Сокровище генерала сан Ялина

Сокровище генерала сан Ялина

Возрастное ограничение: 16+

Генерал или принц? Принц или генерал? Генерала я должна была убить, но влюбилась. А принц сам возжелал моего тела, — точнее, того, в которое я попала — юного и прекрасного.
Я словно очутилась на страницах собственного романа, а план забыла написать.
Мятежница? Убийца? Это не про меня!
До эпилога ещё далеко, но я должна выжить любой ценой...

Буду рада видеть ваши комментарии и . Не забывайте подписываться на автора, чтобы всегда быть в курсе новинок и скидок.

Красивое смуглое плечо, словно выточенное  из мрамора цвета молочного шоколада. Фигурный рисунок крепких мышц,  тонкий узор  переплетения выпуклых вен.

Я смотрела на  это произведение искусства, буквально  касающееся моего носа,  и  пыталась осознать, где я и что со мной.

Чуть отодвинувшись назад, я захватила взглядом  идеально вылепленный  пресс спящего мужчины, прошлась взглядом вверх по его широкой, мерно вздымающейся груди и скользнула по сильной шее к выточенному словно из камня профилю. 

Мужчина был невероятно красив, но не привычной модельной красотой. Было в его спящем облике  какое-то воинственное,  брутальное и первобытное очарование. Так могли выглядеть первые  короли древнего восточного царства.

Шумеры, египтяне… 

Неясные воспоминания всколыхнулись в  голове и я осознала, что  меня мучает дичайшая мигрень. Тихий стон  помимо воли сорвался с моих губ, а руки потянулись к ноющим вискам. Вот только я  так и не  ощутила желанную прохладу своих пальцев, потому что, подняв  руки, я  замерла, разглядывая свои ладони.

Это были не мои руки!

Мои кисти никогда не были столь тонки и изящны, а пальцы —  так аристократичны и скульптурно длинны. И уж точно  у меня никогда не было такого невероятного мягкого загара, отливающего благородной медью. 

Мой стон  разбудил спящего рядом мужчину. Повернувшись ко мне лицом, он распахнул свои глаза с явным восточным разрезом и я забыла, как дышать. 

На меня в упор смотрели два безграничных океана цвета неестественно яркой  лазури. Таким  бывает бескрайний прибой в тропических странах в  ясный день. Насыщенный голубой цвет с разбавленной  акварелью  зеленоватых ноток.

Стоп. Откуда эти художественно-поэтические сравнения?

И где я?

Кто этот мужчина рядом?

И…

— Ты кто? — спросил меня  приятный мужской голос,  настолько бархатисто-мягкий, что меня словно  в тёплый кашемир завернули.

— Я? — подала голос я  и  с ужасом поняла, что  и голос был совсем не мой. Наполненный природной женственностью,  соблазнительный и чистый. 

Но кто же я? И почему  упорно не могла вспомнить ни имени, ни  фамилии,  но точно  понимала, что в это утро я очнулась не в своём теле. Как бы  безумно это ни звучало.

— Красавица, — голос мужчины  стал звучать твёрже, но всё ещё одурманивал своей бархатистостью и гипнотическими вибрациями, —  я хоть и не привык отдавать своих женщин палачам,  мне придётся прибегнуть к их услугам, если ты не объяснишь, как попала в кровать к Великому Крылатому Змею Красной Пустыни.

Хороший вопрос, Крылатый Змей, вот только я и сама не могла ответить, с какой целью и каким образом я  оказалась в его постели. Вряд ли его убедит ответ, что я просто пришла отдохнуть рядом с этим  идеальным телом!

— Я… не помню, — ответила я,  и потянулась к покрывалу. А ведь я до сих пор не обратила внимание на то, что была абсолютно нага под этой тончайшей тканью, служившей нам обоим одеялом! 

— И почему я тебе не верю? — мужчина молниеносным движением  перевернулся, оказавшись надо мной. Его сильные руки  замерли  по обе стороны моих плеч, а  длинные тёмные волосы защекотали обнажённую кожу, вызывая мурашки. Но мне было не  до улыбок. Взгляд лазурных глаз  становился всё более  угрожающим. 

— Я не  вру, — упрямо ответила я, даже как-то обидевшись на этого красавчика. — Я действительно не…

— Урус! — прервал меня на полу фразе мужской голос. И на этот раз  он не был столь очарователен, каким был  голос моего  пленителя. Звонкий, слишком громкий, лишённый  истинно мужского очарования. — О-о-о! Да ты не один?!

Я попыталась представить, как выглядели мы с …Урусом? Ну и имя… Со стороны  мы, должно быть, смотрелись как настоящие любовники, ведь  незнакомец, появившийся в дверях спальни, не мог видеть сверкнувшие молнии в глазах Великого Крылатого Змея, нависшего надо мной. 

— Ваше высочество,  я вас не ждал так рано.

— Конечно, я  вижу, — засмеялось это  незнакомое мне “высочество”. Я попыталась разглядеть  нарушителя нашего спокойствия через плечо  моего пленителя, но у меня  ничего не вышло. Лишь заметила тёмную макушку, украшенную тонким золотым ободком. Значит, местный принц. Малоинформативно как-то пока выходило. Зато когда мой взгляд вернулся к Крылатому Змею, — Урусу, как его назвал  застывший у изножья кровати принц, заметила, как в длинных тёмных волосах сверкнуло золото серьги. Ух, как необычно! И как я сразу не заметила её?

— Ну что ж, не буду смущать твою гостью. Но я  рассчитываю на то, что ты нас непременно познакомишь позже. 

“Как только сам познакомится,— подумала я с некоторой ехидцей. — Мы же  до сих пор не выяснили, кто я и зачем тут”.

— Обязательно, — мрачно  ответил Урус и выдохнул с облегчением, когда  принц всё же  покинул нас. Взгляд лазурных глаз налился  холодом. — Итак…

— Прошу, слезьте с меня, — пробормотала я. —Дышать нечем!

И ничего, что тяжесть этого красивого тела была мне приятна. Нет-нет, ни за что не признаюсь в этом вслух! 

Урус ничего не ответил на мою просьбу, лишь его густые тёмные брови вопросительно приподнялись, словно он был искренне  удивлён тем фактом, что всё это время доставлял мне неудобства.

— Я задыхаюсь! — попробовала возмутиться я, но в тот же миг мне стало легко и свободно. Великий крылатый всё же внял моим просьбам и освободил меня из плена своих стальных мускулов.

— Одевайся. А после ты мне расскажешь всё. И когда я  говорю “всё”, я имею в виду действительно всё.

Ух, какой суровый. Настоящий властный герой любовного романа! Так, стоп. А это чем таким  знакомым  пахнуло в моём сознании? 

Я потёрла виски, пытаясь вспомнить, но самое главное ускользало от меня, как  юркая птичка, ловко скрывающаяся в зарослях джунглей. Лишь хвостом поманила, да ухватить не дала. 

Но паузой в допросе следовало воспользоваться. Одеться. Это он хорошо сказал, вот только где моя одежда?

Я огляделась. Впервые с момента пробуждения я  обратила внимание на  сами покои, в которых неведомо как очутилась. 

Множество тканей, — тонких,  лёгких, словно невесомый шёлк и органза, служили тут то ли  занавесками, то ли барьером от мошек и комаров. Мощные каменные  колонны, витые, испещрённые  филигранным рисунком. Низкие пуфики, раскиданные  вдоль стен,  мягкие  подушки с золотыми кисточками. И… что это?

Да быть такого не может!

У одной из стен, граничащей с выходом  то ли на балкон, то ли на террасу, был расположен самый настоящий фонтан! Да, небольшой. Но всё же. 

И как я не заметила сразу этого журчания?

И стоило об этом подумать, как сразу захотелось проверить, какие у этого Великого Крылатого Уруса туалеты.

Однако проблема с одеждой всё ещё не была решена. Как среди  вороха ткани найти свою одежду? Да и какая она, моя одежда?

Судя по тому, что меня окружало, мне полагалось одеяние  какой-нибудь  наложницы гарема. 

И снова в голове неприятно заныло. Я почти физически ощутила, как близка к тому, чтобы всё вспомнить. Вот только лавина воспоминаний из прошлого ещё не пробила странную плотину в моём сознании, поэтому приходилось беспомощно озираться по сторонам и гадать, что же делать дальше.

— Полагаю,  где раздевалась, ты тоже забыла? — ехидно уточнил Урус. Я  перестала таращиться по сторонам и посмотрела на застывшего возле кровати мужчину. 

Идеальный. Именно это слово приходило первым на ум, когда я разглядывала  словно выточенный из камня торс Великого Крылатого Змея. К счастью (или нет?) он уже успел облачиться в какие-то свободные шальвары, и не смущал меня своей совершенной наготой. 

А вот я всё ещё была опасно нага. 

— Да… проблемка у нас нарисовалась, — пробормотала я, каким-то чутьём понимая, что  говорю не столь высокопарно, как положено в этом месте. И, судя по удивлённому взгляду Уруса, тот тоже отметил мою своеобразную манеру общения. 

— Что ж, тогда  на первое время  воспользуешься моим халатом. А после мы  разберёмся и с твоей одеждой, и с мотивами, побудившими проникнуть в мои покои.

Дались ему эти мотивы! Может, девушка просто влюбилась и захотела прикоснуться к прекрасному? Вот ведь… подозрительный какой!

Урус  подошёл к одной из стен, шевельнул рукой и  распахнул створки невидимого ранее шкафа. Ух ты, вот это магия! 

— Держи, — в лицо мне полетел нежный шёлковый халат, буквально накрыв меня с головой. Да…с реакцией у меня всегда было туго, — особенно в школе, когда  регулярно прилетало мячом по носу…

Я пошатнулась. Внезапно в голове зазвенело, затрещало, а после  и вовсе  словно что-то лопнуло внутри. Перед глазами потемнело и я, сделав шаг назад, упала в мягкую тьму, напоследок успев почувствовать, как меня обняли и прижали к твёрдому торсу сильные мужские руки.

Эй, сознание, погоди! Дай насладиться прекрасным…

Мне не хотелось покидать уютное небытие  и возвращаться к реальности. Что ждало меня после пробуждения?

Скромная  однушка в южном приморском городке,  старый ленивый кот и… книги. Мои  детки, мои  славные кормилицы. Вот уже много лет я не видела смысла своей жизни без  моих романов. Как только  нашла свою нишу и поняла, что могу зарабатывать своими фантазиями, я ушла с ненавистной работы и целых восемь лет  трудилась на благо отечественной литературы.

Но просыпаться мне категорически не хотелось. Я слишком  отчётливо помнила будоражившие  душу прикосновения  восточного красавца из моего чудесного сна. Эх, такие мужчины бывают лишь в сказках, которые я сама и пишу. В серой реальности таких просто не существует.

“Нужно будет написать про него, — подумала я, уже привычно  пуская фантазию в нужное русло. — М-м-м… пусть будет  жестокий фэнтезийный мир… м-м-м… что-то среднее между  Древним Египтом, Вавилоном  и… да, ацтеки. Нужно больше крови!”

Вспомнив, как причудливо себя  звал  красавчик из моего сна, я улыбнулась, всё ещё  не раскрывая глаз. 

“И драконы! Читатели просто обожают драконов! А чтобы ему  не жилось слишком уж беззаботно, подарим ему  хрупкую наложницу со стальными яй… характером. Будем перевоспитывать нашего властного властелина, повелителя песчаных бурь!”

Довольная собой, я собралась приступать к зарисовкам плана будущего романа незамедлительно — вот только до компьютера доползу. Но…

— Ты? — открыв глаза, я снова увидела перед собой не  круглую морду толстого Барсика, а безумной нереальности лазурь колдовских очей генерала из моих фантазий. — Ты же мне приснился!

— Странно, вроде головой не ударилась, — глядя куда-то поверх моей макушки,  сказал Урус, Крылатый Змей из моего сна. — Что ты несёшь?

О,  всю его высокопарность как ветром сдуло! Что ж, так общаться будет  даже  понятнее. Привычнее  человеку  современности. Кстати,  было бы неплохо понять, куда меня всё же занесло. Прошлое? Будущее? Параллельный мир, где царит магия  и хаос? Ох,  сюда бы мой компьютер! Или хотя бы телефон… 

Все происходящее воспринималось мной как увлекательное приключение, которое я позже перенесу на бумагу. Бояться  и искать  выход я пока не спешила, — то ли  защитные механизмы психики включились, то ли мне настолько  наскучила моя будничная реальность, что я  была рада  любой встряске.

Пока мои мысли хаотично крутились в голове, я продолжала  лежать в объятиях Великого Змея. Нежиться в руках Уруса было очень приятно. Моё тело, — то, которое служило мне верой и правдой  на протяжении тридцати с хвостиком лет, — давно не чувствовало ласку  мужских рук. За своими книгами я  как-то совсем растеряла связь с реальностью и с живыми людьми  общалась все больше через интернет, а не  встречаясь лично. Не самый правильный образ жизни, но какой уж есть. Был… 

А в новом теле,  молодом и таком  изящно-хрупком,  казалось  даже кожа  была соткана сплошь из нервных окончаний. Возможно, виной тому юный возраст  девушки, чьё место я  так бесцеремонно заняла. Интересно, сколько нам лет?

— Тебе  лучше? Встать сможешь? — спросил Урус, внимательно заглядывая в мои глаза, словно пытался  высмотреть там  душу скромной писательницы из приморского городка. 

— П-попробую, — ответила я, с сожалением  прощаясь с надёжной крепостью сильных рук Змея.

Встав на ноги, я  дождалась, пока голова перестанет кружиться,  и расправила плечи. И тут  же  ссутулила их обратно.  Ох, какой у меня теперь бюст! Это же ходячее приглашение на  интимное рандеву, а не бюст!  Даже  халат Змея (кстати, когда меня успели одеть?) не мог скрыть всё роскошное богатство этого тела. 

“Спасибо!” — мысленно поблагодарила я  местных божеств  за то, что те, пусть и весьма своеобразно, исполнили мою давнюю мечту  о  стоячей полной тройке.  

С трудом оторвавшись от созерцания своей  прелести, я подняла взгляд и  заметила, что  волшебная лазурь тоже  сфокусировалась на моём декольте. Что ж, не осуждаю. Можно сказать, даже поддерживаю.

— Нравится? — игриво спросила я и тут же прикусила  язык. Так, пора начать фильтровать речь, а  то этот Урус заподозрит неладное. Кто знает, как тут с попаданцами в чужие тела обращаются. Расставаться с едва обретённой красотой мне не хотелось. Да и не было никаких гарантий, что  в случае чего я вернусь в свое привычное, пусть и не столь эффектное, тело.

— Итак, вижу, ты готова продолжить наш разговор, — не  улыбнувшись на моё заигрывание, ответил Урус. — Садись. Я  хочу знать всё: как  именно ты попала в мою спальню, кого из слуг подкупила, кто тебе помогал и какие  мотивы твоего безумного проникновения в покои Великого Крыла..

— Великого крылатого змея, помню-помню, — пробормотала я, но  Урус услышал моё ворчание. Тёмные брови сурово сдвинулись. Ох, не стоило дёргать змея за хвост!

 — Кто ты? — спросил Урус, вызвав у меня  острое желание провалиться сквозь землю. 

— Я… — вздохнула. А что ответить? Не признаваться же, что меня  зовут Виктория Павловна Зайчик, мне  тридцать шесть лет, и я  люблю крепкий кофе. — Не знаю. Прости…те,  но я действительно ничего не помню.

Глубокий вдох. Да, именно так, чтобы тонкий шёлк  халата  ненавязчиво натянулся, очертив мой роскошный подарок местных богов. 

— Ты же  понимаешь, что это звучит слишком  неправдоподобно? — Урус наклонил голову и я, как завороженная, уставилась на  его необычную серьгу в левом ухе. Несколько тонких цепочек, закреплённых на верхнем хряще, дугой спускались к мочке, где  к золотой бусине крепилось три разноразмерных золотых пера. Красиво, необычно и очень любопытно. Если он весь такой из себя Змей, пусть и крылатый, то  почему перья? Испугавшись своей фантазии, я  активно замотала головой, прогоняя  возникший перед глазами образ  странной  крылатой ящерицы,  из макушки которой  этаким фонтанчиком торчат  три  пера. Те самые, разноразмерные…

Всё же иногда слишком живое воображение  это наказание, а не  благо.

— Пожалуй, стоит показать тебя лекарю, — задумчиво  заметил Урус, наблюдая за мной. А я что? Пусть бы и показывал. Только…

— Мне бы в туалет… если можно?

Я стыдливо опустила  взгляд в пол, на свои босые ноги. Красивые изящные  лодыжки,  аккуратные пальчики. Да я просто куколка! Захотелось поскорее посмотреть на  лицо, которое мне досталось. Было бы ужасно несправедливо, если ко всей красоте  этого молодого тела  мне  бы досталось лицо дурнушки. 

— Туалет? —  переспросил Урус, а я начала злиться. Неужели  он настолько совершенен, что даже туалет ему не нужен?

— И желательно, поскорее, — добавила я, прижав ладони к  животу. — Прошу…

Кажется, невербальный язык  подействовал на Великого крылатого лучше, чем все мои просьбы. Кивнув, он указал рукой в сторону одной из стен. 

— Дверь там. Думаю, не потеряешься. 

Я шмыгнула быстрой ланью в указанном направлении, боясь, что могу элементарно не дотерпеть. Увидев  в стене  дверь, я  даже удивилась. Когда  осматривалась раньше, этой двери тут не было. Или  меня  зрение подвело?

Я взялась за  красивую медную ручку и уже собиралась исчезнуть с глаз Уруса долой, но была остановлена суровым:

— И не думай сбежать. Если попытаешься  обмануть меня, разговоров больше не будет. Только встреча с палачом. Надеюсь, понятно выразился?

— Понятнее некуда, — буркнула я. — А теперь могу я?..

— Иди, — царственным кивком  разрешил Урус, и я тут же  юркнула в  прохладу  неизвестного помещения. 

Захлопнув за собой дверь, я  прислонилась к ней спиной и осмотрелась. 

Пол и стены  просторной светлой комнаты были выложены аккуратными квадратиками белого кафеля, испещрённого  тонким кружевом  тёмно-синего узора. Красиво и очень по-восточному. 

Возле одной из стен расположилась круглая  ванна, больше похожая на  небольшой  бассейн. Сам туалет я  заметила не сразу. Белый  друг прятался в  скромной нише, а  большой  горшок  с  карликовой пальмой отвлекал  от ниши всё внимание своей пышной зеленью. 

Хорошо, что здесь не было каких-то тайных магических штуковин, иначе пришлось бы заниматься вандализмом и использовать бассейн не по назначению.

Несколько минут спустя, когда в моём теле поселилась приятная лёгкость, а в голове прояснилось, я  подошла к  красивой  плоской раковине и посмотрела в  круглое зеркало, висевшее над ней.

— Так вот какие мы… — проговорила я, с благоговением касаясь своей щеки. — Вот это да!

“Мы” были  очень красивы. Большие миндалевидные  глаза,  аккуратный  носик и чувственные  пухлые губы. Благородный овал лица,  тонкая шея  и изящные ключицы. Пышные тёмные волосы, крупными волнами спадавшие  за спину. 

Была бы мужчиной, влюбилась бы в эту версию себя с первого взгляда!

Я улыбнулась своему отражению, и на левой щеке появилась очаровательная ямочка.

— Попал ты, Урус, Змей великий и крылатый, попал. Только сам ещё этого не знаешь.

Я коснулась ручки крана  и плеснула себе в лицо прохладной водой. Всё же умыться с утра — дело правильное и нужное. 

— Итак, задача номер один — не дать Змею нас обидеть. Задача номер два — попытаться разобраться в окружающем мире и устроиться в нём. Задача номер три — узнать, есть ли возможность вернуться домой. 

Не то, чтобы я сильно спешила обратно, но хотелось бы  знать, насколько конечным было моё попадание, и уже исходя из этого строить дальнейшие планы на свою жизнь.

Я снова улыбнулась. Мысль о том, что  придётся жить рядом с этим строгим красавчиком, отозвалась приятным теплом в груди. Осталось всего ничего — убедить Уруса, что я — невинная жертва, которой требуется защита, а не коварный засланец, пробравшийся к нему под покровом ночи, чтобы  сотворить что-нибудь плохое. 

Бросив последний взгляд в зеркало, я подошла к двери и положила ладонь на прохладную ручку. Вдохнув побольше воздуха, как перед прыжком в море, я вышла из ванной комнаты в спальню, где меня  дожидался суровый Змей. 

 Я несколько удивилась, заметив на круглом столе  рядом  с Урусом две чашки с горячим  напитком,  большое блюдо с экзотическими фруктами и  блюдо поменьше с маленькими ромбовидными булочками, по виду похожими на творожники с цукатами.

— О, завтрак! — воскликнула я, и тут же запнулась, встретив  твёрдый, как  скала, взгляд Змея. — П-простите.

— Садись, — Урус великодушно махнул рукой на низкий пуф возле стола. Я бы, конечно, предпочла более привычный стул или  кресло, но  перебирать пока было рано. Спасибо, что на пол не предложил сесть.

— Я  послал за лекарем. Поешь, потом  тебя осмотрят.

— М-м-м, — промычала я, едва не ляпнув про то, каким образом и что конкретно будут осматривать. По-хорошему, мне только на руку  подробная проверка моего нового тела. Хоть знать, с чем имею дело, если вдруг помимо красоты  в подарок мне добавили какие-то болячки.

Взяв в руки  тонкостенную фарфоровую чашку, я  вдохнула  аромат напитка и  аж зажмурилась.

“Спасибо, спасибо вам!” — искренне  поблагодарила я те силы, что  засунули меня в это странное место. Потому что, если честно, я  даже  думать боялась о том, что больше никогда не смогу ощутить волшебную горечь и ни с чем не сравнимый аромат свежесваренного кофе!

— Спасибо, — сказала я уже более сдержанно Урусу. — За  завтрак.

Змей  лишь кивнул, не удосужившись даже ответить на мою благодарность. Ну и пусть. Главное, что не тащил в подземелье да на цепи не сажал. С остальным справимся.

Я сделала глоток  и зажмурилась от удовольствия. Жить сразу захотелось ещё сильнее.

 Урус не спешил присоединяться к моей трапезе,  но я  вдруг ощутила такой сильный голод, что даже  пристальный взгляд лазурных глаз не смог заставить меня более ждать. Я  взяла  первую ромбовидную булочку. Вдохнула аромат сладкой свежей сдобы  и  с наслаждением  откусила кусочек. Уф! Да это же пища богов!

Сама не заметила, как  блюдо с булочками опустело на треть, и лишь когда в моей чашке закончился кофе, я  перевела дыхание и обратила внимание на застывшего статуей  Змея.

— Всё  хорошо? — спросила я, снова забыв о том, что передо мной мужчина с кучей  непонятных тараканов и  багажом  условностей, которые мне пока были  неизвестны. Может, здесь вообще не принято, чтобы женщина первой  рот открывала?

Ох, Вика,  рано ты расслабилась. Это всё вкусный сытный завтрак виноват. 

Урус вопросительно приподнял брови. Нет, я  точно ляпнула что-то не то.

— Вы.. — конечно, я бы предпочла перейти на “ты”, но отчего-то опасалась вот так сразу пугать Змея своим желанием  сблизиться. — Вы ничего не едите.

Урус  наклонил голову, бросил ленивый взгляд на  опустевшее блюдо, а после снова посмотрел мне в глаза. Пространство между нами мгновенно наэлектризовалось. Я уже ждала характерного треска молний, но тут вдруг Змей неожиданно улыбнулся. Зловеще так, что аж  холодок по спине побежал.

— Боишься, что еда отравлена?

Я даже икнула. Вот неловко бы вышло, если б я так  быстро и нелепо  рассталась с едва обретённой новой жизнью!

— А это возможно? — вкрадчиво поинтересовалась я, прислушиваясь к своему телу. Вдруг где-то заболит, заколет?

— Это тебя  надо спросить, — прищурив  глаза, ответил Урус. — Ведь это не я к тебе пробрался под покровом ночи в постель. Может, ты  хотела убить меня?

— Тогда почему не убила? — задала я вполне резонный вопрос, снова забывшись, где я и с кем. 

Урус  перестал улыбаться. Казалось, что  он превратился в настоящий лёд, — хотя сложно назвать ледышкой такого жаркого мужчину, но он как-то умудрился  совместить в себе огненное пламя первобытной страсти и морозную стужу каменного истукана.

— А вот это мы  обязательно выясним, — Урус встал, расправил  шальвары  и посмотрел в сторону  развевающихся на ветру  занавесок. Там, за тонкой прозрачной тканью, розовело утреннее небо. — Вставай. Сейчас  придёт лекарь.

Я хотела спросить, как он определил, что врач появится именно сейчас, но в этот момент  откуда-то из глубины покоев  раздались  тихие шаги.

— Господин генерал, лекарь ждёт за дверью, — к нам вышла  девушка в лёгком многослойном платье  из кремового шёлка.

— Пусть войдёт, — разрешил Урус, даже не глядя на склонившуюся в глубоком поклоне служанку.

Я вздрогнула. Слова Великого Змея прозвучали как приговор.

В комнату вошёл высокий худой мужчина, похожий на ожившую мумию. Высохший, морщинистый, с  большими проницательными глазами, взгляд которых сразу  остановился на мне, будто  желая просканировать  меня незамедлительно встроенным рентгеном.

— Генерал сан Ялин, вы звали?

— Да, Йетэмек. Осмотри эту девушку. 

— Полный осмотр, сан Ялин?

— Да. И будь предельно внимателен.

Я слушала беседу двух мужчин и не могла понять,  чем мне грозило это полное обследование. Да и  инструментов никаких я при лекаре  этом не заметила. Неужели  весь осмотр  — это пощупать руками да посмотреть глазами?

С сомнением покосилась на  лысого врача. 

— Не  беспокойся, я не причиню боли, — сказал Йетэмек мне, протягивая в моём направлении свои  худые  руки. — Закрой глаза, если так будет спокойнее.

“Так  будет только  беспокойнее”, — подумала я. Лучше  сохранять бдительность и следить за всеми действующими лицами в оба. 

Бросив быстрый взгляд на застывшего генерала, я  вздохнула и приготовилась к неведомым пыткам. 

Вот только никаких истязаний не последовало.

Когда ладони лекаря оказались всего в сантиметре от моего тела,  я заметила, как на кончиках пальцев мужчины засверкало непонятное нечто. Будто он окунул пальцы в баночку с волшебным джемом, блестящим и полным  магии. 

Через мгновение  блестяшки на кончиках пальцев превратились в тонкие нити, которые потянулись ко мне. Я  машинально сделала шаг назад,  опасаясь неведомой субстанции, но  была остановлена  генералом. 

Урус  перехватил мою руку чуть выше локтя  и властно удержал на месте, не давая сбежать.

— Стой смирно, — процедил он сквозь зубы,  и тут же отпустил меня. Но я чувствовала, что стоит мне снова шевельнуться, Урус  обездвижит меня  окончательно. Поэтому испытывать терпение Великого змея не стала. 

Когда моей кожи коснулись тонкие мерцающие нити, я почувствовала  лёгкий холодок. Едва ощутимый,  но всё же  заметный. Как если бы  кто-то взял сладкую вату с ментолом и разлепил её на тончайшие  волокна-нити, а после  опутал бы ими всё тело, как  пауки обматывают свою жертву паутиной. 

Больше  никакого дискомфорта я не почувствовала. Не считая  морального, конечно. Общество молчаливого лекаря, напомнившего мне  мумию Сети I, было неприятно. Я подспудно чувствовала исходившую  от мужчины угрозу.

— Всё в порядке, — нарушил затянувшуюся тишину Йетэмек. — Дева в порядке, абсолютно здорова.

— Что с  головой? — Урус  покрутил пальцем у виска,  намекая на  моё вероятное сумасшествие. Или здесь этот жест означал иное?

— Насколько я вижу,  никаких проблем с сознанием. Только…

— Только? — с нажимом повторил Урус.

 “Только?” — испуганно подумала я. Вот и что он скажет? Что “деву” захватила иномирная душа? Вдруг он своими ниточками магическими увидел, что я  наглым образом захватила чужую оболочку? И как  доказать потом, что это вообще не моя вина  и я  знать не знаю, куда делась истинная хозяйка этого тела?

— Узлы. Это странно и нетипично, — лекарь помотал головой. — Словно  у новорождённого младенца. Но перед нами не  ребёнок, а  юная дева. Я не понимаю, как это возможно…

Урус смерил меня ещё более подозрительным взглядом, чем  смотрел раньше. А я что? Я понятия не имела, о каких узлах они говорили, и почему мне они достались в каком-то недоразвитом состоянии!

— Что за узлы? — всё же  не  сдержала я своего любопытство, спровоцировав  двойное  негодование  от мужчин. И если Урус уже  не в первый  раз сталкивался с моей непочтительностью, то Йетэмек стал свидетелем  такой вольности впервые. И судя по его изогнутым в изумлении бровям, поведение моё было совершенно не типичным для  обитателей здешних мест.

— Теперь ты видишь, что я имею в виду, — с кривой ухмылкой  пояснил генерал лекарю свои слова. — Она явно не в себе. Жалуется на потерю памяти. Вот только я не верю, что  она говорит правду.

“Эй, я вообще-то всё ещё  здесь! Не нужно говорить обо мне в третьем лице!” — захотелось возмутиться мне, но я  прикусила язык. Нет, лучше просто молчать. 

— Потеря памяти? — Йетемек внимательно посмотрел мне между бровей, в то самое место,  где древние изображали третий глаз. — Не могу утверждать, сан Ялин. В зоне сознания  присутствует некоторая туманность, но я не могу с уверенностью говорить, что это именно проблемы с памятью. Но что могу сказать точно — если  узлы не развить в ближайший месяц, она навсегда утратит способность к магии.

— Погодите-ка, —  я снова не смогла сдержаться. — Какая магия? Вы вообще о чём?

— Дозволено ли мне будет поинтересоваться, где  вы нашли  эту деву,  генерал? — спросил лекарь,  глядя на меня, как  на неведому зверушку, которую  готов утащить на опыты, — вот только разрешение получит от “хозяина”. 

Мне снова стало неуютно, а по спине пробежал мерзкий липкий  холод. 

— Не  дозволено, — твёрдо обрубил  его Урус, а мне отчего-то стало  легче. Будто  этим своим “не дозволено”  он  защитил  меня от посягательств со стороны этого скользкого лекаря. — Можешь быть свободен, Йетэмек. И пока настоятельно прошу не распространяться о моей…  гостье.

— Как прикажете, генерал сан Ялин, — лекарь склонился в глубоком поклоне и попятился к  выходу,  не поворачиваясь к нам спиной. 

Уже через секунду мы снова остались с генералом вдвоём. И гнетущее молчание Великого змея  меня ничуть не радовало. От едва пробудившегося чувства защищённости не осталось и следа.

— Значит, магичка, — произнёс он задумчиво, растягивая слова. — Недоразвитая магичка. Интересно.

Это я-то недоразвитая? Ух, я бы  доказала ему, что всё у меня давно развилось, — да так, как ему и не снилось. Но вместо этого я  сосчитала до пяти и молча уставилась на Уруса, стараясь вложить в свой взгляд всё презрение  и недовольство его оскорбительными выводами.

— Простите, генерал, — едва оставивший нас Йетэмек появился на пороге. — Я знаю, как помочь выяснить, кто эта дева. И найти  её близких, которые помогут ей вспомнить о том, кто она.

— Говори, — кивнул Урус,  хоть  лицо его выражало сильное недовольство  внезапным возвращением лекаря. 

— Мы совершенно забыли о самом простом  и быстром способе вычислить личность девушки, — Йетэмек подошёл ко мне, а я снова  машинально отступила, пугаясь его  дикого маниакального взгляда. 

— Не томи, Йетэмек, говори уже, — поторопил лекаря Змей. Мне тоже было крайне любопытно, как  этот врач планировал  идентифицировать мою личность. Ещё и  легко и быстро, как он  сказал.

— Кровь, — улыбнувшись,  ответил лекарь. И в его улыбке я  увидела хищный оскал. — Я возьму  её кровь и сверюсь с базой  данных.

От слов  лекаря меня  охватил леденящий ужас. Перед мысленным взором тут же возникли картинки тёмного подземелья, где на стенах развешаны пыточные  инструменты, кругом кровь и капает неопознанной природы вода. В углу  пищат  ждущие своего куска  добычи голодные крысы, где-то позвякивают кандалы несчастных жертв. И  холодный каменный жертвенник с  желобками для стекания крови.

Кажется, ужас, который меня охватил, отразился в моих глазах. Потому что  Урус вдруг  улыбнулся  и подошёл ко мне, снова взял за руку чуть выше локтя, на этот раз  гораздо нежнее, чем в прошлый, и, склонив голову,  прошептал мне на ухо:

— Боишься, что я наконец узнаю твой секрет, красавица?

Я упрямо сжала губы. Нет, я боялась совершенно не этого. Хотя после слов Уруса в душе шевельнулось сомнение. А вдруг бывшая владелица этого тела была личностью с… сомнительными убеждениями и моральными устоями? Вдруг она действительно собиралась убить генерала, но я помешала ей, заняв её тело?

Голова  снова закружилась, то ли от переживаний, то ли  от того, что мы с этим телом  не сроднились до конца.

— Как быстро ты сможешь  дать ответ по её личности? — отвернувшись от меня, Урус обратился к лекарю. Тот  что-то прикинул в уме, и ответил:

— Через полчаса. Если  она есть в базе данных, через полчаса  мы будем знать, кто эта дева.

Я вздрогнула. В моём понимании очень плохо вязались это место и слова о базе данных. Сложно было связать воедино эту по виду  древнюю культуру и современные слова. Какая  тут могла быть база данных? Да ещё и основанная на крови,  что даже в наш век высоких технологий  весьма сомнительно для реализации. 

Лишь одно могло объяснить столь совершенную поисковую систему в таком мире — магия. 

Я мысленно ударила себя по иллюзорным рукам. Снова некстати включился внутренний писатель,  вытеснив из головы обычную женщину Викторию, которой полагалось бояться, нервничать и вообще всячески паниковать.

А я  тут теории строить вздумала, вместо того, чтобы порядочно упасть в обморок или  слечь с сердечным приступом.

— Тогда приступай, — дал своё разрешение Урус, но продолжал держать меня  за  руку, словно подозревал, что я  могу  сбежать в момент, когда  лекарь подойдёт ко мне со своими инструментами.

Кстати о них. Я всё ещё не видела при мужчине никаких чемоданчиков, сумочек или  хотя бы  пояса с кармашками. Чем он собирался  протыкать мои пальцы или вены, и куда сцедит мою кровь? 

— Одну минуту, Великий Крылатый Змей, — с поклоном  ответил лекарь, впервые при мне назвав  Уруса  его  забавным прозвищем. — Сейчас  я  позову помощницу.

“Так вот оно что, — подумала я, несколько расслабившись. — По крайней мере, меня не будут кусать и пить мою кровь, словно вампир, сверяя с какой-то там мифической базой данных”.

Урус отвёл меня к невысокому пуфику,  насильно усадил на него и отошёл ко мне за спину. Спасибо,я  и так уже поняла, что избежать этой процедуры не получится, но к чему все эти  предосторожности?  Разве он не понимал, что делал только хуже,  не успокаивая меня,а заставляя нервничать ещё сильнее?

Хотя… какое ему дело до моих чувств. наверняка генерал думал лишь о том, чтобы поскорее узнать, что за наглая девица посмела к нему  заявиться, испортив  очередное утро. Да ещё перед принцем скомпрометировала.

Прошло меньше минуты,  как в покои Уруса  с поклоном  вошла  девушка в узком, закрытом  от шеи до пят, платье. не в пример предыдущей служанке, эта была одета слишком скромно,  словно послушница при монастыре. 

Хотя  взглянув на приближающегося ко мне  Йетэмека, я поняла, почему девушка не  хотела выглядеть сколь-нибудь сексуально в обществе этой мумии. Не дай бог приглянуться  такому!

— Дай  руку, — сказал лекарь мне, и я с неохотой подчинилась. Никогда не любила  сдавать кровь, редко кто мог всё сделать быстро и безболезненно. В умении лысой мумии я  сильно сомневалась.

Холодные пальцы коснулись моего запястья. Мужчина покрутил мою руку, словно выбирая, где  лучше всего делать разрез-укол, и после, взяв с подноса  служанки тонкий скальпель, полоснул мне по коже чуть ниже надони. Варварский, бездумный  и совершенно самоубийственный метод!

— Я не хочу умирать! — воскликнула я, глядя, как  лекарь поднёс прозрачный пузырёк к моей ране, стал наполнять его тёмной кровью. 

— Не бойся, ты не умрёшь, — с коварной улыбкой ответил Йетэмек,  закрывая пузырёк крышкой. Отставив его на поднос, где  уже лежало окровавленное лезвие, мужчина повернулся ко мне. Продолжая удерживать мою руку так, чтобы видеть внутреннюю сторону запястья, он занёс над раной ладонь и что-то зашептал. Уже знакомое мерцающее  желе потянулось от пальцев  лекаря к моей коже,  и буквально на моих  глазах порез затянулся, не осталось даже  следа!

— Вот и всё, а ты боялась, — сказал он, отпуская мою руку. 

— Жду  ответа через полчаса, Йетэмек. И напоминаю — никому. Ты понял?

— Конечно,  генерал сан Ялин. Я всё понимаю. 

Глубоко поклонившись, лекарь попятился к дверям и вскоре  исчез вместе со своей помощницей. 

А я  так и сидела, пестуя  внешне абсолютно здоровую руку, и думая о том, что через каких-то тридцать минут я  узнаю, кто я. Точнее, кто я теперь. И чем это мне грозит.

— Воды? — спросил Урус, снова удивив меня резкой переменой настроения. 

— Да, б-благодарю, — запнулась я, пытаясь разгадать, что же творилось в голове этого мужчины. То он меня желал испепелить на месте колдовской лазурью своих глаз, то  в его жестах и словах проскакивали нотки  какой-то отеческой заботы. Будто он сам не мог определиться, как ко мне относиться и что со мной  дальше делать.

Хотя, вероятно, так оно и было. Он просто боялся выказать мне излишнее  благодушие, ведь я действительно могла оказаться  подосланным убийцей. Тогда будет ой как неловко, когда после всего доброго отношения придётся отдать меня палачам.

Я передёрнула плечами. Нет, такой сценарий мне не по душе. Я же автор любовного фэнтези! Где мои милые  драконы, спасающие даму от опасностей? Где  восторженные взгляды, полные безграничной любви и обожания? Где, в конце концов, рояли? Так дела не делаются…

Я  приняла  бокал с  чистой водой  и сделала глоток. После всех переживаний, визитов “мумий”  и  кофе  вода оказалась очень кстати. Я  даже снова преисполнилась благодарностью к Змею. 

Вот и зачем он так себя вёл, раскачивая мои нестабильные эмоциональные качели? Так и  до истерики  допровоцироваться недолго.

Кстати, истерика была бы вполне успешным способом отвлечь Уруса, если  тот  всё же решит  меня  передать своим палачам. 

И снова мои мысли утекли в не самое приятное русло. Паниковать раньше времени всё же не стоило. Вдруг  мы (я  и моё тело) вообще окажемся принцессами? 

“Ха! — подумала я  с сарказмом. — Это даже для моих книг было бы слишком  очевидным подыгрыванием героям.”

 Я боялась, что Урус продолжит свой бесполезный допрос, но тот видимо  понял, что  большей, чем уже  дала, я  информации ему не  скажу, как бы он ни пытал меня. 

Великий крылатый отошёл к шторкам, закрывающим выход на террасу, и задумчиво уставился вдаль, сдвинув тонкий шёлк в сторону.

Хоть картину пиши! Ну невозможно быть настолько идеальным!

За  моим  шпионским созерцанием  и  его задумчивым разглядыванием пейзажей по ту сторону  спальни  мы  и  провели  остаток времени до возвращения лекаря.

— Генерал сан Ялин, позвольте… — с порога  заговорил Йетэмек, но  Урус прервал его взмахом руки. 

— Говори, что смог узнать.

— Мы выяснили личность этой девы! — оскалился в широкой улыбке  лекарь. 

— Не томи уже, говори, кто она?

— Девицу  зовут Айин Махри-Гьюль Дерезинэ. Я выяснил, что  в прошлом году она потеряла всех близких при пожаре. Осталась без средств к существованию, была отдана в храм Великой Богини-матери, под защиту служителей,  до  времени, когда  ей будет определён муж…

На этом месте  лекарь запнулся  и внезапно замолчал. Ну да, если вспомнить, в каком виде он  меня увидел и, самое главное — где,  на ум приходили весьма пикантные мысли. 

— Значит, Дерезинэ, — Урус как-то странно посмотрел на меня. — А не  те ли это Дерезинэ, которых лет пять назад обвинили в измене, а после — оправдали?

Ох ты  ж  ёжик, как запомнить такое имя-то? И… кажется, я попала…

— Те самые, — кивнул лекарь. — И оправдал их сам повелитель. Лично. Довольно тёмная история, мало кто  знает подробности…

И тут они оба уставились на меня так, будто я  вот прямо сейчас  должна была выложить им эти самые тайные подробности. 

 Эй,  мужчины, а вы не забыли, что у  нас тут вообще-то  потеря памяти?
 
Первым  до этой простой истины  дошёл, как ни странно, Урус. Вздохнув так, словно я уже год  минимум  испытываю его терпение  и нервы на прочность, он  обратился к лекарю:

— Йетэмек,  спасибо  за  информацию. Дальше  я  разберусь со всем сам.

— Как скажете, генерал, — поклонился лысый. — Только… позволено ли мне будет напомнить про узлы… Девушка может лишиться своей магии. 

— Я разберусь, — несколько грубовато отрезал Урус, и кивнул в сторону двери. — Спасибо, Йетэмек.

Ну тут только дурак не  понял бы  жирного намёка. Йетэмек явно дураком не был, поэтому, ещё раз откланявшись, привычно попятился к  дверям.

У меня на языке вертелся вопрос,как же генерал планировал решить мой вопрос, но я  заставила себя  молчать. Хватит, и без этого  много лишнего ляпнуть успела.

С уходом лекаря в покоях Уруса снова стало  напряжённо тихо. Я бы с радостью замаскировалась под один из пуфиков и переждала  намечающуюся грозу  в уголочке, но это было невозможно. Тем более взгляд генерала буквально прикипел ко мне, — в какой-то момент я  даже подумала, что тот и вовсе перестал моргать.

— М-м-м, — промычала я, чтобы  уже  хоть как-то спровоцировать Уруса на  беседу. Неопределённость моего положения давила на плечи, подобно тяжёлой бетонной плите.

— Что-то хочешь сказать? — вскинул брови Урус. — Или, может, вспомнила то, зачем ты пробралась в мою спальню,  Айин Махри-Гьюль Дерезинэ? 

Вот и как он  запомнил сразу все эти имена? Но спасибо, что  озвучил. 

— Можно просто Айин, — улыбнулась я, пытаясь вызвать у  застывшего истуканом мужчины  ответную реакцию. Но тот не поддался моим чарам, что  ввергло меня в ещё большее уныние. Ну как, как можно  не реагировать на столь очаровательное создание, которым я стала?

— Ханым Айин, я уже порядком устал  за это утро от твоих игр. 

— Я не играю! — воскликнула я, поднимаясь с пуфа. — Я  действительно ничего не помню!

— Очень удобно, — хмыкнул Урус. — Вот только у меня нет ни времени, ни желания тратить весь день на выяснение правды. Куда проще доверить это  Йетэмеку. Я заметил, что ты прониклась к нему  уважением.

Вот гад! Явно же видел,как я  боялась и  насколько неприятен мне был этот лысый лекарь! Он точно специально это сказал, чтобы  позлить меня. 

— Сожалею, что не могу ответить на все ваши вопросы, генерал сан Ялин, — ответила я, молясь, чтобы  моё произношение его имени оказалось верным. — Но я знаю, что не могла бы  даже помыслить о том, чтобы  причинить вам вред.

— И откуда эта уверенность,  прелесть моя? — усмехнулся Урус. — Ты же утверждаешь, что ничего не помнишь.

— Да, я  не помню ничего из своего прошлого, — кивнула я. — не помню, кто я и  зачем здесь. Но я  чувствую, что  не  способна на коварство. И вы…

— Упустим момент про коварство, — криво улыбнулся генерал. — Что там про меня?

— Вы мне нравитесь, — опустив взгляд в пол,  тихо ответила я.

— Даже так? — тёмные брови взметнулись вверх. — То есть ты  хочешь сказать, что проникла в мою спальню, чтобы стать моей  айалой?

— Айалой? — переспросила я, гадая, что же значило это слово. — Это кто?

— И этого не помнишь? — теперь удивление Уруса было  лишено уже привычного сарказма. — Любовница. Ты  хочешь стать моей любовницей, ханым Айин?

Ох, бог мой. Вот и что отвечать? С одной стороны, лучше увести его подозрения от политических причин  в сторону банальной романтики, но…

Вдруг он прям сразу решит воспользоваться предложением? Не  то, чтобы я была против отношений с таким красивым мужчиной, но…

Вот это самое  “но”  и было причиной  того, что я в свои  тридцать шесть жила  одна с котом Барсиком и целым гаремом вымышленных мужчин, один идеальнее другого. Я не могла с лёгкостью  перейти в горизонтальную плоскость отношений с первым встречным, будь он даже живым воплощением всех женских сексуальных фантазий.

— Я… не знаю, — ответила я. 

— Что же мне с тобой делать, ханым? — задумчиво  спросил Урус, поглаживая свой подбородок. 

“Любить, кормить и баловать!” — хотела бы ответить я, перефразировав  одного рыжего киношного кота, но  промолчала. Эту шутку юмора генерал сан Ялин мог не оценить.

— Видимо, придётся пока  оставить во дворце. Пока мы не сможем  выяснить, зачем ты это всё устроила. 

— Во дворце? — я  огляделась, словно впервые  замечая  и колонны, и роскошные ткани. — Но… они же говорили, что вы — генерал, а не…

— Не принц? — заломив бровь, уточнил Урус. А я лишь стыдливо кивнула. Ну да, не принц. Хотя я бы без раздумий отдала ему королевский венец. — Принца Маккады  ты  имела  удовольствие видеть утром, когда  он  пришёл пожелать мне  доброго утра.

— Так  значит, он всё же принц? — переспросила я, делая в уме галочку держаться от  монаршей особы  подальше. Он как-то сразу мне не понравился, хоть на внешность и был неплох. Но не генерал, не генерал.

— Что, сразу  заинтересовалась Хаином? Хотя для тебя  он Хаин-Нежис инс Худай, кронпринц Маккады, Великолепный и Справделивый Змей Красной Пустыни.

— Не крылатый? — уточнила я, вспоминая обращение к самому Урусу, чем  вызвала очередное недовольство генерала. 

— Крылатый. Он так же принадлежит роду драконов, но… да что я тебе объясняю. Строишь из себя  дурочку, а сама, наверняка, всё прекрасно помнишь. 

— Не помню, — я развела руками. — А можно мне…

— Что? — рявкнул Урус, очевидно, потеряв всякое терпение.

— Посмотреть, — тихо ответила я, желая уменьшиться  и спрятаться в воображаемую раковину от сурового взгляда лазурных глаз генерала.

— Боги! — воскликнул Урус. — На что ещё  ты  хочешь посмотреть?

Я внезапно вспыхнула, — по крайней мере, почувствовала, как  лицо буквально загорелось  от прилива крови к щекам. Эта реакция была мне не свойственна, скорее всего досталась вместе с  молодым  неискушённым телом. Невольно перед мысленным взором возникли картинки нашего совместного пробуждения в одной постели. И это тело… Такое совершенное, такое скульптурное,  такое  притягательное…

— В-вашего дракона, — промямлила я,  уже жалея о своей несдержанности. Ну  откуда ему было  знать, что писатель-фэнтезист просто хотел использовать по максимуму своё попадание и успеть  посмотреть диво-дивное. Вдруг вся эта история окажется всего лишь красочным  сном? Мне всякое бывало снилось, и  я  частенько брала какие-то элементы из своих ночных грёз в книги, несколько видоизменив их под удобоваримое фэнтези. 

Сейчас же я  хотела взять от “сна” всё. Надо было успеть посмотреть самое интересное до пробуждения!

Но я снова, кажется, допустила какую-то бестактность. Потому что помимо удивления на лице Уруса  начали появляться признаки раздражения и даже гнева. 

— Моего дракона?! — переспросил он угрожающе тихо. У меня аж мурашки заплясали по спине,  вот только  они были совсем не похожи на те, приятные, которые  раньше вызывал его чудесный глубокий  бархатистый  голос или  его тело. Нет.

Сейчас мне вдруг  стало по-настоящему страшно. Нельзя вечно дёргать кота за хвост и надеяться, что  тебя не поцарапают. 

— Ну  или не нужно, — пробормотала я. — Прошу  прощения, если моя просьба вас задела или как-то оскорбила…

— Не нужно, — сквозь зубы  подтвердил Урус. — И больше никогда никого не проси показать своего дракона. Только мужа, если  среди драконов найдётся  слабоумный, который возьмёт тебя в жёны.

— А вот это было обидно, — ответила я. — Я вам ничего плохого не сделала, за что вы меня так обижаете?

— Не сделала? — Тёмные брови генерала снова удивлённо приподнялись. — Или, может, не успела сделать? 

Я не удержалась и повторила  знаменитый  скептический усталый взгляд гения, миллионера, плейбоя и филантропа. Скрестив руки на груди, закатила  глаза и демонстративно вздохнула.

Ну действительно, сколько можно уже топтаться на месте и убеждать меня в том, что я — преступница, по счастливой случайности не успевшая совершить преступление.

— Я больше не могу  тратить на тебя своё время, — вдруг  сказал Урус,  снова взглянув в сторону окна. — Но и отпустить тоже не могу. Пока не выясню все твои мотивы. 

— И что же  будете делать? — спросила я, даже не пытаясь угадать, куда  заведёт генерала его  причудливое мышление.

— Здесь тебя оставлять было бы верхом глупости и беспечности, — словно размышляя вслух, сказал Урус. Я могла с ним только согласиться — объективно, оставлять в своей личной спальне человека, которого видишь впервые — верх безрассудства. 

— Пока  побудешь в  женской части дворца. Там  за тобой присмотрят, а заодно и помогут  разобраться с магией. Раз уж ты пока под моей  защитой,  я  обязан проследить, чтобы  указания лекаря выполнялись как следует. Но если выяснится, что ты пришла ко мне с дурными намерениями, ты пожалеешь о моей доброте. Я тебе гарантирую.

Я не  знала, что отвечать на столь  эмоциональную речь, поэтому просто кивнула. Из всего сказанного генералом я  поняла  одно — меня определят в какую-то женскую часть дворца. И почему-то сразу вспомнились гаремы падишахов. 

И я взмолилась местным божествам, чтобы мои опасения не оправдались. Мне  хватило книг по истории, чтобы понять — гарем — это последнее место, где бы я захотела жить.