Свадебный отбор. Замуж за врага

Потягивая гранатовый сок из высокого бокала, я танцующей походкой вышла на увитую плющом террасу, взглянула на безмятежный пруд с россыпью золотых кувшинок, с удовольствием вдохнула свежий лесной аромат и врубила музыку погромче.

Почему нет? Здесь, в подпространстве, меня никто не услышит, а значит, могу делать, что хочу, не опасаясь вездесущих папарацци. Жизнь дочери известного художника — та еще головная боль.

Особенно, когда у этой самой дочери как минимум три маски, о которых никто не должен знать.

Первая: побитая судьбой ведьма-недоучка по имени Мари, живущая за счет папиного таланта и удачных инвестиций семейного капитала.

Вторая: безбашенная девчонка по прозвищу Медуза, чей блог «Своими глазами» читают и смотрят сотни тысяч подписчиков.

Ну и третья: загадочная леди «М», выступающая по выходным в ночных клубах города. У каждой личности свое лицо, и кто из них я настоящая — сама не в курсе.

Зажигательная мелодия провоцировала, увлекала, подбивала на шалости. Сделав очередной глоток, я решительно поставила недопитый бокал на столик возле ноутбука и открыла футляр, где лежал револьвер с украшенным гравировкой корпусом и золотой инкрустацией на рукояти.

Красавец! Его «брат-близнец» семь лет назад уничтожил мою семью и нашел свой вечный покой в хранилище улик. Этот же «малыш» ни разу не покидал дом. Впрочем, ему и тут скучать не приходилось.

Когда-то давно мы проводили с отцом много времени за стрельбой по мишеням. Теперь папа был далеко, зато деревянный щит по-прежнему стоял на террасе, радуя глаз большим цветным плакатом, с которого на меня взирал светлокожий блондин.

Северьян Вельский по прозвищу Север — профессиональный охотник за головами, маг с даром сирены и кучей разных способностей, обилие которых меня откровенно бесило. Местный герой, мастер маскировки и законник, на чьем счету множество пойманных преступников… включая моего отца.

— Ненавижу! — прошептала одними губами, предвкушающе улыбнулась и взяла револьвер.

Взвесила его, наслаждаясь тяжестью точеного корпуса, полюбовалась изысканным узором на металлических боках и, сделав пару незамысловатых па с оружием в руках, резко остановилась, чтобы прищуриться и пустить пулю в цель.

Громкий «бах!» фальшивой нотой разрезал мелодию.

Пару секунд я молча стояла, оглушенная выстрелом, а приятный женский голос продолжал петь: «Спокойной ночи, луна. Я хочу солнца». Словно очнувшись от транса, медленно развернулась, положила на место револьвер, взяла гранатовый сок и отправилась к мишени.

Оценила дыру во лбу Вельского, отсалютовала ему бокалом, залпом допила тягучий напиток и, поцеловав в губы «убитый» портрет, с жаром пообещала:

— Я сделаю твою жизнь невыносимой, Север. Слово ведьмы!

Сняв испорченный плакат, достала из корзины новый и повесила на «жертвенный алтарь». Веселье только начиналось — патронов у меня было много! Протанцевав с пустым бокалом обратно к столу, спела вместе с голосом из динамиков припев и плеснула себе еще сока, намереваясь продолжить расстрел фотокопий ненавистного ведьмака. Однако мне помешали.

Деликатное покашливание ознаменовало приход нового сообщения на электронную почту. Глянув на тускло мерцающий экран, я увидела облака, клубящиеся вокруг хрустального замка. Временно забыв о Вельском, бросилась открывать письмо. Оно было коротким, но я перечитала его трижды, прежде чем поверила в свою удачу.

«Мариэлла Ируканджи! — гласило послание. — Свадебный отбор, на который вы подали заявку, состоится в обители небесных альвенгов 13 июля, в пятницу. Ангельское око одобрило вашу кандидатуру».

— Матерь лунная, я в деле! — воскликнула, потирая руки.

Нет, мне вовсе не хотелось найти идеальную пару и соединиться с избранником узами брака в волшебном замке, парящем в небесах.

Красиво, романтично, волшебно… и скучно!

Моя деятельная натура жаждала снять видеорепортаж для блога или хотя бы сделать несколько фото для поста, который напишу, вернувшись с отбора. Альвенги, конечно, запрещали любую шпионскую деятельность на своей территории, но кто не рискует — тот не пьет… хм… гранатовый сок!

Моя жизнь после ареста отца и смерти мамы стала похожа на прогулку по лезвию бритвы. Каждый день я бросала вызов судьбе, так почему и в этот раз не сыграть по-крупному? В конце концов, что могут сделать мне иномирные оракулы?

Замуж разве что выдадут за мужчину моей мечты, а это уж я как-нибудь переживу.

ГЛАВА 1

Девушка с ужасом смотрела, как чудовище в человеческом обличье раскладывает по траве косметику. Перетянутые веревками конечности потеряли чувствительность, больше не было сил дергаться и извиваться, как не было смысла и кричать, ведь мучитель заткнул рот кляпом, готовясь привести лицо жертвы в подходящий для ритуала вид.

Для кровавого ритуала!

Высокий красивый атлет с горящими азартом глазами… Кто ж знал, что это азарт убийцы, выбравшего дичь, а не кавалера в поиске прекрасной дамы?

— Ты умрешь красивой, — зловеще пообещал псих, прозванный СМИ Визажистом. — Не хочеш-ш-шь подыхать, тварь? — зашипел он, наклоняясь к ней. В одной руке мужчина держал кинжал, в другой — губную помаду. — Не хочешь? А приде-е-ется!

— Хочет, хочет, — раздалось за его спиной. — Сам убедись: лежит, не сопротивляется, смотрит на тебя преданными глазами — точно хочет!

— Ты кто такой? — вскочив на ноги, Визажист воинственно замахнулся… помадой.

— Не понял. — Незваный гость, явившийся на этот праздник смерти, озадаченно почесал темноволосый затылок. — Ты решил напугать меня зверским макияжем, что ли?

— Кровавым! — рявкнул маньяк, взмахнув на сей раз ножом. — Никто не с-с-смеет мне мешать!

— А если помочь?

Услышав такое, девушка словно очнулась. Силы вернулись, страх отступил. Она вновь задергалась, замычала, делая отчаянные попытки отползти от места расправы. Бесполезно.

— Цыц! — глянули на нее сразу оба, и несчастная затихла.

— Все же кто ты такой? — повторил вопрос Визажист.

Брюнет загадочно улыбнулся и, будто фокусник, медленно провел рукой перед своим лицом, которое стремительно раскрашивалось черно-золотым узором.

— Шаман! — из горла Визажиста вырвался благоговейный вздох. — Или вреш-ш-шь? — справился с первым впечатлением он.

— А ты проверь, — беззаботно улыбнулся маньяк номер два. Жертва тихо заскулила, и на нее снова цыкнули.

Не вынимая рук из карманов штанов, обладатель разноцветной физиономии неспешно подошел к девушке, полностью игнорируя настороженного конкурента. Посмотрел на нее скептически, поморщился недовольно и, переведя взгляд на Визажиста, полюбопытствовал:

— Где ты откопал эту мазохистку? У нее на лбу написано, что она жаждет умереть. Скучно. Нужна другая!

— Ску-у-учно? — взвыл тот. — Она рыдала!

— Хорошая актриса.

— Сопротивлялась!

— Какие ролевые игры без догонялок?

— Дрожала, — менее уверено пробормотал атлет, покосившись на притихшую шатенку. — И сейчас дрожит!

— Так холодно же в лесу, — пожал плечами Шаман. — Тебе холодно? — спросил он пленницу. Та активно закивала. — Умереть хочешь? — подмигнул ей. И девушка, чуть не мотнувшая головой, снова кивнула. — Умница, — похвалил брюнет, улыбаясь.

— Это моя жертва! Меня она полностью устраивает, — возмущенно засопел Визажист.

— Да понял я, понял… пойду, пожалуй. — Демонстративно зевнув, он вынул из кармана руку и, не оборачиваясь, швырнул в собеседника «волшебную пыль», обернувшуюся черной дымкой.

Девушка сама не поняла, как ее подхватили и отнесли на безопасное расстояние от густого тумана, окутавшего фигуру убийцы. Она безучастно наблюдала, как на землю, где только что лежала, оседает ее мучитель.

— Ну, вот и все, — освободив пленницу от кляпа, проговорил Шаман. — Жива?

— Ы-ы-ы… — заныла несчастная. Связно говорить у нее не получалось, слезы душили, дыхание сбилось.

— О нет, нет! Только не откат, — простонал брюнет, на деле оказавшийся блондином. Иллюзия слетела с его волос так же стремительно, как недавно на лице появился орнамент, который, впрочем, тоже исчез. Напротив девушки стоял не легендарный Шаман, об ужасных преступлениях которого писали на страницах мирлинга, а светловолосый мужчина с удивительными серебристыми глазами. — Не реви, — попросил спаситель, освобождая ей руки. — Только не реви.

— Ы-ы-ы… — ответила она.

— Такая послушная была девочка, и нате вам, — проворчал он, а потом, приподняв за подбородок ее заплаканное лицо, совсем другим тоном произнес. — Смотри на меня и слушай…

Дальнейшее было как в тумане. Его слова зачаровывали, убеждали, их смысл казался таким понятным и единственно правильным. Спустя какие-то пару минут от истерики не осталось и следа, а пережитый кошмар стал далеким, неестественным, будто все это происходило не с ней.

— Ты кто? — окончательно успокоившись, спросила девушка.

— Шаман, — усмехнулся блондин и, опережая ее реакцию, уточнил: — Не тот, о котором писали в новостях. — Слукавил отчасти. О Северьяне Вельском тоже писали. Особенно одна чокнутая блогерша, объявившая ему войну. Но шаманом она его не называла, только лицемером, лживым карьеристом, превышающим полномочия законником и много кем еще. — Как твое имя?

— Амели.

— Прекрасно, Амели. Поможешь мне связать того нехорошего дядю, пока не очухался?

— А попинать его можно? — Ее глаза в черных разводах туши кровожадно сверкнули. — И подкр-р-расить. — Она мрачно посмотрела на бесхозный набор косметики. Дорогой, между прочим!

— Можно, но только не переусердствуй. Иначе за него меньше заплатят. — «А одна воинственная блогерша добавит в список моих прегрешений еще и пункт о жестоком обращении с арестантом», — мысленно вздохнул он. — Ты же не хочешь, чтобы мне меньше заплатили, верно, Амели?

— Я покрою разницу из своего кармана!

Позже…

Днем в доме желаний* Элоиз было светло и тихо. Ну как тихо? Играла негромкая музыка, едва слышно позвякивала посуда на подносах официанток, вполголоса переговаривались посетители, обедавшие в зале. Высокие окна, зеркальные со стороны улицы, хоть и делали полуденный свет мягче, не препятствовали его проникновению в помещение.

Светло, свежо, тихо… Северьян заходил сюда днем, чтобы вкусно поесть и отдохнуть от привычной суеты. Иногда заглядывал и вечером за порцией ярких ощущений, которые щедро дарил преобразившийся клуб.

Хозяйка была его другом. Пожалуй, самым близким в этом городе. Судьба свела их шесть лет назад. Свела и накрепко связала, зародив зерно доверия, которое за последние годы проросло и окрепло.

Элла, Эллочка, Элоиз …

Высокая рыжеволосая женщина с обольстительной улыбкой, цепким взглядом и бульдожьей хваткой успешной деловой леди. Так хозяйку дома желаний воспринимали все, и только

Север знал, чего стоило жертве домашнего насилия, долгое время подавляемой мужем-садистом, за каких-то пять лет превратиться из дрожащей немощи в роковую красавицу. Она собрала под своим крылом множество талантливых людей, которых тоже побила жизнь.

И клуб ее пользовался огромным успехом.

Одни приходили сюда, чтобы отведать кулинарные изыски блистательного шеф-повара, другие — провести время за азартной игрой, третьи — полюбоваться на изящных танцовщиц или послушать голос загадочной леди «М», по выходным выступавшей у Элоиз.

Раньше эта неуловимая особа пела и в других заведениях, но Эллочка не зря славилась способностью получать все самое лучшее. Сладкоголосую сирену, как прозвали таинственную певицу, прятавшую лицо под маской, она тоже очаровала. А еще заинтересовала и убедила петь только у нее.

Как именно ей это удалось, Элла, естественно, скрывала, тем самым еще больше набивая цену себе и своему дому желаний. За хорошие деньги здесь можно было найти многое: подругу на ночь или интересного собеседника, вкусный ужин или новомодный коктейль, зрелищный номер со спецэффектами или такую вот полуденную тишину.

Этот клуб не зря считался лучшим в Айгрэме, хотя подобных мест в городе хватало.

— Скучаешь, Ян? — Подсев к задумчивому блондину, хозяйка водрузила на край столика свой любимый лэптоп с забавной обезьянкой на крышке.

В зависимости от угла зрения эта чудо-наклейка то весело подмигивала, то корчила рожицы, а то и посылала наблюдателя в пешее эротическое, бессовестно оттопыривая средний палец на когтистой лапке.

— Наслаждаюсь тишиной, — потягивая кофе, ответил он.

— Говори прямо: прячусь от оголтелых журналюг и ненормальной блогерши, — рассмеялась подруга.

— С чего бы? — Охотник лениво вскинул бровь.

— Ну как же? А это?

Элоиз развернула к нему экран и потыкала ухоженным пальчиком в крупную цветную фотографию с изображением Визажиста, расписанного под рыдающего Джокера. Хотя, может, слезы были и настоящие.

Большой ужасный маньяк, на чьем счету числилось несколько громких убийств, плакал как младенец по приезде в гвардерлер* и просил не подпускать к нему какую-то психованную девицу, извратившую всю суть макияжа.

В чем именно крылась эта суть, и куда делась та самая девица, СМИ толком не знали, но активно выдвигали версии.

— А-а-а… это, — протянул Северьян, откинув со лба длинную челку. — Так я здесь при чем? У них сегодня есть свой герой.

— И героиня, — с намеком произнесла рыжая.

— И героиня, — чуть улыбнулся блондин.

— Ян, ну же… — Она по-кошачьи поскребла коготками по столу. — Кто она? Хорошенькая? Твоя новая напарница?

— Его жертва.

— Жертва? — Улыбка покинула красивое лицо Элоиз.

Чтобы привести его в такой вид, потребовалась не одна пластическая операция. И исправляли хирурги отнюдь не природные дефекты.

— Все нормально, Элла. — Ведьмак накрыл дрогнувшую ладонь подруги. — Девочка не успела пострадать. Разве что психологически, но я сгладил негативный эффект легким внушением.

— Как мне тогда…

— Как тебе. — Он улыбнулся шире. — Только в отличие от тебя в крошке Амели проснулся мстительный монстр, и этому уроду досталось по полной.

— Вот и славно! — вновь повеселела хозяйка. — За это надо выпить!

— В обед?

— Да какая разница! Или ты за рулем?

Охотник бросил задумчивый взгляд в окно, где на парковке стоял его летающий байк. Охранные чары слабо пульсировали, окутывая железного коня голубоватым свечением, что выдавало его принадлежность служителю закона.

Фары при езде тоже горели голубым, как и магическое «стекло».

— Пожалуй, воздержусь, — сказал Вельский и, чуть приподняв кофейную чашечку, добавил: — Твое здоровье, Элоиз.

— Кто новая цель? — Подозвав щелчком пальцев официантку, хозяйка дома желаний сделала заказ.

— Инкуб. — Северьян чуть поморщился, вспомнив пару старых обличий метаморфа, который влюблял в себя женщин и «выпивал» их до полусмерти.

Красивый гад! Умелый соблазнитель, искренне обожавший своих невест. Этот покруче Визажиста будет. Побогаче и поумней.

Знать бы еще, как он сейчас выглядит и на какое имя отзывается!

— Опять индиго* и снова маньяк? — Элоиз тяжело вздохнула. — Когда же они перестанут появляться и баламутить наш мир?  Что-то плохо работает «Ульерн-19». Эдак мы погрязнем в ходячих аномалиях, пока они найдут средство от искривления магического дара. За последние двенадцать лет этих индиго уж слишком много развелось.

— Не все они законченные социопаты, — пожал плечами охотник, с чем собеседница нехотя согласилась.

Были среди людей, наделенных неординарными способностями, и те, кто делал жизнь лучше. Обсуждение плавно перетекло на них. Вернее, говорила Элла, а Северьян пил черный кофе и изредка кивал.

Странный звук, похожий на тихий всплеск, он засек краем уха. Не меняя расслабленной позы, запустил магический поисковик, который был всегда под рукой, и чуть повернул оставленный без внимания ноутбук, выводя на экран запись с камер.

Элоиз что-то вещала про леди «М», высказывая догадки о ее аномальности, и в который раз за последние пару месяцев зазывала друга посетить выступление популярной дивы, когда охотник резко вскочил и, не сказав ни слова, рванул к выходу.

— Привет Медузе! — пробормотала рыжая.

Придвинув к себе лэптоп, она промотала назад свежую запись и понимающе хмыкнула.

Над стеллажом с новостными пластинами, давно сменившими бумажные издания, переливались, дрыгая полупрозрачными щупальцами, два необычных… ну, назовем их «квадрокоптерами».

Хотя пропеллеров у странных «следилок», вечно крутившихся вокруг вредной блогерши, не было и в помине. Автора этого уникального сплава магии и современных технологий профессиональный следопыт так до сих пор и не вычислил. Просто потому, что ни одну засланную к нему «медузу» Ян пока не поймал.

Как не отловил и девчонку, шпионившую за ним с помощью этих штуковин.

Хотя… еще не вечер.

На улице…

— Да как он засек моих медар! Они же невидимые… были! — воскликнула я, активируя на сенсорном экране сразу три команды: «Автопилот», «Дополнительная маскировка» и «Домой».

— Быстрее! — крикнул Марк, опуская на шлеме визор. — Не хочу становиться закуской для твоего «белого тигра». Он прозвал его так давно, и хотя я требовала переименовать охотника в «пса шелудивого», мнения своего не менял.

— Уже! — Я запрыгнула на эр-байк* позади друга, сунула гаджет в рюкзак и тоже надела шлем.

Мы сорвались с места в тот самый миг, когда из дома желаний выскочил Север.

Черная футболка очерчивала его мускулистый торс, голубые джинсы обтягивали длинные ноги, а растрепанные светлые волосы падали на глаза, которые хищно светились, несмотря на солнечный день.

«Ищейка взяла след», — раздраженно подумала я.

Не сдержавшись, показала блондину на прощание неприличный жест, копируя выходки вредной обезьянки, кривлявшейся на панели, где должен был высвечиваться номер эр-байка. Понимаю, почему эта иллюзорная животинка стала такой популярной в последнее время!

— Хватит провоцировать ведьмака! — раздался в шлеме голос друга. — Он не таких, как мы, выслеживал. Нарвешься, Мари, и пойдет лесом вся твоя продуманная маскировка.

— Не пойдет, — возразила я. — А если и пойдет… Чего не сделаешь ради вожделенной цели!

Пару минут спустя…

Северьян стоял, скрестив на груди руки, и смотрел вслед улетающему эр-байку. Губы его чуть подрагивали, глаза щурились. Можно было, конечно, броситься в погоню и устроить адреналиновый заезд по улицам Айгрэма, но становиться причиной аварии охотник не хотел.

Девчонка, безусловно, раздражала своими попытками раскопать на него компромат, а если нет, то хотя бы подпортить ему репутацию надуманными обвинениями. Но в сравнении с контингентом, на который он обычно охотился, мелкая заноза казалась сущим ангелочком… с пакостным характером.

Так что загонять конкретно эту дичь Север не собирался. С головой она, судя по выходкам, не дружила, зачем провоцировать? Врежутся еще с приятелем во что-нибудь или, не приведи небо, собьют пешехода. А ему потом разгребать!

Пусть себе летят, птички, наивно полагая, что избежали кары. А за ними в обществе неуловимых «медуз» плывет такая же невидимая «следилка», только чужая.

Нельзя безнаказанно дразнить законника, его терпение не безгранично! И любопытство тоже. С чего-то ведь взъелась на него маленькая паршивка! Хотелось бы это узнать.

«Скоро встретимся, коза», — мысленно пообещал блогерше ведьмак, на полном серьезе размышляя, брать ли на их грядущее рандеву хворостину.

В подпространстве…

Пропустив наш эр-байк сквозь невидимый заслон, защитная сеть подпространства с громким чавканьем вобрала все, что неслось следом. Выплюнув мелкий лесной мусор, растворила в себе сгусток чужой магии, напрочь оборвав его связь с хозяином.

Даже такая бракованная ведьма, как я, в состоянии была распознать магический поисковик, пущенный по следу. Ну, или учуять, что вернее.

Не ты, Север, первый, не ты последний! Сколько желающих узнать, где скрывается леди «М», я оставила с носом — страшно вспомнить. Каждый раз, покидая ночной клуб или дом желаний, мчалась по улицам города, сбрасывая «хвост», а потом исчезала в своем тайном логове, уничтожив напоследок самых стойких преследователей.

Не живых, конечно, я ведь не чудовище. Живые обычно отсеивались сами, не выдержав сумасшедшей гонки. А вот магические приспособления вроде крошек-медар встречались весьма упорные. Хотя до моих малышек, внешне похожих на маленьких медуз, им было далеко. Точнее, до Марковых.

Мой гениальный друг не зря над их конструкцией полгода корпел — таких проворных «следилок», как у меня, в нашем городе не было ни у кого. Наверное. Во всяком случае, мне они пока не попадались.

— Довольна? — слезая с байка, спросил Марк.

— Ага-а-а, — протянула я, снимая шлем. На губах блуждала счастливая улыбка, глаза горели азартом, лицо раскраснелось.

— Сорвиголова, — беззлобно обозвал меня Марк.

— Кто бы говорил, — парировала я, намекая, что за рулем сегодня был он.

На самом деле я сама водила редко. Обычно именно Марк вытаскивал меня из разных передряг. Участвуй он в гонках, собрал бы все призы! Невероятная реакция, профессиональные навыки вождения и креативный подход делали этого парня непобедимым.

Иногда мне казалось, что он не человек, а киборг, потому что даже в самых сложных ситуациях друг оставался предельно собранным и пугающе спокойным. Незаурядный во всех отношениях человек! Лучший из тех, кого я когда-либо знала. Хотя «тараканов» у него тоже хватало.

Мы были знакомы с детства. Жили по соседству, вместе росли, играли, проказничали, влипали в разные истории. Нас так много всего связывало, что отношения стали почти родственными. Даже трагедия, разрушившая обе наши семьи, вместо того чтобы оттолкнуть, разлучить, настроить друг против друга, напротив, сблизила нас, объединила.

Мы были как брат и сестра. Только благодаря Марку я выжила после аварии, в которой погибла мама. А ведь мне тогда так хотелось умереть.

Он сидел у моей больничной койки сутками, не давая совершить глупость. Не спал, мало ел и пачками глушил энергетики. Физически в той катастрофе я пострадала мало, что само по себе было чудом, потому что наш семейный скат* после столкновения с бетонной стеной напоминал груду металлолома. А вот психологически…

— Мари! — окликнул меня Марк, вырывая из мрачных воспоминаний.

Он стоял напротив. Высокий, худощавый, с ярко-красными дредами, собранными в хвост, и роскошным пирсингом в левой брови и левой же ноздре.

Легкая щетина покрывала острый подбородок, в ухе поблескивал черный кристалл, который, после принятия закона о магии, носили все профессиональные чародеи, чьи способности не подверглись искажению.

Своего рода знак качества… ну, или отличительный знак. Ведьмам-недоучкам с даром индиго серьги из ниорита* не полагались.

О чем я, в общем-то, ничуть не сожалела.

— Держи! — Достав из кармана короткой кожаной курточки, бросила Марку электронный ключ от моего… нет, от НАШЕГО секретного дома.

Это деревянное сооружение с террасой на сваях, утопавших в тихом пруду, со студией на первом этаже и с просторной спальней в мансарде когда-то давным-давно приобрел мой дед. Причем купил он его как-то хитро и, подозреваю, нелегально.

С тех пор у нас появилась дача, о которой никто не знал. Папа в былые времена запирался здесь и писал картины, а мама отдыхала от работы. Делами наших семейных капиталов заведовала именно она.

Ей помогала Арина Барцева, ее лучшая подруга и моя крестная. Она и сейчас занималась моими финансами: каждый квартал присылала мне по электронке отчеты о состоянии дел и периодически заглядывала, чтобы подписать какие-нибудь документы. Я ей доверяла так же, как раньше мама.

И, судя по поступавшим на мой счет суммам, не напрасно.

Спустя пять минут мы с Марком уже были дома. Включив чайник, он открыл навороченный лэптоп, легко умещавшийся в небольшой рюкзак, который таскал за собой повсюду, и потерялся для всего мира, включая меня.

Я же забралась с ногами на диван, надела цветные очки на пол-лица, похожие на те, что носят спортсмены велосипедисты, и принялась отсматривать на встроенном в стекла экране добытый медарами материал.

Вот Север входит в верхний зал дома желаний, и одна из местных девиц радостно виснет у него на шее, срывая мимолетный поцелуй… Фу-у-у. Вот он приближается к всегда свободному столику, который хозяйка держит для себя и своих друзей…

Эллочкин любимчик!

Вот обедает, демонстрируя аристократические манеры, хотя мог бы просто пожрать, как нормальный голодный мужик, на радость себе и мне. Я бы все записала, смонтировала и добавила еще один пункт к отрицательным чертам этой безупречной сволочи. Мелочь, но с чего-то же надо начинать!

А ведь еще год назад у меня и в мыслях не было шпионить за Вельским. Я, если честно, знать не знала о его существовании. Семь лет назад нам сообщили, что папу поймали и отправили в гвардерлер.

Кто именно произвел арест, история умалчивала. Да и не важно это было. Один законник, другой… какая разница? Я считала бы так и сейчас, но Марк через хорошего знакомого раскопал информацию, пролившую хоть какой-то свет на странности нашего общего прошлого.

Прикрыв глаза, я мысленно улетела в те кошмарные дни, когда мне только исполнилось шестнадцать.

Как и все люди в этом возрасте, я была слишком увлечена собственными проблемами, чтобы обращать внимание на разлад в семье. Мама допоздна засиживалась у Арины, где они совместными усилиями пытались приумножить капитал, обеспечивающий нашу и без того безбедную жизнь.

Отец все дни напролет торчал на даче, рисуя новые шедевры. В те времена еще не очень популярные и потому приносившие совсем мизерный доход. Но нам ведь не нужны были деньги, правда? А значит, папа мог посвящать себя искусству, не беспокоясь ни о чем.

Именно так я и рассуждала, объясняя странное поведение родителей. Реальность же оказалась похожей на дешевый любовный роман с развязкой в стиле кровавого триллера.

Отец, несмотря на семнадцать лет супружества, снова влюбился. И не в какую-нибудь незнакомую девицу, которую можно было бы с чистой совестью во всем обвинить, обелив родного человека, а в нашу добрую и милую соседку Юлису.

Не знаю, когда эти двое успели сойтись, но чувства, как выяснилось позже, там кипели нешуточные. И как-то ночью это «адское варево» рвануло. Два коротких выстрела — и привычная жизнь полетела к чертям, разрушив судьбы многих людей.

Я никогда не забуду бледного как смерть папу, вбежавшего в дом с криком: «Вызывайте гвардов*!» Его окровавленную рубашку, трясущиеся ладони, сумасшедший взгляд. Он повторял, как заведенный:

— Я не убивал их… не убивал ее… это не я.

Помню, как отпаивала его успокоительным, пока мама ходила выяснять, что произошло. Как плела дрожащими пальцами простенькое расслабляющее заклинание, пока она несколько долгих минут консультировалась с адвокатом через защищенный от прослушивания видеочат.

Все выглядело так, будто папа… мой добрый милый папа, который в жизни и мухи-то не обидел, пристрелил в порыве ревности бывшего супруга любовницы, а затем прикончил и ее. Счастье, что Майя, маленькая дочка Юлисы, в ту злополучную ночь гостила у бабушки, а сын Марк был на экскурсии в столице.

Я ни на секунду не сомневалась в невиновности отца. Не сомневаюсь и теперь. Тогда мама настояла, чтобы он поехал на дачу, пересидел там какое-то время, пока все уляжется.

Боялась, что следователи решат не усложнять себе задачу и свалят вину на самого подходящего кандидата, успевшего, ко всему прочему, изрядно наследить на месте преступления.

Папа сначала не соглашался, но потом сдался под напором маминых доводов. Наскоро собрав вещи, он отправился сюда, в наше семейное логово, только так и не доехал — угодил в лапы законников.

Я не знала, что гварды сделали с отцом. Внешне он выглядел совершенно нормальным. Разве что слишком спокойным и абсолютно убежденным… в СВОЕЙ ВИНЕ!

Когда суд вынес приговор, в нас с мамой что-то умерло. Она, как и я, не верила ни единому слову папы, который громко и четко признался в убийстве двух человек. Да что там! Марк и его бабушка Василина, потерявшая в том кошмаре дочь и бывшего зятя, — полностью нас поддерживали!

Никто не верил в этот бред… кроме отца и тех, кому было лень искать настоящего преступника.

Мы с Марком долго пытались понять, что же тогда случилось на самом деле, кто убийца и почему папа ни с того ни с сего изменил показания. Нанимали сыскаря, ведущего частную практику, рыли землю сами в поисках истины.

Общее горе, вопреки ожиданиям, сделало нас всех одной семьей. Мама, я, Марк, его неунывающая бабушка и крошка-сестра, которой недавно исполнилось восемь.

Через год после заключения папы в тюрьму мы с мамой попали в жуткую аварию. Она погибла, а у меня в одночасье появилось сразу несколько потенциальных опекунов, которых больше прельщали семейные капиталы, чем семнадцатилетняя сирота с психологической травмой.

Счастье, что в эту дележку вовремя вмешалась крестная, она-то и разогнала дальних родственников, заявив, что, по условиям завещания, до моего совершеннолетия доступ к счетам будет закрыт. И сразу всю сердобольную родню как ветром сдуло.

Школу я заканчивала под зорким оком Василины, переселившейся в дом покойной дочери, чтобы присматривать за внуками. Ну и Арина, конечно, приложила руку к моему воспитанию. Совместными усилиями они поставили меня на ноги.

Только из жизнерадостной девушки я превратилась в норное существо, которое предпочитало проводить время, уткнувшись в ноутбук.

Так зародился проект «Своими глазами». Сначала, вняв совету Марка, просто писала в блог разные мысли, потом начала готовить репортажи, а спустя пару месяцев он предложил перенести виртуальный маскарад в реальную жизнь. Идея захватила, вытеснив хандру.

Мы создали оригинальный имидж для эксцентричной Медузы и начали снимать провокационные ролики, раскрутившие блог. Мне так понравилось быть кем-то другим, что очень скоро возникла еще одна личность — певица леди «М».

Ну а Мариэлла Ируканджи для всех по-прежнему оставалась богатой затворницей, редко покидавшей свой оборудованный по последнему слову техники дом. Жизнь моя была насыщенной и интересной, но…

Я все так же винила отца! Не в убийстве соседей, вовсе нет. Он бы никогда не застрелил женщину, которую любил. Я винила его за вранье и слабость.

Думала, он наказывает таким образом себя за то, что предал меня, маму… даже Юлису, которую не смог спасти. Ездила к нему на свидания, пыталась убедить сказать правду. Я не понимала причин его глупого самопожертвования и от того бесилась.

А оказалось, папе просто ВНУШИЛИ, что он убийца!

Год назад Марк узнал из достоверного источника про ментальный сеанс, который, как и сам арест, проводил охотник за головами с уникальным даром сирены!

Именно Вельский поставил свой росчерк в отчете, вписав пункт о применении кратковременного внушения к пребывающему в истерике беглецу. Отсюда и папина странная невозмутимость во время слушания его дела, и эта граничащая с одержимостью вера в то, чего он не совершал.

— Ненавижу! — вырвалось у меня.

— Мари? — Марк оторвался от созерцания монитора. — Что-то есть интересное?

— Нет, — вздохнула я, снимая очки. — Медары опять без улова. К Северу не подкопаться.

— Совсем?

— Знаешь, нет ничего более странного, чем охотник за головами без единого прокола в послужном списке. Он идеален, да… идеальный социопат, виртуозно маскирующийся под хорошего парня. Отличное прикрытие для грязных дел. У него есть значок, позволяющий творить все, что заблагорассудится, под прикрытием закона. И есть лицензия на использование дара сирены! Вдумайся только… лицензия! А еще он имеет право производить аресты. Не удивительно, что все преступники, которых этот «герой» доставляет в гвардерлер, готовы признаться в чем угодно. Я выведу его на чистую воду, обязательно выведу…

— А если ты ошибаешься?

— Вовсе нет!

— Хорошо, сдаюсь, — усмехнулся Марк, подняв в шуточном жесте обе руки. — Но ведь ты можешь так ничего и не накопать на него. Уже который месяц пытаешься, но все безрезультатно.

— Так или иначе, я ему отомщу. За твою маму, ведь ее настоящего убийцу из-за этого мерзавца не нашли. За моего папу, которому сломали жизнь. За нас с тобой, за бабушку Васю и за Маю — за всех! Север поплатится, слово ведьмы. — Тихий свист чайника отвлек меня от кровожадных планов. — Кофе? — спросила я, глядя на задумчивого друга.

— Черный, без сахара, — кивнул он, вновь уткнувшись в монитор.

Вечером…

Северьян, получив вместе с досье на беглеца и доступ на место преступления, направлялся в квартиру инкуба, когда услышал громкий женский крик из соседнего подъезда.

Инстинкты сработали, как часы: в мгновение ока охотник оказался возле медленно закрывающейся двери, за которую два амбала только что втащили отчаянно брыкавшуюся брюнетку.

Отточенные движения и пара боевых заклинаний позволили быстро и почти бескровно отбить у мерзавцев добычу. Да и не очень-то парни сопротивлялись. Так… помахали для вида кулаками, получили в челюсть и сбежали через черный ход во двор, бросив девицу на милость победителя.

Размазывая по щекам скупые слезы, но не стирая при этом водостойкую тушь, она кинулась на шею спасителю и принялась сбивчиво рассказывать, как ей страшно и холодно, и дома у нее никого нет, а ей так не хочется оставаться сегодня одной.

Приплыли!

Север скривился, как от боли, и с толикой брезгливости попытался отцепить проворные женские пальчики от своей кожаной куртки. Но брюнетка впилась, как клещ, в его плечи и самоотверженно прижалась к блондину роскошной грудью, хорошо различимой в глубоком декольте розовой кофточки.

Сочные губы того же цвета с придыханием сообщили, что «невинная» дева очень благодарна своему герою, и благодарность эту готова доказать… да хоть прямо здесь. Но лучше пойти к ней, там удобнее и есть шампанское с клубникой.

— Как же вы меня достали! — Больше не церемонясь, ведьмак довольно грубо отстранил девушку и отступил на шаг. — Ладно, раньше просто в постель лезли… по поводу и без. А теперь что? Ноу-хау в науке соблазнения?

— Я не понимаю… — залепетала красотка, пряча за ресницами досадливо блеснувшие глаза.

— Все ты прекрасно понимаешь, сирена! — процедил Вельский, прожигая взглядом  ее хорошенькое личико.

Аппетитная фигурка, идеальная кожа, длинные густые волосы цвета темного шоколада… Девушка походила на фотомодель, сошедшую с рекламного постера. Как и ее предшественница, и те, что были до них.

Последние лет пять морские девы появлялись в жизни Северьяна с завидным постоянством. Раньше было проще — подопечные королевы Оникс устраивали охоту на единственного в мире мужчину с даром сирены только в дни, когда могли зачать потомство, а дней таких в году не так и много.

Но потом какой-то кудесник сделал этим «рыбкам» амулеты, дарующие возможность забеременеть в любое время.

И спокойная жизнь потенциального папаши превратилась в игру «угадай сирену». Спасибо наставнику — он тоже кое-чем одарил своего ученика. И это кое-что исправно сигнализировало, отдаваясь неприятным покалыванием в области солнечного сплетения, когда носительница морской крови находилась слишком близко.

В противном случае  хитроумных «русалок», замаскированных под обычных девушек, Вельский вряд ли бы распознавал. Да что там… Их даже медики не способны вычислить, ибо в человеческой ипостаси морские девы ничем не отличаются от земных.

Эффектные, ладные — мечта, а не женщины!

И каждая готова была отдаться ему, не требуя ничего взамен. Большинство мужчин прыгали бы от радости при таком раскладе, Северьяна же ситуация откровенно бесила.

Он не хотел, чтобы его дети росли в закрытой подводной общине. Он вообще не хотел детей, во всяком случае пока! Ему хватало младшей сестрички, которую охотник до сих пор опекал на правах старшего брата.

Пожалуй, даже больше, чем родители. Слишком уж непоседливой и предприимчивой была юная бьёрна*: постоянно находила приключения на свою рыжую голову и прочие части тела.

Когда мать с отцом не знали, что с ней делать, Лёлю отправляли в гости к брату. Вроде как развеяться. На деле же — дать охотнику возможность вправить мозги маленькой авантюристке. Иногда это даже срабатывало.

— Чего тебе не хватает, Ян? — Перестав ломать комедию, брюнетка прямо посмотрела на блондина. — Я красивая, страстная, гибкая, неприхотливая… я готова подарить тебе незабываемую ночь, ничего не прося взамен…

— Угу, совсем ничего, — неприятно усмехнулся Вельский. — Всего лишь капельку биологического материала для зачатия.

— А тебе жалко? — вызверилась сирена. — Крошечная плата за неземное удовольствие.

— Я вам не бык осеменитель! Так Оникс и передай. Своих детей я буду растить сам. И уж точно не с тобой. Точка. — Он развернулся, намереваясь уйти, но девушка остановила, вцепившись в его рукав.

— Северьян, умоляю! — воскликнула она. — Если я не выполню приказ, меня жестоко накажут.

— Знаешь… Кстати, как тебя там?

— Лорель.

— Так вот, Лора. Хреновая из тебя актриса. Сначала подкупила ребят, чтобы разыграть сценку «леди в беде». Умно, не спорю! Я повелся. Теперь скармливаешь мне байку про мифическое наказание…

— Но это правда!

— А даже если и так. — Он ощутимо тряхнул ее за плечи. — Это ваши проблемы. Твои и твоих сестер. Я не намерен плодиться и размножаться во славу богини Сиренити.

— Глупец! — со злостью выплюнула она.

— Сирена! — прозвучало как оскорбление.

— Ты… ты…

— Удачной охоты, Лора! — Ведьмак отвесил ей издевательский поклон. — Мой тебе совет: выбери дичь по зубам — и будет тебе через девять месяцев дочь.

В «любовном гнездышке» инкуба…

Вокруг царил беспорядок, который оставила после себя следственная группа. Обыск — дело такое. После работы магов-криминалистов и судмедэксперта, осмотревшего тело молодой женщины, внешне похожей на высушенную мумию, жертву увезли в морг, а гварды еще раз внимательно все изучили.

Правда, мало что нашли. Сладковатый запах, оставшийся после трупа, до сих пор витал в комнате, напоминая о случившемся.

Север чуть поморщился, окидывая цепким взглядом помещение. Дорогая мебель, роскошный ковер на полу и бра из последней коллекции — тот, кто снимал эту квартиру, не мелочился.

А, учитывая скромный доход убитой, платил за все ее таинственный любовник. Хозяину доходного дома он представился как Святозар Раевский. Высокий молодой шатен в дорогом костюме и с часами, стоившими целое состояние. Кто такому откажет в аренде?

Северьян машинально включил телевизор со встроенной функцией видеочата и массой других фишек мирлинга, затем привычно раскинул поисковую сеть, пытаясь нащупать след бывшего хозяина. Естественно, безрезультатно.

Чистоплотный гад… осторожный и предусмотрительный.

Эта несчастная женщина была его первой убитой подружкой. Предыдущие три живы до сих пор. Правда, в свои двадцать с хвостиком они напоминают древних старух. И ни врачи, ни целители, практикующие нетрадиционную медицину, не способны вернуть им украденную молодость.

Свернув бесполезное заклинание, охотник активировал другое. Чувствительная к любым магическим аномалиям искорка заметалась по квартире, исследуя пространство.

Всем этим приемам в свое время обучил Вельского отчим. Владелец детективного агентства, опытный сыскарь, выдающийся бьёрн… он растил и любил пасынка, как родного, и просто-таки обожал его маму-сирену.

Александр Нечаев надеялся, что любознательный и упорный мальчишка проникнется профессией и пойдет по его стопам. Чутье рыжего кота* не подвело — Север действительно стал ловить мошенников и убийц.

Но разгадывать тайны чужих преступлений ему было скучно. Куда интереснее — выслеживать беглецов, решивших избежать заслуженного наказания. Иногда получалось в процессе погони спасти и кого-то из жертв.

Приятное дополнение к удачной охоте!

Вторым и главным наставником Северьяна был лич по прозвищу Граф. Они познакомились очень давно и быстро нашли общий язык. «Мертвый» некромант взял шефство над подающим надежды ребенком и охотно делился с ним знаниями, коих не найти ни в одной из многочисленных библиотек мирлинга.

Кроме доведенного до совершенства дара сирены, к оттачиванию которого учитель приложил свою «костлявую» руку, юный ведьмак приобрел и навыки профессионального некромага. Лицензия охотника за головами, работавшего по контракту с гвардами, позволяла использовать как кратковременное внушение, так и допрос мертвеца, что не раз помогало в работе.

А уж как благодарен был Север учителю за вживленное под кожу заклинание, вычислявшее сирен… словами не передать! Эти морские хищницы с легкой руки их ясноокой предводительницы пытались возродить свой народ за счет единственного в мире мужины-сирены.

Другие мальчики с подобным даром попросту не выживали. В отличие от девочек. И Северьян тоже погиб бы, не соверши его мать невозможное. Спасая своего ребенка от смертельной болезни, Анна Вельская не только посетила подводный город Сиренстилс, но и встретилась с морской богиней Сиренити.

В результате ее сын остался жив, здоров, полон сил и безграничных возможностей. Чем не завидный жених для жаждущих зачать мальчика сирен? Хотя правильнее сказать — донор спермы.

Как выяснилось, подданные Оникс присматривали за Северьяном с детства, жаль, вычислить их удалось не сразу. Учительница, соседка… обычные с виду приветливые женщины.

На деле же — шпионки, ждавшие команды от королевы. На что они рассчитывали, так и осталось загадкой. Может, и правда просто охраняли уникального мальчика, как пытались убедить его отчима.

Однако Нечаев все равно добился, чтобы рядом с пасынком больше не было ни одной сирены, кроме родной матери и полукровки-сестры. Граф ему в этом помог. Но едва повзрослевший Ян начал самостоятельную жизнь, как красавицы разных мастей вновь появились на его горизонте.

Надоели!

Звон колокольчиков сменил бубнеж диктора. Резко обернувшись, охотник уставился на большой плазменный экран, висевший на стене. Вечерний выпуск новостей прервал парящий в облаках замок, под которым нетерпеливо пульсировал значок письма, пришедшего на электронную почту.

Открыв виртуальное послание, адресованное бывшему квартиросъемщику, Северьян прочел:

«Иван Старыкин! Свадебный отбор, на который вы подали заявку, состоится в обители небесных альвенгов 13 июля, в пятницу. Ангельское око одобрило вашу кандидатуру».

— Иван Старыкин, — повторил ведьмак, пробуя на вкус новое имя инкуба. Или, наоборот, старое? — Очередная твоя маска или для разнообразия настоящая личность?

Текст, высветившийся на экране, мигнул, смазался и начал стремительно таять — программа автоматически уничтожала письмо, но охотник уже нащупал нить, которая могла вывести его на след убийцы.

Свадебный отбор, значит… Что ж, ради торжества правосудия можно и холостяцкой свободой рискнуть. Главное, чтобы иномирные оракулы оценили его порыв и не завернули заявку.

К свадебному отбору я готовилась очень тщательно. Прятать истинную внешность под иллюзией было строго запрещено правилами, но никто ведь не отменял старый добрый грим и обычную краску для волос.

Ладно, не совсем обычную, а с капелькой магии, которая позволяла не портить волосы при кратковременном перекрашивании. Эффект сохранялся от нескольких часов до пары суток в зависимости от стойкости чар.

Мне нужно было стать миловидной шатенкой всего на один вечер. Затарившись в лучшей чародейской лавке Айгрэма свежей порцией косметики, я часа два просидела перед зеркалом, создавая себе новый образ — четвертый в копилку моих любимых личин.

Прежде всего выпрямила волнистые черные пряди с малиновыми нитями имплантов, внешне похожими на обычные волосы. Технология была не новой, но ее тоже слегка усовершенствовал для меня Марк.

Получился эдакий аналог шпионских очков, замаскированный под модное колорирование. Как и медары, мои чудо-волосы могли снимать все, что происходило вокруг, благодаря встроенным в них микроскопическим видеокамерам и крошечным микрофонам.

Единственное, что при этом требовалось — поменьше трясти головой, иначе запись получалась дерганной. Хотя очки я все равно надела, потому что, кроме прочего, они здорово меняли лицо. Тонкая серебристая оправа, чуть тонированные стекла — чем не идеальная смена имиджа?

Перекрасив волосы в каштановый, поменяла эксцентричный оттенок имплантов на благородный «кофе с молоком», чтобы сделать их почти незаметными в общей массе. С помощью специальных капель предала зеленым радужкам цвет крепко заваренного чая.

Затем положила на веки тонкий слой перламутровых теней и нарисовала стрелки, зрительно изменив форму глаз. Немного поработала с бровями, сгладив излом. Вооружившись полупрозрачным тональным кремом, корректирующим карандашом, румянами и помадой, сделала губы более тонкими, чем на самом деле, а скулы — менее острыми.

Единственное, что не удалось спрятать — это ямочку на левой щеке, появлявшуюся при улыбке независимо от выбранной «маски».

Но кто обещал веселье на этом загадочном мероприятии? На балу в «хрустальном замке» меня ждала работа. Хотя… одно другому не мешает!

Оценивающе взглянув на свое отражение, я осталась довольна. Зеленоглазая девушка с мягкими кудрями чуть ниже плеч, в которых малиновыми всполохами загорались яркие пряди, превратилась в бледнолицую серую мышь. По-своему симпатичную, но какую-то… невыразительную, что ли.

Как раз то, что доктор прописал!

С такой внешностью будет проще раствориться в толпе претенденток, жаждущих встретить свою истинную любовь. Хотя любовь — это громко сказано. Как можно влюбиться в мужчину, которого знаешь всего несколько часов? Без приворотного зелья — никак!

Впрочем, альвенги* и не обещали сиюминутный взрыв чувств. Они просто каким-то непостижимым образом выискивали среди приглашенных идеально подходящих друг другу гостей.

Их не заботил социальный статус, внешность и прочее, они видели суть людей и безошибочно угадывали тех, кому предначертано прекрасное семейное будущее. Какими бы странными не оказывались пары, соединенные свадебным отбором, на моей памяти не было потом ни одного недовольного.

Даже если сначала жених и невеста пребывали в шоке от решения оракулов, дальше все дивным образом налаживалось, и любовь, о которой они мечтали, расцветала буйным цветом. Как и взаимопонимание, поддержка, преданность — то, без чего нет настоящей семьи.

Наверное, поэтому в последние годы попасть на летающий остров становилось все сложнее. Туда рвались все: от состоятельных мужчин, созревших для брака, но опасавшихся, что их многочисленные поклонницы благоговеют вовсе не перед ними, а перед их толстыми кошельками, до старых дев, потерявших надежду на женское счастье.

Но заявку одобряли лишь определенному числу претендентов.

В окутанный туманом замок, раз в год опускавшийся на городскую площадь одного из крупных городов, допускали всего полсотни гостей. Причем число мужчин и женщин было равным.

Однако это не означало, что в полночь из царства «вечной любви» выходило двадцать пять женатых пар. Свадебный отбор был только шансом на обретение своей половинки, а никак не гарантией.

Для меня же он стал возможностью сделать отличный репортаж!

Поднявшись с пуфика, я скинула с плеч домашний халат и, уперев руки в бока, уставилась на белое платье в прозрачном чехле. Дорогущее зараза! Но чего не сделаешь ради любимого блога. К тому же я вполне могла себе позволить такую роскошь.

Этим летом альвенги ввели для посетителей бальный дресс-код.

В прошлом, к слову, народ должен был явиться в пляжных костюмах, а года три назад — и вовсе без одежды. Единственное, что допускалось для прикрытия наготы — обычные белые простыни. Дешево и сердито!

Мне же пришлось раскошелиться, чтобы соответствовать заявленным требованиям.

Могла бы, конечно, и сэкономить, но такое приключение выпадает в жизни только раз. Или два… если повезет, и ангельское око снова одобрит заявку, что почти нереально.

По какому принципу альвенги подбирали «одинокие сердца, открытые для любви», так никто и не выяснил. Как не узнал, зачем им вообще все это было надо. Загадочные остроухие создания пришли в наш мир двенадцать лет назад.

Одним прекрасным днем облака на небе сгустились, и среди пушистых белых хлопьев проступили очертания полупрозрачного замка. Это напоминало сказку. Сказкой оно и стало. Ведь найти своего единственного — мечта большинства людей.

Встретить, узнать и прожить с любимым человеком долгую и счастливую жизнь — чем не сказка?

Свадебный отбор в небесах мог воплотить ее в жизнь. Эдакий аналог магического брачного агентства, где не требовалось выкладывать огромные деньги за услуги и не стоило опасаться, что под видом идеального партнера тебе подсунут неизвестно кого.

Распаковав платье, я вздохнула, понимая, что сама вряд ли затяну шнуровку на спине. Придется, как обычно, привлекать к делу Марка, больше все равно никого в доме нет. Друг по первому зову, естественно, не явился — наушники помешали.

Он работал удаленно в одной из лабораторий некогда секретной правительственной организации «Ульерн-19», которая участвовала в создании модифицированных людей, называемых бьёрнами. Эта компания давно уже вышла из тени и сейчас насчитывала около тридцати филиалов по всему миру, каждый из которых занимался своей темой.

Марка после обучения пригласили в тот, что находился в Айгрэме. Периодически он посещал невысокое здание в промышленном районе, но большую часть работы все равно выполнял на расстоянии. И это его полностью устраивало. Правда все свободное время мой друг проводил за компьютером. Зато платили ему прилично, и задания, по его словам, были очень интересные.

Не имея возможности докричаться, пришлось идти к нему самой, прихватив и огромный белый куль с многослойной юбкой. Несмотря на пышность, весил мой наряд немного. Это был один из главных критериев выбора, ведь в тяжелом громоздком одеянии собирать материал для репортажа не очень-то удобно.

— Ма-а-арк, помоги, — скромно шаркнув ножкой в белом чулке, попросила я.

Оторвав взгляд от монитора, на котором разноцветным каскадом красовались какие-то схемы, он задумчиво почесал бровь, случайно задев сверкнувшее серебряное колечко.

— Что не так? — насторожилась я, переведя взгляд с него на платье. — Не нравится? Но мы же вместе выбирали!

— Нравится-то оно мне, нравится, — улыбнулся Марк, вставая с дивана. — Просто… ты такая миленькая в гриме и белом белье…

— Что? — Я нахмурилась, поправляя одной рукой очки, а другой крепче обнимая пакет.

 — На невесту похожа, — подмигнул он. — Символично. Как бы и правда замуж не вышла.

— Там бал будет! Все женщины придут в белом. А мужчины, как вороны, — в черных костюмах, — оправдалась я. — Сам знаешь: свадебный отбор — еще не свадьба.

— Для кого как, — помогая мне распаковывать платье, сказал он.

— Какая из меня невеста, Марк? — Я выразительно на него посмотрела.

— И правда, никакая, — все так же странно улыбаясь, отозвался он. — С таким-то шилом в аппетитной…

— Скажешь это, — зашипела предупреждающе, — покусаю!

— Жениха кусать будешь, — проворчал он, помогая мне влезть в бальный наряд, пышная юбка которого белым облаком раскинулась по полу. — Туфли, надеюсь, у тебя удобные? — уточнил, меняя тему.

— А то ж! — расплылась в улыбке я. Высокий каблук на моих любимых лодочках заменяла практичная платформа, что совершенно не портило внешний вид. Я даже бегать на них могла без проблем!

— Вот и славно. — Затянув шнуровку, Марк принялся проверять работу имплантов в моих волосах, потом еще что-то подкрутил в шпионских очках, проверил содержимое клатча. Он одобрительно хмыкнул, заметив там блокнот с ручкой, взятый на всякий случай, а напоследок вдел мне в ухо микрофон в виде изящной сережки, украсившей мочку, и прозрачного шарика, вставленного в ушную раковину. — Это чтобы ты слышала меня, а я тебя, — сказал серьезно. — Надеюсь, связь с внешним миром остроухие не перекроют. Теперь по поводу доставки принцессы на бал: сама доедешь или довезти с ветерком на «хамелеоне»?

— С ветерком? На эр-байке? Хочешь, чтобы я стала похожа на Золушку после полуночи?

— Убедила. Подгоню тогда твою «ласточку».

Я кивнула, стараясь не улыбаться. Не потому, что грустно стало, просто репетировала роль «отмороженной милашки», выбранную для отбора.

Альвенги наверняка прекрасно знают, кого именно пригласили, раз зрят в суть и шлют письма адресатам, но гости-то — нет! Значит, буду вживаться в новый образ, чтобы выглядеть на балу как можно естественнее.

Вряд ли кто-то признает во мне затворницу Мариэллу Ируканджи или оторву Медузу. И уж точно у бледненькой шатенки нет ничего общего с белокурой леди «М».

Но… вдруг? Осторожность не повредит.

Ранним утром в доме желаний Элоиз…

— Мне даже смотреть на тебя страшно, Ян! — передернув плечами, воскликнула Элла.

— Не смотри, — флегматично ответил Север. — Лучше помоги галстук завязать… можно на ощупь, — криво усмехнулся он.

Они стояли в просторной гримерке, где вечером танцовщицы готовились к выступлениям, а утром царил легкий беспорядок, приятный аромат и благоговейная тишина.

А еще здесь было все необходимое для корректировки внешности. Во время работы охотник использовал для этой цели магию, но альвенги запрещали применение чар на своей территории, потому и приходилось выкручиваться.

— Понять не могу: неужели крошечный шанс выследить инкуба стоит такого риска? — ворчала Элла, завязывая узел. — А вдруг тебя захомутает какая-нибудь ушлая девица?

— Такого «красавца»? — Улыбка приподняла правый уголок его рта, левый же остался неподвижен — спасибо крему с эффектом заморозки.

Отвратительный шрам спускался через белесый глаз с перекошенным веком до самого подбородка. Выглядело все очень натурально и оттого пугающе. В сочетании с темными волосами, припорошенными сединой, и чуть сгорбленной фигурой в великоватом смокинге искусно состаренное лицо со «слепым» оком вызывало желание отвернуться. У Элоиз уж точно.

— Ну, знаешь… есть женщины, убежденные, что шрамы красят мужчин, да и старый конь борозды не испортит.

— Шрамы шрамам рознь, — возразил Северьян, уверенный, что леди всех мастей будут по широкой дуге обходить такого жениха на свадебном отборе. Для альвенгов, конечно, весь этот маскарад не имел никакого значения, но хотя бы от излишнего женского внимания, мешавшего работе, охотник надеялся себя избавить.

— А вдруг тебе повезет нарваться на извращенку? — не унималась рыжая.

— Успокойся, Элла. — Перехватив ее пальцы, ведьмак посмотрел в обеспокоенное лицо подруги. — Никто меня не захомутает. Кому я нужен?

— Был бы не нужен, тебе бы не одобрили заявку в течение нескольких часов. Люди месяцами ждут вердикт остроухих, а ты хоп — и в дамках!

— Я сейчас что-то не понял: ты ворчишь, потому что боишься за мою холостяцкую свободу или потому что завидуешь возможности ее лишиться? — полушутя-полусерьезно полюбопытствовал он.

— Не будь идиотом! — воскликнула она, вырывая ладони из его рук. — Ты знаешь, как я отношусь к семейной жизни.

Север действительно знал. После кошмарного личного опыта Элла решила, что брак не для нее. Куда лучше покупать и любовь, и вкусный ужин, и «благодарные уши», готовые выслушать что угодно.

В ее доме желаний работали как замаскированные под обычных посетителей психологи, так и талантливые куртизанки, способные удовлетворить любую прихоть клиента.

Почти любую. На некоторые вещи в заведении Элоиз было строгое табу.

— Ну как? — спросил седовласый уродец, отступая. — Завидный я жених?

— Отвратительный! — фыркнула подруга. — Ты точно уверен, что инкуб явится на этот глупый бал? Он ведь наверняка понял, что письмо видел кто-то еще. Или нет?

— Я читал материалы по прошлым его жертвам, — став серьезным, сказал ведьмак. — Он не хищник, использующий женщин. Он романтик в поисках своего идеала. Инкуб ищет единственную, к ногам которой мечтает бросить весь мир. Каждый его роман начинался, как красивая сказка. Потом избранница чем-то разочаровывала своего любовника, и это приводило к ужасному концу. Окончательно осознав, что выбрал не ту женщину, он забирал ее молодость, что позволяло ему полностью менять свою внешность, и отправлялся на поиски очередной «единственной».

— Жесть. — Элла передернула плечами, в красках представляя такого «принца».

— Заводя отношения, инкуб не планирует причинять боль своей женщине, этот ненормальный жаждет жить с ней долго и счастливо. И ты хочешь сказать, что псих с таким профилем пропустит свадебный отбор? — вскинул бровь Ян.

— Вряд ли, — немного подумав, ответила рыжая.

— Вот и я о том.

— Но как ты планируешь его узнать среди гостей? Он же в новом образе.

— По поведению, по взгляду… по обстоятельствам. Согласись, в изолированном помещении найти среди двадцати пяти претендентов одного повернутого на семейной идиллии маньяка проще, чем среди миллионного населения нашего славного города.

Элоиз согласилась. Молча. Паузу, повисшую в гримерке, нарушил очнувшийся лэптоп, на экране которого крупным планом возникло лицо брюнетки с малиновыми прядями в черных волосах.

Девушка помахала узкой ладошкой, затянутой в черную митенку, зрителям и, радостно улыбаясь, сообщила, что утром их ждет большой сюрприз, о котором пока нельзя говорить. Маленькая интриганка в розовых очках на пол-лица продолжала болтать, но Северьян ее не слушал.

— У тебя что, блог этой козы на таймер поставлен?! — В недоумении он воззрился на подругу.

— Почему нет? — невинно хлопнула ресницами та. — Должна же я быть в курсе, что там мутит твоя Медуза, пока ты не нашел на нее управу. Врага надо знать в лицо.

— Да какой она враг? — отмахнулся охотник. — Так, головная боль. Малолетка, жаждущая внимания.

— Ну, положим, внимание у нее было и без нападок на тебя — «Своими глазами» весьма популярный блог. Сейчас же очевидно, что девушка жаждет вендетты. Не вспомнил еще, чем ее обидел? Может, бывшая любовница? Или родственница какого-нибудь подонка, пойманного тобой? Или…

— Эту ямочку на щеке я бы запомнил. — Он снова посмотрел на экран. — Без понятия, кто она такая, мы раньше не встречались. Поймаю метаморфа — займусь ею тоже.

— Что-то нарыл на нее? — заинтересовалась Элоиз. — Вычислил, где живет?

— Нет. Магическая «следилка» канула в небытие, погнавшись за их эр-байком…

— Но? — Глаза женщины блеснули азартом.

— Но я знаю, где именно это случилось, и уже запросил список собственников, владеющих земельными участками в подпространстве.

— Думаешь, Медуза прыгнула в портал?

— Уверен.

— Та-а-ак. — Рыжая потерла в предвкушении руки, посмотрев на застывший кадр с лицом улыбающейся брюнетки. — Скоро мы узнаем, что ты за ягодка у нас, очень скоро…

— Сначала работа, Элла, — охладил ее пыл Север. — И свадебный отбор.

На главной площади Айгрэма…

Стоял погожий солнечный денек, на небе не было ни облачка. Оно и понятно, ведь все они пушистой ватой окутали «хрустальный замок», стены которого переливались разными цветами радуги.

Казалось, будто это чудо архитектуры вырезано изо льда. Высокие башни, острые шпили, ажурные окна с голубоватым свечением… Сказочный дворец альвенгов ждал гостей. А гости, включая меня, ожидали, когда наконец рассеется густой туман, и двери призывно распахнутся, приглашая нас войти.

Собравшиеся на площади леди радовали глаз белоснежными платьями: от пышных кукольных, как мое, до узких вечерних. Мужчины же все, как один, были в черных костюмах и светлых рубашках с галстуками.

Кроме претендентов на «большую и чистую», вокруг нас толпились те, кому этот шанс не выпал. Гварды во избежание неприятных инцидентов оттеснили их за магический заслон, прозрачной стеной окружавший участников.

Помимо зевак, тут присутствовали и журналисты, освещавшие очередное явление волшебного замка, пара боевых магов и кто-то из городской администрации.

Когда летающий остров опустился на землю впервые, народ решил, что сам небесный отец с лунной матерью осчастливили визитом своих детей. Потом, конечно, выяснилось, что остроухие — иномирцы, приходящие к людям и прочим разумным существам, чтобы выявлять истинные пары.

Но даже сейчас некоторые рьяно верующие считали альвенгов посланниками божественной четы. И связывали ангельское око с ангелами из их свиты. Хотя ничего ангельского, по словам очевидцев, во внешности загадочных оракулов не было.

Хотя нет дыма без огня. Сведения об альвенгах окутаны не меньшим туманом, нежели их обитель. А брачная метка, полученная в летающем замке, напоминает ту, что возникает после магического обряда в наших храмах.

Правда появляется она на руках, а не на лицах молодоженов, что, в общем-то, несущественно. Зато стиранию этот свадебный орнамент не подлежит — и вот это как раз важно, даже очень.

То есть при неудачном раскладе я могу оказаться безвозвратно замужем уже через… хм… пять часов? Что ж, надеюсь, мои подписчики оценят такой риск! Пока я размышляла на тему сумасбродности очередной своей затеи, облака расступились, открывая сверкающие ступени.

Посланник от городских властей толкнул короткую напутственную речь и дал отмашку толпе приглашенных отправляться на отбор. Мы и пошли… неспешной походкой.

Ну а как иначе, когда большинство женщин явились на каблуках, а мужчинам как-то неприлично было обгонять спутниц. В дверях стояла улыбающаяся светловолосая девчушка лет пятнадцати с аккуратными круглыми ушками, как у людей.

Поговаривали, что это аватар замка, и что для каждого вида претендентов она меняет внешность, чтобы быть похожей на визитеров. Девочка пожимала руку всем гостям, без слов определяя, приглашены они или нет.

Альвенгам не требовалось документальное подтверждение личности, что исключало любую подмену.

— Приветствую в нашей обители, Мариэлла,— все так же солнечно улыбаясь, кивнула она. — Зови меня Ангеликой.

Я вежливо поздоровалась в ответ и, судорожно вздохнув, переступила «хрустальный» порог внезапно ослабевшими ногами. Подавила паническую мысль о непоправимости совершенной ошибки, гордо вскинула голову и, запутавшись в пышных юбках, оступилась, однако была вовремя поймана идущим следом мужчиной.

Вместо благодарности я с изяществом слона в посудной лавке наступила бедняге на ногу, но он стоически это вынес, сказав лишь:

— Осторожнее, леди.

Преисполненная сожаления, я взглянула в лицо спасителя и… отшатнулась, едва не споткнувшись снова.

Заросший бородой уродец смотрел на меня темным оком, в то время как второй его глаз был мутно-белым, незрячим. Бр-р… Жуть!

Однако негоже вести себя, как кисейная барышня, падающая в обморок от любого шороха. Задавив в зародыше первую реакцию, я вымученно улыбнулась пожилому джентльмену и искренне извинилась за свою неуклюжесть.

— Ноги не держат, перед глазами от волнения все плывет, — оправдавшись, смущенно потупилась, чувствуя, как к лицу приливает краска, которую не в силах скрыть даже слой тонального крема.

— Готов предложить вам свою руку. — Голос у незнакомца был низкий и слегка хрипловатый, будто простуженный. — Если вас, конечно, не смущает мое…

Он не договорил, лишь неопределенно махнул рукой возле своего лица и болезненно скривился.

Я бы отказалась, но подтверждать тем самым его подозрения не хотелось, поэтому уверенно положила пальцы на его предплечье.

— Идемте!

— Яша, — представился седеющий брюнет с красивой черной тростью в руке.

Имя никак не сочеталось с его внешностью. Ему бы куда больше подошел какой-нибудь Вальдемар или Владислав, но уж точно не Яков.

Имена в нашем мире люди получали при крещении: их выбирал оракул небесного храма — большой висящий в воздухе кристалл. На нем во время обряда и появлялась надпись.

Оракул же определял и стихию, из которой ребенок, если он маг, будет черпать энергию. Впрочем, некоторые родители предпочитали называть своих детей сами, давая малышу еще и мирское имя, но многие по-прежнему чтили традиции. Поэтому не было ничего удивительного, что тот, кому так идет имя Вальдемар, на самом деле оказался Яшей.

— Мари, — в свою очередь назвалась я.

— Знаете кого-нибудь из собравшихся? — спросил он, видимо, чтобы поддержать разговор.

— Я еще не всех разглядела, — ответила чистую правду. Его, к примеру, вовсе не видела до нашей встречи. Гости представлялись мне черно-белой стаей, и разобрать, кто есть кто, я пока не могла. — Вот начнутся конкурсы или что там приготовили для нас альвенги — и безликие мужчины с женщинами обретут свою индивидуальность.

— Конкурсы, говоришь… хм, хм.

Я покосилась на спутника. Было что-то неуловимо знакомое в его интонациях. Но вот что?

— Не любите конкурсы? — спросила задумчиво.

Откровенно разглядывать Якова мне казалось неприличным, но взгляд так и падал на его сгорбленную фигуру, манеру припадать на левую ногу в начищенном до блеска ботинке. На длинные пальцы с аккуратно подстриженными ногтями, на четко очерченный профиль.

Не будь шрама и сутулости, из этого типа вышел бы весьма симпатичный мужчина. А если убрать с лица лишнюю растительность, то Яша помолодел бы лет на десять как минимум.

Интересно, и почему же тогда жених, мечтающий встретить свою суженую, не побрился, идя на отбор? Странно!

— Да какой из меня конкурсант, деточка? — после непродолжительной паузы ответил кавалер и снисходительно так посмотрел с высоты своего немалого роста. А ведь он еще сгорбленный, как старик, хотя на вид ему не больше пятидесяти, а на деле, небось,  лет сорок или около того. — Если предложат сплясать или спеть, вряд ли осилю.

— Сдается мне, вы прибедняетесь, — прищурилась я, чуя какой-то подвох.

— Сдается мне, ты наблюдательна, — усмехнулся он уголком губ и подмигнул здоровым глазом. Изуродованная половина лица осталась неподвижной.

Яша обращался ко мне на «ты», говорил с легким покровительственным налетом, как старший родственник юной подопечной. У меня же язык не поворачивался перейти на неформальный тон. Седина смущала, да и жуткий шрам тоже.

Поэтому я осознанно выдерживала дистанцию, продолжая «выкать». Вот будет сюрприз, если этот джентльмен окажется моим единственным!

Нет, ни за что! И других тоже не надо. Медуза — птица вольная! То есть рыба… ну или это, как его… морское беспозвоночное!

В молчании мы преодолели широкий коридор с зеркальными стенами, на полу которого поблескивали алые стрелки, показывающие путь, и вошли в просторный зал. По его низу стелился золотистый туман, а с потолка свисали большие шарообразные люстры, излучавшие свет, будто миниатюрные солнца.

Красиво, ярко, необычно!

Следом за гостями на пушистом облачке влетела и Ангелика. Одаривая нас теплой улыбкой, девочка остановилась в центре зала и громко произнесла:

— Ангельское око счастливо лицезреть дорогих гостей в своей обители! Для сохранения тайны личности мы присвоим каждому из вас номер. По ним вы будете выбирать друг друга в конце первого тура. Затем над арками зажгутся числа. — Она махнула рукой на четыре выхода из зала, затянутые сейчас туманной дымкой. — Найдете в списке свое и отправитесь туда, куда вас пригласят. Пока же отдыхайте, общайтесь, танцуйте, знакомьтесь, влюбляйтесь и… — Девочка сделала многозначительную паузу. — Через полчаса я попрошу вас внести в схрон номер приглянувшегося избранника или избранницы! — сказав это, Ангелика дунула на раскрытую ладонь, и с нее, точно хлопья снега, полетели во все стороны белоснежные пушинки. Две из них опустились на наши с Яшей плечи, и, как по волшебству, на груди каждого вспыхнул номер. Крупный, четкий, объемный, но при этом совершенно неосязаемый — я проверила.

— Еще не женаты, а уже с клеймом. — Циничная улыбка исказила лицо калеки. — Вечер явно не будет скучным.

— Как ощущения, номер 21? — не удержалась от смешка и я.

— Как в цирке, тридцать третья, причем в роли клоуна, — вздохнул он.

— Да ладно вам, Яша! Надо получать удовольствие от ситуации. Потанцуем? — заслышав первые музыкальные аккорды, предложила я. Не потому, что хотела пуститься в пляс, просто возникло жгучее желание растормошить этого буку.

— Чего стоим? О чем грустим? — подскочило к нам небесное создание с хитрющими глазенками. Ангелика передвигалась на облаке, как на эр-борде*, успевая уделять внимание всем гостям. — Что вы вцепились друг в друга? Или уже все, выбор сделан?

Я посмотрела на своего нового знакомого — он на меня. Не сговариваясь, мы отшатнулись. Странно, но меня его реакция немного уязвила, а нахмуренные темные брови, хотя скорее уж бровь — одна половина его лица по-прежнему не двигалась — озадачила.

— Еще увидимся, — сказал Яша, кивнул на прощание и отправился гулять по залу, постукивая тростью. Больше для вида, нежели по необходимости. Спина его стала прямее, походка ровнее… Или у меня опять глюки?!

— Непременно, — пробормотала я, отступая в тень колонны. — Куда мы денемся с «подводной лодки»? — Проверив работу имплантов и очков, занялась тем, ради чего, собственно, и пришла — сбором информации и красивых кадров.

Делу время, потехе час.

Там же чуть позже…

Северьян медленно брел по красиво украшенному залу, не забывая опираться на трость. Внутри нее таилось записывающее устройство, которое снимало гостей. В основном, конечно, мужчин, но и женщины иногда попадали в кадр. Наблюдать за соискателями истинной любви было забавно. Публика оказалась настолько разношерстной, что даже принятый на этом отборе дресс-код не делал людей похожими.

Мимо, ведя под ручку пухленькую брюнетку, прошествовал низенький мужичок с лысой, как бильярдный шар, головой и серьгой в ухе. Его из претендентов на звание инкуба Вельский вычеркнул сразу — не тот рост, телосложение и вкус на женщин.

Хотя последнее у обольстительного душегуба после очередного перерождения могло и измениться, но первые две характеристики, если верить показаниям бывших невест, всегда оставались одинаковыми.

Остановившись возле колонны, ведьмак сделал вид, что отдыхает, сам же принялся внимательно наблюдать за гостями. Ну а что еще делать пожилому калеке на балу? Несколько пар танцевали в центре зала, остальные общались с потенциальными избранниками, переходя от одного к другому. Это напоминало свидание вслепую с той лишь разницей, что здесь не было никакой системы и обязательных пятиминуток.

Не нравится тебе человек, так и не разговаривай с ним — никто не неволит. Пока наметанный глаз охотника отметил всего девять мужчин, походивших по комплекции на роль беглеца. Все они были заняты общением с прекрасным полом и не обращали никакого внимания на седеющего уродца. Зато он внимательно изучал их.

Проводив задумчивым взглядом высокого длинноволосого блондина, направлявшегося к Мари, Северьян прищурился, насколько позволяла маскировка. После их расставания странная девушка в забавных старомодных очках и дорогом бальном платье так ни к кому и не подошла.

Она тоже прогуливалась по залу, как и он, вертела головой, что-то бормотала себе под нос и упорно отшивала женихов, жаждущих завязать с ней беседу. А этого красавца почему-то не отшила.

Плохо! Ведь он идеально соответствовал параметрам инкуба.

Или, может, потому и не отвергла его ухаживания маленькая ледышка? Пала жертвой природного магнетизма Ивана Старыкина, которому не нужны были приворотные зелья, чтобы соблазнять женщин, они сами западали на него, подсознательно чувствуя силу дара индиго.

Предположение Северьяну понравилось, а улыбка шатенки, подаренная кавалеру, — нет. Он попытался объяснить свою реакцию опасениями за жизнь Мари, но быстро осознал, что ему было бы одинаково неприятно видеть рядом с ней и того лысого коротышку.

Что-то зацепило его в миниатюрной куколке с ямочкой на левой щеке. Может, именно она… ямочка? Эта мелкая деталь раздражала и притягивала одновременно. Он уже видел похожую у своей «головной боли», чье лицо мелькало на экранах.

Но разве блогерша «с приветом» сунется в обитель альвенгов, где ее могут захомутать на всю оставшуюся жизнь, лишив возможности творить безрассудства? Ведь ни один нормальный мужик не позволит жене постоянно рисковать собой.

Хотя эта чокнутая и не на такое способна. Вполне в ее духе!

Вспомнив тематику последних сюжетов Медузы, Север скривился. В понедельник мелкая заноза в цветных очках ездила в ресторан, чтобы отведать блюдо из ядовитой змеи, которую настолько сложно правильно приготовить, что уже несколько поваров отравились, и двое из них до сих пор пребывали в коме.

Но ей же все фиолетово, кроме горячего репортажа! Сидела, описывала свои ощущения, улыбалась в камеру и с аппетитом уплетала убийственное жаркое.

Нет чтобы загреметь после этой трапезы в больницу и хоть на пару недель оставить его в покое! Как же, размечтался. Зараза заразу не берет!

Блогерша по сей день жива, здорова, полна сил, энергии и пакостных планов насчет «горячо любимого» охотника. Когда-нибудь он ее все-таки поймает. Скоро. Всыплет по первое число и выяснит, наконец, какие претензии она к нему имеет.

Рядом с ведьмаком остановилась миловидная брюнетка с номером 45 на пышной груди, обтянутой белым лифом. Кокетливо стрельнув глазками, девушка улыбнулась и… назвала свое имя его соседу. Слишком высокому и крупному, чтобы оказаться инкубом.

Сутулого калеку она попросту проигнорировала. Он не обиделся: хмыкнул понимающе и снова уставился на Мари и ее патлатого спутника, которые о чем-то оживленно спорили.

Северьяну следовало заниматься поисками убийцы, а он нет-нет да и задерживал взгляд на этой парочке. Засмотревшись на них, Вельский не сразу заметил приближение очередной невесты.

Вернее, не так, он просто не рассчитывал, что одетая в белые шелка красавица с высокой прической, украшенной диадемой, направляется именно к нему. Женщины старались обходить его, пугаясь шрама, хромоты, возраста — всего. Да они не особо его и волновали сейчас.

Зато, как выяснилось, он сам привлек внимание прекрасной нимфы. Обернувшись на ее оклик, Северьян понял, почему.

Он сразу узнал Лорель, несмотря на платиновый цвет волос и серебристого цвета  глаза. Сейчас она была настоящей, такой, как большинство сирен. И смотрела на него так, что стало ясно — тоже узнала!

Но как? В замке альвенгов ведь запрещены любые проявления магии, в том числе и амулеты. Или, может, упрямая девица вычислила его еще на улице? Хотя, скорее всего, к их встрече приложила руку слепая старуха — оракул Сиренити.

— Это судьба, Ян, — с придыханием сообщила Лора. — У нас даже номера — отражение друг друга! У тебя 21, а у меня 12.

Довольно грубо взяв ее под руку, охотник потащил девушку в самый безлюдный угол зала, чтобы она не испортила ему весь спектакль.

Тем временем…

«А трость ему не так уж и нужна», — подумала я, хмуро наблюдая за тем, как Яша уводит вглубь зала ослепительную блондинку.

Быстро, уверенно… без намека на хромоту.

А она просто-таки млела от его близости и смотрела на спутника такими влюбленными глазами, что и слепому было ясно — белобрысая прЫнцесса уже сделала выбор!

Я и сама не понимала, почему меня так раздражала эта сцена. Ну, не влюбилась же я в «старика» со шрамом, правда? Мы пообщались всего ничего — за это время даже симпатия не успела бы зародиться, не говоря о чем-то погорячее.

Хотя скрывать не стану, седеющий брюнет меня заинтриговал. И всякие несоответствия вроде его фальшивой хромоты лишь подстегивали интерес. Бесило другое: я отчего-то была уверена, что, кроме меня, на этом празднике жизни никто не позарится на сутулого калеку, а тут бац — и появилась «красавица», готовая бежать за своим «чудовищем», как собачка на поводке, позволяя ему довольно грубое обращение.

Стоп! А с чего это он с ней так невежливо себя повел? Со мной был — сама галантность. Может, они знакомы? И знакомство это, судя по поведению Яши, отнюдь не приятное.  

Новая версия, показавшаяся вполне логичной, подействовала, как лекарство, усмирив всколыхнувшееся недовольство. Вернулся прежний деловой настрой, а мысли о женихах отошли на задний план.

В конце концов, я сюда не за Яшей следить пришла, а работать. И работала бы себе спокойно, если бы меня постоянно не отвлекали. То один кавалер жаждал познакомиться, то другой… и что их всех привлекало в «серой мышке»?

Наверняка платье ценой в трехмесячную зарплату среднестатистического служащего!

А длинноволосый блондин, явно знавший себе цену, и вовсе прилип, как банный лист. С трудом удалось отказаться от танца, на котором он так настаивал, обещая море незабываемых ощущений.

Тоже мне… мистер Обаяние!

А еще мистер Самомнение и мистер Я-знаю-как-будет-лучше-для-тебя.

Не люблю таких, хотя… его мужская настойчивость, как и уверенность в себе, бесспорно, привлекали. Бросив очередной взгляд в сторону, куда ушел Яша с блондинкой, я развернулась на сто восемьдесят градусов и… уперлась носом в уже знакомый фрак с позолоченными пуговицами.

— А как насчет следующего танца, номер тридцать три? — спросил белокурый искуситель, ослепительно улыбаясь.

Я чуть не брякнула: «Только через мой труп», но быстро сообразила, что фраза неуместна, поэтому вежливо… ну почти вежливо процедила:

— Может быть, как-нибудь потом.

— Ловлю на слове! — обрадовался номер пятьдесят, будто я ответила ему твердое «да». При знакомстве он назвался Эвантаром или просто Эваном. Красивое имя, ему шло.

— Хорошо, — решила не спорить с этим упрямцем. — Но не раньше, чем через три танца, — выдвинула условие, надеясь, что правило «с глаз долой — из сердца вон» в его случае тоже сработает.

— Договорились!

Я уже собралась с чистой совестью его покинуть, как Эван снова остановил, поймав меня за руку. Чуть сжал запястье, вызывая странное тепло, заструившееся по коже. Затем погладил большим пальцем голубоватую вену и тихо… так, чтобы слышала только я, произнес:

— Ты идеальна, Мари. В первом туре я выберу тебя.

Я вздрогнула, услышав признание. Вроде не было недостатка в поклонниках у всех трех моих личин, но… этот конкретный вызывал некое смятение, что нервировало. Странный тип! Не менее странный, чем Яша. И как бы я не относилась к красавчикам-сердцеедам, Эван меня тоже интриговал. Сильно.

Тряхнув волосами, чтобы избавиться от навязчивых идей, я выдавила в ответ улыбку, отняла свою руку и пошла… просто пошла, надеясь уйти подальше от обоих объектов моего любопытства. Не хватало еще тратить время на мужчин, когда вокруг столько всего интересного.

Например, Ангелика, парившая, подобно маленькой фее, на источавшем свет облачке. Чем не шикарный кадр для статьи?

Спустя три танца…

Эван все-таки добился своего! Вернее, попытался добиться, найдя меня взглядом в толпе. И я даже готова была исполнить обещание, так как успела наснимать кучу красивых кадров и с чувством выполненного долга могла позволить себе танец с молодым человеком, воспылавшим ко мне симпатией.

Но что-то внутри сопротивлялось этому решению.

Он появился на горизонте, будто парусник среди черно-белого моря гостей. Длинные светлые волосы, фрак и белая рубашка с бриллиантовыми запонками, дорогой галстук и пуговицы с узором, каждая из которых — маленький шедевр.

Мечта, а не мужчина! Широко улыбаясь, блондин неспешно двигался ко мне, уверенный, что никуда я от него не денусь. Зря!

— Потанцуем? — спросили хриплым голосом за спиной. От неожиданности я вздрогнула, но, слава небесам, не подпрыгнула, хотя и очень хотелось.

— Вы же отказались! — обернувшись к старому (ну, относительно старому) знакомому, заявила я.

И когда только подкрался? Я ни шагов не слышала, ни стука трости. Однако чему удивляюсь? Музыка играла, гости веселились, и внимание мое было приковано к другому… который, кстати, так не вовремя застрял в кольце налетевших на него поклонниц.

Или, наоборот, вовремя?

— Понял свою ошибку, раскаялся и вот… приглашаю прекрасную леди на танец, — полушутя-полусерьезно сказал Яша.

— Что же вы свою принцессу не пригласили? — буркнула я и смутилась, понимая, что сдала себя с потрохами. Уголок мужского рта дернулся, темная бровь насмешливо изогнулась. Не желая, чтобы надо мной потешались, я, к своему стыду, его «уколола», сказав: — Такую колоритную пару сложно было не заметить. Красавица и чудовище. — А потом тихо добавила: — Простите.

— Прощу, если спасешь меня, — продолжал иронизировать собеседник.

— От красавицы? — Я улыбнулась, мысленно радуясь, что он не обиделся.

— От чудовища! — Яша воровато оглянулся. — Это только с виду она симпатичная… как и твой кавалер.

— Кавалер? — Я прищурилась. Значит, и меня все это время пасли, ну-ну.

— На какие жертвы не пойдешь, чтобы избавить друг друга от нежелательных партнеров. Верно, Мари? Идем, научишь старика танцевать. — Он подарил мне кривую улыбку и протянул раскрытую ладонь. — Выбирай: безопасный и надежный я или крайне опасный и ненадежный нарцисс.

— Кто тут еще нарцисс, — проворчала, намекая на чью-то излишнюю «скромность», а потом уверенно вложила пальцы в его руку. Яша их мягко сжал и неожиданно поднес к губам, коснувшись легким поцелуем. Я опешила, а Эван, наконец добравшийся до нас с парой щебечущих красоток на хвосте, возмущенно заявил:

— Этот танец мой!

Чуть пожала плечами, мол, кто не успел, тот опоздал.

— Пригласи кого-нибудь другого, братец, — предложил Яша, уводя меня из-под носа едва ли не самого блистательного жениха на свадебном балу. — Уверен, к тебе очередь выстроится.

Судя по выражению лица, блондину только что плюнули в душу. И даже общество двух поклонниц его не радовало. Ох, как бы не нарваться на неприятности — такие типы, как он, отказов не прощают.

На холеной физиономии Эвантара безошибочно читалось: «Хозяин жизни». Подобные ему купались в деньгах и покупали все, что приглянулось, а если не продавалось, получали вожделенную вещь иным путем.

Вещью мне быть не хотелось еще больше, чем ссориться с пятидесятым номером. Так что выбор я сделала правильный: безобидный калека безопаснее ловеласа, положившего на меня глаз.

Вдруг альвенги решат, что у нас взаимное притяжение, и обвенчают прямо в замке? Нет уж! Знавала я таких мужчин, стремившихся любой ценой заполучить леди «М» в любовницы.

Ну их всех в болото! Свобода дороже!

— Хромота танцевать не помешает? — поддела я спутника, когда мы под первые аккорды новой песни вышли на середину зала.

— Сейчас проверим. Но если вдруг ножку отдавлю, ты уж прости. Не со зла.

Все бы хромые так танцевали! Как ему удавалось припадать на ногу и одновременно кружить меня по залу — загадка.

Да и не надо мне было это понимать, я просто наслаждалась музыкой, опытным партнером и беседой, больше похожей на вытягивание информации друг из друга. Одинаково безрезультатное.

Чем больше спрашивала Яшу о жизни, тем виртуознее он уходил от ответа. Его интерес к моей персоне я пресекала также лихо, отшучиваясь или переводя стрелки на что-то другое.

Одним словом, хорошо поговорили! Ни о чем! Но послевкусие все равно осталось очень приятное.

Когда музыка затихла, кавалер галантно предложил мне руку, которую я охотно приняла, и, постукивая тростью, повел меня к самому дальнему диванчику. Дальнему от Эвана, все это время сверлившего нас взглядом.

Удивительно, что от такого внимания я не споткнулась, а мой спутник не потерял свою элегантную палку. Впрочем, далеко уйти нам не удалось. Вместо объявления очередного танца Ангелика, вылетевшая на середину зала, радостно воскликнула:

— Время выбора, леди и джентльмены! Уверена, что каждый из вас уже нашел себе пару по вкусу, даже если не удалось ближе познакомиться со всеми участниками нашего свадебного отбора. Прошу вас встать полукругом, — начала раздавать указания звонкоголосая «фея», — чтобы я никого не пропустила, когда буду собирать в схрон фанты.

— Фанты? — переспросила пухленькая брюнетка, рядом с которой, точно коршун, вился лысый кавалер. — Но у нас же нет…

— Будут! — уверенно заявила девочка, глядя на нее с облачка, висящего где-то в метре над полом. — Сейчас все окончательно соберутся — и все будет! — заверила она, весело подмигнув ее спутнику. Забавно, но мужичок, похоже, смутился, зато его пассия расцвела счастливой улыбкой.

Мы с Яшей, как шли под руку, так и встали. И все было бы хорошо, если бы Эван не оттеснил моего соседа с другой стороны и не занял его место, окинув при этом меня таким выразительным взглядом, будто я уже лет пять как его жена, которая, пользуясь случаем, решила сходить налево.

Напрасно он так. Если поначалу блондин меня заинтриговал и даже чем-то понравился, сейчас я откровенно его побаивалась.

«Принцесса», охотившаяся на Яшу, в отличие от Эвана, к нам не подошла. Зато заняла позицию напротив, чтобы отлично видеть искомый объект, и чтобы он, в свою очередь, постоянно лицезрел всю такую прекрасную ее.

Я наморщила носик и поправила очки, запечатляя на камеру образ блондинки. Она меня по-прежнему раздражала, но значительно меньше, нежели мистер Совершенство.

— Ловите снежинки! — радостно воскликнула Ангелика, пританцовывая на облаке.

 Раскинув в стороны руки и подняв вверх голову, она смотрела на большой светящийся шар, свисающий с потолка, а он излучал… или, скорее, извергал целый поток сверкающих крупных ледышек, которые плыли по воздуху на радость почтенной публике  и оседали в протянутых ладонях мужчин и женщин. Это было так красиво, что я на время забыла об Эване.

— Поймала? — спросил Яша, улыбаясь правым уголком рта.

— Ага, держу! — Я ухватила за тонкий хвостик ледяную красавицу. Размером она была с кленовый лист, но совершенно невесомая и, что странно, не холодная.

— А теперь золотые перья! — торжественно сообщила Ангелика, и многофункциональный шар, будто рог изобилия, осыпал нас… хм… перьями.

Действительно золотыми! В пишущие инструменты с пушистыми хвостиками они превращались, только попав в чьи-то руки. А так… перышки как перышки, разве что блестят.

Возникла малодушная мыслишка прикарманить себе парочку на память, но я решила не рисковать. Зато все старательно снимала, пытаясь не вертеть головой, чтобы запись получилась идеальной. Красота ведь! Красотой надо делиться с миром!

— Напишите на снежинке номер того, кто вам понравился больше всех. И запомните: мальчики выбирают девочек, а девочки мальчиков! А то бывали казусы! — Ведущая шутливо нам всем погрозила, вызвав ответные смешки. — Приступайте, я жду!

Она снова подняла руки, будто хотела дотянуться до люстры, и сияющий шар, реагируя на ее жест, отправил вниз последний сюрприз: большую призрачную чашу. Судя по тому, как обняла ее Ангелика, этот полупрозрачный сосуд был очень даже осязаем.

— Мари, я выбрал тебя и рассчитываю на взаимность, — напомнил о своем присутствии Эван.

Адово пламя! Я только о нем забыла.

— Мари… — наклонился с другой стороны Яша, но договорить не успел, потому что я недовольно прошипела, забыв о привычном «вы»:

— Если и ты скажешь, что рассчитываешь на взаимность, я напишу номер вон того симпатичного рыжика, и не важно, что мы с ним даже не знакомы.

— Вообще-то, я хотел сказать, что у тебя тушь слегка потекла, но могу и помолчать.

— Где? — Я занервничала. В чародейской лавке меня убеждали, что это самый стойкий грим на магической основе, и нате вам! Неужели чары в небесном замке и впрямь не действуют? Вдруг и цвет волос сам собой сменится?

— Тут. — Он аккуратно тронул кончиком указательного пальца уголок моего глаза, отодвинув очки. Присмотрелся, кивнул, довольный результатом своих трудов, и подарил свою фирменную кривую улыбку. — Так-то лучше. Не волнуйся, тридцать третья. Ты по-прежнему очаровательна. — И как это понимать: пошутил или серьезно так считает?

Я покачала головой, забыв об имплантах, которым такая встряска мешала работать, и тихо хмыкнула, видя, как узорчатая снежинка на глазах уплотняется, превращаясь в тончайшую пластину с резными краями. На ней-то я и вывела «21».

Естественно, под прикрытием ладони, чтобы кое-кто ироничный не увидел. И кое-кто с замашками сталкера — тоже.

Пока писала, сосед со шрамом, как и я, выбрал себе пару, затем перевернул снежинку, пряча результат от чужих глаз. Меня распирало от любопытства, и я выразительно посмотрела на Яшу. Он — на Ангелику. И физиономия при этом была такая невозмутимая, что аж треснуть захотелось.

Сообразив, что слишком увлеклась игрой в циферки, я смущенно улыбнулась девочке на облаке и тоже принялась ждать.

— Закончили? — спросила она. Нестройный хор голосов и отдельные кивки стали ей ответом. — Тогда бросайте фанты сюда! — скомандовала «фея». Она опустилась ниже и начала облетать с протянутой чашей гостей.

Шанс увидеть номер Яши во время попадания пластины в схрон успехом не увенчался, потому что похожие на картонки снежинки свернулись трубочками, спрятав числовое отражение чужих симпатий.

Что ж… иногда можно и превозмочь любопытство.

— А дальше что? — снова спросила нетерпеливая брюнетка, когда Ангелика собрала последние результаты.

— Веселитесь, отдыхайте, — ответила девочка. — И не забывайте поглядывать на арки. Как только туман рассеется, над ними зажгутся ваши номера, указывая верный путь. Тогда и состоится второй тур.

— А…

— Всему свое время, Айрин, — мягко перебила ее ведущая, прижимая к груди чашу с фантами, будто драгоценный дар.

Мне даже почудилось, что карточки снова засеребрились, замерцали, точно свежий снег. Или это светилась сама чаша?

Ангелика умчалась прочь и скрылась в тумане, а в зале снова заиграла музыка, послышался смех и говор гостей, делившихся впечатлениями.

— Потанцуем? — спросил Эван, поймав меня за локоток. И тон его, и взгляд говорили: «На этот раз не отвертишься». — Ты обещала, Мари! — с нажимом добавил он.

Я почувствовала, как напрягся Яша. Даже воздух между нами стал каким-то тяжелым, вязким. Понимая, что этот не лишенный благородства джентльмен может и в морду дать моему навязчивому поклоннику, предостерегающе сжала его руку и тихо сказала:

— Пойду, раз обещала. — Хотя, если подумать, обещанием мои слова можно было назвать с большим натягом. — От меня не убудет.

Драка — это, конечно, хорошо для репортажа… эмоционально, зрелищно. Но только если яблоко раздора — не я, а кто-то другой. К тому же я искренне переживала за своего защитника, его и так жизнь побила, не хватало еще нарваться на кулак блондина на глазах у пятидесяти гостей.

К чести Эвана, он терпеливо дожидался, пока я распрощаюсь с предыдущим кавалером. К чести Яши, препятствовать моему решению он не стал, но и далеко не ушел. Встал у ближайшей колонны и, вертя в руках трость, принялся сверлить нас взглядом, как давеча делал блондин.

К своему стыду, признаюсь, что мне это даже понравилось. А потом к Якову белым вихрем подлетела сахарная блондинка, чем и подпортила мое прекрасное настроение.

Хотя, казалось бы, с чего?

Сама кружу по залу в объятиях мистера Совершенство, который вновь источает обаяние и осыпает меня комплементами. А не первой свежести уродец с каменной физиономией беседует с «принцессой».

На кой мне мужчина с фальшивой хромотой, слепым глазом и раза в два меня старше? Правильно, не нужен! Мне тут вообще никто не нужен.

Эх… надо было все же выбрать рыжего незнакомца под номером тринадцать или написать «ноль» на снежинке, чтобы сразу стало ясно: не понравился никто!

Немного позднее…

Северьян придирчиво смотрел на удивительно красивую пару: воздушная, как зефир, шатенка с «шоколадными» глазами и высокий светловолосый… хм… «крем», который очень хотелось размазать по начищенному до блеска полу.

Инстинкт защитника вопил и требовал вырвать нежное создание из лап смертельно опасного кавалера, но… в опасности Эвана (конкретно, в смертельной) ведьмак как раз таки и сомневался. Слишком напористо вел себя блондин, слишком открыто.

А ведь инкуб наверняка знал, что письмо с приглашением прочитано кем-то из следственной группы, потому что других в опечатанном помещении попросту не могло быть. И что искать его будут на отборе, тоже должен был догадаться. А этот хлыщ вел себя нарочито неосторожно.

Или он по жизни такой? Испорченное дитя богатенького папочки, привычное получать все, на что укажет перст. Север таких терпеть не мог. А Мари, судя по улыбке, новый кавалер все-таки нравился.

Жаль. Он думал, она умнее.

— Ты скоро прожжешь в них дыру, — недовольно прошипела сирена, тоже глядя на танцующую пару. С затаенной завистью и откровенным непониманием.

Что Вельский нашел в этой «бледной моли»? Кроме роскошного платья и посмотреть не на что!

Мелкая, щуплая, грудь второго размера, не больше, плечи угловатые, волосы… ладно, волосы ничего: густые, блестящие, со светлыми прядями в каштановой гриве. Но цвет такой посредственный, что взгляд не цепляет. Еще и старомодные очки!

Сейчас можно было сделать любую операцию на глаза по приемлемой цене. А если нет, то купить один из видов линз. Очки носили только древние бабки и эта вот «моль», которую старательно обхаживал ее мужчина.

ЕЕ! Оракул же сказала, что они идеально подходят друг другу. И альвенги, одобрившие заявку Лорель на участие в свадебном отборе, лишь подтвердили слова слепой старухи из подводного храма.

Тогда почему Северьян, сухо отвечая на вопросы сирены, а то и вовсе их игнорируя, пожирал глазами другую?

— Ты точно выбрал меня в первом туре? — на всякий случай уточнила она, дернув его за рукав, да так и не убрала ладони с предплечья.

— Мы же договорились. — На этот раз он соизволил на нее посмотреть. Свысока, будто надоедливой «молью» была она, а не та шатенка. — Ты не срываешь мое прикрытие, я — пишу на карточке твой номер.

— А в следующем туре тоже напишешь мой?

— А о следующем договора не было, — чуть насмешливо ответил охотник и аккуратно повернул трость, снимавшую гостей, к рыжему парню приятной наружности, который смешил свою молоденькую партнершу, кружа ее по залу.

Этот джентльмен тоже подходил на роль инкуба. И хотя ведьмаку очень хотелось арестовать именно Эвана, он продолжал методично отслеживать остальных кандидатов, намереваясь потом составить их фотороботы и разыскать каждого, чтобы тщательно проверить биографию и вычислить маньяка, ворующего не только молодость своих женщин, но теперь и жизнь.

— Так давай договоримся! — осознав ошибку, потребовала Лорель.

— Поздно.

— Ты не можешь…

— Туман рассеялся, над арками зажглись номера участников, — перебил он ее возмущенный вопль, безжалостно отцепляя холеные пальчики с перламутровым лаком от своей руки. — Пора отправляться на второй этап этой клоунады.

Сказал и ушел, оставив сирену глотать ртом воздух.

— Ну и хам! — Бархатные нотки мужского голоса заставили возмущение отступить. — Как можно бросить такую красавицу? — Обернувшись, Лорель увидела участника с номером одиннадцать на плече. — Меня зовут Виктор, а как зовут вас, прекрасная принцесса? — Высокий широкоплечий брюнет с улыбкой бога галантно поцеловал ее руку.

— Лорель, — кокетливо мурлыкнула блондинка.

Ну почему не Виктор был единственным мужчиной-сиреной, а тот несносный упрямец в гриме? Этого джентльмена, судя по восхищенному взгляду, обращенному к ней, она бы быстро обольстила.

Через десять минут…

С Яшей нас альвенги, как выяснилось, развели. Зато номер 50 призывно горел над одной из арок рядом с номером 33, что вызвало у меня состояние, близкое к панике, а у Эвана, идущего рядом, — победную улыбку.

Счастье, что кроме наших номеров, там были и другие. Забавно, но за арочными проходами, расположенными, казалось бы, на одной стене, открывались совершенно разные виды.

Там, куда приглашали нас, был залитый солнечным светом сад, расстеленный на поляне плед и несколько корзин для пикника. Даже зверушки какие-то бегали. Мелкие, пушистые.

С виду вроде зайцы, но почему-то четыреухие и шестилапые. Мутанты местного разлива! Ну, или просто качественная иллюзия.

Ведь, если подумать логически… откуда в замке сад под открытым небом?

Яшу с его «принцессой», которая сияла не хуже Эвана, найдя их номера в одном списке, ожидала терраса с накрытыми столиками и с видом на горное озеро. Другие группы гостей должны были отправиться на пляж с баром, украшенным цветочными гирляндами, или в подсвеченный ночными фонарями ресторан.

По всему выходило, что дальше нас будут кормить, причем в романтической обстановке. Интересно, что за выбор потом заставят сделать? Курицу или утку? Апельсины или персики?

Главное, чтобы не предложили мне Эвана под шубой и с яблоком в зубах!

Чудь дальше проступила еще одна арка. Она по-прежнему была затянута туманом, и никакие циферки над ней не горели. Но мое любопытство требовало если не сунуть туда нос, то хотя бы прогуляться поблизости. Зачем-то же пятый выход альвенги открыли, правда?

А раз он здесь есть, неплохо было бы выяснить, куда ведет. Заодно и от навязчивого красавчика отделаюсь. Хотя бы ненадолго.

— Куда это ты намылилась? — Эван снова изображал ревнивого супруга, зорко бдящего за своей неверной женой.

И почему этот тип не мог удержаться в образе хорошего парня больше пары минут? Только-только начал вести себя прилично, как его снова занесло. Я закатила глаза и тяжело вздохнула.

Потом медленно обернулась, окинула выразительным взглядом белобрысого нахала и вполне правдоподобно соврала:

— В дамскую комнату.

— Она в другой стороне, — не повелся на ложь дотошный блондин.

— Слушай, мы еще не женаты, чтобы ты следил за каждым моим шагом. Раз иду, значит, надо! Прогуляться хочу: ноги размять и о жизни подумать.

— Я могу составить компанию.

— Не стоит.

— Но я хочу!

— А я нет! Или мое мнение ничего не значит? — взглянула на него с вызовом.

Слава лунной матери, ему хватило ума отступить.

— Жду тебя на пикнике, Мари, — сказал он, пряча недовольство. — Смотри не заблудись.

— Альвенги выведут, — отмахнулась я. Удостоверившись, что Эван ушел вместе с большей частью нашей группы в солнечный полдень цветущего сада, медленно побрела вдоль «дверей» во второй тур.

Пока препиралась с кавалером, упустила из виду Яшу вместе с его блондинистой тенью. Решив, что это даже к лучшему, проверила, работают ли камеры в моих волосах и очках, затем тихо позвала Марка, надеясь, что наушник все же «оживет» и порадует меня голосом друга, однако тот по-прежнему был нем, как рыба.

Ладно, обойдусь и без поддержки извне.

Дойдя до арки, принялась вглядываться в густую дымку, надеясь хоть что-то там рассмотреть. Без толку. А я, признаться, рассчитывала на новые интересные кадры для своего репортажа.

Постояв немного и повздыхав разочарованно, собралась уже присоединиться к остальным, тем более Ангелика активно всех поторапливала, как вдруг услышала тихое:

— Прости…

Голос был, как привет из прошлого. Я на миг замерла, не веря собственным ушам, а потом бросилась в туман, сдавленно прошептав:

— Мама.

— Куда? — раздалось за спиной.

Меня грубо схватили за руку, но не смогли остановить. Более того, влетев в вязкое марево, я утянула за собой и Яшу, чей изрядно простуженный баритон не спутала бы ни с чьим другим.

Опять он подкрался бесшумно… дежавю.

За стеной тумана оказалась лунная ночь в жутковатом лесу, по земле вуалью стелилась белесая дымка, в которой мы стояли едва ли не по пояс.

— Слышала про кошку, которую сгубило любопытство? — шипел невольный сопровождающий, продолжая сжимать мою руку выше локтя, — будут синяки. — Это про тебя, Мари!

— Ага, — отозвалась я, даже не пытаясь вырваться.

Вглядываясь в пейзаж, я отчаянно искала маму, но, увы, безрезультатно.

— Надо быть полной идиоткой, чтобы так рисковать без видимой причины и на чужой территории.

— Ага, — повторила снова, не сильно вслушиваясь в его воспитательную речь.

— Ты беспросветно глупая или безбашенно смелая?

— Ага…

— Что «ага», Мари?! — рыкнул Яша, склонившись к моему уху.

Дыхание обожгло кожу, вызвав странное волнение. Вздрогнув, я обернулась и пару раз растерянно моргнула, будто только что обнаружила мужчину.

— Я… — запнулась, не зная, стоит ли делиться с малознакомым джентльменом личными переживаниями. Он выразительно приподнял бровь, побуждая к ответу, и, тяжело вздохнув, я решилась: — Я мамин голос услышала.

— А подумать о том, что твоя мама делает в замке альвенгов, куда пускают только по одобренным приглашениям, не судьба?

— Мама умерла.

— Тем более!

— Ты не понимаешь! — воскликнула я, раздражаясь, и выдернула свою руку из его хватки. — Прежде чем сюда придти, я перелопатила кучу материала про остроухих оракулов. Они способны не только находить идеальные пары, но и контактировать с миром духов, сдвигая временные рамки.

— Некромаги тоже контактируют, дальше что?

— Некромаги не в состоянии вызвать душу давно умершего человека! Альвенги — другое дело! Конечно, это могли быть просто байки, но… вдруг?

— Тебе много о них известно, — прищурился он.

— Да! И я рассчитываю выяснить еще больше.

— Так и знал, что ты сюда не возлюбленного искать пришла! — отчего-то развеселился Яша. — Сыщица? Или нет… Журналистка! Угадал?

— Какая тебе разница? — насупилась я. — Сам тоже не шибко похож на жениха, жаждущего вступить в брак.

— Почему это? — Он озадачился.

— Потому что тот, кто идет на свидание с любовью всей своей жизни, как минимум бреется!

— Пусть полюбит меня таким, какой есть. — Он хитро усмехнулся. — Иначе что ж это за любовь такая… избирательная.

— Ну да, ну да… И фальшивая хромота тебе нужна для проверки избранницы на вшивость. Если полюбит небритого и хромого, значит, точно подходящая. Так?

Он пожал плечами, не подтверждая и не опровергая мою догадку. Захотелось узнать, зачем ему в таком случае трость, но в кустах мелькнула белая тень, и я, забыв о Яше, рванула туда.

Успела всего пару шагов сделать, прежде чем нога соскользнула в притаившуюся в тумане воду, и, не чувствуя дна, я начала с испуганным «ай!» проваливаться в глубокую лужу… или в реку… а может, и в болото. Тень же растаяла без следа, будто ее и не было.

Упасть мне, естественно, не дали, чего нельзя сказать о туфельке.

— Это же мои любимые «платформы»! — взвыла я, порываясь вернуть свою потерю.

— А на фиг было лезть, куда не следует, не проверив дорогу! — припечатал спаситель.

— Пусти! — потребовала, вырываясь из плена… хм… трости. Яша удерживал меня, расположив палку поперек туловища, так что образовалось своего рода кольцо. Причем довольно тесное. — Как в одной туфле теперь ходить? — начала давить на жалость я. — Хромать, как ты? Вот уж увольте! Пусти, пока ее еще можно достать!

— Уверена?

— Нет! Но попробовать стоит.

Он резко отступил, убрав проклятую трость, давившую мне на живот, и я невольно пошатнулась, потеряв опору. Стоять на одном каблуке и правда было жутко неудобно, особенно, когда под босой ступней скользкая холодная трава. Чтобы не зацикливаться на неприятных ощущениях, я задала отложенный вопрос:

— Зачем тебе трость?

Присев на корточки, начала шарить рукой в густом тумане, но вместо воды наткнулась на что-то большое и пупырчатое, которое… дышало. На миг я застыла, обдумывая ситуацию, а потом вскрикнула и швырнула в него клач вместе с блокнотом.

Неопознанное существо замерло, обалдев от моей наглости, затем громко зевнуло, щелкнуло, как мне показалось, зубами и… начало подниматься из тумана. Отшатнувшись, я плюхнулась на траву и принялась торопливо отползать, теряя вторую туфлю.

А вовремя подскочивший Яша поприветствовал похожую на рогатого крокодила зверюгу ударом трости промеж налитых кровью глаз.

— За этим, — буркнул он, глядя, как вышеупомянутые глаза съезжаются в кучу, а само животное с тихим всплеском уходит под воду.

— Что «за этим»? — не поняла я, продолжая сидеть на кочке и зачарованно смотреть на странную дымку, таившую в себе не только мою обувь, но и монстров. А могла бы любоваться сейчас на пушистых зайчиков с двойным набором ушей.

— Трость, говорю, за этим! — Он рывком поднял меня на ноги и чуть встряхнул, возвращая в реальность. — А тебе очки зачем? — спросил, снимая их.

— Что? — очнулась я. — А ну, верни!

— Зачем, Мари? Местный зверинец на камеру снимать?

— Откуда ты… — Я замолчала, осознав. — Не было никакой туши под глазом, да?! Ты специально это придумал, чтобы лучше рассмотреть оправу! — Он снова улыбнулся правым уголком губ, а я, ткнув пальцем в небо, мстительно заявила: — У тебя борода отклеилась! — и возликовала, заметив, как он машинально поправляет свою нарочито неопрятную растительность. — Так и знала, что это тоже фальшивка! А шрам? Шрам хоть настоящий?

От допроса с пристрастием его спас «крокодил», который вернулся, вероятно, взять реванш. Еще и зрителей привел из числа чудовищ разной степени ужасности.

— Нас съедят? — с присущей мне в такие моменты тормознутостью поинтересовалась я, придвигаясь поближе к защитнику.

— Ну а чего ты хотела? Послушных гостей кормят ужином, а чересчур любопытные — сами ужин. Все по справедливости, — не скрывая сарказма, ответил Яша.

Прибила бы гада, но кто тогда будет нас спасать?

— Что дальше? Сбежим или у тебя другой план?

— Думаю над этим.

— Какой-то ты не сильно испуганный, — протянула я, прищурившись. — Почему?

— А ты?

— Я привычная, — сказала чистую правду, учитывая мой образ жизни.

— И я привычный. — Улыбка его была кривой. И не только потому, что левая сторона лица не работала. — Привык ловить хищников, — пояснил Яша, вынимая из футляра, коим служила трость, длинный острый нож. Ничего себе палочка! Мне бы такую! — Потанцуем, Мари?

Я охотно кивнула, подобрав с земли камень, который нащупала ногой. Помирать, так с музыкой! И с танцами, да! К тому же не было еще случая, чтобы из замка альвенгов не вышел кто-то из гостей. Хотя, наверное, ситуаций, когда гости лезли без приглашения непонятно куда, раньше тоже не было.

Рептилии, почувствовав наш воинственный настрой, притаились в засаде. Пользуясь их заминкой, Яша, волшебным образом излечившийся не только от хромоты, но и от сутулости, принялся плести путеводное заклинание. Быстро, ловко, профессионально.

Я аж залюбовалась его мастерством, на время забыв и о монстрах, и об очках, которые маг спрятал во внутренний карман своего расстегнутого пиджака, заявив, что они будут только мешать, если придется драпать.

Как в воду глядел! Громкая возня в тумане совпала с вспышкой активированного проводника, который, точно яркая звезда, повел нас по безопасному пути.

— А туфли? Туфли забыли! — в последний момент вспомнила я, но меня уже крепко схватили за руку и потянули прочь с шаткого островка, который начал странно проседать и хлюпать, будто планировал уйти под воду вместе с нами. — Ни хрена себе… танцы! — пропыхтела, швырнув камень в поднявшуюся из болота жуть, больше похожую на бесформенного слизняка, нежели на рептилию.

— Зажигательные! — отозвался мой заметно преобразившийся спутник, разрубив пополам упитанную змею, атаковавшую нас, и шибанув магией «крокодила». Заклинание попало ему по рогам, один из которых с неприятным хрустом обломился, а глаза снова съехались в кучу.  

— Если выживем, с меня ужин! — крикнула я, когда Яша резко вильнул в сторону, огибая неповоротливую образину, вставшую на пути.

Та разочарованно щелкнула зубами, поймав подол моего платья. Меня резко дернуло назад, но мужская ладонь, сжимавшая мою руку, удержала от падения и вырвала из пасти прожорливой зверюги.

Ступни саднили, но это была меньшая из моих проблем. Жалобный треск ткани сообщил об очередной потере, а крепкое словцо, слетевшее с губ, — о моей реакции на оную.

Я уже лишилась туфель и куска юбки, что дальше? Если к концу отбора останусь в одном белье, кому-то точно придется на мне жениться.

Ну, или я просто одолжу у своего спутника пиджак… в обмен на еще один ужин.

— Ужином, — будто подслушав мои мысли, процедил Яша, — не отделаешься.

Он откинул с дороги очередное живое препятствие, не дав ему как следует оскалиться. Поисковик призывно мигал, увлекая нас вглубь посеребренного луной леса. Под ногами была твердая земля, и это несказанно радовало, но туман по-прежнему мешал видеть всю картину целиком, и из него нет-нет да и вылезали какие-нибудь гады. Не то чтобы сильно агрессивные, но и не дружелюбные тоже.

Впрочем, проявить себя им никто не давал. Как только монстры оказывались на расстоянии удара, Яша отправлял их в последний путь или просто откидывал прочь, демонстрируя как прекрасную физическую подготовку, так и богатый арсенал боевых заклинаний.

— Кто же ты все-таки такой? — отдышавшись, спросила я, когда мы все-таки остановились передохнуть после довольно энергичной и насыщенной пробежки. — Кроме того, что маг. Военный? Или, может, гвард?

— Почти, — сказал Яша, совершенствуя магическое плетение, которое вывело нас на безопасную поляну.

Действительно безопасную, потому что за последние несколько секунд к нам никто не подбежал, не подлетел и даже не подполз.

— Нас за использование магии не накажут? — запоздало вспомнила я о правилах.

— Одной провинностью большое, одной меньше, — пожал плечами он.

— Куда теперь?

Я следила за отточенными движениями его длинных пальцев, не забывая при этом прислушиваться к враждебно настроенному окружению, в котором было все, кроме мамы, чей голос мне либо почудился, либо… меня просто сюда заманили, а я, как последняя дурочка, повелась.

Но кому и зачем все это понадобилось? Неужели альвенгам самим стало скучно от тематических балов, и они решили разбавить их «крокодилами»?

— На ужин.

— Э-э-э… опять? — Признаться, его заявление меня насторожило. — А на чей?

— Вот там и выясним.

На ужине…

— Значит, ты хотела попасть к альвенгам, чтобы поговорить с покойной матерью? — спросил Яша.

— Нет, конечно! Даже не думала об этом, просто шла за…

Я запнулась, в очередной раз решая: раскрыть свои планы перед этим мужчиной или не стоит. Что-то продолжало смущать в моем героическом спутнике. Не его любовь к маскараду, это я как раз прекрасно понимала и даже уважала.

Какая-то подсознательная ассоциация, которую никак не могла поймать, не давала полностью довериться ему, хотя, казалось бы, после пережитого мы должны были сильно сблизиться.

— За материалом, — подсказал Яша, поворачивая веточку с нанизанными на нее грибами, которые жарились над раскаленными углями.

— Точно! — Я бросила в рот пару крупных ягод, любезно собранных для меня Яшей. — За ним. Я же журналистка, — произнесла так, что у большинства закрались бы сомнения в правдоподобности легенды, но собеседник и бровью не повел, уверенный в своей правоте.

В принципе, он был близок к истине. Блогер, журналист… какая разница? Все мы — охотники за горячим сюжетом.

— Ну а ты зачем пришел? Вернее, за кем? — поддержала тему я. — Только не говори, что за женой. Не поверю! — заявила шутливо. — За кем-то следил? Ты сыскарь, я угадала?

— Можно и так сказать. — Он по-прежнему уклонялся от прямых ответов, но давал понять, что я мыслю в верном ключе. Этого мне пока хватало.

— И кто твоя цель? — Я съела еще немного малины. Сочная, сладкая — люблю такую. — Надеюсь, не та блондинка… как ее…

— Лорель.

— Надо же, имя рыбье! Хотя «килька» ей подошла бы больше.

— Вобла, — хрипло рассмеялся мой кормилец. — Сушеная.

— Не-е-ет, — заулыбалась я, бросив в рот очередную ягодку. — Для сушеной у нее слишком много… м-м-м… выдающегося рельефа. Так и быть, пусть будет Лорель-форель. Хочешь? — Я протянула ему остатки малины, и он даже съел пару штук прямо с моей ладони. Колючая щетина пощекотала пальцы, вызвав приятное волнение. То ли слишком долгое отсутствие близких отношений с мужчиной сказывалось, то ли стресс давал о себе знать, но реагировало мое тело на Яшу более чем благосклонно. — Еще? — спросила, когда он отстранился.

— Сама доедай, — буркнул маг, вновь уставившись на угли.

Оказалось, что, говоря об очередном ужине, он настроил поисковик на еду. Надеялся с его помощью найти выход в соседнюю… хм… ну, назовем ее реальность, куда гости отправились на трапезу, мы же обнаружили поляну с аппетитными ягодами и съедобными грибами.

Причем в нашем мире они созревали в разное время года, но после рогатых крокодилов и прочих шедевров чьей-то больной фантазии я уже ничему не удивлялась. Меню было скудным, но питательным.

А мы после недавних приключений сильно проголодались. Да и устали тоже. Счастье, что лес перестал пытаться нас прибить и даже расщедрился на угощение.

Мы сидели у разведенного магом костра, жарили грибы на палочке и разговаривали, отдыхая. Путь перестал изобиловать зубасто-клыкастыми препятствиями где-то с полчаса назад, но мелкие камешки, веточки и прочая гадость продолжали ранить мои босые ступни. Чулки не защищали.

От них нетронутой осталась только верхняя часть — та, что с кружевами, остальное было в многочисленных «стрелках» и дырках. Из сказочной невесты за считанные минуты я превратилась в чучело с хеллоуинского маскарада.

Тушь размазалась, на этот раз по-настоящему, ибо даже стойкий макияж не выдержал таких передряг, белое платье испачкалось и порвалось, местами сильно, так что в живописно выкусанном «разрезе» теперь виднелась моя нога с ажурной резинкой на бедре. Причем виднелась сзади. Так что пиджак просить все-таки пришлось.

Только этот паразит, косивший под калеку, без торга не сдался. Вынудил пообещать ему… завтрак! Потому что ужин и обед в списке моих долгов уже значились.

Первый — за спасение от болотной живности. Второй — за то, что пожилой джентльмен, в преклонном возрасте которого я теперь тоже сомневалась, часть дороги тащил меня на своей спине, желая уберечь мои многострадальные ножки от новых травм.

На самом деле за такое я готова была месяц водить его по ресторанам, однако мой скромный рыцарь в качестве заслуженной платы взял с меня слово поужинать с ним один раз, но там, где он сам решит.

Интрига, однако! Впрочем, почему нет? Главное, выбраться отсюда живыми и, желательно, поскорее.

— И все-таки? Зачем ты здесь, Яш? — Я вернулась к теме его задания.

— Из интереса, — немного помолчав, сказал Яша. Он попробовал жареный гриб, проверяя готовность. — Еще по работе, но, сама понимаешь, тайна следствия. На, ешь. — Он протянул мне веточку с аппетитно пахнущим вегетарианским шашлыком.

— Да я малиной уже сыта…

— Ешь, сказал! — Теперь его тон стал приказным. — Неизвестно, будет еще возможность отдохнуть и перекусить или нет. Ешь, Мари. Силы понадобятся. Я проверил, грибы совершенно безобидные.

— Как скажешь, — не стала спорить я. Не то чтобы испытывала сильный голод, но раз повар настаивает, почему не отведать приготовленное им блюдо? К тому же вышло очень вкусно!

Ближе к концу трапезы к нам прилетел «привет» от альвенгов, спустившийся с небес в виде кленовых листьев желтого цвета и серебристых перышек. Едва мы их поймали, как бесплотный голос, принадлежавший незримой Ангелике, торжественно сообщил:

— Сделайте правильный выбор, и для вас откроется дверь на третий тур! — прозвучало, как слоган из рекламы, что лично у меня вызвало нервный смешок.

— Не поняла. — Почесав кончик носа, я выразительно посмотрела на полную луну, с которой, собственно, и упали неожиданные дары. — А если выбор будет неправильный, мы тут жить останемся, что ли?

Невидимая девочка весело захихикала. Смех ее, похожий на перезвон колокольчиков, разнесло по округе лесное эхо. Стало не по себе, и я ближе придвинулась к Яше, который сидел на краю облюбованной нами коряги и с сосредоточенным видом вертел в руках пустую карточку.

Рядом лежала его многофункциональная трость, с которой маг не расставался.

— Чей номер впишешь? — спросила, сгорая от любопытства.

Если он сейчас снова увернется от ответа, как в прошлый раз, тресну его, ей богу!

— Разве у нас есть варианты, Мари? — скосив на меня взгляд, сказал Яша. — Тут только ты и я, а выбирать, насколько понимаю, надо из присутствующих. Можно, конечно, вспомнить о рогатом крокоди…

Я все-таки дала ему подзатыльник. Не сильно, но посеребренную сединой шевелюру взлохматила, хотя она и так не отличалась аккуратностью. После недавних приключений особенно.

— За что? — возмутился он, перехватив мое запястье.

— За сравнение меня с крокодилом!

— Ты права. — Яша виновато вздохнул, затем прищурился, разглядывая мое лицо здоровым глазом, и иронично добавил: — Сравнение с пандой будет уместнее.

— Ах ты… сам ты… крокодил! — обиделась я, но быстро оттаяла, видя, как он выводит на своем кленовом листе номер 33.

Помедлив немного, я с фальшивой обреченностью написала на карточке 21. Думала, Ангелика выйдет из тени, чтобы собрать результаты, но, к моему удивлению, листья рассыпались пеплом в наших руках вместе с перьями.

Едва волшебная пыльца растворилась в воздухе, как за деревьями возникла белая фигура, которую я уже видела раньше. Она приглашающе нам махнула и нырнула в наполненную белесым туманом арку, которая теперь отчетливо виднелась между стволами двух осин.

— Это что же получается… и был второй тур? — обалдело выдохнула я, переводя взгляд с «двери» на Яшу и обратно.

— ВИП-версия, — усмехнулся он. — Экстремальная. Специально для таких, как мы… привычных, — напомнил он наш недавний разговор.

— Охренеть! — поперхнулась воздухом я. — А выбор, значит, мы сделали правильный. — И, встретившись с ним взглядом, резко отодвинулась. — Охренеть, — повторила снова, внезапно осознав, что остроухие, возможно, не просто так свели нас с Яшей в отдельной реальности. — Охре…

— Мари, смени пластинку, — проворчал он, поднимаясь и отряхивая штаны. Костер давно потух, но маг все равно удостоверился, что от неосторожной искры пожара не будет. — Пойдем, пока альвенги не передумали.

— А могут?

— Вполне. Учитывая набор нарушенных нами правил.

Я кивнула, торопливо встала, одернула юбку, плотнее закуталась в мужской пиджак и на деревянных ногах зашагала к цели, продолжая обдумывать ошеломившую меня догадку. Естественно, споткнулась, едва не добавив к своему плачевному состоянию еще и разбитый нос.

Когда Яша, вручив мне свою драгоценную трость, поднял меня на руки, я была ему благодарна. И только когда он внес меня в ярко освещенный зал, полный других участников отбора, осознала, как это все выглядит со стороны.

Матерь лунная! Нас точно сегодня поженят!