Снегурочка для раздолбая

Лера

В лицо бьет промозглый ветер, щеки больно покалывает от снега, смешанного с дождем, но я все равно упрямо двигаюсь ближе к дому. Ну, как двигаюсь? Быстро перебираю ногами с небольшими временными промежутками. Не погода, а черти что. И это в конце декабря. Под ногами ледяная корка, которая блестит так, что в животе все сжимается от страха сломать себе шею. Да еще эти сапоги на мне, прости господи. И не только сапоги, весь наряд в целом.

А наряд на мне под стать приближающемуся празднику. Сегодня я была Снегурочкой на корпоративе в нашем университете. Первый раз в жизни довелось. Декан при приеме на работу намекнула, что в некоторых вопросах нужно быть очень гибкой, особенно, если свое место получила по блату. Вот мне теперь и прилетает со всех сторон.

Пока я принимала участие в празднике вся моя одежда куда-то загадочным образом пропала. Сдается мне, что это результаты последней лабораторной работы второго курса привели к таким плачевным последствиям. Там еще курс такой проблемный, в основном дети очень обеспеченных родителей. Но не могу же я им только за это ставить хорошие оценки. А ведь я еще толком даже не начала работать, только на подмене, пока кто-то из преподавателей на больничном, и уже нарвалась на крупные неприятности.

Двухчасовые поиски моей одежды никаких результатов не дали, пришлось мне топать домой в голубой шубе в такой же меховой шапке и белых сапогах на шпильке. На такси я еще не заработала, находилась в режиме жесткой экономии перед праздниками, поэтому на свой страх и риск пошла пешком. Каких-то полчаса, и я дома. Но это в нормальной обуви и в нормальную погоду. А сейчас… даже не знаю, как дойти и ничего себе не сломать.

Еще и темнота кругом такая, что хоть глаз выколи, фонари в этом городе видимо недоступная роскошь. Или местные власти решили сэкономить перед новым годом, чтобы тридцать первого декабря включить на центральной площади елку.

Я приехала сюда неделю назад, чтобы кардинально изменить свою жизнь. Не то, чтобы мне было от чего бежать… Хотя кому я вру. Было. Мой парень, с которым мы встречались с девятого класса изменил мне с моей лучшей подругой. История стара, как мир, тем не менее я была уверена, что со мной никогда такого не случится. Мы же так давно вместе, так любили друг друга. И самое печальное в этой ситуации я всегда была верна ему. Я дождалась его из армии.

Первые полгода его службы плакала каждую ночь в подушку, целовала его фотографию и вообще почти никуда не выходила из дома, чтобы про меня не поползли слухи в нашем селе. А слухов там всегда хватало. Врали все …и старушки на скамейках, и малолетки, распивающие пиво на детских площадках, тайком от родителей.     

Я не знаю, что в итоге наговорила Танька моему Сашке, но, когда я застукала их в своей постели в нашей квартире, он обвинил в измене меня. Застукала их я, а обвинили во всем меня. Он был такой злой, никогда не видела столько ненависти в его глазах. Стоял передо мной в одних трусах с ее клешнями на шее и все время повторял одну и ту же фразу.

 - Не я это начал, Лера. Ты растоптала все, что было между нами. Ты все время врала мне.

Я не стала спорить и ничего доказывать. Я молча вышла из квартиры и сняла на ночь номер в местной гостинице. К родителям идти не хотела, знала, что они расстроятся. Они уже несколько лет копили деньги на нашу свадьбу и придумывали имена внукам.

Всю ночь я проплакала, уснула буквально на пару часов, а утром встала совсем другим человеком. Немного бледная, с синяками под глазами, но спокойная как удав. Больше никаких слез, никаких истерик, только ясная голова, новая жизнь и перспективы. Конечно, не в нашем поселке. Здесь мне ловить уже нечего. Нужно срочно уезжать отсюда.

Пришла на работу в свою школу на полчаса раньше и сразу направилась к директору. Она у нас женщина хорошая, понимающая, мы с ней всегда хорошо ладили.

Изложила ей свою проблему, все как есть рассказала и попросила помочь найти работу в городе. Знаю, что у нее полно хороших знакомых в этой сфере, среди которых есть очень влиятельные люди.

Она сразу прониклась и помогла. Если честно на такой размах я даже не рассчитывала. Работала учителем химии в местной школе, а мне предложили преподавать в химико-технологическом университете. Вот это я понимаю карьерный рост.

На новом месте меня ждали уже через два дня, даже с жильем сразу получилось решить вопрос. Мне предложили на двоих с другой приезжей преподавательницей снимать квартиру. Естественно, я согласилась. Вдвоем всегда легче снимать жилье, чем одной.

Оставалось самое сложное. Разговор с родителями. Мало того, что нужно как-то объяснить, что свадьбы не будет, так еще и сказать, что я навсегда уезжаю в другой город. И у меня даже нет времени их подготовить. Придется прямо так сразу выдать всю информацию. 

Вот я и выдала. Мама весь вечер плакала, папа беспрерывно курил и молчал. А я в своей комнате собирала вещи. Часть вещей осталась в той квартире, где мы жили с Сашкой, но туда я завтра поеду, как только он уйдет на работу. Надеюсь, Таня не переехала к нему? Хотя, плевать. Даже если переехала, днем она тоже работает, значит ни с кем из них я больше не пересекусь.

Полноценно работать я должна была начать только со второго семестра, а сейчас подменяла отсутствующих преподавателей. Вот тогда декан нашего факультета и решила привлечь меня к общественной работе. Предложила быть Снегурочкой на елке у преподавательского состава. Естественно, я согласилась и уже почти смирилась, что теперь буду затычкой в каждой бочке, из-за того, что мне предоставили право работать в таком месте.

Хорошо, что на празднике мне попался очень болтливый Дед Мороз, почти ничего не пришлось делать самой. Только улыбаться и вовремя со всем соглашаться.

А сейчас мне предстояло добраться домой в таком виде почти в экстремальных условиях. Ноги опасно скользят на льду, а в голове сам по себе возникает вопрос, зачем я выпила два бокала шампанского после корпоратива. С одной стороны понятно зачем, перенервничала, нужно было снять напряжение, с другой шампанское на меня всегда слишком плохо действует. Я с него очень быстро пьянею и делаю глупости.

Заворачиваю за угол и слышу громкую музыку. Никогда не думала, что в таком скучном месте могут находиться ночные клубы. Но по мере приближения к мрачному зданию, громкость музыки усиливается. Засмотревшись на разноцветные гирлянды над головой, которыми были украшены деревья, не замечаю, что дорога резко уходит под уклон. Мои ноги опасно разъезжаются в стороны, а когда я пытаюсь собрать их обратно в кучу, они просто едут вперед.

Затормозить у меня возможности нет, так же, как и остановиться, а вместо того, чтобы зажмуриться от страха, мои глаза распахиваются на всю катушку. Вижу перед собой огромный белый сугроб и начинаю визжать. Краем глаза замечаю, что справа возле чьей-то тачки появляется здоровое темное пятно. И оно шевелится. По мере моего приближения у пятна появляются руки, а потом еще и ноги. Нет только лица, понимаю с ужасом и от страха закрываю лицо ладонями.

С глухим, как у поломанной резиновой игрушки кряканьем, врезаюсь в сугроб, практически перелетев через него, и шокировано замолкаю. Колени жжет огнем, лодыжку простреливает острой болью и в завершение ко всему, почти голая задница выставлена на всеобщее обозрение, потому что эта дурацкая шуба задралась почти до самой шеи.

Слышу шаги за своей спиной и понимаю, что, то черное пятно, которое я видела у машины идет прямо ко мне. Сжимаюсь от страха и закрываю лицо ободранными ладонями. Зашибись, погуляла просто. Но один вывод я для себя все-таки сделала. С возрастом для меня так ничего и не изменилось. Шампанское – это вселенское зло.

Никита

Я отчислен? Неужели правда отчислен? Неужели наконец добился того, чего добивался так давно. Мне этот университет поперек горла стоит с самого первого дня учебы.

Абсолютно равнодушно смотрю в ведомость и внутри разливается приятное чувство полного удовлетворения. Да здесь столько долгов, что никакие связи уже не помогут. Радостно потираю руки и тут же морщусь, потому что на горизонте появляется самый настоящий геморрой по имени Ника, который мне настойчиво пытаются втюхать со всех сторон. Ник и Ника это даже звучит дерьмо, не говоря уже про все остальное.

Нет, выглядит она на соточку. Я могу быть объективным, когда захочу. Яркая шатенка, конечно же, крашеная, с ярко-зелеными глазами, в которые вставлены цветные линзы. Многое в ней подкорректировано индустрией красоты, но в целом выглядит неплохо. Не люблю ненатуральность, но у нее она вроде как в глаза не бросается. В любом случае она не в моем вкусе. Я люблю брюнеток.

 - Привет, Ник, - проплывает мимо, обдавая тяжелым запахом духов, - я поговорила с отцом, все твои проблемы легко решаемы.

Твою мать! Идиотка! Опять лезет без спроса в мои дела.

 - Кто тебя просил, - рявкаю на всю аудиторию, - кто просил вмешиваться?

 - Я вообще-то помочь хочу, - дует свои и так надутые губы.

 - На хрена? – опять срываюсь, а эта дура пялится на меня, практически не мигая.

 - Тебя же отчислят, - с умным видом делает выводы, складывая руки на груди.

Вот курица безмозглая. А я спрашивается, чего добиваюсь?

 - Не твое сраное дело, - да, я бываю груб, а иногда, если хорошенько вывести меня из себя, бываю очень груб.

Фыркает и демонстративно отворачивается. Пусть валит, дышать хоть станет легче. Я знаю, что с первого дня нашего знакомства она мечтает залезть ко мне в трусы. И все остальное она себе тоже уже нарисовала, включая кольца и вальс Мендельсона. А мои и ее родственники пытаются поспособствовать нашему с ней воссоединению. Фу, аж тошно становится от таких мыслей. Ну, пусть ждут, у меня, если что, совсем другие планы.

Я не хотел поступать в химико-технологический, это вообще не мое. Но на тот момент проблема была в том, что я еще не определился, что именно мое, поэтому родители отправили меня к тетке сюда и пихнули в этот универ. А меня в этом городе все бесит. Бесят люди, учеба, дома, улицы. У меня здесь даже друзей нормальных нет. И я хочу вернуться обратно домой.

У меня лучший друг программист, он создает и разрабатывает компьютерные игры. Звал к себе в бизнес. Пару раз я давал ему дельные советы, поэтому уверен, что мы сработаемся. Тем более, меня тоже увлекает эта тема. И сейчас, когда я вроде как добился того, чтобы меня отчислили, на моем пути снова появляется эта курица и все портит. Ненавижу!

Надо будет на новогодние праздники обязательно смотаться домой. Родители улетят отдыхать, поэтому самое время появиться, чтобы не слушать день и ночь нотации и нравоучения. Захожу в приложение и бронирую билет.

- Меньшиков, - рявкает староста, выдергивая меня из мрачных мыслей, - тебя в деканат вызывают.

Ну кто бы сомневался. Встаю, закидываю рюкзак на плечи и выхожу из аудитории. Естественно, шурую мимо деканата, сразу на улицу. Пожалуй, пора навестить злачные места, давно я не куролесил. Плюс надо бы добавить свежих проблем к моему листу успеваемости. Точнее, неуспеваемости. Что там нужно сделать, чтобы вылететь из университета без права на восстановление? Пьяному в хлам подраться в общественном месте и загреметь в полицию? Да, легко.

Народу в баре пока немного, скидываю сообщение Мишке, чтобы подваливал сюда. Он единственный нормальный парень в моем окружении. Получаю ответное сообщение и невольно улыбаюсь.

«Девчонок брать?»

«Бери».

Мне сегодня не до девчонок, у меня более глобальные планы, но остальным же не страдать из-за этого. Пусть резвятся.

«А бухло?»

Миша, как всегда, в своем репертуаре. Скупердяй еще тот, знает ведь, что нельзя со своим. Или что, выходить покурить каждые двадцать минут и пить где-нибудь за углом? Это даже близко не мой вариант.

«Не парься. Плачу я».

В итоге через два часа за нашим столом сидит человек десять, все уже изрядно навеселе. Миша притащил с собой кучу друзей и подруг. Для меня до сих пор загадка, где он их берет каждый раз. Можно позвонить ему в любое время дня и ночи, и он всегда готов прибыть в полном составе.

В разгар самого веселья, когда решаю, что и мне уже можно, как следует приложиться к бутылке, а потом организовать драку, замечаю в дальнем углу знакомый силуэт. Меня аж передергивает от узнавания. Нюх у нее что ли на меня настроен, куда бы я не свалил, через пару часов она везде меня находит. Ника собственной персоной. Если она меня здесь найдет, все планы полетят к чертям собачьим.

Я пригибаюсь настолько, чтобы меня было не видно и осторожно пробираюсь к выходу, маневрируя между людьми. Хорошо еще, что здесь полумрак, иначе никакие мои маневры не спасут ситуацию.

Выхожу на улицу, расправляю плечи и с удовольствием вдыхаю полной грудью холодный воздух. Накидываю капюшон на голову, несмотря на то что моя толстовка до сих пор распахнута на груди. Главное, чтобы уши не мерзли, вспоминаю любимую поговорку деда.

Отхожу к своей машине и внезапно откуда-то со стороны слышу женский визг. Резко оборачиваюсь, хлопаю глазами и не могу поверить в то, что вижу. Может слишком сильно надышался алкогольными парами там в баре?

Мимо меня по заледеневшему асфальту несется … Снегурочка. Она с криком врезается в большой сугроб и замирает так на несколько секунд. Ее яркая голубая шапка отлетает в сторону, длинные волосы шоколадного цвета разметались вокруг головы, а короткая шубка задралась так, что у меня перехватывает дыхание.

 - Хрена се, вид, - бубню себе под нос и иду откапывать из снега заблудившуюся внучку Деда Мороза.

Лера

Меня с легкостью отрывают от сугроба и крепко прижимают к себе. А я пытаюсь проанализировать детали. Лапы этого чудовища находятся прямо на моей заднице, которая, к слову сказать, практически голая. Тонкое белье и капроновые колготки я не считаю.

Следующая деталь, которую фиксирует мой замерзший и пьяный мозг, этот гад приятно пахнет. И у него абсолютно точно есть лицо, просто на голову натянут капюшон от толстовки. А толстовка полностью расстегнута на груди, и там у него ничего больше нет. Это выглядит немного странно, но очень притягательно. Черт, Лера…

Мои ладони сами ложатся на его грудь и кажется совсем не хотят покидать ее. Кожа гладкая, приятная на ощупь и очень теплая, что в данной ситуации немаловажно, потому что мои руки как ледышки.

 - Привет, Снегурочка, - произносит хриплым приятным голосом, от которого количество искр на моем теле увеличивается в два раза.

Первые, видимо, появились от его горячих ладоней на моей пятой точке.

Мать вашу, что вообще со мной происходит? Может, я головой где-то звезданулась пока летела по ледяному асфальту? Или это шампанское так странно на меня влияет.

В это время капюшон немного съезжает с его головы и наши взгляды встречаются. Опять чувствую побочку от шампанского, потому что у меня начинается резкий приступ тахикардии. Его глаза… они необыкновенные. Никогда в жизни таких не видела. Они у него прозрачно-голубые. И сейчас, глядя в них я могу абсолютно точно сказать, что рядом с ним мне ни капельки нестрашно.

 - Привет, - вспоминаю, что так и не ответила ему, - можешь отпустить, - великодушно разрешаю.

Мой голос хриплый и совсем чужой, возможно все по той же причине. Шампанское.

 - Если я тебя отпущу, ты приземлишься прямо на заледеневший асфальт и отморозишь свой очаровательный зад, - нагло заявляет и продолжает также крепко держать дальше.

 - Да? – задаю совершенно идиотский вопрос, потому что серое вещество после падения явно покинуло мой мозг. 

Чувствую на виске его теплое мятное дыхание и крепче цепляюсь за его широкие плечи. Если бы не два этих несчастных бокала, которые я выпила в конце вечера, я бы со всей уверенностью заявила, что его руки самое комфортное место на земле. Он лениво перебирает пальцами, пройдясь легкими прикосновениями по моей попе, а я чувствую, как меня обдает жаркой волной и с моих губ срывается приглушенный стон.

 - Ни хрена себе, - выдает шокировано, только я не очень понимаю, что он при этом имеет в виду.

Задержавшись еще несколько секунд в этом положении, парень аккуратно ставит меня на ноги, но тут мою правую ногу пронзает такая острая боль, что я вскрикиваю и снова лечу вниз. Он успевает перехватить меня буквально за несколько сантиметров до ледяного асфальта.

 - Что с тобой? – спрашивает, с тревогой заглядывая в глаза.

 - Нога, - шепотом отвечаю и зажмуриваюсь от боли, по щекам уже текут слезы, - подвернула, наверно.

 - Неудивительно, в такой-то обуви, - с этими словами парень подхватывает меня на руки и куда-то несет. Самое ужасное, что у меня даже не возникает вопрос куда. Просто я опять в этих сильных надежных руках.

Он сажает меня в теплую машину, сам пристегивает ремень безопасности и садится рядом.

 - Тебя как зовут? - спрашивает, выруливая со стоянки.

 - Лера, а тебя?

 - Ник.

Машина выезжает на трассу, и я понимаю, что едем мы точно не ко мне домой. Во-первых, он не спросил адрес, во-вторых, мы едем совсем в другую сторону. И у меня опять не хватает ума спросить, куда он меня везет.

 - Как нога? – мимолетно поворачивает ко мне голову.

 - Больно.

 - Может лучше снять сапог?

 - Да, точно, - наклоняюсь, насколько позволяет ремень, и с трудом снимаю обувь. От боли искры летят из глаз, но я терпеливо молчу.

Едем недолго, минут через пятнадцать останавливаемся возле элитной высотки. Ник ловко паркуется, выходит из машины и помогает мне. Причем, помогает основательно. Снова подхватывает меня на руки и несет к подъезду.

 - Подол сама придержи рукой, - тихо проскальзывает горячим дыханием по моей щеке, - а то перед всем домом засветишь свой зад.

Да, на мне слишком короткая шуба. Хорошо, что в этот день мне хватило ума не надевать чулки, а ведь вполне могла, потому что утром я еще не знала, что приму участие в этой авантюре.

 - Ключи сможешь достать из кармана? – кивает на свою куртку, а я аккуратно начинаю ее ощупывать.

 - Здесь нет ничего, - поднимаю на него глаза и проваливаюсь в прозрачные бездонные озера. Блин, а ехать к нему домой было точно хорошей идеей? Лера, блин, ты идиотка. Ты знаешь его от силы полчаса. Можно с полной уверенностью все снова свалить на шампанское, но даже пьяные в хлам девицы так не делают, предварительно хорошенько все не обдумав.

 - А, черт, - проникает в мое сознание его приятный голос, - они в переднем кармане джинсов. Достанешь?

Я начинаю колебаться, потому что, во-первых, туда дотянутся надо еще постараться, во-вторых, щупать парня ниже пояса после тридцати минут знакомства даже для пьяной девушки перебор.

 - Тебе нельзя приступать на ногу, Лера, по крайней мере, пока мы не разберемся, что с ней. Поэтому давай, решайся, - мне кажется сейчас или в его голосе проскальзывает улыбка.

Я смешно изворачиваюсь в его руках и заползаю пальцами в передний карман. Стараюсь при этом, как можно меньше задевать его самого, но это проблематично. Джинсы очень тесные, а карманы глубокие. Просовываю руку и начинаю там елозить. Мое лицо стремительно заливается краской, а сердце готово вырваться из груди. И он наверняка это чувствует. Черт. Мне кажется или его дыхание как-то немножечко сбилось. Впрочем, так же как и мое.  

С трудом цепляю брелок и тащу наружу. Из меня даже вздох облегчения вырывается и мне кажется это он тоже заметил. В лифте уже не так темно, как на улице, здесь горит подсветка и тащится он слишком медленно, поэтому всю поездку не знаю куда деть глаза и свои горящие щеки.

 - Может, поставишь все-таки? Я могу и на одной ноге стоять, - предлагаю спасительный для себя вариант, глядя при этом на кнопки с подсветкой. Один-то сапог на мне остался. Тот, что на здоровой ноге.

 - Мне не сложно, - его губы расплываются в очаровательной улыбке, я это не вижу, но чувствую, так, что у меня резко пересыхает во рту, - а тебе перегружать ногу нежелательно.

Хорошо, что с входной дверью мы справляемся значительно быстрее. Ник сразу проходит в комнату и усаживает меня на диван. Возвращается в прихожую, чтобы раздеться, по пути включая свет. Пока его нет я шарю вокруг глазами и понимаю, что Ник не самый простой парень. Квартира шикарная даже на первый взгляд. На второй боюсь даже анализировать.

И тут мне в голову приходит ужасная мысль, а что, если он живет с родителями. Это будет полный провал. Я со стыда сгорю. Как должна себя чувствовать девушка в чужой квартире в костюме Снегурочки. Ночью.

Никита возвращается в комнату все в той же толстовке нараспашку, и я невольно зависаю на его голой груди. Никогда не видела ничего более привлекательного. Невольно облизываю губы и получаю яркую вспышку в его глазах, которые, кажется, только что потемнели.

 - А твои родители? - вспоминаю то, что так сильно меня беспокоит.

 - Я один живу, - равнодушно пожимает плечами и подходит ближе.

 - Давай посмотрим, что с ногой, - предлагает изрядно охрипшим голосом.

 - Давай, - мой в это время вообще срывается на шепот.

 - Может, ты снимешь шубу? В комнате очень тепло.

Зависаю на этом вопросе и не знаю, как выкрутиться из такой нелепой ситуации. Под шубой у меня только белью, потому что на корпоративе было жарко, а потом всю мою одежду украли.

 - Эммм… дело в том, что…

Никита в ожидании моего ответа забавно приподнимает одну бровь и складывает руки на груди. А еще мне кажется, что он с трудом сдерживает смех. Очень смешно, блин. Он что поржать меня сюда привез?

 - У меня там ничего нет, - выпаливаю и снова краснею. Не знала, что умею это делать так часто.

 - В каком смысле? – изумленно замирает все в той же позе.

Да, мать вашу. В каком? В каком?

 - В прямом, - опускаю ресницы вниз, чтобы не чувствовать так остро его взгляд, но, кажется это не помогает, - там только белье и все.

Слышу шумный выдох парня у себя над головой и сжимаю руки в кулаки. Вот черт, ну надо же было так вляпаться. Мне кажется, только я могла попасть в такую нелепую ситуацию.

***

Не знаю, как справиться со смущением, поэтому молчу. Закусываю нижнюю губу и жду.

 - Ясно, - наконец отвечает Ник, а я опять чувствую улыбку в его голосе, но глаз не поднимаю, - подожди, я сейчас.

С этими словами выходит из комнаты, а ко мне возвращается способность дышать. Вообще мне не свойственно такая стеснительность, я вообще-то преподаватель. Читаю лекции перед целой аудиторией студентов и даже не заикаюсь, но с ним почему-то меня плющит. Ах, да. Шампанское.

Пытаюсь прикинуть, сколько ему может быть лет и теряюсь. Обычно мне легко это удается, но в этот раз опять не работает. Скорее всего, мой ровесник. Мелким он не выглядит, плечи широкие, фигура спортивная, лицо серьезное, неглупое. Да, думая двадцать три – двадцать четыре.

Никита возвращается в комнату и протягивает мне свою футболку. Несколько секунд сомневаюсь, а потом принимаю.

 - Я оставлю тебя, переодевайся. Колготки тоже придется снять, - поворачивается и говорит уже почти у дверей. Опять со своей фирменной улыбочкой, от которой под шубой рождаются мурашки.

Я переодеваюсь и аккуратно складываю одежду на диван. Футболка доходит мне до середины бедра, в целом выглядит нормально. Даже намного лучше, чем эта короткая идиотская шуба.

На этот раз Ник заходит с какой-то повязкой.

 - Это лед, - опускается на одно колено, берет ногу за лодыжку и пристально разглядывает. Даже я полный профан в этом деле замечаю небольшой отек.

 - Нужно сначала подержать лед, а потом наложить фиксирующую повязку.

 - Хорошо, - киваю, потому что он так уверенно это говорит, будто точно знает, что делает.

Осторожно прикладывает пакет со льдом, но я все равно ойкаю.

 - Ммм, - стону я, когда нога привыкает к холоду.

 - Больно? – смотрит на меня встревоженно.

 - Наоборот, стало легче. Спасибо.

 - Пока не за что.

 - Ты голодная? – вспоминает вдруг о гостеприимстве, - может чаю хочешь?

 Чай точно будет нелишним, потому что в горле пересохло от его прикосновений.

 - Или что-нибудь покрепче?

 - Нет, чашки чая будет достаточно. Ты иди, я подержу.

Освобождаюсь от скованности, которая окутывает меня со всех сторон, когда он приближается и пытаюсь натянуть футболку на колени.

Как я буду домой добираться интересно? Сильно нагло будет с моей стороны попросить его отвезти меня еще раз?

Чай мы выпиваем в неловкой тишине, потому что Никита, нисколько не стесняясь, наглым взглядом шарит по моим ногам, а я чувствую, как от этого горят все внутренности. После чаепития он ни слова не говоря накладывает повязку, осторожно скользит пальцами по ступне, вызывая незнакомый трепет и томление внизу живота.

Ежусь от непривычных ощущений и снова прячу глаза. Не понимаю, почему он так действует на меня. С ужасом осознаю, что готова сейчас сползти на пол прямо на его колени, чтобы быть к нему ближе. Может, у меня гормональный сбой какой-то.

 - Замерзла? – спрашивает Ник, внимательно разглядывая на ноге мои мурашки.

 - Угу, лед наверно так действует. Слушай, мне уже лучше. Я наверно домой поеду.

 Не знаю, что еще сегодня следует ожидать от своего организма, поэтому предпочитаю смыться.

 - На чем? – удивленно вскидывает брови.

 - Эммм…, - интересный вопрос, - пешком?

 - Может останешься? Поздно уже.

 - Но…

 - У меня две спальни, - опережает мой вопрос.

 - Как-то неудобно, - честно говоря, я уже почти готова согласиться, потому что усталость берет свое и я в пяти минутах от того, чтобы отрубиться.

На корпоративе я лихо отплясывала в сапогах на шпильке. Уж такой у нас договор был с дедушкой. Он говорит, поет, читает стихи, а я танцую. Справедливо, но очень утомительно. Поэтому сейчас мои ноги просто гудят от непривычной нагрузки. И диван, кстати, под моей попой тоже очень удобный. Получается все факты мимо меня.

 - Неудобно чапать в твоих сапогах с подвернутой ногой, - таким поучительным тоном заявляет, что я теряюсь.

 - А может ты меня отвезешь? – нахожу в себе силы задать этот вопрос и тут же ляпаю глупость, - я заплачу.

Ага, натурой только если, потому что не уверена хватит ли моих денег на карте на поездку в его шикарной машине. Лера, ты идиотка. И чем ближе к Новому году, тем хуже обстоят дела с моей соображалкой.

 - Может и отвезу, - тянет свои густым голосом и смотрит почему-то при этом на мои губы.

Я невольно их облизываю, просто потому что они горят, а потом делаю еще одну ошибку. Пытаюсь встать и случайно заваливаюсь прямо на него. Теперь мы оба на полу. Он снизу, я сверху. Никогда не любила эту позу, но сейчас мне… нормально.

Ник делает рывок и быстро меняет нас местами, теперь я снизу и это мне нравится намного больше. Наши взгляды встречаются, и я обо всем забываю. Просто лечу в бездну его нереальных глаз и теряю связь с реальностью.

Ник склоняется к моим губам, а я замираю в предвкушении и мысленно умоляю его сделать это быстрее.

Когда наши губы встречаются свет вокруг гаснет, унося нас за пределы этой комнаты. Его рот очень хорошо знает, что делать с моим и делает. Всасывает то верхнюю губу, то нижнюю, исследуя языком каждый миллиметр внутри. Футболка сбивается до талии, и я чувствую какие горячие у него ладони, они скользят по моим бедрам так, будто делали это всю жизнь. Жадно, собственнически, со вкусом.

Успеваю глотнуть новую порцию воздуха, когда Ник снова затыкает мой рот поцелуем. Бесстыдно стону ему в губы, потому что очень хочу еще. Его руки проскальзывают под футболку и добираются до кружевного лифчика. Ткань тонкая, поэтому я очень остро все чувствую. Выгибаюсь навстречу и скребу ногтями по его плечам. Когда его наглые руки пробираются мне между ног, меня будто холодной водой окатывает. Прихожу в себя, отталкиваю его и пытаюсь подняться, но с моей ногой сделать это практически нереально.

Ник пытается вернуть все обратно, как было, но я отворачиваюсь от его настойчивых губ.

 - Ник, стой, - выкрикиваю, когда чувствую, что его руки снова добрались до кружева, - ты обещал отвести меня домой. Поехали.

Он лениво поднимается на ноги и помогает мне сесть на диван. Злым и расстроенным не выглядит, уже хорошо. Значит, он вполне адекватный парень.

 - Да, одевайся, - отвечает таким хриплым голосом, что я чувствую мощный импульс, ударяющий в самый низ живота.

Дрожащими руками накидываю на себя шубу, не снимая футболки. Мне кажется, я теперь не смогу с ней расстаться даже если он прямо попросит меня об этом.

Ник уходит в другую комнату и через несколько минут, пока я собираю в кучу свои очень пошлые мысли, возвращается полностью одетый. Подходит ближе, чтобы взять меня на руки, но в этот момент из кармана шубы подает признаки жизни мой телефон.

 - Извини, - достаю свой гаджет и думаю пару секунд отвечать или нет. Звонит моя соседка по квартире. Я почему-то сразу чувствую, что то, что она скажет, мне очень не понравится.

 - Да, - решаю все-таки ответить во избежание неприятных сюрпризов.

 - Лерка, - начинает запыхавшись, - выручай, ради бога. Ты можешь на своем корпоративе задержаться часов до трех ночи. Ко мне парень приехал, мы с ним три месяца не виделись.

Шумно сглатываю и почему-то поднимаю глаза на Никиту. В том, что он все слышал у меня не возникает никаких сомнений. Сейчас он смотрит прямо в мои растерянные глаза своими прозрачными и обещает незабываемую ночь. Клянусь. Там прямо так и написано.

Ник едва заметно кивает и дарит мне свою фирменную улыбочку. Я готова провалиться сквозь землю от стыда, потому что не чувствую внутри себя никакого протеста. Господи, я знаю его от силы пару часов, а уже готова на все. Что со мной происходит?

Двадцать четыре года, это какой-то особенный возраст для моих гормонов? Они сошли с ума и теперь хотят то же самое проделать со мной?

 - Хорошо, - послушно произношу в трубку, подписывая себе тем самым приговор. Приговор на горячую страстную ночь с этим незнакомцем. То, что я знаю его имя в данном случае вообще мало, что меняет.

Сбрасываю звонок, несмотря на то что Варя продолжает лепетать слова благодарности и снова смотрю на Ника.

 - Снимай шубу, - звучит неожиданно и я вспыхиваю как гирлянда. Я столько за всю свою жизнь не краснела, как сегодня.

 - З-зачем? – спрашиваю заикаясь.

 - Жарко, - выдает со смешком и надвигается на меня. Боже. Я сейчас в обморок упаду. У меня и правда температура подскочила.

Помогает мне расстегнуть пуговицы и стаскивает шубу с плеч.

- Никогда не совершала необдуманных импульсивных поступков? – его большой палец ложится на мой подбородок и нежно гладит его.

 - Никогда, - шепчу в ответ, когда Ник нажимает на нижнюю губу и слегка оттопыривает ее.

 - Ты девственница? - задает вопрос в лоб, а я опять заливаюсь краской.

 - Нет, - с трудом сглатываю. Как вообще можно с парнем, да еще и с почти незнакомым, разговаривать на эту тему, - у меня были отношения. Серьезные.

 - Насколько серьезные? – звучит неожиданно и я пытаюсь понять, что он пытается выяснить.

 - Теперь уже неважно, - быстро сворачиваю тему. Не хочу никогда больше об этом вспоминать.

 - Тогда самое время начать делать глупости, Снегурочка, - замечаю, что его голос садится. Это ведь хорошо? Значит, я тоже на него действую как-то по-особенному.

 - Почему именно сейчас? – пытаюсь выяснить хоть что-то пока моя голова еще немного соображает.

 - Потому что скоро Новый год, время безумных поступков и необходимых перемен.

 - А как же волшебство?

 - И это тоже, - равнодушно добавляет, подхватывает меня на руки и куда-то несет.

Опять не спрашиваю куда, вариантов не так много. И мне все равно. Мы курсируем по странному маршруту: ванная, кухня, его комната. По пути в последний пункт назначения моя немногочисленная одежда слетает, и я остаюсь в одном белье. Ник аккуратно кладет меня на постель и раздевается сам, не отрываясь при этом от моих глаз. Потом склоняется надо мной и согревает горячим дыханием губы.

 - Решилась? – хрипло спрашивает и трется своим носом об мою щеку.

Господи, а разве тут были хоть какие-то варианты? Я никогда в своей жизни такого не чувствовала. У меня внутри все горит, а кончики пальцев жжет от желания к нему прикоснуться. Я всегда жила строго по правилам, руководствуясь здравым смыслом. Могу я, наконец, поддаться желанию и сделать так, как чувствую, а не так, как нужно.

 - Да, - отвечаю одними губами, и они сразу тонут в жарком поцелуе. Рамки приличия полностью смываются, когда мои легкие наполняются его запахом, а тело желанной энергией. Стены комнаты отражают наши горячие стоны, и я уже знаю, что эта ночь будет самой лучшей в моей жизни.

Утром просыпаюсь от какого-то непонятного шума. Открываю глаза и шокировано оглядываю незнакомую обстановку. Постепенно начинаю вспоминать. Корпоратив, наряд Снегурочки, дорога домой, дурацкие сапоги, Ник. Дальше память меня не щадит, подкидывает самые смачные кадры, все подробно и ярко. Стоны, крики, удовольствие… много раз. Закрываю лицо ладонями и издаю вымученный стон.

Снова слышу приглушенные голоса и напрягаюсь. Ника рядом нет, значит это он там с кем-то разговаривает. Скорее всего, в этой квартире отличная звукоизоляция, потому что могу определить только то, что голос собеседника принадлежит девушке или женщине. Надеюсь, это не его ревнивая подружка нагрянула. Не хотелось бы лишиться волос в свои неполные двадцать четыре.

Собираюсь встать, но вспоминаю про больную ногу. Черт. Заглядываю под одеяло и ойкаю. На мне из одежды только эластичный бинт на правой ноге. Экстравагантно. Сумасбродно и немножечко вызывающе. И совсем для меня нехарактерно.

Решаю рискнуть и попробовать доползти до двери. Может, получиться узнать хоть что-то. И рассмотреть варианты побега. Оглядываюсь на окно, чтобы определить, есть ли здесь балкон. Есть. Подхожу ближе, воодушевившись и застываю в шоке.

 - Твою мать, - само по себе вырывается. Да здесь этажей двенадцать не меньше. Где были мои глаза вчера, когда мы ехали в лифте. Хотя, очевидно же, где.

Я, завернувшись в простынку и хромая, доползаю до дверей и прислушиваюсь. Но все, что мне удается услышать, это:

«Когда ты возьмешься за ум? Раздолбай, я тебя квартиры лишу и денег».

Дальше идут какие-то непонятные мне ругательства. А потом громкий хлопок и тишина. Ушла, наверно. Из услышанного можно сделать вывод, что это его… мама или бабушка. Кто еще может лишить парня денег? На Альфонса он не похож. Не то, чтобы у меня есть опыт общения с ними… Сейчас вообще время такое, что очень сложно определить кто есть кто. В любом случае, наверно, это не мое дело.

Отклеиваюсь от дверей и падаю обратно в кровать, чтобы не вызывать подозрений. Ник заходит в комнату в той футболке, которую снял с меня вчера вечером, сонный и взъерошенный, но вроде особо не расстроенный.

 - Доброе утро, - улыбается мне сытой улыбкой, - как спалось?

Я теряюсь от его раздевающего взгляда, а если учесть, что снимать с меня особо нечего, опять краснею.

 - Эммм… хорошо, но мало, - все что могу придумать, в ответ слышу короткий смешок.

 - Кто приходил?  - вижу, что ему не нравится мой вопрос и добавляю, - может мне уйти?

 - Это родственница… дальняя. Не бери в голову. Как нога? Сильно болит?

 - Вообще не болит, - прислушиваюсь к себе и понимаю, что на самом деле стало намного лучше.

 - Тогда идем в душ, - и, прежде чем я успеваю ответить, подхватывает меня на руки и под мой оглушительный визг, несет в ванную.

Душевая кабинка у него шикарная, там вдвоем приспособиться намного проще, чем, например, в моем убогом душе. После мы пробуем угловую ванну, здесь вообще моему восторгу нет предела. А уж какие ощущения от нашего совместного купания, искрит не хуже бенгальских огней.

Потом переходим на кухню и пока готовим завтрак как-то так само получается, что тестируем на крепкость стол. А за завтраком у меня вдруг наступает просветление в мозгах, и я начинаю думать. А это не всегда хорошо. Теперь мне, наверно, точно пора домой. Но я не хочу.

Как определить, когда парень хочет от тебя избавиться? У них же вроде всегда так. Одна ночь и до свидания. А мне мало, я хочу еще урвать немного времени рядом с ним. Со мной первый раз такое помешательство и вообще такое несерьезное отношение к чему-то серьезному. Мне кажется, я влюбилась. Не кажется. Это абсолютно точно. Вот так с первого взгляда, когда вчера летела прямо в его руки в своих идиотских белых сапогах. Ну, почти в руки.

 - Чем мы займемся сегодня? – внезапно звучит вопрос, который мгновенно рассеивает все мои мрачные мысли.

Он сказал «мы»? Как сейчас сдержаться и не расплакаться? Или не завизжать от восторга? Не хочу выглядеть в его глазах истеричкой.

 - Какие будут предложения? – откашливаюсь и пытаюсь изобразить адекватное выражение лица.

 - У моих друзей сегодня вечеринка. Пойдешь со мной?

Теряюсь от такого вопроса. Не надо быть слишком умной, чтобы понять, насколько его друзья отличаются от моих и от меня в целом. Судя по его машине и квартире, я болтаюсь примерно где-то на уровне плинтуса. А может и ниже.

 - У меня нога, - лепечу первое, что приходит в голову.

 - Мы можем просто просидеть весь вечер на диване, тем более я не очень люблю танцевать, - улыбается и я смеюсь ему в ответ.

Мне, кажется, он из тех, кто вообще никогда не танцует.

 - Не хочу тебя отвлекать от общения с друзьями, - пытаюсь придумать еще какую-нибудь причину.

 - Я их и так вижу слишком часто, не отвлечешь.

 - У меня с собой только шуба Снегурочки, - вспоминаю еще одну немаловажную деталь.

Я боюсь отказать ему и согласиться тоже боюсь. Если не пойду с ним, велика вероятность, что сегодня между нами все закончится и я никогда его больше не увижу. А если пойду, велика вероятность опозорить его и опозориться самой.

 - Это вообще не проблема, придумаем что-нибудь, - отмахивается Ник, а я пытаюсь прочитать по его лицу, что он там собрался придумывать.

Надеюсь, он не собирается мне ничего покупать? Это точно будет уже слишком.

Быстренько вспоминаю, что у меня дома есть подходящего из одежды. Понимаю, что ничего. Тем более толком не понимаю, в чем ходят такие, как он и его друзья на вечеринки.

 - Может я съезжу домой и подберу себе что-нибудь? – все-таки предлагаю такой вариант, чтобы избежать неудобных ситуаций.

 - Слишком долго, у меня на это время другие планы, - стаскивает меня со стула и несет в комнату, пол которой мы вчера так до конца и не опробовали. Ник укладывает меня возле наряженной елки на пушистый бежевый ковер и накрывает сверху собой.

У меня в голове тут же мелькает мысль, а откуда у него дома могла взяться елка, да и еще наряженная с таким безупречным вкусом. Не сам же он этим занимался. Но все ненужные мысли быстро испаряются, когда руки Никиты приходят в движение и судорожно стаскивают с меня одежду.

Мне кажется, к завтрашнему дню в этой квартире не останется места, где бы мы не любили друг друга.

***

Под пристальным взглядом прозрачных глаз, цвет которых с недавних пор стал для меня самым любимым, вытряхиваю содержимое пакета на кровать. Тонкая ткань приятно шелестит в моих руках, и даже я, полный профан в моде, понимаю, сколько это может стоить. А еще там туфли в тон платью и малюсенький клатч. Стою и думаю, что вообще носят в таких сумках. Сюда только помада влезет, даже кредитка под вопросом.

 - Ник, - тяжело вздыхаю и неуклюже пихаю все обратно в пакет, - я не могу надеть все это.

 - Почему? – красивой формы брови взмывают вверх в таком удивлении будто он сам не понимает, насколько мне сейчас некомфортно.

 - Где ты все это взял, Ник? – киваю на пакет с изображением фирменной эмблемы незнакомого магазина, но уверена, что очень дорогого, - я просила ничего мне не покупать.

 - Я и не покупал, - звучит также спокойно, - я одолжил.

Еще не легче. Одолжить такие дорогие вещи, в которых будет страшно даже дышать. Ситуация кошмарная и с каждой секундой она становится все абсурднее.  

 - У кого? – заглядываю ему в глаза, пытаясь определить врет он или нет.

Хотя, если честно это нереально. Я вообще ничего про него не знаю, кроме имени, несмотря на то, что с его телом я знакома очень близко, впрочем, как и он с моим. И до этой минуты меня это даже не волновало. Мне с ним просто очень хорошо. Точка.

 - У сестры, - равнодушно пожимает плечами и продолжает честно смотреть в глаза.

 - У тебя есть сестра?

 - Ага, двоюродная.

 - И она … не против? Это очень дорогие вещи, судя по фирме.

 - Лер, - звучит усталый голос, - ей пофиг. Она даже не заметит. У нее полный шкаф таких вещей. Ты оденешь это всего на один вечер, потом я незаметно верну все обратно.

 - Я боюсь испортить что-нибудь.

 - Я обещаю быть очень аккуратным, - понижает голос до шепота, а я в ответ заливаюсь краской, - но только в этот раз. Так и быть не буду ничего на тебе рвать.

 - Дурачок, - смеюсь его фантазиям и понимаю, что вообще не против таких замашек, несмотря на то что у меня не так много одежды. Сейчас меня эта мелочь вообще не останавливает.

Когда я пытаюсь привести себя в порядок и сделать хоть что-нибудь с лицом и волосами в этих экстремальных условиях, приходится пару раз кардинально отвлечься на Никиту, потому что он изо всех сил пытается мне помешать.

Сначала он садится напротив меня и взглядом сосредоточенно прожигает мои ноги, в итоге я не выдерживаю первая и сама лезу к нему целоваться. Ну а дальше мы оба теряем голову…

Второй раз, как только он выходит из душа, и я на несколько секунд выпадаю из реальности, потому что зависаю на его полотенце, которое едва держится на бедрах. Он мой посыл улавливает мгновенно, хватает в охапку и тащит в спальню.

В итоге мне приходится выгнать его из комнаты, чтобы наконец собраться.

В пакете вместе с платьем, туфлями и сумкой я нахожу другой пакет, совсем маленький и розовый, тоже с эмблемой фирменного магазина. В нем лежит тончайший комплект нижнего белья с бирками и чулки. Понятно, что все это новое, но в этот раз я не стала ничего спрашивать у Никиты, просто молча надела. Здесь я готова была переступить через себя и принять подарок, но только ради того, чтобы увидеть тот самый восторженный блеск в его глазах.

Сам Ник ничего кардинального в своем образе менять не стал. На нем была белая футболка, потертые джинсы и толстовка на молнии. Все эти вещи, простые на вид, но безусловно фирменные, ему безумно идут и добавляют озорства.

Из верхней одежды у меня ничего подходящего не было, поэтому Ник вручил мне свой пиджак, просто, чтобы дойти до машины. Сам салон уже прогрелся и в целом ехать было комфортно.

Видимо, у Ника в этом клубе было очень много хороших знакомых, потому что мы подъехали к черному входу. Нас без проблем пропустили внутрь, не требуя никаких пропусков.

 - Нам наверх, - тянет меня за собой по лестнице, - будем сидеть в випке.

Пока поднимаемся на второй этаж, быстро оглядываюсь вокруг. Я никогда раньше не была в ночных клубах, поэтому мне становится интересно рассмотреть детали. Цвет в оформлении преобладает темно-коричневый, поэтому на его фоне больше всего бросаются в глаза необычные люстры в виде геометрических фигур.

Над каждым столом висят точечные светильники в виде таких же геометрических фигур, но маленьких размеров. Плюс, по всему периметру включены неоновые излучатели. Такое количество света оказывает впечатляющий эффект.

На одной из стен закреплены крупные зеркала, которые зрительно увеличивают окружающее пространство. Мебель в виде удобных диванчиков и кресел, бархатная на вид, в основном насыщенного зеленого цвета.

Больше всего на первом этаже выделяется барная стойка и пространство вокруг нее. Там еще ярче горит подсветка и она периодически меняет цвет. Наверно, это какой-то особый дизайнерский ход, потому что даже я, абсолютно непьющий человек, ненадолго зависаю на ней.

Судя по мебели и интерьеру в целом, это несомненно очень дорогое место. И сидеть в випке такого ночного клуба должно быть очень дорого. Стараюсь не думать об этом и не загружать свой и так обалдевший мозг лишней информацией. Не каждый день выпадает такой шанс, поэтому нужно просто расслабиться и насладиться прекрасным вечером. Надеюсь, что он будет прекрасным.

Могу я накануне Нового года почувствовать себя Золушкой?

Когда мы заходим в вип кабинку все взгляды моментально устремляются на нас. И если на Ника они смотрят мельком, то на мне с любопытством задерживаются и явно оценивают. Хорошо, что в этот момент он чувствует мою неуверенность, берет за руку и переплетает наши пальцы. Мне сразу становится чуточку легче, и я даже могу выдавить из себя приветливую улыбку.

Народу собралось человек десять, но я так понимаю, что это еще не все. Ник по очереди называет имена всех присутствующих, но они у меня тут же вылетают из головы, потому что я очень волнуюсь. Вообще в силу своей работы, обычно я не такая рассеянная.

Из всех присутствующих запоминается только Миша. Судя по всему, этот клуб принадлежит кому-то из его родственников. Он не выглядит мажором и снобом, он вообще здесь кажется самым улыбчивым и добродушным. По крайней мере, на первый взгляд.

Садимся на диванчик в угол, это самые удобные места и до нашего прихода они пустовали. Официант приносит еще приборы и напитки, а также спиртное. Я вежливо отказываюсь, потому что в незнакомой компании не рискну пробовать ничего нового.  

Когда от меня наконец-то отлипают любопытные взгляды, расслабляюсь окончательно. Но ненадолго. До тех пор, пока к нам в кабинку не заходит девушка. По гробовому молчанию вокруг понимаю, что она шла сюда целенаправленно и точно не ошиблась дверью.

А еще она красивая. Очень. И судя по тому острому взгляду, который сразу выделил меня из толпы и резанул по ногам и платью, она неровно дышит к Никите.

***

Быстро справившись с собой, деваха проходит к столу и усаживается прямо напротив нас. Я бросаю мимолетный взгляд на Ника и вижу, как плотно у него сжаты губы, а на скулах ходят желваки.

Она для него что-то значит? Они встречались? Или встречаются? С трудом сглатываю, понимаю, что на вопросы у меня нет никакого права. Я вообще здесь случайно оказалась.

 - Ника, - обращается к ней Миша и протягивает наполненный бокал. Ник и Ника? Черт! Такого даже нарочно не придумаешь.

Эта Ника, нисколько не стесняясь, опрокидывает содержимое бокала в себя одним махом и сразу просит добавки. За столом царит мертвая тишина, такое чувство, что Вероника служит в разведке и с ее появлением у всех присутствующих под страхом смертной казни заклеились рты.

 - Ну, что…, - тянет она провоцирующим голосом и я чувствую, как рядом напрягается Ник, - сыграем? Мишка, у тебя все готово?

 - Всегда, - беззаботно пожимает плечами и встает со своего места, - прошу всех пройти в другой зал.

Все поднимаются, и мы следом. Ничего не понимаю и пользуясь тем, что мы немного отстаем от остальных, тяну Ника на себя.

 - Что происходит? – шепчу ему в ухо, - может мне домой поехать?

 - Все хорошо, просто у Мишки свое представление о развлечениях. Сейчас сама все увидишь. Оставайся. Надеюсь, будет весело.

У меня мороз бежит по коже от непонятного чувства тревоги. Но я почему-то верю Нику, хотя мы и знаем друг друга два не полных дня.

Миша открывает перед нами двери, и мы оказываемся в просторном ярко освещенном зале. Оглядываюсь вокруг и пораженно округляю глаза. У него, что здесь подпольное казино? Повсюду стоят столы с рулетками. Зачем их так много, если из всех присутствующих только наша компания?

Присмотревшись внимательнее, понимаю, что это совсем другие рулетки, то есть они все здесь выглядят по-разному, но от настоящей кардинально отличаются. Не то, чтобы я в них сильно разбираюсь, но по телевизору видела несколько раз.

Все присутствующие подходят к первому столу, там колесо рулетки с разноцветными окошечками и цифрами. Но цифры расположены не по порядку и возле каждой цифры стоит значок градусы.

 - Эта рулетка определяет, что будет пить каждый гость. Итак, каждый присутствующий крутит рулетку, а стрелка показывает сколько градусов напиток приносит для него официант. Если рядом с градусами стоит буква «Ш», значит вы выиграли шот. В моем заведении они, как правило, забористее обычного алкоголя. Отказываться нельзя. После каждого стола, мы всей компанией будем возвращаться к этому, чтобы выпить. Поехали.

Я цепляюсь руками за Ника и начинаю нервничать еще больше. Каким местом я думала, когда поехала на вечеринку для мажоров. Боюсь даже представить, что нас ждет за другими столами.

 - Не бойся, я заранее договорился с Мишкой, нам будут приносить безалкогольные напитки, - шепчет мне Ник, прижимая спиной к своей груди.

Это, конечно, успокаивает, но не сильно. Главное, чтобы официант ничего не перепутал и нас не уличили в обмане.

Ребята по очереди подходят к столу, крутят рулетку и выпивают свой напиток. Пока мы ждем своей очереди, постоянно чувствую на себе взгляд этой рыжей девчонки. Мне очень хочется узнать все подробности, но у Ника я этого спрашивать точно не буду. Возможно, к концу вечера у кого-то из его друзей под действием алкоголя развяжется язык, а я этим воспользуюсь. Это некрасиво и возможно меня не касается, но я умру, если не узнаю, потому что увязла в нем под завязку.

Когда очередь доходит до меня, мне выпадает какой-то шот с запредельным количеством градусов. Если бы Ник меня не предупредил заранее о подлоге, я бы уже металась здесь в панике. Выпиваю красивый разноцветный напиток и пропускаю на свое место Никиту.

Он пьет что-то подобное моему напитку, и вся компания двигается к следующему столу.

 - Здесь рулетка выбирает вам пару на сегодняшний вечер. Вместо цифр здесь в каждом секторе расположены буквы, с которых начинаются наши имена. Сейчас мы добавим несколько новых букв и начнем игру. Сначала рулетку крутят девушки. Мы все здесь джентльмены, поэтому уступаем дамам это право. Если к концу вечера у нас еще останутся силы продолжить игру, поменяемся.

Пока официанты заменяют ячейки в секторах, к нам присоединяется еще человек восемь. Они абсолютно точно все знакомы между собой, мне знакомиться с ними смысла нет, я еще предыдущих не всех запомнила.

Вероятность, что мы с Ником выпадем парой здесь ноль целых, ноль десятых. А с кем-то другим я даже стоять рядом не готова. Точно так же, как видеть его с другой девушкой, особенно, если это будет рыжая Ника.

Мы с Никитой встаем возле стенки, чтобы затеряться в толпе. Может нам повезет и про меня все забудут. Но везение сегодня явно не на моей стороне, потому что Миша про меня забывать не хочет.

 - Лера, - зовет меня, - крути рулетку.

Я на негнущихся ногах отрываюсь от стены и иду к столу. В голове просто крутится мысль вместе с надеждой, что Никиту еще никто не выбрал. Значит, у меня есть шанс.

Раскручиваю колесо и напряженным взглядом слежу за стрелкой. С каждым кругом мое сердце начинает биться громче, разгоняя кровь в организме все сильнее. Когда колесо начинает замедляться, у меня уже в висках стучит от напряжения. Отвожу глаза в сторону, не в силах больше ждать своего приговора и сразу натыкаюсь на полный превосходства и ненависти взгляд рыжей ведьмы. А когда возвращаю свое внимание обратно к рулетке, замечаю, что колесо уже остановилось.  
***

Смотрю на стрелку и не могу поверить своим глазам. Она указывает на букву «Е» и вряд ли это имеет хоть какое-то отношение к имени Никита. Пробегаюсь беглым взглядом по всем присутствующим и замечаю парня, который вышел из толпы мне навстречу. Его зовут Егор, теперь я вспоминаю. Симпатичный брюнет, можно даже сказать красивый, с модной стрижкой и глазами цвета крепкого кофе. Но у него есть один существенный недостаток. Он не Никита.

Дальше колесо крутит рыжая ведьма и судя по ее спокойному выражению лица и хищной улыбке, она уверена в результате заранее. Я, черт возьми, не знаю, как это у нее получается, но стрелка действительно указывает на «Н». Наши с ней взгляды встречаются, и ее улыбка победительницы вызывает во мне новый всплеск ревности. Я даже думать не хочу, откуда это все берется, потому что мы с Ником практически чужие и ничего друг другу не обещали.

Вероника с видом полного превосходства проплывает мимо меня и слегка задевает плечом. Вся компания возвращается к первой рулетке, чтобы снова выбрать напиток. А вот здесь я уже не уверена, что мне его снова заменят на безалкогольный. Это пока я была в паре с Ником, все было легко, а сейчас все перепуталось.

На рулетке мне выпадает «отвертка» и я бросаю вопросительный взгляд на Ника. Он чуть заметно кивает, будто успокаивая и я принимаю у официанта бокал. По ощущениям напиток похож на обычный апельсиновый сок, но я не большой специалист в этом, поэтому ни в чем не уверена.

Когда подходит очередь третьего стола, оказывается, что там нужно выбрать развлечение для своей пары на сегодняшний вечер. Это может быть все что угодно. Танец, поцелуй, поцелуй в отдельной комнате на время, прогулка под звездами, посещение отдельной вип-кабинки. Одним словом, это все ужасно для меня. Я с незнакомым парнем даже за ручку не хочу ходить, каким бы красавчиком он ни был. Тем более сейчас, когда мои мысли целиком и полностью заняты Никитой.

Мальчики снова уступают возможность крутить рулетку девочкам, скромно оставаясь в стороне. Когда очередь доходит до меня, у меня даже волосы на голове шевелятся от страха. С замиранием сердца слежу за стрелкой и выдыхаю с облегчением, когда она показывает на «прогулку». Егор, мой временный парень, хмурится и фыркает. Затем смотрит мне прямо в глаза колючим злым взглядом.

Нет, ну, нормально. А на что он вообще рассчитывал? И за кого меня принимает?

Честно говоря, я даже гулять с ним не хочу. Очень надеюсь на то, что отсюда можно будет убраться до того, как дело дойдет до выполнения заданий.

Сжимаю пальцы в кулаки, потому что дальше колесо крутит Вероника. Я стою у стены и мне плохо видно, что там происходит. Но когда слышу свист и улюлюканье, понимаю, что дело плохо. Толпа расступается, и я перевожу взгляд на рулетку. Посещение вип-кабинки. Твою мать! Мое и так изрядно подпорченное настроение близится к критической отметке ниже нуля.

Дальше все перемещаются к рулетке с выпивкой, а я пытаюсь затеряться в конце толпы и выловить Ника хотя бы на пару слов, чтобы предложить ему сбежать. Но, увидев его в компании рыжей ведьмы, понимаю, что шансов у меня нет.

В этот раз мне выпадает шампанское и по ощущениям то, что мне приносят, очень похоже на оригинал. Это плохо, потому что с шампанским у меня поладить никогда не получается. Ко мне сразу подходит Егор со стаканом в руках, судя по цвету у него какой-то крепкий напиток, очень похож на виски, но я в этом не сильна. Он приглашает меня на прогулку, и тут я вспоминаю одну очень важную деталь.

 - Слушай, Егор, - закусываю губу так, будто мне на самом деле очень жаль, - мы приехали сюда на машине и у меня с собой нет верхней одежды. Туфли и платье, это все, что есть. Боюсь у нас ничего не получится.

 - Так нельзя. Мы должны выполнить задание, прежде чем покинуть вечеринку.

 - Это кто сказал?

 - Это написано в правилах посещения. Если ты приняла приглашения и пришла, ты автоматически со всем согласилась.

 - Я не принимала никаких приглашений, меня сюда Ник привел.

 - Он знал об этом и должен был предупредить тебя.

 - Ну и что мне делать? Идти с тобой гулять и получить воспаление легких?

 - Крути рулетку еще раз. Так будет честно.

Мы подходим к столу вдвоем, потому что все остальные уже ушли. Даже Ник исчез и бросил меня на произвол судьбы. Чувствую себя преданной и подавленной. Раскручиваю колесо и напряженно слежу за стрелкой. Виски сдавливает от внезапной головной боли и в глазах появляется неприятная резь.

«Игра на желание» выпадает на рулетке. Я зажмуриваю от отчаяния глаза и чувствую, как пульс сходит с ума от страха. Где же ты, Ник? Куда пропал, когда так сильно мне нужен.

Я резко вскидываю взгляд на Егора, пытаясь на вид определить, насколько для меня здесь все плохо.

 - Что это значит?

 - Я выполняю твое желание, а ты мое. Но сначала нужно определить, насколько откровенным оно будет.

 - Опять крутить рулетку? – задаю вопрос с нервным смешком.

 - Да, - на полном серьезе отвечает. У меня мороз по коже от его взгляда и пальцы немеют от волнения.

 - Так, все. С меня хватит ваших идиотских игр. Я домой.

Срываюсь с места и бегу к дверям. Слава богу, Егор не пытается меня перехватить или остановить. И, спустя несколько секунд, я понимаю почему. Дверь закрыта и ключа в замке нет.

- Мы не выйдем отсюда пока не доиграем до конца, - повторяет твердым голосом и впивается в мое лицо хищным взглядом.

 - Это принуждение, ты в курсе? Я не собираюсь ничего такого делать, – мой голос дрожит, потому что я на грани истерики.

- А я пока ничего такого и не предлагал, – абсолютно спокойно реагирует, - хотя на таких вечеринках это все подразумевается.

 - Если бы я знала заранее, как развлекаются мажоры, я бы никогда не пришла сюда.

 - А ты, стало быть, не мажорка?

 - Нет, неужели незаметно.

 - На тебе фирменные шмотки, - лениво пожимает плечами Егор.

 - Я их одолжила.

 - Хорошо. Давай поступим так. Исключаем самые откровенные желания с моей стороны, но играем до конца. Ты можешь выбирать все, что хочешь.

 - Я хочу уйти, - сразу нахожу единственный правильный ответ.

 - Ты и так уйдешь, когда кончится игра, поэтому за желание это не считается. Твое желание должно быть напрямую связано со мной. Игра на желание проходит строго между нами, коснутся кого-то еще можно только косвенно.

 - Хорошо, - мне в голову внезапно приходит мысль, о которой я возможно пожалею, но я не могу упустить такую возможность, - расскажи мне про Никиту. Все, что знаешь.

 - А каким боком это желание относится ко мне?

 - Но ведь рассказывать будешь именно ты.

 - Хорошо, - хмыкает парень, - считай, выкрутилась. Что ты хочешь знать?

 - Все, что тебе известно о нем.

 - Немного, если честно. Мы пересекаемся только на общих тусовках. Он нездешний, приехал в наш город недавно. Чем занимается не знаю. Эта рыжая Ника его невеста, они давно вместе, просто сейчас между ними какой-то конфликт.

 - Н-невеста? – давлюсь этим колючим словом, потому что оно меня буквально оглушает.

 - Да. А ты не знала?

 - Если бы я знала, то не пришла бы с ним сегодня, - огрызаюсь и стараюсь взять себя в руки, - что еще?

 - Он из очень богатой семьи, большинство тусовок здесь проходят за его счет, хотя Миша и сам не бедствует. Еще слышал, что он вроде хочет уехать отсюда в ближайшее время. Но куда именно, не интересовался.

Все эти новости высасывают из меня последние силы и оседают неприятной пульсирующей болью на виски. Я вляпалась в историю и в одного наглого раздолбая – мажора. Ему на меня абсолютно плевать, а я за эти два дня окончательно потеряла голову и не знаю сколько времени буду собирать себя по частям.

 - Озвучивай свое желание, - поворачиваюсь к нему лицом и жду. Я устала и хочу домой. А еще узнала большее, чем моя нервная система готова выдержать.

 - Ты идешь со мной в вип-комнату.

 - Что? – мой крик вибрирует от ужаса, - ты же обещал.

Нервно сжимаю пальцы в кулаки, чувствую, как все тело пронзает мелкая дрожь.

 - Ты не дослушала. Мы пересидим там полчаса, а потом ты свободна.

 - Но все остальные подумают, что…

 - Да, они именно так и подумает. А тебе разве не все равно? Ты вряд ли здесь появишься еще раз и кого-то из них увидишь. А мне важно сохранить репутацию.

 - Репутацию заслуживают другим местом, - снова срываюсь на крик, - не слышал о таком?

 - Не слышал. У нас все по-другому.

А потом я понимаю, что мне плевать, что обо мне подумают эти богатые придурки. Ник меня бросил здесь одну, наверняка зная заранее о всех этих играх. Такому поступку нет оправдания, а мне пора завязывать видеть в людях только хорошее. Сейчас я просто хочу навсегда убраться отсюда.

 - Хорошо, пошли.

Егор отпирает двери и ведет меня куда-то по длинному коридору. Я начинаю сомневаться и нервничать. Прежде всего в том, найду ли потом дорогу обратно. Мы столько раз в этом темном коридоре повернули налево, а потом направо, что мне на полном серьезе может понадобиться навигатор.

Дальше мы проходим небольшой освещенный коридор, где тусуются другие ребята из этой компании. Замечательно просто, без свидетелей здесь точно не обойдется. Сейчас я на глазах у всех должна буду скрыться в випке с этим Егором. Никиты нигде не видно, как и эту рыжую швабру. Ну, и к черту их всех.

Егор открывает дверь и пропускает меня вперед. В этой комнате вообще ничего нет кроме кровати. И глядя на нее мне хочется облить ее антисептиком. Нет, выглядит все очень даже прилично, но отвращение от этого не меньше. Боюсь даже представить, что повидали эти стены. Егор заваливается прямо поверх одеяла и жестом приглашает меня присоединиться.

 - Ты так и будешь там стоять у дверей? Можно же просто поваляться.

 - Нет, - морщу нос, - я, пожалуй, здесь ничего трогать не буду.

Он смеется надо мной, вынимает телефон и засекает время. А потом и сам зависает там, не обращая на меня никакого внимания.

Полчаса, это слишком много для безделья, по крайней мере для меня, не люблю тратить время впустую, поэтому уставший мозг начинает подкидывать мне неприятные картинки одна за другой. На тему, где и с кем сейчас проводит время Никита.

Если я уже наскучила ему, мог бы так прямо и сказать, а не оставлять меня здесь одну на съедение зажравшимся мажорам. Этот поступок никак не вяжется с ним прежним. А также, эта рыжая Ника, которая до кучи оказалась его невестой.

Просто он так смотрел на меня, так любил, мне казалось, что это все по-настоящему. Выходит, показалось. А я наивная дура опять повелась на красивую улыбку и необыкновенные глаза. Мало меня в жизни предавали и обманывали. Видимо, мало. Вроде и опыт пришел, а наивности меньше так и не стало.

Мне больно осознавать, что я оказалась игрушкой на ночь, ничего не значащим в его жизни перепихоном и я обязательно еще наплачусь по этому поводу. Я уже сейчас готова начать, меня останавливает только напряженная ситуация вокруг меня, которая никак не желает закончиться. Чувствую, как только выйду отсюда, плотину прорвет окончательно.

Егор неожиданно встает с кровати и как-то слишком быстро оказывается рядом со мной. За своими мрачными мыслями я даже не поняла, как это у него получилось. Он нависает сверху и давит на меня своим тяжелым взглядом. Руками опирается в стену, запирая меня с двух сторон.

 - Что происходит? – спрашиваю, севшим от страха голосом.

 - Я думаю, нам следует, как следует попрощаться. Разве нет?

 - В каком смысле, - вжимаюсь сильнее в стену.

 - В прямом.

С этими словами он резко дергает меня за руку, а я с криком отчаяния врезаюсь в его накаченную грудь.
***

Его руки стальным обручем сковывают так, что даже дышать становится трудно. Открываю в панике рот, а он тут же затыкает мне его поцелуем. Я от страха пошевелиться не могу, а он нагло этим пользуется.

Не знаю сколько проходит времени, когда он меня отпускает, стою и дрожу от того отвращения, что разливается внутри. Опомнившись, отскакиваю к самой двери и дергаю за ручку, хотя знаю, что закрыто.

Выгляжу не лучшим образом, лохматая и напуганная, но мне плевать.

 - Дверь открой, - неживым голосом выкрикиваю и чувствую, что поток слез сдержать становится все сложнее.

 - Да, пожалуйста, - подходит и абсолютно спокойно отпирает замок.

Я выскакиваю в коридор и несусь вперед, не разбирая дороги. Неожиданно врезаюсь в кого-то, потому что здесь темно, только узкие полоски света проникают из-под закрытых дверей. Поднимаю глаза и узнаю Мишу. В начале вечера он показался мне адекватным, но сейчас я уже ни в чем не уверена.

 - Ты не знаешь, где Никита? – решаю все-таки узнать напоследок, - он срочно мне нужен.

 - Знаю, - поворачивается и рукой указывает на самую дальнюю дверь в конце коридора, - комната номер сто двадцать три.

 - Спасибо, - бросаю на ходу и лечу в ту сторону. Зачем? Я и сама не знаю. Мало мне было сегодня приключений? Вроде хватило на долгие годы вперед. Хочу просто посмотреть ему в лицо и сказать, какая же он на самом деле сволочь.

Нажимаю на ручку, она легко поддается, значит дверь не заперта. В комнате не горит свет, но на тумбочке возле кровати включен ночник. А когда я перевожу взгляд на саму кровать, мое сердце разбивается вдребезги.

Ник спит поперек кровати без одежды, лишь слегка прикрытый простынкой. На его груди уютно посапывает та самая рыжая девчонка, которая за столом готова была убить меня взглядом. Белая атласная ткань почти ничего не прикрывает, мне отлично видно, как переплелись их руки и ноги. С силой зажмуриваю глаза и изо всех сил стараюсь удержаться на ногах. Ситуация повторяется по кругу, со мной теперь что всегда будет так?

Я давлюсь обжигающей реальности и быстро закрываю дверь обратно. Главное, сейчас выход найти отсюда, как можно быстрее. Обычно с этим у меня всегда проблемы, но сегодня видимо вселенная решила, что с меня достаточно испытаний.

Уже через пару минут я оказываюсь на улице. В одном платье и туфлях. Достаю телефон и вызываю такси. Возможно, я потрачу на это все оставшиеся деньги, но сейчас мне плевать.

Чужая одежда жжет кожу огнем и мне не терпится вернуть ее хозяину. Даже не просто вернуть, а швырнуть в лицо. Жаль только, что возвращать пока некому. Я даже адрес его не знаю, чтобы отправить с курьером. Решаю подумать об этом позже, потому что сейчас мне так плохо, хоть волком вой, что я, собственно, и делаю. Таксист всю дорогу подозрительно косится на меня, наверно, переживает за свою тачку, думает, что я перепила.

Когда машина останавливается у подъезда, я захожу в приложение банка, чтобы посмотреть, сколько денег у меня на карте. Если не хватит, можно попросить в долг у Вари. Шокировано зависаю на сумме, которой абсолютно точно у меня на счете быть не должно. Ничего не понимаю. Откуда у меня на карте столько денег?

Боже! Это ведь не Ник перечислил эти деньги? Он что, таким образом, расплатился со мной за то, что было между нами? В то время как я придавала такое большое значение нашим отношениям, он воспользовался мной, как проституткой? Не могу поверить! Я просто не переживу такого позора. Он не мог! Не мог и все! Успокаиваю себя тем, что он даже номера телефона моего не знает.

Оплата за такси благополучно списывается с карты, и я выхожу из машины. Обязательно со всем разберусь, но позже. Сейчас способность грамотно анализировать ситуацию для меня недоступна.

Дома прямо у порога меня встречает Варя и целую минуту разглядывает, шокировано открыв рот. Есть чему удивляться. Я без верхней одежды, в брендовых шмотках, туфлях на шпильке, лохматая и с распухшими губами. Егор не был деликатен, когда целовал меня силой. Козел. Все они такие. Моя новогодняя сказка закончилась. И совсем не хеппи эндом.

 - Что с тобой случилось? – наконец спрашивает Варя.

 - Ошиблась адресом и в очередной раз разочаровалась в людях, - шмыгаю носом, стараясь снова не разреветься.

 - Тебя обидел кто-то? – шарит внимательным взглядом по мне еще раз и зависает на моих ободранных коленках. Сейчас при хорошем освещении это особенно сильно бросается в глаза. Это осталось еще с того дня, когда я врезалась в сугроб. Кажется, что все это случилось со мной в другой жизни.

Ее глаза округляются еще больше, а рот явно пытается что-то сказать, но не может.

 - Нет, - отмахиваюсь равнодушно, - в физическом смысле никто, - а в остальном сама дура виновата.

 - Лер, пойдем я тебе чай заварю со смородиной, ты трясешься от холода.

Трясусь я не от холода, мне просто плохо и гадко. Душа разрывается на части, но я чувствую, что это еще не финал, что полная задница наступит позже. Осознание и чувство потери. Как я могла привыкнуть к нему так быстро? Как он мог прорасти внутрь меня за два дня? Мы с ним даже почти не разговаривали. Мы как животные трахались без стыда и совести. А ведь это совсем на меня непохоже.

Сашка был моим единственным парнем и до близости у нас дело дошло только спустя три года, после того как мы начали встречаться. А здесь в первый же вечер знакомства так опуститься. И с кем? С каким-то зажравшимся мажором, про которого я вообще ни черта не знаю. Хотя нет, знаю. Знаю, что у него оказывается есть невеста.

Теперь мне становится понятно, откуда у него в квартире такая шикарная елка. Неужели невеста подсуетилась перед праздником? Старалась, чтобы в их гнездышке уютно было? Угу, я оценила. И осквернила заодно. Очень милое получилось гнездо разврата.

Интересно, у них всегда так принято в элитных кругах? Спать с другими до свадьбы, да и после свадьбы, уверена, тоже. А то, что я увидела и узнала сегодня…, эти их дурацкие игры, вообще не в какие рамки.

Я снимаю с себя эти дурацкие шмотки, в которых я не чувствую себя самой собой, заворачиваю их в пакет и иду в душ.

Упакованная в теплый халат возвращаюсь на кухню и выпиваю приготовленный Варей чай. Не чувствую вкуса, потому что во рту одна горечь. Снимаю полотенце с головы и понимаю, что скорее всего не усну сегодня.

Достаю свой телефон и проверяю время, а я ведь вполне могу успеть на утренний поезд. Никогда не думала, что наступит момент, когда я захочу домой, к маме и папе. А он наступил сегодня. Хочу зарыться под одеяло в своей комнате, спрятаться от всех и так встретить Новый год.  

Собираю не спеша вещи, а ближе к утру уезжаю на вокзал. Покупаю билет и задумчиво брожу по пустому зданию вокзала. Покупаю себе кофе, чтобы согреться и подхожу к газетному киоску. Может книгу какую-нибудь купить в дорогу?

Мой взгляд падает на обложку яркого журнала, и я застываю, как громом пораженная. Там абсолютно точно фотография Никиты. Он непринужденно улыбается в своей любимой манере и смотрит на мир глазами потрясающего, совершенно незабываемого цвета.

Дрожащими руками достаю из сумки кошелек и покупаю этот несчастный журнал. Сажусь на ближайший стул и ищу указанную на обложке страницу. На развороте сделано несколько фотографий. И на одной из них он рядом с этой рыжей ведьмой Вероникой. Под ручку на каком-то мероприятии. Она в вечернем платье, он в костюме.

Заголовок под этой фотографией просто вышибает весь воздух из моих легких.

«Самая красивая пара этого года. Несмотря на юный возраст, между ними все давно решено».

У меня строчки расплываются перед глазами, хотя ничего нового я не узнала, я же своими глазами видела и своими ушами слышала. Перехожу к чтению статьи и снова начинаю плакать.

«Сын известного миллионера, владельца крупной сети ресторанов…»

Эти строки впиваются в мое сознание как иглы. Он будущий наследник миллионов. Боже. У меня, конечно, глядя на его квартиру, были мысли, что между нами есть социальная разница, но, чтобы до такой степени… Самый лучший исход всей этой ситуации для меня, это забыть его, как можно скорее. Но, кажется, мне это не по силам.

Дочитываю статью до конца и иду к ближайшей урне. Выбрасываю туда журнал, как можно скорее, пока у меня не возникло идиотское желание выстричь оттуда все его фотографии и развесить у себя в комнате. Такие мысли для меня, наивной дурочки, вполне в порядке вещей.

В статье в основном рассказывается про обеспеченных родителей и их последних приобретениях, про самого Никиту упоминается вскользь и то в комплекте с этой рыжей дурой.

Слышу, как объявляют посадку на мой поезд, и плетусь к выходу из здания вокзала.

Домой приезжаю разбитая и вымотанная до предела, но все равно нахожу в себе силы пойти в душ. Не люблю поезда, после них всегда хочется тщательно помыться.

Несколько раз намыливаюсь вся с ног до головы, чтобы смыть с себя его запах, отпечатки губ и прикосновений, но у меня ничего не получается. Пока я жила у него в квартире два дня, мылась его гелем для душа и шампунем, кажется, его запах въелся в мою кожу на всю жизнь.

Это все подкидывает мне болезненные воспоминания о том, как вчера утром мы принимали душ вместе, и я снова начинаю плакать. Сползаю на дно ванны и закрываю лицо руками. Со всей горькой обреченностью понимаю, что я влюбилась.

Как я могла так быстро влюбиться в него? Как?

Сегодня тридцать первое декабря, и я чувствую, что этот Новый год будет самым ужасным в моей жизни. Родителям говорю, что очень устала и ухожу в свою комнату. Еще только одиннадцать часов утра, у меня есть время выспаться до праздника и как следует замаскировать свою боль от родителей.

Проваливаюсь в сон практически сразу, видимо, была достаточно сильно вымотана последними событиями. Об одном только успеваю подумать, перед тем как окончательно отрубиться, пожалуйста, пусть мой сон сегодня будет без сновидений.
***

Никита

С трудом открываю глаза и понимаю, что очень хочу пить. В горле так пересохло, будто я всю ночь бухал. Но ведь это не так, я вчера точно не пил… Оглядываюсь по сторонам и вообще перестаю что-либо понимать. Я что уснул в вип-комнате? Один? Как вообще такое могло случиться. И где Лера?

Медленно поднимаюсь с кровати, потому что голова раскалывается на части. Пью воду и захожу в ванную умыться. Одеваюсь и достаю из кармана телефон. Он выключен или разряжен. Пытаюсь включить, но экран быстро гаснет. Выхожу из випки и иду на поиски кого-нибудь из своих друзей.

Внизу только Мишка, он сидит на диване и смотрит, как перед ним танцует какая-то девка. Пока еще в одежде, но, судя по всему, это ненадолго.

 - Проспался? – ненадолго переводит взгляд на меня, а потом снова возвращает его на шлюху.

 - Что вчера было? – каким-то образом мне удается понять, что время перевалило за полночь, более того уже наступило утро тридцать первого декабря.

 - Все как обычно. Выпили, повеселились, как следует. Кто-то остался наверху с девочками, кто-то просто отрубился, некоторые домой уехали.

 - А где Лера?

 - Та телка, с которой ты приехал? – расплывается в ехидной улыбке.

 - Не называй ее так, - огрызаюсь и понимаю, что по отношению к ней не могу слышать такие эпитеты.

 - Ладно не буду, но ты можешь сам посмотреть кто она, - протягивает мне свой телефон и включает какое-то видео.

Чувствую, как внутри собирается непривычная тяжесть, внимательно смотрю на экран и пытаюсь разглядеть в темноте вип-комнаты хоть что-то. Узнаю на видео Егора, а потом… потом вижу, как он и Лера целуются. Мать вашу. Несколько раз моргаю, в надежде, что мне показалось, но изображение в телефоне не меняется.

 - Че это за хрень ты мне суешь? – отталкиваю от себя гаджет, не в силах смотреть дальше.

 - Твоя тел… девушка пришла с тобой, но, когда ты вырубился, вечер закончила с другим. Чего тут непонятного?

 - Где они сейчас? – мой голос сам собой переходит на рык.

 - Ушли часа через три после того, как … ну в общем, как посетили випку.

 - А запись эта откуда?

 - Егор отдал.

 - Там еще есть что-нибудь? Более откровенное?

 - Нет, больше ничего.

 - Ты же понимаешь, что, если обманул меня и потом что-нибудь всплывет, я тебя живьем закопаю.

 - Понимаю, - шумно сглатывает, а я в этот момент выхватываю у него телефон и несмотря на брезгливость смотрю видео до конца. Не знаю почему, но мне не хочется, чтобы про Леру по сети гулял какой-нибудь компромат. Вот вроде и дрянью она оказалась и разочаровала так же сильно, как большинство из них…
Самым лучшим наказанием было бы запустить всю эту хрень про нее и забыть. Но внутри срабатывает какой-то протест. 

Видео обрывается почти так же, как и начинается. Внимательно смотрю на ее кулачки, в которых она сжимает рубашку этого урода. Что, так сильно понравилось сосаться с ним? Вот идиотка, а я идиот раз связался с ней.

Удаляю видео и возвращаю телефон Мишке. Поднимаюсь на ноги и чувствую, как меня до сих пор штормит. Это странно, я пью очень редко и вчера не собирался. Но все, что касается вчерашнего вечера, вообще плавает в голове, как в тумане. Мои воспоминания резко обрываются на том месте, где мы заходим в комнату с идиотскими играми.

На улице морозно и я с удовольствием вдыхаю порцию свежего воздуха в надежде на то, что это поможет мне хоть немного прийти в себя и прояснить спутанные мысли в голове. Озарения не происходит, но зато я снова начинаю думать про Леру, хотя изо всех сил не хочу этого. Она самая обычная легкодоступная дрянь, раз повелась на такого урода, как Егор. Да и вообще…, о каких моральных принципах может идти речь, если она дала мне сразу в первый же вечер.

Я тоже ни хрена не джентльмен и не понимаю, почему там в комнате заступился за нее и угрожал Мишке. Думал, что она не такая, как все? И не купится на бабки? На них купится любая, а Лера сразу видно, что обычная студентка без гроша в кармане, поэтому не вижу причин думать сейчас о ней. И все равно, как дурак думаю. Ну, да стоит признать, что секс у нас с ней был на соточку, но это еще ничего не значит.

Приезжаю в свою квартиру и как потерянный хожу по комнатам. Застываю напротив елки и пытаюсь вспомнить, откуда она у меня взялась. Опять тетка приходила? Наверно она, больше просто некому. Я настолько привык к ее тайным визитам и постоянному желанию все контролировать, что на незначительные изменения в своей квартире внимания давно не обращаю. Квартира по документам моя, мне ее родители купили. Но тетку это не останавливает, она чувствует себя в праве совать сюда свой любопытный нос и распоряжаться моей жизнью.

Елка появилась около недели назад, но тогда я никак на это не отреагировал. А сейчас эта чертова новогодняя хрень ассоциируется у меня с Лерой. Включаю гирлянду, опускаюсь на пол и зависаю на непрерывном мерцании. Вместе с огоньками в голове мелькают кадры того, что мы вытворяли с Лерой под этой елкой. Тру лицо ладонями и понимаю, что не выдержу так больше.

Захожу в приложение и заказываю билеты домой. Новый год придется встретить на борту самолета, но мне плевать на это. Я целый семестр ждал каникул, больше задерживаться не собираюсь. Сначала, когда в моей квартире появилась Лера, у меня была мысль остаться на праздники здесь, но сейчас я чувствую острое желание уехать. Это правильное решение. Она не та, ради которой стоит менять свои планы.