Спаси меня

Сегодня я умерла.

По крайней мере, так показалось. Потому что, когда одержимый настиг меня на берегу реки, я увидела свет. А вслед за ним в мое сознание проник голос.

Голос, от которого по телу пронесся электрический разряд. Он заставил меня выйти из оцепенения и начать действовать. Тогда я услышала голос впервые, и с тех пор он помогает мне в минуты смертельной опасности.

А так как смерть и опасность теперь повсюду, то он стал моим постоянным спутником. Он помогает мне и моей жалкой компашке выживать в этом ужасном мире, ставшим филиалом ада на земле.

Кому принадлежит этот голос?

Я не знаю.

Возможно я умерла еще на том берегу, а у моего агонизирующего разума слуховые и визуальные галлюцинации, и я блуждаю в созданных моим воображением кошмарах. Но все настолько реально: боль, голод и печаль, что я чувствую – это еще не конец.

Хотя, может мне и хотелось бы прекратить бороться. Позволить одержимым разорвать себя на тысячу клочков и наконец получить долгожданное успокоение.

Но за моей спиной прячутся двое детей и пёс. Хоть дети не имеют ко мне никакого отношения, но они моя новая семья. Включая псину. И я должна привести всех в безопасное место, иначе им не выжить.

А мне не выжить без голоса, которого я, чтобы было проще, считаю своим ангелом–хранителем. Иначе я окончательно сойду с ума.

Одержимые повсюду. Иногда, в их искаженных бледных лицах с выступающими чернильными венами я узнаю своих бывших одноклассников, соседей…

Тот, кто гнался за мной до самой реки, раньше работал в пекарне на углу. Некогда добрый малый с пышной шевелюрой и приятной улыбкой. Только в этот раз у него точно не было намерения угостить меня булочкой. Он собирался меня разорвать, уничтожить, превратить в ничто.

И почти достиг своей цели. Если у этих существ вообще есть цель. Как по мне, они действуют на каких–то животных инстинктах, стремясь только к разрушению всего и вся.

Хаос настолько быстро охватил мой город, что многие даже не успели оценить масштаб надвигающейся катастрофы. Мне и тем немногим кто выжил, просто повезло не стать одержимыми.

Но теперь нельзя полагаться на везение, нужно во что бы то ни стало выжить и достичь убежища. И я иду сквозь ужас рука об руку с незримым ангелом–хранителем и веду за собой детей. Ну и пса.

Кстати, меня зовут Александра, или просто Алекс. Мне всего двадцать, а кажется, что я прожила целую жизнь, скитаясь в поисках еды и крова. Когда–то, в прошлом, меня считали эдакой зажигалкой, душой компании. Но смерть родителей и конец привычного мне мира сделали меня жесткой.

Я верю, что дойду до цели и всех спасу. Значение моего имени – защитница людей, мужественная. Наверное, мужественно защищать этих троих беспомощных существ – мое призвание.

Но отчего же мне так безумно страшно?

О, этот денек казался чудесным!

Ничего не предвещало надвигающегося апокалипсиса. Ну, кроме странного темного росчерка на небе, будто голубое полотно треснуло, обнажив тонкую полоску мрака.

Увидев необычное явление, многие подумали, что это может быть следом пролетевшего сверзвукового самолета или какое–нибудь редкое природное явление, которое метеорологи непременно объяснят в ближайшем выпуске новостей.

Пока тонкая полоска на небосводе никого особо не волновала, все радовались выходному дню и возможности весело провести время вне дома.

Летнее солнце светило ярко, заставляя людей, собравшихся на большой площади щуриться и прикладывать к глазам ладонь, чтобы разглядеть действо, происходящее на большой сцене.

Огромная толпа, собравшаяся на праздничном концерте в честь Дня Города, с нетерпением ждала окончания торжественной части, чтобы наконец посмотреть выступление приглашенных мэрией артистов и музыкантов.

Я, проведя кучу времени у зеркала, наконец вышла на улицу, чтобы явить себя этому миру во всей красе. Подруги ждали меня около нашей бывшей школы. Мы не виделись с прошлого лета, разъехавшись по колледжам, и весь год не поднимали головы от книг и конспектов, осваивая выбранные нами профессии.

Знай я, что ждет меня в будущем, выбрала бы что–нибудь более полезное, чем управление финансами. В постапокалиптическом мире знания о деньгах и умение ими распоряжаться не имели никакой практической ценности.

Но пока я, воодушевленная встречей с девочками и предстоящими каникулами, шла по дороге мимо ухоженных газонов соседских домов. Теплый ветер вздымал мое новое платье, на которое я перед отъездом из колледжа потратила почти все личные сбережения. Не смогла удержаться и не купить себе нечто настолько красивое.

Наряжалась я, собственно говоря, не ради подруг. Я с нетерпением ждала встречи с парнем, который не покидал моих мыслей еще с выпускного в школе.

Эрик.

По нему страдала вся женская половина класса. Успешный спортсмен, медалист, да и вообще хороший парень, Эрик был не только привлекателен внешне, но и имел статус самого крутого старшеклассника.

И я, расцветши только к выпускному классу, наконец привлекла его внимание, вызвав у всех неподдельную зависть. Мы с Эриком встречались всего несколько месяцев, но потом школьная пора закончилась, а роман на расстоянии не выдержал и одного семестра.

Я уже знала, что это лето он проведет здесь, дома. Не то, чтобы я маниакально следила за его жизнью… Просто время от времени штудировала соцсети бывшего, в которые он вываливал все подробности своей жизни, делясь, в том числе, и планами на каникулы.

О том, что я все еще привязана к прошлому, не знали даже мои подруги.

Нет, я не хотела возобновлять наши отношения. Мне хотелось, чтобы он увидел, какой взрослой я стала спустя эти два года. Мечтала доказать ему, что он, отстранившись от меня, совершил непоправимую ошибку.

Чтобы, уезжая обратно на учебу, он не переставал думать о том, что потерял.

Только и всего.

Я пригладила волосы и прибавила шагу. Николь и Лидия уже ждали меня на скамейке, весело щебеча друг с другом. Хоть мы и довольно часто общались онлайн, я все же отметила про себя как сильно они изменились и повзрослели за прошедший год. Как и я.

– Ты видела эту хрень на небе? – вместо приветствия прокричала Ник, подняв вверх указательный палец. – Все только об этом и говорят!

– И тебе привет, – весело отозвалась я, обнимая их обоих. – Да ну брось, ерунда какая–то.

– Наверняка это инопланетяне готовятся к нашествию и нарисовали на небе предупредительный знак, – подключилась Лидия.

– И что же он означает? – вытаращила глаза Николь.

– Посмотри, он будто указывает в сторону твоего дома, – ответила ей шепотом Лидия, скорчив испуганную мину. – Наверняка ты будешь первая, кого они похитят! Ну или сбросят на ваш дом бомбу с опасным вирусом.

Николь, которая обладала повышенной тревожностью, не оценила шутки и нахмурилась.

– Хорошо, что мой отец в связи с мировым кризисом сделал запасы в подвале, который оборудовал не хуже бункера. Пока вы тут будете продолжать надо мной смеяться, я отсижусь там. А вы станете подопытными зеленых человечков! – Ник надулась.

Но вскоре ее лицо снова осветила улыбка.

– Но пока у нас есть немного времени до нашествия, надо как следует повеселиться!

Она взяла меня и Лидию за руки, и мы побежали к школьной стоянке, где Ник оставила автомобиль. Через пятнадцать минут мы припарковались неподалеку от городской площади, откуда уже доносилось громыхание музыки.

Мои надежды относительно того, что я могу встретить там Эрика, вряд ли могли оправдаться. Среди такого количества собравшихся на праздник людей было нереально кого–либо отыскать.

Чтобы не потеряться, мы с девочками взялись за руки и начали протискиваться сквозь людское море к палаткам с напитками и едой. Взяв по банке с газировкой, мы, пританцовывая, пошли по кругу, огибая толпу, чтобы встать поближе к сцене.

– Если бы пришельцы захотели взять побольше пленных, то самое время сделать это здесь и сейчас, – не успокаивалась Лидия, подначивая Ник.

– Из–за твоего противного характера, тебя вернут первой. Еще и приплатят, чтобы земляне приняли обратно, – парировала Николь, показав подруге язык. Лидия, ни капельки не обидевшись, звонко рассмеялась.

– Слушайте, кажется я оставила в машине телефон, – я резко остановилась, шаря рукой в сумочке. – Ник, дай ключ, я сбегаю на стоянку и вернусь. Только стойте на месте, чтобы я вас не потеряла.

Девушки огляделись по сторонам.

– Мы отойдем к тому киоску, ориентируйся по нему, если что, – Лидия показала на яркую будку с хот–догами.

– Я мигом, – развернувшись, я бросилась бежать, чтобы не пропустить ничего интересного в свое отсутствие.

Добравшись до машины, я нажала кнопку замка на ключе и, рывком открыв пассажирскую дверь, обшарила заднее сидение. Не найдя телефона, я согнулась и провела рукой по покрытию на полу.

– Ага, вот ты где, – проговорила я, сжав в руке мобильный.

Внезапно я почувствовала, как что–то изменилось. То ли резко потемнело, то ли воздух сгустился и стало очень душно.

Я разогнулась и, сделав шаг от машины, подняла глаза вверх. На ярко голубом небосводе ширилась и удлинялась темная полоса, будто кто–то грубо разрывал ткань мироздания.

Это уже не было похоже ни на росчерк, ни на трещину. В небе зияла огромная рваная дыра, внутри которой образовалась мертвая пустота.

По спине пробежали мурашки, и мелкие волоски на руках встали дыбом. Запахло озоном.

Я трясущимися руками набрала номер Николь. Пошли длинные гудки, которые так и остались без ответа. Подождав некоторое время, я сбросила вызов и позвонила Лидии. Из трубки донесся шум и крики людей.

– Алекс, мы бежим к стоянке! Все бегут! Не отходи от машины! – прокричала Лидия и сбросила телефон.

Я некоторое время ошарашенно смотрела на потемневший экран смартфона, не в силах собрать мысли в кучу. Как завороженная я полезла на заднее сидение автомобиля и закрыла дверь, уставившись немигающим взглядом в лобовое стекло.

Тело будто одеревенело в ожидании чего–то поистине ужасного.

И тут с неба тяжелыми каплями пролилась маслянистая жижа, окрасив стекла машины в черный цвет. Она набатом забарабанила по металлу машины, заставив меня в страхе съежиться на заднем сидении автомобиля Николь.

Наступила тьма.

Некоторое время я ждала, не зная, что делать. Темная жидкость, медленно стекая по стеклам, полностью перекрывала обзор.

Судя по звукам и странным крикам людей, вокруг происходило нечто, чему я пока не могла дать объяснения. Я переползла на переднее сидение и включила омыватель. Заработали дворники.

Черная пелена, размазавшись, все же поддалась и начала смываться, открывая обзор.

На стоянке в странных неестественных позах корчились люди. Они выгибали руки, вращали головами и скрючивались, как поломанные марионетки. Их рты были открыты, будто в агонии, а на лицах застыли кошмарные маски.

Я смотрела на происходящее широко открытыми глазами, цепенея от ужаса и шока. Заметив движение возле капота, я перевела взгляд и узнала в этом человеке Николь.

Только это уже была не совсем она. Лицо Ник было обезображено темными выступающими венами, которые вздымались на поверхности ее некогда фарфоровой кожи. Николь исказила гримаса боли, и она с силой ударила руками по металлу автомобиля.

Я дернула за ручку двери, собираясь выбежать к ней, но в этот момент увидела, как обезображенный мужчина с такими же темными венами, рванул дверь соседней машины и вытащил оттуда отчаянно сопротивляющуюся женщину.

Он с невероятной яростью набросился на нее и начал бить несчастную головой о землю, покрытую черной масляной жижей, пока его жертва не затихла, перестав двигаться.

Из моего рта вырвался крик ужаса, и я прикусила кулак, чтобы не вопить. Но было поздно.

Монстр, поднявшись, огляделся. Заметив меня, рванул в мою сторону. Я резко хлопнула ладонью по кнопке блокировки дверей и вставила ключ, который все еще сжимала в руке, в замок зажигания.

Двигатель взревел и я, дернув коробку передач, нажала на газ. Автомобиль рванул задним ходом, и я увидела, как Николь кинулась ему вслед, бешено вращая глазами.

Снова переключившись, я вдавила педаль газа и устремилась вперед, резко свернув в сторону, при этом задев монстра убившего женщину.

Пронесшись по стоянке, я свернула и, сбросив скорость, начала шарить глазами по местности в поисках Лидии. Но видела только ужас и смерть, которые были повсюду.

Снаружи те, кто стал чудовищами, старались уничтожить тех, кто остался людьми и не успели уехать со стоянки. Мир разделился на хищников и их жертв.

Внезапно я увидела яркую блузку Лидии, которая была залита все той же черной жижей. Она брела по краю стоянки, бесцельно и потерянно. Ее голова дергалась из стороны в сторону, а руки гнулись, будто они на шарнирах.

Увидев что–то, Лидия рванула в сторону и исчезла из вида. Послышался чей–то истеричный крик.

Я, вытерев льющиеся потоком слезы тыльной стороной ладони, нажала на педаль газа и устремилась по блестящей от черноты дороге. Мое тело сотрясала дрожь.

Я никак не могла сосредоточиться и просто ехала вперед. Когда в голове немного прояснилось, я свернула на другую улицу и направилась в сторону своего дома.

По пути домой я начала молиться, чтобы мои родители остались невредимыми. Если их машина еще в гараже, то она должна быть чистой и на ней нет этой черной мерзости.

Я уже поняла, что именно темная жижа каким–то образом превратила людей в чудовищ. Ее ни в коем случае нельзя трогать. Мы с родителями можем поехать на нашей машине туда, где безопасно. Отец точно знает куда ехать. Он умный, он все решит.

Только лишь бы они были невредимы и оставались дома.

В городе творился хаос. На мое счастье, я оказалась не единственной выжившей. Мимо пронеслось несколько автомобилей, которые стремились прочь от того, что происходило вокруг.

Но все же зараженных жижей было гораздо больше. Они сновали тут и там, набрасываясь на все, что движется. Дома, некогда красивые и ухоженные, окрасились в темный безобразный цвет, который лег грязными пятнами на все поверхности. Если следовать логике, что жижа опасна, то зараженных станет еще больше.

Снова полились слезы, мешая вести машину. Смахнув их, я постаралась сосредоточиться только на дороге.

Мысли путались.