Сверхсущественное в Магической Академии

АННОТАЦИЯ

- Переходи на сторону тьмы! У нас есть печеньки! - Не могу, я на диете!

Таинственный и загадочный призрак держит в страхе всю Академию! И это я! А что вы хотели? Я случайно убила старого ректора во время самого безобидного экзамена. За это меня лишили магии и вышвырнули из Академии ровно за месяц до получения диплома! Но я не растерялась! Помня про то, что дипломы выдает не министерство, а особая магия Академии, мне нужно тайно продержаться в Академии  до выпускного, чтобы получить свой многострадальный диплом. При условии, что с ректором что-то не так... И я начинаю его побаиваться! В тексте есть: оборотень, темный властелин, переход на темную сторону, любовный многоугольник, героиня с чувством юмора, охотник на нечисть, обаятельное зло, вселение в тело

- Пойдем, сделаем что-то мерзкое, ужасное, отвратительное! -  нашептывала мне темная сущность.

- Поедим после шести! – потерла я ручки, вспоминая, что перед едой их не мешало бы помыть.

- Я немного не это имел в виду! – послышался голос тьмы, пока я красилась чужой помадой. – Я предлагаю раздавить весь магический мир!

- Три булочки на ночь, и от магического мира останется лепешка, - вздохнула я, глядя в зеркало на свою талию. – А пока что маленькое привидение очень хочет в туалет. Давай заклинание невидимости!

Я кралась по коридорам, слыша голоса студентов, в ужасе обсуждающих события прошлой ночи. «Ректор поклялся поймать этого неуловимого призрака!», - слышался женский голос. «Она сегодня была в моей комнате! Магией клянусь! Она стаскивала с меня штаны! Она вся такая полупрозрачная…  «У меня есть незаконченное дело, которое мешает мне обрести покой!» - шепчет она. – «Я умерла потому, что осталась девственницей до последнего курса! И не могу ее лишиться, потому что руки у меня холодные!», - послышался мужской голос, когда я осторожно высунулась из-за угла, стараясь не отбрасывать тени.

- А я слышала, что она повесилась, потому что у нее строгие родители. Они обещали, что перестанут давать ей деньги на карманные расходы, если Иви не закончит Академию на отлично!, - таинственным голосом прошептала  светловолосая девушка, осматриваясь по сторонам. – И теперь она ходит неприкаянная по Академии, и душит тех, кто получит пятерку!

Я прошла дальше по коридору, осматриваясь по сторонам.

- Я сижу в библиотеке, переписываю конспект, как вдруг над ухом в леденящей тишине раздается голос… «Дай списать!», - послышалось из-за угла. – Я подскочил, обернулся, но никого не было… Такой могильный холод вокруг… Я бросился бежать, а она за мной… «Дай списать!», - слышится жуткий шепот. – Я чуть не выронил конспект по некромантии!

- Вы были тогда в столовой, когда она запустила в ректора тарелкой с супом, а потом сняла с него штаны? – опасливо спросил парень с четвертого курса.

- Нет, - хором и очень заинтригованно ответили все.

- И я не был. Но мне рассказывали, - вздохнул рассказчик. Спасибо за идею!

 Я добралась до женского туалета, ожидая, когда все разойдутся по занятиям. Больше всего я ненавижу скрипучие двери, огромные светильники, тех, кто пытается переехать в мою комнату и нового ректора.

Из туалета слышались женские голоса, а я осторожно подковырнула дверь, беззвучно вошла внутрь.

- Неужели ты все про нее знаешь? - послышался голос, пока я выглядывала и видела двух девиц, замазывающих прыщи магической маскировкой.

- Конечно! Я с ней училась, - вздохнула бывшая однокурсница Аманда. – Все, что говорят другие  - это бред. Я расскажу тебе настоящую историю Иви Блэкроуз! Однажды, перед экзаменом по прорицанию, я зашла в кабинет ректора, чтобы узнать, будет ли выпускной! Открываю двери, а там… Там… По всему кабинету разбросана одежда!  На столе сидит Иви, а над ней стоит пыхтит ректор… Его седые волосы прилипли к плечам… Мантия валяется возле стола… А сверху ее трусы… С дракончиками…

- Не может быть! – затаила дыхание Миранда, крася губы и заклинанием подкручивая реснички. –  Как она могла?! Он же не встает!

- Что? А ты откуда знаешь? – прошептала Аманда, закусывая губу и присматриваясь к прыщу. Хищные ногти выдавливали вулкан на лбу, пока она кривилась и постанывала.

- Так мне кажется, что все это знали! Он же на магическом кресле передвигался! – удивилась Миранда, накручивая розовый локон.

- Да не правда! Тогда еще не передвигался! Он вчера на него пересел, после того, как неудачно упал с лестницы, – послышался голос Аманды. – Я вообще про старого ректора!

- А-а-а. И что там дальше? Рассказывай! – потерла ручки Миранда, пока Аманда выглядывала в сторону прикрытой двери.

- Я закрыла двери и вышла, пока меня не заметили… А потом… Потом он убил ее! Прямо на экзамене! Это он убил старого ректора, который не знал про роман! Иви сказала, что если ей не поставят пятерку, она всем все расскажет! Тогда репутации нового ректора – кранты! Он задушил ее ее же трусами прямо на экзамене!

- С дракончиком? – пискнула Миранда, осматриваясь по сторонам.

- Да-да! Теми же трусами! – абсолютно серьезно произнесла Аманда. – А нам сказали, что она якобы уехала домой! Труп он сжег, а прах ее хранит у себя в кабинете! Как память! И поэтому Иви не может обрести покой!

- Да ты что?!! – округлила глаза Миранда, поджав губы.

- Она очень ревнива, - прошептала Аманда. – И поклялась оторвать ему все. Как только она выполнит свою клятву, ее дух успокоится!

- О, сила, как романтично, - вздохнула Миранда, кивая собственным мыслям. – Поэтому он ходит в доспехах?

- Да, именно поэтому! – прошептала Аманда, наводя помадой сердечко на стене.  – Я тебе многое про нее рассказать могу! Про то, как она приворожила старого ректора…. Это вообще отдельная история…

- Так!  Девочки! – послышался голос мадам Лерой, а красавицы вздрогнули. Помада упала на пол, – Вы что здесь делаете? Звонок был для учеников! Марш на занятия! Зато теперь я знаю, кто у нас портит академическое имущество! Я доложу об этом ректору! Живо! Это же какой позор! Писать помадой на стенах туалета!

Аманда и Миранда выбежали из туалета, сплошь покрытого надписями, и исчезли в коридоре.

- Позорят такое солидное учебное заведение! – скривилась мадам Лерой, поднимая помаду и рассматривая ее. – «Любит» пишется через «и», а не через «е». Нет слова «Хачу». Есть слово «хочу!».

Она исправляла надписи на стенах, строго глядя на результат.

- Как я это обожаю! – вздохнула мадам Лерой, проверяя свои тени на морщинистых веках. – Прямо молодость вспомнила.

Преподаватель по зельям осмотрелась по сторонам и тут же принялась дорисовывать сердечко, старательно выводя каждую линию.

- Даже сердечки рисовать не умеют! Вот поколение пошло! – бухтела она, а потом украдкой выбрасывая тюбик из под помады в переполненную урну.

Она вышла из туалета, а за дверью послышался ее строгий голос, обращенный к уборщице: «Найти того, кто рисует на стенах! И доложить мне! В срочном порядке! Нужно принимать меры, а то совсем распоясались!».

Старенькая, сгорбленная уборщица открыла двери, неся перед собой заклинанием ведро. Двери закрылись на замочек, а ведро отправилось выливаться.

Она щелкнула пальцами, а рядом с ней появилась перепуганная  иллюзия толпы учеников, которые жались друг к дружке. Бабулька осмотрелась по сторонам, а в руках ее появился иллюзорный нож внушительных размеров.  Я смотрела на иллюзию кровавого месива, слышала тихие визги и писки. Один из иллюзорных учеников, оставшийся в живых после жестокой расправы, полз в луже крови, но его настигла неминуемая иллюзорная кара.

- Я же сказала, - произнесла старушка, склоняясь над конвульсивно- дергающимся  трупом. – Не ходить по вымытому!

Я сглотнула, вжимаясь в стену. Иллюзия исчезла, а бабушка кряхтя направилась к двери, конвоируя заклинанием ведро.

Только я зашла в кабинку, как дверь воровато открылась. Я встала на цыпочки и выглянула. Напротив зеркала стоял  Коршун– преподаватель боевой магии. Мужик, напоминающий гору мускулов, который постоянно орал, что настоящего боевого мага нет слабостей, осмотрелся по сторонам и достал розовый тюбик с женской гигиенической помадой и стал профессионально красить губы в обрамлении густой черной бороды. Он сложил губки бантиком, сдвинул брови и причмокнул.

- Надо было персиковую брать с единорожками, - басом выдал он, рассматривая на ладони розовый тюбик «Маленькая фея». Он поцеловал тюбик, пряча его в карман плаща. Звеня доспехами, он удалился из туалета.

Только я собралась с духом, как дверь с ворчанием открылась, и в нее вошел Сморчок – преподаватель истории магии и артефактов.

- Долой магическое правительство! Долой коррупционеров! Даешь магическую революцию! – бухтел Сморчок, брезгливо вытирая руки платочком. - Или хотя бы откройте мужской туалет в Северной Башне!

Он зашел в кабинку, а оттуда послышалось:

- Эх, старые мы с вами стали… Ну давайте, ваше высочество! Мы же столько вместе прошли…  Снизойдите до милости! – вздыхал голос из соседней кабинки, пока я сидела затаившись и прислушиваясь. – А помните ту студентку пятьдесят лет назад? По вашей милости нас чуть не выперли из Академии! Что ж вы так, ваше величество! Одного лепесточка не хватило! Позор вам!

Дверь открылась, а оттуда вышел сгорбленный сморчок.

- Срочно! Срочно в кабинет ректора! Внеочередное совещание по поводу призрака! – послышался голос в коридоре.  – Весь педсостав должен явиться к ректору! Такого наш призрак точно не переживет!

Я вздохнула, слыша беготню по коридорам. А вот теперь мне самой страшно.

- Ну что? Покажем им, где раком зимуют? – поинтересовался голос тьмы, пока я осторожно приоткрывала двери, стараясь не привлекать к себе повышенного внимания.  Краем уха я послушала,  о чем говорят преподаватели, чувствуя, что такое мне и в страшном сне не приснится! 

- Меня лишили магической силы, - отозвалась я, видя, как ученики покидают аудитории. 

- А меня совести, - послышался голос тьмы, пока я понимала, что живой из Академии я точно не выйду! 

Глава первая.  Старое пердло

Трудно взять себя в руки, если они трясутся!  Я сидела на стульчике, чувствуя, как стул вибрирует вместе со мной, пытаясь унести меня по коридору подальше от ужасно двери. 

- Милдред Бембридж! – послышался  раздраженный голос, а я едва не сползла по стенке, сливаясь с ней и чувствуя, как зубы выдают тревожную чечетку. В голове от ужаса все смешалось. Дышать удавалось строго через раз…

Дверь с грохотом закрылась, пока я усиленно вспоминала хоть что-  нибудь из учебника. «На огненный шар, погруженный в человека, действует сила сопротивления, равная визгам жертвы: «Мама! Убивают!» и «Помогите! Горю!», - пронеслось в голове, а я доедала себя за то, что вчера вместо подготовки к экзаменам читала сборник магических анекдотов!

- Если бы я не х-х-ходила в т-т-туалет, то сэкономила т-т-три часа, которые могла бы потратить на подготовку к экзамену! – прошептала я, представляя сколько времени у меня было. – А если бы не ела, то двадцать часов! Почти сутки получаются!

Дверь открылась, а оттуда огненным шаром вылетела Милдред, бледная и перепуганная.

- Что спрашивали? – налетели на нее со всех сторон товарищи по несчастью. Она что-то пыталась объяснить, сползая по стенке. «Позовите некроманта! Нам нужно знать, о чем спрашивали!». Ее пытали заклинаниями, но она лишь всхлипывала, что получила «В. Возможно и лучше».

Давай, Иви, вспоминай! Параграф первый. Основы прорицания на кофейной гуще для чайников. Мозг отказывался работать, подсовывая мне все, что угодно, кроме нужного. 

- На высший бал нужно предсказать, к-к-какой билет вытянешь, - послышался слабый голос Милдред. «Мы ее теряем!», - послышались встревоженные голоса, когда она снова попыталась сползти по стенке. 

Дверь  снова открылась, заставив всех притихнуть: «Иви Блэкроуз». Что? Я? Уже? Так быстро? Я не готова! А можно еще пару минут? "Тумс-тумс-тумс!", - колотилось в груди мое сердце, когда голос повторил: "Иви Блекроуз!". 

Я шла по живому коридору, опустив глаза. «Я заберу твой учебник!», - послышался голос за спиной, пока я на негнущихся ногах входила в экзаменационную аудиторию. В воздухе висел тяжелый запах благовоний, на столике перед роскошным столом комиссии поблескивал в свете свечей  хрустальный шар. Рядом с ним лежала колода старинных карт.

- Проходите, студентка, - послышался слабый голос старого ректора, а его иссохшая рука указала на парящие в воздухе билеты. – Говорите,  какой билет вытяните, и получаете высший бал…

Вчера я вусмерть уморила свой хрустальный шар, задавая ему этот вопрос. Сначала он показал мне «гроб», потом «сердечко», а потом вообще отказался со мной разговаривать, банально скатившись со стола и разбившись вдребезги. С пронзительным криком мелкая магическая сущность, пойманная в шар, издохла прямо на полу в жутких муках. Хотя изготовители шара гарантировали вежливые ответы даже на тысячный вопрос за день «А он меня любит?». 

- А-а-а…. – открыла я рот, глядя на старенького ректора. Седую голову венчал огромный колпак со всеми регалиями, которые уже не помещались на мантии. – Любовь до гробовой доски?

- Тяните, - махнул рукой ректор, пока комиссия сидела и обсуждала что-то свое, поглядывая в экзаменационную ведомость. Моя дрожащая рука тянулась в сторону билетов. Пальцев коснулась бумажка, а я вытащила ее, медленно разворачивая.

- Гадание на судьбу, - разочарованно прошептала я, понимая, что высшего бала мне уже не видать. «Как же душно здесь!», - обмахивалась парящей в воздухе бумажкой Мадам Донжур – преподаватель заклинаний. «Холодно!», - зашипел на нее Данстар – преподаватель зельеварения, глядя на меня мутным взглядом хронического дегустатора. Недавно он выпил какое-то зелье, и его кожа приобрела голубой оттенок.

- Давайте сразу перейдем к практике! – послышался раздраженный голос мадам Донжур, а она открыла окно заклинанием. – Я просто сейчас задохнусь!

 - Закройте! Я простыну!  Между прочим, магия многое потеряет в моем лице! Куда больше, чем в вашем! Каждый день я вношу свой органический вклад в магию, жертвую собой, чтобы магия не стояла на месте. И каждый день мои эксперименты выливаются в научное открытие! – проскрипел Данстар, насупившись и злобно закрывая окно заклинанием.

- Впервые слышу, чтобы унитаз называли «научным открытием», - фыркнула Мадам Донжур, снова пытаясь заклинанием открыть окно. Ректор посмотрел на них, и они успокоились. - Как же душно! Я сейчас кого-нибудь задушу!

- Не понимаю, что я здесь вообще делаю? – скрипучим голосом спросил  Данстар, насупившись и оградившись ото всех. – Еще не хватало, чтобы я заседал в комиссии по гаданию на ромашке! Знаете, в чем отличие мужчин и женщин? Женщины гадают на ромашке, а мужчины на рюмашке. Если их не любят, женщины огорчаются, а мужикам уже все равно.

Я решила не обращать внимания и осторожно села в кресло, тревожно посмотрев в молочную гладь магического шара. На алом бархате появился конверт, а ректор кивну: «Открывай!».

-– Ваша задача, адептка, рассказать про этого человека все, что знаете и предсказать его будущее! Но для начала  расскажите свое будущее!  – произнес он, клюя носом.

Я положила руки на холодную сферу, напоминающую луну, сосредоточилась и стала всматриваться в клубящийся серый туман. Внезапно туман собрался в странный символ, а я закусила губу, надеясь, что речь идет о большой коричневой змейке, свернувшейся в калачик.

- Я вижу… Вижу…, – неуверенным голосом произнесла я, поглядывая на результат.

- Эви, соберитесь! – послышался строгий голос ректора, пока я упорно пыталась рассмотреть загадочные символы. То, что появлялось в туманной дымке, напоминало детей недосыпа и перепоя. Я усиленно пыталась вспомнить, что означает задница на паучьих лапках, весело пляшущая канкан.

- … Как там вас? А! Иви, это – государственный экзамен, по результатам которого будут выдавать дипломы! – послышался  раздраженный голос Мадам Донжур, которая глотала воздух, словно рыба. -  Сосредоточьтесь и начинайте!

Задница на паучьих лапках бросилась танцевать вприсядку, а потом маршировать, размахивая трусами, похожими на мои.

- Я что-то ее не помню, - послышался  подозрительный  скрипучий голос Данстара, а он прищурился на меня, расчесывая козлиную бородку так, словно строит план мирового заговора по захвату вставной челюсти и очков.

- Тихоня и магическая посредственность, - послышался шепот мадам Донжур, а она посмотрела на ведомости. –Звезд с неба никогда не хватала… Так, с серединки на половинку. По боевой магии у нее тройка с минусом.

 Я поежилась, вспоминая летящий в меня сгусток огня и крик «Команда была – сиськи в пол! Команды спиной в стену не было, мокрица!».

Мои руки делали круговые движения вокруг сферы, а я пыталась сконцентрироваться и настроиться.

- Понятно. Ничего особенного, - послышался равнодушный зевок Данстара, а я облизывала пересохшие губы.

- Хорошо, Эва,  - послышался  раздраженный голос ректора, пока я честно пыталась достать шпаргалку, заправленную в трусы. – Переходите к личным предсказаниям… В письменном виде, пожалуйста. Господа и дамы, по окончанию экзаменов объявите, чтобы все собрались в главном зале. Я торжественно буду осуществлять передачу полномочий новому ректору.

- Почему в конце года? Можно же в начале? – удивилась  Мадам Донжур, поглядывая на меня.  Я делала очень сосредоточенный вид и создавала видимость глубоких знаний.

- Я сам прекрасно понимаю, что силы у меня уже не те, так что не хочу затягивать с преемником, - вздохнул ректор, пока все вынуждены были согласиться. – Я стал стар, а моя магия уже не та, что была раньше… Боюсь, не удержу…

Дрожащими пальцами я вынула из конверта длинный седой волос, рассматривая его на свету.

Так! Кому он может принадлежать? Я пробежала взглядом по головам комиссии. Мистер Эвэрейдж спал, скрестив руки на груди и откинув голову. «Я не понимаю, почему он меня бросил? Я просто сожгла котел!», - слышался возмущенный  шепот Мадам Айвори, которая преподавала артефактологию.  Она протирала заклинанием модные очки со светлячками и вытирала скупую слезу.  К ней склонилась Мадам Тунш, обладательница красного каре, которое никак не сочетался с пушистыми зелеными бровями.  «Это несправедливо! А почему сгорел котел?»,- поддерживала она подругу. «Потому что сгорела вся кухня!», - обиженно отозвалась Мадам Айвори. «А почему сгорела вся кухня?», - глаза Мадам Тунш округлились. «Потому что сгорело все фамильное поместье!», - снова обиженно произнесла Мадам Айвори. «А из-за чего сгорело поместье?», - поинтересовалась Мадам Тунш, поднимая зеленые брови. «Я просто зелье забыла погасить… Варила, варила, а тут по магическому кристаллу сериал пошел! Ну разве это повод кричать на меня? Разве это повод бросать меня?».

 Я смотрела на седой волос, а потом взяла в руки перо и бумагу. Ладно, что мы можем знать про обладателя седых волос? То, что он – старик! Раз волос тонкий, вероятней всего – очень древний старик. Присмотревшись к ректору, я поняла, что волос длиннее.  Посадив кляксу на черновик, я стала со злостью делать предварительные  записи, исходя из собственных наблюдений.  Что мы имеем? «Старое пердло!», - написала я на черновике, прекрасно понимая, что на чистовике это превратиться в опытного, убеленного сединами чародея, который прожил долгую и очень достойную жизнь. Я осторожно подергала волос, проверяя его на прочность. «Где-то пахнет венками! Черви на кладбище обыскались!», - записала я в черновик, делая, вид, что усиленно подглядываю в магический шар. «Возможно, жизненный срок, отведенный этого почтенному старцу, не так долог», - прикинула я, снова делая бесполезные пассы над шаром.

Мне показали такое, от чего я забегала глазами. Два силуэта, мужской и женский сплелись в таких объятиях.  У меня глаза на лоб полезли. Где-то в трусах у меня лежала шпаргалка по любовным символам и значениям, а я осторожно лезла за ней, стараясь не привлекать лишнего внимания.

- Как вам не стыдно! – послышалось осуждающее со стороны комиссии, а я замерла, делая вид, что им просто показалась. Покрывшись румянцем я, села скромной отличницей, усиленно сочиняя дальше.

«Любовная сфера. Годы его юности уже прошли, а орган из многозадачного превратился в монозадачный. И то в последнее время задача дается с трудом… Он помнит, что такое женщина, но не помнит, что с ней нужно делать!», - записала я в черновике, пытаясь вспомнить еще пару фактов про стариков и приплести картинку в тумане. Семьдесят процентов совпадения уже считается хорошим результатом!

«Если раньше он мог нести две сумки с ингредиентами, то сейчас несет мудрое, доброе, вечное, никому не нужное! И бред по субботам!», - записала я, чувствуя, как от нервов дрожат руки. Перо коснулось моих губ. Я нервно расстегнула ворот рубашки.

«Иногда забывает, куда и зачем шел. Чаще всего это происходит возле туалета», - мучилась я, напряженно кусая губы и перо. Мне было душно и зябко одновременно. Противные часы тикали, отмеряя время экзамена. Ректор спал, клюя носом, остальные увлеклись разговорами, даря мне драгоценные минуты на подготовку.

«Мечтает тряхнуть стариной, но старина уже не тот. Шоркает тапками. Пердит в присутствии родственников. Забывает мыться и не подозревает, что его носки похоронят вместе с ним и закроют саркофагом!», - записала я, вспоминая одного мерзопакостного старикана, из-за которого моя мать была лишена наследства.  

Через пять минут я иссякла. До конца экзамена осталось две минуты. Меня холодным одеялом накрывала паника. Я пыталась переписать все на чистовик. Получалось как-то негусто!

- Шарик, - взмолилась я, поглядывая на комиссию, обсуждающую будущую передачу Академии. – Я прошу тебя… Помоги… Мне бы хоть троечку…

- Помочь? – послышался тихий шепот. Во млечном мареве сферы черными прожилками стал проступать маленький комочек тьмы. На меня смотрели светящиеся белые глазки. Нечто улыбалось мне противной улыбочкой, пока я уцепилась за последнюю надежду сдать этот дурацкий экзамен.

– Дай-ка подумать… Почему бы и нет! Только вот в обмен на маленькую услугу! – заметил комочек тьмы.

- Что ты предлагаешь? – опасливо спросила я, боясь, что мой шепот услышит кто-нибудь из комиссии. Маленькая черная клякса выглядела забавно, особенно, когда строила задумчивую рожицу.

- Освободи меня, - послышался жалобный голосок. На меня посмотрели очень грустные глазки, с белыми и черными точками. – Мне очень плохо и грустно… Я хочу посмотреть мир… Представляешь, я сижу взаперти уже много-много лет… Один – одинешенек. Меня все лапают руками без разрешения. Даже там, где я не позволял меня трогать!

Я отдернула руку, видя, как грустные глазки проследили за моей рукой, становясь еще больше и грустнее. Он напоминал маленького черного паучка, скромно  ковыряющего лапкой в лапке.

- Ну пожалуйста, - послышался умоляющий голосок. – Когда я тебе помогу, ты просто случайно толкни локтем шар и все… Я тихонько просочусь под плинтус… Тебе-то терять нечего. Экзамен тебе уже поставят, останется только дождаться диплома…

Я нерешительно смотрела на тьму. Глазки ее дрожали, расширившись так, что у меня сердце дрогнуло.

- Или у тебя сердца нет?– всхлипнул темный клубочек, а его черные губки задрожали.

Глава вторая. Дикое, но симпатичное привидение

Самый трогательный  в мире комочек смотрел на меня умоляюще.

Я украдкой подглядываю на комиссию.

Половина из них уже  клевала носом. Закусив губу, я представляла выговор за «преступный сговор с сущностью низшего магического порядка» и мою объяснительную про жалобные глазки.

- Тебе пятерочку, а мне под плинтус, - предложили мне, доверчиво сложив лапки на груди.

- Четверочку, - прошептала я, боясь потревожить покой сонного ректора. – Но только с минусом…

- Сделка? – предложил страдалец, утерев лапкой нос. – Тебе четверочку, мне свободу…

- Договорились, - согласилась я, понимая, что вылететь из Академии со справкой в мои планы не входит. – Только тихо… Договорились?

- Идет, заюшка, - послышался голосок.

Я не поняла, как умудрилась внезапно встать во весь рост, грюкнув стулом и замереть. В ушах послышался противный звон. Перед глазами встал сероватый туман. Я что-то говорила. Мой рот открывался и закрывался, но я не слышала звуков своего голоса. Зато их прекрасно слышала комиссия.

Что-то мне подсказывает, что я их куда-то посылаю… Их лица расплывались перед глазами. Я пыталась остановиться, но уже не могла.

Хрустальный шар внезапно пошел трещинами в моих руках. Комиссия вскочила с мест.

Дымящийся шар нагревался так, что держать его стало невозможно. Я дернулась, выронив шар и разбив его вдребезги об пол. Меня покачнуло. Я споткнулась о стул и упала, видя, как из шара вырастает черная полупрозрачная тень, напоминающая драконьи газики.

Звуки вернулись так же стремительно, как и закончились. Я пыталась отползти подальше от этой зловещей тени…  Одно молниеносное движение тени и вся комиссия легла, как подкошенная!

Я пыталась возразить, что мы так не договаривались, но просто открывала рот, как рыба…

Увязать жалобные глазки и кровожадную тьму у меня никак не получалось. Поэтому я отползла в дальний угол.

- Все мертвы? Точно? - послышался низкий мужской голос.– Вот теперь можно немного порассуждать о принципах добра и зла, поговорить о моем трудном детстве, о мотивах мести, о плохом характере и так далее, и тому подобное…

На полу лежал мертвый ректор и комиссия.

- Ты убил ректора? – опешила я, забившись в угол.

- Ах, да, - послышался голос тьмы, а безвольная рука ректора поднялась, объятая темной дымкой и поставила мне мою четверочку. Посмертно…

С прорицанием у меня все в порядке, а вот с дальновидностью как-то не очень. При мысли, что у меня огромные неприятности, я нервно сглотнула. 

- А к-к-как же «под плинтус»? – робко спросила я, все еще не веря своим глазам.  

Под столом комиссии лежал труп ректора. Передо мной в сгустке тьмы парила моя справка о сдаче государственного экзамена.  

- А как же тихонечко?

- А я и не шумел, - насмешливо произнесла тьма, нависая надо мной и протягивая ко мне что-то похожее на руку, окутанное темной дымкой.  Я

 всю жизнь была трусихой, поэтому сжалась и закрыла голову руками. 

Мне снился выпускной, на котором мы договорились поставить пьесу «Похотливый старый ректор». Однажды к нам попала книга из другого мира, в котором, видимо, тоже есть магия. У ректора был гарем из трехсот учениц. Зомби, эльфы, какие-то девушки с крыльями, демонессы, все остальные и отличница, которая по любви. У меня в пьесе было всего два выхода! Первый – сцена с ректором, которому я сдаю экзамен. А второй – на поклон со всеми остальными.

- О, седое похотливое чудовище! – заявила я пафосно, отбиваясь от  дряхленьких полномочий, которые хотели отметиться в моей студенческой биографии. Зрители сидели в зале, затаив дыхание.  – Уберите свои грязные руки! Ваш дряхлый волшебный посох меня не интересует!

- Что?! – послышался мужской голос, а я внезапно открыла глаза. Надо мной нависал довольно молодой мужчина с длинными седыми волосами и дергающимся глазом. Его протянутая в мою сторону рука была отдернута. В мутной голове всплывали какие-то обрывки воспоминаний, пока я пыталась понять, что произошло, где я нахожусь и кто все эти люди, нависшие надо мной! «Вряд ли это она… У нее не хватило бы магической силы!», - произнес женский  голос позади меня. «У нее по боевой магии тройка. Ее бы уделал даже первокурсник!», - послышалось авторитетное мнение учителя по боевой магии по кличке Коршун, пока я озиралась по сторонам.

- Я думаю, что этот инцидент придется замять, - послышался голос седого, пока пыталась сесть, хватаясь за голову.

- А как же разбирательство? – послышался старческий голос.

- Нет необходимости, - произнес седой, пока я украдкой смотрела на обступивших меня людей.  – Представим это как несчастный случай. Лишнее разбирательство привлечет внимание министерства. А это скажется на репутации Академии.

Все вдруг посмотрели на меня, а я опасливо пробежала глазами по знакомым лицам преподавателей и остановилась на лице ректора. Длинные седые волосы было собраны в хвост, а темная мантия была сколота брошью в виде серебряного черепа.

- Вставай, не бойся, - я смотрела на протянутую в мою сторону бледную руку, а потом опасливо положила в нее свою. Меня рывком подняли на ватные ноги. – Мы сейчас пойдем в мой кабинет и побеседуем.

Я плелась по коридорам вслед за черной мантией, которая развевалась от каждого шага.  Мы поднимались по лестнице в кабинет ректора, пока я мысленно представляла, что меня там ждет.  Тяжелая дверь с сорванной золотой табличкой открылась, а меня вежлив пропустили внутрь, указывая рукой на дорогое кресло.

- Присаживайся, - послышался вкрадчивый голос, а я с опаской смотрела на старинные потертые часы с надписью: «Люб…ому .. ектору от выпускников». Часы пронзительно тикали, а я опасливо косилась в сторону длинного седого хвоста, вспоминая волос, доставшийся мне на экзамене. Значит, это и есть новый ректор?

Я смотрела на то, как он пододвигает ко мне второе кресло, глядя прямо мне  глаза.

- Рассказывай, все, что помнишь. Постарайся вспомнить все, - послышался негромкий голос, пока я перебирала в памяти воспоминания, даже не зная с чего начать. – Не переживай. Тебе ничего не будет. Просто нам важно знать, что случилось на самом деле.

Я сбивчиво начала свой рассказ, глядя в холодную серость глаз.

 - Не волнуйся, - снова успокоили меня. – Тебе ничего не будет. Просто расскажи мне все, как есть. Соберись. Хочешь, чаю?

Сердце в груди гулко билось, пока я пыталась объяснить все, что произошло, а новый ректор понимающе кивал. Раз за разом я делала нервный глоток, чтобы успокоиться и продолжить свой рассказ.

- Ну вот и все. А ты боялась, - послышался голос, когда я закончила свой рассказ.  – Ничего страшного не случилось. Ты мне все рассказала.

- Я могу вернуться в комнату? – спросила я, видя, как ректор отошел к окну и стал что-то задумчиво высматривать среди башен Академии.

- Да, - внезапно произнес он, поворачиваясь ко мне с бледной тенью улыбки. – Но только для того, чтобы собрать свои вещички и убраться из Академии. Но только после того, как тебя полностью лишат магической силы.

- Что? – опешила я, роняя кружку с чаем на пол. – Вы же сказали, что мне ничего не будет!

- Я имел в виду ни диплома, ни выпускного, ничего. Что я не так сказал? – на меня в упор смотрели глаза. –  Вот приказ на твое отчисление!

- Но вы же обещали, - задохнулась я, видя в его руках бумагу с роскошным вензелем подписи. – Вы обещали, что если я все расскажу…

- Приказ готов, - послышался невозмутимый голос, пока я почувствовала, что меня начинает трясти. Как это? Неужели?  Кружка выпала на пол, а остатки чая растеклись по … магической печати. Я поджала ноги, глядя с каким спокойствием смотрят на меня холодные глаза. Его рука открыла какую-то папку, лениво пролистала ее.

- Небольшая потеря для магической Академии. Зато статистику исправим, - послышался голос, пока я с ужасом порывалась встать с места, но не могла выйти за границы магической печати.

- А вот и объяснение, - усмехнулся ректор, смеряя меня презрительным взглядом. – Ну что ж. Я-то думал, что ты – чистокровная. Да тут и так все понятно. Понабирают всякий сброд полукровок, а потом удивляются! Ну что ж, поучилась магии. С тебя хватит.

Печать под ногами засветилась, а я почувствовала, как из меня высасывает сверкающие нити.

- Что вы делаете?  – взмолилась я, глядя на то, как от моих пальцев тянется в сторону печать светящаяся паутина. На мой вопрос мне не ответили, зато паутинка становилась все тоньше и тоньше, пока не исчезла совсем.

- Ну-ка, простейшее заклинание, если можно, - послышался голос, пока я с ужасом смотрела на свои руки. Я честно пыталась воспроизвести заклинание светлячка, но ничего… Абсолютно ничего!

- Вот и отлично, - согласился ректор, пока я упала в кресло, глядя на свои трясущиеся пальцы. В дверь отчетливо постучали, а печать тут же исчезла.

- Ваша речь на церемонию назначения! – послышался голос заведующей учебным отделом по кличке Уточка. – Мы исправили ее, как вы и просили!

- Хорошо, оставьте на столе, - палец показал на полированную столешницу. – И проводите девушку в ее комнату. Пусть собирает вещи. Через полчаса ее не должно быть на территории Академии! Всего хорошего, Иви.

Я встала и на негнущихся ногах пошла к двери. Не понимаю, как это произошло? Неужели у меня теперь совсем нет магии?

- Шевелись! – послышался строгий голос Уточки, а я бросила взгляд на ректора, который поднял на меня глаза. – Вижу-вижу! Отчислена и лишена магической силы! Ясненько…

- Спасибо, Иви, - почему-то произнес ректор в тот момент, когда я переступала через порог его кабинета. Дверь за мной закрылась, а мне послышалось, что кто-то произнес: «Вот маленькая тварь!».

- Идем, - бросила Уточка, поправляя магией роскошную прическу. На ней было нарядное платье, которое было бы впору даже дракону. – Живо-живо! У тебя десять минут на сборы! Давай, поторапливайся!

В коридорах царило оживление: «У нас новый ректор! Такой молодой!».  Нарядные студенты сновали туда – сюда, обсуждая новую кандидатуру. «Обожаю некромантов!», - вздыхали девушки, перешептываясь и хихикая.

Открыв дверь в свою комнату, разрисованную магическими рисунками, я достала из-под кровати старенький чемодан и стала бросать в него вещи. «Главное – не плачь!», - утешала я себя, видя гору учебников на столе и огрызок яблока.

- Иви, шевелись! – послышался голос в дверях, пока я смотрела на смятую кровать, на потолок с магическими звездами, которые сверкали по ночам, освещая комнату.  – Быстрее, на выход!

Я плелась с чемоданом, все еще не веря в то, что произошло. Уточка шла впереди меня, раздвигая толпу любопытных студентов, которые смотрели на меня любопытными взглядами.

- Может, порталом? – спросила я, глядя вниз лестничного пролета, а потом на свои пожитки.

- Привыкай. Обычные люди не пользуются порталами, - произнесла Уточка, глядя на мой приказ об отчислении. Я с трудом стащила чемодан по лестнице, видя, как в сверкающем портале появляется Уточка. «Да-да! Прибудут на церемонию из министерства! Ждем самого министра!», - долетел до меня обрывок фразы, адресованный явно не мне.

- На выход! – послышался голос за моей спиной, а огромные магические двери Академии открылись.  Я сделала шаг, глядя на знакомые стены, башни и ступени, которые знала наперечет.

 Чемодан, тащившийся за мной, раскрылся, а я попыталась его стянуть ремнями, но и ремни треснули. Я шла по широкой дороге, ведущей в лес, чувствуя, как дрожат мои губы.  Пройдя еще немного, я прислонилась к дереву, тихо всхлипывая и глядя на аккуратные башенки и узкие окна аудиторий.

- Солнышко светит, травка зеленеет, птички поют! – внезапно послышался голос, а я вздрогнула. Такое чувство, словно кто-то произнес мне слова на ухо.  Я обернулась, но никого не было. – Знаешь, чего не хватает? Горы трупов и на каждом розовый бантик!

- Это ужасно, - опешила я, пытаясь понять, откуда доносится  подозрительно голос.

- Что значит «ужасно!»? – послышался  голос, а я вспомнила жалобные глазки, которые смотрели на меня из шара. – Хорошо, бантик мы поменяем на голубой!

- Ты где? – прошептала я, прислушиваясь.

- Ты девственница? – внезапно спросил голос, пока я подозрительно вертела головой.

- Что? – обалдела я с таких вопросов.

-  Заменим «я в тебя вошел» на пафосное «я в тебя вселился», - послышался смеющийся голос. Мои глаза расширились от ужаса, вспоминая тень, нависшую надо мной. – Мне несколько тысяч лет… Я – воплощение самой тьмы… Перед моим могуществом падали державы. Я – тирания, жестокость, смерть… Ух-ты, какие ромашки!

Я боялась вдохнуть, глядя на опрокинутый чемодан, откуда вывалились мои скудные пожитки.

- Тебе есть куда возвращаться? - послышался голос зла внутри меня.

- Нет, - прошептала я, обнимая колени. – Отец пропил дом. Где он сейчас неизвестно. У меня нет даже родственников… Вообще никого…

- Я знаю место, где тебе будут рады, - послышался ласковый голос, а я подняла глаза, вытирая слезы обиды. – Я бы даже сказал, что умрут от счастья! Так что не раскисай! Весь мир лежит у твоих ног!

Ветер зашелестел листвой. Я вытерла слезы, пока мечты рисовали прекрасные дали, которые открываются передо мной…

-  Весь мир лежит у моих ног, - воодушевлённо повторила я,  пытаясь узреть новые горизонты среди мрачных деревьев.

- И корчится в смертельных конвульсиях! – торжественно объявило зло, а я замерла. – Короче, у нас есть место, куда мы возвращаемся! Вперед назад в Академию!

- Что?  - обалдела я, глядя на знакомые башни, над которыми развевались праздничные знамена. – Ты сошел с ума! Мне туда больше нельзя!

- «Льзя»! – послышался голос тьмы, а у меня сложилось впечатление, что в этот момент, кто – то гаденько потирает ручки. – Думай, как туда пробраться!

- Погоди, - прошептала я, выглядывая из-за дерева и видя, как над Академией громыхает магический салют. – Меня лишили магии. Я – больше не маг.

 Я с ненавистью вспомнила нового ректора, чувствуя, как скрипят мои зубы.

- Сомневаешься? – послышался голос зла. – Сорви ромашечку… Она успокаивает…

Моя рука потянулась к цветку, и я сорвала его, глядя на неаккуратные лепестки. Пожевать что – ли?

- Ладно, - пожала плечами я, дергая первый лепесток и следом второй.

- Обрывай- обрывай, - послышался голос зла, пока я обрывала лепестки, слыша, как громыхают магические фейерверки. – В такие моменты я всегда представляю, как отрываю ручки и ножки…

 - Эм, - замерла я, слыша, как тьма прокашлялась: «Ну, иногда, убить или не убить. Знаешь, как мило?». Я поежилась, вспоминая экзамен. 

- Я предлагаю тебе сделку, - нашептывало зло, пока мой взгляд скользил по стенам старинного замка, построенного пару тысячелетий назад. Древний лес шумел, а мимо меня полз ежик, унося с собой мои трусы на колючках.

- Не-не-не! – очнулась я, тряся головой. – Мы уже с тобой договаривались! Спасибо, с меня и первого раза хватило! Куда потащил! А ну верни!

- А теперь снимай трусы… Да кто так снимает! Садись! Да не так, а левее! Давай, наездница на белом драконе! Покажи микробам, кто здесь хозяин! - внезапно произнесло зло, и тут же добавило, - Я просто репетирую, как буду комментировать каждый твой поход в туалет! Кстати, начало сойдет и на первую брачную ночь, на случай, если ты выйдешь замуж!

-  Это угроза? – насторожилась я. Если дело так пойдет, то поход в туалет станет подвигом для нервной системы!

- Да, - сладенько заметило зло. – Так как? Готова к нервным приключениям, в которых главным героем будет дергающийся глаз?

- Нет! – почти закричала я, видя, как над Академией появляется сверкающий герб, рассыпаясь волшебными звездочками. – Я не согласна на сделку!    

- А как на счет через месяц  разбежаться в разные стороны? Тебе – магию и диплом. А мне – свободу и мир? – послышался жалобный голос зла. – Я ведь многого не прошу! Всего лишь мир на коленях, стонущий под властью жестокости и диктатуры! Разве это много?

Я почувствовала укол надежды, представляя, как на выпускном прижимаю к груди свой диплом. Представляю, как снова создаю заклинание… А потом тряхнула головой, отгоняя наваждение.

- Нет! – почти выкрикнула я, испугавшись собственного крика.

- Погоди-ка! Одну минутку! – послышался сладкий голос. – Сейчас-сейчас… Я тут кое-что интересное видел! Так, «грызу ногти» - это не то… Эм… А это у нас что? О! «Когда никто не видит, хожу в одних трусах!». Интересно, но не то… Это у нас что? Послужной список: «С кем я целовалась!». Сейчас почитаем… Жаба на уроке обращения… Что? И все? Нет, тут есть еще пол, когда ты споткнулась и растянулась во весь рост…

- Ты что делаешь? – выдохнула я. Он что? Копается в моей душе?

- Ну как? Подумала? Так «да» или «ад»? – поинтересовалось зло, пока я и сама понимала, что мне безумно не хочется уходить. Тоска по стенам, в которых я проучилась шесть лет, уже начинала доедать меня, выбивая на скупую слезу.  - Учти, экзамены ты сдала. По факту ты закончила Академию. Но тут загвоздка в том, что дипломы выписывает не министерство. И даже не ректор… Дипломы выдает особая магия Академии. И, поскольку, ты была отчислена незаконно, то, если не покинешь территорию Академии, ты все равно числишься в списках учеников… Ты понимаешь, к чему я клоню? Продержаться в Академии жалкий месяц…

 -  Думаю, - прошептала я, вздыхая и глядя на то, как солнце закатилось за горизонт, а тени деревьев зловеще удлинились.

- Представляешь, лицо ректора, когда он читает твое имя на дипломе? – нашептывало зло, пока я, закрыв глаза, представляла свою улыбку. – И ничего поделать не может!

- Я соглашаюсь, но только при одном условии! - прокашлялась я, решительно сжав кулаки. – Ты никого и пальцем не тронешь! А то я тебя знаю!

Не хватало мне трупов в Академии!

- По рукам! – усмехнулось зло. – По рукам тебе за такие условия! Как ты можешь обо мне так плохо думать? Я никого никогда не бил… Я просто   пытался разбудить чужую совесть тяжкими телесными повреждениями.  Чтобы я кого-то обидел? Да никогда! Я всегда поровну делю звиздюля!  

- Ты поможешь мне проникнуть в Академию?  - сердце радостно предвкушало возвращение. – В принципе, мне уже терять нечего… Можно попробовать! Сначала пробираемся внутрь, а потом думаем, что делать дальше!

- Изумительно, - умилилось зло.  – А теперь нужно что-то пожать в знак того, что мы с тобой договорились! Без этого сделка недействительна…

- Руки? – усмехнулась я, глядя на свои руки. – И как предлагаешь пожать руки? Так что ли? Погоди, сейчас выверну! Как-то так?

- Не совсем,- послышался коварный голос зла, пока я смотрела на свои руки, которые пожимали друг друга. – Положи руки на грудь… Ниже… Во-о-от!

Я смотрела на свои руки, изображающие бюстгальтер.  

- А теперь пожимай! – рассмеялось зло.