Свет сквозь миры

ГЛАВА 1.1

Светлана

— Ой, — пискнула я, оглядываясь по сторонам.

На меня смотрели десятки пар глаз. Все присутствующие были мужчинами в необычных нарядах. И куда я попала? Перевела взгляд туда, где сидела, и закричала. Подо мной стоял хрустальный гроб с прозрачной крышкой. Прямо как в сказке «Белоснежка».

Матерь Божья! Я оказалась на чьих-то похоронах? И угораздило же свалиться прямо на мертвеца! Поспешно попыталась спуститься с необычного гроба, отмечая, что внутри лежит довольно симпатичная женщина. Ее длинные серебристые волосы занимали все пространство погребального ложа.

Но сменить место дислокации было довольно непросто. Пьедестал, на котором стоял необычный дом для мертвой красавицы, находился очень высоко. С такой высоты и расшибиться можно.

Развернулась спиной к стоящим и снова попыталась слезть. Чем быстрее я отсюда ретируюсь, тем лучше.

Все это происходило в гнетущей тишине. Спиной ощущала на себе чужие взгляды. Умею же я попадать в переделки! Внезапно почувствовала на талии теплые руки. Замерла, боясь обернуться и посмотреть, кому они принадлежат, и решая, что делать дальше. Мужчина, а в том, что руки мужские, я не сомневалась, тем временем оторвал меня от гроба и поставил на пол. Надо же, даже не слышала, как он подошел.

— Простите, я не хотела, — произнесла извиняющимся тоном, поворачиваясь к спасителю лицом. — У вас тут горе, а я так бесцеремонно…

— А ты кто такая? — прервал мой монолог он.

Ко мне обращался человек с короткими черными волосами. От остальных он отличался одеждой и телосложением.

— Светлана я, — гордо ответила.

— Таита? — спросил незнакомец, без стеснения рассматривая меня.

А вот на этот вопрос я не знала, как ответить. Вообще не понимала, как тут очутилась. Ехала на работу, и последнее, что помню, — это визг тормозов и длинный радужный тоннель. Никакой боли и чувств. Я думала, что умерла, а вместо этого оказалась здесь.

— Не помню, — захлопала ресницами.

Мне показалось, что самый лучший выход из сложившейся ситуации — соврать. Для начала нужно разведать обстановку, а потом решить, стоит ли о себе что-то рассказывать.

— Странно, остальные помнят свои жизни, — мужчина задумчиво почесал подбородок, без стеснения рассматривая мою одежду. — И появилась ты необычно.

— Уже как появилась, так появилась. А назад меня вернуть в то место, где я была, можно?

Он посмотрел на меня странным взглядом, который я не могла трактовать иначе как: «Ты в своем уме?»

— Не думаю, что это хорошая идея. Там нет условий для жизни. Ваш мир по каким-то причинам исчез. Он, словно морская раковина, захлопнулся, оставляя все внутри, как в ловушке, — незнакомец хлопнул руками, будто убил летящую муху. — Это замуровало всех жителей в подобие кокона.

Я с ужасом представила себе эту картину. Планету Земля в кокон захлопнуло? Зачем? Да и не припомню я это захлопывание. Вряд ли это произошло бы в одну секунду. Мое перенесение сюда больше походило на смерть, а это типа жизнь после ее наступления.

— И вы нас спасли? — недоверчиво уточнила.

— Можно и так сказать.

Все время, пока мы разговаривали, остальные подходили к гробу и становились на ступень с другой стороны, не с той, с которой я спустилась. Они с интересом разглядывали лежащую внутри. Чуть дальше стояли еще два гроба, но, в отличие от того, что на пьедестале, они не имели прозрачных крышек и располагались вертикально.

— Благородно с вашей стороны, — пробурчала я.

— Она не похожа на таиту, — вмешался в разговор мужчина в белой одежде. На его голове лежал золотой венок. Я смело предположила, что это местный правитель.

— Не похожа, — согласился второй.

— И девушка хорошо разговаривает на нашем языке, в отличие от таит. Те заговорили только после использования магии. Кто ты?

— Не помню, — пожала плечами.

Они переглянулись.

Странно, что я понимала их речь, а они — мою. Хотя я точно говорила на своем языке, а они — на своем.

— Один пустой, — закричал человек, находившийся возле закрытых гробов.

Мои собеседники поспешили туда. Ну, и я за ними. С интересом заглянула в саркофаг, который оказался пуст. Очень он напоминал те, что показывают в фильмах про раскопки. Только мумии не хватало.

— Киер, может, она отсюда? — спросил мужчина с короной на голове, словно я не стояла рядом.

Фыркнула и тут же сделала невинное лицо, когда в мою сторону посмотрели. Я же ничего не помню.

— Возможно. Таиты вспоминали о двух жрицах императрицы. Эта Светлана вполне может быть ею, — задумался Киер.

Надо же, имя мое запомнил. Улыбнулась и искоса на него посмотрела. Хорош собой.

Я заглянула во второй гроб. В нем стояла женщина, ее волосы были белыми, как у той, которая лежала на пьедестале, только короче и тусклее.

— Она же мертвая! — возмутилась. — А я живая! Как я могла лежать там?

Мужчины переглянулись.

Ее кожа высохла и имела серо-голубой цвет, видимо, из-за долгого лежания в схроне или обработки каким-то химическим препаратом. Самое жуткое в этой мумии было то, что ее мутно-синие глаза оставались открыты, и мне казалось, что они двигались и пялились на меня. Уф. Какая страшная! Как можно подумать, что я вот такая жрица?

— Гроб не роняли при перевозке? — снова игнорируя мое присутствие, спросил Киер у правителя.

— Использовали настилы. Через переходы их перевезти не получилось. Поэтому по небу. Падение исключать не стоит. Тем более она ничего не помнит, — ответил тот.

Я сдержалась, чтобы вновь не фыркнуть. Ну и манеры у местных неандертальцев! Что за бестактные намеки? Пока из всей ситуации я поняла только то, что они приняли меня за одну из мумий. Еще раз косо посмотрела на засохшую женщину. Какие жуткие глаза! Интересно, чем их закапывают, что они открыты и не высохли? Попыталась вспомнить все, что читала о мумификации. Увы, мои знания очень скудны. Кроме того, что в Древнем Египте у мумий вынимали все внутренние органы, за исключением сердца, и полоскали тело пальмовым вином, я больше ничего не помнила. Труп, кажется, чем-то натирали, чтобы он высыхал. У этой представительницы вроде как органы находились на месте. Хотя что можно сказать наверняка? Ведь она в платье. А, точно! Египтяне вынимали мозг крючком через нос. Мысленно похвалила себя за такие знания. Интересно, если мозг вынули, почему глаза оставили на месте? Может, их вытащили, подержали в чем-то, а потом снова вставили?

Внимательно посмотрела на глазные яблоки. Вдруг труп моргнул, от неожиданности я вскрикнула и отпрыгнула в сторону. Мое приземление пришлось как раз на ногу Киеру. Тот проговорил что-то невнятное, потирая травмированную ступню.

— Она моргнула! — произнесла я в свое оправдание. — Честно, не вру! Я видела, как она опустила ресницы!

Мужчина в белом засмеялся.

— А ты смешная. Иди сюда, — он поманил меня пальцем, сделав шаг к гробу.

Я неохотно поплелась за ним. На мумию смотреть не очень хотелось. Не внушала она мне доверия.

— Смотри, — он ткнул пальцем в руку женщины. — Ее кожа мягкая. Попробуй.

Я недоверчиво покосилась на правителя, он выжидающе смотрел на меня. Не шутит. Пришлось протянуть руку к мумии. Закрыла глаза и с ужасом дотронулась до тонкого большого пальца. В следующую секунду мумия сжала мое предплечье. Нет, она ухватилась за него! Я заорала и попыталась разорвать прикосновение. Вместе с моей рукой потянулась и рука мумии, а за ней — и тело. Уже через секунду содержимое гроба, впрочем, и он сам, с грохотом повалилось к ногам мужчин. Голова жрицы ударилась о мое колено, чем заставила меня закричать еще громче.

Я кинулась бежать прочь, но не успела. Киер ловко ухватил меня за талию и поднял над полом. Я продолжала верещать и барахтаться в воздухе, надеясь, что еще бегу. Только шлепок по мягкому месту привел в чувство. Вернее, от такого наглого поступка я опешила и прекратила активные действия.

— Видишь? Помогло, — констатировал Киер, по-прежнему прижимая меня к себе.

— А ты умелец обращаться с женщинами, — улыбнулся человек в белом.

— Успокоилась? — уточнил Киер, обращаясь ко мне.

— Угу, — кивнула я.

Почти не соврала. Не знаю, сколько я кричала, но за это время мумию успели поднять и вернуть обратно в саркофаг. На голове у нее образовалась рана, как у живого человека. Я ее покалечила? Один из присутствующих, а их в зале стало значительно меньше, держал руку возле головы усопшей. Из его ладони лился сиренево-коричневый свет, но он не проникал через тело, а, как будто в зеркале, отбивал луч.

— Мой император, моя магия ее не лечит, — удивленно сообщил он, опустив руку.

Мужчина выглядел растерянным и удивленным. Наверное, у меня было такое же лицо. Как-никак при мне только что магию использовали. Конечно, я еще не откинула мысль о розыгрыше или попадании в ад, но слишком реально выглядели окружавшие меня люди.

— Нужно уточнить у таит, как оказать ей помощь, — задумался правитель.

— Да, хорошо. Уточним. Сейчас они отдыхают от долгой и утомительной поездки.

Император отошел от гроба, давая распоряжение другим подчиненным.

Так увлеклась зрелищем, что только поняла: я до сих пор нахожусь в воздухе. В крепких объятиях Киера. Вернее, прижата боком и плечом к его мощной груди. Отметила, что руки его довольно сильные и горячие. И пахло от него очень необычно и приятно. Несмело подняла взгляд. Он хмуро смотрел на причиненный ущерб, словно совсем позабыл о моем существовании.

— Меня уже можно поставить на землю, — заявила я неуверенно.

Как-то неудобно, что этот здоровяк меня держит. Да и от его близости меня бросало в жар.

— Нет уж, — проговорил Киер недовольно. — Ты здесь все разгромишь.

Обижено запыхтела.

— Я не виновата, что она меня за руку схватила!

— А ты ей в отместку череп проломила? — хмыкнул он.

— Это не я, — развела руки в стороны. — Она сама.

Киер двинулся следом за императором. Меня он не отпускал, видимо, и правда переживал за имущество вокруг. Для удобства он закинул меня на плечо, не обращая внимания на возмущение. По-моему, попытки освободиться не производили на мужчину никакого впечатления. Каменная глыба и такая непоколебимая.

Я рассматривала окружение. Помимо гробов, в зале находилось очень много разных сундуков и больших напольных ваз. Не нужно быть специалистом, чтобы понять, что все они сделаны вручную. Тонкие выжженные узоры на вазах, аккуратно нанесенная необычная краска на сундуках. Один из них оказался открыт, я потянулась, чтобы разглядеть содержимое, но его не было видно.

— Остановись! — скомандовала я.

Киер послушался. То ли от неожиданности, то ли опешил от моей наглости.

— Дай посмотреть, что там внутри.

Тот тяжело вздохнул и поставил меня на пол. Вместе со мной он подошел к сундуку. Ожидаемых сокровищ там не оказалось. Вместо золота и украшений, там лежали маски, похожие на слепки с чьих-то лиц.

— Фу, что это? — поморщилась я.

— Понятия не имею, — хмыкнул Киер. — В другом мы обнаружили палки какого-то дерева, — он кивнул на открытый сундук неподалеку.

Я прошла к нему.

— Это аромопалочки, — заключила я, рассматривая тонкие разноцветные щепки.

— Что? — не понял Киер.

— Их поджигают для приятного аромата. Благовония такие, — объяснила я и взяла несколько штук. Поднесла их к носу. Пахло хвоей с апельсином, очень необычное сочетание. — На, понюхай, — подала мужчине сиреневую палочку.

Он недоверчиво взял ее и поднес к носу.

— Странно. В ней нет магии, но она излучает непонятную энергетику. Для чего они?

— Их поджигают для расслабления, чтобы снять усталость, успокоиться, — взяла еще несколько штук. — Подожги одну из них и ощутишь аромат в полной мере.

— Нет уж. Ничего поджигать мы не будем, — бросив палочку обратно в сундук, произнес Киер. — Еще не хватало тебе уничтожить императрицу и ее имущество. Тем более у нас в мире нет возможности разжечь огонь. Достаточно того, что ты покалечила жрицу.

— И что ей будет? — возмутилась я. — Она и так мертвая. Одной вмятиной больше, одной меньше, кто считать будет?

— Жрица, когда очнется, — ошеломил меня собеседник.

Я посмотрела на него, как на полоумного.

— Как засохшее подобие человека может ожить?

— Так же, как и ты ожила! Ты вторая жрица.

— Не выдумывай, — отмахнулась. — Ты видел то страшилище? Неужели я на нее похожа? — обиделась я.

Мужчина тяжело вздохнул.

— Откуда же ты взялась? Еще и возле императрицы. Другого объяснения я не вижу. Видимо, ты тоже покалечилась, вот и забыла, кто такая.

Наш разговор прервал император, который окликнул Киера, стоя у выхода.

Мы наконец-то шли прочь из этого огромного зала, в котором пахло чем-то отдаленно напоминающим альдегид.

— Киер, проследи, чтобы все прошло, как нужно.

— Зал проветрят, и девушки будут дежурить в храме.

— Зачем? — удивился правитель.

— Как я понял, это их желание и долг. По их верованиям, они обязаны охранять ее душу от злого вмешательства, — он развел руки в стороны.

— А злое вмешательство — это мы что ли? — хмыкнул император.

Пока они общались, я приоткрыв рот смотрела вокруг. В том, что нахожусь в другом мире, сомнений больше не осталось.

Поверхность, на которой мы стояли, вся сияла. Складывалось впечатление, что земля проглотила Солнце. Она буквально излучала свет. Подняла голову вверх, но привычного неба не увидела. Там зияла пустота. И нет, она не была черной. Скорее сине-серой. Однотонная гладь, которая казалась бесконечной. Мы словно находились в открытом космосе, но почему-то не взлетали. И свечение снизу не мешало, оно каким-то образом обрамляло предметы и не било в глаза.

И самое странное, что здесь тоже имелись растения. Я подошла к дереву, очень похожему на яблоню, только плоды у него оказались черные и пахли неаппетитно.

— Нет, — отдаленно услышала ответ Киера. — Это какие-то их верования.

— Вот думаю, может, и себе сделать так, чтобы меня охраняли по ночам? — спросил правитель, на что Киер засмеялся. — А что? Она императрица, ее охраняют, пусть и меня по ночам сторожат. Я буду не против такого общества.

— Что делать с ней? — мужчина кивнул в мою сторону.

— Мой друг, поручаю тебе заботу об этой особе, — похлопал он Киера по плечу.

— Далим, сжалься! Чем я вызвал твой гнев, что ты так меня наказываешь?

— Ты мой верный соратник. Кому, как ни тебе, поручить присматривать за жрицей самой императрицы?

— Я не нянька! — запротестовал он.

— Пусть этот день побудет с тобой. Таиты сегодня устали с дороги, завтра сообщим им радостную весть. У Калифа нужно уточнить еще раз, что они там говорили об этих жрицах.

Когда Киер подошел ко мне, я трогала руками траву, удивляясь, как она растет. Вот этот сорняк не отличался от нашего ни цветом, ни запахом.

ГЛАВА 2

Киер

— Далим, бросай уже, хватит философствовать, — я зевнул, ожидая очередь в игре.

— А ты не торопи. Из-за спешки я и проигрываю, — совсем как ребенок сказал император.

Я вообще был рад, что друг возвращался к прежней жизни. Снова стал играть, изредка улыбаться и интересоваться еще чем-нибудь, кроме экономики и жизни империи. После отделения от тела Камры прошло много времени, а он все еще никак не мог прийти в себя. Стать прежним веселым Далимом, которого я знал с детства.

Эту игру мы позаимствовали в одном из миров, зрителями жизни которых стали. Другие миры не только приносили в наш новые растения или животных, но и интеллектуальные развлечения, необычную литературу и изобретения.

Игра, которая так полюбилась Далиму, заключалась в попадании кольцом на вкопанный в землю кол. Кто больше забросит, тот и выиграл.

— Наши искатели возвращаются, — увидел вдалеке идущих мужчин Далим.

На рептилозаврах они везли множество вещей. Сверху летели настилы с шатрами.

— А где они так долго были?

— Вот о чем я тебе не рассказал! — хлопнул себя по лбу правитель. — О новом открытом Калифом заброшенном мире!

Я поморщился.

— Опять заброшенный мир?

— Почему «опять»? Мы давно не находили заброшенных миров.

И это правда.

— Лучше бы и дальше не находили. Какой от них толк? — махнул я рукой.

— Очень даже большой. Вон рептилозавры, какие чудесные перевозчики! Такие огромные грузы перевозят.

— Во-первых, грузы нам приходится перевозить нечасто, мы используем порталы, а во-вторых, скоро подохнут с голоду эти огромные твари. Мы так до сих пор и не поняли, чем они питаются, — напомнил я.

— Да, после того, как славный Герин отсоединился от тела*, некому расшифровать бытие чужих цивилизаций, — грустно вздохнул Далим.

Я хмыкнул. Герин был веселым человеком и слыл великим магом, умеющим разгадывать, как устроен тот или иной мир. Но по факту, он, как и мы все, просто пытался угадать, предполагал, что из себя представляет то или иное существо. Так гаинозов** он принял за домашних животных, которые охраняют дом, из-за их умения издавать противные звуки, от которых любой проснется. Когда те стали умирать, находясь на улице, мы поняли, что они капризны. Их поселили в доме, где они навели идеальный порядок. Каждый житель Тазмофори захотел иметь такое существо. Женщины остались в восторге от гаинозов. Питаются пылью, бесшумны в передвижении, очень послушны и дисциплинированы.

— Ага.

— Вот нашу последнюю находку перемещать через порталы было нельзя. Мне еще два оборота назад*** Калиф сообщил, что они на горячих землях. Ты очень удивишься находке. Нет, она тебя поразит! — глаза друга загорелись искорками загадочности.

— Отыскали очередных «домашних животных»? — предположил я.

Все существа, которых находили в других мирах, на эту роль не годились. Некоторое время назад, когда я еще отправлялся на поиски миров, мы наткнулись на мягкие комочки шерсти, которые любили ласку и домашний уют. Все остались в восторге от находки, но, к сожалению, существа прожили несколько оборотов и отсоединились от своих тел. Почему они не выжили, я не смог узнать. С тех пор искатели надеются найти что-то подобное, чтобы порадовать своих жен.

— Лучше! — с триумфом в голосе произнес Далим. — Мы нашли людей!

Я недоверчиво приподнял бровь. Давно не видел друга в таком хорошем расположении духа.

— Мир точно был заброшенным? — уточнил.

— Точнее не бывает. Группа Калифа распечатывала его. Все жители были законсервированы. С помощью нашей магии они стали оживать. Представляешь, там нет мужчин, одни женщины! — восхитился император. — И, по словам Калифа, они хороши.

— Сейчас проверим.

Группа подошла ближе к нам. Настилы опустились на землю. После приветствия искатели сняли шатры, и нашему взору предстали девушки. Все они были белокожими и голубоглазыми. Их волосы имели белый цвет, а длина достигала колен. Все, как на подбор, с красивыми фигурами.

— Они прекрасны! — Далим рассматривал вновь прибывших.

Группа магов заулыбалась. Девушки несмело смотрели по сторонам, то и дело поглядывая на своих провожатых.

— Добро пожаловать в Танзмофори, — торжественно приветствовал их император.

Гостьи одновременно наклонили головы вперед и немного присели. Далим усмехнулся. Другу нравилась новая находка. Впервые за столько времени группа обнаружила живых людей.

— Вы устали с дороги, предлагаю вам перекусить.

— Императрица, — тихо произнесла одна из гостий.

— И ее накормим, — заулыбался мужчина.

— Мы хотели бы, чтобы ее поместили в достойное место, — так же тихо сказала вторая.

— Усадим во главе стола и дадим самые лучшие комнаты, — пообещал император.

— Она не ожила, — вмешался Калиф. — Я не совсем понял, что говорили таиты, но их главенствующая еще в гробу запечатана. Девушки говорят, ее еще нельзя беспокоить. Там какая-то целая процедура должна произойти.

— О-о-о. Ну ладно. Киер, проследи, чтобы ее устроили как положено. Спроси у наших гостий, как надо. А я займусь их размещением. Думаю, пришло время использовать наш замок по назначению.

— Хорошо, мой император, — кивнул я.

Я слушал таит о правильном перемещении гроба и его хранении и размышлял о своем друге. Это находка подняла ему настроение. Оптимизм и радость группы искателей передалась и ему. Редкая находка — люди! Этот блеск и интерес в глазах, совсем как в былые времена: до его женитьбы и смерти императрицы.

Я невольно просканировал таит, и меня ждало неожиданное открытие: они не имели душ. Впервые за свою жизнь встретил такое. Даже гаинозы и те имели души, но не эти существа. Выглядели они прекрасно, но их красота оставалась для меня чужой и холодной. И я не мог понять почему.

Далим отправился с группой размещать девушек, а две остались со мной. Они были практически одинаковы. Только немного разный разрез глаз и пухлость губ. Все прибывшие имели белый цвет волос. Даже оттенок одинаковый. Почему-то они напомнили мне кукол. Некоторое время назад мы перенесли из другого мира изделия ручной работы живущих там особей. Все они оказались мастерски сделаны, вот только абсолютно идентичны. В этом была прелесть: дети не ссорились за игрушки. Правда, они потом додумались помечать кукол ленточками и одевать по-разному, чтобы не путать.

— Императрице нужен покой и никакого дневного света, пока она не очнется, — рассказывала таита. — Наша Маитала удивительно прекрасна, и пока она отдыхает, ничего не должно портить ее красоту.

— Хранилище, где лежит ее тело, тоже открывать пока не стоит. Должно пройти время, — подхватила вторая.

Я хмыкнул. Как дело коснулось их императрицы, девушки стали смелее. Интересная система существования. Стоит подумать, какую пользу могут принести эти особи для нас.

— И жриц поставьте возле императрицы. Крышки их хранилищ нужно открыть. Так они быстрее придут в себя и будут помогать нашей великой Маитале проснуться от длительного сна.

— Мне вот интересно, — прервал я таиту. — А как получилось, что при замирании вашего мира, вас запечатали?

— Это особенности нашего строения. Организм имеет защитные свойства замирать при большой опасности. Коконизироваться.

Я присвистнул. Неплохо, тем более что магии у них нет.

— А почему ваш мир разрушился?

— Мы не знаем, — переглянулись гостьи.

— Последнее, что мы помним, — это падение императрицы. Она лишь успела дать распоряжение жрицам готовиться к схрону и упала. Мы перенесли тело Маиталы в ее ящик упокоения — и дальше темнота, — печальным голосом объяснила блондинка.

— Понятно.

— А когда мы вновь открыли глаза, то увидели ваших магов, — мечтательно добавила она.

— Они наши спасители. Мы обязаны им своими жизнями, да Латура?

— Да, Лимар.

Я даже не пытался запомнить имена. Какой смысл, если для меня они на одно лицо?

— И вы так радушно приняли нас в своем мире, — беловолосая подошла ко мне сбоку и положила руку на плечо.

— Это не я принял, а император. Еще какие-то пожелания будут? — убрал ее руку.

Я не против женского внимания, но не хочу, чтобы девушки считали, что за наше гостеприимство нужно платить своими телами.

— Мы хотели бы проведывать нашу императрицу и по очереди сторожить ее сон.

— В этом нет необходимости. Зал, где будет расположено тело, охраняется.

— Что вы! Мы не сомневаемся в вашей защите и силе, — девушка приложила руку к своей груди. — Это дань уважения нашей Маитале.

Я скептически посмотрел на таит. Если их императрица ничего не видит, какая дань? Ох уж эта вера в несуществующее!

— Вы разрешите нам находиться возле нашей императрицы? — выжидающе спросила таита.

— Конечно, если вам так угодно, — махнул я рукой. — Ступайте отдыхать, а я займусь размещением вашей Маиталы и ее имущества, которого оказалось намного больше, чем я ожидал.

Сундуков с разным барахлом привезли огромное количество. Мне казалось, что парни не перестанут заставлять ими зал. Пол пришлось застелить ковром, чтобы в зале было меньше света. И все это принадлежало императрице. У остальных вещей не было. Совсем.

— Интересно, как они жили без вещей? Или куда те делись? — спросил я у Далима, когда тот пришел в зал, чтобы лично проследить за переносом тела императрицы.

— Они говорят, что не успели их собрать. А все они, как и их имущество, принадлежат Маитале. Я уже хочу посмотреть, что там за императрица такая.

Далим наблюдал, как его люди заносят перемотанный в темную ткань гроб. Вблизи я обнаружил, что это не материал, а непонятная вязкая жидкость, которая стала исчезать, стоило мужчинам поставить труну на постамент.

— Кстати, я обнаружил, что у таит нет душ, — поделился своими наблюдениями.

— Интересно почему? — задумался император, как и я, наблюдая за исчезновением кокона. — Просканируй императрицу.

— Хорошо. Ты разместил девушек?

— Да. До чего хороши! — улыбнулся Далим. — И фигуры, и лица.

— Приятно видеть тебя в таком хорошем положении духа, — не удержался я.

— Надеюсь, юные гостьи скрасят досуг.

Я усмехнулся. Давно не слышал из его уст таких речей. 

Когда кокон исчез, мы с Далимом подошли к труне.

— Она очаровательна, — любуясь девушкой, лежащей под стеклом, заключил император. — Посмотри, какие у нее волосы. А губы! Словно высечена из камня умелым мастером.

— Угу, — буркнул я и приложил к стеклу руку.

— Ну, что там? — с нетерпением спросил Далим.

— Я чувствую ее душу. Она еле теплится, — хмуро произнес. — Интересно, как такое возможно?

— В мирах полно разных существ, — пожал плечами Далим.

— Это да. Но все же, почему таиты не имеют душ? — спросил я, когда мы отошли от труны.

Остальные с интересом принялись подниматься на постамент, чтобы посмотреть на императрицу.

— Ты уверен?

— Более чем.

— Может, у них души, как у этой Маиталы, чуть теплятся? — предположил мужчина.

— Нет. Я несколько раз их сканировал. Они все бездушные особи, — заверил правителя.

— Пусть так, но это не значит, что они не вправе жить. Таиты — удивительные создания. Под стать своей императрице: идеальное телосложение, безупречные манеры и привлекательная внешность. Что еще нужно?

— Может, ты и прав, — пожал я плечами. — Каждая раса уникальна. Интересно будет изучить эту и понять, чем они могут быть нам полезны.

Ответить Далим не успел. На крышке гроба появилась девушка. От неожиданности я опешил, впрочем, как и все в зале. Эти таиты полны сюрпризов.

Вот только Светлана отличалась от них. Внешнее сходство присутствовало, но вот повадки и способность все крушить на своем пути — нет, и это меня пугало.

Она напомнила мне несмышленого зверька, который не понимал, куда угодил.

Почему Светлана оказалась не в гробу, как вторая жрица, загадка. И почему она ничего не помнила? Или врала, что не помнила? Хотя зачем ей это?

На ней был интересный наряд. Светло-синий костюм, но верхняя и нижняя часть цельная. А на ногах яркого цвета башмаки. Она искренне изумлялась всему вокруг.

Больше всего мне было непонятно, почему я не мог ее просканировать. Даже взял ее на руки, прикладывал ладони к разным частям тела, но безрезультатно. Я не мог считать ее. Как такое возможно?

В поисках подходящего положения ее тела для сканирования отмечал соблазнительные округлости. Одернул себя за такие фривольные мысли и закинул гостью на плечо, не упуская возможность дотронуться до шеи. Снова ничего. Гостья как будто имела броню, не пропускающую мою магию.

Если она жрица, то в ней тоже есть душа! Ту, которая в гробу, я просканировал без труда. У нее имелась частичная душа, еще одна странность этого народа. Возможно, когда она оживет, душа сформируется? Или логично предположить, что одну душу делят две жрицы. Во всем этом стоило разобраться.

Я точно уверен, что в ней есть душа. Не могло быть иначе. В ней присутствовало столько живых эмоций, любопытства и пытливости!

А возможно, мне просто хотелось, чтобы Светлана была такой, как я. В ней что-то притягивало меня. Хотелось понять, кто она.

Далим отдал приказ проследить за девушкой, а я был и рад этому. Возмущался для приличия, чтобы друг потом не потешался надо мной, и отправился к неожиданной гостье.

— Почему она светится? — спросила Светлана.

Она водила ладонью по зеленой траве, брала в руки часть земли и рассматривала ее со всех сторон.

— Когда она у тебя в руках, то перестает светиться, потому что источник света внизу.

— Солнце внутри земли? — пытливо спросила она и поднесла ладонь к носу, вдыхая аромат почвы.

— Что такое Солнце?

— То, что должно быть на небе, — девушка махнула рукой вверх.

— Ты говоришь странные речи, — нахмурился я. — Хорошо себя чувствуешь?

Она недовольно посмотрела на меня и встала с земли.

— Есть хочу, а в остальном — прекрасно. Надеюсь, еда у вас не вся такая? — Светлана ткнула пальцем в торфук.

— Это не еда. Это элемент для питания ядру, — пояснил то, о чем знал каждый житель Танзмофори от мала до велика.

— А что такое ядру?

По-моему, я поспешил с выводами об умственных способностях этой особы.

— Ядру — это светило, — ткнул пальцем на землю, где пробивались лучи. — Оно дает нам тепло и свет.

— А оно тухнет? — Светлана внимательно посмотрела на проблески.

— Если оно затухнет, мы все умрем. Его питают элементы нашей магии, которая находится в этих растениях.

— То есть земля высасывает из растений все питательные вещества, чтобы дать жителям свет?

— Можно и так сказать. Только не из всех растений, а из древесных и плодосодержащих.

Девушка задумчиво нахмурилась.

— Если ваша ядру забирает плоды, то чем вы питаетесь?

— Мясом. А другие продукты берем из заброшенного мира. Там нет жизни или, точнее, почти нет.

— А животные питаются травой? — уточнила Светлана.

— Да. Ее ядру не трогает. В Танзмофори огромное количество разной травы.

Я направился к своему дому, девушка, продолжая морщить нос, последовала за мной.

— А у вас меняются времена года?

— Что такое «год»?

Светлана еще больше нахмурилась.

— У вас бывает холодно, снег и мороз? — вместо объяснения, спросила она.

— Холода нет. У нас всегда одинаковая температура воздуха.

Побывав в разных мирах, я знал, что там бывают ветры, морозы. У нас не так. Досконально изучить странности и особенности других миров не было времени. Да и не хватило бы резерва нашей магии.

— Как интересно, — пробурчала Светлана.

Она продолжала с любопытством вертеть головой в разные стороны.

— А почему у вас нет неба?

— А с чего ты вообще взяла, что оно должно быть?

Я остановился и вопросительно посмотрел на гостью.

— Так было бы логичнее.

— Ты помнишь свой мир? — догадался.

— Да. Помню, — не стала отрицать Светлана. — Извини, что не сразу сказала правду, — без тени сожаления произнесла она.

*Отсоединился от тела — умер.

**Гаиноз — бесполое существо из другого мира. Может менять цвет.

***Два оборота назад — два дня назад.

ГЛАВА 3

Светлана

Я решила, что нет причин врать. Очень не хочется, чтобы жители этого мира, в частности Киер, считали меня одной из этих мумий. Да и, сказав правду, я быстрее смогу разобраться, почему оказалась здесь. И вернусь обратно. Надеюсь, я не умерла.

— Так кто ты?

— Я человек, — пожала плечами.

— Зачем ты переместилась в наш мир? Какова твоя цель?

— Понятия не имею, какова цель. Мне кажется, в своем мире я умерла и перенеслась сюда.

— Под «умерла» ты имеешь в виду отсоединение души от тела?

— Ну, да… — неуверенно протянула, понимая нестыковку в своих умозаключениях.

— Это невозможно. Ты поменяла тело?

Я испуганно посмотрела на свои ноги, руки и грудь. Ее на всякий случай потрогала, убеждаясь, что форму и размер она не изменила. Все мое, родное. Волосы тоже цвет не изменили. И мой наряд был прежним.

— Вроде все на месте. Если ты дашь мне зеркало, скажу наверняка.

Он задумчиво посмотрел на меня.

— Зеркало — это то, где я могу увидеть свое отражение, — как несмышленому ребенку, объяснила я.

Киер кивнул, давая понять, что знает, о чем речь, и провел рукой перед собой. Воздух в том месте начал сгущаться, он как будто красился в серебристый цвет. Через минуту перед ним появилась водная гладь. Я встала рядом с мужчиной и увидела свое отражение. Да! Там была я. Облегченно вздохнула и улыбнулась.

В следующее мгновение картинки стали меняться с огромной скоростью. Я не успела понять, что или кто передо мной. Выхватывала лишь какие-то фрагменты, которые не давали никаких подсказок и объяснений.

Мелькание замедлилось. Я увидела свою жизнь на Земле. Точнее, последний ее день.

Вот я в своей квартире, вот сажусь в автомобиль друга и еду на работу. Я разговариваю с ним, и вдруг перед автомобилем появляется белая пелена. Что это? Вадим нажимает на тормоз. Скрип и скрежет. И вот я исчезла. Друг поворачивается ко мне, но сидение пустое. Он испуганно выходит из машины посредине дороги и зовет меня по имени.

Жаль Вадима, так его напугала, бедного.

Киер взмахнул рукой, и все исчезло.

— Не совсем зеркало, но спасибо.

— Как ты видела, душа не покидала тела.

— Не покидала… Я перенеслась вся, — заключила отстраненно.

— Ты видела свои прошлые жизни? — спросил он.

Мне показалось, или Киер затаил дыхание, ожидая ответ?

— Разве ты не видел то, что и я? — прищурилась.

— Только последний фрагмент перенесения. Это тоннель душ. Каждый видит продолжительность скитания только своей души.

— Я видела быстрые фрагменты. И, кроме жизни на Земле, больше толком ничего не рассмотрела и не запомнила. Там мелькало столько разных силуэтов и лиц, — развела руки в стороны. — Это были мои жизни?

— Сложно сказать, — нахмурился мужчина. — Но вероятность того, что в твоем теле присутствует душа, есть.

Я фыркнула.

— Что значит «вероятность»? Во мне есть душа! Как я, по-твоему, живу? — изумилась его словам.

— Как и все таиты. Без души.

— А так возможно?

— Да. Вполне возможно. А так как ты оказалась у нас с появлением этого народа, то относишься к ним.

— Интересный вывод, но он не обоснован, — его предположение было для меня почему-то обидным. — Появилась и появилась. Может, причина в чем-то другом?

— Пару миганий назад мы нашли заброшенный мир и доставили к нам тетуя, — стал рассказывать Киер, продолжив путь. — Не прошло и одного оборота, как возле него появился маленький сайр. Охранник его души. Оживить тетуя нам так и не удалось, но сайр от него не отходит до сих пор. Так же и рептилозавры. После их перемещения возле них появились синие существа, которых они едят, наверное, — неуверенно рассказал Киер. — Но то, что они из одного мира, это точно.

— Что значит «миганий»? Это у вас время?

Мужчина снова тяжело вздохнул. Видимо, его смущало количество задаваемых мною вопросов.

— Пойдем, покажу тебе древо жизни нашего мира, и тогда тебе станет все понятно.

Идти оказалось недалеко. Все время мне чудилось, что вокруг нас пустыня. Только не с песком, а с плодородной землей, которая светится.

Особенность этой местности была в тумане. Я не видела, что находится на большом расстоянии.

Пока мы шли к знаменитому ядру, меня очень интересовало, как устроен этот мир. Почему в нем нет Солнца? Про себя улыбнулась. Мы, люди, всегда хотим знать, как устроен мир. И неважно, чей он.

Нам встречались различные строения, и не одно не походило на то, которые я привыкла видеть на Земле.

Некоторые были огромными и возвышались над поверхностью. У других, наоборот, виднелась только крыша.

И нам не встречались люди.

— А где все жители?

— Отправились смотреть на таит. Это большая редкость, когда из других миров приходят нам подобные существа. Все пытаются помочь.

— А вот и ядру, — остановившись, произнес Киер.

Перед нами находилось огромное дерево. Внешне оно чем-то походило на огромный дуб, только вместо листьев имело светящиеся ромбовидные фигуры сиреневого цвета. Все они ярко перестукивались и издавали звуки, очень похожие на мелодию.

Ствол дерева имел миллионы тонких прожилок, которые скрывались в земле. И даже под ней был виден свет жил.

— Он дарит нашей земле тепло, взамен питается магией, которую мы даем элементам, растущим в земле, — объяснил Киер.

— Интересная технология.

Я подошла ближе к необычному растению.

— Оно такое одно?

— Нет. В каждой местности свое.

— И там, где щупальца этого гиганта касаются элемента питания, есть свет? — догадалась я.

— Верно.

Он кивнул и подошел ко мне, словно боялся, что я могу навредить их ядру.

— А есть места, в которых не растут ваши элементы?

— Есть. Они обычно на границе территорий или в местах, где живут люди, не обладающие магией. Таких немного, но они есть. Императоры договариваются между собой, чтобы элементы на границе размещались на дозволенном расстоянии друг от друга и их света хватало для жизни, — поведал Киер.

— Очень интересное устройство мира. Вы периодически садите деревья?

— Да. Сейчас много людей, обладающих магией, поэтому в частой посадке растений нет необходимости. Магу достаточно поделиться энергией с элементами.

— А есть маги, которые не отдают энергию? — пыталась узнать все подробности.

— Нет. Почему не делать этого?

— Например, чтобы быть сильнее всех остальных.

Киер мягко засмеялся.

— Нельзя копить в себе то, что тебя может убить. Происходит взаимовыгодный обмен между этим чудесным творением и магами. Мы помогаем ему, а оно — нам. Магия появляется в нас каждый раз, когда мы просыпаемся. И чтобы к следующему пробуждению не отделиться от тела от ее переизбытка, ее нужно куда-то девать.

— А если магов будет недостаточно для прокорма такого гиганта? — я косо посмотрела на светящееся дерево.

— Всегда можно сократить количество элементов.

Разумно. Не поспоришь.

— Ваш ядру не дает вам возможность выращивать растения для питания, — заметила я.

— Зато дает свет, тепло и условия для жизни. А плоды растений мы в состоянии добыть в других мирах.

Я нахмурилась. Киер прав, но человек так устроен. Он не доверяет тому, что отлично от его понятий.

— А как вы вычисляете время?

Задала вопрос, собственно, из-за которого мы сюда и шли.

— Посмотри вверх.

Послушно задрала голову. Снова бескрайний космос. Я мечтала побывать в нем, но, глядя в серую даль, почувствовала страх.

— Нет. На верх ядру.

Повернула голову. И лишь сейчас заметила ореол, по которому перемещался шар. Это напоминало орбиту, только с одной планетой.

— Она медленно двигается по кругу? — предположила я.

— Да. По ней мы и считаем время. Один оборот, два оборота. Как только проходит триста пятьдесят оборотов, происходит мигание торонов. Они становятся янтарного цвета на один оборот. Все мигания оставляют на древе следы. Сколько пометок, столько и миганий.

— Допустим. А как маг определяет свой возраст, если время вы сверяете только с помощью этого дерева? — спросила я, продолжая наблюдать за медленным движением шара.

Мне показалось, что тот вздрогнул и стал колебаться, словно решал, не поменять ли траекторию.

— По магическому полю человека.

Киер дотронулся тыльной стороной руки до своего лба. К своему удивлению, я увидела на его ладони римскую цифру тридцать. А ниже семерку.

— Ничего себе. Значит, тебе тридцать лет. А что за цифра внизу?

— Перерождение души.

Я повторила за Киером.

— У меня видно? — спросила, но не чувствовала никаких вибраций или еще чего-то.

— Нет. Ты не обладаешь магией.

Я разочарованно опустила руку, вдруг к ней с большой скоростью приблизился шар, который до этого момента летал себе вокруг ядру.

— Э-э-э, чего это он?

На всякий случай отпрыгнула в сторону. Шар последовал за мной. Он кружился над головой, словно решил использовать меня вместо древа. Киер растерянно наблюдал за поведением сферы.

— Понятия не имею. Он так никогда не делал.

— А теперь делает, — чуть повысила голос. — Убери эту штуку от меня! Мне она не нравится.

Почему-то разболелась голова. Я чувствовала, как сфера греет мою макушку.

— Да, сейчас. Ей не следует быть в другом месте.

Киер выставил руки вперед, направляя ладони на загадочную сферу. Прожилки под землей замерцали. Они утрачивали свет.

— Что происходит?

— Не знаю, но так быть не должно.

Он встал позади и взял мои руки в свои ладони. Меня сразу же бросило в жар. Теперь уже не от вращающей штуки сверху. Как же от него пахло! Аж голова кружилась от незнакомого мужского аромата. Спиной я ощущала тепло его тела. Во рту пересохло. Шар уже не так беспокоил, как близость этого мужчины.

Киер провел моей рукой на уровне пояса и нахмурился. Потом стал двигать фалангами моих пальцев, образовывая в воздухе круг и мини-торнадо. Шар надо мной неохотно двинулся в сторону. Он так дергался, словно размышлял, правильно ли поступает, готовый в любой момент вернуться ко мне.

Я стояла затаив дыхание. Понятия не имею, почему сфера заинтересовалась мной, но этот интерес выводил из строя всю систему. А мне не очень хотелось быть причиной гибели целого мира. И зачем я руку ко лбу приложила?

Облегченно вздохнула, уже когда шар оказался на своем месте и Киер отошел. Какой же он все-таки симпатичный.

— Пойдем отсюда. Не нравится мне ваш ядру, — стушевалась из-за мыслей.

Поспешно отошла от красивого, но загадочного дерева.

Какое-то время мы шли молча. Я размышляла о странном поведении шара и устройстве этого мира, всячески избегая мыслей о мужчине рядом. Что-то не замечала за собой такой романтичности и сентиментальности.

Киер, видимо, тоже пытался разгадать поведение шара. Он периодически бросал в мою сторону задумчивые взгляды.

— Не нужно на меня так смотреть. Я понятия не имею, почему ваша штуковина ко мне переместилась, — пробурчала.

— А кем ты была в своем мире?

— Ты имеешь в виду, кем работала? — не поняла я.

— Работала?

— А у вас люди, маги на работу не ходят?

— Не совсем понимаю твой вопрос.

— Ладно. Спрошу иначе. У вас есть деньги? Золото?

— Такого у нас нет.

— Как вы приобретаете какие-то вещи? Например, одежду, обувь?

— У нас есть сапожник и швея. Если тебе нужна одежда, идешь к нему, и он помогает.

— А что ты за это ему даешь?

— Ничего, — удивился моему вопросу Киер.

— Хорошо. А если бы у вас не было сапожника или, наоборот, два?

— Не было бы, пошли на соседнюю территорию. Два, так два.

— Чем занимаешься ты?

Я хмурилась, пытаясь понять систему их экономики. Складывалось впечатление, что ее попросту нет.

— Раньше открывал миры, когда был моложе. Сейчас советник императора.

— А у вас бывают войны?

— Что такое «война»?

— Борьба людей за территорию, власть.

— А зачем нам бороться? В нашем мире огромное количество территорий и магов. Места всем хватает, — пожал плечами мужчина.

— Тогда зачем вам император? Если у вас нет экономики, нет устава.

— Устав у нас есть. Мы по нему живем. Император — это представитель нашей территории. Везде, где живут маги, есть маги-поисковики. Чтобы не возникло конфликтов, повторного вторжения в мир или повторного принятия маяка, императоры договариваются между собой, куда отправятся маги той или иной земли. Если какой-то территории необходима помощь, например, запасы воды закончились, то соседи с радостью помогут. Бороться мы можем только со злом, — с какой-то грустью произнес Киер. — Но оно редко встречается, благодаря указу нашего и соседних императоров.

— А как ваши маги принимают маяки от других миров? — задумалась я.

— Я покажу тебе выход в другие миры, — пообещал Киер. — Но не сегодня, — поспешно добавил он. — Вдруг и на них ты повлияешь, как на ядру? У меня может не хватить силы закрыть вход.

Я усмехнулась, а про себя подумала, что там есть выход и в мой мир. А значит, нужно скорее воспользоваться предложением и вернуться на свою родную Землю. Здесь, конечно, интересно. С радостью изучу их мироустройство. Как говорится, чтобы потом было что детям рассказать.

Меня мучил только один вопрос: с какой целью я оказалась здесь?

— Так чем ты занималась в своем мире?

— Я ветеринар, — отвлеклась от раздумий.

— Вете… что?

— Ветеринар. Я лечу животных.

— О-о-о, — восхитился Киер. — Это очень хорошее умение. У нас такого мага нет.

— А у вас есть животные? — удивилась я.

Сколько мы ходили по территории, не увидела ни одного.

— Да. И очень много.

— Кошки, собаки? — с надеждой спросила я.

— Я понятия не имею, как их называли в других мирах. Когда они попадают к нам, мы сами придумываем им названия. За исключением  тех случаев, когда мир выбрасывает маяк. Или существа обладают магией. Тогда по их полю можно считать имена, а иногда и данные об их жизнедеятельности.

— Может, я оказалась у вас, чтобы спасти какое-то животное? — предположила я.

— Это вряд ли. Хотя я не исключаю такую возможность. Чисто гипотетически ты могла прибыть к животному из своего мира. Оно могло при переносе к нам кинуть запрос о помощи. И, так как выход закрылся, перенеслась ты только сейчас, но эта слабая гипотеза. Ты появилась возле таит. И именно после того, как мы извлекли гроб императрицы из кокона, поэтому причастность к народу таит более вероятна.

— Я в этом не уверена. Что у меня может быть общего с мумиями?

Передернула плечами, вспоминая чучело, которое ухватило меня за руку.

— Как показывает опыт: подобное притягивает подобное. Хоть ты и не похожа на представительниц их расы, — поспешно добавил Киер.

— И на том спасибо, — буркнула я.

Киер остановился возле высокой постройки. С виду она напоминала здание из нескольких кубиков, имеющих окна.

— Это твой дом? — недоверчиво спросила я.

— Да. Тебя что-то смущает?

— Очень необычное и отличающееся от других строений.

— Если ты заметила, здесь все дома разные. Каждый создавал себе то, что нравилось.

Киер пошел к дому, а я последовала за ним. Отметила еще одну особенность: нигде не было ограждений, ворот, заборов. Этот мир, видимо, в них не нуждался.

Вот возле дома увидела первых животных. Точнее, птиц. И это были куры! Да. Птицы из нашего мира.

Они по-хозяйски разгребали землю лапами. В качестве жердочки они использовали один из нижних кубиков.

— У тебя куры?!

Я опешила. Значит, маги посещали Землю. Мысли с большой скоростью стали протекать в голове. Увидев этих не очень умных созданий, я воспрянула духом.

— Ты об этих бесполезных летунах?

— Почему — бесполезных? — нахмурилась я.

— От них никакой пользы. Только гадят, мусорят и периодически издают странные звуки. Вот этот, с красной шишкой на голове, особенно крикливый.

— Это петух. Он кричит рано утром, — сказала, а сама задумалась. У них нет утра! Когда же он кричит? — И это не шишка, а гребень, — продолжила я и подошла к птицам.

Никогда не думала, что буду рада видеть кур.

— Так для чего они нужны?

— Для яиц и мяса.

— Что такое яйца?

— Вот это, — взяла из одного куба яйцо. — Очень вкусное.

— И как это можно есть?

— Неси сковороду, приготовлю омлет.

— Не знаю, что такое сковорода, но звучит устрашающе, — почесал подбородок Киер.

— Где у тебя посуда?

— В доме, — тяжело вздохнул мужчина. — Тебе известны эти животные?

— Да. Они из моего мира.

Киер вопросительно приподнял одну бровь.

— Летуны у нас давно. Понятия не имею, как они плодятся, но их становится то больше, то меньше. А так как они бесполезны и всюду гадят, местные жители не очень хотят, чтобы эти существа жили рядом с ними.

Мы вошли в дом. На пару секунд я зависла. В наших мирах слишком разное понятие об интерьере дома. Если я думала, что он внешне выглядит необычно, то ошибалась. Внутри все было еще экстравагантнее. Несмотря на то, что дом по высоте выглядел, как наш двухэтажный, ожидаемого второго этажа не оказалось. Впрочем, как и стен. Понятие комнат здесь, кажется, отсутствовало.

Если бы не стеклянные кубики, эту площадь смело можно назвать огромным спортзалом.

Пола не было, просто земля, которая светилась так же, как и на улице. Благодаря прозрачным стеклам на кубах, здесь было очень светло.

— Что-то не так? — спросил Киер, проследив за моей реакцией.

— Все не так.

— А конкретнее? — он осмотрелся вокруг, словно искал, в чем проблема.

— Я даже не знаю, с чего начать, — растерялась я. — Где ты готовишь еду?

— Обычно я ем в императорском доме, но иногда готовлю здесь, — он ткнул пальцем в угол.

Конечно же, стола я не увидела. Там стоял большой куб и рядом — два поменьше. У Киера любовь к этому многограннику.

— А где посуда?

Киер приложил руку к углу куба, и появились чаши. Они стояли на встроенных в стене полочках. Там их было огромное количество. Вот только из материалов, которых я в жизни не видела. По внешнему виду их нельзя отнести к керамике или нержавеющей стали.

— А обжариваешь мясо на полу? — кивнула на светящуюся землю.

Это было бы вполне логично.

— Ядру не нагревает настолько сильно, чтобы можно было готовить. Оно дает свет и тепло для нормальной жизнедеятельности. Я предлагаю тебе немного отдохнуть после всех приключений, а не демонстрировать умения в приготовлении еды. Ты поспи, а я отправлюсь к императору. Думаю, ему нужна моя помощь. Еще нужно посмотреть, как расположились таиты. Ты не хочешь их увидеть? Может, вспомнишь что-то?

— Я и не забывала, — фыркнула. Если они такие же страшные, как та, которая в гробу, то лучше я воздержусь.

— Возможно, поймешь причину своего перемещения в наш мир.

— Немного позже.

Сейчас я намеревалась изучить странный дом и приготовить омлет.

— Отдохнуть можешь тут.

Киер показал на куб. Я скептически посмотрела на прозрачный аквариум, иначе не назовешь. Как можно отдохнуть, если всюду ярко светит ядру? Еще и без подушки, матраса и одеяла?

— Как можно спать, если здесь неудобно?

Я постучала по поверхности. К моему удивлению, на ощупь она оказалась мягкой и не издавала звуков, которые ожидаешь услышать от удара о дерево или стену.

— Комната создаст тебе уют, которого ты требуешь. Проверь. Ляг сюда, — Киер еще раз указал в куб.

Я хмыкнула, но легла. Под моей головой появилась мягкая подушка, которая напоминала мою, только была совсем другого цвета и формы. Матрас и легкий плед не заставили себя ждать. Но самым большим изумлением для меня стало появление занавесок, которые спрятали свет, оставляя приглушенное освещение. От удовольствия я заулыбались.

— Здорово придумано.

Киер задумчиво осмотрел появление новых вещей. Видимо, мой комфорт отличался от его.

— Ты отдохни, а я скоро приду и покажу тебе, где что стоит.

— Хорошо, — сладко зевнула я.

Вот это я понимаю — уют. Не нужно взбивать подушки, перины, стоит пожелать, и все само появится. Просто мечта!

ГЛАВА 4

Киер

Императора я нашел сидящим на своей подвесной скамье. Он любил садиться на это сооружение, находящееся под самым верхом его дома.

Далим наблюдал за двумя таитами, которые готовили ему еду.

— Они восхитительны, да? — спросил мужчина, не отрывая взгляд от светловолосых.

— Наверное, — ответил рассеянно. — А что они у тебя в доме делают? Ты же вроде их в замок поселил. Там места больше.

— А ты знаешь, что им для отдыха нужно лишь несколько перезвонов ядру*?

— Буду знать. То есть девушки уже отдохнули?

Далим кивнул. Он находился в прекрасном расположении духа. Таиты поднимали другу настроение.

— Отдохнули. После общения с местными они с радостью вызвались помогать нашим женщинам в приготовлении еды. Оказывается, таиты обладают изумительными способностями. Они готовят очень вкусно, особенно если учесть скудный выбор наших продуктов, — восхитился император.

— Несказанное везение, — пробурчал я.

— А ты чего такой смурной? — спросил друг, поворачиваясь в мою сторону, он наконец-то отвлекся от рассматривания новеньких. — Твоя таита плохо готовит?

— Не проверял, но зато сводил ее к ядру.

Далим засмеялся.

— А другого романтического места не нашлось?

— Не очень удачная шутка, — спокойно заметил я. — Рядом с древом жизни ей лучше не находиться.

— Почему? Тебе жалко что ли? Пусть любуется. Ядру умеет себя защитить от чужого воздействия.

— С этим я поспорил бы. Сфера времени ушла от ядру.

— Это как? — не понял Далим.

— Понятия не имею, но шар покинул свою площадь. Я не в силах был вернуть его обратно. Только управляя руками Светланы, удалось закинуть сферу на место.

Император нахмурился. Мы оба понимали, что такой ситуации быть не должно. Гостья несла потенциальную угрозу миру. По уставу ее стоило перенести в другой мир, перед этим разобравшись в причине воздействия на ядру. Если причина в магии, то ее нужно изъять.

— Получается, все таиты несут опасность миру? — расстроился правитель.

— Я не знаю. За этим и прибыл. Нужно проверить реакцию ядру на девушек. И Светлана утверждает, что не имеет отношения к этому народу.

— Она же ничего не помнит.

— Она не помнила кое-какие детали, — зачем-то соврал я. Не хотелось, чтобы Далим считал ее вруньей, это вызовет ненужные подозрения. — Ты же знаешь, после перемещения такое бывает.

Император кивнул, продолжая размышлять над услышанным.

— Она может путать жизни. Такое тоже бывает. Этот народ не изучен, возможно, второй гроб по пути перевернулся или упал с большой высоты, вот ее душа, возвращаясь в тело, и напутала, — выдвинул он гипотезу. — Я говорил с Калифом, он не помнит третьего гроба. Только множество сундуков.

— Он мог ошибиться.

— А может, ситуация аналогична, как с сайром?

— Я видел часть ее последней жизни. Мир остался существовать, а Светлана перенеслась сюда.

— Смотрел, какую по счету жизнь проживает ее душа? — заинтересовался Далим.

— Она закрыта. Я не могу ничего о ней узнать.

Друг перевел взгляд на таит. Я видел, что его беспокоит Светлана. И сейчас уже начинал жалеть, что не нарушил правила устава. Зачем рассказал о ее умении? Император, в первую очередь, несет ответственность за сохранение условий существования мира, затем за безопасность населения. По правилам Далим должен заточить существо, несущее угрозу, в магическую камеру. При условии, что оно приносит и какую-то пользу. Если же нет, то переместить в другой мир. С этого момента начинались подпункты, которых было очень много. Все они зависели от опасности существа.

Бывали случаи, когда Далим применял свое второе умение: лишал кого-то жизни. Он не любил этого делать, но иногда приходилось.

— Оставлю ее при себе, — произнес я.

Не мог объяснить самому себе, зачем это сделал.

— Ты слишком мягок, — усмехнулся друг. — Бесполезных летунов уже оставил, чтобы не отправлять их в другой мир. Пожалел существ. А их, между прочим, можно отнести к вредоносным. Они всюду гадят, противно кричат, по крайне мере, один из них, и разгребают землю. Последнее не только портит эстетичный вид, но и может принести вред магическим истокам ядру.

— Ты, как всегда, преувеличиваешь, — улыбнулся я. — Сколько миганий они здесь и не сумели навредить ядру. Древо может за себя постоять.

— Как оказалось, не перед всеми.

— Мы должны разобраться, в чем причина такого поведения ядру и, возможно, извлечь выгоду из этого.

Далим внимательно посмотрел мне в глаза и кивнул.

— Под твою ответственность. Глаз с нее не спускай.

Я облегченно вздохнул.

— Проверим таит?

— Вряд ли они смогут повторить подобное, но необходимо удостовериться, — согласился император.

— Я, смотрю, тебе нравятся эти особы.

Столько восхищения было в направленном на них взгляде. Не столько вожделения, сколько восторга. Далим изучал каждое их движение, и девушкам нравилось такое внимание. Они то и дело улыбались ему и махали руками.

— А как они могут не понравиться? Каждая таита — само совершенство. Нашим девушкам стоило бы у них поучиться, как обращаться с мужчинами.

Я скептически посмотрел на друга.

— Ты боишься проверки?

— Как и ты, — парировал Далим. — Тебе понравилась Светлана.

— У меня к ней корыстный интерес, как к любому новому существу. Нельзя упускать возможность улучшить жизнь нашего мира. Я твой помощник, а значит, это моя прямая обязанность. Вот сейчас проверим таит: какая от них польза и нет ли опасности.

Я еще раз просканировал гостий. Магия в них отсутствовала. Они, в отличие от Светланы, легко считывались, не имея никаких барьеров.

— Прошу вас за стол, — пригласила одна их светловолосых, подойдя к нам ближе.

Посреди зала был накрыт круглый стол. Девушки приготовили несколько разных блюд.

— Вы невероятны! — сделал комплимент император. — Как вам удалось так быстро сделать столько еды?

Мужчина спустился с места и прошел вслед за таитой.

— Для вас готовить — одно удовольствие, — мягко улыбнулась она.

— И у вас хорошие условия для этого, — негромко подхватила вторая.

— Благодарю, Лакшиза и Ломина.

Я хмыкнул. И как он только запомнил их имена и вообще отличает друг от друга?

Далим взял в руки и впился зубами в поджаренное мясо. На вид оно выглядело аппетитно.

— Изумительный вкус, — проговорил император жуя.

— Мы рады, что вам нравится, — заулыбались девушки.

Одна из них взяла салфетку и вытерла жир на щеке у правителя. Вот это обслуживание! И другу такое обращение нравилось. В последний раз Далим так много улыбался, когда была жива моя сестра.

— Киер, присоединяйся! Здесь еды всем хватит.

Я отрицательно качнул головой. Мысль о том, что Светлана одна, не давала покоя. Вроде как я должен переживать, как бы она не натворила чего-то. Этот ее интерес к летунам и удивление быту моего дома могли подвигнуть ее к нежелательным действиям. Только вместо этого я думал о том, как бы с ней ничего не случилось. И очень надеялся, что она спит.

Сон к ней приходил при весьма странных предпочтениях. Комната смоделировала ее желания, и они были неординарными. Мягкие вещи, приглушенный свет и тишина. Полная изоляция от окружающего.

— Нет. Благодарю. Нам стоит поспешить, — намекнул на проверку я.

— Дай насладиться приятным обществом и вкусной едой, — отмахнулся император, приняв из рук таиты чашу с напитком. — Благодарю, Лакшиза.

— Это вам спасибо, что приняли, дали кров над головой, — девушка поцеловала Далима в щеку.

Искра. Маленькая искорка промелькнула на теле императора в том месте, где коснулись губы таиты. Показалось? Что это вообще было?

Невзначай дотронулся до гостьи, протягивая руку к бокалу. Не обладала она магией. Далима сканировать бессмысленно: даже если на него воздействовали, то в его силе я не разберу инородную. Это недостаток всех магов.

Что же произошло? Или я становлюсь параноиком?

— Этот нектар мы добыли из плодов, которые доставил Истилуд. Жаль, не удалось сорвать плоды в мире, где мы жили. Люди, которые нас спасли, наверное, не подумали об этом.

Я задумчиво посмотрел на блондинку. Как могло получиться так, что люди погибли, таиты смогли себя коконизировать, а природа не пострадала?

Нужно расспросить Калифа подробнее, что и как.

— В нашем мире произошла вспышка, — словно прочитав мои мысли, сказала вторая таита. — Что-то подобное затмению. Только императрица Маитала обладает магией. Она смогла спасти свой народ от смерти. Великая Маитала обладает великой способностью, — гордо с придыханием произнесла она. — Благодаря ей мы уцелели, а люди погибли.

— А люди не были ее народом? — удивился я.

— Нет. Каждый сам решает, кем ему быть. Маитала никогда никого не заставляет служить ей. Таиты добровольно и с великой радостью поклоняются ей, — в какой-то эйфории поведала девушка.

Она напоминала фанатика.

— Вот видишь, прямо как у нас. Все с радостью поклоняются мне. Думаю, мы с Маиталой будем идеально дополнять друг друга.

— О, да. Вы будете чудесной парой.

— Наша императрица изумительна, — залепетали новоприбывшие.

— Друг мой, тебе не кажется, что прежде чем брать кого-то в жены, стоит его хотя бы узнать, а не просто видеть в весьма необычном месте? — хмыкнул я.

— Маитала удивительна. Далим не сможет устоять против ее нежности и красоты. Она будет великолепной женой.

Я закатил глаза.

— Девушки, вы не хотите пройтись? — поспешно спросил император, не дав сказать мне очередную колкость.

— Мы с удовольствием, но сейчас пришло наше время находиться возле императрицы. Думаю, таиты, которые сейчас в зале, с удовольствием составят вам компанию, — ласково улыбнулась блондинка и снова поцеловала Далима.

Я не успел заметить, возникла ли при этом искорка. Их закрыла другая девушка. Она подошла ко мне и положила руку на плечо.

— Вы же не обидитесь? Мы с удовольствием пройдемся с вами немного позже.

Таита поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать меня, я ловко взял ее за талию и отставил в сторону. Сам не знаю почему. Перед глазами стояла Светлана. Я мотнул головой. Нужно поспешить домой. Ой, чувствую, не спит она вовсе.

— Не обидимся.

Нам все равно кого первого проверить, подумал про себя. Мы отправились в здание, которое Далим великодушно дал в пользование гостьям.

С последнего моего визита здесь многое поменялось. Девушки открыли сундуки и разложили их содержимое по разным местам. Не скажу, что стало уютно, но не пусто. На стенах висели неизвестные предметы. Ничего из них не было похоже на одежду или украшение. Какие-то маски, трубки и отрезы кожи. И пахло благовониями.

Я даже расчихался от их терпкого аромата.

— Второй жрицы нет, — это первое, что сообщили таиты, когда увидели своих подруг.

— Как нет? А где же она? — испуганно спросила та, которая пришла с нами.

Четыре пары глаз уставились в нашу сторону.

Я развел руками. Почем мне знать?

— Ее не нашли с вами, — сказал Далим.

— Такого не может быть. Жрицы никогда не покидают императрицу! — запротестовала одна из блондинок.

— Жрицы — это помощницы Маиталы. Ее охрана, ее подруги, ее советницы. Они, можно сказать, часть ее самой, — с трепетом произнесла гостья.

— Слата и Сотла не покидают императрицу, — поддержала вторая.

— Как зовут девушку, которая появилась возле гроба? — обратился ко мне император.

Ему не очень нравилось, что прибывшие находятся в таком возбуждении и негодовании. Далиму хотелось им угодить. Это меня удивляло. С каких пор спасатели миров пытаются предоставить лучшие условия для спасенных?

— Светлана, — недовольно ответил я.

Таиты насторожились и переглянулись между собой.

— Что-то не так? — я внимательно наблюдал за гостьями.

— Жрица Слата ожила?

— Мы не уверены, что эта ваша жрица. Она не все помнит, — улыбнулся Далим.

— И не очень похожа на вашу вторую, — махнул в сторону гроба.

— Такое возможно. Жрицы, как и наша Маитала, умеют перерождаться. Наш народ попал в опасность, и императрица, чтобы спасти подругу, могла сохранить ее душу.

— Ваша императрица умеет перекидывать душу в другое тело? — пытаясь говорить спокойно, уточнил я.

Тысяча предположений промелькнула в голове. И не одно из них не было хорошим для нас. Что ж за народ такой, что таит в себе столько неожиданностей?

— Не совсем, — стушевалась светловолосая. — Императрица в случае опасности могла спасти душу жрицы. Отправить ее в другой мир, чтобы родиться в другом теле.

А вот это похоже на правду. Светлана вполне могла быть их жрицей, рожденной в другом мире, поэтому она ничего и не помнит.

Любое существо, имеющее душу, перерождается. Получается, жрицы имеют способность вспомнить прошлую жизнь. Свое предназначение служить императрице. Немного кощунственно. Получается, Маитала как бы владеет их душами. Почему-то мне стало жаль Светлану. Если это правда, то я постараюсь дать ей выбор. Все-таки они здесь гости, и нам решать их судьбу. А если им не нравится, пусть отправляются в другой мир.

Кстати, так мы и должны поступить. Дать им убежище, а потом отправить в безопасное место. Так гласит устав. Не имеющие магии живут отдельно. Во всяком случае, такое количество существ. Для равновесия жизнедеятельности нашего мира.

Я подумал, что стоит напомнить об этом другу. Он сильно увлекся таитами.

— Тогда нужно организовать вам встречу, — радостно всплеснул руками Далим.

Девушки снова переглянулись и кивнули.

— Светлана сейчас отдыхает. Ей, как и вам, перемещение далось тяжело, — сказал твердо. — Пока предлагаю вам прогулку по нашим землям.

— Да, конечно. Пусть отдохнет и наберется сил. Они ей понадобятся для помощи нашей императрице.

Я только хмыкнул.

Далим подошел к труне. У изголовья лежали свежие цветы. Они пахли достаточно резко, но на вид были красивыми. Интересно, откуда красные цветы могли появиться?

— Это тройны, — проследив за моим взглядом, объяснила таита. — Их очень любит Маитала. Они с нашей родины.

— А как оказались тут?

Девушка открыла один из сундуков и извлекла оттуда колбочку с порошком. Таита тряхнула содержимым возле прозрачной крышки. В тех местах, куда попадала пыльца, появлялись цветы.

— Она прелестна! — любовался императрицей Далим. — Мне кажется, с каждым днем Маитала становится прекраснее и прекраснее.

— Так и есть, — улыбнулась одна из прибывших.

— Когда она очнется, то вы увидите ее истинную красоту.

— С нетерпением этого жду, — как завороженный прошептал император.

Он положил руки на прозрачное стекло и поделился с ней энергией, но та вернулась к владельцу.

— Зачем ты это сделал? — спросил я сквозь зубы.

— Глупый вопрос. Хотел помочь ей скорее очнуться.

— Вы не сможете это сделать. Для этого нужна помощь жриц. Без них ничего не выйдет, — грустно вздохнула таита.

— И Сотла почему-то не открывает глаза, — обеспокоено заметила вторая.

Только сейчас я обратил внимание, что гроб со жрицей стоит в вертикальном положении недалеко. У нее на голове красовался венок из таких же цветов, что и у изголовья императрицы. Не нравилось мне все это. Слишком замысловато.

— Мы уже в безопасности, — с каким-то отчаянием воскликнула вторая девушка. — Почему они не просыпаются? Неужели вспышка задела их?

— Мы обязательно все выясним и поможем очнуться, — пообещал Далим.

Он по-прежнему смотрел на Маиталу не отрывая глаз. Она манила Далима, как и остальные представительницы ее народа.

— Маитале нежелательны посещения. Она очень чувствительна к тому, что ее окружает. Сейчас императрица уязвима, — таита зыркнула на подругу осуждающим взглядом.

— Пойдемте прогуляемся, — предложила светловолосая.

— Вы ведь толком ничего не видели, — улыбнулся император, когда мы вышли из зала. — А у нас замечательная территория.

Блондинки с удовольствием взяли Далима под руки.

— У вас очень необычный мир, — заметила одна из них. — Нет привычной голубизны сверху.

— Мир очень светлый. Наша кожа от этого светится еще ярче.

Девушка подняла руку перед глазами друга. Ее кисть была очень изящной и тонкой, а кожа — мраморно-белой.

— Удивительно прекрасные ладони, — улыбнулся Далим и поцеловал ее руку.

— Благодарю.

Какое-то время, пока мы шли, император рассказывал о сооружениях, их владельцах, демонстрировал конструкции, которые сделали маги. Гостьи искренне восхищались всему и не забывали хвалить мага.

— Я могу поселиться у вас, — предложила мне девушка, которую вроде звали Ломда. — Могу помогать вашей жене готовить и убирать.

— Благодарю, не стоит.

— Почему ты так, Киер? Наши гостьи очень хотят быть полезными, — пристыдил меня Далим.

— А еще я умею делать расслабляющий массаж. Он снимает усталость и боль в мышцах, — она многообещающе посмотрела в мою сторону.

— Благодарю, одна особа уже присутствует в моем доме, думаю, двух будет много, — криво улыбнулся.

И снова мысли вернулись к Светлане. Я так торопился рассказать все императору о ее воздействии на ядру, а теперь жалел. Больше из-за того, что оставил ее одну в чужом для нее месте.

Еще и летуны. Как там она их назвала? «Куры» вроде бы. Стоило подробнее узнать, откуда они ей известны. Может, это подскажет, с какой целью она сюда переместилась? И является ли Светлана жрицей? Я косо посмотрел на таит. Сходство между Светланой и ими все же было.

— Не исключено, что это ваша жрица, — напомнил Далим.

Мы дошли до ядру.

— Это наше древо, — с гордостью сообщил император, опуская руки.

— Смотрится очень величественно, — восхитилась таита.

— И ярко, — поддакнула вторая.

— Мне кажется, мелодия вашего дерева очень похожа на мелодию, которую любит слушать наша императрица, — задумалась девушка.

— Да, Ломда, ты права. Совсем как звучание шкатулки.

— Мы открываем ее и сейчас, чтобы Маитала слушала любимые звуки, — улыбнулась другая.

— У нас существует примета, — стал врать я. — Если приложить руку ко лбу и загадать желание, когда видишь ядру, то оно сбудется.

Гостьи, как по команде, приложили руки ко лбам. Их возраст не отобразился на ладонях и сфера времени не сбилась. Таиты, в отличие от Светланы, не имели на нее влияния. Далим облегченно вздохнул.

— Желаю, чтобы наша императрица поскорее пришла в себя, — одновременно произнесли они.

— Ваше желание обязательно сбудется.

— Милое дерево, постарайся исполнить его, — попросила таита и сделала несколько шагов вперед.

Я не успел предупредить ее. Ядру включило защитную магию и откинуло блондинку подальше от себя.

— Ломда! — кинулся к ней император. — Ты в порядке? — он помог ей встать.

Хорошая новость: таиты не влияют на ядру и оно прекрасно себя от них защищает. Я улыбнулся.

— Да. Я в порядке.

— Прости. Мы не успели тебя предупредить, чтобы ты не подходила к нему близко.

— Теперь буду знать, — потерла ушибленный затылок она.

Я с чувством выполненного долга покинул общество и отправился домой. Почему-то гулять со Светланой мне понравилось намного больше. Она так искренне удивлялась и радовалась всему! Эти девушки вроде бы выражали эмоции, но все были какими-то ненастоящими, словно играли роли. А возможно, мне уже мерещилось. Для меня все они выглядели одинаково, оттого и выражения их лиц казались очень похожими.

*Несколько перезвонов ядру — несколько минут.

ГЛАВА 5

Светлана

Киер ушел, а я закуталась в теплое одеяло. Как комфортно! И спать хочется. Может, тут магические подушки? Принюхалась к мягкому подобию этой вещи. Она не пахла. Хотя нет. Все-таки аромат присутствовал, чем-то отдаленно напоминал мой ополаскиватель для одежды. Не знаю, как это возможно. Действительно, комната подобрала мои предпочтения. Только как она их из моей памяти достала?

Нужно было встать и приготовить омлет. Мне очень хотелось показать Киеру свои кулинарные шедевры. Понятия не имею, какая у них тут еда, но яичницу и омлет он точно не пробовал.

Но вот как заставить себя вылезти из мягкого рая?

— Разлеглась тут, посмотрите на нее! — услышала звонкий и тонкий голос.

Сердце ушло в пятки. Что это еще такое? Осторожно высунула голову из-под одеяла и осмотрелась. Пыталась не делать лишних движений. Ничего подозрительного не увидела.

— И чего ему вздумалось притащить сюда эту девку? — прозвучал все тот же возмущенный голос. — Ведь никого сюда не водил. Грязные дела в другом месте делал. А эту приволок. Не успела прийти, уже свои правила установила. А обо мне подумала?

Я прислушивалась, чтобы понять, откуда идет звук. В углу, на странном стеллаже, сидело что-то серое. Оно живое и говорящее! Сначала накатила паника. Животных я не боялась, а вот неизведанное — очень. Почем мне знать, какие существа здесь водятся? Кроме кур, я больше никого не видела.

Пыталась с такого расстояния рассмотреть серое создание. Крыса? Нутрия? Кто-то, кто ест людей?

— Ну вот чего смотришь? Я же на тебя не пялюсь. Что за этикет у этих людей?

Существо вперилось в меня глазками-пуговками. Теперь я разглядела среди пушистой массы длинный нос и хвостик. Зверек умудрялся скрываться в ярко-освещенном помещении. Или просто прятался, а сейчас появился.

— В отличие от некоторых, я никого не оскорбляю, — возмущенно ответила.

Мне показалось, или маленькие глаза существа стали шире? Оно зашевелило ушками.

— Ты меня слышишь и понимаешь? — недоверчиво спросило.

— Да твои возмущения глухой услышит! — хмыкнула я, откидывая мягкое одеяло. — Ты кто такой?

— Я поисковик, но в этом мире меня называют гаинозом, — настороженно произнесло существо.

— Ты что-то типа домашнего животного? — я поднялась с импровизированной постели.

Только моя нога коснулась пола, подушка, одеяло и приглушенное освещение исчезли.

Даже глазом моргнуть не успела.

— Нет. Я не игрушка человека, — фыркнул зверек.

— А как ты забрался сюда?

— Маги этого мира спасли наш род от смерти. Они считают нас пылесобирателями. Поэтому и оставили жить у себя, — уже совсем другим голосом объяснил гаиноз.

Я подошла ближе. Он напоминал муравьеда, только был более пушистым и другого цвета.

— Уборка пыли — это большая помощь, — похвалила.

— Я ее не убираю. Мы питаемся пылью.

— А что случилось с вашим миром, что вас забрали сюда? — присела на круглый деревянный постамент, формой напоминающий пуфик.

— Наш мир очень агрессивен, поэтому мы ушли оттуда. За столько времени нам пришлось сменить много миров. Этот подходит идеально. Мы любим хорошо освещенные помещения. Здесь тепло и уютно. А на улице слишком жарко.

— А в чем агрессивность мира проявлялась? — я боролась с желанием потрогать нового знакомого.

— Нас там ели.

— Такие вкусные?

— Нет. Очень редкие и находчивые, — зверек подергал носом, обнюхивая меня. Его мордочка удлинилась, а шерстка сменила цвет на ярко-зеленый.

По поводу редкости и находчивости я не поняла: сказал он правду или пошутил.

— Ты хорошо пахнешь, — заключил гаиноз.

— Надеюсь, ты не ешь людей.

— Я ем пыль, — напомнил он. — А с помощью носа ощущаю чувства. Зло, подлые умыслы и ложь. Из-за последнего нас и истребляли. Не всем нравится, когда их уличают во лжи.

— Вы же не говорили каждому встречному, что он врет, — резонно заметила я.

— Как раз об этом и не нужно говорить. Когда в нашем присутствии врут, мы против воли становимся красными.

— Ух ты! Вот это умение! — восхитилась я.

— Ага. Только из-за него много бед. Хорошо, что в этом мире нас не понимают. Поэтому живем спокойно. Спим, едим и греемся. Мечта, а не жизнь, — зверек лег на бок, демонстрируя пушистый животик. — Вот только ты мешаешь моему существованию.

— Чем же?

— Темноту создаешь. А нам это противопоказано, — поднял лапу гаиноз.

— Не темноту, а полутьму. Не спать же при таком ярком освещении.

— Все спят, а тебе особые условия подавай, — зверек театрально развел лапы в стороны. — Я не хочу из-за тебя менять место жительства. У меня один из лучших домов в этом мире. Везде светло.

— Вот именно! Везде. Если один кубик будет чуть темнее, ты переживешь!

Нужно сразу отстаивать территорию и права. Показать, кто главный. Во всяком случае, с собаками в дрессировке срабатывало.

Зверек запыхтел, при этом его нос смешно морщился.

— И откуда ты взялась на мою голову?

— Из другого мира, — пришел мой черед развести руки в стороны.

— И чего тебя сюда занесло?

— Понятия не имею. Вот назад хочу вернуться. Только не знаю как.

— Нужно открыть выход, — пожал плечами гаиноз. — И переместиться.

— Откуда я знаю, какой из выходов мой?

— А ты серый открой. Тот, который последний открывался, будет такого цвета.

Зверек покраснел.

— Ты врешь! — догадалась я.

— Ну, вру, — не скрывал тот.

— То есть ты готов был отправить меня в любой мир, даже если тот опасен, только чтобы избавиться от моего общества?!

Зверек стал нежно-голубым, его глазки забегали в разные стороны.

— Ну, знаешь!

Я демонстративно поднялась и пошла прочь от нового знакомого.

Стоило заняться тем, что я планировала. Приготовить омлет. Не только чтобы удивить Киера, но и самой подкрепиться. Понятия не имела, который сейчас час, но внутреннее время говорило, что приближается вечер. А я с утра ничего не ела!

Вышла из дома на «охоту». Куры не подкачали. Я нашла больше трех десятков яиц. Пришлось, конечно, выбирать, какие свежие. Другие разбила, чтобы в следующий раз не перепутать. Осталось только понять, где можно их пожарить.

В дом вошла молча, полностью игнорируя нового знакомого. Он уже сидел на кубе под самым потолком.

Подошла к туда, где стояла посуда. Если логически размышлять, то здесь и должно быть место для готовки.

Куб выполнил мои желания со спальней, а следовательно, остальная часть дома может так же реагировать на фантазию хозяина. Дотронулась до стола и представила свою кухню, но, видимо, комната не всемогущая. Передо мной появилось жалкое подобие плиты. Точнее, формой и цветом предмет был похож, но вот конфорок я не обнаружила. Хорошо, хоть сетка сверху присутствовала. Переключателей тоже не оказалось, вместо них просто ручки, которые не крутились.

Огонь появляться не желал, как я его ни представляла.

— Если ты хочешь приготовить еду, необходимо применить магию, — важно посоветовал зверек.

Он переместился поближе и наблюдал за моими действиями.

— У меня ее нет, — миролюбиво ответила. Ни к чему с ним быть в ссоре. — В этом мире есть такие же обычные люди, как я. Они как-то готовят себе.

— Здесь не готовят на огне. И у людей для этого есть магические коробки, которые периодически заряжают маги.

Гаиноз попытался показать лапами прямоугольник. Я поняла, что такая вещь представляет собой что-то вроде нашего генератора, только с магией. Очень разумно и практично.

— У Киера, я так понимаю, такого приспособления нет?

Существо отрицательно покачало головой.

— А спичек и дров? — с надеждой уточнила.

— Я понял, из какого ты мира, — вместо ответа воскликнул гаиноз. — У вас нет магии, но полно всяких опасной для нас техники.

— Ты был на Земле?

— Да. Очень угрюмое место. Много наших погибло.

— Из-за холода? — предположила.

— Из-за темноты. Холод еще можно пережить, но не тьму. Когда долго нет света, мы слепнем. Как и люди, мы живем в домах, свежий воздух должен быть дозирован. Иначе — смерть, — он провел лапой по горлу. — Еще и разные приспособления, готовые в любой момент сделать из нашего ценного тельца фарш.

— И как вы перемещались? Как меняли миры?

— Бросали магические клики помощи. Из вашего мира было тяжелее всего выбираться. Там очень мало людей, обладающих силой, — зверек сел на край полки и свесил лапы вниз.

— У нас вообще нет магии.

Я попыталась представить коробку с запасами магии, но ничего не выходило.

— Есть. Многие люди сами не подозревают, что ее имеют. Кто-то видит вещие сны, у кого-то сбываются все пожелания, а сколько травниц и шептунов, — гаиноз закатил глаза.

— Разве это магия?

Я стала осматриваться в поисках дров. А что? Буду вспоминать, как наши предки добывали огонь. Если у них на Земле получилось, то и тут должно. Вот только задача в том, что мебель в этом доме была из материалов, не имеющих ничего общего с деревом.

— Конечно. Магический резерв, который можно использовать для переноса.

Я задумчиво посмотрела на зверька. Может, во мне тоже теплится сила? Хотя не припомню, чтобы мне снились вещие сны, и в травах я не разбираюсь.

— Его хватит для переноса магических существ, — добавил он.

Я грустно вздохнула.

— Если тебе нужно приготовить еду, я могу дать свою силу, — прыгнув на столешницу, деловито произнес зверек.

— Если тебе не жалко…

— Не жалко, — с этими словами гаиноз важно приложил лапы к центру и отпрыгнул в другую сторону. — Приступай к готовке.

После его манипуляций ничего не изменилось. Не появился огонь, и столешница не изменила цвет. Может, он надо мной шутит? Посмотрела на зверька, который выжидающе уставился в мою сторону. Цвет его меха не изменился, значит, не врет?

— А в чем обычно жарят? — я махнула в сторону посуды.

— В том, что треугольное.

Посуда в этом доме не имела ручек. Я недоверчиво поставила указанный зверьком треугольник на столешницу.

— Чего ждешь?

Я понятия не имела, чего нужно-то ждать.

— А масло подсолнечное тут имеется?

— Тут такого нет. Бросай свои чудо-круглые продукты кричащих элементов.

Чувствуя себя довольно глупо, разбила первое яйцо в посудину. И оно стало жариться. Не теряя времени, повторила все с другими. Для омлета не было других продуктов, поэтому сделала просто яичницу.

Удивительно, что блюдо готовилось намного быстрее, чем в нашем мире. Через минуту аромат яиц заполнил комнату.

— Выглядит не очень, но запах хороший, — взглянув на блюдо, констатировал гаиноз.

Он еще раз приложил лапку к столешнице, лишая ту способности готовить. Кстати, посуда, впрочем, как и элемент, на котором я готовила, горячими не были. Я переставила яичницу в один из кубов и представила себе что-то вроде зоны отдыха. Появился стол, правда, меньшего размера, чем я хотела, и два стула.

— Попробуешь?

Он отрицательно покачал головой.

— Я такое не ем, но хозяину этого дома должно понравиться.

— А специи у них есть?

— Соли, перца и сахара точно нет. Вкус придают вот эти травы, — гаиноз прыгнул на стену, и в той открылась ниша с колбочками овальной формы.

Я изучила содержимое. Ничего из стоящего здесь не напоминало привычные специи. Каждая колбочка имела свой цвет.

— А ты уверен, что это съедобно?

— Да. Я по несколько раз на день перенюхиваю их и съедаю на этих полках пыль. Все это любят местные. Оно имеет разный вкус. В сочетании с другими продуктами вкус может меняться. Вот это, — гаиноз указал на черный порошок, — при добавлении в воду дает сладость. Если положить на сухую еду, то придает кислинку.

Внимательно наблюдала за цветом шерстки зверька. Он не менялся. Значит, существо не врало. Хотя что означал серый цвет, я не знала.

— А что соленое?

— Этот, — он взял ярко-синий порошок и подал мне.

На вид так себе. На синьку похож. Открыла и понюхала содержимое. Пахло необъяснимо. Даже сравнить не с чем. Нет на Земле таких запахов.

Взяла щепотку и посыпала на яичницу. Как ни странно, та цвет не изменила. Порошок, касаясь блюда, растворялся.

— Что ты натворила? — услышала грозный голос Киера.

Я испуганно повернулась к хозяину дома. А что натворила-то? Может, зверек меня снова обманул, и я добавила яд в блюдо? Бросила взгляд на гаиноза. Его шерстка окрасилась в салатовый цвет. Он поспешно ретировался подальше от злого Киера.

— Ты о чем?

— Зачем устроила атаку для носа? — он махнул в сторону улицы.

— Атаку?

— Под стеной дома множество разбитых плодов летунов, и они издают ужасный запах! К дому приблизиться невозможно!

— А, ты об этом, — облегченно вздохнула. — Я разбила тухлые яйца. Они пропали и не пригодны для еды. Закопала их в землю, но она их выбросила! — пожаловалась я.

— А похоже, что ты атаку для носа устроила, — уже более спокойно ответил Киер, осматривая преображения в жилище. Жаль, что оно исчезнет.

— Прошу к столу, — я сделала пригласительный жест.

— Это ты приготовила разбитые плоды летунов? — косясь на яичницу, спросил он.

— Яйца, — исправила я. — Это называется «яйца». Куры их несут.

Киер тяжело вздохнул.

— Предлагаю попробовать, — не дожидаясь, пока он сядет, устроилась сама. — Будь так любезен, дай посуду, из которой едят в вашем мире. А то слишком она не похожа на нашу, — попросила я.

Мужчина молча подошел к полке и достал оттуда две плоские доски и палочки. Одну поставил себе, вторую передо мной.

— Понятия не имею, как этим можно есть.

Повертела толстую палочку, выполненную из материала, похожего на керамику.

— А чем едите вы? — поинтересовался он.

Киер, ловко орудуя палочкой, разделил блюдо на две части и разложил на тарелки.

— Вилками и ложками.

Представила себе вилку, и на конце палочки появились зубцы. Правда, вместо четырех — три, но и на том спасибо.

— Вот это — вилка.

Я с удовольствием воспользовалась новым прибором и попробовала приготовленное мной блюдо. Киер наблюдал за движениями. По его лицу сложно было прочесть, что он думает. Потом мужчина поднес палочку к своей тарелке, и яичница поделилась на небольшие кусочки. При этом никаких манипуляций я не видела. Еда сама отделилась, без посторонней помощи.

Киер ткнул кончиком прибора в кусочек еды и затем поднес ко рту. Как ни странно, яичница не соскочила. Складывалось впечатление, что кусочек еды приклеился к необычному столовому прибору.

— Очень вкусно, — тщательно пережевывая еду, похвалил Киер.

И действительно, жареные яйца оказались вкуснее, чем купленные у нас в магазинах. Они напоминали домашние, привезенные из сел. Все-таки свободно гуляющие куры несут яйца более качественные. Странный порошок сделал их в меру подсоленными. Для полной картины не хватало только хлеба.

— Рада, что тебе понравилось, — улыбнулась я.

— Польза от летунов все же есть.

— В нашем мире их также используют для мяса, — напомнила я.

— Как их можно есть, если они покрыты чешуей?

— Это не чешуя, а перья. Когда птицу убивают, ее тельце ошпаривают и ощипывают перья.

Киер поморщился.

— Ты убиваешь летунов?

— Нет. Я не смогла бы, — задумчиво ответила. — Обычно я употребляю в пищу уже выпотрошенную тушку, — сказала и ужаснулась, как это звучит. — У нас для этого есть специальные люди.

— Думаю, мы ограничимся только яйцами, — Киер продолжал есть.

Я решила не рассказывать, что из яиц вылупляются цыплята, и мы, по сути, едим несформировавшихся птенцов.

— Еще бы хлеба и масла подсолнечного, было бы вкусно.

— Не мечтай. У них такого не имеется, — отозвался гаиноз. — Только и умеют, что магией своей пользоваться.

Я нахмурилась и хотела сказать, какой он бесстрашный в своих высказываниях, как зверек добавил:

— Кроме тебя, мою речь никто не понимает. Хозяин этого прекрасного жилища в том числе.

— Что такое хлеб? — поинтересовался Киер, тем самым подтверждая, что не слышит гаиноза.

— Изделие из муки, испеченное в духовке.

— Ничего не понял, но звучит сложно.

— А где хранятся продукты, из которых вы готовите? — я отодвинула от себя тарелку.

Погорячилась, решив, что смогу осилить столько яиц.

— Возле посуды, — он махнул рукой на стену.

— Ничего знакомого ты там не увидишь, — прокомментировал гаиноз и прыгнул на столешницу.

Рядом с посудой появилась еще одна ниша. Там стояли емкости с различными по размеру и форме веществами. Они напоминали болтики и гайки, но никак не крупы.

— Даже боюсь спрашивать, как их готовить, — заметила негромко.

— Кладешь в емкость, применяешь магию и — готово, — деловито заявил зверек.

— Хм-м, я и не знал, что гаиноз умеет открывать ниши, — Киер продолжал поглощать яичницу.

— О, ты многое не знаешь, — зверек заложил лапы впереди себя, гордо подняв длинный нос. — Мы уникальные создания, и вам повезло, что вы удостоились чести жить с нами.

Я скрыла улыбку.

— Эти существа…

— Пожалуйста, не говори ему о нашем умении, — гаиноз сложил лапки вместе и с мольбой посмотрел на меня глазками-пуговками. — Не губи. Дай пожить нормально.

— …любят свет, — продолжила я. — Наверное, захотел, чтобы он был везде.

— Они не отличаются особой сообразительностью. Покорные и послушные, но не очень разумные.

— Еще как отличаемся, — фыркнул гаиноз и спрыгнул со столешницы. — Нужно иметь огромное мастерство, чтобы казаться глупыми. Но мы научены годами выживания в других мирах.

Зверек развалился на одном из кубов.

— Как домашние питомцы очень хороши.

— Для домашних питомцев не очень годятся, потому не ласковые. Не любят, когда их гладят, — отодвинул от себя пустую тарелку Киер.

— Потому что гладить нужно уметь, — недовольно пробурчал зверек. — Вечно хотят нос потрогать или хвост. А я люблю, чтобы животик чесали.

— Иди почешу, — позвала я зверька и похлопала себя по коленям.

Гаиноз послушно спрыгнул с куба ко мне на руки и распластался в предвкушении ласк. Я легонько стала водить рукой по мягкому брюшку.

— Странно, что он к тебе на руки пошел, — удивился мужчина. — Видимо, ты и правда хорошо ладишь с животными.

— Либо имеешь много компромата, и не очень хочется тебя ослушаться, — лежа с закрытыми глазами и наслаждаясь движениями моих рук, произнес гаиноз.

— А как его зовут?

— Наконец-то додумалась спросить! Мартин я, — пробурчал зверек.

— Я не давал ему имя.

— Значит, будет Мартин.

ГЛАВА 6

Киер

Я так разозлился, когда услышал эту вонь возле дома! Сразу догадался, что это дело рук Светланы. Только не мог понять, зачем она это сотворила. Вроде ничем ее не обидел. Может, расстроилась, что не разрешил ей готовить?

Ужасно тяжело было утилизировать все неприятно пахнущие элементы.

А вот в доме меня ждала неожиданность. Приготовленное ею блюдо. Первая мысль промелькнула о том, что Светлана, как и другие таиты, прислуживает, пытаясь угодить. Вот только девушка села за стол первая и ела вместе со мной.

И это смешное приспособление, которым она орудовала… Откуда столько фантазии? Неужели в их мире все так сложно устроено?

Светлана преобразила угол дома на свой вкус, и мне понравилось такое изменение. Мне вообще нравилась она. За ней было интересно наблюдать, общаться и просто смотреть.

— Так ты вспомнила о своей магии? — спросил я и хлопнул по посуде, чтобы она стала на свои места уже чистой.

— Я не владею магией, — продолжая гладить сменившего цвет гаиноза, ответила Светлана.

— Ты приготовила еду, — ткнул на оставшуюся посуду, из которой она ела.

— Я позаимствовала магию Мартина. Он любезно согласился помочь.

Перевел взгляд на лохматое чудо, которое от удовольствия закатило глаза. Гаинозы обладают силой, но, чтобы делиться с кем-то, я еще такого не видел. Светлана смогла объяснить этому существу, что она от него хочет, еще и за такой короткий период?

Что-то здесь не так. Или девушка врет, или гаинозы намного более смышленые, чем показывали нам.

Вспомнил, как зверек сам заскочил в дом, и я не мог его выгнать, потому что он прыгал по всем кубам и не давал себя поймать. А потом выяснилось, что он ест пыль, тогда и появилось решение оставлять его в доме. Этим мы спасли их от гибели.

— Рад, что вы поладили, — я зевнул. — Сегодня был тяжелый день. Предлагаю поспать.

— А перед сном принять водные процедуры можно? — Светлана осматривалась.

— Это нужно идти к источнику.

Я бросил взгляд на девушку и словил себя на мысли, что очень хочу увидеть ее обнаженной. Она действовала на меня крайне будоражаще. Притягивала, манила и удивляла. Почему-то вспомнил таит. Так они влияли на окружающих (или мне так казалось), но Светлана иная. Я это чувствовал.

— Это далеко?

— Нет. Недалеко от дома есть один. Я проведу тебя, — предложил.

Хотел отвести ее подальше от остальных жителей, чтобы никто не смог помешать. Я потер переносицу. Что-то моя фантазия разыгралась.

Достал из ниши ткань для вытирания и выбирал ту, что меньше. Да, я коварный. Ничего не мог с собой поделать, уж очень хотелось посмотреть на гостью во всей красе.

Глянул на Светлану и вытащил сменную одежду. Впервые за долгое время открыл эту нишу. Здесь хранились вещи Камры. Они со Светланой были одинаковой комплекции. Обе худенькие. Я протянул наряд девушке.

— Возьми сменную одежду. Она мягкая, тебе будет комфортно в ней спать. Нужно наведаться к швейному мастеру.

— Владелица этих вещей не будет против? — неуверенно уточнила Светлана.

— Ее нет среди нас.

****

Светлана

— Ты что, ревнуешь? — спросил Мартин, окрашиваясь то в фиолетовый, то в голубой цвет.

Я кинула на зверька недовольный взгляд.

— Это вещи моей сестры, — вздохнул Киер. — Ее душа отделилась от тела.

Вот теперь я поняла, что фиолетовый окрас гаиноза означает боль. Чем дольше говорил Киер, тем ярче становился окрас шерстки зверька.

— Мне очень жаль, — я легонько дотронулась рукой до его плеча.

— У людей обычно утешают поцелуем, — присев на задние лапы и наблюдая за нами, произнес Мартин.

Я сделала вид, что не услышала. Вот же провокатор! И самое странное, что эта мысль теперь засела в голове. Человек мне о своем горе рассказывает, а я на его губы пялюсь. И все гаиноз виноват. Свои фантазии мне передал.

***

Киер

Давно я не вспоминал о близком человеке. Иногда кажется, если не будешь думать о нем, не так больно.

— Мне очень жаль.

Светлана положила руку мне на плечо. Простой жест, а столько сочувствия и понимания.

— Мне тоже, — попытался улыбнуться, но не вышло. — Из Камры получилась плохая императрица, но хорошая жена и сестра.

— Она была императрицей?

— Да. Камра и Далим с детства любили друг друга. Они были предназначены друг другу мирами, как мне казалось. Два отчаянных, любящих друг друга мага. Сестре нравились приключения. Маги нашего мира открывают миры, чтобы извлечь из них какую-то пользу для нашего. Или помогают тем, кто просит о помощи. Чаще всего последние тоже приносят пользу. Доказательство тому — гаинозы, как оказалось, летуны и многие другие животные и приспособления.

Мне хотелось рассказать Светлане о сестре. Вспомнить свою бесшабашную Камру. Я давно не говорил о ней. Ни с кем. Далиму старался не напоминать о горе. Ему и так было тяжело. Он корил себя за ее отделение от тела.

— Камра и Далим открывали миры ради азарта из любопытства, не исследовав их тщательно и кропотливо, как положено. Это нарушало правила сообщества всех императоров, но эту пару было не остановить, — горько вздохнул. — И я ходил вместе с ними. Новые миры вносили вклад в процветание нашей территории. Мы отыскивали не только живых существ, но и утварь, новые приспособления для облегчения нашего существования. За короткий период они принесли больше пользы, чем все маги за несколько миганий. Так, например, источники. Нам удалось перенести их в Танзмофори. До этого все жители испытывали трудности в элементарном желании искупаться. Мы смогли организовать питьевую воду, а не перевозить ее бочками. И много других полезных вещей. Из каждого мира бралось нужное, — я замолчал.

Сам не знаю, почему решил рассказать об этом чужому человеку. Может быть, чтобы лишний раз вспомнить о ней: моей любимой младшей сестре. 

— Они открыли опасный мир? — догадалась Светлана.

Я кивнул.

— Мир с магическими тварями, которые имели огромное количество силы. Они питались всем и не имели разума. Черные существа, жаждущие крови и чужой магии. Живущие инстинктами. Мы показались им лакомыми кусочками. Особенно Камра с редкой магией стихии. И мы не успели ее спасти, — я стиснул зубы.

Столько прошло времени, а до сих пор больно. Перед глазами стояла страшная картина.

— На первый взгляд мир казался безопасным, — произнес не спеша. — Яркий светящийся элемент сверху, зеленая растительность. Я просканировал местность. Там было много магии, она буквально витала вокруг, и огромное количество разнообразных ягод, — я снова замолчал, вспоминая тот страшный момент. — Твари умели хорошо маскироваться. В этом их главное умение…

Не знал, стоит ли рассказывать о этом Светлане. Крик сестры. Он долго преследовал меня во снах. Все произошедшее тогда снова всплыло в памяти.

Пока я и Далим изучали окрестности, Камра пошла к горе. Возвышенность излучала голубой свет, и это заинтересовало сестру. Там на нее и напала тварь. Она прокусила сестре плечо, пометила ее, чтобы другие ориентировались на запах крови. Напала подло, сзади.

Это был неравный бой. Нас трое, а их — десятки жаждущих нас съесть. Как мы ни отражали атаки, как ни переманивали внимание на себя, чудовища искали ее. Далим открыл портал, нарушая правила: он знал, что несет опасность в Танзмофори, но спасал жену. Мы перешли в наш мир. Только вот спасти Камру не удалось. Она отделилась от тела через один оборот. Тварь отравила ее. Уже потом мы узнали, что они пускают в рану слюну, опасную для жизни человека, но яд является своего рода приправой для этих хищников.

Мы с Далимом отправлялись туда постоянно, пока не убили всех. Император же преследовал другую цель: отделиться от тела. Не желал он жить без любимой. Горе затмевало все светлые воспоминания об их совместной жизни. Далим винил в ее смерти только себя. Но его план не удался. Он, несущий смерть, не привлекал их так, как я, поэтому убивал их Далим, используя меня как приманку. Каждый поворот он отправлялся туда, иногда даже не сообщив мне. Пока не было уничтожено последнее существо, друг не успокоился. А потом запечатал тот мир, чтобы никто не смог войти туда. Природа рождения тварей была неизвестна, поэтому не стоило рисковать жизнями других. Чудовища также могли послать маяк помощи. Далим сделал все, чтобы этот мир забыли.

Последовала вереница новых указов, связанных с запретами. Правитель не желал терять кого-то из своих людей. Только через мигание он немного пришел в себя. Принялся снова думать о народе и территории. Четко следил за выполнением законов.

Я хотел сказать Светлане, что не стоит ворошить прошлое и рассказывать девушкам такие истории, но не успел. Гостья побледнела и начала оседать. Я подхватил ее на руки.

— Кьярра! — позвала она. — Моя Кьярра, — Светлана смотрела куда-то вдаль.

Мне стало не по себе. Это имя.

— С тобой все в порядке?

Она закрыла глаза.

— Светлана, — я легонько потряс ее за плечо.

Но она не спешила приходить в себя. Ее лицо побледнело, на лбу выступили капли влаги. Девушка хмурилась. Я не знал, что происходит, но это как-то было связано со мной и сестрой.

Я нуждался в ответах!

Гостья вскрикнула. Что же она там видит?

— Светлана! — еще раз позвал я.

Бесполезно было делиться с ней магией, она ее не принимала.

— Называй Светой, — произнесла она, открыв глаза.

— Что? — не понял я.

— Светлана — очень официально. Друзья и знакомые зовут Света, Светик.

— Хорошо, Светик. Что случилось?

Я по-прежнему держал ее в руках и отметил, что температура ее тела повысилась.

— Не знаю, — гостья пожала плечами. — Со мной такого раньше не происходило. Это было какое-то видение, — слегка устало объяснила Света.

— Ты назвала имя Кьярра. Откуда ты его знаешь?

— Я видела девушку. Красивую шатенку с карими глазами. Она умирала, убитая подло и жестоко, — нахмурилась она. — Над ее телом рыдает мужчина. Он постоянно повторял: «Моя, Кьярра! Кьярра! Это моя вина!» — Светлана высвободилась из моих рук. — Прости. Не знаю, что это, — она смутилась.

Я видел, что ей неловко рассказывать об увиденном. А у меня холодок прошел по спине от ее рассказа.

— Странно, что ты это видела.

— Я не знаю почему. Может, твои воспоминания я живо представила и дофантазировала? Твое жилище творит чудеса, — слабо улыбнулась она.

— Дом выполняет функции удобства, не более. И только потому, что в нем много моей магии. Ее достаточно, чтобы выполнить элементарные задания тех, у кого силы нет. Хотя я не уверен, что у тебя ее нет, — произнес уже скорее себе.

— У меня не было, — нахмурилась Света.

— В одной из прошлых жизней мою сестру звали Кьярра. Мы просматривали прошлые жизни друг друга, и я помню это имя. Ты видела прошлую жизнь моей сестры. Она и в этой отделилась от тела так же мучительно.

Девушка ахнула.

— Разве такое возможно?

Я не мог ответить на этот вопрос. Это имя я запомнил, потому что мы тогда с сестрой смеялись по поводу этого. Я Киер сейчас, а она Кьярра раньше. Я еще некоторое время ее так и называл. Сейчас не помнил о той жизни, мы не смотрели свои отделения от тела в них. Отошел, чтобы налить ей воды и собраться с мыслями.

— Наверное, возможно, раз ты видела. Ты как-то была причастна к жизни Кьярры там, иначе не смогла бы это вспомнить.

Только обратил внимание, что гаиноз вертится возле девушки. Казалось, что он желает ей помочь.

— Странно это все, — растерянно вздохнула она.

— Я сказал бы, последовательно. Ты здесь не просто так, а с какой-то целью или привязкой. Если предположить, что ты жрица, — размышлял я, — то явилась за своей императрицей и, возможно, обладаешь даром видеть прошлые жизни через воспоминания. Но точно я сказать не могу, потому что ты не поддаешься сканированию, — признался ей.

— А ты меня сканировал?

— Да.

— Может, потому что во мне нет магии, я не сканируюсь? — предположила она.

— Не знаю, но странно, что тебя невозможно прочитать. И от того непонятно, кто ты и почему тут.

— Как раз кто — я помню. И откуда — помню. Очень хотелось бы вернуться назад. Ты поможешь мне? — с надеждой спросила она.

— Вернуться в твой мир?

— Да, — Светлана пытливо посмотрела в мои глаза.

— Боюсь, что это невозможно.

Света тяжело вздохнула и посмотрела в сторону гаиноза, который скакал вокруг нее.

У меня сложилось впечатление, что они общаются между собой. Уж слишком непривычно и активно он вел себя, издавая какие-то тихие звуки.

— Мы не сможем понять, какой из миров твой. А рисковать, открывая все подряд, запрещено и опасно. И открыть мир я не в силах. На нашей территории есть только два мага, способных на это: император и Истилуд. Но и они не смогут тебе помочь. Ты появилась у нас сама, а значит, никто не знает, какой из миров твой.

— У вас есть выход в большое количество миров? — расстроено спросила она.

— У нас выход во все существующие, — вздохнул я. — А наш искусственно создан. Он скорее межмирье. Здесь живут в основном сильные маги, которые поддерживают его существование.

— И вы открываете другие в поисках нуждающихся в помощи или если вам необходимо пополнить запасы? — уточнила она.

— У нас три мира, в которых мы пополняем запасы. В одном живут похожие на нас существа, в другом — магические веретена, которые создают основную категорию еды. У нас с ними своего рода договор, — я не стал уточнять, что им мы скармливаем существ, несущих вред. Увы, такие тоже встречаются. — А в последнем нет разумных существ. От них мы получили маяк помощи, но, видимо, он слишком долго шел. Когда туда открыли ход, ничего живого не нашли. Спустя несколько миганий природа там возродилась. Туда мы отправляем существ, которые не приносят пользы нашему миру. Там им очень комфортно жить.

— А другие миры? Вы же все равно их открываете? Каждый раз новые и новые.

— Открываем, тщательно исследовав. На это уходит много оборотов, а то и миганий. Мы ищем новые, удовлетворяя потребность. Как я уже говорил ранее, — я откашлялся. — После случившегося миры открываются осторожно.

— Я хотела бы входить в состав той группы, что посещает миры, — уверенно произнесла она.

В этом тоне не было просьбы, скорее, она ставила перед фактом. Приняла решение и заявила, при этом посматривая на гаиноза.

— Хорошо. Поговорю с Калифом или Истилудом, если они будут не против, — кивнул я.

ГЛАВА 7. 

Светлана

Не знаю, что это было. С каждым его словом я будто погружалась в какой-то транс. Это походило на видение, а точнее, воспоминание. Мое воспоминание. Это так странно и интересно одновременно. Чувствовала боль утраты человека, обнимающего тело любимой женщины. Знала, что ее убили и кто это сделал. Мне было плохо от увиденного, и в то же время огромная гамма эмоций сменялась в сознании. От злости до жалости и растерянности. Почему? Я не могла ответить.

Мимо воли повторяла слова мужчины. Из такого состояния меня вывел голос Мартина:

— У меня голова сейчас закружится от такого количества разных чувств. Давай выходи из этого состояния!

А я не хотела. Цеплялась за обрывки, знала, что в них есть что-то очень важное. Я что-то должна увидеть, понять и вспомнить. Подсознательно чувствовала, что это моя душа дает подсказку, а возможно, и ответы.

Рассматривала все, что меня окружало, пыталась понять, кто я. Но гаиноз вывел меня из транса: он укусил меня за ногу!

От неожиданности и боли вскрикнула и вернулась сознанием в этот мир.

— Наконец-то! — недовольно буркнул зверек и, облегченно вздохнула, сел на попу рядом.

Мне показалось, что вид у него обеспокоенный.

 — Напугала до мерцания.

Цвет шубки у него был белый.

— Хорошо, Светик, что случилось? — спросил Киер.

С его уст «Светик» звучало как-то мягко и непривычно.

Пока я рассказывала увиденное, Мартин махал хвостом, изображая веер:

— Вся горячая стала.

И откуда в нем внезапно столько заботы появилось? Бросила на пушистого вопросительный взгляд.

— Так ты хозяину жилища нравишься. Вон как к себе прижимает, — пожал плечами зверек. — А так как я тут живу, то должен заботиться о том, что ему дорого.

Я смутилась и поспешно высвободилась из рук Киера.

То, что увиденная мною девушка — сестра Киера, озадачивало. Но это могло быть обычное совпадение. Мало ли кем я была в другой жизни.

— Да, он ее очень любил, — произнес гаиноз, пока Киер наливал мне воду.

Кстати, она находилась в стене. Мужчина поставил чашу в нишу, и в нее стекали капли прозрачной жидкости.

— Это страшная трагедия. Когда мы сюда только попали, я слышал эту историю, — Мартин окрасился фиолетовый цвет. — Они взломали мир, который выбрала сестра. Камра была неугомонной, мечтала найти что-то. Как одержимая, открывала все новые и новые миры.

Я пыталась внимательно слушать и Мартина, и Киера, а отвечать второму.

— А император настолько ее любил, что не мог отказать. Вот иномирская тварь ее и укусила. Она умирала в муках, и никто ничего не мог с этим поделать. Лекарство следовало искать там, где находился источник заражения. А у них не было ни времени, ни необходимой информации.

Я тяжело вздохнула. Бедные император и Киер! Как же тяжело им пришлось! Потерять дорогого человека...

— Кстати, ты можешь попросить у Киера, чтобы он вернул тебя домой, — рассматривая свои коготки, посоветовал гаиноз. — Он же только что рассказывал, как лихо они это делали. Тем более поиски новых миров продолжаются. Ты ему нравишься, он не сможет отказать. Главное, не проси, а требуй.

Я задумалась, уместно ли это сейчас? И решила прислушаться к дельному совету, который дал результат.

— Хорошо. Я поговорю с Калифом или Истилудом, если они будут не против, — кивнул Киер после моего требования.

— Я же говорил, — довольно заявил Мартин. — Ты ему нравишься, вот он и согласился. Только делай это скорее.

Я вопросительно посмотрела на Мартина.

— Скорее ищи свой мир, — объяснил зверек. — Я знаю вас, людей. Находясь рядом, вы обязательно влюбляетесь и теряете головы. Между вами загорелась искра, верь мне, у меня чуйка на такие вещи.

Я покачала головой. Разговорчивый попался гаиноз, который мнит себя психологом или свахой.

Интересно, почему я слышу и понимаю его? Может, во мне есть магия? Было бы интересно. Всегда мечтала ее иметь. А может, у меня дар, как у Мартина: видеть чувства через видения? Передернула плечами. Так себе умение. Не хотела бы ощущать чужие эмоции.

— Пойдем провожу тебя к источнику? — предложил Киер.

Я кивнула. Искупаться в конце дня — то, что мне сейчас нужно. Хотя фраза «в конце дня» не очень уместна в этом мире. Здесь всегда день.

— А мне хоть бы кто предложил пойти с вами! Я, между прочим, тебе жизнь спас. Могла бы экскурсию устроить, — гаиноз обиженно засопел и отвернул мордочку к окну.

— Мы можем взять с собой и искупать твоего питомца, — обратилась я к Киеру.

— Гаинозы не нуждаются в купании. Они сами себя моют. Хоть эти существа и любят свет, но на улице  уязвимы. Много воздуха им противопоказано.

Мужчина отвернулся, а я развела руки в стороны, показывая смотрящему на меня Мартину, что это не моя вина. Зверек недовольно засопел, меняя окрас с салатового на серебристый. Такими темпами я быстро изучу настроение не только гаиноза, но и окружающих. Мартин расстроился.

Киер взял вещи и полотно. На улице отметила, что разбитых яиц нет. Маг убрал их. Не стала спрашивать, куда и как. Куры устроились под одним из кубов, который располагался над землей. Наверное, они, как и я, чувствовали, что там, откуда они, уже вечер.

— А мир, из которого сюда доставили кур…

— Он был из вращающихся, — перебил Киер. — Я понял, что эти птицы из твоего мира, но не смогу указать, где он. В центре всех миров есть кон. Время от времени там появляется мир, который открывается сам. Почему так происходит, достоверно никто не знает, хотя предложений множество. Каждый оборот сообщество магов из всех империй несут вахту, чтобы оттуда не пришла опасность.

Я грустно вздохнула. Все не как у людей. Видели мир, взяли кур, а, где тот находится, никто не знает.

— Я помню тот мир. Очень красивый. Мы взяли оттуда элементы для питания ядру и летунов. Они сами пошли за нами. Так и остались. Размножились и живут. Ваш мир лишен магии.

— Лишен, — кивнула.

Нам встречались разные люди и все здоровались. Единственной темой для разговора были загадочные таиты, которых я пока не видела. Мужчины восхищались их красотой и остроумностью, а женщины — услужливостью и помощью по дому. Девушки помогали готовить, убирать. Пары с удовольствием брали новых поселенцев к себе в дома.

— Смотрю, ты тоже взял себе одну, — подмигнул незнакомец Киеру, косясь в мою сторону.

Так и хотелось помахать рукой и сказать: «Эй, вообще-то, я тоже тут стою!»

Какая бестактность!

— Она отличается от нашей, — заметила женщина, которая стояла рядом и с интересом меня рассматривала.

— Калиф говорил, что это их жрица, — негромко шепнул прохожий своей спутнице.

— Это неточно, — вмешался в обсуждение моей персоны Киер. — Я немного тороплюсь. Встретимся позже.

— Мы тоже поспешим. Латура должна была приготовить нам еду. Предыдущее ее блюдо было изумительно красивым.

Простившись, пара тронулась к дому, похожему на замок с высокими шпилями и множеством стеклянных окон.

— А сколько времени таиты находятся в вашем мире? — когда мы остались одни, спросила я.

— Еще и оборота не прошло.

— Как быстро они втерлись в доверие! У вас всегда так радушно и безоговорочно доверяют иномирянам? — удивилась  я.

Почему-то меня настораживали беловолосые, к которым я, возможно, имела отношение. 

— Сразу к себе в дома берут?

Киер бросил в мою сторону косой взгляд.

— Вообще-то ты можешь быть одной из них, и я поселил тебя в своем доме.

— Я и говорю: вы или слишком самоуверенны, или глупы, — пожала плечами. — А вдруг я маньяк-убийца?

— Не знаю, кто это, но звучит не очень устрашающе.

— Вдруг съем тебя, когда ты будешь спать в своей мягкой постели? — я выпучила глаза.

— В мягком ложе можно заняться более интересными вещами, — усмехнулся Киер, глядя на меня.

Смутилась. А мужчина улыбнулся на мою реакцию.

— Сколько таит вы доставили? — сменила тему и отвернулась, чтобы не видеть этот смеющийся взгляд.

— Двадцать, остальные застыли в коконах. Думаю, они очень долго пробыли там. Возможно, то же самое произошло и с их главной. Она не может очнуться. И вторая жрица не приходит в себя. Может, это из-за того, что ты ее уронила, — Киер говорил серьезно, но глаза его при этом продолжали светиться весельем. Видимо, он вспомнил момент падения гроба.

— Я… я-я не специально, — возразила. — Она меня за руку схватила!

— Да слышал, слышал эту версию, а сама, небось, решила соперницу пришибить, — маскируя смех, заметил Киер. — Видела, какая она красивая.

— Не смешно, — фыркнула я и улыбнулась.

Мне понравился Киер вот таким. Не серьезным, а шутящим. Его лицо преобразилось. Глубокая морщина между бровей разгладилась, и он выглядел моложе.

— Вот и источник, — остановился маг.

Я повернула голову в сторону, куда смотрел мужчина, и увидела перед собой гору. От растерянности захлопала ресницами. Не так представляла себе место, где можно принимать водные процедуры. Гора не была исключением и светилась так же, как и земля повсюду.

— Я хотела помыться, — на всякий случай напомнила. — Рада, что у вас есть горы, но вряд ли они помогут мне смыть пыль.

Киер засмеялся.

— Помогут. Пойдем, — он мотнул головой в сторону серой глыбы и сделал шаг вперед.

Я еще раз посмотрела туда, не торопясь двигаться.

— Не бойся, — Киер вернулся и взял меня за руку. — Это всего лишь источник.

Его рука ощущалась мягкой и теплой. Он легонько потянул меня в сторону горы.

Мы шли прямо на нее, не останавливаясь. На всякий случай отставала от Киера на один шаг. Пусть он первый врежется.

Но столкновение не произошло. Гора впустила нас внутрь. Мы прошли сквозь нее и оказались в ярком помещении. Но и здесь нигде не было ничего похожего на воду.

— И где источник? — подозрительно спросила я.

— Это и есть источник, — ответил Киер и отпустил мою руку.

Я повернулась назад. Как и предположила, там находилась стена. Мы пребывали в замкнутом пространстве, пусть и хорошо освещенном. Или Киер решил надо мной подшутить, или он плохой человек с мерзкими намерениями. Не то чтобы я его боялась... Посмотрела на мужчину. Хорош собой. А маньяки обычно такими и бывают: прекрасно сложены и привлекательны.

Вспомнилось, что знаю его я мало и вообще нахожусь в чужом мире. Паника и страх медленно закрадывались в душу.

— Снимай одежду, — голос его прозвучал с легкой хрипотцой.

Он стоял вполоборота и переложил взятые вещи на выступ.

— Э-э-э… Может, не нужно? — сделала шаг назад.

Вдруг я и без его помощи смогу отсюда выйти?

— Ты передумала купаться? — теперь его голос звучал удивленно.

Он повернулся в мою сторону, посмотрел в глаза и нахмурился.

— Смотри, — Киер ткнул пальцем вверх.

Я сглотнула и медленно подняла голову. Над нами висела вода. Она просто находилась там и не падала, хотя я четко видела ее. Это нарушало все законы физики!

Своим цветом жидкость напоминала небо: ярко-синие разводы.

— Эта жидкость смывает с тела грязь. Мы добыли ее в одном из миров, — неспешно рассказывал Киер. — Эти столбы, — он дотронулся до серой глыбы, — не пропускают магию ядру внутрь структуры. Сам по себе камень выделяет воду, вернее, очищенную жидкость. Периодически мы подпитываем эти столбы магией и имеем источник для гигиенических нужд.

Вот сейчас почувствовала себя дурой. Такого себе надумала! Невольно покраснела.

— И как ей воспользоваться? — прочистила горло.

Человек мне одолжение делает, привел искупаться, нянькается со мной, а я нафантазировала.

— Стань вот сюда, под эту арку, — указал мужчина, — но есть сложность: нужно использовать магию, — он косо посмотрел в мою сторону. — Сделаем так. Я завяжу глаза, чтобы тебя не смущать, и встану рядом. Арка ощутит магию и даст воду.

— Ты ведь сам намокнешь, — отвела взгляд.

— Не думаю, что мне стоит принимать водные процедуры с тобой одновременно, — он кинул на меня лукавый взгляд и тут же отвернулся. — Ядру быстро высушит одежду, как только выйдем. Позже я позабочусь, чтобы ты могла самостоятельно пользоваться источником, а пока так.

Киер взял широкий пояс с наряда, предназначенного для меня, и завязал себе глаза.

— Теперь можешь не стесняться. Подсматривать не буду. Если вдруг мне не доверяешь, то могу позвать одну из женщин-магов. Я как-то упустил момент отсутствия у тебя силы.

— Нет. Не нужно.

Мужчина стоял посреди зала с завязанными глазами. А я немного растерянно пялилась на него. Еще минуту назад закрались подозрения о пошлости его намеков, а теперь сама бессовестно его рассматривала. Киер был хорошо сложен. И то, что я видела, мне очень нравилось. Широкие и крепкие плечи, узкие бедра и шикарный торс. Мимо воли взгляд задержался на его губах.

Правду говорят, что у женщин в голове всегда неразбериха. Они сами себя не понимают.

Быстро стянула комбинезон и раздумывала, снимать ли нижнее белье. Слишком уж интимно все это было. Оголятся перед незнакомым мужчиной, которого сегодня увидела впервые, уж очень развратно. Но белье же постирать нужно да и тело под ним вымыть.

Тяжело вздохнула и разделась полностью.

— Если ты готова, давай руку, — Киер протянул свою ладонью вверх.

— Готова.

Сделала шаг к нему и положила свою ладонь в его. Он находился слишком близко, и все наши действия казались очень интимными, сокровенными. Дыхание сбилось, мимо воли волна возбуждения прошла по телу.

Я испорченная девушка. И прежде чем очередная пошлая мысль посетила мою голову, на меня сверху полилась ледяная вода. От неожиданности я закричала.

ГЛАВА 8

Киер

Протянул руку, а сам не верил, что Светлана вложит в нее свою. Я слышал шелест одежды, но не знал наверняка, осмелится ли она раздеться в моем присутствии.

Идея привести ее сюда теперь казалось дурацкой. И чем я только думал?

Этот страх в ее глазах! Меньше всего хотелось, чтобы Светик меня боялась. Впервые возникло желание понравиться и расположить к себе человека. Не мог ответить себе, почему так.

Возможно, магия Светланы заключается в том, чтобы привлекать к себе мужчин? Я откинул этот вариант. Не ведет она себя таким образом, чтобы завлекать. Не пытается услужить. В отличие от таит, Света приготовила еду и села есть ее со мной, при этом ненавязчиво заставила за ней поухаживать.

А сейчас вовсе испугалась и надумала себе что-то. Неужели я похож на того, кто берет женщин силой?

Как только рука Светы коснулась моей, фантазия разыгралась. Ведь сейчас она стоит рядом со мной совсем обнаженная!

Думаю, холодная вода — это то, что нужно для охлаждения горячего тела.

Как только источник дал накопленную жидкость, Света закричала.

— Что случилось? — я сильнее сжал руку девушки.

Испытал огромное желание сорвать с себя эту повязку и узнать причину ее крика. Зайти сюда никто не мог, я поставил защиту. В чем же дело?

— Вода ледяная! — воскликнула Света.

Не успела она произнести следующую фразу, как сверху полилась очередная порция. От ее визга у меня уши заложило, она отбросила мою руку и отбежала в сторону.

— Это издевательство какое-то, а не купание! — причитала она, стоя недалеко от меня. — Додуматься лить холодную воду! — продолжала возмущаться гостья. — Хоть бы предупредил, я не согласилась бы на такие эксперименты!

Я улыбнулся, слушая недовольные высказывания Светланы. Ее голос звучал осуждающе.

— Источник не пропускает тепло, — отошел от арки, чтобы вода перестала литься.

— В мире, где везде светло и тепло, льется холодная вода. Да так и заболеть недолго.

Послышалось шуршание тканью и ойканье.

— У тебя все в порядке? — осведомился я.

— Да. Можешь отдать мне пояс.

Я снял кусок ткани с лица и улыбнулся. Светлана выглядела восхитительно. Платье сестры сидело на ее фигуре идеально. На щеках появился румянец, влажные белые волосы рассыпались по спине и плечам.

— Ты поранилась?

Я подал ей мокрый пояс и увидел на руке кровь.

— Тут полно острых камней, — пожаловалась она.

Разорвал низ своей рубашки и обмотал порез. Моя магия на нее не действовала, поэтому пришлось оказать помощь таким образом.

Пока возился с рукой, невольно любовался тонкой кистью и изящными пальцами. На фоне моей кожи ее казалась бледной и белой.

— Здесь холоднее, чем на улице? Или мне так кажется из-за ледяной воды? — слегка подрагивая, спросила Светлана.

— Да, это единственное место, где температура ниже, чем везде.

— Тогда пойдем отсюда, пока мое бренное тело не окоченело в этой камере пыток.

— Подожди.

Взял пряди ее волос в ладони и попробовал высушить. Никогда не использовал магию для испарения влаги и сомневался, что смогу это сделать. Но мне очень хотелось согреть Свету. Я тоже был мокрым, и притянуть ее к себе, согревая телом, не получилось бы. Да и вряд ли это ей понравилось бы. Слишком она мнительная.

Моя магия подействовала. Волосы Светы высохли, но завились. С кудрями она выглядела нежнее.

— Спасибо, — неуверенно сказала девушка, касаясь сухих прядей.

— Всегда пожалуйста, — улыбнулся и убрал локон с ее лица. — Отправляемся спать?

Она кивнула.

Поспешно собрав вещи, Света пошла за мной.

— Неужели нельзя сделать так, чтобы вода лилась теплой? — уже за пределами источника нахмурилась гостья.

— Не было необходимости, поэтому таким вопросом никто не задавался. До появления источника маги использовали растения, привезенные из другого мира. У них влажные листья, ими жители обтирались. У сока не очень приятный запах, но на теле он не ощущался, и листья хорошо освежали.

— Все же лучше, чем ледяная вода.

— Листья очень маленькие и жесткие, — объяснил я. — Женщины часто царапали себе ими кожу. Сейчас мы имеем возможность нормально купаться.

Света тяжело вздохнула.

— И если честно, — продолжил я, — никому и в голову не приходило, что вода нужна другой температуры.

— У вас очень интересный и необычный мир, — рассматривая строения, заметила Светлана. — Тот, кто его создал, обладал большой фантазией.

— По легендам, мир сотворила главенствующая из Киандилос. Она создала и межмирье, чтобы люди могли контактировать и делиться необходимым. Это был временный макет мира, но доделать или переделать магиня его не смогла или не успела, — пожал я плечами.

— Интересно, остальные миры тоже она создавала? Потому что, по нашим верованиям, за созданием мироздания стоит Бог.

— Вряд ли главенствующая создавала другие миры. Этот тоже был сотворен с какой-то целью. Думаю, она не рассчитывала, что здесь будет кто-то жить.

— Но маги умудрились создать целые поселения, — улыбнулась Света. — Для меня загадка, почему вы, имея возможность выбирать среди тысяч миров, живете здесь. В месте, где нет условий для комфортного существования.

— Потому что это наш дом. Насколько бы несовершенным не был этот мир, для нас он родной. Конечно, случается, когда маги меняют место проживания, но это редкое явление.

— Да, дом не заменить, — кивнула она.

На улице волосы Светланы снова стали ровными. Я залюбовался светом ядру в ее локонах.

— Совершенно верно.

— Ч-ч-что это? — заикаясь спросила Света.

Она смотрела вперед. Глаза девушки округлились. Перевел взгляд вперед. Нам на встречу шли Калиф с Тадимом и рептилозавром.

— Он безобидный. Это рептилозавр. Не бойся, он, хотя и выглядит устрашающе и имеет большие размеры, но не причиняет вреда, — успокоил.

— Сомневаюсь. С такими зубами и когтями этот дракон любого разорвет. Еще и крылья сзади.

— Пока случаев не было. И летать он не умеет. Кстати, ты животных лечишь, может, посмотришь, что с ним? Не ест ничего, а с ним еда в комплекте шла.

Светлана испуганно покосилась на меня.

— Я домашних животных лечила, а не таких огромных монстров.

Рептилозавр приблизился к нам, и гостья замерла. Она с удивлением и недоверием смотрела на животное.

— Не бойся, они ласковые, — улыбнулся Светлане Калиф. — Другим таитам рептилозавры пришлись по душе, — он кивнул на рептилию.

Я только теперь заметил, что на его спине между крыльев сидела блондинка. Она счастливо улыбалась.

Света посмотрела на таиту и покачала головой. А затем посмотрела в глаза животному, и тот замер. Мне показалось, что сейчас его с места не сдвинет никакая сила.

— Что ты делаешь?

— Ты же попросил узнать, почему они не едят. Я этим и занимаюсь, — не отрывая взгляда от рептилии, ответила Света.

Калиф засмеялся.

— А тебе интересный экземпляр достался.

— Твой тоже ничего, — буркнул недовольно. — Я хотел задать пару вопросов о мире таит.

— Вообще, очень странный мир, — почесал затылок Калиф. — Мне никогда не доводилось такое встречать. Когда мы увидели маяк, готовились к худшему. Тем более просили помощи много миганий назад. Я думал, что мы опоздали.

— А как вы поняли, что народ в коконах жив? — уточнил я. — Оттуда шла энергия?

— От императрицы, — кивнул мужчина. — От девушек — нет. Мы поначалу решили, что это гнезда насекомых.

— А еще жители там были?

— Да, — Калиф передернул плечами.

— Мертвые? — догадался я.

— Ужасное зрелище. Из их тел как будто высосали души, — покачал он головой. — Мы вошли в пару мест, и дальше желание исследовать территорию пропало. Да и времени было немного. Очень быстро закрывался переход. Как только мы поделились энергий, таиты стали оживать. Все как одна спрашивали об императрице, — вспомнил Калиф.

— Сколько гробов вы нашли?

— Три, — произнес рядом стоявший маг. — Я в этом уверен. Один по дороге упал и разбился, но он был пуст!

— Пуст?— не поверил я.

— Да. Мы не нашли останки.

— Очень странно.

— А ты не ошибаешься? — посмотрел на друга Калиф. — Их гробы почти ничем от сундуков не отличаются. При разборе в зале оказалось, что некоторые пусты. Таиты объясняют это тем, что времени не было, поэтому все упаковать не успели.

— Времени и правда было очень мало, — к нам тихо подошла одна из беловолосых.

Я даже не услышал! Это их умение двигаться бесшумно меня жутко раздражало. И как она без помощи слезла с рептилозавра?

— Очень хорошо, что ваша императрица смогла вас спасти, — улыбнулся Калиф подошедшей.

Та улыбнулась в ответ и положила ему руку на плечо.

— Наш народ существует очень давно, — спокойно начала блондинка. — Я не знаю, как по-вашему, но по-нашему измерению — семь палочек*. Если вы заметили, все таиты, как подобие нашей великой императрицы, выглядят молодо. Из-за нашей красоты и вечной юности мы имеем врагов. Маитале приходится думать о наших жизнях и безопасности. За время существования мы сменили несколько миров. И только последний не успели из-за странного события. В одном из миров такое называют «конец света» для человекоподобных существ. Из всех предыдущих миров мы вынуждены были уйти из-за людской зависти и любопытства.

— Зависть и любопытство? — переспросил я.

— Да. В одном из миров на нас открыли охоту. Убили много таит. Они считали, что если испить нашу кровь, то обретут молодость и вечную жизнь, — с грустью заметила гостья. — В другом нас называли ведьмами и жгли на кострах.

— Какой ужас! — Калиф обнял девушку и погладил по голове. — Сколько всего вам пришлось пережить!

— А что случилось с вашим настоящим миром?

Как-то все зловеще звучало. Я не ханжа, но эта смена миров очень подозрительна.

— Мы не знаем. Императрице грустно вспоминать об этом, и мы не напоминаем. Наша память тоже не сохранила воспоминания об этом, — косясь в сторону Светланы, которая по-прежнему смотрела в глаза рептилозавру, сказала таита.

— Твоя — жрица таит? — спросил Тадим, кивнув в сторону Светы.

Блондинка, стоявшая возле Калифа оживилась. Она с какими-то благоговением и надеждой глянула в сторону моей спутницы.

— Это у таит нужно спросить. Светлана ничего не помнит о них.

— Можно с ней пообщаться? — попросила таита с мольбой в голосе.

— Если Киер сможет оторвать ее от гипнотизирования рептилоида, то можно, — хихикнул Калиф.

— Она у тебя не особо приветливая.

— Зато красивая, как и все таиты, — заметил Тадим.

— Своих рассматривайте, — стиснул кулаки.

— Наши все обычные и на гробах своих императриц не появляются.

— Светик, хватит ему в глаза пялиться, — подошел к ней сзади.

Маги уже открыто подтрунивали над ней. Девушка перевела взгляд на меня. Он выглядел каким-то отрешенным. Сознанием Света была не со мной. Обеспокоенно отвел ее от животного. Не нравится мне его влияние на гостью.

— Вы жестокие люди, — прошептала она.

Взгляд ее стал осмысленным.

— Об этом давай позже. Хотел познакомить тебя с одной из таит.

Света перевела растерянный взгляд на блондинку. Та смотрела на нее с нескрываемым восторгом.

— Veniat mors pro ea! — произнесла она воодушевленно.

— Ave moritūri te salūtant, — ответила Светлана, недоверчиво глядя в сторону таиты.

— Вы говорите на одном языке! — восхитился Калиф. — Значит, ты и правда жрица из второго гроба. Вот так чудеса!

— Я не торопилась бы с выводами, — осторожно заметила Света. — Не помню себя в роли жрицы.

— Пока мы были в заключении, твоя душа могла...

Светлана бросила на таиту странный взгляд и та осеклась и закашлялась. Ее лицо побледнело, а глаза наполнились слезами. Она хватала ртом воздух, словно ей его не хватало.

— Что с тобой? — забеспокоился Калиф.

— Это ты? — негромко обратился я к Свете.

Та посмотрела на меня удивленно.

— С чего такие нелепые выводы? Я не имею магии, и как я могла заставить ее задыхаться? — прошипела она возмущенно.

Вроде бы и повода ей не верить не было, но странные совпадения случались в ее присутствии слишком часто. Подозрительно глянул на Свету. Еще раз попытался ее просканировать — ничего не вышло.

— Сейчас пройдет, — сдавлено ответила таита. — Еще не адаптировалась к вашему воздуху.

Маг достал флягу с водой и напоил ее. Та отдышалась и благодарно улыбнулась ему.

— Ты похожа на остальных девушек, — когда таита пришла в себя, Калиф вновь обратился к Свете. — И Лидана тебя узнала.

— И вы же говорите на одном языке! Какие еще нужны доказательства? — поддакнул Тадим.

— Например, мои воспоминания. Я не помню ничего о таитах и императрице.

— Это все поправимо, — успокоил мужчина. — Тебе нужно больше общаться со своими соплеменницами и навещать императрицу.

— Ты ей очень нужна, — почти прошептала Лидана.

— Даже если предположить, что моя душа проживала другую жизнь, не уверена, что смогу что оживить вашу императрицу, — нахмурилась Светлана.

— Попробовать стоит,— настаивал Калиф.

— Точно не сегодня, — отрезал я. — Все устали, нужно как следует отдохнуть.

— Ты прав, — согласились маги после некоторого молчания.

Я поспешил увести Светлану от мужчин, которые еще долго смотрели нам вслед.

— И что это было? — спросил ее, когда мы уже подходили к моему дому.

— Ты о чем? — непонимающе покосилась на меня гостья.

— О рептилоиде и таите. Что ты с ними сделала?

— А что я с ними сделала?

— Ты смотрела в глаза животному, обвинила нас в жестокости, а потом чуть не убила бедную таиту за то, что та хотела о чем-то рассказать! — я сузил глаза.

— Почему ваша таита стала кашлять, понятия не имею, к этому я не причастна. А над бедным драконом вы издеваетесь. Мало того что насильно забрали из их мира, морите голодом, заставляете перевозить тяжелые грузы, так еще и любимых отобрали!

— Ничего мы не отбирали. Они бросили сигнал о помощи.

— Да, чтобы спасти своих любимых! И появились вы, которые, вместо спасения драконих, перенесли их сюда, — перебила Светлана. — Тела их пар гибнут. Драконы страдают и истощаются.

— Не делай из нас монстров. Когда мы явились в их мир, то нашли животных, прикованных магическими цепями к скалам. Мы освободили их. А еда прибыла с ними. Синие существа...

— Это души их любимых! — снова перебила меня Светлана. — Вас не смутило, что «синие существа» не имеют материального тела?

Я хмыкнул. Почувствовал себя болваном, который, вместо того чтобы помочь, навлек на животных беду.

— А ты как это узнала?

— Он мне показал.

— Тебе? Ни магу, ни своим спасителям? Может, ты все это выдумала? — предположил.

— А ты проверь. Дай им мясо и спрячь души драконих в темное место. Иначе они все умрут, — Светлана гордо подняла подбородок и вошла в дом.

А я отправился выполнять ее поручения, размышляя, кто же она на самом деле. У нас не нашлось того, кто смог бы понять язык животных. Если она не жрица, то кто? Ведь в том мире, который она считает своим, нет магии.

 _______________

*Семь палочек — семьсот лет.

ГЛАВА 9

Светлана

Никогда не думала, что такое возможно. Глаза рептилозавра, как магнит, притягивали меня.

— Ты меня понимаешь, — услышала в голове. — Помоги спасти ее.

Я неуверенно сделала шаг к животному. Большому, страшному и красивому. Свет ядру отражался в чешуйках зверя, которыми было покрыто все его тело. Массивные ноги, крылья и шея, казалось, сделаны из стали. На голове — острый рог, взгляд, полный боли и страдания.

— Кого? — прошептала одними губами.

— Ее.

Я смотрела в его бездонные глаза и видела другой мир. Словно оказалась там и была свидетелем того, что происходило.

Бесконечная свобода, яркое солнце и с сине-белыми вензелями небо. На фоне этой красоты — красивые пары, очень похожие на драконов. Они парили в воздухе.

Чувствовала их любовь, единство и гармонию. Они были счастливы.

А потом небо померкло и стало серым. Начался ураган из магических частиц. Я не видела, кто руководил процессом, лишь ощущала злость и растерянность рептилозавтров. Все зло было направлено на особей женского пола. Их замуровали в магическую скалу, и они ничего не могли сделать.

Отважные драконы бились об острые скалы. Раз за разом они пытались освободить любимых. И терпели неудачи.

Когда эти большие животные обессилили, их приковали к скале магическими цепями и кормили, чтобы они жили и мучились. Чувствовали боль своих пар, но не могли спасти.

Много времени пролетело. Благодаря магии, оно текло по-другому. Проходил год, но плененным он казался лишь днем. Их оставили умирать.

Через затуманенный разум я видела людей и слышала звонкие голоса, а потом и они затихли.

Первыми умерли женские особи. Синие облачка возле них, похожие на солнце, — это души драконих, которые витали возле своих живых пар. Я чувствовала в сердцах рептилозавров надежду. Они молили о помощи не для себя, а для любимых. Просили помочь спасти их, готовые отдать тела душам своих половинок. Времени оставалось мало.

Их услышали, но они не были поняты. Драконов переместили в другой мир и превратили во вьючных животных. Давали траву и магическую пищу. Я видела, как они везут сундуки. Драконы медленно умирали.

Ком застрял в горле. Я должна помочь!

Из потока чужой жизни меня вывел голос Киера:

— Светик, хватит ему в глаза пялиться.

— Вы жестокие люди! — прошептала, вырываясь из плена сознания животного.

Мужчина удивленно посмотрел на меня, не понимая, в чем его обвиняют. От боли этих рептилий сжималось сердце. Хотелось куда-то бежать, что-то делать, но я не знала, что именно.

А потом эта таита. Желание магов помочь ей и благоговение на ее лице.

Я окинула девушку беглым взглядом. Стройная, длинноногая, с длинными белыми волосами. Мне она напомнила фарфоровую куклу. Глаза казались игрушечными и стеклянными, ротик маленький и слишком яркий. Даже волосы, которые переливались на свету ядру, мне показались париком. Может, это зависть? Маги смотрели на нее глазами, полными обожания.

Ее платье внешне напоминало сари, но куски ткани облегали ноги. Такое себе платье-костюм. На ней не было украшений, кроме подвески на шее. Интересный кулон в виде кувшина висел на обычном канатике.

Ярко-голубые глаза. Разве бывают такие у людей?

— Veniat mors pro ea!— произнесла она воодушевленно.

Что-то знакомое. Я интенсивно пыталась напрячь память и понять, что сказала таита. «Mors» — это точно «смерть». Да это же латинский! Правда, чуть не такой. Не то чтобы я знала латинский, все-таки училась не в медицинском институте, а в ветеринарном лицее. Но в юности очень любила читать крылатые высказывания и, в частности, на латинском. Ляпнула первое, что пришло в голову. А пришло в нее высказывание, адресованное Юлию Цезарю. Я выкинула из него обращение к великому и ответила:

— Ave moritūri te salūtant.

Понятия не имею, что получилось в переводе, но таита заулыбалась. Прямо полиглотом себя почувствовала. Интересно, почему она обратилась ко мне на языке, который у нас считается мертвым?

Таита заговорила уже на понятном для всех наречии.

— Пока мы были в заключении, твоя душа могла…

Этот голос! Удивленно посмотрела на нее. Мне он казался знакомым. Я его точно где-то слышала! Какое-то дежавю. Пыталась схватиться за ускользающее воспоминание. Девушка осеклась, и я потеряла суть. На душе остался какой-то осадок, словно я только что не смогла узнать или вспомнить что-то очень важное. Но что? Память играла со мной.

— Как водные процедуры? — спросил Мартин, когда я вошла в дом. — Где хозяина потеряла?

— А? — растерянно глянула на него. Все мысли витали вокруг таит и рептилозавров.

— У тебя странный вид. Вы там целовались что ли?

— Там холодно и вода ледяная, не очень для поцелуев подходит, — краснея ответила.

— Разве людям нужны специальные условия? — гаиноз задумчиво потер лапкой затылок.

— Романтический лад, слышал о таком?

Он отрицательно покачал головой.

— Вот ты — мальчик…

— У нас нет пола, — перебил зверек.

— Имя у тебя мужское.

— Мне оно понравилось, так себя и назвал. Мы бесполые существа.

— И как вы размножаетесь? — уточнила я.

— Это очень длинный и кропотливый процесс с массой нюансов.

— Так и у людей. Для сближения нужно учесть массу нюансов. И вообще, с чего ты взял, что мы должны это делать?

Поверить не могла, что беседовала на такие темы с гаинозом.

— Вы нравитесь друг другу. Если ты забыла, то напоминаю: такие вещи я чувствую! — важно заявил Мартин.

— Это не повод сближаться. Ты мне тоже нравишься, и что?

Зверек закатил глаза.

— Как хорошо быть бесполым, — прошипел он.

— Ага.

— Ты мне поможешь разобраться с устройством этого мира? — изучая отверстие, откуда по стенам стекала вода, спросила я.

— Это несложно7. Этот мир проще, чем все остальные. Здесь единственное развлечение — это открытие чего-то нового. Как только экспедиция находит мир или открывается случайный, об этом узнают все. И с нетерпением ждут, чтобы узнать, что там обнаружили. Кроме хозяина этого дома и императора. После смерти его сестры жизнь для него изменилась. Он долго корил себя, что не смог уберечь Камру. Единственный плюс: он стал добрее.

— Добрее? — не поверила я.

— Да. Он пытается спасти всех. Возмущается, иногда ругается, но делает все, чтобы помочь существам. Находит им дома, спасает от опасностей. Вон те, которые на улице гребут землю и мешают спать, — прямое тому доказательство. Их хотели выслать в другой мир, а Киер забрал себе. И знаешь, как аргументировал их пользу?

— Как? — заинтересовалась я.

— Они работают как будильник. Сказал, что летуны чувствуют обороты. Другими словами, понимают, как устроен ядру. И когда тот совершает оборот, эти магические птицы об этом сообщают.

— В них нет магии. И кричит только петух, — поведала всем известную истину.

— И я о том же. Вот все эти размножающиеся летуны с кричащим предводителем теперь загрязняют территорию вокруг дома и мешают спать, — пробурчал гаиноз.

— Теперь я показала их настоящую пользу.

Мартин прыгнул в один из кубов, и там появилось что-то вроде женского будуара, только небольших размеров. Сиреневый столик с зеркалом и множеством различных штучек, маленький пуфик.

— Ты же не девочка! — рассматривая расчески, пилочки и кучу неизвестных мне мелочей, заметила я.

— При чем здесь пол? Я же живое существо и должен выглядеть красиво.

Зверек взял один из тюбиков и, вытряхнув содержимое, принялся наносить это на свой пушистый хвост.

— А ты давно живешь у Киера? — взяла маленький крем в руки.

— Тебе мои средства ухода не подойдут, — забирая емкость, заявил он. — Живу давно. Уже года три как, если по вашим меркам. В этом мире время иногда тянется очень долго, а иногда летит слишком быстро.

— Ты застал сестру Киера живой?

— Нет.

— А откуда узнал, каким он был? — нахмурилась.

— Я передал тебе местные сплетни.

— Не понимаю, — отошла от миниатюрного домика Мартина. Тот еще любитель за собой поухаживать! — Как ты можешь знать новости, если не умеешь общаться с людьми (я не в счет) и не выходишь из дома, потому что свежий воздух тебе противопоказан?

— Это магический мир, а я — магическое существо.

С этими словами гаиноз прыгнул из одного куба в другой и открыл прозрачный элемент, напоминающий стекло. Зверек издал звук, похожий на трель дельфинов, и замер, подняв маленькие ушки.

Я удивленно наблюдала за его действиями. Вот это связь!

Через минуту Мартин поставил стекло обратно.

— Твой Киер кормит рептилозавров мясом и договаривается с другими магами, чтобы отправиться в их мир для спасения женских особей.

Я улыбнулась. Стоило еще раз пообщаться с этими могучими рептилиями и узнать, как правильно действовать. Хотя вряд ли они знают. Если бы им была известна эта информация, то они сами спасли бы свои пары.

— А когда они планируют отправляться?

— Пока не решили. Нужно разрешение императора, а тот сейчас у императрицы. Ты ее видела. Что она собой представляет?

— Белокурая, фигуристая и молодая.

— Не врут, что хороша собой?

— А что твоя магическая сеть доложила? — засмеялась я.

— Что таиты милы, послушны, и жители души в них не чают.

— Ты общаешься с гаинозами, которые живут в других домах?

— Да. Они слышат разговоры людей и передают другим. Хоть какое-то разнообразие и понимание, как обстоят дела. В случае опасности мы сможем совместно решить, что делать и куда бежать.

— Прямо гаиноз-чат, — улыбнулась я. — А императрицу я не очень пристально рассматривала.

— Ты же упала прямо на крышку ее хранилища.

— Это ее хранилище стояло в том месте, куда я упала!

— Или тебя притянуло. В общем, я все равно круче всех. Ко мне в дом жрицу поселили, — довольно произнес.

Я покачала головой. Гаинозы состязаются в своей крутости. Хорошо, что, кроме меня, их никто не понимает. Представляю, какие сплетни они распространяют о своих хозяевах! 

Следующие полчаса гаиноз рассказывал об этом доме и других местных. Если кратко, то все они устроены под каждого хозяина индивидуально. У каждого мага своя сила.

— Это второй дом Киера. Он его построил подальше от других жилищ, чтобы находиться в уединении. Здесь к нему реже приходят гости, и летуны никому не мешают, — убирая пыль с куба, рассказывал гаиноз.

Я поморщилась. Пыль он «снюхивал», напоминая наркомана. Интересный у них способ питаться.

— Насколько я помню, не все здания такие светлые, как это.

— Да. Этот уникален своей прозрачностью. Но в домах магов нет полов, — он прыгнул на потоки света ядру. — Поэтому гаинозам всегда комфортно. А мне еще и полезно для моих способностей и мягкости шерсти.

— А какой магией обладает Киер?

— Он что-то вроде сканера, — зверек провел лапками впереди. — Умеет считывать магию других людей, смотреть, какую жизнь проживала душа. Киер вообще обладает уникальной силой. Он прекрасный воин и красивый мужчина.

Я с иронией посмотрела на гаиноза. Что-то его занесло. Зверек так рьяно стал нахваливать Киера. Этому должна быть какая-то причина!

— Он очень верный и совсем не гулящий, — продолжал гаиноз. — Трудолюбивый и жалеет животных.

— Я уже поняла, что он самый лучший в мире.

В дом вошел Киер.

— Ты была права. Рептилозавры едят мясо, — произнес он, снимая обувь.

— Я удивлена, что вы об этом сами не догадались.

— Животных нашли прикованными к скале. Они периодически глотали синих существ.

Я пыталась вспомнить, что увидела в глазах дракона. Почему они проглатывали души любимых?

— Они так делятся магией! — пришла догадка. — Это позволяет тем не исчезнуть и существовать, пусть и без тела. Без еды рептилозавры могут жить годами.

— Это логично. После отдыха мы отправимся в их мир. Я помню, где он. Надеюсь освободить женских особей.

— Спасибо. Они замурованы в скале.

— Я догадался, — улыбнулся Киер.

Он снял рубаху, которая еще была слегка влажной, и потянулся к штанам. Увидев мой сосредоточенный взгляд, мужчина нахмурился.

Он сделал резкое движение рукой перед собой, и появилась черная ширма. Не успела я что-то сказать, как та исчезла. Киер стоял в легких бриджах. Видимо, они служили ему одеждой для сна.

— Он обычно спит голый, — развеял мои сомнения гаиноз. — Наверное, решил тебя не стеснять, прикрыл свои бубенчики.

Я покраснела.

— Думаю, нужно немного поспать, — Киер зевнул. — Занимай любое место.

Он достал из ниши одежду: что-то среднее 5между рубашкой и футболкой.

Поспешно прилегла на ближайший куб, и подо мной сразу же появилось мягкое постельное белье, матрас и подушка. Укрывшись одеялом, переоделась.

Только сейчас вспомнила, что одежду и нижнее белье я так и не постирала. Проснусь, обязательно исправлю это. Не очень комфортно чувствую себя без него.

— Поспать бы и мне не мешало.

Мартин прыгнул на самый нижний куб, который больше всего освещался.

— Можешь представлять свою полутьму, — крикнул он оттуда, — здесь достаточно света, чтобы нормально спать.

Я улыбнулась. Новый знакомый решил мне угодить и уже не стремился отправить восвояси. А может, причина в моей значимости? Он лишний раз мог похвастаться своим сородичам, что живет со жрицей.

Я представила освещение своей квартиры, и куб тут же выполнил желание. Мне на мгновение даже показалось, что я слышу шум проезжающих машин за окном. Скучала по дому, друзьям и совсем немного — по работе. Я любила лечить животных, выяснять их болезни, но моя работа проходила в частной ветклинике с невыносимым руководством. Если бы не зарплата, давно бы сменила место.

Послышалось равномерное сопение из соседнего куба. В отличие от моего, в том пространстве не особо что-то изменилось. Освещение осталось прежним, только появилась тонкая подстилка, на которой расположился Киер. Он занял все пространство куба внизу. И мужчину не смущало отсутствие подушки и одеяла.

Как и присутствие чужого человека в его доме.

К моему большому удивлению, уснула я тоже быстро, хотя думала, что после таких насыщенных событий сон не захочет меня посетить.

Я увидела сон, и он снова был необычным. Второе видение за такой короткий период? Или это продолжение того, что я не досмотрела первый раз? Очередная подсказка.

Я иду по длинному красивому коридору с мягким ковром. Ноги в удобных туфлях утопают в высоком ворсе красной дорожки. Я ощущаю эту упругость. Все такое реалистичное! Даже слышится пение птиц за огромными стеклянными окнами.

На стенах висят старинные гобелены в золотой оправе. Потолки в вензелях ручной лепки. Статуи красивых женщин стоят по обе стороны от дверей. Их много. Я иду целенаправленно к синей.

За ней слышится плач. Снова это чувство: боль, отчаяние и беспомощность. За дверью хорошо знакомый мне человек. Родной, тот, которого я сильно люблю.

Открываю массивную створку и захожу в комнату. На огромной постели лежит белокурая девушка, она горько рыдает. Я не вижу ее лица.

— Миранда, не плачь.

— Оставь меня, — отвечает она, не поднимая головы. — Ты позволила ему жениться!

— Я не могу препятствовать их любви.

Нежно касаюсь ее волос. Они мягкие, чувствую их шелковистость.

Девушка срывается с места и бежит в соседнюю комнату. Я очень хочу рассмотреть ее лицо, но не вижу его. Оно словно скрыто. Ищу глазами фото. На стене вижу картину молодого человека, который раньше являлся мне в видении. Это он рыдал над телом девушки. Здесь он моложе. Что-то мне подсказывает, что эти события происходят раньше.

— Миранда, не рви душу!

Подхожу к двери. Знаю, что девушка не откроет.

— Уходи. Не хочу тебя видеть! Я ненавижу тебя!

— Ты еще встретишь человека, который будет отвечать тебе взаимностью, — мягко произношу я.

— Мне, кроме него, никто не нужен! — слышу из-за двери.

Какое-то время стою молча.

— Оставь ее. Сейчас Миранде лучше побыть одной, — слышу мужской голос.

Поворачиваю голову и вижу красивого мужчину. Он очень похож на Киера.

Или это игра моего воображения? Я где-то читала, что во снах незнакомые картинки мы заменяем уже известными мозгу. Может, и здесь так?

— Он все равно будет моим! — слышится из-за двери голос девушки, а за ним — дребезг разбитого стекла.

— Ей очень тяжело, — вздыхаю.

Мужчина подходит ко мне и обнимает. Чувствую его тяжелую руку на своем плече. Вдыхаю знакомый аромат. Он пахнет Киером. Мужчина близко, такой родной и во сне такой любимый.

Он уводит меня из этой комнаты в коридор. Оглядываясь по сторонам, мы заходим в другую. Я плачу у него на плече, знаю, что должна быть сильной, такие, как я, не дают слабину, но с ним можно быть настоящей. Он — запретный плод, и время с ним —сладость. Мне жаль, что мы вынуждены так жить, подчиняясь правилам.

— Сулнич, не плачь, — теперь он гладит мои волосы.

— Мы обе несчастны, — скорбно произношу.

— Каждый миг, проведенный с тобой, — это счастье, — он нежно проводит рукой по моей щеке. — Пусть и так.

Сердце разрывается на тысячи мелких осколков. Снова вихрь различных эмоций, но теперь в них доминирует нежность.

Я делаю то, что не должна, но так хочу. Притягиваю к себе мужчину и касаюсь его губ своими. Он на мгновение замирает и тут же отвечает взаимностью. Как сладок его поцелуй!

Провожу рукой по его широкой груди и ощущаю нежность кожи. Странно, а ведь была рубашка, мелькает где-то мысль. Вдыхаю аромат кожи. Ощущаю его руки на ягодицах.

Какое реалистичное видение, которое не хочется останавливать!

Его губы перемещаются на мою шею. Открываю глаза, слез больше нет, только гамма приятных ощущений. И реальность. Она обстояла иначе, чем в видении!

Я лежала в объятиях Киера! Его губы и руки изучали мое тело!

— Что ты здесь делаешь?

Не сон! Это не сон!

— Отвечаю на твои ласки, — хмыкнул маг.

— Почему ты?..

— Ты его к себе переместила, когда он спал! — радостно сообщил гаиноз.

Переместила?!

Зверек сидел напротив нас и заинтересованно наблюдал за происходящим. Ему не хватало только попкорна.