Соблазнить владыку ледяных драконов

Над каретой, едва не задев ее хвостом, пролетел дракон. Я высунулась из окна и с восторгом проследила за гигантским белым ящером, который взмыл над крепостной стеной и грациозно обогнул башню. Взмах могучих крыльев сбросил с крыши снежную шапку, заискрившуюся на солнце алмазами.

Антарнис – обитель ледяных драконов, город вечных снегов, столица самого северного из княжеств нашей страны. Поэты придумывали для него сотни красочных эпитетов, но ни один не мог передать эту волшебную красоту. И дело было даже не в умопомрачительных пейзажах, величественной архитектуре или уютном запахе дыма из труб, который обещал усталому путнику сытный обед.

Только здесь можно было увидеть, как над крышами жилых домов летают десятки гордых ящеров всех оттенков белого и синего. Я начала подсчитывать, сколько их в небе, но быстро сбилась и махнула рукой. Да все знают, что клан ледяных драконов самый многочисленный в империи!

А его владыка, князь Дарвен Лейн-Аморен, не только безумно богат, красив и сохраняет молодость уже сто лет… Он еще и наглец, бабник, здоровенная заноза для половины знати в империи и моя главная проблема на ближайшие несколько месяцев. Потому что именно к нему меня, Ани Ласковьец, отправили советником по вопросам огненной магии.

Из стаи – или роя, я даже не знала, как это правильно называть, – неожиданно выделился один дракон, белее снега и крупнее сородичей. Он быстро приближался к тракту, по которому ехала моя карета.

Я задумчиво постучала ногтями по стенке экипажа и приказала кучеру:

– Давай помедленнее.

Мы потеряли достаточно времени, потому что карета, не предназначенная для Севера, постоянно увязала в снегу, однако до Антарниса оставалось не так много. Скоро все равно придется останавливаться и проходить у городских ворот традиционную волокиту – предъявлять документы и доказывать, что ты заплатил все пошлины при переходе через пространственный портал, соединяющий княжества.

На моей карете было четко видно гербы южного рода, из которого я происходила, а ледяные драконы считали себя здесь чуть ли не хозяевами всего мира и творили что хотели. Если кому-то из них приспичило проверить мои документы прямо на тракте, среди заснеженного поля, пусть так. Оскорбительно, конечно, но мне пока не стоит с ними ссориться. Огневиков здесь и так… не очень жалуют.

Снежный дракон тем временем пересек крепостную стену и полетел прямо над трактом. С каждым мигом он снижался, становясь все ближе к земле. Чешуя так сверкала в лучах солнца, что заболели глаза. Я вновь застучала по дереву, теперь уже нервозно.

Этот змей ополоумел? Он же сейчас в нас врежется!

Мой экипаж на дороге был единственным, если не учитывать пару крестьянских санок, спешащих ранним утром на городской рынок. Пешие путники уже бросились на утек. Мне сразу вспомнились похожие картины, увиденные на юге.

Ха! Не только ледяные драконы норовисты. У их южных сородичей тоже есть характер, так что и не такое видали. Если этот экземпляр надеется меня испугать, пусть выкусит.

– Еще медленнее, госпожа? – дрожащим голосом уточнил кучер.

– Сохраняй скорость, – холодным тоном ответила я.

Он сглотнул. Ну, наверное. За стуком копыт и скрипом кареты этого было не слышно, но на его месте я бы так и поступила.

Дракон все приближался, похоже, и не задумываясь о том, чтобы подняться хоть немногим выше или свернуть. Каждый взмах гигантских крыльев сметал снег с обочин тракта. Уже стало видно костяной гребень над вытянутой мордой, пар из ноздрей, когти на четырех лапах, которые едва не скользили по земле. Путники на дороге наконец начали с воплями разбегаться в разные стороны.

Меня что, хотят взять на слабо? Правы столичные сплетники: ледяные драконы в самом деле с ума посходили!

– Госпожа, надо тормозить! – испуганно крикнул мне кучер.

– Сохраняй скорость! – упрямо повторила я, стиснула зубы и так вцепилась пальцами в край окна, что стало больно.

Не уступлю. Разобьюсь насмерть – но голову не склоню.

Если Дарвен Лейн-Аморен считает, что к нему на место высшего мастера огненной магии в совет, контролирующий все колдовство в княжестве, прислали бесхребетную соплячку, то он сильно ошибается. Да, я самый молодой мастер за последние десятилетия. Ни в одном княжестве на подобной должности нет никого младше тридцати, а мне всего двадцать пять.

Но я буду стоять до последнего. Иначе я не Ани Ласковьец.

Белый дракон по-прежнему несся вперед. Столкновения было не избежать, и вряд ли ящер с его алмазной чешуей, превосходящий размером карету раза в два, пострадает, в отличие от меня. Я зажмурилась.

Ну же…

Лошади заржали. Экипаж дернулся и замер – у кучера не выдержали нервы.

Я резко распахнула веки.

В самый последний момент дракон вдруг взмахнул крыльями и взмыл в небо. Перед глазами промелькнул ослепительно-белый живот ящера. Он крутанулся, выполнив невообразимый кульбит, и рухнул на дорогу, оборачиваясь в человека прямо в полете.

Я охнула. Да этот дракон точно безумен! Он же сейчас разобьется!

Когда крылатый змей ударился оземь, в воздух взвились искристые облака из снега. Волной обдало и меня. Я закрылась ладонью, но снежинки все равно закололи лицо. В первые мгновения за белой завесой ничего не было видно. Она быстро оседала, и вскоре за ней появился мужской силуэт.

Я напрягла зрение. Не может быть…

В сверкающем ореоле стоял высокий красавец с густой гривой медно-рыжего, почти красного оттенка, редкого у людей. Желтые глаза хитро щурились, чувственные губы изгибались в насмешливой улыбке. Легкий черный кафтан был наброшен так небрежно, будто вокруг разгар лета, а не сугробы выше головы. В вороте рубахи виднелась мужественная мускулистая грудь, подтверждая, какое презрение ее обладатель испытывает к морозу.

– Ну здравствуйте, леди Ани Ласковьец, – произнес дракон в человеческом обличье.

Сердце забилось в неровном темпе. Встречать меня явился не кто иной, как князь Дарвен Лейн-Аморен собственной персоной – самый опасный мужчина в империи.

И тот, кого я должна соблазнить.
***
Дорогие читатели! Если начало книги вам понравилось, пожалуйста, не забудьте отложить ее в библиотеку и поставить лайк ♡

Я восстановила дыхание, одернула платье, поправила плащ с меховым подбоем и дождалась, пока перепуганный слуга спрыгнет с запяток и откроет дверцу кареты. Затем вышла из экипажа и склонилась в изящном реверансе.

– Ваша светлость, очень рада с вами познакомиться. Но, – я подняла голову, – прошу прощения, моя фамилия произносится с ударением на О, а не на Е.

Драконий владыка хмыкнул, нахально оглядывая меня с ног до головы.

– Слухи не лгут. Вы действительно та еще штучка.

– Сложно было бы ожидать меньшего от вашей новой советницы, ваша светлость. Как можно раздавать своему князю советы и говорить правду, если ты его боишься?

– Яйца у вас точно есть, причем стальные, – пробормотал он, вновь опалив меня взглядом.

– Ну что вы, князь, – спокойно заметила я, – какие у женщины яйца? Возможно, у дракониц строение тела отличается, но могу заверить, что у меня оно совершенно обычное для людей.

Дарвен расхохотался.

– Поверю на слово.

Я кисло улыбнулась. Князь был известным бабником, но я надеялась, что он не пал настолько низко, чтобы пытаться залезть под юбку своей советнице в первые же мгновения знакомства.

В голове пронеслись непрошеные картины месячной давности.

Кабинет моего благодетеля – лорда Гела Цванака, одного из самых могущественных людей в южных княжествах и человека, которому я была обязана всем. Книжные полки высотой до потолка, между ними гордо выставленные парадные доспехи и оружие. Гел умел брать не только силой, но и умом. Иначе бы он не достиг такой близости к самому императору.

«Ты обязана выведать все секреты этого дракона, Ани. Как он столько лет сохраняет молодость, почему его магия настолько сильна, все его слабые места. Этот упрямец слишком долго сидит на троне, завоевывает новые земли, копит богатства, но никогда не делится с другими. Так он скоро решит претендовать на место самого императора. Мы должны этому помешать любой ценой. Будь готова лечь под него – говорят, он охоч до женщин и не пропустит еще одну юбку».

«Но я ведь далеко не красавица. Я маг. Мастер магии! Может, найдется какой-нибудь иной способ…»

Удар кулаком по столу.

«Ты сделаешь это, Ани. Ты сделаешь всё, что понадобится, и успеешь к Новогодию. Если ты провалишь задание… Тебе известно, что случится».

В рассуждениях Гела была логика. Никто из шпионов, подосланных к Дарвену, не вернулся. Советница по магии, назначенная прямиком из Яснограда, имперской столицы, – другое дело. От нее не отмахнешься, а если попытаться убрать, тогда император точно задумается о том, не слишком ли много власти в последние годы получили ледяные драконы и их бессмертный владыка.

Но я столько лет изучала магию, вытягивала себя за уши из грязи, бросила все силы на постижение колдовских искусств… чтобы что – лечь под какого-то выскочку, которому повезло родиться драконом?

Наверняка найдутся и другие способы угодить Гелу и соблюсти свою честь.

Я отогнала воспоминания и внимательнее изучила стоящего передо мной дракона. Волевой подбородок, идеальный профиль, а уж эти губы…

Что тут скажешь, красив, подлец. С таким бы любая женщина мечтала оказаться в постели.

Ну, кроме меня.

– Ваша светлость, можно узнать, чем я обязана такой… эффектной встрече? – поинтересовалась я. – Ваш посланник, встретивший меня по эту сторону портала, уверял, что вы ждете меня в замке.

– Хотел познакомиться с вами пораньше, поближе и в неофициальной обстановке, – невозмутимо объявил Дарвен.

– И как, я удовлетворила ваше любопытство?

Внезапно он сделал несколько быстрых шагов ко мне. Я инстинктивно отпрянула назад, едва не вжавшись лопатками в карету.

Князь на несколько мгновений застыл надо мной, всматриваясь в мое лицо. Я затаила дыхание, но глаз не отвела. А у него они были желтыми, почти золотыми. Удивительный оттенок…

Наверное, я слишком засмотрелась, потому что Дарвен вдруг нахально улыбнулся и смахнул с моего плеча снежинку.

– Еще не вполне, госпожа Ласковьец. Я убедился, что вы не промах, но этого мало. Вы будете служить мне следующие пять лет, пока не наступит срок вашего переизбрания. И я, увы, никак не смогу на это повлиять, потому что все члены магического совета назначаются из столицы. Мне нужно удостовериться, что вы в самом деле соответствуете своей должности.

Я нахмурилась.

– Во-первых, строго говоря, я служу не вам, а императору. Во-вторых, меня уже назначили. По какой причине вы будете оспаривать решение императора? Вас тоже смущает мое происхождение?

О, сколько споров оно вызвало в Яснограде! Место в магическом совете мог занять только человек из благородного рода, а я была рождена от служанки. И пусть отец любил мою мать и признал меня, его единственную наследницу, от клейма простолюдинки избавиться было сложно. В детстве я верила, что хотя бы маги будут относиться ко мне, как к равной, ведь там важен талант, а не происхождение…

Ага, конечно.

Дарвен улыбнулся еще шире, на сей раз кровожадно, продолжая надо мной нависать. Мне стоило большого труда удержаться от того, чтобы не вздрогнуть.

– Юная леди, вы не поверите, но плевать мне с замковой башни на ваше происхождение. Во-первых, вам наверняка кажется, что магические советы ввели в незапамятные времена. Однако я уже сидел на троне Антарниса, когда это произошло. Сначала это объяснялось тем, что магия опасна и сложна, овладеть ей в полной мере могут единицы, а в нашем мире столько всего странного и непонятного, поэтому давайте-ка на всякий случай в каждом княжестве будет круг мастеров каждого вида колдовства, которые уж точно смогут разобраться с любой проблемой. А потом каким-то образом оказалось, что в половине княжеств нашей великой Эссарской империи вместо князей в действительности правят магические советы. Я не собираюсь повторять печальный опыт соседей. Во-вторых, строго говоря, вы официально вступаете в должность через три дня. И вот незадача, на завтра предсказатели погоды обещают сильный и затяжной снежный шторм. В такие дни единственный портал в княжестве не действует из-за вероятности, что колдовские плетения порвутся и портал будет уничтожен. А строить новый… Знаете ведь, насколько это сложно?

Я поджала губы.

– Разумеется, знаю. Для этого нужны высшие мастера всех стихий, для арки – зачарованные камни изо всех мест, куда портал должен вести, и много-много часов творения магии. На это может уйти полгода – ужасно неудобно, учитывая, насколько ваше княжество отдалено от других. Прошу меня извинить, вы проверяете мои знания об азах моей профессии или мне кажется?

– Вам не кажется, – опять с потрясающей невозмутимостью объявил князь.

Господь всемогущий, да это не дракон, это проклятый шайх из Преисподней!

– Не знала, что вы имеете ученую степень в огненной магии, ваша светлость.

– Степени не имею, зато хорошо разбираюсь в огневиках, юная леди, – оскалился он. – За время моего правления вас в совете сменилось одиннадцать человек. Кое-кто сбежал из Антарниса раньше, чем закончились пять лет службы, а парочку ваших собратьев поймали на том, что они пытались выжечь своими плетениями мою магию – ту самую защиту, которая окружает княжество и делает его неприступным. Любопытная ситуация, не правда ли? Те, кто должен помогать мне защищать эти владения, пытался их ослабить. Вы уж простите, но, если я почувствую, что вы мне хоть чем-то напоминаете тех людей, вы сегодня же вечером покатитесь через портал обратно к высочайшему императорскому двору.

– Хотите сказать, что ставите под сомнения решения императора?

– Императора? – Дарвен покачал головой. – О нет, что вы. Я же не мятежник. Однако мы с вами оба знаем, что наш император молод и количество забот у него таково, что он предоставляет решать вопросы волшебства другим людям. Кто-то легко мог ввести его в заблуждение о том, что молодая девушка – достойный кандидат для такой высокой должности.

– И вы в самом деле считаете, что император поверит именно вам, а не компетентным высшим мастерам, которые меня на эту должность предложили? – возмутилась я.

– Конечно, он ведь умный человек, поймет, что я бы просто так назначенного им советника из своего княжества не выдворил.

Я скрипнула зубами. Во время моего обучения на мага очень многие считали меня выскочкой. Если с кого-то драли шкуру в два раза сильнее, чем с других учеников, то этого кого-то всегда звали Ани Ласковьец. Но так с грязью меня не мешал еще никто.

– Прекрасно! Устраивайте свой экзамен. Мне его как, прямо в поле проходить? Вы ведь за этим меня остановили посреди дороги? – я многозначительно оглядела белые сугробы, окружающие тракт.

В центральных княжествах империи пригород мог тянуться целую милю перед городскими крепостными стенами. Но Антарнис находился на самом краю страны, за ним простирались земли северных дикарей и устрашающих чудовищ. Пусть княжество защищали искусные плетения Дарвена, не пропуская большую часть врагов, местные жители опасались селиться за пределами крепостных стен.

– Что вы, что вы, – князь, продолжая язвительно улыбаться, щелкнул по колесу моей кареты. – Ваш экипаж изготовлен на юге и не учитывает высоту наших снегов. Вы продвигались слишком медленно, я устал ждать и отправил за вами собственный. Но драконы летают быстрее, чем скачут лошади, и я воспользовался этой возможностью, чтобы успеть с вами немного познакомиться. А то вдруг вы решите, что с вами здесь плохо обращаются, и с чувством оскорбленного достоинства вернетесь жаловаться на меня в Ясноград.

Разбежался.

– Для этого вам придется придумать что-нибудь посерьезнее, ваша светлость, – сладким голосочком ответила я. – Столичные сплетники выставляют вас отнюдь не ласковым зайкой. Пока что вы полностью оправдываете ожидания.

Он хмыкнул и оценивающе посмотрел на меня, затем взгляд его метнулся куда-то в сторону.

– А вот и мой экипаж.

– О, – только и смогла выдавить я, сдвинувшись чуть в сторону, чтобы увидеть подъезжающую карету.

Только это была никакая не карета. Это был шайхов дворец! И не на колесах, а на полозьях. Я не впервые видела сани, но такие роскошные точно еще никогда мне не встречались. Высокие, белые с алым, с просторной кабинкой, защищающей от снега и ветра, с прозрачным стеклом в окнах. На четырех углах покачивались фонари с волшебными огоньками – такие не разобьются и не подожгут карету, и видно их издалека. А лошади, что за лошади были впряжены в эти сани! Четыре крупных белоснежных жеребца без единого пятнышка, статные, с заплетенными в косы гривами. Вряд ли даже в императорских конюшнях найдется много таких великолепных коней!

Я быстро справилась с остолбенением и постаралась скрыть эмоции от внимательно наблюдавшего за мной Дарвена. Чем дальше, тем менее понятными для меня становились его мотивы. Чего он добивается на самом деле: поразить скромную волшебницу с юга северными богатствами, чтобы мне ни за что не хотелось отсюда уезжать? Или все-таки запугать так, чтобы я сама сбежала при первой возможности?

Если князь рассчитывал на второе, то он пока терпел сокрушительное поражение.

– Впечатляющие сани, – скучающим тоном произнесла я, будто совсем не была поражена их видом.

– Это не сани, – сухо ответил Дарвен. – У саней нет закрытого верха. Печально, что ко мне отправили советника, выросшего на юге и не разбирающегося в нашей культуре. Перед вами зимняя карета – и не важно, что она на полозьях. Мы хоть и отдалены от столицы, но стремимся поспевать за имперской модой.

Я мысленно себя отругала. Да, это была ошибка с моей стороны. Нужно быть внимательнее.

Когда экипаж развернулся, слуга в светло-голубой ливрее раскрыл перед нами дверь. Князь, пусть и вел себя своеобразно, все же имел представление о манерах галантного кавалера и подал мне руку, помогая забраться в салон.

Коснувшись ладони Дарвена, я вздрогнула. Ледяной холод проник даже через мою кожаную перчатку. Если владыка северных драконов весь такой, как его рука, то неудивительно, что он не мерзнет, разгуливая в одном кафтанчике по нынешней погоде…

И вместо сердца, наверное, у него тоже кусок льда.

Слава Богу, внутри кареты оказалось тепло. Усевшись на белое кожаное сиденье, я заколебалась, не потребовать ли присутствия своей служанки, но передумала. Окна широкие, прозрачные – салон снаружи видно насквозь. Меня, незамужнюю девушку, пусть уже по меркам империи и приближающуюся к возрасту старой девы, это не скомпрометирует.

Князь, конечно же, устроился напротив, закинув ногу на ногу. Почему-то я не сомневалась, что именно такую позу он и примет.

– Куда мы поедем, ваша светлость? – уточнила я.

– В замок. Если вы меня удовлетворите, – Дарвен хищно оскалился двусмысленности своих слов, – то там и останетесь жить, как и другие советники. Если нет – хотя бы успеете посмотреть город, прежде чем вернуться домой. Антарнис очень красив зимой.

– Но здесь почти круглый год зима, – заметила я.

– Вот именно.

Я улыбнулась, делая вид, будто оценила шутку, а мысленно при этом скривилась.

Впрочем, и так уже ясно, что самомнения у князя хоть отбавляй.

Карета плавно тронулась с места. Холмики сугробов за окном стремительно полетели мимо. И правда, такой способ передвижения оказался быстрее, чем на колесах, а трясло гораздо меньше. У городских ворот нас даже не остановили – наоборот, при виде княжеского экипажа путь сразу освободили, и до нас даже донеслись выкрики горожан и стражников, чествующие их владыку.

Я мысленно это отметила. Забавно, на юге от черни такого не дождешься. Если нужно срочно убраться с дороги перед каретой князя, то стоит ждать только ругани, а если она и не полетит, то только потому, что люди побоятся расправы за наглость. Здесь жители настолько боятся владыку драконов или все же настолько любят?

Сама я пока не видела ни одной причины восхищаться мужчиной, который сидел напротив и все время, пока мы ехали, прожигал меня прищуренными желтыми глазами. При таком характере и его умопомрачительная внешность уже не казалась пленительной. Перестали впечатлять и мелькающие снаружи симпатичные, будто пряничные домики, укутанные снежным одеялом, и великолепные драконы, гордо парящие над крышами. Перспективы жить и работать в этом месте, рядом с этим человеком выглядели все мрачнее. Я и так не была рада тому, какое задание передо мной поставил Гел, а теперь оно и вовсе представало в самом черном цвете.

Пальцы нервно выстукали по колену дробь. Поймав себя на этом, я вздохнула и сцепила руки на груди. Дарвен наверняка подумает, что я боюсь, ну и пусть. Кто бы не боялся провалить проверку и лишиться высокой должности, даже не успев ее занять?

Но я должна это сделать. Или то, чего я добивалась долгие годы, будет разрушено.

Ани по версии нейросети.

Замок Антарниса занимал поистине огромное пространство и выглядел монументально. Еще бы, ведь он предназначался для жизни драконов! Хоть я и уговаривала себя, что перед князем нужно выглядеть строгой и собранной, но не смогла удержаться от удивленного возгласа. Чем, естественно, сразу вызвала усмешку на чувственных мужских губах.

Крепостные стены были такими толстыми и мощными, что по ним, наверное, мог свободно проскакать табун лошадей. Невысокие и толстые башни напоминали хмурых толстых бабулек в белых платках и коронах поверх. На зубчатых круглых вершинах мог свободно разместиться дракон.

Въехав во внутренний двор, мы миновали целое поле, очевидно, предназначенное для тренировок. Чьих – войск или драконов, я уверена не была. В этот момент там занимался отряд стражи, машущий мечами под резкие выкрики командира, а по соседству примеривались друг к другу два молодых дракона – всего-то размером как княжеская зимняя карета.

В просторном дворе уместилась не только целая россыпь хозяйственных построек самого разного предназначения, но и небольшой храм. Позади пыхала дымом огромная кухня. Даже в такой ясный, солнечный день над ней зависало густое серое облако – она кормила настолько много людей, что огонь в печах не угасал ни на мгновение.

Сердце Антарниса не могло сравниться по красоте с тонкими, изящными замками Юга, далеко ему было и до пышности и гигантских размеров императорского дворца, в который стекались люди со всего государства. Однако обитель владыки ледяных драконов вызывала ощущение уверенности, незыблемости и покоя. На миг я почувствовала себя так, словно это то самое место, где можно будет наконец отрешиться от суеты, аристократических интриг, бесконечной гонки за достижениями и просто жить, радуясь тому, что дает новый день.

Ах, мечты, мечты…

Карета остановилась у замка – настоящего великана среди окружающих его зданий-гномиков. Его строили как самый северный, самый последний оплот Эссарской империи, который должен был вынести любое ненастье и любую осаду, и внешне он именно таким и выглядел.

– Испытание не будет магическим, ваша светлость? – уточнила я, оглядывая гигантские серые стены, которые смотрелись бы мрачными, если бы не присыпавший их снежок.

– Почему вы так решили?

– Обычно все, что связано с колдовством, стараются вынести за пределы города или хотя бы на окраину. Если мощное заклинание вырвется из-под контроля, будет меньше разрушений и жертв.

– Обычно – здесь вы правы. Но, во-первых, этот малыш, – он указал на замок, – гораздо крепче, чем кажется. А во-вторых, на Севере зимние ночи особенно длинные, а долгими вечерами бывает скучно. За годы я вплел в стены столько своих чар, что, уж простите, вам придется ну очень сильно постараться, чтобы что-то испортить. Ваши коллеги, другие советники, проводят собрания именно здесь. Зал магии, где это происходит, когда-то был местом моих тренировок. Он защищен еще лучше, чем все остальные помещения, причем не только от огненных заклинаний.

Я кивнула, одобряя это решение. Магию очень сложно держать в узде, даже если ты высший мастер. А когда несколько высших мастеров собираются вместе, чтобы принять какое-то решение, точно жди беды. Ведь все они опытные маги, и каждый считает себя правее всех. Поэтому то кто-нибудь случайно занавеску подожжет, то кусок потолка на голову оппонента обрушит… Опять же случайно, разумеется.

– Идемте, – князь сам отворил карету, соскочил на землю и подал мне руку.

Я замешкалась. По негласным правилам этикета дверь в таких случаях всегда открывали слуги, однако Дарвен, видимо, считал, что у него руки и ноги от этого не отсохнут. Любопытное поведение для владыки самого крупного и могущественного драконьего клана в стране.

– Благодарю, – ответила я и приняла его ладонь.

Как и следовало ожидать после подобного, князь сам повел меня по замковым коридорам. Он шагал быстро, не оглядываясь. Мне приходилось чуть ли не бежать за ним, и вскоре я уже окончательно перестала замечать окружающие красоты: сводчатые потолки, выразительные арки и обильную каменную резьбу. Тут бы просто не отстать…

И при этом еще было бы неплохо сохранить чувство собственного достоинства. Я понимала, чего добивается князь: чтобы советница мчалась за ним, подбирая юбки, как малый ребенок, и чтобы все это видели. Слухи обо мне явно уже дошли до замка – слуги и другие встречающиеся в коридорах люди старались на меня не пялиться, но и заинтересованные взгляды особенно не скрывали.

Князь пытается уронить авторитет советницы еще до того, как она вступила в должность? Не получится, дорогой мой.

Когда я уже была готова плюнуть и сменить темп с «лошадиных скачек» на прогулочный, Дарвен наконец остановился.

– Сюда, – сказал он.

Слава тебе, Господи, и ниспошли, пожалуйста, на голову одного высокомерного дракона огненный дождь.

Мощные дубовые двери были распахнуты. Я прошла под величественной аркой и ступила на серые каменные плиты Зала магии. Каждую из них покрывал причудливый узор – визуальное проявление колдовских чар. Стены украшали фрески, рассказывающие историю о том, как более ста лет назад к императору явился никому не известный мужчина по имени Дарвен Лейн-Аморен и пообещал вернуть когда-то утерянный страной Север – с тем условием, что он сядет там княжить.

Над Дарвеном тогда посмеялись – и глядите-ка, чем все закончилось. Картины служили весьма прозрачным напоминанием магическому совету, кто здесь на самом деле главный.

Однако гораздо больше фресок меня заинтересовало магическое плетение в центре вытянутого зала, прямо под точкой, где сходились своды потолка. Пока что я не видела его, но чувствовала неестественный холод, скопившийся посреди помещения. А это не могло быть ничто иное, кроме как эффект от заклинания.

Я прошлась по кругу, ориентируясь на свои ощущения и пытаясь определить границы плетения. Крупное и висит прямо в воздухе – работа настоящего мастера. Скорее всего, самого Дарвена.

При мысли о том, как этому проклятому дракону повезло, аж зависть брала. Мало того что дракон, так еще и с колдовским даром. И на шлифовку своих способностей у него не коротенькая человеческая жизнь, а длинная драконья. Если не длиннее – драконы в среднем жили лет по двести, а этому уже шайх знает сколько лет. Век назад, впервые появившись при дворе, Дарвен выглядел точно так же, как сейчас. Может, ему и не сто с хвостиком, а все триста или вообще пятьсот.

Я тряхнула головой, избавляясь от лишних, сбивающих концентрацию мыслей. Открыть второе зрение и так непросто, а у меня был очень долгий день – сбор вещей, путь до портала возле столицы, потом переход и тряска в карете по местным снегам. Без сомнений, проверка князя будет сложной, и как бы она не вытянула у меня последние силы без остатка.

– Что мне нужно будет сделать?

– Задача элементарная, – Дарвен по-хозяйски, опять закинув ногу на ногу, устроился в одном из кресел, которые рядком стояли возле стены с фресками. – Разрушьте мое плетение. Распутайте, наложите контрплетение, просто сожгите – сделайте так, чтобы оно не работало.

– И что это за плетение?

– Часть того барьера, который окружает Антарнисское княжество, – спокойно объявил он.

Я пораженно уставилась на него.

Этот шайх чешуйчатый надо мной что, издевается?

Разрушить фрагмент барьера – подтвердить, что ты можешь если не сломать его весь, то по меньшей мере пробить в нем брешь. Проще говоря, самому себе вырыть могилу. Первая попытка сделать это случилась задолго до моего рождения, вторая – лет пять назад. Я не знала, работал ли тот человек на Гела, подобно мне, но в обоих случаях наказание стало одинаковым. Провинившихся превратили в пример для всех магов империи: обвинили в измене, выжгли на их лицах клеймо, лишили всех земель и титулов и отправили на каторгу на окраине империи. Не будь они высшими мастерами, наверняка их вообще казнили бы.

Со мной, конечно, так не поступят, поскольку я лишь прохожу проверку, а не тайно ослабляю княжество, чтобы впустить в него многочисленных врагов. Но если станет известно, что я способна пробить в барьере брешь, Дарвен ни за что не станет держать меня в советниках. Да меня и без него закопают! В Антарнисе, может, ужасные условия для жизни – большую часть года лежит снег, в середину зимы день длится от силы пару часов, зато здесь столько залежей редких руд и драгоценных камней, сколько ни в одном другом княжестве. Многие аристократы сколотили на этом огромное состояние. Если кому-то из них взбредет в голову, что я для него угроза, мне будут портить жизнь всеми возможными способами.

С другой стороны, если я не справлюсь с плетением, меня выставят некомпетентной и вышвырнут.

В общем, Дарвен в любом случае добьется, что меня здесь не будет. Если я не сбегу сама, то меня уберут, причем не обязательно руками самого князя.

– А вы все продумали, – мрачно подытожила я.

Он нахально улыбнулся.

– Я далеко не самый умный мужчина на свете – есть многие и поумнее. Но княжеством я управляю не первый день.

– Может, пригласите кого-нибудь из моих коллег, чтобы он объективно оценил качество проделанной мной работы?

«Хотя бы ради видимости соблюдения приличий», – мысленно добавила я. Впрочем, какой в этом смысл? Кого бы Дарвен ни позвал, этот человек вынесет тот вердикт, который нужен князю.

– А я уже пригласил, – ответил тот.

– Приятно познакомиться, леди Ласковьец, – неожиданно прозвучал голос из другого конца зала.

Я вздрогнула и оглянулась. По левой стороне помещения шли стрельчатые окна, но в самом конце оставался угол, не залитый солнечным светом, потому я и не заметила притаившегося в нем человека.

Когда он отделился от стены и сделал несколько шагов вперед, я поняла, что это и не человек вовсе.

Незнакомец был высокого роста по человеческим меркам и неестественно худым. Длинная мантия до пола усиливала впечатление непропорциональности его тела, а лицо имело лишь отдаленное сходство с человеческим. На меня смотрели огромные и вечно печальные ланьи глаза; в стороны торчали оленьи уши; под плоским носом ширился разрез рта почти без губ; мышиного цвета волосы, заплетенные в толстую косу, спускались до колен. Странно, но при таком наборе черт существо не выглядело уродливым, хотя и красивым его тоже вряд ли получилось бы назвать. Оно просто было… другим.

Аэри. Лесной народ, который долгое время считался таким же мифическим, как, например, эльфы, феи и лешие. Собственно, аэри и породили все эти легенды, ведь они виртуозно владели магией земли, не желали покидать свои леса и вообще хоть как-то соприкасаться с людьми. Конечно, с тех пор как империя завоевала все территории, на которых обитали аэри, они стали чаще общаться с нашей расой, но все равно встретить аэри среди людей было редкостью. И вдруг один из них – в Антарнисе, да еще и мой коллега, судя по тому, что его мантию покрывали магические узоры!

– Леди Ласковьец, – хитрым тоном заговорил Дарвен, – позвольте представить вам лорда Скрова из народа аэри, высшего мастера земли и члена магического совета Антарнисского княжества.

Его имя прозвучало как перекат гальки, тронутой морским прибоем. Я присела в реверансе. Возможно, даже ниже, чем сделала это перед князем. Сзади раздалось тихое фырканье – похоже, Дарвен это заметил.

Ну ничего, его гордость это переживет.

– Для меня честь познакомиться с вами, – искренне сказала я аэри.

– А для меня честь – присутствовать здесь во время испытания князем самой молодой высшей мастерицы среди членов совета, – мягким и одновременного глубоким голосом ответил он. – Прошу, не обращайте на меня внимания. Я здесь всего лишь удостовериться, что все пройдет без неприятных последствий.

Да-да, конечно. Я украдкой вздохнула. Не всерьез же почтенный советник думает, что его новая коллега случайно подожжет себе платье или нечаянно спалит князю волосы?

Последнее могло показаться неплохой идеей – если бы я была младше лет на десять.

– Приступайте, леди Ласковьец, – поторопил меня Дарвен. – Маг вашего статуса должен сходу понимать, сможет он справиться с плетением или нет.

– Вы прекрасно знаете, что это не так, – бросила я. – Иногда простейшее заклинание можно замаскировать так, что даже мастер провозится с ним несколько суток.

– Нескольких суток у меня нет. Даю вам полчаса, – отрезал он, посмотрев в окно.

Я проследила за взглядом князя. Солнце уже клонится к горизонту? Так быстро? Ох уж этот Север…

Что ж, ни выбора, ни времени на то, чтобы придумать лучший выход из ситуации, у меня в самом деле не оставалось. Я сняла плащ, перчатки и бросила их на кресло возле стены. Сплетать огонь – жаркая работка, а именно она мне и предстояла.

Избавившись от сковывавшей движения одежды, я опустила веки и глубоко вдохнула. Пальцы сами исполнили жест, помогающий быстро открыть второе зрение. Это была непростая комбинация движений, но за годы она была так отточена, что я, наверное, могла бы воспроизвести ее даже во сне.

Глаза я открывала медленно, с осторожностью, и не ошиблась. Плетение в середине зала было создано из полупрозрачных ледяных нитей, чьи грани, подобно бриллиантам, ловили и преломляли солнечный свет. Удивительно красивое зрелище. Жаль, недоступное простым людям.

Я обошла чары по кругу. Дарвен однозначно издевался надо мной. Это было чрезвычайно сложное трехмерное плетение. На первый взгляд оно казалось хаотичным – словно смотришь на котенка, который играл с клубком ниток и безнадежно в нем запутался. Однако второй, третий взгляд – и ты начинал понимать, что в этом беспорядке на самом деле есть закономерности. Плетение было четко вписано в структуру помещения: находилось прямо под центральным сводом, ориентировалось на четыре угла. Проще говоря, я не могла распутать чары, не затронув их окружение. А в стены и полоток зала были вписаны еще десятки плетений – я видела слабое поблескивание защитных земляных, воздушных, водных и огненных чар.

Все четыре стихии, все четыре вида магии, которые подвластны людям. Разумеется, этим она не ограничивалась – еще существовала магия света и тьмы, ментальная, электрическая и так далее, но все эти виды были слишком сложными, чтобы люди за свою короткую жизнь могли их освоить. Даже среди драконов, живущих значительно дольше нас, единицы подчиняли себе нестихийную магию. И совершенно точно никто не был в силах обуздать сразу две стихии.

Впрочем, способы соединять между собой плетения разных стихий существовали, и Дарвен явно ими воспользовался. Да и как ему, с его-то длинной жизнью и огромным опытом, их не знать?

– Сколько часов вы потратили на создание этих чар? – поинтересовалась я.

– Два часа, – высокомерно объявил он.

Врунишка. Здесь работы на сутки самое меньшее.

– А на самом деле?

– Все еще два часа, – насмешливо повторил Дарвен.

Аэри прокашлялся.

– Справедливости ради, ваша светлость, необходимо заметить, что вы повторили уже изученное и многократно повторенное вами плетение, которое уже воспроизводите почти так же механически, как и жест, открывающие магическое зрение. И строго говоря, у вас ушло три часа.

– Какой же ты зануда, Скров, – вздохнул князь.

– Благодарю, мастер, – поблагодарила я аэри с затаенным злорадством. Будут мне тут про два часа рассказывать… – Ваша светлость, вы прекрасно понимаете, что это сложная работа. И вы хотите, чтобы я с ней справилась за полчаса? Наверняка вы могли бы придумать более простой способ избавиться от нежеланной советницы.

– Дорогая Ани, если позволите вас так называть…

– Не позволю, – перебила я. – Мы с вами не родственники и не друзья. Ваша фамильярность может навредить моей репутации незамужней девушки, поэтому очень прошу вас оставаться в рамках этикета.

Дракон изогнул бровь.

– Хорошо, дорогая леди Ласковьец. Вы прекрасно понимаете, что есть два решения этой задачи, и оба чрезвычайно просты. Вопрос лишь в том, что вы выберете.

Шайх, он точно проклятый шайх, а не дракон…

Я еще раз обошла вокруг сплетения ледяных чар. Князь попытался его замаскировать парой мудреных и бестолковых заклинаний, но сомневаться не приходилось – это действительно часть защитного барьера княжества. Расплести без последствий клубок не получится, по крайней мере, не с моими навыками.

Как бы я ни утверждала вслух обратное, молодой возраст был моим минусом. Я знала в теории все, что должен знать высший мастер, но далеко не все эти знания пока были отточены на практике до идеала. Предположительно я могла отцепить плетение Дарвена так, чтобы не потревожить защиту зала, но получится ли это на самом деле – хороший вопрос.

Да и само плетение было не без сюрпризов. Заденешь эту нить – полетят ледяные стрелы. Тронешь ту – отморозит руки.

Ну, это, конечно, если работать по правилам.

Увы, те два варианта, на которые намекал князь, к ним не относились. Первым, самым простым, был отказ что-то делать. Признание, что мне такое не по силам. Возможно, это был и лучший вариант из двух. Дарвен в любом случае найдет способ меня вышвырнуть, а так я хотя бы не вызову у него подозрений и не настрою против себя местных богачей.

Правда, еще это означало, что я распишусь в собственной беспомощности. Столько лет учебы, начисто похороненная личная жизнь, куча долгов перед Гелом, который тянул меня вверх, – и все зря. Самая молодая советница по магии окажется еще и самой бесполезной, потому что даже не вступит в должность. В колдовских кругах надо мной будут посмеиваться еще очень-очень долго, даже несмотря на то что всем известно о взбалмошности антарнисского князя.

Второй вариант… Он был опаснее. Я могла сплести поверх драконьего заклинания собственное, заключить лед в огненную клетку и выжечь его одним мощным ударом. Это будет нелегко, придется работать с невообразимой скоростью, но зря я высший мастер, что ли? Сил хватит.

И авторитет среди коллег не рухнет. Только Дарвен однозначно возьмет меня на заметку, а вместе с ним и дворянство Антарниса.

Хотя какая разница, если уже к ночи и воспоминания обо мне здесь не будет?

Меня вдруг взяла злость. И на Гела, который вынудил меня сюда отправиться; и на откровенно издевавшегося надо мной Дарвена; и на безмолвно-безразличного Скрова, в чью обязанность вменили засвидетельствовать мой провал; и даже на весь Антарнис, чьей красотой и чудесами мне теперь не восхититься.

Плевать, что обо мне подумает князь. Столько лет я стремилась к тому, чтобы сделать из себя высшего мастера, доказать, что я на что-то способна, и не благодаря происхождению, а сама по себе. И вот так всё это перечеркнуть – сначала из-за Гела с его грязными интригами, а потом из-за высокомерного выскочки-дракона?

Гнев пожаром заполыхал в груди. Не в последнюю очередь огневики учились сдерживать свои эмоции, чтобы магия не вырывалась из них неконтролируемыми сполохами, поджигая все вокруг. Я не могла сказать, что достигла высот в этом мастерстве, хотя по сравнению с большинством коллег обладала завидной выдержкой и холодностью. Но сейчас мне требовались совсем не они.

Я вытащила рыже-алую огненную нить прямо из своей груди. Злость – она почти как пламя, горит, пока ее питают дрова и воздух. Можно тянуть и тянуть из себя чары, пока остаются еще хоть какие-то эмоции, которые способны их разжечь. Тепло собственного тела, разогревшаяся на солнце капля воды, готовая испариться, – источников огненной магии вокруг гораздо больше, чем верят простаки, думающие, будто огонь берется только благодаря огниву или свечному пламени.

Мудрить не хотелось – «любезно» предложенные Дарвеном полчаса утекали сквозь пальцы. Поэтому я взяла ближайшее, что нашлось, и затанцевала вокруг ледяного плетения, перекрывая его своим. Это было не так уж просто – приходилось изворачиваться, чтобы не коснуться морозных нитей и нечаянно не активировать их смертельный эффект. А если где-то напортачить с собственным узором, то огонь, который должен выжечь чужую магию внутри «клетки», вырвется наружу и доставит мне немало проблем.

Совсем скоро я перестала ощущать течение времени. Вытягивая из себя колдовские нити, я вытягивала и силы. На лбу проступил пот, щеки раскраснелись. Вряд ли я хотя бы отдаленно походила сейчас на коварную красотку, которая, по мнению Гела, должна была соблазнить владыку дракона. К шайху его. К шайху их всех!

Последний узелок завис в воздухе. Я резко отступила от плетения, освободив свою магию. В воздухе полыхнул кокон высотой с человека и шириной с бочку. В лицо дохнуло жаром, в глазах заплясали яркие пятна. Ледяные нити расплавились мгновенно, превратившись в пар и исчезнув без следа. А за ними истаял и огонь, так внезапно, словно кто-то задул гигантскую свечу.

Медленно, стараясь, чтобы это не прозвучало как судорожный вздох, я выпустила воздух из легких. Ноги подгибались, руки подрагивали от усталости. Но самое главное – работа была сделана.

Я обернулась к дракону и поинтересовалась:

– Такой результат вас устроит, ваша светлость?

Мужчины молча переглянулись. Аэри и не пытался скрыть ошеломление, зато у князя с выдержкой оказалось получше. Он лишь моргнул и повернулся к Скрову.

– Ну и как вы оцените навыки вашей коллеги?

Тот снова прокашлялся, сцепив ладони за спиной.

– По моему скромному мнению, леди Ласковьец более чем достойна звания высшего мастера огненной магии. У меня нет нареканий к ее профессиональным действиям.

– Спасибо за высокую оценку, – поблагодарила я и взглянула на Дарвена.

Мне бы злиться на него, но колдовство высосало все силы без остатка. Даже удивление, промелькнувшее в желтых глазах князя, не вызвало никаких эмоций. Осталась только усталость.

Я провела тыльной стороной ладони по лбу и одернула платье, скособочившееся от чересчур энергичных движений руками.

– Полагаю, вы удовлетворены этим маленьким представлением, ваша светлость. Мне пора поспешить к своей карете, а затем – к порталу, пока в самом деле не началась ваша снежная буря, – сухо произнесла я и сделала шаг вперед.

Мир вдруг покачнулся. Дракон, кажется, начал что-то говорить, но мои уши словно заложило ватой, а в глазах потемнело. Я попыталась моргнуть и стряхнуть с себя наваждение, но добилась лишь того, что зал закачался еще сильнее и наконец перевернулся, принеся с собой кромешную тьму обморока.

Мне снилось, что я дома, в Ольшанах, в отцовском загородном поместье. За окном летнее утро, мама еще жива и греет молоко с медом, потому что кто-то из детишек отцовской прислуги, как всегда, перекупался в речке и теперь хрипит. Я по привычке, не поднимая век, потянула руку к краю кровати. Там всегда стоял столик с парой кружек воды – на тот случай, если меня будет мучить жажда, а это с огневиками случается очень часто.

Но пальцы так ничего и не нащупали.

Я открыла глаза и несколько мгновений с недоумением таращилась на плотную бархатную ткань балдахина. В Ольшанах никогда такого не было, мы просто подкладывали побольше одеял, если замерзали. За балдахином виднелась незнакомая полутемная комната. У окна, спиной ко мне, замер высокий статный мужчина с гривой рыжих, почти красных волос.

Воспоминания вернулись враз. Еще и не одни – они принесли с собой головную боль, верную спутницу колдовского опустошения.

С губ сорвался стон, ладонь невольно потянулась ко лбу, словно могла сдержать болезненную пульсацию. Дарвен сразу обернулся.

– Как вы себя чувствуете?

– Достаточно сносно, чтобы уехать, – мрачно ответила я, глядя за окно. Уже стемнело, но снег не шел, так что добраться до портала карета сможет. – Долго я спала?

– Около получаса. Как раз подоспели ваши слуги с вещами, – он кивнул на горку сундуков возле кровати.

При взгляде на них я поморщилась. Теперь еще обратно тащить…

– Боюсь, мне понадобится помощь ваших слуг, чтобы отнести это обратно в карету.

– Вы никуда не едете, – перебил князь.

– Что? – моргнула я, засомневавшись, правильно ли услышала его слова. А то мало ли, головой ударилась, повредила что-нибудь, когда упала в обморок.

– Я сказал, что в таком состоянии вы не можете никуда ехать. У вас все признаки истощения, и не только колдовского. Как давно вы завтракали? Почему не предупредили, что устали с дороги?

– Вы так торопились от меня избавиться, что не услышали бы, даже если бы я вам это прокричала прямо в уши, – раздраженно ответила я. – Только и толковали, что о снежной буре.

Осторожно, стараясь не разбередить нечаянным движением боль в голове, я села на кровати и начала спускать ноги.

Бух! Сильная мужская рука аккуратно, но уверенно опустила меня на подушки. Когда это Дарвен успел ко мне подобраться?

Мир опять закружился, полетели «звездочки».

Впрочем, князь мог и по-черепашьи ползти, я бы в таком состоянии все равно вовремя не отреагировала.

– Леди Ласковьец, вы меня плохо слышите? – недовольно поинтересовался Дарвен. – Третий раз повторяю: вы остаетесь здесь, в замке. И на эту ночь, и на следующие, пока не закончится буря, и на все ночи в течение пяти лет. Или вы уже передумали становиться моей советницей? Разумеется, в таком случае я вас удерживать не намерен – еще не хватало прослыть насильником и тираном.

Я ошеломленно уставилась на него.

– Но… простите, не понимаю вашу логику.

– Вам и не надо, – желтые глаза сверкнули. – В совете вы будете заниматься магическими проблемами в княжестве, а не изучением моих мотивов.

Сжав зубы, я привстала на локтях.

– Прошу все же объясниться, ваша светлость. Именно как ваша советница, я должна знать, чего вы ждете от вашего магического совета. Еще час назад я могла бы поклясться, что молодые мастера-женщины вроде меня вам там не нужны.

– В первую очередь я жду повиновения, – жестко произнес князь. – Если я приказал отдыхать, вы должны отдыхать. Официальное вступление в должность через несколько дней, но уже завтра в замке понадобится ваша помощь. Чары, сплетенные вашим предшественником, начали ослабевать, а нам здесь каждый день нужны тепло и свет, чтобы поддерживать слаженную и быструю работу на благо всех жителей Антарниса. Кроме того, от жителей одной из деревень поступают жалобы на лесные пожары. Согласитесь, это немного странно для нынешнего времени года и звучит как задачка по вашей части.

– Ваша светлость…

– Ани, – перебил Дарвен таким тоном, что мне отчего-то сразу расхотелось спорить, – вы мне не нравитесь. Вы не можете держать себя в руках, как все огневики, вдобавок вы женщина, то есть слабы и взбалмошны просто потому, что такова ваша сущность. Но княжеству нужен сильный огненный маг. Скров убедил меня, что вы именно такая и есть. Я ему верю, поэтому будьте добры, не разочаруйте ни меня, ни его. А теперь мне пора вас оставить – дела не терпят. Сейчас вам принесут ужин, поешьте и спите – как я уже сказал, работы в Антарнисе прорва, так что собирайтесь с силами. Скров утром введет вас в положение дел в магическом совете. Спокойной ночи.

И он ушел. Вот так просто – развернулся и шагнул за дверь, плотно закрыв за собой дверь и оставив меня в комнате одну скрипеть зубами.

Это я ему не нравлюсь? Да на себя бы посмотрел! Неудивительно, что за сто лет не нашлось ни единой женщины, которая бы захотела выйти за него замуж!

Я пошарила по спальне глазами, однако образов Господа или десяти святых не заметила. Что ж, может, оно и к лучшему – перед Богом клятвы вроде той, что я сейчас собиралась произнести, не дают.

– Я тебя все-таки соблазню, Дарвен. И посмотрим еще, кто тут слабый и взбалмошный…

К утру и правда началась снежная буря.

Я бывала на западе Эссарской империи, в портах Гаярве и Райге, и видела, как на море бушует шторм. Для меня, родившейся на юге, далеко от морских просторов, среди садов и плодородных равнин, было удивительно и страшно наблюдать за тем, как поднимаются гигантские волны, словно подрубленные, падают деревья, а стоит выйти, как на тебя выливается ведро воды.

Но морской шторм не шел ни в какое сравнение с тем, что происходило здесь. Я даже окно боялась открыть – его сразу выворачивало вместе с руками, кожу кололо острыми кольями, да так, что и не скажешь, что это всего лишь снежинки. Если выйти во двор – сбивало с ног и заносило по пояс снегом. Я не представляла, как можно жить в таких условиях, а местные посмеивались и говорили, что зима только началась и все это так, чепуха. Вот что будет под конец зимы, в месяц, который даже у нас на юге называли лютенем…

Так или иначе, жизнь на два дня почти замерла. Я разбирала вещи, обустраивала новые покои – те самые, куда меня в обмороке принес князь. Ну и потихоньку готовилась к исполнению долга перед княжеством – обошла весь замок, расспросила, чем живут в Антарнисе люди, перезнакомилась с другими членами магического совета.

Кроме Скрова, в него входили еще двое мужчин: пожилой, слегка рассеянный мастер воздуха Всеслав Панжев и крепкий, кряжистый водник Янцек Рандовски родом из того же Столукского княжества, что и я. Надежды найти в его лице хорошего собеседника – мы же земляки все-таки – быстро рассыпались в прах. Янцек едва глянул на меня, скорчил презрительную мину и тут же отговорился делами, хотя было понятно, что он ничем не занят.

Скров, который представил меня ему, расстроился. Я лишь пожала плечами. Когда ты рождена вне брака, издевок не избежать. Но рано или поздно к ним привыкаешь, и они уже не жалят так, как хотелось бы обидчикам. К тому же Рандовски происходил из гораздо более древнего и благородного рода, чем Ласковьецы, а таким людям всегда свойственно задирать нос.

Зато Скров нравился мне все больше. Он был немногословен и отстранен, как и все аэри; общался со мной только по необходимости, но очень учтиво. Его странная, нечеловеческая внешность сбивала с толку. Разговаривая с ним, сложно было не таращиться на постоянно подрагивающие оленьи уши, а из-за огромных ланьих глаз казалось, что каждым своим словом ты его огорчаешь. Однако я надеялась, что мы с аэри если и не подружимся, то хотя бы не станем врагами. Пожалуй, он был единственным, кого не беспокоила ни моя разбавленная кровь, ни то, что я женщина.

Князь исчез. Говорили, что он уехал прямо перед началом бури, взяв с собой двух драконов. Куда они делись, когда вернутся – никто не знал.

Я одновременно радовалась и огорчалась тому, что Дарвена нет в замке. С одной стороны, дни, когда все вынужденно скучали в своих комнатах, потому что наружу не выйти, прекрасно подошли бы для более близкого знакомства с князем. Без понимания, что он собой представляет, каковы его привычки, не получилось бы составить план соблазнения. Гел дал мне очень короткий срок – до Новогодия, которое отмечали в середину зимы, в самую длинную ночь в году. До нее оставалось полтора месяца – не так уж много времени, чтобы расколоть твердый орешек вроде Дарвена Лейн-Аморена.

С другой – после его «великолепных» откровений, сделанных перед исчезновением, у меня не было ровным счетом никакого желания вновь видеть этого то ли козла, то ли дракона.

Увы, Бог не спрашивал моего мнения о том, как Ему сплетать мою судьбу.

К утру третьего дня буря стихла. Я подумывала о том, чтобы сходить наконец в город, прогуляться по торговым лавкам и прицениться к разнообразным мелочам, которые не удалось взять с собой из Яснограда. Однако решила, что сначала лучше доделать работу, начатую вчера в правом крыле замка: в одной из жилых комнат ослабли утепляющие чары, и слуги жаловались, что сильно мерзнут.

Это были, в общем-то, простые плетения, но задача внезапно оказалась не из легких.

Мой предшественник на посту советника был очень немолодым человеком – ему стукнуло семьдесят два. Этой весной он подхватил какую-то заразу, проболел несколько месяцев и к осени скончался, чему с учетом его возраста никто не удивился.

Проблема состояла в том, что советника явно требовалось заменить гораздо раньше. Даже самые элементарные чары были запутанными, словно их сплетали дрожащими руками, а узор выглядел так, словно мастер по несколько раз терял нить и начинал заново, поверх старого плетения, забыв о нем. Это здорово усложняло дело: прежде всего следовало расчистить все наслоения и только потом накладывать свежие чары.

Дело шло к обеду. Я вспотела, подустала и шепотом ругалась на князя, который до последнего держал на посту невменяемого огневика. Наверняка это был верный Дарвену человек, потому его и не отправляли на заслуженный покой. Но так портачить в простейших узлах, о Господи… И мне еще что-то про возраст говорят!

Когда за спиной хлопнула дверь, я вздрогнула от неожиданности, покачнулась на высоком табурете и чуть не выпустила нить. Половина плетения едва не полетела к шайхам.

– Не шумите, – строго сказала я, подумав, что это кто-то из слуг забыл о моем присутствии и вернулся в комнату. – Будете меня отвлекать – не успею закончить работу, а вам опять всю ночь стучать зубами.

– Какая трогательная забота обо мне, – произнес насмешливый голос. – Спасибо, леди Ласковьец, но можете не беспокоиться – ледяные драконы не боятся холода.

Я резко оглянулась.

Проклятье! Позади изгибал губы в ехидной улыбке не кто иной, как сам Дарвен Лейн-Аморен. Когда только он умудрился вернуться?

– Простите, ваша светлость. Не знала, что вы в замке, – извинилась я, с досадой размышляя о том, что план по соблазнению проваливается, даже не начавшись.

Я-то намеревалась встретить князя во всеоружии – в платье с глубоким декольте, накрашенной и причесанной, а не так: раскрасневшейся, вспотевшей и растрепанной, потому что все утро ползаю под потолком и вожусь с горячими в буквальном смысле слова заклинаниями.

– Ничего страшного, – нечитаемым тоном ответил Дарвен. – Я скоро уже опять его покину. С вами, между прочим.

– Да? Как неожиданно. И куда же мы отправимся? Стоит ли мне надеяться, что вы пригласите свою новую советницу на осмотр города?

Он прищурился.

– Звучит так, будто вы намекаете на свидание.

– Нет-нет, что вы. Я уже почти закончила латать чары предыдущего советника в замке, как вы и хотели. Логично было бы предположить, что вы пожелаете, чтобы после этого я занялась исправлением его работы в Антарнисе.

– Исправлением? – уточнил князь.

В золотых глазах промелькнуло непонимание. Я с трудом сдержала совершенно неподобающее девушке моего положения ругательство.

Дарвен столько лет сохранял на посту огневика, вообще не разбираясь в том, что тот делает? И другие мастера молчали?

– Ваша светлость, со всем уважением, но то, что я вижу, никуда не годится. Если в последние годы мой предшественник везде работал так, как здесь, то чудо Господне, что не все его чары к этому моменту разлетелись в клочья. Мне казалось, именно поэтому вы и приставили меня поработать над тепловыми чарами в замке.

– Возможно, ваш предшественник был профессиональнее, чем вам кажется, – сухо ответил он. – Рад, что вы всерьез восприняли мою просьбу разобраться с огненными плетениями, но мы едем не в город. Сегодня вы официально вступаете в должность. Самое время приступить к выполнению первостепенных обязанностей. Помните, я говорил о странных пожарах возле деревни? Во время снежной бури люди видели еще один.

– Хм, – издала я неопределенный звук.

На «первостепенные обязанности» это не походило. Спросить, почему ими не может заняться кто-нибудь рангом попроще или пойти у князя на поводу? Вдруг мы поедем туда вдвоем и у меня появится шанс выполнить задание Гела.

– Просто «хм»? – князь выгнул бровь. – Я произнес куда более крепкое словцо, когда об этом услышал, потому что в лесу неподалеку от этой деревни находится мой барьер.

Хорошо, что я все-таки придержала рвущийся с языка желчный вопрос. Тревоги Дарвена сразу стали ясны. Пожары могла вызвать какая-нибудь магическая аномалия, с которой легко справится даже подмастерье. Но еще кто-то мог намеренно выжигать защиту княжества, чтобы в него незаметно пробралось целое вражеское войско. Очень удобно заниматься этим под прикрытием ненастья, когда местные жители даже во двор нос не кажут, не то что в глубину леса. И вот эта задачка уже для высшего мастера.

– Мы поедем в составе боевого отряда?

– Нет. Только вы, я и несколько человек из моей стражи.

Настал мой черед приподнимать брови.

– Ваша светлость, не слишком ли это рискованно? Вы не боитесь засады?

У Дарвена дернулся уголок губ.

– Вы еще даже в должность не вступили, а перед вами уже должен отчитываться сам князь?

– Если это сохранит ему жизнь – почему бы и нет, – парировала я. – У меня нет боевого опыта, как вы наверняка сами понимаете. Если в лесу нас ждет засада из вражеского войска, мне будет сложно одновременно отбиваться и защищать вас. К тому же я должна знать, какие артефакты брать на случай опасности.

– Пока вы в Антарнисском княжестве – носите с собой все и всегда, – мрачно ответил он. – Так, на всякий случай. А если у вас есть амулеты, защищающие от девиц с острым языком, поделитесь, пожалуйста. Я бы прикупил парочку…

– Очень остроумно, ваша светлость. Напомню, что я беспокоюсь о вас в первую очередь, – сердито прервала я.

Князь хотел что-то сказать, но в итоге просто махнул рукой.

– Шайх с вами. Я отправил туда утром парочку опытных драконов. Они полетали над лесом, изучили местность и уверены, что засады там нет. Кто бы ни устраивал в лесу пожары, он приходит туда в одиночку. Нам нужно разобраться, кто это делает и зачем. Я проверю свой барьер, вы займетесь сгоревшими деревьями.

– Спасибо за подробности, ваша светлость. Сколько у меня есть времени?

– А сколько вам нужно?

Я окинула взглядом золотое кружево под потолком.

– Четверть часа на то, чтобы закончить начатый узор, иначе слуги в этой комнате ночью околеют. Еще полчаса на то, чтобы переодеться и взять необходимое.

Он вздохнул. Очевидно, князь надеялся, что я побегу с ним прямо сейчас, бросив всё.

– Сойдет. И еще кое-что. Наивно спрашивать, умеете ли вы ездить верхом?

– На драконе? Пока еще никого из них не седлала, но ваше предложение выглядит заманчиво. Можем попробовать, если вас не смущает пикантность этой ситуации.

– Никто не оседлает владыку драконов, – отрезал Дарвен. – Я постараюсь подобрать для вас подходящее средство передвижения, но учтите, что вам, возможно, придется скакать верхом. До наступления темноты не так долго, а нам нужно успеть попасть на место, пока еще светло. Оденьтесь соответствующе.

– Есть, командир, – пробормотала я.

– Что, простите?

– Уже бегу, ваша светлость.

Он окинул меня подозрительным взглядом, ничего больше не сказал и скрылся за дверью. Я выдохнула и вернулась к плетению под потолком.

Поездочка явно будет увлекательной. И во что же мне в таком случае принарядиться?..

Плетение я закончила за пять минут, а следующие сорок провела, копаясь в своем гардеробе и ругаясь на себя. Вот кто заставил меня ляпнуть князю, что на сборы хватит полчаса? Нет, тулуп я точно успела бы надеть, но в тулупе владыку драконов не соблазнишь. Что мешало сказать: «Я приличная молодая леди, мне нужен хотя бы час»? Может, за это время мне удалось бы придумать наряд, который не делает из меня одновременно снеговика и капусту, не дает замерзнуть и при этом позволяет скакать на лошади, как того хотел Дарвен!

В конце концов я махнула рукой и на практичность, и на тепло. Соблазнять – так соблазнять. И спустилась к выходу из замка в короткой шубке из светлого песцового меха и платье со свободной юбкой, в складках которой прятались разрезы до середины бедра.

Я не сомневалась, что этот наряд сразит любого мужчину. Но, похоже, только не дракона.

Князь, ждущий у дверей, приподнял брови при виде меня.

– Леди Ласковьец, не слишком ли легко вы оделись? Вас в Яснограде точно предупредили, куда вы едете советницей?

Сам он в этот раз рисоваться не стал и оделся соответствующе погоде – на кафтан с меховой оторочкой был наброшен плащ с капюшоном и подбивкой.

Проклятье. Теперь я выглядела рядом с ним слишком легкомысленно.

– Ваша светлость, я могла бы одеться как куль, но кули не скачут на лошадях, – заметила я. – Разве не вы говорили, что нам нужно поторопиться? Кроме того, плох тот огневик, который не в состоянии себя согреть.

Он окинул меня с ног до головы многозначительным взглядом.

– Вам виднее. В любом случае, на ваше счастье, я взял зимнюю карету. Идемте.

При слове «карета» мое настроение немного приподнялось. В обучение каждого мага обязательно входили уроки езды на лошадях, но отменными навыками в этом я похвастаться не могла. Откровенно говоря, я надеялась, что все будут таращиться на мои ноги в разрезах юбки, и на то, что я сижу в седле мешком, никто не обратит внимания. А уж в теплом экипаже вообще можно расслабиться и пытаться очаровать этого хамоватого чешуекрыла беседой, что точно не получилось бы на лошади.

Если, конечно, он способен хоть на что-то, кроме желчи.

Тем не менее я с воодушевлением поспешила за князем во двор, где нас уже дожидалась горделивая бело-алая карета с розами на дверцах – красный цветок на снегу был гербом рода Лейн-Аморен. Однако, почти подбежав к экипажу, я замедлила шаг.

Внутри кто-то уже сидел.

– У нас будет попутчик, ваша светлость? – уточнила я.

Тот замешкался, чтобы отдать приказы охране, и рассеянно оглянулся на меня.

– Ах да, забыл предупредить. Узнав, куда мы едем, Скров тоже захотел осмотреть сгоревшие деревья. Помощь мага земли может оказаться полезной, тем более если он из народа аэри, ведь лес – их вотчина. Я не стал отказываться. А верхом Скров ездить не умеет.

Я скрипнула зубами, скрыв это за вежливой улыбкой. Мне удалось задержаться в замке только благодаря аэри, который отстоял меня перед князем. Да и вообще Скров обращался со мной милее и радушнее всех в Антарнисе. Грех на него сердиться.

Вот только и времени до Новогодия не так уж много. Если Дарвен постоянно так исчезает из замка – на три дня самое меньшее, а потом опять куда-то уезжает, не пробыв дома и полудня, то у меня не будет ни единого шанса, чтобы выполнить задание Гела.

– Леди Ласковьец! – аэри, заметив меня, радостно замахал рукой в окно. Длинные уши запрядали, как у лошади. – Какая замечательная сегодня погода, не находите? Чудесно прокатиться в такой день в лес!

Весь его вид выражал искренний восторг. Я уныло огляделась.

Серое небо, за которым едва видно солнце – и это в полдень. Повсюду белым-бело, на голову падают редкие снежинки. Ветер наконец-то стих после трех суток буйства, но мороз все равно кусает за щеки.

Да уж, погодка – благодать.

– Приятно вас видеть, – поздоровалась я, заходя в салон и надеясь, что мое приветствие прозвучало не очень фальшиво. – Не ожидала, что вы будете в этом участвовать, но рада, что на первое серьезное дело в роли советницы мне предстоит отправиться именно с вами.

И это даже не было совсем уж наглой ложью. Если уж попутчика не избежать, лучше провести несколько часов в компании Скрова, чем, например, Янцека Рандовски с его брезгливой мордой.

Аэри слегка покраснел. Похоже, он услышал в моих словах что-то такое, что я в них не вкладывала.

– Справедливости ради, леди Ласковьец, я не должен был здесь находиться, но князь… Он… Как бы это сказать… Его светлость с некоторой предвзятостью относится к девушкам и молодым женщинам в своем окружении. А вы действительно талантливы и действуете профессиональнее, чем ваш предшественник на посту. Я напросился в поездку, чтобы между вами и князем не случилось недопонимания…

Скров вдруг замолчал, уставился куда-то вниз и еще гуще залился краской.

Удивившись, я проследила за его взглядом.

Шайховы хвосты и копыта! Когда я садилась, в длинном разрезе обнажилась нога. Юбка для верховой езды была скроена так, чтобы под нее надеть штаны свободного покроя, но в них князей больно не насоблазняешь, поэтому я решила рискнуть и нацепила чулки.

Шелковые.

С подвязками.

Бедняга Скров выглядел так, будто о существовании подобных женских штучек даже не подозревал.

И как назло, именно в этот момент в салон кареты вскочил князь.

Он мгновенно понял, что зашел в самый разгар неловкой сцены. Взгляд метнулся ко мне, скользнул по виднеющимся чулкам и подвязкам. В глазах заплясали смешинки.

– Миленькие, – издевательски оценил Дарвен, устраиваясь на кожаном сиденье в любимой позе – нога на ногу. – Наверное, в них очень удобно скакать на коне. И совсем не холодно.

– Они с начесом. А еще я в бабушкиных панталонах, – мрачно ответила я. – Тоже с начесом. Не волнуйтесь, не замерзну.

Скров, все еще красный как рак, уставился в окно. Князь рассмеялся и похлопал его по плечу.

– Осторожнее, леди Ласковьец. Аэри хоть и настороженно относятся к людям, но браки между расами у них не запрещены. А мой дорогой друг Скров неженат и, между прочим, завидный жених – он сын одного из старейшин аэри и богат даже по нашим меркам.

– Бросьте, ваша светлость, – пробормотал окончательно обескураженный аэри. – Я давно женат… на магии.

– Магия – это не красотка, которая согревает постель по ночам и делает еще множество интересных и крайне приятных вещей, – продолжал Дарвен, при этом хитро глядя на меня.

Я спокойно выдержала его взгляд.

– Не сомневаюсь, что вы в этом прекрасно разбираетесь, ваша светлость, и можете многим поделиться с лордом Скровом. Но времени у нас не так много. Может, перейдем к делам более насущным? Например, мне бы хотелось узнать, в какой примерно час селяне замечали пожар возле деревни и что в точности они видели. Это маловероятно, но в лесу мог зародиться огненный элементаль.

– Да-да, – аэри подхватил мою мысль, обрадовавшись возможности перевести тему. – Я тоже подумал об элементале. Ваша светлость, известно, что было в докладах?

Князь прищурился на меня, однако ухудшать дурацкую ситуацию не стал.

– Да, конечно. Местные жители утверждают, что в лесу в темное время суток, всегда в разные часы, появляются огненные сполохи. На следующий день там, где это происходит, обуглены деревья и кусты. Сначала этому никто не придавал значения – мало ли какие охотники перебрали с медовухой и сдуру разожгли костер прямо под кустом. Но это продолжается уже с месяц…

Карета наконец тронулась, и я отвернулась к окну, вполуха слушая Дарвена.

Первый акт моих боевых действий потерпел фиаско. Князь все понял, Скров тоже. И главное, что оба подумали в правильном направлении.

Что ж, досадно, но ладно. В конце концов, Дарвен теперь знает, что интересен мне, и на мои ножки он тоже полюбовался. Только над вторым актом надо бы покумекать уже получше…

В деревню со сложным названием Кинфарен мы заезжать не стали, отправились сразу в лес, к тому месту, где крестьяне впервые увидели подозрительные огни среди ночи. Дороги замело, обычно недолгий путь из-за этого занял вдвое больше времени. Мы рисковали прибыть туда уже в темноте, когда ничего будет не разглядеть, и решили поторопиться.

Экипаж не мог проехать под деревьями. Он замер неподалеку от зарослей, и из кареты мы выпрыгнули сразу в сугробы. Я задумчиво оглядела снег, в который провалилась по колено, а когда подняла голову, то поймала очередной хитрый взгляд от Дарвена.

– Не замерзли, леди Ласковьец? – поинтересовался он.

Я распрямила плечи.

– Что вы, что вы, ваша светлость. Как по мне, Север очень бодрит.

Он спрятал усмешку. А я вытащила из сугроба ногу с набившимся в сапог снегом и мысленно выругалась.

Гардероб придется поменять. И дело даже не в чулках вовсе без начеса…

Не став ждать, когда в самом деле замерзну, я сплела для себя простенькие чары, блокирующие холод. Стало легче, хотя минут через десять мне все равно хотелось проклясть и снег, и вообще все, что связано с зимой. Облегчения не принесло и то, что, когда мы наконец добрались до нужного места, слегка запыхался даже князь. Очевидно, летать он привык больше, чем нырять в сугробы.

Дарвен остановился возле приметного старого дуба, чей ствол раскололся на два, словно его разрубили мечом. Здесь образовывалась небольшая полянка, наверняка очень милая в летние месяцы. Ее кольцом окружали темные древесные стволы и красновато-бурый мелкий кустарник.

Обожженное дерево сразу обращало на себя внимание черными следами на коре. Еще шагов через двадцать, там, где деревья росли плотнее, я заметила и обгоревший куст. Его ветви из бурых стали черными, уродливо выделяясь среди соседей.

На поляне до нас уже кто-то был – снег испещряли следы, и немало. Может, княжеские разведчики? Вокруг не было ничего такого, ради чего сюда могли приходить селяне.

– Мы пришли, – сказал князь. – Пламя впервые появилось у этого дерева. Здесь же странные огни видели чаще всего. Еще несколько раз – чуть дальше, вон туда, ближе к барьеру.

Он указал рукой на север.

– Там есть другие поселения? – уточнила я.

Он покачал головой.

– Из человеческих было одно, но мы расселили его жителей по соседним деревням. Оно находилось прямо на границе владений волкодлаков, и его было слишком сложно защищать – местность неудачная. Выжать волкодлаков куда-нибудь подальше у нас тоже не получилось, так что я предпочел просто отгородиться от них. К сожалению, это не значит, что где-то здесь у них не осталось шпиона, который помогает оборотням увеличить их охотничьи угодья.

– Волкодлаки? – переспросила я. – У нас на юге их уже лет двести как нет.

– Вы сильно удивитесь, когда узнаете обо всей нечисти, которую уже забыли в империи и которая прекрасно чувствует себя здесь, вдали от крупных людских городов. Она приносит нам едва ли не больше беспокойства, чем воинственные дикари с северных пустошей. Одно семейство оборотней способно вырезать целую деревню – и попробуй потом найди виновников, потому что, пока не наступит полнолуние, они выглядят как обычные люди. Если это, – князь обвел рукой деревья вокруг дуба, намекая на пожары, – дело их рук, то у нас могут быть большие неприятности. Скров, что скажешь?

Аэри со слегка растерянным видом покосился на меня. Я прикинулась, будто смотрю в другую сторону, хотя, конечно же, такое откровенное пренебрежение от Дарвена царапнуло по самолюбию.

А точно ли Скров напросился сам в эту поездку? Так как князь первым обратился к нему, хотя пожары точно относились к моему «ведомству», наводило на мысль, что профессионала он во мне по-прежнему не видит. Зачем тогда вообще понадобилось меня сюда тащить? Прокатился бы с любым другим высшим мастером – толку от них было ровно столько же, сколько от аэри.

Скров тем временем огляделся. Его огромные глаза заволокло туманом – маг смотрел на мир вторым зрением, не на предметы, а в буквальном смысле сквозь них.

– Это не огненный элементаль, я совершенно уверен. Подобное создание нарушило бы природный баланс, а потоки земляной магии хоть и слегка растревожены, но не настолько сильно, как если бы здесь буйствовал элементаль. Обеспокоившие жителей сполохи, скорее всего, вызвала какая-то другая причина.

– Какая? Блуждающие огни? Огни святого Эламо?

С моих губ сорвалось тихое фырканье.

Шайховы копыта! Дарвен услышал этот акт неуважения к его княжеской светлости и упер в меня мрачный взгляд.

– Вам есть что сказать, леди Ласковьец?

Я прочистила горло.

– Простите, ваша светлость. Последние магические исследования свидетельствуют о том, что блуждающие огоньки появляются только над болотами. Это не более чем случайно воспламенившийся газ. Мы находимся не на болоте, да и поджечь газ здесь ничто не могло само по себе. Если жители что-то и видели, то не блуждающие огни. Огни святого Эламо ближе к тому, что здесь могло произойти. Их не раз замечали во время метелей. Но сжечь дерево или куст? Такого еще не случалось ни разу.

Князь смерил меня еще более мрачным взглядом.

– Прошу прощения, что занят управлением княжества вместо того, чтобы читать свежие диссертации ученых магов. Хорошо, что у меня есть вы, не правда ли? Так и каким будет ваш вердикт? Как мне следует поступить: отправить воинские отряды для охраны деревни и искать шпиона или в переполохе виновата шутка природы?

– Подождите, пожалуйста. Мне нужно осмотреть поляну, – уклончиво ответила я и приблизилась к обгоревшему дереву.

Это оказалась рябина. Высоко на ветках еще висели одинокие красные ягодки – удивительно, что их до сих пор никто не склевал. Сначала я внимательно изучила обугленные места на гладкой коре. Ожоги на ней виднелись только внизу, у земли. Если присмотреться к следам, то легко можно было представить, как языки пламени лизали ствол, поднимаясь к кроне. Стало ясно, почему деревенские жители первым делом подумали о неудачно разожженном костре.

Привычный пасс левой рукой – и я уже всматривалась в золотистые колдовские нити, которые опутывали дерево.

– Леди Ласковьец? – настойчиво позвал меня князь, потому что я молчала, разглядывая оборванные, трепещущие плетения на стволе.

И все – внизу, чуть ниже среднего человеческого роста. Как интересно…

– Мне нужно посмотреть на тот куст, – сказала я, так ничего и не ответив Дарвену.

Солнце уже укатывалось за горы, окружавшие главный город княжества. Здесь, в лесу, до них было рукой подать – вон уже видно заснеженные вершины над деревьями. Поэтому и темнело чуть раньше. Краски загустели, по снегу протянулись синие тени. Я ускорила шаг, скорее разгребая сугробы, чем идя по ним. Золотую магию огня, которую я искала, было видно и в ночном мраке, но после слов князя о волкодлаках хотелось разобраться с этим делом поскорее.

Поняв, что я не отвечу, Дарвен цыкнул и сделал знак охране. За мной тенями двинулись два стража.

Расстояние до куста казалось небольшим, но я вспотела, пока туда добралась. Двадцать шагов – это по прямой, а по сугробам – все сорок, да еще то подпрыгивая, то проваливаясь по пояс. Снег уже забился не только в сапоги, но и в панталоны… Но ладно, это подождет.

– Леди Ласковьец, у вас все в порядке? – зазвучал сзади обеспокоенный голос Скрова.

– Да-да! – отозвалась я, наконец достигнув куста и вглядываясь в обугленные веточки. Оттуда вылетел сердито чирикнувший снегирь, недовольный тем, что кто-то помешал ему отдыхать.

Так я и думала. Та же история, что с рябиной. И конечно, это оказался терн. Вернее, какой-то из его очень близких родственников, потому что он несколько отличался от того терна, который рос возле родных Ольшан и о колючки которого я в детстве частенько царапала руки и рвала платья.

Обрывки невидимых обычному глазу золотых нитей дрожали на веточках. Я потянулась и сняла несколько, сбросив их в снег. Они с шипением растаяли от встречи с противоположной стихией. Ну и ничего страшного – им все равно здесь не место, а куст еще может возродиться весной, если ему не будут мешать остатки чужого колдовства.

На соседних кустах тоже виднелись подпалины. Я проследила за их направлением.

– А что в той стороне? – спросила я у увязавшихся за мной стражников, указав туда, где на ветках появлялись первые пятна сажи.

– Деревня, госпожа, – ответил один из суровых мужчин. – Кинфарен – та самая, из которой нас позвали.

Ага.

– Леди Ласковьец, мне нужно проверять барьер, а уже темнеет, – повысил голос Дарвен. – Не желаете объяснить, чем вы там занимаетесь?

Козел чешуйчатый. Чего он на самом деле хочет – чтобы ему нашли виновника или наугад пальцем в небо ткнули, лишь бы поскорее?

– Ваша загадка разгадана, – я обернулась к князю, одновременно жалея и радуясь, что на таком расстоянии, в зарослях, он не узнает, как я буравлю его глазами. – Насчет барьера можете не волноваться, он себя отлично чувствует.

– Вы действительно талантливы, если смогли увидеть это, хотя мы минутах в двадцати ходьбы от него.

Мои зубы заскрипели.

Дарвен как будто нарочно выводил меня из себя. Чего бы он ни добивался – не дождется.

– Минуточку, ваша светлость, – ровным тоном ответила я. – Еще минуточку, и я вернусь к вам и объясню, что здесь произошло.

Стараясь не задыхаться, я поползла обратно на поляну, где ждали князь, Скров и остальная охрана. Аэри с интересом посматривал на меня, не стараясь скрыть, что в нетерпении ждет моих слов. Но прежде, чем заговорить, я еще раз внимательно осмотрела поляну.

Так я и думала. Тени близких гор уже дотягивались до нас, печатью тьмы ложась на землю, однако силуэты знакомых с детства деревьев не узнать было невозможно. Дуб, терн и рябина, а рядом с ними орешник, береза и ель – необычное соседство, если не знать, какую каждый из них несет символику.

Два и два в моей голове сложились мгновенно. Я искоса посмотрела на князя. Понимал ли он, какой секрет раскрыл?

Похоже, что нет. Дарвен сложил руки на груди, взгляд прищуренных золотых глаз не сходил с меня. Князь потихоньку раздражался, не стоило заставлять ждать его еще дольше. И я начала, решив придержать при себе большую часть из того, о чем догадалась на поляне:

– Вы просили вердикта, ваша светлость. Даю его вам: здесь работал не профессиональный маг и не какой-либо природный дух, а молодая ведьма или ведьмак. Кто бы это ни был, он делал это не со зла, а всего лишь потому, что пытался сдерживать свою силу, но не смог ее контролировать.

Дарвен нахмурился.

Ведьмами и ведьмаками в империи называли магов-самоучек. Ирония состояла в том, что слово «ведьма» происходило от староэссарского «ведать», то есть «знать», а в действительности самоучки понятия не имели, как управлять своим даром. Они все делали по наитию, зачастую принося больше вреда, чем пользы.

Ведьмы были пережитком темного прошлого, и в Эссаре сейчас старались от него избавиться. Бесплатное обучение в городе мог пройти любой житель империи, если он доказывал, что у него есть хотя бы кроха дара. А если наставник обнаруживал, что его новый ученик талантлив, то даже самый нищий селянин имел шанс взлететь до небес – стать высшим мастером. Конечно, место княжеского советника простолюдину занять не позволяли, но купить собственный дом, обзавестись слугами – легко, если ты для этого достаточно работал.

Стать магом было почетно и прибыльно. Какой дурак отказался бы от этого?

– Значит, все же человек. Почему вы считаете, что он скрывает дар? – спросил Дарвен.

– Потому что обгорели рябина и терн, ваша светлость.

Князь опять прищурился, глядя на меня.

Как маг, он должен был прекрасно знать, какими свойствами они обладают. Большинство растений и камней в мире были магически нейтральными, но попадались те, что могли увеличивать или ослаблять колдовской дар. В северных княжествах исконно верили, будто ветки рябины и терна служат оберегами от огня, и вешали их в избы, чтобы избежать пожара. На самом деле всё было прямо наоборот – если огневик хотел усилить свое плетение, ему следовало повесить на грудь амулет из рябиновых ветвей.

– Вы хотите сказать, что пожары, испугавшие местных жителей, были простым неконтролируемым выбросом магии? – уточнил Дарвен.

Я кивнула.

– Кто-то часто приходит на эту поляну. Может, это для него памятное место, может, он чувствует здесь себя спокойно. Факт в том, что огненные следы идут от деревни глубже в лес. Словно огневик, знающий о своей силе, спешил как можно скорее отдалиться от людей, чтобы их не зацепило выбросом. Мы, огневики, похожи на накрытую крышкой кастрюлю, в которой кипит вода. Если вода чуть сильнее булькнет – крышку срывает, вода выливается. В одном из случаев таким «бульком» послужил терновый куст. Ведьма или ведьмак проходили рядом, их зацепило веткой – и бабах, плетения соединились, вода выплеснулась, то есть пламя вырвалось из-под контроля и опалило куст. В другой раз этот человек хотел посидеть под рябиной, успокоиться, а получилось прямо наоборот. Мне это хорошо знакомо – один из моих первых выбросов в детстве случился как раз, когда я упала в терновый куст возле дома. Гарантирую, что, если кто-то и прикасался к барьеру, это был не тот человек, который устроил здесь огненное представление. Если вы внимательнее посмотрите на остатки плетений на сгоревших деревьях, то тоже заметите, что они хаотичны и разорваны. Так профессионал не действует – он бы прибрал за собой.

– Вы сможете найти в Кинфарене того, кто это сделал?

– Ну…

Я смутилась. Выявлять юные дарования меня еще не отправляли ни разу, хотя статус высшего мастера подразумевал наличие учеников. Но такими вещами обычно занимались коллеги постарше, поопытнее…

Признаться в этом князю я не могла, а он не спускал с меня выжидающего взгляда. Может, за этим Дарвен и потащил меня сюда? Чтобы я уж точно опозорилась, доказав свою некомпетентность и перед ним, и перед защищавшим меня Скровом? Сегодня день моего вступления в должность, но документы еще не подписаны, и бури нет – ничто не мешает вышвырнуть меня прочь.

– Смогу, – твердо сказала я.

– Прекрасно. Встретимся в деревне через пару часов, – внезапно сообщил князь. – Там есть постоялый двор, на нем и переночуем. Утром соберем всех жителей, и вы их проверите на способности к магии.

– Утром, ваша светлость? – переспросила я.

Поездка неожиданно становилась гораздо более долгой, чем можно было ожидать.

– Не ночью же, – князь так посмотрел на меня, словно я ляпнула какую-то глупость. – Даже если барьер никто не пытался ослабить, мне нужно в этом убедиться самому. А на том постоялом дворе варят отличный глинтвейн, так что уверен, вы со Скровом не заскучаете. Ну, до встречи.

И он со свойственной ему непосредственностью сбросил плащ и взмахнул руками. Неизвестно откуда взявшийся порыв ветра сбросил с ели снеговую шапку. Я на миг прикрыла глаза, а когда открыла, над поляной уже взмывал в воздух дракон. Когда он поднялся над деревьями, кристально-белая чешуя сверкнула в лучах едва пробивающегося сквозь облака закатного солнца. За Дарвеном обернулись в драконов и взлетели два его стража – тоже белые, но менее крупные. Еще взмах гигантскими крыльями – и все три ящера скрылись за лесом. Лишь алый плащ, подбитый белым мехом, остался лежать на снегу.

Это было бы великолепное зрелище, от которого захватывало бы дух.

Если бы в этот момент мне не хотелось материться, как пропитому сапожнику.

Чувствуя, что сейчас случится тот самый «бульк», о котором я несколько минут назад сама же рассказывала князю, и крышку сорвет с кастрюли, я наклонилась и сунула ладони в ближайший сугроб. Раздалось шипение. Струйки воды, в которую превратился растаявший снег, оставили в сугробе узкие каньоны. Я медленно вдохнула, выдохнула и выпрямилась.

Полегчало.

– Зря вы так, – тихо сказал Скров.

Я повернулась к аэри. Ланьи глаза смотрели на меня с легким осуждением, уши опустились чуть ниже, чем обычно.

– Простите, не понимаю, о чем вы.

– Понимаете, леди Ласковьец. Вы совершаете ошибку, вступая с его светлостью в… не знаю, как это назвать. Противоборство? Князь – гордый человек, он не прощает тех, кто ему перечит. Но еще он добрый и заботливый правитель.

– К сожалению, пока этого не заметно, лорд Скров. Я вижу перед собой только несносного самодура. Зачем понадобилось тащить сюда высших мастеров? У Дарвена достаточно магического опыта, чтобы самому увидеть обрывки огненных плетений и обо всем догадаться. А мы здесь застреваем аж до завтра, хотя могли бы спокойно выполнять свою работу в замке.

– В том, что он предложил, есть логика, – возразил аэри. – Поиски ведьмы или ведьмака нельзя откладывать – необученный маг может натворить бед против собственной воли. А заниматься этим действительно удобнее утром, когда старейшина деревни соберет у себя всех жителей. Не будем же мы поднимать честных людей с их постелей.

Я с сомнением покачала головой. В таком изложении решение и правда выглядело разумным. Вопрос в том, почему князь сам не мог толком все объяснить. Потому что не княжеское это дело – с холопами что-то обсуждать?

Должно быть, мысли отразились у меня на лице. Скров сделал шаг ближе ко мне и еще тише, чем раньше, произнес:

– Не спорьте с князем, Ани. Вам же будет лучше.

Он был прав. Даже больше чем прав. Отсутствие скандалов с князем прекрасно скажется и на карьере, и на задании Гела. Но…

– Не могу, Скров, – едва слышно ответила я. – Вы ведь знаете: я огневик. Это против моей сущности.

Он вздохнул. Уши обвисли. Бедняга в самом деле хотел для меня добра.

Я прочистила горло и бодрым тоном сказала:

– Ладно, князь пожелал выявить одаренного – значит, я выявлю. Мне нужно немного подготовиться. Вы поможете?

Аэри с удивлением посмотрел на меня.

– Конечно. Что нужно сделать?

– Наломайте, пожалуйста, несколько самых гибких веточек рябины. Боюсь, мне не стоит сейчас к ним прикасаться.

– Почему же? – очаровательно моргнул он.

Я криво улыбнулась.

– Потому что в деревне точно испугаются, увидев целый фейерверк.

Меня разбудил странный шорох. Я села на кровати, потерла глаза и растерянно огляделась. Ах да, я же на постоялом дворе в Кинфарене! В последние несколько недель мне, кажется, каждую ночь приходилось спать в новом месте. Когда же это уже наконец закончится?

Здесь, впрочем, хотя бы пахло приятно. По всему дому разносились ароматы корицы и имбиря, цитрусов и вина. Сладко их вдыхая, я на несколько мгновений вновь смежила веки от удовольствия.

Дарвен не солгал. На этом дворе варили умопомрачительный глинтвейн, и не только его. Дожидаясь князя, мы со Скровом позволили себе пропустить по паре кружечек: я – пряного вина, аэри – горячего пива с корицей и другими пряностями, популярного на западе Эссара. Глинтвейн тоже не считался традиционным напитком юга, но он мне приглянулся больше пива. И я не прогадала – с медом и сушеными яблоками он получился невероятным.

У него был всего один минус – меня мгновенно разморило. Скрова, впрочем, тоже. Похоже, скромный аэри не мог похвастаться устойчивостью к алкоголю. Так и не дождавшись князя, мы разошлись по комнатам. Не знаю, как Скров, а я заснула мгновенно. И спать бы мне сладко до самого утра…

Снова шорох. Я распахнула веки и успела заметить мелькнувшую за окном тень.

Это мог быть кто угодно. Например, один из княжеских стражников, которые нас сопровождали, или кто-то из хозяйской семьи. Других постояльцев в доме не было – «время непутное», как выразился хозяин. Однако после историй Дарвена о волкодлаках я забеспокоилась. В груди заворочалось неприятное чувство. А что если я ошиблась и причиной ночных «фейерверков» был все-таки не молодой крестьянин-неумеха, а вполне себе опытный маг, намеренно выжигающий барьер, чтобы впустить жадных до человеческой крови чудовищ? И вот они уже добрались до деревни…

Часть моего благоразумия твердила, что это бред – невесть какая чушь может прийти среди ночи в сонную голову, особенно если та до сих пор гудит после глинтвейна. И что теперь, каждый раз бегать проверять, нет ли под кроватью монстров? Но еще часть заставляла пойти убедиться в том, что по постоялому двору не ходят коварные убийцы.

Вторая, конечно, победила.

Одеваться было бы слишком долго, поэтому я стащила себя с постели и в чем была – в одной сорочке, только сапожки натянула, чтобы не ступать по холодному полу, – и маленькими шажками подошла к окну. Сквозь толстые, мутные слюдяные стекла было ничего не видно. Тогда я приоткрыла дверь и высунула нос наружу.

Дом был погружен в тишину. Похоже, все спали.

На всякий случай я заглянула на кухню. От печи все еще шло тепло, но огонь уже давно потух. Значит, никто не заходил погреть ужин, иначе бы в горнило подкинули дровишек. Я дошла до сеней, поежилась от царившего там холода, приоткрыла дверь и тихонько выскользнула наружу.

Стояла глубокая ночь. Мир как будто замер. Не дул ветер, не шевелились ветви деревьев, не пели птицы. Если бы не мерцание звезд на антрацитовом небе и не пар, выходящий изо рта, я бы решила, что попала в сказочное зачарованное царство, в котором остановилось время.

Но это определенно было не так, потому что за углом дома под чьими-то ногами скрипнул снег.

Я прижалась к бревенчатой стене дома и выждала несколько мгновений. Никто не появился. Мысленно прокляв собственное любопытство, я оплела свое тело согревающим заклятием, подготовила еще одно – боевое, на тот случай, если за углом поджидает враг, и осторожно двинулась в ту сторону, откуда раздался звук.

Шажок. Еще шажок. Вот и заветный угол. Кажется, меня ничто не выдало. Я затаила дыхание и осторожно выглянула…

Тень перед лицом мелькнула с такой скоростью, что и самый быстрый человек не успел бы ничего сделать. В темноте будто сверкнула молния – и я ощутила холод металла у своего горла.

– Шайх! – ругнулся высокий блондин передо мной. – Ваша светлость, это всего лишь девица. Ваша новая советница.

– Убери от нее меч, – раздался знакомый насмешливый голос. – Видишь, девушка решила устроить подарок. Надеюсь, вы ради меня так нарядились, леди Ласковьец?

Я поскорее развеяла плетение. Хмурому стражнику, который засовывал клинок в ножны, лучше не знать, что «пойманная» им девица вполне могла испепелить его за миг до того, как он поднес оружие к моей шее, даже невзирая на его нечеловеческую скорость. Ведь стоявший передо мной мужчина, без сомнений, был драконом. Присмотревшись, я узнала в нем одного из тех двоих, которые улетели с князем к барьеру.

– Иди спать, Йоран, – приказал Дарвен, поскольку страж не двигался. – Оставь нас вдвоем с советницей. Ты же не думаешь, что она на меня нападет, вот в этой тряпице?

Жаром от моих щек дохнуло так, что никакой магии не надо. Под «тряпицей» он явно подразумевал мою сорочку. Я ее в столице, между прочим, купила. Красивую, с кружавчиками, шелковую – дама моего положения всегда должна быть на высоте, даже в нижнем белье. Они здесь, на своем севере, считают, что женские сорочки тоже должны быть по пятки и с меховым подбоем?

Йоран напоследок еще раз смерил меня подозрительным взглядом – правда, я не была уверена, не пытается ли он на самом деле разобрать в темноте мои прелести под тонкой тканью, – и ушел в дом. Я выдохнула и повернулась к князю.

Зрелище передо мной предстало такое, что на несколько мгновений пропал дар речи. Зато стало ясно, почему так смотрел стражник.

Дарвен, полностью обнаженный, вальяжно развалился в банной деревянной бадье… наполненной снегом. Вид у владыки драконов был такой, словно он возлежит в горячей ванне, а не готовится вот-вот околеть, как это было бы с нормальными людьми, сидящими голой попой в сугробе. Снег едва прикрывал темную полоску волос на животе князя и то, что пониже.

– Что вы здесь делаете? – вырвалось у меня.

– Принимаю снежные ванны, – ответил он так, словно это было нечто само собой разумеющееся. – Женщины постоянно спрашивают, как мне удается столько лет сохранять молодость и красоту. Вы поймали меня с поличным! Холод – лучшее средство для омоложения. Между прочим, раз уж вы здесь, может, будете любезны и подадите мне глинтвейн?

Князь щелкнул пальцами, подзывая меня, словно служанку.

Бадья стояла на краю двора. Сюда не выходило ни одно окно, совсем близко высился частокол. Место не было проходным – можно сказать, Дарвен устроился в укромном уголке. Рядом в небольшой жаровне тлели угли, а на них грелся ковшик с ароматным вином. Под жаровней прятались две кружки, видимо, предназначавшиеся для Дарвена и его сторожевого дракона.

Я не шелохнулась.

– Я не прислуга, ваша светлость.

Он запрокинул голову, чтобы посмотреть на меня. Золотые глаза сверкнули в свете звезд.

– Это ваше больное место, леди Ласковьец? По-моему, я уже говорил, но на всякий случай повторю: мне плевать на ваше происхождение. Я сам не благородных кровей, если уж на то пошло. И если я предлагаю не загружать голову манерами, то это не потому, что я на что-то там намекаю, а потому что вы в нижнем белье, я вообще без белья, а на углях стынет глинтвейн. Берите кружку и прыгайте уже мне на колени. Или хотите сказать, что вы не за этим пришли?

Я фыркнула и отвернулась.

– Да ладно? – прозвучало из-за спины. – А на кой тогда вы вышли из дома в одной сорочке?

Я болезненно зажмурилась. Причина, по которой я сдернула себя с кровати, теперь выглядела совершенно идиотской, как и вся эта ситуация. Что только было у меня в голове?

Впрочем, ответ очевиден – здоровая порция вечернего глинтвейна.

– Мне показалось, что по постоялому двору могут ходить волкодлаки, – убитым голосом ответила я.

Князь, как подросток, заливисто рассмеялся, спохватился и зажал себе рот, чтобы не перебудить весь дом.

– И чем вы собирались их сразить? Своими стройными ножками?

Это прозвучало бы издевательски, если бы по голосу Дарвена не чувствовалось, что сам он мои ножки оценил очень высоко и, возможно, с удовольствием посмотрел бы на них еще раз. Парадоксальным образом я даже ощутила гордость за себя.

Ай, гулять так гулять!

Я взяла ковшик, разлила густо пахнувший имбирем глинтвейн по кружкам, одну поставила в сугроб рядом с Дарвеном, а вторую взяла себе. Медленно поставила одну ногу в бадью, позволяя князю пожирать меня взглядом, затем вторую и грациозно опустилась напротив него в снежную ванну.

Глаза Дарвена озорно заблестели, уголок губ приподнялся в усмешке.

– Леди Ласковьец, разве вы не слышали, что ванны, пусть и снежные, нужно принимать без одежды? Ваша прекрасная шелковая сорочка намокнет. Пощадите ее.

– Хорошо быть огневиком – мы умеем сушить одежду по щелчку пальцев, – улыбнулась я, покачивая в руке глинтвейн. – Ну а если вам мешает моя сорочка, ваша светлость, можете снять ее.

– Ани, Ани, Ани… – пробормотал князь, сверкая глазами. – А вы, оказывается, та еще шалунья, да?

Он выпрямился – с мускулистых плеч посыпался снег – и потянулся ко мне. Указательным пальцем Дарвен приподнял мой подбородок, вынуждая смотреть на него. Я напряглась, неосознанно выгнув спину.

Первый раз мужчина был настолько близко ко мне. Двадцать пять лет, до сих пор не замужем – по меркам империи я уже давно считалась старой девой. Раньше меня это мало беспокоило. Выбор был прост: либо статус высшего мастера, либо замужество – и тогда о магии вообще можно забыть, потому что в рождении и воспитании детей не до постижения колдовских наук. Все эти годы я осознанно отталкивала от себя противоположный пол, отказывалась даже от самых выгодных брачных предложений. Стукнуло же Гелу в голову выбрать для задания именно меня!

А теперь, глядя на изогнутые в весьма недвусмысленной улыбке губы и горящие желанием золотые глаза, обрамленные густыми ресницами, я вдруг пожалела, что так неопытна. Владыка драконов уже по поцелую поймет, что это мой первый раз. Не оттолкнет ли он меня, не посмеется над моими неуклюжими попытками выглядеть коварной соблазнительницей?

Всего за миг тысячи мыслей и сомнений пронеслись в голове. Но отступать было уже поздно – губы Дарвена становились ближе и ближе. Я затаила дыхание и опустила веки…