Снежинка для мажора

Декабрь в этом году решил проехать по моему хребту снегоуборочной машиной. И кто придумал эти праздники? И кто придумал этих родственников, решивших родиться в декабре?

Итак, что мы имеем? Два подарка двум родным сестрам на их дни рождения в начале декабря. Три подарка двум сестрам и маме на новый год. И одну нищую студентку в моем лице. Где на всех взять денег?

Именно этим вопросом я задавалась, когда согласилась на эту ужаснейшую работу. Теперь я стояла на центральной улице города в абсолютно дурацком костюме пирожного.

— Возьмите пирожное, — протянула я нараспев хмурой бабуле, которая семенила ровной походкой в мою сторону.

Старушка прошла мимо, словно никого на ее пути и не было. Я вздохнула с досадой. Ноги замерзли. Руки околели.

Еще этот костюм дурацкий. Огромный и неудобный. Ноги мои были обтянуты нелепыми коричневыми лосинами. В районе бедер начиналась широкая розовая корзинка с помадкой, которая заканчивалась у меня высоко над головой, украшенная ягодами. Где-то посередине этого прекрасного безобразия расположилось отверстие для головы, в которое моя физиономия периодически проваливалась.

Слегка не по размеру оказался костюмчик на мой рост метр с кепкой.

— Возьмите пирожное, — вновь пропела я очередному прохожему, указывая кивком головы на поднос с угощениями в моих руках, но и этот товарищ прошел мимо. — Приглашаем вас в нашу кофейню на углу переулка Гагарина, — крикнула я вслед, но, кажется, меня не услышали.

Так и околеть можно! Я-то думала, быстро раздам пирожные, заберу свои деньги и все. 

Решив перейти на другую сторону улицы, я развернулась и, внимательно глядя под ноги, отправилась переходить дорогу. Чуть не поскользнувшись, тихонько ругнулась. Но с облегчением вздохнула, увидев, что не уронила ни одного пирожного.

Стараясь не отрывать ног от дороги, пошаркала дальше. Но тут мир перед глазами перевернулся. Бац. И я лежу. Смотрю в небо. Серое, противное. Брр.

Медленно поднявшись, глазами упираюсь в валяющийся неподалеку пустой поднос. Перевожу взгляд левее и собираюсь снова упасть. На этот раз в обморок.

Красивучий, дорогой, черный автомобиль был припаркован в полушаге от меня.

И по нему растекались безобразными кляксами мои пирожные. 

Етишкин корень!

Какой кошмарный день! Я ненавидел зиму. Холодно, скользко, мокро, вокруг все готовятся к праздникам, смеются, покупают подарки. Народу — не протолкнуться! Зачем они все повылазили из квартир? И чего им дома-то не сидится?

В дополнение ко всему, вчера отец с матерью запустили очередную головомойку.

“Пора делать следующий шаг, Игнат!”

“Так ты и Кариночку спугнешь, Игнат!”

“Женись, Игнат!”

Да, мы с Кариной уже два года встречались. Хорошая девушка, красивая. Нам было комфортно вдвоем.

“Она подходит нашей семье, Игнат”, — тут же всплыл в голове голос матери.

Карина в свои двадцать лет уже владела собственным салоном красоты. Мать подарила ей его на совершеннолетие. Сейчас моя девушка успевала и учиться в университете и управлять бизнесом. Я же в свою очередь помогал своему отцу с сетью автосалонов. А недавно открыл в придачу пару автомоек. Отец заявил, что руководство ляжет полностью на мои плечи, да я и не жаловался, ведь давно научился справляться сам.

Все было прекрасно. Шикарная работа, стабильные отношения. Если бы не одно “но”:

“Женись, Игнат!”

Мои родители, яро убежденные, что деньги развращают, с детства воспитывали меня кнутом и пряником. Бывало, даже одновременно и тем, и другим. Дабы я не вырос тупым мажором, отец приучил меня зарабатывать самостоятельно. Направлял, подсказывал, раздавал подзатыльников, но никогда особо не щадил.

Я оправдал ожидания. Исключительно как пай-мальчик не пил, не гонял по городу на крутой тачке, не тратил бабки на лишнюю хрень. Жил себе спокойно, работал. Но нет же, этого мало.

“Женись, Игнат!”

Эту фразу за последние два месяца я слышал чаще, чем “с добрым утром, сынок”. Моя мать мне всю плешь проела. Видите ли, все девочки хотят замуж, а Карина — девочка приличная, и если я ее не заберу в этот “замуж”, то обязательно ее заграбастает кто-то другой.

Мы и так уже жили вместе. Нас все устраивало. Но вчера, обедая с родителями, пока Карина была на какой-то сверхважной встрече, и услышав в стопятый раз наставления о женитьбе, я психанул. Крикнул “женюсь” и только потом понял, что сморозил.

А отступать уже было поздно.

Мама подскочила, с криками кинулась меня обнимать. Отец одобрительно хлопнул по плечу. И я понял, что мысленно меня уже с Кариной поженили.

Ладно. Мы же любим друг друга. Пусть я и не планировал пока жениться.

И сейчас, выходя из ювелирного в центре города, смотрел на коробочку с кольцом в руке, убеждая себя, что поступаю правильно.

Спрятав ее в карман, я зашагал к машине, но тут увидел до абсурда нелепую картину. Огромное пирожное, пыталось рукавом стереть разноцветные кляксы с моей машины. С моей новой машины!

Что за ересь?!