Свадебный переполох в Академии. Ректор в игре (не) участвует

— Марина, закрой глаза и прыгай! — скомандовал тренер Костя.

Я поморщилась. Терпеть не могу всякие тренинги, тимбилдинги и прочее в этом духе. Бесполезная трата времени, которое можно потратить на работу. А ведь сделать ее все равно придется, вне зависимости от того, участвовал ли ты в этом беспределе.

Но тут было никуда не деться. Начальство устроило тренинг командной работы и взаимного доверия, все оплатило, а нашего мнения никто не спросил.

Так что теперь я как дура стояла на табуретке, и все коллеги, усмехаясь, смотрели на меня.

— Не бойся! — продолжил третировать меня Костя. — Если что — Миша тебя поймает!

Мой напарник в этом упражнении — айтишник Миша — гордо выпятил худую грудь. Я давно ему нравилась, и он явно испытывал истинное счастье от того, что может тренироваться со мной в паре. Тем более — поймать меня, стать моим героем. Потрогать.

Правда, глядя на его хрупкое телосложение, я сильно сомневалась, что он действительно поймает!

— Марина, следует больше доверять своему напарнику! Мы здесь как раз для этого… — не унимался Костя.

— Аха-ха! — послышалось из толпы моих коллег, которые стояли в очереди, чтобы радостно порхнуть в объятия друг друга. — Маринка сигануть с табуретки боится!

«Да как вы не понимаете! — подумала я. — Я не боюсь! Я просто чувствую себя полной идиоткой. А еще — какие-то странные мурашки по спине… Не страх, но мурашки. Может, мне предстоит сломать ногу? Ведь неожиданные мурашки всегда предвещали мне нечто неприятное».

— Ладно, — вздохнула я, осознав, что избежать «казни» не удастся. Костя сообщил, что «каждый будет выполнять каждое упражнение, пока не получится». Лучше отстреляться и забыть.

Послушно закрыла глаза — ведь этот деспот не отстанет — и прыгнула.

Надо же! А это оказалось даже приятно.

Я не про объятия Миши. До них я, похоже, даже не добралась…

Но я действительно летела, и от ощущения невесомости что-то сладко екало в груди.

«Ммм… табуретка была совсем низкая, — наконец испугалась я. — Это что еще за мистика?!»

Я уже грохнулась, сломала шею, теперь лежу в реанимации и мне чудится, что я лечу?!

Вот только не хватало! Не зря меня мурашки предупреждали!

А в следующий миг что-то упруго поймало меня под коленями и спиной, и я услышала разгневанно-недовольное:

— Матых нарубе?!

Голос был мужской, глубокий, красивый. Только интонация пугала — столько возмущения в нем было. Словно я, как минимум, отдавила мужчине обе ноги. А еще я откуда-то знала, странные звуки означают «Это еще что такое?!».

Распахнула веки и увидела перед собой лицо мужчины.

Очень мужественное, с точеными строгими чертами — немного мрачными, но это его не портило. Черные волосы чуть выше плеч, прямые, чуть нависающие брови. А странные темно-бордовые глаза смотрели на меня, буквально прожигая гневом.

И, кажется… я у него на руках. Моя ладонь автоматически нашарила мускулистое плечо. Ох! А плечо-то, похоже, голое!

Что вокруг нас, я не видела — все перекрывало прекрасное, строгое и недоброе лицо.

Опасаясь, что мужчина просто бросит меня на пол, я сильнее вцепилась в его плечо.

— Пирты назар марабулька! — пропищала я.

В смысле, я хотела сказать: «Простите, я не нарочно!», но вместо этого из моего рта вырвались эти странные звуки.

— Ты кто такая и откуда взялась?! — рявкнул красавец, державший меня на руках, при помощи все тех же неприличных звукосочетаний.

— Я с табуретки прыгнула! — ляпнула я, просто не зная, что сказать. Помолчала и добавила: — Меня Марина зовут!

— С табуретки, значит? — недобро усмехнулся мужчина. — Марина, значит? Ну тогда… раздевайся.

И…

Расслабил руки.

Я с громким плеском упала в воду, ушла вниз, мне залило глаза, уши, волосы тоже намокли. Я уж молчу про джинсы и футболку! Принялась отчаянно «карабкаться» наверх. А вынырнув, обнаружила, что сижу в неглубоком бассейне, отфыркиваюсь, а руки автоматически убирают с лица мокрые волосы.

— Что вы делаете? Зачем вы так?! — возмутилась я, чуть не плача.

И наконец снова увидела его. Он стоял напротив, усмехаясь.

Совершенно голый.

Идеально сложенный, мускулистый. Мощная грудь, стройные крепкие бедра, восхитительные кубики пресса. И, кажется, у него нет волос на груди и… там.

Я ощутила, что вот-вот покраснею, и отвела взгляд, чтобы, не дай Бог, не разглядеть его мужское богатство. Ведь тут явно было именно «богатство» и «достоинство», а не что-то иное!

— Затем, что мне не нравится, когда я хочу искупаться в своей собственной купальне, а на меня ниоткуда падают! Приходится ловить — и слушать бред про табуретку! — ответил он.

Мой мокрый облик и смущение явно доставляли ему удовольствие — тон стал немного добрее, хоть он явно еще сердился.

А вот меня — видимо, для баланса — взяла злость.

— Между прочим, это не бред! Я не сказала ни слова неправды! Я действительно прыгнула с табуретки и оказалась здесь! Кстати, где мы находимся?! Это тоже часть тренинга или что?! Знаете, я могу подать в суд на всю вашу контору за моральный ущерб…

Ведь я могла предположить лишь два объяснения происходящему. В результате прыжка с табуретки я оказалась на следующем уровне упражнения. В какой-нибудь 5D-реальности. Где должна найти общий язык с разгневанным голым красавцем.

Хи-хи! Если это Костя придумал, то в фантазии ему, конечно, не откажешь!

Либо… я уж не знаю. Попала в другой мир, что ли. Но это слишком страшно. Я испуганно оглянулась — вокруг был просторный зал с колоннами. В зале — несколько бассейнов разных размеров и, видимо, разной глубины и температуры воды. Тот, в котором сидела я, был достаточно теплым. Так что особого дискомфорта я не испытывала.

— Где находимся? Ммм… Я ведь сказал — в моей личной купальне. А тут бываю только я и — изредка — мои избранницы. Так что… раздевайся! Я ведь уже приказал! — припечатал меня мужчина.

— Ах раздевайся?! — я встала и получила возможность смотреть ему в грудь. Главное — продолжать злиться и не скользить взглядом куда-нибудь ниже… — Это уже слишком! Слушайте, давайте закончим этот фарс… Где здесь выход? Я сама со всем разберусь!

— Выход — там, — он покладисто указал в дальний конец зала. И вдруг стал совершенно серьезным. Видимо, согласился закончить фарс. — Только я не выпущу в мир неведомое странно одетое зло. Раздевайся — я должен осмотреть тебя и убедиться, что ты не из них. Всего лишь. А не то, что ты, Марина, подумала. Хотя, если пройдешь проверку и пожелаешь… это можно обсудить.

— Нечего тут обсуждать! И, может, вы объясните, куда я попала? Еще не помешало бы представиться…

— Галдрион Арбетаим, ректор Академии магических искусств, — сообщил он. — Ты разденешься, наконец, или я должен раздеть тебя сам?

И сделал угрожающий шаг в мою сторону. Перемещался в воде он не в пример мне ловко…

Я отшатнулась и, разумеется, снова свалилась. Отплевываясь, я опять села и поняла, что… больше не могу.

Очень хотелось плакать. Сидеть в воде и плакать. Ну нельзя же так!

Я вообще не хотела участвовать в этом тренинге! А тут такое… И, главное, ничего не понятно.

Вернее, осознать очень сложно! Неужели я действительно попала в другой мир, а не вляпалась в новую часть квеста, выдуманного Костей? И этот мужчина — на самом деле ректор Академии магии? Как в книжке…

Еще не хватало, чтоб он драконом оказался! В книгах фэнтези это слишком часто бывает — вдруг не просто так!

— Не нужно меня раздевать, — жалобно сказала я. — И… послушайте! Я не хочу играть с вами в доктора! Давайте я все объясню!

Но было поздно. Он ничего не ответил, повел рукой и… вся моя одежда начала расходиться нитками и клочками. Несколько мгновений я отчаянно пыталась поймать эти клочки, прижать к себе.

Потом…

Потом я совершенно голая сидела, прижав к груди колени, и ревела.

Cейчас этот неумолимый деспот скажет мне встать, и я буду голая перед ним голым. И… Уже того, что он собирается меня разглядывать, достаточно! Я ведь не Анька из бухгалтерии, которая только рада показать кому-нибудь свои прелести.

Но предполагаемый герой фэнтезийного романа неожиданно проявил милосердие. Нет, разумеется, он не стал меня утешать. Не на того напали.

Просто обошел меня, поднимая теплые волны. Я при этом вздрагивала, ожидая, что сейчас меня схватят и вздернут на ноги. Собиралась драться до последнего, но не могла остановить слезы, они просто ручьями текли по щекам.

Не вздернул.

Встал за спиной. И, видимо, какое-то время ее внимательно разглядывал.

— Скажи мне честно, Марина, — неожиданно мягким тоном осведомился он. — У тебя вот тут не чешется?

И нежно коснулся моей правой лопатки, потом — левой. От его прикосновения я слегка вздрогнула, по телу побежали мурашки. Но не мурашки, предвещающие неприятности. А такие… пикантные, даже сладкие.

— Нет, я регулярно моюсь, — пробурчала я, утирая слезы. — Не обязательно было купать меня дополнительно.

Последнюю мою фразу Галдрион проигнорировал.

— Хорошо, — сказал он, неожиданно оказавшись передо мной. — Проверка пройдена. Посиди тут, вода теплая. Я схожу за полотенцем. И не вздумай никуда уходить — для тебя это может быть опасным. Хотя бы потому, что ты голая…

Слегка усмехнулся и поднялся на бортик бассейна. Пошел к выходу, блистая идеальными мускулистыми ягодицами.

Я сквозь слезы глядела ему вслед.

Попала.

Действительно попала!

То, чего не бывает, произошло. Прямо с табуретки я рухнула в другой мир.

И оказаться там, где ничего не знаешь, где все незнакомое и непонятное — намного страшнее, чем кажется, когда читаешь книги.

В этот момент послышался легкий шорох, и кто-то ухватил меня за пятку.

— А-а! — вскрикнула я и подскочила.

А вот представьте себе: сидите вы в бассейне в другом мире, ничего там не знаете, и вдруг кто-то хвать вас за пятку! Сразу кажется, что ужасный бассейновый монстр.

Прикрывая руками свои девичьи прелести (на случай быстрого возвращения ректора), я бросилась к бортику бассейна, чтобы вылезти.

Сперва окажусь в безопасном месте — на суше — а потом погляжу, что там за пяткохвататель!

Лучше уж пусть ректор на меня голую смотрит, чем мне сразу по прибытии в другой мир отгрызут ногу…

Но не успела выбраться. Меня снова ухватили — на этот раз под коленкой. Почти не больно, скорее — как будто играючи.

Я резко оглянулась.

Н-да… Неожиданно. Из воды выглядывала мордочка создания, напоминающего морского котика.

Обнаружив, что я его заметила, «котик» издал радостное «у-и-и», выпрыгнул из воды, перекувырнулся и бухнулся обратно.

Размером он был примерно с кошку, поэтому особой опасности, очевидно, не представлял.

— Ты кто такой, малыш? — осведомилась я, перестав его бояться.

Теперь хотелось погладить его, потрогать. Ведь очевидно, создание хотело не прокусить мне пятку, а поиграть и пообщаться.

«Морской котик» наполовину высунулся из воды и… разумеется, ничего не ответил по-человечески. Вместо этого он состроил мордочку, однозначно говорившую: «Ты дура? Как я могу тебя рассказать, если ты мой язык не понимаешь?».

— Ладно, а погладить тебя можно? — продолжила я.

На этот раз «котик» еще сильнее высунулся из воды и приложил к голове ласту, слегка покрутил.

Пантомима была великолепна! И означала, очевидно: «Ты совсем больная? Как вообще могло в голову прийти погладить меня?».

— А что? Ты такая персона неприкасаемая, королевское величество, что тебя гладить нельзя? — осведомилась я, слегка обидевшись. — Ладно, спрошу у вашего ректора, кто ты такой. Вдруг ты и верно королевская персона…

В ответ на мою тираду глаза котика округлились, словно от ужаса, он принялся яростно трясти головой и извиваться в воде, явно показывая, что…

— Не говорить ректору, что ты тут плаваешь? — шепотом осведомилась я.

Котик перестал дергаться, успокоился и натурально кивнул.

И в этот момент…

Видимо, мы с «котиком» увлеклись беседой, оба совершенно потеряли бдительность.

Ректор с полотенцем и еще чем-то, перекинутым через локоть, появился, как ниоткуда. Теперь на нем были облегающие черные брюки, этакое домашнее трико. А вот торс оставался обнаженным.

Ммм… Какой все же красивый мужчина! Вот зачем он такой опасный, резкий и непонятный, подумалось мне.

— О ком это не говорить ректору? — грозно грянул он.

А я нырнула в воду, чтобы скрыть свою наготу.

— Ммм… Ни о ком… — начала врать я, ведь подставлять котика совершенно не хотелось.

И тут ректор бросил на пол полотенце и что там еще он принес, прыгнул в бассейн и поймал на руки котика.

— Вот ведь! Одни проблемы с тобой! — сердито кинул он мне. — Ты хоть знаешь, кто это? Он тебе ничего не откусил?

Пойманный котик при этом шипел и сверкал глазками-бусинками.

— Ммм… Не знаю. Думаю, это ваш очаровательный питомец, который любит играть, но не любит, чтоб его гладили, — я изобразила улыбку.

В этот момент «питомец» вдруг засветился зелено-голубым светом, распахнул пасть, и эта пасть принялась расти, раскрываясь широко и грозно.

Выглядело это как в фильме ужасов: маленькое милое создание вдруг превращается в одну зубастую кошмарную пасть!

— Ой! — вырвалось у меня.

И это только что плавало рядом со мной! Даже со мной «разговаривало»!

 И не исключено, что пантомима была лишь способом усыпить мою бдительность. Кошмар-то какой!

— Глаза выгрызать он любит — вот что! — рявкнул ректор. — Ну-ка прекрати! Меня ты этим не возьмешь! — провел рукой, над головой «котика», а тот тут же перестал светиться, и пасть уменьшилась да закрылась. Спустя еще мгновение, «котик», посапывая, спал на руках у ректора.

— Кошмар какой! — искренне сказала я. — Так он не ваш? Откуда тогда тут взялся…

— А вот вопрос, — задумчиво глянул на меня Галдриан. — Любому понятно, что я сожрать себя не позволю. Так что скорее всего тот, кто принес его из зоопарка сюда, целился в тебя, — и задумчиво почесал подбородок. — Это ауранекус из отделения монстров. Ладно! Вылезай, вытирайся, одевайся. Кроме полотенца я принес тебе свой халат. Извини, женской одежды и женских размеров я при себе не держу.

— А как же «избранницы», что иногда тут бывают? — не удержалась и ляпнула я.

— Они со своим приходят, — парировал ректор. — Вылезай, я сказал! Мне нужно сплавить отсюда монстра. Отдать на экспертизу. Но перед этим я должен еще проверить тебя… ммм… насчет хвоста!

— Какого хвоста? — изумилась я.

Просто не знала, смеяться или плакать. Хвост, значит? До меня начало доходить, с какой именно целью он разглядывал и трогал мою спину.

Крылышки искал! Натурально интересовался, не режутся ли у меня крылышки!

— Нет у меня никакого хвоста и не было! — нервно хихикнув, добавила я.

Нервно — потому что в голову вдруг пришло, что хвост… мог появиться.

Если я, прыгнув с табуретки, попала в другой мир, то почему бы не появиться и хвосту? А то вдруг кто-то там наверху решил, что одной подставы мне мало?!

— Не было, но мог появиться, — успокаивающим тоном ответил ректор Галдрион. — Ты, очевидно, из другого мира. Другого объяснения я не нахожу. А единственный мир, с которым контактирует наш — Барсагир. Там водятся весьма вредоносные твари, вечно зарящиеся на наши просторы. У них крылья и хвост есть. Иногда они прорываются к нам, изменив облик. Но если хорошенько их намочить, то спрятанные крылья и хвост — прорежутся.

В общем, великий и ужасный иномировой красавчик расщедрился на объяснения.

Но они звучали просто как какой-то сюр!

Намочить — и прорежутся! А-ха-ха!

Вот, значит, зачем он меня в воду кинул!

— Да, для этого, — небрежно ответил он, и я осознала, что произнесла фразу вслух.

— Послушайте, — взмолилась я. — Я из другого мира. Не из этого… как вы сказали… Баральгина? Зла вашему миру не желаю. Вообще сюда не целилась. И крыльев с хвостом у меня — опять же — нет!

— Ты можешь говорить о себе все что угодно, а на деле оказаться барсагири. Они с успехом создают подсадную личность, — ответил ректор и вдруг рявкнул: — В конце-то концов! Вставай и покажи мне, что у тебя нет хвоста! Я всего лишь хочу в этом убедиться! В чем проблема, Марина?!

— Может быть, в том, что я голая — по вашей милости! — огрызнулась в ответ я.

Он, знаете ли, не видит проблем! Ух ты какой!

Хотя вообще-то его мотивы можно понять, вдруг подумалось мне.

Если у них тут есть угроза каких-то похожих на демонов попаданцев, то подобные меры предосторожности вполне понятны.

Но тут он совсем довел меня:

— Я тоже был голый. И ничего. От этого никто не умирает.

— Да я… Слушайте, может, в вашем мире это обычное дело. А у нас на Земле — неприлично! — и тут меня осенило. — Давайте знаете что? Давайте я сама пощупаю там у себя для вашего спокойствия. И скажу вам, есть у меня хвост или нет!

На этот раз, похоже, уже он не знал, плакать или смеяться. Поскольку брутальные ректоры не плачут, то выбрал захохотать.

И захохотал — в голос.

Ну вот, а я так хорошо все придумала…

— Нет, Марина, если ты все же… маловероятно, но все же барсагири, то весьма изворотлива. Я не поведусь на эту уловку! Сама встанешь или мне тебя поднять? Ммм… Может, в вашем мире любят такие игры… Ммм… Ты случайно тут не для этого?

— Чтоб вас… — придумать достойную угрозу я не смогла. Он уже шел на меня.

Тогда я вскочила так, чтоб сразу оказаться к нему спиной. И под легкий смех этого любителя игры в доктора бросилась к бортику.

Его взгляд буквально прожег мои ягодицы, поэтому не знаю, разглядывал ли он копчик, из которого теоретически может вырасти хвост.

«Ну и зажрись», — подумала я. В конечном счете, я на его ягодицы тоже любовалась. И мне тоже стесняться нечего — ни тебе целлюлита, ни тебе прыщика — даже самого маленького. Да и лишних килограммов у меня уже три года как нет.

Выбравшись из воды, я схватила с пола полотенце и завернулась в него.

— Ты не барсагири, — сообщил ректор. Он тоже вышел из бассейна, и теперь смотрел на меня, усмехаясь. — Хвоста нет.

__________
Дорогие читатели! Очень рада вам в этой истории! 
Будет много приключений, тайн, юмора и большой любви! 
Кому понравилось начало, поддержите книгу - подарите ей лайк. И обязательно добавьте книгу в библиотеку, чтоб не потерять! 
А чтобы быть всегда в курсе моих новинок и новостей, подписывайтесь на автора (кнопка на авторской страничке), если вы еще не подписаны! 
Итак, отправляемся в путешествие! 
Маг академия и ее ректор ждут нас! 

— Ну кто бы сомневался! — пробурчала я, в очередной раз стараясь не покраснеть.

С тех пор, как он узрел мою попу, смотрел на меня… очень так специфически. Жарко, и как будто трогал взглядом. И это было… невыносимо пикантно и подозрительно волнующе.

— Отвернитесь, я должна вытереться и надеть этот ваш гигантский халат, — не особо надеясь на результат, попросила я. — Кстати, может, у вас хоть тапочки есть? Любого размера. Не босиком же мне ходить…

— Найдем позже, — ответил он. — У меня в доме чистый пол и стекло не валяется. Походишь пока так. Марина, ты меня задерживаешь! Зоопарк не слишком близко, а я не могу никому доверить нести туда такую опасную тварь.

Звучало это, как отповедь строгого отца, после которой доченька должна проникнуться недостойностью своего поведения.

И… тем не менее, он отвернулся.

В общем, я наспех вытерлась, надела халат. Он, кстати, был весьма красивый — шелковый, весь в коричнево-бордовых узорах. Мне он был до самого пола. А рукава пришлось очень сильно закатать.

А еще мне никак не удавалось завязать его так, чтобы на груди не получался вызрез, который все время пытался расшириться.

— Ты все? Мы не на бал собираемся, — раздраженно осведомился ректор.

— Да, я все сделала! — ответила я.

— Тогда следуй за мной, — не поворачиваясь, велел он и пошел к выходу.

Я — за ним. А что еще было делать?

Его готовность где-то разместить меня хотя бы на время избавляла от необходимости срочно искать себе место под солнцем в другом мире.

А вот когда мы подошли к двери, мне почему-то стало не по себе…

Наверно, накатило осознание, что я в неведомом мире, чьего названия еще не знаю. Вот откуда приходят какие-то вредные баралгинины — знаю. А название этого мира мне еще не сообщили. И спина ректора совершенно не располагала к вопросам. Он вообще стал мрачный и какой-то недостижимый.

Хотя много тут по спине прочитаешь-то!

И да! Единственный источник информации и помощи — вот этот обладатель широкой, красивой мускулистой спины, исполненной недовольства.

Впрочем, в полной мере прочувствовать всю аховость своего положения я не успела. Мы прошли по широкому коридору, и Галдриан открыл передо мной дверь.

Тут была просторная комната, уставленная диванами. Их было целых три — и все исключительной красоты. Один — с золотистой обивкой, два других — с бордовой. Посередине стоял столик вроде журнального, на нем — графин с водой и стакан.

По крайней мере от жажды не умру, подумалось мне.

И опять стало не по себе… Ведь сейчас я останусь одна. А насколько «безопасен» этот мир, уже успела убедиться, когда меня хватанули за пятку в бассейне, а потом невинного вида морской котик оказался отменным монстром.

Вдруг останусь тут ­— и монстры повылезают из-под диванов!

— Тут точно больше никого нет? — решилась спросить я.

— Не-е-т, — усмехаясь, протянул ректор. — Тут ты и я… Нам никто не может помешать.

— Я серьезно! — и кивнула на сопящего во сне монстрика.

Сейчас он опять был такой милый! Мне даже стало жаль его. Может, он и не собирался откусывать мне ничего особенно ценного. А показал норов, когда ректор его беспардонно схватил! Может, он грозный, но характер у него хороший…

— Да нет тут больше монстров, — снова усмехнулся ректор.

— А с этим вы что сделаете? Я тут подумала…

— Очень рад, что с тобой это случается. А то прыжки с табуретки наводили на мысли, — в очередной раз проявил откровенную невежливость ректор. — Ничего я с ним не сделаю. Просто отправлю обратно в зоопарк. И дам распоряжение разобраться, как получилось, что он оказался снаружи. А ты, если не хочешь, чтобы я снова проверил наличие крыльев и хвоста, посиди тут. Я тебя запру. Подозреваю, наш мир получил серьезные проблемы, когда в него свалилась ты.

И захлопнул дверь снаружи…

Я пару раз ее подергала — и верно запер. Хотя звука ключа или защелки я не слышала.

Ох ты ж!

Ладно. В конечном счете, отдохнуть и собраться с мыслями мне не помешает.

Я еще огляделась… Окон тут не было. Так что идею сбежать можно отбросить сразу. Тем более что не знаю, на каком я этаже.

В общем, развалилась на диване, налила себе воды в стакан — надеюсь, он не заразный.

И принялась думать.

Вот как я могла здесь оказаться? Да, знаю — в результате прыжка с табуретки.

Но и тут непонятно. Ведь я могла попасть в другой мир:

— просто так решили Свыше, можно сказать, меня перекинула сила Судьбы (зачем, спрашивается?);

— рядом с табуреткой был постоянный портал, и я в него угодила. Ну или, допустим, он открылся конкретно в момент моего прыжка;

— кто-то колдовскими методами отправил меня специально!

Но кто и зачем это мог быть?!

Вспомнилось, как настойчиво Костя заставлял меня сделать упражнение. Может, он маг, решивший организовать (с неведомой целью) доставку Землян в другие миры?

Кстати, интересно, а для моих коллег я просто исчезла, ступив с табуретки?

Увы, этого я не узнаю, пока не вернусь…

Или еще подозреваемый — Миша! Он же технический гений. Вдруг изобрел устройство для перемещения между мирами и воспользовался случаем испытать его во время упражнения. Если что — никто на него не подумает.

В общем, ответов не было и быть не могло. А мысли мои покатилась совершенно в другом направлении.

Перед глазами стоял крепкий торс ректора. Именно торс — ведь все остальное я старалась не разглядывать. А картинку с ягодицами старательно выкидывала из памяти.

Хорош, однако!

И явно умен.

И… с ним тоже ничего не понятно. И неясно, что он дальше собирается со мной делать.

Но одно я знала точно — он не насильник.

Ведь у него была куча возможностей воспользоваться ситуацией буквально. А он лишь усмехался на этот счет, подтрунивал надо мной, но к «делу» не приступил.

Конечно, он был груб, унизил меня, когда требовал раздевания и бросал в воду. Но в свете откровений про баральгинок, это можно понять. К тому же, очевидно, у него в принципе жесткий характер. С другим характером наверно сложно руководить Академией магии, в которой кого только не водится! Вон, монстры из зоопарка сбегают…

Так что попробуем найти общий язык, решила я и обещала себе поменьше возмущаться его саркастическими фразами да некоторой грубостью.

Но не тут-то было!

Ректор вернулся весьма быстро и с самого порога выдал:

— Собирайся!

Я опешила.

Он меня выгоняет? На мороз?

Ну или на жару — тут не знаю.

И куда мне идти в незнакомом мире?!

Так обидно.

Я ведь решила лучше к нему относиться, прощать некоторую грубость, все такое. Даже благодарность испытывала некоторую, что он взял надо мной шефство.

А он!

Разве это нормально — выгнать девушку, которая в буквально смысле свалилась тебе на руки?!

— То есть как это — «собирайся»? — возмутилась я. — Вы меня… выгоняете?

— Не совсем, — сообщил он. При этом было ощущение, что его мысли заняты чем-то совершенно другим, и он действительно хочет побыстрее от меня избавиться.

— О! — вдруг догадалась я. — Вы знаете, как отправить меня обратно? Вернуть в мой мир? Мне домой собираться?

Ну а вдруг чудо свершилось, и я смогу попасть обратно, минуя всякие приключения и опасности, положенные попаданкам в книгах.

— Размечталась, — усмехнулся тиран и деспот. — Никто не может отправить тебя обратно. Хоть я был бы рад решить проблему таким образом. «Собирайся» в смысле — надевай вот это, — и он положил на диван длинную синюю тряпку.

Вслед за ней были не слишком аккуратно поставлены на пол такого же цвета полуботинки на небольшом каблуке.

— Это — платье, — сообщил он, указав на «тряпку». — Форма Академии. С размером, уверен, угадал, взял почти самый маленький. Надевай его и туфли. Я зачисляю тебя в Академию и записываю на участие в эксперименте.

— В каком еще эксперименте? — нахмурилась я.

Зачисляет в Академию… А меня не спросил!

— В магическом эксперименте, который Академия проводит на… своего рода добровольцах. А для тебя удержаться в Академии, где только я знаю, кто ты такая на самом деле — единственный шанс на более-менее нормальную жизнь.

— Это почему?! — возмутилась я.

Хотя вообще-то он прав.

Мир тут явно магический. Я магии не знаю.

Вообще не знаю, как все устроено.

Вряд ли смогу быстро найти работу и обеспечить себе безбедное существование с хотя бы относительно нормальным уровнем комфорта.

Разве что уборщицы, уверена, нужны всегда и во всех мирах. Хотя тоже не факт. Может, тут на роль уборщиц и этих, как называется… горничных претендуют особы, владеющие какой-нибудь бытовой магией. И я даже тут не смогу составить конкуренцию местному персоналу.

— Все потому же, — усмехнулся он. Махнул рукой — явно осознав, что не избавится от меня единомоментно — и развалился на диване. Теперь на нем была черная рубашка и черный же пиджак старинного вида. Камзол, вроде бы, называется.

На диване, в расстегнутом камзоле он выглядел этаким скучающим аристократом. И меня обуяло желание треснуть этого ректоришку… да хотя бы графином с водой!

Решается моя судьба. А он развалился вальяжно, словно ничего из рук вон важного не происходит!

— Все потому же, Марина, — соизволил объяснить он. — Потому что в нашем мире не бывает попаданцев и попаданок. Единственные из них — барсагири. Стоит тебе оказаться во внешнем мире без документов, магических навыков и знания местной жизни — и первый же патруль заподозрит в тебе опасную пришелицу. После этого ты окажешься на дознании, где есть особые приборчики, определяющие, принадлежишь ли ты к этому миру или нет. Убедившись, что ты не принадлежишь… тебя буду долго обследовать. И даже не найдя крыльев, хвоста и подсадной личности, просто на всякий случай… поместят в клетку. Да, выявленных барсагири, как правило, сажают в такие милые клеточки, снабженные особой защитой — говорят, заключенным очень больно даже просто прикасаться к решетке. А в худшем случае, Марина, тебя решат казнить. Просто на всякий случай. Ведь ты вроде как не барсагири, но попаданка. А других попаданок не бывает. Значит, среди барсагири появился особый вид — способный полностью маскировать свою сущность. Поняла теперь, Марина? Я могу сделать для тебя только одно — оставить тебя в Академии. Но у тебя, очевидно, нет средств, чтобы платить за обучение. Да и магические способности у тебя весьма посредственные — так что зачислить тебя на стипендию для гениев магии я не могу. Придется тебе участвовать в эксперименте — каждый доброволец получает стипендию на обучение и проживание в Академии. Так ты не погибнешь. Скажи мне спасибо и не тяни время. Сбор участников эксперимента через полчаса! Ты уже опаздываешь!

Несколько мгновений я молчала ошарашенная. Все протестовало внутри меня… но даже не против ректора, который отвязывается от меня наиболее «экологичным» способом.

Скорее — против самой ситуации и законов этого мира.

А ничего, что попаданка может быть совершенно невинным созданием и не иметь отношения ни к каким баральгинкам?!

— Быстрее! — напомнил мне Галдриан.

— В чем суть эксперимента? — осторожно спросила я.

А вдруг этот эксперимент ничем не лучше клетки с решеткой, бьющейся током?!

— Ну так… Ничего из рук вон выходящего, — словно бы лениво протянул в ответ вальяжный «аристократ». Впрочем, я ведь не знала, может, он и верно аристократ. Наверное, кто попало не руководит Академией магии. — Будете работать в парах… осваивать магию. Слушай, Марина, время уходит! Все подробности вам объяснят на общем сборе. А не попадешь на него — и я уже ничем не смогу тебе помочь.

— Да ладно! — вспылила я. По правде, желание треснуть его графином стало уже просто невыносимым. — Уверена, ректор Академии может и задержать собирание, и привести кого-то позднее…

— И тем не менее, — как-то ехидно улыбнулся он. — Ты будешь участвовать в эксперименте и учиться в Академии?

— А у меня есть выбор? — прямо спросила я.

В голове же заметались мысли одна хуже другой.

Например, вдруг этот тиран и деспот просто водит меня за нос. Пугает клеткой и казнью, чтобы… чтобы я осталась в его Академии. Может, он все же положил глаз на мои девичьи прелести и теперь рассчитывает не мытьем, так катаньем получить мою, так сказать, благосклонность. Или ставит какой-то другой, свой собственный эксперимент над попаданкой.

— Есть, конечно. Я могу задержать тебя в своем доме, вызывать дознавателей и доложить, как именно все было. Ведь если я отпущу тебя на все четыре стороны, то ты попадешься очень быстро. Тебя будут допрашивать, всплывет, что я не доложил властям. И я могу оказаться в… несколько неудобном положении. А я не слишком люблю неудобные положения.

— Иными словами — выбора у меня нет, — ответила я и… моя рука сама собой потянулась к графину. С трудом остановила себя.

Вызвать дознавателей!

Да это просто бесчеловечно!

Ладно. Я разберусь со всем. А этому ректоришке я… отомщу.

Найду какой-нибудь способ, и он будет страдать и нервничать, как вот я сейчас. Его судьба будет в моих руках, и я буду также неумолима с ним, как он со мной.

Ведь, уверена, он мог бы и по-другому, например…

— Простите, а просто зачислить меня в Академию учиться вне всякого эксперимента вы, значит, не можете?

В ответ паразит опять расхохотался.

— Может, я еще и платить за твое обучение должен? Марина, ну сама подумай, какой мне интерес? А? Ты действительно не одарена магией в той мере, чтобы с чистым сердцем выписать тебе стипендию вне эксперимента. Я уже объяснял. Будешь одеваться? Или мне вызывать дознавателей полюбоваться на тебя в моем халате, надетом на голое тело. Ммм?

Кажется, мысль о том, как оные дознаватели будут меня разглядывать, вызывала у него некие фантазии. Потому что взгляд, устремленный в разрез халата, опять стал подозрительно жарким.

— Буду одеваться! — бросила я в ответ и не слишком уверенно взяла в руки синее платье. — Только как?! Я, простите, должна надеть это все на голое тело? К тому же, не желаете ли выйти, пока я буду переодеваться?

— Выйти — не проблема, — усмехнулся он. — И да… чуть не забыл…

Покопался в кармане и извлек на свет божий какой-то комок.

Старательно его расправил и повесил на подлокотник.

Это были… очевидно чулки на подвязках.

— Ммм… А другое нижнее белье?

— Послушай, Марина, не тяни маранта за хвост, — упомянул он какой-то местный аналог кота. — Надевай что есть. Получишь стипендию — и сама решишь свои проблемы. По правде, у меня не было возможности предоставить тебе кружевное белье, в котором ты, разумеется, смотрелась бы… интересно. С этим справишься, или тебе помочь? Ммм? — указал, разумеется, на чулки.

Вот это его «ммм…» выводило из себя особенно сильно…

— Справлюсь! Выметайтесь! — прорычала я.

И схватила для начала чулки.

Ректор усмехнулся и вышел.

«Что же, иномировые тряпочки, я убьюсь, но справлюсь с вами самостоятельно», — сказала я себе.

Этот гад не будет застегивать на мне пуговки. И уж точно не будет любоваться мною в одних чулках на подвязках. Он ведь об этом, похоже, размечтался.

***

Иномировая одежда оказалась не такой уж сложной.

В первую очередь, я, конечно, взялась за чулки.

Они были снабжены эластичным поясом, который застегивался на талии при помощи крючков. От пояса к чулкам тянулись такие же эластичные ленты.

В общем, немного аккуратности — и я смогла надеть эту конструкцию. Не удержалась и поглядела на себя в зеркале, что висело на дальней стене.

Вид, конечно, был исключительно эротичный, что подчеркивалось отсутствием какой-нибудь еще одежды.

А ведь этот паразит будет знать, что под юбкой у меня только чулки, подумалось мне. Небось, будет прожигать взглядом и кривенько улыбаться! Тьфу!

Почему я не свалилась на руки какому-нибудь благородному принцу?!

Ботинки оказались впору, они шнуровались, как любые обычные земные ботинки.

Платье тоже не доставило особых проблем, кроме того, что имело две нижние юбки, придававшие ему некоторую пышность. Но и тут я смогла надеть его через голову, не очень сильно путаясь в этих дополнительных юбках. Потом застегнула несколько пуговок на груди и завязала шнурок, что затягивал платье на талии. Получался аналог корсета, но очень эластичный и гибкий.

Этот аналог немного поддерживал грудь, так что можно было не сильно переживать об отсутствии бюстгалтера.

И, конечно, большое счастье, что шнуровалось все спереди. Иначе уж не знаю… Ведь обращаться за помощью к ректору хотелось меньше всего.

Резинка для волос исчезла тогда же, когда и земная одежда — в бассейне. Поэтому пришлось оставить волосы распущенными. А они у меня длинные.

Очень угнетало отсутствие расчески. Но, боюсь, если я обращусь к тирану и деспоту с просьбой найти мне расческу — еще и новую — то получу очередную отповедь на тему, что я тяну маранта за хвост. Поэтому уложила волосы руками — как могла, слегка пригладила водой из графина — голь на выдумки хитра, как известно.

В общем, он и так счел, что я собираюсь слишком долго.

Не дожидаясь моего сигнала, распахнул дверь:

— Все, хватит. Пойдем.

При этом оглядел меня и добавил:

— Форма тебе идет. Я правильно определил твою судьбу, — и прожег взглядом мою стройную фигуру, обтянутую весьма строгим платьем.

Определитель нашелся, огрызнулась я про себя.

Но вслух ничего не сказала.

Потому что решила — потерплю его общество до собрания участников эксперимента. А дальше — никаких контактов с этим грубияном, пока не найду способ отомстить. Или безопасно выбраться из Академии…

Для начала вообще нужно будет разузнать, правду ли он мне рассказал про попаданок, клетку и казнь…

— Пойдемте. Я готова, — как можно спокойней ответила я.

В ответ он усмехнулся и повел меня по коридору. Вскоре мы вышли на обширную поляну, окруженную деревьями и кустарниками с разноцветными цветами. Весьма красиво!

Широкая, усыпанная гравием дорожка вела через кусты.

За это время я нейтральным тоном задала несколько вопросов, которые считала уместными.

Какое сейчас время суток? Оказывается утро. Выходит, ректоришка совершал утреннее омовение, когда я свалилась ему в руки.

Как называется мир, и кто в нем живет? Мир назывался Галтар. А живут тут и люди, и оборотни… «разные расы, Марина, не уверен, что ты все их знаешь, например, эльфы… Слышала про таких?».

Что будет в эксперименте? Скоро я узнаю, у него нет времени объяснять.

И интересное…

Почему он поймал меня на руки, если я и так должна была свалиться в воду? Кстати, это был один из немногих фактов, говоривших в пользу того, что у него все же есть сердце.

— Рефлекс, Марина. К тому же бассейн мелкий. Ты могла бы удариться, и тогда Академия не получила бы интересный иномировой образец для эксперимента.

Чтоб тебя, ректор! «Ты могла бы удариться — как я мог допустить это!» — вот это было бы другое дело! Но разве он так может!

Между тем мы вышли на другую дорожку, теперь тут вокруг были просторные газоны. Видимо, уже наступило время занятий, так что студентов было не так много. Но все же нам встретилось несколько групп, сидевших на газоне. Девушки были в таких же платьях, как у меня. Парни — тоже в синем. Брюки, ботинки, камзолы — попроще, чем у ректора.

На нас они не обращали никакого внимания.

— Вы сделали нас невидимыми? — поинтересовалась я.

Хоть вообще-то совершенно не хотелось с ним разговаривать.

— Да, до нужного момента, — усмехнулся он.

Наконец, он остановился и указал мне на тропинку между очередными кустами:

— Следуй по ней и попадаешь на собрание участников эксперимента. После собрания зайдешь в деканат своего факультета и возьмешь документы — они уже будут на тебя оформлены. Затем заселишься в общежитие и приступишь к занятиям. Если вдруг передумаешь — ты знаешь, где я живу. Приходи — вызову дознавателей. Все хорошо понятно?

И сверху вниз с усмешкой глянул на меня.

— Куда уж лучше. Не извольте беспокоиться — я больше вас не потревожу, — ответила я.

И не оборачиваясь, пошла по тропинке.

Ощущала, как его взгляд обжигает меня. Странно так обжигает…

— Марина! — вдруг услышала я его окрик.

Я, конечно, остановилась. А внутри растеклось этакое злорадство — что, не хочешь отпускать меня, великий и ужасный?

Маловероятно. Но из-за всячески задетого самолюбия хотелось думать именно так.

— Слушаю вас, — сдержанно сказала я.

Он слегка приблизился:

— Как твое полное имя?

Мне подумалось, что отчество окажется чем-то непонятным, а имя и фамилия… ох, а ведь он прав! На кого он будет документы выписывать?!

Если он поэтому спрашивает… то мое злорадство может заткнуться. Тут все по делу. Может, даже поблагодарить стоит, что вспомнил.

— Марина Васильева, — сообщила я.

— Хм… — задумчиво поглядел на меня. — Придешь в деканат — назовешься Мариэнна Василеан. Распоряжусь, чтоб приготовили документы на это имя. Место постоянного проживания — город Тамарелли. Это весьма далеко, у уроженки тех мест вполне могут быть необычные манеры и привычки. Так всем и говори «я из Тамарелли», если будут удивляться твоему поведению и словам.

— Понятно, — кивнула я, старательно запоминая.

Хотя ректор вызывал у меня столько противоречивых эмоций, что сконцентрироваться и запомнить было не так просто.

Ах вот еще…

— А какой у меня факультет?

— Пока что — факультет Общей магии. Эксперимент приписан к нему.

— Ясно. Я могу идти?

— Да, иди, Марина. Вроде бы больше ничего не забыл.

«Надеюсь», — сказала я самой себе.

Потому что от его общества нужно было избавиться срочно! Он умудрялся бесить просто-напросто всем — каждым жестом, каждой интонацией. А еще почему-то очень хотелось докопаться до чего-то нормального, человеческого внутри него. Или хотя бы отыграться за те унижения, которым он меня подверг. Поставить его в неловкое положение, вызывать бурную эмоциональную реакцию… Хотя бы так!

Но как тут отыграешься, если все козыри у него?

Я мысленно вздохнула, развернулась и пошла по тропинке.

— Марина! — опять услышала я его оклик.

Нет, ну что это такое?! Сам издевался, мол, я время тяну! А теперь ему опять что-то нужно!

— Слушаю вас, — снова обернулась я.

— Ничего не хочешь мне сказать? — поинтересовался он.

Тут-то меня и прорвало…

В конечном счете, если я опоздаю на это сборище, то виноват будет ректор!

Я, знаете, спешила как могла!

И что я, простите, должна хотеть ему сказать? Спасибо, да? Ну что же…

— Вы про благодарность, да? — я даже сделала несколько шагов обратно в его направлении. — Что же… Спасибо, что не вызывали дознавателей и не убили меня своими руками, как потенциально опасную тварь. Спасибо, что дали мне возможность жить, некое место, где я смогу хотя бы есть и иметь крышу над головой. За это — спасибо.

— А этого мало? — наигранно удивленно поднял брови.

Я незаметно сжала кулаки, чтоб не кипятиться, и продолжила максимально спокойным холодным тоном:

— Нет, этого, в сущности, достаточно. Но я не могу поблагодарить вас за теплый прием. Вы могли бы быть вежливее и доброжелательнее и не пугать меня на каждом шагу. Представьте себе, что вы попали в другой мир, где вам все незнакомо. И подумайте, хотели бы вы, чтоб вас заставляли раздеться, насильно избавили от одежды, унижали словами и действиями? Подозреваю, что нет. Вы могли бы сначала объяснить мне все, а потом уже кидать в воду и уничтожать мою одежду. Могли бы больше вникнуть в мою проблему и обрисовать мои перспективы в вашем мире более… корректно. В конечном счете, могли бы поинтересоваться, не умираю ли я с голоду!

— Ммм… Возможно, — задумчиво почесал подбородок.

— Так вот! Подумайте об этом! — не сдержав эмоций подчеркнула я.

— Хорошо, я подумаю. Об этом, — неожиданно согласился он. — А ты, Марина, — и он сделал несколько шагов ко мне, даже как-то угрожающе. В итоге из-за этих шажков в две стороны нас опять отделяло не более двух метров. — Подумай, как бы ты поступила, если б тебе на руки свалилось потенциально опасное создание, способное навредить даже… даже тебе самому! Стала бы ты расшаркиваться с ним или, допустим, побыстрее определила бы, не является ли оно… она… монстром. И насколько хватило бы твоего милосердия, если учесть, что и после проверки оно может оказаться неизвестно кем, а сам ты можешь стать виновником падения целого мира!

Последние фразы он практически прорычал. Я явно задела его за живое.

Ха! Что же, моя мечта сбывается? Получается отыграться?!

— Лично мне совершенно точно известно, кто я — попаданка Марина Васильева, — наигранно-непринужденно пожала плечами. Хоть внутри что-то засвербело… — Но хорошо, я подумаю об этом. На досуге. Если будет время. Еще раз благодарю, что сохранили мне жизнь и дали кров с пропитанием. Прощайте.

Опять развернулась и пошла, потому что ректор — видимо, неосознанно — продолжал наступать.

— Хм… Интересно, — было последним, что я услышала, прежде чем завернула за кусты.

««Интересно, что это ему интересно!» — клокотало все во мне.

Но кроме гнева я чувствовала и другое. Внутри продолжало свербеть. Такое противное саднящее чувство, ощущение, сомнение… мысль, что он в чем-то прав. Что его поведение тоже можно понять. Что, может быть, я слишком поддаюсь эмоциям и иду на поводу у оскорбленного самолюбия.

Что оставляя меня в Академии, он лично рискует оказаться виноватым в нарушении местных законов — это как минимум.

Но сейчас было не до размышлений. Да и не хотелось сдаваться.

Знаете, я бы… я бы и с опасной иномировой тварью-баральгинкой не стала так себя вести! Тем более что он мужчина, а тварь — хотя бы по виду — женщина.

Фу таким быть, магистр ректор, или как тут у вас говорят!

Тропинка закончилась быстро, ноги вынесли меня на просторную площадь возле здания с башенками. На здании красовалась надпись «Факультет Общей магии». И прочитав ее, я убедилась, что читать на местном языке тоже могу.

Вот интересно, как так получилось? Какая сила вложила в меня знание языка?

Еще это Костя нашаманил, то за это ему респект.

На площади собрались две шеренги — девушки и парни. Все в форме, но все равно обе шеренги выглядели пестрыми и разнообразными. А в центре площади вдоль шеренг прохаживался невысокий мужчина в очках — с залысиной, в синей мантии до колен.

— Опаздываем на первое собрание? Вы откуда вообще выбрались, адептка? — он пронзил меня взглядом инквизитора.

У них что, нормальных вежливых людей тут вообще нет? Может, ректор не такой уж хам, просто у них принято вот так резко и жестко общаться?

И чего непонятного, откуда я выбралась — из лап ректора! Ну или можно сказать проще — из-за кустов!

— Простите, — догадалась ответить я — просто чтоб не нарываться.

— Вставайте, — чуть добрее ответил он. — И рекомендую в дальнейшем везде носить с собой план Академии! А то так, знаете, и в монстрятник недолго забрести… Это всех касается, понятно?

По нашим рядам пронеслось нестройное «понятно».

Да и вообще девушки, рядом с которыми я встала, не выглядели слишком уж довольными. Похоже, предстоящее напрягало не только меня. «Добровольцы» выглядели скорее жертвами обстоятельств, а не счастливыми энтузиастами от науки.

— Итак! — начал магистр в очках. — Все вы согласились на участие в эксперименте. Для тех, кто не знает деталей, оглашу его особенности…

Некоторые в шеренгах начали переглядываться. Потом кто-то из парней прокричал:

— Да уж давайте! Нужно же нам знать, к каким девушкам подкатывать!

— Цыц! — рявкнул магистр (так ведь тут всякие преподаватели и администраторы называются?). — Будете продолжать так же — и все девушки от вас разбегутся… Уж поверьте, адепт, моему опыту…

По шеренгам пошли смешки. Магистр выглядел немолодым и не слишком привлекательным мужчиной. Причем не было ощущения, будто в юности он был красавцем. А еще он казался жутким занудой… Качество слабо совместимое с нормальной личной жизнью.

Так что у адептов обоего пола возникли некоторые сомнения в наличии богатого опыта.

«Хотя… Может, под опытом он имел в виду как раз убегание девушек», —похихикала я про себя.

— Верим, уж кому знать, как не вам! — громко сказал кто-то особо наглый из парней.

По правде, сарказм был жестокий, но стало смешно. Моя соседка — высокая блондинка с крупными чертами лица — принялись выискивать в мужской шеренге этого остроумного наглеца. Нашла. Ее взгляд остановился на парне с рыжеватыми вихрами. Этакий «первый парень на деревне» из глубинки, так охарактеризовала бы его я. Девушка принялась оценивающе его разглядывать.

— Вот и славно, — не понял сарказма магистр. — Все вы пытались поступить в Академию на стипендию — потому что ваши семьи не могут платить обучение. И все вы не прошли отбор, потому что не обладаете выдающими магическими способностями…

— Да ладно! Меня просто на экзаменах зарезали! — прокричал кто-то из парней. — Хотели стипендию своим дать, наверное!

— Цыц! Ты что вообще говоришь? А ну как ректор услышит… — ужаснулся магистр. — Блат в нашей Академии не допускается! Ректор Галдрион лично следит за этим!

«Ага, — подумала я, — значит, вряд ли тот, кого я знаю, как ректора — самозванец. А то, знаете, любой может представиться ректором Галдрионом, а на деле быть Ванькой из Больших Петушков».

— А я что, я ничего… Я так, предположил… — громко прошептал парень, которого срезали на экзаменах.

— Вот и оставьте подобные предложения! Итак, каждому из вас было предложено участвовать в эксперименте, поскольку в этом случае вы получите стипендию и — в случае успешного прохождения эксперимента — сможете остаться в Академии на постоянной основе.

— А если нет — то нас выгонят, да?! — не удержалась я.

Потому что остальные просто понурились при мысли о том, что учеба в Академии не гарантирована.

— Да, опаздывающая адептка! — ответил магистр. — Увы! Вы что, плохо слушали, когда вам первый раз рассказывали про эксперимент? Итак… В нашей Академии, — в голосе магистра появилась гордость, — разработана концепция о том, что два не слишком сильных мага разного пола, объединившись в… личной связи, могут как усилить свою собственную магию, так и сформировать общий повышенный магический фон. Поэтому при факультете Общей магии было создано отделение Парной магии. В случае успеха эксперимента оно станет новым отдельным факультетом! Вы будете учиться на отделении Парной магии. С самого начала вы будете выполнять практические задания в парах… В течение шести месяцев каждый из вас должен найти себе подходящую пару противоположного пола, заключить брак и объединить магию… Тогда вы станете первыми адептами нового факультета! В случае провала — повторяю — вы будете отчислены…

— А жениться обязательно? — крикнул высокий худой смазливый брюнет, стоявший практически напротив меня. — Может мы так… это… просто магию пообъединяем?

— Обязательно! — рявкнул магистр, который начал выходить из себя из-за того, что его все время прерывали. — Без свадьбы ничего не получится. Ритуал должен укрепить вашу связь.

Одна из девушек подняла вверх руку:

— Магистр, скажите, а развестись потом можно? Ну, когда мы укрепим магию…

— Адептка, неужели непонятно — усиление магии будет действовать, пока вы в паре. А вот связь останется на всю жизнь, даже если вы расстанетесь.

«Ох ты ж…» — простонала я про себя. До этого мне еще казалось, что все не так плохо. Теперь же стало ясно, на что именно подписал меня ректор.

Выйти замуж в другом мире (где я вообще-то не собираюсь оставаться на всю жизнь!) и обрести какую-то мистическую связь, которая не порвется до самой смерти.

Стало сильно не по себе.

А что, если эта сама связь как-то сама сформируется у меня с тем, кто мне не особо-то будет нравиться?

Видимо, это пришло в голову не мне одной.

— А как же любовь?! — возмутилась одна из девушек.

— Ох… — простонал магистр. — Вам кто-то запрещает любить вашу пару? Нет. Это даже приветствуется. К тому же, без взаимных чувств… связь не сформируется. Ну… по нашему прогнозу не сформируется. Наши упражнения направлены не только на развитие способности объединять магию, но и на формирование взаимного доверия и личной связи…

Мне захотелось нервно смеяться.

Вот ведь! На дурацком тренинге доверия я провалилась в другой мир. И что? Попала на примерно такой же тренинг!

Может, у меня карма плохая? Вдруг в прошлой жизни я никому не доверяла, а теперь расплачиваюсь за это? Или доверяла не тому, кому нужно… Или еще что-нибудь такое забористое.

Внутри стало тоскливо.

Вот и что с этим делать? Уйти из эксперимента я не могу. Придется сделать вид, что я в нем участвую. И, уверена, это не доставит мне никакого удовольствия. Парни будут приставать к девушкам, чтобы быстрее решить проблему. Девушки — самые хищные — будут охотиться на самых видных парней и гнобить соперниц…

Фууу! Кошмар! Прямо как в книгах про отбор невест для какого-нибудь «властного пластилина».

В общем, сжимаю зубы. Делаю вид, что со всем согласна. Прикидываюсь ветошью и тихонько ищу способ вернуться домой.

Смогла попасть — смогу и «выпасть», в смысле, выбраться отсюда! Главное не вляпаться в связь ни с кем из парней. И держаться подальше от ректора.

— Простите, магистр декан, — вдруг пропищала еще одна девушка — стояла она далеко, я ее не видела. — А если вдруг мне приглянется кто-нибудь не из эксперимента? Например, какой-нибудь препо… — она засмущалась, ведь хотела прямо сказать, что ей может приглянуться кто-то из преподавателей.

— В случае взаимного чувства и подходящей магии мы будем рассматривать вопрос о возможности создания пары. Если, конечно, речь будет идти о молодом преподавателе или студенте не из эксперимента, — ответил магистр. — Ректор и деканы в игре не участвуют! Имейте в виду! Все? Если кто-то не согласен с условиями — может немедленно покинуть Академию. Прошу таких сделать шаг назад.

Воцарилась полная тишина. Потом из шеренги вышла одна девушка.

— Простите, у меня в Нертелли жених. Я не могу… — сказала она и, опустив глаза, понуро побрела прочь.

— Еще? — магистр принялся обводить взглядом сперва парней, потом — девушек.

Как же мне хотелось шагнуть вперед! Заодно — высказать все, что я думаю по поводу бесчеловечного эксперимента над психикой юных адептов.

Но…

Больше никто не вышел. Даже я.

— Что же, тогда сейчас, кто еще не получил билет адепта, зачетную книжку и расписание с планом Академии — идите в мой деканат! — до меня, наконец, дошло, что этот магистр — декан факультета Общей магии. — Остальные могут пока отдохнуть. В двенадцать часов — у вас полдник. Потом — приступайте к занятиям, согласно расписанию… Все понятно?

— Понятно…— пронеслось по нашим рядам.

Отвечали не слишком стройно — солдаты из нас были никакие.

Что же, в первую очередь мне нужно с кем-то познакомиться. И желательно, чтобы этот кто-то был девушкой (от парней, получивших задание формировать пары, я даже не знала, чего ожидать). И чтобы она знала путь в деканат.

— Извини, а ты уже получила документы? — обратилась я к своей высокой соседке.

— Нет, я вообще только что вернулась из дома… — ответила она.

В этот момент мы обе заметили — к нам решительно приближается тот смазливый брюнет, что не хочет жениться.

Да, некоторые парни уже пошли в наступление и знакомились с понравившиеся девушками. Вот и этот худой красавчик явно нацелился на одну из нас.

Знать бы еще заранее, на кого!

Моей высоченной соседке он тоже явно не понравился.

Она вообще, судя по всему, положила глаз на того здорового рыжеватого парня, что жестко пошутил над деканом.

Девушка поморщилась и шепнула мне:

— Тебя как зовут?

— Мариэнна, — припомнила я местный аналог моего имени, предложенный ректором. — А тебя?

— Я — Раина. Давай не будем с ним разговаривать?

— Давай, — ответила я.

И девушка, подчеркнуто отвернувшись от смазливого брюнетика, взяла меня под руку. Мы устремились на дорожку, по которой уже шли многие адепты.

— Терпеть таких не могу! — доверительно сообщила мне Раина. — Только и думают, как бы с девушками… время провести. А обязательств боятся! У нас в Кранселли о таких говорят, что их дело не рожать, соблазнил — да и бежать!

Я чуть не заржала в голос, услышав местную интерпретацию известной Земной присказки.

— У нас говорят так же, только более откровенно, — доверительно сообщила ей я.

Но убежать не удалось…

Мы бодро двигались по дорожке, когда брюнетик нагнал нас.

— Девушки, а девушки, а как вас зовут? — поинтересовался он.

Кстати, ничего не скажешь — он и верно был симпатичный. Только худой и не в моем вкусе — я предпочитаю мужчин с более строгими мужественными чертами. Как вот, например, у ректора…

Тьфу, о нем вообще не нужно думать. И уж точно не нужно с ним общаться. Тем более, что «в игре» он не участвует! Слава богу!

— Не твоего ума дело! — нахамила красавчику Раина.

— А я думаю, что моего! Я — Вендер Варас! И вам бы радоваться, что я на вас обратил внимание.

Он шел со стороны Раины, а тут обежал нас и оказался рядом со мной. Причем даже бочком пытался притереться. То есть стало очевидно, кто ему приглянулся на собрании.

Конечно же, самая «везучая» девушка в этой Академии Марина Васильева!

— Ах, как я рада! Просто всю жизнь мечтала! — саркастически заметила я. — Может, отстанешь? Видишь же, что не получается… Мы в деканат спешим. А упражнения еще не начались. Потом познакомимся, когда придет время всем знакомиться на занятиях.

И прибавила шагу. Хотя мне и так приходилось почти бежать — высоченная Раина ходила намного быстрее меня.

— Так это ты просто меня не знаешь. Ты мне сразу понравилась, — даже на бегу я заметила, как он обвел взглядом мои распущенные рыжеватые волосы и невысокую стройную фигуру. Оценивающе, с явным интересом. — Давай сразу попробуем объединить магию, а там решим… Чего маранта за хвост тянуть! Нужно брать бунка за рога!

— Я тебе сейчас так объединю! — взревела Раина, которая явно восприняла «объединение магии» как интим под кустом.

Остановилась и угрожающе уставилась на парня. Она была почти одного с ним роста и далеко не худая. Так что выглядело и верно грозно!

Не хотелось бы, чтоб из-за меня другая девушка била кому-нибудь в глаз… Но однозначно, у нее были шансы выйти победителем!

— А с тобой я не очень хочу… — честно признался Вендер. — Сразу видно, что деревенщина.

Раина явно оскорбилась.

— Ррр! — сказала она и… ее тело вдруг начало преображаться.

— Вот только не хватало! — раздраженно сказал не слишком удивленный Вендер и добавил, глянув на меня: — Отойди!

И неожиданно сделал то, чего я меньше всего ожидала.

Жесткой рукой буквально задвинул меня себе за спину.

— Ррр! — повторила Раина, ставшая здоровущей белой волчицей.

Я изумленно глядела на нее, едва сдерживая тошноту. Ведь то, как искажалось и преображалось ее тело — пусть даже это происходило очень быстро — нельзя было назвать эстетичным зрелищем. Крепкие мышцы рвали кожу, лицо вытягивалось, прорезались клыки, как бешеная трава, вырастала шерсть…

— Терпеть вас не могу! — сказал Вендер и оглянулся на меня: — Держись за мной. В гневе они плохо себя контролируют…

— Рррр! — подтвердила волчица и пошла на него.

— Адепты, стоять! — грянул голос, от которого мне захотелось провалиться под землю. Вернее — обратно на Землю.

Ректор появился прямо из воздуха между Вендером и Раиной.

«То есть… он тут давно ошивается невидимый?! — пронеслось у меня в голове. — Интересно, следит за «экспериментальными» адептами в целом или только за мной?»

Ох, это ведь выходит, что он может за мной ходить, а я и не узнаю, пока что-нибудь не спровоцирует его проявиться — как вот сейчас.

Одновременно мне, как ни странно, стало спокойней. Ведь я совершенно не понимала, что делать в сложившейся ситуации и боялась, что волчица всерьез кинется на Вендера.

— Это что за выходки? — строго глянул на парня Галдрион.

— Магистр ректор, — парень поклонился. — Я просто познакомиться хотел, а…

— Как будто ты, адепт, не понял, что эта девушка — тариси, — похоже, так назывались тут оборотни. — Нашел кого провоцировать! К тому же напоминаю… — ехидно наклонился в сторону бледного адепта, — …в эксперименте запрещено не только насилие, но и навязчивые приставания. При знакомстве следует быть корректным и вежливым.

Ох, ох, подумала я. Все правильно говорит. Но сам-то!

Очень ты, твое ректорское величество, был корректным и вежливым, когда со мной знакомился! Прямо такие манеры отменные… Особенно в бассейне. Просто блеск!

— Я… я старался, — очень осторожно ответил Вендер. — Обещаю в дальнейшем быть еще вежливее. К тому же я…

— Да, знаю — приставал к другой девушке, — Галдрион с хитрой усмешкой сверкнул на меня глазами. Многозначительно так… мол, сразу ясно, что приставал парень к более симпатичной девчонке. Она хорошенькая, согласен. — И тем не менее! Оскорбил ты именно тариси. Головой нужно думать, адепт! Пять штрафных баллов! За десять отправляются на кухню, и адепты драят кастрюли, чтобы ты знал!

— Благодарю, магистр ректор, — обрадованно согласился Вендер. Видимо, ожидал даже более сурового наказания.

— То, что ты вампир высокого происхождения, не дает тебе права быть навязчивым, — мягче добавил Галдрион.

Ого, изумилась я, старавшаяся вовсе никак не привлекать внимания.

Вампир, значит? Причем знатного происхождения! А что, простите, он делает на эксперименте?

 Ведь даже, если, допустим, у него слабая магия, то знатная семья явно могла бы платить за его обучение.

Что-то тут нечисто!

Может, этот Вендер — засланный казачок на эксперименте? Проверяет (по поручению ректора) моральный облик адептов…

Тьфу, сказала я себе. Напридумывала шпионских игр. Наверняка, все намного проще.

Волчица Раина стояла, поджав хвост, и жалобно глядела на ректора. Молчала.

И исподлобья смотрела на странный значок, что украшал грудь ректора. Прежде я его и не заметила…

Круг, а в нем — глаз. Странный большой глаз — янтарный со зрачком с перемычкой. По форме этот зрачок напоминал песочные часы.

Символ ректора Академии, что ли?

Галдрион обернулся к ней и велел принять человеческий облик.

Раина превратилась обратно. На этот раз меня не замутило. Почему-то превращение из волка в человека выглядело не так противно, как обратная операция.

Раина опустила глаза, сделала книксен — так это, кажется, называется.

— Магистр ректор, простите, я…

— А ты, адептка тариси, не забывай, что звериные повадки в Академии недопустимы. Держи под контролем свою вторую ипостась. А если будет сложно… обратись к зельеварам, чтобы дали тебе настой, помогающий усилить контроль. Пять штрафных баллов! Наберете каждый по десять — будете вместе драить кастрюли и сковородки! Магию пообъединяете… — ехидная усмешка. — А двадцать — вылетите из Академии…

Тут-то я не выдержала.

Конечно, теперь относилась к Вендеру намного лучше. Ведь он собирался мужественно прикрывать меня от потенциально опасной волчицы.

Нормальный парень на самом-то деле! Инстинкт защитника у него есть. Просто, видимо, совершенно не умеет общаться с девушками.

Но… он ведь первым начал!

— Магистр ректор! — я попробовала изобразить такой же книксен, как Раина. — Но Раина ведь действительно всего лишь ответила на оскорбление!

Галдрион медленно, как-то угрожающе обернулся ко мне. Взгляд его пылал, но на губах гуляла кривая улыбка — его, видимо, развлекала вся эта ситуация.

— Ответила на оскорбление? Как раз на оскорбление она не ответила. Если бы ответила — обозвала бы его, например, бледнолицим кровопийцей. Очень, знаете, популярное оскорбление в отношении вампира. Вместо этого адептка обратилась и собиралась отменно потрепать противника. Скажешь нет, адептка Раина?

Он опять посмотрел на девушку.

Она снова опустила глаза:

— Признаюсь, да, я хотела хорошо его напугать… Может быть, немного… покусать. Ну так, чуть-чуть…

— Так покусать, что лекари неделю меняли бы на нем повязки, — усмехнулся Галдрион. — Так что адептке Раине стоит порадоваться, что отделалась пятью баллами! А ты, адептка, получаешь пять баллов за неверное понимание справедливости и попытку вмешаться в решение администрации Академии. Всем вам рекомендую больше на нарушать правила!

Опять сверкнул на меня глазами, окинул насмешливым взглядом остальных адептов и быстрым шагом пошел по дорожке.

Эээ… Это простите, как?

Мне пять баллов? Просто за спор? А еще что-то говорил про справедливость…

Тем более что он прекрасно знает — мне нельзя вылетать из Академии!

Руки сами собой сжались в кулаки.

— А я считаю, легко отделались… — словно издалека услышала я голос Вендера.

Вздрогнула и перестала пялиться туда, где за деревьями скрылся ректор.

В смысле, где скрылся этот паразит пятибалльный!

— Да, могло быть намного хуже! — подтвердила Раина. — Даже Мариэнну он мог наказать сильнее…Спасибо, что пыталась заступиться за меня…

Конечно, после пережитой вместе отповеди вышестоящего они теперь были заодно и могли нормально общаться — как это нередко бывает у молодежи.

— Думаю, нам повезло, что это был ректор, а не магистр декан или кто-то еще из преподавателей, — продолжил Вендер. — Говорят, ректор самый справедливый.

«Ага, как же», — закипело все внутри меня.

Но я смолчала — не могла же я выдать факт своего предварительного знакомства с ректором.

— Ага, — подтвердила Раина. — Ты, вампир, извини, просто терпеть не могу, когда меня обзывают деревенщиной или дояркой… Вышла из себя, прости!

— А я терпеть не могу несдержанность тариси, — признался Вендер. — Но мне не следовало обзывать тебя. Девушки, слушайте, может нормально поговорим? И — пойдемте — там, небось, уже очередь в деканате…

И мы снова пошли по дорожке. Теперь уже — с шутками, вполне доброжелательно, вспоминая общение с ректором.

— Как жаль, что он не участвует в эксперименте, — в какой-то момент сказала Раина. — Думаю, любая была бы рада объединить с ним магию… Магию — слышишь, вампир? Магию, а не то, что ты предлагал…

— Я, между прочим, магию и предлагал. Это ты понимаешь все только одним образом. Говорят, тариси в некоторые периоды своей жизни только об этом и думают, — отвечал Вендер.

— Ррр на тебя, вампир! Опять нарываешься?!

В общем, между моими спутниками сильно искрило. Но больше они не ругались, только очаровательно пикировались.

А вот слушать, какой прекрасный ректор, мне хотелось меньше всего… К тому же у меня были вопросы.

— Слушай, Вендер, — сказала я. — Объясни… Если ты — вампир из знатной семьи, то почему ты пошел на эксперимент? Ведь за тебя, как минимум, есть кому платить!

— Ммм… — погрустнел Вендер. Потом вздохнул: — А вы никому не расскажете?

— В планах не было, — ответила я.

— Я действительно сын графа Вараса — он советник Правителя вампиров. Но внебрачный. Отец в свое время признал меня… Но, — Вендер замялся, видимо, ему действительно было неприятно говорить об этом. Потом выдохнул. — Но я родился… не совсем нормальным. У меня есть выдвижные клыки. Но я не могу пить кровь. Она у меня не усваивается. А значит, у меня нет и врожденной сильной магии вампиров, которая появляется от приема крови. В общем, отец долго пытался вылечить меня, но ничего не получалось. А потом у него появилась новая жена и новый сын-наследник. Она настояла, чтоб он… выгнал меня из дома, лишил наследства. Эта стерва с самого начала меня ненавидела и считала обузой!

— Бедненький! — растрогалась Раина.

— Не нужно меня жалеть, тариси, — жестко ответил Вендер. — Я еще всем покажу! В общем, я поехал в Академию, ведь какая-то магия у меня есть, просто очень слабая. На стипендию не поступил. Дальше вы знаете.

— Ооо! — эмоциональная тариси схватила его за рукав. — Слушай, может, как раз в паре ты сможешь излечиться и станешь нормальным вампиром?

— Может, не знаю, — отмахнулся Вендер и странно поглядел на большую руку девушки, что сжимала его рукав.

— Извини… — бросила Раина и убрала ладонь. Видимо, оба подумали про срочное «объединение магии» друг с другом. — У меня, кстати… похоже. Как вы знаете, у тариси врожденная сильная магия. Я должна была учиться на боевом факультете. Всю жизнь об этом мечтала. Но не смогла поступить — потому что моя мать была человеком. Моя магия ослаблена, хоть превращаюсь я, как все тариси. Рина, а у тебя что?

Я не сразу поняла, что она обращается ко мне. Потом сообразила…

Видимо, имя Мариэнна тут сокращают как Рина. Не худший вариант! Думаю, я смогу привыкнуть. Нужно только научиться на него реагировать.

— А я человек. И у меня просто слабая магия. Я даже не пыталась поступить. Меня как увидели — так сразу предложили идти на эксперимент, и я согласилась, — по сути я не соврала. Ведь врать внезапно обретенным приятелям не хотелось.

А вот зря!

Про экзамены приврать стоило!

Потому что…

— Да ты что?! — поразилась Раина. — А вдруг у тебя есть скрытые способности? Вдруг ты, например… отличный проводник особо ценных фамильяров? Или мастер телепортации, каких не было сто лет? Говорят, такие способности долго спят, и кажется, что магии совсем мало… Только на экзаменах выявляют!

Ох… Придется отвираться, а то еще потащит меня куда-нибудь делать тесты. Раина такая бойкая и сердобольная, что вполне может.

— А, так способности-то проверили! — отмахнулась я. — Я просто задания не проходила, ведь смысла не было…

На экзаменах должны же быть какие-то задания, правильно? Значит, вру я логично.

— А, ну понятно, — успокоилась Раина. — А то я уж спасать тебя хотела…

И тут меня осенило. А может, тесты все же сделать нужно? Вдруг у меня на самом деле есть такие необычные способности, а ректор их не разглядел?

А я сейчас так все запутала своим враньем…

Не дала Раине «спасти» меня. Придется теперь вызнавать то, что я якобы знаю — где здесь можно «сдать анализ» на скрытую магию.

А в случае наличия способностей — я смогу претендовать на нормальную стипендию на нормальном факультете!

Идти с этим вопросом к ректору, конечно, не хотелось. Он, как минимум, разгневается, что я ставлю под сомнение поставленный им диагноз.

Ох, что же я так ступила-то…

— Мы, кстати, пришли, — сказал Вендер. — Вы, девушки, идите. Я вас тут подожду. Я уже два дня в Академии. Документы получил с самого начала.

И указал на большое белое здание — административный корпус, где, видимо, находились деканаты разных факультетов. Странно, что они не прямо в факультетских корпусах, но другой мир, другие нравы — я решила не удивляться.

— Интересно, он теперь все время будет с нами ходить? — шепнула мне Раина, когда мы оторвались от Вендера. — Не очень, знаешь ли, хорошо. Может распугать хороших поклонников.

— Не распугает. Если, конечно, у вас тут не слишком боятся вампиров, — ответила я машинально, продолжая думать про сдачу анализов на скрытую магию и свою тупость. — Они ведь просто так на людей не нападают?

— У нас здесь? — нахмурилась Раина. — Где у нас? Ты вообще откуда?

Я так и застыла.

Расслабилась, значит! Друзей нашла, щебечу, болтаю… Забыла, что я «на вражеской территории». А тут еще и задумалась над философской темой, откуда у меня берется тупость.

И, конечно, брякнула, что не следовало.

Причем Раина не отступалась. Пристально смотрела на меня, как будто в чем-то подозревала, хоть, очевидно, ей не свойственна особая мнительность.

В общем, «Штирлиц как никогда был близок к провалу»…

Надо как-то настроиться, постоянно помнить, что я не дома. А то общение с ребятами располагает думать, будто ты просто снова поступила в институт.

— Я? Ммм… Издалека, — ответила я расплывчато.

Беда в том, что я совершенно забыла название городка, из которого якобы родом. Я ведь тогда мечтала об одном — избавить от ректора! К тому же, с тех пор уже столько всего произошло.

— Ну так откуда? — мягче спросила тариси. — Как твой город называется? Или ты из деревни, потому стесняешься?

Надо уточнить, не из деревни ли сама Раина, подумалось мне одновременно с тем, как я судорожно перебирала в голове: «Тами… Тамо… Тимон… Тимор… Тамаретти… Тамосетти… А вот — Тамарелли!». Волчицу вопрос «деревенщин» явно очень волновал.

— Из Тамарелли я, — ответила я. — Знаешь, как это далеко отсюда, знаешь, как непросто было сюда попасть? А у нас там ведь все не так…

— О-о! — обрадовалась волчица. — И верно далеко! Я впервые вижу кого-то из Тамарелли! Слышала, у вас и верно все не так. Будто и не в Империи живете. Неудивительно, что тебе сложно ориентироваться у нас… Я тебе помогу! Ох, как же здорово! Из Тамарелли! А то я уж напугалась, — Раина взяла меня под руку, наклонилась к моему уху и прошептала: — подумала, вдруг ты барсагири! Говорят, они маскируются так, что не отличишь! Только и можно угадать, если поймаешь нам том, что они не знают ничего о нашем мире…

У меня по спине пробежала холодные мурашки.

Вот, значит, как! Страшилки про «баральгинок», значит, не просто сказки. Ректор сказал чистую правду. И боятся их здесь, похоже, все.

В общем, Тамарелли тамареллей, а делать круглые глаза и спрашивать, кто такие барсагири, не стоит. Пожалуй, уж это-то должен знать в этом мире каждый.

И спрашивать, что такого в них страшного, тоже не стоит. Это тоже, похоже, программа первого класса школы. Хотя пока ощущение, что проблема не в баральгинках, а в том, как их тут боятся и считают воплощением мирового зла.

И все же я сделала круглые глаза, хваля себя за артистизм:

— Да ты что?! Да как ты могла! Я сама их так боюсь…

— Ну прости, прости меня… — погладила меня по плечу добрая Раина. — Я правда больше не буду тебя подозревать! Да, ты про вампиров спрашивала — боятся ли у нас… Так у них же укус целительный. К ним, наоборот, очередь стоит, чтоб покусали. Говорят, вампиры из простых даже подрабатывают — продают свои целебные укусы. Не знаю, как у вас в Тамарелли, а у нас последний случай, чтоб вампир выпил кого-нибудь до смерти, был лет триста назад. Да и то это был не высший вампир, а низший неразумный упырь. Есть, конечно, деревенщины, кто вампиров опасается… Думают, что если есть клыки и может пить кровь — значит только и мечтает добраться до шеи какой-нибудь невинной девы…

— Ой, да, у нас тоже есть такие! — ответила я, внутренне хихикая над очередной фразой про деревенщин. — Но в целом никто особо не опасается.

— Эх… — грустно вздохнула Раина. — Вот, если б Вендер был нормальным вампиром, тоже мог бы укусами на жизнь зарабатывать. А так ему только и остается, что бегать за девушками на эксперименте… Жалко мне его.

На самом деле меня тоже было жалко Вендера. Его история впечатлила до глубины души. Если, конечно, все это правда…

Где-то меня грыз червячок сомнения, не наврал ли он. Может, решил вызвать к себе сочувствие — ведь девушки так любят утешать обездоленных. А тут и до нежных чувств недалеко… Она его за муки полюбила, как говорится.

Но все же я склонялась, что не стоит всех и каждого подозревать в лжи.

Просто по возможности проверять информацию. Стараться услышать ее из разных независимых источников.

В деканате очереди не было. Дело в том, что пока мы разговаривали с ректором, шли сюда, болтали на лестнице, все уже успели сгонять сюда.

Чтобы не создавать ажиотаж в помещениях деканата, прямо в широком коридоре поставили стол, за которым сидела толстая тетечка с восхитительными… зелеными кудряшками.

— Кикимора цивилизованная, — прошептала мне Раина. Она и верно взялась рассказывать мне все, что, по ее мнению, может быть неизвестно провинциалке из Тамарелли. — А у вас еще есть дикие кикиморы? У нас их вывели из болот уже двести лет назад…

— Не знаю — я не ходила на болота, — шепотом же ответила я. — Но, может, в нашем захолустье еще прячутся где-то в трясинах…

— Я все слышу, — подняла на нас глаза цивилизованная кикимора. Ее цивилизованность подчеркивалась очками без стекла, висевшими на самом краешке носа. — Чего шепчетесь? Кикимору никогда не видели?

— Ммм… — невнятно ответил я, едва удержавшись от бойкого «да!». Потом сообразила, что можно обойтись даже без вранья: — Видели, конечно! Здравствуйте!

Ведь я видела немало кикимор — правда, в переносном смысле. В основном они работали в разных бюрократических структурах…

— А раз видели, то берите скорее свои документы! Вы хоть понимаете, болтушки, что опоздали на полдник?

— Ой, еда закончится? — ужаснулась Раина.

А я внезапно ощутила, как свело от голода желудок.

Снова вспомнился ректор, который не удосужился меня покормить, прежде чем выпускать в большой мир.

— Еда у нас в Академии не заканчивается! — строго ответила тетечка кикимора. — А вот столики и стулья — да! Вы же на эксперименте? Ох… Эксперимент этот! Плюс к пятидесяти первокурсникам нашего факультета еще сорок! Где на вас мебели напастись? Так что если не хотите есть стоя, то говорите свои имена…

Раина почему-то решила пропустить меня вперед и молчала.

— Мариэнна Василиан, — гордо представилась я.

Гордилась тем, что помню свой «псевдоним».

— Хм… Герцогиня, что ли? — усмехнулась тетенька кикимора.

 — Столько гордости… А-а, вижу, из Тамарелли. Ну у вас там что угодно может быть, может, и герцогини на эксперимент едут… Так! Вот твой студенческий билет, — и взяла в руки что-то вроде… печати.

— Кгм… Ммм? — удивилась я, не понимая, что нужно сделать.

— Руку давай, герцогиня! — рассмеялась тетенька и сама схватила меня чуть ниже локтя. Да как впечатала по моему запястью этой штуковиной!

На коже появился слегка светящийся круг с надписью: «Академия магических искусств. Факультет общей магии. Адептка. 1 курс».

— Уже десять лет как мы не используем бумажные студенческие билеты, — пояснила изумленной мне кикимора. — Его роль исполняет магическая печать. И она нужна — на случай, если решите прогуляться куда-нибудь из Академии. Без нее не выпустят и обратно не пустят. При выходе из Академии действует три дня. Если три дня будете где-то шляться — печать погаснет, и вы не сможете вернуться. Кроме времени каникул, конечно. Перед каникулами приходите — каждый выезжающий должен получить дополнительную печать на каникулярный отпуск…

— А мыться с ней можно? — спросила Раина.

— Нет, грязные ходите весь семестр! — припечатала ее кикимора. — Ох, болтушки, ну сами подумайте, это же не чернила, а магия! Ее не смоешь! От нее еще попробуй избавься, пока печать выпускника или печать отчисленного не получишь…

Вот печать отчисленного мне вообще не понравилась. Это какое-то клеймо прямо получается…

В общем, дальше она выдала зачетку, талон на заселение в общежитие — в обычной бумажной форме — и… план Академии.

— А план почему на входе в Академию не взяла? — спросила она, поглядев в какую-то табличку. Видимо, в ней значилось, какие бумажки получил или не получил адепт. — Забредешь еще в лабораторию боевиков, вот и подорвут тебя на перечном снаряде…

— Просто по раздолбайству, — искренне ответила я.

А про себя зафиксировала, что к боевикам лучше не соваться. Хоть было очень интересно, что такое «перечный снаряд».

— Ясно, это популярное заболевание. Если что — иди к зельеварам, у них есть зелье, повышающее собранность. Каждый выпивший потом три дня строем ходит, — сообщила зеленокудрая и перекинулась на Раину.

Вскоре мы шли обратно и хихикали, что теперь мы меченные.

А когда выбрались на улицу, возле Вендера стояли две девицы и…

— Ну укуси меня, что тебе стоит! Я так устала мучиться с этим! — и милая невысокая брюнеточка показала на свою шею, где красовалась… обычная родинка, просто весьма крупная. — Говорят, от ваших укусов они исчезают!

— И меня, и меня! — чуть не подпрыгивала вторая — более высокая шатенка необычайной худобы. — У меня слабость… Я когда голодная, чуть сознание не теряю!

Мой собственный желудок в очередной раз свело, подумалось, что и я рискую потерять сознание, если в ближайшее время не поем.

— Девушки, ну я же говорю вам — у меня очередь! Запись на три месяца вперед! — отвечал Вендер. Конечно, он был сильно растерян — ведь приходилось откровенно отвираться. Даже если он укусит кого-нибудь, то никакого целительного эффекта не будет. К тому же его, как я поняла, будет рвать. — А больше одного раза в день нельзя — исцеления не будет!

— А сегодня ты уже кого-нибудь кусал? — поймала его на слове наглая обладательница родинки.

— Ммм… — окончательно растерялся Вендер.

— Как нам ему помочь? — шепнула Раина.

— Да, пожалуй, только так… Делай, как я! — шепнула я и вклинилась в маленькую кучку из Вендера и двух девиц. — Кусал, кусал! Меня! Девушки, разойдитесь… Я у него записана на каждый день. У меня это… аллергия на пыльцу! А у нее, — я указала на Раину, — ммм…

— Шерсть чего-то лезет во второй ипостаси, — подыграла мне Раина. И почесала за ухом.

— Мы записаны на каждый день! Три месяца — не меньше! Мы первые записались! — припечатала я девушек.

Они же отшагнули от нас, будто с Раины на них могли перелететь гипотетические блохи.

— А аллергия — это что за страшное заболевание? — ужаснулась брюнеточка.

— Это когда ты весь покрываешься сыпью и чешешься, стоит только тебе пройтись там, где летит пыльца… или просто цветы цветут…

— Очень заразно? Как тебя к занятиям допустили? Неужели магией не лечится?

— Заражаются только самые красивые девушки — как вот вы, — сообщила я доверительным шепотом. — А магия не помогает. Только укус вампира.

Девицы отшагнули еще дальше.

— Но как вы записались обе на каждый день, если можно только один укус в день? — поймала меня на неувязке шатенка.

— Да через день они записаны! Одна сегодня, другая завтра… И так до посинения. Просто если через день — срок лечения будет дольше! Лично я предполагаю, что исцелятся через месяцев пять… — наконец сообразил подыгрывать нам Вендер.

— Ох, вечно нам не везет… Все вампиры нам отказали! Думали, новичок согласится… — прошептала подруге шатенка, но мы, конечно, расслышали. — Ну мы пошли. Если передумаешь — приходи в шестую комнату кусать нас.

— Благодарю, девушки, — слегка поклонился Вендер.

В глазах его стояла тоска — ведь будь он полноценным вампиром, мог бы обрести такую популярность!

— Девушки, а как вас зовут? — попытал счастья он.

Девицы рассмеялись:

— Мы не на эксперименте. Мы вообще с третьего курса и с малышней не общаемся! Если, конечно, эта малышня не кусается! — сообщили они.

И, переговариваясь друг с другом, пошли по дорожке.

— Все, если не поем — мне и верно понадобится укус вампира, чтобы исцелиться! — простонала я.

— Укус вампира, говорите? — послышался вдруг глубокий мужской голос.

Перед нами появился высокий стройный брюнет совершенно вампирского вида. В черном камзоле с острыми лацканами и колоритно зачесанными волосами. Острый чуть изогнутый нос подчеркивал хищность его внешнего вида.

Он смотрел на меня и задумчиво держался за подбородок, словно оценивал, достойна ли я его укуса.

— Герцог, — бледное лицо Вендера еще сильнее побледнело, и он слегка поклонился.

Ммм… подумала я. Вампирский герцог? Вот только не хватало!

И он, получается, как и ректор, ходит под невидимостью, следит, за кем хочет. Или просто шляется-развлекается. И не исключено, что слышал, как мы разводили глупых девчонок, алчущих вампирского укуса.

Правда — более вероятно, он услышал лишь мое опрометчивое высказывание!

— Вендер, представь меня, пожалуйста, дамам, — жестко, но вежливо сказал герцог-вампирюга.

— Его светлость герцог вампиров Арбель Мауреан, давний друг моей семьи, — немного очухавшись, сообщил Вендер. Помолчал и добавил: — Заведующий отделением магии крови при факультете Общей магии.

— К сожалению, мы пока что не отдельный факультет, — бросил герцог Арбель Мауреан и кивнул нам с Раиной. Причем его взгляд на меня продолжал был цепким и крайне заинтересованным. А еще он… как будто принюхивался. — Вендер, быть может, ты найдешь возможным представить и девушек мне?

Ах, какой политес… Да мы сами могли бы сказать… Имена свои еще помним.

Но герцог-то, похоже, настоящий! И ему свойственны все достоинства и недостатки представителей высшего света.

А вот в книгах вампиры обычно либеральные, титулы у них не в ходу, подумалось мне.

Стало тоскливо… Все-то в этом мире не так, как я читала. И уж тем более — не так, как хотелось бы!

Еще тоскливее стало, когда желудок свело в очередной раз. От этого вообще плакать захотелось!

Да что там плакать — истерику закатить!

Ведь опять какая-то проблема. Какая-то опасность. Вряд ли герцог просто решил светски побеседовать с рядовым адептками.

— Раина — тариси и Мариэнна — человек, — представил нас Вендер. Фамилий наших он не знал.

Раина сделал книксен. Я тоже — во второй раз получилось получше.

— Благодарю, Вендер, — кивнул герцог нашему несчастному вампирчику. — Что же, признаюсь, Мариэнна, вы меня заинтересовали. Скажите, — теперь он говорил светским тоном, явно призванным усыпить нашу бдительность. Ну или мне так казалось. — Почему Вендер оказался на эксперименте, я понимаю. Я давно знаю о его заболевании. У адептки Раины вероятно свои личные проблемы, о которых я не смею спрашивать, — имелось в виду, что проблемы Раины его мало волнуют. Просто обертка была выбрана такая красивая… — Но что на эксперименте делает дама с такой уникальной кровью? Адептка Мариэнна, вы позволите мне укусить вас? Признаюсь, я крайне заинтересован, никогда еще не ощущал аромат крови, подобный вашему. Могу заверить вас, что не возьму лишнего. А также замечу, что многие считают мой укус огромной честью, ведь я не имею возможности ими разбрасываться. Заодно здоровье подправите — я обладаю колоссальной силой.

По спине пробежали холодные мурашки.

Что же, получается, моя кровь (как он ее унюхал?!) пахнет попаданчеством?! Хотелось бы верить, что особой сильной магией, которая даст мне возможность оказаться на нормальном факультете…

Но более вероятно, что состав крови Землян отличается от местного, и этот высокопоставленный вампир унюхал какие-то биохимические вещества…

О боже!

И вот тогда я впервые взмолилась, чтобы появился ректор, который только и может защитить от такого вампира!

Но ректор не появился.

Вместо него вмешалась Раина — пробормотала:

— Нам бы в столовую… Мы опаздываем…

И тут меня взяла злость.

А почему вообще я должна соглашаться на укус? Попробует насильно укусить — и будь он хоть герцог, хоть король — наверняка подпадет под какую-нибудь «статью». Я имею в виду статью уголовного кодекса.

Не зря же он так подчеркнуто-вежливо просит разрешения. Буквально уговаривает.

— Простите! Мне нужно поесть… И вообще не уверена, что мне показана кровопотеря в ближайшее время! — пискнула я.

Пискнула — потому что от голода и некоторого страха перед вампирюгой мне было нехорошо.

А в следующий момент у меня повело голову.

В общем, куча стресса, голод и кортизол в крови дали о себе знать.

Я в буквальном смысле пошатнулась и… сильные руки поймали меня.

Должно быть, настоящий вампир обладал особой скоростью движений. Вендер и Раина даже моргнуть не успели, а герцог уже держал меня… на руках.

В следующий момент он присел — прямо со мной на руках, ему явно было не тяжело (равно как и ректору, когда я на него свалилась).

Устроил меня у себя на коленях, я даже дернуться не успела, а красивая тонкая вампирская рука уже ходила вдоль моего лба.

Потом — вдоль шеи и груди, вдоль живота…

Ощущения, кстати, были весьма и весьма своеобразные. Я чувствовала тепло и приливающую бодрость. И одновременно — подозрительную истому…

То есть — он, очевидно, лечил меня магией. Не укусом, а магией! При этом продолжал принюхиваться, а глаза прямо-таки алчно блестели.

Вот от этого взгляда стало не по себе. К тому же он сглотнул, мне даже показалось, что во рту у вампира что-то изменилось — клыки прорезались?

Ааа!

Я дернулась, но сопротивляться было и не нужно.

Герцог ловким движением поставил меня на ноги. И теперь меня больше не шатало. Я чувствовала здоровый голод, но голова не кружилась. Напротив, я ощущала бодрость и ясность мыслей.

— Благодарю, — растерянно сказала я.

— Не стоит благодарности, — галантно поклонился мне герцог. Поклонился, вы понимаете?! — Приношу извинения за несвоевременность своего предложения. Признаюсь, я не осознал, что вы не шутите насчет голода. Разумеется, есть состояния, в которых укус противопоказан. Но позвольте, прекрасная Мариэнна, — он извлек из кармана какую-то карточку. — Возьмите мою визитку. И как только сочтете, что набрались сил, приходите. Вы не пожалеете. С визиткой вас пустят на прием в любое время. И мы с вами можем быть очень полезны друг другу. Я даже готов оказать вам некоторую особую помощь…

Я не успела спросить, что за помощь он мне предлагает. Герцог обернулся к Вендеру:

— Ты, Вендер, тоже можешь зайти. Возможно, я нащупал, как можно помочь и тебе.

Кивнул нам всем с видом «аудиенция окончена» и… растворился в воздухе.

— Ах, я знала, что ты необычная! — воскликнула Раина, хватая меня под руку. — Может, кикимора не шутила, что ты герцогиня? А?

— Какая честь… — произнес Вендер, глядя туда, где только что стоял герцог. — И как же я ему завидую! Вы бы знали!

— Тише ты, — шикнула ему я. — Полагаю, он может быть еще здесь.

Мне показалось, или воздух где-то рядом с нами… усмехнулся.

***

До столовой мы, как ни удивительно, добрались без приключений.

Вендер был задумчив, как и я. Только Раина болтала без умолку. В основном ее восхищал интерес герцога ко мне.

— Рина, ты представляешь себе, какая это честь?! Ты представляешь себе, как это здорово! Он точно унюхал, что у тебя особые способности! Я ведь говорила! Тебе точно нужно к нему сходить… Представляешь — окажешься ты великим телепортатором и перейдешь на нормальный факультет!

— Ну куда я без тебя! — попробовала отмазаться я. Ведь действительно чувствовала к ней благодарность и своего рода солидарность с ней. Казалось, что бросить ее на эксперименте — как-то некрасиво.

— Так ты сможешь подрабатывать! — не унималась волчица, она явно уже нарисовала себе картинку, как я, великий телепортатор, беру бешеные деньги за телепортацию желающих на какой-нибудь элитный курорт. Или, допустим, в закрытое подземелье с сокровищами. Впрочем, это уже мои домыслы. Мне в фантазии тоже не откажешь! — И… может быть… поможешь мне…

«Ты ж моя слегка меркантильная прелесть», — подумала я.

— Конечно, если вдруг моя судьба сделает такой виток, то я вас не брошу, — заявила я.

Может, это было опрометчиво… Но я тогда ощущала такое родство со своими внезапно обретенными друзьями (не с ректором же мне было его ощущать!).

— Ну, мы же сходим с тобой к нему? — вмешался Вендер, стрельнув на меня глазами.

— Ммм… — протянула я. — Ты точно должен сходить. Вдруг он и верно решит твои проблемы. Вампир-ученый — это то, что тебе нужно! А вот я…

— Ты обязательно должна! — продолжала настаивать Раина. Кажется, она была готова зарычать, видя мои сомнения. — Не пойдешь — я тебя насильно притащу! Ты вон какая маленькая, я тебя на плечо закину и отнесу! И визитку твою покажу…

Я представила себе картину, как одна девушка тащит на плече другу, и мне стало смешно.

Впрочем, Раина ведь не совсем шутила. Как я поняла, физически оборотни в любой ипостаси намного сильнее людей. Да и вампиры с ректорами, похоже, тоже.

— Не нужно! Я сама! — отшучивалась я. — Ну… может быть…

Ведь у меня в голове крутилась целая куча мыслей насчет предложения герцога.

Во-первых, если этот Арбель не коварный негодяй, который «мягко стелет», то он очень даже ничего. Ведь не стал же кусать обессиленную девушку! Напротив, напитал энергией. И даже не слишком настаивал на том, чтоб укус произошел сегодня же…

Далее. Он намекал, что может оказать мне помощь. Вопрос, какую… Но, если за изучение моей крови можно, например, попросить… хм… материальное вознаграждение, то мои шансы на переход на нормальный факультет увеличиваются.

Просто страшновато, что он унюхал именно мое попаданчество.

Вот знать бы, что он может по крови определить, не баральгинка ли я, тогда можно было бы воспользоваться возможностью!

Вдруг он может дать мне справку, что я не оно, и я буду ее показывать, когда потребуется?! Такую бумажку с подписью великого герцога (кровью, конечно) и печатью Академии: «Адептка Мариэнна Валилеан не является баральгинкой. Даже не думайте!».

Только вот никакой гарантии нет… С таким же успехом этот «анализ крови» может сработать против меня.

И ведь — главное — проконсультироваться-то не с кем, кроме ректора! А с ним я и вовсе не желаю разговаривать.

В общем, вопрос, идти ли мне сдавать анализ, оставался открытым, когда мы пришли в столовую.

А там…

Н-да… Неожиданно!

Там никого не было. В смысле не было студентов или преподавателей.

Мы ожидали, что придем одними из последних. Что все уже взяли еду и заняли столики…

Этим угрожала нам кикимора.

Но столики как раз пустовали — располагайся не хочу!

На раздаче стояла удивительная женщина. Коренастая — поперек себя шире, как говорит мой отец. С огромной грудью — собственно говоря, по наличию этой части тела я и распознала в ней женщину. Ибо лицо ее украшала рыжая кудрявая борода.

Грубые мясистые черты лица дышали добротой. А на голове красовался классический поварской колпак.

Ммм… На этот раз я задала вопрос правильно, не выдавая, что я новичок в этом мире.

— А что, еду здесь готовят гномы? — шепнула я Раине.

— А кто еще? — ответила она. — Лучше только эльфы готовят. Но, сама подумай, кто заставит эльфа работать в столовой…

Ясно. Эльфы, значит, слишком гордые.

Тетка бросила на нас удивленный взгляд.

А мы, еще не отчаявшись поесть, подрулили к ней.

— Вы что тут делаете? — не слишком злобно нахмурилась гномиха.

А я испугалась, что нам так и не дадут поесть.

И теперь это было особенно мучительно — ведь вокруг тетеньки царил аромат какой-то чрезвычайно вкусной еды.

— Мы хотели бы поесть… Полдник ведь! — ответила Раина.

— Полдник был! — проворчала повариха. — Вы ведь на эксперименте? Так вот что я вам скажу, мухи в супе! Нормальные студенты уже полдничали. Потом ваши, экспериментальные, пришли, мухи в каше. И только-только дети слегка подкрепились, мухи в компоте, как явился ректор, чтоб ему кормулики бороду обгадили! — бороды у Галдриона не было, так что особенно нервничать, что на него подействует страшное проклятье, не стоило. — И знаете, что сказал? Увел он всех, много мух в каше! Сказал, сам будет проводить первое занятие у экспериментальных студентов… И глазами, знаете так зырил… словно высматривал кого-то! Огненным драконьим взглядом, кормулики летучие ему в рот! Это он пугал адептов, не иначе! А времени у него в обрез, так что просто сказал и увел… — тетечка, видимо, страшно злились, что адепты не смогли поесть с чувством, с толком, с расстановкой, поэтому проклятия в адрес ректора лились, как из рога изобилия.

По правде, меня подобное поведение ректора тоже возмущало!

Да и вообще! Что еще за выходки? С чего это он вдруг решил провести первое занятие сам?

«Уж не из-за меня ли», — подумалось мне, и по спине пробежали холодные мурашки.

— А можно мы все же перекусим? — взмолилась Раина.

— Не велено! Он мне велел всех опаздывающих отправлять на занятие, мухи в супе, чтоб ему кормулики уши погрызли! — она реально чуть не плакала, но, видимо, не осмеливалась нарушить распоряжение ректора. — Мол, опоздали — пусть голодные ходят…

Ага, ага, великий и ужасный! Вот как знала я, что совести у тебя все же нет. Некоторые чуть в голодный обморок не падают, и далеко не ты их спасаешь…

— Лично я собираюсь поесть и считаю, что морить голодом адептов — нарушение охраны труда и учебы! — заявила я.

Я снова ощущала головокружение — на этот раз из-за прекрасных ароматов еды.

— А я — тариси! — заявила Раина. — Вы ведь добрая… Вы ведь знаете, какой у нас метаболизм… Мне регулярно питаться нужно, а то моя вторая ипостась бесится!

— А я — вампир! И чувство голода будит во мне низшего упыря! — поддержал нас Вендер.

— Ой, ой, ой! — теперь гномиха возмутилась нашему поведению. — А то я вампиров не видела! Да вы годами можете без еды, мухи в каше! Но ладно… Не люблю я это, но вот, раз нельзя вас накормить, как следует, мухи в компоте, то вот держите…

И она достала из-под стола… три таблетки.

Две из них были синие, одна — красная. Положила их на тарелочку.

После чего методично налила воду в три стакана.

Мы изумленно смотрели на это действо.

— Ммм… — озвучил всеобщие сомнения Вендер.

— Пищевой концентрат. Разработан как раз для условий спешки, мухи в супе да кормулики летучие! — проворчала тетенька. — После них можете не есть до вечера. Так, мушки в компоте, синенькие — для вампира и тариси, а красненькая — для самой худенькой девочки… Ты ж моя бедненькая, чтоб у этого ректора кормулики весь ужин схарчили!

В общем, во избежание голодных обмороков и урчания в животе мы согласились на таблетки. Красненькая, как оказалось, была вообще редкая. Она сделана так, что питательные вещества всасываются стремительно, проясняют мозг и… подозреваю, где-нибудь запасаются. Но сейчас мне было не до переживаний о фигуре.

Про красную таблетку из «Матрицы» я предпочитала не думать… Тем более что выбраться из этой «матрицы» я бы не отказалась.

В общем, подкрепившись местной химией, мы почти бегом бросились туда, где по расписанию (которое знал Вендер) проходило первое занятие — в большую аудиторию в здании факультета.

Дверь была закрыта, а из-за нее раздавался голос Галдриона (чтоб ему кормулики еще что-нибудь повредили!):

— Итак, адепт, теперь возьмите вот эту табуретку…

Тут-то я и начала нервно смеяться.

Глядя на меня, Вендер с Раиной тоже засмеялись. Фраза про табуретку и без моего бэкграунда воспринималась смешной! Ведь совершенно другого ожидаешь от занятия по магии.

И, разумеется, это не сошло нам с рук!

Ведь в аудитории царила тишина — видимо, адепт тащил табуретку на глазах у удивленной публики.

«А может, уже и прыгнуть с нее намыливался! А-ха-ха», — не могла остановиться я.

И вот на фоне этой тишины наш смех, похоже, донесся до ректора.

Дверь отворилась. И вместо того чтоб тихонько юркнуть на занятие, мы натолкнулись на его суровый огненный взгляд.

Вот что у него с глазами, подумалось мне. Вечно горят, как костер. Может, дело в необычном цвете?

Между тем по спине пробежали холодные мурашки. И вообще стало не по себе.

Сейчас он ка-а-к вкатит нам число баллов, нужное для отчисления!

Даже пронеслась мысль, что он придумал начать занятие раньше, чтобы иметь формальный повод отчислить меня. Ведь мог догадаться, что я опоздаю!

— Неужели в деканате так долго выдают документы? — оглядев нас, поинтересовался он. — Я уж не ждал вас, знаете ли.

— Кгм… — сказала я.

В голове мысли были только про пробки, мол, я ехала на автобусе в универ, а автобус застрял в пробке. В общем, срабатывали старые отмазки из студенческих дней. А тут они явно не подходили!

— Простите, магистр ректор, — поклонившись, сообщил Вендер. — Нас задержал герцог Мауреан. Не наша вина — мы не могли перечить вышестоящему.

— Ммм… — слегка издевательски (то есть в своем духе!) протянул будущий обед кормуликов. Но тут же стал серьезным: — И чего же, позвольте узнать, желал его светлость от троих вечно влипающих во что-то студентов?

И тут у меня в голове щелкнуло. И новая волна мурашек… На этот раз — предупреждающих.

Ректор ни в коем случае не должен узнать, что герцога заинтересовала моя кровь! Не знаю почему, но не должен. Может, герцог — это вообще мой главный козырь в этом мире. А козыри раньше времени не открывают!

«Спасибо, один раз я свою интуицию уже не послушала. Сиганула с табуретки. Больше этого не повторится», — пообещала я заботливому внутреннему голосу.

Резко, но словно бы ненароком, шагнула к Вендеру и слегка ущипнула его за руку.

— Герцог предложил помощь Вендеру в связи с его проблемой! — сказала я, прежде чем вампирчик успел раскрыть рот. Но он, кажется, понял мой маневр и не сопротивлялся. — У него научный интерес к случаю этого вампира!

— А верные подруги «этого вампира», конечно, не могли бросить его на растерзание герцогу, — усмехнулся Галдрион. И вдруг показал себя с лучшей стороны. — Занятие должно было начаться как раз сейчас. Это я был вынужден начать заранее. Поэтому сегодня штрафных баллов за опоздание не будет. Проходите. И попробуйте хотя бы в течение часа не доставлять никому проблем.

Уфф! Пронесло!

Бросил многозначительный взгляд на меня и пропустил нас в аудиторию.

Студенты там сидели за партами в просторном зале, а сама аудитория была организованна ярусами — как амфитеатр. Один парень маячил у преподавательской кафедры возле табуретки. Выглядел, как растерянный артист на сцене.

— Садитесь, адепт, — скомандовал ему ректор, а мы тихо как мыши пристроились на самой задней парте, где пока было не занято.

Но, конечно, на нас начали оглядываться, шушукаться и похихикивать. Наверное, обсуждали, сколько штрафных мы получили за опоздание, и удалось ли уже Вендеру соблазнить одну из нас. А может, обеих? Может, поэтому мы и опоздали… Знаю я студенческие шуточки!

Но голос Галдриона, разумеется, восстановил полную тишину.

Адепт сел. Это был стройный миловидный парнишка с умным лицом. Весьма приятный.

— Сейчас адепт покажет остальным, что нужно делать. В смысле попробует выполнить задание. После этого каждый из вас повторит, насколько сможет. Ведь, насколько я знаю, среди вас есть те, кто еще не научился ощущать магию даже в себе. А это самый необходимый первый шаг. С него и начнем…

В этот момент кто-то аккуратно коснулся моей ноги, спрятанной под платьем.

«Опять», — пронеслось у меня в голове…

Опять — потому что, помнится, совсем недавно меня хватанул за ногу «морской котик» в бассейне. Эх… интересно, как он там? Надеюсь, ему не очень плохо в зоопарке.

Почему-то котик вспоминался, как родное существо, хоть ректор вполне четко обрисовал, на что этот монстрик способен.

На этот раз прикосновение было ласкающим, приятным, словно меня погладили. Но я вздрогнула.

— Ты чего? — шепнула Раина, сидевшая рядом.

— Так, ничего, просто дергаюсь перед упражнением, — тоже шепотом ответила я.

Попробовала убедить себя, что мне показалось. Может, вообще подолом платья по ноге мазнуло… Я же не привыкла в таких длинных юбках ходить, вот я замечаю то, на что местная девушка не обратила бы внимания.

И с видом пай-девочки принялась слушать Галдриона. Даже руки сложила на парте, как учили в первом классе.

— …Источник магии, как вы, должно быть, знаете из школьного курса «Введение в магическую физику», — вещал ректор, — находится в другом измерении.

«Ого, а тут знают про другие изменения!» — подумала я.

— К сожалению, это измерение нашего мира является общим с миром Барсагир. Это делает возможным контакт между нашими мирами и проникновение барсагири к нам. Но в данный момент это к делу не относится — подробнее об угрозе барсагири вы узнаете на курсе «Магические опасности» на третьем курсе, если, конечно, останетесь в Академии…

Чего-то долго ждать, подумалось мне. Нужно пойти в библиотеку и взять учебник по этому курсу. А лучше — какую-нибудь специфическую книгу про барсагири.

— В данный момент вам следует понять, что магические способности и их сила напрямую зависят от степени вашего контакта с Источником в измерении «зерта». Представьте себе резервуар с водой с отверстием. В каком случае вода будет вытекать быстрее и более широким потоком? Конечно же, если отверстие большое. Так же и тут. Размер «отверстия» является врожденным. Можно развить магические навыки тренировками, но общий уровень магической силы увеличиться не может. В наших исследованиях мы показали, что выходом из ситуации может стать наличие постоянного магического партнера. Чужая магическая сила может как бы «расширить» отверстие из вне…

Достаточно интересно, кстати, подумалось мне. Только жаль, что это отверстие нельзя расковырять сильнее самостоятельно. Может, они просто не знают, как это сделать?

— Поэтому вы и приступаете к эксперименту. Что же… довольно теории! — Галдрион величественно повысил голос, словно был военачальником, скачущим перед солдатами в начале битвы. Ох, хорош, зараза! Еще характер бы ему хороший — и можно было бы сказать, что таких сногсшибательных мужчин больше нет! — Адепт, сейчас ваша задача ощутить, где в вашем теле находится место контакта с Источником. То есть — ваш личный источник магии. Призвать вашу силу, позволить ей струиться через «отверстие» и сделать ее видимой для нас…

— Эээ, магистр ректор, — высоко интеллектуально сказал адепт, — а как сделать видимой?

— Просто прикажите вашей силе, допустим, засветиться, — подсказал Галдрион. — Так, остальные пока не выполняют упражнение. Ждем, когда справится адепт.

В этот момент моей ноги опять что-то ласкового коснулось.

Вот ведь!

И тут в голову пришла ужасающая мысль. Вдруг у меня все же вырос хвост?! Длинный такой, с пушистой кисточкой на конце. И эта кисточка щекочет мне ноги…

Только не это! Пусть это будет глюк! Или юбка! Юбка, а не хвост!

Я поправила юбку. При этом она мазнула по ногам — и ощущения от этого были совершенно другие.

И словно бы издеваясь надо мной — мол, зря надеешься, будто это глюк — меня еще три раза (!) погладили.

Сердце бухнуло и стекло в пятки. Ну точно хвост! Ааа, мамочки! Я что — все же баральгинка?

Адепт начал выполнять упражнение, и ректор — по долгу службы — уставился на него.

Мои друзья (они же ближайшие соседи) тоже внимательно наблюдали за тем, что происходило возле кафедры.

Воспользовавшись ситуацией, я слегка отодвинула свой стул и приподняла юбку…

Уфф… Хвоста не было.

Но возле моих ног (то есть, вообще-то — у меня под юбкой) сидел тот самый морской котик.

Теперь у него вместо ласт были широкие и мягкие передние лапки, хоть сзади оставался хвостик с ластами. Но это точно был он!

И это невероятное создание лукаво глядело на меня снизу вверх. Мол, вот он я! Я тебя нашел!

— Ты что тут делаешь?! — очень тихо простонала я.

К счастью, увлеченная наблюдением за экспериментом, Раина не расслышала.

А я совершенно его не боялась. Ну не может существо с таким выражением морды быть злокозненным монстром! По крайней мере — не может с тем, кто к нему добр.

Понятливый котик указал лапкой на меня.

— Ко мне пришел?

Котик натурально кивнул.

— Я, конечно, очень польщена… — на этот раз я не стала спрашивать разрешения, протянула руку под стол и погладила его. Котик издал очень тихое, но совершенно точно мурлыканье. То-то же! А то нельзя его гладить! Ты просто еще не пробовал, мой маленький! — Но если тебя увидят… То адепты напугаются, а ректор опять отправит тебя в зоопарк… А меня начнет подозревать в чем-нибудь, — продолжила шептать, ведь осознала, что существо прекрасно меня понимает. — Как ты вообще сюда пробрался?

Котик поднял мордочку и закатил глаза с выражением — так я тебе и сказал.

— Рина, ты чего шипишь? С кем ты там шепчешься? — прошептала мне Раина. — Как упражнение выполнять будешь… Сейчас как раз важное!

— Да не шиплю я! — ответила я. — Просто проговариваю для себя именно это — то, как нужно выполнять упражнение!

— А что, помогает? — с интересом спросила волчица.

— Очень! Губы шевелятся — моторная память! — подтвердила я.

— Кхм… Может, мне тоже попробовать… — ответила Раина и принялась дальше глядеть на происходящее в том конце зала. При этом теперь ее губы неслышно шевелились.

«Так я команду психов организую», — похихикала я про себя и снова поглядела на «котика».

— Слушай, Васька, или как тебя, котик ты наш морской, — снова обратилась под парту: — Раз сумел пробраться — сумеешь и выбраться! Давай отправляйся обратно, пока тебя не хватились!

Котик сделал мученическое выражение морды и снова указал лапкой на меня. Я это поняла как то, что он не хочет со мной расставаться.

— Ну миленький, ну хороший мой, ну как я тебя спрячу… — чуть не заплакала я. — Давай я подумаю, как с тобой встретиться, а ты сейчас пойдешь домой? Ну пожалуйста… А то тебя опять накажут! И меня заодно!

Котик задумчиво поглядел на меня. Потом прижался бочком к моей ноге, вздохнул и… вполне себе бодро пополз куда-то в сторону стены.

Обернуться и поглядеть, куда он направился, я не могла. Потому что это слишком заметный маневр.

А ректор между тем как раз обратил свой взор на всех нас.

Ведь у адепта получилось. Вокруг него не слишком ярко светилось серебристое облако, сотканное будто бы из пушинок или пылинок.

— Отлично! Кстати, ваш уровень магии не столь слаб, как вы, должно быть, сами думали, — сказал он парню. — Оставьте табуретку на месте. Она нам еще понадобится. Садитесь на первый ряд. Теперь повторяем все вместе… Кто не умеет — вспоминайте, что вы видели.

А что видели? Лично я видела морского котика, который сменил ласты на лапки…

Довольный парень прошел на первый ряд.

А мы, как пай-студенты, принялись пробовать.

В смысле, все пробовали, а я задумчиво глядела на парту перед собой.

Как ощутить какой-то Источник, если в голове одни зубастые котики и некий процент вредного ректора?

А хуже всего было то, что он уставился именно на меня.

— Есть! — вдруг прокричал кто-то из адептов.

— Тсс… Вы молодец! — бросил засветившемуся адепту Галдрион, не отрывая взгляда от меня. — Не мешайте остальным!

Вскоре и другие адепты начали вспыхивать, как огоньки в новогодней гирлянде. Только я продолжила пялиться на парту перед собой и желать провалиться сквозь землю из-за пристального внимания Галдриона.

Что, ничего интереснее меня не видел, да? Вот уж, поверьте, даже не лестно!

А вдруг он ожидает, что я проявлю свою иномировую природу? Вдруг думает, что сейчас у меня проявится какая-то необычная магия?

Но он ведь все же помог мне! Значит, полагает, магия у меня вполне себе обычная для этого мира — иначе зачем выпускать меня на просторы Академии, если я тут же и рассекречусь.

Ладно. Пробуем!

Где там у меня источник?

Не в пятке ведь?

Может, там, где я всегда ощущала как бы центр своего тела? Между грудью и солнечным сплетением.

Я прислушалась к ощущениям в этом месте — и, о чудо — почувствовала, что там словно бы сияющий сгусток. А если обратиться к нему и представить, что из него течет поток — то… реально что-то начинает течь.

Вот так тебе, ректоришка!

Вокруг меня уже все светились. Раинино облако, кстати, было не меньше, чем у других. А у Вендера — и вовсе больше, чем у большинства. Может, не такие уж мы и убогие?

Так, поднатужимся…

Это было, словно я тащила тяжеленное ведро из колодца. Не знаю, как у других, а у меня течь свободно магия не желала. Я словно бы заставляла этот поток становиться сильнее и образовывать облако. Но в какой-то момент ощутила, что атмосфера вокруг стала как будто бы гуще.

«Елочка, гори!» — зажмурившись, скомандовала я.

— Ух ты! — услышала я, когда с опаской раскрыла глаза.

— Кгм… Интересно, — бросил Галдрион и решительно пошел ко мне.

И я осознала, что все — абсолютно все адепты — сворачивают головы, чтобы поглядеть на меня.

«Крылья?! Хвост?!» — в ужасе подумала я.

Вдруг им только и нужно было, чтоб я проявила магию, дабы прорезаться из тела?

Я судорожно сунула руку за спину. Вроде ничего…

И тут я осознала, что произошло.

Облако у меня было очень слабое. Поэтому я его и не видела раньше, находясь в его центре.

Но весьма широкое! По правде, оно практически накрыло Раину, которая погасила свое свечение.

И оно… оно было нежно-розового цвета. Это прямо передо мной. А чуть сбоку — голубоватое. А еще дальше — вплетались светло-зеленые нити.

Ко всему прочему в моем прекрасном облаке вспыхивали легкие золотые звездочки…

Между тем, Галдрион остановился рядом со мной. Пользуясь тем, что адепты шушукались, наклонился ко мне, словно хотел поправить кусочек облачка, и шепнул:

— Нужно было посадить тебя под замок!

При этом меня обдало горячим дыханием — слишком горячим для нормального человека. Оно обжигало. И как-то странно волновало.

Распрямился и нахмурил брови — я это поняла, как «молчи, если хочешь жить!».

— Встаньте, адептка, а то другие адепты сломают шеи, — усмехнулся он.

Я поднялась. Разумеется, теперь все молчали и еще пристальнее разглядывали мое облачко.

— А я слышала, звездочки бывают у сумасшедших… — раздался откуда-то девичий голос.

— Помолчите, — не оборачиваясь, бросил Галдрион. — Адептка, скажите, вы сегодня не ели ничего необычного?

И… подмигнул мне. Впрочем, подмигивание было такое грозное, что я испуганно сглотнула прежде, чем ответить.

— Пищевой концентрат, — призналась я.

Послышались смешки, кто-то шушукнул: «Есть такие, кому завтрака и полдника не хватает! Наверное, у нее глисты!».

Я даже обернулась на этого «смертника» — пристукну его при первой возможности. Хотя он ведь не знает, что пищевой концентрат я выпила не от хорошей жизни.

— Что же, — оглядывая меня, сообщил ректор и, кажется, облегченно выдохнул, услышав про концентрат. — Вот так бывает, адепты, если принимать непроверенные химические соединения. Как видите, магию адептки «покрасило». Не рекомендую повторять ее эксперимент.

— Но мы тоже выпили пищевой концентрат… — растерянно сказала Раина.

Вендер шикнул на нее, а ректор грозно взглянул.

— Вы не люди, — бросил он словно бы небрежно. — Ваша чувствительность к химикатам меньше.

— К тому же у них были синие таблеточки, а у меня — красная! — пискнула я.

Галдрион впервые глянул на меня с одобрением. Мол, молодец, хорошо помогаешь отмазывать тебя.

— Ах, красная таблеточка, значит! — усмехнулся он. — Что же, я сообщу химомагикам об интересном побочном эффекте красной таблеточки. Пока же… Все, адепты, хватит пялиться на разноцветную адептку. На сегодня сознательную визуализацию магии заканчиваем. Теперь выполняем упражнение в парах. Стараемся нащупать магию партнера. Если — согласно нашей версии — ваши магические ауры окажутся хорошо совместимы, то свечение проявится само.

И направился обратно к кафедре…

Адепты один за другим гасили облака. Я понятия не имела, как это сделать, поэтому просто прошептала про себя: «Елочка, а теперь — не гори!».

Кажется, получилось. Оставался только сладкий привкус собственной магии. Ведь вообще-то чувствовать это облако было очень приятно! Ты одновременно как будто нюхаешь его и пробуешь на вкус.

— Сперва демонстрация! — скомандовал Галдрион. — Хм… А знаете, это будет интересно. Воспользуемся возможностью! Разноцветная адептка, выйдите сюда. В вашем случае эффект будет хорошо заметен. Идите, идите… И садитесь на табуретку… — на слове «табуретка» он сверкнул на меня глазами и обозначил усмешку.

«У-у-у, опять табуретка!» — простонала я мысленно.

И опять всеобщее внимание…

И все же я была признательна ему, что отмазал. Ведь точно знала, что цвет моего облачка не имеет никакого отношения к красной таблетке.

Вот просто знала, и все тут! Как мурашки безошибочно предупреждали меня о неприятностях, так же и тут внутренний голос утверждал — таблетка не при чем!

Глумливо так говорил: «Даже не надейся, что это действительно от красной таблеточки! Не с твоим везением».

Но было не до дискуссий с внутренним голосом.

Надеюсь, ректор знает, что делает! Ведь если при выполнении базового упражнения на «свою магию» я засветилась, как Новогодняя елочка, вообще непонятно, что произойдет, когда моя магия войдет в контакт с магией партнера.

В общем, я поплелась к кафедре, с опаской глядя на табуретку.

Нет, что прыгать с нее больше не придется, я уже осознала.

Но с некоторых пор табуретки вызывали у меня что-то вроде посттравматического стрессового расстройства. То есть я не желала иметь с ними дела и испытывала к ним ярко выраженную антипатию.

У-у-у, табуретище! Я тебе!

— Садитесь, — кривенько улыбнулся ректор.

А ты что думал, великий и ужасный, я на нее сразу полезу ногами?!

Угнездилась на табуретке, ощущая себя полной идиоткой, примерно как когда нужно было прыгать.

И опять — прямо по кругу ходим! — все смотрели на меня. Все та же картина маслом.

Я. Табуретка. И тренер — на этот раз великий и прекрасно-ужасный Галдрион.

Тьфу!

Не мог другого для своих опытов выбрать?

Вот почему ты меня так бесишь?!

— Итак, кто желает составить пару «разноцветной» адептке? — возгласил ректор.

— А в каком смысле пару?! — отважился крикнуть кто-то из парней.

Я не поняла кто, а ректор бросил в зал такой взгляд, что все тут же затихли, даже девчонки на одном из задних рядов перестали перешептываться.

— Пару в эксперименте. Но в случае большого успеха — с большой перспективой, — усмехнулся Галдрион, чем доказал, что вообще-то вопрос адепта был вполне логичный.

«Вот только больших перспектив непонятно с кем мне не хватало!» — подумала я.

А из зала между тем уже тянулся лес рук. Моя необычная окраска и то, что я в целом симпатичная, вызывало большой ажиотаж у парней.

С самого заднего ряда выше всех торчала рука Вендера — он даже встал, чтоб его точно заметили. Чтоб заметила я, подумалось мне, чтоб я его выбрала… Если у меня, конечно, есть выбор.

Ректор же Вена словно не замечал. И выбор мне не предоставил…

— Давайте вот вы, — он кивнул приличному мальчику с третьего ряда.

Блондинчик вполне себе приятной наружности. Ну разве что полноватый — этакий мишка.

«Мишка» радостно пошел ко мне.

— Вы табуретку забыли, — сказал Галдрион и кивнул на еще одну табуретку, стоявшую с краю. — На чем сидеть будете?

Парень, влюбленным взглядом глядевший только на меня, слегка покраснел, сделал круг к табуретке, ну и в итоге сел напротив.

— Сейчас пробуем без предварительного установления личных связей, — коварно улыбнулся Галдрион. А парень, явно растерявший боевой дух и стеснявшийся меня, совсем поник. Видимо, он рассчитывал именно что на знакомство. — Пара создана случайным образом. Но в нашем опыте могут быть любые сюрпризы. Сейчас просто смотрите друг на друга. Призовите свою магию и позвольте ей свободно струиться в сторону партнера. Когда — и если сработает — то я сам сделаю визуализацию. Параллельно можете рассказывать о своих ощущениях — чтобы другие знали, к чему готовиться. Разговаривать друг с другом сейчас запрещено.

Ммм… Не зря я опасалась какого-нибудь идиотизма. Теперь мы будем пялиться друг на друга. И парнишка будет стесняться…

Я ободряюще улыбнулась пареньку. В сущности, мне такие нравятся, хороший скромный — наверное, еще и надежный. И готовить, наверное, умеет, уж больно уютный у него вид.

Он улыбнулся и выдохнул — явно осознал, что хотя бы я тут не кусаюсь.

Снова обратилась к своему «центру» и призвала магию. Не зная, как ей «разрешить», просто сказала себе, что если моя магия хочет потрогать магию паренька, то пусть это сделает.

Я не против! Он не относился к тем людям, к кому противно прикасаться.

Иными словами, так мы и сидели… Ничего особенного я не чувствовала. Разве что сладость от контакта со своей собственной магией.

Потом парнишка сказал:

— Щекотно что-то!

— А где щекотно? — серьезно поинтересовался Галдрион.

— Да как будто… везде, — признался жертва эксперимента.

— Прекрасно! — непонятно ответил ректор.

И махнул рукой…

— Вот, смотрите, все, что может быть, если мы случайным образом сформируем пару… — я разглядела вокруг себя и парнишки два… сияющих облачка.

Причем…

Причем мое облачко теперь было, как у всех — серебристое.

— …Заодно мы наблюдаем, что у адептки прошел эффект пищевого концентрата, — блеснув на меня глазами, усмехнулся Галдрион. Многозначительно так усмехнулся… — В остальном — вот так выглядит контакт магических аур любых двух незнакомых, но и не враждебных друг другу магов. Поля не перемешиваются. Усиления нет… Разве что соприкасаются. А щекотка связана с непривычным вам, адепт, «прикосновением» к чужой магии. Если я вас коснусь своим полем — у вас еще и не так зачешется! — на этой фразе, аудитория, разумеется, грянула смехом.

Да, наши облачка словно бы ощупывали друг друга…

«Уфф», — подумала я.

Парню не придется безрезультатно бегать за мной, утверждая, что я его единственная пара…

Но как так может быть?! Неужели внутренний голос наврал, и все «спецэффекты» действительно были от красной таблетки?!

Стало даже грустно. Ну как бы, понимаете, быть исключительной, конечно, опасно. Но и приятно тоже! Мне ведь уже мечталось, что скоро я сделаю карьеру на другом, приличном факультете, где подойдет моя разноцветная «елочка».

И что же?! Меня просто «вставило» от таблетки?!

Обидно, ну!!

Или это проделки ректора? Ничего не понимаю.

— Можете идти, адепт. В сущности, мы можем продолжить знакомство с разноцветной-в-прошлом-адепткой. То есть если формировать связь, это потребует очень много времени — и результат не гарантирован. Я бы рекомендовал вам переключиться на других девушек.

В зале послышались смешки, ребята потешались над парнишкой, который «потерпел фиаско».

Деловой подход ректора они не разделяли, ведь у молодежи всегда полно амбиций.

Хотя этот тоже хорош! Рекомендатор нашелся! Что, не мог как-то помягче дать парню понять, что со мной ему ловить нечего?

Бедняга встал, пробурчал благодарность за эксперимент, кинул на меня тоскливый взгляд и ушел на свое место.

— А мне можно пойти? — осторожно спросила я.

— Нет, вы сидите на табуретке, адептка. Сейчас продолжим. Итак, теперь попробуем с «установленной заранее личной связью». Скажите, адептка, успели ли вы познакомиться с кем-нибудь из адептов противоположного пола? Или, быть может, вам кто-то сильно понравился? Ммм?

Как вы помните, его «ммм» бесило меня особенно сильно!

А сейчас его усмешка и блеск глаз говорили, что он прямо вот потешается внутри «сейчас-то мы и узнаем, Мариночка, кто тебе понравился!».

Меня даже перекосило.

Хорошо хоть не «из мужчин» спросил! А то, не дай бог, еще ляпнула бы, что самое длинное знакомство у меня с ним…

— На мой взгляд, магистр ректор, говорить о личных связях еще рано. Но я успела познакомиться с адептом Вендером. Мы вместе ходили в деканат. С ним и…

— Я так и знал! — перебил меня Галдрион — не дал подчеркнуть, что была еще и Раина. Кстати, он и верно знал… ведь видел нас втроем. — Если адепт Вендер не возражает, то пусть займет вторую табуретку.

Вендер достиг цели стремительно. По пути — подмигнул мне.

— Благодарю за возможность участия, — сказал Галдриону наш образец вампирской вежливости.

— Повторяйте упражнение. Посмотрим, что будет. Разговаривать друг с другом, опять же, запрещено.

Сидеть напротив Вендера было намного интересней. Ведь вампирчик, которого, наконец, выпустили на сцену, строил мне рожи. Ну не то чтоб как клоун, но подмигивал, улыбался. Делал едва заметные жесты руками…

На этот раз я ощущала, что наша магия струится свободно навстречу друг другу. Ведь было, по крайней мере, смешно.

Вспоминались все забавные моменты, что мы пережили вместе. Его проблема, мешающая ему занять достойное место в обществе…

— Хм… — послышался голос Галдриона. — Попробуйте закрыть глаза для усиления эффекта. Это все очень интересно…

Вендер подмигнул мне в очередной раз и смежил веки. Я последовала его примеру.

А спустя буквально несколько секунд я даже через закрытые веки ощутила вспышку яркого света.

В следующий миг что-то грохнуло!

Я открыла глаза и увидела, как весь светящийся Вендер… поднимается с пола.

Аудитория смеялась.

Ржала.

Заливалась.

И даже присутствие ректора не смогло успокоить ребят сразу…

Ведь это так смешно, когда студент упал с табуретки!

А меня взяла злость.

Один устроил все это безобразие, приведшее к тому, что молодой здоровый (тут вопрос спорный) парень позорно свалился с табуретки.

А другие — ржут, словно никогда кино с банановой кожурой и поскальзывающимся на ней героем не видели. Впрочем, они и верно не видели, чего уж там…

Я кинулась поднимать Вендера.

Не успела — парень уже стоял на ногах. Тогда я подчеркнуто заботливо помогла его отряхнуться. Может, забота симпатичной девушки поднимет его реноме.

Ректор же сказал:

— Опа! А вот так, адепты, может выглядеть контакт магий у пары, в которой уже установлен личный контакт… по крайней мере дружеского характера. В случае, когда взаимное доверие уже более-менее сформировано. Адептка, хватит приглаживать адепта вампира. Он и так довольно-таки гладкий, — на этой фразе раздался новый взрыв смеха. У меня вообще создавалось впечатление, что ректор пытается шуточками заслужить дешевый авторитет у студентов. И это дополнительно злило. — Встаньте друг напротив друга и дайте другим полюбоваться вашим результатом.

Мы с Вендером послушались приказа, и вскоре и сами видели, что из наших облачков словно бы исходят щупальца, залезают в облачко партнера и там чего-то щупают (а чем еще щупальцам заниматься?!). Впрочем, смешения энергий не происходило.

— Как видите, смешения энергий все же нет. Нет даже намеков на формирование общего поля. Однако тут есть определенные перспективы. Куда большие, чем в предыдущем случае.

Галдрион задумчиво поглядел на нас.

— Можете садиться на свои места. Однако — для чистоты эксперимента — сегодня вы двое в комбинации друг с другом его не повторяете.

— А почему я с табуретки-то упал?!

— А почему вампир шлепнулся с табуретки?! От красоты партнерши, ха-ха?!

Это были одновременно раздавшиеся голоса самого Вендера и какого-то парня с одной из задних парт. В общем, озвучили наболевшее.

— Ммм… Адепт Вендер, почему вы шлепнулись с табуретки? Знаете? — поинтересовался Галдрион.

Желание треснуть его чем-нибудь в очередной раз стало невыносимым.

— Если бы я знал, то не стал бы спрашивать! — Вендер явно разделял мои чувства даже частично утратил свою безупречную вежливость в отношении ректора.

— Ну а что было перед этим? — серьезно спросил Галдрион.

— Меня как будто чем-то ударило… — честно ответил Вендер. Ох, вот бить приятеля я не хотела ни магией, ни кулаками. Вернее, это желание прошло давно — сразу после той нашей первой «разборки». — И я сам не понял, как слетел с табуретки!

— Вероятно, — кривенько улыбнулся Галдрион, — вы неосознанно — а в вашем случае, возможно, и осознанно, — улыбка превратилась в усмешку, — попробовали насильно слить свою силу с силой адептки. А ее поле сопротивлялось… Хотя, признаюсь, я не разглядел, когда это произошло.

— Да просто он обращаться не умеет… с табуретками! — шутканул кто-то из зала.

— Вампир, она тебя не хочет! — не удержался и съязвил еще кто-то.

— Молчать! — грянул Галдрион. — За поддевки других адептов буду начислять штрафные баллы. И выдворять из аудитории — с записью о пропуске. Повторяю, экспериментаторы — возвращаемся на свои места. Остальные — приступаем к выполнению упражнению. Создаем пары и приступаем.

— А пары, простите, магистр ректор, должны быть с заранее установленным контактом или без? — заискивающим тоном спросил пай-мальчик в очках, сидевший на первом ряду.

— Не важно, вы видели оба варианта. А если повезет — то сегодня же увидите и что бывает при хорошей половой магической сходимости…

Когда мы с Вендером уходили со «сцены», Галдрион буквально прожигал меня взглядом. И я ощущала, что он злится и о думает о чем-то, связанном со мной.

***

Дальше какое-то время, как ни странно, не происходило ничего особенно интересного или опасного для меня.

Студенты разбредались, чтобы найти пару. Потасовок не было — стоило кому-нибудь подрулить к уже занятой адептке, и опоздавший бросал опасливый взгляд на ректора да ретировался. Поскольку девушек и парней было примерно поровну, без пары остался лишь один мальчик — тот самый в очках.

Вендер с тоской поглядел на меня, но, помнится, ректор запретил нам сегодня еще раз «спариваться», и пошел к Раине…

Но не тут-то было!

Наша волчица летящей походкой проследовала через всю аудиторию туда, где… озирался, выбирая партнершу, тот самый рыжеватый блондин, что подшутил над деканом на общем собрании.

Причем создавалось полное ощущение, что он тоже ищет именно ее! Ведь стоило им встретиться глазами, как он буквально кинулся ей навстречу.

Неужели нашли друг друга?

Вот будет номер, если моя единственная подруга скоропостижно выйдет замуж! Мне тогда, простите, с кем в общежитие заселяться? Не с Вендером же!

Вендер, кстати, в итоге подвалил к невысокой пухленькой девушке простого вида. И она, кажется, была счастлива, что на нее обратил внимание такой симпатичный парень. Еще и вампир! Ей-то неведомо, что Вендер, как бы это сказать… болен.

Ко мне сперва бросились сразу трое. Первым оказался высокий шатен с красивыми голубыми глазами.

— Тай, — представился он. — Попробуем, или тебе уже страшно надоело?

— Марина. Попробуем, — улыбнулась я. На фоне злости на ректора ко всем остальным людям я тогда относилась очень хорошо. — Великий и ужасный не отпустил меня. Нужно продолжать.

— Ну… если ты слишком устала, то мы можем сделать вид, что работаем, а на самом деле я просто расскажу тебе пару анекдотов!

И залихватски мне подмигнул.

Я не удержалась и тихонько рассмеялась.

По правде, он и верно поднял настроение после всего.

— Давай «работать», но с анекдотами. И очень тихо, — сказала я.

— Прекрасно! Начинаем! — и весельчак поставил мне стул, а сам сел напротив, за нашей партой — ведь Вендер и Раина расположились там, где сидели их партнеры.

— Начали! — послышался голос ректора.

— Итак, — прошептал мне Тай. — Однажды в древние времена, когда драконы имели привычку похищать девиц, прекрасных, как ты, великий маг Алешан Топовинне шел по пустыне. И увидел красивый оазис, — по правде, мне стало смешно уже на Алешане Топовинне, но я сдержалась, чтобы не привлекать внимания ректора.

А парень продолжил по мере того, как я позволяла силе свободно течь в его сторону.

Ведь если совсем честно — хотелось показать ректору хороший результат, совместимость хоть с кем-то. Чтоб упокоился, что я вполне «своя», совместима с местными парнями. А может… какое-то саднящее чувство. Будто мне не только поэтому хочется! Пусть увидит, как я «сольюсь в экстазе» с кем-то нормальным, позитивным… И кусает локти, что сам такой вредный и злющий!

И уж у него-то не было бы никаких шансов на объединение магии со мной — такой красавицей разноцветной!

— …И вот отдыхает Алешан в оазисе, и вдруг идет к пруду мужчина. Алешан сразу признал в нем дракона, ибо была у него аура дракона. Великий маг, хоть и знал, что шансов у него мало, бросил в дракона огромный огненный шар и крикнул: «Час твой последний пришел, ящер! Не будешь более ты похищать наших девиц!». Тогда дракон обернулся — принял свою вторую ипостась, и бились они день или два…

— Как не померли-то? — улыбнулась я.

А вообще история, предлагавшаяся в качестве анекдота, сильно что-то напоминала…

— Не померли. Оба были сильные маги, какими станем мы, когда объединим магию, — продолжил шептать мне напарник. — И вот, когда оба полегли на землю обессиленные, и дракон снова принял человеческую ипостась, Алешан решил уточнить: «А ты чего тут, драконище, хотел-то в оазисе?!». А дракон отвечает: «Так я это, Алешанчик, водички попить!», — и мой напарник тихо, но заразительно рассмеялся.

Я наконец поняла, что напоминает эта история. И не то чтобы считала местный аналог известного анекдота про Алешу Поповича и Змея Горыныча образцом остроумия… Но Тай смеялся так заразительно, что я тоже засмеялась.

— Ммм… Вообще-то, если помните, разговоры были запрещены, — послышался рядом знакомый голос. — Однако использованный адептом подход неплох, — Галдрион стоял рядом и усмехался. — Взгляните…

И мы с Таем узрели, что наши поля ведут себя также, как вело себя мое поле с полем Вендера. Те же щупальца, даже более яркие.

— Предварительной личной связи не было, — продолжил Галдрион. — Но адепту удалось настроить партнершу на нужный лад. Так, все, возвращайтесь на свои места и смотрите на результат остальных.

В этот момент что-то вспыхнуло.

И мы все увидели, как вокруг одной из парочек сформировалось большое светящееся облако, в котором было не понять, где чья магия.

— Отлично! У нас первая пара! Вам следует сходить на свидание, чтобы закрепить связь. Если результат повториться — можете готовиться к свадьбе… Поздравляю!

Оба невысокие и невзрачные на вид парень и девушка сидели, слегка смущаясь, но чувствовалось, что они наслаждаются происходящим.

Нашли друг друга!

«Уфф, а меня-то пронесло», — подумалось мне.

Ведь окажись я на месте этой девушки, и мне было бы предписано свидание и скоропостижная свадьба. Великий и ужасный им прямо рецепт выдал.

Вот хорошо, что не все желания сбываются. А то помнится, мне только что хотелось насолить ректору, установив хорошую связь с кем-нибудь…

Больше претендентов на скорое бракосочетание не было. Но ректор объявил, что даже одна такая пара — результат лучше, чем ожидали.

К тому же среди нас были парочки, показавшие начальное слияние энергий. У них щупальца как бы расплывались, проникая в энергию друг друга… И одной из этих парочек были Раина с ее рыжеватым блондинчиком.

— Все. Идите на перерыв, после чего у вас будет лекция по основам Общей магии! — сообщил Галдрион. В дальнейшем эти занятия будет вести магистр Орфазон. И с ним шуточки не пройдут — имейте в виду.

Можно подумать, с тобой шуточки проходят просто на ура, ехидно подумала я. Вот твои шуточки — почему-то всем нравятся, это да.

Всем, кроме меня!

И только я углядела, что Вендер идет ко мне (Раина так и беседовала со своим претендентом на слияние), как рядом неведомым образом оказался… ну конечно же ректор.

— А вас, адептка, я попрошу остаться. Я должен окончательно убедиться, что эффект пищевого концентрата номер три прошел…

«Чего же тебе нужно на самом деле…» — простонала я.

А по спине пробежали холодные мурашки, предупреждая, что меня ждет далеко не легкий разговорчик.