Стань ее тенью

Витл Эгертон Зоар перевел оставшихся в его распоряжении оборотней на красное поле, откинулся в кресле и обвел взглядом лица других мужчин, собравшихся за столом для люты. Военная игра требовала стратегического мышления и внимательности.

Напротив него витл Галсбери улыбался глядя поверх фигур. Мужчина был беззаботен. Хозяина дома беспокоила легкомысленность парня. Он внутренне скривился, при мысли, что ему придется зависеть от безрассудного молодчика и посвятить его в часть своих планов.

Зоару привычней было работать с его дядей. Вот уж кто умел проворачивать серьезные дела! К сожалению, в последнее время старик сдал и ушел на покой, поставив во главу предприятия своего внучатого племянника. Хотя возможно Корт не так безнадежен. Побег из Этарунской лечебницы, организованный им для старшего Кидара, прошел как по нотам. В любом случае придется ему довериться.

Мужчина тоскливо подумал, что драколинов старшей крови остается все меньше. Времена стремительно меняются. Кто бы еще пятьдесят лет назад мог представить, что правой рукой Верховного Драколина станет эльф, а орки будут получать титулы наравне с истинными потомками драконов?!

Теперь балом правят идеи равенства и толерантности. И ладно бы только в среде тупых боевиков…. Так нет, права наследников древних родов ущемляются на самом высоком уровне, а власть получают те, кто совсем недавно мог претендовать лишь на роль прислуги.

Даже его самого вежливо и ненавязчиво удалили от дел. Списали как реликт, в качестве компенсации сделав главным попечителем Боевой академии Дракара. При мысли об этом он едва смог удержать лицо.

Зоар заставил себя переключиться и обратился к парню:

– Как обстоят дела с поставками для братьев Кидар?

– Добровольцев стало меньше. Дофин мешает вербовке, но это не критично. Такого добра всегда в избытке. Я уже нашел альтернативу. Сложнее будет с магами. Сатар наткнулся на могильник.

– Как он это делает? Вот же эльфийское отродье! – не сдержавшись выругался ветеран драколинской разведки в отставке витл Дюваль Тарон, еще один представитель старого дома.

– Да, откуда я знаю, за каким вархом его в рикалийские топи понесло! – Корт сдвинул на синий квадрат нага и тролля.

Что за идиот! У них же взаимоисключающая магия.

А он вспыльчив. Нужно взять на заметку. На будущее. Зоар бросил быстрый взгляд на Тарона. Тот едва заметно подмигнул. Они были давно знакомы и в неформальной обстановке позволяли себе немного фамильярности.

– Лабораторию придется перевезти. И чем скорей, тем лучше.

– Само собой, – ответил Дюваль.

Слева сосредоточенно сводил седые брови на круглом лице четвертый из присутствующих – Счетовод. Он внимательно следил за игрой, словно его судьба зависела от выигрышной комбинации. Его лысина блестела от пота, а руки подрагивали. Но когда он обратился к присутствующим, в его голосе не было и намека на слабость:

– Я бы не стал увозить все. Если глава ТопКС взял след, то не остановится и продолжит копать. Нам это не нужно. Оставьте, что не жалко. Пусть агенты развлекаются. – Сардонически усмехнулся старик.

Когда-то этого мужчину звали витл Виртан Махольм и он служил при дворе предыдущего правителя. Так же он был известен тем, что предал своего монарха и заключил сделку с огрусами, пустив магических паразитов в свое тело. Его нынешнее состояние стало следствием того решения.

Официально он погиб три года назад в Грифоновой лощине вместе с другими изменниками. На деле же хитрый интриган смешался с освобожденными пленниками, заклятьем был очищен от огрусов и затерялся на просторах Дракара. Если бы не его чрезвычайная полезность витл Зоар не стал бы рисковать, укрывая политического преступника на собственной территории. Однако Счетовод знал свое дело и, что немаловажно, полностью зависел от него.

– Твой ход, – кивнул ему Эгертон. Счетовод промокнул шею платком и переместил три свои фигуры, присовокупив монету. Сильный ход. Зоар усмехнулся, глядя на озадаченного Корта. Да, парниша, тебя обставил трясущийся старик. Он сгреб монеты и вручил Махольму.

– Поздравляю с победой. Это была блестящая игра.

– Благодарю. – Драколин ссыпал монеты в мешочек. Надеюсь, твоя партия будет разыграна столь же успешно.

Зоар оскалился.

– На этот раз непременно.

Серо-красная электричка с надписью РЖД остановилась на платформе, и из разъехавшихся дверей хлынул поток отдыхающих. Курортный сезон только начался, но желающих насладиться красотой природы с каждым годом становится все больше.

От основной массы людей стали отделяться местные и те, кого не интересуют терренкуры. Трое молодых людей свернули на боковую дорогу и углубились в парк. Две девушки и парень, одеты как бывалые туристы, за плечами рюкзаки. У старшей из девушек на груди болтается профессиональная фотокамера. Они направились в сторону одной из местных достопримечательностей.

Примерно через полтора часа пути троица вышла к входу в штольню, прорубленную в скале. У входа клубился белый пар. Ребята остановились, распаковали рюкзаки и стали одеваться.

Снаружи температура воздуха прогрелась до двадцати семи градусов, но внутри было не выше плюс восьми. В этом и была особенность данного туристического объекта. Летом даже в жару в пещере и около нее подо мхом можно обнаружить пластины льда. Ученые так и не нашли причину этого феномена.

Утеплившись, они вступили в темноту.

Через сутки на их поиски по тревоге поднимут все местные спасательные службы. Шахту, заканчивающуюся тупиком, длинной всего примерно четыреста метров обследуют очень тщательно, но не обнаружат никаких следов их пребывания. Ребят объявят пропавшими без вести, а вход в штольню временно закроют для посещения.

Книга является частью цикла «Край зачарованных омутов». Имеет полностью самостоятельную любовную линию и может читается отдельно. Другие книги цикла можно найти здесь:
«Не буди во мне орка»
«Кто согреет зимнее солнце?»

– А-а-а… Бумц… Или не бумц?

Стеша еще сильней зажмурила глаза. Открывать было страшно. Прижалась к чему-то теплому, большому и живому.

– Ой!

Так, отставить панику. Она падала, но до земли не долетела. Висит в воздухе, потому, что ее кто-то держит. Надо бы взглянуть.

Девушка приоткрыла один глаз, затем второй.

– Ой, мамочка! – лучше бы не открывала, честное слово. Взглядом уперлась в широченную мужскую грудь, зеленую, голую, между прочим. Это к ней она сейчас так удобненько прижималась?

Стоп, почему зеленую, зачем зеленую?!

Подняла взгляд выше. На нее чернильными глазами смотрел молодой мужик и скалился. Клыкастенько так. От этой улыбки у кого-нибудь более впечатлительного мог случиться эпилептический припадок.

– А-а-а, – уже тише заверещала она и съёжилась. Вообще-то Стефания Соколовская, девица далеко не робкого десятка, но тут и железный Арни струхнул бы.

– Гляньте ка ребята, что за цушпырика я поймал! Какой любопытный экземпляр. – Рассмеялся громила.

– М-ма-ма, – оно еще и разговаривает!

– Мама, ну это вряд ли, и даже не папа. У орков не рождаются человеки. – Продолжил веселиться он, разглядывая девушку, все еще держа на вытянутых руках приподнятую над землей.

Ну и силища! Такой раздавит и не заметит. Даже парни из спортклуба уже устали бы, не говоря о ее одногрупниках задохликах.

Мысль о знакомых спортсменах прочистила голову. И не с такими она в круге встречалась! Среди поклонников спортивных единоборств чаще приходилось бороться с шовинизмом, чем с силой соперника. А когда в тебе роста метр с кепкой и веса сорок восемь кило…. В общем, вы поняли.

– Поставь меня, – скомандовала Стеша.

– Зачем, мне и так удобно. – Веселиться этот детина.

– Верни на землю, кому говорят! – Начала кипятиться Стефания.

– Может тогда сразу на сосну? – Указал он на дерево над ними, но на ноги все же поставил. Девушка оправила одежду и огляделась.

В паре шагов от них стояли, прислонившись к скале, трое парней. Один такой же зелёный, как и ловец, только моложе и меньше, хотя все равно здоровенный. Тоже с голой грудью и в татуировках.

Второй - худой блондин среднего роста, с заостренными ушами и тонким мечом на поясе. По сравнению с авокадиками выглядел парень как артист балета среди бойцов ММА.

Третий тоже высокий, с фигурой как у пловца, с широкими плечами и узкой талией. Волосы светло-русые, уши обычные, но вот глаза золотые, с вертикальными кошачьими зрачками.

Все трое расслаблено улыбались, глядя на нее.

Ясно, она зачем-то залезла на сосну и ей там головушку напекло. Она сверзилась, а этот косплейщик ее поймал. Логично же?

Хорошие образы кстати. Эльфийский, конечно, избитый, а вот орки ничего себе так, свеженько.

Это все объясняло. У них в регионе в связи с развитием внутреннего туризма их много развелось. Мягкий курортный климат и живописная природа притягивали в окрестности ее родного городка всяких фольклерщиков, музыкантов, ролевиков и тому подобных.

Она повернулась и уже уверенней подошла к парням. Вблизи реквизит оказался очень реалистичный.

– Можно ухо потрогать? – девушка потянулась к «эльфу». Он отскочил и молча захлопал глазами с длинными пушистыми ресницами. Остальные заржали.

Сзади послышался голос ее ловца:

– Девушка, держите себя в руках, это неприлично.

Перевела взгляд на парня «кошачьи глазки». Он выставил вперед руки и проговорил:

– Э-э, меня тоже трогать не надо, у меня невеста имеется.

– Ладно, не буду. Я вот не пойму, что у тебя за образ? – задумчиво свела светлые бровки Стеша.

- ???

– Ну, кто ты? Неопределенно помахала рукой.

– А, я драколин, ты что, драколинов раньше не видела? Меня Зачари зовут.

– Стефания, или просто Стеша, – протянула она руку. Парень повернул ладонь девушки и поцеловал воздух над ней.

– Молодец Зач, хоть кто-то вспомнил о манерах. – Услышала она голос авокадика. Посмотрела на него. – Я – Оюн Бат, это, – он указал на второго зелененького, – Гуиллом, а это Ларилиэн.

– Можно просто Лэн, – сказал остроухий.

– Очень приятно! – ответила она, подумав, что пора все-таки разобраться, что здесь происходит. И какого черта ее в полной экипировке на сосну понесло.

Только сейчас, она поняла, что ее вещи все еще при ней. Даже теплая не по сезону куртка одета, хоть и полностью расстегнулась во время падения. Последнее, что она помнила, как куталась в ее ворот, идя по пещере вечной мерзлоты рядом с братом и сестрой. Теперь она разве что не дымилась от влажной жары. Девушка стянула с себя лишнее, оставшись в майке и джинсах.

Больше всего ее беспокоило то, что Энии и Егора рядом не было. По доброй воле родные никогда бы ее не оставили, значит что-то случилось.

Она еще раз растерянно огляделась и спросила:

– Ребят вы тут, случайно, не видели девушку и парня с рюкзаками, как у меня?

В ответ парни удивленно переглянулись и помотали головами.

– Так ты не одна здесь была? – спросил Оюн, хмурясь.

– Нет. С сестрой и братом, – напрягшись, ответила девушка. – Может, тогда вы подскажете, где находится вход в пещеру? Меня там ждут, – на всякий случай добавила она, осознав, что стоит посреди леса в окружении четверых незнакомцев.

Стеша отлично владела навыками самообороны, да и бегала быстро. Даже в школьные годы несколько раз выступала в «Зарнице». Но одно дело показывать высокие спортивные результаты на стадионе, и совсем другое столкнуться с настоящей опасностью.

Надпочечники выстрелили в кровь кортизол, и сердце забилось часто-часто. Девушка уже была готова сорваться с места. В конце концов, она не в настоящем лесу, а в лесопарке. До города километра три, а до терренкуров и того ближе. Заблудиться сложно. Вот только хотелось обойтись без бестолковых скитаний. Вдруг ее родным срочно нужна помощь.

– Э-м…, Стеша, – осторожно начал Зачари, – здесь нет никаких пещер.

– Как нет? – от удивления она несколько раз моргнула.

– Не в этой части аномалии, – добавил Гуилл. – Пещеры сосредоточены в горах и на побережье. А мы сейчас недалеко от Великой степи. Здесь кроме бывших орочьих святилищ и камней то нет.

Парень похлопал выступ, на который опирался, и Стеша только сейчас заметила, что у скал вокруг слишком правильные формы. Они больше напоминали дольмены. Да и природа вокруг казалась непривычной.

Пока мозг фиксировал и анализировал несоответствия, тело среагировало на инстинктах. Она резко отклонилась вправо, а мимо нее прямо на парней пролетело нечто. Туловище размером с пуделя, клюв как у птеродактиля, крылья летучей мыши и фазаний хвост. И это только то, что она успела разглядеть.

Огненная вспышка сорвалась с рук Лэна, а перед ней в ту же секунду метнулась размытая фигура и широкая чешуйчатая спина закрыла обзор.

Легкий хлопок по плечу вывел ее из ступора.

– Неплохая реакция, – послышался сзади голос Оюна. Он обошел ее, и пнул носком сапога обуглившуюся тушку. – Уходить надо, сейчас стая налетит. Стеша, ты по любому с нами. Оставаться здесь опасно, разбираться с остальным будем в лагере. – Произнес он не терпящим возражений тоном.

Она не шелохнулась, во все глаза глядя на развернувшегося к ней в пол оборота монстра, бывшего недавно Зачем.

– Так драколины – это что-то типа драконов? – спросила Стефания у сидящей рядом Чиниты, ломая тонкие прутики и меланхолично кидая их в костер.

– Они их прямые потомки, из-за проклятья утратившие способность к перевоплощению в животную форму. Некоторые еще могут частично трансформироваться в боевую, и то очень ограниченно.

– Так ты совсем-совсем ничего не знаешь? – вопросом на вопрос ответила сидящая по другую сторону от нее Санна.

– Совсем, – вздохнула Стеша.

Часа два назад парни привели ее сюда и оставили на попечение девушек. С тех пор ее мозг кипел от новых сведений, которые ему непрерывно подбрасывали.

Она на удивление легко приняла факт, что больше не на Земле. Как по пути вкратце объяснил Оюн, ее забросило испорченным межмировым порталом на планету под названием Дракар, где живут всякие фэнтези расы. Работает эта сим-салабим перебросочная хреновина не пойми как, и обратно они ее отправить не смогут. Потому придется ей задержаться, пока они не придумают, что делать дальше.

Портал был испорчен много веков назад и с тех пор его магические импульсы искажают все вокруг, рандомно перебрасывают на охваченной территории существ, случайно туда попавших. Ареал распространения искажения называют Краем зачарованных омутов. Туда ее и зашвырнуло. Ей повезло, что на нее наткнулся развед-отряд практикантов старшекурсников Боевой академии магии во главе с куратором.

Да-да, магия в этом мире тоже есть. Так, что не стоит удивляться поджаренным птеродактилям и чешуйчатым студентам.

Хуже всего стало известие о том, что ее брата с сестрой могло забросить куда угодно на территории аномалии. И не известно, живы ли они вообще. Бывали случаи, что стихийные порталы, выплевывали людей по частям. К тому же, как она уже убедилась в Краю зачарованных омутов полно всякой опасной плотоядной хрени. Оставалось надеяться, что ее брата и сестру вынесло близ границы, и они смогут выйти к цивилизации.

Едва прибыв в лагерь Оюн ушел, сказав, что собирается слиться с какими-то потоками. Остальные тоже сбежали. Как подозревала Стеша, бравые боевики спрятались за спинами своих дам, опасаясь ее истерики.

А вот фиг вам! Она боец и не сдастся, пока не получит подтверждения, что ее родных больше нет. Она обязательно отыщет их и путь домой. Просто нужно успокоиться и подумать. Сейчас для анализа слишком мало вводных.

Тем временем рыжеволосая высокая Чинита деловито сунула ей в руки чашку с травяным отваром и булочку.

– Пей, нервы успокаивает. Отдохнешь, потом обо всем поговорим. Торопиться нам все равно некуда, пока Оюн не вернется.

Шум лагеря стих в отдалении. Возможно, было глупо уйти одному, но когда он поступал разумно? – Про себя усмехнулся Оюн. Чтобы решиться на слияние с природными потоками аномалии, определенно нужна толика безумия.

Гуилл просил не рисковать понапрасну, оповестить других воинов равновесия или главу Тайного отдела и подождать того, кто сможет его подстраховать. Оюн знал, что если будет дожидаться наиболее благоприятного момента, потеряет куда больше чем собственная жизнь. Его магия – механизм выживания целого мира. Да, он не один такой, но истинный шайди ни на кого не перекладывает своей ответственности.

Девочка, что так неожиданно свалилась ему прямо в руки, несет в себе странную силу и, кажется, не подозревает об этом. Среди шайди он отвечает за магически одаренных существ, ему и разбираться с юной иномирянкой.

Воины равновесия, шайди или клинки Великого Дракона, как их иногда называют, с древности служили гарантом магического баланса на Дракаре. Они вне политики и предрассудков – нейтральная сторона.

Летописи сохранили сведения о целом легионе подобных ему. Когда-то воины равновесия были невероятно могущественны, теперь от их сил остались лишь крохи, а обязанностей прибавилось.

Пятьсот лет назад, во время политического кризиса все жившие на тот момент шайди вошли в транс и погибли. Пару веков сила воинов равновесия никак себя не проявляла. Знания о ней постепенно утрачивали свою актуальность и были забыты. А чуть менее трехста лет назад молодой дроу Коломбэйн Аскерский слился с природными потоками Дракара и история шайди продолжилась.

Сейчас их всего семеро. О своих возможностях они знают, до смешного мало, и едва могут с ними совладать. Но их наставнику было гораздо труднее. Для всех загадка, как старик дроу в одиночку смог продержаться так долго. И до сих пор он самый сильный среди них, невзирая на возраст.

С появлением новых шайди, ор Коломбэйн выявил некую закономерность. Каждый последующий воин равновесия приходит в мир, когда на Дракаре назревает очередной кризис и занимает четко отведенную ему нишу.

Коломбэйн воин-пророк. Он соединяет прошлое и будущее. Сводит пути воедино. Два близнеца сарха сдерживают стихийные порталы в пределах Края зачарованных омутов. Молодой друид оберегает природу Дракара. Сам Оюн, ответственен за магические расы и нарушение ими законов равновесия. Удивительно, что эта роль досталась орку, а не драколину или эльфу, чьи магические силы превосходят все остальные народы.

Оставшиеся двое – люди, отец и сын Моран. Старший, хранит море. Младший, Килиан, обрел силу всего три года назад. Его сфера ответственности – быстро увеличившие численность безмагические расы. Его вступление в силу вызвало серьезную тревогу у их наставника. Кажется новый кризис не за горами.

Оюн еще раз огляделся. Нет смысла тянуть. Он вышел на середину небольшой поляны и лег, широко раскинув руки. Это было необязательно, но ему внушал уверенность контакт с землей.

Орки чтили Великую Степь с ее бескрайними равнинами, покрытыми сочной травой, теплом солнца на коже и неутихающим ветром. Сейчас эта часть земель его предков отошла аномалии, поросла лесом, но когда-то все же была домом для его народа. Оюн хотел воззвать к памяти поколений. Она поможет его сознанию найти путь обратно к телу.

Когда позволяешь силе шайди вести тебя, слышишь природу, видишь глазами других существ, то можешь забыть кто ты. Многие воины открывшие силу впервые так и не вернулись в свою материальную оболочку. Каждый раз, сливаясь с природными потоками, был риск повторить их судьбу.

Молодой орк заставил себя расслабиться, почувствовал щекотное движение травинок по шее, ощутил запах земли и тепло лучей, проникающих сквозь кроны редких деревьев, запечатлел в памяти это место, со всеми его ощущениями и раскрыл сознание.

Они навалились на него скопом, изображения, транслируемые коллективным разумом аномалии. Взрыв цвета, впивающийся прямо в мозг и неподвластный восприятию, обычным взглядом орка. Так видят окружающий мир птицы. Цвет сменился светом и непривычными тактильными ощущениями. Это подключились многочисленные растения Края зачарованных омутов. Их зеленые организмы тоже наблюдают за окружающим миром и видят его гораздо лучше, интенсивнее. В их спектральном восприятии есть и ультрафиолет, и инфракрасный свет, и такие оттенки, которым в известных мирах нет названия.

Следом пришли звуки и запахи, осознание направления движения воды и воздуха, миллионов живых существ рядом. Оюн постарался сосредоточиться на цели. Вселенная всегда приходит на помощь воинам равновесия, стоит только попросить.

Он послал мыслеобраз истока и магических потоков Стеши, при этом настойчиво транслируя вопрос: «Кто она?»

Мельтешение цветов и звуков усилилось, а затем пошло на спад. Все кто не мог ответить выпали из общего потока. Перед глазами возникла знакомая картина. Огромные деревья сплетаются кронами над водой, их листья шепчут, а ветер доносит: «Мы помним…».

Картина сменилась. Те же деревья, обступают омут. Их ветви совсем тоненькие и молодые, а сквозь ажурные листья просвечивает солнце. На траве и поверхности воды играют блики. Слышится хлопанье крыльев и на ветки опускаются птицы. Каких тут только нет! В одной стае мирно соседствуют и нежные лебедушки, и хищные коршуны и даже грифоны на львиных лапах. Были среди них и совсем чудные, яркие, как расписные игрушки белоснежно-алые, черно-золотые, багряные и изумрудные. У одних оперенье сверкало на солнце будто огонь, у других было самой тьмой, поглощающей свет. Таких птиц Оюн никогда не видел.

Миг, а вместо них на землю спрыгивают юноши и девушки. Они смеются, хороводят и поют, шумно плещутся у берега и каждый из них сияет магией. Несколько девушек выделяются в этой компании. Их сила кипит вокруг, первобытная, глубинная. Сильнее чем у шайди, опаснее, чем у драконов древности. У одной из них Оюн с удивлением разглядел магические потоки точь-в-точь, как у Стеши! Другая девушка обернулась и посмотрела, будто прямо на него и ее глаза сверкнули, подобно изумрудам. В них разгорались далекие звезды.

Оюн резко пришел в себя. Его словно насильно выдернули из коллективной памяти аномалии. Такое с ним было впервые. Он с трудом разлепил веки. Голова кружилась, все вокруг расплывалось. Он медленно сел, опустил голову между коленей и подождал, пока карусель в черепушке, наконец, остановится. А выпрямившись, обнаружил на дереве прямо перед собой ало-золотую птицу, чье оперение сверкало, огненными всполохами. Он даже не сразу понял, что это не игры подсознания.

Птица склонила голову на бок и пристально посмотрела на орка. Мужчина моргнул, и вот уже перед ним стоит прекрасная дева. Из-под длинной пшеничной челки глядит знакомый изумрудный глаз.

Первым порывом орка было схватиться за ритуальные клинки, но он вовремя вспомнил уроки своего друга, главы Тайного отдела, Амареля Сатара: «Вежливость - главное оружие мужчины при общении с опасными женщинами», – говорил он. Оюн поднялся и склонил голову в приветственном поклоне. Женщина насмешливо улыбнулась, подала руку для традиционного поцелуя и произнесла:

– Ты задал вопрос, я пришла дать ответ. Присядем?

Она подошла к поваленному стволу у края поляны и устроилась на нем, закинув ногу на ногу. Оюн присел рядом.

– Кто вы? – произнес он, толком не понимая, о ком спрашивает, то ли о ней, то ли о птицах в своем видении.

– Я – Жар-птица. – Пожала плечом красавица. – Можешь называть меня Зария. Предвосхищая твои вопросы, скажу: я птичий оборотень – карайи. Девочка, о которой ты спрашивал тоже. Мы еще известны как райские птицы. Только предназначения у нас разные. Стефания, судя по тому, что я видела в твоем послании, Алконост. Существо колоссальной силы. В ее ведении сама жизнь. Она способна возвращать существ из долины смерти. Не всех и не всегда, но тем не менее.

Ее появления на Дракаре большая радость для нас всех. Райские птицы часть сил равновесия. Ее присутствие дает надежду на то, что проклятый портал однажды будет восстановлен и наш мир заживет как раньше.

– То есть угрозы она не несет? – с облегчением спросил Оюн. Девочка была ему симпатична. Она чем-то напоминала его племянницу. – Не хотелось бы однажды разглядеть в ней врага.

– Только если попадёт в плохие руки. Поэтому, твоя задача инициировать ее как можно быстрей, а до того беречь как зеницу ока. До инициации никому не сообщай о своей находке, да и после, храни ее тайну.

Зария замолчала и ненадолго погрузилась в свои мысли. Оюну подумалось, что за юной внешностью сокрыта очень древняя душа. Разочарованная, и уставшая сражаться в одиночку.

Словно в ответ на его мысли Жар-птица добавила:

– Когда-то давно карайи совершили ошибку, покинув Дракар. Возвращение одного из их потомков – чудо. Дай девочке шанс полюбить наш мир. Ее родной мир.

– А ее сестра и брат?

– Птичьи оборотни. Но не факт, что тоже райские птицы. Наша сила избирательна. Райских птиц всегда было мало. Чудо, если ее родные окажутся ими.

– Вы что-нибудь о них знаете?

– Да. Я сама пока их не видела, но будь уверен, ее близкие живы и вполне благоустроены. Коломбейн и Килиан лично общались с ее старшей сестрой. Но во имя богов всех известных миров, прошу тебя, до инициации не говори Стефании о них. У каждого из них свой путь. Ты - воин равновесия, и как никто должен понимать важность становления.

Это было неправильно. Жестоко. Девочка очень переживала за свою семью. На ее месте он думал бы о том же.

Оюн долго и напряженно смотрел перед собой. Орк понимал, что Стеша не простит ему молчания, как знал и то, что ничего не скажет.

– Хорошо, – выдохнул он, опустив голову. – Что мне стоит сделать?

– При первой возможности отведи ее к Юне. Ее шатер уже некоторое время стоит в пустыне Сархиат на границе с аномалией. Она подскажет.

– Оюн кивнул. Он слышал истории о великой предсказательнице, но никогда ее не видел. Юна всегда появлялась внезапно, будто из ниоткуда, и пела пророческие песни. Они были аллегоричны, но давали вполне конкретные подсказки. В свете последних событий заглянуть в будущее им точно не помешает.

Зария поднялась.

– До встречи, воин. Мы с тобой скоро увидимся. Береги пташку.

– До встречи.

Растерянный Оюн смотрел, как огненная птица мелькнула и скрылась во вспышке яркого света.

– Нита, а что у нас осталось из специй?

– Перец, кориандр и, кажется, сушеный чеснок.

– Отлично, давай сюда. Научу вас вкуснятину делать. Еще масла дай, того, что из Ширасса.

Стеша разровняла угли и установила над ними сетку.

– Мы дома лаваши из тандыра так поджаривали. Их всегда раньше шашлыков сметали.

Она налила в мисочку немного ширасского масла, очень напоминающего оливковое. Бросила туда щепотку соли, и по чуть-чуть специй. Перемешала и принялась обмазывать лепешки, которые только что расконсервировала из стазиса Санна. Затем закинула их на сетку, обжарила по несколько минут с двух сторон и предложила подругам.

– М-м-м, блаженство! – протянула Санна, отщипывая еще один горячий кусочек.

– Я пробовала разогревать лепешки из стазиса на костре без масла. Но это не то, – поморщилась Чинита. – Мы с моей свекровью, каких только рецептов не придумывали, чтобы улучшить их вкус. Стазис сохраняет продукты вечность, но ощущение, что хлеб испекли позавчера, все равно остается. А такой способ мне нравится. Пикантно.

– У Чиниты свекровь пекарню в Ога-Стане держит, – пояснила Санна. Они там такие пироги пекут, пальчики оближешь! На каникулах обязательно съездим, попробуешь.

Стеша отвела глаза, стараясь скрыть грусть при упоминании семьи и каникул. Все студенты, проходящие практику под руководством Оюна, периодически говорили о доме и о том, что собираются делать по ее окончании. У нее же план так и не появился. Стеша плыла по течению, стараясь собрать больше информации, а решение, откладывая на потом.

Ей не хотелось обустраиваться на новом месте, искать занятие, привязываться к окружающим. Она хотела домой. Сложно было принять, что еще неделю назад у нее была семья, друзья, куча планов и перспектив. Теперь все, что было ей знакомо осталось там, на Земле.

Здесь все было чужим.

Странным.

Лес был странным. Странными были существа его населяющие. Студенты из отряда Оюна тоже были странными. Особенно драколины, они слабо проявляли эмпатию. Казалось, что понятия дружбы, братства, любви их не касались. Отличались только Зач и Санна. Но они были тем исключением, которое скорее подтверждает правило.

Находиться долгое время без удобств, тоже было странно. Обходиться без телефона и ноута еще страннее. Она никогда не задумывалась, как часто созванивалась с родителями, с братом и сестрой. Теперь связи с ними не было.

Возможно, сегодня что-нибудь изменится. Она очень на это надеялась. Впервые с тех пор, как Стефания попала на Дракар, небольшой отряд снабженцев, во главе с Оюном покинул пределы аномалии и отправился в ближайший город. С ними ушли и Зач с Гуилломом. Чинита сказала, что такие вылазки происходят регулярно, для пополнения запасов и сеанса связи с ректором.

Зачари пообещал Стеше разузнать на счет ее близких, и в приграничье и в академии. Весь день девушка провела как на иголках. Подруги тоже переняли ее нервозность. Девушки по очереди бегали к оставленным на посту однокурсникам справляться, не возвращаются ли мужчины.

Рыжая поморка замерла, прислушиваясь, и посмотрела на юг. Санна и Стеша тоже подобрались.

– Нет, показалось. – Вздохнула Нита, разочарованно.

Стеша невольно улыбнулась, вспомнив, о ком волнуется подруга. Вот уж за кого точно излишне переживать.

Чинита и Гуилл Баты были очень необычной парой. Статная человеческая девушка, твердой рукой управляющая всем бытом практикантов, и огромный орк, сильный и спокойный, с проницательным, не по годам мудрым взглядом.

На фоне меланхоличного мужа, острая на язык поморка, казалась непререкаемым лидером в их семье. Но Стеша отметила, что важные решения всегда остаются за ним.

Гуиллом с невероятной нежностью относился к своей жене. Они познакомились, когда Нита только поступила на первый курс экспериментального бытового факультета в Боевой академии Дракара, а Гуилл приезжал туда навестить свою родственницу, Терри Бат. Позже, насколько поняла Стеша, случилась некая заварушка, к которой они оказались причастны. Это еще больше сблизило ребят. По окончании Чинитой первого курса они поженились и больше не расставались.

Гуиллом поступил в ту же академию на следственный факультет. Теперь он перешел на четвертый курс, а Нита, соответственно, на пятый и сейчас они бурно обсуждали, что делать, когда она выпустится. Оюн обещал походатайствовать перед ректором о сохранении за ними места в семейном общежитии еще на год, но они все равно волновались.

Санна и Зачари пока женаты не были, но это, по сути, не имело значения. Они были знакомы, сколько себя помнили. Земли их семей граничили между собой и все детство ребята провели вместе. Их брак был вопросом решенным. Свадьбу планировали сразу по окончании учебы, а это был их последний год в академии. Тем не менее, их союз не был договорным, хотя, как выяснилось, среди драколинов такое часто практиковалось.

Зач как-то сказал, что и не помнит когда влюбился. А вот Санна не сразу разобралась в своих чувствах. В один из их девчачьих разговоров перед сном, уже лежа в спальниках, подружки рассказали, как драколин перед всей академией исполнял серенаду под окнами женского общежития.

Внутри Стеши болезненно екнуло. Не смотря на независимый характер и привычный образ пацанки, она, как большинство восемнадцатилетних девочек, мечтала о красивых ухаживания. Правда, догадаться об этом было сложно.

Все детство Стешка провела в окружении друзей брата. Таскалась за ними хвостиком, гоняла на самокате и велике, наравне с парнями лазала по деревьям.

Енька тоже старалась проводить время с сестренкой, но десятилетняя разница в возрасте – большой срок, когда ты ребенок. Сестру девушка больше воспринимала как вторую маму, взрослую, умную и заботливую. Когда Стеша пошла в первый класс, Эния поступила учиться и на пять лет уехала в Москву. Брат же так и остался ее самым близким другом и примером во всем. Окружающие привыкли, что младшая сестра Егора, свой «пацан» Степка. Прибавьте сюда вспыльчивость, язвительность и пять лет занятий самбо. Ну, кто при таком раскладе поверит, что ей тоже хочется романтики?!

Да и внешне, до определенного возраста девушка больше напоминала мальчишку сорванца. В милом платьице с фатиновой розовой юбкой гонять в «казаки-разбойники» было затруднительно, она тут же сбивала коленки. Мама с сестрой быстро смирились и в ее гардеробе прочно поселились джинсы и спортивки. Короткая блондинистая стрижка, с выкрашенной алым макушкой, спортивный стиль в одежде, и порывистость в движениях, никак не сочетались с образом томной барышни.

Душа же Стеши жаждала иного. Чтобы она, златокудрая, в летящем легком платье…. Чтобы он – красивый и атлетически сложенный…. Чтобы кабриолет и закат…. А в конце свадебные хлопоты, мама, украдкой смахивающая слезу, и конечно она, в облаке нежных кружев идет навстречу счастливому ему….

Кто бы из ее друзей на Земле знал, про ее мечту – оборжались бы.

– О, отряд вернулся. – Подскочила Чинита и понеслась на встречу показавшемуся из-за кустов Гуиллому.

Стеша отвлеклась от своих мыслей и стала высматривать остальных. К ним с Санной подошел Зач и уцепил горячую лепешку прямо с сетки. Его долговязый организм постоянно требовал еды. Было это связано с его боевой ипостасью или просто с быстрым ростом, но он всегда был голоден.

Прожевав сразу половину, он сказал:

– Привет, ну как вы тут без нас?

– Соскучились, – ответила Санна, прижавшись к парню.

– Удалось что-нибудь узнать? – подскочила к нему Стеша.

– В городе ничего, – он покачал головой. – Может Оюну повезло больше. Разговором с ректором он с нами не делился.

– Может, – ее плечи поникли. У девушки сложилось устойчивое впечатление, что куратор намеренно избегает общения с ней.

– Стеш, не грусти, это только первая попытка. Отыщутся твои родные, вот увидишь. – Драколин потрепал ее за плечо. – Смотри лучше, что у меня есть. Мы с ребятами пока были в городе, наткнулись на ярмарку и подумали, что тебе может пригодиться. – Он неловко сунул ей в руки узелок.

Девушка открыла подарок на автопилоте и едва не расплакалась от захлестнувших эмоций. Она попала на Дракар с одной сменой белья и парой мюслевых батончиков, не считая электронных гаджетов, которые перестали работать сразу же. Они с братом и сестрой собирались провести в спальниках всего одну ночь, поэтому шли в поход практически налегке. Еду и воду, как самое тяжелое, взял Егор, им же с Энией досталось нести минимум личных вещей.

Интересно, как с новыми обстоятельствами справляются ее родные? Стеша по-прежнему была уверена, что брат с сестрой живы. Вопрос в том, как они устроились в новом мире. За Еньку она переживала меньше. Ее рассудительная старшая сестра обладала несгибаемым характером. Она без сомнения найдет решение. А Егор, он слишком мягок для этого мира. На Дракаре в мужчинах ценилась физическая сила и волевой характер. Сострадание же часто принимали за слабость.

Сейчас Зач поступил так, как сделал бы Егор. Он и ребята позаботились о ней, и это тронуло до глубины души. Она держала узелок с одеждой, обувью и разными женскими штучками и ее руки дрожали.

Санна осторожно обняла ее за плечи.

– Зачари тебя расстроил. Прости. Он хотел как лучше.

– Это я должна извиниться. Раскисла тут, – ответила она, утирая слезы с лица. – Просто он напомнил мне брата.

Темноволосая драколинша подвела ее поближе к костру, и мягко подтолкнув, сказала:

– Может, поделишься?

Стефания автоматически села. Слова полились сами собой.

– Понимаешь, разные люди реагируют в одной и той же ситуации по-разному. Возьми нас с братом и сестрой. Если вдруг мы столкнемся с человеком, который плачет, Энька станет выяснять, что случилось, разбираться в ситуации и искать пути решения.

Я, скорее всего, побегу сломя голову наказывать виновных, не глядя на обстоятельства.

А Егор…. Он сядет рядом, обнимет и станет утешать. Всего несколько его слов и человек забудет о своей обиде. Сила моего брата в его доброте. Жаль, что она не поможет ему в вашем мире.

– Знаешь, протянула Санна, – я тоже раньше думала, что Зач слишком мягок, но поверь, это не мешает ему проявить твердость там, где это необходимо. Он не трясет мускулами и не бравирует своими возможностями, хотя и мог бы. После Ренарда Нуарона, единственного дракона в нашем мире, имеющего три ипостаси, Зач самый сильный драколин современности. Только Рен и он могут принимать полную боевую форму. Да ты сама видела его в чешуе.

Стеша передернулась, вспоминая. Мокрушная форма драколина – зрелище не для слабонервных.

– На Дракаре много сильных воинов, но самые опасные из них побеждают силой духа, а не мышц. – Добавила Санна, утешая.

– Завтра пойдем вглубь аномалии. – Начал Оюн, когда все собрались у костра. – Местные сказали, что видели несколько рваных полупорталов со стороны большого выпаса. В один из них даже угодил местный пропойца.

– Это там, где зачарованный луг, который аномалия обошла? – уточнил Лэн.

– Да, там пространственный карман почти до четвёртого круга тянется. Особо отчаянные туда скотину пасти гонят, а тот мужик, что попался, за стадом следил. Правда, ему повезло. Портал не смог его перебросить, слишком быстро рассеялся. Видать ослаб огрус в животном теле. Но факт такой, надо его изловить, пока он еще какого-нибудь слабого мага не обнаружил и не вселился. А то ищи его потом по всему Дракару.

– Значит, утром сворачиваемся и в путь? – Тариан, главный среди снабженцев уже прикидывал, что паковать в первую очередь.

– Да. А сегодня нас ждет…

– …Ночь историй! – грянули один голос все остальные.

– Что за ночь? – тихонько спросила Стеша у Зачари.

– А вот прямо сейчас и узнаешь. Вейлр Бат ее в первую очередь для тебя затеял, чтобы ты о Дракаре послушала. Ну и о себе рассказала, мы тоже умираем от любопытства.

– Стеш, на правах гостьи, с чего бы ты хотела начать? – спросил Гуилл.

Девушка на секунду задумалась. О государствах, народах и быте ей понемногу ребята уже рассказывали. Пока самую большую загадку для нее представляла магия, но знания о ней не были сейчас так уж важны. Хотя Оюн считал иначе. Он утверждал, что волшебная сила в ней тоже есть. Поначалу Стеша обрадовалась и попробовала ее отыскать, но никаких изменений в себе не почувствовала и решила не зацикливаться. Главное для себя она выяснила – магия не поможет ей в поисках Энии и Егора, как и в возвращении домой. Тогда, что может оказаться полезным?

– Расскажите мне про изначальный портал и о том, как устроена аномалия? – задала она первый вопрос, раздумывая о том, что неплохо бы научиться здесь ориентироваться. Она свято верила, что во всем должна быть логика. Если портал много веков создает поле искажения, кто-то да должен был заметить закономерности. Разобравшись, как это работает, она сообразит, откуда начинать поиски.

Слово взял Оюн:

– Край зачарованных омутов существовал на Дракаре с незапамятных времен. Он был еще до появления в этом мире предков современных рас. Это часть другого времени, когда планету населяли драконы и карайи – птичьи оборотни.

Тогда, местность эту еще называли Райским садом. Поначалу это была относительно небольшая заповедная территория, где черпали силы райские птицы. Они крайне редко рождались в разных стаях птичьих оборотней и обладали уникальной магией.

Среди адептов пронеслись шепотки. Судя по всему, не каждый из них знал, о чем говорит куратор.

Уловив фразу про Райский сад Стеша вздрогнула, уж очень странно было слышать из уст орка земные названия. Оюн это заметил, но продолжил:

– Об этом я сам узнал лишь недавно, поэтому подробностей не ждите.

Райский сад был окружен со всех сторон множеством прудов с водой, обладающей различными магическими свойствами. Отсюда и второе название этой области – Край зачарованных омутов.

Мне придется сделать небольшое отступление от темы, чтобы прояснить для Стефании то, что для всех остальных является очевидным.

Драконы и карайи существовали мирно, поскольку практически не пересекались. Птичьи оборотни жили в гармонии с природой, драконов же к прогрессу двигала их страсть.

Каждый дракон был помешан на коллекционировании. Желание страстного обладания превышало все остальные чувства. А вот объект страсти, у всех был разный и не обязательно материальный. Тяга к исследованиям и открытиям встречалась даже чаще, чем собирание, скажем, гербариев.

Другой особенностью расы была слабая способность к эмпатии. Драконы равнодушны ко всему, что не касалось их увлечения, а семьи создавали только для продолжения рода. Исключения случались, но мы сейчас говорим не о том.

Теперь для Стеши стало кое-что проясняться. Если драколины прямые потомки драконов не удивительно, что большинство из них ведут себя странно по меркам землянки. Она, например, не раз видела, как один из адептов при любом случае бегал по окрестностям с сочком и ловил бабочек. Это попахивало патологией, с учетом того, что он совершенно не общался с другими студентами, и, казалось, вообще их не замечал.

Другой каждый вечер пересчитывал свои ножи. Протирал их отрезом мягкого материала, полировал гвоздичным маслом с таким видом, будто любимую женщину ласкает.

Да, что говорить, даже Зач и Санна, самые адекватные из драколинов и те не без причуд. Милая, добродушная Санна коллекционировала редкие яды и на досуге создавала противоядия к ним. А Зач, по словам друзей, был страстным собирателем антиквариата.

Если бы в Боевой академии не учились представители других рас, Стеша запросто могла решить, что попала в местный филиал дурдома.

Между тем, Оюн продолжил:

– Исследования требовали места, а коллекции охраны. Так на Дракаре появились удалённые друг от друга неприступные замки. Многие из них существуют до сих пор.

Теперь вернемся к аномалии.

Больше тысячи лет назад в одном из таких замков в Краю зачарованных омутов жил дракон. Его страстью были исследования магических камней. Он был очень умен и совершил много открытий, которыми мы пользуемся, по сей день.

Что случилось на самом деле, история умалчивает. По известной версии, однажды этот дракон в своих походах по окрестностям наткнулся на природный межмировой портал и каким-то образом запустил его. Так на Дракар попали ныне живущие здесь расы.

Что же до карайи, их поманили неизведанные миры. Почти все в короткий промежуток времени ушли через портал и больше не вернулись. Были, конечно, и те, что остались, но их жизненный путь затерялся в веках. Доподлинно известно лишь о двоих, сумевших дожить до наших дней.

– То есть, им сейчас должно быть больше тысячи лет?! – присвистнул Гуиллом.

– Не исключу, что и больше нескольких тысяч. – Оюн задумчиво посмотрел вдаль.

– Не слабо даже по меркам драколинов и эльфов, а они считаются у нас самыми долгоживущими, – дополнил Гуилл, обернувшись к Стеше.

– А почему мы о них ничего не слышали? – спросил кто-то из адептов с противоположной стороны костра.

– Рок, может, позволим столь почтенным дамам самим решать, кому сообщать о себе, а кому нет? – ответил куратор.

Среди студентов послышались смешки.

– А, что дальше то было? – поторопила орка, уже вовсю втянувшаяся в рассказ, Стефания.

– Несколько веков портал работал исправно. Дракон его открывший, сосредоточил свои исследования в этом направлении, научился им управлять и стал хранителем врат в иные миры. Наладился обмен и торговля. Вокруг границ Райского сада появились поселения иномирян и обширная сеть торговых путей.

Да, забыл сказать, что дракон то наш был уже не молод, имел жену, которая была наследницей правящего рода, а их сын ныне известен миру как Драколин Первый.

– То есть он королем был? – не поняла девушка. – Почему тогда он страной не управлял, а у портала сидел?

– Он был консортом. Но даже не в этом дело. Не было у драконов семей в человеческом понимании. Они женились, заводили потомство, а дальше жили отдельно, каждый своей жизнью, охраняя и приумножая свои коллекции.

В ту пору правление больше напоминало не монархию в нынешнем виде, а клановый строй. Его жена была главой одного из крупных кланов. С появлением других рас мир стал меняться. Тогда и потребовалось центральное управление.

Одной из рас, пришедших на Дракар, были проклятийники. Их еще иногда называют ведьмами. Одна магесса из их племени открыла недалеко от портала гостиницу для путешественников по мирам.

Однажды туда приехал молодой дракон из правящего клана. У них случилась интрижка, но из-за разницы восприятия все кончилось печально. Дракон оскорбил ведьму, и она прокляла его на бездетность с любой из дракониц. Но перестаралась, и проклятье пало на весь драконий род.

Пока драконы разобрались в причинах, прошло много времени. Девушка подготовила пути к отступлению и сбежала порталом в свой родной мир. А после прокляла и портал. Когда драконы кинулись в погоню, он взорвался и нанес непоправимый ущерб местности, где находился. С тех пор та часть Края зачарованных омутов, где были врата в другие миры и Райские сады закрылись. Что стало с хранителем портала неизвестно. Более чем за восемьсот лет никому не удалось туда проникнуть.

- Или выбраться живым….

- Верно. Но на этом история не закончилась.

Драконы стали создавать пары с представителями других народов, лишившихся возможности вернуться домой. Так появились драколины. Они утратили свою животную сущность, но приобрели некоторую способность к любви, сопереживанию, другим свойственным разумным расам чувствам. Не в полной степени, но все же они стали больше похожи на других представителей магических народов. Мир стал приобретать те черты, что мы привыкли видеть.

Что же до Края зачарованных омутов, все не так просто. Вокруг закрытой территории возникла непонятная магическая активность. Законы природы переставали действовать, стали возникать стихийные порталы. Угодившие в них, редко возвращались. Жители встречали там зверей чуждых нашей планете. Некоторые законы физики прекращали действовать, а артефакты работать.

Разумные существа спешно покинули те земли, образовав зону отчуждения. Ее стали называть аномалией. Примерно через сто лет стало ясно, что она разрастается, захватывая новые территории. Для удобства наблюдения за скоростью распространения была придумана система кругов.

Первым кругом принято считать закрытую территорию с порталом. Вторым – то расстояние, что Край зачарованных омутов захватил за сто лет. Каждый последующий круг отмечает путь аномальной зоны за очередную сотню. Сейчас их девять. Мы находимся в седьмом, а завтра направимся вглубь до четвертого круга.

Стеша призадумалась. Ее нашли в седьмом круге, далеко от портала и центра аномалии. Выходит, прав Оюн, Эньку и Егора придется выискивать по всей закрытой территории и у границ. Она то, надеялась сузить круг поисков.

Долго рассуждать ей не дали. Ребятам из академии не терпелось послушать про другой мир. У нее тоже вопросов хватало, так что следующие несколько часов пролетели как один миг.

Последней была история про огрусов – магических паразитов, от которых защищать Дракар пришлось даже некоторым из ее новых друзей. Девушка прокручивала ее в голове так и эдак, пока готовилась ко сну. Ей не давало покоя какое-то несоответствие, а она любила все укладывать в стройную систему. Уже лежа в спальнике до нее, наконец, дошло, что не сходится.

– Санна, – позвала она, лежащую рядом драколиншу, – а где остальные ребята из группы бытовиков и другие участники борьбы с огрусами? Они, что… погибли?

– Нет, упаси Великий Дракон! - Девушка подскочила и изобразила некую конструкцию руками, видимо местный обережный знак.

– Все с ними в порядке, – добавила, приподнявшаяся на локте, Чинита. – Бытовиков в Боевой академии обучают только три курса, желающие продолжить образование после отбора осваивают вторую, военную специализацию. Таких, как ты видишь, немного. Я осталась из-за мужа, Зач – отчасти из-за Санны, отчасти из-за полной боевой трансформации.

– У него сила проснулась неожиданно. – Добавила Санна. – Повезло, что в академии уже учился. Наш ректор и преподаватели ему здорово помогли.

– А остальные?

– Из оборотней с нами только Рок. Другие в общине живут. У двоих резерв слишком маленький для боевиков оказался, а Фил истинную встретил и женился.

Тариан и Доминик имеют договоренность с главой Тайного отдела при Королевском Совете. Он оплачивает их учебу, а по ее завершении парни придут к нему на службу. Старший брат Тара, Килиан доучиваться не стал и уже работает теневым агентом, так же как и наш дроу - Фериэль.

– Ну, тут все закономерно, поморцы еще при поступлении знали, куда работать пойдут. Для меня неожиданно было, что вейлр Сатар так уцепился за Аделарда Борейского. Взял его к себе в личные помощники и устроил так, чтобы он пятый курс экстерном закончил.

– Да, мы тогда все удивились. Сначала, когда Дел сам в аномалию идти вызвался, а потом, когда на службу к Амарелю пошел. В академии такой шалопай и задира был, и вдруг, как подменили. – Санна задумчиво потерла нос. – Нита, ты лучше про остальных расскажи.

– Наринейл открыл в Ога-Стане агентство по ландшафтному благоустройству. Его услуги очень популярны. Мы часто видимся, когда в Большой дом семейства Бат приезжаем. С Терри и Ренардом тоже там пересекаемся.

У Рена, как у родственника Верховного Драколина, много обязанностей, при дворе, но он их терпеть не может. Поэтому он с радостью ухватился за предложение короля, и занимается жутко секретной деятельностью по всему миру, а Терри ему активно помогает. Кстати у них скоро свадьба. Там со всеми и познакомишься. Оюн сказал, что пока твои не найдутся, будешь жить в Большом доме Батов, так, что не отвертишься.

– А ну, зажмурились! – Послышался из-за кустов звонкий голос.

Перепуганные обитатели аномалии врассыпную шарахнулись во все стороны. Один махнокрылый мышатус едва не врезался Оюну в лицо. Он отмахнулся, закатил глаза и снова откинулся на толстый ствол дерева.

Громкий плеск, … второй, … третий, затем визг и девичий хохот. Орк усмехнулся. А что они хотели? Вода в этом омуте ледяная. Зато точно безопасная. Потерпят, здесь не Ширасс все-таки, а они не кисейные барышни, а адептки Боевой академии. Стешу он тоже как-то незаметно для себя причислил к этой категории.

– И почему девочки не могут купаться тихо? – недоуменно спросил Гуилл.

Оюн приоткрыл глаз и многозначительно промолчал.

– Ты у нас женатик, вот и расскажи. – Вместо него ответил Тариан. – Их всего трое, а плеска, как от стада борудов.

– Боруды не моются. Они в пыли экзоскелет чистят. – Лениво вставил Зач.

– Опять заучку включил, – усмехнулся Гуилл.

– Не отвлекаемся, – сказал Оюн, не меняя позы. – Протокол безопасности никто не отменял.

Плеск прекратился. Парни сразу подобрались.

– Мальчики, отвернитесь! Мы выходим. Три головы как по команде повернулись в сторону, только Оюн не шелохнулся, но глаза все же прикрыл.

Тишину разорвал громкий визг. Сонную дымку как ветром сдуло. Парни повыскакивали и ломанулись через кусты на звук, производя столько шума, что если до этого кто-то еще в аномалии не знал об их присутствии, теперь точно в курсе.

Оюн вздохнул. Учишь их, учишь…. Все бестолку!

За безопасность девочек он не переживал. Санна и Чинита опытные боевички, не раз бывавшие в переделках. Случись, что серьезное, они то, как раз действовали бы хладнокровно, в отличие от парней. Да и Стеша, не робкая ромашка. Сначала двинет, а потом разбираться будет. Пара драколинов четверокурсников уже успели оценить ее импульсивность и удар справа. Раз орут, скорее всего, насекомое какое увидели, или тина в волосах запуталась. Дурью маются.

Орк не торопясь поднялся и пошел в сторону лагеря. Втык он им позже устроит.

Когда через двадцать минут ребята не вернулись к стоянке, Оюн забеспокоился. Выставил часовых и двинулся на поиски.

Ну, если они там по кустам любятся!… Заставлю весь устав десять раз переписать, чтоб запомнили! – думал Оюн, но холодок страха уже пробежал по его спине. Он внимательно слушал лес. Угрозы тот не излучал. Вдруг он ошибается?

Впереди овраг преграждал путь. Не слишком широкий, но человеку не перескочить. Недалеко от его края мужчина с облегчением заметил своих студентов. Он быстро осмотрел их. Чинита, Санна, Стеша – эти целы, хотя и полуодеты. Зач в боевой форме, напряжен. Гуилл и Доминик тоже в порядке, склонились и что-то сооружают из веток.

Так, стоп. С ними Тариан был, а Доминик с Лэном патрулировали периметр. Он присмотрелся внимательней.

Вот они, голубчики! Лежат на земле, а девочки вокруг хлопочут. Ужас сжал его сердце, и куратор ринулся к ним. Путь занял несколько секунд, показавшиеся орку вечностью.

– Что случилось, – рявкнул он на бегу, едва не напоровшись на когти Зача, но вовремя затормозив. Драколин отступил на шаг, заметно расслабившись и ответил:

– Мы преследовали неизвестное ранее существо. Оно подсматривало за девочками, пока они купались. Нарушитель ушел через овраг, перед этим ранив ядовитыми иглами Лэна и Тара. Я не смог его догнать, даже обратившись. Выслеживать в одиночку не стал, побоялся оставить ребят.

– И правильно. Что с ними?

– Парализованы, – ответила Санна. – Спазма дыхательных путей нет. Серьезной угрозы жизни тоже. Но двигаться они не могут. В лагере есть универсальное противоядие, думаю, оно должно помочь.

– Носилки готовы, – сообщил Гуилл.

– Хорошо. Несем их в лагерь. Держимся вместе.

Только когда все благополучно добрались до стоянки, разместили раненых, ввели противоядие и убедились, что оно действует, Оюн приступил к расспросам.

– Что все-таки произошло? Докладывайте по очереди. Начнем с девочек. Особенно меня интересует, почему пятикурсницы Боевой академии при обнаружении опасности, визжат как фрейлины Ее Величества, найдя в супе таракана!

Санна и Нита потупились, а Стеша ответила:

– Мы думали, пацаны шутят, одежду стащить хотят или еще что-нибудь в таком духе.

– Сразу не сообразили, что парень не наш, – добавила Санна.

– Какой парень? – не понял Оюн.

– Тот, что из кустов подглядывал. Я обернулась, а он там. Мальчишка совсем. Лет пятнадцать, не больше. Волосы длинные, русые, худющий…. – Вставила Стеша. – А пищала – это я так, от нежданчика.

– Ла-а-адно… А дальше?

– Тут наши парни к пруду вылетели. Он испугался и побежал, они следом. Мы тоже, что под руку попалось, натянули, и за ними. Увидели только, как он через овраг сиганул.

– Не человек это, – хмуро добавил Зачари, – может когда-то он им и был, но не сейчас. Я драконьим зрением хорошо рассмотрел. Он двигался иначе. Не бежал, а отталкивался от земли, цеплялся за ветки и руками пробрасывал себя дальше. Он странно гибкий, будто у него нет костей.

– И ядовитыми шипами из ладоней люди не бросаются. – Вклинился Доминик. – Мы с Лэном в патруле были, когда крик услышали. Лэн впереди бежал, он прямо на парнишку этого выскочил. Тот руки поднял, а из них иглы как у сиилерка вылетели. Первый залп по эльфу пришелся. От второго я водный щит поставил, а третьим подоспевшего Тариана приложило.

– В меня он тоже пару раз попал, но я уже боевую форму принял, драконью чешую иглами не пробьешь. Зато образцы остались.

Зач разжал кулак и показал на ладони пару колючек. Оюн забрал их и принялся внимательно разглядывать.

– Я его хотел перед оврагом прижать, погнался следом. Доминик и Гуиллом с флангов обходили. Он у края заметался, потом остановился и вдруг стал вокруг своей оси скручиваться, обернулся раза четыре и как сжатая пружина через овраг перелетел. Его Гуилл воздушной петлей ловил, но не дотянулся.

Рассказ ребят не на шутку взволновал опытного шайди. Ему еще ни разу не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. По-хорошему, надо бы созвать совет воинов равновесия. Будь он один, так бы и поступил. Но адептов без присмотра в четвертом круге не оставишь. Придется отвести их в город и только потом заняться этой проблемой.

Трое суток спустя, уже близ границы аномалии, его настиг зов. Только шайди могли так контактировать между собой. Сообщения не содержали слов, лишь обрывочные визуальные образы. Остальное приходилось угадывать. Не иверс конечно, но другой связи в аномалии нет.

Перед глазами на миг промелькнул зал приграничной таверны и браслет ТопКС на руке. Килиан. Скорее всего, он зачем то срочно понадобился Амарелю. Хорошо, что Оюн знал место, которое спроецировал Кил. Поморец явно в курсе, где их искать и будет ждать в ближайшем портальном городке. Как раз в том, куда они направляются.

Таверна «Хмельной мантикор» торчала у начала тракта, ведущего в приграничный город Оркск. Или у конца…. Все зависит от того с какой стороны подходить. Главное, что это было ближайшее к аномалии место, где можно было поесть и переночевать.

Едва минуло десять утра, и большинство завсегдатаев сего заведения либо отсыпались после вечерней попойки, либо еще не прибыли. Лишь несколько караванщиков сархов сверкали агатовыми глазами из дальнего угла большого полутемного зала, да два гнома пили какую-то бурду у стойки. Никто не обратил внимания на ввалившуюся толпу адептов. К их присутствию у границы давно привыкли.

Подавальщица, грудастая орчанка в цветастом переднике, споро разместила их за несколькими большими столами, при участии все тех же адептов сдвинутыми в центре зала.

Оюн подошел к стойке. Лысый хозяин кивнул ему и нажал на бытовой артефакт для связи с номером.

– Твой друг сейчас придет. Плеснуть тебе чего?

– Не сегодня. На службе, – указал орк головой на студентов.

– А-а, растишь новые кадры. – Многозначительно протянул трактирщик. – Тогда может успокоительного?

Оюн усмехнулся.

– Лучше сразу яду. Эти оболтусы, те еще яраговы дети!

– Как скажешь. – Мужчина поставил на стойку перед Оюном пустую чашку и наполнил ее заваренным сбором степных трав. Именно этот отвар был тем, что примиряло молодого орка с маленькими номерами, короткими кроватями и сомнительным контингентом «Мантикора».

Он с удовольствием отпил и поверх чашки увидел спускающегося со второго этажа Килиана. Тот взглядом указал на уединенный боковой столик. Оюн подхватил чашку и заварник и через минуту они сидели, перебрасываясь последними новостями.

Значительно позже, уже после разговора через иверс с Амарелем и отправки студентов порталом в Академию, орк снова вернулся в таверну. Килиан тоже завершил свои дела и занял место за облюбованным столом. Они решили, что будет не лишним пропустить по стаканчику перед сном и обсудить текущее положение дел.

– Значит все-таки прав Коломбейн, назревает конфликт между магической элитой и безмагическим большинством? – спросил Оюн.

– По крайней мере в Рикалии.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Одному мне точно не справится. Повезло, что мой начальник разделяет беспокойство Коломбейна. Сейчас Амарель вплотную взялся за поиск организаторов. Наш великий и ужасный мыслит нетривиально, к тому же у главы Тайного отдела при Королевском Совете гораздо больше опыта и ресурсов в таком деле, чем у шайди. Я готов ставить на то, что он доберется до главарей раньше, чем они успеют поднять народ.

– Я тоже раскинул свою агентскую сеть, но шифруются подпольщики серьезно. Поэтому, предлагаю побыстрее изловить измененного парня, доставить в ТопКС и пусть Сатар с ним разбирается, раз считает, что он как-то с этим всем связан.

– Ты прав, никто не распутывает интриги лучше советника. А нам нужно позаботиться об остальном. Судя по тому, что ты успел мне рассказать о карайи, у нас есть дела большей срочности.

Мне очень не нравится держать Стефанию и Энию в неведении относительно друг друга. И скрываться от Амареля тоже. Он, конечно, поймет, но доверие будет подорвано. – Нахмурился Килиан. Между его бровей пролегла складка. На парня давила ответственность воина равновесия.

Оюн как никто разделял его чувства. Для них обоих знаменитый глава ТопКС был, в первую очередь, близким другом и боевым товарищем.

Орк немного помолчал, обдумывая сложившуюся ситуацию, но вскоре любопытство пересилило:

– Кил, а какая она – Эния? Это же вы с Фериэлем ее нашли? – Спросил он.

– Энька классная! – улыбнулся парень, – умница, красавица. Мы ее к Амарелю в личные помощницы пристроили, чему я очень рад. С ее появлением в нем как будто интерес к жизни проснулся.

– Так это ее я сегодня мельком через иверс видел? Высокая брюнетка в строгой блузке?

– Она самая.

– Красивая, но со Стешей совсем не похожа.

– Да. Младшенькая – блондиночка с огоньком! – хохотнул поморец, намекая на прическу девушки.

– Еще с каким, – улыбнулся Оюн, вспомнив задорный характер Стешки. – Я ее пока в Большой дом Батов отправил, под охраной Гуилла, но надолго оставлять ее там не стоит. Мало ли что может произойти.

– Согласен. Ловим парня, везем к Амарелю, забираем птичку и доставляем ее к Юне. Я ничего не упустил?

– Нет. Зария уверена, что предсказательница поможет.

Первый помощник главы ТопКС – Аделард Борейский устало потер переносицу. В глаза будто бы насыпали песка. Он размял шею и зашипел, задев небольшой, но очень неприятный ожог, полученный при вчерашней операции по захвату лаборатории. Штатный лекарь выдал ему мазь и сказал обрабатывать каждые четыре часа в течение трех суток. Об этом он, конечно, забыл уже во второй раз подряд. И вот результат - тонкий слой восстановленной кожи опять лопнул.

Мужчина заглянул в раскрытую папку. Осталось три листа.

Дочитаю и сделаю перерыв, – решил он.

Яраговы отчеты!

Нет, Дел понимал их важность, но варх задери, как можно изучить и осмыслить такой объем информации! Как с этим справляется его начальник? Еще немного и глава Тайного отдела при Королевском Совете загонит себя на смерть. И его за компанию. Которые сутки они уже нормально не спят?

Аделард усмехнулся. Там, где Амарель спасался бодрящими зельями, он компенсировал быстрым сном. У него была потрясающая способность мгновенно засыпать где угодно и в любой позе. Проблема в том, что сейчас даже на такой отдых времени не было.

Как же удачно, советник нанял Энию! Еще один личный помощник им просто необходим. А судя по эмоциям, излучаемым эльфом в ее присутствии, есть надежда, что его друг вспомнит о жизни кроме работы.

Кстати, надо бы с ней связаться. Они с Сатаром застрянут в конторе еще как минимум на несколько суток. Девушка будет волноваться.

Он потянулся к стационарному иверсу и четко произнес:

– Эния Соколовская.

Пространство над столом замерцало и перед ним появилось полупрозрачное изображение домашнего кабинета главы ТопКС. Темноволосая красавица смотрела на него поверх стопки книг, которые она, видимо, изучала.

– Дел, привет. Какие новости? – обрадовано спросила она.

– Привет. Я буквально на два слова. Лабораторию взяли, а ученых нет, они успели скрыться. Наши все живы и целы, но мы зашиваемся. Ближайшие дни советника домой не жди.

– Я могу чем-нибудь помочь? Может мне приехать?

– Курьер с лабораторными документами уже едет к тебе. Так, что работы всем хватит. Я просто предупредить хотел, чтобы ты не переживала.

– Спасибо.

– Да, Энь, – парень слегка замялся, – когда советник вернется, постарайся его нормально накормить и заставить поспать.

– Об этом не волнуйся. И поест и поспит, как миленький. О тебе то, хоть есть, кому позаботиться?

– Я справлюсь, – отмахнулся Дел. Эния только покачала головой.

Аделард попрощался и отключился. Вопрос девушки отозвался застарелой тоской. В чем-то Дел завидовал Амарелю. Ему бы хотелось, чтобы дома его тоже кто-то ждал. В последнее время молодой мужчина часто ловил себя на том, что задерживается на работе, потому, что ему не к кому торопиться.

У него были те, кто искренне переживал о нем – бабушка и Себ. Но брат сейчас преподает в Боевой академии, а бабушка в родовом поместье, на другом конце страны.

На иверс поступил входящий вызов.

– Амарель на месте? Его личный артефакт связи не отвечает. – Без предисловий начал Оюн.

– Нет, он во дворце. Делает доклад Верховному Драколину.

– Ясно. Тогда, Борейский, придется тебе нам помочь. Мы с Килианом поймали измененного парнишку. Ты должен быть о нем в курсе. – Аделард кивнул. – Тебе нужно его устроить и проследить, чтобы он дождался Амареля в целости.

– Везите сразу в Этарунскую лечебницу. – Принял решение парень. Я уже выезжаю.

Торопясь, как можно раньше попасть к месту встречи, Дел мчался через город на предельной для его лецепака скорости. Только на подъезде он вспомнил, что так и не намазал ожог.

В закрытом блоке, где содержались потенциально опасные существа, сегодня было многолюдно. Не удивительно. Амарель заранее озаботился подготовить палату для биоконструкта, коим собственно, и был пойманный воинами равновесия парень.

Сотрудники Тайного отдела только начали разбирать брошенные опальными исследователями – братьями Кидар лабораторные журналы, но уже от того, что удалось прочесть волосы вставали дыбом. Эти ученые психи пытались имплантировать магические железы обитателей аномалии людям без магии. Дел был уверен, что это невозможно до сообщения Оюна об измененном существе, которое спугнули студенты. Не удивительно, что все отделение стоит на ушах.

Аделарду пришлось задержаться на проходной для проверки наручного кристалла. Не смотря на то, что личного помощника главы здесь хорошо знали в лицо, правила одинаково соблюдались для всех. Даже советник предъявлял на входе браслет ТопКС, завязанный на ауре.

У двери в палату драколин едва не столкнулся с серокожим громилой. Дварр принадлежал к расе горных троллей и выглядел внушительно. При этом был самым добродушным существом в их ведомстве. Он заведовал оранжереей особо опасных растений и лабораторией при ней. Зачем он здесь?

Словно в ответ на невысказанный вопрос мужчина пророкотал:

– О, ты вовремя. Привет пернатый. Меня тут страховать тебя вызвали.

– Здорово, неотесанный, – хлопнул тролля по плечу Дел, а про себя порадовался присутствию приятеля. Мало кто смог бы прикрыть ему спину лучше него. Дварр, как и его соплеменники был абсолютно не восприимчив к магии. Это делало его идеальным кандидатом в сопровождающие для встречи с неизвестным существом.

Их шуточный обмен любезностями был давней традицией. С тех пор как тролль упорно отказывался признавать Аделарда драколином, утверждая, что он шифрующийся грифон. Он был прав, но лишь отчасти.

Аделард происходил из смешанной семьи. Его бабушка по отцу, действительно, была грифоном. Она принадлежала ко второму поколению птичьих оборотней попавших на Дракар. Свежая кровь для драколинов тогда все еще была актуальна, и красивую девушку выдали замуж совсем юной, особо не заботясь ее желаниями.

Не в самых благоприятных обстоятельствах, молодая ора смогла добиться многого. В первую очередь уважения, среди совсем не лояльно настроенных драколинов.

Дел восхищался ее мудростью и силой духа. Именно она всегда поддерживала мальчишку упорно летящего против ветра.

На Дракаре даже самому темному гному известно, что дети из смешанных браков с потомками драконов наследуют их силу. Урезанную, корявую, но драконью. Исключения бывают, и горе тому, кто вытянул короткую соломинку. Аделард как раз умудрился угодить в этот крохотный процент. Из аристократов их поколения так повезло только ему и… принцессе Лее.

Да, да, будь ты хоть самим Верховным Драколином, а от воли случая король тоже не застрахован. Это, как раз одна из причин, по которой, на самом верху идет непрерывная грызня.

Верховный Драколин, вопреки сложившейся традиции не стал скрывать от общества, что его младшая дочь взяла магию от матери русалки. Он никогда не отделял ее от остальной семьи по причине неудачных генов и всячески ограждал от злых языков. Для Дела, чей отец вел себя иначе, такой подход оказался привлекательным.

Сам Аделард привык утаивать грифонью силу. Ко всему прочему, дар ему достался с подвохом. Эмпаты его уровня встречались редко, и жизнь их была не слишком веселой. Тут с двух одно: либо допросная комната под защитой короны, либо одиночество и постоянный страх за свою жизнь.

Редкий случай, когда он был согласен со своим родителем. Никто не любит махать сокровенным. Узнай серьезные существа о его способностях в те времена, когда Дел еще не прошёл «школу выживания» от Амареля, скорей всего он уже был бы мертв.

Благо и от драколинов ему кое-что перепало. Слабенькая воздушная магия, способность трансформировать указательный палец правой руки и драконий слух. Последний оказался особенно полезен.

Мужчины открыли дверь и замерли на пороге. На стандартной больничной койке сидел мальчишка со стянутыми вместе руками. Шкет посмотрел на вошедших исподлобья и зашипел.

Аномалия была домом для многих чудовищ, и Дел был готов к тому, что увидит нечто необъяснимое, но перед ним был обычный пацан, чумазый, ободранный и явно голодный. А еще он не испытывал человеческих чувств. Только инстинкты, как у оборотней в звериной ипостаси.

Для восприятия чужих эмоций в мозгу драколина специального отдела природой предусмотрено не было, в отличие от тех же грифонов. Поэтому организм Дела интерпретировал поступающие данные как совокупность всех органов чувств. Он буквально, знал их вкус, слышал их, видел, осязал. Но сильнее всего был запах.

К каждому ощущению у него был привязан определенный неизменяемый аромат. Исключение составляла любовь. У каждого существа она пахла по своему, но эйфория, которой сопровождался запах, не позволяла спутать ее ни с чем.

Парень перед ним источал сильнейшую уксусную вонь, смеси страха и возбуждения. Дел осторожно потянулся к нему своей силой и мельком заметил намек на человеческое сознание. Выходит, парень своего рода оборотень. Значит из этого и стоит исходить. Как обращаться с двуипостасными загнанными в угол, главный помощник советника знает не понаслышке.

Пустыня Сархиат была небольшой и на карте казалась детской песочницей. Когда они обсуждали свой маршрут, Стеша не предполагала, с какими трудностями придется столкнуться по дороге от портала.

На деле же, перед ними лежала бесконечная ржавая равнина, пересекаемая цепями дюн. Кое-где из песка торчали перекрученные растения, такие же красно коричневые, как и все в этом месте. Взгляду не за что было зацепиться. Даже небо, казалось, приобрело кровавый оттенок.

– Быть буре, – сказал Оюн и поморщился. – Нам лучше бы успеть в поселение до ее начала.

– Далеко еще? – спросил Килиан, отирая краем головного платка лицо.

– Километра два. Вот с того бархана его уже должно быть видно.

Сообщение о скором окончании пути придало Стеше сил. Она очень надеялась, что предсказательница, о которой говорил Оюн, сможет помочь в поиске ее родных. Ради призрачной надежды она готова была терпеть любые сложности.

Яркий шатер они действительно увидели издалека, а вот хижины коренных жителей удалось разглядеть, только когда почти уткнулись в одну из них, настолько глубоко они вросли в песок.

Ветер набирал силу, и путники поспешили к гостеприимно откинутому полотнищу, чтобы укрыться от мелких крупинок, летящих в глаза. Внутри царил полумрак, и пахло благовониями. Почти как в земных изотерических лавках, – подумала Стеша.

Постепенно глаза привыкли к насыщенному густыми оттенками полумраку. Свет, проходящий через ткань, смешивался, подсвечивая убранство с отчетливым восточным колоритом.

Удивительно, но вездесущего песка внутри не было. На полу, устеленном толстым ковром, громоздились горы бархатных подушек с кистями, пришитыми по углам. В центре стоял окованный металлом низкий сундук. На нем, как на столе блестел в свете теплых магических ламп большой чеканный поднос с четырьмя армудами и заварником, наполненным янтарным травяным напитком.

Тень в глубине зашевелилась и на свет вышла… Нонна Мордюкова. По крайней мере, Стеше показалось, что перед ней именно известная актриса.

– А вот и ты, дитя радости! Проходи, я ждала тебя. – Низким для женщины грудным голосом, сказала хозяйка и махнула рукой в приглашающем жесте. Девушка от неожиданности стушевалась, но все же прошла вглубь и устроилась на синей подушке с золотым шитьем. Женщина присела напротив. Оюн и Килиан, подобно маврам из земных приключенческих книг встали по обе стороны от входа.

– Здрасте, – пискнула Стеша.

– Не бойся, я лишь проводник для предсказаний. Сама судеб не вершу. – Усмехнулась женщина. – Угощайся. Она пододвинула напиток девушке.

– И вы тоже присоединяйтесь, – посмотрели она на мужчин. – В моих песнях нет секрета.

Они подошли, присели рядом и тоже пригубили отвар.

В руках хозяйки появился музыкальный инструмент, по виду очень напоминающий сямисэн. Она прикрыла глаза и стала монотонно пощипывать струны.

Постепенно вызываемые ею звуки начали сплетаться в гипнотический ритм, а сама женщина впала в подобие транса. В воздух рядом с ней взлетел свиток. Юна запела, и красивое бирюзовое перо заскользило по бумаге, вслед за ее словами:

Когда услышишь звуки грома

Трубящие как знак тревоги,

Твой путь в эльфийские чертоги

К Владыке леса приведет.

Ведь нет границ волшебных стран

И наши перья мы не сложим,

Сильнее смерти, всех богатств дороже

Любви безбрежный океан.

Там дева силу обретет

И жизнь невинную спасет!

Когда взойдет на небосвод

Светлейший всадник – друг дороги

Отринь заботы и тревоги

И эльф, что встретит на пороге

Тебя до цели доведет.

Спеши вперед, забыв про лень,

Где скроет от ненастий сень

Сестер, чье время ночь и день

Тех птиц, чья сущность свет и тень.

Музыка смолкла, и исписанный свиток опустился Стеше на колени. Тут же в шатер ворвался порыв ветра, и раскат грома ударил по натянутым нервам. Все присутствующие вздрогнули.

– Надо же, как быстро, – хмыкнула Юна, – вам придется сильно поторопиться.

– Старший всадник взойдет завтра. – Сказал Оюн. Мы не успеем добраться отсюда в Дивнолесье так быстро. Тем более в грозу. До ближайшего портала сутки пути и он будет сбоить в непогоду.

Юна склонила голову и по птичьи взглянула на орка. Затем, кивнув своим мыслям произнесла:

– Есть путь короче. Я помогу.

Тени вокруг предсказательницы стали плотнее и вот уже перед изумленными ребятами, сидит, сверкая оперением полудева-полуптица. Лицо, шея и грудь остались прежними, а ниже оказалось птичье туловище на когтистых лапах.

– Гамаюн! – выдохнула Стеша изумленно. Сестра часто в детстве читала ей сказки и мифы о вещих птицах. После знакомства с орками, эльфами и драколинами она, казалось бы, должна уже привыкнуть к тому, что на Дракаре персонажи земного фольклора разгуливают повсеместно, но нет. Этот мир продолжал удивлять ее.

– Приятно, что кто-то еще помнит, как меня называть, – улыбнулась Юна. – Держи.

Она взмахнула крылом, и в руки девушке спланировало бирюзовое перо.

– К сожалению, моя магия сильна лишь в Краю зачарованных омутов. До границы вам придется идти самостоятельно. Когда пересечете барьер, представьте, куда хотите попасть и сдуйте перо с ладони. Перенесетесь сразу в Чертог розовой дымки.

На прощанье Гамаюн обняла девушку крыльями и прошептала:

– Удачи. Желаю тебе обрести свою единственную песню.

Обжигающий ветер швырнул им в лица острый песок. Даже сквозь платок на лице Стеша почувствовала солоноватый привкус. Она скривилась, но молча продолжила переставлять ноги вслед за Оюном. Кил замыкал процессию. Буря разразилась практически сразу, как они покинули пустынную стоянку. Желтая луна с багровым ореолом время от времени появлялась из свинцового марева. Средний всадник этой ночью уступал свои позиции. Завтра его место займет Старший – светило, о котором упоминалось в пророчестве. Из услышанного, в голове девушки отложились только строчки про сестер, которых скроет сень. Неужели завтра она встретится с Энией?

Впереди завеса дождя будто-бы стала плотнее. Хотя куда уж, и так нифига не видно! Оюн остановился, достал что-то из маленького мешочка и бросил щепотку перед собой. Пахнуло степными травами.

– Дань аномалии, – пояснил он и потянул девушку за собой.

Стеша почувствовала легкое сопротивление и вышла с другой стороны завесы. Кил шагнул следом.

– Вот и на месте, – сказал он весело, – теперь уже недолго. Переместимся, будем в сухости. Готовь перышко.

– Подожди, – оборвал его энтузиазм Оюн. – Пока мы в относительной безопасности, должен вас предупредить: не рассчитывайте на теплый прием. В семье Светлого Владыки я нежеланный гость. Так что нас даже на порог постараются не пустить. Придется использовать силу шайди. Было бы проще, знай мы, конечную цель, но в предсказании об этом сказано туманно.

У Стеши озноб прошел по позвоночнику. Она только теперь задумалась, зачем, собственно должна попасть к эльфам. А ведь речь шла о спасении девой чьей-то жизни!

Ладно, надеюсь это тоже фигура речи, – мысленно подбодрила себя девушка. – Мало ли какие вопросы жизни и смерти бывают. Переустановка слетевшей один-эски перед квартальным отчетом, тоже может считаться спасением.

– Прорвемся! – уверенно сказала она и достала перо.

Резные двери распахнулись, покорные воле Оюна. Они шагнули в холл. Навстречу им тут же ощетинились мечами дежурные охранники дворца. Орк не стал вступать в переговоры, за минуту раскидав их клинками и магией. Им с Килианом даже делать ничего не пришлось.

Дворец ощутимо трухануло.

– Что за… вархов хвост! – выругался поморец.

Оюн схватил ближайшего находящегося в сознании охранника и хорошенько его придушил. Не до церемоний сейчас.

– Что здесь происходит? – рявкнул он, и оскалился.

Молоденький эльф болтался в воздухе, притиснутый зеленой ручищей и в ужасе молча пучил глаза.

– Оюн, ты его задушишь! – вмешалась Стеша. – Он при всем желании тебе ничего сказать не может. Позволь мне.

– Валяй, – сказал орк и разжал захват. Парень осел по стене. Стефания опустилась на корточки напротив него и проговорила:

– Мы не хотим никому навредить. Меня и моих друзей привело сюда пророчество. Если ты объяснишь, что происходит, мы сможем помочь. – Голос девушки слегка подрагивал от переизбытка адреналина. – Только говори быстро и по существу. Время поджимает.

– Так, роды у Светлейшей, – просипел стражник.

Орк заковыристо выругался.

– Светлый Владыка здесь? – уточнил он.

– Нет его, на Королевский Совет отбыл. Но его сыновья в замке.

Следующий словестный жирандоль Оюна стоило бы записать для потомков. Таких цветистых ругательств Стеша еще не слышала. Глаза охранника, и без того не маленькие, стали совсем круглыми.

Справившись с собой, орк махнул рукой и уже спокойно сказал:

– Зато теперь мы знаем, зачем силы равновесия призвали нас сюда. Кил, я обеспечу нам свободный проход, а ты его запечатаешь. Стеша, держись между нами и слушай:

В правящем эльфийском роду давно нарушен баланс силы. Поколениями эльфы вели опасные эксперименты с наследственностью в надежде усилить магию своей семьи. Нужного результата добивались путем вмешательства в естественный процесс формирования магического истока.

Большая концентрация колдовских талантов у вынашиваемых младенцев требовала прорву магии, которую они тянули из матерей. Когда магии не хватало в ход шли жизненные силы. Это четвертая жена Светлого владыки. Догадываешься, чью «невинную жизнь» из пророчества нам придется спасать?

– Он, что, совсем больной, чтобы пойти на такое? А она, неужели добровольно согласилась?

– Не знаю. Мне никогда не понять Маркелиэля Имареля и его мотивов.

Они шли по длинному коридору, соединявшему личное крыло королевской семьи с парадной частью замка. Девушка заметила, что Оюн сменил походку. Теперь он бесшумно скользил. Каждый шаг стал легким и мягким.

В детстве у них была кошка – мышеловка. Когда она выходила на охоту, то двигалась точно так же. Хищник, крадущийся по чердаку, наблюдающий и вслушивающийся. Килиан рядом, тоже, будто не касался пола. Стеша старалась подражать ему, но на один его шаг приходилось два ее, и она бросила эту затею.

По пути их, действительно, никто не побеспокоил. Оюн заставлял встречных застывать еще на подходе, а поморец ставил невидимые блоки едва они проходили очередной участок. Следом слышался шум, и летели заклинания, но ни одно из них не достигало цели.

Только сейчас девушка осознала, какой силой обладают ее спутники. Вскоре она совсем перестала обращать внимание на происходящее вокруг, словно они прогуливались по парку. Парни тоже заметно расслабились. Тогда она решилась задать вопрос:

– Бат, что за проблемы у тебя с эльфийскими принцами?

Оюн нахмурился и долго молчал. Стеша уже не надеялась на ответ, когда он произнес:

– У нас старые счеты. Мой старший брат погиб от их рук, а перед этим ранил Лорентайна ритуальными клинками шайди. С тех пор средний сын эльфийского правителя прикован к инвалидному креслу.

­­– Ранения ритуальным оружием не подлежит магическому лечению. – Добавил Килиан. – Он навсегда останется калекой.

– Так, что любви мы к друг другу не испытываем. – Буркнул орк, останавливаясь перед стрельчатой дверью. – Пришли. Здесь начинаются личные апартаменты королевской четы.

­– Откуда ты так хорошо здесь ориентируешься? – Удивилась девушка.

– Глава ТопКС – Амарель Сатар, о котором ты уже не раз слышала, приходится Светлому Владыке младшим сыном. А мне близким другом. Он давно посвятил меня в планировку Чертогов розовой дымки. Как знал, что пригодится.

Дворец снова вздрогнул. Пол под ними заходил ходуном.

Дорогие друзья!

Мне очень приятно, что вы обратили внимание на эту историю. Я безумно рада каждому из вас, ведь именно поддержка читателей помогает творить дальше.

Вместе с героями нам предстоит долгий путь, полный приключений и ярких эмоций. Если вам нравится эта книга, пожалуйста, поддержите ее лайками. Это поможет другим людям ее заметить. А если у вас найдется несколько слов о прочитанном, мне будет интересно увидеть их в комментариях.

С благодарностью и любовью, ваша Лина.

В апартаменты они просто ввалились.

Всех слуг из комнаты предваряющей опочивальню Оюн вынес за дверь мощным потоком воздуха. Килиан мгновенно ее заблокировал. В помещении остались только седой эльф с просвечивающейся пергаментной кожей и низенькая старушка. В пожилом мужчине воин равновесия сразу признал лекаря, а женщина, без сомнения ненье – няня всех детей Светлого Владыки, а судя по возрасту, возможно, и его самого. Это хорошо. Он не хотел еще больше пугать Светлейшую, полностью лишив ее знакомого окружения.

Объяснение со стариками было коротким. Положение Диалиэль Свет на Воде вызывало серьезные опасения у присутствующих. На споры времени не осталось.

Стеша с удивлением отметила, что Оюна совсем не пугает перспектива принимать роды, а вот Килиан заметно трусил. Ей тоже было не по себе.

Из спальни донесся протяжный стон.

– Ты уверен в том, что делаешь? – спросил разом побледневший поморец.

– Я глава семейства Бат. В чем только не приходилось участвовать лидеру орочьей общины, – усмехнулся Оюн. – Принимать младенца будут они. Наше дело, помочь силой. Чувствуешь, как потоки скачут. Я начну, а ты подхватишь петельным плетением.

Кил с облегчением кивнул.

– А мне, что делать? – спросила девушка.

– Будешь помогать ненье.

Он обернулся к старушке:

– Предупредите Светлейшую, нам нужно будет войти.

А дальше Стеша потерялась во времени. Она толком не запомнила, что происходило вокруг. Просто ориентировалась на четкие указания бабульки и делала, что просят. Малыш родился, и ненадолго им показалось, что все обошлось.

Выплеск силы девушка ощутила так, как если бы ее стукнули по голове. Весь дворец содрогнулся. Она едва на ногах устояла. Затем еще раз и еще. Мужчины кастовали заклинания так быстро, что уследить было невозможно, да и не до этого ей было. Она вцепилась в люльку, не позволяя ей опрокинуться. Защитные амулеты, подвешенные к ее спинке должны уберечь новорожденного, но лучше подстраховаться.

Все стихло так же неожиданно как началось. Эльберил Свет Звезд поспешил проверить состояние матери. Стеша осела на пол, стараясь отдышаться и не сразу поняла, о чем тихо переговариваются Оюн и целитель, пока не услышала свое имя, произнесенное орком. Она обернулась и увидела на его лице тень сожаления.

Мужчина подошел и протянул руку.

– Вот и сбылось пророчество. Поднимайся, теперь вернуть жизнь Светлейшей только в твоей власти.

Девушка обернулась к кровати. Диалиэль Свет на Воде не моргая смотрела в потолок и рассветный отблеск отражался в ее пустых глазах. Совсем недавно она устало улыбалась, прижимая к груди сына, а сейчас была окончательно, бесповоротно мертва. Это было так несправедливо!

Дурацкие эльфы, со своими экспериментами, дуратское пророчество, дуратские шайди…

В ее власти, как же! – Стефанию затопила горечь. ­– Да, что она, простая девчонка с Земли может сделать со смертью?

Неожиданно зрение девушки будто раздвоилось. Она засекла оптический эффект, который будто смещал королеву относительно остального пространства. Она закрыла глаза и услышала зов арктических ветров и вой опаляющего огня, звуки забытых битв и рокот волн. Их песнь была могущественна. Она ревела в ушах Стеши. Та самая песнь, что вселенная пела испокон веков, задолго до их рождения.

– Молодец. Теперь держись, позволь силе вести тебя. – Странно, как она умудрилась расслышать голос орка. – Открой глаза….

Оюн еще что-то говорил, но она уже не воспринимала, подошла и присела на край постели, дотронулась до руки эльфийки и почувствовала, как затих мир вокруг.

Стены растворились, открыв необъятную равнину. Ветер унес грохот магической бури, оставив тишину. Вдалеке воздух стал дрожать, формируя множество путей для перерождения души. Мерцание медленно приближалось, но возле них ни одна былинка не колыхалась, застыв в безвременьи. Как и молодая мать, чей малыш сейчас ждет по ту сторону границы, в мире живых. Ее нежный, почти девичий лик в обрамлении черных прядей, горестен и прекрасен. Мниться, что она спит….

Марево стало ближе. Стефания откуда-то знала, что если подпустит его к эльфийской королеве, все будет зря. Ее нужно разбудить раньше. Позвать. Указать путь…. И она запела.

Песнь ее была о счастье бытия в мире живых, о тех, кто ждет там и любит. О безбрежной радости и о способности грустить, о дыхании и объятьях тех, кого не будет за гранью.

В безвременьи есть только покой. А любовь – там, где есть, кого любить.

Звуки, будто стрелы, острые и жгучие, свистели. Пронзали сердца всех, кто их слышал, потому что, пока тебе больно, пока, чувствуешь тоску и сожаление – ты жив.

Марево приближалось. Уже стали различимы отдельные картинки вероятностей, словно в калейдоскопе мелькающие вокруг. Женщина спала. Густые ресницы не дрожали, рассветные лучи высветили глубокие впадины глаз, горький изгиб запекшихся губ. Время уходило.

Распахнулись белые крылья с краями цвета алой зари. Забились, разгоняя мерцание пути. Яростная песнь взвилась выше.

– Проснись же! Вставай! Твой сын ждет.

Слезы текли по щекам Алконоста, выпадая каплями росы, растекаясь по бледной коже спящей женщины перламутром. Легкий вздох сорвался с ее губ и ясные глаза распахнулись.

В этот миг Стефания поняла, что значит, наконец, обрести свою единственную песню!

Не смотря на тяжелую ночь Стеше не спалось. Она умылась и вышла в коридор. От ночной грозы не осталось и следа. Высокие готические окна проливали свет на каменный пол, рисуя золотые полосы с узнаваемым стрельчатым завершением.

Полоски ложились под ноги. Ночь и день. Свет и тень….

Коридор кончился неожиданно. Задумавшись, девушка прошла в арку и очутилась в большом зале. Многосветный атриум с зенитным световым фонарем в центре резко контрастировал с ажурным переходом. Боковых окон не было, вокруг царил прохладный полумрак. Зал находился в угловой башне и казался высеченным в скале. Большую его часть занимала каменная чаша фонтана, куда по стене стекала вода. Ее журчание разносилось под высокими сводами.

Стеша заприметила вокруг несколько пустых скамеек и уже собиралась присесть, как засекла движение. К ней навстречу поднялся мужчина, которого она раньше не видела. Льдистые пряди обрамляли его худощавое лицо. Он двигался неспешно, словно боялся ее вспугнуть. Подошел и склонил голову, приветствуя.

Эльф, преставший перед ней был измотан. Должно быть, он сильно недосыпал. Круги под его глазами были фееричными!

– Здравствуйте, Стефания. Не бойтесь. Мы не были представлены друг другу, но я знаком с Вашей сестрой и готов отвезти Вас к ней.

– Давайте без всех этих выканий, а…. – Стеша устало потерла лоб. Ну, ни минуты покоя! От досады до нее даже не сразу дошел смысл его слов.

– Ты…, Вы… знаете где Енька?!

Мужчина понимающе улыбнулся и кивнул. Стеша взглянула на него с подозрением.

– А доказательства?

Амарель едва сдержал смешок. Стеша выглядела как боевой воробей. Осторожничает. Что-ж, тем лучше для нее. Осмотрительные люди живут дольше.

Он закатал рукав рубашки и продемонстрировал девушке предплечье с помолвочной татуировкой.

– Твоя сестра оказала мне честь, и мы заключили помолвку. Фиктивную. Так нужно нам всем. Эния практична, она согласна, что я смогу защитить вас.

Его голос был спокойным и собранным. Она знала этот тон. Судя по всему, эльф составил подробный перечень аргументов для ее убеждения у себя в голове и теперь методично ему следовал. Пункт за пунктом.

Стеша понимала его, она сама обладала аналитическим складом ума. Их игра «верю - не верю» могла растянуться в бесконечность. В этом не было необходимости. Каллиграфический почерк Энии в татуировке уже все решил. Как и пророчество. Тем более она никуда с ним не пойдет, не поставив в известность Оюна.

– И как зовут моего потенциального будущего зятя? – прищурившись, спросила она.

– Вейлр Амарель Сатар Родерийский или Зимнее Солнце Дивнолесья. Как тебе больше нравится.

– Глава ТопКС?!

– Моя слава бежит впереди меня, – усмехнулся мужчина.

Стеша задумалась. Зная ее сестру вполне логично. Она нашла самого сильного самца в данной экосистеме и заключила с ним сделку. Энька всегда осторожна и предусмотрительна. Наверняка одним из условий было отыскать ее и Егора. Интересно, как много она отдала за это?

– Вот ты где! – услышала она голос Оюна и обернулась, – Стеш, я же просил не ходить одной.

– Она не одна, она со мной, – подмигнул Стефании эльф.

– Сатар…, уже тут как тут! Когда ты все успеваешь? – Орк подошел и хлопнул друга по плечу. – Привет.

Эльф улыбнулся.

– Не представляешь, как я рад видеть тебя в целости. Как только безбашенности хватило сунуться сюда самому?!

– Можно подумать, у меня выбор был. Силам равновесия плевать на личные счеты смертных. Зато все сложилось наилучшим образом. Алконост обрела силу, еще один эльфийский наследник родился, королева жива. Остальное издержки.

– Ты прав.

– Кстати, хорошо, что ты здесь. Я могу с чистой совестью передать Стешу тебе. Нас с Килианом ждут на совет остальные шайди. Отвезешь ее к сестре, или ты Энию с собой захватил?

Девушка молча переводила взгляд с одного мужчины на другого. Неужели Оюн был в курсе, где ее сестра и молчал?

– Нет, она осталась в столице. Ты мог бы сказать мне, что Стеша с тобой. – Попенял орку советник. – По крайней мере, Эния давно знала бы, что девочка жива.

Амарель провел рукой по лицу, словно стирая беспокойство. Вблизи его серо-зеленые глаза выглядели затравленными.

– Мог, но не стал рисковать. – Оюн склонил голову и нервно подергал короткий ирокез.

Стеша, наконец, вышла из ступора, подскочила к мужчине и заглянула ему в лицо.

– Так ты все это время знал?

Он кивнул.

Что-то оборвалось внутри нее. Девушка, молча и без затей, двинула кулаком орку в челюсть. Затем развернулась и потопала в сторону выделенной ей комнаты. Ее разум изо всех сил пытался смириться с тем, что ее использовали в своих целях те, кому она доверилась.

Оюн потер лицо.

– Ну, что ж, заслужил. Могло быть и хуже.

– Я понимаю, что вы с Килианом поступили так не без причины, но это не значит, что мне не хочется повторить ее маневр. Хоть сейчас ты мне можешь объяснить, в чем дело?

– Присядем, – вздохнул орк. Они вернулись к скамейке, где совсем недавно Амарель сидел один.

– Когда я понял, что Стеша иномирянка с необычной магией, то попросил помощи у коллективного разума аномалии.

Эльф встрепенулся.

– Я всегда подозревал, что ты псих, – проворчал он.

– Как видишь, я в порядке. Ты будешь слушать, или нет?

Рель кивнул.

– Со мной связалась Зария. Она прилетала несколько раз и кое, что мне объяснила. Ты ведь тоже с ней встречался?

– Да, но она мне про Стешу ничего не сказала.

– Думаю, по той же причине, что и я. Боялась сместить баланс. Как думаешь, если бы старшая сестра узнала, о том, что Стеше придется сделать, она бы это позволила?

– Скорее всего, нет. – Нахмурился Амарель.

– Вот и ответ. Райские птицы, часть сил равновесия, но у каждой из них магия работает по-разному. Жар-птица сказала, ты склоняешься к тому, что Эния – Сирин?

– Я это знаю. Видел крылья.

– Даже так?! Тогда тем более поймёшь.

Наверняка, сначала ты вообще не разглядел в ней магии. Сила Сирина нуждается в серьезном ментальном контроле, она не должна просачиваться или выплескиваться бездумно, поскольку сама по себе крайне разрушительна. Поэтому для всех будет лучше, если девушка как можно дольше не пройдет инициацию. Ее нужно обучать.

– У Энии превосходный контроль на уровне инстинкта. Даже Аделард не смог пробиться в ее эмоциональное поле. Если бы ты посоветовался со мной, мы могли бы избежать этих проблем.

– Дело не столько в Энии, сколько в Стеше. Как бы объяснить….

Представь себе силу девушек как воздух в шарике. Чем больше концентрация силы у Сирина, тем шарик становится меньше, а у Алконоста он непрерывно увеличивается в объеме, пока не рванет. Инициация – это исчезновение сдерживающей оболочки. После нее сила жизни должна течь от Стефании по чуть-чуть непрерывно, насыщая магический фон Дракара, а Эния должна замкнуть силу разрушения внутри себя.

По причине того, что сила Алконоста направлена во вне, оболочку нужно снять как можно раньше. Пока она не инициирована, является бомбой замедленного действия. Я должен был ускорить этот процесс.

Пойми, была реальная угроза. Начиная от смерти одной молоденькой девчонки и заканчивая возникновением еще одной аномалии. Я воин равновесия, мое дело защищать наш мир.

– Тут ты прав. А что на счет брата?

– Не знаю.

Эльф скептично выгнул бровь.

– Серьезно, не знаю. И Зария с Юной тоже. Жар птица чувствует его присутствие, и то, что он физически здоров. Но где он отследить не может. В пророчестве тоже о нем ни слова. Зария сказала, что у каждого из них свой путь становления. Пока не пройдут его, не встретятся.

– Если что-нибудь о нем узнаешь, сообщи мне.

– Постараюсь, но на все воля сил равновесия.

Весь остальной день запечатлелся в памяти девушки смазанным пятном. Сначала были слезы, потом сон, а вечером семейный ужин в «теплом эльфийском кругу», где орк и средний сын правителя эльфов едва не испепелили друг друга взглядами. После него Оюн и Килиан спешно смотались, а она осталась на попечении Амареля.

Он попытался наладить с ней контакт, но после вероломства воинов равновесия Стеша не стремилась к общению. Советник все понимал и не настаивал. От его сочувствия становилось только хуже.

На рассвете они отправились в путь, и хотя эльф уверял, что скоро она встретится с сестрой, девушка до последнего сомневалась. Ей везде чудился подвох.

Лецепак остановился во дворе перед трехэтажным особняком из светлого пористого камня. Амарель спрыгнул из кабины и задержался, глядя куда-то в сторону. Стеша проследила за его взглядом. Дыхание мгновенно сбилось. У входа в дом стояла Эния! Живая, настоящая, непривычно напряженная, но это точно была она.

Больше не раздумывая, девочка сорвалась с места и ринулась к сестре. Она уткнулась в нее и как заведенная повторяла:

– Енька, Енечка! Это и правда ты!

Слезы ручьем текли по щекам, грозясь устроить наводнение.

– Ну, ну, Огонек, не реви. Я с тобой. – Шептала сестра, заключая ее в объятия. Стеша только сейчас осознала, как сильно нуждалась в них. Она была младшим, всеми любимым ребенком. До попадания на Дракар у нее не было причины ценить то чувство защищенности, что дарила ей семья. Реальность показала, что при всей своей браваде, она уязвима и неопытна. А Энька даже в чужом мире сумела разыскать и позаботиться о ней.

– Спасибо, что нашла меня, – глотая слезы, бормотала младшая девушка, спрятав лицо на груди у сестры. Эния гладила ее по спине и тихо повторяла:

– Все будет хорошо. Теперь все будет хорошо.

Амарель оставил их одних и отбыл в ТопКС. От Стеши не укрылись взгляды, которыми обменялась ее сестра и советник на прощание. Они вызвали ее беспокойство и заставили внимательнее присмотреться к Энии.

Теперь, уже приняв душ, Стеша расположилась на кровати, скрестила ноги по-турецки и рассказывала о том времени, что провела в аномалии. Эния сидела напротив, устроившись в кресле и подобрав ноги под себя. Сестра напряженно слушала, иногда переспрашивала или что-то добавляла. Если не обращать внимания на скованные плечи и временами отсвечивающий сталью взгляд всегда теплых, карих глаз, Стеша могла представить, что они дома, обсуждают ее учёбу и университетских друзей.

Энька предупредила, что сегодня у них мало времени на общение. Вечером должен был состояться ее первый выход в свет в качестве невесты советника. Это было обязательное условие магической сделки, в которой Амарель обещал найти ее и Егора. Сестра не могла нарушить данное обещание.

Она уже успела вкратце рассказать о том, что предшествовало их встрече. Для Стеши многое стало ясней. Сейчас была ее очередь.

В своем повествовании она дошла до воскрешения эльфийской королевы. Это воспоминание будило слишком много противоречивых чувств. Под проницательным взглядом Эньки было сложно не скатиться в сырость.

Чтобы не волновать сестру лишний раз Стефания решила переключить внимание и потянулась к прикроватной тумбочке, на которой лежали наброски Энии. Как оказалось, напрасно.

С верхнего рисунка улыбался своей красивой, спокойной улыбкой Егор – их брат. Тот самый, за которым Стешка в детстве бегала хвостиком, главный инициатор их опасных затей, тот, чьи джинсы она с гордостью донашивала и чьими успехами хвасталась перед парнями из спортклуба. Старший брат, который с ее рождения всегда был рядом. Но не теперь.

В своем разговоре они сознательно обходили тему поисков Егора, понимая собственную беспомощность и положившись на обещание Амареля. Но где-то глубоко внутри каждая из них всегда помнила, о нем и боялась, ведь счастливый исход не был гарантирован всем троим.

Рисунок окончательно сорвал все шлюзы. Стешу затрясло и сестра тут же подскочила к ней.

– Он найдётся. Обещаю. Дай нам всем время.

– Я в ужасе от того, что может быть поздно. Энь, вдруг он нас не дождется?

– Не нагнетай. Он самостоятельный двадцатичетырехлетний мужчина, который, между прочим, служил в ВДВ, три года прожил в другом городе отдельно от семьи. А еще он здоровенный, как медведь и хочет найти нас не меньше, чем мы его. Прекрати убиваться, он еще не умер.

Слова сестры прозвучали как пощечина и оборвали зарождающуюся истерику.

Да, что с ней такое? Она даже будучи малышкой, почти никогда не плакала, а за последние несколько суток наревела целый океан.

В дверь осторожно постучались, и раздался голос Бикворда:

– Ора Эния, пора одеваться к балу. Маэстро укладки прибыл, и Ивеса уже подготовила все необходимое.

– Все Стеф, утирай слезы, будешь помогать с нарядом. Я мигом в душ и дальше по плану.

– Погоди секунду, дай умоюсь, а то на опухший помидор похожа.

– Вот, так уже лучше….

Стеша поднялась и порывисто обняла сестру.

– Энь, будь осторожна со своим псевдо женихом. Он не человек. Они все не люди. Я была во дворце эльфов, тебе бы там не понравилось. Они ходят, без конца кланяются и улыбаются, а взгляд при этом, как у глубоководных акул. Аж дрожь пробирает.

Живые эмоции проскакивали там только у среднего сына правителя. Но Лорентайна трудно назвать приятной компанией. Он ненавидит весь мир.

Не думаю, что драколинское общество сильно отличается от эльфийского. Не дай им причинить тебе вред.

– Не волнуйся, я буду осторожна. Как всегда.

Историю Энии и Амареля можно прочесть здесь: 

Дверь приемной мягко хлопнула, закрывшись за эльфом. Аделард не спеша сварил себе кофе, сел за стол и задумался.

Рель вернулся из Дивнолесья расстроенным. Разочарование так и сквозило в каждом его жесте. Его эмоции не относились к работе, это личное. Аделард хотел помочь, но эльф не стал развивать тему. Зато поделился новостями. Похоже, их мир ожидают большие перемены.

С тех пор как с раскопок в аномалии прибыли древние свитки с изображениями райских птиц, они в ТопКС не раз обсуждали возможность существования их на Дракаре. Ему первому Амарель открыл все, что сумел расшифровать о живой и мертвой воде. Они оба ломали голову, что бы это могло значить.

Если записи не лгали, у Амареля впервые появилась надежда. Мертвая вода была нужна эльфу позарез, чтобы излечить собственные травмы после взрыва бомбы с амонисом и помочь тем, кто так же пострадал от пыльцы этого опасного растения.

Аделард даже ездил в родовое поместье, навестить бабушку, чтобы расспросить ее о легендах грифонов. Матриарх их семьи рассказала, что помнила. Жаль, что ее знаний оказалось слишком мало. Позже Эния открыла интересные факты, правда она сама не верила в их достоверность.

А оно вон как повернулось. Энька, выходит, Сирин, а ее младшая сестра – Алконост.

Теперь ему придется заниматься охраной незнакомой девчонки.

Пусть она окажется хотя бы на треть такой же благоразумной как старшенькая! - подумал Дел, отпив из кружки обжигающий напиток. Насыщенный кофейный аромат наполнил ноздри, прочищая мозги и избавляя от остаточных эманаций чужих эмоций.

А, ладно, к работе телохранителя ему не привыкать. Пока Амарель восстанавливал магическую форму, после взрыва, чего Делу только не приходилось делать! Сопливая девчонка, это не тайный советник. Кому она вообще может понадобиться? Амарель прав, его ждет курорт. Теперь осталась мелочь, пережить встречу с отцом и бал.

Парень скривился, залпом допил кофе и стал собирать разложенные на столе документы в разноцветные папки.

Подходя к выбору городской квартиры Аделарду было плевать на престижность района, в котором она будет располагаться. Главное, чтобы поближе к работе, непременно с охраняемой стоянкой лецепаков и отсутствием ограничений на их движение. Поэтому сейчас он подъехал к трехэтажному дому расположенному на пятом ярусе, примерно посередине между главным зданием ТопКС и Этарунской лечебницей.

Его жилье занимало половину верхнего этажа. Другую часть делили Фериэль и Килиан. Ниже жили еще несколько оперативников, так что их дом вполне можно было считать одним из филиалов Тайного отдела.

До бала оставалось прилично времени, но все его придется потратить на создание нужного образа. Дел разделся и направился в душ, по пути прикидывая, какой из парадных жилетов предпочесть. А может побесить отца и явиться ко двору в мундире ТопКС?

Парень с ходу отмел эту идею. Он должен выглядеть избалованным мажором, а мундир слишком выбивается из придуманной и скрупулёзно поддерживаемой им легенды.

Возникновением маски раздолбая он обязан отцу, а точнее желанию идти своим путем, вопреки планам родителя. Поначалу ему просто нравилось выводить безупречного министра из себя. Позже он понял, что так легче. Когда на тебя махнули рукой и смотрят как на паршивую овцу, проще достигать своих целей.

Неизвестно, на какую кривую дорожку его могли привести такие умозаключения, если бы не внезапное исчезновение любимого брата. Почти четыре года назад Себастьян оказался в плену у изменников, зараженных огрусами. Тогда-то Дел и познакомился с главой ТопКС – Амарелем Сатаром. Эта встреча в корне изменила его жизнь. Заставила хотеть большего.

Он давно задавался вопросом, что тогда разглядел в нем советник, и почему именно его приблизил к себе и доверил свою тайну. Дел даже как-то прямо спросил его об этом, на что эльф отшутился:

– Не бери в голову. Мне всего лишь нужен был собеседник с вредным характером.

В другой раз Амарель обмолвился, что ему понравились независимость и решительность молодого драколина. Он говорил:

– Многие могут выпячивать грудь и сыпать драматичными угрозами, но не каждый способен вовремя вступить в бой. Ты не колеблешься. А судя по тому, с каким успехом ты не один год изображаешь идиота, дисциплины у тебя тоже хватает. Можешь и дальше ломать комедию и игнорировать все, что не касается рабочих задач.

Сам Дел склонялся к тому, что изначально Амареля привлекла его способность к эмпатии. Среди драколинов практически не встречаются ментальные маги. Им сила досталась в наследство от драконов древности. Грубая, стихийная. Ментальная магия тонкая, она противоестественна их основе.

Аделард же оказался в крохотном числе исключений. Природа отыгралась на нем причудливым образом, в магических способностях отдав предпочтение генам бабушки-грифона. В сочетании с физиологией драколина эффект получился охренительным.

Нет, голосов в башке он, слава богам всех известных миров, не слышал, но чужие эмоции с раннего детства не были для него секретом. Вейлр Сатар, будучи правдоведом, нашел в нем родственную душу, существо, столкнувшееся с теми же проблемами, что и он сам.

До недавнего времени Дел был уверен, что он и Амарель, два мага, в силу своих способностей, обреченные на одиночество. Они всегда смогут узнать любят их или нет. Советнику, достаточно задать прямой вопрос. Каким бы ни был ответ, он все равно услышит правду. А ему самому даже спрашивать не нужно.

Он ошибся. Амарель встретил девушку, которая не лжет. Их воссоединение лишь вопрос времени. Дел был рад за друга, но при этом чувствовал, что остался совсем один.

Между тем, он почти собрался. Узкие брюки, сшитые по последней моде, были подогнаны точно по фигуре. То есть жали немилосердно. Нет, в зеркале картинка была что надо, только нахрена так издеваться над нормальным мужиком!

Ладно, ходить в таких брюках можно, но вот есть на банкете, точно не получится, и сидеть придется очень ровно. Хорошо, что в споре с портным он настоял на небольшом послаблении, иначе разговаривать бы ему фальцетом. Только теперь он понял, зачем к брюкам обязательно полагался удлиненный жилет. Если швы разойдутся, хоть будет чем прикрыться!

Верх из темно-зеленого бархата со сложными застежками был на его вкус слишком вычурным. Идеально! Насыщенный цвет оттенял его светлые волосы и отвлекал от внимательных стальных глаз, единственной его черты лица, что могла разрушить конспирацию.

Глаза были первым, на что он, как обученный оперативник, обращал внимание. Они не хуже эмоций говорили о том, с кем он столкнулся. Поэтому свои, Дел скрывал особенно тщательно.

Это для других сегодняшний бал был развлечением, он отправлялся на задание. Выдать себя, значит лишиться тактического преимущества, а возможно и жизни. Это тот случай, когда во дворце могут водиться монстры гораздо страшнее, чем в лесах аномалии.

Амарель быстро сообразил, чем при дворе пригодиться развязный образ Аделарда. Широкому кругу не было известно о его ментальных способностях. Для всех Дел считался слабым воздушником. Он, с праздным видом, мог шататься в толпе придворных, абсолютно не привлекая внимания. Кутилу и повесу серьезные интриганы не берут в расчет. Там, где при появлении тайного советника все разговоры тут же прекращались, на бестолкового младшего сынка министра финансов, смотрели как на пустое место.

За три года службы в ТопКС Аделард предотвратил два покушения на Верховного Драколина, срыв свадьбы его старшей дочери, попытку похищения сына министра юстиции с целью шантажа и много еще чего. Сегодня он тоже будет слушать и наблюдать. Вдруг между делом всплывет имя того, кто разжигает беспорядки в Рикалии, или местоположение опасных ученых - братьев Кидар. А может, среди шепотков он услышит о райских птицах или живой и мертвой воде?

Так, остался последний штрих. Дел подошёл к бару и достал бутылку с густой синей жидкостью. Налил примерно десять грамм, пригубил, покатал на языке и, поморщившись, проглотил. Алкоголь он не любил, но ему нужно создать видимость, что он уже навеселе.

Во дворце было так же, как и всегда. Ску-у-у-учно! Все положенные мероприятия шли по однажды установленному порядку. Единственным отклонением от привычного ритуала стал первый выход в свет невесты советника.

Амарель с Энькой были устрашающе безупречны и раздражающе счастливы. Дэл тут же ощутил, как занервничали некоторые высокопоставленные витлы, давно копавшие под главу ТопКС. Это стало достойным бонусом за сегодняшний вечер.

Род Сатар был самопровозглашенным. Некоторое время Амарель оставался единственным его представителем, без семейного древа и истории. Это делало его общественное положение шатким. Не спасала даже просочившаяся информация о его близком родстве со Светлым Владыкой. Позже Рель принял в род свою племянницу Терри и двоюродного кузена Наринейла. Но прямых наследников у него по-прежнему не было.

Теперь все изменилось. Невеста, это почти жена, а там и до потомства недалеко. Сегодня определенно удачный момент, чтобы послушать кулуарные разговоры.

На посторонний взгляд, бесцельно слоняясь по залу, Аделард нарочно задерживался у каждой из групп придворных. Он старался уловить эмоции находящихся рядом существ. В толпе это было сложно, как расслышать плеск весла рядом с водопадом.

Больше других его интересовали главы старинных драконьих родов. Взойдя на престол, Верховный Драколин сильно ограничил их власть, предпочтя ум, праву рождения. Они считали это несправедливым.

Искомые эмоции неожиданно долетели с другой стороны зала. Пожилой драколин вел в танце немолодую, но все еще привлекательную спутницу. С виду, старые знакомые просто беседуют, наслаждаясь встречей, но сильная тревога, исходящая от женщины и холодная расчетливость от мужчины, не сочетались с радостными улыбками.

Вовремя подвернувшаяся юная девушка зарделась как маков цвет, когда Аделард, включив все свое обаяние, пригласил ее на танец. Ничего, ей быстро объяснят, что он не стоит ее надежд.

Ему дважды пришлось потанцевать через зал с раздражающей обилием восторгов дебютанткой, чтобы оказаться поблизости от заинтересовавшей его пары.

Он с удивлением узнал в мужчине главу попечительского совета Боевой академии. Брат рассказывал, что ректор Дэгейр Нуарон находится с ним в постоянной подпольной конфронтации. Витл Зоар неоднократно проверялся их ведомством, но ни разу так и не попался на компрометирующих знакомствах или сомнительных сделках. Хотя интуиция Аделарда, Амареля, ректора и его брата благим матом вопила о причастности главного попечителя ко многим неприятностям, свалившимся за последние годы на их головы. Рель даже выделил отдельного агента для слежки за почтенным витлом.

Дел перешел на драконий слух.

– …Мой сын ни в коем случае не должен пострадать. – Сказала женщина. Судя по всему, она была человеком. Черные кудри, акцент и загар выдавали в ней жительницу побережья.

– Пока ему ничего не грозит, но так будет не всегда.

– Вы считаете, его могут достать?

– У спрута длинные щупальца. Я приведу его к цели самым коротким и безопасным путем, если ты не забудешь, что мне обещала.

Чувства женщины полыхнули яростью и заметались, словно загнанный зверь. Да она не в восторге от необходимости платить по счетам! Стоит это запомнить на будущее.

Интересно, кто эта ора. Дел внимательно разглядел ее, запечатлев в памяти до мельчайших подробностей. Он привычно оценил платье и украшения. Дорого, но не кричаще. Никаких модных тенденций, простая элегантность вне времени. Она могла быть как богатой орой из старинного семейства, которой безразлично мнение света, так и принадлежать к младшему дворянству и доставать единственное шикарное платье по особому случаю, коим является бал во дворце Верховного Драколина.

Автоматически выполняя фигуры танца, Дел составлял дальнейший план. Похоже, придется возобновить старые связи. Дочь главного попечителя – Рилинда Зоар училась с Аделардом на одном факультете, правда на год старше, вместе с Себастьяном и Ренардом.

Как и все драколины, она была подвержена страсти к коллекционированию. В ее случае это были сплетни. Она проводила при дворе больше времени, чем в родовом поместье и сейчас тоже должна быть где-то здесь.

Стоит покрутиться возле нее, может напроситься к ней в гости. Если не она сама, так кто-нибудь из ее окружения обязательно даст ему подсказку.

Карманный иверс на прикроватной тумбочке завибрировал и свалился на пол, продолжая мигать и подергиваться. Дел перевел взгляд на настенный хронометр. Жидкость в системе показывала без пятнадцати восемь. Он застонал и потянулся к камню. В такую рань после бала его мог вызвать только один смертник.

– Амарель, ну какого ярага тебе не спится, а? Сам же просил до обеда тебя не будить… – Начал было Дел, но заткнулся, едва увидел лицо эльфа.

– Энии прислали живой цветок амониса. – Начал с главного советник.

– Да, чтоб их через колено да с подвывертом боруды покатали! – от души выругался парень.

– И не говори. – Амарель опустился в рабочее кресло.

– Пострадавшие есть? – спросил Дел с замиранием сердца.

– Нет, никто не пострадал. Даритель ожидал, что коробку откроют ближе к обеду. Думаю, у нас в запасе есть несколько часов до полного созревания пыльцы. Собери безмагическую бригаду ликвидации, только убедись, что все в ее составе имеют нулевой показатель силы. Абсолютно. Даже выгоревшим амонис способен наносить вред.

Дел коротко кивнул.

– Мне вызвать Дварра? – уточнил он, прикидывая, кого еще отрядить в особняк.

– Пожалуй, и пусть его лаборанты приготовят место в седьмом дендрариуме. Нельзя упустить возможность получше изучить эту дрянь.

– Сделаю.

– Да, – спохватился эльф, – сам сюда не суйся пока. Достаточно того, что мы заперты в доме до устранения угрозы. Позже я тебя выдерну. Пока ребята будут работать найди Фериэля. Введи его в курс последних дел. Он заменит тебя, пока ты будешь занят моей просьбой.

– Хорошо. Ты только не рискуй понапрасну, а то знаю я тебя, шального.

– Кто бы говорил! О, девушки пришли, – эльф приглашающе помахал, глядя за пределы охвата иверса и отключился. Жаль. Аделарду было интересно посмотреть, кого же ему теперь предстоит охранять.

Дел быстро сделал все необходимые распоряжения и решил, что раз уж проснулся нужно съездить в контору и кое-что проверить. Ему не давала покоя давешняя партнерша витла Зоара. Будто он встречал где-то ее или кого-то похожего. Не лично, скорее, на портрете, а что еще вероятнее, в одном из закрытых дел.

Но сперва, он по недавно заведенной традиции, заглянул в Этарунскую лечебницу. Мальчишка биоконструкт ждал его. Это был прогресс. Первые его визиты парень только шипел, забившись в угол за кровать, но постепенно эмпату удалось наладить с ним хрупкий контакт.

Спроси кто, зачем это было нужно самому Делу, он вряд ли сумел бы ответить. Он просто не мог оставить все как есть, зная, что у парня сохранилось человеческое восприятие, пусть и в мизерном объеме. Когда позволяло время, Аделард занимался с ним, стараясь вернуть утраченное. Мальчик, по-прежнему не говорил, но, по крайней мере, перестал бегать на четвереньках и дал себя одеть. А еще ему понравились детские книжки с картинками. Оставаясь в одиночестве, он внимательно их разглядывал.

Сегодня пациент пах нетерпением. Засиделся в четырех стенах. Малой попадал под категорию особо опасных существ, поэтому к нему применялись серьезные ограничения, почти как в тюрьме. Парнишка не сделал ничего плохого, но расплачивался за чужое преступление.

Дела это неимоверно бесило. Амарель был с ним согласен, но лучшего варианта пока предложить не мог. Им приходилось перестраховываться, ведь никто не знал, что заложили братья Кидар в его измененный разум. Так что посещения Аделарда были редким шансом для парня погулять по территории лечебницы. Дел не стал его разочаровывать.

Спустя пару часов он прибыл в ТопКС, передал свои наставления Фериэлю и спустился в архив. Вызов от Амареля снова застал его врасплох.

– Борейский, где бы ты ни был, ноги в руки и ко мне. Заберешь меня из особняка. Нас срочно ждут во дворце. Принцесса Лея пропала. – На одном дыхании выпалил эльф натягивая на себя китель и попутно сгребая со стола поисковые артефакты.

– Уже еду, – ответил помощник и рванул к лестнице.

Перед внутренним взором парня всплыло лицо принцессы, с выразительными миндалевидными русалочьими глазами. Он видел ее только вчера. Помнил мимолетную улыбку, адресованную ему, когда она проходила мимо.

На светских мероприятиях они были вынуждены вести себя словно едва знакомы, хотя их дружба была давней и крепкой. Все дети высокопоставленных чиновников, так или иначе, тусовались во дворце и знали друг друга с пеленок. Его брат Себастьян, Ренард Нуарон - сын предыдущего главы министерства охраны короны и старшая принцесса Марита были одногодками. Сам Дел и сын посла из Великой Степи – Бедоир Тун на год младше. Они составляли костяк их компании. С разной периодичностью к ним прибивало других представителей дворцовой молодежи.

Принцесса Лея была намного младше, но играть со своими ровесниками категорически отказывалась. Ходила за сестрой молчаливым, но настойчивым хвостиком. Ее принимали как нечто само собой разумеющееся, тем более, что девочка слушалась Мариту, никогда не капризничала и не сдавала родителям виновников всевозможных шалостей, даже если ей тоже попадало. Однажды Дел узнал, почему.

Тогда ему уже стукнуло шестнадцать, и их конфликт с отцом был в самом разгаре. Сцепившись со старшим Борейским в очередной раз, он психанул, хлопнул дверью и рванул не разбирая дороги. Делу хотелось побыть одному.

Его вынесло знакомым маршрутом к выходу на одну из многочисленных открытых террас дворца. Он выскочил на воздух и прислонился к стене, усмиряя свой гнев.

Только через минуту парень понял, что не один. Его дар сообщил о присутствии рядом кого-то испытывающего острую обиду. Даже сильней, чем его собственная. Обида пряно пахла прелой листвой и у Дела закружилась голова от интенсивности чужих эмоции. Их источником оказалась семилетняя принцесса Лея, сидящая прямо на полу за кадкой с лимонным деревом.

Он подошел, сел рядом и сначала просто обнимал девочку. Это сейчас он легко может на ментальном уровне изменить внутреннее состояние другого существа, а тогда даже себя контролировать удавалось с трудом.

– Может поделишься, чем ты так расстроена? – спросил парень, когда она немного успокоилась и перестала всхлипывать.

Лея подняла на него глаза и с детской прямотой спросила:

– Дел, я урод?

Как он не устроил дипломатический скандал и не порвал в клочья болтунов, обидевших принцессу, он удивляется до сих пор.

История оказалась банальна. Девочка подслушала, как кто-то из свиты, приехавшей во дворец делегации эльфов и несколько кумушек из местного серпентария, обсуждали ее перспективы вступить в политически выгодный брак. Суть сводилась к тому, что она генетический урод, в котором не проявилась магия драколинов и как русалка она не полноценна, поскольку не имеет второй ипостаси. Поэтому, ее рождение – удар по драколинской королевской династии.

Это было так…, так… мерзко…, подло, и так… ожидаемо. Когда Аделард немного остыл, впервые задумался о мотивах собственного отца. Возможно, скрывать от посторонних грифонью суть сына, министра заставляет не только страх сплетен, но и забота?

Нет! Это вряд ли. Старикан такой же, как и остальные злопыхатели. – В парне снова поднялся протест. Он имеет право быть собой. И принцесса тоже.

Аделард с усилием подавил гнев и призвал все свои силы, чтобы голос звучал ровно. Он должен объяснить ей, раз никто из членов семьи не удосужился подготовить ребенка к враждебности высшего общества.

– У меня тоже нет правильной магии и второй сущности, значит я тоже урод?

Девочка оценивающе его оглядела.

– Нет, ты красивый. Почти как Критус Сиятельный из легенды.

– Вот видишь. А они считают иначе.

Послушай меня маленькая ора. Ты тоже очень красивая. Не стоит переживать из-за болтливых языков. Просто некоторые замшелые аристократы плохо соображают. Они привыкли к древним порядкам и впадают в панику, когда кто-то не соответствует их представлениям.

Мы с тобой не вписываемся в их привычную картину мира. Твой отец могущественный драколин. Он пошёл против устоев общества и принял тебя такой, какая ты есть. Многих это пугает и бесит, потому, что им не хватает уверенности. Они чувствуют, что ситуация меняется и цепляются за свои устаревшие представления с яростью фанатиков.

– Поэтому они такие злые?

– Да. Их время уходит. Но прежде чем предрассудки исчезнут, они будут жалить тех, кто слабее, не хуже взбешенного ярага. Эти существа действительно опасны. Если представится случай, чтобы воспользоваться тобой и навредить тем, кто попирает их устои, они это сделают.

Принцесса сжала кулачки и зло засопела.

– Я им не позволю! – Девочка подняла голову и ее глаза вспыхнули. Сейчас он нашел в них отражение своих собственных чувств.

– И правильно. Не дай им шанса. Я вижу для нас только один выход – стать сильнее их. Развить свою уникальную магию и быть готовым.

– Ты научишь меня?

– Обязательно. А пока, не нарывайся первой, но и не бойся. Если будут обижать, хоть взрослые, хоть дети, говори мне. Я разберусь.

Он выполнил свое обещание. За прошедшие одиннадцать лет их дружба окрепла, превратившись в глубокую привязанность. В ней не было ничего романтического, скорее братско-сестринские отношения. Он планировал визит к ней на ближайших выходных и уже приготовил подарок….

Едва запрыгнув в свой скоростной лецепак, Аделард сразу вырулил на центральную ось и понесся вверх, в сторону виднеющейся вдали королевской резиденции.

С пятого уровня, где располагалось главное здание ТопКС, ему предстояло сначала подняться на третий, чтобы забрать советника, а затем уже мчать на первый.

Всю дорогу в его голове крутилась назойливая мысль, которую он никак не мог сформулировать. Он видел, как после бала Лея покидала женский салон. По обычаю ее сопровождала стайка фрейлин и Рилинда Зоар, назначенная в этом сезоне ей в компаньонки. Лея терпеть не могла эту драколиншу из древнего рода, и немного ее побаивалась, но ей не оставили выбора.

С тех пор, как ее сестра вышла замуж за второго принца оборотней, принцессе полагалась покровница - старшая ора из высшего общества, не обремененная семьей. Совет старейшин настоял на кандидатуре Рилинды. Интересное выходит совпадение.

Дел вдруг сообразил, что так царапало его подсознание. Эмоции! У сопровождающих они были привычными, разве, что Рилинда была несколько самодовольней, чем обычно, а вот Лея…

Младшая принцесса всегда покладиста, застенчива и доброжелательна к своему окружению. Но в тот момент она была в ярости. Даже артефакты ментальной защиты не смогли удержать ее чувств. Он ощущал от нее такой выброс лишь однажды, когда она стала свидетелем его очередной ссоры с отцом.

Тогда, доведенный до белого каления министр финансов, назвал сына ошибкой природы. Такой отповеди, последовавшей со стороны девушки, никто из мужчин не ожидал. Даже Борейский старший проникся.

На этот раз Дел учуял в принцессе кроме ярости еще и решимость. Ее озоновый запах всегда предвещает грозу. Какой бы пацифисткой Лея ни была, если ее допекли, в ней хватит сил на пропорциональный ответ. Или на побег.

Ошарашенный собственными мыслями он вскользь отметил, что приехал. Амарель запрыгнул в салон и закрыл дверь. Дел тут же вывалил на друга свои подозрения. Рель задумался. Он никогда не ставил под сомнение чутье Аделарда, его способности правильно интерпретировать эмоции.

– Твоя теория не лишена смысла. Ее определенно нужно проверить. – Сказал эльф, когда их лецепак тронулся. – Ты знаешь принцессу лучше многих. Будем производить осмотр в ее комнатах, обрати внимание на наличие памятных личных вещей, не имеющих ценности для посторонних. Что-нибудь небольшое, что она непременно забрала бы с собой.

Осмотр во дворце только подтвердил подозрение Дела. Теперь за поиски беглянки взялись оборотни. До первых результатов он ничем им не поможет. Придется ждать.

Он направил лецепак к дому Амареля и задвинул личные переживания до поры. Сейчас его ждет новая работа.