, как кажется. Животные подпускают к себе только лучших и достойных.

Терри не спеша стала прогуливаться, стараясь не отходить далеко от края луга, дабы ненароком не заблудиться. Внезапно, девушка заметила куст с земляникой. Подойдя к лесным ягодам, Терри по привычке, облизала губы и провела ладонями по одежде, вспомнив, что она не дома и тут же отругав себя за забывчивость. Обычно, не смотря, куда и зачем она шла, девушка всегда брала с собой тряпичную сумочку на всякий случай.

— Вот дурочка! — зашипела он. — Ну, ладно. Съем сейчас.

Присев на траву, девушка, не спеша начала поедать ягоды, то и дело, бросая взгляд с одной стороны леса на другую, словно все время ожидая, что на нее могут напасть.

— Прости, Звездочка, была бы здесь яблоня, я бы накормила тебя, — ответила она, почувствовав, как лошадь уткнулась мордой в ее спину.

— У меня есть немного яблок, я могу поделиться.

Терри быстро подскочила на месте и замерла. Король Роберт стоял почти у самого края луга, рядом с ним находился красивый, белый конь с длинной серебряной гривой, даже не удостоив их внимания и смотря куда-то в сторону.

— Благодарю вас, Ваше Величество — склонив голову, Терри тут же посмотрела на Звездочку и притянула ее к себе, словно пытаясь закрыться от незваного нарушителя их отдыха.

— Я думал, что вы еще спите. Вчера было очень жарко, поэтому я подумал, что вам стоит отдохнуть от долгой дороги и не стал вас беспокоить. Как вы себя чувствуете? Как доехали? Нужно ли вам что-нибудь? — мужчина стал, не спеша подходить к девушке.

Терри смутилась от того, что к ней обращались на «вы» и задавали столько вопросов, но прокашлялась и быстро ответила. Сердце колотилось как бешенное, а неловкость заставляла щеки пылать.

— Все в порядке, благодарю за беспокойство.

Королю было за тридцать, и выглядел он очень молодо и свежо. Мужчина был высок, крепок, приятно сложен. Шатен, с зелено-серыми глазами, кожей с легким оливковым оттенком, красивым звонким голосом и прямым носом с легкой горбинкой. Небрежная щетина на лице и обаятельная улыбка невольно притягивали внимание.

Все в нем наверняка привлекало большинство женщин и заставляло их сходить с ума по этому мужчине, но Терри еще ничего не понимала, кроме того, что этот мужчина был красивым и королем страны, в которой она родилась и выросла.

— Я рад — мужчина подошел к Терри, протянув ей сумку. Та не спеша взяла ее и, достав оттуда яблоко, накормила Звездочку.

Роберт погладил лошадь девушки, пока та хрустела лакомством.

— Красивая лошадь.

— Это подарок моего брата на мои прошлые именины.

— А моего коня зовут Буря.

— Мне кажется, он не любит новых знакомств — сказала девушка, еще раз взглянув на белого жеребца.

Роберт тихонько засмеялся и посмотрел на своего коня.

— Да, он с рождения был безразличным ко всему жеребенком. Вы уже осмотрели дворец?

— Собиралась сделать это после обеда.

— Надеюсь, вам предоставили все необходимое?

— Да, спасибо. У меня хорошая комната и… слуги.

— Вы не имели своей прислуги у себя в доме? — спросил Роберт и присел на траву, поедая землянику. Терри последовала его примеру, удивляясь простоте мужчины.

— Нет, мама, и мы с сестрой управлялись со всем сами.

— Вас трое детей в семье, верно?

— Да.

— Уже, наверное, скучаете по дому?

— Красота этого места отвлекает от грустных мыслей.

— Тогда предлагаю отбросить скуку прочь. Я бы хотел пригласить вас сегодня на ужин.

— С удовольствием, Ваше Величество.

— А завтра утром мы прогуляемся в нашем саду. Я покажу его красивые места, а после мы сможем покататься верхом и узнать друг друга получше.

— Да? Это было бы замечательно, — с удивлением сказала Терри.

— Признаться честно… Я думал, что вы будете несколько старше. Но вы еще слишком юная, поэтому нам нужно немного познакомиться. Я это понимаю. К тому же, вам должно быть известно, что у меня есть супруга и сын.

— Да, я знаю.

— Моя супруга в скором времени вернется во дворец, и она хотела также познакомиться с вами. Но об этом мы поговорим позже. А пока нам стоит вернуться или нас в панике начнут искать по всем владениям. Ваши послушницы думаю, уже стали беспокоиться. Если желаете, я прикажу собрать для вас эти ягоды.

— Да, спасибо — еле слышно ответила девушка, с беспокойством думая о супруге короля.

Видеться с супругой короля не было абсолютно никакого желания, и девушка надеялась, что эта встреча случится, как можно позже. Король помог ей забраться на коня и вместе они не спеша доехали до дворца, больше не обмолвившись ни словом. Терри до сих пор находилась в некотором смятении и шоке от внезапной встречи с Робертом, так как совсем не так представляла себе их первую встречу.

Уже после, когда она вернулась в свою комнату, девушка с сожалением и стыдом подумала о том, какой идиоткой со стороны она выглядела и после нервничала из-за предстоящего ужина с королем. Ведь все склонялось к тому, что рано или поздно, но ей нужно было лечь с ним в постель. И до тех пор, пока она не родит, уехать отсюда не сможет. А ведь дальше предстояла еще более долгая и страшная дорога. Терри с некоторым ужасом подумала о том, что когда-нибудь она, возможно, прекратит стесняться подобного и станет очень распутной, похожей на тех женщин, про которых ей рассказывала тетка.

— Ах! — вздрогнула девушка, вспомнив о тете Сарре, и теплая улыбка радости появилась у нее на лице. — Мне нужно увидеться с тетей. Она то, мне точно сможет помочь. Я попрошу короля, и он отпустит меня к тете. А дальше уже посмотрим, что можно будет сделать.