Свёкор. Закрою твои долги, пышка!

Горячий воздух кухни обжигал лицо, когда Виктория яростно мешала соус, чувствуя, как капли пота скатываются между пышной грудью. Ее пухлые пальцы нервно перебирали пучок петрушки.

— Шеф, столик семь жалуется на утку! — крикнул су-шеф, протискиваясь между раскаленными плитами.

— Пусть подождут! — резко бросила Вика, с силой хлопнув ложкой о край кастрюли. — Или сами приготовят лучше?

Она резко повернулась, и ее округлые бедра едва не опрокинули поднос с десертами. 

— Блин! — выругалась она, хватая дрожащими руками падающий крем-брюле.

— Вика, ты вся взмыленная, — осторожно заметила Ольга, кондитер. — Может, передохнешь?

— Отдохну в могиле, — проворчала Вика, вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Когда эти кредиты меня добьют.

Ее телефон завибрировал. Не глядя, она сунула руку в карман халата.

— Опять банк? — спросила Ольга, заметив, как дрогнули губы Вики.

— Коллекторы. Третий звонок сегодня, — прошептала Вика, чувствуя, как подкашиваются ноги.

В этот момент в кухню вошел менеджер ресторана. Его лицо было напряженным.

— Виктория, вас срочно требует Сергей Михайлович. В кабинете.

— Сейчас? — Вика нервно облизала пересохшие губы. — Но у нас полный зал!

— Он сказал немедленно.

Сердце Вики бешено заколотилось. Она сняла фартук, поправила выбившиеся из пучка пряди волос и, глубоко вздохнув, направилась к лифту.

Кабинет шефа пах дорогим коньяком и властью. За массивным дубовым столом сидел мужчина лет пятидесяти — седина на висках, холодные серые глаза, тяжелые руки с массивным золотым перстнем.

— Закрой дверь, — сказал он, не поднимая головы от бумаг.

Вика послушно щелкнула замком.

— Садись.

Она осторожно опустилась на край кресла, чувствуя, как пышные бедра сжимаются в узком сиденье.

— Отчет за прошлый месяц не сдан, — начал он, наконец подняв на нее взгляд. — В третий раз.

— Сергей Михайлович, я... — начала Вика, но он резко перебил:

— Ты знаешь, что в этом отеле значит дисциплина?

— Да, но...

— Нет "но", — он резко встал и начал медленно обходить стол. — Ты думаешь, семейные связи дают тебе право на поблажки?

Вика почувствовала, как ее щеки заливает краска.

— Я не...

— Молчи! — он внезапно швырнул перед ней толстую папку. — Знакомо?

Вика заглянула внутрь — и кровь застыла в жилах. Там были все ее долги: ипотека, кредитные карты, даже старый заем у микрофинансовой организации.

— Три миллиона семьсот тысяч, — холодно произнес Сергей. — Интересно, что скажет суд, когда узнает, что ты живешь в квартире своего покойного мужа?

— Я... я все верну, — прошептала Вика, чувствуя, как дрожат колени.

— Когда? Через сто лет? — он грубо схватил ее за подбородок. — Посмотри на себя. Ты даже форму себе новую купить не можешь, — его пальцы впились в ее пышные бока. — Эта тебя уже третий год как распирает.

Вика попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал ее челюсть.

— Я могу сделать так, что все твои долги... испарятся, — прошептал он, приближая лицо так близко, что едва не касался губами её губ.

— За... за что? — выдавила Вика.

Сергей медленно улыбнулся и достал из кармана ключ с брелком "814".

— Ты умная девочка. Догадаешься, — он положил ключ перед ней на стол. — Сегодня. Девять вечера.

— Вы... вы же свёкор! — Вика вскочила, опрокидывая стул.

— Да, — усмехнулся он. — И это делает предложение еще интереснее.

Его рука скользнула вниз, грубо сжав ее пышную попку.

— Выбери — или ключ, или звонок коллекторам через пять минут. Решай.

Вика выбежала из кабинета, сжимая в потной ладони звенящий металл. Лифт ехал мучительно медленно, а между ног предательски пульсировало...

В кухне ее ждала Ольга.

— Что случилось? Ты белая как мел, — спросила она.

— Ничего... Просто отчеты, — Вика насильно улыбнулась, пряча ключ в карман. — Давай работать.

Но весь оставшийся день перед глазами стояли холодные глаза Сергея и его слова: "Девять вечера. Не опаздывай".