Снегурочку вызывали?

Восемь дней до нового года

Пьяная в дупель Снегурочка пошатываясь пыталась перейти улицу. К счастью водители ей попадались исключительно адекватные и понимающие, машины сигналили, но притормаживали, пропуская впереди себя снежную внучку Деда Мороза. С горем пополам перебравшись на противоположную сторону дороги Снегурочка опёрлась о ствол рябины, украшенной светящейся гирляндой, постояла немного, икнула и, переставляя ноги замысловатой ёлочкой, самоотверженно двинулась дальше.

Тем временем увесистые хлопья снега щедро падали с неба, устилая землю белым искрящемся в свете фонарей покрывалом. Прохожие, встречающиеся Снегурочке по пути, останавливались и долго провожали взглядом снежную деву, некоторые пытались заговорить, пара ребятишек что-то спросили про Деда Мороза, но та игнорировала любые попытки взаимодействия и, не расходую силы впустую продолжала двигаться вперёд. Добравшись до подъезда ничем не примечательной многоэтажки, Снегурочка поднялась на четвёртый этаж и освободив правую руку от варежки принялась копошиться в кармане в поисках ключа. Ключ упорно не находился. Тогда Снегурочка упёрлась локтем о звонок, сопроводив сие действие вербальным посланием:

— Зо-я! Зо-ся! Зо-ю-ша! Отво-ряй во-ро-та! К те-бе ра-дость приш… ик шла!

В это самое время, Зоя, она же Зося, она же Зоюша и по совместительству руммейт Снегурочки прощалась у аэропорта со своим молодым человеком.

— Как обидно, что тебе приходится лететь накануне собственного дня рождения, — в очередной раз вздохнула девушка, поёжившись в объятиях молодого человека.

— Шесть часов полёта, четыре часа там и шесть часов полёта обратно. На всё уйдёт не больше суток, даже соскучиться не успеешь, — утешал молодой мужчина в зимнем кашемировом пальто.   

— Я уже скучаю, Вить.

Виктор немного отстранился, чтобы видеть глаза собеседницы.

— Зоя, ко мне на Новый год брат приедет, родители просили присмотреть за ним, так что боюсь праздник придётся встречать втроём…

— Ну и замечательно! С удовольствием познакомлюсь с твоим братишкой, — улыбнулась девушка. — А какой подарок ему лучше купить? Ну чем современные мальчишки увлекаются?

— Да ничего не покупай, сам куплю что-нибудь. Например, железную дорогу, Лёшка в восторге будет.

Тем временем объявили начало посадки на рейс Виктора.

— Ну всё, лети с Богом, — Зоя на прощание припала к губам молодого человека.

— Погоди немного, — Виктор сунул руку в карман и вынул синюю ювелирную коробочку и протянул девушке. — Оно принадлежало моей матери, а до этого её матери. В общем, фамильное.

Зоя с трепетом открыла коробочку и обнаружила серебряное кольцо с большим красным камнем. Девушка не сдержала возгласа, в котором сплелись и удивление, и восторг, и радость. Они с Виктором встречались всего четыре месяца, но с каждым днём отношения их становились всё ярче и вот достигли апогея – молодой человек сделал ей предложение фамильным кольцом. Девушка обняла его за шею и прошептала на ухо «согласна».

— Ну всё, Зоя, пора бежать.

Виктор поцеловал её напоследок и поторопился на посадку, а девушка ещё долго стояла, провожая взглядом жениха.

Зоя обнаружила подругу, с которой вместе снимали двухкомнатную квартиру, лежащую на порожках. Девушка вздрогнула и кинулась к ней.

— Оля! Олечка, что с тобой? Пожалуйста, очнись! Сейчас скорую наберу, всё будет хорошо, я сейчас…

Трясущимися руками Зоя вынула смартфон и принялась набирать сто три. Но тут к Снегурочке вернулось сознание и она невнятно произнесла:

— Ве...сё..лого Но…во..го го...да, ик. Не на…до скору…ю…

 — Оля! — обрадовалась Зоя и принялась внимательно осматривать подругу в поисках физических повреждений, коих не обнаружилось. — Ты что надралась?!

После холодного душа и двух литров обнаружившихся в холодильнике кисломолочных напитков Оля, сменившая одеяние Морозовой внучки на бледно-розовую пижамку начала приходить в себя. Тем временем за окном уже стали виднеться предрассветные сумерки, начиналось утро.   

— Зоя, — позвала она меня слабым голосом.

— Ну как ты? — подскочила я к подруге и протянула стаканчик кефира.

— Нет, кефир не хочу… Не могу… Не могу сегодня на работу…

— Так не ходи. Хочешь я сама позвоню Дмитрию Васильевичу?

— Ты не понимаешь, — Оля многозначительно подняла вверх указательный палец. – Если я сегодня не выйду, то и… вообще… не выйду… Зоя, только ты можешь помочь…

К чему шёл разговор догадаться было не сложно, и я поспешила с контраргументом:

— Да я не справлюсь. Актриса из меня так себе, я даже ни одного стишка не помню кроме «Буря мглою небо кроет, вихри снежные летят…»

— А «В лесу родилась ёлочка»? «В лесу она росла»? — прищурилась Оля.

— А ну и это тоже…

— Вот и хватит! Пожалуйста, Зоюся, один день. Всего один день.

Голос Оли звучал так жалостливо, да и вид её внушал сострадание. В общем несмотря на внутренний протест я пошла навстречу и согласилась.

Вот уже второй год в подряд Оля и Дмитрий Васильевич составляли новогодний тандем. До этого в роли Снегурочки выступала жена Дмитрия Васильевича, но после родов она сильно раздобрела и предпочитала «сидеть на телефоне» и принимать заявки.    

Семь дней до нового года

— Словно шили по тебе! — похвалила Оля внешний вид новоиспечённой Снегурочки, то есть – мой.

В принципе, покрутясь вокруг ростового зеркала я и сама нашла, что костюм Снегурочки был мне очень даже к лицу. Нанеся лёгкий макияж и украсив лоб серебристыми блёстками, я уселась на табурет в ожидании Дмитрия Васильевича, который должен был подъехать на машине минут через десять, а чтобы не терять времени даром читала в телефоне детские стишки, можно что и запомню.

— Вот, возьми конфет в карман, если надо будет какого ребёнка успокоить, — протянула Оля горстку шоколадных конфет. — Сладости настроение поднимают, сама знаешь.

Позвонили в дверь. На пороге стоял здоровенный мужчина средних лет в костюме Деда Мороза, борода с левой стороны была приклеена слабо, что сразу бросалось в глаза.

— Доброй зимушки! — поздоровался он. — Что это вы за рокировку удумали?

Оля подбоченилась и вышла вперёд.

— А то ли не знаете, Дедуля, как вашей внучки паршиво вчера было! И никто ведь, зараза, меня до дому не подвёз! Уж не понимаю каким чудом жива осталась, меня по дороге летящие автомобили чуть ли насмерть не сбили!

— Я согласилась подменить Олю на сегодня, — перевела внимание на себя. —Вы не против?

Дмитрий Васильевич осмотрел меня будто впервые в жизни видел и решил протестировать:

— А ну-ка расскажи какой-нибудь новогодний стишок.

Я по-солдатски подтянулась, выпрямила спину и начала звонким голосом и таким тоном точно приношу присягу:

— Буря мглою небо кроет,

Вихри снежные крутя;

То, как зверь, она завоет,

То заплачет, как дитя…

— …Выпьем с горя: где же кружка? Сердцу будет веселей. Ладно, сойдёт, — остановил меня Дмитрий Васильевич, — идём быстрее не то опоздаем на первый адрес.

Оля сопроводила меня предостерегающим напутствием:

— Они будут пытаться споить тебя, но ты не держись. Они станут уговаривать: «ну хоть одну рюмочку», «ну хоть глоточек», «за Новый год полагается выпить чарку», «да всё же натуральное, ни грамма спирта», но ты не поддавайся!

Я кивнула, изобразила знак «но пасаран» и вышла.

Адреса заказов Дмитрию Васильевичу передавала жена сообщениями на телефон. Всю дорогу Дед Мороз был отчего-то угрюм и молчалив, совсем какое-то не новогоднее было у него настроение. Интересно, а если бы Дед Мороз и впрямь существовал, то он тоже воспринимал свой род деятельности как трудовые будни?

Подъехали к девятиэтажке по первому адресу.

— Объект – девочка семи лет, — доложил Дмитрий Васильевич пока поднимались на лифте. — Фу ты, борода, зараза отваливается, вчера один молокосос как дёрнет, шмоток на память забрал, паршивец, родители, конечно не компенсировали. 

Борода у него и правда заметно отклеилась с одного бока, это я сразу заприметила.

— Может приклеить? — предложила я.

— Чем? У меня в авто даже скотча нет.

— По дороге мо…

Тут лифт остановился, и Дмитрий Васильевич меня оборвал.

— Улыбайся. И про «бурю» свою молчи если не спросят, ориентируйся на меня.

Я кивнула, изобразила самую доброжелательную улыбку, на которую была способна и застыла возле входной двери. Мороз тоже весь преобразился словно по мановению волшебной палочки, напустив на себя одухотворённый и благодушный вид. Открыл коренастый мужичок в полосатой футболке с раскрасневшимся лицом. Дмитрий Васильевич тотчас занял подобающую стойку, выпятил грудь и даже в глазах у него блеснуло что-такое солидно-горделивое, ни дать, ни взять настоящий Дед Мороз.

— Мы с Крайнего Севера в дом ваш пришли

Счастье и радость с собой принесли.

Впусти же, хозяин, нас поскорее

Чтоб Новый год стал ещё веселее! — объявил он громогласным голосом.

Но и хозяин не промах оказался.

— Занесло в пору холода и авитаминоза

К моему порогу самого Деда Мороза! — ответил он, сопроводив слова приглашающим жестом.

— Хоу, хоу, хоу, — изобразил Дмитрий Васильевич звук смеха Санты Клауса из рекламы Кока-Колы.

Видно подходящей ответной рифмы не придумал.

В квартире было тепло и уютно. Двери украшены самоклеящимися снежинками, под потолком натянута нить с мишурой, к стене прикреплена мигающая гирлянда.

— Петя… — произнёс хозяин и выразительно посмотрел в глаза Деду Морозу.

Дмитрий Васильевич поправил отклеивающуюся бороду и, наклонившись к самому уху мужчины шёпотом уточнил:

— У нас в заявке была девочка. Подарок дарить мальчику?

Тут из комнаты выбежала радостная девчушка младшего школьного возраста в сиреневом платьице-колокольчике.

— Это я – Петя. — тихо пояснил мужчина.

Мне показалось что в его голосе даже обида прозвучала. Но заявка была не на подвыпившего мужчину-поэта средних лет, а на маленькую девочку. Я присела к ней и, хотя ни малейшего опыта общения с детьми не имела, начала налаживать контакт с ребёнком:

— Ах какая красивая новогодняя снежинка! Ты, должно быть, упала с неба и превратилась в маленькую девочку.

— Нет, — звонко рассмеялась та. — Я и есть девочка!

— Правда-правда? — театрально удивилась я, что-что, а театрально вскидывать брови у меня выходило неплохо. — Никогда не встречала таких красивых деток. Держи-ка конфетку.

Девочка снова звонко рассмеялся. Первый контакт удался.

— Петя, проводи сказочных гостей в зал, я скоро буду! — донёсся женский голос из кухни, сопровождаемый настойчивым плачем младенца.  

Значит хозяйка занята со вторым ребёнком.

— Сюда, в зал, извольте пройти

И подарочек нами оплаченный преподнести, — выдал ещё одну рифмовку хозяин.

Как только открылась дверь в зал, приятно пахнуло хвоей.

— Ах, какая красивая ёлочка! — всплеснула я руками и наклонилась к девочке. — Неужели ты её так красиво украсила?

— Нет, папа. — с обидой в голосе признался ребёнок.

Пётр при этом выразительно и ожидающе посмотрел на меня.

Что ж, это конечно хорошо когда взрослые хранят в душе жажду новогоднего чуда и всё такое…

— Вы очень здорово украсили ёлочку, очень красиво, — похвалила я мужчину, ощущая при этом некоторую неловкость.

Но Пётр аж просиял весь.

Дальше бразды принял Дмитрий Васильевич и обращаясь к девочке произнёс:

— А ну-ка, красавица, взбирайся на табурет

И рассказывай нам новогодний куплет!

Девочка тут же встала на специально приготовленную табуретку и вдохнув в лёгкие побольше воздуха начала декларировать стишок:

 — Нашла я ёлочку в лесу…

Однако тут встрял папаша:

— Лучшая находочка – беленькая водочка.

Девочка тут же расстроилась и чуть было не заплакала, но мне всё же удалось успокоить ребёнка:

— У тебя отлично выходит, давай-ка сначала!

Девочка бросив на отца обиженный взгляд начала заново:

— Нашла я ёлочку в лесу,

Её домой я увезу…

Но Петя снова встрял:

— До дома путь не близкий – махнём рюмашку виски!

— Продолжай-продолжай, отличный стишок, — поспешила я успокоить ребёнка.

Девочка, снова вздохнула, поджала губки, посмотрела на беззаботно улыбающегося родителя и продолжила:

— Что б дома ёлочку украсить…

— И целый месяц рядом квасить, — снова не сдержался Петя.

На помощь пришла показавшаяся в дверях женщина, ответившая также рифмой:

— И папашу отдубасить.

Петя сразу сник, жену он, видимо, побаивался, а девочка, наоборот, воодушевилась и закончила-таки стихотворение. Дмитрий Васильевич, повосхищавшись незамысловатыми куплетами, вручил сладкий подарок. Но только мы хотели распрощаться с хозяевами, Пётр, вытаскивая из-под дивана две полторашки тёмного пива, окликнул нас очередным поэтическим экспромтом:  

  — А чтобы не было тоскливо хряпнём по бутылке пива!

— Нет-нет спасибо, не употребляю, — поспешила я заверить гостеприимного хозяина.

И дело не только в наставлениях Оли, а в том, что я и правда не нахожу прелести в горьких напитках. Когда пью вино, то думаю какой хороший мог бы получится виноградный сок, глотнув пива жалею, что в бутылке не квас, а шампанское у меня ассоциируется с испорченное газировкой. В общем не просыпается во мне предрасположенность как ни стараюсь.

К счастью, Пётр настаивать не стал, а вот Дмитрий Васильевич, как мне показалось, посмотрел на пиво с неким сожалением.

— Сложная у вас, однако, работа, — отметила я, когда мы покинули поэтическую семью.

— Да уж, это-то ещё не самое-самое. Самое-самое было год назад, когда пьяный хозяин полез на балкон за табуретом и поранился хранившимися там, пёс знает зачем, остатками разбитого стеклопакета. Пришлось дожидаться скорую. Помимо шока, всё это привело к тому, что и по остальным адресам задержались.

— Мнда уж. А эти стишки приветственные, это экспромт или…

Дмитрий Васильевич молча продемонстрировал умещавшийся в его кармане блокнотик. Он был испещрён приветственными стишками, стишками-поздравлениями и выдержками из Гражданского процессуального кодекса. Дед Мороз вернул блокнотик в карман и поправил бороду.

— Обождите-ка, Дмитрий Василич, сгоняю к ларьку, клея куплю, а то борода ваша всех адресов не выдержит.

Получив одобрение Деда Мороза, подбежала к киоску. В наличии оказался и канцелярский клей, и суперклей «Момент», и «жидкие гвозди», немного подумав, купила «Момент».  

Дмитрий Васильевич с минуту протестовал, не решаясь приклеить искусственную бороду к настоящей коже, но я уверила, что ничего страшного не произойдёт, он поверил на слово и в конце концов сдался. Закончив, я поспешно вытерла палец, а то ведь приклеиться так, что не отдерёшь… Ай, поздно…

— Следующий объект – близняшки, четыре года. Подготовь для них подарки с одинаковыми рисками на коробке, а то ещё передерутся, чего доброго. Было уже такое.

Близняшки оказались очаровательными девчушками с картонными коронами из бургерной на головах. Стишки они забыли, пришлось снова мне приходить на выручку со своим «В лесу родилась ёлочка…». Поводили с ними и Дедом Морозом хоровод вокруг ёлочки.

А потом началось. Муж с женой начали уговаривать нас выпить на посошок, принимая наши возражения за излишнюю стеснительность.

— Да не любим мы спиртное, мы же сказочные герои, едим исключительно мандарины и мороженное! — заверила я, запоздала решив, что про мандарины – это лишнее, мы же Дед Мороз и Снегурочка, а не Чебурашки.

— Обижаешь, подруга, — с горечью в голосе заявил хозяин.

И тут Дмитрий Васильевич меня удивил:

— Ладно, но только ради праздника.

Хозяйка тут же протянула ему стопочку с хлебушком. Мороз залпом осушил рюмку и вдохнул хлебный запах. Похоже, спился-таки Дмитрий Васильевич на работе.

Когда мы вышли во двор я серьёзно (по крайней мере мне так казалось) заглянула Дмитрию Васильевичу в глаза и назидательно заявила:

— Нельзя вам теперь пьяным за руль.

Дед Мороз на это только фыркнул:

— До «нельзя за руль» мне знаешь ещё сколько таких стопочек понадобиться…

Я была категорически не согласна, но спорить не стала.

Следующий адрес. Два ребёнка, мальчишки.

— Дедом Морозом меня величают,

Внучку мою как Снегурочку знают.

Ну а тому, в чьи хоромы зайду,

Счастье и радость будет в Новом году.

Ёлочка оказалась искусственной, а запах от диффузора не особенно отличался от натуральной хвои. У меня тоже новогодние ёлочки были искусственными, жалко потом настоящую выкидывать.

Мальчику постарше было девять, младшему – пять. Хотя нет, младшему не было ещё и трёх месяцев, но на младенца подарок не заказывали. Средний ребёнок, тот которому было пять, оказался таким милым, просто ангелочек, а вот старшенький, которого как выяснилось зовут Саша, встретил нас в штыки, насупился и смотрел исподлобья. Тот что походил на ангелочка подошёл ко мне и когда я наклонилась обнял за шею.

— Снегулочка, — произнёс ребёнок, «р» он ещё не выговаривал, как и «ш». — Пускай дедуска молоз забелёт Сасу, позалуста.

Я посмотрела на него с извинительной улыбкой, ну чего не могла, того не могла.

— Но, милый, мама же расстроиться, — привела я весомый, как мне казалось, аргумент.

— Не ластлоится, у неё ещё один есть.

Тем временем Дед Мороз, так и не дождавшись от старшего ни песенки, ни стишка, решил особо здесь не задерживаться и раскрыв мешок с подарками объявил:

— А ну-ка лезти-ка в мешок за подарком!

Пятилетний сразу подбежал и вынул коробочку с разносортными сладостями, а вот второй и с места не сдвинулся.

— Ты не настоящий Дед Мороз, — заявил он со знанием дела.

Младший братик при этом подбежал к Саше и в сердцах ему прокричал:

— Не вли! Не вли! Если обидис Деда Молоза, он сунет тебя в ящик и унесёт далеко-далеко в лес, ты там замёлзнис и помлёс!

— Да не настоящий он! — стоял на своём маленький упрямец. — У него и борода ненастоящая! Вот смотри!

С этими словами девятилетний хулиган ухватил Дмитрия Васильевича за бороду и резко рванул на себя. Дед Мороз взвыл от боли, но суперклей не подвёл, борода выдержала, и единственное с чем остался Саша, так это с кусочком пакли в руке.

— Настоясий! Настоясий! — ликовал его младший братик. — Тепель дедуска утасит тебя в лес, и ты там насовсем замёлснис!

Саша же не на шутку перепугавшись дёрнул вон из комнаты. 

— А-а моя борода! Маленькое чудовище! —стонал Дмитрий Васильич. —А ну вернись, а ну лезь в мешок за подарком! Лезь в мешок кому сказал!

На крики сбежались родители и вместе с извинениями подарили волшебному Деду бутылку красного полусладкого.

Наливали по всем адресам, куда бы мы дальше заходили. Я отказывалась, Дмитрий Васильич пил, ну чтобы хозяева обиды не таили, если верить его аргументу.

Мальчик по последнему адресу подошёл к вопросу стихотворения серьёзно. Правда он ни одно из них не выучил, зато, вооружившись томиком Александра Сергеевича Пушкина громко и чётко нам их декларировал. Когда начал читать «Буря мглою..», я вторила ему в унисон. Благо адрес последний и больше нас никто не ждал.   

Рискуя жизнью и здоровьем я уселась в машину к изрядно поддатому Дмитрию Васильичу и мы поехали, наверно к нему в дом-офис. При этом я не замолкая пытаясь донести до мужчины мысль о том, что пьяным за руль садиться нельзя и ему надо либо не пить, либо сидеть на пассажирском сидении. Дед Мороз кивал и ехал дальше.

— Зайди к нам, перед Катькой отчитаемся и гонорар выдам, а потом до дома подвезу, — проговорил Дмитрий Васильич.

— Нет, подвозить больше не надо, вы же еле на ногах держитесь! — запротестовала я.

— А в машине на ногах держаться и не надо, — парировал Дмитрий Васильич и не дожидаясь моих возмущённых комментариев добавил. — Зайди, всё равно рассчитаться надо и доложиться.

Квартира у Дмитрия Васильича была очень уютной, а с порога я унюхала обволакивающий аромат хвои и корицы. К нам вышла полненькая женщина в цветастом свитере и отвесив нам театральный поклон, срифмовала:

— Кто зашёл на огонёк? Мой поддатый муженёк!

— Да я чуть-чуть Катенька, уговорили, знаешь же этих клиентов, на всё пойдут лишь бы Мороза споить, — обиженно заявил Дмитрий Васильич.

— Тише, Митенька только уснул. А вы…? — она вопросительно посмотрела на меня.

— Зоя, — я представилась.

— Милости просим, Зоя, раздевайся чувствуй себя как дома.

Я поблагодарила за радушие и не преминула им воспользоваться. Меня угостили свежей выпечкой с чаем. Шоколадные домашние печенья просто таяли во рту, готовила Катенька вкусно.

— Завтра тоже ты выйдешь или Оля?

Я пожала плечами. За день Оля должна вроде отойти.

Катя раскрыла толстую тетрадь и пробежалась пальчиком по адресам. На завтра тринадцать адресов.

— Тринадцать?! — ужаснулся Дмитрий Васильич.

— Да-да это как двенадцать, только на один больше, — кивнула Катя.

— Хм, если один из них выйдет с томиком Пушкина… — Дмитрий Васильич не договорил, но сделал зловещий жест рукой. — Слышь, Зойка, борода-то не снимается, зараза!

Не снимается… А то-то он всё в рабочем облике как вернулся домой, только свитер переодел… Эх, не надо было суперклей брать…

— Побреюсь перед Новым годом, — махнул Дмитрий Васильич рукой, а я виновато опустила глаза и опустила я их в журнал Кати.

— А что это за адрес перечёркнутый?!

Внутри меня резко похолодело, а по спине пробежал столбик мурашек. Сиреневый бульвар, дом 3, квартира 218. До боли знакомый адрес. Место жительства моего жениха.

— А, это, — Катя ткнула пальцем в свою запись, — один извращенец хотел заказать Снегурочку на день рождения другу. Бывает и такое, извращенцы и шутники разные попадаются. Когда я выяснила что мальчику его двадцать пять, сразу вычеркнула и в баню к Деду Морозу послала.

  Мне на секунду показалось что в комнате похолодало, а потом резко сделалось так жарко, словно я перенеслась в пустыню. Виктор! Виктор… Он же сделал мне предложение и… улетел. Улетел? Я видела, как он садился в самолёт? Нет. Нет…Нет…

— Эй, Зоя, порядок? — забеспокоилась Катя, наверно на лице у меня отразилась вся гамма переполняющих меня и льющихся наизнанку чувств.

Не в силах ответить голосом я просто кивнула.

— Сделаю тебе ещё чаю, — решила Катя и пошла на кухню.

А я осталась стоять перед раскрытым журналом, гипнотизируя этот до боли знакомый адрес, а потом вынула смартфон и сфотографировала его вместе с оставленным номером сотового. А может я, зря так себя накручиваю? Ну может Виктор мне хотел сюрприз сделать? Он же прилетает завтра утром, а потом мы собирались отпраздновать его день рождения. Что если этот сюрприз для меня? Тогда мы вместе посмеёмся. Успокоила себя и на душе немного отлегло. О, а вот и чаёк подоспел.

Вернувшись к себе, я во всех деталях обрисовала Оле сегодняшний день, узнала много свежих новогодних историй от неё, мы поужинали и легли спать. Оля, надо сказать уже вечером выглядела огурчиком, так что на завтра заменять её не придётся. С одной стороны, мне понравилось амплуа ледяной внучки, и я чувствовала горчинку сожаления, а с другой – завтра же день рождение моего жениха, будущего мужа. Ласково погладила обручальное кольцо на своём пальце.

Шесть дней до нового года

Утро не задалось с самого начала. Соседи наверху решили, что предновогодние дни – самое подходящее время, чтобы пересверлить себе пол в спальне. А потом ещё и чайник с водой на себя случайно пролила. Ничего, дурное утро, весёлый вечер. Когда же Виктор вернётся? Сперва хотела написать трогательное смс-поздравление, но не вытерпела и набрала номер. Ответили не сразу.

— Куколка, милая, как я скучал.

Виктор, как правило, называл меня куколкой, когда собирался сообщить что-то малоприятное, я напряглась, но постаралась, чтобы голос у меня звучал весело и непринуждённо.

— Витенька, с днём рождения! Счастья тебе со мной, удачи в семейной жизни, тепла и моей не истощаемой любви!

— Спасибо, спасибо, куколка! Всё непременно будет.

— А ты когда будешь? У меня уже подарок упакован и бантиком перевязан.

 — Понимаешь, куколка. Тут такое дело. Всё никак контракт не подпишем. Клиент упёртый попался. Я завтрашним рейсом буду. Но ты не подумай. Ничего не откладывается, отпразднуем как положено и мой подарочек с перевязанной ленточкой я непременно получу. 

Глаз начал подрагивать. Это случалось редко, в моменты, когда я слишком нервничала или была крайне раздражена. В этот момент оба эти чувства прямо переполняли и начинали выкипать, а ещё в горьком букете с названием «предательство Виктора» всплыла обида, злость, отчаяние и всепоглощающая дикая ярость. И этот букет мне нужно побыстрее вылить иначе я просто взорвусь. Мысленно представила как хватаю Виктора за шею и душу его. Стало чуть легче, но недостаточно. Нужна реальная месть, чтобы ему было больно, чтобы он хоть частично почувствовал то, что ощущаю я. Из телефона продолжал доносится его голос, но я уже не слушала и пробормотав «пока», отключилась. 

Чтобы как-то привести мысли в порядок начала ходить из стороны в сторону, обдумывая план. Планов в голове родилось с десяток и каждый на грани криминала. Отбросив те, за которые дают от десяти строго режима, остановилась на том, где являюсь ему в виде Снегурочки, а потом устраиваю разнос, сую ему в рот кольцо и заставляю сожрать. Злорадно улыбнулась в предвкушении мести.   

Набрала номер с перечёркнутого Катей адреса. Ответил незнакомый мужской голос. Дружок-творожок.

— Вы хотели заказать Снегурочку на день рождения вашего друга? У нас тут появился подходящий вариант. Сегодня в семь вечера вас устроит? Прекрасно! Вечер будет незабываемым, обещаю. Что? Ах адрес записать. Да, да, пишу, диктуйте. 

Время тянулось липкой патокой. Что бы выместить злость, которая множилась с каждой минутой и требовала выхода я сначала отомстила чайнику (надеюсь не сломался, просто погнулся), а потом поднялась в квартиру наверх и высказала этим уродам всё что я о них думаю.

Маска! Кабелино меня узнает и не откроет, нужна маска. Да и наряд. Открыла шкаф. Ммм… Олькино зимнее пальто голубого цвета очень даже к месту. Пришью пару снежинок и одолжу ненадолго, надеюсь, подруга не обидится. А вот и шапка подходящая…

Вышла заблаговременно. К счастью дефицита новогодних масок в преддверии нового года не было. Зашла в магазин сувениров. Так, что тут у нас? Маска зайчика, маска львёнка, маска Джейсона, маска Крипера, маска Пеннивайза, маска Гринча, больше напоминающего гоблина. Взяла последнюю.   

Когда добралась до третьего дома на Сиреневом бульваре, оставалось ещё минут сорок до назначенного времени. Надела маску и притаилась за машинами, сверля глазами окно квартиры моего жениха, ну теперь уже экс-жениха. Так в засаде я простояла до нужного часа.

Подошла к подъезду, набрала до боли знакомые три цифры «218» и стала ждать. Ответили почти сразу. Незнакомый мужской голос. Снова дружок-творожок.

— Снегурочку вызывали? — я постаралась видоизменить интонацию настолько, чтобы гадёныш Виктор ничего не распознал.

— Ух ты! Я думал вы не придёте, женщина по телефону была столь категорична… — послышалось из домофона.

— Мне уйти? — спросила я и затаила дыхание.

Если скажет уходи, начну проситься внутрь, пообещаю скидку и бесплатный тайский массаж бонусом. Но какая-то одна из моих сторон надеялась, что гадёныш со своим творожком меня не пустят и я удручённая, но с чувством «сделала что могла» отправлюсь домой заедать стресс. Но творожок согласился.

— Нет-нет, открываю, проходите пожалуйста, у друга днюха, а что за днюха без Снегурочки?!

Домофон запиликал, пуская меня внутрь.  

У двери до боли знакомой квартиры меня встретила незнакомая физиономия. Худой, среднего роста с сальными, убранными в хвост волосами, мужчинка.

— Опа! Гоблин! — хлопнул он в ладоши.

Тут моя совесть снова заговорила: а может Витя и не причём? Может Витя оставил ключи соседям, чтоб кактус полили, а те самым некрасивым способом воспользовались ситуацией в то время Витя в собственный день рождения в чужом городе решает рабочие вопросы?

— Кто там? — выглянул из комнаты Витя.

Моя совесть тут же заткнулась, а место у руля взяла горечь, обида и дикая-дикая ярость.     

— Нашествие зеленокожих! — объявил творожок. — Вы проходите, проходите, мухоморы в холодильнике, слизь в кастрюле.

Хохмач. Ну ничего, смеётся тот, кто смеётся последним… 

Витя вышел вперёд, а творожок, запер за мной входную дверь.

— Знаете, это у меня день рождения. Я думал, что друг позвонил просто поприкалываться а вы и впрямь пришли. Проходите, у нас сангринья в холодильнике, выпьете за мой день рождения.

Витя, сучий сын.

— Не надо сангринью, — проговорила я утробным голосом, — только два стула со спинкой и ремни, ремней побольше.

— Что? — не понял Виктор.

— Что-что, Снегурочка устроит нам шоу, вот что! — воодушевился творожок. — Проходите в зал, а всю принесу.

Виктор замешкался, на его обычно серьёзной и вдумчивой физиономии блуждала растерянность и глупая улыбка.

— Девушка, а что вы…

Я проигнорировала его попытку задать какой-то нелепый вопрос и прошла в зал. У стены красовалась искусственная ёлочка, которую я этому мерзавцу помогала наряжать. На узком столике стоял набор с канцелярскими принадлежностями – мой подарок этому говнюку. А рядом в рамочке примостилась наша с ним фотография в обнимочку. Ублюдок! Собрался развлекаться с проститутками перед нашей с ним фотографией!

— Вот стулья и ремни, — возвестил творожок.

— Очень хорошо, раздевайтесь и присаживайтесь на стулья.

— Что?! — в один голос вскрикнули любители «Снегурочек».

— Не волнуйтесь, это часть шоу, вам понравится, — успокоила я своим сценическим утробным голосом. — Кстати трусы можете оставить.

Раздевались они как-то неохотно, даже стыдливо. Но раздевались! И это перед нашей с Витькой фотографией. Спокойно, спокойно, Зоя, ещё не время, нельзя спугнуть рыбку. Святые угодники, у Витьки красные труселя в белое сердечко.

Уселись, я взяла ремни, коих нашёлся целый ворох, и начала связывать Виктора.

— А это обязательно? — насторожился гадёныш.

— Брось, расслабься, под маской гоблина скрывается очаровательная Снегурочка, — подбодрил творожок.

— Будет страшно… весело, — подмигнула я.

Связала ему руки за спиной, а икры ног привязала к ножкам стула.

— Сколько это будет стоит? — запоздало заинтересовался Виктор.

Я ногтем приподняла его подбородок и шепнула на ухо:

— За счёт заведения.

— Что? Как это? — поднял он брови, но я уже подошла к творожку. 

Какие лохматые ножки! Маленький, зато лохматый.

Когда я затягивала ремни он ойкнул. Ай, какие мы нежные!

— Больно не будет? — поднял он на меня щенячьи глаза.

— Чшш, — я прислонила к его губам указательный палец.

Ну что, вот теперь – пора. Подошла к Вите, присела на корточки и рывком сорвала с себя маску. Я ожидала увидеть нечто напоминающее страх или сожаление, но сучий сын даже глазом не повёл. Совсем не раскаивается! Ему плевать! Только глупая улыбка стала ещё глупее. Я медленно встала на ноги, взяла самый тяжёлый ремень, размахнулась и саданула негодяя по оголённой груди. Неверный вскрикнул, творожок заржал. Я размахнулась и ударила снова.

— Прекратите, развяжите нас! — потребовал Виктор.

Отложила ремень в сторону и ударила его в лицо кулаком. Стул вместе с Витей покачнулся и завалился на бок.

— Нет! Не надо! — закричал творожок, до которого, наконец, дошло, что игра будет идти всерьёз.

Подошла к нему и ударила ногой по пузу. Потом, чтобы заглушить их вопли включила на телефоне на всю громкость «Jingle Bells», благо динамики у меня на смартфоне были отличные. Потом прошла на кухню, где что там лежит я прекрасно знала, взяла длиннющую скалку и вернулась в зал, туда где проходило всё веселье. Орудуя скалкой как битой, сперва я разбила стеклянные дверцы серванта, потом прошлась по содержимому столика, затем время настала очередь искусственной ёлки.

— Еже еси на небеси, да святится Имя Твое, да прибудет Царствие Твое… — принялся читать «Отче наш» творожок.

Я подошла ближе и наклонилась к нему.

— Я вас не видел, не видел… — залепетал любитель экскортниц, опустив голову.

Схватила его за волосы и заставила взглянуть на себя.

— Так ты посмотри, посмотри, внимательно запомни и вспоминай каждый раз когда решишь воспользоваться услугами девушки по вызову. 

— Я больше не буду, — захныкал тот.

— Надо было думать до того, как вызывать экскортниц.

— Я никогда, никогда больше, — захныкал творожок, а его глаза увлажнились.

Левой рукой обхватила его за подбородок.

— Слёзы не помогут… — растягивая слова произнесла я и стукнула его в бок.

Проходя мимо Витьки пнула его ногой, кажется по солнечному сплетению, он застонал.

«Oh, jingle bells, jingle bells

Jingle all the way

Oh, what fun it is…» — напевал Фрэнк Синатра из динамика моего телефона.

А вот и телефон Витьки. Пароля нет, как кстати. Открыла контакты. Шесть женских имён. А моего даже нет. Типа помнит наизусть и решил понапрасну не засорять память гаджета. Сучий сын. А что у нас в смс? О, поздравления с днём рождения. Ну, надеюсь ты их все прочитал, потому что больше случая не представится. Подошла к окну, открыла створку. На меня пахнуло зимним холодом, но моего гнева это не остудило.

— Не надо! Не делай этого! — вскричал лежащий на полу Виктор, который со своего ракурса заметил меня со своим смартфоном.

Несостоявшийся жених, пытаясь высвободиться, но в результате только перевернулся вместе со стулом на другой бок.

Ха! Размахнулась и запульнула телефон подальше. Закрыла окно, подошла к лежащему Витьке и ещё раз пнула его.

— Я больше никогда, никогда… — хныкал тем временем творожок. — Я больше даже фильмов плюс восемнадцать смотреть не буду, только не убивайте, молю, не убивайте.

«Oh, jingle bells, jingle bells

Jingle all the way

Oh, what fun it is to ride

In a one horse open sleigh» — разносилось с моего телефона.

Направилась к стонущему, что б утихомирить, но споткнулась о портки. И тут мой взгляд упал на лежащие неподалёку ножницы. Слышала в Китае популярны штанишки с дырочкой, если быть точнее – с открытым шаговым швом и называют их кайданку. Этим тоже не помешает модернизировать брюки, ну раз висюльке там тесно. Материя резалась туго, но ножницы я купила падлюке что надо. И вот штаны почти лёгким движением руки превратились в кайданку. Вторые тоже. Но я не успокоилась пока не сотворила тоже самое со всеми брюками в шкафу. Теперь у кабелино одни кайданку! По последней моде из Китая. Виктор уже понял, что любые его возражения не будут иметь результата, если не считать результатом пинок под дых. Второй, творожок, только тихонько постанывал. Кто говорит, что месть не приносит облегчения сильно ошибается. Меня отпустило. Кольцо. Вынула из кармана обручальное кольцо, которое мне подарил Виктор, повертела на пальцах. Первое побуждение – выкинуть. Не стала, всё-таки семейная реликвия. Сунула в задних карман его кайданку.

Сходила на кухню, глотнула из горла сангриньи. Вернулась в зал, забрала телефон и маску гоблина, ногой отфутболила ножницы к творожку.

— С днём рождения! — кинула я Виктору, тот поднял на меня взгляд, в котором сложились чуть ли не все человеческие эмоции. — Как я сказала, о стоимости не беспокойтесь. За счёт заведения!