Сваха. Богатая невеста для господина Тронтона.

Сначала я час ехала на трясущемся грузовичке, управляемым  маленьким смуглым фермером, который направлялся в Сортес, деревеньку, приютившуюся почти у вершины Кретских гор. 

– Вам лучше поторопиться, – сказал он, высаживая меня возле неширокой просеки, где на коротком деревянном шесте висел указатель с вырезанными изящными буквами: “Отель “Слезы Троля””.

Его грузовичок, лязгнув цепями, скрылся в облаке выхлопных газов. Я осталась одна. И, взглянув наверх, была вынуждена согласиться: погода ухудшалась.

Перехватив поудобнее свой саквояж, я уверенно зашагала по тропе, ведущей в лес, на которую указывала стрелка на дорожном знаке отеля.

Сюда в отель меня позвала моя старая подруга из пратской академии, Тресси Вилара. После выпуска мы с ней постоянно переписывались, и за все те несколько лет её прилично помотало по Адару. 

Выяснилась, что Адару не сильно требовались выпускники факультета Истории и Сказаний. 

Нет, некоторые из нашего потока, конечно, нашли себе тёплые местечки при университетах или какими-нибудь архивариусами в государственных заведениях. 

Кто-то посвятил жизнь науке…

Остальным пришлось пробивать путь, работая в гостиницах и кофейнях, а также секретарями в фабричных и строительных предприятиях. Некоторые, как и я, ушли в  семейный бизнес. 

Между тем ветер усиливался, и я прибавила шагу. Надо бы попасть в отель, пока еще не стемнело окончательно.  Мои ботинки звонко хрустели по свежевыпавшему снегу.

После продажи лавки таинственному покупателю, который предложил за нее огромные деньги, я собралась поехать в экспедицию. 

Конечно, я подозревала, что тем самым покупателем был Алекс. На следующий день я даже попыталась связаться с ним, но его секретарь сказала, что господин Тронтон отбыл на другой континент. Более нелепой лжи я ещё не слыхала! 

Тогда я просто приняла ситуацию такой, какая она была. Если Тронтон  хотел считать, что таким странным образом он отплатил мне за своё спасение. Что ж, это было его право! Ко мне это никак не относилось!

В любом случае те деньги мне пригодились. Экспедиция на драконирские острова, куда меня взяли секретарём, перенеслась на следующую весну, потому что  профессор Норни, ее руководитель, сильно заболел. И всё, что нам оставалось - это только ждать его выздоровления. 

Поэтому на некоторое время я сделалась совершенно свободной птицей, причём довольно богатой (привет Алексу Тронтону!), и решила попутешествовать по Адару. Сначала я пожила пару месяцев в Прате, потом погуляла по старинным кварталам в Боне, городе на западном побережье, где ходила в музеи и древние храмы, замирая от звуков огромного духового инструмента.

Про Тронтона я не вспоминала, ну ... почти. И в течение нескольких месяцев ничего про него не слышала. Даже герцогиня Лакендок ничего не знала про него. Я звонила ей по телефону несколько раз, чем герцогиня, ненавидящая прогресс во всех его проявлениях, жутко возмущалась.

В последний разговор она даже заявила, чтобы я перестала производить шум в «этой ужасной чёрной штуке» (так она называла телефон),  и если я желаю говорить, то всегда могу прийти на чай. Но, несмотря на строгий тон, в её голосе сквозила та милая ворчливая теплота, которая предназначалась только для «своих» людей. И я только улыбалась в трубку.

Жизнь моя текла неторопливо и однообразно, и ничего не смущало её. Но неделю назад все газеты Адара буквально взорвались заголовками о скорой свадьбе господина Тронтона с Беллой Велингтон, единственной дочерью известного адарского банкира, барона Велингтона.

Непонятно почему, но тот день стал самым плохим за целое лето и осень – всё валилось из рук. Кроме того, я поругалась с бакалейщиком, и, к своему стыду, отдавила ногу пожилой соседке по апартаментам. Поэтому, только получив очередное умоляющее письмо от Трейси с просьбой навестить её в отеле, затерянном высоко в горах, я тотчас купила билет до Нордши.

Так, я и оказалась в лесу, посреди зарождающейся снежной бури.