Спрячу вас!

Я зачерпнула из чаши щепотку очищающей смеси и бросила в пламя. Над алтарём сразу взвился серебристый дым — лёгкий, едва уловимый, с ароматом мирры и иссопа. Пахло домом. Пахло светом.

— Свет явился миру не как дар, но как долг… — начала я вполголоса, привычно складывая ладони на груди. — Мы не берём его, но несём. Мы не просим — мы даём.

Ритуал вечернего очищения. Я проводила его каждый день — и уже давно не вспоминала слова. Они шли сами, как дыхание. Автоматически. И всё же каждый раз внутри становилось чуть тише. Чуть легче. Чуть… правильнее.

Иногда мне даже казалось это забавным. Всего семь лет назад я понятия не имела, как работает магия света. А теперь — провожу ритуал с закрытыми глазами. Будто делала это всегда.

Хотя на самом деле…

Мне было сорок два, когда я умерла. В своём мире. Как — не помню. Смерть выпала из памяти, будто вырезана чьими-то осторожными руками. Но я помню, как очнулась.

На алтаре. В большом зале, залитом мягким золотистым светом. Надо мной склонялись женщины в белых одеждах. Их губы шевелились, и в ушах звенела магия.

— Ты пришла, — сказала одна из них. — Свет призвал тебя. Это твой второй путь.

Я не сразу поняла, что тело, в котором я очнулась — не моё. Молодое. Слишком лёгкое. Руки как у куклы. Тонкие, почти прозрачные. Новой мне было пятнадцать.

Пять лет я жила в монастыре, училась быть светлой. Меня учили говорить, лечить, слышать и направлять. Учили свету, и как его нести. Не себе — другим. Светлые никогда не использовали его для себя.

А потом меня отправили сюда — в Тейрвен. Маленький город на краю света. Я — служительница света. Помогаю тем, кто приходит. Очищаю, благословляю, лечу. Уже два года, день за днём. И да, я привыкла. Странно, но я и правда привыкла.

Я как раз собиралась завершить ритуал, когда услышала звук. Резкий, глухой — как будто что-то разбилось. Стекло?

Я вздрогнула. Сердце замерло. Я выпрямилась и быстро потушила пламя. Затем потянулась к подвеске на поясе — амулет защиты, на всякий случай. Мои шаги по полу были почти неслышны.

Кто-то был в доме. Я сразу это почувствовала — как дрожание воздуха, будто сама ночь затаила дыхание.

Я выпрямилась, зажала между пальцами подвеску на поясе и медленно направилась к источнику звука. Мои шаги по полу почти не слышны, но внутри всё гудело от напряжения.
Кто мог проникнуть в дом служительницы света?
Да, мы были в пограничном регионе, но достаточно глубоко в пределах королевства. А здесь такие, как я, считались благословением. Нам нельзя было вредить. Это был закон. Священный.

Я знала: любая моя сестра по монастырю продолжила бы ритуал, не отвлекаясь. Но…
Я — не совсем как они.
Отголоски прошлой жизни — той, земной,  иногда поднимались во мне, как осколки льда. Я взяла со стены кочергу. Не самый святой инструмент, но лучше, чем ничего.

Я прижала её к груди и пошла на звук.

В тени у входа мелькнуло движение — и из темноты вышли двое. Один — высокий, сильный, мрачный. Он почти тащил второго, обессиленного, с запёкшейся кровью на боку. Раненый тяжело дышал, опираясь всем телом на спутника.

— Не кричи, — прохрипел тот, что держал его. — Мы не причиним тебе вреда.

Я не закричала. Только крепче сжала кочергу.

— Не похоже, что твой друг сейчас способен кому-то навредить, — сухо заметила я.

Теперь, при ближнем свете, я рассмотрела их.
Первый — тот, что держал. Настоящий брюнет, волосы чёрные, как вороново крыло. При этом цвет кожи почти болезненно-бледный, но это лишь подчёркивало яркость глаз: синие, холодные, затягивающие. Как бездонное озеро в метель. Аура вокруг него — чужая. Леденящая. И очень сильная.

Второй — раненый. На первый взгляд тоже брюнет, но пряди волос отливали медью. Может, просто освещение? Он был красив — даже ослабленный и излучал силу. Резкие черты, скулы, тонкие губы, стиснутые от боли.

Я сделала шаг ближе. Их магия струилась, ощутимая кожей.
Они не обычные горожане. И точно не светлые.

— Вы… тёмные, — выдохнула я, когда осознание наконец догнало. Тёмные. Самые опасные враги Света. Нас учили, что они беспощадны, сильны, страшны. Что их магия разрушает всё, к чему прикасается.
И вот двое из них стоят в моём доме.

Брюнет — тот, что держал раненого — чуть склонил голову и с легкой усмешкой поднял бровь:

— А разве для служительницы Света есть разница, кому помогать?

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Он прав. И в этом была проблема.
Я вспомнила, как однажды наставница шептала мне то, чего не говорили вслух. Что я попала в этот мир не просто так. Что иногда бывает, что девушка, в чьё тело должен снизойти Свет, не выдерживает. Просто не справляется. И тогда проводят ритуал для призыва подходящей души. Никто не знает, что я попаданка. Это тайна за семью 

печатями.

На этот раз монахини призвали меня.

Мне объяснили, что это — дар. Второй шанс на жизнь. Но с условием: служить свету безоговорочно и безгрешно.
Пока я служу Свету — я живу.
Перестану — и всё закончится. На этот раз навсегда.

Отказ помочь нуждающемуся — это не просто ошибка. Это предательство.
Любая другая на моём месте уже бы впустила их. А я… я не была рождена в этом мире. У меня были сорок лет жизни, в которых я слишком хорошо узнала, что бывает, когда слишком доверяешь.

Я не хотела умирать от того, что отказала в помощи.

Но, черт возьми, я боялась. Боялась этих двоих. Боялась той магии, что струилась от них, липкая, хищная. Боялась того, что может случиться, если я их не выгоню.

Я вцепилась в кочергу, как в щит, и подняла подбородок.

— Ты просишь о помощи, тёмный? — спросила я, с надеждой, что гордость не даст ему ответить. Это была ритуальная формулировка. Признание от тёмного — почти немыслимо.

Но он посмотрел прямо на меня. Его голос прозвучал чётко и спокойно:

— Да, светлая. Я прошу о твоей помощи.

В этот момент в дверь постучали.

Я зажмурилась и зло выдохнула. Ещё бы пара секунд — и всё могло быть иначе.
Он не успел бы попросить. Я не была бы связана.

Я бросила взгляд на брюнет, кивнула в сторону спальни — и, не веря, что вообще делаю это, показала спрятаться туда. Он всё понял без слов, подхватил раненого, и исчез в глубине дома. Я услышала, как щёлкнула дверь спальни.

Постучали снова, громче. Я подошла, открыла.

На пороге стояли двое и еще несколько человек я увидела в отдалении. Стража.
Ну конечно.

Один из них тут же приложил кулак к груди — приветствие для служительницы. Второй слегка поклонился. Формально. Почтительно. Я увидела на его доспехах пятна крови — и на ноге тугое бинтование.

— Свет направит, служительница, — сказал старший.
— И сохранит, — ответила я автоматически.

— Мы ищем двоих преступников. Бежали в этом направлении. Вы никого не видели?
Я покачала головой:

— Не выходила из дома. Проводила вечерний обряд.

— У вас разбито окно, — заметил второй, кивая в сторону боковой стены. Внимательный, зараза.

— Решила, что птица… или зверь. Кто станет вредить служительнице Света?

— Обычно никто, — кивнул старший. — Но сегодня напали тёмные. И им всё равно, кто перед ними. Даже если вы — благословлённая.

Я кивнула, пряча напряжение. Объяснение звучало разумно. Логично. Я очень хотела сказать им правду. Закричать — «они у меня!».
Но уже не могла.Темный попросил о помощи.

Просьбы связывают нас, как клятвы. Это не просто слова. Это магия светлых.
Если кто-то просит о помощи напрямую, служительница не имеешь права отвернуться. 

Теперь оставалось одно — попытаться направить стражу. Надеяться, что они заметят что-то сами.

— Один из вас ранен, — мягко сказала я. — Нужна помощь?

Они переглянулись. Тот, что молчал до этого, кивнул:

— Да. Поможешь, служительница?

— Конечно, — ответила я и отступила в сторону, пропуская его в дом.

Остальные, к моему сожалению, развернулись и ушли. Но сейчас это было неважно.
Мужчина вошёл, прихрамывая, и я сразу почувствовала, что рана плохая. Магическая. Пропитана Тьмой.

Я усадила его, осторожно разрезала бинт. Вонь тьмы ударила в нос.

— Не бойся, — сказала я скорее себе. — Это не больно. Неприятно, конечно. Но ничего не поделать.

Я коснулась раны, активировала магию очищения. Светлая нить скользнула с пальцев, сплелась в символ. Тьма зашевелилась — и, как змея, вырвалась из тела. Клубящаяся, густая, чёрная — она на секунду повисла в воздухе, а потом стремительно метнулась в сторону спальни.

В сторону моих неожиданных постояльцев

— Куда она? — выдохнул стражник. Думаю, он видел процесс очищения впервые. 

Я посмотрела на него спокойно, как будто объясняла ребёнку:

— Тьма не может жить вне носителя. Но жить она хочет. Если её вытянуть — она либо вернётся к хозяину, либо потечёт в накопитель.

Он медленно поднял взгляд на меня.

— У тебя… есть накопители Тьмы?

Я была рада этому вопросу. Я его ждала. Оставалось просто сказать «нет» и ждать, пока он все поймет. Позовет обратно стражу и схватят моих визитеров. 

Дверь снова распахнулась. Вошёл стражник, что стучался в мою дверь. 

— Мы напали на след, — сказал он своему товарищу. — Ты готов?

Оба мужчины посмотрели на меня. Я на миг замерла — а потом кивнула:

— Ещё минуту. Закрою рану — и будет как новый.

Интересно, видят ли они разочарование на моем лице? Может думают, что я просто не рада ночному визиту? Как бы там ни было, они не спорили. Молча ждали, пока я закончу обрабатывать рану. Я работала быстро, аккуратно. Зашила, запечатала, провела последнее касание Света.
Мужчина выдохнул — видно, ему действительно стало легче.

— Благодарю за помощь, — сказал он, глядя на меня. В его взгляде было то самое напряжённое уважение. Осторожность не исчезла — она просто отступила в сторону, давая место признательности.

— Свет видит, кто просит. Свет помнит, кто благодарит, — произнесла я спокойно, почти автоматически. Это была старая формула, которой меня обучили. Она завершала любой такой обряд. 

Мужчина кивнул. Без лишних слов развернулся и вместе с напарником покинул дом.

Я дождалась, пока дверь закроется, пока шаги не растворятся в ночи. И только потом позволила себе выдохнуть.
Долг исполнялся. Обет не нарушен. Они ушли. Закрыли за собой дверь.
А я осталась в тишине. И оглянулась на спальню.

Чёрт.

Откладывать помощь я больше не могла.

Я направилась в спальню — и остановилась на пороге. На моей кровати лежал раненый. Его кожа была серой, влажной от пота. Рядом, почти неотличимый от тени, сидел брюнет. Он поднял на меня взгляд — спокойный, но настороженный.

— Поможешь ему?

— Да, — ответила я просто и прошла внутрь.

Я опустилась рядом, на колени, и, не глядя на брюнета, принялась аккуратно распускать застёжки на одежде раненого. Материя была пропитана кровью и почти не поддавалась. Под пальцами чувствовался жар — сильный, тревожный.

Когда я стянула с него рубашку, стало ясно: рана была куда серьёзнее, чем у стражника. Глубокий порез через бок, кожа вспухла, вокруг — тёмные жилки, расходящиеся к ребрам, как трещины по стеклу.

Это займёт не один день.
Я вздохнула.
— Дважды чёрт, — пробормотала себе под нос. — Это будет сложно. 

— Хорошо, что ты искусная, — сказал брюнет, всё ещё наблюдая за мной.

Я скосила на него взгляд.

— Ты будто даже удивлен. 

— Ещё бы. Ты вернула мне мою тьму. Полностью. Обычно это удаётся… немногим.

Я посмотрела на него внимательнее. Он не улыбался. Не насмехался. Он говорил искренне — или хорошо притворялся.

— Я хотела спасти того, на кого ты напал, — сказала я. — Оставила бы внутри Тьму — он бы не выжил.

— И я о том же, — кивнул он. — Ты знала, что делала. Искусная.

Я снова перевела взгляд на рану. Поднесла руки, впустила свет, позволила ему пройти внутрь ткани, к самому источнику порчи.

И почувствовала это сразу.

Яд.

Не просто магическая отрава. Этот состав я узнала. Точнее, почувствовала. Смертельно точная формула, скользящая, созданная для того, чтобы разрушать медленно и неотвратимо.
Специальный яд стражей.

Его состав хранили в секрете. Его не учили распознавать. Считалось, что нам, служительницам Света, это не нужно.
Потому что если преступник ранен этим — лечить нельзя. Не нужно. Не положено. Если же будет ранен страж, они к нам не придут. У них есть противоядие.
А те, кого они ранят… не подлежат помощи.

Мне не стоило этого видеть. Не стоило узнавать. Но теперь уже поздно.

Он дышал всё тяжелее. А я сидела над ним, ощущая, как тьма этого яда уже начала разъедать ткани изнутри.

Может, это мой шанс? Может, мне просто ничего не делать?
Просто встать. Выйти. Дождаться, пока всё закончится само.
Он — тёмный. Он — враг. Его ранил страж. Мне не приказывали спасать таких, как он.

Я смотрела, как его грудь едва приподнимается под моими пальцами.
И вдруг… внутри вспыхнуло.

Сначала — тепло. Потом — зуд. Потом — жжение.

Я зажмурилась.

О, нет. Только не это.

📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌

👋 Приветствую вас, мои светлые и не очень!

Добро пожаловать в новую историю — полную теней, огня и сложных выборов.
Что делать, если ты служительница Света, но в твоём доме вдруг оказываются самые опасные враги?
Судьба, долг, магия, клятвы… любовь? И всё это — в руках женщины, которую однажды уже вырвали из рук смерти. Захочет ли она рисковать собой снова, когда узнает истинную причину по которой незнакомцы оказались в ее доме?

Нам предстоить выяснить это и не только! 

💬 Делитесь впечатлениями — кто зацепил, кто пугает, а кто уже вызывает совсем не светлые мысли?
⭐ Поставьте звёздочку, если ждёте, что будет дальше — ваша поддержка творит чудеса!
📌 И не забудьте подписаться, чтобы не пропустить ни капли света… и ни одного вздоха из тьмы.

С любовью и лёгким вызовом,
Тина Солнечная 🌙✨

Знакомьтесь, дорогие мои. 

Пока еще неизвестный темный брюнет, сидящий в спальне главной героини. 

Раненый наш выглядит так. 

А вот и наша девочка.

Магия начинала реагировать. Она знала. Знала, что я могу сделать больше. Знала, что я вижу яд. Что я способна его выжечь. И что я не делаю этого.

Откат. Наказание за нарушение клятвы.
Если я сейчас встану и уйду — магия ударит меня. Скорее всего, я это переживу. Но ощущения будут не из сладких. Будто в сердце воткнут тонкую иглу и начнут крутить.

— Ненавижу магию, — прошипела я сквозь зубы, а брови брюнета чуть вскинулись.

Я не выбирала этот путь. Меня призвали. Мне дали это тело. Дали дар. Заставили принести клятвы. Выбрала бы я эту жизнь, если бы понимала, что меня ждет? Не уверена. Но теперь, если не спасу его — буду страдать я.

Отлично. Просто великолепно.

Я долго смотрела на него, не двигаясь. Всё внутри спорило — разум, клятвы, страх, злость. Но среди всего этого была одна мысль, цепкая и тихая:

Кажется, я смогу.

Я не была уверена. Никаких гарантий. Яд был неизвестен и мало того, желательно было в него вообще не лезть. Но я чувствовала… может быть.

Я выдохнула.

— Ладно, — сказала, почти себе. — Попробуем.

Я приложила ладони к ране. Свет уже бился под кожей, замирая в нетерпении, и на этот раз я не удерживала его.
Я позволила свету вырваться. Он заструился из-под пальцев — тёплый, плотный, как утренний воздух. Вошёл в кожу, обволакивая рану изнутри, и тут же столкнулся с сопротивлением.
Яд.
Он не рассыпался, не обратился в пар. Он зарычал — образно, но я почти почувствовала это — и ударил в ответ.

Я стиснула зубы и направила поток глубже.

Магия начала выжигать тьму. Я наблюдала, как чёрные прожилки, тянущиеся от раны, съёживаются, словно от огня. Ткань тела под светом дернулась, но всё ещё держалась. Яд отступал — медленно, с неохотой.

Почти... почти…

Потом я почувствовала резкий сдвиг.

Он не ушёл полностью. Я выжгла всё, что могла — но та часть, что уже успела пройти по сосудам, ушла… вглубь.

Я впустила магию дальше — туда, где билось его сердце. И остановилась.
Между ритмами, между ударами — что-то странное.
Сгусток. Опухоль. Нет, это не просто яд. Он словно живая сущность, впитавшаяся в саму сердечную ткань.
Если я попытаюсь выжечь это — сердце просто не выдержит. Ему нужно противоядие. Других вариантов нет.

Я отдёрнула ладони. Свет слабо полыхнул и исчез. Моя грудь тяжело вздымалась от напряжения.
Чёрт. Это что за дрянь такая?  Не думаю, что подобное можно использовать даже стажам. Не думаю, что даже стражам позволено использовать такое. Это не средство задержания. Это — казнь. Медленная, гарантированная.

Я снова посмотрела на раненого. Его лицо всё ещё было бледным, но дыхание стало глубже. Кожа чуть порозовела.
Он жил.
Но ненадолго. Эта гадость уже впилась в сердце. Она сожрёт его, как только ослабнет защита света.

— Я никогда не видела такого яда, — тихо сказала я, обернувшись к брюнету, который по-прежнему сидел в кресле, с таким видом, будто всё это его почти не касается. — И я… не смогла вытащить то, что проникло в сердце. Он умрёт, если не достать противоядие. Даже несмотря на то, что внешне кажется, что он идёт на поправку.

Брюнет кивнул. Его взгляд оставался спокойным, почти холодным.

— И ты ничего не можешь больше сделать?

Я качнула головой.

— Не без знания состава яда. Я не могу бороться вслепую.
Если не узнать, с чем именно имею дело...
— Я думаю, нет.

Он ненадолго задумался, затем произнёс:

— Благодарю. За попытку.
— Макс очнётся? — спросил он после короткой паузы.

Я моргнула.
— Кто?

— Имя этого дракона. Макс.
— Драаа…кона? — выдохнула я, чувствуя, как воздух словно сдавил грудь.

Он кивнул.

Я сглотнула. Я укрыла у себя дракона. Дракона!

Даже попаданке известно, что в соседнем королевстве правят именно они. Драконы не бывают обычными крестьянами. Они — власть. Сила. Династии. И если этот… Макс… действительно один из них… Я не хочу знать, кто он. Лучше — не знать.

— Жалеешь, что помогала? — спокойно спросил брюнет.

Я посмотрела на него.

— Ты тоже дракон?

— Нет.

Я кивнула, обдумывая всю ситуацию.

— Я бы… хотела, чтобы вы ушли. Как можно скорее.

Он чуть наклонился вперёд.

— Я тоже этого хочу. Ты сможешь привести его в состояние, чтобы он ушёл сам? Я не дотащу его до границы. Не в таком состоянии.

Я глубоко вдохнула.

— Смогу. Но хватит часа на два. Потом он потеряет сознание. Возможно, на сутки или двое. За это время вам нужно найти либо решение… либо противоядие. Иначе он умрёт.

— Я тебя услышал. Помоги Максу встать — и мы уйдём.

Я не ответила. Только встала и пошла в подсобку.Туда, где были мои травы. Руки дрожали, но двигались точно.
Вскипятить воду. Добавить корень камнелома. Три капли сока мариидовой лозы. Лист алтенуса, обязательно свежий. Всё — в строгом порядке.

Когда-то меня учили варить зелья для обрядов. Сегодня я варила зелье, чтобы дракон мог уйти из моего дома живым.

Никогда не думала, что доживу до такого.

Зелье удалось. Это чувствовалось.
Оно стало густым, ярко-золотым с переливом в алый, и пахло сильнее обычного — как гроза и розмарин. Я аккуратно перелила его в глиняную чашу и, не теряя времени, пошла в спальню.

Макс лежал всё так же — тяжело, будто бы спал, но я чувствовала: внутри уже происходила борьба. Я села рядом, поднесла зелье к его губам.

— Пей, — сказала спокойно. — Иначе не встанешь. А мне придётся вытаскивать тебя на себе. А я, прости, не потяну дракона.

На последних словах он дрогнул. Глаза распахнулись. Я увидела в них золотые искры на фоне тьмы. Он закашлялся и с трудом проглотил зелье, которое я осторожно влила ему в рот.

— Неш… — прохрипел он.

— Я тут, Макс, — отозвался брюнет из кресла. — Целый. Более или менее.

— Где мы?..

— Ты не поверишь, — сказал Неш, вставая. — Но я расскажу позже. У нас мало времени.

Макс с трудом приподнялся и наконец посмотрел на меня.
Его взгляд был тяжёлым. Не хищным — скорее проникающим. Мне стало не по себе.

— Кто ты?

— Некогда засматриваться на девушек, — спокойно бросил Неш. — У нас меньше двух часов. Ты отравлен. Нам нужно к Эстрену. Сейчас же.

Макс кивнул, еще с трудом, но послушно начал подниматься. Сильный, несмотря на рану. Я отметила про себя, как быстро на него действует зелье. Возможно, даже лучше, чем я ожидала.

И в этот момент в дверь постучали.

Снова?

— Сидите тихо, — бросила я.
Неш быстро кивнул, будто и не думал спорить. Оно и к лучшему. Я влила в дракона столько сил. Не хотелось бы, чтобы это было зря.

Я вышла в прихожую и приоткрыла дверь.

На пороге стоял стражник. Тот самый, которого я лечила. В руках — корзина с фруктами. Он смотрел спокойно, даже тепло.

— Служительница, — сказал он, — хотел поблагодарить ещё раз за помощь. Без тебя я бы, скорее всего, не дожил до утра.

Он протянул мне корзину.

— Это… просто дар. Не от имени короны. От меня. Искренне.

Я взяла корзину. Неожиданно она показалась тяжёлой.

— Спасибо, — мягко сказала я.

— Но будьте осторожны. Город перекрыт. Пока ещё не поймали тех, кого ищем. Мы почти всех изгнали, но несколько очень опасных темных мы потеряли из виду. Пока не найдем, все будет закрыто. Если они доберутся до тебя — убьют. Именно потому, что вы, служительницы, можете исцелять. Моя личная просьба — не выходите из дома. Запритесь и никого не пускайте. 

Я кивнула, не показывая, как сильно стучит сердце. Да. Я понимаю. Слишком хорошо.

— Я буду дома. Обещаю. Благословит вас Свет, — добавила я почти по привычке, но искренне.

Он кивнул, тронутый неожиданно свалившимся благословением, и неожиданно тоже произнёс:

— И вас. Благословит и сохранит.

Он развернулся и ушёл, оставляя за собой только звук шагов и тень тревоги.

Я закрыла дверь и осталась в тишине. В голове шумело — от напряжения, от лжи, от того, что теперь я официально скрываю двух тёмных в доме служительницы Света.

Я вышла из коридора — и замерла.

Оба стояли в зале. Прямо, молча, смотрели на меня. Макс уже держался на ногах, пусть и с натугой. Лицо всё ещё бледное, но взгляд ясный. Живой. Зараза, живой.
И всё же, он выглядел так, будто с трудом не шатается.

— Я так понимаю, уйти нам не удастся, — сказал Неш спокойно.

Да, я тоже это поняла, но произносить вслух не хотелось. Поэтому… Я прищурилась.
— Вы подслушивали мои разговоры?

— А как ты хотела, светлая? — Неш чуть наклонил голову. — Нам надо было знать — сдашь ты нас или нет.

— Чтобы убить, если сдам? — фыркнула я.

Оба мужчины молча поджали губы. Ничего не сказали.
Но, странным образом, я… почти поверила, что убивать меня они не планируют. Не сейчас, так точно.

Поэтому я вернулась к насущному.

— У него меньше двух часов, — напомнила я.

— Я помню, — кивнул Неш. — Есть идеи?

 И снова… не вовремя, но я отметила, какой он красивый. Даже с раной, даже с этой хмурой мордой, даже с чужой магией, скользящей по коже, он выглядел так, что сердце предательски дрогнуло. Я мысленно хлопнула себя.
Прекрати. Он вот-вот отбросит хвост.

Я ни разу не видела живых драконов. А если он умрёт — возможно, и не увижу больше никогда.

— Пойдём. Покормлю тебя, — сказала я, глядя прямо на Макса.

Он нахмурился, будто я предложила ему яд.

— Тебе нужны силы, чтобы пережить следующие сутки, — напомнила я терпеливо.

Он смотрел с подозрением. Потом покачал головой.

Я почувствовала, как начинает подниматься злость.

— Я могла отравить тебя куда проще, — процедила я. — Портить еду — не в моём стиле. Мало того — это моя еда, дракон.

— Она права, — добавил Неш. — Тебе стоит поесть.

— Последний ужин? — усмехнулся этот… упрямый, упёртый… дракон.

— Я не собираюсь тебя заставлять, — бросила я. — Пойду закончу ритуал, который вы, между прочим, прервали.

Не знаю, откуда во мне взялась эта наглая уверенность — но я просто развернулась и вышла, оставив их в комнате.
Я вернулась в ритуальную, прикрыв за собой дверь. В комнате по-прежнему пахло дымом и травами, но часть предметов оказалась сдвинута — я не закончила. Не люблю, когда меня прерывают.

Собрав волосы в ленивый пучок, я привычно начала всё расставлять по местам: чашу — к центру, светильники — по углам, масло — к ладану, серебряный круг — точно под ноги. Всё по порядку. Всё, как учили. Всё, как я делала сотни раз.

На этот раз мне никто не мешал.

Я встала в круг, выдохнула, позволила свету пройти через ладони. Ритуал пошёл легко, словно сам. Я знала каждое слово, каждое движение. И когда он закончился, я привычно улыбнулась.

Свет принял. Значит, всё правильно. На сегодня — всё.

Обычно после вечернего ритуала я принимала ванну, выпивала тёплый травяной отвар и засыпала с лёгким сердцем. И сейчас уже почти направилась в сторону ванны… Но остановилась.

Слишком… тихо.

Никаких голосов. Ни шорохов. Даже тени присутствия.

Я застыла в проходе, прислушиваясь.

Они ведь ещё здесь, да?
Или… уже нет?

И почему от этой тишины у меня по спине побежали мурашки?

Я медленно двинулась по коридору. Прошла мимо зала, где они стояли раньше, но там было пусто. И только возле кухни уловила что-то — звук, запах... еду?

Я шагнула внутрь — и остановилась на пороге.
Эти двое спокойно устроились за моим кухонным столом.

Неш сидел, облокотившись на локоть, и ел что-то из моей глубокой миски, не торопясь, с удовольствием. Макс выглядел менее уверенным, но тоже жевал — кусок хлеба с сыром, кажется, и что-то ещё. Я обвела взглядом стол. Половина недельных запасов уже была на нём. Вторая — в процессе поглощения.

— Вы, значит, решили, что раз я не отравила еду, — тихо сказала я, приподняв бровь, — можно уничтожить мои припасы подчистую?

Оба подняли головы. Макс чуть замер, будто пойман с полным ртом.
А Неш даже не подумал остановиться — с ленцой хмыкнул:

— Ну… ты же сказала, что ему надо поесть. Вот мы и решили, что ты делишься.

Я только покачала головой и тяжело выдохнула:

— Делю-ю-юсь… Что с вами делать.
Я отвернулась, потёрла переносицу и всё же добавила:
— Я подготовлю для вас спальни. Благо в этом доме она не одна.

Макс тут же приподнял бровь:

— А чем плоха та, в которой я был?

Я обернулась, посмотрела на него с самым серьёзным лицом, на какое способна:

— Она моя, — произнесла я с нажимом. Он открыл рот, будто хотел возразить, но я не дала. Потому что поняла — прошёл уже добрый час.

Я подошла ближе, встала перед ним, заглянула в глаза.
— Что? — нахмурился он.
Я не ответила. Протянула ладони и провела по его ауре, концентрируясь.

Да. Как я и думала. Свет внутри него уже начинал угасать. Яд снова шевелился.
У него — максимум пятнадцать минут, чтобы дойти до кровати и не рухнуть на пол.

— Доедай. И баиньки, хвостатый, — сказала я, отступая, и повернулась, чтобы направиться в сторону спален.

За спиной такая оглушительная пауза, что я аж обернулась.Оба мужчины синхронно вскинули брови. 

 — Как ты меня назвала? — произнёс Макс с ледяным спокойствием, в котором чувствовался разгорающийся вулкан.

Я замерла. Да, наверное, что-то пошло не так. Но что именно — не имела ни малейшего понятия. В конце концов, я живу тут всего семь лет, а не с рождения.
Про этикет драконов мне никто лекций не читал. И встречать их в своём доме я как-то… не планировала.

— Со слухом у тебя давно проблемы? — вырвалось у меня прежде, чем успела себя остановить.

Неш прыснул в кулак, уткнувшись в стол.
Макс продолжал смотреть на меня так, будто решал, поджарить меня или всё-таки дать до конца договорить.

Макс медленно поднялся со стула, глядя на меня сверху вниз. В его взгляде не было огня — был лёд. Властный, древний, пугающий до чертиков.

 — Ты хоть понимаешь, с кем говоришь?

— Прекрасно понимаю, — перебила я, не сбавляя шага. — С больным, наглым и голодным драконом. Который в моём доме, между прочим, гость. Не то чтобы особенно желанный, но всё же.

Он прищурился, и магия вокруг едва заметно вздрогнула.

— И если ты думаешь, что можешь тут рычать и командовать, то у тебя два пути. Первый — успокоиться. Второй — выйти из дома и прогуляться до ближайшего патруля. Как раз силы хватит дойти до стражи. 

— Эй, — вмешался Неш, подняв ладони, будто в воздухе повисла искра. — Макс, не надо. Она права. Мы в её доме. А не в твоей пещере. Давай не будем подтверждать нашу, и без того, чудесную репутацию.

Макс молча смотрел на него пару секунд, затем медленно выдохнул и… к моему удивлению, ничего не сказал. Просто встал.
— Куда идти? — спросил хрипло, будто это требовало особого усилия.

Я открыла рот — и осознала, что не подготовила спальни.
Прекрасно. Просто восхитительно.

— Ладно, — буркнула я. Сделаю при них.

Я повернулась и пошла к гостевой комнате, открыла дверь, сдёрнула покрывало, взмахнула рукой — воздух начал очищаться, плетения складываться, ткани расправляться.
— Эта для Неша, — бросила я через плечо.

— Почему? — сразу возмутился Макс.

— Потому что ты будешь в палате, — ответила я не оборачиваясь.

— Это неприемлемо, — резко бросил он.

Я обернулась, посмотрела на него холодно:

— Через пять минут тебе будет всё равно. А мне в палате лечить удобнее.
Ты хочешь выжить или спорить?

Он что-то низко зарычал и звук пронёсся по стенам, как предупреждение.
Но — подчинился. Развернулся и молча пошёл за мной.

Послушный дракон? Ну... это даже интересно.

Я завела его в палату — и, разумеется, он тут же скривился.Ну да. Эта комната совсем не похожа на гостевую.

Если в спальне Неша были мягкие подушки, светлая ткань, отдушенные простыни и даже декоративный ковёр, то здесь… всё по делу.

Стерильно. Холодно. Практично.

Стены выкрашены в ровный серо-белый оттенок. Никакого текстиля — только гладкие ткани, легко стирающиеся от крови и зелий.
Кровать узкая, жёсткая. Стол с полочками. На полках — банки, травы, настойки, бинты, иглы, артефакты. Никакого уюта. Никаких глупостей. Даже свет в этой комнате был чуть холоднее.

Я так её и называла — палата. Не лечебная комната, не святая обитель заботы. Просто — палата. Место, где лечат. 

Макс осмотрелся, нахмурился, снова осмотрелся.
— Серьёзно?

— А ты думал, я уложу тебя на перину под балдахином? — я подняла бровь. — Привыкай. Здесь ты не дракон. Здесь ты пациент.

Он что-то буркнул под нос, но не спорил.

— Ложись, — сказала я, указывая на кровать. — Через пару минут стоять ты уже не сможешь.

Он встал у края, посмотрел на неё, как на что-то оскорбляющее его достоинство, но всё же улёгся — тяжело, с выдохом.
И, к моему удивлению, больше не бурчал.

Я накрыла его простынёй, вздохнула и машинально начала проверку пульса и дыхания.

Он улёгся, но спокойно лежать явно не собирался. Ворочался, морщился, то подтягивал плечо, то дёргал ногой.

— Что будет дальше? — хрипло спросил он.

Я машинально улыбнулась — та самая улыбка, которую я заучила за годы, чтобы успокаивать пациентов.
Не потому что всё хорошо. А потому что им нужно, чтобы кто-то выглядел уверенно.

— Сейчас ты просто поспишь, дракон, — мягко ответила я.

Он тихо выдохнул. И, сама не особо задумываясь, провела ладонью по его голове.
Пальцы скользнули по волосам — мягким, чуть спутанным, пахнущим травами и дымом.

Я выпустила немного магии — тёплой, убаюкивающей. Прямо в макушку, как учили.
Как делала десятки раз. Привычно. Автоматически.

Он даже не возмутился. Не дёрнулся. Просто медленно закрыл глаза и почти сразу начал дышать глубже.

Вот и всё. Спи, хвостатый.

— Это было довольно мило, — услышала я голос Неша за спиной.

Я не обернулась. Только провела ладонью по краю простыни, поправляя её на плече дракона.

— Дракону не стоит переживать, пока он спит, — сказала я спокойно. — Пусть все его силы уйдут на борьбу.

Наступила пауза. В комнате было слышно только ровное, глубокое дыхание Макса. Зелье, магия и усталость сделали своё дело.

— Сколько ему осталось? — тихо спросил Неш.

Я подняла взгляд и посмотрела на него. Он стоял у двери, в полутьме. Лицо было непроницаемым, но взгляд… нет.

— Очень недолго, — ответила я так же тихо. — Если доживёт до утра — будет хорошо.

Он кивнул. Медленно. 

Я наклонилась над кроватью и, не задумываясь, приложила ладонь к его груди.
Пустила немного магии — светлой, тёплой, как дыхание весны. Это не лечение. Маленькая искра, которая, скорее всего, ничего не изменит.

Но мне стало легче, что не бездействую.

— Пошли, — тихо сказала я, выпрямляясь и бросая взгляд на Неша. 

— Если ему остались сутки, я буду с ним, — спокойно ответил он.

— Это ему не поможет, — я обернулась, нахмурившись. — Идем, будешь искать варианты. Думать. А не сидеть и смотреть, как он уходит.

— Ты не сдалась, — сказал он, внимательно глядя на меня.

Я пожала плечами.
— Пока есть время… я буду пытаться.

Мы прошли в библиотеку. Комната была забита до потолка книгами, свитками, табличками и свёртками с заметками. Всё — про Свет. Про магию, обряды, церемонии.
Да какая, к демону, разница. Сейчас важно только одно.

— Бери книги с той полки, — указала я на пыльный, почти забытый стеллаж у дальней стены.

Неш кивнул и пошёл, даже не споря.

— Что мне искать?

— Не знаю, — честно призналась я, уже нагибаясь к нижней полке. — Всё, что может помочь.

Он не стал спорить. Просто начал перебирать книги.

Мы работали молча. Часами. Время тянулось вязко, в полутьме, среди пыли и шелеста страниц. Иногда кто-то из нас предлагал что-то: ритуал стабилизации, печать отсечения, световую ловушку.
Но всё — мимо.

До тех пор, пока мне под руки не попалась книга с потёртым переплётом и потускневшим тиснением.
Я перелистнула пару страниц и замерла.

— Это может сработать, — прошептала я.

Неш сразу повернулся ко мне, в глазах — напряжённая сосредоточенность.

— Это продлит его жизнь?

Я кивнула.
— Да. Но… ненадолго.

— На сколько?

Я посмотрела на формулу, прогоняя по памяти.
И медленно подняла на него глаза.

— На сколько хватит твоей.

Он моргнул.
— Поясни.

Я протянула ему книгу и раскрыла нужную страницу.
— Заклинание связывания душ. Оно не переносит яд, но позволяет… разделить его. Часть уйдёт в тебя. Не в тело — в магическую суть. Ты не умрёшь, но будешь слабеть. А Макс получит отсрочку.

— Сколько?

— Возможно… несколько дней. Ядовитый след в нём замедлится. Я усилю формулу светом, насколько это возможно. 

 — Я довольно живучий, — кивнул он. — Так что, возможно, неделя.

— Но ты будешь сильно слабеть, — предупредила я.

Он не колебался ни секунды.

— Я согласен.

— А если за это время город не откроют? — спросила я, не сдержавшись.

Он посмотрел на меня и… улыбнулся. Легко. Спокойно. Как будто мы вообще не о смерти говорили.

— Значит, в твоём доме умрут два тёмных.

Я пошла в кладовую за нужными травами. Стеллажи были заставлены до отказа: баночки, пучки, мешочки, порошки — всё разложено и подписано, но, как назло, именно та трава, что мне была нужна, куда-то запропастилась.

— Тарранское семя… где оно, — пробормотала я, роясь в ящике, отодвигая одну коробку за другой.

— Ищешь это? — раздался за спиной голос Неша.

Я обернулась — он протягивал мне небольшую связку сушёных сине-зелёных листьев.

— Да. Именно.
Ты разбираешься в травах?

— Немного.

Я посмотрела на него внимательнее, прикинула количество ингредиентов и протянула список.

— Сможешь собрать остальное? А я пока всё подготовлю.

Он кивнул, не задавая вопросов, и сразу принялся за дело.

Я вернулась в ритуальную и начала раскладывать инструменты, проверяя чистоту круга. Приборы, артефакты, печати, свечи — всё должно быть безупречно.

Но тут один из камней — сердцевинный, выточенный под светлую вязь — сорвался с подставки и покатился по полу.

— Ну конечно, — выдохнула я, наклоняясь за ним.

Он укатился в угол, под самую полку, и когда я потянулась за ним, пальцы нащупали что-то ещё.

Тонкое. Плоское. Как… книга?

Я вытащила её из-под полки. Переплёт почти рассыпался в руках — старая, иссушенная временем. Я почти уже отложила её обратно, но... что-то в названии на внутреннем развороте зацепило взгляд. Редкие яды. Дополнительное издание к базовой серии. 

Хм?

Я пролистала несколько страниц — и наткнулась на запись.

«Живой яд практически невозможно уничтожить полностью, но он может быть заключён .
Для этого требуется клетка, составленная из равновесия Света и Тьмы.
В истории был случай: король Сертах Третий был сражен во время борьбы за престол. Он был присмерти и казалось, что шансов нет, но был спасен. Два мага провели ритуал, связав его хворь. Он жил так более пятидесяти лет, заключённый между магами света и тьмы.
Их души были связаны в единое целое. Король прожил таким образом пятьдесят лет.
Связь была неразрывна. До самой его смерти — от старости.»

Я уставилась в текст. Страницы дрожали в руках.
Горло пересохло.

Нет.

Нет.

— Не-е-е-ет, — выдохнула я вслух, откидываясь назад. — Я этого не сделаю.

Даже подумать об этом — уже было безумие.
Связать свою душу с двумя тёмными? Навсегда?

Нет. Нет. Нет.

Но пальцы продолжали перелистывать страницы. А сердце — стучать всё быстрее.

На одной из последних страниц, между строк, почти со стёртыми чернилами, я заметила приписку. Кто-то писал от руки на полях.

«Связь может быть разорвана. При смерти зараженного.
Или при полном излечении.
Лечение пока не найдено — состав яда не установлен.
Яд неизвестного происхождения. Возможно, создан искусственно.»

Я выдохнула, резко прикрыв книгу, а потом снова открыла. Эта книга — очень старая. Бумага жёлтая, шрифт вытянутый, стиль языка архаичный. А если она была написана тогда, когда яд только появился… То, возможно, они и правда не знали состава.

Но теперь…

Если стражи используют этот яд — значит, кто-то уже знает, что в нём. Кто-то уже понял, как его готовить. Как заражать. Как уничтожать им темных.

Я медленно опустила книгу на колени и застыла.

Значит, разгадка есть. Просто не здесь. Не в этой библиотеке. Не в этой книге. Может у стражей, но со мной они такими знаниями не поделяться… 

Я обязана помогать настолько, насколько могу.

Я опустила голову, прикусила губу. А если я не хочу? Если боюсь?

Связать их души — это помощь. Это спасение. Пусть временное. Разве этого недостаточно?

Я не должна рисковать собой. Не обязана идти дальше. Это ведь тоже помощь…

Но внутри что-то неприятно сжалось. Словно магии не понравился этот ход мысли.

— Это нечестно! — выкрикнула я в пустоту, почти срываясь. — Это несправедливо, чёрт бы тебя побрал!

Ответа, конечно, не последовало. Свету плевать на мои мотивы. Ему плевать на то, что перед ним темный. Ему на все плевать, кроме моей клятвы помогать без раздумий.  Внутри все сжимается, когда я пытаюсь “схитрить” и не помочь самым лучшим способом. Только гул тишины и ощущение, что кто-то очень светлый смотрит на меня с немым упрёком.

— Всё нормально? — раздался за спиной голос Неша.

Я обернулась через плечо, тяжело выдохнув:

— Просто… замечательно, — фыркнула. 

Из меня сделали безотказного робота-помощника. Блестящую, послушную виньетку Света, обёрнутую в улыбки и законы. Я гораздо в большей клетке, чем этот дракон.

Мысль ударила неожиданно — словно кто-то ударил изнутри. Стало обидно. До звона в груди. До щиплющих глаз. Я едва сдержала слёзы.

Раньше я не ощущала это так сильно.

Раньше помогать было… легко. Очевидно. Привычно. Нуждающийся — помощь — благословение — следующий. Никакой боли, никакого выбора. Всё просто.

Но теперь?

Теперь у меня дома двое опасных мужчин. И светлая магия, что требует от меня отдать всё, даже если это буду я сама.

Это несправедливо.

Я швырнула старую книгу на стол и вытерла глаза тыльной стороной ладони. Всё. Хватит. Жалеть себя потом буду.

Сейчас — действовать.

Я достала пергамент, начертила круг. Один. Второй. Третий. Начала раскладывать компоненты. Всё по правилам. Всё, как учили. Ни единой лишней черты, ни капли лишнего света. Но каждый шаг… каждый жест… Отдавался внутри болью — потому что я знала, куда ведёт этот ритуал.

К связыванию.

Нет. Не сейчас.

— Как будет проходить ритуал? — спросил Неш, когда я закончила чертить третий круг.

Я не сразу ответила.
Слишком тяжело было произносить это вслух. Но, наконец, выдавила:

— Я свяжу твою душу с его. Это быстро. Но как только связь установится, ты почувствуешь себя… хуже. Часть яда перекинется на тебя. Он ослабит тебя, не убьет сразу, но будет к этому стремиться. Очень медленно. Если повезёт — успеем что-то придумать.

Он кивнул. Без страха. Просто… как будто это был вполне нормальный план.

— Когда? — спокойно спросил он.

Я глубоко вдохнула.

— Сейчас. Пойдём.

Мы вошли в комнату, где спал дракон. Макс выглядел мирно — почти беззащитно. Только слабый блеск чешуи на виске и стиснутые пальцы напоминали, что под этой внешней тишиной всё ещё кипела борьба.

Я расставила камни. Положила травы. Переплела их, как учили.

Каждое движение давалось тяжело. Не из-за усталости — из-за внутреннего крика.
Всё тело словно сопротивлялось. Сопротивлялось тому, что я собиралась сделать.

Я могла бы рассказать Нешу о второй книге, но я молчала. Он доверился. А я… просто делала то, что нужно, чтобы выжить и не связать себя с монстрами.

— Готов? — спросила я, не поднимая глаз.

— Да, — ответил он.

Я встала напротив него, положила ладонь на его грудь, а вторую — чуть выше сердца дракона.

— Не двигайся. И не бойся. Всё будет быстро.

Я начала говорить слова ритуала — и с каждым из них тьма в комнате будто сгущалась. Свет в ответ вспыхивал внутри, едва удерживаемый моей волей.
Он не хотел этого. Не принимал моих полумер. Каждое произнесённое слово — как шаг по тонкому льду, под которым уже клокотала буря.

Я повторяла строки, не позволяя себе дрогнуть. В голосе — уверенность. Внутри — страх и сомнение.

Моя рука дрожала, когда я прижимала ее к Нешу, потому что я знала, что долго он не протянет с этим проклятьем. И свет знал. Он буквально разъедал меня изнутри за то, что я обрекаю темного на смерть. 

— По воле света… и с правом выбора, — выдохнула я, но свет внутри уже выл. Он сопротивлялся моему решению. Буквально вынуждал меня передумать. 

Я почувствовала, как энергия в теле сжалась, будто внутреннее солнце встало на дыбы. Я пыталась подавить его, уговаривала, заставляла… Но оно не слушалось.
Магия волной пронеслась по груди и шее, будто меня пронзила раскалённая игла.

Я задыхалась от боли, глаза заслезились. Свет не отступит. Он скорее убьёт меня, чем позволит провести этот ритуал так, как я задумала.

Мне было так больно, что я едва могла думать. Какая разница, как я умру. Сейчас или чуть позже, доверившись темным, если свет не менее жесток, чем они. 

Я сдалась. Я открылась. Не боролась больше. Просто позволила ритуалу пройти через меня.

Свет и тьма соприкоснулись — во мне.

Меня пронзило магической волной, но я удержалась на ногах. Воздух в комнате загустел. Камни вспыхнули. Свет и тьма замкнулись в круге, сливаясь в единое.

Не два, а три узла. Три жизни, вплетённые в одну связь. И только тогда ритуал завершился.

Я с трудом опустила руки, дрожащая и опустошённая. Свет внутри успокоился, довольный моей жертвой. И я смогла вдохнуть без боли. 

— Что ты сделала? — хрипло спросил Неш, приподнимаясь с колен. Я даже не заметила, когда он на них упал. 

— То, что должна была, — выдохнула я. И только сейчас поняла, что плачу.

*****

Дорогие читатели, приглашаю Вас в свою потрясающую МЖМ-новинку

“”

— Такая красивая самочка и ничья… — цедит этот гад, а я пятюсь назад, чувствуя, как трава холодит пятки.

— У меня нет времени играть в ваши странные игры! — пытаюсь выдохнуть хоть каплю уверенности.

— О, дорогая, Альфы не играют в игры, — ухмыляется он и делает шаг ко мне, легко сметая всю мою решимость одним хищным взглядом.

Я всего-то хотела провести важную встречу онлайн. Но вместо этого очнулась в мире двуликих. А богиня вручила мне какое-то странное поручение. Вот только у меня были задания и посложнее! А вы, наглые господа пушистики, нечего меня преследовать и рассказывать про какие-то истинности! У меня тут сроки горят!

#попаданка

#истинная пара

#мужчины с характером

#оборотни на любой вкус и цвет

#смелая и смышленая героиня

#противостояние характеров и неизбежная любовь

#очень горячо и откровенно

#много секса

#мжм

#многомужество

#хэ

Приятного чтения, друзья!