Сокровище для дракона

«Фьють!» просвистело меж кустов, стрела угодила рядом с целью, не убила, лишь вспугнула. Дикая птица, взмахнув крыльями, с кличем рванула в облачное небо. Губы охотницы растянулись в довольной усмешке. Сзади раздался треск, затем шорох – появилась ещё одна цель. Мгновенно извернувшись, тонкая девичья фигурка возвела лук, натянула стрелу на тетиву. В крови кипел азарт.

«Ццц!» – возмутилась мысленно, цель загораживали мощные корни дерева и высокая трава. Пришлось подкрадываться ближе. Шагов, как и дыхания охотницы было не различить в тишине леса, движения умелые и гибкие, не одного лишнего. Переступив с земли на камни, присев в тени ветвей, девушка вновь натянута тетиву, на сей раз цель отлично виднелась: серый русак, не о чём не подозревая, спокойно грыз кору ствола яблони. «Вфых!» и остриё стрелы вонзилось в дюйме от мордочки грызуна. Длинные уши того вскинулись вверх, кусочек коры выпал из хватки лап, и заяц больше немедля удрал. Шок прошёл, и взыграл инстинкт самосохранения.

– Хм, – улыбнулась, убирая оружие за спину. На сегодня достаточно.

Выпрямившись во весь рост, охотница сладко потянулась, расслабляя напряженные мышцы. Подняла голову к небу, тёплый ветер заиграл со множеством тёмных, точно смоль, кос, в кои были заплетены волосы, пробрался и под тунику, не заправленную в кожаные штаны, но девушке это наоборот, доставило удовольствие. Она любила ветер, тот был ей верным спутником и другом, всегда мог выслушать душевные переживания, никогда не насмехался в ответ.

Внезапно до слуха донёсся птичий крик, нет – скорее зов, а следом большая тень закрыла собой полуденное солнце. Ну вот и отыскали! Умиротворённое лицо охотницы сменилось раздраженным выражением, синие омуты глаз сузились, смотря прямиком в янтарные бусинки духа–ястреба, что примостился рядом на толстую ветку дерева.

– Мать послала?

– «Итари, ты должна была вернуться в главное поместье два часа назад… но ты снова ослушалась отца. Верно, забыла, что сегодня прибудут гости из клана Юмей? Они, кстати, уже прибыли, и нынешний вожак пожелал видеть тебя», – спокойно пожурила бабушка, обращаясь ментально.

– Значит, послал брат, – тяжёлый вздох. Ну не любила она своих сородичей, этому способствовала одна очень ярая причина… – А чем Дияр занимается?

– «Твой брат, как и положено наследнику, принимает гостей. Ведь твой отец так и не вернулся из клана Фудо».

Итари спрыгнула с камня на землю, собрала, выпущенные ранее за время тренировки стрелы и, убрав в колчан, проговорила.

– Сообщи, что я скоро присоединюсь, только приведу себя в «подобающий наследнице» вид, – и вопреки сказанному, неспешно побрела в сторону поместья.

Страж проводил фигурку внучки грустным взглядом. С одной стороны, бабушка прекрасно понимала и даже разделяла её чувства, с другой – долг перед родом никто не отменял. Такова уж участь наследников: повиноваться, слепо следуя древним традициям. А ведь Итари даже не подозревала, что за жизненный путь уготовила ей судьба…

В поместье девушка пробралась окольными путями, известными лишь членам правящей ветви. Так она успешно миновала много пар любопытных глаз, в том числе и заядлых сплетников. Выйдя из скрытых туннелей, попала прямиком в свои покои, однако, здесь её ожидал сюрприз в лице матери.

Сориния сидела в кресле, поглаживая любимца Итари – василиска (Локиар частенько приползал сюда подремать, отдохнуть от суеты). Заметив вошедшую, супруга правителя виргинов грациозно поднялась. За прошедшие лета Сора ничуть не изменилась внешне, ничуть не постарела, благодаря Крови, только мудрость прибавилась в зелёных глазах. Ну и светлые локоны теперь всегда убирались в строгую, но элегантную прическу, свободные платья заменили традиционные фурисоде.

Правительница окинула дочь цепким взглядом, подмечая новые ссадины на коже, недовольно нахмурилась, но вслух вместо упреков сказала иное.

– Итари, нехорошо опаздывать к приёму. Этим ты выказываешь неуважение к клану Юмей, твоим собратьям и сестрам по крови.

– Мой клан здесь, мама. И родня мне – виргины! Не оборотни! – эмоционально воскликнула, и тут же погрузилась в грусть. – Хотя и в последнем меня одолевают сомнения…

Сориния с сочувствием посмотрела на дочь, знала, о чём та сейчас думает. Сократила разделяющее их расстояние, мягко обняла, даря своё тепло и материнскую любовь.

– Даже не сомневайся в этом. Ты – истинная наследница виргинов. Вы с Дияром близнецы, а он обладает всеми теми силами, что и ваш отец. Просто не пришло ещё твое время, познать силу рода.

– Спасибо, – вцепилась пальцами в спину матери.

– Ну, прекращай киснуть и давай одеваться. Нас заждались уже.

– Да.

Вскоре они вместе шествовали в главную обеденную залу. Итари облачилась в платье глубокого синего цвета с чёрным кружевом на широких рукавах, соответствующие туалету украшения. Ей одной дозволялось носить подобное, к традиционному кимоно душа у наследницы не лежала с малого детства, и Кариан, отец, уступил ей в этой прихоти.

Двери перед ними распахнула стража, и они вошли в просторное помещение, предварительно сняв обувь. По татами располагало ходить разутыми.

Их встретило множество пар глаз, но двое выделялись особо остро. Недовольный взгляд Дияра прожигал сестру насквозь, заставив неприятно поёжится. А вот второй принадлежал… нет, не вожаку оборотней – незнакомцу. У того были карие глаза и тёмные волосы, подстриженные «ёжиком», однако весь вид вызывал не смех – дрожь. Слишком много властности и надменности копилось в ауре молодого мужчины. Точно перед наследницей сидел настоящий зверь, голодный зверь. Не человек.

– Дорогая сестра, что же, позволь поинтересоваться, так задержало тебя перед важным приёмом? – щадить брат явно не собирался. Зато своим обращением разорвал неприятный зрительский контакт.

– Я… охотилась. И настолько увлеклась, что забылась. Приношу свои искренние извинения, – потупила взор. А мысленно бунтовала, сожалея, что «опомнилась от забывчивости» рано. Была б её воля, вообще не явилась сюда!

В зале повисла тишина. Итари чувствовала сильную злость кровного брата, но не понимала причину. Ну опоздала она и что такого? Не в первый раз происходило, частенько. Брата явно что–то беспокоило, и это что–то касалось непосредственно её.

– Мой сын, – улыбнулась Сориния, пытаясь разредить атмосферу. – Молодость так беспечна и наивна… думаю, Итари можно простить сей проступок.

Но ответ дал отнюдь не наследник клана Ямато–но Ороти. Иной присутствующий здесь, тот самый незнакомец, сидящий за столом по правую руку вожака Неиджи.

– Действительно, молодость – самая дивная пора. К тому же, наследница охотилась, а не занималась самобичеванием. Охота – это достойное занятие… для невесты будущего вожака стаи.

Последние слова прозвучали слишком резко и неожиданно. Обрушились будто ледяной ливень с ураганом в ясный день.

«Что?! Для невесты?!!»

Ногам не позволила подкоситься гордость, бездонные синие омуты Итари сверкнули превосходством. Вскинула подбородок, собираясь осадить наглого незнакомца, уже не первый такой выискался за последние две зимы. Но маленькую месть опередили, а жаль…

– Никор, не торопи события. – ровно и чётко произнёс Неиджи.

Судя по тембру голоса, дяде нравилось это ничуть не меньше, чем самой «невесте». Альфа обвел присутствующих проницательным взглядом, помимо него и молодого выскочки в помещении находилось ещё пять представителей клана Юмей. Внешне волки вели себя спокойно и уважительно, однако, Неиджи, силой альфы чувствовал их сокрытую неприязнь к виргинам. Сказывалась давняя вражда.

– Итари, – обратился он к племяннице, – ты выросла, стала настоящей красавицей. Сколько я тебя не видел? Наверно, сезона три?

– Четыре, дядя. – приветливо. Уж кого–кого, а своего родного дядю она любила. Даже в общении между собой они опускали фамильярность и статусы.

– И верно. Запамятовал что–то я. Правительница Сориния, сестра, что же вы всё стоите на пороге? Это ведь мы тут, непрошеные гости. Присоединяйтесь к трапезе, заодно и поговорим.

Сора с дочерью присоединились к мужчинам, усевшись на подушки по правую и левую руку Дияра. Итари искоса посмотрела на кровного брата, тот взял эмоции под контроль и больше злобы от него не ощущалось. Перевела взор на расставленные по широкому низкому столику яства, но аппетит отсутствовал напрочь, ещё и взгляд карих глаз жутко мешал, не давал сосредоточиться. Внутри кипела ярость, наследнице натерпелось услышать объяснения. Спросить первой ей не дозволялось. Как назло, в ход сначала пошло обсуждение политической ситуации на границах кланов и в целом.

Слушая в пол уха, девушка отстранилась от происходящего, вспомнила утреннюю тренировку. Охота значила для неё многое, вернее, чувство азарта, когда, притаившись в засаде, выжидаешь подходящего момента, чтобы поразить выбранную цель. Но Итари никогда не убивала ради прихоти, лишь вспугивала дичь, оттачивая навыки. Дияр с мальства лично обучал сестру как рукопашной борьбе, так и искусству владения мечом и луком. В их мире, чтобы выжить, нужно быть подготовленной.

– … и теперь зашевелились, тайно копят силы. – уловила Итари интересный аспект разговора и, отбросив лишние мысли, постаралась вникнуть в суть.

– Неиджи, вашим источникам можно верить?

– Да, наследник Ямата–но Ороти. Информация шпионов перепроверенная и подтверждённая. Черный Коготь готовится к наступлению, хоть срок перемирия ещё не исчерпан.

Дияр призадумался. В связи с последними событиями, дело с «невестой» приобретает иную сторону. Как бы не противилась внутренняя сущность и братская любовь, ему придётся пожертвовать чувствами и свободой сестры. Этого она ему не простит...

Кровный брат взглянул на предполагаемого жениха. Никор, племянник бывшего альфы Крама. Такой же заносчивый и властный. Не самая подходящая кандидатура. Но и Итари не подарок.

– Неиджи, глава виргинов Кариан и я даем своё согласие на объединение родов.

Сердечко Итари ухнуло, замерло в неверии. Отец и брат её предали? Просто отдали в лапы оборотню, даже не поинтересовавшись её мнением, а ведь прекрасно знают отношение к ней волков. Дияр предал их узы, а ведь всегда первый вставал на её сторону…

Гнев обуял наследницу, затмил разум. Она вскочила, крепко сжимая кулаки, что аж ногти впились в кожу. По зале вмиг разлетелся запах свежей крови, волки сузили веки, повели носами, втягивая в себя аромат наследницы.

– А я не даю своё согласие! – синие озёра горели неистовой яростью, упрямо не отрывались от глаз брата. Не уступали.

– Меня не интересует твоё согласие. Оно не требуется. – отчеканил наследник. – Ты примешь волю, покоришься роду и станешь супругой Никора. Сохранить мир сейчас ценнее наших желаний.

– Нет! – упрямо.

– Это приказ. Завтра ты отправишься в Безымянную долину и вскоре пройдёшь брачный ритуал.

Итари больше ничего не сказала, бесполезно. Взглянув с ненавистью на довольного Никора, кинулась вон из залы. Сориния осталась сидеть на месте, чуть позже поговорит с дочерью. Есть о чём…

***

В просторных апартаментах раздавался плач. Пропитывал горечью бежевые стены, расписанные узорами, стеблями и листьями бамбука, мебель из красного дерева, отзванивал от высоких ваз с бумажными декоративными цветами, расставленных по углам. Эхо печали затронуло даже сердце василиска. Четырёхметровый змей, свернувшись клубком и уложив морду на край постели, вслушивался в плач, в бессилии вздыхал, злился. Ему очень хотелось преподать пару уроков тому, из–за кого его хозяйка проливала слёзы. Но он не мог.

– Ш–ш–ш, – прошипел, постёгивая раздвоенным языком в воздухе. Затем затащил на кровать хвост, шаловливо и нагло взгрузил малую, но совсем нелегкую часть своего тельца на расстроенную девушку.

– Л–лок–киар–р! – прохрипела–просипела под сей тяжестью.

Приложив немало усилий, Итари всё–таки выползла. Улыбнулась любимцу сквозь слёзы. Верно, не стоит проливать их зря. Никор явно недостоин! И она ему покажет «покорную невесту»!

– Спасибо. Чтобы я без тебя делала?

Погладила чешуйчатого по голове, приласкала наросты около скул, за которые крепилась чёрная непроницаемая повязка, скрывающая смертоносный взгляд. Василиск был удивительным существом, проницательным, понимал эмоции окружающих, умел отстаивать своё мнение, порой очень смешными способами, и защищать дорогих сердцу людей. Также, поскольку являлся магической тварью, мог изменять свои размеры, при необходимости уменьшаться и возвращаться к исходной форме.

В далёком прошлом, когда прибывал на свободе, он был диким и злобным. Охотники вырезали всю его семью, но детёныш оказался им не по зубам, Локиара захватил гнев, пробудил древние утерянные способности, и василиск сорвался – обратил обидчиков в камень. Горе утраты сородичей разожгло сильную ненависть к людям, змей мстил каждому встречному, нападал на деревни. Но однажды на его пути встал не человек – это был охотник Вириан Ямата–но Ороти из клана виргинов. Завязался поединок, и змей проиграл, признав силу более могущественного соперника. Но Вириан не погубил последнее существо из рода, он привёл его в клан, где василиск обрёл новый дом, новую семью. Так и жил, теперь оберегая правящую чету, даже в сражениях участвовал.

– Ш–ш–ш!

Внезапно чешуйчатый мигом ретировался с постели и отполз в дальний угол, притворившись спящим. А в покои зашла Сориния. Итари опустила глаза, ей вдруг стало стыдно за свою выходку при брате и гостях.

– Вижу, успокоилась немного, – мягко, – поговорим?

Наследница удивлённо подняла голову. Мать не злится?

– Я…

– Подожди, не оправдывайся. Я пришла о другом побеседовать.

Сориния прошествовала и присела рядом с дочерью, взяла её тонкую ладонь, раскрыла, посмотрела на линии.

– Сначала выслушай, потом примешь решение. Я никогда тебе не рассказывала, но мой родной клан Юмей тоже меня не жаловал… Дело в твоём деде Краме. Бывши альфой стаи, имевши двоих наследников, он потерял свою истинную пару. Моя мать умерла, защищая меня, по глупости проскользнувшую через охранный барьер окружающий Безымянную долину. С тех пор разум Крама помутился, со временем он начал обвинять меня в случившемся. Когда же нам с Неиджи захотелось поиграть за пределами барьера (нас влекло всё новое и запредельное), меня схватили охотники, однако мне удалось от них сбежать. Но сработала защита рода, сокрытая в кулоне, что ты носишь возле сердца, и я потеряла память. Дальше угодила в лапы других двух охотников–виргинов, судьбой мне предначертанных. Тебе ведь известно, что Кариан воплощение душ двух кровных братьев?

– Да.

Итари слушала с интересом. Старейшины скрывали настоящую правду о прошлом родителей, пускали различные мутные слухи, запутывали новое поколение по неясной причине. На архивы же клана наложили запрет.

– Так вот, к чему я клоню?

Другой рукой Сора приподняла подбородок дочери, заглянула в растерянные глаза.

– Даже предначертанную судьбу можно изменить. Нужно не переставать верить и стремиться к поставленной цели. Не вини ни отца, ни брата, они желают сохранить мир, только и всего, пусть и таким способом.

– Но я не хочу проходить ритуальный обряд с Никором! – упрямо.

– Ита, оборотни не сцепляются, если не являются истиной парой. Потомства у таких пар не бывает. А для того, чтобы стать новым альфой – дети неотъемлемое условие. Ты – истинная наследница как виргинов, так и волков. В клане Юмей власть передаётся по женской линии, сейчас альфа – это старейшина Лаира, твоя пра–прабабушка, однако, она уже слишком стара, и пришло время для нового поколения.

– А как же дядя Неиджи? Разве он не альфа?

– Я говорила, мужчины правят формально. Крам был уже не в состоянии справится со стаей из–за охватившего его безумия. А я, принося свою жизнь в жертву ради спасения клана, отказалась от титула истинной наследницы, передав по кровным узам власть Неиджи. Но среди его потомства нет девочек, и уже не появится. Поэтому единственной кандидаткой останешься ты. Никор лишь один из претендентов на твою руку, сегодня он прибыл, желая опередить более слабых соперников. Теперь у тебя правильное представление о грядущих событиях.

Сориния встала, собираясь уйти и дать время дочери на раздумья. Но та вдруг затронула старую тему.

– Мама… а если среди Юмей не найдётся истиной пары для меня? Что если ОН из виргинов? Ведь моя вторая сущность так и не проявилась.

Правительница внутренне цыкнула. Это правда, сущность Итари до сих пор не ясна, возможно, это из–за вмешательства Древних в последней войне. Неожиданное обстоятельство. Но и про императора Хассияна Сора не могла рассказать, не имела права вмешиваться.

– Вот это мы вскоре и узнаем. Тебе уже девятнадцать зим, самая пора. В своем выборе доверься сердцу, оно не обманет. Отдыхай, милая.

Створки двери со стуком закрылись, объявив, что мать покинула апартаменты. Итари продолжала смотреть на изображённый на створках рисунок: узкая лодка с силуэтом человека плыла по широкой реке. Наследница призадумалась, стоит ли ей и дальше плыть по течению подобно этому силуэту? Или последовать наставлениям матери, изменить предначертанную судьбу?

– Ш–ш–ш! – дал о себе знать «проснувшейся» любимец, подполз и уложил голову на колени девушке. Определённо напрашивался на ласки.

– А ты что скажешь, Локи? – поглаживая по чешуйкам.

– Ув... – неопределенно.

– Вот и я не знаю.

***

Позже Итари собралась на прогулку, так сказать, проветрить тяжелую голову. Слуги накинули упряжи на скакуна коричневой масти, и, оседлав его, наследница помчалась на волю. Она любила вот так вот под вечер или же спозаранку проехаться по горам и лесам, окружающим земли Ямата–но Ороти.

 – Ну что, вперёд, навстречу ветру?

Девушка потрепала коня за ушами, огладила темную густую гриву. В ответ услышала благодарное ржание, верный Шэн повёз её по давно выученным тропам. За период взросления Итари с Шэном пережила многое: и общие травмы, и неудачи и много радости. Они отлично чувствовали друг друга, конь понимал свою наездницу без слов, ощущал фибрами души настроение и угадывал желания. Бывало, когда маленькую наследницу укачивало в седле, он аккуратно и не спеша самостоятельно возвращался к центральным воротам, слуги и родители лишь дивились такой дружбе и верности.

Солнечный диск находился ещё довольно высоко над горизонтом, и наездница решила углубиться в горы. Прохладный ветер шумел в ушах, прокрадывался под одежду, но это не особо беспокоило, наоборот, отвлекало от грузных мыслей. Перед отъездом хотелось взглянуть на цветение любимых тианисов, насладиться их чарующей красотой и ароматом. Тианисы как раз зацветали в эту пору, а росли только около горных рек и водопадов этих краёв. Цветы также обладали ценными целебными свойствами. Несильно ударив пятками по бокам Шэна, Итари мотивировала его ускориться, сама приклонилась к могучей шее, спасаясь от хлыставших по лицу и телу ветвей деревьев. Чаща пошла на сгущение.

Наконец, пробравшись в нужное место, девушка спешилась. Провела по шее, туловищу, боку коня, шепнула.

– Иди, отдохни пока.

– Фр–р! – и Шэн побрёл щипать вкусную травку.

Итари прикрыла веки, слух обострился, уловила шум водопада, песнь ветра, звон лепестков тианиса. «Вот они где!» Губы украсила улыбка, редкие цветы хорошо маскировались, но для «знающих» не возникало проблемы отыскать их. Сориния передала своей дочери не только ум и красоту, целительский дар тоже.

Синие озёра раскрылись, обозрели окружающее пространство, и наследница двух родов направилась вглубь терний. Когда вышла к подножию небольшого обрыва, капли падающих струй стали долетать до тела, пробежали мурашки. Но это не остановило, Итари упрямо продвигалась к цели и вскоре отыскала первые бутоны, тианисы распускались на закате, а солнце начало клонится к земле. Ждать недолго.

Усевшись на траву, девушка придалась раздумьям. Ей нечего и некого было опасаться, территория клана хорошо защищалась магией и стражей, разбросанной по всему периметру, даже мыши не проскальзывали незамеченными. Мысли вернулись насущному. Наследница прикрыла веки, очистила сознание и попыталась заглянуть вглубь себя, достучаться до сущности… но снова никакого отклика. Нет, она чувствовала вторую ипостась, только очень слабо, словно та намерено скрывалась, не хотела проявляться. Или кто–то или что–то этому мешали.

Много слухов ходило по этому поводу. Итари росла обычным ребёнком, покуда же Дияр с каждой зимой становился сильнее, в семь у брата пробудилась вторая ипостась виргина. Кариан лично обучал, направлял, помогал контролировать новые способности сына. А дочь… дочь стояла на месте, лишь в красоте и уме расцветала. К тринадцати зимам надежда почти угасла. Клан оборотней Юмей, точнее последователи бывшего альфы Крама, нарекли её бесполезной бездарностью, пустышкой, но Неиджи быстро приструнил наглецов. Однако слухи и чёрные взгляды до сих пор преследовали девушку.

Итари горько хмыкнула. Теперь значит, когда нависла угрозы продолжения войны, Юмей пожелал объединится с виргинами, связаться кровными узами. Объединиться с той самой бездарностью. Кровь истинного носителя… какой бы слабой та не являлась, в ней всё равно сохраняется наследие. Но всё же, как же волки собираются получить из такого странного брака потомство? Стало смешно.

До обоняния девушки донесся приятный аромат, наконец распустились цветы. Итари отбросила в сторону гнетущие мысли и волнения, радостно распахнула глаза. Дождалась. Лучики солнца заигрывали с нежно–синими лепестками тианисов, ветер разносил по берегу красную пыльцу. Само созерцание всей этой дивной красоты поднимало настроение, наполняло душу целительским теплом.

Наследница повалилась в мягкость травы, взглянула в лазоревое небо. В данный момент ей было хорошо, хотелось и дальше вот так вот лежать и ни о чём не беспокоиться. Не желала она грядущих перемен. Вот совсем.

Неподалёку треснула ветка, вмиг заставив насторожиться наследницу. Все мышцы разом напряглись, тело натянулось, точно струна, приготовившись к обороне. Однако это оказался всего лишь Шэн, он забрел на поляну и спокойно себе пощипывающий травку, видно искал где по вкуснее.

Девушка расслабилась, но поднялась, пора возвращаться, темнело. Сорвав один цветок для матери, забралась в седло.

– Домой, друг.

Шэн взял курс на поместье клана. Ехали они не спеша, Итари специально не торопилась, тянула время, не желая переступать порог дома. Не желая видеться с братом, который обязательно придёт поговорить перед отъездом. И настолько увлеклась, что не заметила слежку.

А вот конь ощутил чужое присутствие очень остро. Шэн всхрапнул, заржал, предупреждая хозяйку. Во мраке чащи горели жёлтые глаза.

– Тише, Шэн! Чего испугался?

Осмотрелась, взгляд зацепился за два горящих уголька в стороне. «Волк?!» безошибочно определила. И это был не обычный лесной зверь, нет – оборотень клана. Теперь она его отлично чувствовала, несмотря на то, что тот скрывался. Закусила губу, не понимая, что ему тут понадобилось, должно быть, тоже прогуливался и наткнулся на них случайно? Хотя верилось слабо.

Дернув поводья, Итари со спокойным видом, не смея высказывать страха перед хищником, дабы не провоцировать, направила коня дальше. Успокаивало: оборотни не имели права приближаться. Закон есть закон.

– Давай домой, хороший. Он не обидит нас.

Наследница похлопала скакуна по шее, передавая уверенность. И Шэн повиновался, пустившись вскачь, но то и дело озирался, выискивая среди ветвей нарушителя спокойствия. Солнце неминуемо пряталось за горы, нужно было успеть вернуться до полной темноты. Однако, жёлтые угольки зверя продолжали мелькать среди стволов деревьев и листвы, он бежал следом, благо пока держался на расстоянии. Девушке это жутко не понравилось, такие игры нервировали.

И опасалась не зря. Вскоре огромный хищник, опередив, выскочил на тропу, преградив путь. Оскалился. Шэн испуганно заржал, встал на дыбы, защищая себя и свою наездницу. Итари мёртвой хваткой вцепилась в поводья, ноги прижала к бокам коня, пытаясь удержаться в седле.

– Что это значит?! – выкрикнула.

Бурый волк моргнул, убрал оскал и… перевоплотился в человека. Естественно об одежде в сей ситуации не шло и речи, но того, похоже, нагой вид нисколько не смущал. В отличии от Итари.

– Ты?!! Как смеешь преграждать мне путь?! Ты нарушаешь закон! – в сумраке румянец алел не так заметно, да и ярость маскировала смущение в голосе. Взгляд девушка сфокусировала на надменной физиономии, ниже старалась не опускать.

Никор довольно усмехнулся и вальяжной походкой, так сказать, показывая товар лицом, стал медленно приближаться. Шэн, распознав человека, поуспокоился немного, но всё также продолжал фырчать. Не знал он, как поступить: подпустить человека к хозяйке или не стоит.

Однако темноволосый оборотень решил всё за верного скакуна – внутренней силой пригвоздил к месту. И как наследница не старалась вывести друга из оцепенения, не получалось.  

– Что тебе нужно?!

Ей казалось, её собственный голос стал подобен звериному. Синие глаза пылали неистовой яростью, карие же лучились победой и превосходством.

– Да ничего особенного. Веришь ли, бегал, увидел свою невесту и вот, решил познакомиться поближе, – за секунду Никор оказался недопустимо близко, даже нагло расположил свои ручищи спереди и сзади седла, заключая девушку в ловушку. – По–моему, отличный шанс. Не находишь?

– Р–руки убер–ри, не то без них останешься! – сквозь зубы.

– О–о, дерзкая девочка. Ты мне нравишься всё больше.

– А ты мне – нет!

Мужчина хмыкнул. И неожиданно резво вытащил из седла наследницу, прижал своим телом к боку лошади. Своим нагим телом.

Из словарного запаса Итари вмиг исчезли всё слова, она лишь открывала и закрывала рот, не произнося ни звука. Теперь на щеках румянец просто горел и отлично был виден волку. Одна мысль, что к ней прижимается голый мужчина, к тому же ненавистный оборотень, вводила в ступор.

– А говоришь, не нравлюсь. Обма–а–анщица. – жаркий шепот. Затем Никор впился в уста девушки.

Это и привело её в чувства. В крови вновь вскипел гнев, она сжала вместе зубы, укусив тем самым наглеца за губу, посмевшего украсть первый поцелуй. Не для такого, как он, берегла. Следом ударила кулаком мычавшего от боли оборотня в солнечное сплетение, тот согнулся в приступе кашля. Не сила определяет победителя, а ловкость и ум. Тренировки с братом принесли свои плоды.

– Как тебе, женишок? Хорошо прочувствовал мою симпатию? Я старалась искренне.

И довольная собой Итари запрыгнула в седло и умчалась от оборотня прочь. Оцепенение спало с Шэна, как только волк потерял над ним контроль из–за неожиданной резвости «невесты».

– Ещё посмотрим, кто кого, дорогая. – прошипел Никор, плотоядно улыбаясь. С сильной добычей играть намного интереснее.

Вернувшись, Итари прямиком прошмыгнула в свои покои. Не хотелось ни с кем видеться и тем паче разговаривать, в душе до сих пор буйствовал ураган злости. Что этот мерзота о себе возомнил?! Как посмел приблизиться? Малого того, предстал обнажённым, так ещё и поцеловал! Поцеловал!! Да чтоб этого волка блохи загрызли!

– Ш–ш–ш, ш–ш…

По–своему комментировал метания наследницы полусонный василиск из угла. Та потревожила сон чешуйчатого, когда с шумом ворвалась в опочивальню, и так и продолжала буйствовать: то пнёт шкаф или же иную мебель, то без разбора швырялась подушками, одна–две точно угодили в змея.

– У–ув!

– Ой, прости, Локиар!

Поумерив пыл, Итари кинулась пожалеть любимца, так не вовремя подвернувшегося под горячую руку. Уселась в кольца из тела василиска, огладила холодные чешуйки, вздохнула.

– Прости, хороший. Я не специально. Просто меня кое–кто вывел из себя.

– Ш–шс–с–с! – возмутился змей, весь напрягся, кончик раздвоенного хвоста нервно застучал по полу. 

– Нет, не нужно. Он уже получил своё, – расплылась в улыбке.

Благодаря василиску настроение заметно улучшилось, а гнев исчерпался до дна, словно и не было. К тому же, только сейчас девушка поняла, уж не настолько и противен оказался оборотень Никор… Просто он застал врасплох. А так вполне ничего: смазливая морд.. лицо, накачанные мышцы, неглуп. Может, стоит к нему присмотреться?

Грудь пронзил смех. Ну уж нет, явно не стоит! Если при первой встрече не произошёл тот самый «бум эмоций», то вряд ли он случится позже. Похоже, Никор определённо не её истинная пара. А вот остальные в клане Юмей… но об сим пока думать не хотелось, итак вскорости, завтра–послезавтра выяснится.

За такими мыслями Итари задремала, а Локиар не посмел тревожить сон хозяйки, наоборот, принялся охранять её покой. В таком вот умиляющем виде их и застал Дияр. Брат близнец только освободился от прямых обязанностей наследника – разгребать бразды правления во время отсутствия отца. Жаль так и не успел объясниться с любимой сестрой, бессовестно опоздал. Лишь бережно перенес Итари на постель под недовольное шипение змея, укрыл одеялом, очертил бледную линию скул.

– Спи, моя сестрица. Видь хорошие сны, завтра твоя жизнь начнёт меняться…

Утро в поместье выдалось оживлённое. Слуги сновали туда–сюда, подготавливали караван. Поскольку ситуация с Чёрным Когтем накалялась, решено было передвигаться скрытно, маскируясь под торговцев.

Сама Итари проснулась раньше, чем небосвод подёрнулся маревом рассвета – приснился странный сон. В нём она бродила по туманному лесу, заблудившись. Сердце в панике гулко билось о рёбра, тело била крупная дрожь, от усталости ноги заплетались, скользили по утренней росе, мысли в голове путались. Девушка пробиралась вперёд через колючие дебри, падала, сдирала колени с руками в кровь, вставала, поправляла порванное местами платье и снова кидалась вперёд, спасаясь от незримого преследователя. Позади в густом тумане горели жёлтые глаза. Они не несли в себе явной угрозы, но Итари чувствовала, знала – останавливаться нельзя. И самое страшное – это был не оборотень… аура совершенно иная.

Иногда, когда наследница падала, сзади совсем рядом, буквально в полуметре, слышалось довольное гортанное урчание или рык. Но оборачиваясь, девушка никого не видела, даже желтых глаз. За ней наблюдали, играли. И это ещё пуще нагоняло страху.

А иногда доносился многогранный голос: «Приди… приди ко мне…», «Пробуди от мучительного забвения…», «Стань моей…», «Я жду…»

За сим Итари выбралась к пещере, вход до жути напоминал разинутую пасть огромного зверя, мрак и исходящий изнутри холод продирали до самых костей. Заходить внутрь не возникало желания. Вот совсем. Но вдруг за спиной поднялся сильный ветер, просто ураган. Он с громким скрипом гнул к земле могучие стволы деревьев, срывал с пушистых крон листву, свирепо выл, понукая забраться в ту самую жуткую пещеру. Следом из чащи раздался то ли крик, то ли рёв дикого зверя, и наследница всё же ринулась во тьму прохода пещеры, надеясь найти там спасение.

Оказавшись в мрачных недрах, поспешила вглубь, спрятаться получше. Но стоило выйти в грот, как сзади кто–то схватил. «Пришла...» – прошелестело над ухом, а тьму на секунду разогнал свет от огненных глаз.

Проснулась Итари в холодном поту, не кричала, не смогла – крик застрял в груди. Лишь бешено колотилось сердце, да пульс стучал в висках. Разум прекрасно понимал, что это только сон, однако липкие щупальца страха отпускать добычу не желали. В ушах так и звучал голос преследователя. В себя девушку привёл василиск, он языком защекотал ей ступни, голень и икры, отвлекая и возвращая в реальность.

– Ш–ш–ш!

Шипел змей обеспокоено. Итари вздрогнула и обратила внимание на любимца.

– С–спасибо тебе.

Спрятала обратно под одеяло ноги, обняла себя за плечи. Мысли вернулись ко сну, никогда прежде ничего подобного ей не снилось. Наверняка это всё навеяла нежданная встреча с Никором! Да, так наследница и решила, после неспешно засобиралась на горячие источники, время до отъезда оставалось предостаточно.

К удивлению ей составила компанию мать, повстречались они у входа. Соринии сегодня тоже не спалось, нет, кошмары правительницу не мучили, только переживания за дочь, ведь отправиться с Итари в клан Юмей у неё не получалось, здесь в отсутствии супруга она нужнее. Не все вопросы мог уладить Дияр.

– Поздней пташке в кой–то веке не спится? – поинтересовалась Сора, завидев дочь. Как не старалась та скрыть истинное настроение под фальшивой улыбкой, от родной крови правду не утаить. Плохо замаскированные тёмные круги под глазами картины не улучшали.

– Как и тебе, мама.

Горчеватая вода приятно расслабляла кожу и мышцы, а ароматы благовоний успокаивали и приводили в порядок мысли. Мелодичная трель соловья, прекрасные виды на горы добавляли гармонии. Было хорошо и вовсе не одиноко, спокойно.

Сориния незаметно наблюдала за дочерью, но лезть с расспросами не спешила. Посчитает нужным – расскажет. Сора понимала чувства Итари сама побывала на её месте, когда сбегая от одного брата виргина, угодила к другому, собиравшемуся силой… хм, возродить величие клана Ямата–но Ороти. Однако у Итари ситуация немного иная. Если мать в прошлом повстречала братьев Ороти по воле судьбы, дочь же принуждают идти к оборотням из–за укрепления политической позиции… Но и помешать этому Сориния не могла, приходилось положиться опять же на судьбу.

– Мам, а как ты поняла, что отец твой… ну, пара твоя? Он ведь не волк… как такое возможно?

Неожиданно завела разговор дочь. Да ещё какой! Вот и как ей объяснить, не затрагивая прошлое? Правительница с досады закусила губу.

«Может, пора открыть правду?» – подсказала сущность волчицы, царапнув ментальную клетку.

Сориния всем материнским сердцем желала раскрыть Итари тайну пророчества, но опасалась своим вмешательством переиначить в худшую сторону узренное девятнадцать зим назад видение. Старица рода, Лаира, поведает девушке перед ритуалом.

– У меня всё было не просто. Я металась с чувствами между обоими братьями ещё не зная, что их душа едина, – подбирая правильные фразы, обходя пока запретные, отвечала Сора. – Ты сама поймёшь, как только окажешься в непосредственной близости с избранником. Сердечко твоё ёкнет, затем забьётся быстро–быстро, а тело охватит волна жара, перехватит дыхание. Как–то так. Но это примерное описание, у многих осознание приходит не сразу.

Сора подметила погрустневшее лицо дочери.

– Похоже, Никор не ОН, да?

– Похоже, что так, – Итари провела руками под водой, подняла их к поверхности и сгребла к себе опавшие лепестки с ветвей слив. Такие белые и чистые. Невинные. Хлопнула по водной глади. – Гнев и раздражение – всё, что вызывает у меня этот волчара облезлый. Слишком высокого о себе мнения!

– Ну, для начала неплохо. Зачатки эмоций, пусть и таких, уже имеются, – приглушённый смех.

– И вовсе не смешно. – обманчиво–обиженно.

– Не переживай, не волнуй себя понапрасну. Хоть я и не могу последовать с тобой в долину, я верю, твоя судьба в итоге окажется счастливой.

– Спасибо.

От поддержки матери в груди разлилось приятное тепло, в душе поселилась уверенность. И не призрачная, а самая настоящая. Как сказала мать вчера: даже предначертанную судьбу можно изменить. Да. И наследница двух родов теперь в это тоже верила.

***

Отправился караван после обеда. Перед этим Дияр устроил праздничное прощание, обставил всё так, будто оборотни официально приезжали просить руки наследницы, разумеется с позволения Главы рода Кариана. И клан Ороти достойно проводил свою любимую дочь. Однако маскировка процессии под торговцев вызвала у люда недоумение, но наследник и это пояснил, мол, так нужно для безопасности, потому как врагов у клана немало.

Дияру с Итари наконец удалось спокойно поговорить, сестра больше не держала обиды (ну почти, безволие давило на сердце тяжёлым грузом), понимая и принимая свой долг перед родом.

Сориния крепко обняла дочь, шепча слова напутствия, держала эмоции в узде, однако пара слезинок всё–таки скатились по щекам.

– Слушайся во всём старицу Лаиру, Итари. Но также не забывай о своём сердце, оно подскажет правильный путь. И помни, я всегда думаю о тебе.

– Спасибо, мама. За всё.

– Нам пора выдвигаться, если хотим до заката преодолеть четверть намеченного пути, – встрял Неиджи.

– Да, – правительница нехотя разжала объятия, отпуская свою кровинку, возможно, навсегда из родительского гнезда. – Береги её, брат, как свою дочь.

– Обещаю. – альфа смотрел твёрдо, уверенно. На самом деле, если потребуется, он не колеблясь отдаст свою жизнь за племянницу.

Заскрипели телеги, обоз двинулся, увозя наследницу в далёкие края, туда, где ей хотелось бы побывать в самую последнюю очередь. А лучше вообще никогда. Сидя в одиночестве внутри деревянной повозки без излишеств, Итари смотрела в приоткрытое окошко, сопровождающие её оборони ехали верхом на лошадях, как ни странно, те вели себя вполне спокойно под такими наездниками, мерно вышагивали… Совсем что ли не ощущали упрятанных сущностей хищников?

Неприметного цвета простые рубахи со штанами, подвязанные поясами, свободно облегали поджарые тела пятерых мужчин, ноги всунуты в сапоги из сыромятной кожи, на головах круглые шапки, обмотанные короткой чалмой, отлично упрощающие породистые лица. Личное оружие спрятано от глаз. С виду действительно походили на обычных торговцев, однако внешность обманчива, и лучшей охраны не сыскать. Помимо волков к обозу приставили и несколько обычных крестьян для прикрытия, их задачей было управляться с поклажей, следить за котомками, сундуками и мешками с реальным товаром. Ведь представителям «благородной крови» не пристало сим заниматься, да и не умели.

Итари наказали лишний раз не высовываться. В принципе это сказалось в радость, видеться, а уж тем паче общаться с оборотнями хотелось меньше всего. Вот и сидела она в неуютной тесной повозке, парчовая ткань платья неприятно тёрла нежную не привыкшую к такому кожу, но деваться некуда, девушка терпела. Дядя обещал, что как только землю укроют сумерки, можно будет выйти и подышать свежим воздухом. А вообще вся эта чересчур излишняя скрытность удручала, будто Чёрный Коготь вездесущ.

Крик ястреба отвлёк наследницу, дух бабушки влетел в окно и уместился на скамье, точнее угодил на подушку, вспоров когтями и растребушив перья. Осмотрев это гиблое деяние, Итари вздохнула, ведь специально материализовался раньше, чтобы насолить! Но тут же улыбнулась, эта маленькая шалость подняла настроение.

– «Тебе послание от отца».

– От отца? – удивлению не было предела. Мало того Кариан втихую заключил согласие на брак с оборотнями, так ещё и не явился к отбытию дочери.

– «Он сожалеет, что не удалось приехать, правда. Голос его был полон грусти», – страж выудил небольшой свиток с гербом Ороти.

– Что это? Жалкие оправдания?

– «Просто прочти».

Ястреб улетел. Девушка долго не решалась раскрыть свиток, испепеляла взглядом в надежде, что тот исчезнет сам. Как не говори, а обида царапала. Только послание явно не собиралось испаряться. В итоге пересилило любопытство.

«Итари, дочь. Знаю, ты злишься, и у тебя есть на это основания… Но пойми, обстановка на политической арене накаляется. В прошлом война с Когтем закончилась мирным договором, но слишком много жизней с обоих сторон потеряно. По условиям перемирие должно было продлиться двадцать зим, однако, имперские ищейки были замечены около наших границ месяц назад. Шпионы также доложили, Коготь собирает военную мощь. Другие кланы также подтверждают подобные сведения. Грядет новая война…

И мы должны быть к ней готовы. За последние два сезона мне поступало много предложений об слиянии кланов, но согласие я дал лишь Юмей. Ты, как истинная наследница рода, займешь место, принадлежащее тебе по праву рождения, и приведёшь нас к победе. Не смей склонять головы перед оборотнями! Не принимай обидные слова и холодные взгляды близко к сердцу! Ты – их будущая альфа – самка. Покажи себя с достойной стороны.

 Ещё, если окажется так, что среди волков не найдётся пары для тебя, не отчаивайся. Твой избранник будет не так прост, много с ним тебе придётся претерпеть, но ты девочка сильная, умная – справишься. Мы с Сорой любим тебя и верим».

Итари положила пергамент на колени, но его тут же пожрал магический синий огонь. Правильно, такую информацию нельзя оставлять без присмотра. Двоякие чувства остались после почитанного. Родители что–то темнят по поводу избранника…

– Приведу народ к победе? Тц! Как же интересно? Что я могу без сил? – запричитала, раздасовано скомкав в ладонях подол платья.

Но родители, весь клан виргинов рассчитывают на неё. И подвести их она не в праве. Улыбнулась краем губ. Значит, как–то сможет. Должна.

Повозка вдруг прекратила движение. Постучав, внутрь заглянул дядя, сообщил, что пришло время для привала, и можно выйти. Девушка с радостью поспешила наружу, не забыв накинуть на плечи плащ. Совсем уже стемнело. Обоз остановился недалеко от дороги в лесистой местности, крестьяне уже разбили небольшой лагерь, готовили поздний ужин. Несколько оборотней рассредоточились по территории, отдыхая, нужно быть всё равно на чеку.

Неспешно пройдясь туда–сюда, разминая затекшие от долгой дороги мышцы, Итари дошла до Шэна, также взятого в путь. Мало ли с чем придётся столкнуться, а на верном жеребце ехать и в радость и спокойнее. Шэн приветливо зафырчал, уткнулся мордой в плечо хозяйки, показывая, как скучал.

Сзади пренебрежительно хмыкнули. Никор, чтоб его! Мужчина подошёл ближе, с усмешкой предложил.

– Не желает ли наследница прогуляться? Могу составить компанию.

– Желает, но не с таким невежей.

Итари не грубила, нет. Смысл? Уже поняла, Никор не ведёт себя так специально, просто такая натура. Похлопала скакуна по шее, и направилась к слугам, замаскированным под крестьян, среди них оказалась женщина, и девушка попросила её сходить «в кустики». Никор естественно увязался следом, но держался на почтительном расстоянии, охрану никто не отменял.

Выбрав подходящее место и сделав все нужные дела, представительницы прекрасного пола уже возвращались обратно, как за их спинами послышались шорохи. Никор среагировал мгновенно, кинулся в чащу, спустя миг выудил за шкирку коренастого мужичка. Тот хрипел, ноги его ели переставлялись, белая рубашка была разорвана на груди и испачкана чём–то тёмным, похоже кровью.

– Помо..гите! – вымолвил и потерял сознание. Оборотень уложил незнакомца на траву.

– Он жив? – пискнула женщина, прислонив руки к себе.

Итари было бросилась к мужчинам, но Никор предупреждающе выставил ладонь.

– Тара, не подходи. Не исключай возможность ловушки.

Тара. Обращаться к наследнице таким именем было обговорено ещё в поместье. Излишняя предосторожность не помешает ни в чём.

– Но чтобы узнать это наверняка, необходимо привести его в чувства. До лагеря он может не дотянуть! – настаивала на своём.

– Нет! – отрезал. – Он может быть лазутчиком. К тому же, ни я, ни кто–либо из моих сородичей не почуял чужое присутствие рядом. Это навевает нехорошие подозрения.

Сейчас, весь собранный, Никор напоминал настоящего умелого воина, готового до конца защищать своё. Прикрыв веки, он вслушивался в окружающий лес, но никаких шорохов или треска веток больше не улавливал. Стало быть, бедолага действительно здесь один.

– Предлагаешь, прикончить его прямо тут?! Даже толком не разобравшись? Может, его порвал дикий зверь, и он провалялся тут весь день при смерти? – в темноте синие омуты девушки горели огнём справедливости. Не собиралась она уступать, не так воспитывала её мать.

– Слишком много в тебе милосердия, – улыбнулся Никор, сдавшись. – Ладно, будь по–твоему. Я не дам тебе его осмотреть лично, но мы отнесем его в лагерь, пусть альфа сам разбирается.

***

Неиджи стоял над бессознательным мужичком, в свете тусклой свечи под лампой хмурил изломистые брови, кривил сжатые в тонкую линию губы. Не знал он, как лучше поступить. Когда Никор притащил раненого в лагерь, сославшись на доброту племянницы, скривившись, альфа того всё же осмотрел, в первую очередь на наличие знаков, что указывали бы принадлежность к Чёрному Когтю. Убедившись в отсутствии меток на спине, уж потом добрался до ран, те проходили через всю грудную клетку и были довольно глубокими, точно от когтей медведя. Удивительно, что несчастный вообще выжил, крови потерял немало. Но это всё ничего, только лишний балласт им сейчас совершенно не нужен.

– «Может, добить бедолагу, чтоб не мучился. Видно же – не жилец!» – посоветовал внутренний зверь, ехидно оскалившись.

Ага, как же, будто это племяшка позволит. Вон, как выжидает вердикта. Неиджи грузно вздохнул, ситуация складывалась не лучшим образом, но… ох уж это НО.

– Что ж, чист он. Определённо не ловушка. Но! – подчеркнул, видя, как Итари собирается что–то сказать. – Лечить будешь, пока будет пребывать в бессознательном состоянии. Как только заметишь, что начинает приходить в себя, немедленно прекращай. Даже если он и не причём, уйдя от нас, пустит слухи о доброй девушке знахарке из торгового обоза. Понимаешь, о чём я?

– Да, дядя. – склонила в почёте голову.

– Вот и хорошо, – альфа положил руку на хрупкое плечо наследницы. – Сора бы гордилась тобой. Давай, не теряй времени. Никор будет рядом, а то мало ли, может, этот очнувшись, учинит что.

На том и порешили. Неиджи покинул полог, Итари расположилась сбоку от пострадавшего, сначала омыла раны, очистила и только потом приступила к лечению. Никор, уперев руки в боки, с интересом следил, как ладони девушки, нависшие над рваными бороздами, окутало зеленоватое свечение, как постепенно раны стали ускоренно зарубцовываться и затягиваться. По лбу и щекам Итари стекал пот, дыхание участилось, сложновато ещё давалось целительство, мало практики.

– Упорства тебе не занимать. Почему, так печёшься об этом мужике? – волк сел напротив, но не мешал, лишь внимательно ждал ответа.

– Ценна каждая жизнь. Быть может, сегодня я спасу его, а завтра или гораздо позже он поможет кому–то ещё. В альтернативе же, погибли бы обе жизни.

– Ещё и наивная. Откуда тебе знать, что он кинется кого–то спасать? Ты же совсем не знаешь его, вдруг он разбойник?

– Пусть и так. Пусть я наивная. Но я не изменю своего мнения. В нашем мире итак слишком много крови, кто–то же должен совершать добрые поступки. Фу–ух!

Наконец закончила, о ранах напоминали только белые полосы шрамов. Итари встала, но тело повело в сторону, много сил потратила, раны оказались серьёзными. Упасть не позволил Никор, успел подхватить.

– И отчаянная вдобавок, – шепнул, опалив шею и лицо жарким дыханием. От волка приятно пахло мятой, голова по–прежнему кружилась.

– Что, в этот раз не собираешься пользоваться случаем, а, волк?

– Зачем? Чтобы ты снова показала мне свою симпатию? – улыбался искренне. – Не–ет, так не интересно. Я обожду, пока сама не поцелуешь.

– По–моему, это ты тут слишком самоуверен, – беззлобно. И выпутавшись из некрепких объятий, вышла на улицу. Стало легче.

– Ну–ну, принцесса.

Итари доковыляла до своей повозки, закрылась и улеглась на скамью под тёплое одеяло. Ночь выдалась холодной. Но сон не шёл, в мыслях застрял Никор. Резкая смена его поведения немного сбивала с толку, то он наглый и властный, то… другой в общем. Какой же на самом деле–то? Не то чтобы возник интерес или какие чувства, просто волк перестал раздражать.

– И что я о нём думаю?

Она ещё долго не могла заснуть, ворочалась сбоку на бок, но в итоге измор взял своё. Сон её был глубок и приятен, несмотря на пережитые волнения. Утром девушку разбудил дядя, предложив накинуть плащ с капюшоном, чтобы более–менее скрыть лицо с фигурой и пойти послушать речи вчерашнего пострадавшего, которого спасла от неминуемой гибели. Того на ночь оставили под пологом со слугами и одним оборотнем, на всякий. Наскоро умывшись, наследница поспешила на улицу, ведь ей тоже было интересно услышать россказни мужичка. Подоспела как раз вовремя, тот только недавно пришёл в себя и ждал главного в обозе, чтобы поблагодарить за своё спасение.  

– Меня зовут Ерней, живу в захудалой деревеньке в верстах восемнадцати к северу отсюда.

На вид был он прост, явно не голубых кровей, темноволосый, бородатое четырехугольное лицо с немного впалыми круглыми глазами, хрящеватым носом и широким ртом располагали к себе. Взамен порванной рубахи небольшое брюшко обтянула другая, выделенная крестьянином, а шаровары и сапоги остались при нём и даже почти целые.

– … так вот, помню я, собрались мы с другом на охоту, на зверя дикого и большого, что в нашу деревню стал частенько наведываться и чинить неудобства: то посевы потопчет, то пойманную нами рыбу утащит или пожрет на месте, да люд пугает. Благо не нападал пока, обходилось как–то. Ну, обмазались с другом с макушки до пят мазью специальной, отбивающий запах человеческий, бабка одна у нас изготавливает, не раз проверено. И думали медведь бурый, а покуда выслеживали, оказалось, и не он вовсе, чудо–юдо какое–то! Да шибко преумное! Темно было, но глазища у него огненные, морда страшна и огромна, а лапища–то ого–го! А зубы!

– И что, Ерней, это он тебя так? А друг–то твой где? – повернул в нужное русло повесть Неиджи.

– Друг? – мужик вдруг помрачнел, приосанился. – С Вайдом мы разделились, когда зверюга нас в густой лес загнала. Сгинул небось… Постой–ка! А я? Вы ж, получается, меня с той стороны выдернули? Грудак–то мне зверь, припоминаю, сильно разодрал, не должен был я сам выкарабкаться! Как же вы так смогли? Маг аль лекарь хороший имеется?

Вот разговор и подошёл к главному. Но у альфы уже заготовлен был ответ.

– Так торговцы ж мы. Артефакты целебные имеются, приобретённые у лучших магов. Вот, не смогли мимо чужой беды пройти, – и опережая следующий вопрос Ернея, добавил: – Ты, мужик, не переживай, за спасение ничего с тебя не возьмём. Лучше ступай до дому, семья небось заждалась.

– Добрые вы люди. Только как я возвращусь–то? Зверюга по–прежнему в окрестностях бродит. Не подумайте, не за себя боюсь, за деревню свою и чужие, в кои тварь наведаться ещё может. Нет, нельзя мне с пустыми руками воротиться. – Ерней опечаленно опустил голову.

А Неиджи переглянулся с оборотнями, мазнул взглядом и по стоящей поодаль племяннице, уже зная, что та предложит. По сути они должны, как можно скорее до Безымянной долины добраться, но, если тварь неведанная настолько опасна, может и до их краев добраться, невинные жизни погубить. Да и грызло альфу одно подозрение нехорошее…

– Что ж, думаю, стоит поймать и обезвредить чудо–юдо. Всё равно по пути нам, мимо деревушки твоей едим. Хоть мы и торговцы, однако среди числа нашего имеются умельцы, обученные воинскому искусству. Иначе как товар от разбойников защищать? – и громче соклановцам: – Ну, что скажите?

Но разве смели возразить альфе волки? Утвердительно нестройно закивали, пусть и идея не по нраву кому пришлась.

В дорогу выдвинулись после того, как перекусили плотно. Ерней, поначалу раздражавший большинство народа, быстро влился в общую компанию, простотой и шутками брал. Однако с ним держались настороженно, помощь помощью, а план планом. Ближе к обеду в повозке стало невыносимо жарко, и наследница упросила дядю проехаться верхом на Шэне, разумеется с накинутым на плечи плащом. Никор не стал упускать шанс, полез с вопросами, всерьёз собрался узнать Итари получше. И первый его вопрос ударил в лоб...

– Вот скажи, ты отправилась с нами лишь из–за воли отца или с намерением встать у власти?

Ехали в конце обоза, подальше от присоединившегося к ним недоохотника, посему могли общаться тихо, но открыто. По первой девушка не хотела идти на контакт, но скука взяла своё.

– С какой целью интересуешься? Плохо верится, что только из праздного любопытства.

– Вот тут ты не права. Мне конечно, в твоём понимании до идеала мужчины далеко, но я действительно хочу узнать тебя, настоящую, – Никор не лгал.

– Твой клан считает меня дефектной. Мою мать тоже недолюбливал из–за деда, – крепче сжала поводья, сердито смотря на мелькающие впереди спины других оборотней. – Думаешь, я горю желанием стать вашей альфа–самкой? Ощущать в свой адрес холодные взгляды, полные злобы и ненависти, слушать шепотки за спиной, и при этом рожать детей, ходить с гордо поднятой головой, улыбаться и делать вид, что меня это ничуть не задевает? Думаешь, такой судьбы я себе хочу?!

Голос Итари был тих, но интонация выражала состояние души. Капюшон скрывал верхнюю часть лица, но стиснутые в тонкую линию губы и побелевшие костяшки пальцев рук, мужчина отлично видел.

– Значит, повинуешься долгу перед родом. И даже против воли готова сцепится со своей парой? Знаешь ли, если во время брачного ритуала желание не будет обоюдным, потомства может и не быть?

Девушка молчала. Никор же продолжил.

– Ты совсем не такая, как о тебе отзывались в клане. Ты сильная, своенравная, и пожалуй, чересчур добрая. Не место тебе среди нас. Однако ты мне нравишься. Поэтому, я развею кое–какие иллюзии, чтобы это не стало для тебя неожиданностью.

– О чём ты?

– Заинтересовало? – усмехнулся в привычной манере. – Тогда слушай внимательно и не наделай после глупостей. Война не за горами, клану нужны новые альфы. Сильные альфы. Старейшины, да и все остальные устали скрываться в долине, и клан хочет объявить миру, что мы до сих пор живы и могущественны, чтобы нас боялись и уважали. Чтобы даже не помышляли, как в давние времена, охотиться и истреблять из–за наших особенностей крови.

– Не понимаю. Причём здесь я?

– Не перебивай. Клан рассчитывает на успех от этого слияния. Поскольку в тебе течёт кровь и виргинов и оборотней, пусть ты даже пока и не можешь призвать вторую сущность, потомство определённо обещает быть сильным. И! Самое для тебя неприятное – если выйдет так, что среди нас не будет твоей истиной пары, в случае как с твоей матерью, клан при помощи древней силы сможет обойти и это условие… В итоге ты всё равно сможешь зачать потомство с самым сильным волком.

Итари почудилось, будто ударил гром среди ясного неба. Такая участь уготована ей в долине? А дядя с родителями знают?!

– Кариан, Неиджи и старица Лаира не приделах. В клане уже давно зреет заговор. – добавил, точно прочитав мысли наследницы.

– Никор, – после непродолжительного молчания позвала Итари. – Почему ты мне рассказал это? Разве у тебя не будет проблем, если я вдруг вздумаю, к примеру, сбежать?

– Возможно. Но ты же не глупая девочка, верно?

– И кто же на данный момент самый сильный оборотень в клане? Ты? – задала встречный вопрос.

– Нас трое. Узнаешь.

Дальше ехали молча, каждому было о чём поразмыслить.

Перебирая в пальцах темную гриву Шэна, девушка поражалась алчности Юмей. Это ж надо, так возжелать величия, чтоб прогибать под свои грязные планы невинные жизни?! А дети? Ими что, старейшины собираются управлять из тени, дергая за ниточки, как каких–то бездушных марионеток?! Ну уж нет!! Такого удовольствия им она не доставит! Сбежать и порушить этим надежды родителей она не может, но и пешкой в игре тоже не будет. Из любой ситуации имеется выход, нужно просто искать тщательнее.

– О–о, чую ауру уверенности в победе. Я не ошибся в тебе. Придумала что?

– Да. Ещё посмотрим, кто кем будет управлять.

– Меня нынешнее положение вещей тоже не особо радует. Так что, можешь рассчитывать на поддержку с моей стороны.

– Время покажет, смогу ли я доверять тебе, Никор, – ответно хмыкнула.

– О, впервые, нет, дважды мои уши слышат из твоих прекрасных уст своё имя!

– Не паясничай, – улыбнулась.

***

До самого вечера они так и не наткнулись на загадочного зверя. Ерней приуныл, опасаясь, что тот успел снова побывать в его деревне. Наблюдая за мужиком, Неиджи как–то справился.

– Слушай, а как же вы с другом забрели так далеко от деревни?

– Дак, тварь нас за нос долго водила. Выследить её довольно непросто, увидеть можно лишь в потемках иль в дремучей части леса. На свет не выходит, зараза такая! Вот от своего упорства мы шли и шли по следам пару деньков, пока однажды не нарвались.

– Вы разглядеть–то что кроме глаз да пасти зубастой успели? – подключился Арон, высокий худощавый оборотень с растрёпанной копной рыжих волос и клиновидной бородкой.

– Ну–у, – призадумался Ерней, – по сути–то и ничего больше. Зверь нас тогда в тот лес, где вы меня и обнаружили, загнал. Темень стояла, мы со страху зенками своими только его зубы с глазищами и рассмотрели, прежде чем он порвал нас когтями…

– Н–да, исчерпывающе.

– Ты головой–то не махай! – насупился мужик. – Мы ж не профессиональные охотники и следопыты! Да даже они обделаются, коль этого повстречают! И не вру я вам!

– Спокойнее, спокойнее. Верим. Раны лгать не будут. Лучше припомни какие–нибудь детали, что помогут нам в розыске. – альфа бросил предупреждающий взор на Арона, мол, не перегибай палку.

– Есть одно, ток вы меня за полоумного сочтёте.

– Это уже нам решать, давай, досказывай.

Мужик помялся немного, но ответил.

– В общем, когда тварь нас поначалу раскидала, мы на утёк бросились по разные стороны, а она за мной погналась. Улепётывая, я особо назад не оглядывался, в живых остаться хотелось, только с перепугу споткнулся я, тут она меня и добила. Теряя сознание, почудилось мне, будто тело зверя полупрозрачное, да на огромного ящера похоже, а после он исчез. Но таких в мире нашем не бывает, бредил я тогда, вот и всё.

– На ящера, говоришь...?

– Брось, Нед. У страха глаза велики, небось медведь крупный и всё.

– Кабы если так…

Неиджи потер щетинистый подбородок, за грудиной сильнее заворочалось нехорошее подозрение. Знал он кое–что такое, сестрой родной поведанное, нужно было проверить эти догадки. Сунув руку за пазуху, нащупал родовой кулон, послал зов стражу. Теперь оставалось лишь дождаться новостей.

Прежде чем на землю осели сумерки, обоз разбил лагерь. Неиджи, Арон вместе с Ернеем отправились выслеживать чудо–юдо, Никор с двумя оставшимися оборотнями остались охранять наследницу. Итари со слугой Анной занимались женскими делами, вели разговоры ни о чём, пока один из мужчин ходил за дичью для ужина.

– Как считаешь, в действительности ли этот зверь существует? – нарезая кольцами овощи в чугунный котелок с закипающим бульоном, спросила Анна.

– Узнаем скоро, по крайней мере, раны были на лицо.

– Так может, медведь всё–таки?

– Терпение говорю, – усмехнулась, – самой уже интересно.

Вскоре суп был готов, а вот дичи до сих пор не появилась. Никор пошёл проверить охотника, но вернулся ни с чём.

– Дон что, просто в воздухе испарился? – между волками завязалась громкая баталия.

– Ты же знаешь его, Тайнар, азарт вскипел в крови, вот и увлёкся. Вернётся.

– Ник! Не вовремя у него всегда он вскипает! Мы тут не на пикнике сидим.

– Не рычи. Оставайся здесь и смотри в оба. Я пойду ещё поищу.

Но дальше произошло всё по иному.

Обоз не стал располагать лагерь рядом с лесом, поставил чуть поодаль от дороги на лугу. И не зря. Внезапно из чащи раздался вопль.

– Это Дон! Оставайся с наследницей.

Тайнар кинулся на помощь, Никор скомандовал всем собраться в кучу и залезть в повозку, сам принял оборонительную стойку. Пару минут спустя из леса выскочил Тайнар с раненым «добытчиком» на плече.

– Что с ним? Жив? Клади сюда, – указал на поваленные мешки. – Это...?

– Похоже на то.

Грудь и бок Дона были исполосованы когтями, совсем, как у Ернея тогда, но не так глубоко. Мужчина находился в сознании и стонал от боли, также что–то бормотал непонятное.

– Это… он… – удалось разобрать.

Следом из тёмных дебрей донёсся глухой рёв. Затрещали сучья и ветки под тяжестью лап, на поляну вышел тот, кого все и искали. Огромных размеров зверь с бесформенным телом, сотканным словно из густого сизого тумана, желтыми горящими углями вместо глаз и оскаленной пастью. Всё, как и описывал Ерней.

– Ущипни меня, а? – промолвил Никор, не сводя пораженных глаз с твари. Такого явно никто не видывал ранее.

– Не теряй головы! Мы должны защитить наследницу. Она – будущее клана!!

– Да знаю я!

Зверь вдруг остановился на расстоянии пятнадцати шагов, повёл по воздуху мордой, точно принюхивался, затем бросился в атаку. Всё случилось молниеносно: миг и оборотней одним мощным ударом раскидало, следующий – и повозка раздроблена в щепки, ещё один и зверь исчез. А вместе с ним пропала Итари.

– Вы куда смотрели?! Нюх совсем отбило?!! – неиствовал Неиджи.

Вернулись они с пустыми руками, а тут ещё и новости «радостные». Вот рвал и метал альфа. Подумать только! Прямо из под носа выкрали! А то, что выкрали, не сомневался. Покуда выискивали следы твари, к Неиджи прилетал ястреб, дух матери и страж, правительница Сориния передала с ним информацию, подтверждающую опасения мужчины. И дядя, сломя голову, рванул к обозу, но опоздал, ожидала его лишь кучка раненых оборотней со слугами, дорогой племянницы в лагере не было.

– Что теперь делать будем? – Арон.

– Что делать? Искать её.

– Её? Полагаешь, девчонка ещё жива?

– Жива. Он не сможет убить её, – сжал кулаки. Да, сестра рассказала Неиджи о многом.

Ерней непонимающе водил глазами по хмурым лицам мужчин, совсем запутавшись. Но и разъяснять никто ему ничего не собирался, перед тем, как отправиться в путь, его вместе со слугами, лошадьми и всеми вещами спровадили в деревню. Лишний балласт только отяготит и отнимет время в поисках, а на четырёх ногах дело пойдёт быстрее. Да и полученные в битве ранения в шкурах затянутся.

***

Темно. Мрак окружал, наступал, ничего не возможно разглядеть. А ещё потрясывало, будто несли куда–то, но хватки рук на теле не чувствовалось, что странно. Время тикало, за мраком слышался свист ветра, отдаленные крики птиц. И всё. Но вот звуки изменились, зверь, что схватил её, прекратил движение. Стопы Итари утонули во влажной от росы траве. Тьма рассеялась, открыв взору лес, погруженный в утренний туман. Совсем, как во сне...

Итари живо заозиралась, но местность не узнала. Сзади хрустнула ветка. По спине пробежал холодок. Оглянувшись, никого не увидела, однако, шорох раздался снова, разнёсся эхом, вспугнув дремлющих птиц, заодно и ускорив ритм девичьего сердца. А потом в тумане загорелись они – те самые жёлтые глаза.

Как завороженная, наследница смотрела прямо в эти приближающиеся угольки. Туман перед невиданным зверем расступался, из непонятного тёмного сгустка формировались морда, усыпанная мелкими шипами, длинная шея, мощное туловище, лапы и хвост. Вот диво–то! Прекрасный бескрылый дракон! Только тело прозрачное. Он подобрался слишком близко, приоткрыл пасть, хвастаясь рядом зубов, и высунул раздвоенный язык, будто пробовал на вкус воздух или запах.

Угрозы не исходило, дракон лишь наблюдал, оценивал, оглядывал. И страха перед ним девушка не испытывала, наоборот, в глубинах души просыпался интерес. Какое–то странное притяжение.

– Кто ты? Откуда? Зачем нападал на людей? – осмелилась. Чувствовала, что не обидит, что вполне разумен.

Мифическое существо молчало, секунды тикали, перетекая в минуты, одну за другой, а ящер по–прежнему безмолвствовал и бездействовал. Но внезапно дракон насторожился, недовольно зарычал, наследницу несильно подтолкнула вперёд незримая сила, затем ещё и ещё. Морда ящера недружелюбно осклабилась. Вот теперь он пугал, даже очень.

Порыв свирепого ветра ударил в лицо, чуть ли не сбив с ног, и больше стоять на месте Итари не стала. Бросилась прочь, мало ли, дракон решил ей перекусить, а не задушевные беседы вести. Бежала так быстро, как могла, оглядывалась, зверь не отставал, преследовал, рычал. Словно гнал куда–то намеренно. Наследница спотыкалась, но вставала, сердечко бешено колотилось, обгоняя в своем ритме хозяйку. Кошмар воплотился в явь.

– А–а!

Очередной раз оступившись, Итари глубоко расцарапала голень об камень, но стиснув от острой боли зубы, поторопилась дальше, оставляя за собой красную дорожку из капель. Позади взревело призрачное существо, видно почуяв кровь, девушку пробила ледяная дрожь, стать завтраком хотелось меньше всего. Охотница сама стала добычей более ловкого зверя.

– И за что мне всё это?! – сетовала, чуть ли не плача. – Жила себе спокойно, но нет! Приключения повалились!

Несмотря на постоянные тренировки, силы мало–помалу заканчивались, дыхание превратилось в рваное, ещё чуть–чуть и просто свалилась бы без сил. Мимо проносились одноликие высокие и толстые стволы деревьев, Итари казалось, будто она бродит кругами, но вот чаща расступилась, путь преградила пещера. Не раздумывая наследница кинулась туда.

Утонув во тьме, спиной прислонилась к неровной холодной стене, зажала ладонью рот, заглушая своё шумное дыхание, ноги подкосились, сползла на пол. Вскоре девушка успокоилась, навострила слух. Вдалеке также скрипели и стонали деревья, выл ветер, заметая листву с пылью во вход пещеры. Признаков приближения дракона не было, что хорошо. Значит оторвалась.

Немного отдохнув, Итари углубилась в проход пещеры, нужно же было как–то выбираться из передряги, в которую угодила, а там, дай предки, другой выход найдётся. Аккуратно ступала, постоянно прислушивалась, мало ли кто тут водится, помимо грызунов, тараканов и змей. В том сне на неё напали сзади, но сейчас наследница была к этому готова, хотя полагала, что вряд ли сие произойдёт, поскольку сон – просто выдумка подсознания.

«Ну да, как и дракон тот!» – невесело хмыкнула.

Вообще странно всё это. Драконы ведь миф, в летописях клана сказывалось, что они исчезли много столетий назад, как раз после Великой войны. А тут на тебе, факт на лицо. Правда, неполноценный какой–то, дух наверное – решила.

Итари остановилась, где–то рядом журчала вода. Обрадовавшись, девушка пошла на звук, так и выбралась в небольшое помещение. Откуда–то сверху проникал свет, разгоняя тьму по углам и нишам, и здесь действенно протекала подземная вода. Итари присела на корточки у кромки источника, попила и освежилась немного, после омыла разодранную ногу, залечила.

– Что же мне делать?

Сев на один из валяющихся камней, принялась думать. Если из оборотней кто выжил, несомненно отправится на её поиски, она де им нужна в конце концов! Но ей как быть, здесь выжидать помощи? Наружу по крайней мере выходить опасно – ящер бродит. Так ничего толком не сообразив, задремала от усталости.

– «Пришла…» – послышалось эхо.

– «Я ждал… иди же ко мне…»

Итари распахнула веки – никого. Но голос не замолкал, голос из сна. И исходил он от воды.

– «Приди...»

Кожа покрылась мурашками, наследница поднялась и, обхватив себя за плечи, приблизилась к источнику, надеясь, что спит или это игра воображения. Поначалу ничего необычного на поверхности не происходило, а спустя миг в толще воды проявился мужской силуэт, и засветились огнём чьи–то глаза.

– «Иди ко мне… пробуди!»

Неожиданно прогремело сзади. Перепугавшись, Итари дернулась в сторону, но зацепилась ногой за нишу и повалилась прямиком в источник. Сразу же тело окутала ледяная вода, отобрав шанс выплыть на поверхность. Воздух в лёгких заканчивался, и мрак поглотил сознание.

Когда наследница очнулась, было жутко холодно, трясло. И лежала она почему–то на боку, а не сидела у стены.

– Н–ну и с–с–сон!

Простучала зубами, однако тут же замерла. Волосы и одежда были мокрыми, и грот, в котором она сейчас находилась, совершенно иной.

Подземный источник присутствовал, но помимо него остальное изменилось. Особенно то, что располагалось по центру – на каменном возвышении лежал… гроб? Первое определение пронеслось в мыслях. Но это скорее было ложе, на котором лежал светловолосый мужчина в сине–золотых доспехах и сжатым в руках мечом.

Подобравшись ближе, Итари рассмотрела его получше. Суровое молодое лицо, тонкий кривой шрам пересекал правые бровь и глаз, ровный аккуратный нос, высокие скулы, бледные неполные губы и подбородок с ямочкой. Красивый. Судя по хорошо сложенной фигуре мужчины, тот являлся воином, возможно, даже высшего круга. А самое интересное – он спал. Грудь его мерно вздымалась и опускалась.

Любопытство пересилило страх, и девушка потянула к спящему руку, сама не понимая зачем. Но коснуться не довелось, какое–то невидимое силовое поле отбросило Итари назад, нехило так приложило спиной о ближайший крупный камень. Руку сильно жгло, простонав, осмотрела болящее место – ладонь была в крови, словно её пронзили мелкими иглами.

– И бес меня дёрнул по…!!

Но ругань оборвалась на полуслове, Итари заметила кое–что необычное: от её окровавленной ладони исходил слабый золотистый луч и направлялся к спящему незнакомцу, вернее к области, где у того пряталось сердце. Действо продолжалось около минуты, а затем… затем воин в доспехах с громким вздохом очнулся.

«Мамочка!»

Кое–как, превозмогая ноющую боль в теле, девушка от греха подальше спряталась за валун, после осторожно выглянула из своего укрытия. Незнакомец сел, свесив с ложа ноги, отложил меч, тряхнул гривой светло–русых волос и направил в сторону наследницы взор. Та нырнула за камень.

– Кто здесь?

Тембр голоса был низок, приятен, чуть вибрировал. Только вот каков сам хозяин?

В груди глухо билось сердце, и саму Итари потряхивало, только уже не от холода. Влипла, так влипла! Она стиснула зубы, постаралась умерить дыхание, в гроте отличное эхо. В образовавшейся тишине незнакомца тоже не было слышно. Совсем.

Наследница снова осмелились высунуть нос, мужчина стоял к ней полубоком около воды, смотрел на своё отражение в глади, сжимал кулаки. Поза его выказывала явное недовольство. И девушке ой как не хотелось, чтобы он обрушил его на неё. А в следующую секунду воин исчез…

– Кажется, я задал вопрос, – прозвенело за спиной. Итари даже удивиться или испугаться не успела. – И всё ещё жду на него ответа.

Голос мужчины погрубел, терпение его заканчивалось. Обернутся духу не хватило, но этого и не потребовалось – незнакомец одним быстрым движением развернул к себе наследницу сам.

– Отвечай же! Или немая?!

Встряхнул за плечи, потревожив и так ноющее от недавнего удара место. Зажмурив глаза, Итари застонала от резкой боли между лопаток, а так хотелось и вправду прикинуться немой, но было поздно.

Вдруг железная хватка ослабла, но тепло чужих рук на плечах чувствовалось даже через перчатки и одежду. Распахнув глаза, наследница чуть не вскрикнула, лицо воина оказалось слишком близко, всего на расстоянии ладони. Удивлённое лицо. Красивое, шрам его совсем не портил. А какого у него были цветом глаза! Золотисто–карие, янтарные. В них играли блики света, проникающие в пещеру.

– Как твоё имя? И где мы?

– Я… Тара. А где мы, не знаю. Я от зверя убегала и в эту пещеру забралась случайно, – растерянно пискнула.

Ситуация вырисовывалась не из простых, похоже, спящий красавец давно в этой усыпальнице маялся.

– Тара значит.

Тембр мужчины понизился до хрипа, он поднял руку, провёл по мокрым волосам, коснулся девичей щеки. Янтарная радужка глаз загорелась ярче, зрачки расширились.

– Меня тоже случайно разбудила? – опалил жарким дыханием.

И жар этот прокрался под кожу наследницы, стремительно разлился по всему телу, согревая, опалил каждый нерв и сконцентрировался внизу живота. Итари открыла рот, но тут же закрыла, не зная, что сказать. Не понимая своей неожиданной реакции на воина. Её взгляд опустился на губы, растянутые в широкой ухмылке, почудилось, будто те стали медленно приближаться.

– Ну, так что? – губы остановились в ничтожных сантиметрах.

– В–вы… Вы что себе позволяете?!

Возмутилась Итари и оттолкнула от себя наглого мужчину, затем сама отскочила подальше. Получилось сие скорее от того, что тот не ожидал такой прыти.

– Если б я сам знал…

Сейчас, когда расстояние между ними увеличилось, воин выглядел растерянным, но быстро собрался, посерьезничал. Словно секунду назад ничего не произошло. Взгляд его потвердел, оценивающе прошелся по облепленной мокрой одеждой фигуре девушке, подмечая и нарядность платья и его плачевное состояние. А потом этот красавец писаный выдал.

– Простолюдинка, ты выход отсюда найдёшь, раз забралась так глубоко в пещеру?

«Простолюдинка?! Я–то?!!»

Рот наследницы самопроизвольно приоткрылся. Неужели она представлялась такой жалкой на вид? Хотя конечно куда ей до его золотых доспехов–то! Обиженно поджав губы, Итари гордо вскинула подбородок, расправила плечи и, приметив позади мужчины проход, направилась туда. Правда, походка вышла не очень царственной из–за всё ещё ноющей боли между лопаток, но и так сойдет, уж очень хотелось стереть эту гадливую ухмылку с лица благородного хама.

– Постой. Куда же ты? – поинтересовался насмешливо и зашагал следом.

Наследница настырно хранила молчание, не собираясь больше общаться, смело шла вперед, разгоняя горящим злым взором тьму вместе с пещерными обитателями. Ведь не одна теперь.

– И далеко в темноте сможешь пройти?

– Ну сюда–то дошла!

– Постой, ты обиделась что ли? – «догадался» незнакомец.

– На что? Разве простолюдинкам свойственно обижаться? Мы же народ простой, молчаливый. Просто компания не нравится, – бурчала, ступая медленно, на ощупь по стенам.

– Впервые встречаю девушку, которую не устраивает мое общество.

– Наверное, нормальных не довелось повстречать, – это уже себе под нос. – А–а!!

За поворотом перед ногами неожиданно возникла пропасть, благо мужчина успел вовремя ухватить Итари за руку и рвануть на себя.

– Тебе жить надоело? Гордыня мешает?!

Щелкнул пальцами, рядом загорелся магический светляк, осветив бледное перепуганное лицо девушки, и воин перестал кричать. Она часто дышала, практически не слушая, что ей говорят.

– Тише, тише. Тара, всё позади! – обхватил лицо руками, заставив смотреть на себя. – Всё хорошо, слышишь? Кивни, если поняла.

Итари медленно кивнула.

– Вот, молодец.

– С–спасибо…

– Ян.

– Что?

– Зовут меня так – Ян.

Они продолжали стоять так дальше. Миг и вновь возник ураган эмоций, подтолкнувший их друг другу, воин склонился и накрыл уста девушки своими. Целовал поначалу нежно, смаковал, пробуя на вкус, а потом, притеснив наследницу к стене, усилил напор, впивался, как оголодавший, ловил робкие вздохи, старался заполнить пустоту внутри своей души. Итари отвечала несмело, не умела, ведь кроме Никора и не целовалась раньше.

Оборотень! Мысль пронзила, точно молния. Следом пришло осознание, что творит и с кем.

– Нет! Прек..рати! Зачем?

Ян тоже очнулся, но отстраняться не спешил, хотел понять, почему его так тянет к этой девице. Оба тяжело дышали, сердца бешено колотились, почти в унисон. Золотистые омуты тщательно всматривались в синие, искали ответ, но не находили. Интуиция кричала, что всё правильно, однако разум мужчины противился. Ведь у него уже есть возлюбленная, которая и погрузила его в сон во время последней войны…

– Нужно выбираться, – глухо. – Идём. Не отставай.

Ян устремился вперед, на сей раз путь им освещал светляк, и все ямы с неровностями прекрасно виднелись. Итари шагала позади, прижимая к себе ладони, только сейчас заметила, что раны как и крови больше не было. О произошедшем решила подумать после, в данный момент гораздо важнее найти выход и вернуться к обозу.

Но планам не суждено было сбыться.

По пещере скитались они довольно долго, но выбраться им всё же удалось, с другой выхода. Оказавшись снаружи, уселись на валяющийся в траве ствол дерева, перевести дух. Тут то Итари и вспомнила о том, от кого улепётывала, прежде чем укрыться в этой злосчастной пещере.

– Зверь! – воскликнула, обводя взглядом обозримое пространство.

– Что?

– Ну, я говорила уже, что от зверя убегала.

– Какого такого зверя? Если волка, тигра или медведя, то успокойся, с этой стороны леса они не водятся.

– Да нет. Речь не о них, а об… – вот тут–то и запнулась. Не знала, если расскажет, не сочтёт ли её этот воин за безумную.

– А о ком тогда? – Ян поглядывал с интересом, местность эту он знал, как свои пять пальцев.

– По слухам совсем недавно в округе появился загадочный зверь, – начала девушка издалека, – повадился он ходить по сёлам и деревням, чинил жителям неприятности, нападал на охотников, некоторых порвал когтями до смерти. На наш торговый обоз тоже напал, потом я каким–то образом очутилась в лесу, и зверь предстал передо мной, только выглядел необычно: огромных размеров, но тело его было полупрозрачным и похожим на древних мифических существ – драконов. Только без крыльев.

Мужчина молчал. Выражение лица его было непонятным и задумчивым, даже серьезным.

– Считаешь, что вру? – предположила грустно. Скорее всего так и есть, мало кто бы поверил в эту сказку. Но ответ превзошел все ожидания. Знала бы – не рассказывала.

– Да нет. Верю, – Ян повернулся к наследнице всем корпусом, и «обрадовал»: – по всему это был я, точнее моя магическая сущность. Никак не пойму лишь, почему она оставила тебя в живых?

– Ч–что...?

Теперь пришла очередь удивляться Итари. Она встала, неосознанно попятилась от мужчины подальше, однако, тот тоже поднялся.

– Прости, Тара. Но я не могу отпустить тебя. Тебе придется пойти со мной, пока я не разберусь в происходящем.

– Не–ет, – протянула, медленно увеличивая между ними расстояние. – Никуда я не собираюсь идти с тобой!

– Не глупи.

– Кто ты такой, что смеешь решать за меня?!

– Я–то? Я – император Чёрного Когтя, милочка. – глаза Итари расширились от ужаса. – О–о, вижу наслышана обо мне.

И пока наследница осознавала услышанное, Ян за пару шагов сократил разделяющие их метры, достал из–за пояса меч, вонзил в землю, порезал об лезвие ладонь и вызвал портал. Дальше толкнул в него девушку и зашёл сам.

***

Красная дымка портала рассеялась на вершине холма в семи верстах от города. Для Итари приземление вышло не особо мягким, подвернув лодыжку, она свалилась в траву.

– У–у–м! Да чтоб тебя волки загрызли! – от души пожелала, баюкая саднящее место. Боль в ноге на время перебила страх.

– Вряд ли это у них получится, не надейся.

Заценив местность, куда их выкинуло порталом, император недовольно прицыкнул, после пробуждения магия никак не войдет в баланс, и траектория перемещения значительно сместилась. Ну хоть так.

– Придётся пройтись пешком, – скосил взгляд на девицу, – до темноты должны добраться.

– Никуда я не пойду! – запротестовала.

– Слушай сюда, Тара. Или ты идешь со мной добровольно или я просто вырублю тебя и поволоку в бессознательном состоянии. Ну, так что выберешь?

Упрямость девчонки бесила, Яну было проще со вторым вариантом, однако, если он прикасался к ней, то терял самообладание. Это раздражало больше. Лишний раз терять голову не хотелось, неизвестно к чему приведёт.

– Сама, – буркнула насуплено.

– Отлично. Тогда не будем терять время, пошли.

Наследница кое–как поднялась, наступать было вполне возможно, что уже неплохо. Лечить лодыжку не стала, боялась разоблачения, ведь в мире не так уж и много лекарей. И если этот воин взаправду император Чёрного Когтя, то с лёгкостью сможет определить у ней не просто способность, а наличие целительского дара. Придётся потерпеть.

Итари возвела глаза к небу, солнечный диск уже начинал клониться к западу, впереди, как на ладони, раскинулся город в окружении горных хребтов, в его центре возвышался величественный дворец. Зубчатые стены убегали в разные стороны на много верст, за ними выглядывали большие и более мелкие шпили башен с развивающимися на вершинах флагами. Строение просто кричало о своей неприступности и непобедимости.

– Нам туда, да? – удручённо поинтересовалась, так скорее для факта.

– Туда. Это мой дворец.

– А раз порталами умеешь пользоваться, почему не перенес нас туда? Или сразу из пещеры? – подлила масла в огонь.

– Потому, что не могу. После пробуждения, силы не те, и чтобы соединить точки переноса, нужно знать начальное и конечное места… Всё, идём уже!

Император злился. Не знал, почему вообще оправдывается перед этой простолюдинкой. Что в ней такого? Стоит задержать на ней взгляд дольше положенного, и в голову лезут совсем не нужные мысли.

С таким «весёлым» настроем они отправились в путь. До ворот города добрались, покуда небо усеяли первые звёзды. Постовые, завидев приближающихся путников, направили на них острия стрел.

– Стой! Кто идёт? Чего надобно?

– Не узнаёте своего императора?

Со стен послышался громкий дружный смех.

– Ишь, любезный, ну насмешил! Наш император Хассиян как раз приступил к вечерней трапезе. Так что повёртывай отсюда подобру–поздорову! Пока ноги да кости целы!

– А тебя тут, смотрю, уважают и помнят. Так кто настоящий император? Ты или тот, который во дворце пиршествует? – не осталась в долгу наследница.

В Яне вконец вскипел гнев. Мало того, всю долгую дорогу терпел причитания девицы, так ещё и пускать не желают. Не церемонясь больше, император метнул в стражников пару силовых шаров, постовые посыпались со стен вниз головой, благо не высоко до земли.

– Ещё доказательства вам нужны? Живо позвать сюда сира Гиенви!

– Что за шум здесь? – раздался вскорости за воротами грубый бас.

– Гиенви, это я.

Образовалась гробовая тишина, а спустя минуту заскрипели механизмы подъёмной решётки и затворов, ворота отворились. В арке показался одинокий тёмный силуэт, эхо шагов звучало всё ближе, доспехи позвякивали, в лунном свете угрожающе блестели два меча на поясе. Пожилой мужчина в латах остановился в пяти метрах от пары.

– Ян, действительно ты ли это?

– Я, мой старый воин. Неужели, смеешь сомневаться?

– Теперь нет, император, – приклонил колено.

– Встань, Гиенви. Лучше вправь ума своим глупцам–подчинённым.

– Ты уж не сердись на них. Приказ они мой выполняли: отвечать так каждому, кто тобой представится. Напряженные нынче времена настали.

– Что ж, одобряю. Пойдем тогда, устали мы с дороги. Да обсудить нужно многое.

– А кто спутница–то твоя? – сир с интересом прошелся по сжавшейся фигурке наследницы.

– Вот это один из пунктов для беседы.

– Тогда идёмте скорее, поди вы голодные и озябшие. Исправить надобно.

Миновав лабиринт, что окружал город, и достигнув самого дворца, Итари с Хассияном разделились. Девушку служанка повела в купальни, отмыла, одела и накормила, потом гостью императора отвели в указанные покои и заперли. Облюбовав своё новое пристанище, Итари выглянула в окно. Дворец был огромен, множество огрей горело в окнах и в саду. Жаль только в сумерках не возможно разглядеть всего великолепия. Но ничего, на это есть завтра.

Улёгшись в кровать, с удовольствием потянулась, как же хорошо вновь ощущать мягкость чистого белья, вдыхать нежные ароматы благовоний. Хоть Ян и звал её простолюдинкой, предоставленные апартаменты говорили о другом. За это наследница была мужчине благодарна.

– Да, вот так история. Угодила прямиком в логово врага…

Пожаловалась она тишине. В ладонях сжимала кулон матери, хоть какая–то частица родного дома осталась при ней. Одинокая свеча дотлела на полке, погрузив комнату во мрак, и к Итари пришёл сон.

Тем временем Хассиян тоже привел себя в подобающий вид. Он с главнокомандующим армией уединились в библиотеке, поговорить без «лишних ушей». Не по всему городу ещё разлетелась весть о возвращении императора.

– Девятнадцать зим значит спал… – глухо произнёс Ян. В руке крутил бокал с вином, наблюдал, как медленно стекал по стенкам мутный осадок. Совсем, как и его жизнь.

– Да, правительница Сориния наложила сильное заклятье. Помнишь ваш последний разговор?

Сир Гиенви был для Хассияна, как отец родной. Вырастил с мальства, уму–разуму да воинскому искусству научил, посему крепкое доверие их связывало.

– Помню. Сказала тогда, что Древние дают мне ещё один шанс, если искуплю прежние грехи. Какие грехи? Я ведь любил её, всем своим сердцем любил. Желал быть рядом… а она с ненавистным виргином и в сон меня!

– Ну, а сейчас, что чувствуешь?

Пожилой воин с грустью наблюдал за своим императором. Сердце старика радовалось, что его мальчик наконец вернулся, но и щемило от страданий по безответной любви, что так и не спали с широких плеч того.

– Думаю, чувства мои нисколько не угасли. Всё также изнываю по ней.

– После войны у неё родилось двое детей, Сориния живёт в счастье и гармонии. Уверен, что тебе нужно это всё рушить.

– А ради чего тогда я затевал войну? Нет уж, Сора будет моей!

– Что ж, мой мальчик, каков бы ты не выбрал путь, я останусь на твоей стороне, – сказывали уста главнокомандующего, взор же серых глаз был переполнен печали.

– Благодарю, что несмотря на всё, ты остаёшься мне верен.

– А как иначе? Поди, не чужой ты мне, – похлопал по плечу.

– Что с армией? – перешел Ян к делу.

– В боевой готовности. Все эти зимы спуску я им не давал, новобранцев поприбавилось, но ты их быстро приструнишь.

– Да, старость тебя, лиса хитрого, не берет.

– Она лишь мудрости добавила, мой император, – поднял ус.

– Полно тебе. Давай расходиться. Поздно уже, а завтра дел немерено.

– Ты о той девице? Кто она?

– Сам не знаю. Странно то, что именно она–то меня и пробудила.

– Темнишь ты что–то, не договариваешь, – серые глаза Гиенви сощурились.

– Не пытайся. Пока сам в этом не разберусь, не расскажу.