Спор на истинную

Я бегу.

Дыхание сбилось, заплечная сумка отдавила плечи, болтается за спиной, замедляет движение и больно бьёт по пояснице.

Пальцы судорожно цепляются за подол, задирая его, но ноги всё равно путаются в складках юбки.

Мой резерв на исходе, мгновенные прыжки даже на короткие расстояния больше не получаются.

Гончая у меня на хвосте, преследует по пятам. У меня больше нет пред ней преимущества. С магией на нуле остаётся только бежать.

С каждым новым шагом расстояние между нами сокращается. Она быстрее. В разы. Чувствую нутром её приближение и сердце в груди захлёбывается от страха.

Лес редеет, бежать становится чуть легче, впереди просвет. Еще рывок –и я спасена. До Академии ДРАГОН осталось совсем немного. Только бы добежать до территории и шмыгнуть за ворота. Там она меня не достанет.

Грудь печёт, всё тело как будто раскалилось и каждый новый маленький глоток воздуха обжигает лёгкие.

Я смогу. Ещё совсем немного.

Не чувствую ног, но они продолжают нести моё тело.

По внутренним ощущениям осталось несколько десятков метров –от Академии фонит магией за версту. У меня даже открывается второе дыхание, чувствую яркий прилив сил и… яростный рык гончей за спиной.

Она настигает.

Органы чувств обострены до предела. Слух улавливает и анализирует малейший шорох. Тварь, сотканная из мрака, замирает в секундной паузе – время как будто останавливается – слышу, как она отталкивается от земли.

Ум чётко отслеживает чужое перемещение – тварь летит в прыжке прямо мне на спину. Прежде, чем понимаю, что делаю, подпрыгиваю, руки сами хватаются за ближайшую ветку на пути, я подтягиваюсь, отталкиваясь ногами от ствола, помогаю забросить тело выше.

Слышится треск ткани. Зацепилась за сук?

— Помогите! — вырывается надсадный крик из пересохшего горла.

Юбка не пускает карабкаться выше. Сумка тянет назад, к низу. Не оборачиваясь, скидываю её с плеч, слышится треск поломанного кустарника. Вцепляюсь в ветку ногтями, судорожно сжимаю пальцы до побелевших костяшек.

Придушенный рык гончей говорит о том, что у неё что-то в пасти. Юбка не зацепилась, в неё вгрызлась тварь и пытается стянуть меня с дерева!

Крепкое дорожное платье трещит по швам, но не рвётся. Заклятие прочности не позволяет нарушить целостность изделия. Да, чтоб тебя!

Дую на шнуровку спереди по корсету – магии едва ли хватает, чтобы ослабить её.

Сильнее сжимаю ветку правой рукой, а левую выкидываю резко вниз. Позволяя платью сползти, выпутываю руку из рукава и перехватываюсь поудобнее. Проделываю всё тоже самое с правой. Платье скользит по телу вниз, пока гончая не сдирает его с меня полностью.

Дышать становится легче. Больше ничего не тянет и я мигом карабкаюсь выше, прячусь в густых ветвях разлапистого ельника. Ветерок холодит голую кожу. Я остаюсь в тонкой полупрозрачной сорочке, едва прикрывающей панталончики.

Обнимаю шершавый ствол, пытаясь с ним слиться и позволяю себе отдышаться.

Гончая подо мной яростно треплет по земле походное платье. Тварь с тёмно-серой лохматой шерстью, напоминающая огромного волка, только с приплюснутой мордой и большими клыками. Хоть бы до сумки не добралась.

Её отпугивает треск ветвей. Создание мрака шмыгает под куст, сливается с тенью, растворяясь пятном тьмы.

А на небольшую поляну под елью, на которой я прячусь, вываливается огромный парень с чёрными длинными волосами, забранными в низкий хвост и разметавшимися по плечам.

Он одет в спортивную форму –мягкие штаны и тунику без рукавов с низким вырезом, обтягивающую мощные бицепсы и не скрывающую раскаченную грудь, которая вздымается и оседает от тяжелого дыхания. На лбу выступила испарина, лицо с точёными чертами слегка раскраснелось и ткань туники тоже местами пропитана потом. Тренируется в лесу? Бегает?

Парню удалось спугнуть тварь, но, ведь, она же не сгинет просто так. Я грызу ноготь, судорожно соображая, что же делать? Попросить о помощи? Тогда придётся объяснять, почему меня преследует гончая. К тому же, не уверенна, что этот красавчик справится с ней. Ну, и не стоит забывать, в каком я сейчас виде.

Уйдёт же! А гончая останется.

Что же делать?

Парень замечает скомканное платье, зовёт:

— Эй, кто здесь? Кто звал на помощь?

Он подходит и наклоняется, рассматривая мою одежду.

Именно в этот момент тварь снова приобретает черты, воплощаясь из мрака. Она выскакивает из кустов, вцепляется челюстями прямо в мягкое место любопытному парню.

Я закусываю кулак, заглушая свой крик, сильнее вжимаюсь в ствол.

Красавчик оказывается не промах. Он резко заворачивается к твари, у которой остаётся в зубах клок, выдранный из его штанов. Ни я, ни тварь не успеваем отследить, как он молниеносно сворачивает воздушный поток удавкой и обвивает вокруг массивной шеи скалящейся гончей, капающей слюной.

Сначала по ушам режет жалобный скулёж, а создание мрака мерцает, пытаясь раствориться. Но воздушная удавка и поток магии не дают ей исчезнуть. Потом слышится хрип. Предсмертный. Мёртвое тело гончей падает на землю, превращаясь в густую тень. Парень пинает ногой тёмный сгусток и отшвыривает его обратно под куст.

Я сглатываю ком. Мне жаль живое создание, хоть это и порождение тьмы. Но здесь, либо оно, либо я. Это лучший исход, который можно было бы ожидать. Сама бы я не справилась.

Мой нежданный спаситель так и стоит ко мне задом, задумчиво рассматривает куст, а я пялюсь на его голую задницу, торчащую через разодранные штаны. Какие подтянутые, упругие ягодицы. Кончики ушей жгутся. Какая неловкая ситуация…

Я задерживаю дыхание, почти не дышу, чтобы не дай магинечка Елена, он меня не заметил!

Парень широко расставляет ноги и скрещивает на груди руки.

— Понравилась моя задница? — он даже не оборачивается, отчего сначала мне кажется, что он разговаривает с гончей.

Внезапно до меня доходит смысл вопроса, и жар бросается в лицо. Я понимаю, что так и продолжаю пялиться на разодранные штаны, вернее, на упругую часть мужского тела, которая торчит между клоками ткани. А этот… павлин! чтоб его гончая подрала. Хотя, она его и подрала… Этот павлин стоит ко мне спиной, сверкая задницей.

Он продолжает зычным голосом:

— Сейчас дырку прожжёшь на голой коже, кто бы там ни был.

Магинечка Елена! Откуда он знает, что я пялюсь именно туда? Сильный маг и чувствует мой взгляд? Щёки жгутся. Я хлопаю ресницами, расплескав жар, который, оказывается струится через глаза и понимаю, что потеряла контроль, выпустила все свои «горячие» эмоции наружу, как у меня обычно бывает при магическом истощении.

Всё смешалось: сбившееся от бега дыхание, смущение и едкий стыд, который лишь усиливается от понимания того, что я не просто пялюсь, а разглядываю непотребную часть мужского тела с любопытством, тайком, уверенная, что он не видит.

А он не только видит, еще и чувствует. О, нет. Снова кусаю кулак, уже не от страха. Только бы он меня не разоблачил.

Закрываю глаза, пытаясь потушить внутренний пожар. Я просто запыхалась после бега, пропиталась жгучим страхом, а потом смущением в такой пикантной ситуации. Ничего личного, павлин.

На смену благодарности приходит настырное желание послать красавчика куда подальше. Я разжимаю зубы –на кулаке остаются отметины и принимаюсь грызть ноготь, старательно отвожу глаза от парня и рассматриваю обстановку вокруг.

Я забралась очень высоко. Сижу на ветке раскидистой ели с мягкими хвойными лапами, которые скрывают меня от постороннего взгляда, хотя парень так и стоит задом, отслеживает мой взгляд магическим восприятием. Как я сюда залезла?

Не зря говорят –у страха глаза велики. А страх за свою жизнь закинул меня на такое дерево, на которое в обычной ситуации, без магии, я бы точно не забралась. Смотрю вниз и аж голова кружится. А нижняя к земле ветка так высоко, что я не понимаю, как я до неё допрыгнула. По стволу что ли вскарабкалась? Ага, ногтями по коре. Смотрю на поломанные ногти.

Я же сама не слезу, пока резерв не восстановится. Магинечка родная!

Но и его просить о помощи не хочу. У него даже задница какая-то высокомерная. Стоит. Плечи расправил, ноги расставил. Высится над поверженной гончей, корча из себя победителя.

Хотя, он и есть победитель и меня спас.

С тоской посматриваю на сумку, застрявшую в густом кустарнике. В ней есть магические горошины с платьями. Жаль, что я её бросила. Мне бы одну горошинку. Самой наколдовать наряд не получится.

Если бы только мой потенциал был повыше. Тогда не пришлось бы добираться до академии на перекладных, в надежде получить резервное место на день открытых дверей, когда делают добор на оставшиеся после основного приёма места. В этот день могут взять тех, чей резерв не дотягивает до заветных семидесяти баллов.

Мне всего-то пару пунктов не хватает. А те, у кого выше семидесяти, обязаны учиться в академии ДРАГОН по закону. Им и бесплатный портал предоставляют.

Скрещиваю пальцы, с тоской смотрю вдаль. С моей высоты видно пики на верхушках кованых ворот и шпили на башнях академии. Вздыхаю.

Перевожу взгляд обратно вниз. Пока я раздумывала над судьбой, тёмноволосый красавчик успел смыться. Не дождался.

Даже не знаю, чего я испытываю больше: облегчения, что мне не придётся объясняться и сверкать полуголым телом перед ним или досады на себя, что не попросила помочь. Ума не приложу, как я слезу с дерева без посторонней помощи.

Ну, как-то же я забралась? Ага, на страхе и адреналине.

Упрямо спускаюсь по веткам вниз, пока не долезаю до последней. Как же высоко от земли. Спрыгнуть не получится – так и шею свернуть недолго.

Присаживаюсь на толстый сук, свешиваю ноги и болтаю ими, вцепляясь руками за сук по сторонам. Раздумываю. Магии у меня мало, да и управлять ей толком не умею. А сейчас и вообще всё истратила.

А из-за ствола ели, на которой я так удобно разместилась, выходит чёрноволосый ободранец. Только со штанами у него уже всё в порядке. Всё-таки сильный маг. Хотя, странно ожидать чего-то другого от тех, кто учится в ДРАГОН. Завидую тихой завистью. Я-то примостилась перед ним на суку в полуголом виде.

Парень делает несколько шагов вперёд, демонстрируя теперь уже прикрытый зад, нарочито медленно разворачивается и снова скрещивает руки на груди. Лениво задирает голову, перекатывает во рту язык и смотрит на меня с хитрой ухмылкой.

— Какая красивая птичка прилетела, — он склоняет голову к плечу, рассматривает меня без малейшего стеснения.

Ногами мотать я перестаю, но руки отпустить страшно. Так и сжимаю ими сук. Даже прикрыться не получится.

— Отвернись! Не стыдно пялиться?

— Тебе на меня было не стыдно пялиться? — он и не думает послушаться, уголки губ ползут вверх. — Теперь моя очередь, — он переводит голову к другому плечу и улыбается.

Какая у него шикарная, белозубая улыбка. Красивая, как с картинок глянца. Такие милые ямочки. Слишком обаятельная. Чересчур притягательная. Смаргиваю. Вот это я залипла.

А глаза – огромные, бездонные, с густыми ресницами, тёмные. Не понятно какого цвета потому что зрачки расширились и полностью захватили радужки. Сглатываю. Как он на меня смотрит!

Парень скользит взглядом ниже, я скашиваю глаза следом за ним –куда это он теперь пялится? О, магинечка! Сорочка такая тонкая и почти прозрачная, почти ничего не скрывает. Моя грудь просвечивается и особенно явно видно сжавшиеся от холода тёмные соски.

Я сразу же смахиваю головой, шепчу слово, которое распускает мои белокурые волосы, стянутые в высокий тугой пучок. Длинные спутанные пряди рассыпаются по плечам, скользят ниже. Я дую, распутывая прядки и мотаю головой, помогая волосам прикрыть полуголое тело от чужих глаз.

Он тут же взмахивает рукой, волна магии перебрасывает все мои пряди за спину.

Парень нагло припечатывает:

— Мне так больше нравится.

Я округляю глаза, настырно мотаю головой, передёргиваю плечами, возвращая волосы на место, прикрываясь. При этом я перехватываюсь за сук покрепче, впиваюсь ногтями в кору, пытаясь удержаться и не свалиться. Приходится отфыркиваться, чтобы сдуть пряди, упавшие на глаза.

Нахал под деревом веселится, посылает поток магии, который взрывает мои волосы, разбрасывая их во все стороны. Меня откидывает назад, вслед за волосами. Я теряю равновесие, слышится скрежет царапающих дерево ногтей. Тело заваливается назад, переворачивается вверх тормашками, я лечу вниз головой, путаюсь в сползшей на глаза сорочке и визжу.

Правда, волосы и ткань лезут в рот, мешая орать погромче.

Я не успеваю как следует испугаться потому, что падение заканчивается в сильных мужских объятиях. Отплёвываюсь и мотаю головой, пытаясь выпутаться из задравшейся сорочки. Когда чувствую горячие пальцы на коже и до меня доходит, что меня нагло лапают, принимаюсь дёргаться всем телом сильнее и размахивать ногами, вырываясь.

— Пусти!

Чем яростнее я вырываюсь, тем крепче он меня прижимает – кожей чувствую разгоряченные стальные мышцы его тела и задыхаюсь от терпкого мужского запаха. Какой у него вкусный парфюм. Или это не парфюм? Дыхание затрудненно из-за сорочки на лице.

Мой наглый спаситель вдруг наклоняется ближе. Я даже замираю на секунду, перестаю вырываться от неожиданности. А он зубами сдирает ткань с моего лица, задев шелковистыми чёрными волосами по щеке. Я возмущенно вздыхаю, набирая побольше воздуха в лёгкие, собираясь заорать и снова задыхаюсь от мужского запаха, который кружит голову.

Не успеваю открыть рот, как он чуть отстраняется и резко выдыхает мне в лицо, сдувая непослушные пряди. Жмурюсь от неожиданности, потом распахиваю и возмущенно округляю глаза.

— Что? — он невозмутимо приподнимает густые чёрные брови. — Руки-то заняты.

А в следующий момент его лицо застилает весь обзор, он мурлыкает низким баритоном:

— Зато губы свободны, — наклоняется ниже, тянется ко мне губами?

Магинечка Елена, я никогда в жизни не целовалась с парнем по-настоящему. Тем более с таким красивым. И сильным. И наглым!

Что он себе позволяет?

Рефлекторно резко дую ему в лицо, неосознанно выпуская первое пришедшее на ум заклинание, которое отнимает жизненную силу потому, что магия закончилась. Чувствую тошноту –зря я это сделала.

Но уже поздно. Он замирает в паре сантиметров от моих губ –его лицо схватывает корка льда. Пару секунд я оторопело моргаю, рассматривая ледяную маску из точёных аристократических черт, густые брови и корни волос, припорошенные инеем.

Магинечка, морозильное заклинание вылетело. То, которое перед тем, как в холодильный ящик продукты убрать, использую.

Тиски объятий резко разжимаются. Я всё-таки лечу на землю и таки долетаю, приземляюсь мягким местом, тру ушибленное, подвывая грозному рыку над головой. Я съёживаюсь, подтягивая и обхватывая колени, жмурюсь, утыкаясь в них головой и подглядываю одним приоткрытым глазком.

Страшно так рычит. Не дракон ли часом? Наслышана про этих мажориков, которые в академии Драгон учатся.

Из-за истощения не могу сдержать эмоции, не могу удержать язык за зубами –он как будто живёт своей отдельной жизнью. Мне страшно до икоты, а язык бесстрашно бормочет, выбалтывая мои сокровенные мысли вслух:

— Ненавижу драконов.

Парень хватается руками за лицо, растапливая лёд. Маска стекает струйками по рукам, перетянутым жгутами мышц, по жилистой напряженной шее, капает на тунику.

Он убирает руки от лица. Я же утыкаюсь обратно в колени –смотреть страшно на обмороженную кожу синюшного оттенка. Прислушиваюсь к его дыханию –оно становится поверхностным и редким. Раздаётся шипение:

— Сдурела полоумная?

Снова приоткрываю один глаз, лепечу:

— Остудился немножко, — хотя теперь на его лицо смотреть даже еще страшнее.

Согреваясь после обморожения, кожа приобретает багрово-красный оттенок и отекает. Прямо на глазах красивое личико с точёными чертами превращается в отвратное одутловатое месиво. Я икаю и снова лепечу:

— Я не специально.

Он снова рычит и проводит пальцами по своим щекам, убирая отёчность и приводя себя в более-менее нормальный вид, сверлит меня недобрым взглядом. Теперь кожа на его лице нещадно шелушится.

— Какого Драго здесь вообще происходит? — наконец, и в его тёмную голову приходят здравые мысли, он задаёт вопрос, на который я не готова дать честный ответ. — Ты что здесь забыла? В таком полуголом виде?

Я огрызаюсь, защищаясь:

— Сливалась с природой. В тишине и мирном одиночестве. А ты выскочил на мою голову и всё испортил!

Он хмыкает, продолжает допытываться:

— Зачем тогда звала на помощь? И почему тебя преследовала гончая?

— Ничего меня никто не преследовал. Она просто выскочила из чащи и принялась грызть моё платье, вот! Я испугалась.

— Ну-ну, — красавчик, которого не портит даже шелушащаяся кожа, наклоняется и поднимает моё платье, встряхивает его, рассматривая.

— Отдай, — я так и сижу на земле, обнимая коленки и прячась за распущенными волосами, протягиваю одну руку, требуя вернуть платье.

Снова на его лице появляется шикарная очаровательная улыбка. Он смотрит на меня в упор, поигрывая платьем в руке:

— Возьми.

Наглый, вредный кретин.

— Отдай. Я не собираюсь устраивать бесплатный стриптиз и расхаживать перед тобой в одной сорочке.

— Чего я там не видел? — веселится дракон, продолжая вертеть платье в руке. — Или дальше ты только за шиллинги? — цепляется к случайному слову. — А как ты собираешься компенсировать мне ущерб? — свободной рукой он указывает на своё пострадавшее лицо.

— Сам виноват. Нечего было приставать. Да, и какой ущерб? У тебя уже всё нормально.

— Моральный, детка, — он так и удерживает довольную улыбку на лице. Красивая, конечно, но бесит. Лимончика ему не хватает.

Он достаёт дальше:

— Предлагаю начать с поцелуя.

— Сам себя целуй.

— Ах, так? Не хочешь передо мной в сорочке походить? — он приподнимает бровь, снова встряхивает моё платье, медленно складывает его, сворачивает в несколько раз.

Опять бросает быстрый взгляд из-под приподнятой брови, ухмыляется кончиком губ:

— Последний шанс, маленькая птичка. А то придётся тебе перед всей академией устроить небольшой стриптиз, — он засовывает свёрнутое платье под мышку и продолжает улыбаться. — Ты же здесь новенькая? Поступать на добор приехала?

— Пошёл ты!

Этот мерзавец и в самом деле разворачивается, с моим платьем под мышкой, усмехается:

— Теперь я точно пошёл. А ты наказана. Впредь поучись сдерживать дерзкий язычок, птичка.

Он собирается уйти с моим платьем! Наглец разворачивается и кидает через плечо:

— Я подожду за воротами, устроюсь в первых рядах.

Он и в самом деле уходит, оставив меня без платья. Драго его подери! Паршивый самодовольный болван. Хорошо, что он мою сумку в кустах не заметил.

Прищуриваюсь, сверлю его задницу злобным взглядом. Он ржёт, не оборачиваясь. Опять почувствовал? Щеки заливает жаром.

Свалился на мою бедную голову! Точнее, конечно, это уж я свалилась на него. Но, он сам виноват!

Голова кружится нещадно, тошнотворный ком подступает к горлу, меня выворачивает наизнанку. Последнее заклинание явно было лишнее, не стоило тратить жизненные силы –вредно для здоровья.

Это всё высокомерный павлин виноват!

Ашара

Дориан

Дориан

Лес всегда успокаивает, помогает сосредоточиться, сбросить напряжение. Люблю бегать в одиночестве.

Я бегу в размеренном темпе, погружаясь в медитативное состояние, прислушиваясь к своему дыханию и мыслям.

Академия ДРАГОН – дорогой ВУЗ, единственный в своём роде. Здесь учимся мы, молодые драконы, вылупившиеся из последней драконьей кладки, которая пролежала в драконьем ущелье более двухсот лет. А вместе с нами учатся вонючие людишки, одарёнными магическими способностями.

А всё из-за Архимага, действующего председателя Совета драконов, главного представителя по связям с человеческой общественностью, и по совместительству брата моего лучшего друга, Асгара. Это Архимаг продвигает политический курс на сближение с людьми, даже сам в качестве примера женился на природной ведьме.

Я смачно сплёвываю под ноги. Успокоиться не получается.

Хорошо, что хоть Асгар вменяемый, не ведётся на россказни влиятельного братца, который втирает свои байки про истинные пары. О том, что якобы драконы могут иметь истинную связь только с людьми, о том, что от таких пар рождаются чистокровные драконы, причём самые сильные.

Да, Архимаг заделал дочку со своей ведьмочкой. Теперь Ландия учится вместе с нами. Но, ни я, ни Асгар никогда не считали её драконицей. Так, полукровка…

Да, нас всего двадцать три: пятнадцать драконов и восемь дракониц, «последних из древнейших». Такими мы и являемся. Ведь, за последние триста лет мы –последние, кто вылупился из яиц натуральным природным способом. Но, это – не повод заставлять нас учиться с людьми!

С самого детства нас баловали. Нас боготворили. Нам внушали идеи о том, что мы избранные.

А теперь мы вынуждены терпеть под боком людишек –сырьевой придаток мира, который принадлежит драконам.

Вдыхаю глубже, пытаясь унять забродившую злость, отравляющую разум.

И ладно, нам худо-бедно приходится мириться с этими людишками, у которых хотя бы высокий магический потенциал, не боясь пришибить ненароком кого-нибудь без магии, так сегодня еще Академия открыла двери для донабора. Собираются принять на оставшиеся места тех, кто не дотянул до высокой отметки потенциала в семьдесят пунктов.

Драконий слух улавливает шуршание прелой листвы и травы под чужими ногами, хруст поломанных веток, хлестающих тело, сбившееся дыхание. Принюхиваюсь –пока не могу различить запах –слишком далеко. Похоже на погоню, нутром ощущаю зверя, преследующего жертву.

Жертва «моргает» – резво прыгает сквозь пространство на короткие расстояния. И как не боится строить порталы и так быстро прыгать в густом лесу? Можно не рассчитать и впечататься прямо в какое-нибудь дерево. После такого можно и не выжить.

Расстояния с каждым новым переходом становятся всё короче, время между прыжками всё дольше. Похоже, кто-то задыхается, стремительно теряя магический резерв.

Погоня движется в сторону Академии, в мою сторону –я не успел далеко отбежать от ДРАГОН. Я даже сбиваюсь с темпа. Любопытно.

Когда посторонние оказываются ближе, меня ждёт разочарование – улавливаю человеческий запах. Уже собираюсь развернуться и бежать в другую сторону, но слышу сначала треск порванной ткани, а потом и женский надсадный крик:

— Помогите!

Да, чтоб тебя! Кричит какая-то девчонка. Пусть и человечка, но её призыв о помощи пропитан холодным ужасом. Ладно, посмотрим, что там происходит.

Продолжаю бежать в прежнем направлении – она прямо впереди.

Выскакиваю на небольшую поляну – неудачно наступаю на ветку –раздаётся громкий хруст. И тишина. Никого нет. Куда все подевались?

Хм. На траве валяется женское платье. Всё чудесатее и чудесатее. Выкрикиваю:

— Эй, кто здесь? Кто звал на помощь?

Поляна пропиталась человечинкой, но у этого запаха какой-то странный интересный аромат –лёгкий ванильный привкус, и свежий налёт… невинности? Высовываю кончик языка, облизываю губу, пробуя запах на вкус – ум… изысканно.

Подхожу ближе, рассматриваю, наклоняясь.

Именно в этот неловкий момент меня застают врасплох. Я не чувствую запаха нападающего, не слышу шагов, только ощущаю опасность на интуитивном уровне. И вовремя. Я распрямляюсь, отскакиваю в развороте, оставив лишь клок ткани, а не своей задницы в пасти у хищной твари.

Откуда здесь взялась гончая, Драго подери? Вот почему я её не почувствовал –создание мрака, сотканное из тьмы.

Тварь щерится, готовится напасть.

Сворачиваю воздушный поток удавкой и обвиваю вокруг шеи гончей. Скулит, мерцает, но не даю ей исчезнуть –потом ищи ветра в поле –давлю сильнее. Наконец, создание мрака хрипит и падает скомканной тенью. Отшвыриваю ногой –аккуратненько под куст. Потом разберусь.

Сейчас интересно другое. Я чётко отслеживаю чужой любопытный взгляд. Прямо кожей. Голой. Через порванную ткань штанов. Любуется вкусненькая человечка? Аромат усилился. Она явно забралась на дерево и прячется в ветвях.

Напрягаю мышцы –знаю, что у меня отличная накаченная задница. Прямо нутром чую, как в воздухе вибрирует смущение. Не спешу восстановить разодранную ткань. Невинная человечка подглядывает, я красуюсь.

Она так вкусно пахнет, что возникает желание забрать её невинность. Ну, что ж, для удовлетворения мужских потребностей ни я, ни даже Асгар не брезгуем время от времени человечками.

Продолжаю смущать еще больше:

— Понравилась моя задница?

А в воздухе расплываются горяченькие эмоции. Забавно. Девчонка потеряла контроль и теперь фонит смущением и неприкрытым любопытством, и… я ей точно нравлюсь. Еще бы. Все человечки падают к нашим ногам и мечтают залезть в постель. Хотя бы на одну ночь. И эта –не исключение.

Наверное, и поступать приехала в ДРАГОН, лелея тайную надежду захомутать дракона. Магии не хватает –так хоть на день открытых дверей решила попытать счастья.

Ну, что ж. Можно и поразвлечься. Еще бы посмотреть на неё. Самодовольно ухмыляюсь мыслям.

Чувствую, что человечка отвлекается и прячусь за толстый ствол.

Улавливаю её тяжелый вздох где-то на верхушке еловой кроны. Она подумала, что я ушёл и медленно крадётся вниз. Терпение, Дориан, сейчас посмотрим, кто так вкусно пахнет. Еще минутку, не хочу спугнуть.

Девчонка добирается до нижней ветки. Пора. Твой выход, Дориан!

Я аж присвистываю про себя, когда разворачиваюсь и окидываю малышку оценивающим взглядом. Ну, ничего себе, кого занесла нелёгкая. (загнала гончая в наши края)

— Какая красивая птичка прилетела.

Мало того, что девочка безумно красивая, так она еще в одной нижней сорочке. Я точно её хочу.

Моментально возникшее возбуждение давит в штанах. А я не могу оторваться от молочной округлой груди, обтянутой прозрачной тканью и от тёмных сосочков, призывно сжавшихся в тугие горошинки.

Только она пытается прикрыться волосами. Не стоит, моя хорошая.

Простым взмахом руки отправляю волосы ей за спину.

— Мне так больше нравится.

А потом опрокидываю и девчонку. И сам уже ловлю визжащее создание, летящее мне прямо в руки вниз головой. Горячая штучка. В постели, она тоже будет так громко вести себя? Надо не забыть про полог тишины.

Удачно задирается сорочка, когда ловлю и прижимаю к телу. Я с вожделением касаюсь нежной кожи, возбуждаясь сильнее, рассматриваю кружевные панталончики, в которые так хочется залезть рукой. И не только рукой.

Она орёт:

— Пусти!

И яростно вырывается. Куда ей, маленькой человечке, до меня? Не стоит и малейших усилий удержать её. А, вот, дёргается человечка забавно –трётся кожей о моё тело, вызывая мурашки и лёгкую дрожь предвкушения.

Зубами сдираю ткань с милого личика, и моя пойманная птичка замирает, приоткрывает рот, шумно вдыхая воздух. Не могу удержаться, губы сами тянутся поцеловать – распробовать малышку лучше.

Я так уверен, что эта птичка изнывает от желания почувствовать мой язык в своём сладком ротике, что пропускаю заклинание, которое летит мне прямо в лоб. Что? Она меня заморозила, паршивая человечка?

В растерянности я разжимаю руки и позволяю ей упасть. Мой дракон недоволен. Он рычит и щелкает хвостом, требуя схватить и уволочь человечку подальше, туда, где никто не помешает наказать.

Пока растапливаю на лице корку льда, слышу, как девочка бормочет странное:

— Ненавижу драконов.

В смысле ненавидит драконов? Да нас все человечки обожают, буквально выстраиваются в очередь, чтоб поступить в ДРАГОН, а всё лишь ради возможности просто побыть рядом с драконами.

Ладно, разберёмся. Пожалуй, пока что не стоит говорить ей, что я –дракон. Пытаюсь силой воли угомонить зверя, чтобы не выдать себя.

Моя птичка сидит на земле, обхватила себя руками и спряталась за белокурым каскадом из шелковых волос, которые так хочется погладить, пропустить через пальцы и оттянуть, вызывав стон.

Поиграем, малышка? Подхватываю её платье.

— Возьми, — а сам отступаю на пару шагов.

Хочу еще понаслаждаться красивым телом. Первоначальный запал схлынул, остуженный холодным заклинанием, но возбуждение не до конца ушло. Перед глазам так и стоят сосочки, и кружевные панталончики, и голенький живот.

Облизываюсь, снова впитывая ванильный запах, который разжигает аппетит. И вовсе я не есть хочу.

— Предлагаю начать с поцелуя.

Сжимаю платье, представляя её хрупкое тело в своих руках.

А человечка противится и смеет ослушаться меня.

Хм. Я дважды не предлагаю. Девчонка заслужила наказание.

Дракон рычит, требуя тащить её в кусты. Но у меня другой подход. Не собираюсь никого упрашивать, а ставлю девочку на место:

— Придётся тебе перед всей академией устроить небольшой стриптиз.

Я ухожу. И чувствую её взгляд на своей заднице. Она снова не в состоянии сдержать эмоции. Забавно. Громко ржу и кожей впитываю её смущение.

Заводит.

Всё настроение мне портит рыжий Маркус –человеческое отродье. Слишком много о себе мнит.

Мы сталкиваемся прямо за воротами академии, как будто специально меня караулит.

Да, ростом выдался детина –не меньше моего. И разворот в плечах не уступает. И, кажется, у Маркуса высокий маг.потенциал. Но он – всего лишь противный человечишка. Стоит, сверлит прищуренными глазками.

Задираю повыше подбородок и собираюсь сделать вид, что я его не замечаю.

Люди –всего лишь пыль под нашими ногами. И я бы растоптал его, но не хочу мараться.

Да, и влетит потом от Архимага, если наш доходяга ректор нажалуется ему. Сам не справляется, не может навести порядки в академии, так повадился бегать к брату Асгара. А, вот, с Шаарданом шутки плохи. Замучает потом нотациями, меня на пару с другом.

И всё же не могу сдержаться, прохожу мимо и задеваю Маркуса плечом. Ну, как задеваю –толкаю, что есть дури, не поворачивая головы.

— Чего ты раскорячится на пол дороги?

На удивление, вонючий человечишка выдерживает толчок и остаётся на ногах. Силён. И это возмущает еще больше. Особенно, учитывая, что я не рассчитал и выронил случайно платье, зажатое подмышкой.

Я наклоняюсь подобрать, спешу избавиться от неприятной компании –ведь, сейчас начнётся представление, где главная роль отведена моей лесной птичке в полупрозрачной сорочке и кружевных панталончиках. Единственный вход в академию –через ворота. А лезть через забор без магии уж точно не получится. И прятаться в лесу до ночи она не сможет –пропустит весь отбор.

Я дёргаю на себя платье, которое трещит по швам, но остаётся целым –хм, заклятое от порчи. И только потом до меня доходит, что Маркус выжил из ума и наступил на юбку.

— Упс, — он насмехается и припечатывает вторую ногу на подол, — А Дориан, оказывается, у нас носит женские наряды?

Ну, всё, урод. Если Маркус хотел привлечь моё внимание, он его получит. Сейчас он у меня так получит.

Хватаюсь поудобнее за ткань, и, добавляя магии в рывок, выдёргиваю платье, рассчитывая, что Маркус грохнется на землю и даже замахиваюсь ногой, собираясь отвесить смачный пинок.

Но человечишка готов к такому повороту, он зависает в воздухе в прыжке и делает красивый кувырок назад, приземляется на ноги, не пошатнувшись –все движения чётко выверены и грациозны, особенно для такого, с вида огромного, тела. И я бы восхитился, но кем? Человеком?

Я подтягиваю платье, сматывая в комок –хорошо, что на нём заклятье –порвать невозможно. И сплёвываю под ноги выскочке, готовлюсь хорошенько наподдать ему.

Маркус разводит руки в стороны в примирительном жесте:

— Эй, полегче, Дориан. Драки на территории академии запрещены.

Киваю в сторону ворот:

— Ну, так выйдем.

Мой взгляд цепляется за человечку, которая крадётся по лесной опушке, прячась в тени деревьев. Своим драконьим зрением прекрасно вижу, что это –моя птичка. Разочарованно разглядываю её новое платье и дорожную сумму за плечами. Представление со всеобщим стриптизом отменяется. Или откладывается…

Я почему-то думал, что она уже успела отметиться в академии и вышла погулять по лесу. Ведь, регистрация открыта с раннего утра. Не ожидал, что у неё есть что надеть.

Маркус отнекивается:

— Предлагаю кое-что получше.

Испугался, идиот? В уме рисую жесткие картинки, как я мутужу рыжего в пыли перед воротами академки, а птичка наблюдает со стороны. И восхищается. Мной. Чтобы узнала, кто тут самый сильный.

До меня не сразу доходит суть предложения Маркуса. Слышу обрывок фразы:

— Люди против драконов. Давно пора нам прояснить, кто главный в академии.

Смешно. Я даже отрываюсь от девчонки, которая юркнула за очередной куст. Рано или поздно ей придётся выйти из тени и дойти до ворот.

Я ухмыляюсь:

— Разве не ясно?

— Ну, раз ты так уверен, то что драконам стоит доказать это на мерцающих гонках?

Хм. Беспортальные гонки на скоростные перемещения, короткими прыжками через пространство на расстояние видимости. За счёт накопленного резерва.

Окидываю оценивающим взглядом зарвавшегося человека. У Маркуса высокий внутренний потенциал. Только куда уж ему до меня? Мне смешно:

— Хочешь выставить себя на посмешище?

— А может, это ты боишься проиграть?

— Маркус, ты испугался выйти со мной за ворота, — снова поглядываю на опушку, где маленькая птичка выползла из леса и неуверенно, но настырно двигается к академии. — Говоришь, драки запрещены. Так эти гонки, тем более за рамками устава –опасны для жизни, — обвожу его красноречивым взглядом: — Особенно для человеческой жизни. Вы так хрупки и недолговечны.

Рыжий не отстаёт:

— Когда это ты боялся нарушать правила?

— Что?

Ну, я ему сейчас точно втащу. Руки так и чешутся. Тем более к воротам приближается моя лесная птичка.

А Маркус щелкает крышечкой зыркала и выставляет проекцию изображения на всеобщее обозрение. В воздухе между нами возникает визуал, где мы с ребятами обращаемся драконами на полигоне и красуемся перед стайкой человечек, готовых выпрыгнуть из панталончиков при одном виде наших звериных ипостасей.

Славная оргия у нас потом была после такого представления. И без всякого принуждения обошлось.

Всё-таки выбиваю зыркало из рук дебила. Оно со звоном ударяется о плитку.

Маркус кривится:

— Фу, как это грубо, Дориан. А между прочим, обороты тоже запрещены, — он переводит взгляд на осколки, усыпавшие плитку. — И этот визуал хранится в магической сети. Ты зря разбил моё зыркало. Придётся компенсировать.

Тем временем, я не заметил, как к нам успели подтянуться человеческие дружочки рыжего. Конечно, они выступают на его стороне:

— Косяк, Дориан.

Один из людишек кивает на смотровую вышку у ворот, с единственным визуальным фиксатором на территории академии.

— То, как ты разбил зыркало Маркуса уже в магической сети.

Презрительно ухмыляюсь:

— Собрался настучать? Что взять с людишек?

Рыжий гнёт своё:

— Мерцающие гонки, Дориан. И мы закроем этот вопрос. Мы хоть и люди, но надерём драконам задницу.

— Да, я тебя уделаю Маркус на раз-два. Зачем весь этот пафос?

Дружочки Маркуса присвистывают в восхищенье, все взгляды обращаются мне за спину. Я машинально поворачиваю голову следом, с досадой наблюдаю, как людишки чуть ли не слюной капают на плитку, разглядывая девушку, которую я повстречал в лесу.

Хороша, зараза, в летнем голубом платьице, с развевающимися белокурыми прядями, алыми губками бантиком и огромными голубыми глазищами, которые раскрываются еще шире, стоит ей заметить меня. Облик портит заплечная дорожная сумка.

Маркус махает одному из парней головой в сторону девушки:

— Помоги.

У меня брови ползут вверх. Выискался тут самый главный –защитник сирых и обездоленных, приказы раздаёт. А парень послушно семенит к моей птичке. К моей! Еле сдерживаю рычание дракона.

Малышка бросает на меня взгляд, задерживает его на своём платье, прикусывает нижнюю губу и, смущаясь, утыкается глазами в землю. Да, ты же моя стеснительная девочка. Испугалась, что я сейчас всем расскажу, что у меня твоё платьице? Да, я могу. Еще и приукрасить. Но именно сейчас обстановка и так накалена.

Пока я злюсь, наблюдая за тем, как парень приветствует девушку и предлагает ей помочь с сумкой, Маркус выставляет условия:

— Если мы выигрываем в командном зачёте, драконы оставляют человеческих девушек в покое и больше не смеют к ним приближаться.

Смешно.

— Они сами лезут к нам в штаны и прыгают в постель, с радостью раздвигая ножки.

Теперь кривится Маркус:

— Как это самонадеянно, Дориан. Ты слишком переоцениваешь свои силы.

— Я? — качаю головой, наигранно вздыхаю. — Смотри, Маркус, та новенькая, — киваю на девушку в голубом платье, — Через сколько окажется в моей постели?

И пока он внимательно рассматривает человечку и не успел ответить, договариваю:

— Мне хватит пару дней. Еще пару, чтобы наиграться, — я вижу каким голодным взглядом Маркус пожирает птичку и подливаю масла: — Потом можешь забрать её себе.

Маркус не забывает о теме разговора:

— Ты всё по юбкам, Дориан. Меня интересуют гонки и сфера влияния в академии. И ваши драконьи лапы подальше от наших человечек.

Но я уже заметил, как он разглядывал малышку. От этого азарт лишь возрастает.

— Маркус, ты сильно заблуждаешься. И гонки выиграть нам ничего не стоит, и ваших человеческих подстилок поиметь.

Людишки поглядывают хмуро из-под бровей, сжимают кулаки. Наверное, я перегнул. Немного.

А я поглядываю на девчонку, которая стаскивает сумку с плеч и передаёт парню, касается его руки. И мой дракон рычит, высказывая недовольство. Я еле сдерживаю рык, и вспоминаю о словах человечки брошенных в лесу. Когда у неё вырвалось, что она ненавидит драконов.

Безумно хочется скорее поразвлечься с птичкой, которая всё также вкусно пахнет даже на расстоянии. Тайком вдыхаю её нежный аромат, блаженством разливающийся по телу и успокаивающий моего зверя. Не стоит говорить девчонке, что я –дракон, смущая невинный разум.

Я смаргиваю, контролируя зрачки. В спокойном состоянии, они такие же круглые, как у людей.

Только сейчас я не спокоен –меня не покидает возбуждение, а значит зрачки вытягиваются в линию и могут меня выдать. Использую капельку магии – беру их под контроль.

Вот, говорят же, что все беды из-за женщин!

Я предлагаю людям сделку:

— Гонки против новенькой, Маркус? Я договорюсь с драконами о соревнованиях, а вы не будете мешать мне с малышкой, — киваю на белокурую красавицу и протягиваю руку для рукопожатия, чтобы закрепить наш уговор. — Всё честно, Маркус. Она не устоит. Я развлекусь. А ты потом сможешь забрать её себе и вытереть ей сопли.

Маркус сомневается, и я продавливаю парня под себя:

— Я даже претворюсь одним из вас, человеком. А Маркус? Для чистоты эксперимента, чтобы потом ты не ныл, что она дала мне из-за того, что я –дракон.

Придурок ведётся на мой развод, облегчая мне задачу по соблазнению. Его глаза горят азартом, он протягивает руку, скрепляет договор рукопожатием:

— Без твоего драконьего антуража, тебе не светит, Дориан. Забудь, — взгляд рыжего падает на мой перстень с портальным камнем, и он выставляет своё условие: — А у меня к тебе личное предложение. Усилим спор твоим портальным камнем.

У Маркуса –губа не дура. Мой дорогущий камень –последняя модель. По мощности он с лёгкостью выстраивает переходы на другой конец мира. Расчётное время –до нескольких секунд.

Мне нечего терять. Уверен, что эти вонючие людишки не смогут выиграть гонки у драконов. А птичку хочется к себе в клетку поскорее. Я ловлю её взгляд, брошенный исподтишка. Она не смотрит мне в глаза, а снова рассматривает платье у меня в руке и хмурит красивый носик.

Малышка обжигает несдержанным презрением –так и не взяла эмоции под контроль. Какая горячая страстная штучка. Такой темперамент как раз по мне.

Я притягиваю Маркуса ближе, показательно хлопаю по спине. Сам наблюдаю за девчонкой. Смотри, маленькая. Я – один из них. Я вовсе не дракон, которых ты почему-то ненавидишь…

Показательно перебрасываю платье из одной руки в другую, наблюдаю, как округляются её глаза, как у неё перехватывает дыхание от испуга или злости, что я всем расскажу наш маленький секрет о том, как встретились в лесу.

Подмигиваю и улыбаюсь ей, чем злю сильнее. Ну, это ненадолго. Ведь, главное в искусстве соблазнения – сила вызываемых эмоций. Внутри человечки мечется целая буря, которую поднял я. А вектор приложения поменять нетрудно.

Девушка вскидывает подбородок и отворачивается, отдаёт сумку человеческому парню. Они поспешно удаляются к ректорскому крылу.

Я пялюсь ей в спину. Вернее, на выпуклую часть пониже поясницы. Сглатываю, предвкушая, как стаскиваю кружевные панталончики, которые так и не выходят из головы.

А мой дракон тихонечко порыкивает на парня, провожающего нашу птичку.

Если нравится история, тыкните, пжста, сердечко на странице книги, где обложка. Кидайте книгу в библиотеку, чтобы не потеряить)

Всех обнимаю. Хорошего дня!

Ашара

Когда брюнет скрывается за ветками кустов, меня выворачивает наизнанку. Но мой желудок пуст, из меня хлещет жизненная сила и впитывается в землю. Только не полное истощение! Магинечка!

Я не спешу вставать, всё всматриваюсь в просвет между деревьев, опасаясь, что это новая подстава от наглого павлина. С него станется вернуться и отобрать еще и сумку у меня.

Как же не вовремя он появился, и мне пришлось истратить остатки магии на него, и даже жизненную силу. И как теперь я буду проходить отбор? С моим несильно и высоким потенциалом, у меня, конечно, есть шанс получить одно из оставшихся мест. Вернее сказать, был шанс. А теперь я вышла в ноль и не успею толком восстановиться.

Все мои беды из-за напыщенного индюка! Я еще даже до академии не добралась.

Хотя… если быть честной, то, ведь, если бы не он, то я могла бы и, вообще, до академии не добраться.

Я с опаской кошусь на кусты, куда брюнет отбросил гончую и меня передёргивает изнутри.

Так что, может, наоборот, он даже очень вовремя здесь появился. Фактически, он спас меня. Но только ему об этом вовсе не нужно знать. Уверена, тогда не обойдётся просто поцелуем. Не сомневаюсь, он будет требовать больше и снова нагло приставать.

Предательские мурашки пробегаются по коже.

Я медленно выдыхаю, решаюсь и ползу к кусту. Приподнимаю ветку и снова внутренне содрогаюсь, когда мой взгляд утыкается в безжизненный комок мрака. Тень не шевелится. Пройдёт не меньше суток, пока она истает. Надеюсь тот, кто послал её не сможет отследить остаточный магический след.

Мой брат в бегах и ничего толком не объяснил, лишь приказал мне не высовываться, пока он не решит проблемы. Сказал, что его преследуют и могут прийти за мной, что единственное безопасное место –это академия ДРАГОН. Сказал, что я обязана поступить и спрятаться в стенах драконьей академии. И ждать. Подумать только. Драконы, которых я ненавижу всей душой.

Но брат был непреклонен, сказал, что, если со мной что-нибудь случиться, он не простит себя.

Я трогаю грудь рукой, но даже на ощупь –на ней словно ничего нет.

А, ведь, брат надел мне что-то на шею и выпустил заклинание отвода глаз, приговаривая, что это – наша страховка, чтобы я берегла амулет и никому про него не рассказывала. И тем более не показывала.

Как ни пытаюсь нащупать то, что нацепил на меня брат, не получается. Понятия не имею –что же это? Я ничего не ощущаю, мне кажется, что я всё придумала и ничего он мне не надевал. Я раньше даже близко не представляла, какой высокий у него магический потенциал. Почему он скрывал?

Эх, миленький братишка, во что же ты вляпался?

Что может быть таким серьёзным, что тебе пришлось выпихнуть меня в портал поближе к академии среди ночи?

Переход тут же захлопнулся, но мне показалось, что я слышала вой, холодящий кровь. А потом я поняла, что не показалось потому, что создание мрака успело проникнуть в портал следом за мной. И я пустилась в бешеную гонку, искусно пользуясь даром мерцания.

В магических кругах так называют молниеносные перемещения на короткие расстояния в пределах видимости. И это могут делать многие маги.

Я же еще в детстве случайно обнаружила, что могу прыгать не просто сквозь пространство, но еще и сквозь препятствия. Я часто мухлевала, играя в прятки, проходя сквозь стены. Вот и сегодня, я не смогла бы убежать от гончей, если бы не мерцающие прыжки. Нормальный маг не рискнул бы заниматься этим в лесу среди деревьев.

Снова кошусь на куст. Опущенные ветки скрывают кошмарное создание, но я-то знаю, что тень по-прежнему остаётся там.

Дыхание перехватывает, противный холодок бежит по позвоночнику. Надеюсь, гончая была одна. Надеюсь с братом всё в порядке.

Еще один медленный выдох и перевожу взгляд в ту сторону, куда ушёл не то мой спаситель, не то мой мучитель. Он что, и правда, ушёл с моим платьем, уверенный, что мне придётся в полуголом виде заявиться в академию? Вроде тишина.

— Нет, всё-таки он – козёл, — выношу вердикт вслух, пока достаю сумку из кустов.

Оглядываюсь. Никого.

Не может быть. Как он мог так поступить со мной? Он же не знал, что у меня есть сумка с запасной одеждой.

Я достаю горошину с платьем, выдыхаю, когда ткань закрывает тело.

Крадучись выхожу из леса. Не дай Магинечка, он притаился где-нибудь и ждёт. Мне главное добраться до академии без дальнейших приключений.

Хотя в глубине души надеюсь на его порядочность. Ну, полупорядочность. Возможно, стоит в сторонке, ждёт пока я выйду, чтобы вернуть мне платье. И чтобы посмотреть стриптиз, конечно. Ну, хоть в одно наглое рыло, а не при всех. Тем более, он уже всё видел.

Хочу посмотреть на его вытянувшееся лицо, когда увидит меня одетой.

Иду, уговариваю себя, пытаясь оправдать красавчика.

Нет, ну в самом деле, он же не собирался заставить меня явиться в академию в одной сорочке?

Какое счастье, что сумка завалилась в куст и он не её не видел.

Я приближаюсь к академии.

Ан, нет. Собирался.

Козлина! Моему возмущению нет предела, когда я всё же дохожу до ворот и вижу мерзавца в окружении толпы дружочков, с моим платьем, зажатым под мышкой.

Меня встречает восхищенный мужской свист.

Магинечка, он же им не хвастался моим платьем? Не рассказывал про то, что произошло в лесу? Только не это. Еще поступить не успела, а сразу такой позор! Судорожно расплявляю на моей юбке складки, пряча смущенье.

Все парни высокие и мускулистые, как на подбор. Хотя, чего я ожидала от академии ДРАГОН? Конечно, они все – сильные маги. Они рассматривают меня с пристальным интересом, сверкая широкими улыбками и азартным прищуром в глазах.

Всматриваюсь внимательнее – вроде люди. И мой брюнет –один из них. В лесу я не успела разглядеть его зрачки. Вернее, они были расширены во всю радужку так, что глаза казались бездонными чёрными колодцами. А сейчас? Вроде у всех собравшихся перед воротами нормальные обычные зрачки.

И как этот нахал успел так быстро всех позвать? Ему так не терпелось насладиться моим унижением в компании друзей?

Огромный рыжий парень машет одному из парней, указывая рукой на меня:

— Помоги.

Ого. Вот – кто здесь главный? И, вроде, нет никаких насмешек. Всё в порядке? Лесной брюнетик ничего не растрепал?

Рассматриваю обоих парней из-под ресниц. Вроде распоряжается рыжий, и слушаются все его. Только почему мне кажется, что брюнет ни в чём не уступает? От него так и веет опасностью и властью, и чем-то хищным глубоко внутри.

Я никогда не видела драконов, но, если бы пришлось представить, я с лёгкостью бы представила дракона именно таким. Необъяснимое чувство на уровне инстинктов кричит внутри меня держаться от брюнетистого наглеца подальше.

От созерцания и сравнения двух задавал меня отвлекает высокий стеснительный парнишка с русыми волосами, забранными в хвост. Похоже, он здесь на побегушках –ведь, это рыжий дал ему команду подойти ко мне.

— Привет, я – Петра, — представляется парнишка и забирает сумку. — Я помогу. Рады приветствовать тебя в академии.

— Ашара, — приветливо улыбаюсь в ответ, отвлекаясь от разглядывания и подслушивания парней.

Они что-то рьяно обсуждают на повышенных тонах, но Петра бубнит о погоде мне прямо над ухом и мешает разобрать, что именно.

Брюнет же время от времени, не стесняясь, пялится в нашу сторону. Тогда внутри всё обмирает –надеюсь они разговаривают не про меня. Надеюсь, брюнетик не рассказывает всем какого цвета моё нижнее бельё.

Я снова злюсь и щурю глазки в маленькие щёлки. Я понимаю, что в состоянии с ослабленным резервом не контролирую эмоции. Вот, и хорошо. Пусть, этот напыщенный болван считает мои эмоции на его счёт. Презрительное негодование. Вот.

Этот павлин братается с рыжим парнем, хлопает по спине. Сам вдруг подмигивает мне, довольно лыбится во весь рот… и машет моим платьем.

Ну, всё. Я вскидываю подбородок и отворачиваюсь, пряча эмоции. Моя напущенная злость тихонько испаряется под напором отчаянной неловкости и липкого стыда.

Я тороплю Петру:

— Скорее, надеюсь регистрация еще идёт.

Парнишка провожает к ректорскому крылу.

Мне нестерпимо хочется узнать хоть что-нибудь о моём лесном брюнете. Фу-ты, передёргиваю плечами. Как это я его назвала своим? Пусть даже в мыслях. Как бы спросить, так чтобы не выдать свой интерес. А то еще подумает чего. Не буду же я объяснять, что именно произошло.

Хм, попробуем вот так:

— А кто это у вас в компании за главного?

Петра хмыкает:

— Ты про Маркуса? Что, запала?

Поспешно оправдываюсь:

— Нет, с чего ты взял? Маркус – это который брюнет?

Улыбка на лице Петры отчего-то гаснет. Он тянет:

— А, этот… Не, это –Дориан. А у нас главный рыжий Маркус.

Ум, значит Дориан.

Не поняла с чего такая перемена настроения у Петры, но выяснить не удаётся потому, что его улыбка снова возвращается. И даже становится гораздо шире, он расправляет плечи и приосанивается, выпячивает грудь. Но смотрит не на меня.

Слежу за его взглядом. А нам навстречу идут две стройные высокие девушки –обе красавицы, как с картинки. И между ними яркий контраст –одна платиновая блондинка, почти такая же, как я. Мне кажется, я капельку темнее.

А вторая девушка, вообще – загляденье, с огненно-рыжей копной волос. Её красота особенная, просто завораживает. На ум приходит сравнение с драконицей –всем вышла – осанкой, походкой, статью. Внутри у меня всё замирает – я ненавижу драконов и очень боюсь.

Заметив внимание Петры, девушки перешёптываются и смеются. Они полны радости и жизни. Понятно, они учатся в академии, и всё у них прекрасно. Я тоже хочу быть такой –счастливой и беззаботной, и в компании близких подруг. Но разве они захотят дружить со мной? Сразу видно, насколько девушки богаты. Моё платье и близко не сравнится с их вычурными стильными нарядами. Стыдливо прикусываю щёку, чтобы не выдать своих чувств.

Когда мы равняемся, Петра перестаёт дышать и приоткрывает в восхищении рот.

А девушки всё смеются:

— Добрый день, Петра! — они прекрасно понимают, какое производят впечатление на бедного парня с отвисшей челюстью. Так и не дождавшись ответа, они обращаются уже ко мне:

— Добрый день! Удачи с поступлением.

Я сглатываю и искренне благодарю:

— Спасибо.

Рыжая девушка подмигивает на прощанье и проплывает мимо. А Петра провожает её завороженным взглядом и поворотом головы.

Я же так опоздаю на регистрацию.

Хватаюсь за свою сумку, пытаясь вырвать из рук растерянного парня. Он отрывается от девушек и поворачивается ко мне. А я захлопываю ему ладошкой рот за подбородок.

— Петра, очнись. Я спешу.

Он трясёт головой, стряхивая наваждение:

— Да, да, я провожу, — он просто светится от счастья: — Ландия поздоровалась со мной. И улыбнулась. Вау!

— А кто это?

— Ландия –мечта любого парня в академии, — вздыхает Петра словно барышня. — Но куда мне до неё. Она же дочка Архимага –наполовину драконица.

Внутри всё холодеет. Вот они какие –драконы. Не зря мне на ум пришла такая же мысль. Всё-таки драконы выделяются среди людей. Хотя, и так похожи.

Не зря мне на ум пришла такая же мысль. Всё-таки драконы выделяются среди людей.

Мне хочется так много расспросить, но мы уже подходим к воротам административного корпуса.

Я успеваю вписаться в списки желающих пройти отбор в последнюю минуту.

Просторный холл академии заполнен народом. Куча людей приехали попытать счастья и поступить на несколько оставшихся мест.

Сердце уходит в пятки. Магинечка родная, а что мне делать, если не получится?

Нет, я обязана пройти отбор. Не время сомневаться.

Забиваюсь на скамейку, куда-то в уголок под лестницей, подальше от посторонних глаз.

Надо собраться. Сейчас не буду думать о том, что делать дальше. Сейчас главная задача –сделать всё, что могу. Расстраиваться буду потом.

Единственное, что может хоть как-то мне помочь –глубокая медитация.

Ещё раз окидываю взглядом холл из своего укрытия. Магинечка! Драго милостивый, единый в трёх лицах, умоляю, помоги.

Моя фамилия в конце списка. Пока всех вызовут, у меня есть время. Мне надо сделать всё возможное, чтобы хоть как-то восстановиться резерв.

Захлопываю глаза, стараюсь выгнать из головы посторонние мысли, стараюсь погрузиться внутрь себя. Дышу. Медленный вдох… И еще медленнее выдох.

Кретин поганый, наглый придурок.

Я даже медитировать из-за него не могу. Перед глазами так и всплывает нахальная ухмылка. И чёрные волосы, которые спадают ему на глаза. Отгоняю непрошенный образ. Дышу…

Вдруг вздрагиваю от того, что кто-то чуть ли не орёт над моим ухом:

— Ты чё расселась? Давай, руки в ноги и бегом к распределителю на замер потенциала.

Распахиваю глаза, так и не погрузившись в медитацию.

Надо мной снова нависает наглый брюнет, упёр руки в бока, сверлит тёмным взглядом.

— Отстань от меня. Сгинь. Сколько раз повторять? — захлопываю глаза обратно, пытаюсь вернуться к медитации, но прямо кожей чувствую противного парня, решившего портить мне жизнь.

Вот же, привязался, и достаёт. Чуть приоткрываю глаз, убедиться –всё еще стоит. Мне, конечно, приятно его внимание. Но это чересчур.

Ни о какой медитации теперь и речи быть не может. А мне так необходимо восстановить потенциал. Сейчас будет замер, и я с треском провалюсь. И этот придурок мешает сосредоточиться. У меня еще есть время –ведь, моя фамилия почти последняя в алфавите.

Из размышлений вырывает резкий толчок. Кто-то хватает меня за плечо, рывком поднимает с диванчика, на котором я так удобно устроилась и встряхивает.

— Очнись, очередь пропустишь.

Уже открываю рот, чтобы вывалить кучу ругательств, вертящихся на языке, но слышу неожиданное:

— Ашара Хамал, последний вызов. Третье предупреждение. Пройдите к стойке регистрации на замер потенциала.

Голос, усиленный магически, разносится под потолком просторного холла академии, отражается от стен и пугает осознанием. Это же моя фамилия. И, да, они вызывают в алфавитном порядке. Только по именам, а не по фамилиям, как я ожидала.

Дыхание перехватывает –я не чувствую в себе сил показать даже то, на что я способна. В таком ослабленном состоянии, я и свои шестьдесят пять обычных пунктов не покажу.

Ну, как говорит милый братец –«либо пан, либо пропал». Не попробую, не узнаю.

Мысли проносятся скоростным калейдоскопом. На секунду я даже забываю про парня, так и удерживающего меня за плечо. Но он решает о себе напомнить, вцепляется железными пальцами еще сильнее и тащит за собой.

— Пусти! — похоже, это становится нашим привычным разговором.

Я спотыкаюсь, и лечу носом в пол. Ну, как лечу? Это тело собралось распластаться у некоторых под ногами. А эти некоторые так крепко стиснули плечо, что не оставили возможности упасть. Еще и за талию перехватили, удерживая от падения.

Опять заладит, что он спас?

Рука, перехватившая за талию, вдруг нежно прижимает к мужскому телу, но только его голос раздражён:

— Осторожней, неуклюжая растяпа, — еще и шипит над ухом.

Я задираю голову и вижу, как кривятся красивые черты. И тут же вспоминаю, куда я направлялась. Ведь, он же сам меня туда тащил.

— Сойди с моей ноги, — процеживает сквозь сомкнутые зубы.

Я опускаю глазки долу и понимаю, почему мне так неудобно и, как-то неустойчиво стоять. И, правда, я отдавила ему ногу.

Ну, почему он так безмерно злит? Я бы сказала даже бесит.

— А нечего меня опять лапать!

Толкаю в грудь, он неожиданно отпускает руку, которой так нежно прижимал. Вот, как он может быть такой грубый и неотёсанный, когда его прикосновения так нежны и отключают мозг?

Да, что со мной происходит? Я снова думаю не о том. И злюсь сильнее.

Он словно считывает мои мысли, насмешливо ухмыляется:

— Лети скорее, птичка. А то пропустишь очередь.

Я разворачиваюсь и припускаю, что есть мочи, только этот высокомерный старшекурсник еще и ускорения мне придаёт. Чувствительным шлепком по мягкому месту. Кретин. Не собираюсь оборачиваться. Только шиплю сквозь зубы и закипаю о невысказанных эмоций.

А в спину догоняет его:

— Вот так-то лучше. Злость разгоняет магический потенциал.

Да, неужели? Потом опять будет настаивать на благодарностях? Да, в жизни не поверю, что он специально сейчас себя так вёл, чтобы помочь. Он себя так ведёт с самого начала.

Хотя, я, действительно, ощущаю магический всплеск. Намного более реальный, чем после моей горе-медитации, которая так толком и не удалась из-за того, что времени не хватило.

До стойки регистрации остаётся один шаг, когда противный голос вновь разносится по холлу:

— Ашара Хамал отсутствует. Следующий кандидат…

Рывком подскакиваю к администратору, и падаю грудью на стойкую, а неосторожным взмахом руки, выбиваю у говорящего усиливающий голос артефакт.

Сдуваю прядку с глаз, запыхавшимся голосом сообщаю:

— Я здесь. Хамал. Ашара Хамал.

Грузный мужчина с проседью на висках и заплывшими, но добрыми глазами показывает ими на зеркальную поверхность стола перед собой:

— Приложите руку.

А у меня пересыхает в горле и время замирает, и воздух становится таким вязким, что не могу вдохнуть. Уже? А вдруг у меня не получится?

Внезапно даже злость на вредного старшекурсника куда-то испаряется, обнажая скрытый страх. Мне нельзя провалиться. Мне надо хорошенько спрятаться и дождаться брата. Я не понимаю, что у него происходит. Он не успел ничего объяснить. Только то, что эта Академия –единственное место, где я могу дождаться его в безопасности.

Рука отказывается двигаться, да и на ногах едва ли получается устоять. Они внезапно становятся ватными и норовят подкоситься в самый ответственный момент. Я наваливаюсь всем телом на стойку, стараюсь сделать это незаметно, но удержаться на ногах и не свалиться.

Я вижу, что администратор шевелит губами. Он обращается ко мне? Соберись, Ашара! До меня доходит смысл:

— Идентификация личности, милочка, для начала.

Малюсенькая передышка немного успокаивает страх. Собираю волю в кулак, рывком протягиваю руку, прикладываю к зеркалу ладонь.

— Чуть сильнее, — командует мужчина.

Послушно нажимаю. Высвечивается моё имя.

Администратор кивает, что-то отмечает в бумагах. Затем на секунду отрывается:

— Еще раз, Ашара Хамал.

Я так перепугалась, что не понимаю, что он от меня хочет. Сердце в груди стучит сильнее, нагнетая напряжения. Сейчас меня попросят измерить потенциал. Я трушу. У меня ничего не выйдет!

Видя мои округлённые глаза, администратор поясняет по слогам, как для тупых:

— Прикладываем руку еще раз.

Я машинально слушаюсь, не успевая сообразить, что в этот раз как раз и происходит тот замер, которого я так боюсь.

Но, дело сделано, я наблюдаю за шкалой с отметкой, которая постепенно ползёт вверх. Всё. Это происходит. Теперь бояться поздно.

Пятьдесят пунктов.

Давлю сильнее. Этого мало.

Как же медленно ползёт шкала. Меня же не заставят убрать руку? Я смогу. Усиливаю давление ладони. Шестьдесят один.

Что говорил брюнетистый красавчик? Злость может приподнять потенциал? Даже в моём ослабленном состоянии?

Я стискиваю зубы, когда вспоминаю выходки наглеца. Особенно момент, когда он кинул меня на поляне в одной сорочке, и забрал платье, уверенный, что мне больше нечего надеть. Придурок. Неужели, он реально допустил бы, чтобы я так опозорилась? Перед всей академией?

«Шестьдесят три» показывает на шкале. Мало.

Ведь, дома, у меня совсем немного не хватало до семидесяти! Уж, шестьдесят семь, спокойно получалось.

«Шестьдесят пять» и всё, и администратор открывает рот, чтобы остановить замер. А меня сковывает холодным ужасом изнутри. Мои шансы поступить тают прямо на глазах –а нет, это тает, в смысле размазывается картинка перед глазами, на которые наворачиваются слёзы отчаяния.

Лицо администраторы расплывается, и сама стойка регистрации и холл со зрителями вокруг.

А сбоку, к администратору кто-то наклоняется, отвлекая.

Хватаюсь за последнюю соломинку, за последние секунды, вжимаю ладонь так, что кажется, сейчас под нею треснет хрупкая зеркальная поверхность. Внезапно ощущаю что-то странное. Как будто кто-то касается моей руки, вливая силу.

Смаргиваю. Привиделось.

Нет. Столбик растёт, а я чётко ощущаю чужое влияние. Моргаю чаще, отгоняя пелену, оглядываю толпу вокруг. Пока не утыкаюсь в знакомый тёмный взгляд. Брюнет стоит поодаль, и между нами шмыгают люди, но он смотрит лишь на меня, не отрываясь.

Впервые я вижу такой серьёзный взгляд –его лицо напряжено: губы плотно сжаты, даже побелели, нахмуренные брови сведены, на лбу залегла складка.

Звон на панели стойки прерывает игру в гляделки. Шкала пробила отметку в семьдесят пунктов.