Смерть ей к лицу

У меня получилось! Я вырвалась! Сбежала от собственного мужа. Обманула всех его телохранителей, прихватила ненавистные украшения, которые он дарил в бесконечном количестве. Лишь бы всем показать своё состояние и «любовь» к своей женщине. Лишь бы пустить пыль в глаза. Я, как и многие, верила в его любовь долгие годы. И терпела. Терпела, потому что без него была бы никем. Это он мне внушил.

Мы прилетели в другое государство на новогодний корпоратив мужа. И здесь у него нет такой власти, как в России. Поэтому мне удалось осуществить задуманный побег. Осталось только пересечь границу, и я буду свободна. Поменяю личность, сделаю новые документы и затеряюсь в этой огромной стране.

Телефон в сумочке разрывается, не отвечаю на звонок, кручу колёсико магнитолы на максимум. Только чтобы не слышать настойчивую трель. Чем дальше я отдаляюсь от шумного города, тем заснеженнее и безлюднее трасса. Но мне совершенно не страшно, внутри бурлит ликование вперемешку с адреналином.

Поглядываю в зеркало заднего вида. В третий раз замечаю одно и то же авто. Сколько машина уже едет за мной? Километров сорок точно проехала. Остальные машины старались объехать меня, и я спокойно уступала им дорогу, но этот никуда не спешит. Либо там такой же чайник за рулём, как я, либо кто-то из окружения моего мужа. За очередным поворотом решаюсь оторваться и вжимаю педаль газа. Автомобиль ревёт и летит, превышая скорость. Чёрная машина преследователя не отстаёт и даже наглеет. Подъезжает очень близко. Теперь-то ему нет нужды скрываться.

Телефон опять звенит в сумочке. Не отрываясь от руля, тянусь за ним. На экране высвечивается фотография мужа. Сглотнув, отвечаю и ставлю на громкость.

– У тебя есть пять минут, чтобы остановиться и выйти из этой машины, – очень спокойно и уравновешенно цедит мужчина.

– Нет, я не вернусь к тебе! – выкрикиваю, сжимая руль до побелевших костяшек. – С меня хватит!

– Ты забыла, кому принадлежишь, Вика?! – рыкает ледяным тоном муж. Он в бешенстве.

Преследующее меня авто слегка таранит задний бампер, отчего машину немного заносит. Но я успеваю выровняться и даже отрываюсь вперёд.

– Тебе не сбежать от меня! – гремит злой голос из динамика.

– Я не сдамся! – бормочу себе под нос, выкинув телефон в сторону, полностью сосредоточившись на дороге.

За очередным поворотом в глаза бьёт яркий свет галогеновых фар. Поднимаю руку, прикрываясь от неприятного света. Меня снова таранят. Не успеваю вовремя выкрутить руль, машину заносит прямо на встречную полосу.

Пространство оглушает громкий рёв клаксона фуры... Это единственное, что отпечаталось в памяти.

Очнулась я уже на обледеневшей трассе. В глаза ярко светят все те же фары большегруза. И тишина. Такая тягучая, давящая. Дышать очень больно, не то что двигаться. Я просто смотрю на слепящий белый свет. И из него выходит Ангел. Похоже, я умираю? Говорят, когда человек умирает, к нему является Ангел смерти и перед глазами проносится вся его жизнь. Только я ангелов представляла по-другому. Где нимб? Сейчас будет бородатая шутка про стирку. Мужчина, весь в белом, с белыми крыльями, которые волочатся по земле, словно его мантия, подходит ближе и садится на корточки, склоняет голову набок и смотрит на меня совершенно безэмоционально.

– Помогите, – выдыхаю лишь одними губами.

– Она моя, Арчи! – рычит кто-то над нами.

– Не факт, – фыркнув, Ангел встаёт.

– Пророчество сбудется на моих землях!

– Когда это в подземном мире что-то сбывалось. Разве что твои влажные фантазии, – усмехается совершенно спокойно этот ангел.

Упираюсь ладонями в холодную землю, слегка приподнимаю голову. Боль разрывает всё тело, но мне удаётся увидеть второго. Лишь часть бороды, густой и курчавой, и мощную смуглую шею. Второй говоривший весь в чёрном. Наверное, демон.

– Ей уготована великая миссия по спасению Хаадара! Отступи, Азер, и не мешай, – это опять ангел говорит.

– Я тебе её не отдам! – рявкает демон.

– Эй, – шепчу, но дозваться этих двоих не удаётся.

Они перешли на рычание и заспорили о каких-то мирах. Постоянно повторяли, что я та самая душа из пророчества. И пытались убедить друг друга, что именно они достойны забрать меня себе. Голова просто разрывалась от какофонии их криков. Этих двоих совершенно не интересовало моё мнение. Они, как и мой муж, просто решили, что я принадлежу им, и спорили над умирающим телом.

В этом театре абсурда появилось третье действующее лицо. Мужчина в сером подошёл ближе и сел на корточки. Улыбнулся по-доброму, и его глаза как-то странно вытянулись. Наверное, у меня предсмертные галлюцинации. Он гладит по волосам и шепчет, что скоро всё закончится.

– Пойдёшь со мной, малышка? – спрашивает ласково. – Больше не будет боли, страданий и одиночества. Никто не посмеет тебя тронуть пальцем.

Еле-еле киваю.

– Закрывай глаза, освободись.

Он говорил и говорил. А я слушала заворожённо и действительно не чувствовала боли. Из его рук шли тепло и мягкий свет. Глаза сами по себе закрылись. Я перестала чувствовать собственное тело, плыла в невесомости, будто в пушистом облачке. Постепенно свет потух, и сознание отключилось окончательно.

Проснулась довольно внезапно. От громких голосов и звона стекла. Застонав от прострелившей всё тело боли, привлекла внимание собравшихся. Болело всё: от кончиков пальцев до кончиков волос.

– Госпожа, вы очнулись! Какое счастье! – надо мной склонился мужчина со склянками и в очках.

– Где я? – вместо членораздельных слов лишь прохрипела.

– Не напрягайте голосовые связки. Я о вас позабочусь. Хорошо, что Хозиер успел вызвать меня. Мы почти вас потеряли, – тараторя, мужчина подхватил за спину и слегка поднял моё тело. Второй товарищ молча поправил подушки и меня облокотили. – Вот, выпейте это.

С сомнением посмотрела на склянку с бордовой жидкостью и замотала головой.

– Ну что вы, госпожа, я вас точно травить не буду, – нервно хохотнув, этот эскулап передал склянку полуголому молчуну. Мужчина сделал маленький глоток и вернул тару. – Вот видите. Живой-здоровый. Это целебная настойка, чтобы снять боль в теле. Ну же, моя госпожа, не капризничайте.

Со вздохом кивнула и попыталась поднять руку, чтобы взять. Но особо ничего не получилось, и конечность безвольно упала на простыни.

– Не напрягайтесь, – опять улыбнулся мужчина и сам поднёс склянку к губам. Зажмурившись, выпила всё до капли. Настойка оказалась очень специфическая. Она обожгла горло и пронеслась теплом по всему телу. Похоже, на спирте была. Мало того согрела все внутренности, так ещё в голове слегка зашумело, и я расслабилась. – Вот и хорошо, а теперь я проведу диагностику. Вам удобно? Может быть, ещё одну подушку? Или одеяло.

Замотала головой и мутным взглядом уставилась на молчаливого помощника. Он на меня и вовсе не смотрел. Стоял у ног, опустив голову и поджав губы. Очень хмурый, но красивый. Правда, весь в шрамах.

– Я взял на себя смелость вызвать констеблей и написал письмо Его Величеству. Мы быстро разберёмся, кто посмел вас отравить! – продолжил бубнить эскулап, возясь со склянками.

Нахмурилась. Что-то не так. А что не так? Я не знаю, где нахожусь. Почему меня зовут госпожой? Что там за величество и констебли? И кто эти полуголые товарищи? Почему меня это не пугает? И вместо того чтобы выяснить своё местоположение, я нагло таращусь на одного из присутствующих.

Мужчины как-то внезапно замолчали и уставились на меня. Нахмурилась сильнее. А врач, задрожав, упал на колени.

– Что? – выдавив из себя единственное слово, поморщилась и раскашлялась. Очень горло болит.

– Не гневайтесь, госпожа, я для вашего блага старался, – пробормотал мужчина.

Замотала головой и попыталась жестом поднять его. Мужчина выдохнул и встал.

– Вы три дня и три ночи пролежали в беспамятстве и боролись со смертью, – продолжил эскулап и опять протянул какую-то жидкость. Выпила.

Меня как-то быстро потянуло в сон. Обе настойки на голодный желудок разморили ослабленное тело. Молчун подошёл ближе и, с лёгкостью подняв меня, уложил удобнее в центр огромной кровати. Укрыл до самого подбородка одеялом и навис, злобно смотря в глаза. Он буквально всеми фибрами души желал, чтобы я больше никогда не просыпалась. Возмутиться бы, но сил совсем не осталось, и я довольно быстро уплыла в очередную темноту.

Новое пробуждение было поздней ночью. И чувствовала себя намного лучше. Осмотрев тёмную комнату, призадумалась. Что последнее помнила? Авария, ангел, демон. Споры о моей душе и других мирах. Внешнем, подземном, небесном. Третий участник, который обещал спасение. Похоже, это оно и есть? Как-то я спокойно воспринимаю все эти чудеса. Где моя истерика? Скорее всего, просто ещё не отошла от последствий аварии. Хотя врач говорил что-то об отравлении.

Потребности организма не дали порефлексировать. Хотелось облегчиться, и тело затекло так, что мышцы покалывало от невидимых иголочек. Правда вот банально перевернуться и встать не особо получилось. От моей возни зажегся ночник на прикроватной тумбочке, и ко мне подошёл полуголый молчун. Он что, весь день тут торчал? Охранял мой сон? И опять смотрит злобно. Уже поняла, что не нравлюсь. Мог бы смениться с другим фельдшером или одеться. Похоже, недовольство отразилось на лице, и он замер.

– Позвать лекаря? – хрипло уточнил он, от его тембра у меня к иголочкам прибавились мурашки.

– Нет, – прокаркала и опять раскашлялась.

Мужчина отвернулся, быстро налил воды из графина и, слегка приподняв меня, напоил.

– Спасибо, – проглатывая часть гласных, просипела.

Молчун удивлённо округлил глаза и уложил обратно на подушки. Облегчиться захотелось сильнее. Попыталась встать снова, скинула в сторону одеяло.

– Лекарь запретил вставать, тело ещё ослаблено, – мужчина опять навис надо мной, ещё и руками за плечи придавил к подушкам.

– Мне нужно, – из последних сил выдохнула. Не уверена, что меня поняли, и обречённо приготовилась обмочить постель.

– Я отнесу, – согласился он и, подхватив на руки, понёс в ванную комнату.

Помещение было какое-то старинное. Большая комната с ванной посередине, без привычных смесителей и душа. Лишь один краник привинчен к бортику. Унитаз тоже необычный, без бачка. Остальное рассмотреть не удалось. Мужчина остановился возле унитаза и, похоже, хотел помочь и с этим.

– Я могу сама! – упрямо пискнула, заслужив очередной злобный взгляд.

Но он подчинился, посадил и вышел, чуть прикрыв дверь. Кое-как подняла длинную сорочку, преодолев ломоту в теле, спустила слишком развратное бельё.

После того как сделала все важные дела, опираясь на тумбу, встала. Ноги дрожали, и всё тело покрылось холодным потом. Оглядевшись, нашла раковину возле висящего на стене зеркала. Правда, после двух шагов не устояла на ватных ногах и рухнула на мраморный пол. В комнату тут же влетел молчун и подхватил на руки.

– Туда, – ткнула дрожащей рукой.

Он понёс и, поставив на ноги, придержал за талию. Помыла руки, лицо, шею и, убрав слипшиеся волосы, выпрямилась. Крик застрял в горле, я удивлённо таращилась на отражение совершенно другого человека. Из зеркала на меня смотрела не я. Жгучая брюнетка с ярко-красными прядями, с тёмно-карими глазами, чёрными как смоль бровями и пухлыми, чуть потрескавшимися алыми губами. Правда вот бледноватая и круги под глазами. Но очень красивая женщина. В прежней жизни я была не такой знойной, хотя тоже довольно симпатичная.

– Закончила? – прервал мой осмотр надзиратель.

Подняла взгляд на мужчину. Он возвышался на целую голову и тоже смотрел на наши отражения. Только опять с нескрываемой ненавистью. Кивнула. Меня снова подхватили на руки и понесли обратно в комнату. Уложили на кровать и укрыли по самые уши.

Небольшая прогулка отняла все силы, и стоило голове коснуться подушки, я тут же уснула.

Новое пробуждение было уже утром. Опять от мужского бубнежа. Не стала привлекать внимание, очень хотелось получить хоть какую-то информацию. Поэтому осмотрела просторную и немного мрачноватую комнату сквозь опущенные ресницы и поймала взглядом три мужские фигуры.

– И что говорит лекарь? – шёпотом спросил один из незнакомцев.

– Через неделю–десять дней совсем оправится, – процедил сухо мой надсмотрщик. – Ему пришлось притягивать обратно душу, так бы точно померла.

– Нужно было дать ей умереть, – выплюнул второй незнакомец. – Пока не поздно, задуши подушкой.

Троица повернула головы и уставилась прямо на меня. Я даже дышать перестала. Не надо меня душить, просто отпустите и забудем обо всём. Правда, сначала нужно узнать, где нахожусь.

– Не могу, – буркнул через долгих две минуты фельдшер, он же мой страж, – клятву давал.

Мужчины тяжко вздохнули и посмотрели на татуировку на его запястье. Вот и хорошо. Не знаю, насколько действует эта клятва. Но раз ещё не убил, значит, и дальше не убьёт.

– Отдохни немного, ты из этой комнаты четвёртый день не выходишь. Поешь нормально, – предложил первый незнакомец, переглянувшись с товарищем, – мы за госпожой присмотрим.

– Тебя, кстати, Фарин спрашивал, он подготовил нужные ингредиенты, – подхватил второй.

Стражник кинул на меня очередной взгляд. Кажется, пора вмешаться, пока меня не оставили с будущими убийцами. Попыталась подтянуться, но лишь простонала от боли в мышцах и поморщилась.

– Как там тебя, – прохрипела. О! Голос почти вернулся: – Что они хотят?

– Пришли навестить свою госпожу, – хмыкнул мужчина и, отлепившись от косяка, подошёл ближе.

– Светлого утра, госпожа. Как себя чувствуете? – залебезили двое из ларца не одинаковые с лица.

Похоже, эту госпожу очень боятся. Надо как-то в роль вжиться, что ли. Интересно, получится ли? Может, с них тоже клятву потребовать? А вдруг нужно будет как-то выжигать эту татуировку? Нет, так быстро спалюсь, и меня точно прибьют.

– Плохо, умираю, – прокаркала и поморщилась. Горло опять ужасно саднит.

Мой надсмотрщик протянул стакан с водой, схватила его за кисть. Прямо за то место, где была выбита некая руна.

– Никуда не отлучайся. Будь рядом, – выдохнула. Мужчина поджал губы и обжёг яростным взглядом, но кивнул. – Благодарю.

Слегка улыбнулась и, отпустив его, упала на подушки. В его глазах опять вспыхнуло удивление, но быстро переросло в ненависть. Он помог мне удобнее устроиться на подушках и, вручив стакан с водой, выпроводил незваных гостей.

Пока мужчина раскладывал разные склянки на столике, я осматривала комнату. Довольно просторную и безликую. Вероятно, это просто палата. Никаких личных вещей, стены из серой каменной кладки, кровать, правда, высокая и довольно широкая. Тумбочки в тон кровати, аптекарский столик и две двери. Одна входная, а вторая ведёт в ванную. Кстати, нужно бы мне туда заглянуть опять. Может, даже искупаться. А то сорочка неприятно липнет к телу, да и доктор говорил, что я почти трое суток боролась за жизнь. Точнее не я, но с этим разберёмся позже. Нужно привлечь его внимание. Как же ж его звали? Вчера лекарь его как-то называл. Может, лучше кашлянуть? Да, так и сделаем.

Кашлянула, и молчун тут же повернулся. Улыбнулась, не будем нагнетать обстановку. Не хочу, чтобы он решил «внезапно» отлучиться и дать возможность прибить моё бренное тело. На мою улыбку мужчина отреагировал неоднозначно. Зарычал. И зрачки вытянулись, как у ящерицы. Прищурившись, подалась всем корпусом, насколько хватило сил. Просто он напомнил мне того, третьего, который меня от Ангела и Демона забрал. Молчун выгнул бровь и поджал губы. Интересное у нас общение, конечно.

– Мне опять надо, – просипела очень тихо. Просто не люблю быть зависимой от мужчины. Тем более от незнакомого. Страж закатил глаза и, подхватив на руки, понёс в ванную. – Ты можешь принести чистую одежду? Хочу вымыться.

– Перестань играть со мной, это не сработает! – грубо рыкнув, он посадил меня на унитаз и вышел.

Ух, какие мы грозные. Пока товарища не было, сделала все свои дела и попыталась опять сама пройтись. Только на этот раз рухнула после третьего шага. Отбила себе коленки и бедро. Зашипела от боли, прикусила ребро ладони. Мой конвоир залетел с ворохом одежды, скинул тряпки на пол и подхватил на руки. Посадив в ванну, он потянулся раздеть меня. Конечности отбила и возмущённо уставилась на наглеца.

– Я сама. Позову, когда закончу, принеси поближе одежду и полотенце.

Молчун громко хмыкнул, подвинул тумбу впритык к ванне и на неё уложил вещи. Осмотрел меня раздражённо-подозрительным взглядом и вышел. Уф, как же с ним сложно-то. Может, стоит признаться? Он ведь клятву давал. Должен выслушать и поверить. Нет, ещё рано признаваться. Да и он не поверит. Лучше быстрее восстановить это дурацкое тело и узнать о себе больше информации.

Сразу после помывки «надзиратель» вынес меня обратно в спальню, и явился вчерашний лекарь. Местный эскулап поводил надо мной каким-то светящимся инструментом, заставил выпить ещё пару настоек и обрадовал тем, что я иду на поправку даже быстрее, чем он рассчитывал. На что мой страж очень красноречиво поджал губы и бросил очередной злобный взгляд. Я буквально по физиономии прочла: если бы не клятва, самолично придушил бы. Главное узнала: стража зовут Хозер. И лекарь отправил его за завтраком для госпожи. Оставшись наедине с врачом, долго раздумывала, как бы так выспросить подробности о жизни и смерти этого тела.

– Вы выяснили, что произошло? – осторожно прохрипела я, добавив в голос немного властных ноток. Не уверена, что получилось.

– Простите, госпожа, я мало что знаю. Его Величество заходил вчера, пока вы спали, и назначил лучшего дознавателя. Над вашим делом работает сам граф Бъёрн, – благоговейно заявил эскулап.

Интересно, а Его Величество кем приходится этой госпоже, что он так печётся о ней? А может, госпожа – жена короля?! О нет, чур меня, чур! Испугавшись такого поворота, уставилась на единственного маломальского информатора. Лекарь весь посерел и постарался слиться со столиком. Да что б его! Мне что, теперь постоянно контролировать мимику, чтобы никто не получил сердечный приступ?

– Раз у меня постельный режим, можно хоть книги почитать? – капризно протянула я, решив самой добыть информацию.

– Конечно, госпожа, – разулыбался лекарь. – Что бы вы хотели прочесть?

– Что-нибудь познавательное, – закатила глаза, не зная, как бы так попросить книгу об этом мироустройстве. Странно будет, если так и заявлю, правда? – Подберите на свой выбор. Можно даже что-то из общеобразовательных учебников.

Мужчина с минуту удивлённо таращился на меня, но, не смея отказать, просто кивнул. Мы дождались Хозера с завтраком. Молчун при мне попробовал все блюда и, пересадив в глубокое кресло, пододвинул чашки и тарелки.

Лекарь извинился и сбежал выполнять поручения, страж закрылся за книгой на соседнем кресле. Ела я в полной тишине и разглядывала молчуна. Красивый товарищ, конечно. Короткие тёмные волосы, прямой нос, пронзительно чёрные глаза и пухлые, вечно поджатые губы. Брови домиком, скулы острые и щетинистый округлый подбородок. И тело у него просто идеальное, правда, в шрамах. Он не был похож на слугу. Вёл себя слишком дерзко и госпожой не звал. Очень интересно, почему он всё же охраняет меня? Только ли из-за клятвы?

– Что ты там читаешь? – прохрипела, продолжая осматривать его. Мужчина перевёл холодный взгляд на меня. И, прикрыв книгу, показал обложку: «Двуликий Хаадар. Устройство Внешнего Мира».

Интересно, там есть хоть какая-то информация о моём местоположении или о переселении душ? Спросить? Нет, рановато ещё. Неизвестно, что он сделает с такой информацией.

– Доброе утро, Тори! – пробасил со стороны двери незнакомец.

Хозер отложил книгу и, встав, склонил голову. Отложила недоеденный омлет с овощами, перевела взгляд и заинтересованно осмотрела гостя. Похоже, это и есть тот самый король. Во всяком случае, золотой ободок на макушке очень красноречиво сверкает.

– Ты, наконец, очнулась, – иронично усмехнулся мужчина и пересек комнату.

Открыла было рот, чтобы поздороваться, но он поднял руку, останавливая. Посмотрел на молчуна и кивнул. Хозер тут же уложил в поднос грязную посуду и вышел. Точно, король пришёл. Чёрт. Что делать? Как себя с ним вести? Я ведь даже не знаю, кто он для этой госпожи?

– Не напрягайся, малышка, Горлик всё рассказал. Отравителя найдут, твоих рабов уже допрашивают, – король бесцеремонно перехватил меня за подмышки и, устроив на подушки, сел с краю постели. Он пытливо осматривал меня и прищуривался. С каждой секундой мне становилось страшнее. Боюсь я властных мужчин. А ещё боюсь, что это мой новый тюремщик. Ой, простите, муж. Вечно путаю эти два слова.

– Я устал от твоих выходок, – сменил тон король, потирая переносицу. – Сколько можно, Тори?

Хочется спросить: какие выходки? Но упрямо молчу и, опустив глаза, распрямляю складки на одеяле. Сейчас ведь спалюсь, и меня убьют. Или посадят за решётку.

– Ты хоть помнишь, с кем пила то отравленное пойло?

– Нет, – выдавила из себя.

– Я так и думал, – невесело хмыкнув, покачал головой правитель и, задумавшись, протянул: – Может, тебя замуж выдать…

– Что?! Нет! – хриплю, подавшись всем корпусом и напрочь забыв, что он король: – Прошу, не надо!

Мужчина удивлённо-подозрительно навис, сурово нахмурился и с прищуром смотрел прямо в глаза. Кажется, выдала себя. Но нас отвлек вернувшийся с книгами лекарь.

– Бъёрн зайдёт сегодня. Надеюсь, мы обойдёмся без твоих капризов? – процедил правитель, поднявшись. – И будь добра, перестань убивать рабов! Твои проделки скрывать становится всё труднее и труднее!

– Я больше не буду, – вот честно пообещала. Правда, мне никто не поверил. А лекарь ещё обернулся и выгнул бровь. Всем своим видом фонтанируя своим неверием.

– Поправляйся, сестрёнка, – благосклонно улыбнулся правитель и, поцеловав в лоб, выпрямился, – меня не будет в стране несколько дней. Постарайся не помереть в моё отсутствие.

– А куда ты? – вот чувствую, в отсутствии короля меня точно попытаются убить.

– В святилище. Разбираться с пророчеством. Вчера завеса между мирами закрылась. Наши некроманты упустили нужную душу из пророчества. Но главный жрец успокоил народ и созывает правителей всех континентов. Поговаривают, что душа всё-таки возродилась на Хаадаре. Нам нужно первыми найти её.

Пока я переваривала услышанное, мужчина осмотрел меня ещё раз и, хмыкнув своим мыслям, вышел. Те товарищи. Ангел и Демон. Они тоже говорили о пророчестве и моей душе.

Лекарь протянул очередную склянку с настойкой, совершенно не обращая на него внимания, выпила всё. Он ещё показывал на стопку книг, но мысли были совершенно не здесь. Я раздумывала о некоем пророчестве, связанном со мной.

Не добившись ответов, врач тихо вышел. Встрепенувшись, потянулась к одной из книг. Это оказалась энциклопедия местного мира. Отлично, лекарю нужно премию дать за эмпатию.

Первая же страница разворачивалась и превращалась в большую политическую карту Хаадара. Планета была поделена на несколько материков: Внешний мир, Облачные острова, Страна призраков, Долина смерти, Мифический остров, Пустынная луна, Подземный мир. Большую часть этих материков населяли двуликие.

Полистав несколько страниц и читая по диагонали, выяснила следующее: я нахожусь во Внешнем мире Хаадара. Управляется этот континент четырьмя императорами. То есть пришедший в гости действительно был правителем. И, судя по всему, бывшая хозяйка этого тела – сестрёнка императоров. Но девушка рождена от побратима предыдущих императоров и титула принцессы не имеет. Честно говоря, запуталась в хитросплетениях правительской личной жизни. Пролистнула эти странички и не стала вдаваться в подробности, кто там кем у родителей кому приходится. Главное, я – графиня Торвика Лоутфорг, младшая и единственная сестрёнка императоров. Тот, который сегодня зашёл ко мне, – Корелис. Старший из братьев. Внешний мир – самый огромный и густонаселённый материк. Правители – оборотни. А госпожа графиня, похоже, обычный человек.

Организм устал бодрствовать так долго, и меня начало клонить в сон. Да и сухой текст о политическом устройстве и географии внешнего мира действовал получше настоек лекаря. Я довольно быстро уплыла в очередное сновидение.

Проснулась внезапно. От удушения и сильного давления. Испуганно заметалась по постели. Некий душегуб закрыл мне лицо подушкой и натурально душил. Я мычала, отпихивая ослабшими конечностями навалившегося гуманоида.

– Ты должна умереть, – шипел он, – избавь нас от своей персоны, тварь!

Царапая обломанными ногтями чужие руки, мотала головой в надежде получить хоть каплю кислорода. Перед глазами прыгали световые мушки, в груди жгло огнём, слух отключился, и ослабший организм почти сдался.

Всё закончилось так же быстро, как и началось. Агрессора снесло с меня вместе с подушкой. Я глубоко вздохнула такой желанный кислород и с хрипом задышала. Через пару ударов сердца, слегка восстановившись, скосила глаза набок и заметила клубок дерущихся мужчин. Они разломали стол со склянками и мутузили друг друга.

– Не мешай, Хозер! – рычал отчаянно мой душегуб.

Но молчун скрутил его, перехватил за шкирку и приволок поближе ко мне. Сглотнула, горло ещё хуже разболелось, и вообще было больно дышать. Осмотрела полуголого нападавшего. Он тоже был в шрамах, в более глубоких, и они покрывали каждый участок его тела. Особенно лицо. Заметила на груди с левой стороны чёрную татуировку. Не такую, как у Хозера. Она была какая-то неприятная, и от неё веяло злом.

– Ты не давал мне клятву. Убей меня, Хозер, – обречённо попросил мужчина, даже не поднимая головы.

Перевела взгляд на молчуна. Он поджал губы, смотря на меня. Явно ждал приказа. Мне так тошно стало. Захотелось сбежать отсюда куда глаза глядят и забыть как страшный сон этих двоих. Начать всё с чистого листа. За что мне всё это? Я ведь в прошлой жизни намаялась достаточно! Почему должна страдать за чужие грехи?!

– Сегодня должен прийти Бъёрн, – просипела, стараясь не расплакаться от несправедливости и обиды на весь мир.

Проглотив тугой ком, перевела дыхание. Горло пересохло, и каждый звук причинял адскую боль. Хозер выпустил несостоявшегося убийцу и, налив воды, протянул мне. Напившись, упала обратно на подушки. Прикрыла глаза, продолжая дышать загнанно.

– Запри этого до прихода дознавателя. Пусть он разбирается, – выдохнула, приняв решение и явно удивив сразу двоих мужчин.

Молчун выволок мужчину и вернулся через пару минут. Он навис надо мной, зло смотря. Будто сам хотел доделать начатое. Меня пробрало до мурашек.

– Кто ты? – процедил сквозь зубы Хозер, пригвождая взглядом.

Мужчина буквально испепелял меня взглядом, пальцы больно впивались в плечи, оставляя отметины. А зрачки опять вытянулись, и ноздри трепетали, будто он нюхает меня.

– Я… – облизала быстро губы, страшась произнести правду. Так как очень испугалась за собственную жизнь. Мужчина нетерпеливо рыкнул и переместил ладонь на горло, слегка придавливая. Будто приноравливаясь и готовясь закончить начатое предыдущим товарищем. Но его запястье замерцало тёмным светом, Хозер с шипением отскочил и растёр конечность.

– Почти поверил, – процедил он и, отвернувшись, начал собирать разбросанную посуду.

– Я не Торвика, – выдохнула, прикрыв глаза. Меня страшила именно реакция мужчины и действие клятвы. Но раз она работает, значит, и причинить мне вред молчун не сможет. Страж замер, сжал в кулаках фарфор, кроша его на мелкую крошку, и медленно повернулся, – меня зовут Вика, и я не из этого мира. Понимаешь, вчера я очнулась в этом теле.

Хозер молниеносно подскочил ко мне и опять сжал шею, но не сильно, а лишь придержал, чтобы заглянуть в глаза. Сглотнула, чувствуя неприятное давление. Мужская ладонь тут же сместилась.

– Думаешь, я поверю в это? – мрачно спросил молчун.

– Ты ведь сомневаешься. Я не знаю, что она делала со всеми вами, но по шрамам и обрывочной информации понимаю, вам пришлось несладко.

– Не сладко? – перебил Хозер и расхохотался. – Как точно ты подбираешь слова, Госпожа!

Последнее слово он буквально выплюнул в губы. У меня дыхание перехватило и под ложечкой засосало.

– Если бы хотел убить, убил бы. Но тебя сдерживает клятва, поэтому я рассказала.

– Я не могу навредить тебе, но разболтать о твоём сумасшествии способен, – издевательски протянул молчун и, оттолкнувшись, выпрямился.

– Прошу тебя, – приподнявшись, схватила за предплечье. – Я не знаю, как тебя убедить поверить и помочь мне.

– Сними клятву, – Хозер выгнул бровь, высокомерно осмотрев меня. Вот кто скажет, что он раб или слуга?

– Как? – немного обрадовалась. Если я смогу снять клятву, он поверит. Но потом подумала, что как только он избавится от метки, то тут же убьёт. И даже раздумывать не будет. Мало ли, решит, что лучше добить ненавистную персону, чтобы не мучилась.

– Назовись полным именем и скажи, что освобождаешь от клятвы, – мужчина помог удобнее облокотиться об подушки и протянул руку с меткой.

– Сначала пообещай, что не убьёшь меня, как только избавишься от клятвы! – упрямо задрала голову повыше. Хозер опять зарычал, скривил губы в яростной гримасе.

– Лежачих не бью! – убийственно прошипел он. Похоже, я задела его гордость. Кивнула, на самом деле были ещё сомнения, но решила показать, что доверяю ему. И может быть, ответно он поможет мне.

– Я графиня Торвика э-э… Не помню её фамилию, – замялась и потянулась к книге.

– Лоутфорг! – выплюнул Хозер разозлённо.

– Торвика Лоутфорг освобождаю тебя, Хозер, от клятвы, – торжественно сипло произнесла и уставилась на чернеющую метку на запястье.

Ничего не произошло. Отчего мужчина пришёл в бешенство и пробил кулаком деревянное изголовье кровати в миллиметре от моей головы. Вздрогнув, зажмурилась, вся вжалась в подушки. Громко хлопнула дверь в ванную комнату, и я осталась одна.

Анализируя, почему же не сработало, пришла к выводу, что не сработало, потому что я не Торвика. Надо назваться своим именем. Медленно выбралась из-под одеяла и села. Тело не слушалось, все мышцы и кости неприятно ныли, а конечности подрагивали, не давая сосредоточиться. Очень медленно поднялась на ватных ногах и, держась за тумбочку, сделала пару шагов. Перевела дух, опёрлась об стенку и выпрямилась. До заветной закрытой двери шла около трёх минут. Хотя расстояние всего два-три метра.

Только собралась постучать, дверь распахнулась слишком внезапно, не удержалась на ногах, и меня повело вперёд. Хозер не поймал, просто отошёл в сторону, и я рухнула к его ногам. Не издала ни звука, зажмурилась, прикусив губу. Зато мужчина зашипел и растёр кисть, похоже, клятва как-то причудливо работает. Он подхватил на руки и вернул в кровать.

– Я позову лекаря, – выплюнул мужчина, осматривая ссадины на коленках.

– Нет, стой, – остановила его, – я, Виктория Васильева, освобождаю тебя, Хозер, от клятвы!

Хозер согнулся и, зарычав, сжал кулаки. Запястье опять вспыхнуло тёмным светом и, мерцая, потухло. Татуировка исчезла, оставив после себя лишь лёгкое покраснение. Мужчина с минуту таращился на конечность, растирал её, двигал кистью и, похоже, сам не верил. А я с каждой секундой чувствовала нарастающую тревогу за свою жизнь.

– Считай, поверил, – хмыкнул Хозер, развернувшись. – Придёт дознаватель, скажи ему, что боишься за свою жизнь и требуешь круглосуточной охраны. Смени штат слуг и не доверяй своим рабам.

Мужчина начертил некую руну на входной двери, она замерцала красным, и появился небольшой прозрачно-алый барьер.

– Эта защитная сеть не пропустит к тебе никого. А Бъёрн сумеет её снять.

– Подожди, ты не останешься? Я ведь доказала тебе! – возмутилась я, привстав.

– А я и не обещал остаться, – усмехнулся мерзавец. – Прощай, кем бы ты ни была.

Хозер распахнул настежь панорамные окна, сдвинул в сторону обломки стола и, разбежавшись, выпрыгнул. Дёрнулась от испуга и неожиданности, но увидела лишь набирающего высоту дракона. Настоящего! Огромного! Величественного!

Перевела дух и отвернулась от окна. Кажется, только сейчас я поняла, что нахожусь не на Земле. Кажется, только сейчас прозрела. И даже подлый поступок Хозера отошёл на второй план. Схватила все книги на тумбочке и, разложив их на кровати, осмотрела. Две энциклопедии: одна о двуликих расах, населяющих Хаадар, вторая – про мироустройство. Её уже начала читать. Кроме них ещё были две книги по магической теории и рунам и мифы о богах. Может быть, лекарь их не просто так принёс? Может быть, он что-то знает? Что там Хозер сказал? Лекарю пришлось притягивать душу обратно в тело? Но та троица, которая появилась на месте аварии, совершенно не похожа на этого лекаря.

Отложив в сторону имеющиеся вопросы, схватила второй талмуд. Будем разбираться с проблемами по мере их поступления. Сейчас мне нужно восполнить пробелы…

Время до обеда пролетело очень быстро. Ко мне никто не заходил и не беспокоил. Я зачиталась книжкой про расы, так как эта информация взбудоражила намного больше, чем политический уклад мира. Самое главное узнала: на Хаадаре обитают двуликие. Те, кто имеет вторую сущность-ипостась. Кроме драконов тут проживают всевозможные оборотни, фениксы, кумихо, грифоны, демоны, ирлинги и наги.

Ангелов нет, но путём нехитрых умозаключений и детального осмотра всех рас, пришла к выводу, что ко мне там, в земной жизни, явился ирлинг. Но возможно и грифон, так как они тоже умеют выпускать только крылья.

Все расы стараются жить на своих землях и не особо дружны между собой. Во внешнем мире оборотни и кумихо прекрасно сосуществуют, но здесь редко встретишь тех же демонов или нагов. Эти товарищи живут в Подземном мире. А вот крылатые двуликие предпочитают Облачный мир. Люди населяют все материки и имеют собственный остров Мифический. Он закрыт куполом ото всех рас и находится в центре бушующего океана.

Ознакомившись с расами и их ареалом обитания, отложила в сторону энциклопедию. Дальше просто биологические различия пошли, не стала заострять внимание и схватила мифы о Богах. Но меня прервали. Дверь распахнулась, и на пороге остановился лекарь со склянками.

– Госпожа, – удивился он, осматривая вспыхнувший красным барьер, – зачем вы запечатали дверь охранкой?

– Это сделал Хозер, – проворчала я, прикрыв книжку. Отвлекают, понимаешь ли.

– Снимите её, вам пора пообедать и выпить лекарства, – несмело улыбнулся врач.

– Нет, – подумав, ответила. Ну не признаваться же, что не умею. – Придёт Бъёрн и снимет. Я никому не доверяю!

– Даже мне? – голос мужчины слегка дрогнул, и он опять посерел.

– Тебе доверяю. Но всё же подождём дознавателя, – миролюбиво сказала, но не стала улыбаться, чтобы не вызвать подозрение.

– Горлик, что ты топчешься? – раздался грозно-тихий голос где-то из коридора. Лекарь подпрыгнул, склянки на подносе забавно зазвенели. Подавила смех. Такой он трусливый, просто мрак.

– Здравствуйте, Ваша Светлость. Госпожа не хочет пускать, мы ждали вас, – залебезил лекарь, трясясь и отступая.

На пороге моей временной тюрьмы появился шкафоподобный бородатый мужчина-викинг. Прижала к груди книгу, боясь, что сердце выпрыгнет от страха и изумления? Да, наверное, изумления.

– Здравствуй, Тори, – пробасил викинг, обжигая синевой глаз, и, взмахнув рукой, снял красноватое свечение.

– Добрый день, – прохрипела, провожая его цепким и немного испуганным взглядом.

– О Боги Всемогущие! Что здесь произошло?! – звякнул посудой лекарь, обходя мужчину-гору.

– Меня пытались убить! Я попросила Хозера запереть нападавшего в пустой комнате.

– Попросила? – иронично усмехнулся этот викинг. – Он хотя бы дышит ещё?

– Да живой он и совершенно здоровый, в отличие от меня! – вылила скопившееся раздражение на этого здоровяка. Просто надоело от каждого слышать о садистских наклонностях бывшей госпожи!

Мужчина викинг оказался тем самым дознавателем Бъёрном. И он действительно подошёл к вопросу слишком щепетильно и дотошно. Тихим, чуть рокочущим тембром задавал свои вопросы и пристально наблюдал за моей мимикой. Я же решила всё списать на потерю памяти, благо лекарь Горлик был рядом и утверждал, что такое вполне возможно. Ведь спасти умирающего от такого сильного яда ещё позавчера было невозможно. Соответственно, не изучен процесс выздоровления. Видела по глазам, что Бъерн не поверил нам обоим. Особенно мне. Но охотно записал все слова лекаря.

Как советовал сбежавший Хозер, я попросила круглосуточную стражу и даже сменить эту комнату. Так как надоело это безликое помещение. Дознаватель совсем не боялся меня и не старался понравиться. Наоборот, весь его вид говорил, как ему тяжело находиться рядом и слушать мои малоинформативные ответы.

– Разберёмся, – заявил Бъёрн после почти двухчасового допроса и встал. – Твои рабы утверждают, что в спальне ты была не одна, и вино не из твоей коллекции. Гостя, я так понимаю, ты тоже не помнишь?

– Не помню, – буркнула, слегка передёрнув плечами.

– Вернусь через час, решим вопрос с твоим переездом, – хмыкнул здоровяк и вышел.

Слегка расслабилась, перевела дух и прикрыла глаза. Не умею я играть властных и стервозных дамочек. Потому что по жизни не такая. В прошлом я вообще была забитой женой властного олигарха. Как говорил мой муж: Слабая и никчёмная. В общем, полная противоположность Торвики. Вот и сложно притворяться той, кем никогда не являлась. Как ещё высидела под тяжёлым взглядом синих глаз из-под кустистых бровей? Скорее всего, только потому, что тело плохо слушалось и до сих пор болело.

– Обед совсем остыл, подогрею и вернусь, – подал голос Горлик, раскладывая посуду обратно на поднос. Не стала есть при дознавателе, просто посчитав, что это некультурно.

– Не надо, давай сюда, я слишком голодная, – встрепенулась и потянула руки.

Мужчина хмыкнул и положил поднос прямо на постель. Стола-то у меня теперь нет. Пока ела, лекарь смешивал свои настойки и подготавливал мазь для ушибов.

– Ты сказал, тебе пришлось возвращать мою душу, – осторожно начала я, посматривая на Горлика.

– Я не некромант, госпожа. Когда Хозер вас принёс, вы ещё были живы и бились в агонии, – с некой жалостью заметил он. Интересно: жалеет, что не померла? Или на самом деле жалко стало? – Один из учителей научил меня с помощью магии удерживать душу, пока исцеляется тело. На практике мне не доводилось использовать этот способ, но в вашем случае ситуация была безвыходной, и я решил попробовать.

– Расскажи поподробнее, как ты удерживал душу? Это какой-то ритуал? – заинтересовалась я.

– Можно назвать это и ритуалом. Всё дело в вашей связи с Хозером.

Горлик замолчал и протянул склянку с настойкой. Нахмурилась. Интересно, что там за связь такая? Или он о клятве? Да, скорее всего, о клятве. Своими же глазами видела, как татуировка причинила ему боль. Похоже, пока бывшая хозяйка тела умирала, его тоже нехило корёжило. Ладно, я даже не в обиде на него больше.

От сытного обеда, настоек на спирте и пережитого стресса меня вскоре потянуло на сон. Сквозь дрёму попросила Горлика побыть со мной до прихода Бъёрна. Страшно было засыпать и старалась держаться. Но лекарь пообещал не отлучаться, и я со спокойной душой отключилась.

Разбудил меня шумный вздох. Такой громкий, прям над лицом. Испуганно дёрнулась и уставилась в синие глаза дознавателя.

– Что ты делаешь? – хрипло выдохнула, перевела взгляд на подрагивающие ноздри и пухлые губы, выглядывающие из-под густой бороды.

– Ты странно пахнешь, – пророкотал мужчина и выпрямился.

– Мылась вчера, – буркнула, отползая подальше от нюхача.

– Ты что-то скрываешь, – прищурился Бъёрн, цепко следя за моей вознёй. – Я принял решение поселить тебя у себя. Там до приезда императоров ты будешь в безопасности.

Поставив перед фактом, здоровяк опять склонился и, подхватив на руки, понёс меня на выход. Меня окутало его парфюмом, а от его рук шло тепло, согревающее все внутренности. Грудь Бъёрна слегка завибрировала, и мне показалось, он рыкнул. Постаралась отстраниться, но мужчина лишь встряхнул и прижал крепче.

– Может быть, я сама пойду? – добавила капризных ноток, но голос всё равно звучал неуверенно и дребезжаще. Хорошо ещё, что связки не восстановились и горло болело. Так бы точно спалила всю контору собственными неуверенностью и страхом.

– Опять коленки разбить хочешь? – усмехнулся здоровяк, выгнув кустистую бровь. Промолчала. Надоело падать, на самом деле. – Горлик сказал, тебе нельзя напрягаться. Не волнуйся, Госпожа. Постоянно таскать тебя назначу одного из проверенных работников.

Не стала спорить, пока мы шли по длинному коридору, рассматривала интерьер. Всё так вычурно, дорого, богато, но совсем мрачно. Весь этот дом будто пропитан злобой, болью и ненавистью.

Преодолев три этажа, мы оказались в большом круглом холле. Возле распахнутых настежь дверей стоял полуголый незнакомец с сундуком в руках. Увидев нас, он тут же сгорбился и поклонился.

– Всё собрали? – пророкотал Бъёрн, мужчина кивнул. – Грузи в карету.

Слуга сбежал. Мы последовали за ним, и я, наконец, увидела новый чудный мир. Завертела головой, разглядывая парковую зону перед мрачным замком. Она утопала в зелени, фонтанах, статуях и райских птичках. Самым помпезным и монументальным произведением искусства в этом райском уголке был памятник. Не сразу сообразила, кого увековечили, так как голова у памятника отсутствовала. Но когда Бъёрн обошёл карету, чтобы устроить меня с комфортом, заметила отрубленную голову Торвики. Сглотнула. Сразу же шея разболелась, и тошнота ударила в горло.

Просто представила, что в этом мире живут те, кто мечтает добить меня. И я даже не знаю их в лицо, чтобы вовремя спастись. Да и что может слабая женщина против двуликих? Им даже магией пользоваться не надо. Сама не заметила, как теснее вжалась в дознавателя. Бъёрн заметил, что мне стало не по себе. Кинул взгляд на сломанный памятник, громко хмыкнул и, наконец, посадил в карету.

– Каким бы я низшим ни был, найду твоего отравителя, и ты вернёшься в свой мир, – тихо пообещал, практически выплюнул мужчина и хлопнул дверцей кареты. Похоже, и его Торвика обижала в своё время. Уф, вот встречу этого белобрысого гада, который переманил меня сюда, точно прибью. И Ангела с Демоном общипаю.

Всю дорогу до дома Бъёрна я разглядывала красивые локации. Нагло высунув голову через маленькое окошко, любовалась пейзажем, восхищалась разноцветными лавками и снующими существами. Одно заметила – женщин было ну очень мало. Из сотни прогуливающихся максимум два процента женщин. Всё-таки не дочитала я ту первую энциклопедию. Или просто район неподходящий?

Где-то через полчаса карета остановилась, и Бъёрн, распахнув дверцу, подхватил на руки. Его дом был меньше замка, из которого меня забрали. Намного меньше. Одноэтажное деревянное сооружение с широким крыльцом для транспорта. Карета, кстати, катилась весь наш путь без лошадей или других животных. Наверное, какая-то магическая энергия тягала её.

Внутри же жилище викинга совсем светлое и захламлённое. На стенах висела разного рода военная амуниция. Много шкафов с книгами, стеллажей с разными минералами и холодным оружием. И это только в прихожей.

Мужчина уверенно прошёл вперёд и, повернув по коридору, занёс меня в комнатку три на четыре. Она была совсем аскетичная. Полуторка с хилым матрасом и застиранным пледом вместо покрывала. Круглый столик у окна и одно кресло. В углу торшер. И одна тумбочка у кровати. И как бы всё. Даже занавесок нет. Похоже, моё удивление от жилищных условий отразилось на лице, так как этот здоровяк издевательски хохотнул.

Бъёрн усадил меня на кровать и, отойдя в сторону, показал на неприметную дверь.

– Не купальня, конечно. Но, думаю, ты переживёшь, если жить хочешь, – протянул с сарказмом мужчина, открывая эту самую дверь.

Успела разглядеть небольшую ванну в центре маленького помещения и порадовалась тому, что не лохань. С остальным справлюсь. Хмыкнув, мужчина вышел ненадолго и вернулся с сундуком. Я спросила о книгах, тех, что читала, если у него такие, или, возможно, что-то похожее. Мужчина открыл сундук и вынул все четыре книги, сказав, что Горлик позаботился о моём досуге. Искренне поблагодарила, совершенно забыв о конспирации. Но заподозрить неладное дознаватель не успел. Нас отвлёк незваный гость. Очень знакомый для меня гость. Мой Ангел. То есть не мой, тот, который спорил с демоном.

– Бъёрн! У меня проблемы! – рявкнул очень нервный мужчина, даже не посмотрев на меня.

– Точнее у нас, – поддакнул, кто бы сомневался, второй участник в моей жизни и смерти – демон. Интересно, третий появится?

– Ваша Светлость, вы знакомы с Арчибальдом Лавкрафтом из Небесного мира и Азерафаэлем Валом из Подземного? – церемонно обратился дознаватель и опять с прищуром уставился на меня.

– Конечно знакомы, – передразнил его Азерафаэль, – даже спрашивать не буду, что тут забыла кровавая графиня. Но нам надо поговорить наедине.

– Отдыхайте, Ваша Светлость. Как только явится моё доверенное лицо, мы зайдём к Вам, – Бъёрн склонил перед обалдевшей мной косматую голову и, подталкивая двух товарищей, вышел из комнаты.

Мне очень захотелось подслушать. Поэтому, как только дверь за мужчинами закрылась, я поднялась и медленно преодолела небольшое расстояние, радуясь, что комната такая маленькая. Чуть приоткрыла дверцу и привалившись к косяку, выглянула.

– Мы заплатим тебе Бъёрн, только найди её. – просил Ангел.

– Как вы умудрились потерять чужую душу? – басил дознаватель.

– Вмешался неизвестный некромант. – буркнул Демон. – Мы провели ритуал и выяснили, что она возродилась во Внешнем мире. Нам нужно найти это дитя!

– С нашей рождаемостью, нетрудно вычислить. – Бъёрн задумался на несколько минут, – У меня сейчас нет времени разбираться с потерянным ребёнком. И раз душа возродилась во Внешнем мире, никто не даст вам забрать дитя.

– Но нас выбрали во всесвятилище! – рыкнул опять Демон. – Мы хранители души!

– Вас, как и остальных выбрали доставить душу, считайте, вы справились со своей миссией, – хохотнул здоровяк. Демону ответ не понравился, и он зарычал.

– Ты же понимаешь, что нас это не устраивает, Бъёрн. – остановил товарища Ангел, – Это касается всего Хаадара! Для всех нас будет лучшим побыстрее отыскать чужую душу из пророчества.

– Хорошо, я дам вам контакт одного ищейки, он поможет найти потеряшку. Но забрать из Внешнего Мира всё равно никто не даст. Будете её оберегать на нашей территории. И я поставлю в известность императоров. – принял решение Бъёрн.

Мужчины замолчали, не стала дальше вслушиваться. Ничего ценного не узнала, кроме того, что меня ищут. Добралась до постели и села перевести дух. Очень энергозатратное передвижение, тело ещё ослаблено. Озадачившись вопросом, потянулась к книге про Богов. Резонно подумав, что про пророчество обязательно написано в этой книге.

До самого вечера меня никто не беспокоил, я прочла половину легенд о создании Хаадара.

История начиналась с двух богов-братьев. Бога Луны Варе и Бога Солнце Ярак. И была у этих богов жена. Богиня неба Ария. Соответственно они породили сначала миры Хаадара, а после и божественных детей в количестве семнадцати штук. Из них одна единственная дочь Аэлита – богиня красоты, весны и любви.

Старшие Боги ушли на покой и оставили присматривать за своими мирами младших. У каждого из божеств были свои обязанности и территории. Рарог, например, огненная птица феникс считался родоначальником этой расы. Прове создал грифонов. Мот бог подземного царства и демонов. И так далее. Были Боги, которые покровительствовали некромантам, врачевателям, воинам, магам стихий и природным явлениям, вне зависимости от расы.

Боги часто спускались к смертным и даже помогали отдельным представителям. Одним из таких счастливчиков стал император Небесного мира дракон Вортан. Его благословили Боги ещё в младенчестве, всё из-за матери дракона, которая была самой набожной и благородной женщиной в Хаадаре. Он очень возгордился такими связями, считал себя лучшим из лучших и частенько бахвалился перед остальными.

Вортан на свою коронацию пригласил Богов, устроил почётное служение и построил всесвятилище в честь них. Монументальное здание прямо в центре Небесного Мира. Естественно Боги не обделили его и пришли на торжество. В ходе праздника, боги предложили Вартану выбрать для себя подарок в честь коронации. И Вартан попросил руки и сердца Аэлиты. Он считал, что только красавица Богиня, единственная сестрёнка шестнадцати божеств достойна стать его женой и править не только Небесным миром, но и всем Хаадаром.

Боги разозлились на Вартана, но и отказать не могли. Ведь при всём честном народе пообещали выполнить желание императора. Тогда, они предложили дракону спросить у самой Аэлиты, если она будет не против, то братья отдадут сестрёнку этому наглецу.

Вартан согласился и поднялся во всесвятилище. Он взывал к Богине долгие три дня и три ночи. Аэлита пришла к нему и с лёгкой улыбкой, отказала. Сказав, что у двуликих есть истинные пары. И у императора уже есть вторая половинка. Лучше всего дракону отправиться на поиски родной души, чем гнаться за богиней. Вартана разозлил ответ молодой девушки. Он заявил, что не нужна ему истинная пара, ведь он единственный достоин иметь в супруги саму Богиню красоты Аэлиту.

Женщина разгневалась и жёстко осадила надменного императора. И в ту же ночь пала от его меча, выкованного из лунного металла и опалённого в солнечном пламени. Аэлита умерла на его руках и растворилась в воздухе, превратившись в весенний ветер.

Испуганный дракон не знал, как скрыть своё преступление. Как только он вышел из всесвятилище, огромный меч, висящий над монументальным зданием пронзил его сердце. Разгневанные братья покарали всех. Их боль была настолько велика, что они отвернулись от Хаадара. Вместе с Аэлитой умерло всё прекрасное в этом мире, пропали истинные пары, девочки перестали рождаться, а те что появлялись на свет, нередко имели разного рода дефекты. Большая часть женской магии так же канула в Лету, оставив крупицу лишь у тех представительниц, кто был рождён в истинном браке.

Между континентами вспыхивали войны. Сначала ирлинги, драконы и фениксы воевали за оставшийся без императора Небесный Мир. А после, весь Хаадар потонул в реках крови. Боги не помогали смертным, наоборот всё больше и больше разжигали конфликты. Натравливали друг на друга, оставляя туманные послания. В них верили очень сильно и ненависть к друг другу практически привела к катастрофам.

Баланс миров нарушился, континенты начали движение навстречу. Первыми пострадали Небесный мир и Луна, которая раньше не была пустынной, её населяли лунные кельты. Но столкнувшись друг с другом, Небесный мир раскололся. На луне вымерло всё живое от растений до кельтов. Остался один прах, который покрыл всю территорию светила. Так и название появилось – Пустынная луна. А Небесный Мир раскололся на несколько островком, сменив название на Воздушные острова. Долина Смерти тоже некогда была отдельным континентом, но после столкновения с Подземным миром, превратилась в безжизненную и бескрайнюю пустошь.

Поняв, что натворили, смертные пришли во всесвятилище, договориться с Богами и друг с другом. Оставшиеся императоры заключили перемирие ради общего блага. А вот Боги не ответили своим созданиям. Наоборот, начали посылать разного рода кары в виде природных явлений. Тогда смертные обратились к старшим Богам. Вот только изменить начавшиеся столкновение миров им оказалось не под силу. Всё держалось именно на погибшей Аэлите.

Через несколько веков, главный жрец во всесвятилище созвал императоров. Вечный огонь в священном гроте сменил цвет с голубого на зелёный. Боги оставили послание: «В ночь кровавой луны откроется завеса между мирами. Нужно найти самую чистую, светлую душу. И в день, когда Небесный, Подземный, Внешний миры окажутся на одной плоскости, создавай парад континентов, принести в жертву эту душу. Чтобы она вознеслась в Божественный пантеон».

Моё чтение прервал Бъёрн. Я как раз осмысливала последнее послание и понимала, что в пророчестве говорится обо мне. Чистой и светлой себя никогда не считала, но то что если меня найдут, то принесут в жертву поверила. Сколько историй я знала из своего земного прошлого? Вспомнить хотя бы крестовые походы и инквизицию. Умирать за чужие грехи не хотелось.

– Тори! – в третий раз окликнул дознаватель.

Поморгав, перевела взгляд на гостей. И побледнела. Рядом с Бъёрном топтался тот пепельноволосый мужчина, который перенёс меня в тело жестокой графини. Неужели он его доверенное лицо?

– Здравствуйте Ваша Светлость, – хитро улыбнулся этот белобрысый товарищ, нахмурилась сильнее. – Узнав о страшной трагедии, я поспешил навестить Вас. Бъёрн настаивает на своём присутствии, хоть я и уверяю его, что мы близкие друзья.

Перевела взгляд на подозрительного дознавателя. Этот здоровяк с прищуром и скрестив руки на груди, разглядывал меня.

– Оставь нас, – прохрипела я.

– Не знал, что ты способна дружить, – хмыкнул мужчина-викинг, в очередной раз обжёг злым взглядом и вышел, громко хлопнув дверью.

– Не бойся, Тори или лучше звать тебя Вика? Я не враг тебе. – незнакомец обошёл всю комнату и занял кресло у окна.

– Ты соврал! – прохрипела, прижимая к груди книгу. Будто она защитит меня.

– В чём же? – удивился наглец и бровь выгнул. – Я обещал, что никто не посмеет тебя тронуть, что не будет боли, страданий и одиночества. И выполнил все условия. Ты в теле самой могущественной женщины Внешнего Мира. Тебя боятся во всём Хаадаре.

– Да, и пытались убить! – прервала я, раздражённо.

– Но не убили же! – парировал мужчина.

– Я не пойду жертвенной овцой! Не буду умирать ради этого мира! – выпалила и раскашлялась. Белобрысый поднялся, быстро наполнил стакан водой и передал мне.

– И не надо, – хмыкнул он. – Пророчество лишь фикция, Боги много раз обманывали смертных. И ещё одна жертва ничего не изменит.

– Значит, ты никому не скажешь обо мне? – отпив немного, спросила с надеждой. В благородные порывы, тем более мужские я давно уже не верила.

– Меня зовут Септимус и я твой друг, Вика. – улыбнулся мужчина, возвращаясь обратно в кресло.

Септимус показал на книги и рассказал, что это он подложил их лекарю, чтобы я узнала побольше о Хаадаре. За это, конечно, поблагодарила мужчину. Не знаю, как бы незаметно для себя выяснила всё, ведь тут даже есть книга про законы Внешнего мира.

Мужчина около получаса расписывал наше прекрасное будущее. Как он поможет мне освоиться в этом мире. Расскажет о моей безграничной власти и поможет разобраться со всеми врагами. В общем, оратор из него просто великолепный. Жаль только я не шибко доверчивая и наивная, каковой он меня считает. Слушая красноречивый спич этого мужчины, поняла только одно. Если я не буду играть по его правилам, то он просто сдаст меня хранителям, которых выбрали через жреца сами боги, и меня бросят в жертвенный огонь в священном гроте. Поняла. Испугалась. Но не сдалась.

Также Септимус предложил назначить его моим доверенным лицом. Обещая действовать только в моих интересах и даже готов был дать нерушимую клятву. Не зная, как отказать, задумалась. Возможно, клятва и вправду нужна. Только я ведь не знаю этого ритуала. Вдруг обманет меня, проведёт неправильно этот ритуал, усыпит бдительность и что-то сотворит.

Пока я колебалась, дверь в комнату открылась, и зашёл Бъёрн. Впервые порадовалась его приходу. Лучезарно улыбнулась, совершенно позабыв о роли «кровавой графини».

– Я нашёл для тебя помощника, – буркнул дознаватель, с прищуром осматривая нас. Септимус сидел на моей кровати, очень близко. Наверное, нарушив какой-то этикет. – Твой друг останется на ужин?

– Нет, он уже уходит, – стрельнула глазами на белобрысого, и тот сразу же встал.

– Подумайте о моих словах, Ваша Светлость, – склонил голову Септимус, цепко следя за мной.

– Подумаю, – благосклонно кивнула, – спасибо, что навестил меня.

– Я приду через пару дней. Надеюсь, к тому времени вы оправитесь и согласитесь прогуляться, – не унывал мужчина.

– Конечно, – скрыв раздражение, ответила. И Септимус, перехватив конечность, оставил поцелуй на тыльной стороне ладони.

– До скорой встречи, моя графиня, – прошептал он и, развернувшись, прошёл мимо хмурого дознавателя.

Перевела дух, передёрнула плечами. Нет. Определенно, Септимус мне не друг. Он самый главный враг. И играть по его правилам я не готова. Нужно изучить ритуалы этих нерушимых клятв и составить такую, чтобы у него не осталось лазеек. Уверена, у бывшей графини были на этот случай подходящие. Ведь как-то она Хозера приковала к себе.

– Заходи, Азер, – прикрикнул Бъёрн в сторону коридора. Напряглась. Нахмурилась. Сжала в кулаках плед. Неужели это то, что я думаю? О Боже, нет!

– Привет, Тори, – насмешливо кивнул Демон. Правда, актёр из него никудышный. Видно, что он совершенно не рад быть здесь.

– Он из чужого континента! – рявкнула разозлённо. И даже злые нотки не нужно делать, я и вправду в бешенстве.

– Видишь ли, кровавая графиня. Как оказалось, во Внешнем мире не осталось никого, кто не хотел бы тебя убить, – усмехнулся Азерафаил. – Мне твоя смерть ни к чему, и мы с Бъёрном пришли к небольшому соглашению.

– Я против его персоны! – медленно поднялась и распрямила плечи. Было очень тяжело стоять ровно и не трястись. Слабость в мышцах никуда не ушла. А из-за Септимуса и так все силы израсходовала, просто сидя рядом.

– Я не подчиняюсь тебе и уже обсудил его кандидатуру с императорами. Твоя безопасность превыше всего. Вот вернутся твои братья, будешь устраивать скандалы им. В моём доме будь любезна подчиниться моим правилам, – обрубил Бъёрн. – Азер, неси свою пациентку на кухню, пора ужинать!

Дознаватель вышел, а ко мне подошёл этот «демон». Он молча подхватил на руки и понёс из комнаты. Я молчала, сложила руки на груди и старалась испепелить взглядом раздражающего мужчину. Возможно, нужно было устроить истерику и потребовать связать с императорами. Но, чёрт побери, нет у меня в характере этой твёрдости. Да и страшно. Вдруг раскрою себя или разозлю «братьев».

Мужчина усадил меня на стул возле накрытого стола и занял место рядом. Поджав губы, осмотрела горячие блюда, салаты из необычных овощей и корзинку с хлебом.

– Мы, конечно, этикетам аристократов не обучены и серебряных столовых приборов не имеем, – пробасил с сарказмом Бъёрн, двигая ко мне глубокую тарелку с чем-то отдалённо похожим на жаркое. – Надеюсь, твоя венценосная персона не побрезгует простой едой со стола низшего.

Я, к слову, тоже этикетам не обучена и только порадовалась, что столовых приборов только два. Вилка и нож. Иначе точно бы выдала себя. Но из образа не выходим, не улыбаемся и не благодарим. Просто приступим к еде. Лучше побольше молчать и игнорировать.

– Что там с потерянной душой? – будто невзначай спросила у Азера, когда с горячими блюдами было покончено и Бъёрн разлил горячий чай. Мужчины удивлённо уставились на меня, закатываю глаза беспечно. Надеюсь, что получается. – Что? Мне брат рассказал.

– Мы ищем её, – буркнул Азер, поджав губы.

– Ты же один из хранителей, разве не должен быть в поисковом отряде?

– Он будет рядом с тобой столько, сколько потребуется! – рявкнул Бъёрн, решив, что я ищу лазейку, чтобы отвадить «демона».

– Даже если завтра эту душу найдут? – выгнула бровь, скрестив под столом пальцами.

– Да, но не обольщайся. В твои игры играть не стану. Если только сильно не попросишь, – вкрадчиво зашептал Азер.

Меня передёрнуло. Нет, не из-за отвращения, я почему-то вспомнила шрамы на телах Хозера и несостоявшегося убийцы. Мужчина же принял на свой счет и, поджав губы, обжёг взглядом яростной ненависти.

– Можешь не переживать, Азер. Наша графиня считает себя выше демонов, – хохотнул Бъёрн, хлопнув товарища по несчастью по плечу. Хм… Значит, это точно демон. Ну вот, хоть что-то выяснила.

– Я помню, – выплюнул Азерафаэль и отвернулся.

Остаток ужина прошёл в неуютном молчании. Точнее нет, мужчины между собой общались, я же решила просто помолчать. Вряд ли изменю их отношение, да и информацию никакую больше не добуду.

Напившись чаю, отодвинула пустую чашку. Азер тут же встал, подхватил на руки и понёс в комнату. Он спросил: нужна ли мне помощь в переодевании или купании. Получил отказ и ретировался. Оставшись одна, потянулась к сундуку и, перебрав одежду, вынула одну из наиболее целомудренных сорочек. Идти купаться сил просто не было. Да и дневные настойки лекаря уже выветрились, тело ужасно болело, как и горло. Медленно переставляя ноги и держась за стенку, дошла до ванной комнаты, умыла лицо прохладной водой, осмотрела ссадины на шее и ненавидимое многими лицо.

Выглядела я, конечно, ужасно. Бледная, с синяками под глазами, и не только под глазами. Жалкая. И совершенно непохожая на кровавую графиню. Скорее на одинокую и глубоко несчастную девушку. Очень захотелось поплакать. От несправедливости, от боли во всём теле, оттого, что даже Хозер сбежал. Он единственный хоть как-то взаимодействовал со мной и по-своему заботился. Да, ненавидел меня всей душой, но ведь был рядом.

Вернулась в спальню, залезла под колючий плед и дала волю слезам. Эти пару дней засыпала я быстро и без сновидений. Но это из-за настоек лекаря. Сегодняшняя же ночь была сущим кошмаром. Сначала сон очень долго не шёл, я всё время ворочалась и постанывала от ломоты в теле и сдавливающих черепушку невидимых тисков. Да и от собственных мыслей о будущем. К тому же матрас очень хлипкий, не привыкла спать на жёстком.

А когда всё-таки получилось заснуть. То мне впервые приснился сон. Страшный сон из прошлого графини. В нём я мучила Хозера, прикованного цепями к некой пыточной. Вся комната была в кроваво-красных разводах и полках с инструментами. В одном из углов даже мёртвое мужское тело валялось. Проснулась с громким вскриком и больше уснуть не смогла. Стоило закрыть глаза, как перед взором представала эта самая комната и Хозер, с ненавистью смотрящий на меня.

– Доброе утро, Ваша Светлость, как спалось? – утром ко мне явился лекарь в компании Азера. Демон невозмутимо подошёл к кровати и помог удобнее сесть и облокотиться. Поморщилась от его жёстких манипуляций, но не издала ни звука. Всё-таки Хозер был нежнее.

– Плохо! – буркнула, отпихнув конечности нового няньки. – Я не спала из-за болей!

– Как же так? – всплеснул руками Горлик. – Я ведь оставил настойку и инструкцию графу Бъёрну. Не волнуйтесь, госпожа, я напомню ему.

Сжала кулаки. Мерзавец! Он ведь знал, что мне больно, и специально не дал настойку! Захотелось зарычать и убить этого викинга с особой жестокостью. Запытать его, как графиня Хозера. Осеклась и одёрнула себя. Я ведь никогда не была такой жестокой! Даже испугалась, вдруг бывшая хозяйка тела влияет на меня?

Лекарь провёл сканирование моего тела. Дал выпить две настойки и передал Азеру рекомендации по небольшим упражнениям. Я потребовала оставить настойки мне, так как больше Бъёрну не доверяла. Он, конечно, сам не убьёт, но помучает знатно, это уже поняла. Эскулап согласился и поставил на тумбочку два флакончика. Нужно было всего пять капель развести в небольшом количестве воды. С этим уж как-нибудь сама справлюсь.

После того как Горлик ушёл, Азер хотел было донести до ванной. Но я изъявила желание пройтись. Боль отступила, даруя такое нужное облегчение. Демон поджал губы, но промолчал и, придерживая за талию, проводил.

– Спасибо, – пробормотала, закрывая дверь перед носом няньки. Наверное, графиня не поблагодарила бы, но я не могла всё время притворяться и иногда прошлое воспитание вырывалось само собой.

Умывшись, вернулась в комнату. Очень хотелось искупаться. Но я ещё очень слаба и без помощи вряд ли смогу влезть в ванную и вылезти из неё. А просить Азера выше моих сил.

– Переодеваться будешь? – спросил мужчина, показывая на сундук.

– Выбери что-нибудь неброское и домашнее, – устало опустилась в кресло в углу.

Азер выгнул бровь и начал вынимать все вещи. Он молчал, но ох уж этот красноречивый взгляд, которым он одаривал одежду и меня. Честно говоря, наряды у бывшей графини специфические и сплошь платья. Заметив чёрное платье более-менее закрытое и однотонное, остановила его. Мужчина передал одежду и отвернулся, бросая обратно ненужные наряды. Скинула сорочку, стесняться нечего. Под сорочкой на мне камисоль.

Переодевшись, встала, и Азер проводил меня опять на кухню. Теперь уже завтракать. А после была небольшая прогулка, лекарь настаивал на упражнениях и просил начать с прогулок на свежем воздухе. Вот демон и выполнял поручения. А Бъёрна я не видела, иначе бы вывалила все свои претензии.

Вернувшись комнату, остаток дня провела с книгами. Изучала мироустройство, возвращалась к книге о богах и много спала.

В таком темпе пролетели три дня. Септимус, слава всем высшим, не навещал меня. Бъёрна практически не видела. Новый нянь заходил только в определённое время, и мы старались избавиться друг от друга побыстрее. Мне больше не снились дурацкие сны, просто я принимала настойки лекаря. И самое главное – тело, наконец, окрепло. Боли ушли, даже голосовые связки восстановились.

А сегодня утром случилось вопиющее. Я ослепила Азерафаэля! Случилось это неожиданно. Проснулась раньше и решила искупаться без помощи одной демонской няньки. Вымылась до скрипа прям пять раз. Гриву вообще намыливала раз семь.

Полотенце было одно-единственное, а вещи забыла захватить. Поэтому, обсушив тело, замотала волосы и, посвежевшая, вкусно пахнущая, счастливая от собственной чистоты, выпорхнула из ванной. Азер как раз зашёл, чтобы разбудить и помочь с утренними сборами. Демон уставился на голую меня. Не ожидала его прихода, так как ещё раннее утро. Наглый и оголодавший мужской взгляд медленно опускался на округлые выпуклости, живот. Всё ниже и ниже. А на лице расплывалась похабная улыбка.

– Перестань пялиться! – рявкнула возмущённо и, сорвав полотенце, завернулась.

Азерафаэль зарычал, и его карие глаза заволокла чёрная пелена…

– Верни мне зрение! – монструозно зарычал Азер и шагнул в мою сторону, вот только споткнулся о сундук и растянулся.

Вскрикнув, бросилась на помощь, но демон не позволил приблизиться. Швырнул в меня огненное нечто. Правда, промазал. И горящая сфера, выбив стёкла в окне, исчезла. Отступила, прижимая к груди мокрое полотенце.

– Немедленно! Я не один из твоих рабов – уничтожу! – рявкнул злобно мужчина и встал. Он мотал головой, прислушивался и концентрировал в руках очередной огненным сгусток.

– Я… – не успела договорить, в меня полетела магия демона.

Вскрикнув, забежала в ванную и, закрывшись на ключ, подпёрла дверь все ещё ослабшим телом. Старалась унять дрожь от страха и понять, как такое случилось. Меня всегда пугают взбесившиеся мужчины, особенно когда они так орут и желают прибить. Сразу мужа вспоминаю и свою прошлую жизнь. Демон добрался до двери и, изрыгая проклятья на мою голову, заколошматил по деревянному полотну.

– Азер, пожалуйста, – подавив всхлип, навалилась со всей силы на дверь.

– Что здесь происходит?! – рявкнул громоподобно Бъёрн.

– Эта тварь ослепила меня! – в дверь в очередной раз ударили.

– Иди сюда, сядь! – викинг, похоже, увёл злого демона и постучал: – Выходи, Тори, и исправь всё, или мне придётся доложить императорам. Калечить принца чужого мира тебе с рук не сойдёт. Я думал, ты понимаешь это.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Я прижалась лбом к двери и закусила губу. Что же делать? Признаваться? Как всё исправить? Может быть, пожелать? Ведь я хотела, чтобы он перестал смотреть, и поэтому лишился зрения? Зажмурилась крепко-крепко.

– Пожалуйста-пожалуйста, пусть Азерафаэль прозреет! – прошептала от всей души.

– Тори! Не испытывай терпение! – пробасил Бъёрн, ударив по двери. – Считаю до трёх и ломаю дверь.

– Если он не будет драться, я выйду, – проблеяла неуверенно.

– Он не тронет тебя, выходи, – перекрикивая рык демона, ответил дознаватель.

Подтянула повыше полотенце, сдула влажные пряди волос и открыла дверь. Демон сидел на кровати и уставился в мою сторону невидящим взглядом. Зрачков и склеры не было, одна чернота вместо глаз. Страшно до чёртиков. Он раздувал ноздри, сжимал руки и багровел от еле сдерживаемой ярости.

– Сними заклятье, – миролюбиво попросил Бъёрн, схватив за локоть и вытянув из укрытия.

– Азерафаэль, прозрей! – очень уверенно изо всех пожелала я, даже пальцы скрестила, чтобы сбылось.

– Издеваешься! – рявкнул демон, вскакивая. Дознаватель встряхнул меня и на всякий случай задвинул за свою спину. – Я тебя распылю по мирозданию!

– Давай выйдем, Азер. Сейчас Тори соберётся, оденется и снимет свою магию, – Бъёрн подошёл к демону и вывел его из комнаты.

Я осталась одна и действительно оделась. Правда, очень медленно и подавляя накатывающую истерику. Был соблазн выйти через окно и сбежать. Но так поступить не позволила совесть. Из-за меня пострадал невинный человек. И пусть он демон, но он эти дни заботился. Да, не по доброте душевной, но ведь ничего плохого не сделал. А я его взяла и ослепила.

Заплела косичку, вдела в ноги балетки. И осторожно выглянула в коридор. Тишина стояла оглушающая. Медленно, по стеночке дошла до прихожей и заглянула в гостиную. Азер сидел на диване один. Возможно, стоит снять порчу так же, как и ту клятву с Хозера? Зажмурилась, молясь, чтобы сработало.

– Я, Виктория Васильева, освобождаю тебя, Азерафаэль Вал, от заклятья, – тихо прошептала. Искренне, горячо и порывисто.

– Я, может, и ослеп, но слышу тебя прекрасно. Что бы ты там ни бормотала, поверь, за меня отомстит весь Подземный мир! Твои братья первыми потонут в крови Внешнего мира, – процедил злобно Азер, распахнула веки и отшатнулась. Демон уже был возле меня. Не успела отступить, мужчина схватил за шею, впиваясь пальцами в горло, и притянул к себе.

– Прости, Азер, – пропищала, сжимая предплечье, – я не знаю, как его снять. Я не хотела, правда. Пожалуйста. Не знаю… Я устала… Не хочу так жить… Не могу…

Голос совсем пропал, и дышать тяжело. Но я не вырывалась. Мне хотелось закончить собственные мучения. Возможно, я жалкая и слабая, но вправду устала. Устала жить в ненависти, злобе и одиночестве. Прошло шесть дней, как я в этом мире, но уже не хочу в нём жить.

Демон перестал душить, разжал пальцы и, стряхнув руку, отпустил. Он возвышался надо мной и тяжело дышал. Я глотала слёзы, пытаясь сдержать всхлипы. Не особо получалось. Преодолев небольшое расстояние, крепко обняла его. Уткнулась мокрым лицом в грудь. Он отшатнулся и замер. Грудь вибрировала от грубого и злого рычания его сущности. Но мужчина терпел, а я плакала.

– Ты не Торвика, – тихо рыкнул он, больно сжимая предплечья.

– Я не помню себя, – прошептала, боясь открыться до конца.

Хватка усилилась, явно оставляя синяки на коже, но не обращала на это внимания. Что мне телесная боль? Я её испытывала на протяжении долгих лет. Азер отстранил меня на вытянутых руках и пытался рассмотреть или понюхать, ноздри трепетали. Подняла руки и коснулась прохладными дрожащими пальцами его лица. Демон вздрогнул, но не отошёл, прикрыл глаза. Дотронулась до век.

Ничего не произошло, не было света или тепла из пальцев, как у лекаря. Убрала руки с лица. Азер хмуро смотрел на меня. Чёрная пугающая бездна вместо глаз пугала до чёртиков и делала мужчину настоящим демоном.

– Кто ты? – прошипел убийственно мужчина.

– Я не знаю. Ничего не помню. Очнулась почти неделю назад и будто белый лист. Имя своё узнала от лекаря. Остальное додумала из всеобщего отношения. Хозер согласился помочь, но как только я сняла печать клятвы, улетел. И тогда поняла, что никому нельзя говорить о потере памяти. Я вправду не хотела тебе зла, – сбивчиво бормотала, краснея от собственного вранья. Железная хватка Азера становилась жёстче и почти раздробила кости. Только когда застонала, он разжал конечности и отступил.

– Я вызвал Горлика и написал письмо императорам. Выходи, Тори, или я буду вынужден сообщить твоим братьям, – где-то в коридоре пробасил Бъёрн и, кажется, заглянул в мою комнату.

– Я всё исправлю, только не говори ему! – взмолилась, всматриваясь в хмурое лицо демона.

Обещала себе, что никогда не буду умолять мужчину, и сама же нарушила своё слово. Просто боялась за свою жизнь. Боялась, что если Азер не догадается, то Бъёрн точно сопоставит все вводные и поймёт, кто я на самом деле. Ведь он самый лучший дознаватель во Внешнем мире.

– О! Вы уже здесь, – за спиной появился Бъёрн. Азерафаэль поднял невидящий взгляд чуть выше моей головы. Опустила глаза в пол, готовясь к худшему.

– Оставь письма, мы пришли к соглашению, – хрипло процедил Азер и, блеснув красной вспышкой в чёрной бездне глаз, обошёл меня.

Я шумно выдохнула, зажмурилась крепко и, покачнувшись, осела прямо на пол. Теперь нужно его вылечить как можно быстрее и задуматься о побеге. Не ровен час, Азерафаэль начнёт задавать ненужные вопросы и всё выяснит. Бъёрн подошёл ближе и, подняв на руки, понёс на кухню. Посадил за стол и отошёл греть завтрак.

– Если не вернёшь ему зрение, я верну тебя домой, – тихо пообещал мужчина-викинг, ставя передо мной вчерашний ужин.

Промолчала. Спорить не стала. Мужчина завтракать со мной не остался, просверлил убийственным взглядом и, попросив ещё раз вести себя прилично, ушёл по делам. Я ковырялась ложкой в похлёбке и анализировала ситуацию. Кажется, теперь понимаю, почему все мужчины боятся эту графиню. Она, получается, творила бесчинства только по сильному желанию? Или магия направлена только на органы чувств? Нужно как-то разобраться с этой непонятной силой. Возможно, от Септимуса я смогу избавиться. Например, пожелаю очень сильно, чтобы он обо мне забыл. Это ведь вполне гуманно, правда?

Сытно поев, помыла грязную посуду и вышла в прихожую. Тут у Бъёрна были стеллажи с книгами. Нужно найти какую-нибудь про магию и выяснить все эти виды. В книге про богов писалось, что женщины лишены магии, крупицы остались у тех, кто рождён в истинном браке. Что значит рождён в истинном браке? Понятия не имею. Наверное, это что-то похожее на истинные пары, о которых тоже нужно ещё почитать детальнее.

Азер вернулся, как раз когда я тянулась на верхнюю полку. Несмотря на слепоту, он передвигался вполне уверенно, иногда, правда, ударялся о предметы мебели, но больше не падал.

– Что ты делаешь? – подозрительно спросил мужчина, остановившись недалеко.

– Хочу выяснить, что за магия во мне, чтобы снять с тебя заклятье и не повторять ошибок, – и ведь даже не приврала. Так устала за эти дни врать. Очень утомительное занятие. Это ведь нужно запоминать, кому и что сказала.

– Вон там есть книга по тёмным искусствам и практической магии, – Демон хмыкнул и показал на противоположный стеллаж.

Послушно подошла к другой полке и, поискав нужную книгу, достала толстенный талмуд.

– Спасибо, – пробормотала, прижав к груди тяжёлую ношу, – если у тебя нет других дел, может, ответишь на несколько вопросов?

– Каких? – нахмурился Азер, явно не хотел связываться со мной. Возможно, даже не доверял до конца.

– Давай прогуляемся на свежем воздухе? - предложила, ни на что не надеясь.

Мужчина с минуту подозрительно щурился, будто раздумывал: стоит ли со мной куда-то идти или лучше сразу прибить. Но всё же согнул руку, предлагая взять его под локоть. Переборов волнение, подошла ближе. Мы медленно направились на улицу. Я придерживала его и тянула, когда впереди оказывалось некое препятствие.

– Сейчас будет порог, – тихо заметила, сжав рукав.

– Перестань, – шикнул Азер раздражённо. – Какие у тебя вопросы?

– Ты вправду принц? – выпалила первое, что пришло в голову. Демон удивлённо выгнул бровь и опустил невидящие глаза на меня. Кажется, очень удивила его.

– Я третий из четырёх принцев Подземного мира.

– Значит, ты не станешь правителем в будущем? – непонимающе пробормотала.

– Ты что, не только себя забыла, но и историю других миров? – удивился Азер и остановился у крыльца.

– Похоже на то, – пожала плечами, чувствуя, что ступила на скользкую дорожку.

– Принцами в Подземном мире становятся могущественные рыцари. За особые заслуги и достижения, – ответил Азерафаэль без бахвальства, просто и сухо констатировал факт.

– И какие у тебя достижения? – мы свернули за дом. У Бъёрна там небольшая лужайка, вполне уединённо и мне нравилось прогуливаться.

– Это сейчас неважно, – фыркнул демон.

– Хорошо, ты веришь мне? – остановилась и придержала его за предплечье. Мужчина молчал довольно долго. Ждала вердикта. Просто потому, что мне нужен союзник, пусть и временный.

– Не верю. Но чувствую, что ты не Торвика, – наконец соизволил ответить Азер. – Одна из возможностей, которая помогла мне в своё время стать принцем, – это способность видеть будущее и предсказывать его в мелких деталях. И я не вижу будущего кровавой графини.

Опять остановилась и ошеломлённо таращилась на мужчину. Получается, он уже знает, что я другая душа? Как спросить и не выдать себя?

– Где-то здесь была скамья, – Азер покрутил головой, встрепенувшись. Потянула его к ней, и мы удобно расположились. – Открой оглавление и найди раздел виды магии.

Послушно зашуршала страницами. Он прав: быстрее найдём, быстрее я его излечу и сбегу куда-нибудь подальше. Возможно, на Мифический остров к людям.

Азерафаэль Ваал

– Азер, – Бъёрн остановил меня у крыльца и сжал предплечье, – не предпринимай ничего, я поговорю с Корелисом, он надавит на Тори.

– Чем, говоришь, её отравили? – прорычал я, сдерживая ипостась. Сущность выкручивала мышцы и пыталась подавить меня.

– Ядом василиска. Знаю, после него не выживают. Но Горлик считает, что смог удержать душу через истинного, – ответил дознаватель, хотя в голосе и сквозило неверие. Все мы прекрасно знаем, истинных пар давно нет.

– Принеси мне ту бутылку. Если там действительно яд василиска, то эта женщина – самозванка.

– Мы это обсуждали, – покачал головой оборотень. – И ещё вчера я согласился бы с тобой. Но сейчас могу без сомнений заявить: эта женщина – Торвика Лоутфорг. Дело в её силах. Никто более во всём Хаадаре не обладает сенсорной магией чувств такого уровня. Её не зря боятся даже императоры, Азер.

– Странно, что она не сместила братьев с такими силами.

– Зачем ей лезть в политику, когда можно забавляться с игрушками и жить припеваючи? – хмыкнул Бъёрн, хлопнув по плечу. – Корелис сможет повлиять на неё, просто потерпи до вечера. Императоры уже едут домой.

Мы с графиней редко пересекались, она была мне глубоко противна. Но за эти три дня её будто подменили. Даже запах изменился, и Бъёрн это заметил. Вчера мы решили с ним, что эта женщина водит всех за нос, а настоящую графиню где-то прячут. Я и зашёл сегодня пораньше, чтобы застать женщину спящей и дотронуться до души. Хотя, возможно, она позволит это сделать, чтобы доказать свою полную амнезию.

Оборотень уехал. Постояв ещё немного на свежем воздухе, развернулся, полностью отпустив ипостась с поводка, и зашёл обратно в дом. Пусть я ослеп, но полагался на чутьё и собственную сущность. Демону нравилась нынешняя Торвика. Особенно когда она прикоснулась ко мне. Прохладные пальцы на лице взбудоражили ипостась. Он рычал и подстёгивал обнять её. Никогда такого не было, и меня это очень завело. Возможно, поэтому я сохранил её тайну и жизнь. Нужно разобраться, что в ней изменилось и почему.

Графиня предложила прогуляться и вела себя странно. Слишком мило, деликатно, бережно. Это одновременно раздражало и располагало. Ипостась так точно поверила манипуляторше.

Мы расположились под сенью деревьев. Торвика углубилась в чтение, я же просто сидел рядом, прикрыл глаза и вдыхал приятный запах, исходящий от женщины. Меня злило собственное состояние. Это какая-то форма магии? Может, очередная манипуляция чувствами? Управление ипостасью?

– Может быть, у меня магия разума? – отвлекла от дум женщина, тронув за предплечье.

Хм... А ведь это объясняет моё к ней отношение. Нахмурился и повернул голову.

– Я хочу прикоснуться к твоей душе! – получилось грубее, но даже извиняться не буду.

– Зачем? – голос Торвики дрогнул, она явно испугалась.

– Проверить, не самозванка ли ты.

– А как ты это узнаешь, прикоснувшись к душе? – через несколько секунд тишины спросила она.

– Возможно, ты забыла своё прошлое, но твоя душа всё помнит и ведает. Она бессмертна и хранит личность существа даже за гранью. Прикоснувшись к ней, я увижу тебя настоящую.

– Если я откажусь? – прошептала тихо графиня.

– Сегодня приедут императоры, я расскажу им, что ты самозванка, и тебя в лучшем случае запытают до смерти, чтобы выяснить, где настоящая родственница.

– Но ведь можно проверить родство по крови? – выпалила Торвика и вскочила. Придержал за руку.

– Я тебя правильно понял: ты отказываешься пройти проверку? – мрачно усмехнулся, крепко удерживая её.

– Проверяй, – обречённо выдохнула женщина, медленно садясь рядом.

– Пойдём в дом, – я встал и потянул на себя.

– Проверяй здесь, к чему тянуть, – проявила настойчивость Тори.

– Это больно, лучше усыпить тебя.

– Плевать на боль. Давай покончим с этим уже! – вскричала женщина, вырвав руку.

– Как будет угодно госпоже, – ядовито выплюнул я и навис над ней.

Слепо протянул руки и коснулся её щёк, медленно провёл вниз по шее, плечам и предплечьям. Торвика дрожала и тяжело дышала. Она явно была напугана, но держалась и сидела ровно. Коснулся её живота.

– Это вправду больно. Не передумала? – моя ладонь замерла на солнечном сплетении.

Я чувствовал щекой её прерывистое дыхание. И сомневался в собственном решении. Ипостась сдерживала меня и хотела уберечь Торвику всеми фибрами души. Вздрогнул от прикосновений. Её пальцы погладили виски, брови, шрам, идущий от лба к щеке, и, наконец, закрыли глаза. Не двигался, просто ждал ответа. Мне почему-то было важно услышать её.

– Я хочу, чтобы ты увидел меня, – тихо выдохнула она прямо в губы.

Зашептал ритуальные слова и надавил на солнечное сплетение. Торвика закричала и отняла руки. Чёрная пелена с глаз медленно рассосалась, открывая взору искажённое болью красивое лицо графини. Но поразило меня совершенно другое. Ослепительно чистая и невинная душа совершенно другой женщины. Меня ударило ярким тёплым светом и отбросило в сторону на несколько метров.

Я видел солнце, голубое небо с белыми облаками. И видел её. Душу из пророчества. Ту, чьим хранителем меня назначили. Ту, кого признала ипостась. Мою истинную пару.

Мы искали новорождённое дитя. Арчи до сих пор рыщет по городам Внешнего мира, в госпиталях, маленьких лечебницах. Ищет лекарей, знахарок, травниц, сверяется по документам, разыскивает всех, кто принимал роды или родил чуть меньше недели назад. А она всё это время была рядом.

Резко сел и посмотрел на Тори. Точнее Вику. Девушка потеряла сознания от болевого шока. Демон внутри мечется и рвётся укрыть её, извиниться, спрятать. Впервые за несколько тысяч лет в Хаадаре двуликий обрёл свою половинку.

Я подхватил её на руки и понёс в спальню. Девушка заворочалась, доверчиво прижимаясь щекой к груди. Зверь урчит от нежности. Быстрее занёс в комнату, уложил на кровать и выбежал обратно.

Первым делом отправил письмо Бъёрну, сказав, что мы с Тори договорились и она сняла заклятье. Не нужны нам её братья. Следом написал ирлингу, молясь всем высшим, чтобы он нашёл среди детей нужную душу. Арчи сообщил, что едет в дом оборотня.

Остановил и предложил встретиться в таверне недалеко. Нельзя, чтобы кто-то ещё узнал о моей находке. Запечатав входную дверь от вторжения, поехал на встречу.

– Что? Устал нянькаться с Тори? – хохотнул Арчи, заходя в светлое прокуренное помещение. Сжал зубы, стараясь не выдать себя.

– Ты нашёл хоть что-нибудь? – процедил, глотая третью стопку палёного алкоголя.

– Ничего, в ту ночь появились на свет одни пацаны, – почесал затылок ирлинг. – Я тут подумал: может быть, жрецы ошиблись?

– С чем? – прищурился, разливая пойло на двоих.

– Возможно, она не во Внешнем мире.

– Ты собрался весь Хаадар проверить? – усмехнулся я.

– У тебя есть идея получше? – Арчи проглотил стопку и поморщился.

– А что, если жрецы во всём ошиблись? Что, если мы отдадим невинную душу вечному огню и ничего не изменится. Ты не думал об этом?

– Постоянно, – ирлинг отобрал бутылку и сам разлил по стопкам, – это нелогично, Азер. И я, честно говоря, рад, что ребенок потерялся. Не хочу жертвовать невинным.

– Я тоже, – выдохнул, прикрыв глаза. Не хочу жертвовать Викой. Вот Торвику с радостью бы предал вечному огню.

Мы в молчании уничтожили почти всю бутылку. Каждый из нас был в своих мыслях и не мешал другому. Я думал о женщине, что ждёт у оборотня. С ней же ещё объясниться нужно. Успокоить, что сохраню её секрет. Не отдам жрецам на погибель.

– Я тут подумал, – протянул Арчи, фокусируя мутный взгляд на мне, – может, мы её найдём и спрячем.

– Ты уверен? – нахмурился я. – А как же спасение Хаадара?

– Да к чёрту его! Помрём хоть с чистой совестью! – ирлинг опрокинул в себя очередную стопку и хлопнул ею по столу. – Что скажешь, ты в деле?

– Ты не передумаешь, как только найдёшь эту душу? – подался через весь стол, прищурившись.

– Слово некроманта! – рявкнул Арчибальд уязвлённо.

– Тогда вставай, - поднялся, слегка шатаясь, кинул на стол пару монет и махнул ему.

– Ты что? Нашёл? – ирлинг взбешённо перехватил за ворот.

– Пару часов назад. И ты сильно удивишься, – рассмеялся я.

Мы поехали в дом оборотня. Всю дорогу Арчи выспрашивал о ней. Но я держал интригу. Просто очень хотел увидеть его вытянутое лицо. Забежав в дом, распахнул дверь в спальню девушки. Её не было нигде. Ни в спальне, ни в гостиной, ни во дворе. Арчи носился за мной, не понимая, что я ищу.

– Тори! – крикнул, забежав в ванную, и заметил обрезанные волосы на полу. – Нет! Нет! Она сбежала!

– Ты что? Оставил младенца с кровавой графиней?! – набросился с кулаками Арчибальд. – Совсем последние мозги пропил!

– Нет, Тори и есть та самая душа! – рявкнул, отпихивая от себя буйного крылатого.