✨Светлячок для Чудотворца

Божена
Я лежала на сырой земле и смотрела в голубое, практически лазурное небо. Неестественное в своей красоте и такое чужое. Я никогда такого не видела. Мимо пролетали птицы, рядом шумели ели. И все вроде бы идеально. Но… Я не должна была здесь находиться. Все казалось сном. Выдумкой. Небылицей. Однако влага на пальцах от недавнего дождя чувствовалась так отчетливо, что отрицать действительность казалось легкомысленной глупостью.

Я перенеслась. Но вот куда?

В голове мутным маревом вертелись воспоминания недавнего прошлого, однако пазл все никак не собирался складываться. Словно не хватало парочки элементов.

Вечеринка. Ритуал. Вино. Демон. И нет, это точно был не стриптизер или загулявший весельчак в костюме темной сущности. Это был именно настоящий житель адских глубин, в чьих венах вместо крови текла лава. Помню, как перевела взгляд на Васю, думая, что она испугается, но подруга с присущим ей скептицизмом разглядывала красное существо, совершенно не подавая признаков страха.

– Капец! Вот мы и отпраздновали Хэллоуин, – произнесла, поднимаясь с земли и отряхивая свое испачканное платье. Светодиоды на нем до сих пор светились, и я поспешила их выключить. Корона от костюма валялась где-то неподалеку, но я не стала ее поднимать. Видимо, до сих пор находилась в шоке.

– Ох, Вася, – вздохнула, оглядывая себя. – Столько сил вложила, и гляди, что получилось.

Да, я говорила сама с собой. А точнее со своей подругой, которая осталась где-то в другом месте. Я даже отчетливо услышала в голове: «Да не расстраивайся, подруга. Это ведь всего лишь ткань. Я тебе новый наряд сошью».

Но я знала, что за этими словами будет скрыта грусть и, возможно, толика обиды. Ведь в каждую свою вещь она вкладывала частичку души, кусочек себя.

Вздохнула. Можно было долго предаваться самобичеванию, но ветер, зашелестев листьями, обдал мою кожу, вызывая рой холодных мурашек. Требовалось найти укрытие. Или, если повезет, набрести на цивилизацию.

Я брела, обхватив плечи руками, переступая через корни, торчавшие из подлеска. Только сейчас мне удалось оценить величие деревьев – их верхушки поднимались так высоко, что от одной мысли оказаться наверху начинала кружиться голова. А потом я заметила, как из-за стволов многовековых исполинов стала выползать густая белая хмарь с фиолетовыми всполохами. 

И если до этого момента я держалась, то сейчас страх накатил волной, ударившись сначала о разум, а потом распространился по телу кругами, будто я сама была водной гладью, в которую кинули камень.

Сорвалась с места и кинулась бежать, не различая дороги. Да и не было ее тут, словно в эти гиблые места никогда не забредали люди, словно я была единственным существом, нарушившим покой лесной чащи. А туман устремился за мной. Клубы дымки покусывали мои оголенные ноги.

– Мамочки! – вскрикнула от ужаса, ускорившись.

Спасибо моему натренированному йогой телу, оно справлялось с нагрузкой на отлично, а дыхание, ровное и размеренное, не позволяла сдаться в самом начале забега.

Забыт был холод. Адреналин даровал долгожданное тепло, но и ему я была уже не рада. А деревья к этому моменту уже слились в тяжелую страшную массу и только где-то вдалеке мерцал белый ореол света – выход. До него было рукой подать. И во мне горела вера, что если добегу, то точно буду спасена от мглы.

Толчок. Я преодолела грань леса и выбежала на окраину. Это был маленький клочок земли, где за спиной ельник, опасный и устрашающий, а впереди – пустота. В прямом смысле этого слова. Обрыв.

– Да вы издеваетесь! – крикнула я в бездну и упала на колени прямо у самого края.

Хотела разрыдаться, но слезы, как всегда, отказывались появляться на глазах. Привычка, укоренившаяся со времен приюта. Я попыталась вспомнить, когда последний раз слезы стекали по моим щекам и не смогла. Почему я думала об этом? Не знаю. Видимо мозг окончательно потерялся в происходящем и не мог сфокусироваться на важном. Побег от действительности для него был единственным выходом, чтобы не сойти с ума окончательно.

 Оторвав от склона кусок затвердевшей земли, кинула его вперед, следя за тем, как он улетает вниз и тонет в белых хлопьях неизвестности.

– Облака? – удивилась своему открытию.

Повторив свои действия еще несколько раз, все так же неотрывно наблюдая за комьями дерна, я еще больше склонилась к мысли, что происходящее вокруг либо плод воспаленного разума, либо сон, от которого пора бы было проснуться.

Ущипнула свое предплечье, и боль не заставила себя ждать.

– Черт! – от бессилия сжала кулаки и острые ногти бороздками-отметинами остались на ладони.

Мне не хотелось верить, что окружающая действительность настоящая.

– Я сплю. Я сплю. Я сплю.

– Не спишь, моя дорогая, – голос с каплей мрачной меланхолии раздался за спиной, и я, испугавшись, качнулась вперед. Земля подо мной затрещала и стала обваливаться. А я, напуганная до чертиков, махая руками, попыталась восстановить равновесие, но мое тело уже ничто не могло остановить. Крик вырвался бесконтрольно. Зажмурив глаза, я падала. И падала. И падала.

– И долго ты собираешься орать? – тот же голос, но уже раздраженный, коснулся моих ушей.

Теплая крепкая грудь прижималась к моей спине, чьи-то руки обвивали талию, и все это происходило за несколько метров от обрыва.

– Но как? – спросила непонимающе, вырываясь из захвата и оборачиваясь.

Передо мной стоял Он.

– Вот ни на минуту вас нельзя оставить, чтобы кто-то не попытался покончить жизнь самоубийством, – цокнул демон, с укором глядя на меня.

– Ты? – проигнорировала его выпад.

Я осмотрела существо с головы до ног. Сомнений не оставалось. Это тот самый демон, вырвавший меня с вечеринки.

– Ты! – указала на него пальцем. – Верни меня обратно!

Алый демон разразился смехом, отчего его крученые рога с серебристыми прожилками затряслись в такт с телом. Крылья за его спиной заходили ходуном.

– Что смешного?

– А ты строптивая, – картинно вытирая с глаз слезинку, произнес демон. – Приказывать демону. На это нужно иметь смелость. Мне такие нравятся. Но, увы, обратно ты не вернешься.

Демон развел руками.

– Что? – да уж, переговорщик из меня сегодня был явно не лучший.

– Дорогуша, ты заключила сделку с подземным миром и в частности со мной. И уже если на то пошло, то так дела не делаются, – демон укоризненно помотал пальцем прямо перед моим носом. – Сначала выполни договор, а потом уже поговорим о возращении.

– Но я не заключала ничего, – попыталась возразить, однако по скептическому взгляду существа поняла, что доказать у меня все равно ничего не получится.

Демон демонстративно щелкнул пальцами, и в руках у него оказался бокал с недопитой вишневой жидкостью. Чуть поморщившись, он принюхался.

– Божена Юрьевна, узнаете вещицу?

Мне стало нехорошо. Внутренности вдруг сжались, и от дурного предчувствия меня замутило. Я не знала мой ли это бокал, но догадывалась, что демон не ошибся.

– Это была всего лишь шутка…

– Я чую, что это твой бокал. Веет дерзостью и бесцеремонностью, – с мечтательной усмешкой произнес демон.

– Но что это меняет?

– Ты испила из бокала?

– Всего глоток. Я противница алкоголя, – попыталась оправдаться, отчего-то зная, что это не поможет.

– Достаточно капли, чтобы скрепить сделку, дорогуша.

Произнеся эти слова, он стянул с плеча материю и оголив его, явил мне черный рисунок. От демона неуловимо пахло травами, солью и песком, словно в том доме мы рисовали знаки пентаграммы не на полу, а на теле алой сущности.

– Печать, доказывающая, что ты и твои подружки добровольно пошли на это соглашение.

– Я там знаю только Васю…

Демон возвел голову к небу, что уже начинало наливаться вечерней тяжестью.

– Неважно, – вздохнул он.

– Тогда, – судорожно соображала, теребя ткань платья. – Я хочу разорвать сделку.

Демон помотал головой.

– Ох, дорогуша, хотел бы я того же. Но, увы, завяз с вами по самые… кхм… рога. Так что придется тебе исполнить желание. И вот тогда мы уже разойдемся на все четыре стороны перекрестка и, надеюсь, никогда не встретимся.

– Боже, – простонала, а алый демон поморщился.

– Прошу без оскорблений, милочка. Я ведь могу разозлиться и укусить такую нахалку, как ты.

Он демонстративно облизал свои зубы языком, и рой напуганных мурашек пробежал по позвоночнику, спеша покинуть тело, которое, скорее всего, станет ужином для обозленного существа.

– Обойдусь, спасибо.

– Вот и славненько. Теперь перейдем к сути, а то я на тебя весь день угроблю. Мне еще других твоих «неподруг» навещать, все им разъяснять… Сама понимаешь, время на вес золота.

Ничего я не понимала. Но знала, что безумно хочу вернуться домой, а не выслушивать все эти бредни. А для этого была готова сделать все что угодно. Оставался лишь один вопрос.

– Что будет, если я не выполню свое желание. Сяду тут, – огляделась по сторонам и, завидев удобный пенек, указала на него пальцем. –И буду просто сидеть?

– Умрешь, – серьезно произнес демон, пристально вглядываясь в мое лицо. – Или сойдешь с ума, а потом умрешь. Все зависит от способностей, что тебе подкинула подружка-судьба. Но исход всегда неблагоприятный.

– Способностей? – тут у меня совсем все смешалось в голове. – Каких?

– А вот тут я не подскажу, – пожал он плечами. – Это воля случая, жребий, так сказать. У твоих знакомых они все разные. Кто знает, что досталось тебе?

– Вот я влипла…

– Не ты, а мы. Я как бы тоже не собирался в свой день рождения бегать по мирам и сюсюкаться со смертными, из-за которых не могу вернуться домой. Так что иди и исполняй свое желание!

Глаза его полыхнули красным светом, и я дернулась от испуга. Видимо, терпение демона подходило к концу. Это со стороны он казался адекватным и почти миролюбивым, но я не могла быть уверена, что в ярости он не сожрет меня с потрохами. Но вроде, судя по его настрою, ему не было выгодно, чтобы я умерла раньше времени.

– Ну, – протянула я. – Если мне больше ничего не нужно знать…. Тогда я пошла?

Но стоило мне сделать шаг к лесу, как мгла снова напомнила о себе, обступив со всех сторон. Я вновь выпрыгнула на открытую местность.

– Если хочешь прожить хотя бы на пару деньков дольше, то, думаю, тебе стоит пойти другой дорогой. Это все-таки мир Марокса.

– Ты же мне не расскажешь, что это значит?

– Конечно, нет, догадливая моя. Разберешься по ходу дела. У меня времени совсем нет. Тебе туда, – и красный демон указал мне на маленькую незаметную тропу вдоль обрыва. – Только там ты будешь в безопасности. Ступай.

И я пошла. Но потом, кое-что осознав, обернулась.

– Демон, или как тебя там…

– Меня устраивает и такое обращение, – потерев переносицу, произнес он. – Так чего тебе еще?

– Передай Васе… Василисе привет от меня.

– Иди уже, – махнул демон рукой и исчез, оставив после себя искры алого цвета, что словно снег опустились на землю. Я еще пару минут смотрела за тем, как они тлеют, и, наконец, сдвинулась с места.

Передаст. Почему-то в этом я была уверена.

Ноги нещадно болели. Я шла уже несколько часов, и единственная мысль, что грела мне душу – кеды. А ведь Вася настаивала на том, что на вечеринку лучше всего идти в туфлях. Я смогла отстоять свое право на удобную обувь в тот вечер. И сейчас это единственное, что спасало меня от желания сесть на землю и все бросить.

Мне еще нужно было придумать, как исполнить собственное желание. Но ничего путного в голову не приходило. «Я хочу, чтобы весь мир обо мне узнал». Зачем я загадала этот бред? Как это вообще можно осуществить?

А все из-за Андрея. Если бы он не бросил в порыве злости, что я пустое место из приюта, то ничего бы такого со мной не приключилось. А ведь наша история была почти как из сказки: красивый парень, успешный, уверенный, заинтересовался мной. Столько внимания я никогда не получала, что говорить о дорогих подарках. Но… Стоило ему получить желаемое, он резко изменился. Стал зависать у своих друзей допоздна, хотя на тот момент мы уже жили вместе. Иногда являлся под утро. И от него всегда пахло духами. Женскими. Сладкими. Ядовитыми.

– Я ухожу, – вещи мои уже были собраны, и я сама стояла в дверях, запахивая пальто.

– И куда же? – недовольно поднятая бровь, хотя голос спокойный, почти равнодушный.

– Не все ли равно? – отвечаю вопросом на вопрос и начинаю прокручивать замок. Однако выйти мне не дали: руки мужчины ухватили меня за плечи и оттянули от дверей.

– Я тебя никуда не отпускал, Бо.

Андрей смотрел на меня угрожающе, придавливая всем телом к стене прихожей. Губы его стали прокладывать дорожку по шее, а руки уже успели развязать пояс верхней одежды. Возможно, он думал, что все игра, некая форма кокетства, но я действительно была настроена решительно. Ладони уперлись в крепкую накаченную грудь, и я стала отталкивать еще любимого мужчину от себя.

– Хватит ломаться! – прорычал он, и жар его дыхания ударил в ухо, однако мне вдруг стало холодно и страшно, потому что пальцами Андрей уже расстегнул пуговицу моих штанов и забрался внутрь.

– Прекрати! Я не хочу…

Но он не слушал меня.

Нервы сдали, и я ударила мужчину по щеке. Звук эхом разлетелся по пространству. Сразу стало тихо, а Андрей, наконец, выпустил меня из своих цепких рук.

– Значит так? Ну и катись! У меня таких как ты, пруд пруди, одна краше другой!

Слова почти не задели. Почти.

– Только знай, что кроме меня никто на тебя даже не посмотрит. Ведь кто ты есть на самом деле? – с усмешкой произнес мужчина. – Девочка из приюта. Закомплексованная и холодная, словно рыба. Пустое место. Давай, катись отсюда, – он подпихнул меня к дверям, и я выскочила из его квартиры, позабыв о вещах на полу прихожей. Мне просто нужно было сбежать.

Из раздумий меня вывел далекий бой часов, гулко и неторопливо отстукивающий время. Боже! Я выбралась. Выбралась из этого чертового леса. Оглянулась, и туман, словно прощаясь, встрепенулся, завертелся фиолетомым вьюнком и исчез между деревьями. Спаслась! Хоть я и не знала, чем страшна мгла этого мира, но была уверена, что живой бы из чащи не вышла, если бы алый демон не подсказал путь.

Моим глазам предстала деревня, хотя по габариту она бы даже могла сойти за маленький городок, который в лучах луны манил меня огоньками в окошках домов.

Позабыв про усталость, я ускорилась, желая поскорее оказаться на пороге одного из них. Пустит ли меня кто-то переночевать? Об этом старалась не думать.

– Куда торопишься, дитя, в такое время? Неужто сбежала от надзора строгих родителей?

– Ох, – подпрыгнула от неожиданности. Да что же это такое? Тут, что ли, все в этом мире ходят бесшумно?

Рядом стояла невысокая, щупленькая, усохшая с годами старушка. Глаза ее лучились любопытством и тревогой.

– Нет, я домой спешу, – не стала откровенничать.

– Не дело это бродить по ночам, – цокнула женщина языком. – Да еще и без покрытой головы.

Волосы старушки были прикрыты платком.

– Иль ты незамужняя? А?

Не нравились мне вопросы этой пожилой женщины. Она словно прощупывала почву.

– А если и так?

– Старая дева, значит, – пожевав губы, промолвила она. – Сойдет.

Сойдет? Понять, о чем говорила старуха, я не успела, сзади мне рот накрыла рука с невыносимо вонючей тряпочкой. Тело мгновенно обмякло. Нет, я не потеряла сознание, однако ни сказать что-то, ни двигаться я уже не могла.

– Словно гусиное перо, – басовитым голосом довольно сказал незнакомый мужчина, подхватывая меня под колени. – Подвезло так, подвезло, Марифа. А ты говорила, что без добычи останемся. А тут, у самых земель Марокса…

– Ты давай, не пустомоль, а девку в повозку запри. Вдруг ее родня уже ищет. Надо поскорее отсюда уезжать.

Спорить мужик не стал. Запихнул меня в крытую телегу и запер на ключ. Повозка тронулась, а я так и лежала на голых досках среди вещей, словно и сама была поломанной забытой куклой. И горько так стало. Ведь меня-то никто искать не будет. Некому обнаружить пропажу дочери.

Я только и могла, что считать кочки, на которые наезжает телега, и мучиться неизвестностью.

– Так и чую запах деньжат, Марифа.

– Половина моя, не забывай! – беспечно болтали похитители, когда рядом раздался вой.

Протяжный. Тягучий. Пугающий.

– Ох, Богини! – воскликнула испуганная старуха. – Гони, Согат! Гони!

Но, видимо, мужчина не успел. Повозку затрясло, и спустя пару мгновений раздались крики боли и отчаяния. Потом тишина. Я же, осознавая, что произошло нечто непоправимое, лежала, не в силах пошевелиться и отсчитывала последние секунды жизни. От страха и накатившей паники, в груди стало нещадно жечь.

Клауд
Клауд почувствовал зуд в ладонях. А значит, он находился на верном пути. Сообщение об аргах в Теневом лесу он получил почти неделю назад и сразу же отправился в путь на разведку.

Ему лично нужно было удостовериться, что сущности Марокса и правда вновь добрались до земель Вальдавии.

Анирис встретил тишиной и некой потерянностью, будто выжидал. Будто что-то знал, чего еще пока не поняли сами жители. Мужчина же, уверенно шагающий по каменной брусчатке, чувствовал приближение зла.

– Мароксовы падальщики, я чую вас за версту, – прошептал он себе под нос, потирая зудящие ладони.

На первый взгляд все было спокойно, но Клауд понимал, что это лишь умело состряпанная картинка – арги никогда не показывались в городе, предпочитая лакомиться одиночными путниками.

Туда мужчина и направился. За черту Анириса. Во тьму неосвещенной местности. Ему нужно было лишь удостовериться, а со всем остальным разберутся его подчиненные из ведомства по специальным назначениям. А потом обратно в Лакс – составлять отчеты для Семей.

Клауд знал, что обратный путь, как всегда, не доставит особого удовольствия, ведь только здесь, где опасность может поджидать за любым поворотом, он чувствовал себя по-настоящему живым. Нужным. Но ведомство требовало его присутствия, требовало его личной подписи на всех бюрократических бумажках, которые, скорее всего, даже не дойдут до верхов.

Поэтому мужчина шел неспешно, словно оттягивая момент. Но Анирис был одним из самых мелких городов Вальдавии, и посему до границы Клауд добрался за полчаса.

И вновь безмолвие. Обманчивым маревом оно раскидывало свои невидимые щупальца, пробираясь ими под одежду, просачиваясь под кожу и присасываясь к источнику жизни – душе. Клауд уже даже стал задумываться, что предчувствие действительно подвело его, но крик, разорвавший пространство, заставил заостриться и без того серьезные черты лица мужчины. Он нашел то, что искал.

Поспешив на душераздирающие вопли, он застал ужасающую сцену: лошадь, запряженная в телегу, стояла завороженные темной сутью Марокса, старуха и мужчина лежали на земле с искаженными, иссушенными лицами. В них больше не теплилась жизнь, а сердце больше не отсчитывала мгновения отмеренного времени.

Рядом, словно голодные стервятники, кружили две дикие собаки, в глазах которых горело фиолетовое пламя.

– Ну вот я и нашел вас!

Арги не обращали на Клауда никакого внимания, хоть он и не пытался спрятаться от них. Нет. Они царапались когтями о доски повозки, желая проникнуть внутрь. И единственное, что могло их так завлечь – еще одна жизнь. Сладкая. Манящая.

Нужно было поскорее разобраться с беснующимися сущностями. Если этих двоих на земле Клауд уже не мог спасти, то того, кто находился в запертой повозке – вполне.

Щелкнув пальцами, он активировал в своих руках два заточенных керамбита. Ножи с кольцами привычно легли в ладони. Оружие ближнего боя. Отцу Клауда ужасно не нравился выбор магического артефакта сына, но мужчина даже и не пытался объяснить Нильсу Линчеру, почему душа лежала именно к такому виду оружия. Только так Клауд находился на самом пике, в самом эпицентре.

Керамбиты засветились тусклым фиолетовым светом, и арги, почуяв нечто близкое их темным сущностям, повернули головы на зов оружия. Клауд хмыкнул.

– Что? Узнаете? – спросил он у аргов, зная, что те неспособны ответить. – Так пахнет тьма. Так смердите и вы!

Некогда, его друг по военной службе, Артемиус Вайт, зачаровал его артефакт, используя последний дух одного из аргов. Теперь керамбиты работали как манок для отравленных тварей Марокса.

– Ну же, – он поманил к себе двух собак. – Чего ждете? Вам, что ли, приглашение нужно?

Один из псов, что находился ближе, оскалил слюнявую пасть и кинулся на Клауда. Чего тот и ждал. Первый арг был повержен за считанные секунды. Второй же, куда более смышленый, подходить опасался. Он кружил спиралью, пытаясь найти уязвимое место Клауда. Но не находил.

– Я бы и дальше с тобой развлекался, но боюсь, дорога вымотала меня, – мужчина вывернул ладони, и в них стал образовываться ярко-желтый фаербол. Прицелившись, он швырнул его в пса, но лишь подпалил ему хвост. Тварь взвыла, и ее глаза налились яростью. Именно этого Клауд и добивался.

– Ну же!

Долго ждать не пришлось. Рядом с рукой клацнули острые зубы, но мужчина успел отступить. Его движения, подобные танцу со смертью, как будто предугадывали любой выпад арга. Клауд, как всегда, был сосредоточен. Как всегда, невозмутим. Равнодушное лицо, а внутри пламя.

Шаг в сторону. Взмах перекрученных на пальцах керамбитов и тварь пала.

– Что ж, – переступая ее вновь вслух произнес мужчина. – Поглядим, кто там прячется.

Но просто так внутрь повозки попасть не получилось. Она была заперта на замок. Да и из недр не было слышно ни единого звука. Но Клауд знал, что арги никогда не ошибаются. Обойдя крытую телегу по кругу, мужчина погладил круп лошади. Скоро она придет в себя, влияние тьмы не успело завершить оборот.

– Было бы жалко убивать такое красивое животное.

Больше не обращая на лошадь внимания, Клауд направился к двум безжизненным телам. Обыскав их карманы, быстро нашел в них искомый ключ.

И вот двери повозки открыты.

– Чтоб тебя! – выругался мужчина.

На полу неподвижно лежала молодая девушка. Глаза ее были наполнены страхом. А тело светилось.

– Ты ж мой Светлячок.

Незнакомку нужно было срочно спасать.

– Вы спасли меня… Спасли…

Девушка на руках бормотала тихие слова, до конца не осознавая, что происходит вокруг.

– Чудо-о-о… Это чудо. А вы мой Чудо-о-о-отворец.

Клауд закатил глаза. Незнакомка явно бредила. Тем временем он уже подходил к дому. Стук ногой в двери и на пороге возникла служанка.

– О, – только и смогла произнести она оторопело, завидев хозяина со светящейся ношей на руках. – Что-то случилось, господин Линчер?

– Да так, ничего особенного, – будничным тоном ответил ей мужчина. – Был бы рад, если бы ты освободила проход.

– Конечно!

Щеки женщины заалели, и она отступила, позволяя хозяину войти внутрь.

– Я чем-то могу помочь?

– Закипяти воду, Тедара, будь добра, – чуть хрипя от натуги, проговорил Клауд, поднимаясь по лестнице.

Прямо по коридору, последняя дверь, Клауд неосознанно принес девушку в свои покои. Он даже на секунду замешкался, когда понял, куда собирается ее класть. Но незнакомка уже начинала обжигать пальцы, а свет становился все ярче. Он аккуратно уложил ее в свою постель и отошел на пару шагов. Ему нужно было пространство, чтобы все осмыслить.

– Что же с тобой происходит, Светлячок?

Словно почувствовав, что он говорит про нее, девушка выгнулась и стала тереть руками грудную клетку.

– Больно. Как больно. Горит…

Все вдруг встало на свои места. Точнее, он уже раньше догадался, но откидывал мысль, как невозможную.

– Этого просто не может быть!

Клауд заметался по комнате. Он стал выдвигать ящики стола, переворачивать книжные полки в поисках того единственного, что, скорее всего, могло спасти девушку.

– Где же?

Столько лет прошло с тех пор, когда он принимал свою настойку, но он точно был уверен, что где-то в этой комнате осталось небольшое количество зелья.

В яростном порыве он нечаянно смахнул с полки статуэтку Дагморы и парная статуэтка Ичини с укоризной посмотрела на своего подопечного.

– Богиня, прошу меня простить. Я обязательно отмолю эту провинность…, – но договорить не успел, потому что в появившемся пространстве заметил искомое. В самом углу, полностью покрытый пылью, примостился бутылек с желтой жидкостью. Взболтнув его, Клауд завороженно уставился на радужные переливы.

– Да! – возликовал он. – То, что нужно.

Открыв колпачок, мужчина преподнес стеклянную емкость к губам незнакомки, которая продолжала расчесывать свою грудь ногтями.

– Открой рот, слышишь? Сразу станет легче.

И девушка подчинилась. Даже если ее разум ничего не понимал, то тело хотело жить. Пару капель скользнули по ее губам, проникая внутрь.

– Глотай. Ну же!

 Мгновение. И комната погрузилась во тьму. Только сейчас Клауд понял, что все это время не активировал пульсосферы. Весь источник света исходил от незнакомки и то, что сейчас он исчез, очень о многом рассказывал начальнику ведомства.

– Господин, почему вы стоите в темноте?

В дверях стояла Тедара, держа в руках тазик, от которого витиеватыми узорами распространялся пар.

Щелчок пальцев и в комнате снова загорелся свет. Но уже не резкий, как острие кинжала, а теплый, как первые лучи восходящего солнца.

– Поставь, пожалуйста, на тумбочку и поухаживай за госпожой. Я скоро вернусь.

Женщина поклонилась, показывая, что поняла указания, а Клауд вышел из комнаты. Ему еще нужно было окончить кое-какие дела, да и с девушкой сегодня уже точно ничего не моголо случиться. Кризис был позади. Вот когда она придет в себя, тогда ему будет о чем поговорить с незнакомкой.

Выйдя в ночную мглу, он активировал серьгу связи – маленький кругляшек зачарованного золота в своем ухе.

– Артемиус.

– Марокс тебя задери, Клауд, – раздался в хриплый сонный голос друга. – Ты хоть знаешь, который сейчас час?

– Понятия не имею, честно говоря, – хмыкнул мужчина. – Но ты мне нужен.

– Арги? – спросил друг серьезно.

Клауд поднял глаза к ночному небу, разглядывая звезды.

– Они самые, дружище. Вызывай людей из Таокса. Нужно прочесать лес и окрестности, скорее всего, эти твари отбились от стаи.

Послышалась возня, видимо, Артемиус окончательно проснулся.

– Будет сделано, начальник. Это все?

– Хм…, – Клауд задумался. – Подскажи, в каком максимальном возрасте может проявиться магия источника?

Артемиус помолчал пару секунд.

– По последним данным – лет в семнадцать. Но парень не пережил всплеска. Родители не поняли, что произошло, и он сгорел. А тебе зачем?

– Да так, – почему-то мужчина решил пока не рассказывать другу про неожиданную находку. – Для общего развития, так сказать. Ладно, до связи.

Клауд отключился.

В голове у него роились мысли и вопросы. И в большинстве своем он не мог найти на них никакого ответа. Сейчас на первом плане были арги. Появление этих тварей в здешних местах говорило лишь о том, что земли Вальдавии падали, и Марокс, воспользовавшись этой ситуацией, смог дотянуться до них из глубин своей темницы. И это был плохой знак.  И находка Клауда точно была с этим связана.

Девушка оказалась не простой жертвой, спасенной от похитителей. Нет. В ней проснулся свет богинь.  Тот свет, который он хорошо знал, о котором помнила каждая клеточка его тела, хоть на тот момент он был еще ребенком. Однако незнакомка оказалась многим старше. Все это казалось невозможным и странным. Но, тем не менее, отрицать то, что видели его глаза, он не мог. Оставалось только понять. Сопоставить факты. Ну и, конечно, узнать, кем является незнакомка и на землях чьей Семьи родилась. Возможно, это даст ответы на все вопросы.

– Я разберусь, – по привычке вслух произнес Клауд. – Обязательно разберусь.

Божена
Распахнув веки, почувствовала острую боль в глазницах. Горло саднило, а голова кружилась, словно после карусели, которую в детстве так любит раскручивать ребятня. Вокруг все плыло. Попыталась встать, но чьи-то настойчивые руки опустили меня обратно.

– Тише, деточка. Тише. Не торопись. Полежи еще немного.

Голос. Женский. Спокойны. Пропитанный волнением. Но при этом совершенно незнакомый. Ох, Вася, зачем же ты меня затащила на эту вечеринку? Неужели я впервые в жизни напилась, хотя клялась себе никогда этого не делать.

Алкоголь для меня был запретной темой. В восемь лет, когда меня забрали от родителей в приют, я уже отчетливо понимала, что с ними происходило изо дня в день. И уподобляться им не собиралась. Но всего один глоток… Разве он мог?

А потом в голове возник ворох разбросанных воспоминаний, и я поняла, что нахожусь не в своем мире. Да я вообще не представляла, где нахожусь.

– Где я? – осипшим голосом спросила у седовласой женщины, сидевшей у кровати. – И кто вы такая?

– Я Тедара, служанка в доме господина Линчера. Он вчера принес вас сюда в бессознательном состоянии и попросил приглядеть.

В это время я успела краем глаза заглянуть под одеяло. Платье мое исчезло, а на его месте находилась белая, простого кроя ночнушка.

– Надеюсь…

– Это я вас переодела, – улыбнулась Тедара, и возле ее глаз пролегли мягкие добрые морщинки.  – Господин – приличный человек и не стал бы позорить девушку.

Это немного успокоило. Капельку. Хотя не отменяло того, что я, находясь в другом мире, успела несколько раз чуть ли не погибнуть, и в котором меня успешно похитили. Боже, а если меня выкрали именно для этого неизвестного Линчера?

– Боже! А ваш господин не рассказывал, где он меня нашел?

Из последнего я помнила, как лежала обездвиженная в повозке, а за ее пределами творилась какая-то чертовщина. А дальше в голове белая пелена и саднящее чувство в области груди, как будто что-то пыталось прорваться сквозь кожу и выбраться наружу.

– К сожалению, нет. Я ведь простая служанка. Хозяин не отличается словоохотливостью, особенно когда происходит нечто невообразимое.

Сощурив глаза, решила уточнить:

– О чем вы?

И тут женщина замялась.

– Знаете, пусть господин Линчер сам вам обо всем расскажет. А пока я схожу вниз за бульоном.

Тедара встала и направилась двери, где на секунду остановилась.

– И прошу, не покидайте своей постели. Вы еще очень слабы.

Замок щелкнул.

Мне хватило мига, чтобы откинуть одеяло и спрыгнуть с кровати. Да, ноги оказались ватными, и их водило из стороны в сторону, но даже это не могло остановить решительно настроенную меня. Нужно было покинуть дом. Сбежать. Этот мир пугал. А людям я и до этого никогда не доверяла. Пусть они прикрываются добром и заботой, но потом все равно предают.

Очень медленно я опустила ручку двери вниз, стараясь не шуметь. И все бы ничего, но она отказалась открываться.

– Черт! – выкрикнула раздраженно.

Я снова была в западне. Правда, в этот раз никто не лишал меня возможности шевелиться, да и комната была достаточно просторной. Но это не отменяло того факта, что и здесь я не видела возможности для побега.

Окно также оказалось закрытым. И к тому же за стеклом я заметила тонкую вязь желтых всполохов, образующих решетку. Я не знала, что это, но легко могла предположить, что без магии не обошлось. Ужас! Неужели я потихоньку начинаю свыкаться с мыслью, что я действительно перенеслась из своего мира в магический.

– Матерь Божья, что же мне делать? – простонала вслух и опустилась на стул, который находился возле резного деревянного стола.

– Прежде всего, хорошенько подкрепиться, – Тедара, как ни в чем не бывало, зашла в комнату. – А потом уже пытаться сбежать из дома мага.

Женщина поставила передо мной поднос с аппетитно пахнущим супом и пампушками. Аж слюнки потекли. Только сейчас на меня снизошло осознание, что я очень долго ничего не ела и не пила.

– Почему вы заперли двери? – спросила, подняв голову и посмотрев на служанку.

– Вы о чем?

– Двери, – я указала за ее спину. – Я не смогла выйти в коридор.

Тедара нахмурилась.

– Дорогая, но они открыты.

Для пущей убедительности она отступила на пару шагов в сторону, пропуская меня к желанному выходу. Я, остерегаясь подвоха, медленно встала и направилась в сторону выхода, отмечая при этом, что ноги уже обрели былую твердость, а тело вновь беспрекословно слушается любого моего приказа.

Но и в этот раз ручка опустилась до самого конца, но само деревянное полотно не желало поддаваться под натиском моего упорства.

– Да вы издеваетесь?

– Так вы же не сняли защитное заклинание. Конечно, без этого ничего не получится. Вы забыли про защиту от аргов.

Ну конечно. Знать бы кто такие арги и почему от них требуется защита. Я повернулась к служанке. Она смотрела на меня, как несмышленую дурочку, а я… Я просто смотрела на нее, не зная, что и сказать. Растерянно опустила голову, уставившись на свои пальцы.

– Это прописные истины, верно? Обычные люди знают, что замки открываются именно так?

Тедара кивнула. Глаза ее горели любопытством, тогда как я находилась в полном отчаянии. Еще никогда мне не приходилось чувствовать себя такой беспомощной и беззащитной.

В это же время двери за спиной с легкостью открылись, и в комнату вошел высокий мужчина. Он встал прямо возле меня, окутывая запахом дождя, сырой земли и еще чего-то мне неизвестного. Я начала разглядывать хозяина дома с сапог, поднялась по влажному плащу и добралась до лица, где и пропала в омуте самых необычных серых глаз.

– А вы, значит, необычный человек? – спросил мужчина, так же без зазрения совести окидывая меня взглядом. – Извините, ненароком подслушал ваш разговор.

Слова застряли в горле, поэтому так и стояла молча, не представляя, как ответить этому мужчине. Сказать правду или солгать? Но для того, чтобы лгать, требовалось быть отменным лжецом, а я таковой не являлась. В приюте мне всегда доставалось больше всех, потому что не умела обманывать воспитателей. Да и дети со мной не особо дружили, потому что знали: если Лидия Георгиевна начнет допрашивать Божену – то попадет всем.

– Слишком долгое молчание для столь простого вопроса, – заметил господин Линчер.

– Это с какой стороны посмотреть, – вымолвила я, обретая былую уверенность. – Люди все по своей сути необычны.

Мужчина хмыкнул.

– Занятно. Тем не менее, как я понял из разговора…

– Который вы подслушали.

– И не скрываю этого, прошу заметить. Мне стало ясно, что вы понятия не имеете о самых простых бытовых вещах, что, по сути, невозможно. Вы либо дикарка с земель Марокса, что, очевидно, не так. Либо же…

Я затаила дыхание. Неужели догадается? Но к моему разочарованию, господин Линчер развел руками.

– Ни единой мысли. Возможно, вы потеряли память от пережитого стресса? Ведь не каждый день тебя похищают и хотят продать в рабство.

Тут я опомнилась.

– Как вам удалось меня спасти?

– О, господин – великий маг Вальдавии, – воскликнула Тедара, нахваливая своего хозяина. – Если кто и мог…

– Это неважно, – перебил служанку мужчина. – Другой вопрос, где вас похитили?

– Возле самого города, – призналась, ничего не тая. – Когда я вышла из леса, женщина и мужчина обездвижили меня и… Дальше помню смутно. Я с детства боюсь тесноты и, видимо, словила паническую атаку, потому что толком не могла дышать. Жгло в груди. А еще… Еще был дикий вой. То ли собаки, то ли волки… Но, возможно, мне просто почудилось.

Только договорив, я поняла, что мои слушатели стоят с широко раскрытыми ртами.

– Тедара, сделай-ка чаю, будь добра. Чувствую, нам с госпожой предстоит долгий разговор.

Служанка едва заметно кивнула и вышла из комнаты, постаравшись обойти меня по дуге. И я сразу поняла, что где-то прокололась.

– Я что-то не то сказала?

Мужчина не спешил с ответом.

– Идемте.

Не знаю почему, но я безропотно последовала за ним в другое помещение, которое на деле оказалось гостиной. Все достаточно лаконично: диван, два кресла, столик, у дальней стены – камин и книжные полки. И ни одной личной вещи, как будто этот дом был съемным и здесь никто не жил подолгу.

– Если вы все осмотрели, то предлагаю присесть и поговорить. У меня есть вопросы.

– Не уверена, что смогу ответить на все, но попытаюсь, – заверила его. Сомнения обуревали душу, и я не знала, могу ли доверять первому встречному. Хотя нельзя было отметать, что он спас мне жизнь, а это хоть немного, но позволяло снизить свои защитные границы. Тем более, что он был магом в мире, где я должна была исполнить свое желание. Возможно, он мог мне помочь. Но при условии, что поверит.

– Начнем с того, что я так и не представился, – хозяин дома сел в одно из кресел, и я умостилась напротив, чтобы иметь возможность открыто смотреть в лицо мужчины. – Клауд Линчер.

– Божена.

– Бо-же-на… Хм… Очень необычное имя.

– Оно значит «богом одаренная», – добавила я зачем-то и тяжело вздохнула. Одарил он меня, так одарил. И родителями-алкоголиками, и жизнью в приюте, и козлами в личных отношениях. Ничего не скажешь.

– В этом я как раз и не сомневаюсь, – вдруг сказал Клауд, но продолжать мысль не стал. Во мне стало разгораться любопытство. Он явно знал больше, чем говорил. – Только вот в нашем мире существует только один бог. И имя ему Марокс. Властелин тьмы, страха, боли и страданий. Но ты ведь этого тоже не знаешь?

А что я могла ответить. Помотала головой.

– Там, откуда я родом, люди поклоняются Богу. Без имени и чинов. Он просто есть, и мы в него верим. Ну, большинство…

– А ты разве не веришь?

– Сложно верить в того, с кем лично не знаком.

Клауд откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.

– Не знаю, о чем ты говоришь, но наши боги реальны. Поэтому возникает логичный вопрос… Откуда ты?

В этот момент в гостиную вошла Тедара, тем самым позволив мне собраться с мыслями.

– Я подогрела вам пампушки, раз уж до супа вы так и не добрались.

Подняла голову и с благодарностью посмотрела на женщину. Она уже полностью взяла себя в руки и больше меня не сторонилась. Видимо, в этом доме были привычны необычные вещи.

– Спасибо.

Тедара тепло улыбнулась мне и вышла, оставив нас с господином Линчером наедине. Пригубив чай, я задумчиво уставилась в окно, за которым шел сильный ливень, однако привычного шума ударов по стеклу слышно не было.

– В нашем мире дождь шумит, и в каждом доме это слышно.

– Это просто заклятие шумоподавления.

Щелчок пальцами и комнату наполнили знакомые звуки. Я блаженно закрыла глаза, представляя, что нахожусь не здесь, а в маленькой квартирке Василисы, где вечный бардак, много тканей, всегда тепло и пахнем домом. Наш уютный чисто девичий бастион.

– Так значит, все-таки другой мир?

Я открыла глаза и посмотрела на мага, боясь увидеть на лице признаки скептицизма и недоверия. Но мужчина спрашивал серьезно, без капли иронии.

– Если я отвечу утвердительно, то есть ли шанс, что вы не сочтете меня сумасшедшей.

– А должен? – Клауд вопросительно приподнял бровь.

– Я бы не поверила.

– Слава Богиням, я не вы, – губ мужчины коснулась улыбка. – И раз уж с этим мы разобрались, то скажите-ка мне на милость, что означает «паническая атака»? Это какой-то новый вид магии?

Весь дом слышал мой смех.

Божена
Спустя полчаса и выпитый заварник чая, я с неким подобием покоя, откинулась на мягкую спинку кресла. Меня уже не смущало то, что я нахожусь в чужом мире, в чужом доме, в одной лишь ночнушке. Тоже чужой. Клауд не бросал на меня жарких взглядов, в его глазах я видела лишь любопытство и толику азарта. Словно я для него была не человеком, а загадкой, которую он хотел разгадать. И не более того.

– Ваши Боги и правда говорят с вами? – набравшись смелости, решилась задать вопрос Клауду.

Мужчина кивнул.

– Но они говорят не со всеми, Божена. Лишь с теми, кто благословлен.

– И чем же?

– Силой, конечно.

Его слова заставили меня задуматься.

– То есть, не все люди в вашем мире обладают магией?

Клауд потер подбородок и помотал головой.

– Магией обладают все, но вот силой, дарованной свыше, всего восемь человек. Точнее, последние десять лет только семь, – лицо мужчины застыло и будто потеряло цвет, став обезличенной маской.

Я боялась задать вопрос, но этого не потребовалось, маг и сам решил продолжить.

– Дочь Трехочей Дагморы нашли повешенной в своих покоях. И с тех пор Эну’Акриори перестал справляться. Вальдавия падает. И именно поэтому на наших землях появились арги – дети Марокса.

– Подожди, – замахала я руками, привлекая внимание Клауда. – Не так быстро. Я ничего не поняла из твоих слов.

– Прости, – мужчина чуть улыбнулся. – Очень трудно привыкнуть к тому, что ты, как только что появившийся на свет младенец. И разум твой чист, словно белый лист.

– Ну-у-у, – протянула я. – он не совсем чист. Скорее, с другой стороны много всего написано, но те знания совершенно не помогут разобраться. Просто потому, что наш мир устроен иначе. Так что… Рассказывай чуть подробнее. Я буду помечать, – и для пущего эффекта постучала пальцем по виску.

– Ладно, – и вновь улыбка, но лишь кончиками губ. Складывалось впечатление, что Клауд нечасто показывал свои эмоции. – Начну с самых основ.

Глаза мои самопроизвольно расширились, и я поддалась вперед, силясь впитать все, что рассказывал маг.

– Наш мир парит.

– Что? – переспросила, неуверенная, что правильно все расслышала. – Я не понимаю. Как птица?

– Как четыре огромные птицы-контененты. И держит все это источник Эну’Акриори, созданный двумя богинями во имя спасения человечества от бога Марокса. Некогда он вырвался из своего подземного царства и стал умертвлять все живое. И тогда люди воззвали к небесам… Сейчас, подожди.

Клауд поднялся и направился к книжным полкам.

– Где-то у меня была книжка Энриеты. В детстве она очень любила ее читать, – пояснил маг, но понятнее не стало. Я только запуталась в новых именах и названиях. – А! Вот!

На столике прямо передо мной легла небольшая цветная книжка с картинками, почти ничем не отличающаяся от тех, к которым я привыкла в своем мире, только все внутри было нарисовано от руки.

– Это – Дагмора Трехочая. Богиня Луны, – Клауд указал на седовласую женщину с третьим глазом во лбу. Она, сложив пальцы в треугольник, смотрела через эту фигуру, как сквозь призму. – А это – Ичини Слушающая. Богиня Солнца, – мужчина перевернул страницу книги, и передо мной предстала другая женщина, лысая, с острыми длинными ушами. За ней был нарисован яркий золотистый круг, окружающий фигуру богини ореолом света. – Именно она первая откликнулась на мольбы людей и уговорила свою небесную сестру помочь человечеству и спасти его от Марокса.

Клауд вновь перевернул лист книги.

– Богини выбрали восемь сильнейших и наделили их своей силой. Четыре солнечных брата и четыре лунные сестры. Всем им приснился один сон, в котором они танцевали. Но то были не обычные танцы, а четкие, выверенные движения, усиленные артефактами. И как только избранные воплотили свои сны наяву, на том же месте появился источник Эну’Акриори. И задрожала земля, затряслась и застонала, вырывая себя с корнями и вознося в небо.

– А Марокс?

– Он остался властвовать в пустынной низине, мечтая добраться до людей. Многие века ему этого не удавалось, ведь на смену избранным всегда приходили другие.

– Но десять лет назад все изменилось, – догадалась я.

Мужчина опустился возле моего кресла на корточки, чтобы иметь возможность смотреть мне в лицо.

– Когда умерла Калиста, на смену ей не пришел никто. Тысячи людей пытались пройти испытание источником, но он оставался глух. Тогда и появился фиолетовый туман. Те собаки, чей лай ты слышала в повозке – это не игра твоего воображения. Это монстры, порабощенные ядом Марокса. Они жаждут смерти всему живому, но больше всех их привлекает сила Луны и Солнца.

– Хочешь сказать, те люди, которые меня похитили…

– Нет, Божена, – Клауд закатил глаза. – Я говорю о тебе.

– Обо мне?

Маг закивал головой и поднялся. Он стал мерить комнату шагами и дальше его разговор больше смахивал на мысли вслух, чем на обоюдный диалог.

– Я сначала не понял, почему они так старались пролезть в повозку. Но свет, который исходил от твоего тела… Это казалось таким невероятным… Тем не менее это явно был выброс силы…

– Клауд, – сказала я чуть громче, привлекая его внимание. – О чем ты сейчас говоришь?

Маг остановился.

– Я предполагаю, что ты новая дочь Луны. Как бы абсурдно это ни звучало.

– Бред! – мне хотелось рассмеяться магу прямо в лицо, но то, как он смотрел на меня, заставило проглотить всякую веселость.

– Я не был бы столь категоричен.

– Но этого не может быть!

– Как и людей из другого мира, – Клауд склонил голову вбок. – Но, тем не менее, ты здесь, Светлячок.

Я подскочила. Слово прозвучало неуместно мягко. Так, словно нас с магом давно связывали годы тесного общения. И мне не нравилось такое распущенное беспутство. Думаю, Клауд все понял по моему взгляду, потому даже сделал пару шагов назад, приподняв руки.

– Это просто выражение. Так называют тех, кто излучает свет.

– В этом нет никакого смысла. Я попала в ваш мир по нелепой случайности и теперь…, – запнулась, потому что признаться о причине не могла. В каком-то роде мне было стыдно. – Я не могу быть одаренной вашими богинями.

– Божена, – ровно произнес мужчина и из его уст мое имя раздалось иначе, так необычно и волнующе, что пульс участился. Я замерла, уставившись на мага. – То, что ты попала именно в Вальдавию, не простая случайность, я в этом уверен. И я тебе докажу.

И словно чувствуя мое напряжение, Клауд стал расстегивать пуговицы своего ворота. Я стояла, широко раскрыв глаза.

– Ты что делаешь? – сорвалось сухо.

На миг мужчина замер.

– Только не говори, что ты подумала о чем-то порочном?

– А о чем мне думать, когда прямо передо мной раздевается мужчина? – вопросом на вопрос ответила я. – Ты явно не постирушки решил устроить.

Клауд закатил глаза.

– Но, все же, глаз ты решила не отводить…

Поймал. Так ловко и искусно.

– Я же должна была удостовериться, что ошибаюсь, – высоко приподняв подбородок, произнесла я, пытаясь скрыть покрасневшие щеки.

Видимо, не получилось, потому что губы мага изогнулись в усмешке. Но ему хватило тактичности сделать вид, что он ничего не заметил.

– На самом деле я лишь хотел показать это…

Клауд не стал полностью оголять свою грудь, лишь пару сантиметров под ключицами. Там красовалась отчетливая отметина в виде солнца. Он провел по ней пальцами, и она зажглась едва заметным желтым светом.

– Ты сын…

– Ичини, – подтвердил мою догадку мужчина. – И посему могу отличить блеф и случайность от истинного дара. И если я прав, то у тебя тоже появится знак. Но для этого нужно посетить храмы богинь. Пройти посвящение. А потом…

Я замотала головой.

– Прошу, остановись. Мне этого не нужно. Не нужно!

– Но почему? – маг искренне не понимал.

– Потому что если верить твоим словам, то я одна из тех людей, что держат ваш мир на весу, не давая ему рухнуть в царство злого бога.

– Марокса.

– Не суть, – я начинала злиться. – Это значит, что я должна остаться здесь. Навсегда. Жить чужой жизнью. Но я не могу!

Глаза Клауда сузились. Я почувствовала, что его воодушевленное настроение изменилось.

– А есть другие варианты, Божена?

И вновь рой мурашек по спине, что проникают под кожу и сбиваются в комок внизу живота. Сглотнув, я кивнула.

– Я могу вернуться домой. Нужно лишь…

– Что? – мужчина посмотрел на меня пристальным взглядом, полным тайного смысла.

Отвернулась. А потом, наплевав на нелепость ситуации, призналась:

– Мне нужно, чтобы обо мне узнал весь мир.

И мы погрузились в томительную тишину. Клауд все также продолжал смотреть на меня, но задумчивым, невидящим взглядом.

– Интересная штука – судьба, – наконец нарушил он молчание. – Тебя перенесли в этот мир, наделили сильнейшим даром, единственным, способным спасти наше человечество от смерти и в это же время он же сможет вернуть тебя домой. Иронично, ничего не скажешь.

– А можно чуть более внятно. Мы же договорились – как для ребенка. Ты знаешь, как вернуть меня домой?

– О, я знаю. И мы вместе способны это осуществить.

Я не могла поверить своим ушам. Неужели Клауд поможет? Ладони вспотели, и в гостиной вдруг стало слишком душно. От напряженного предвкушения закружилась голова, а в груди стало покалывать.

– Не томи, Клауд, – обратилась я прямо, боясь, что вновь лишусь чувств и так и не узнаю, как мне выполнить условия договора с алым демоном.

– Все до банальности просто. Тебе нужно пройти посвящение в храмах и наполнить своей силой Эну’Акриори. И поверь, как только ты это сделаешь, вся Вальдавия не просто узнает о тебе. Твое имя войдет в историю нашего мира. Это даже больше, чем тебе требуется.

– Но это бессмыслица! – я опустилась в кресло и, погрузившись в мысли, укусила себя за ноготь. Ох, Вася бы уже кричала на меня за глупую привычку. Но ее здесь не было, а без подруги мне сложно было справляться со своими эмоциями. – Если я действительно дочь Дагморы, как ты утверждаешь, пройду все ваши ритуалы, отдам силу источнику и прославлюсь, то…

– Вернешься в свой мир.

– Но это значит, что Вальдавия вновь останется без одаренного.

– Я же говорю… Судьба.

– Но в чем тогда смысл всего этого?

Я действительно не понимала. А вот Клауд, казалось, видел картину шире той, что я могла себе представить.

– Даже если ты исчезнешь, то ты подаришь нашим землям отсрочку. И возможно, после твоего ухода на свет появится новая дочь Дагморы. В любом случае это выгодно и нам, и тебе. Так что скажешь? Хочешь вернуться домой?

– Конечно, хочу! – воскликнула я. – Но… А если после меня никто не появится?

– Даже если так, то я бы все равно рискнул. Ну так что?

Выбор был очевиден. Я бы еще долго могла обманывать себя, что все происходящее не имеет ко мне никакого отношения, но где-то глубоко внутри понимала, что таких совпадений просто не существует. И скорее всего, это был мой единственный шанс исполнить чертово желание и не умереть.

– Я согласна. Давай сделаем это!

Божена
Но проще сказать, чем сделать. Когда Клауд показал на карте, куда нам нужно отправиться, я сначала не поверила.

– Мы ведь висим в воздухе, верно? – дрожащим голосом спросила я.

– Именно так.

– И самолетов у вас еще не изобрели? – маг приподнял бровь, и я поспешила пояснить. – Хм… Летательные аппараты. Может быть, драконы… Как вы перебираетесь с континента на континент?

Тут Клауд сверкнул глазами и загадочно сказал:

– Это секрет. Но поверь, тебе понравится!

В этом я почему-то сомневалась. То ли тон его был слишком елейным, то ли блеск в глазах подозрительным.

Чтобы взять себя в руки я стала размеренно дышать, как меня учили на йоге и вроде бы это даже помогло, потому что я смогла отогнать тревожные мысли и посмотреть на всю картину глубже.

– Ты ведь говорил, что континентов четыре. Тогда, что это?

Я ткнула пальцем в темный участок на карте Вальдавии.

– Мертвые земли, полностью пребывающие под властью Марокса. Мы их не считаем.

– Там кто-нибудь живет?

Клауд пожал плечами.

– Неизвестно. Мы так и не смогли добраться туда. А те, кто попытался – погибли, не пройдя фиолетовой дымки, – маг стал сворачивать карту. – Раз уж мы изучили маршрут, то…, – мужчина выглянул в окно, где уже вовсю светило солнце. Наш разговор занял куда больше времени, чем казалось. – Предлагаю пройтись до ближайшего рынка и приобрести тебе вещей.

Он окинул меня взглядом, и я только сейчас вспомнила, что до сих пор нахожусь в ночнушке. Радовало лишь то, что она скрывала меня до самых пят.

– Я попрошу Тедару подыскать тебе что-то из старых нарядов Энриеты. Платья давно вышли из моды, но тем и лучше, не так жалко испачкать их в пути. Или ты следишь за модой? – спросил он, а мне вдруг стало смешно. – И не надо мне тут смеяться. Вас, женщин, никогда не поймешь: то перчатки не в тон, но сапожки не с теми камнями. Проще, если ты сама скажешь, что тебе нужно.

– Я бы не отказалась от сапог, штанов и рубахи, как у тебя.

Ох, надо было видеть его лицо. Глаза мага наполнились удивлением вперемешку с гипнотическим вниманием.

– Ты ведь не шутишь?

– Нет.

– В вашем мире женщины так одеваются? Это дозволено?

Кивнула, улыбнувшись.

– Я даже не стану рассказывать, что у нас принято и разрешено носить, чтобы не ранить вашу тонкую душевную организацию, господин Линчер.

– Да-да, – согласился он поспешно. – Лучше не стоит. Тогда заглянем к портному и спросим, чем он сможет нам помочь. Можешь идти.

Через полчаса мы стояли на крыльце дома, и я с упоением вдыхала свежий воздух Анириса. Здесь не было машин, заводов и станций. И легкие, наполненные кислородом, словно впервые познали настоящую чистоту и раскрылись шире, чем когда-либо.

– Ваше небо такое красивое. В нашем мире все тусклое, как будто резкость не на максимуме.

– Уверен, попади я к вам, то увидел бы все с другой стороны.

– И то верно, – согласилась я.

Портной, щупленький мужчина лет сорока с золотистым пенсне на носу, оказался не из робкого десятка и даже виду не подал, что его что-то смущает. Наоборот, он как будто воодушевился.

– У меня столько заказов, но ваш, госпожа…

– Агинская, – подсказала я, не до конца уверенная, что моя фамилия не вызовет вопросов. Видимо, Клауд был достаточно известной личностью в этих кругах и достаточно почитаемой, чтобы сдержать ворох ненужной суеты вокруг моей персоны.

– Я выполню до завтра.

Завтра. Не нужно было быть гением, чтобы понять – как только одежда будет готова, мы с Клаудом отправимся в путь. И это станет точкой отсчета до моего возвращения на Землю. Я еще многого не знала, но все равно жила надеждой, что маг не ошибся в своих догадках. Да, я не хотела быть одаренной дочерью Дагморы, но с другой стороны, если это означппло спасание, я готова была пойти на все, даже пройти через неведомые ритуалы, чтобы довести сделку с демоном до финала.

После Клауд сводил меня в местное кафе с небольшой верандой и парочкой круглых столиков под навесом. В центре каждого стояли горшочки с цветами, над которыми летали маленькие светящиеся песчинки.

– Это домны, – объяснил Клауд, когда заметил, с каким любопытством я рассматриваю это чудо. – Госпожа Паветти подкармливает их, а за это они не дают увядать растениям в любую пору года.

– Волшебно, – восхитилась я.

– Привычно, – вторил мне маг.

Мы быстро и вкусно поели, но мужчина не спешил.

– Прежде чем мы покинем город, нам стоит еще кое-куда заглянуть.

– И куда же?

Мужчина потер подбородок.

– К местному артефактору. Конечно, в Лаксе можно было бы найти куда более известного мастера, но столичные маги тщеславны и любят завышать цену, особенно когда понимают, что дело спешное. Да и нам не по пути. А здесь есть человек, которому я всецело доверяю, – произнес он, словно витая в облаках. – Идем.

Поднявшись, мужчина достал из недр плаща небольшой кошель и положил на стол парочку монет, двинулся к выходу. Я последовала за ним, раздираемая любопытством. Вроде бы Клауд говорил открыто, но в тоже время выдавал информацию частями, маленькими порциями и я, как те самые домны, питалась этими крупицами, пытаясь сложить картину воедино.

– И для чего тебе к артефактору? – спросила я, нагнав мага.

– Не мне, – хмыкнул тот. – Я, наверное, забыл упомянуть, как проходят ритуалы в храмах.

– Думаю, ты сделал это намеренно.

– Ничего от тебя не скроешь, Светлячок, – ни капли не смутился Клауд, пойманный с поличным. – Мы идем выбирать тебе ритуальное оружие.

– Что-нибудь чувствуешь?

Мы уже минут двадцать ходили среди рядов самого разного колюще-режущего оружия, трогали ее, вертели в руках, Клауд даже предлагал мне нюхать, прикладывать уши, чтобы лучше слышать зов, но все было тщетно.

– Не-а. Может быть, ты все-таки ошибся?

– Исключено, – помотал он перед моим носом пальцем. – Ты светилась. Да и Золотые слезы помогли. Ошибись я, мы бы с тобой сейчас не говорили.

Такое заявление повергло меня в шок.

– Ты мог меня убить?

– Но не убил же, – самодовольно заявил маг, и я не удержалась и стукнула его по плечу кулаком. Не больно, но достаточно ощутимо, чтобы поумерил свой пыл.

– Ауч!

– Будешь знать.

– В вашем мире все такие агрессивные? – спросил он, потирая ушибленное место.

Но я уже не ответила, продолжая прислушиваться к внутренним ощущениям.

– Раз уж ты сын Ичини, то значит, и у тебя было ритуальное оружие?

Клауд фыркнул, демонстративно щелкая пальцами. В его руках возникли два необычных изогнутых ножа с кольцом на красивой резной ручке.

– Керамбиты. Они всегда со мной.

Я завороженно смотрела на то, как орудие идеально смотрелось в шершавых, знающих тяжкий труд ладонях мага. В груди что-то екнуло.

– Клауд, – я взволнованно посмотрела на мужчину. – А это нормально, что я слышу, как они поют?

То, что происходило с моим телом, сложно было передать словами. Я действительно слышала песню, тихую и грустную. В ней не было слов, но зато были чувства. Такие же острые, как лезвия, сияющие в свете магических светильников. В уголках глаз защипало. Боже, неужели я сейчас расплачусь? Впервые за столько лет. Но нет, самоконтроль работал без осечек.

– Ты уверена?

И вроде бы утвердительный ответ вертелся на кончике языка, но разве я могла быть хоть в чем-то уверенной.

– Это всегда так грустно?

Мягкая улыбка появилась на губах мужчины, и он едва заметно помотал головой.

– У артефактов бывает разное настроение. Чаще всего они бурчат и возмущаются, что их редко применяют по назначению.

Клауд нежно провел по одному из керамбитов.

– Какой из них поет?

Я уверенно показала на левый.

– Тогда бери его.

Вот так просто.

– Нет! – сделала пару шагов назад, пряча руки за спину. – И не подумаю. Это твой артефакт.

– Лишь один из них…

Маг уверенно подошел ко мне, расцепил руки и вложил в них нож, тот самый, на который я указала ранее. Яркая вспышка озарила магазинчик артефактора. Из подсобки выглянул низкий коренастый мужичок, довольно сощурил глаза и скрылся.

– Видишь, Божена, я не ошибся.

Спорить не было смысла. Тем более, что оружие вдруг перестало петь, словно успокоившись, оно уснуло. А спустя мгновение стало тускнеть и вообще исчезло.

– Клауд! – воскликнула испуганно, озираясь по сторонам. – Оно пропало!

– Тише, Светлячок! – маг ухватил меня за плечи и заставил остановиться. – Все так и происходит. Оно слилось с тобой и придет на любой твой зов, когда ты будешь нуждаться в нем. Нужно только щелкнуть.

Он вновь продемонстрировал свой фокус с керамбитом, и я последовала его примеру. Но, как и ожидала, ничего не получилось. Клауд нахмурился. Брови его сошлись у переносицы, а на лбу образовалась большая длинная морщинка.

– Видимо, пока ты призвать артефакт не сможешь. Ты действительно по меркам нашего мира, как маленький ребенок, – произнес он вслух.

А мне вновь захотелось его стукнуть, хоть и понимала, что он прав.

– Ладно, мы обязательно с этим разберемся, – как-то уж слишком беззаботно заверил меня мужчина. – Иди на улицу, мне нужно купить кое-что у Даврега, раз уж его артефакты тебе не подошли, а я остался в минусе.

Я не сдвинулась с места, демонстративно сложив руки на груди.

– Ну и что я опять сделал не так?

– Дверь.

– Она вон в той стороне, – как для дурочки объяснил Клауд.

Но мне тоже было что ему сказать.

– Я. Не. Могу. Ее. Открыть.

Медленно, словно в слоумо, маг закрыл глаза, проводя по лицу рукой.

– Даврег, – крикнул он артефактору, не сводя с меня глаз. – Я зайду вечером. Мне тут нужно одного ребенка проводить до дома.

Надо ли говорить, что я не удержалась и наступила каблуком новых сапожек на ногу мага. В этот раз мужчина не издал ни звука, но дверь за ним хлопнула несколько громче, чем должна была.

Только преодолев полпути я, громко выдохнув через нос, сказала:

– Прости. Ты ведь не виноват, что я такая. Пустое место без способностей. Я, наверное, злюсь на себя, а ты удачно попал под горячую руку.

– Ногу, – поправил меня Клауд, задорно мне подмигнув. И я не сдержалась, запрокинула голову, громко рассмеялась.

– Мир? – спросила с надеждой.

– Мир. И ты не пустое место. Запомни это.

Мы прошли еще немного в тишине и молчании, когда я, наконец, решилась задать волнующий меня вопрос:

– Почему так просто?

– О чем ты? – он действительно не понимал.

– Почему ты так просто расстался со своим оружием, которое долгое время служило тебе верой и правдой? Это же часть тебя, как я поняла по твоим рассказам.

– А еще оно пело для тебя. Разве у меня был выбор? Когда судьба стучится в двери, Божена, ей нельзя не открыть двери. Это чревато непредсказуемыми последствиями.

Клауд нравоучительно коснулся пальцем моего носа и пошел по дороге к дому, а я не могла отделаться от щемящего чувства в районе груди. Нет, это точно не было проявлением силы. Другое ощущение. Неведомое. Со сладко-горьким привкусом. Закусив губу, я последовала за магов, стараясь выкинуть посторонние мысли из головы.

Мне не спалось. Всю ночь снились кошмары, и я то и дело просыпалась, чтобы проверить, открыты ли двери. Еще вечером попросила служанку их не закрывать, потому что боялась остаться одна в закрытой комнате без возможности выйти. Приступ клаустрофобии, о котором я так долго не вспоминала с самого детства, вдруг пробудился, завладев моим сознанием с удвоенной силой. О том, как меня закрывали в каморке приюта в полной темноте, вспоминать не хотелось. Это казалось пережитком прошлого. Прошлого, которое не уходит навсегда, притаившись словно дикий зверь, ждущий удачного момента, чтобы вновь напомнить о себе. И сегодня оказался тот самый.

Вынырнув третий раз из очередного темного сна, плюнула и встала, понимая, что, скорее всего, больше и не усну. Для успокоения еще раз проверила дверь, а потом умостилась в середине комнаты на ковре, складывая ноги в позе лотоса. Нет ничего лучше медитации. Тем более, когда рядом нет Васи, способной успокоить и на все найти разумный ответ.

Вдох. Выдох. Пустота. Мир вокруг исчезает, превращаясь в поток времени и пространства, у которого нет ни начала, ни конца. Только стук сердца, набатом бьющий на задворках сознания, дает знать, что ты еще в теле, что ты еще жив.

После медитаций я всегда чувствую себя лучше. Мысли собираются и раскладываются по полочкам, а то, что пугало, вдруг теряет свои зловещие очертания. И в этот раз практика меня не подвела: чужой мир перестал казаться западней, и то, как складывались дела, даже радовали своей стремительностью. По крайней мере, я знала, в какую сторону намерена двигаться, и у меня был человек, готовый помочь. Конечно, он преследовал свои мотивы, но, надо отдать ему должное, не скрывал от меня ничего. Либо говорил большую часть из того, что мне требовалось знать, и это уже являлось плюсом. Как бы там ни было, у меня особо не оставалось других вариантов. Я либо доверяла ему, либо могла со спокойной душой пойти прыгнуть с обрыва.

Лицо Клауда разом возникло перед моими глазами, и я не смогла отказать себе в удовольствии просмаковать каждую его черточку: коротко стриженные волосы, находящиеся в вечном беспорядке, тонкий аристократический нос и волевой подбородок, поросший небольшой щетиной.  Что греха таить, маг был невероятно красив. Но не той красотой, которая сразу бьет по глазам, а таинственной и сдержанной. Мимо такого мужчины легко пройдешь стороной, но если вам повезет столкнуться и посмотреть в его серые глаза, то можно почувствовать, как земля уходит из-под ног, и вы падаете. Падаете, совершенно не сопротивляясь.

Внизу живота вдруг что-то закрутилось, и я быстро замотала головой, скидывая с себя ночное наваждение. Все-таки мозг без сна не способен быть адекватным. Да, все дело в недосыпе и только в нем. Иных причин думать о незнакомом мужчине у меня не было.

– Ну ты и обманщица, Бо, – громко вздохнула и встала в позу кошки.

Лучше загрузить себя незамысловатым, но суперэффективным упражнением, чем размышлять о своей адекватности.

Клауд
Ночь у Клауда выдалась жаркая. Выслушав все отчеты таокского департамента, мужчина сделал для себя два вывода. Во-первых, арги стали появляться чаще, унося с собой жизни невинных горожан. А во-вторых, люди замечают фиолетовый туман в тех окрестностях, что находятся ближе к обрывам. А это могло значить лишь одно – земли опустились еще ниже.

Столько всего навалилось за последние пару часов. Маг ущипнул себя за переносицу, стоя в холе дома в полной тишине. Он только пришел и единственное, чего требовал его организм – это сон. Тихо поднимаясь по ступеням, он старался не шуметь, не хотел разбудить Божену, комната которой находилась в самом начале коридора. Однако удивился, заметив, что двери в ее покои приоткрыты. Клауд хотел пройти мимо, но все же не удержался. И картина, увиденная в проеме, заставила мага замереть с открытым ртом: девушка стояла на коленях, выгнув спину и выпятив аппетитную…

Мужчина резко отошел, сглатывая ком, образовавшийся в горле. А потом сам же удивился своей реакции.

– Вот дурень!

Да, женщины у него давно не было, но это ведь не повод пускать слюни на новую знакомую лишь потому, что ее угораздило повернуться к нему удачным ракурсом. Очень удачным, надо отметить. Сжав кулаки, мужчина, не оборачиваясь, направился в свою комнату, где, ополоснув пыльное лицо и быстро раздевшись, лег в свою кровать.

Но сон, как назло, не шел. Он все никак не мог выкинуть из головы округлые формы Божены, которые не скрывала длинная мешковатая сорочка. Вчера, когда они вместе сидели в гостиной, он старался относиться к девушке не как к противоположному привлекательному полу, хотя отрицать ее необычную красоту было кощунством, а как к способу спасти Вальдавию от гибели.

Но сейчас, лежа в холодной кровати, он как никогда осознал, что ему предстоит длинный путь с женщиной наедине. Стоило взять себя в руки.

– Дело – важнее всего, а все остальное пусть проходит стороной.

Клауд засыпал с довольной улыбкой на губах, придя к компромиссу с самим собой. Только вот во сне его руки неосознанно перебирали ткань покрывала, а вот разум видел ворох ореховых волос с карамельным отливом, в которых и запутались пальцы мага.

Божена
В Таокс мы выехали после того, как портной прислал мне отшитые дорожные вещи. Больше здесь нас ничего не держало. И пока возле ворот ожидал нанятый накануне дилижанс, я прощалась с Тедарой. Мы не успели стать со служанкой достаточно близкими за столь короткое время, но это не отменяло того, что она ухаживала за мной, пока я находилась без сознания.  А еще она была достаточно умна, чтобы не задавать лишних вопросов.

– Надеюсь, деточка, ваш путь не будет тернист, – пожелала мне женщина, легко сжимая мою ладонь. – И присмотрите за господином Линчером…

Я удивленно вскинула ресницы.

– О, – служанка погладила меня по щеке. – Вы не удивляйтесь. Он, конечно, сильный маг, возможно, сильнейший во всей Вальдавии. Но еще он также одинок, как и велик. Я очень рада, что с ним в этот раз будет кто-то способный скрасить эту необъяснимую оторванность от мира.

Посмотрев через плечо на Клауда, стоявшего у ворот и нетерпеливо отстукивающего ногой только ему известный ритм, инстинктивно кивнула, без слов давая Тедаре обещание присмотреть за этим загадочным мужчиной.

Уже сидя в дилижансе и размышляя над просьбой женщины, я почувствовала зуд на своей макушке. Подняв голову, краем глаза успела заметить, как Клауд спешно отвел от меня свой взгляд. И это было странно, потому что до этого мужчина открыто рассматривал меня и так же открыто говорил, а сегодня мы и парой слов не перекинулись.

– Тебя что-то беспокоит? – решила нарушить молчание первой.

Клауд оторвался от созерцания в окне проносящихся пейзажей и медленно повернулся корпусом ко мне.

– На данный момент нет. А тебя?

Я хмыкнула.

– Меня многое сейчас тревожит. Но я стараюсь справляться с этим и смириться.

– И в этом вам помогают различные упражнения?

Мои щеки обдало жаром.

– Откуда? – догадка не заставила себя долго ждать. – Ты что, подглядывал за мной?

Маг сощурил глаза.

– Я не виноват, что ты не запираешь двери. Так что это нельзя назвать подглядыванием, а скорее взволнованностью по поводу твоей безопасности.

Клауд откинулся спиной на сидушку и сложил на груди руки, всем видом показывая, что совершенно не считает себя хоть в чем-то виноватым.

– И, тем не менее, заговорить со мной ты не решился? – я вопросительно приподняла бровь, с удовольствием отметив, как забегали глаза мага. Так тебе!

– Не хотел тебя отвлекать.

И такое у него было потерянное лицо, что я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Мага нужно было спасать.

– Что мне делать с магией?

– Что ты имеешь в виду?

– Как мне ее обуздать? Я не хочу все время зависеть от тебя. И бегать по любому пустяку, – бессознательно закусила ноготь. – Понимаешь?

Клауд молчал, но и не отворачивался, что не могло не радовать. Он задумчиво барабанил своими пальцами по губам, отчего мое внимание на мгновение переключилось только на это действие. Слава богу, я быстро взяла себя в руки.

– Теперь все понятно…

И вновь тишина. Я заметила, что он частенько так делал: произносил фразы вслух, не доводя мысль до конца. И меня это немного раздражало.

– И? – не выдержала я долгой паузы.

– Я пытаюсь подобрать простые слова, чтобы объяснить. А тебе все неймется!

– Зависел бы ты от моих способностей, я тогда на тебя посмотрела, – не осталась в долгу. Он то еще не знал, что у меня на все всегда находился ответ. В основном из-за этого меня и не любили. Чудачка. Выскочка. Всезнайка. Плевать. Молчать я не собиралась. – Говори как есть.

– Все дело в том, что ты думаешь, будто бы магию нужно подчинить.

– А разве это не так? – искренне удивилась.

Клауд помотал головой. Щелкнув пальцами, он зажег маленький огонек на указательном пальце. И хоть он был совсем крохотный, я все равно почувствовала исходящее от него тепло.

– Весь мир пропитан магией. Каждая его часть. Как может крупинка подчинить себе нечто столь глобальное? – маг внимательно посмотрел на меня, словно оценивая, поняла ли я его объяснения.

– Хочешь сказать, что процесс обратный? – спросила с сомнением.

– Можно и так сказать. Так как магия окружает тебя со всех сторон, то твоя задача вполне проста: просто впусти ее в себя.

Да уж, легкотня! От его разъяснений стало только хуже, разум окончательно запутался.

– Ну и как мне это сделать?

Я надеялась, что он даст мне подробную инструкцию или схему, по которой я смогу научиться управлять магией, но Клауд лишь пожал плечами и усмехнулся.

– Нет единого рецепта.

С моих губ было готово сорваться ругательство, хоть я и была противницей ненормативной лексики.

– Ты сейчас издеваешься?  

– Нет.

– Я уже сомневаюсь, что мы с тобой на одном языке говорим. Как мне существовать в этом мире, если я чувствую себя дефективной и неполноценной. Да я даже двери не могу открыть, черт тебя побери!

Клауд и бровью не повел, оставшись равнодушным к моей тираде.

Пару минут я сидела надувшись, словно шарик, а потом сдалась, понимая всю абсурдность своего поведения.

– Ну хоть подскажи, что мне делать…

– Слушать себя. Раз ты смогла услышать пение керамбита, то и магию услышишь. Тебе просто нужно полностью раскрыться этому миру.

Легко сказать, и как же сложно сделать. И пока мы ехали до Таокса, я безуспешно старалась услышать хоть что-нибудь. Клауд мне не мешал: большую часть дороги он мирно и беззаботно посапывал, что уберегло его от моих убийственных взглядов.

И только когда дилижанс остановился, и мы прибыли в город, маг с любопытством спросил:

– А кто такой черт?

И вот как на него можно злиться?
Клауд
Клауд смотрел на Божену исподтишка, урывками, когда девушка отводила голову в сторону. И это его нервировало в равной степени с тем, что где-то глубоко внутри ему нравилось то, что он видит. Она на все реагировала по-детски наивно и совершенно не наигранно. Придорожная таверна так вообще вызвала восторг, что не могло не отразиться улыбкой на его лице. 
– Тут и санузел есть?
– Тебя это удивляет? Вы в своем мире не любители чистоплотности?
– Любители. Просто… Возможно, Вальдавия не так уж отличается от Земли.
Она произнесла это задумчиво, прикусив ноготь на большом пальце, и маг с трудом оторвал взгляд от ее губ. Божена не делала ничего особенного. Было видно, что ей чужды женские уловки, и именно это почему-то сильнее всего влияло на Клауда. Поэтому он решил побыстрее ретироваться.
– Располагайся. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли горячей еды.
И хоть девушка кивнула, но то, как она смотрела на мужчину, не позволило ему выйти из комнаты.
– Что?
– Я могу попросить тебя открыть окно, прежде чем ты уйдешь?
Странная просьба. Но я видел, что для нее это важно.
– Иди сюда, – мужчина поманил девушку к окну. Клауд уже начал понимать, что за желанием поскорее подчинить себе магию скрывается не просто блажь, а нечто более важное. – Дай свою руку.
Божена не стала медлить и легко позволила магу коснуться своей ладони. Мягкая кожа. Теплая. Давно он не касался женщины в столь интимной обстановке. 
– Смотри, – щелкнув пальцами, мужчина сформировал на их кончиках маленькие искорки силы. – Коснись их. Не бойся, они совершенно безвредны. Что ты чувствуешь?
– Тепло, – серьезно произнесла девушка, и маг был готов рассмеяться от столь делового подхода.
– А еще?
Тут брови девушки сошлись у переносицы. Она очень старалась понять, о чем он говорит, но до сих пор истина ускользала от чужачки. 
– Закрой глаза, Светлячок.
– Я не…
– Просто делай то, что я говорю.
Укоризненный взгляд. Тяжелый вздох. И веки Божены опустились. Клауд молчал, позволяя девушке самой найти путь к магии. В какой-то момент лицо девушки прояснилось, словно невидимая пелена упала с ее облика.
– Я слышу!
Божена с радостью распахнула глаза и уставилась на свои пальцы. Они переливались желтой дымкой. Еще тусклой, но достаточной.
– Открывай, – маг отошел на пару шагов и кивнул на окно.
Створки легко поддались под напором Божены, лишь скрипнув, показывая свое недовольство. 
– Боже, – маленькие ладошки коснулись губ девушки, и она качнулась в сторону мага, желая то ли обнять, то ли просто оказаться к нему ближе. Однако вовремя совладала с накатившими чувствами, сдерживая необдуманный порыв. – Это и правда я сделала?
Столько честности и искренности было в этих словах. 
– Да, Божена. 
– Спасибо, – прозвучало очень тихо, но словно ураганом ударило в грудь Клауда.
– Пожалуйста, – мужчина, почувствовав неловкость, откашлялся в кулак. – Ну, я пошел. Еду скоро принесут.
И пока девушка не успела хоть что-нибудь сказать, маг вышел из комнаты. Хотя, что греха таить, он позорно сбежал. Божена вызывала в нем давно забытые чувства. А он поклялся, что больше никогда никого не подпустит к себе близко. Никогда.
Дав распоряжение насчет еды, мужчина поднимался по лестнице, и в этот момент ожила его серьга в ухе. Кто-то пытался выйти на связь.
– Дружище, – голос Артемиуса звоном отозвался в голове. – Мне тут сообщили, что ты передал все дела и спешно уехал из Анириса. Что-то случилось?
Клауд зашел в свою комнату и только потом ответил:
– Да не то слово…
Вот и как рассказать другу, что он спас девушку, которая, ко всему прочему, скорее всего, являлась дочерью Дагморы. Это ведь сенсация. Но Клауд не забывал, про повешенную Калисту, а значит, Божене могла угрожать опасность. 
– Включи защиту, Арт.
– Ого, даже настолько?
Послышалась возня.
– Сделано, начальник, – голос друга стал глуше, что говорило об активации защитного заклинания. Теперь никто не мог услышать их разговора. – Чем ты меня порадуешь? Или мне лучше бояться?
– Я бы советовал делать все одновременно, – попытался пошутить маг. – Я нашел ее.
– Кого? – не понял Артемиус.
– Новую дочь…
Повисла тишина.
– Уверен?
– Ты же знаешь, что в этом деле никогда нельзя быть уверенным до конца… Но ее свет точно принадлежит Эну’Акриори. Я давал ей настой, и он помог…
– Что я могу сказать… Это радостная новость для всей Вальдавии! – но Клауд слышал, что Артемиус на самом деле не так рад, как пытался показать на словах. Видимо тоже понимал всю серьезность ситуации. – Ты Семьям сообщил?
– Даже не собирался! И ты тоже никому не скажешь, Арт! – с нажимом произнес Клауд. – Это не только просьба друга, но и непосредственное распоряжение меня, как начальника.
– Если кто-то прознает… Ты рискуешь потерять свое место!
– Не это сейчас главное. Надеюсь, ты меня понял.
– Куда уж понятнее, – тяжело вздохнул друг. – Так откуда она такая взялась? Неужели из Анириса?
Как бы маг не хотел обманывать друга, но он не мог признаться, что Божена из другого мира. Мало того, что не было уверенности, что он поверит, но еще это был не его секрет. И он не имел права распоряжаться своими знаниями без ведома девушки.
– Пока не знаю. Но я работаю над этим.
– Понятно, – отозвался Артемиус. Даже если он и понял, что Клауд что-то скрывает, то не подал вида. – Мне стоит оставить свои дела?
Помощь друга, возможно, и не помешала бы, но вызывать его из Восвиоса не хотелось. Другой край света.
– Пока не стоит. Следи за Грэйлами, как мы и договаривались.
– Разумеется, – сказал Артемиус. – И Клауд, будь осторожен. 
– Буду, не сомневайся, – заверил он друга уверенно и разорвал вязь заклинания. 
Вот только Клауд обуревали совершенно противоположные чувства.