Срочно! Ищу мужа

Пролог

Варя

‒ Ты женишься на мне, ‒ говорю я парню, врываясь в комнату, где полно его друзей и царит атмосфера праздника. И, наконец-то, облегченно выдыхаю. ‒ Срочно!

Мужской гомон и хохот прекращаются так резко, словно после трагедии, когда самое ужасное уже случилось и люди находятся в оцепенении и в некоторой прострации от происходящего. Я же с гулким стуком сердца жду ответа и готова ко всему: и издёвкам от его друзей, и насмешкам от него самого, но только не отказу. Он – мой последний шанс. Время медленно движется вперед, отсчитывая секунды у меня в голове. Одна, вторая, третья…

Стою, нависая над столом, вокруг которого сидят полуголые парни, вокруг их бедер лишь одно полотенце. Я здесь совсем не к месту, но у меня нет другого выхода. Мои глаза нацелены лишь на одного из них, не замечая рельефных мышц и кубиков на животе у других. Да и сильный пол никак не мог оправиться от сцены, которая разворачивалась прямо перед их глазами, словно в дешевой мелодраме, что было мне только на руку. Они все зависли и не могли подобрать челюсти, чтобы заговорить.

Я слежу за малейшим движением парня, ответа которого жду, забывая, как дышать. Он откидывается назад, кладет руки на спинку кожаного дивана, нахально глядя мне в глаза, и продолжает молчать, испытывая моё терпение. Смотрит на меня, склонив голову на бок, словно оценивает товар, но я ничего не могу прочитать в его глазах.

‒ Детка, сегодня не двадцать девятое февраля, ‒ слышу я ответ, который мне не подходит. Да и от слова детка мне хочется отшатнуться, как от пощечины. Ему очень хорошо известно, что я не терплю таких телячьих нежностей и глупых обращений. ‒ И предложение руки и сердца, вроде, как я знаю, принято делать на коленях. Да и букета с кольцом я что-то не наблюдаю.

Он осматривает меня с ног до головы и дарит улыбку. Я сжимаю руки, готовая развернуться и уйти, но остаюсь. Мозг лихорадочно думает, как бы ему выкрутиться из этой ситуации с положительным ответом о женитьбе, не прерывая зрительного контакта с парнем, от ответа которого зависит многое. Телефон оживает так некстати, но пока шарю руками в сумке, чтобы выловить неуловимый смартфон, нахожу «решение» своей возникшей проблемы. Аккуратно снимаю с пальца кольцо, самое первое золотое украшение, которое я купила самой себе на свою первую зарплату, и достаю из сумки цветок из цветной бумаги, что мне на днях преподнесла дочка.

‒ Не будете ли вы так любезны, Павел Григорьевич, стать моим мужем? ‒ с приторной и натянутой улыбкой на лице проговариваю и протягиваю в его сторону своё кольцо. ‒ И делить со мной и горе, и радость пополам, пока… ‒ «пока смерть не разлучит нас» я не смею проговорить. Всё-таки, это будет фиктивный брак, но обо всём этом я расскажу ему потом.

‒ А где же пылкие признания в любви? ‒ он встает, подходит ко мне и почти касается кольца, но не берет его, замирает, прожигая меня взглядом.

Мстит, но я, пожалуй, стерплю. Жду, пока он соизволит взять кольцо, не убираю руку. Парень тоже замер. Чего-то ждет Взгляд злой, колючий, приковывающий к стене.

‒ Поцелуй, ‒ слышу его приказ, когда он опускает мою руку, накрывая своей. Его горячее дыхание обжигает мою щеку. ‒ Поцелуй так, чтобы я согласился, Варвара Яковлевна, сделать тебя Морозовой, ‒ от его голоса, действительно, мороз по коже.

Хорошо, последую твоим словам сегодня. Ладонью провожу по его щеке и накрываю губы парня, но мне не приходиться ничего доказывать ему. Как только наши губы соприкасаются, он сжимает меня в своих объятиях так сильно, что я невольно вскрикиваю, но хватка от этого не слабеет. Это не поцелуй, а ураган, что крушит внутри меня всё, опустошая, высасывая всю душу до последней капли. Я цепляюсь за него, но мои руки лишь скользят по разгоряченной коже, рельефным мышцам. Тело парня замирает, и он прерывает поцелуй. Я от растерянности отступаю назад.

‒ Я согласен, ‒ слышу хриплый голос и мне уже неважно, что его слова теперь многое изменят в моей жизни.

Разворачиваюсь, чтобы уходить. Пусть веселится со своими друзьями дальше. Ему еще объясняться с ними за мой поступок и за своё согласие.

‒ Кольцо! ‒ от его властного голоса замираю на пороге, забывая, что до сих пор сжимаю тонкий обруч в кулаке.

Как я его еще не выронила. Возвращаюсь к парню обратно и раскрываю ладонь, на что ловлю его ухмылку. Он протягивает в мою сторону руку, и я понимаю, что мне ничего не остается, как надеть украшение собственными руками на его палец. Проделываю то, что от меня требуется, и поднимаю взгляд на него. Секунда и он резко притягивает меня к себе, целуя. На этот раз поцелуй выходит ещё жестче, чем до этого. Словно он ставит на мне клеймо. Своё клеймо. Печать, что отныне я буду принадлежать ему. Глаза начинают увлажняться, когда я чувствую во рту солоноватый привкус. Поцелуй превратился в ожесточенную борьбу. И я не узнавала его.

‒ А теперь уходи, ‒шепчет он мне на ухо, сжимая мои руки. ‒ Иначе я за себя не отвечаю, ‒ и слегка отталкивает от себя.

Завтра точно будут синяки, но об этом я буду думать позже. Я отступаю назад, продолжая смотреть на него. Но он уже потерял ко мне интерес, разворачиваясь к своим друзьям и поднимая руку, где сверкало моё кольцо. Предмет моего стыда и унижения перед ним, а также того, что с этого дня наши с ним судьбы связаны воедино…

Несколько лет назад я представить не могла, что сама буду упрашивать парня моложе меня стать моим мужем. Парня, который на пять лет младше меня. Совсем ведь еще мальчишка…

Глава 1.Новый папа

Варвара

Мне нужен муж! Срочно!

С такими мыслями в голове, кричащими и бьющими тревогу, я вышла из кабинета ректора. Вот не хватало мне ещё и этой головной боли. Не успела «развестись» и «отметить», как надо срочно заняться поисками нового мужа. Правда, официально я так и не побывала в ЗАГСе, мой «гражданский» муж считал это пустой тратой времени.

‒ Ведь мы любим друг друга и без штампа в паспорте. Разве не так? Что поменяют эти штампы в паспорте? ‒ разговоры на тему росписи он всегда переводил на другую тему, и мне приходилось мириться этим. Но кое-что я всё-таки сделала по-своему, в отместку ему…

Вышла из главного корпуса университета, откуда пару лет назад выпустилась я сама, и направилась на стоянку к своей ласточке. Слова ректора никак не выходили из моей головы.

‒ Варвара Яковлевна, надеюсь, что этот разговор останется между нами. Мы очень ценим вас, как сотрудника, поэтому вы и здесь, чтобы сообщить кое-что важное. Думаю, слухи дошли и до вас, что декан вашего факультета уходит на заслуженный отдых, и мы ищем достойного кандидата на его место. Он очень восхищался вами и вашей работой, и назвал ваше имя, как своего преемника. И мы ничего не имеем против, но… ‒ от этого но мурашки по спине побежали. ‒ Ваш факультет олицетворение культуры нашего города, да и народа в целом, поэтому и его предводитель должен быть примером для всех. Вы умны, к тому же красивы, но не замужем. Официально. И для многих это может стать критерием для отказа в вашей кандидатуре. Нам известно, что у вас есть мужчина, с которым вы связаны неофициально, но уже есть дочь. Думаю, кресло декана факультета культуры нашего университета станет подталкивающим решением, чтобы исправить эту досадную оплошность. Как вы думаете, Варвара Яковлевна?

Я лишь кивнула головой, как болванчик, не решаясь признаться Карлу Викентьевичу в том, что мы с Лешей разбежались несколько месяцев назад и встречались только тогда, когда он приезжал раз в месяц или того реже, чтобы забирать дочь и затем привозил её обратно. Слава Богу, малышка воспринимала это не так болезненно, как я думала. Главное для нее было то, что мама рядом. И теперь я не знала, как объяснить ей, что рядом с мамой должен появиться другой мужчина, не папа…

‒ Вячеслав Васильевич доработает до своего юбилея и сразу после его ухода мы назначим вас временно исполняющим его обязанности, затем министерство рассмотрит предоставленные нами кандидатуры и остановит свой выбор на вас. В этом можете быть уверены, дорогая. Надеюсь, на вас можно положиться? Думаю, времени чуть больше месяца вам хватит, чтобы исправить маленькое недоразумение в вашей жизни?

Мне оставалось лишь кивнуть и пожать протянутую в мою сторону руку Карла Викентьевича. Он довольно улыбнулся, я же поспешила уйти. Не спорю, получить должность декана факультета мечтает каждый преподаватель нашего факультета, даже ставки делали, кто это будет. Ведь Вячеслав Васильевич был немолод и все ждали только того момента, когда он уйдет на заслуженный отдых. Вот это время и настало, и на меня свалилось неожиданное «счастье», занять его кресло. К тому же доказать своему бывшему, что и я могу чего-то достичь в жизни, а не только понукать студентами. Мою профессию он считал не стоящей, в отличие от своей, разъезжать по командировкам и устраивать проверки.

Закинула сумку на сиденье рядом и завела машину. Надо поторопиться, иначе опоздаю в садик. Пока медленно ползла по дороге в сторону дома и садика, благо они находились недалеко друг от друга, снова окунулась в проблему поиска мужа. Я хотела получить кресло декана, если за месяц «сумею исправить маленькое недоразумение». И это отсутствие мужа-то недоразумение? Мне что объявление в газету напечатать или в интернете выложить: «Ищу мужа. Срочно!» И далее перечислить критерии, чтобы избежать всяких чудаков. Бред! Ну не среди своих студентов же мне его искать! Хотя идея стоящая. Сколько их было, которые не то ради зачета или хорошей оценки на экзамене делали вид, что влюблены в меня и пытались ухаживать? Может, стоит попытаться вспомнить тех, кто уже выпустился, и договориться о фиктивном браке?

Абсурд! От одной мысли, что мне придется «нянчиться» парнем, что намного младше меня, я поморщилась. Для меня всегда важным было то, что в паре мужчина старше, который должен быть каменной стеной для своей женщины. Но и тут у меня полный epic fail¹ (эпик фейл). Ведь с «гражданским» мужем мы одного года рождения и он был младше меня на пару месяцев. Вспомнив Лёшу, загрустила. Не сказала бы, что у нас была такая любовь, о которой можно слагать стихи и поэмы. Нет, всё вполне спокойно, без грома и молний. Наш с ним разрыв, правда, переживала тяжело, но меня спасало одно ‒ наша прекрасная дочка, за которой я как раз и спешила в садик.

Посмотрела на время и нажала на клаксон, пытаясь поторопить водителя, что еле полз передо мной. И о чудо! Он решил меня пропустить, но и это не помогло. В садик я добралась буквально за пять минут до его закрытия.

‒ Мамочка! Нам нужен новый папа! ‒ первое, что я услышала, когда зашла в группу своей дочери.

И эта туда же. Они что сговорились?

‒ Прости, доченька. Я не ослышалась? ‒ присела перед ней на корточки, обнимая свою кровиночку.

‒ Нет, мамочка. Ты плавильно всё ласслышала. Мне нужен новый папочка, чтобы победить в конкулсе, ‒ лепетала она, не замечая моего удивления. ‒ Вела Петловна тебе сейчас всё объяснит, ‒ и Диана вприпрыжку направилась к своему шкафчику.

Я же поднялась на ноги и встретилась с виноватым взглядом воспитательницы, которая спешила ко мне.

¹ epic fail (эпик фейл) ‒ в переводе с английского языка «сокрушительный провал»

Глава 2. Разговор по душам

Варвара

Один отец значит больше,

чем 100 учителей.

Джордж Герберт.

«Мамочка! Нам нужен новый папа!»

Слова дочери сильно удивили меня. Что это, детская непосредственность или же что-то другое? Я была рада, что почти полгода назад дочь так легко восприняла новость о том, что теперь папа будет жить не с нами. Она даже дала оценку его новой пассии, когда месяц назад Леша решил их познакомить. «Мама, всё лавно ты у меня самая лучшая и класивая!» ‒ после той встречи она долго обнимала меня, а мне же хотелось прибить своего бывшего. Хорошо, хоть мои слёзы Диана не увидела. К счастью, тогда все решилось. И тут я слышу от неё такую новость. Нового папу ей подавай. Старый-то ей чем не устроил и не угодил, спрашивается. Забирал на выходные и иногда на праздники, звонил. Но я решила все подробности узнать у Веры Петровны.

‒ Добрый вечер. Извините, что так поздно. Возникли срочные дела на работе, пришлось ехать в главный корпус, ‒ воспитатели привыкли к моим задержкам, о чем были предупреждены заранее.

‒ Здравствуйте, Варвара Яковлевна. Всё в порядке, не переживайте. Ещё Виталика не забрали, поэтому вы не последняя мама, ‒ виновато улыбнулась она мне. ‒ И насчет слов Дианы о новом папе. Сегодня обсуждали конкурс в честь дня отца, на уровне города будет проходить, не только нашего садика. Она услышала и захотела участвовать. Мы не смогли её переубедить. Вы нам, конечно, сообщили, про разрыв с Алексеем Дмитриевичем, чтобы мы были в курсе и могли сообщить вам, если поведение Дианы как-то поменяется. Мы пытались аккуратно сказать ей об этом, на это она нам заявила, что… ‒ воспитательница осеклась и покраснела, опустив взгляд в пол. ‒ Вы сами слышали её слова.

Дочь была вполне самостоятельной и решительной, к тому же упрямой, и поэтому теперь я не сильно удивлялась её словам. Главное, что она не страдает от нашего разрыва. И выход из ситуации нашла самый простой – искать нового папу. Она так решила, а задачу выполнять мне.

‒ Как вы теперь поступите? Алексей Дмитриевич согласится на участие в конкурсе? В подготовке мы поможем, ‒ Вера Петровна чуть не перенималась с ноги на ногу. И их тоже можно было понять. Им нужны участники, ведь мало кто соглашается тратить время на подготовку.

‒ Мы найдем нового папу, Вела Петловна. Не пележивайте насчет этого. Плавда, мамочка? ‒ дочка потянула меня за руку к выходу.

«Ага, найдем, как же. Сходим в магазин и купим. Это же так просто, ‒ подумала про себя, но на дочь не злилась совершенно. ‒ А на сдачу карамелек возьмем».

‒ Я вам позвоню, как только дома поговорю с ней насчет этого, ‒ попрощалась с воспитательницей и вывела дочь на улицу.

Она сама забралась на детское кресло и застегнулась. Мне оставалось подождать и закрыть дверь. Пока мы ехали домой, и я ставила машину на стоянку, Диана не проговорила ни слова. Знала, что просить нового папу это не игрушку купить. Не буду же я говорить ребенку, что мне итак придется нового папу искать. Просить о чем-то Лешу я не собиралась. Ни в коем случае. Наши пути разошлись. Предательство я не прощала.

‒ Мамочка, сделать тебе чай? ‒ с порога спросила меня дочь, как только сняла обувь, глядя на меня глазами кота из мультфильма «Шрэк». Вместе смотрели буквально на днях. И запомнила ведь, мелочь пузатая.

Еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Дочь-то подошла к поискам нового папы намного серьезнее, чем я думала. Обычно она готовила для меня чай и бутерброды лишь тогда, когда сильно косячила. К примеру, когда разбила мой телефон. Таким вот образом пыталась загладить вину. Кивнула ей и прошла следом за ней в ванную. Она помыла руки и заторопилась на кухню, я же осталась стоять там же, изучая себя в зеркале.

На меня смотрела молодая женщина с короткой стрижкой. Волосы обрезала перед выходом на работу. И она мне очень шла. Макияж был легкий, карандаш и тушь, большего и не надо было. Вот не любила я наносить на себя многочисленные слои кремов. Помады вот любила. Наверное, не было такого оттенка, который бы я не покупала себе. Правда, если они мне были к лицу. Но, несмотря на все женские ухищрения, выглядела я уставшей. И глаза не горели. Вздохнула и принялась смывать макияж. Надо еще с дочерью поговорить.

Но никакие слова и уговоры не помогли ей передумать от участия в конкурсе.

‒ Мамочка, ты же у меня такая класивая. Найдем мы тебе нового папу, ‒ Ди забралась ко мне на колени и обняла. – И самого лучшего.

‒ В магазине их не продают, ‒ пыталась я достучаться до нее.

‒ У нас сосед напротив холоший. И папа Максима из садика одинокий, ‒ начала перечислять она, я же сжала губы, чтобы не рассмеяться. ‒ Или можем сходить в палк.

‒ Лучше давай позвоним тете Оле и пригласим её на чай? ‒ предложила я дочери, чтобы отвлечь от поиска папы. ‒ Она тортик принесет. Шоколадный

Сладкое Диана любила и сразу согласилась. Пока я буду заниматься ужином, дочь убежала к себе в комнату. Я же позвонила подруге.

‒ Оль, привет. Вечерок свободен? Не хочешь заглянуть на огонек? ‒ сразу перехожу к сути дела. ‒ Есть что обсудить. Жду. Да бери всё, что душа твоя пожелает. Главное, тортик шоколадный бери. А то я Диане уже обещала его.

Глава 3. Старые шрамы – новые раны

Варвара

Говорят, время лечит любые раны,

но иногда бывает так,

что со временем раны становятся

только глубже, только глубже...

«Никогда не говори «Прощай».

Оля доехала до нас тогда, когда я уже искупала Диану. Переодела дочь в пижаму, налила чай и отрезала всем по кусочку торта. Без сладкого угощения Диана не согласилась бы лечь спать, тем более, сама обещала же. Пока она лакомилась, мы с подругой вели непринужденную беседу о работе и о Диме, сыне Оли, не спешно цедя чай.

‒ Спокойной ночи, мамочка, ‒ наконец-то Диана обняла меня перед сном и поцеловала. ‒ Спокойной ночи, теть Оль, ‒ затем очередь дошла и до моей подруги.

Проводила дочь до её комнаты, укрыла тонким одеялом и поцеловала на ночь. Прикрыв дверь и оставляя щелочку на всякий случай, вернулась на кухню.

‒ Рассказывай, что у тебя случилось? ‒ разливая красное вино по бокалам, Оля сразу перешла к делу. На огонек я приглашала её по серьезным вопросам, когда я нуждалась в совете подруги.

‒ Мне надо замуж, ‒ спокойно проговорила я, словно сообщала ей о покупке туфель или сапог, о которых давно мечтала. ‒ И срочно.

Оля так и зависла с бутылкой в руке над бокалом. Вино наполнилось до краев и начала выливаться на стол.

‒ Ой, прости! ‒ наконец-то она пришла в себя и забегала по кухне, спеша вытереть пятно. ‒ И скажи мне, что ты шутишь. Тебе одного раза не хватило? Мало было? Какой еще муж?

‒ Мне надо не по-настоящему, ‒ пригубила вино и поставила бокал обратно на стол. ‒ Временно, пока не получу кресло декана.

‒ Тебя повышают? Наконец-то! Дождались! ‒ Оля схватила свой бокал и чокнулась с моим. ‒ А причем тут муж-то?

‒ Ректор поставил такое условие. Объяснил это тем, что во главе факультета культуры должна быть замужняя женщина, чтобы быть примером для всех. Они же не знают, что мы с Лешей разбежались, как в море корабли. И я не знаю теперь, как быть…

Действительно, я вообще не понимала, как мне поступить в данной ситуации. Как за месяц найти мужа? Это же не в магазин сходить за дорогой техникой. Ещё и «приобрести» такого, чтобы согласился выполнить некоторые мои условия: поучаствовать в конкурсе пап, к примеру, или изображать счастливого семейного человека. Объявление в газету дать или же заклеить по всему городу? Меня же засмеют! Не исключаю, что и пальцем будут показывать.

‒ Да и дочь требует нового папу. Ей захотелось поучаствовать в конкурсе самых лучших отцов. Отговорить не получилось. Никак, ‒ развела я руками, вспоминая разговор с дочкой. Упрямая, вся в меня.

‒ И ничего удивительного, что не смогла отговорить. Какая мать, такое и потомство, ‒ подруга рассмеялась, отправляя в рот кусок шоколадного торта. Оле было весело от всей ситуации, происходящей со мной.

‒ У тебя случайно нет знакомых холостяков, которые согласились бы некоторое время походить со штампом в паспорте? ‒ с надеждой взглянула я на подругу. ‒ Скажем полгода, год. Не за красивые мои глаза, конечно. Если надо, о сумме договоримся.

‒ Нет, извини. Были бы – я их для себя бы берегла. Сама вон одна, как перст. У тебя есть помощник. Просто попроси Пашу. Думаю, он согласится выручить тебя. Он же всегда первым отзывался на твои просьбы. Кстати, как у него дела? ‒ Оля назвала лишь одно имя, но расковыряла такую рану… ‒ В последнее время я что-то не слышу от тебя о нём.

Паша… Человек, о котором мне не хотелось говорить в данный момент. Рана вроде затянулась, но стоило только произнести его имя, как она закровила снова…

‒ Только не он, ‒ с грустью выдохнула я. ‒ Он меня и видеть не захочет, не то что помочь…

И мои слова были не только правдой, а фактом. Паша даже одним словом не дал о себе дать после того, как я…

‒ Почему это? ‒ не унималась подруга, не дав мне пасть в уныние. ‒ Ты хоть предлагала ему? Спрашивала его мнение?

‒ Нет, я у него в черном списке, ‒ и залпом осушила бокал под удивленный взгляд подруги. ‒ С некоторых пор он со мной ничего общего иметь не хочет. Категорически.

‒ Так, подруга. Я чего-то не знаю? Ну-ка рассказывай давай всё и по порядку.

Я сама себе налила ещё вина в бокал. В горле пересохло, руки отчего-то начал подрагивать.

‒ Нечего тут рассказывать. Да я сама виновата во всём. После расставания с Лешей Паша почти всё время был рядом, поддерживал и помогал, а потом открылся в своих чувствах ко мне, заодно сделал предложение.

‒ Что он сделал? ‒ Оля посмотрела на меня и присела на стул. На кухне вдруг стало оглушительно тихо.

‒ Предложил мне стать его женой. А я… Я отказала…

‒ Что ты сделала, дурочка?

Глава 4. Диагноз подтвержден, лечению подлежит

Варвара

Человеку непростительно считать,

что одними пустыми сожалениями

он сможет исправить ошибки прошлого.

Директор Курама «Эльфийская песнь».

‒ Что ты сделала, дурочка?

Оля посмотрела на меня с распахнутыми от моей глупости глазами.

‒ Ой, подруга, не надо на меня смотреть вот так. Сама знаю, что не умная. От того, что ты подтвердила то, что я дура, мужа я себе не найду, да и дружбу Паши тоже не верну.

‒ Дружбу? ‒ переспросила Оля. ‒ Ну точно дура. Я уж подумала, что, может, ошиблась. Но нет. Ты реально дура. И это уже диагноз, лечению не подлежит, ‒ она переложила еще один кусочек торта к себе на тарелку. ‒ Вот скажи мне. Какая женщина откажется от предложения руки и сердца? Тем более. От такого видного парня. Ведь человек к тебе со всей душой, а ты…

‒ Что я? Ну не могу я воспринимать его всерьез. Он же младше меня на целых пять лет. Даже почти шесть! Для меня он всегда будет мальчишкой, ‒ пыталась я оправдать себя.

‒ Вот скажи мне, старая женщина, тебе сколько лет? ‒ подруга взглянула на меня и облизнула ложку. ‒ А ему? Он что неоперившийся цыпленок? В нашей стране с восемнадцати лет этим заниматься можно, если ты не знала. С обоюдного согласия так вообще с шестнадцати, если ты не в курсе.

‒ Да дело не в этом, Оль. Как ты не понимаешь. Всё дело в возрасте. Я его всегда воспринимала как младшего брата. Всегда так буду. И никак иначе. Мы общались, шутили, давали друг другу советы, но отношения с ним… Увы, это не для меня, ‒ скрестила руки на груди и отвернулась от подруги.

‒ Я же говорю, быть дурой – это диагноз. Такого мужика упускает, ‒ причитала она, поглощая шоколадный торт. ‒ На твоем месте, я бы его с руками-ногами оторвала. На, звони ему.

Оля отложила ложку и подтолкнула телефон в мою сторону. Но я не спешила брать в руки телефон.

‒ Или напиши. Он – идеальный вариант, Варь. Лучше него никого не найдешь. Он и не предаст, да и не раскроет ваш секрет никому. Да и с Дианой они общий язык нашли же.

К словам подруги стоило бы послушаться. Но я никак не могла преодолеть тот барьер, который я сама же и воздвигла. Возраст. Будь он неладен. Ну почему я не могла решить для самой себя, что мне, к примеру, не нравятся блондины? Или с кучерявыми волосами. Так нет же! И как мне ему смотреть в глаза после того, как отказала? Не думаю, что он придет в восторг от того, что я сама предложу ему жениться на мне. Нагло и беспринципно. Если к тому же заикнуться о том, что брак-то между нами будет фиктивный… То, думаю, моя голова точно слетит с плеч. Мне точно не жить…

‒ У меня еще есть время, ‒ до последнего отпиралась я.

‒ Ну конечно. Тебе за месяц надо не только замуж выйти, но и сделать так, чтобы все вокруг поверили, что у вас самая что ни есть настоящая семья. Для примера же! И ты думаешь, что кроме тебя на это кресло декана никто не облизывается? Это тебя волнует только карьера! Другие же видят в нём не только рост в карьерной лестнице, но и деньги, власть, ‒ как бы я не отрицала, но она говорила правильные вещи. ‒ И поверь мне, если это кресло займешь не ты, то будь готова к тому, что потом тебе житья не дадут. Конкуренты долго не живут, ‒ и Оля сделала характерный жест большим пальцем руки, проводя им по шее.

Я сглотнула. Об этом я не задумывалась. Нисколько. И наш коллектив-то в основном женский. Как серпентарий. Не хватает только герпетолога¹, чтобы подоить некоторых «змей». И я согласна с Олей, что после назначения нового декана, не меня, начнутся «проблемы» на работе. И на других кандидатов на это кресло тоже. Новая метла всегда по новому метет.

‒ Ладно, ‒ сдалась я под пытливый взгляд подруги и набрала номер, но я всё еще была в черном списке. ‒ Я же говорила, ‒ развела руками, но в душе всполохнулась обида на Пашу. Да сколько можно на меня злиться!

‒ Напиши ему в соцсетях. Мы не в дверь, так в окно, ‒ Оля снова подтолкнула ко мне телефон.

Открыла Instagram в поисках нужного человека. Страничка Паши пестрела новыми фотографиями. Значит, не так уж сильно он и страдал после моего отказа. Набрала сообщение и задержала дыхание, в ожидании ответа. На экране засветились галочки, что он прочитал мои слова, и то, что он набирает ответ. Я выдохнула, понимая, что он не до конца оборвал со мной общение.

‒ Привет. Я в городе. Немного занят. У тебя дело ко мне? ‒ прочитала я и застыла. Совсем не ожидала, что он мне ответит.

‒ Вот он твой шанс. И помириться с ним, и заиметь мужа. Пиши, что встретиться хочешь, ‒ запричитала Оля, беспокоясь за меня больше, чем я сама за себя. Она даже свой стул поближе ко мне переставила.

Я и написала. В ответ мне скинули адрес, где я могу его найти…

Герпетолог¹ ‒ человек, умеющий доить змей и работать с ядами. Профессия очень редкая и опасная.

Глава 5. Первая встреча

Варя

Шесть лет назад...

Свадьба. Не очень-то и люблю я этот праздник. Мужа пригласил друг, и неудобно было отказываться от приглашения. Когда мы подъехали к дому жениха, многие гости уже были там. Мы приехали с опозданием. Зашли внутрь, чтобы поприветствовать счастливого жениха и поздравить. Там я и столкнулся с ним, в коридоре. Паша, оказывается, был младшим братом жениха.

‒ Привет, ‒ улыбнулся он. ‒ Извини, сегодня без происшествий не бывает, ‒ удерживая меня проговорил он.

‒ Ничего, понимаю, ‒ среди незнакомых людей я всегда чувствовала себя неуютно, от того мы и не могли разминуться с ним в узком коридоре. Мне нужно было время, чтобы привыкнуть. Да и мурашки по телу от его рук взволновали меня.

‒ Ну, еще увидимся, ‒ я кивнула ему в ответ и он поспешил по своим делам, а их было немало.

Хоть как тщательно не спланируй свадьбу, все равно что-то пойдет не так. Что-то забудешь, испачкаешь платье, потеряешь бутоньерку, не хватит шампанского либо же какая свадьба без драки? Поздравив Серегу, жениха, нас усадили за стол. По деревенскому обычаю, помянули усопших, выпили за счастливую дорогу и за свадьбу без происшествий. Дальше подали горячее. Выпив и перекусив, все дружно двинулись за невестой. На лимузине, куда сели близкие друзья, в том числе и мы, я оказалась зажата между мужем и Пашей.

‒ Я же сказал, что еще увидимся, ‒ улыбнулся он. ‒ За это точно стоит выпить.

Паша потянулся за пластиковыми стаканчиками, первую отдал мне, остальные передал другим и начал открывать бутылку шампанского.

‒ Где вы успели познакомиться? ‒ муж выглядел чуть недовольным.

Я не успела ответить. В лимузине наступила тишина, было слышно лишь разворачивание фольги на бутылке. Все посмотрели на нас, видимо, ожидая сцены.

‒ В доме, ‒тихо прошептала я, стараясь не привлекать внимания.

‒ Лёха, берегись, Паша у нас умеет уводить девушек, ‒ шутил жених.

На его слова никто из нас с Лешей ничего не ответил, гости же слегка посмеялись, кивая на слова жениха.

Молодежь вскоре зашумела, видимо дал о себе знать выпитый алкоголь за столом и шампанское здесь, в лимузине. Да и на свадьбах не принято грустить. Муж через некоторое время перестал обращать на меня внимание, увлеченный разговором с женихом и с друзьями. Да и отказывать он не умел никак. Ему наливали, он выпивал до дна. На другой день и похмельем не мучился. „Вы просто пить не умеете”, ‒ говорил он всегда.

Я же медленно цедила шампанское из бокала, рассматривая остальных гостей. Этот напиток я любила, но как-то не заладилось сегодня с настроением. Обычно свадьбы заставляют всех улыбнуться, вспомнить свою, если ты замужем, вытирать слезы счастья и громче всех кричать горько. Но почему-то именно сегодня мне хотелось посидеть дома с книжкой в руке и с бокалом глинтвейна в другой. Были первые дни сентября, но уже прохладно. Всем пришлось вытаскивать ветровки и плащи. И сегодня пришлось идти в длинном платье вместе с накидкой.

‒ Улыбнись, иначе придется мне тебя украсть и защекотать, ‒ шепнул мне в ухо Паша.

От неожиданности я вздрогнула и чуть не выронила бокал. Почувствовала себя неуютно, сидя рядом с мужем, но испытывая тягу к разговору с другим. Мне с кем-то хотелось выговориться, поделиться, открыть душу... И он отлично подходил на эту роль.

‒ Свадьба же, веселиться надо, ‒ сказал он мне глядя прямо в глаза, когда я повернула лицо в его сторону. ‒ Выпей, может шампанское заставит тебя выйти из своей скорлупы.

‒ Я такая, какая есть, и не в скорлупе. Просто сегодня день такой, не свадебный. И шампанское даст чувство эйфории лишь на время, потом же наступит апатия, ‒ сказала я и опустошила бокал залпом.

Как это на меня непохоже. Паша тут же наполнил его снова. На мои возражения лишь подмигнул.

‒ Я поняла, ты хочешь меня споить.

‒ Конечно, легче будет тебя украсть, ‒ и мы засмеялись.

Все посмотрели на нас. Я засмущалась и опустила глаза.

‒ Друг, я тебя предупредил честно. Смотри в оба, точно уведет, ‒ это был Серега, обращался в моему мужу.

‒ Я знаю свою жену и я в ней уверен, ‒ наконец он обратил на меня внимание, приобнял за плечи и слегка притянул к себе. Лёша уже захмелел.

Ехать нужно было больше часа. Шампанское лилось рекой. Шутки становились всё неприличнее, взгляды игривее. Начала замечать, что девушки без пар старались привлечь внимание Паши. Он же шутил со всеми одинаково, наполнял бокалы, но тарелку с закусками предлагал только мне. С одной стороны, было даже приятно, с другой... Это должен был делать муж, ухаживать за женой. Но он был поглощен разговором с друзьями, которых не видел долго время. И его роль активно выполнял Паша.

Мой взгляд привлекла симпатичная девушка в коротком платье. Если она чуть подвинет ноги, то платье откроет мягкую точку. Она больше всех старалась привлечь внимание брата жениха. Когда же он вместо нее заговаривал со мной, она кидала в мою сторону молнии и злые взгляды. Даже то, что я здесь с мужем, гражданским, не волновало ее, она видела во мне соперницу. Мне как-то захотелось ее уколоть. И Лёшу заодно. Видимо, шампанское делало свое дело.

Я наклонилась к Паше, зашептала ему в ухо и, не отодвинув лицо. посмотрела прямо ему в глаза. Со стороны выглядело, будто мы хотели поцеловаться.

‒Я смотрю, ты та еще чертовка, ‒ также шепотом ответил мне он.

Показала ему свою самую милую улыбку и опять опустошила бокал. Он тут же наполнился шипучкой. Да, день все-таки начинает становится ярче...

Глава 6.Ну, за знакомство!

Паша

Черт бы побрал эту свадьбу! Зачем нужны все эти украшения, сотни гостей? Еще этот дурацкий выкуп невесты. Боже! Надеюсь, что я выживу после всего этого. У меня точно не будет такого балагана. Схожу в ЗАГС и просто распишемся, без всего этого антуража.

Брат опять попросил сделать кое-что из мелочи. Как же мне хочется послать всех к черту. Только не хочется расстраивать маму. После смерти отца она итак все время одна, мы работаем и живем в Москве. Она не захотела покидать родные края. Вот и приходится мотаться все время.

В коридоре столкнулся с девушкой. Сильнее всего надоели гости, которые так и норовили подойти к жениху и поздравить лично. Хочу наорать на нее, но как только поднимаю взгляд и вижу ее, то вся злость исчезает. Такая хрупкая, без грамма косметики на лице, да еще и смутилась. Разве в наше время такое бывает? Девушки не умеют краснеть, а у этой вон щечки как порозовели.

Здороваюсь с ней и извиняюсь. Она смотрит в глаза, улыбается и я слышу понимание. Не прощаюсь с ней и выхожу во двор. Почти напрочь забываю о поручении, мне бы в данный момент хотелось поболтать с ней. Но время бежит неуловимо, садимся за стол перед дорогой. Слежу за ней. Она ни к чему не притрагивается из еды, о чем-то шепчется с парнем рядом. Видимо, муж, на пальце ни у кого из них нет кольца. Но затолье было коротким. Нас всех перед домом ждал лимузин. Сколько за него отвалил брат, даже знать не хочу. Не понимаю, зачем все это? Ради пару фоток и видео, которое посмотришь один раз в жизни и потом забудешь про него? Покрасоваться?

В лимузин сели близкие друзья Сереги, моего брата и жениха в одном дице. Я был рад видеть среди них и ту девушку, с которой столкнулся. Умудрился как-то занять место рядом с ней.

‒Я же сказал, что еще увидимся, ‒ улыбнулся ей. ‒ За это точно стоит выпить.

В лимузине было полно шампанского. Какая свадьба без это шипучки? Кроме бутылок в салоне, в багажнике они ящиками загружены. Подаю ей стаканчик первой. Заметит ли это? Тут вмешивается ее муж, интересуется нашим знакомством. Смотрит подозрительно. Я ведь и имени ее не знаю, как и у ее мужа. После его вопроса в салоне наступает тишина. Все в ожидании скандала или ссоры. Конечно, какая свадьба без драки!

‒ Лёха, берегись, Паша у нас умеет уводить девушек, ‒ вмешивается мой брат, смеется, но по глазам вижу, что недоволен тем фактом, что я показал свой интерес к жене его друга. Он дорожил дружбой с ее мужем. Вспоминаю, как Серега рассказывал про него и его помощь. Неплохой парень, однако ж. Ей повезло.

Общаюсь с другими, но краем глаза слежу за ней. Она медленно отпивает шампанское маленькими глотками. Ей скучно, она здесь никого не знает, даже муж забросил ее в эти минуты и общался с братом.

‒ Улыбнись, иначе придется мне тебя украсть и защекотать, ‒ специально шепчу ей в ухо, старась при этом прикоснуться к ней.

Она вздрагивает, то ли от неожиданности или от испуга. Мы перекидываемся парой слов. Девушка выглядит чем-то недовольной и залпом выпивает шампанское. Я наполняю бокал снова. Не хочу ее спаивать, но пускай хоть на время она опьянеет и проникнется свадебным настроением.

‒Я поняла, ты хочешь меня споить, ‒ она смотрит мне в глаза.

‒Конечно, легче будет тебя украсть, ‒ я не скрываю своего желания, но она и все другие воспримут это как шутку.

Мы засмеялись одновременно с ней. Все разом посмотрели на нас. Почувствовал себя виноватым, как-то не подумал про нее и ее репутацию. Тут еще и Серега масла в огонь подливает.

‒ Друг, я тебя предупредил честно. Смотри в оба, точно уведет, ‒ обращался он к другу.

‒ Я знаю свою жену и в ней уверен, ‒ наконец он вспоминает про присутствие своей супруги, приобнимает и притягивает к себе. Дурак, такую жену я бы из рук не выпускал. Она сидит опустив голову, видимо, чувствует и свою вину. „Прости”, ‒ мысленно обращаюсь к ней. Дальше временно даю ей передышку, чтобы остальные ничего такого не подумали, но не забываю наполнять ей бокал и все время подсовываю тарелку с закусками. Помню, что за столом она ничего не ела. До ресторана еще времени полно, проголодается. Да и шампанское такая подлая штучка, что может „ударить” по ногам.

Напротив уселась Зина, какая-то дальняя родственница. Хочет привлечь мое внимание, но чем больше она старается, тем сильнее раздражаюсь я. Меня успокаивает только то, что она сидит рядом, касается своим бедром моего и изредка посматривает на меня. Замечаю, что Зина зло смотрит в сторону нее. Она ерзает, без того короткое платье все старается подняться вверх, еще чуть-чуть и я увижу цвет ее трусиков. Никакого стыда в такой день. Тут девушка наклоянется в мою сторону и быстро-быстро шепчет мне в ухо. Дослушиваю и поворачиваю голову в ее сторону, ее лицо слишком близко, будто мы собрались поцеловаться. Я бы не отказался, только она запретный плод, каким бы сладким не казалась.

‒ Я смотрю, ты та еще чертовка, ‒ шепчу ей прямо в губы, которые всего в пару сантиметрах от моих, при этом меня охватывают такие чувства, будто мы уже поцеловались.

Она так мило улыбается мне, опустошает свой бокал, капелька шампанского остается на краю губ, что хочется ее слизать. Я чувствую возбуждение. Черт! В голове вертиться ее предложение еще сильнее разозлить Зинку, делая вид, что мы флиртуем напропалую. Только как она собралась это сделать при своем муже? Хотя, он уже захмелел и почти не обращал на нее внимание. Да и она выпила уже немало шампанского, еще и на голодный желудок. То ли еще будет!

Глава 7. Хочу ещё!

Паша

Ехать нам еще около часа. Я открываю бутылки шампанского один за другим. После очередного хлопка пробки чувствую, как она кладет свою руку поверх моего, и мне тут же прилетает нехилый такой пинок в ногу от Зинки. Поднимаю свой взгляд на неё и гневно щурю глаза. Вышвырнуть бы ее из лимузина и дело с концом. Дальше она начинает поглаживать мои пальцы, я поворачиваю руку ладонью вверх и она рисует какие-то узоры на моей ладони. Это щекотно и так чертовски приятно, что я прихожу в боевую готовность. Ставлю бутылку в бар и кладу тарелку с фруктами к себе на колени, чтобы не было заметно.

‒Мы так и не представились друг другу, но если ты будешь продолжать в том же духе, то я за себя не ручаюсь, ‒ шепчу ей на ухо.

Она краснеет, в ответ шепчет мне свое имя, затем опускает голову, но руку свою не убирает. Значит, Варя, Варенька. Сжимаю ее руку, на что она смотрит мне в глаза.

‒Паша, ‒ едва слышно проговариваю одними губами свое имя, в ответ она кивает головой. Со стороны это выглядит так, будто мы договорились встретиться наедине, или еще на что. Зинка вся покрылась красными пятнами от злости. Рукой делаю ей пока, улыбаюсь и мигаю одним глазом Варе. Надеюсь, что в этот вечер Зинка ко мне больше не подойдет.

Смотрю на Варю. Да, оказывается внешний вид может быть обманчив. В скромной и милой девушке прячется бунтарка.

Мы почти доехали к невесте, но перед этим делаем остановку. Все выходим на свежий воздух. Только здесь чувствуется, как душно в лимузине. Я опять достаю бутылки и угощаю остальных, которые едут за нами в других машинах. Меня тут же в сторонку отзывает брат.

‒Ты это не играй с ней, только не с Варей. Я не хочу из-за тебя поссориться с Лешей. Оставь ее в покое, ‒ я вижу, что он обеспокоен не на шутку.

‒Мы просто общаемся, не кипишуй, ‒ пытаюсь успокоить его.

‒Вижу я, как ты общаешься. Я тебя предупредил. Варю не трогай! Ты ее совсем не знаешь. Хоть Леха иногда ведет себя с ней, как полный придурок, но она с ним счастлива. Не лезь к ним, и чтобы в лимузин больше ни ногой. Поедешь на другой машине, ‒ с этими словами Серега разворачивается и с улыбкой идет к друзьям.

Я понимаю, что Серега знает намного больше про Варю. Интересненько. Сажусь в другую машину и из окна наблюдаю за тем, как они снова садятся в лимузин. Варя кого-то ищет глазами. Меня радует увиденное. Что бы не говорил брат, но ее телефон я сегодня узнаю. Хоть она и не свободна, но дружить нам никто не запретил.

На выкупе невесты, по дороге в ЗАГС и в ресторан мы с Варей не общаемся. Я занят и все время бегаю туда-сюда, но стараюсь ей улыбнуться или подмигнуть. Она в ответ улыбается. Не дежурной улыбкой, а от всей души. Видимо, шампанское и приятная компания все-таки поднимают ей настроение.

В ресторане я могу на пару часов вздохнуть свободно. Там есть ведущая, пусть она всем управляет. Гости уже готовые, хотя прошел всего час. Я тоже выпил пару рюмок водки. За столом я устроился удобно, всех гостей видно, как на ладони. Варя рядом с Лешей в компании его знакомых. Временами она отвечает на их вопросы и только. Сама в разговор не вмешивается. Еда ее больно не интересует, сидит и ковыряется вилкой, медленно цедит шампанское. Она здесь как будто чужая. Все веселятся, смеются, пьют, разговаривают громко. Варя сидит отстраненно, даже на жениха с невестой не смотрит.

‒Дырку просверлишь, ‒ толкает меня в бок сестренка. ‒ Что ты в ней разглядел то, целый день за ней наблюдаешь? Она ведь замужем.

‒Я же не отбивать ее собираюсь. Почему я не могу с ней просто общаться, дружить? Что вы все сразу нагнетаете?

Мне не нравится, что все видят, как я ей интересуюсь. Может быть, это только брат с сестрой сумели разглядеть? Они же меня как облупленного знают. К ней я больше не подходил, на танец не приглашал, даже словом не обмолвился. На свадьбах все чувствуют себя посвободнее. Многие даже присматривают для себя будущих „жертв”, как Зинка. Я просто пообщался с ней. Не преступление же совершил.

‒Она страше тебя. Ты для нее просто малолетка, ‒ усмешка Арины меня раздражает.

‒Вот будет она мне, как настоящая сестра, а не как некоторые. Как вы можете судить о ней, не зная, какой она человек? И что вы прицепились ко мне? С кем хочу, с тем и общаюсь. Без ваших советов разберусь, ‒ смотрю на брата и встречаюсь с ним глазами.

Он тоже мотает мне головой, говоря нет. Показываю ему средний палец и встаю с места. Вижу, как Варя идет к выходу. Беру со стола бутылку шампанского, у официантов выпрашиваю пластиковые стаканчики, выхожу из ресторана, подхожу к машине и из багажника забираю коробку конфет. Я в одной рубашке, пару верхних пуговиц расстегнуты, на улице прохладно, но из-за злости на родственников я ничего не чувствую. Ищу ее глазами и нахожу в темном углу рядом с невысоким забором. Стоит и смотрит куда-то вдаль. Подхожу к ней.

‒За знакомство мы так и не выпили, ‒ она оборачивается на мой голос и я показываю ей шампанское.

‒Так и пытаешься меня спаивать? ‒ смеется она.

‒Почему бы и не попытаться, ‒ она берет у меня стаканчики. ‒ Не нравятся свадьбы? Весь вечер сидишь какая-то отрешенная от праздника.

‒Разве это праздник и веселье? ‒ задает она вопрос и замолкает.

Я наполняю стаканчики, ставлю бутылку на траву и открываю конфеты, протягиваю ей. Кто бы и что не говорил, но мне нравится с ней общаться.

‒Чем же тебя так не устраивают свадьбы? Хотя, за сегодня я и сам так выдохся, что про свою и думать не хочу, ‒ после водки шампанское совсем не идет. ‒ И гостем быть тоже расхотел.

‒Свадьба это самый лицемерный праздник из всех существующих...

Глава 8. Почему так хорошо?

Паша

‒Свадьба это самый лицемерный праздник из всех существующих... Про вашу ничего не говорю, но представь сам. Сваты притворяются, что довольны друг другом, но стоит им отвернуться, как начинают разговаривать за спиной. А подруги невесты? Думаешь, они рады за нее? Ни фига! Сидят и обсуждают, что платье ее полнит и ей совсем не идет, ресторан не того уровня, да и сама свадьба тухлая. В глаза же ей говорят совсем другое, как все классно. Это банальная зависть, потому что сегодня ее праздник, а не их. Остальные гости думают лишь о том, как бы отъесть потраченные деньги и покрасоваться перед другими родственниками: вот мы столько денег подарили, а вы? Скорее всего, рады только друзья жениха. Хотя они тоже могут возмутиться, что выпивки мало или закуска не такая. Но все делают вид, что всем довольны, улыбаются и веселятся. Все свадьбы проходят по одному сценарию, разница лишь в женихе и невесте и в конкурсах. В самом конце обязательно кто-нибудь подерется, разобьет кучу посуды и на следующее утро ничего не будет помнить. Ты видишь одно, а я совсем другое. Это как две стороны медали, но каждая имеет свою ценность.

Она заканчивает и выпивает шампанское. Я задумываюсь, никогда не смотрел на свадьбы под этим углом. А она права во всем...

‒Как ты это поняла?

‒На свадьбе сестры, когда сидела в одной из кабинок туалета. Захотелось побыть одной. В других местах меня вычислили бы сразу. А так я меньше чем за полчаса узнала о сестре, о её муже, о нашей семье такого, что можно триллеры снимать. Так что правильно ты думаешь, не стоит устраивать такие большие торжества, пустая трата денег, ‒ она чокается стаканчиком со мной и улыбается. ‒ Лучше на эти деньги купить что-нибудь стоящее или съездить отдохнуть. И то пользы больше.

‒ Тебя муж не потеряет? ‒ хочется узнать какие у них отношения.

‒ Муж... ‒ проговаривает она замолкает. ‒ Нет, ему интереснее выпить с друзьями, с которыми он давно не виделся. Да я и сама не хочу мешать. Когда еще они смогут увидеться. Я не их тех, кто запрещает гулять с друзьями. С годами их становится все меньше, сроки годности выходят.

‒ Интересно. Не боишься, что изменит или может познакомиться с другой? ‒ даже мои временные подруги пытались запрещать гулять по вечерам с друзьями. И на жалость давили, и ультиматумы ставили. ‒ Уведут.

‒ Не боюсь. Если и случится, то зачем удерживать? Ведь страдать будут все. Из всех зол надо выбирать меньшее, ‒ шампанское заканчивается слишком быстро, разливаю остатки.

‒ Значит, если твой муж решит уйти, то ты не будешь удерживать? ‒ она меня удивляет.

‒ Вот представь себя. У тебя жена, с которой вы много лет вместе, а тут появляется веселая, красивая девушка, сама с тобой заигрывает и у вас закрутилось, завертелось. Ты думаешь, как же ты раньше без нее жил. Домой тебе не хочется, там всё опостылело. Жена узнает и ставит вопрос ребром: либо она, либо молодая. Ты остаешься в семье, но страдаешь по ней каждую минуту. Жена видит все это и тоже места себе не находит, плачет по вечерам. Молодая, может, тоже влюбилась сильно. В итоге мы имеем три человека, которым больно и у которых будут сломаны судьбы, если все оставить также. Я лучше отпущу, чем буду смотреть на то, как он ложится рядом со мной, поворачиваясь ко мне спиной, как думает о другой, а не обо мне. Я ничего не получу, если буду насильно удерживать его, шантажируя чем-нибудь, ‒ Варя допивает шампанское, разворачивает конфету. ‒ Это женское видение. У мужчин все по-другому.

‒Почему же? После твоих слов начинаю видеть в этом смысл. Ты не так уж и не неправа.

Дальше мы молчим. Она задумалась о своем, меня же волнует определенный вопрос.

‒Если же не муж, а жена влюбится в другого? Сценарий будет совсем другим? ‒ как бы она поступила, если бы сама влюбилась в другого?

‒Тебе сколько лет? ‒ вместо ответа вдруг она задает вопрос, который меня обескураживает.

‒Это тут причем? Ну двадцать один, ‒ вспоминаются слова Арины.

‒У нас разница большая. И не надейся, ты не знаешь, через что нам пришлось пройти и что пережить, чтобы я могла вот так запросто увлечься другим. Я не говорю, что я не из таких, никто от такого не застрахован. С малолетками связываться – себе дороже. Извини, мальчик, ‒ она ладонью хлопает меня по плечу и дерзко так улыбается.

‒Почему сразу малолетка то? Я похож на сопливого школьника? ‒ ее слова меня задевают. Да и не похоже, что она старше меня на несколько лет.

‒Я не говорила про сопливого школьника, но раз тебе нравится это, то и я соглашусь, мальчик, ‒ она просто издевается надо мной.

‒Никогда не хотелось вот так отдаться чувствам? Чтобы ни о чем не думать, не переживать, не представлять, а что же потом. Просто взять и разом утонуть в нахлынувших чувствах? Сегодня вот мне хорошо, завтра это будет завтра, ‒ мне как-то и обидно, что она не выбрала бы меня. Я не так хорош для нее? И почему меня так волнует это вопрос?

‒Хотелось, всегда. Но не с тобой, извини. Ничего личного. У тебя, может, были бы все шансы, будь ты старше меня. Ты симпатичный, даже слишком для парня. А так наша встреча это как ехать в командировку с незнакомкой в поезде в одном вагоне. Вы можете общаться обо всем, можете даже переспать, ведь больше вы с ней никогда не встретитесь, не увидетесь. Просто одинокими вечерами, когда тебе будет грустно, ты будешь вспоминать о ней с теплотой и улыбкой. Но о ней никто не узнает, ведь ты не посмеешь никому рассказать, да и не захочется. Это как самое сокровенное, светлое, дающее тебе силы в трудные времена. А я вот в командировки, извини, не езжу, ‒ она сжимает мою руку и уходит, возвращается к своему мужу.

Я остаюсь стоять один в темноте. Ее признание меня радует. Ее мысли я не отрицаю. Никто не застрахован. Чувства не поддаются нам, их нельзя направить по определенному пути. Впервые жизни я испытываю такое чувство, что хочу быть рядом с определенным человеком. Но на моем пути столько всего, что проще отказаться. Не из-за того, что не смогу или не получится, лучше не стоит этого делать. Как сказала она, из всех зол я на это раз тоже выбираю меньшее...

Глава 9.Добегалась и приехали…

Варвара

Я же − человек русский, полумер не знаю.

Если что делаю, так-то и люблю,

и увлекаюсь им ото всей души.

И уж если что не по-моему, лучше сдохну,

сморю себя в одиночке,

а разводить розовой водицей не стану.

Сергей Васильевич Зубатов.

Снова поворачиваю голову и смотрю на здание. Сауна. Разве могло быть иначе?

Роняю голову на руль. Докатилась. Бегаю за мужиком по саунам. Ладно, был бы он моим мужем, и я пыталась бы поймать его на измене. Так нет же, я только собиралась делать ему предложение, чтобы он согласился жениться на мне. Ещё и фиктивно. Задача усложнялась еще тем, что это предложение он мне уже делал, да только я ему отказала. И весьма в грубой форме. После этого мы с Пашей не общались. Я жила своей жизнью, пытаясь забыть измену гражданского мужа и собирая себя по осколкам, потеряв еще и дружбу Паши. Теперь же мне самой придется просить его жениться на мне. И уговаривать придется, если не сразу скажет мне заветное «да».

Зачем только я послушалась Олю…

‒ Так и что ты сидишь? ‒ задала вопрос подруга, когда я получила сообщение от Паши с адресом его пребывания.

‒ А что мне прикажешь делать? ‒ потянулась я к бутылке вина, дабы успокоить свои нервы. Они шалили, тому свидетелями были слегка трясущиеся руки.

‒ Ноги в руки и бегом к нему, делать предложение, пока он в городе. Вдруг он уедет уже завтра утром, и ты останешься ни с чем? Кроме него я других кандидатов не вижу, ‒ отбирая у меня бутылку, проговорила она. ‒ Очереди в кандидаты в мужья тоже не вижу. Выпьем тогда, когда приедешь обратно. И уже невестой. Да и Диану обрадуем, что у неё уже скоро появится новый папа. Молодой, к тому же, ‒ Оля подмигнула. Её, видимо, забавляла вся эта ситуация. Но только не меня…

И теперь я никак не могла решиться на то, чтобы выйти из машины для встречи с ним. Тряслись не только руки, но и ноги. Сердце же билось так, словно он пробежал километров десять. Не меньше. И это тогда, когда спортом он вообще не занимается. Но чем дольше я сижу, тем меньше решительности становится. Она таяла, как снег в тепле. Но Оля права, кроме него мне никто больше не поможет. И только на него я могу положиться во всём. Паша во многом мне помогал и всегда окликался на любую просьбу, если на тот момент был в городе. Работал он в Москве. В городе, где я живу, бывал не так часто, как ему хотелось бы. Но он всегда мечтал обосноваться здесь, поближе к своей семье.

‒ Девушка, вы куда? ‒ замираю на месте и смотрю на ту, которая остановила меня.

‒ Туда, мне надо, ‒ проговариваю это и указываю рукой куда-то вглубь. В голову ничего лучше не приходит, словно я стала немного умственно отсталой. ‒ Меня там ждут.

‒ На мальчишник что ли? ‒ скользит по мне оценивающим взглядом, а до меня поздно доходит, за кого она меня приняла.

Тупо киваю головой. Спорить не хочется, иначе я не смогу попасть куда мне надо.

‒ Какой зал? Из головы вылетело, забегалась, ‒ стараюсь улыбнуться так, чтобы она меня пропустила.

Правда, в голове не укладывается, по каким критериям моего внешнего вида она приняла меня за девушку легкого поведения. На мне закрытая одежда, макияж не вычурный, не яркий, не кричащий, ну кроме помады. На каблуках, но не на шпильках же, и на мне нет сетчатых колготок или чулок. Можно было бы обидеться и возмутиться, но не за этим я сюда приехала. На споры времени нет, да и итог может оказаться не в мою пользу. А мне надо кровь из носу попасть к нему.

‒ Прямо и третья дверь справа, ‒ получаю я ответ, и девушка теряет ко мне дальнейший интерес.

Иду в указанном направлении и замираю перед закрытой дверью. Хоть бы у меня всё получилось. Скрещиваю пальцы и толкаю деревянную некрашеную дверь. Слышу громкие разговоры и смех парней. Глазами ищу его. Нахожу и уверенно шагаю к нему.

‒ Ты женишься на мне, ‒ твердо говорю я парню, подходя к столу, где полно его друзей и царит атмосфера праздника. И, наконец-то, выдыхаю. ‒ Срочно!

Гомон и хохот прекращаются так резко, словно после трагедии, когда самое ужасное уже случилось и люди еще находятся в оцепенении от происходящего. Даже глазами не хлопают. Я же с гулким стуком сердца жду ответа и готова ко всему: и издёвкам от его друзей, и насмешкам, но только не его отказу. Он – мой последний шанс. Время медленно движется вперед, отсчитывая секунды у меня в голове. Одна, вторая, третья…

Глава 10. Не такое уж оно и страшное…

Варвара

Сердце стучит бешено, что даже отдает в голове: бум-бум-бум…

Стою, нависая над столом, вокруг которого сидят полуголые парни, вокруг их едер лишь одно полотенце. Я здесь совсем не к месту, но у меня нет другого выхода. Мои глаза нацелены лишь на одного из них, не замечая рельефных мышц и кубиков на животе у других. Да и сильный пол никак не мог оправиться от сцены, которая разворачивалась прямо перед их глазами, словно в дешевой мелодраме, что было мне только на руку. Они все зависли и не могли подобрать челюсти, чтобы заговорить.

Я же продолжаю следить за малейшим движением парня, ответа которого жду, забывая, как дышать. Он откидывается назад, кладет руки на спинку кожаного дивана, нахально глядя мне в глаза, и продолжает молчать, испытывая моё терпение. Смотрит на меня, но я ничего не могу прочитать в его глазах.

‒ Детка, сегодня не двадцать девятое февраля, ‒ слышу я ответ, который мне не подходит. Да и от его обращения ко мне «детка» мне хочется отшатнуться, как от пощечины. Ему очень хорошо известно, что я не терплю никаких «животных» нежностей. ‒ И предложение руки и сердца, вроде, как я знаю, принято делать на коленях. Да и букета с кольцом я что-то не наблюдаю.

Паша осматривает меня с ног до головы и дарит мне наглую улыбку. Я сжимаю руки, готовая развернуться и уйти, но остаюсь. Мозг лихорадочно думает, как бы ему выкрутиться из этой ситуации с положительным ответом о женитьбе, не прерывая зрительного контакта с парнем, от ответа которого зависит многое. И при этом не унижаться. Телефон оживает так некстати, но пока шарю руками в сумке, чтобы выловить неуловимый смартфон, нахожу «решение» своей возникшей проблемы. Аккуратно снимаю с пальца кольцо, самое первое золотое украшение, которое я купила самой себе на свою самую первую зарплату, и достаю из сумки цветок из цветной бумаги, что мне на днях преподнесла дочка. Я забыла его вытащить и он, видимо, ждал своего «звездного» часа.

‒ Не будете ли вы так любезны, Павел Григорьевич, стать моим мужем? ‒ с приторной и натянутой улыбкой на лице проговариваю и протягиваю в его сторону своё кольцо. На колени опускаться и не думаю. ‒ И делить со мной и горе, и радость пополам, пока… ‒ «пока смерть не разлучит нас» я не смею проговорить. Всё-таки, это будет фиктивный брак, но обо всём этом я расскажу ему потом.

‒ А где же пылкие признания в любви? ‒ он поддается вперед, протягивает руку и почти касается кольца, но не берет его, замирает, прожигая меня взглядом.

Мстит, мелко, но я, пожалуй, стерплю. Жду, пока он соизволит взять кольцо, не убираю руку. Парень встает и приближается ко мне. Взгляд злой, колючий, приковывающий к стене.

‒ Поцелуй, ‒ слышу его приказ, когда он опускает мою руку, накрывая своей. Его горячее дыхание обжигает мою щеку. ‒ Поцелуй так, чтобы я согласился, Варвара Яковлевна, сделать тебя Морозовой, ‒ от его голоса, действительно, мороз по коже. ‒ А то знаешь ли, разница в возрасте, да еще и ребенок у тебя, бывший муж к тому же, что будет мозолить глаза.

Его слова отдаются во мне болью, но он прав, как никогда. Про таких, как я, говорят, что с прицепом. Если бы не эти обстоятельства, вынужденные, я бы спокойно и вполне счастливо прожила со своим «прицепом».

Ладонью провожу по его щеке и накрываю губы парня, но мне не приходиться ничего доказывать ему. Как только наши губы соприкасаются, он сам сжимает меня в своих объятиях так сильно, что я невольно вскрикиваю, но хватка от этого не слабеет. Это не поцелуй, а ураган, что крушит внутри меня всё, опустошая. Я цепляюсь за него, но мои руки лишь скользят по разгоряченной коже. Тело парня замирает, и он прерывает поцелуй. Я от растерянности отступаю назад.

‒ Я согласен, ‒ слышу хриплый голос и мне уже неважно, что его слова теперь многое изменят в моей жизни.

Разворачиваюсь, чтобы уходить. Пусть веселится со своими друзьями дальше. Его согласие я получила. Ему еще объясняться с ними за мой поступок и за своё согласие. Меня же он сам найдет, чтобы обсудить детали.

‒ Кольцо! ‒ от его властного голоса замираю на пороге, забывая, что до сих пор сжимаю тонкий обруч в кулаке.

Как я его еще не выронила. Возвращаюсь к парню обратно и раскрываю ладонь, на что ловлю его ухмылку. Он протягивает в мою сторону руку, и я понимаю, что мне ничего не остается, как надеть украшение собственными руками на его палец. Проделываю то, что от меня требуется, и поднимаю взгляд на него. Секунда и он резко притягивает меня к себе, целуя. На этот раз поцелуй выходит ещё жестче, чем до этого. Словно он ставит на мне клеймо. Своё клеймо. Штамп, что отныне я принадлежу ему. Глаза начинают увлажняться, когда я чувствую во рту солоноватый привкус. Поцелуй превратился в ожесточенную борьбу. И я не узнавала его.

‒ А теперь уходи, ‒шепчет он мне на ухо, силой сжимая мои руки. ‒ Иначе я за себя не отвечаю, ‒ и слегка отталкивает от себя. ‒ Я позвоню сам.

Завтра точно будут синяки, но об этом я буду думать позже. Я отступаю назад, продолжая смотреть на него. Но он уже потерял ко мне интерес, разворачиваясь к своим друзьям и поднимая руку, где сверкало моё кольцо. Предмет моего стыда и унижения перед ним, а также того, что с этого дня наши с ним судьбы будут связаны воедино… Но я надеюсь, что временно.

Оборачиваюсь еще раз, перед тем как закрыть дверь. Паша довольно улыбается, показывая палец с кольцом своим друзьям. Те же свистят и что-то выкрикивают, поздравляя друга, но я не разбираю слов, отрезая себя от них.

‒ Уже уходите? ‒ слышу удивленный вопрос девушки за стойкой, но не отвечаю, почти выбегаю на улицу и спешу к машине.

Не успеваю завести мотор, как на телефон приходит сообщение.

«Поговорим через неделю. Я приеду на следующие выходные».

Глава 11. Я пропал? Или попал…

Паша

Странно, чем глубже пропасть,

тем сильнее она притягивает.

Это притяжение на грани здравого смысла,

когда дух захватывает от мысли

о стремительном полете в бездну.

Марк Лоуренс.

Телефон издает звук. И я его слышу, почему-то, несмотря на шум в комнате. Не то, чтобы мне скучно в компании своих друзей. Просто не особо хочу быть здесь. Меня пригласили на мальчишник в пятницу вечером, а завтра у друга свадьба. Но мне не до веселья. Если бы не некоторые упрямые личности, то, скорее всего, и я давно бы покинул список холостяков. Но мне отказали…

Беру свой потрепанный айфон в руки и застываю. Написала. Она. Первая. Через столько времени. Отказала мне сперва и теперь написала. Ну что за женщина!

Набираю ответные слова. Чую, ох не просто так она объявилась. И я прав. На её предложение встретиться скидываю адрес, где я отдыхаю сейчас с друзьями. Не думаю, что она заявиться вся такая правильная в сауну. Но, как оказывается на самом деле, я её нисколько не знаю за столько лет общения.

‒ Паш! Ну ты идешь или как? ‒ друзья быстро замечают мою минутную отлучку.

Возвращаюсь за стол, где в основном преобладают горячительные напитки. Мы паримся уже не первый час. На словах. В основном чокаемся рюмками и ведем разговоры по душам: о девушках, женах и работе. И куда уж без политики. Но в основном любопытство всех присутствующих на мальчишнике связано с завтрашней свадьбой Стаса.

‒ А что стриптизерш не будет? ‒ Генка всех окидывает взглядом.

Кто-то дает ему ответ, но я не слышу, мой взгляд прикован к девушке, которая так резко появляется перед нами.

‒ Ты женишься на мне. Срочно! ‒ слышу я её требовательный голос, и хочется заорать ей в ответ, а не прих… не обнаглела ли она. Во мне закипает злость, от чего сжимаю кулаки, выдыхая.

Ребята замолкают и слышно лишь то, как в душевой капает вода из лейки. Замечаю, как глубоко и тяжело она дышит, как нервно постукивают по столешнице её пальцы. Хочется послать её куда подальше и не видеться больше. Но…

‒ Детка, сегодня не двадцать девятое февраля, ‒ мне хочется её задеть немного. ‒ И предложение руки и сердца, вроде, как я знаю, принято делать на коленях. Да и букета с кольцом я что-то не наблюдаю.

Варя кидает взгляд на дверь, но вновь смотрит на меня. Значит, не просто так пришла звать меня жениться на ней. Она копается в сумке, что-то бормочет и протягивает в мою сторону кольцо.

‒ А где же пылкие признания в любви? ‒ встаю с дивана и подхожу к ней вплотную. Сквозь запах веников и дров отчетливо ощущаю её аромат. Сладкий, цветочный. Вдыхаю полной грудью. Мне так этого не хватало всё это время…

‒ Поцелуй, ‒ накрываю её руку своей и касаюсь её кожи своей щекой. ‒ Поцелуй так, чтобы я согласился, Варвара Яковлевна, сделать тебя Морозовой. Своей.

Она долго не раздумывает. С надеждой в глазах смотрит на меня и припадает к моим губам. Моей выдержки хватает ровно на секунду. Впиваюсь в ответ, вклиниваясь языком между её зубов. Она полностью раскрывается мне. Но её пальцы скользят по моему телу, и я отстраняюсь. Иначе моих друзей ждет шоу для взрослых.

‒ Я согласен, ‒ проговариваю ей в лицо и не узнаю свой голос. Варя облегченно вздыхает, разворачивается, чтобы уйти.

Но я останавливаю её. Мне нужно от неё кольцо, подтверждение её слов. Не ровен час, она может забрать свои слова обратно. Протягиваю в её сторону руку, и на моем безымянном пальце появляется кольцо. И не удержавшись, притягиваю её к себе. Я не успел насладиться её вкусом. На этот раз целую её сам. Поцелуй выходит диким, бешеным, безумным, на грани сумасшествия. Прихожу в себя от солоноватого вкуса. Провожу языком по её губам, слизываю кровь и отстраняюсь.

‒ А теперь уходи. Иначе я за себя не отвечаю, ‒ и слегка отталкиваю от себя. Её близость кружит мне голову. И у меня с трудом получается сдерживаться, чтобы не заключить её в свои объятия и забыться обо всём.

Меня одновременно плющит от злости на неё, как и от радости, что она, наконец-то, будет моей. Разворачиваюсь к друзьям и поднимаю руку вверх, показывая им кольцо. По сути, они и сами видели всё. Слышу и одобрительные возгласы, и смешные шутки в свой адрес. Главное не это. Главное – Варя теперь моя.

‒ Ну что устроим двойной мальчишник? ‒ Стас поздравляет меня первым. ‒ И где ты подцепил такую красавицу? И почему мы о ней не слышали ни слова?

‒ Ещё познакомлю, ‒ отмахиваюсь я от них и снова беру телефон в руки, набираю сообщение Варе.

‒ Хоть скажи, кто такая и откуда она? ‒ не унимаются друзья, потеряв интерес к Стасу. Ну да, предложение жениться, сделанное руками и языком девушки, еще и в сауне, куда интереснее обычного мальчишника.

‒ Всему своё время. Вот на свадьбе и познакомитесь, ‒ но на мои слова они разочарованно вздыхают.

‒ Непорядок. Завтра жду тебя на свадьбе со своей невестой, новоиспеченный жених. И возражения не принимаются, ‒ не оставляет мне выбора Стас. ‒ Теперь ты не можешь веселиться без своей невесты. Ты теперь у нас официально жених, ‒ указывают они мне на кольцо.

Я не возражаю. Но как это воспримет Варя?

Снова иду к телефону и еще раз набираю ей сообщение.

«Планы поменялись. Ночую сегодня у тебя».

Не думаю, что она придет в восторг от этого, но раз сама захотела мужа в моем лице, то придется и некоторые обязанности моей невесты выполнять. Пока думаю о том, как ей преподнести новость, вспоминаю начало нашего общения…