Судьба-волчица

Девчонка привлекла внимание почти сразу. Вот только зашла, и они сразу, как по команде, повернули головы к двери. И вроде в запахе ничего особенного, разве что примесь трав заинтриговала, но дело в другом. В каком-то глубинном ощущении, пока непонятном, но цепляющем однозначно. Девушка села за дальний небольшой стол в полутемном углу (их, между прочим, за этот стол не пустили, хотя он был пуст и расположен крайне удачно!), сбросила капюшон и откинула полы длинного темного плаща … В полумраке тускло блеснула белизна, а они дружно, но тихо выдохнули.

Сгенерировано And Artedox с помощью НС Миджорни, лицензия

Хороша. Тоненькая, что и раньше угадывалось несмотря на бесформенный плащ, невысокая (если с ними сравнивать, а так – вполне нормальный рост), и глаза необычные такие, почти прозрачные, как вода, но с темным ободком. Только хмурое выражение лица портило общее впечатление.

Но всё равно странно. Он бы понял, среагируй, помимо него, только Аро – всё же вкусы у них во многом схожие, не зря сдружились с раннего детства. А вот Оле обычно предпочитал совсем другой типаж женщин – крепких, сильных, и в основном брюнеток. Хотя для них с Аро, например, цвет волос особой роли не играл, однако серебристые высверки так и манили пропустить текучие (о, они непременно должны быть такими!) пряди между пальцами.

Ло вздохнул и решительно поднялся. Душа и тело просили действия, а он не привык им отказывать в том, что касается хорошеньких девушек. На лице Аро появилась понимающая ухмылка, а вот Оле разочарованно скривился. А нечего было зевать – кто успел, тот девчонку и поимел. Хотя были, были случаи, когда они с Аро делили одну на двоих, но эта как-то не похожа. Еще раз с сомнением осмотрев девушку, он кивнул сам себе – скромница. Но такие, как правило, оказывались и самыми страстными.

В несколько шагов преодолев невеликое расстояние и остановившись перед девушкой, снова принюхался – запах трав стал гораздо сильнее. Да и плащ оказался темно-зеленым – хорошо для маскировки в лесу. Знахарка? Вроде похоже, и дар чувствуется, но очень слабенький. Для боевого мага точно неопасна. Не то чтобы он планировал причинять вред девчонке, да и за знахарку, даже слабую, в гарнизоне по голове не погладят. Тем более в приграничном городе. Но возможности сопротивления понравившейся человечки это здорово уменьшало. Интересно, она местная? За три дня, прошедших после прибытия в Садрак на практику, они еще не успели толком со всем ознакомиться. Хотя о чем он? Стол же явно ее дожидался.

Да и ладно, даже если местная, вот так сразу найти кандидатуру в любовницы на все восемь месяцев(1) практики – большая удача.

– Привет. Я Лайсо. Смотрю, ты тут одна сидишь, скучаешь…

Прозрачно-ледяной взгляд заставил осечься на полуфразе. Очень неприветливый взгляд. Непривычно острый, как для человечки.

– Да ладно? Прям похоже, что я скучаю?

На самом деле непохоже, конечно. Но когда это кого останавливало? Ло как можно обольстительнее улыбнулся.

– Я присяду?

И уже даже сделал движение за стол, но…

– Нет.

Чего? Это как? Обаяние оборотней редко давало сбой. Мало времени?

– Почему?

– Слушай, – холодный голос несколько смягчился, – я тебя не звала. И к знакомствам не расположена. Так что не трать время. Прощай.

– И даже имя не скажешь?

– Зачем?

– Ну я же представился.

Девушка повела плечами.

– Не моя проблема. Оставь меня уже в покое и поищи кого посговорчивее!

В ледяной прозрачности вспыхнули злые искорки. Лааадно… Приставать к девушке при куче свидетелей, когда та столь явно выразила свое отрицательное отношение… Он же не дурак. Сжав губы, Ло резко развернулся и пошел к своему столу. А садясь, раздраженно, но тихо выдохнул:

– Сучка!

Брат с другом одновременно приподняли брови, но глаза обоих явственно смеялись. Для того, кто считался в их небольшой группе главным, вдвойне неприятно. И девка какая-то грубо отшила, и парни стали свидетелями поражению. Хотя нет – тактическому отступлению. Вот!

Оле, поганец, даже ухмыльнулся.

– Что, отшила тебя самочка? Может, у Аро что получится, я-то с тобой одного колера, а ей вдруг блондины не нравятся?

Черноволосый Аро заинтересованно снова глянул на девушку, но Ло мотнул головой, сжав кулаки.

– Нет, мы поступим по-другому. Заканчивайте ужин, и пошли.

Волки вмиг посерьезнели и насторожились. Аро осторожно протянул:

– Ло, ты чего надумал? Не стоит делать глупости.

Да, авторитет немного пошатнулся из-за наглой девчонки, но не настолько, чтобы у кого-то возникло желание его оспорить. Всё же Ло в их тройке был и самым сильным, и магически мощнее, и редкой среди оборотней направленности – огневик. Так что Аро спрашивал осторожно, без вызова.

– Да никаких глупостей. Ешьте. Потом поговорим.

Нечего обсуждать планы в месте, где полно чужих ушей – не только у оборотней тонкий слух.

Быстро доев сытный ужин и выйдя из таверны, они прошли в ближайший тупичок, из которого отлично просматривался вход недавно покинутого заведения. Гнев и чувство унижения (давно забытое, казалось бы, и вот этого он девчонке прощать не собирался) немного улеглись, но решимость меньше не стала.

– Так что ты задумал?

В этот раз не утерпел брат, внимательно наблюдавший за ним. Ло расплылся в улыбке.

– Хочу показать девочке, что нельзя быть такой невежливой. Не оборотница, чтоб спускать подобное. Как вы относитесь к мысли развлечься? Всем троим.

– С ума сошел?! Я не настолько забыл наши законы, чтобы насиловать женщину! Даже если она простая человечка.

Ло скривился. Вот уж от брата-то не ждал настолько бредового предположения. Он тоже законы еще не забыл.

– Придурок. Никакого насилия. Просто мы ее убедим не сопротивляться. Уж под тройным воздействием она точно не устоит, махом ножки раздвинет. Да и мы же не будем вредить, наоборот, удовольствие доставим. В тройном размере. Чтобы в следующий раз знала, как грубить и выделываться.

Аро с Оле застыли, обдумывая предложение, но в воздухе уже распространился запах возбужденных предстоящей охотой самцов. Вот и славно, он в них не сомневался. А девочка пусть спасибо скажет, что они именно оборотни – навредить самке, даже и человеческой, действительно никто из них никогда не посмеет. Так, конечно, тоже не особо правильно, но на разум как затмение какое нашло, очень уж девочка пахла вкусно, волновала.

Ну и не волчица же, в самом деле, а с человечкой можно.

Планов сделать девочку постоянной любовницей Ло тоже не оставил. А если всё сложится удачно, может, и на троих поделят – вдруг ей понравится? Вот поучат уму-разуму, сломят сопротивление, а затем покажут, от чего она так агрессивно отбрыкивалась, окунут в наслаждение – недаром же оборотни считаются самыми лучшими любовниками. Потом еще благодарить будет!

Переглянувшись и кивнув друг другу, парни сосредоточили внимание на двери, приготовившись неизвестно сколько ждать. Но закутанная в приметный темно-зеленый плащ щуплая фигурка появилась довольно скоро. Запах помог не упустить добычу, пока они крались следом, на приличном расстоянии, чтобы не спугнуть: район не слишком престижный, но стража периодически ходит. Правда, когда девчонка явственно направилась в сторону гарнизона, все трое напряглись и… ускорились. Раз она где-то там недалеко живет, тянуть не стоит.

Распределять обязанности им не требовалось – тройка давно спаяна общей судьбой, так что, стоило разглядеть впереди очередной полутемный тупик, Аро скользнул вперед, обгоняя быстро шагающую девушку, а едва та поравнялась с выбранным местом, утянул ее в темноту, разворачивая спиной к себе, обездвиживая одной рукой, а второй зажимая рот. Во избежание.

Ло с Оле стремительно заскочили следом и встали прямо перед трепыхающейся в объятиях друга самочкой. Куда уж ей… Впрочем, увидев его, девчонка замерла, а в расширенных зрачках заметался страх. Неправильно. Ему бы куда больше понравилась страсть, но до этого недолго. Ло поднял руку и провел пальцем по красиво изогнутой брови, перешел на скулу.

– Не бойся, малышка. Вреда мы тебе не причиним. Только удовольствие. Просто расслабься.

Все трое, стоило оказаться в этой подворотне, выпустили волчье обаяние на полную. С оборотницами оно не сильно помогало, так только: немного расположить к себе, заинтересовать. И то, если те изначально негатива не испытывали. А вот человеческих самочек эта внутренняя сила покоряла на раз-два. Подчиняла, возбуждала, неизменно льстя самолюбию. Правда, использовать ее в полной мере обычно не приходилось – волки и так были всегда желанны. Красивые, высокие, мощные и сильные – что еще надо? Ах да, и любовники отличные, но это он уже упоминал.

Девчонка тряслась, но послушно закрыла глаза и обмякла. Шевеление одной руки незамеченным не осталось, но после того, как Аро томно выдохнул «умница, девочка» и лизнул ее в шею, Ло похабно улыбнулся: вот точно паршивка цену себе набивала, а так-то ручки у нее очень даже шаловливые, вон куда сразу навострились…

– Ащщщ!..

В первое мгновение он ничего не понял, но когда девчонка рванулась из ослабевших рук (глубже в тупик – выход-то они благоразумно перекрыли собой), прижалась спиной к стене, наклонившись чуть вперед, а Аро осел на колени, скрутившись болезненным комком и держась за пах, Ло зарычал. Вот ведь сучка! Усыпила бдительность и… Но неужели на нее и их совместная сила не подействовала? Странно, она ведь точно не волчица.

Девчонка меж тем, яростно сверкая своим ледяными глазищами (и куда недавний страх подевался?!), натурально зашипела:

– Не сссмейте подходить!

От этой самой чужой ярости аж метафорическая шерсть на загривке дыбом встала! Да уж, жаль обламываться в планах, но раз способности оборотней на нее не действуют, придется отступить. Они и в самом деле не насильники. Ло поднял руки вверх и плавно шагнул к напряженной девушке:

– Ладно-ладно, не шипи. Подумаешь, хотели немного развлечься. Уж поверь, ты в накладе бы не осталась. Мы умеем доставлять женщине удовольствие.

Вот только успокаивающие слова девчонку как-то совсем не успокоили. Казалось, у нее аж волосы потрескивать начали – от возмущения.

– Ах, удовольствие вы доставлять умеете? А слушать, что вам говорят, не пробовали? Развлечься хотели? Я в накладе бы не осталась? О, я и не останусь – прямо сейчас пойду к коменданту, и завтра же вас вышвырнут из города! Здесь с насилием очень строго.

Ло начал снова раздражаться. Но и небольшой страх появился – вылететь из города им никак нельзя. Совсем никак.

– Слушай, мы же не собирались тебя насиловать! Не нужно нам это, женщины сами в постель с удовольствием прыгают.

– Так какого же темного вы к этим самым прыгающим не пошли? Или оскорбленная самцовость взыграла?

От того, что девчонка была права, у Ло настроение испортилось еще больше. Из-за расшалившихся инстинктов, неприятности им теперь светили нешуточные. И прибить девчонку нельзя. Во-первых, на самку действительно рука не поднимется (если вне боя, конечно), во-вторых, знахари пусть и слабы даром, но в приграничье очень важны, ее смерть или даже просто исчезновение слишком сильно всколыхнет город. И не факт, что удастся свою причастность скрыть – девка слишком приметная, стол явно ее дожидался, значит, местная. А он клеился при множестве свидетелей. Связать два и два вообще не сложно. Просто припугнуть? Можно попробовать.

– Никуда ты не пойдешь. Повторяю, насиловать тебя никто не собирался, так что мы сейчас просто разойдемся каждый в свою сторону и обо всем забудем. Поняла?

Ло напружинился, позволяя сути заострить черты, и сделал еще шаг к девчонке, надвигаясь, нависая над хрупкой фигуркой. Не совсем оборот, но чувство угрозы обычно смиряло даже самых конфликтных бойцов. Ага, обычно, как и сила сексуальности… Ожидаемого страха в прозрачных глазах так и не появилось, только ярость всё больше разгоралась. Ледяная ярость. Да что ж она такая непробиваемая-то?! Что делать?

Он протянул руку, планируя обхватить подбородок пальцами, задрать голову, чтоб возникло еще большее чувство разницы в росте, но знахарка неожиданно выпрямилась, буквально как-то зазвенев от внутреннего напряжения. Чувство опасности резко взметнулось, породив недоумение – что им может сделать какая-то травница, помимо жалобы коменданту? Но додумать мысль Ло не успел.

– Не смей меня трогать! Назад!

Слова хлестнули так глубоко, что достали до самой сути, причиняя боль и рождая страх. И волк – его волк! – отступил, позорно поджав хвост, заставляя человеческую ипостась сделать два шага назад и склонить голову. Самое странное, что Аро с Оле также отошли и опустили головы. Что? Как так?! Ло рыкнул от досады (и не прошедшего, подспудного страха), но Оле тронул его за рукав, удерживая, и сам сделал шаг вперед. Осторожный, медленный. Поднял руки, как и он до этого, но при этом сгорбил плечи, стараясь не давить своей массой, и мягко заговорил:

– Послушай, давай не будем горячиться. Это всё досадная ошибка. Мы и в самом деле не хотели тебе зла. Думали, что просто цену себе набиваешь. Так бывает иногда. Но видишь же, мы не нападаем, хотя могли бы, – девчонка непонятно чему скептически хмыкнула. Самомнение у нее, как горы, видимо, – реши они действительно сделать что-то плохое, куда такой пичуге против трех не просто сильных воинов-оборотней, но еще и магов не самых слабых? Хотя чутье на опасность ведь почему-то сработало. Да и эта непонятная сила, заставившая отступить, подчиниться… – Пожалуйста, не нужно идти к коменданту. Ты же не хочешь нести ответственность за смерть троих оборотней? Ты же знахарь…

Да, Ло был более сильным, негласным лидером в группе, но брат обладал куда большей гибкостью и хитростью, незаменимыми при переговорах.

Вот только выражение лица девушки ничуть не стало менее скептичным. Даже наоборот.

– При чем тут ваша смерть? Уж мне можешь не рассказывать – маги, тем более боевые, точно способны выжить за пределами города, даже на границе с Гиблой Степью. Или вы настолько бездарны?

Слабенький-то дар слабенький, а вот их правильно оценить – хватило. Но какая же неприятная ситуация! Из-за взявших верх инстинктов теперь придется кучу проблем разгребать. Понятное дело, что сами виноваты, но раздражение на девчонку от этого понимания меньше не становилось. И потому, что она стала свидетельницей (и причиной) их слабости, и потому, что возможности влияния на решение травницы очень ограничены. И они их уже почти все исчерпали. Что будет, если девчонка действительно пойдет к коменданту, Ло не хотел даже думать. Хотя что там думать? Оле прав.

А умирать ни одному из них до сих пор не хотелось, пусть это и наиболее вероятный вариант довольно близкого будущего. И нет, дело не в физической смерти – всё гораздо хуже. Но пока они собирались еще побарахтаться.

– Не бездарны. Но если комендант выгонит нас по такому обвинению, это станет известно в академии магии Виара и нас исключат. А тогда мы погибнем.

Как для постороннего, не знакомого с нюансами жизни оборотней (а с ними мало кто был знаком, так-то – их народ тщательно оберегал свои секреты), полный бред. Неудивительно, что доверия ни в позе, ни в глазах девушки не прибавилось. Что делать? А всё долбаные инстинкты!

– Так вы еще и адепты-практиканты! Но это бред. Самый бредовый бред, какой я когда-либо слышала! Я что, похожа на дуру, способную на это купиться?

Аро недовольно глянул на него. Да-да, идея принадлежала ему, но ведь и они поддержали, не бросились отговаривать! Так что нечего тут. Друг, словно услышав мысли, вздохнул и отвел взгляд. То-то же.

– Послушай… Я не могу рассказать большего, действительно не могу. Что нам сделать, чтобы ты передумала? Скажи? – Девушка продолжала смотреть недоверчиво, и Оле вдруг сделал то, чего они с Аро даже не ожидали. – Ну хочешь, мы будем служить тебе, пока не отработаем оскорбление? Защищать при необходимости?

И, вскинув голову, смотря прямо в ледяные глаза, в которых разливалось безмерное удивление, брат опустился на колени. Великая Волчица! Перед человеком?! Но в голове мигом пролетело: а ведь это вариант. Может, добровольная привязка поможет обойти проклятье? Всё же братец хитер. Судя по всему, Аро подумал о том же самом, поскольку, мельком переглянувшись, они также оба упали на колени и низко опустили головы.

Бальзамом на сердце пролился абсолютно растерянный голосок:

– Вы… вы чего? Совсем с ума сошли?

(1) – в мире Ардал четыре сезона: по три месяца лето и зима, и по два весна и осень, таким образом, практика на выпускном курсе магакадемии будет длиться почти до конца зимы. Дней в каждом месяце сорок, делятся на декады, часов в сутках 20, в каждом по 100 минут.

Быть гарнизонным знахарем порой очень удобно. Хотя что там, это удобно всегда: жители (в приграничных городках их никогда прям особо много не бывает) знают в лицо, уважают и стараются помочь по любому поводу (а вдруг когда самим помощь понадобится?), бойцы из гарнизона – тем более; платят за работу хорошо, при этом обеспечивая по возможному максимуму. Но главное: в таких городках даже власть имущие не рискуют вредить или навязываться – из тех же соображений, что и прочие жители.

А еще здесь так легко скрывать собственные секреты. Или нет, неправильно. Не скрывать – наблюдательность у местных развита дай боги, иначе не выжить, – но значения этим секретам особенно не придают, пока ты приносишь пользу и не нарушаешь законы.

Обычный город с основательными серыми каменными домами не выше трех этажей, довольно узкими улочками, обнесенный высокой и толстой каменной стеной, да еще и рвом с водой. Но это диктовалось расположением на границе и опасностью нападения жителей Гиблой Степи – орков, мутировавших под воздействием прорывов энергии с другой реальности. А в остальном всё было привычным: те же люди, те же магазинчики и большой рынок, те же законы, как и везде в Виргане.

Так что жила я в Садраке уже четвертый год и была у коменданта гарнизона на хорошем счету. Дар, замаскированный под слабенький целительский, применять почти не приходилось – получалось обходиться зельями и умениями бездаровых лекарей. Кто бы знал, сколько раз я возносила благодарственные молитвы о хорошем посмертии для бабушки, единственной родственницы со стороны отца, не только относившейся ко мне действительно по-родственному, но еще и взявшейся обучать девчушку, растущую без матери, полезному для будущего мастерству. Наверняка не последнюю роль в этом сыграло наличие дара, но когда тебя вечно шпыняют ненавидящие родичи, сложно искренне не полюбить суровую, но справедливую и иногда даже добрую знахарку.

Бабушка Саяра всегда мне говорила: «Учись, Лея, учись, пока я жива, вырастешь – поймешь, насколько знания облегчают жизнь!». И наказывала за малейшую ошибку. Не из вредности, а боясь, что не успеет научить, защитить… Правда, это я поняла действительно со временем, но благодарна ей была с самого начала. Хотя бы за жизнь вдали от мачехи и сводных сестер, постоянно достававших и оскорблявших. А учиться мне нравилось всегда.

Сегодня настроения не было уже с утра: поход за запасом трав (длиной почти в декаду) завершился под проливным дождем, и хотя всё собранное было надежно защищено в сумке с пространственным расширением и стазисом, я вымокла до нитки. В этом году весна не радовала хорошей погодой: несмотря на достаточно теплые дни, дожди достали. В основном из-за них и пришлось так надолго уходить в леса – никакой надежды, что погода нормализуется, а для сбора некоторых трав скоро выйдут все сроки.

Доев остатки продуктовых запасов незадолго до возвращения в город, потом я полдня посвятила раскладке трав-корешков на просушку, уборке в доме и короткой беседе с Варогом ди Лорейтом. Благо плохих новостей комендант не принес: за время моего отсутствия ничего серьезного не произошло (в плане ранений), нападений со стороны Гиблой Степи тоже не было. Ну и славно. А вот сообщение о пополнении гарнизона разномастными новичками (и опытными бойцами, и практикантами из пары ближайших академий) повергло в уныние: опять придется отбиваться от назойливых попыток ухаживаний!

К сожалению, я была красоткой. Да еще и с волосами необычного, приметного цвета. И через эту красоту и возникало большинство проблем в жизни. Зависть сводных сестер, злоба мачехи, планы отца пристроить хорошенькую, но незаконную дочь с максимальной выгодой для себя, приставания каждого встречного-поперечного… Пока жива была бабушка Саяра, всё еще было более-менее терпимо, а вот после ее смерти я выдержала от силы два года и в семнадцать, едва узнав, что неблагой памяти папочка, барон ди Костарно, сговорился выдать меня замуж, сбежала из неласкового отчего дома, да так, чтоб не нашли – на дальний край королевства, находившегося еще через одно от родного (благо языки мне давались довольно легко, да и отличались соседи в этом плане не очень сильно).

Следующие полтора года были сложными, прошли в мытарствах, пока не получилось прибиться к Садраку, где как раз требовался хоть кто-то, умеющий лечить как раны, так и обычные болячки – в приграничные гарнизоны дипломированные целители не особо-то стремились, а я пришла в городскую управу в поисках работы удивительно вовремя. Нет, целитель в городе, конечно, был, но работал исключительно на себя (и цены ломил не для бедняков), и фиксированная скромная плата явно его не устраивала.

Мне же, к тому времени хлебнувшей вольной жизни по самые уши, условия показались сказочными: требований к образованию нет (у меня его и не было официально), только к умениям; оплата в ползолотого за месяц; собственный домик (тире лечебница, но это для легких случаев, так-то при гарнизоне числились несколько госпитальных комнат); снабжение всем, что не касалось растительного сырья; при необходимости помощи с чем-то тяжелым, обещали выделять наряд из пары воинов… Но главное, таир(2) ди Лорейт клятвенно заверил, что если кто-то начнет настойчиво или агрессивно что-нибудь ко мне «подкатывать», он лично все органы для подкатывания поотрывает, без обезболивания. Забавно было бы на это посмотреть, но такая гарантия дорогого стоила.

В общем и целом я и сама могла себя защитить, но тогда неминуемо возникли бы неприятные вопросы. Да и зачем, если по факту главнейший человек в городе гарантирует безопасность? Разумеется, я ни мгновения не сомневалась и, к слову, до сих пор еще ни разу не пожалела о своем решении. Мелкие нюансы не в счет.

Очнулась от размышлений, уже входя в любимую (пусть и не самую близкую к расположению гарнизона) таверну: кормили тут недорого и вкусно, так что необходимости тратить время на готовку не было. Подсчитав стоимость продуктов и прикинув потерянное время, я давно поняла, что небольшая переплата за готовую еду вполне себя оправдывает. Опять же чувство не-одиночества хоть какое – пусть стремление к общению с кем-либо никогда не было сильным, но побыть среди людей иногда хотелось, иначе так и с ума сойти ж можно. На обед-то договорилась с владельцем о доставке, а вот вечерами я приходила сама, заодно прогуливаясь.

В таверне, как обычно, было полно народа. И как обычно же, для меня всё равно держали пустой столик, расположенный в самом удобном с точки зрения безопасности месте. Быстрый взгляд по залу породил слабое недовольство: новички, видимо, из недавнего пополнения, уже прознали про это замечательное местечко, и то там, то тут, я выцепляла из толпы незнакомые лица, но всё заглушил довольно сильный голод – желудок недовольно буркнул, вынуждая поспешить к любимому столику.

Подавальщица, увидев меня, еле заметно кивнула. Хорошо, значит, минут через пять-десять уже принесут дежурное блюдо дня. Заморачиваться с заказами и ждать я не любила, потому договорилась и об этой небольшой уступке, за что таир Даргон всегда мог обратиться в случае необходимости и по вполне недорогой цене. Полезная всё же профессия – знахарство, во всех отношениях.

Но обойтись без неприятностей я даже не рассчитывала – слишком хорошо знала мужскую натуру. Так что, когда возле столика замер громила, скалящийся во все зубы, постаралась отшить вежливо, но категорично. Попутно удивившись, что в гарнизоне забыли оборотни – этих обычно выдавали желтые, немного светящиеся глаза и нечеловеческая хищная пластика. Не то чтобы они были редкими гостями в человечьих городах, но обычно сами по себе. В крайнем случае – наемники.

Удивилась и удивилась, почти сразу забыв о самоуверенном красавце (чего отрицать-то, если эти стервецы всегда как на подбор – красавчики) и полностью отдавшись удовольствию от вкусного и, главное, горячего ужина. А вот после него уже можно было и подумать о потребностях тела.

В свои двадцать два ни девственницей, ни недотрогой я не была. К магичкам, к которым с некоторыми оговорками относились и знахарки, требования не были столь строги, как к обычным незамужним девушкам: во-первых, поди магичку ограничь в желаниях, а во-вторых, мы прекрасно умели заботиться о себе и знали, как не допустить ни случайную беременность, ни какую неприятную болячку (даже те, кто не особо разбирался в травничестве – магия вполне подчинялась осознанному желанию). Так что с девственностью я рассталась сразу после совершеннолетия – официальный возраст, когда можно предаваться радостям интима без риска нарушить развитие магического ядра.

Но еще бабушка Саяра крепко внушила мысль, что я себя не на помойке нашла, и к выбору любовников стоит подходить с умом.

Вот и подходила. Обосновавшись на одном месте и ничего не опасаясь под защитой коменданта, я присматривалась к окружающим мужчинам и через некоторое время выбрала.

Сурат был перекати-полем, путь которого частенько лежал через Садрак – Гиблая Степь несет не только смерть, но и богатство. Тем, кто осмелится попытаться его взять. Отряд искателей приходил в город, пару-тройку дней закупался всем необходимым для похода, отправлялся в поиск, а потом возвращался декады через две и еще декаду кутил в тавернах. Затем они разбегались примерно на полмесяца-месяц, после чего всё повторялось вновь.

Необременительные отношения полностью устраивали. Сурат не претендовал на всё мое время, не намекал на детей, не жалел денег на подарки, помогал по необходимости и полностью удовлетворял в постели… До недавнего времени. И нет, мы не расстались, он просто пропал.

Отряд разбежался по домам после очередного похода, но ни спустя месяц, ни два, ни еще несколько в городе больше не появился. Вообще. Возможно, они решили сменить точку отправки в Степь? Обидно оказаться любовнику настолько безразличной, что тот даже не нашел времени разочек заглянуть за прошедшие полгода, чтобы… что? Да хотя бы сказать, что ждать его больше не нужно. Ладно заглянуть, записку бы хоть прислал! Но справедливости ради мы действительно ничего друг другу не обещали, как и каких-то пламенных чувств не испытывали. Хотя подобное отношение, если с ним таки всё в порядке, коробило.

Что отряд мог погибнуть, всё же поменяв место выхода на «промысел», я старалась не думать. Не полным составом ведь, в самом деле? Полтора десятка отлично подготовленных воинов, треть из которых маги? Маловероятно.

Но, конечно, случиться могло всё что угодно – Гиблая Степь на то и Гиблая. В общем, я решила, что по возвращении со сбора трав нужно искать Сурату замену, даже если горе-любовник объявится в городе. Хватит, уже дождалась: тело истомилось без мужской ласки, нервы пошаливали, а характер, и так не особо покладистый и приветливый, заметно испортился.

Вот, например, не будь я такой голодной и усталой после блужданий под дождем и последующих хлопот по хозяйству, наверняка обратила бы на оборотня-мага внимание. Да, предпочитаю немного другой типаж мужчин – сильных, но куда более сухощавых, – но ведь оборотень же! Редкость редкая. А про их сексуальные аппетиты, умения и энергию легенды ходили. Да и сама я холодностью крови не страдаю: постоянно приходится изображать из себя спокойствие, если не равнодушие, но внутри кипит тот еще вулкан. Сурат в наш первый раз даже признался, что никак не ожидал найти такой клад под маской ледяной недоступности.

А как иначе? Не будешь тут под маской, если за малейшие проявления благосклонности и приветливости тебя в девицы облегченного поведения могут записать.

Большие скопления грубоватых мужчин имеют свои особенности и недостатки.

Связь с Суратом, даже вне супружества, работала на пользу репутации, пока я оставалась холодна со всеми остальными претендентами на внимание. Но вернемся к оборотню, вернее даже тройке (вот что они всё же здесь забыли?!).

Подошедший молодой мужчина был на самом деле хорош, но попытка повлиять волчьим очарованием стала последней каплей для плохого настроения – будут тут еще всякие, хвостатые, навязывать мне желания, лишая выбора! Благо дар целительства позволял не только заметить такое влияние, но и успешно его прервать, ибо какой же ты лекарь, если не умеешь управлять реакциями собственного организма. Так что и высокий рост, и мощную фигуру, и красивое (и нет, вовсе не смазливое!) лицо оценить получилось уже после того, как поела и немного успокоилась.

На пару мгновений в душе даже промелькнуло сожаление об упущенной возможности, но… нет. Наглец ждать бы точно не согласился, а я еще не дошла до той степени чувственного голодания, когда прыгаешь в постель к понравившемуся мужчине, едва познакомившись.

Однако с поисками замены Сурату надо поспешить.

Мысли не оставляли и по дороге домой – наверное, именно поэтому я совершенно не заметила преследователей, не почувствовала опасность, несмотря на прожитые годы, натренировавшие внимание к подобным вещам. Хотя, как показали дальнейшие события, опасности как таковой и не было (потому и не почувствовала, скорее всего), но об этом-то я узнала позже. А перед этим сначала немного испугалась (хорошо, когда кто-то только схватил, зажал рот и затащил в темную подворотню – очень сильно), а потом и разозлилась на самоуверенных волков.

Это ж надо было додуматься: попытаться влиять совместным обаянием (раз в одиночку не срослось), чтобы потом сказать, мол, ну ты же сама согласилась! И ведь с обычной человеческой женщиной вполне получилось бы. Да ладно, там воздействия и одного оборотня бы хватило, чтобы перед ним быстренько раздвинули ножки.

Только – упс, поганцы нарвались на целителя, пусть и не знали этого, я ведь всем виделась только знахаркой-травницей. Так-то подобные воздействия на нас не держатся. Или похоть и оскорбленное самолюбие настолько мозги переклинили?

Одно хорошо, хоть я и натерпелась страху поначалу, но силу сдержать в момент нападения, самый опасный своей пугающей неожиданностью, смогла. И пока изображала перепуганную девицу, готовую подчиниться мощным, давящим своим присутствием мужчинам, лихорадочно соображала, как выбраться из передряги… не покалечив (а то и прибив – очень уж хотелось) придурков и не раскрыв свои способности.

Впрочем, крепко прижимающий к себе волк подсказал прекрасное решение, как выбраться из захвата, а там уж… Придумаю. И крутанула я чужое напряженное хозяйство от души, с мстительным удовольствием слушая скулящие звуки от сильного с виду воина. Правда, потом ситуация стала снова сложной: оборотни перекрывали выход из тупиковой улочки, и получилось лишь отскочить подальше от них да прикрыть хотя бы спину стеной. А уж лицом к лицу я с немного растерявшимися неслучившимися насильниками разберусь.

– Не сссмейте подходить!

Шипящее предупреждение вырвалось само по себе, и это было плохо, потому что речь изменяется, когда нахожусь в опасной близости от потери контроля. Слава богам, оно возымело эффект, и оборотни не попытались напасть вновь, но последующие слова главного из них (ну, видимо, главного, раз остальные ему подчинялись, да и в таверне подкатывал именно он) взбесили не на шутку: ах, в накладе я не осталась бы? Удовольствие умеют доставлять? Возмущение в тот момент кипело настолько, что, будь возможность, действительно ведь пошла бы к таиру ди Лорейту! И вылетели бы поганцы из города, как пробка из бутылки с пузырьковым вином.

Я же говорила, что характер испортился от длительного одиночества? Ну вот. По идее, надо было усыпить бдительность, сделать вид, что согласна миром разбежаться, так нет же – раздражение давило настолько, что даже видимость уступки создавать не хотелось. И сила таки прорвалась – немного, краем, но когда волк протянул свои грабалки к моему лицу, я не удержала гнев, хлестнув по самой сути оборотней, желая причинить боль, наказать… покорить.

Что целых трое боевых магов отступят, попытаются наконец решить дело не напором, а уговорами, я всё же не ожидала. Даже на жалость ведь пробовали надавить, но несли совсем уж какой-то лютый бред. Смерть из-за того, что их из города выгонят? Смешно.

Так-то оно так, но молодые мужчины были абсолютно серьезны, и я с удивлением поняла: они сами верят в то, что говорят. Как такое может быть? Но вот же! То, что оборотни – новички в городе, было понятно сразу, но что они из тех самых практикантов магических академий… Вообще удивительно – я как-то слышала, что учатся они в каких-то своих школах. Или у личных наставников? Не помню.

После недолгого спора и заверения переговорщика (подозрительно сильно похожего на «главаря»), что причин возможной смерти они раскрыть никак не могут, последовало напрочь выбившее из равновесия предложение службы. Не удержавшись, посмотрела на склонившихся и ожидающих моего решения волков магическим взором. А там…

Насчет смерти говорить сложно, но вокруг горла каждого из троицы вилась дымка какого-то заковыристого темномагического проклятья. И чем дольше я его рассматривала, пытаясь понять, тем больше восхищалась умельцем, способным наложить такое. Не из-за предположительного смертельного эффекта, видимо, грозившего оборотням именно от него, а из-за ювелирности исполнения: темные жгуты дымки расходились от кольца (подозрительно напоминавшего ошейник) вокруг шеи, не только проникая в тело, пусть и неглубоко, но и переплетаясь с аурой, насколько могли дотянуться.

Вот только понять, в чем на самом деле заключается действие проклятья и насколько маги правы в своих заверениях, не получалось, как я ни вглядывалась. Всё же недостаток академического образования сказывался. Но поступить на учебу мне не светило не только из-за отсутствия денег: если бы стало известно о направленности дара, со свободой пришлось бы попрощаться.

(2) таир – вежливое обращение к мужчинам, имеющим хоть какое-то положение в обществе. К знатным аристократам обращение «таур». К женщинам, соответственно, таи и тау. Если собеседники незнакомы, или принадлежат разным социальным слоям, к обращению прибавляется имя рода, если знакомы и отношения допускают – только личное имя. Друзья могут опускать вежливое обращение, даже на официальных мероприятиях. К простолюдинам обращаются просто по имени.

Казалось бы: целители должны цениться всегда и в любом обществе, независимо от окраса силы. Они и ценились, но ну ее в Бездну, такую ценность!

Темным целителям что в Виргане, что вообще в любом другом королевстве Ардала не повезло особенно. Они остались только в сильных родах, способных защитить своих родичей от чужой жадности, и при королевском дворе, а вот чтоб встречались среди бедняков, я точно не слышала. Зато знала, что детей с таким даром, но не защищенных покровительством какого-нибудь крупного рода, усиленно ищут королевские службы – от академий до сыскарей.

Хорошо хоть дар встречался крайне редко.

Ни один маг, кроме темных целителей, не мог видеть нити магии. Даже светлые целители. Тем, кто повелевает магией силой желания, не было нужды тренировать магический взор. Светлые целители «чувствовали» проблемное место, учась по малейшим нюансам ощущений распознавать причину болезни, и направляли туда свою магию (родственную жизненным силам) с желанием исправить. Прочие маги также чувствовали на незримом уровне силу и направленность дара друг друга, а проявления самой магии принимали физическое воплощение стихий.

Способности же темных (и именно целителей) росли из необходимости разграничивать жизненные потоки в теле, находить их остатки в недавних мертвецах и натурально возвращать с того света. Ну и долголетие вкупе с омоложением простым смертным могли подарить именно они, воздействуя на строго определенные тончайшие потоки жизненных сил. А еще – увидеть чью-то магическую атаку в момент ее формирования.

Самое интересное, что принудить темного целителя к службе можно только в детстве: либо приручив и поманив хорошей жизнью, чтоб работал добровольно, либо банально надев магический подчиняющий ошейник (и это случалось чаще, ибо мало кто хотел заморачиваться). А потом, когда магическое ядро полностью стабилизируется, это не только бесполезно, но и вредно для жизни – принудителя. Тогда уже только договариваться.

Я вот до сих пор скрывалась не только по привычке, но и не желая навязчивых попыток сманить столь нужного специалиста на службу. Хотелось просто спокойно жить, как привыкла.

В общем, на детей с даром темных целителей порой открывалась натуральная охота, и почему их нет, кроме как при правителях и в сильных родах, понятно. Как и то, почему бабушка первым делом научила меня скрываться, поначалу вообще забрав к себе в лесной домик, – род отца, конечно, аристократический, но далеко не крупный, да и тому проще было бы отдать дочку-бастарда во власть короля, чем пытаться бороться, чтоб использовать самому. А еще я училась маскировать дар и тренировала спокойствие и умение держать себя в руках в любой ситуации… И убивать при угрозе раскрытия и отсутствии лишних свидетелей, не терзаясь потом муками совести (хотя, конечно, это не значит, что убийство давалось легко – я ведь всё же целитель).

Позже неоднократно доводилось возносить бабушке за науку мысленные благодарственные молитвы. И разумеется, та тоже была темной целительницей, просто намного слабее.

Справиться с тремя оборотнями, даже и боевыми магами, для меня не составило бы труда. Ладно, не прям не составило, но убила бы без сожалений, продолжи те упорствовать в своем желании «доставить удовольствие» насильно: всего-то сердце остановить у всех троих, или резко повысить давление крови в мозгу – до разрыва сосудов. Или еще что в том же роде. Внезапная смерть по самым естественным причинам. Бывает. Но когда волки отступили, только облегченно выдохнула.

И вот теперь эти пушистые негодяи поставили меня в тупик своим поведением. Ну потому что всё, что до сих пор приходилось слышать об этих наглых, сильных и агрессивных существах, шло вразрез с поведением троицы. С вот этим вот дружным падением на колени и тем более предложением отработать оскорбление службой. Очень уж оно странно. Хотя мысль о полном подчинении трех красивых молодых мужчин в какой-то момент показалась крайне заманчивой.

Да, в этом мне тоже «повезло» – с некоторыми особенностями и желаниями в сексе, поди найди мужчину, готового к не особо привычным экспериментам.

Между тем волки терпеливо ждали ответа, даже не шевелясь. И снова возникло неуместное желание проверить, а как долго они так смогут? Вот же… Это уж совсем из дикого, из глубоко запрятанных фантазий. Но решать что-то нужно, да и спать уже хотелось – день выдался напряженным, как и вся декада в целом. Благородно отказаться от предложения даже мысли не мелькнуло. Нет уж, накосячили – пусть отрабатывают. Может, это поможет немного мозги на место поставить? Чтоб не навязывались со своими предложениями «получить удовольствие».

 – Как вас зовут? – Главный тройки вскинул голову, и я отмахнулась. – Ты можешь не представляться, я помню, Лайсо.

– А если сокращенно, можно Ло. Вот это, – мужчина махнул на явного родственника, – Олерай, или Оле, мой брат. Младший. А второй – Аро, Айдаро то есть. А тебя как называть?

Хороший вопрос. Оборотни представились короткими именами, с намеком на возможность более близкого знакомства… Или я просто вижу подвох, где его нет? В любом случае вот так сразу сходиться на короткой ноге не собираюсь. Да и они ведь службу обещали, так что пусть блюдут субординацию!

– Леяна. Вставайте уже. Завтра с утра подходите к кабинету коменданта. – Оборотни, только начавшие подниматься, дружно вскинули головы, явно готовые упрашивать, и я раздраженно цыкнула: – На вашу помощь в любом случае нужно получать разрешение у него. Вот если даст добро, тогда и смогу привлекать вас для чего-нибудь. Но тогда принесете магическую клятву подчинения и непричинения вреда! Трех месяцев для отработки сегодняшней глупости вполне хватит.

Впереди лето – самая пора для заготовок, а с тремя сопровождающими-охранниками я и трав больше принести смогу, и забраться в отдаленные места, в какие до сих пор побаивалась. Может, и в Степь рискну… Там видно будет.

Мужчины быстро переглянулись – даже без кивков, словно способны общаться мысленно, – и Лайсо осторожно попросил:

– Если клятва, то обязательна оговорка, что ты будешь… распоряжаться своей властью разумно, без принуждения к чему-либо, изначально направленному против нас.

Вот это заявки! С чего вдруг они даже подумали о таком?! Но я лишь подтверждающе кивнула.

– Тогда мы согласны. А сейчас давай проводим тебя. Куда, кстати?

Первым порывом было отказаться, чтоб слухи не поползли, но… Если эта троица теперь частенько будет рядом, этого всё равно не избежать, так что днем раньше, днем позже – особой разницы нет. Да и мое положение в Сардаке уже достаточно твердое, даже если за спиной шептаться будут (очень тихо и очень аккуратно!), вслух никто не осудит и отношения не изменит – иначе к кому они за лечением обращаться будут?

– Ну провожайте уж… Недалеко от гарнизона, с северной стороны, мой домик.

Капюшон я натягивать не стала – в компании трех мужчин, тем более оборотней, мало кто решится приставать со всякими вопросами. Я ж в основном потому и старалась как можно незаметнее передвигаться по городу – чтоб не донимали по мелочам. Если у кого серьезная проблема, всегда найдут меня или в домике, или в таверне, а все остальные пусть лесом идут. Ну необщительная я, не привыкла!

Правда, капюшон не надела всё же зря: стоило пройти пару улиц, как первый встречный патруль заинтересовался, что это у меня за сопровождающие? Где вот они были, когда эти молодчики свою тройную любовь пытались навязать?! Но ладно, всё обошлось, а я просто ворчу, устала.

– Да вот, Ордан, адепты-практиканты предложили проводить до дому. Переживали, что по темноте кто-то на меня нападет.

Старшего патрульной пары я знала очень хорошо: отец многочисленного семейства, он частенько обращался за помощью, а в самый первый раз прибежал под вечер, с окровавленным сыном на руках – того взбесившаяся собака подрала. Мальчонку я спасла, а Ордан с тех пор старался помогать при малейшей необходимости. Хороший мужик. Вот и сейчас он выпучил глаза и возмущенно встопорщил усы.

– Как нападет?! Да кто ж в здравом уме рискнет на вас, таи Леяна(3), покуситься?! Да мы ж ему тогда… Ух!

Мужчина потряс в воздухе приличного размера кулаком, а я с улыбкой глянула на напряженного Лайсо. Ну вот такие и рискнут, кто не знает, что «им тогда – ух!».

– Так новенькие они, Ордан, не знают. Но раз уж так хотят доброе дело сделать, зачем я мешать буду? Ладно, пойдем мы, а то устала за сегодня – жуть. Спокойного дежурства!

– Спасибо, таи Леяна. И вправду, отдыхайте.

На том и разошлись, а чуть позже, когда патруль скрылся за поворотом улицы, оборотни еле слышно выдохнули. Но я заметила и снова усмехнулась – мстительная я, еще не раз им напомню про отвратительное поведение.

До дома добрались без приключений, а присмиревшие оборотни почти всю дорогу молчали. Довели, вежливо попрощались и ушли восвояси, даже не попытавшись в гости напроситься. Как им хвосты-то прищемила угроза жалобы коменданту!

Но я ж теперь от любопытства голову сломаю: в чем там всё-таки дело? Неужели эти проклятья на них – действительно смертельные?! И как их безопасность завязана на город? Хотя нет, второй, который Олерай, кажется, говорил про исключение из академии, если их выгонят с практики. Получается, учиться им нужно для безопасности? Или они должны получить дипломы, и проклятье уйдет? Не похоже… слишком тесно его нити переплетаются с жизненными. А как тогда? На практику к нам ведь последний курс всегда приезжает. Не оставят же всех троих преподавать? Там своих хватает. Да и, насколько я знаю, боевые маги обязаны отработать обучение.

Мысли настолько увлекли, что очнулась я, когда уже улеглась в кровать – даже не заметила, как умывалась-раздевалась, вот как озадачили хвостатые! И нет, никакого постельного интереса они так и не вызывают – слишком наглые и вообще поганцы, а я не какая-нибудь дурочка, что внимание красивого мужика за радость воспримет и даже на воздействие не возмутится, – просто загадка проклятья, о котором еще и подробности говорить нельзя (а они их явно знают!), сильно меня зацепила. Хотя мужчины красавчики, да… Но это я уже говорила.

Заснуть получилось далеко не сразу, а вставать приходится рано: работа знахаря не подразумевает долгого валяния в постели. Да еще и к коменданту надо, сама ж назначила оборотням место встречи. В общем, ничего удивительного, что настроение у меня опять было далеко от веселого и сколько-нибудь доброго, и переминающуюся под дверью таира ди Лорейта троицу я поприветствовала хмурым кивком.

Правда, когда мы все ввалились в кабинет, срочно пришлось натягивать на лицо дружелюбную улыбку: мне вдруг пришло в голову, что недовольное выражение очень плохо сочетается с просьбой предоставить троицу оборотней в помощь. Ну вот я сама точно бы не поверила. Да ладно, комендант, даже увидев улыбку, всё равно насторожился. Хм, может, плохо старалась?

– Что случилось, Леяна? Вас кто-то, – и суровый взгляд на волков, вставших чуть сбоку и позади от меня, – обидел?

Интересно, они что, со своей любвеобильностью уже умудрились где-то попасться? Но я только постаралась изобразить удивление:

– С чего вы взяли, таир ди Лорейт? Просто я увидела среди новичков оборотней, вот и пришла просить, – надеюсь, я об этом не пожалею, что разом лишилась способа давления на волков до того, как взяла с них клятву, – а отдайте мне их в рабство на всё лето?

Кажется, недосып плохо влияет не только на настроение… Вот кто меня за язык потянул?! Нет, ну так-то я хотела напряжение снять, пошутила. Но лучше бы не пыталась, честное слово: комендант выпучил глаза, а кто-то из оборотней шумно, с сипом вдохнул.

– Ой, простите! Чувство юмора у меня странное и просыпается порой не к месту… В общем, я к тому, что хотела бы иметь их в своем распоряжении, если помощь понадобится. Особенно во время походов за травами.

Комендант вернул глазам нормальный размер и, прищурившись, переводил взгляд с меня на магов. Думал, слава богам, недолго.

– Почему именно они, Леяна? Не безопасней ли со своими, кого давно знаешь? Мало ли что эти новенькие могут… учудить.

Поздно, уважаемый, уже учудили. Но вот въедливость таира ди Лорейта иногда была совсем излишней.

– Да как же! – Я для достоверности даже руками всплеснула. – Вы ж знаете, где они учатся, приструнить всегда сможете при необходимости. А мне ж важно именно что оборотни: они сильнее наших мужчин, маги – мы ж сможем и поглубже в леса забираться, за редкими травами-корешками, чтоб лишние деньги не тратить. Нюх опять же хороший – смогут искать нужное мне, а вчетвером набрать получится больше и быстрее, не буду так надолго отлучаться. Да и любую опасность раньше услышат-почуют… Ну таир ди Лорейт, разрешите, мне ж такое подспорье будет!

Да, долго не могла уснуть и из-за этого в том числе: прокручивала причины, которые точно убедят коменданта приписать ко мне оборотней. Про Степь пока решила не говорить – зачем раньше времени волновать? Сама же еще не определилась, пойду или нет.

– Хм… Если так смотреть, то оно конечно… – думал ди Лорейт снова недолго (не в последнюю очередь после слов о возможной экономии) и, хлопнув ладонью по столу, подытожил: – В общем, поступаете в распоряжение таи Леяны, пока будете ей нужны. И смотрите мне! – Синий строгий взгляд обещал волкам все возможные и невозможные кары, если вдруг что. – В походах за травами чтоб берегли ее, как дракон свое золото! А вы, Леяна, можете привлекать их в любое время, если ситуация на границе со Степью спокойная.

– Таир ди Лорейт, вы такой замечательный! Спасибо огромное!

Мужчина хмыкнул, но было видно, что комплименты и благодарности ему приятны. А я что? Мне жалко, что ли?

– Идите уже, некогда мне тут…

Еще раз поблагодарив и попрощавшись, я вылетела из здания казарменной управы, велев оборотням идти следом. Разрешение разрешением, но клятву с них всё же возьму.

И да, текст я тоже продумывала ночью. Плодотворная она у меня вышла, только спать хочется уже прям с утра. А нельзя. Ну да ладно.

Увы, разобраться с клятвой сразу не получилось: стоило войти во двор, как я увидела двоих «страждущих». И ведь, неприятность какая, что мальчишка балабол, что баба – местная сплетница. Принесла ж их нелегкая! Тяжело вздохнув, обернулась к оборотням:

– Я какое-то время буду занята, и вы зря не сидите: обойдите двор, дом осмотрите – что можно поправить подручными средствами, сделайте сразу, что нет – составьте список необходимого для ремонта. И да, магию на территории не применять! Не все травы и зелья любят повышенный фон.

Сказала нарочито громко, мгновение полюбовалась перекосившимися рожами отданных мне «в рабство» красавчиков (а что они думали, только за травками бегать будут, а мелкие дела мановением руки выполнять?) и вернулась к ранним посетителям.

– Доброго утра, Сайна, Дарин. Кто первый?

Дальше закрутилось: у кого-то понос, у кого-то прыщи, у третьего… хм… супругу не получается удовлетворить. Это хорошо еще рожать в ближайшее время вроде никто не должен. Декаду точно. В общем, когда я разобралась с ежедневными заботами, почти наступил полдень. Прикинув время, поняла, что откладывать разговор с оборотнями на послеобеда не хочу, так что отправилась во двор, откуда периодически слышались стуки, скрипы и тихие ругательства.

Зашла за угол дома, где ютилась сараюшка для всякого-разного (и просушки части трав в том числе) да мыльня, и чуть не подавилась заготовленными словами. Ну почему у таких поганцев такие шикарные тела?! Конечно, оборотни не совсем прям разделись, но остались в безрукавных туниках, плотно облипающих рельефные торсы. А уж мышцы на руках, красиво напрягающиеся, когда их обладатели что-то поднимали или тянули, тем более ничего не скрывало.

Нет! Не буду об этом пока думать. Да и с чего вдруг? Я еще не в полной мере отыгралась на них за вчерашнее! Бросив последний взгляд на подневольных красавчиков (ну правда же), тяжко вздохнула. Клятва. А потом обед, да.

– Мальчики, заканчивайте на сегодня, ополаскивайтесь – там у сараюшки бочка с водой – и заходите в дом, расскажете, что еще где надо отремонтировать и что закупить.

Интересно, чего это они так дружно вздрогнули и напряглись, когда я их окликнула? Увлеклись работой, что ничего на свете не заметили? Будет ли тогда толк с такой охраны, раз они так легко теряют бдительность? Или просто чувствуют себя в безопасности, оттого и за округой не следят? Ладно, потом разберемся. Сбежав, чтоб не соблазняться на крепкие тела, уселась их ждать.

Но когда оборотни смыли трудовой пот и зашли в кухню (ну не тащить же их в жилые комнаты?!), в голове вдруг сверкнуло очередное озарение: а чего это они мне службу предложили? Я-то, понятное дело, рада – помощь точно не помешает как по хозяйству, так и по заготовкам, а вот троице какая с того выгода? Могли бы просто откупиться же, ну, хотя бы попытаться. Да просто помощь предложить, пару раз что-нибудь сделать, принести, проводить. Но ведь даже не заикнулись! Какой им резон?!

Подавшись вперед, выпалила внезапно всплывший вопрос, а оборотни снова переглянулись, как-то нерешительно, и Лайсо дернул плечами.

– Ты была настроена так серьезно, что мы побоялись отказа, если предложим что-то простенькое в качестве отработки. Да и… нам тоже выгодно ведь: насколько Аро выяснил, нападения здесь не особо часты, свободного времени много. Со скуки взвоем. А так и заняты, и ничего сложного, и девушка красивая всегда перед глазами.

И поганец мне подмигнул. Но осторожно, без наглости – всё же при свете дня они не такие развязные и смелые. А вот мотивы волков хоть и звучали достоверно, всё равно не вызывали доверия. Может, потому, что первое знакомство таким отвратительным вышло?

– Ладно, допустим. Но вы же помните? Я говорила о клятве, и отступать не намерена. Или так, или мотайте скучать в гарнизон.

Оборотни дружно склонили головы.

– Мы согласны!

Вот точно Лайсо у них главный. Но раз согласны… Я достала приготовленный еще с утра небольшой ритуальный нож, вино и чашу – я ж вроде как не совсем магичка, сил, закрепить клятву на троих разумных, не должно хватить. Так что в таких случаях первейшее средство – кровь. Волки переглянулись, но ничего не возразили. Налив вина, уколола палец и стряхнула каплю в чашу, потом передала мужчинам (хотя при свете дня, если хорошо приглядеться, они скорее парни, только во взрослый возраст вошедшие), и те повторили кровопускание. И да, текст клятвы, зачитанный мной, здорово их удивил. Ну просто я подумала, что слушаться они и так будут, зато соблазн исключу (очень большой соблазн), а для чувства безопасности хватит клятвы непричинения вреда на время нахождения на практике и сохранения в тайне любых сведений, что они обо мне узнают, – бессрочно. Такая подстраховка уж точно не помешает, слишком близко нам предстоит общаться.

Небольшой ритуал прошел очень быстро, но, когда отзвучали последние слова (маги, словно репетировали заранее, говорили практически одновременно), от проклятий оборотней в мою сторону резко рванули тонкие темные жгуты. От неожиданности я даже отшатнулась и с перепугу вдарила по ним своей силой. Жгуты скукожились, а волки дружно схватились за горло и заскрипели зубами.

Это что еще такое было?!

– Вот как чувствовала, что с этим вашим предложением не всё чисто!

(3) – хоть Лея и благородного происхождения, но об этом никто не знает, и для всех она простолюдинка. С приставкой «таи» к ней могут обращаться другие, чтобы подчеркнуть уважительность, но не все и не всегда.

– Ты… зачем ты это сделала? И как?! Ты умеешь прятать уровень силы и дар?

Лайсо забросал меня кучей вопросов, не давая даже времени ответить. Вот же ж! Сразу и прокололась. Хорошо хоть успела с волков клятву взять… И не факт, что удастся не выдать остальные свои секреты – маги не производили впечатление глупцов. Иногда это большой минус.

– Мои секреты не должны вас касаться. И что я сделала? Всего лишь оттолкнула попытки ваших проклятий присосаться ко мне!

Тут уже сделал стойку и Олерай.

– Проклятий? Откуда ты знаешь? Мы точно не говорили, не могли сказать. Подожди… Оттолкнула попытки присосаться? То есть… ты видишь их проявление? Темный целитель?!

Ну вот, я ж говорила, что неглупые. Я молчала, разглядывая парней (да-да, теперь уже прекрасно видела, что они еще очень молоды) и думая, могут ли они всё же навредить мне, зная некоторые тайны. Скорее нет – клятва не позволит, но, наверное, что-то было в моем взгляде или выражении лица, что так и не присевшие оборотни, не сговариваясь и не переглядываясь даже, рухнули на колени и опустили взгляды. Да что же у них за привычка такая?! Странная и очень смущающая… потому что рождает всякие нескромные желания. Внезапно. И это точно неспроста.

Пока я боролась с собственными неправильными (и ненужными сейчас) фантазиями, снова заговорил Олерай – он у них, видимо, голос разума воплощает:

– Леяна, мы поклялись сохранить твои тайны и не выдадим! И… проклятие вряд ли может присосаться, скорее это была попытка привязки.

Чего?

– Какой еще привязки? И вы что, знали, что так будет?! Для чего это?

В ответ мне лишь виновато пожали плечами.

– Прости, но мы не можем рассказать. Действительно не можем, это не наши личные тайны, а ты не оборотница.

Ха! Одними этими словами он уже дал мне множество намеков: у волков бывает привязка на волчиц (и смысл у слова в сочетании с их каким-то привычно-подчинительным положением получается весьма интригующим), у оборотней есть очень интересные тайны от представителей других рас (но это, вообще-то, не особо и новость), и помимо непонятного проклятья они, кажется, по самую маковку обвешаны обетами. Хотя вполне могут и отговориться ими, чтобы не выдавать мне лишних сведений, паразиты. Ну и ладно, я свои тайны тоже ревностно охраняю, а давать клятву неразглашения без нужды не собираюсь. Любопытство к этой самой нужде, конечно, не относится, но это не значит, что оно перестанет меня мучить. Ладно, переживу.

– Садитесь уже за стол и быстренько рассказывайте, чего недостает и что надо покупать для ремонта?

Парни осторожно на меня глянули и быстро поднялись с колен, рассаживаясь. Они ведь и тогда, в переулке, вот так мне службу предлагали. А насколько я помню рассказы про оборотней, подчиняются они сильнейшим. Но меня-то почему такой посчитали?! Из-за того срыва, когда ударила их по сути? Сколько же вопросов с этими волками всплывает!

Отчет Лайсо порадовал: я и так знала, что хозяйство более-менее в порядке, но услышать, что всех трат предстоит – только закупить несколько досок и гвозди, чтоб поправить крыши в нескольких местах и забор, было приятно. Предложила им на выбор либо купить самим недостающее, а я потом деньги отдам, либо передать продавцам, что для меня и пусть запишут на счет, так сказали, что купят сами. И так еще гневно при этом глазками сверкали, мол, как могла сомневаться, что у них деньги есть? А я что? Откуда знать могу?

В общем, разговор вышел не особо длинный, но вполне продуктивный.

– Вот и чудно. На сегодня свободны, можете идти в гарнизон, а завтра с утра первым делом за покупками, чтоб поправить всё оставшееся. И послезавтра отправимся уже в лес, за травами.

На меня уставились три пары негодующих глаз. В этот раз голос подал третий, темненький, до сих пор молчавший:

– А… мы думали, на обед можно остаться…

Думали они! А голос у него тоже приятный, низкий, такие еще чувственными называют… Нет, тогда, в подворотне, он тоже что-то говорил, но состояние у меня было неподходящее для оценки. Да и сейчас нечего! Тряхнула головой, прогоняя очарование, и хмыкнула:

– Вы где-то у меня видели еду? Или, может, запахи какие учуяли?

Лайсо нахмурился и быстро окинул взглядом пространство кухоньки.

– А ты сама?..

– За меня можете не переживать – скоро из «Быка» должны обед принести. Но заказано там только на одного, так что извиняйте, на еще троих голодных оборотней точно не хватит.

Волки перекривились, но попрощались и наконец-то ушли. Вот же наглые прилипалы! Но теперь я могла выдохнуть и расслабиться. Ненадолго. Потому что стоило остаться без дела (а чего затеваться, если скоро обед?), и в голову сразу полезли всякие мысли. Я же говорила, что неутоленное любопытство покоя не даст? Ну вот.

Вопросы проносились в голове по десятому кругу, сменяясь невольным воспоминанием о трех почти обнаженных телах… Да что ж такое?! Они, конечно, волнуют во мне глубокие темные стремления, и вообще привлекательны, но я пока их не простила. Или всё же?.. Не так велик проступок: любая другая женщина, наверное, даже рада была бы поддаться очарованию этих красавчиков – у многих же мужья не то что об их удовольствии не заботятся, а и поколачивают. Я знаю, наслушалась от посетительниц за годы работы. Но всё законно, жена же ж. А тут удовольствие пообещали, а я еще и обижаюсь… Брр! Так, мне нужен любовник, срочно, а то всякая чушь в голову лезет – таки я не недалекая крестьянка, чтоб воспринимать жизнь так просто. Вот только кого на эту роль присмотреть? Из жителей города, в том числе и постоянных воинов гарнизона, никто не подходил.

Не то чтобы я такая привереда и достойных, привлекательных мужчин нет. Они есть, но… Я привыкла к отношениям без обязательств, а если связываться с местным, это может быть чревато претензиями на совместную жизнь, детей. И вот на такое я пока точно не готова (опять же, не в последнюю очередь из-за власти, которую надо мною в этом случае обретет муж, хотя с магичками тут не так всё однозначно). Да и не видела среди знакомых мужчин того, что мне нужно. С Суратом вышло почти на инстинктах: вот приглянулся он мне чем-то, заинтересовал. Позже уже поняла, на что обращать внимание. Увы, сейчас интересными признаками в ближайшем окружении обладали… именно оборотни. Почему-то.

Да-да, та самая готовность покориться, эти падения на колени чуть что, вызывающие сладкое томление в животе. Но я ж ведь уже отказала им. А даже если таки рассматривать вариант всерьез, зачем мне столько? Или поприглядываться, повыбирать? Ничего не мешает же. За тем же Суратом я несколько месяцев наблюдала, прежде чем решилась позвать в свою постель. Так что время есть. Хотя выбор сделать будет сложно.

Если откинуть всё, что между нами успело случиться, то больше всего мне нравится, наверное, Олерай. Он как-то мягче и вроде бы помладше двух других оборотней. Симпатичней опять же, хотя мой вкус в этом плане своеобразен. Я называла волков красавчиками, но на самом деле даже человеческие мужчины бывают красивее. Или смазливей. А эти: с несколько рублеными чертами лица, довольно тяжелыми челюстями… Глаза – да, красивые, разных оттенков янтаря, а еще есть крепкие высокие тела, ну и аура хищного обаяния – вот это делает их неотразимыми в глазах женщин. Особенно последнее, как по мне.

Задумавшись о привлекательности оборотней, тут же встрепенулась, происследовала себя на остатки чужого влияния – с чего-то же меня не оставляют мысли о троице? – но нет, всё нормально. Действительно просто заинтересовали, оказавшись в моем вкусе. Вот чего им стоило просто попробовать познакомиться? Подойти, поговорить… Кстати, надо бы узнать. Если скажут, конечно, а то мужская гордость порой принимает странные воплощения, вплоть до дурости. С проклятием вряд ли связано, ведь то никуда и не думало деваться, но сейчас они ведут себя совсем по-другому. И думать о паршивцах перестать никак не могу.

Ну и что теперь с этим делать? Поддаться или гордо отказаться и искать другие варианты?

Что я там недавно думала про «кто нравится больше»? Олерай, несомненно. Оле, как сказал старший волк. Более мягкие черты лица, сам характер… Ну или так показалось из-за того, что он умел разговаривать не давя? Но красивый. Волосы русые, глаза чуть ярче, чем у брата, светлый янтарь. Губы пухлые, такие еще чувственными называют, а фигурой ничуть не уступает остальным. Сильный, мощный, такого будет крайне приятно увидеть на коленях… в другой обстановке.

А вот его брат хоть и похож, но вызывает желание стукнуть как следует. Иногда. Видимо, из-за дурного характера. Я ведь поняла, что, раз он ведущий в тройке, идея с нападением и воздействием волчьим обаянием тоже принадлежит ему. Но если рассматривать отдельно от характера…

Сгенерировано «Сокровища енота» с помощью НС Миджорни, лицензия

Тут раздался тихий стук в дверь, оторвав меня от мысленного сравнивания оборотней. Обед. Ну и ладно, потом додумаю.

Нежные ароматы на время вытеснили из головы все мысли, а потом настала очередь проверки гарнизонных целительских комнат. Нет, больных там не было, но вот проверять, чтоб всегда в наготове стояли баночки с зельями и всякое нужное для обработки ран, приходилось регулярно. А еще раз в месяц я устраивала осмотр воинов – от рядовых до коменданта. Ну просто в некоторых вопросах эти сильные мужчины – такие дети. Какую-нибудь простейшую мозоль будут скрывать (или просто не обращать внимания), пока сильнейшее воспаление не начнется! Или занозу, да. Было дело, приходилось сталкиваться.

На удивление, в этот раз всё оказалось нормально. Зелья и перевязочные материалы в достаточном количестве, жалоб никаких и ни от кого… Как обычно. Посмотрим, что осмотр выявит.

Пару часов я проболталась в гарнизоне, нашла таира ди Лорейта и предупредила, что через декаду планирую очередную проверку здоровья воинов, на что тот скривился, но согласно кивнул. Хорошо быть знахарем! В определенных вопросах даже комендант не смеет возражать, понимая, что всё – для сохранения здоровья воинов.

Следующий день пролетел быстро. У меня с утра снова были посетители, но не очень много и с не особо серьезными проблемами. Ну потому что знахарь, травница – это ж не целитель. Не с любой болезнью может справиться, и я долго приучала к этой мысли местных. Вот раны – это да, пожалуйста, почти любые, если вовремя привезли, ну и если все конечности-органы в наличии. К тому, что принимаю страждущих только до обеда, и то, если нет чего срочного у воинов, тоже приучала. Жалованье мне ж комендант гарнизона платит, а всё остальное – не возбраняется, но в свободное время.

Волков до обеда почти не видела, только до слуха доносились шорохи, скрипы, стук да тихие ругательства. Мужчины же, не могут они молча собственные неудачи переживать.

Ближе к обеду в дверь постучали и вошли только после разрешения. Айдаро. В одних штанах, с влажно поблескивающими капельками на коже и местами прилипающими к лицу кудрями. Ну да, ну да, обсушиться нормально и одеться нам же никак. Пытаются впечатление произвести? Так уже, только ведь и не подумаю показывать. Потому что так еще и не решила, кто из троих всё же больше нравится, и вообще – стоит ли связываться.

Пожалуй, на лицо этот оборотень был самым… обычным. Темные волосы вечно затеняли грубые, и какие-то немного неправильные черты, тяжелую челюсть и большой рот. Лишь глаза искрились золотом и светились внутренним теплом и восхищением, что заставляло не обращать внимания на остальное.

Сгенерировано «Сокровища енота» с помощью НС Миджорни, лицензия

А еще мне стало прям интересно: цвет волос оборотня отражается на цвете его зверя или нет? Как-то не доводилось слышать ничего об этом, а спрашивать… Ну не знаю, может, это не принято? Не хочется деревенщиной выглядеть, не перед ними конкретно, а вообще. Так-то я сильно не скрывала свое происхождение: и смысла нет, тут ни отец, ни родня вообще искать не будут, и глупо – не смогу разговаривать как деревенская девушка, всё же бабушка Саяра какое-никакое, а воспитание мне дала.

– Мы закончили с ремонтом, Леяна.

Голос оборотня вырвал из размышлений, попутно заставив удивиться: это ж я им, получается, настолько доверяю, раз позволяю себе полностью расслабиться и не держать обстановку под наблюдением? Интересно, но неправильно. Навредить не навредят, конечно, но и показывать такие явные признаки расположения не стоит, обнаглеют еще.

– Ну и молодцы. – Глаза Айдаро прям сверкнули от удовольствия, но потом лицо сразу скисло. – Можете отправляться в гарнизон, а завтра рано утром подходите к северным воротам, выдвигаемся с рассветом. С собой только мешки заспинные возьмите и у кухонного распорядителя пайку на пять дней вытребуйте. Что так смотришь-то? – улыбнулась я, больно ошарашенный вид был у волка. А что они думали, поход за травами – это на день, максимум два? Пусть спасибо скажут, что не декада, даже про пять дней это я с запасом сказала.

– Да так, не думал, что настолько долго…

Ну вот, я так и знала.

– Это еще не долго, а сейчас самое время для сбора молодых трав и некоторых цветков.

Оборотень кивнул и немного растерянно почесал себе затылок.

– А нам дадут на пять дней пайку-то?

– Дадут, – уже вчера каждая собака в гарнизоне знала, что комендант закрепил за мной новоприбывших магов-оборотней, – а если будет кочевряжиться, скажете, что я могу и обидеться.

И кто тогда будет снабжать Брейса средством для мужской бодрости? Я ведь не должна, ибо слабость в интимных делах не сказывается на способности выполнять обязанности по службе. И распорядитель прекрасно это понимает. Но то наши с ним дела, о которых оборотням знать не надо.

Айдаро посмотрел недоверчиво, но осторожно кивнул. И остался стоять, переминаясь с ноги на ногу. Почему они все же со мной такие нерешительные? Спрашивать бесполезно, а догадки надо подтверждать, но как? Ну да ладно, пусть, да и глупо отрицать, что мне эти послушание и некоторая робость в оборотнях безумно нравятся.

– Ну что еще? Я ж сказала, что можете идти.

– А… Эм… А тебе ничего больше помогать не надо? После обеда.

Медом им тут намазано, что ли? Или дело во мне? И нет, я не про красоту. Что я, не видела, что ли, как мужчины «хвост распушают» перед понравившейся женщиной? Здесь что-то другое. Они словно ищут именно моего общества, просительно в глаза заглядывают, одобрения ждут. И нет, мне не показалось – я за ними внимательно слежу, особенно когда разговариваем. Что же все-таки там за уклад у волков, раз их поведение настолько противоречит всем слухам?

Попутно я быстро прикидывала, может, мне действительно еще где помощь требуется? Но нет вроде: травы я сразу по возвращении разобрала, теперь их только поворошить, хотя… на пять дней же уходим. Даже если меньше, кто что делать в мое отсутствие будет? Не было бы волков, я бы дождалась полной просушки и только потом за новой порцией отправилась, а сейчас есть возможность успеть еще каких интересностей-полезностей набрать. Севернее от крепости, даже в паре дней пути, пока еще не так тепло – есть шанс. Сама я туда по весне ходить не рисковала – медведей много, и злые они с голодухи послезимней, но с такой защитой можно. Вдруг успею цветков айкоры раздобыть? Самый лучший ингредиент для зелья очищающего, если рана в живот с повреждением внутренностей. Заменяемый, но замена куда слабее действует.

– Ладно, уговорил. Но работа предстоит унылая: будете помогать травы в мелкие пучки связывать и под потолок в сарайке и мыльне развешивать. Согласны?

Раз он спрашивает, наверное, может за всех говорить? Странно только, что заводила не пришел. Ну да их дело. Айдаро между тем кивнул и улыбнулся. А я поспешила отвернуться – очень уж улыбки у оборотней заразительные и только так преображают тяжеловатые черты лиц.

– Ну и хорошо. А теперь идите уже, а то на обед опоздаете.

И не забота это вовсе, просто мне их кормить действительно нечем. Да и не собираюсь! На принесенную из таверны запеченную утку с овощами накинулась так, словно она враг и подлежит скорейшему уничтожению… М-да.

А потом вернулись оборотни.

Боги, чем я думала, когда соглашалась на помощь?! До сих пор ведь они маячили где-то там, вдалеке от меня, а тут пришлось сидеть всем вместе, дышать запахом крепких мужских тел, ощущать их массивность и едва ли не тепло кожи… От чего тепло становилось уже у меня внизу живота, грудь наливалась тяжестью, а губы постоянно сохли. И нет, в этот раз волчье воздействие совершенно ни при чем – я проверяла!

Разумеется, оборотни, с их тонким нюхом, не могли не почувствовать моего состояния и нет-нет, но поводили носами заинтересованно. И ожидающе поглядывали.

В общем, я просто сбежала, озадачив их остатком разборки и развешивания. Трусливо, но уж как есть. Не хочу пока ничего решать, слишком недолго их знаю. Самое интересное, что ни один из волков даже не дернулся следом, лишь проводили тоскливыми взглядами – я спиной чувствовала.

Закончили незадолго до ужина, и я искренне парней похвалила, мысленно ужасаясь, что без них сидеть бы мне тут до глубокой ночи. А всё потому, что вчера не придала значения желанию побыстрее отправиться вновь за травами, не связала с невозможностью просто так оставить уже собранное и не занялась разбором. Так-то за два вечера одной управиться вполне можно.

Волки снова просияли глазами и лицами, а потом Лайсо осторожно спросил:

– Леяна, а ты же каждый вечер в «Быке» ужинаешь? – Я настороженно кивнула. Не секрет ведь. – А можно мы тебя туда сопровождать будем? И проводим потом, чтобы…

Тут он замялся, видимо, вспомнив слова Ордана, что никто из местных не рискнет меня обидеть. Явно ж это имел в виду, предлагая сопровождение.

– А если я скажу «нельзя»?

Ну просто интересно стало: поможет отказ или нет? Лайсо поджал губы и отвел взгляд.

– Издалека наблюдать будем…

Ага, значит, вчера пристально сверлящий спину взгляд мне не почудился! Разозлиться бы, но почему-то не получалось. Может, потому, что это всё выглядело не преследованием или попытками меня как-то ограничить, а… заботой?

– А, орки с вами. Сопровождайте.

Вечер закончился на удивление спокойно. Конечно, я словила несколько осуждающих, недоуменных или ошарашенных взглядов, но вслух никто ничего сказать не рискнул. Неприятно… Если слухи пойдут, долго и тщательно выстраиваемая репутация рухнет, но оборотни вели себя крайне вежливо и безо всяких там намеков, так что, может, обойдется. Ну, скажу, что они так рьяно бросились выполнять распоряжение коменданта помогать и защищать… Посмотрим. Ходить ко мне за помощью в любом случае не перестанут, но слушать постоянные шепотки за спиной, ловить сальные взгляды тех, кто решит, что травница стала доступной, – такое себе удовольствие. В общем, буду надеяться, что всё образуется.

До дома меня вежливо проводили, распрощались, пожелав хороших снов, а утром встретили на оговоренном месте. Ночь, кстати, и в самом деле порадовала крепким сном, отлично восстановившим силы. Так что мы резвым шагом потопали по дороге, и только спустя пару часов я решила, что можно поворачивать в лес.

Парни следовали за мной без вопросов и сомнений, правда, стоило скрыться под сенью деревьев, Олерай совершенно бесшумно и почти мгновенно перетек в животную форму, оглянулся на меня немного неуверенно, слегка махнул хвостом и скрылся среди кустов. Двое оставшихся магов пристроились с боков и чуть сзади, а я… Я смотрела в пустоту и не могла сделать первый шаг – ну не случалось до сих пор видеть ничего подобного.

Оборотни были очень похожи на волков (как я и думала, цвет шкуры почти полностью совпадал с цветом волос!), но никто ни за что не спутал бы их с обычными животными. Во-первых, из-за разума, явно светившегося в ярких желтых глазах, во-вторых, из-за размера. Ну не бывает волков, головой достающих мне до груди! И да, они были непонятными, сильными, опасными, но… не для меня. И не потому, что принесли клятву, или я могла справиться с ними, используя дар, просто чувствовала эту невозможную, но абсолютно реальную готовность подчиниться. А еще – защищать, действительно защищать, изо всех сил, а не по договоренности.

Вздохнув, я решила не откладывать разговор, а повернулась к Лайсо как ведущему тройки.

– У меня, возможно, странный вопрос, но… Вы… в своей животной форме можете перевозить человека?

Ну вот да, именно это я имела в виду, надеясь, что поход не займет больше пяти дней. Ведь если волков можно использовать как ездовых животных, это сильно сократит время на дорогу. Нагло? Может быть. Но я ж сначала спросила. Скажут нет, значит, пойдем в моем темпе и не очень далеко.

Волки как-то растерянно переглянулись, и Лайсо впился в меня взглядом:

– Я правильно понял? Ты… хочешь поехать на ком-то из нас?!

Вот почему, когда он это говорит, выглядит полнейшей дурью? Я нервно дернула ближайшую ветку – всегда надо чем-то занять руки, когда чувствую себя идиоткой.

– Нууу… Это дало бы нам лишнее время на сбор, всё же животные и люди передвигаются с разной скоростью. Но если это нарушает какие-то ваши внутренние правила и запреты, просто сразу скажите.

Яростное мотанье головой в ответ. Но прежде чем я задумалась, как это расценивать, маг выпалил:

– Нет у нас каких-то запретов! – Наверное, потому, что не нашлось другого идиота, додумавшегося предложить такое оборотням. – Как далеко ты хочешь добраться?

Быстро и незаметно (я очень старалась громко и резко не выдыхать!) перевела дух и ухватилась за возможность, пока волки не возражают против этой странной идеи.

– Как можно дальше за дневной переход. Но чтоб тот, на ком буду ехать, не выбился из сил, конечно.

Парни снова переглянулись. Как же меня это подбешивает, но на самом деле ничего ж такого. Да и ради скорости можно закрыть глаза на некоторые вещи. Ну и вообще – ради возможности прокатиться на широкой теплой спине. На лошади я держаться умею даже без седла, не думаю, что с волками сложнее.

– Никто не выбьется, не переживай. Мы будем меняться.

Так даже? Хотя это правильно, конечно. Странно, что я о таком варианте даже не задумалась. Хотя ладно, я ж сомневалась, что они вообще на подобное согласятся!

– Хорошая идея. Тогда двигаемся до темноты, с остановкой на обед. Кто первый?

Лайсо хищно сверкнул глазами и улыбнулся.

– Я конечно.

Вот же нахал! Но что бы он там себе ни воображал, я имела в виду именно очередность в качестве ездового животного, так что просто кивнула. И оба оборотня перетекли в животную форму. Сейчас разница между ними виделась четче – в смысле, между этими двумя и Олераем. Последний точно младше, потому что его волк немного мельче, хотя в человеческом виде вся тройка не особо отличается по комплекции. Эти прям заматеревшие, крупные, мощные звери, и Айдаро, как я и думала, оказался почти черным. Очень красивый окрас.

Звери стояли неподвижно, настороженно наблюдая за мной и немного прядая ушами. А я… у меня просто руки чесались – зарыться пальцами в жестковатую шерсть. Сама не понимаю, как оказалась рядом, и не смогла отказать себе в исполнении желания. Провела сначала от носа к затылку, а потом обхватила лобастую голову с двух сторон и почесала за ушами. Наверное, я никогда раньше не видела у животных такого состояния обалдения. Лайсо смотрел на меня расширившимися глазами несколько мгновений, весь напряженный, а потом резко их закрыл, расслабился и шумно выдохнул, опуская голову и утыкаясь лбом мне в живот. Так и стоял, чуть помахивая хвостом, пока я его гладила-чесала.

Никакой опасности или, того больше, физического вожделения в волке не наблюдалось, а я просто не могла пересилить себя и оторваться от приятного занятия. Пока меня не прервали.

Айдаро, видимо, рассчитывал на такое же удовольствие и нетерпеливо толкнул носом под руку, еще и скульнув просительно, вот я и очнулась от словно бы наведенного транса. И правильно – время-то идет!

– Нет, нам пора двигаться, – выражение обиды и растерянности на черной морде выглядело поистине трогательно, – но вечером обещаю всех почесать-потискать. Исключительно в животной форме!

Черный волк фыркнул, но его товарищ утробно заворчал, и Айдаро поспешил отодвинуться, кивнув перед этим, мол, согласен. А куда бы он делся? В смысле не от моего тисканья, тут уж точно неволить никого не буду, а Лайсо не был похож на того, кого принуждают, но вот без моего согласия предоставить им эти почесушки тоже ничего не будет же.

Серый волк развернулся боком, и я с некоторым трепетом влезла на широкую спину, даже не прогнувшуюся под моим весом. Но, справедливости ради, у лошади та все же шире, и сидеть удобнее.

А потом мы двинулись. Сначала довольно медленно, пока Лайсо приноравливался к наличию седока, видимо, а потом и быстрее, быстрее… И, великие боги, кто меня надоумил на эту идею? Скакать на волке – это вот совсем не рядом с лошадью! Движения более рваные, ноги почти достают до земли, и все время боишься обо что-то удариться (а напрягать, приподнимая, – так мышцы быстро начинали болеть), да и держаться за шерсть – не то же самое, что за гриву. Зато прямо перед моими глазами во всей красе предстало их проклятье, позволяя себя рассмотреть и изучить в деталях. Ну, попытаться.

В животной форме оно стало еще больше похожим на ошейник. Из довольно крупных звеньев цепи, сочащихся призрачной дымкой. И при этом абсолютно нематериальных: когда цеплялась за шерсть Лайсо, специально, но незаметно проверила – пальцы как сквозь пустоту прошли, почувствовать только холод магии. Темной, разумеется, но никак не желавшей открыть мне свои секреты.

Поразглядывав ошейник магическим взором, я очень быстро сосредоточилась на другом – на поиске наиболее удобного положения! Нет, кажется, такой эксперимент я повторю только исключительно при возвращении и потом больше не рискну. Это же ужас какой-то!

В итоге пришлось почти лечь на волка – он, умничка, даже замедлился, чтобы дать мне возможность нормально устроиться – обхватив руками за шею. Ноги сами приподнялись, и стало почти удобно.

Следующим был Олерай, который поначалу, когда мы его нагнали, постоянно оборачивался с забавным неверием на морде, и мне показалось, что ему было тяжелее: нес меня только пару часов, дышал тяжело, а тело периодически подрагивало. Потом мы наскоро пообедали, и все по очереди уединились в окружающих кустиках. Я даже оглядеться успела и порадоваться: еще только полдень, а мы уже почти добрались до максимально отдаленных мест, куда я рисковала забредать исключительно летом или по осени. Отлично же!

От предвкушения чесались руки, и в груди ширилось ощущение счастья.

Потом меня нес Айдаро и снова Лайсо, оставив Олерая для разведки, и молодой волк периодически от нас убегал. А когда наступила темнота и мы наконец остановились на ночлег, я поняла, что повторить этот подвиг даже ради обратной дороги вряд ли сумею. Очень уж болел каждый участок тела. Оборотни устроили меня в корнях огромного гарба и сами суетились и с разбивкой стоянки, и с ужином. А я просто уснула после горячей похлебки, только и успев, что запустить по организму усиленную восстановительную волну. Иначе назавтра же просто не смогу встать!

***

Ситуация бесила. Как так получилось, что хорошая задумка обернулась против них? Ладно бы волчица, но нет же! Так почему их волки дружно решили подчиниться человечке?!

За первый день он прошел через столько потрясений, сколько не случалось за все годы жизни вне стаи. Хотя нет, предыдущий вечер сюда тоже входил. Вернувшись в гарнизон и оказавшись в выделенной их троице комнате (очень хорошо, что маги имели право не жить в казарме и выбирать одиночные комнаты или на компанию, чем часто пользовались адепты академий), они активировали глушилку и долго молчали, а потом началось выяснение отношений.

Ло понимал, что, по сути, подставил брата и друга, но на него как затмение какое нашло в той таверне. Человечка пахла одуряюще, причем тогда он этого не осознавал, посчитав аромат просто привлекательным, но сейчас, избавившись от наваждения, понимал, что вел себя абсолютно неадекватно.

Самцы волков никогда не решатся навредить самке. С человечками да, было попроще, но на принуждение все равно никто из них не пойдет. Даже такие, как они трое. Изгнанные, проклятые. Даже при всей ненависти к самкам своей расы. Но ненависть росла из обиды и не перекрывала… страха.

Человечек же они никогда не сравнивали со своими самками (даже и рядом ведь не стоят!), но потребности тела удовлетворять надо, а с первыми в этом плане всегда было легко – хватало чуть-чуть добавить обаяния, и девки сами запрыгивали. И никто еще не оставался недовольным! Не то что эта неправильная Леяна. Но понять собственную зацикленность Ло никак не мог. Да и Оле с Аро могли бы ведь его остановить при желании. Запросто! Но даже не попытались – вялые первые возражения не в счет. Словно травница их заворожила.

Это могло бы быть правдой, не сопротивляйся она так отчаянно и не сверкай такой злостью в глазах. И сила приказа… Они не смогли сопротивляться, как когда-то раньше.

Так ни до чего и не додумавшись, они заснули – уже под утро. Хорошо, что молодым организмам много времени для отдыха не требовалось.

А утром началось. И подозрительные взгляды таира ди Лорейта, и внезапная тирада Леяны о рабах… Ох, знала бы она, как встала на загривке их волков шерсть! Благо девчонка просто неудачно пошутила, а то ведь с коменданта бы сталось – на время практики они находились в полном его распоряжении. Хотя узнай тот о вчерашней дурости, точно вылетели бы из города со свистом.

Ну, в итоге все равно получилось, что они попали во власть девчонки, но не по-настоящему же. Даже воспротивиться приказам могли при желании… Вот только желания не возникало. Волки внутри вообще, такое ощущение, что круги нарезали от нетерпения и жажды подчиниться. Выбешивавшей, но и удивлявшей не меньше.

Так-то ничего особенного от них не требовалось – одинокой женщине всегда есть в чем помочь по хозяйству. Вот что магию использовать нельзя – печалило, но и только, не безрукие же они. Ну ладно, случались огрехи, с отвычки от подобного труда, но ничего страшного.

А потом была клятва, на которую возлагались немалые надежды.

Напрасно, как потом оказалось. Зато стало понятно, почему волки отступили перед простой, казалось бы, травницей. Жаль, привязка сорвалась. Может, магия темного целителя смогла бы побороть проклятье? Теперь не узнать: Леяна не позволила завязаться на себя. И им бы отступить, но… не смогли. К девчонке тянуло с неимоверной силой. Всех троих.

Что с этим делать, они не понимали.

Изгнанники обречены, и заводить что-то серьезное попросту некрасиво. Да и не хотелось, чтобы их смерть принесла кому-то страдания. Тем более травница сразу показала свою позицию: никто из них ей не нужен. Не привлекает. Обидно, но самка в своем праве, даже если это недосамка.

Другое дело недосамцы: и по возвращении в гарнизон, едва услышали пару не особо удачных шуточек про свое положение, они с парнями переглянулись, отзеркалили хищные улыбки друг друга и… отправились на полигон, выбивать наглость и насмешки из всяких дураков. Воины на границе, конечно, слабаками быть не могли по определению, но всё же оборотням уступали сильнее, чем оркам.

Что нарисовалась проблема, Ло понял еще спустя сутки. Вернее, наутро. В первый день, тайком проследив за травницей (не просто так же она намекала на отсутствие в доме еды – сопоставить с закрепленным столом в таверне не составило труда) и дождавшись, пока та вернется домой, они, не сговариваясь, решили наведаться в Веселый дом. И даже провели там несколько часов. Вот только вышли хмурыми, без привычного чувства удовлетворенности.

Зато стоило всего лишь вдохнуть запах Леяны – остаточный, просто во дворе, – на душе сразу полегчало. Мрачно переглянувшись с парнями, он отправился на рынок с Оле, оставив Аро доделывать мелкую работу. Закончив все дела с необходимым ремонтом, они немного посовещались, поспорили, кинули жребий – и право уговаривать девушку найти им еще занятие выиграл друг. Как по мнению Ло – плохая идея, но всё честно. А именно в этом вопросе уступать никто не хотел. В вопросе Леяны.

На удивление Аро справился, и они уходили на обед, предвкушая еще полдня рядом с той, кто неумолимо влекла, но оставалась прискорбно недоступной. В гарнизоне Оле успел немного подраться с очередным зубоскальщиком, зато после, уже перебирая кучу всяческих трав, все трое неожиданно почувствовали запах и воодушевились: девушка неожиданно, но абсолютно точно поменяла к ним отношение. Да даже если к кому-то одному – пока не сделан окончательный выбор, каждый имеет равные шансы таки заполучить самочку. Ну или она заполучит кого-то из них, не суть. И никакие соображения о печальном будущем уже не могли победить желание хоть немного побыть с так привлекающей девушкой.

Впрочем, обхаживали они осторожно – как относится к действиям напролом, Леяна показала еще позавчера. Больше не хотелось: ни испытывать гнев целительницы, ни лишаться шанса на хоть и небольшой, но кусочек счастья. Так что провожали на ужин втроем, заранее договорившись, что никаких обид не будет, а соперничество прекратится сразу, как только девушка определится со своими симпатиями. Да и то, какое соперничество? Телами покрасоваться, показывая «товар лицом», да постараться оказаться рядом, когда целительнице потребуется хоть какая-то помощь.

Но они совершенно не ожидали просьбы, напрочь выбившей из равновесия. Позволить использовать себя как ездовых животных?! Ло даже не слышал, чтоб кому-либо из человеков приходила в голову подобная мысль (даже если думали – дураков не было, жить все хотят), а Леяна вот, выдала. Мгновение возмущения тут же сменилось предвкушением, как только Ло подумал, насколько близко окажется желанное тело, а от мысли, что его спины коснется самое сокровенное женское местечко (пусть и через одежду), член стремительно начал твердеть. Не дав травнице договорить оправдания, отсекая себе и остальным дорогу назад, Ло выпалил согласие – наверняка слишком поспешно, судя по удивлению в светлых глазах, но он не мог упустить шанс.

И так же не мог не дать этого шанса Оле с Аро. По большей части, потому что тогда выбился бы из сил куда раньше вечера, но не только из-за этого. А вот первенство уступать даже не собирался.

Переход в животную форму стал облегчением – так возбуждение чувствовалось немного приглушенно, все же для волков неестественно желать спаривания с человеком. Скорее волк чувствовал неуверенность и настороженность. Когда же девушка мягко, но быстро, глядя на него, как завороженная, оказалась рядом и протянула руку к переносице…

Ло замер, боясь пошевелиться и чувствуя что-то совершенно непередаваемое, когда тонкие пальчики нежно прошлись по носу, погладили меж ушами, а потом и зарылись в шерсть, невозможно приятно почесывая и пуская по телу острые разряды удовольствия.

Силы воли еще хватило, чтобы не шлепнуться на спину, мотая хвостом во все стороны (хотя последнюю потребность совсем уж победить не удалось), но вот желанию прикрыть глаза от удовольствия и уткнуться в мягкий живот противиться не смог. Его волк, его суть, огромный хищный зверь забыл обо всем, растворяясь в нежном запахе, осторожных прикосновениях, каких, кажется, никогда не испытывал за всю жизнь. Но ничего не может быть вечным, особенно наслаждение.

Аро, гад, вероломно прервал их. Хотя и правильно, время не стоит на месте, к сожалению, а желание друга Ло прекрасно понимал. Но мелочно порадовался, когда Леяна тому отказала. Некогда.

Но, радуясь предстоящему тесному контакту, Ло даже предположить не мог, какой мукой это для него обернется! Хотя после реакции на ласку должен был заподозрить.

И дело не в изменившемся балансе, не в лишней тяжести (что там ее!), а в той самой близости тонкого тела, в ощущении напряженных бёдер, касающихся его спины, а потом и мягкой груди, когда девушка практически легла на него. В первые мгновения он чуть в лапах не запутался! Пришлось даже сбавлять уже набранную скорость.

Белая Госпожа, воистину тяжелы твои испытания, даже когда они желанны… Успокаивало лишь, что скоро его должны сменить: Оле, поначалу ушедший на разведку, но вернувшийся, узнав по мыслесвязи, как именно они собираются дальше передвигаться, обиженно сопел и требовал права быть следующим. Мол, это же он уговорил девушку в тот, самый первый вечер неудачного знакомства.

Аро мудро уступил, возможно, подозревая, что не всё так просто – Ло не делился своим состоянием, но умеющий наблюдать да увидит. После они уже вдвоем потешались над младшим… недолго – слишком сильно оказалось влияние Леяны на брата. И слишком беззащитным он оказался перед этим влиянием – даже невозможность спаривания с человеком не помогла удержаться зверю от возбуждения. Так что остановка на обед и отдых стала для Оле спасением: он удрал с выбранной поляны даже не перекидываясь, и несколько минут спустя до них с Аро донесся всплеск острого наслаждения, едва не сбросивший обоих в неожиданный принудительный оргазм из-за так и не разорванной связи в тройке. Слава Белой Госпоже, получилось сдержаться, иначе Ло не представлял, как объяснял бы произошедшее травнице.

Впрочем, к вечеру вымотались все и во всех смыслах: Леяна просто устала и на ходу засыпала (и заснула, стоило поесть), а у них гудели ноги и головы, а внутри всё тряслось от долго сдерживаемого возбуждения. Спящая целительница казалась такой обманчиво беззащитной, хрупкой, и Ло аккуратно уложил ее на застеленный одеялом лапник, а волки устроились вокруг девушки – охраняя и согревая. После того как каждый ненадолго уединился в лесу, чтобы сбросить накопившееся напряжение.

Увы, собственная рука на члене принесла небольшое облегчение, но не удовлетворение. Кажется, эта практика станет для них более суровым испытанием, чем ожидалось: по крайней мере, для него самого и второго, кого не выберут. На свою победу Ло и не надеялся, не после недавних событий. Потому и старался взять, что только сможет и что готова дать девушка. Леяна. Красивая, желанная, неожиданно сильная и огорчительно недоступная.

Наверное, это был самый удачный мой поход за сырьем для зелий-мазей-настоев за прожитые в Садраке годы. Всего за два с половиной дня мы с оборотнями облазили такую территорию, какую я и за декаду не осилила бы. И да, нашли кучу полезного-редкого (волчье обоняние сыграло в этом совсем не последнюю роль: даже если парни не знали всех интересных мне трав, им достаточно было показать нужную, дать обнюхать, и всё – они не ошибались), наполнили несколько мешков всяческими травами, а мою сумку – цветками и корешками, требующими особого обращения.

Я точно осталась бы еще, неслабо увлекшись, но оборотни отчего-то занервничали, дождались, пока вернется Олерай со вздыбленной холкой, дружно перекинулись и бросились наперебой уверять меня, что пора домой. Мол, мешков и так много уже, а волками они их унести не смогут – про всякие веревки для крепления я как-то не подумала. Да даже и с ними неудобно было бы. В общем, обратную дорогу придется ножками проделать – моя сумка, конечно, с расширенным пространством, но не на бесконечность, к сожалению.

Прикинув время, поняла, что «ножками» мы прилично задержимся, я ж раньше дальше чем на два дня от города не уходила, а тут как бы не четыре потратить придется на возвращение. И вот вроде всё правильно, но нервозность волков не давала мне покоя.

– Так! Давайте вы меня за дуру держать не будете, а сейчас быстренько расскажете, в чем на самом деле проблема?

– Да нет никаких проблем, Леяна… Просто действительно пора, если хотим не слишком сильно опоздать. Мы как-то не думали, что тюки такие большие будут, неудобные для животной формы. Да тебе и это сколько предстоит сушить-разбирать! Не жадничай, не последняя же вылазка.

Лайсо попытался отговориться, и даже доводы приводил убедительные, но…

– Я поняла и, в общем-то, согласна – пора обратно. Но это не объясняет вашего состояния. И не врите!

Я как-то очень быстро привыкла, что они беспрекословно подчиняются, и совсем-совсем не напоминают теперь тех решительных мерзавцев, недавно собиравшихся навязать мне «удовольствие». Быть может, дело в уверенности в собственной безопасности с ними, или в этих умильных животных формах, которые так и тянуло потискать. Причем их огромный размер не имел никакого значения, когда на морде появлялось блаженное выражение, а иногда еще и из пасти вываливался длинный розовый язык (да-да, я наверстала упущенное из-за внезапно сморившего после дороги сна и почесала с радостью подставлявшихся волков, да не по одному разу).

Ну и плюс та самая готовность подчиняться, которая будила мою внутреннюю, темную сторону. И благодаря которой я иногда забывалась, м-да. Все-таки клятва (по моей же воле) не обязывала их выполнять все приказы. Но…

Маги дружно вздрогнули, помялись немного, поотводили глаза, а потом Олерай тяжело вздохнул.

– Нужно покинуть эти места как можно скорее. В дне пути на северо-востоке, оказывается, начинаются территории чужой стаи, и мы… Нельзя, чтобы нас обнаружили местные оборотни. Волки… очень ревностно относятся к нарушению границ.

И вроде бы всё складно, и я полностью согласна, что идти на конфликт, зная способ его избежать, неразумно, но какая-то недосказанность таки чувствовалась.

– Это из того же раздела, когда вы не можете кое о чем рассказывать?

Парни единодушно и даже как-то облегченно закивали. Нет, это все же здорово выбивает, когда они становятся такими милыми, при всей своей мощи и моем знании об опасности расы в целом.

Махнув на их внутренние страшные (непременно же, я вот прям чую!) тайны, согласилась, что пора собираться и пускаться в обратную дорогу. И даже не слишком замедляла их, когда отвлекалась на какие-то особо интересные травки-цветочки – пока место в сумке окончательно не закончилось.

Передвигаться решено было частично в животной форме, частично – на своих двоих. И да, мне опять пришлось проехаться верхом, но в этот раз состояние было не такое печальное. Во-первых, потому, что волком перекидывался только один из троицы (и делали они это попеременке), и ему приходилось подстраиваться под хоть и быстрый, но все же шаг двух других. Но даже так мы двигались гораздо быстрее, чем если бы им пришлось подстраиваться под мой темп. А во-вторых, ехала я не постоянно, а тоже периодически разминала ноги.

В общем, в город вошли на исходе четвертого дня, если считать и ту половинку, когда отправились назад. Но я даже не успела заняться сортировкой начерно, как прибежал посыльный из гарнизона: в этот раз меня ждали раненые. Отряд, патрулировавший ближайшие к городу окрестности, нарвался на нескольких орков (то ли разведка, то ли охотники, уж не знаю – мне никто подробностей обычно не рассказывает), и завязался в бой. К сожалению, из десяти воинов двоих принесли завернутыми в полотна, остальных тоже нельзя было назвать слишком целыми. Но еще двое имели довольно серьезные раны, с которыми я провозилась почти всю ночь, чистя, зашивая, накладывая пропитанные зельями повязки, да и остальных осмотрела-полечила. Хорошо хоть, что произошло всё за день до нашего возвращения, а не раньше, и раны не успели слишком сильно воспалиться.

Да, воины умели оказывать первую помощь, пользоваться зельями и прочее, но обученный лекарь – это другое. Ну и плюс, каюсь, я немножко использовала свой дар при лечении. Не могла иначе. Но совсем чуть-чуть, крохи, лишь чтобы подтолкнуть ткани к восстановлению, да предотвратить серьезные осложнения. И чтоб никто не заметил…

Закончила под утро и, выйдя уставшая и изо всех сил сдерживающая зевоту на улицу, внезапно аж запнулась: меня ждал хмурый Лайсо. Сначала даже подумала, что оборотням влетело за долгое отсутствие, тем более раз стычка была, но потом сама себя одернула. Спать надо, совсем голова не варит! Как бы мы предугадали события?! Так что ничего такого им грозить не должно, но что тогда могло случиться? А в следующий момент по сердцу невольно растеклось тепло.

– Пойдем, провожу, – буркнул оборотень, не смотря в глаза, – а то свалишься от усталости по пути где-нибудь, а мы потом отвечай.

Да-да, и именно из-за того, что боялся ответственности, он меня тут всю ночь прождал. Даже я сама не знала, во сколько закончу с ранеными, а уж он-то и подавно, чтоб прийти вот только-только.

– Раньше же как-то сама справлялась, не сваливалась.

Ну… до дому доползала, а уже за порогом падала – было пару раз, м-да. Потом всё тело ломило от «сна» на твердых досках пола.

Оборотень фыркнул, выражая целый букет чувств по этому поводу, и поддержал меня под руку. Правда, когда прошли несколько метров, остановился, посмотрел внимательно и… подхватил на руки, зараза! А я так устала, что даже возмущаться сил не осталось – все на недавнюю небольшую перепалку ушли. Все-таки после долгой дороги да сразу такая нагрузка… тяжко.

И даже сама не знаю как, но в крепких руках оборотня меня сморило. Не слышала ничего и не чувствовала. А когда проснулась (с тяжелой головой, ибо не в свое время, а уже аж за полдень), узнала, что мои волки полночи провозились с сортировкой трав, разложили все из мешков на просушку, ушли в гарнизон, только когда я вернулась, а с утра пораньше снова пришли и отгоняли страждущих моей помощи, чтобы дать хоть немного отдохнуть.

Именно в тот день я решила, что прощу им наше неудачное знакомство. И возможно, все же…

***

Время летит быстро. А уж когда работы полно – и подавно.

Я ходила с оборотнями за травами, разбирала-сортировала, сушила и раскладывала по порциям особо редкие ингредиенты. И варила мази-зелья про запас – те, которые можно было хранить достаточно долго. В этом году удалось заготовить как никогда много, а закупать редкости понадобилось в гораздо меньших объемах. Ничего удивительного, что комендант фонил благодушием и не обращал внимания, когда моих волков не оказывалось в городе во время нападений. Да и редки те летом – орки охотятся в Степи и окрестных лесах, запасы делают на зиму, а вот осенью… Вот тогда начнутся наскоки на приграничные поселения, чтоб добыть то, что не растет и не бегает в ближайшем доступе.

Моих волков… Да, со временем я стала воспринимать их кем-то более близким, чем бесплатная рабочая сила и даже просто объект желания. Все трое настолько явно увивались вокруг, оказывая недвусмысленные знаки внимания, предупреждая любое желание, что хотелось их себе – тоже всех троих, и вот эти мысли никак не хотели увязываться с реальностью. Как бы порочна я ни была внутри, но мысль заполучить сразу троих мужчин, впустить их свою постель… вызывала ступор.

А выбрать не получалось. Даже Ло (ага, я наконец стала называть их короткими именами, ну и к себе позволила обращаться соответственно) оказался таким милым и послушным, что наше первое знакомство чем дальше, тем больше казалось бредовым сном. Нет, я не сомневалась в собственной памяти, не думала о каком-то недопонимании, просто никак не могла всё это соотнести в голове. И то до недавнего времени.

Декады три назад мы сидели в моем домике, на кухне, и ужинали после возвращения из очередного похода – в этот раз короткого, всего на три дня, потому что наконец рискнули выбраться в Степь. Так, чисто осмотреться и проверить дорогу.

В пути эти трое уже привычно обхаживали меня, не давая делать ничего лишнего по обустройству, даже готовку на себя взяли. Мне, в общем-то, и без того было чем заняться – найденные травы и несколько подозрительно-насыщенных магией кристаллов, с которыми раньше не встречалась, требовали вдумчивого изучения в магическом спектре (хотя бы начерно – понятно, что основные эксперименты надо будет ставить в зельеварне). К тому же я уже привыкла к этой заботе, предупредительности… и жарким, сверкающим желанием взглядам. Вот только отвыкать, когда у парней закончится практика, будет сложно.

Еще и поэтому не спешила переводить наши странные отношения в интимную плоскость: мне и с Суратом разлука тяжело далась, как перенесу с этой троицей, которой надо доучиться, сдать экзамены, а потом и отработать на благо королевства, куда пошлют, вообще не представляла. Тем более если допущу кого-то из них до тела, так сказать. И это было второй причиной. Выбрать кого-то одного, огорчив остальных? Не хочу. Пусть лучше остается как есть – несколько месяцев потерпеть осталось.

Увы, я быстро поняла, что завести какого-нибудь другого любовника не получится. Не тогда, когда от присутствия волков у меня внутри всё переворачивается и горит. Так что проще ничего не предпринимать, а дождаться, когда ситуация разрешится сама собой с их отъездом.

Самое интересное, что в городе слухов о моем грехопадении так и не появилось. Быть может, потому, что оборотни всегда вели себя максимально предупредительно и вежливо, поедая голодными взглядами, но не распуская руки. И потому, что я старалась общаться с ними подчеркнуто равнодушно. А вот ставки, когда наконец сдамся под напором горячих красавчиков-магов, слышала, кто-то уже принимал. Была мысль поставить на себя, но решила не рисковать – намерения намерениями, только я ж действительно могу и не устоять. Пока же хрупкое равновесие сохранялось.

В тот вечер, устав пялиться на слабые магические токи в находках, перевела взгляд на размеренно хозяйничающих парней. В Степи вечер наступает почему-то гораздо раньше, чем в городе, внезапнее, и в царивших вокруг сумерках, оборотни, освещенные только отбликами костра, казались таинственными и… очень притягательными. Чтобы разбить колдовское наваждение темноты, задала вопрос в пространство:

– Почему вы в тот вечер всё же напали на меня? Сейчас, глядя на вас, крайне сложно представить, что вообще способны на подобное…

Волки переглянулись, Оле вжал голову в плечи и, пробормотав, что дров мало, умчал в темноту, а Аро, продолжал сосредоточенно помешивать что-то в котелке. Лишь Ло со вздохом сел напротив меня.

– Понимаешь, мы и не способны. Ну, предположительно. Оборотни никогда не посмеют напасть на самку, причинить ей вред. Даже с человеческими мы не можем перешагнуть некоторые моменты воспитания. Ну, если не будет угрозы жизни, конечно. А тогда… Словно затмение какое на разум нашло. Мы с парнями много думали и решили, что это могло быть одним из проявлений проклятья.

Я удивленно вытаращилась на мага – с того дня, как они принесли мне клятву и мы кое-что прояснили, ни о чем таком даже не пыталась расспрашивать, приняв, что волки не в силах преодолеть запреты. Лезть в наверченное с их проклятьем тоже не рисковала – не с моим отсутствием академических знаний. Боялась сделать еще хуже.

– Что так удивляешься? Ты сама поняла, что мы прокляты, так что говорить об этом, как о факте, мы вполне теперь можем. С тобой. Но не более того.

Вот, кстати, о нем, о проклятии.

Чем дольше парни находились рядом, тем яснее я видела, что эта гадость набирает силу, влияя на их поведение. Его нити утолщались, разрастаясь и проникая в тела магов. И всё чаще казалось, что в глазах волков, в их животной форме, постепенно угасает разум. Всё дольше они бегают в этой самой животной форме, не спеша становиться людьми. И изменения развивались прям стремительно. Это безумно пугало, но что можно сделать, я не понимала.

Вчера мы снова отправились в степь. И парни, весь день пробегав волками и вечером быстро разбив стоянку да приготовив еду, всю ночь опять провели в животной форме. Лежали тихо рядом, пока я смотрела на звезды и думала, что вообще можно сделать (Ло тишком подобрался поближе, уложил лобастую башку на мои колени и с удовлетворенным выдохом затих, а я гладила его меж ушами, перебирая жестковатую шерсть), а ночью грели мохнатыми телами.

Утром, пока лазила по разнотравью, высматривая что-нибудь интересное, мои волки вдруг насторожились, хищно напряглись и сорвались куда-то. Звать, в попытке вернуть их, я не стала – в Гиблой Степи опасно шуметь, и глупо, – но дико нервничала в ожидании. И было выдохнула, заметив движение справа, но тут же насторожилась: они волокли что-то большое… находясь в животной форме.

Ужаснулась, увидев оборотней поближе: все перемазанные кровью, они дружно тащили тушу довольно крупной косули, оставляя за собой кровавый след. В степи, где полно диких хищников, которые с удовольствием заглянут на приглашающий терпкий аромат.

Волки радовались, гордо поглядывая то на меня, то на добычу, вертели хвостами. И совсем не выглядели разумными. Стало так страшно, что решила плюнуть на возможные последствия, потому что все равно со временем становится только хуже, а так я хоть попытаюсь что-то изменить. Выпрямившись, собрала в себе всю властность, которую проявляла лишь в спальне, и тихо, угрожающе приказала:

– Немедленно перекинулись в человеческий облик! Все трое.

Между нами что-то вспыхнуло, от призрачных ошейников вновь потянулись пугающие нити, но в этот раз я не стала их отбивать, а позволила впитаться в тело. Точнее, обвиться подобием браслета вокруг правого запястья. Тогда, после клятвы, они же что-то говорили про привязку, может, не просто так проклятье стремится зацепиться за меня, когда требую подчинения? Да и не чувствовалось от нитей угрозы мне лично, а в прошлый раз я просто испугалась от неожиданности.

Волки прижали уши, заскулили и… обратились, оставшись сидеть на земле и трясти головами, словно всё еще оставались животными. А потом дружно посмотрели на меня, в первые мгновения напугав по-прежнему отсутствующим разумом во взглядах. Но вскоре пелена начала рассеиваться, и маги перетекли на колени уже осознанно, склоняя головы. Почти сразу Ло вскинулся, а я увидела восхищение в янтарных глазах и радостную улыбку.

– Ты приняла нас, Лея!

Так и тянуло улыбнуться в ответ, но поддаваться нельзя. Слишком всё это пугает и требует прояснения. Хотя бы, что именно я там приняла и чем оно грозит.

– Я не знаю, что сделала. Но вы мне немедленно сейчас объясните, что происходит!